- Мой Опасный Муж Миллиардер Рекомендую свой проект)

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 1-Спасая чью-то жизнь

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 2-Спасая чью-то жизнь ч.2

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 3-Три года спустя

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 4-Позволь мне удовлетворить тебя

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 5-Сюй Цзюньси, не оскорбляй себя!

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 6-Пьяный в баре.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 7-Встреча с развратником

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 8-Молодой Мастер Лу

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 9-Это она, девушка, которая спасла его три года назад

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 10: Ворвавшись в комнату незнакомца

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 11: Помни меня

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 12: Сон После Усталости От Плача.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 13: Женщина, которую ты ищешь, находится в моей комнате

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 14: Часы, оставленные молодым мастером Лу

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 15: Посещение мамы в больнице

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 16: Нин Яо Вернулась

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 17: Что это за отношение, Нин Цин?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 18: Чувство присутствия

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 19: Она Изменилась

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 20: Цзюньси, Бабушка передаст Цинцин тебе.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 21: Яояо, извинись перед Цинцин.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 22: Контратака.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 23:Сюй Цзюньси, давай отменим помолвку.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 24: Двое мужчин дерутся из-за нее.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава:25:Нин Яо это все, что у тебя есть.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 26: Сегодня вечером я останусь?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава:27:Телефонный звонок молодого мастера Лу.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 28: Она снова польстила себе.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 29:Как Мужчина Смотрит На Женщину

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 30:Тебе Больно?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 31:Или ты все еще хочешь сесть мне на колени?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 32:Он принадлежит ей.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 33:Нужен Один Миллион.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 34:Кастинг.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 35: Сплетни.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 36:Если Бы У Них Что-То Было.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 37: Подражание Чжао Фэйянь.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 38:Танцы На Хрустальной Пальмовой Посуде.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 39:Молодой Господин Лу Ревнует.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 40:Я буду красивой, пока все вы будете завидовать.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 41:Даже если бы это была не Яояо, то почему это была бы ты?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 42:Подойди сюда, если тебе нужен миллион

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 43 Взять эти грязные деньги с собой и уйти к чертовой матери!

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 44:Я не могу с этим смириться.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 45:Женщине Нужно Только Покорить Мужчину

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 46: Мисс Нин, Тебе Не Уйти.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 47:Нет...Помогите!

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 48:Спасибо, Что Спасли Меня

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 49:Почему ты убежала, когда увидела меня?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 50:Отпусти Меня

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 51:Извини, Я Опоздал

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 52:Поцелует, не поцелует...

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 53:Ты была тем, кто воспользовался мной

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 54:Красавица, Я не могу ждать

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 55:Нин Цин, Вы Зависимы?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 56:Принесите Свою Домашнюю Регистрацию И Удостоверение Личности

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 57:Получение Свидетельства О Браке

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 58:Режиссер Ван Пригласил Вас На Кинопробы

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 59:Сцена Поцелуя

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 60:Знаете ли вы каких-либо влиятельных чиновников в сфере финансов

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 61:Верните мне мой Цинцин

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 62:Почему Ты Так Сильно Плачешь?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 63: Шаомин, это ваша первая встреча с мамой

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 64:Не трогайте

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 65:Поцелуй Здесь

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 66:Почему вы не носите одежду

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 67:Этот медведь женского или мужского пола?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 68:Позвольте Мне Показать Вам Волшебный Трюк

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 69:Я никому не скажу, что у вас есть маленькая птичка

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 70:Соревнование

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 71:Комната 902

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 72:Сорвите Его Лицом К Лицу

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 73:Битва умов

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 74:Президент Лу Находится Здесь

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 75:Отыграть Вдвое Больше Суммы Президент Сюй Выиграл

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 76:Ждите Звонков И Определите, Насколько Сильно Вы Меня Любите

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 77:Спасибо, Женушка

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 78:К ней летит пуля

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 79:Какой приятный термин, называющий меня сестрой

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 80:Битва слов на пресс-релизе (разоблачение ли Мэйлин впервые)

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 81:Битва умов 2 (полностью дискредитирована)

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 82:Лу Шаомин, Что Вы Смотрите?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 83:Осмелитесь ли Вы присутствовать в качестве Миссис Лу?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 84:Сохраните Свой Первый Танец Сегодня Вечером Для Меня

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 85:Она Дала Свой Первый Танец Оу Ло Си

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 86:Молодой Мастер Лу, Могу Я Пригласить Вас На Танец?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 87:Лу Шаомин, Вы Тиран!

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 88:Подождите Минутку ...

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 89:У Мамы Есть Несколько Друзей, Которые Хотели Бы Встретиться

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 90:Нин Цин, я на десять лет старше тебя. Ты думаешь, я стар?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 91:Он лучше меня?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 92:Носите его дома, вы хорошо выглядите в нём

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 93:Скажите мне, что сегодня не так?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 94:Приведите Ее В Дом Семьи Нин И Действуйте Без Ограничений

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 95:Приведение Бабушки На Короткое Время

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 96:Ты мой заместитель

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 97:Не волнуйтесь, это подделка

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 98:Сюй Цзюньси, Отпусти Ее

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 99:Извлечение Бабушки

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 100:Подбадривание

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 101:Что Ты Хочешь Сделать, Нин Цин?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 102:Она Ударила Молодого Мастера Лу

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 103:Прости Меня, Женушка

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 104:Шаомин, Теперь Все Хорошо?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 105:Выслушать признание Нин Цин в любви?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 106:Они бросают жадные взгляды на моего мужчину; неужели они думают, что я не существую?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 107:Три Года Назад Именно Она Заставила Меня Упасть С Лестницы

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 108:Генеральный директор Сюй, ваша свадьба проходит так, как планировалось?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 109-Вы не голодны?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 110:Почему Ты Ударил Меня, Когда Вернулся?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 111:Самое Неподходящее, Самое Неподходящее

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 112:Нин Яо беременна

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 113:Прощай, Ли Мэйлин (Li Meiling Finale)

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 114:Стала Королевой В Возрасте Двадцати

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 115:Какого Рода Прошлое Она Скрывала?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 116:Сражался За Оу Ло Си

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 117:Сюйлин, вы вернулись

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 118:И Все Же Горный Дождь Пролился

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 119:Унизительное прошлое Нин Цин

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 120:Я Хочу Предложить Каждому Из Вас Заткнуться

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 121:Это плохо; мадам ушла

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 122:Непредсказуемость

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 123:Но , я действительно вызвал проблемы в этот раз

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 124:Вам Легко Узнать Ответ

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 125:Ее Комиксы, 27-Летний Лу Шаомин

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 126:Возвращение Нин Цин

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 127:Она Была Невиновна

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 128:Это Все Предначертано

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 129:Сегодня Или Завтра Вечером...

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 130:Сделала Аборт 18

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 131:Забрать Девочку Из Школы В Первый Раз

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 132:Я Люблю Тебя, Дорогой

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 133:Назначено

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 134:Му Юньфань

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 135:Молодой Мастер Лу, Подождите И Увидите

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 136:Я Пришел Из-За Девушки

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 137:Извините, Я Был В Плохом Настроении

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 138:Чем Больше Вы Балуете Ее, Тем Более Упрямой Она Становится

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 139:Тогда Какого Типа Старший Брат Юньфань Любит

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 140:Красивая Женщина Рядом С Молодым Мастером Лу

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 141:Видел Тебя Во Сне

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 142:Цинцин, Я Хочу Только Тебя.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 143:Укрощение Маленькой Дикой Кошки

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 144:Молодой Мастер Лу Действительно Достоин Своей Репутации

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 145:Кто Хочет, Чтобы Вы Хорошо Относились Ко Мне Сейчас

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 146:Нин Яо Признается

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 147:Приходите В Гостиничный Номер, Чтобы Найти Меня

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 148:Он Видит Вас Только В Своих Глазах

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 149:Я Немного Расстроен

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 150:Кто Прислал Вам Эти Розы?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 151:Он Пришел

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 152:Дарение Цветов

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 153:Мужской Бог Профессор, Мы сделаем вид, что не понимаем

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 154:Моя Собственная Жена Все Еще Лучшая

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 155:Президент, Мадам Была Похищена

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 156:Брат Юньфань, Продержись Еще Немного

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 157:Быть женщиной старшего брата

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 158:Вы Ничем Не Отличаетесь От Этих Людей

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 159:Муженек, Ты Злишься?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 160:Со мной здесь, это человек, которого мама выбрала

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 161:Если Вы Достаточно Умны, То Молчите Вечно

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 162: Попал В Нокаут

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 163:Нин Яо Попался

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 164:Смерть Нин Яо

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 165:Раздвоение Личности

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 166:Один Комплект Документов О Разводе

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 167:Единственный Солнечный Луч В Его Жизни

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 168:Шаомин, не оставляй меня, ладно?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 169:Лу Шаомин, Он

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 170:Считается Королем После Победы Над Врагом

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 171:Кончина бабушки

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 172:Не трогай ее, я встану на колени!

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 173:Действовать В Ближайшее

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 174:Новый Год

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 175:Скажите ему, что я приехала из Китая, чтобы найти его

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 176:Обещание Трех Месяцев

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 177:Молодой Мастер Лу, Пожалуйста, Останьтесь

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 178:Наконец-То Пришел В Гуан Цин

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 179:Извините

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 180:О Путешествии В Поисках Любви

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 181:Мисс Нин, Как Вы Думаете, Этого Достаточно?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 182:У Нашей Сяо Фу Все Еще Есть Ее Первый Поцелуй На Экране, А У Тебя Все Еще Есть Свой?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 183: Тебе Нравится Моя Тонкая Талия?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 184:Познай Себя И Своего Врага

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 185:Если Бы Небеса Обладали Чувствами, Они Бы Тоже Состарились

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 186:Обнимаю Его Для Тепла

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 187:Попробуйте Встречаться И Посмотрите, Куда Это

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 188:Мелочь, Конечно, Я Смогу Контролировать Вас Всех

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 189:Оу Ло Си, Вам Могут Нравиться Только Женщины

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 190:21 Марта, День Постановки Спектакля 21

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 191:Подарите Ей Сказочный Цветочный Душ

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 192:Где Находится Доверие Между Двумя Людьми

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 193:Поймай Крота

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 194:Разрушительная Критика

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 195:Он Укусил Ее. Сосредоточься!

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 196:Можешь Ли Ты Попытаться Полюбить Меня?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 197:Она Берет Вас В Дублеры

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 198:Выражение Своей Любви Перед Всем Городом

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 199:Инвестирование В Медиакомпанию

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 200:У Нее Не Было Месячных Больше Месяца

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 201:Накачивание Наркотиками.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 202:Играем По-Настоящему?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 203:Перестаньте Поднимать Шум; Будьте Послушны

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 204:Мама, У Меня Болит Живот

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 205:Никогда Не Надеялся Быть Любимым Так, Как Сейчас

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 206:Молодой Мастер Лу, меня зовут Сюй Цзюньси; я первая любовь Нин Цин

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 207: Признаки Ревности

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 208: Драка

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 209: Относитесь Ко Мне Лучше; Я Буду Поддерживать Вас

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 210: Молодой Мастер Лу, Это Было Трудно

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 211: Счастливого Пути! Не Торопитесь, Я Не Собираюсь Вас Отсылать

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 212: Нин Цин, Ты Мне Нравишься, Очень, Очень Нравишься

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 213: Вы Никогда Не Узнаете, Что Я Смотрю На Вашу Версию Сейчас, И Как Сильно Болит Мое Сердце

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 214: Шшш, не говори этого! Это Так Неловко

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 215: Я Заеду За Тобой Завтра, Чтобы Отвезти На Работу, Хорошо?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 216: У Тебя Все Еще Есть Лицо, Чтобы Вести Себя Молодо Передо Мной

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 217: молодой господин Лу, разве вы не знали, что Нин Цин давным-давно потеряла свой телефон

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 218: Этот Человек Немного Странный

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 219: Лу Шаомин, Посади Меня В Кабедон

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 220: Что Ты Ел, Твой Рот Такой Сладкий

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 221: Он Сказал: Если Ты Осмелишься Сделать Это!

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 222: он пришел из Шанхая с телом, полным ветра и дождя

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 223: Директор Нин

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 224: Айо, Муж Мой, Сегодня У Тебя Все Хорошо

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 225: Распускаются Грязные Слухи

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 226: Кризис Доверия, Которого Раньше Никогда Не Было

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 227: Я Буду Поддерживать Вас

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 228: Первый раз Королева растет

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 229: Познакомила Меня С Самым Прекрасным Человеком В Моей Жизни

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 230: Я Не Говорю, Что Не Позволяю Тебе Целовать Меня

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 231:Дядя, Кажется, Недоволен Мной

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 232: Пара колец для нас.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 233: Ваша Мать Попала В Автокатастрофу

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 234: Может Быть, Ей Пора Было Его Порвать

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 235: Почему Ты Игнорировал Меня? Назови Мне Причину.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 236: Лу Шаомин, Ты Бесстыдник

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 237: Переговоры

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 238: Мадам, Мисс Нин, Кажется, Беременна.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 239: Глупый, Ты Знаешь, Что Беременна

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 240: хотя еще и двух месяцев не прошло, он доставил вам неприятности

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 241 - Детка, Тебе Нравится Папа?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 242: Лу Шаомин, Я Твоя Жена

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 243: Почему я не могу вернуть себе память

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 244: Вы не можете так баловать свою жену, вы будете так баловать ее.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 245: Смущение

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 246: Тепло

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 247: Больше Не Сердишься? Больше Не Игнорируешь Меня?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 248: Нин Цин, Выходи За Меня Замуж

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 249: Лу Шаомин, Ты издеваешься надо мной

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 250: Начнем Заново, Создавая Воспоминания Вместе

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 251: С тех пор как я вышла замуж за Лу Шаомина, я первая невестка семьи Лу

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 252: Женушка, Это Пренатальное Воспитание

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 253: Нин Цин, Сколько Вы Заработали За Последние Шесть Месяцев?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 254: Не создавай мне проблем

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 255: Открытая Борьба И Скрытая Борьба

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 256: Гармония

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 257: Найти биологическую внучку Чжоу Хенга

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 258: Посмотрите на него, она пойдет за ним, это его дело, и желает ему добра.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 259: Она Была Глубоко Погружена В Заговор, Но Не Осознавала Этого

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 260: Вдохновитель, Стоящий За Всем Этим

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 261: Моей Женщине Нужно Только Прятаться За Моей Спиной

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 262: План Чжоу Чжилэя

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 263: Сеяние Раздора

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 264: Я Одолжу Тебе Свое Плечо, Чтобы Поплакать На Нем.

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 265: Покорить Тещу

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 266: Госпожа Чжоу, Вы Думали, Что Моя Свекровь Была Дурой

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 267: У Меня Есть План, И Мне Нужно Ваше Сотрудничество

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 268: Чжоу Чжилэй, Ты Проиграл

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 269: Лу Шаомин, тебе не стыдно?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 270: Тогда Мы Поцелуемся В Следующий Раз

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 271: Маленький Мастер Лу Здесь; Держи Себя В Руках

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 272: Я Только Хочу Спрятать Тебя Тайно

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 273: Мама, давай откроем винный завод (включая небольшую театральную пьесу)

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 274: Я Буду Слушать Женушку Целиком И Полностью

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 275: Банкет По Случаю Дня Рождения

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 276: Оказывается, Мама Хочет, Чтобы Папа Накормил Ее Тортом

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 277: Нин Цин, Спасибо

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 278 - Он Будет Использовать Оценивающий Взгляд, Чтобы Посмотреть На Меня

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 279: Не стану ли я тогда третьим колесом?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 280: Похищение

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 281: Ты В Порядке?

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 282.Я принадлежу тебе(求月票）

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 283: Наконец-то можно есть мамину еду

- Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 284-Я Отвечаю За То, Чтобы Быть Богатым; Вы Отвечаете За То, Чтобы Обращаться Со Мной Должным Образом

Мой Опасный Муж Миллиардер Рекомендую свой проект)

https://tl.rulate.ru/book/37751

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 1-Спасая чью-то жизнь

Зимние дни в Нангонге были чрезвычайно мрачными и пустынными. Пронизывающий холодный ветер ударил по телу, и шаги по сухой и морозной дороге издавали слабые скрипучие звуки.

Нин Цин шла по дороге в белом пуховике. У нее светлая кожа, шелковистые черные волосы, сверкающие глаза и яркая улыбка. Она продолжала выдыхать сквозь розовые губы, чтобы согреть руки.

Даже такой холодный день не мог испортить ей настроение. Она собиралась на свидание.

Это было ее первое свидание после того, как ей исполнилось восемнадцать, с Сюй Цзюньсей.

Они выросли вместе и ладили, как горох и морковь. Юная любовь витала в воздухе. Только вчера Сюй Цзюнься наконец выразил свои чувства по отношению к ней и пригласил ее на свидание в парк.

Она была более чем рада идти.

Думая о его солнечном, теплом лице, она мило улыбнулась и ускорила шаг.

Внезапно из-за угла появился мужчина, который врезался ей в плечо и упал на землю.

Нин Цин испуганно посмотрела на него сверху вниз.

Ему было около двадцати шести, двадцати семи лет. У него было скульптурное лицо, мечевидные брови и высокий нос. Это был определенно самый красивый мужчина, которого Нин Цин когда-либо видела.

На нем было черное пальто и тонкий темно-синий свитер с V-образным вырезом. Одна из его рук была прижата к кровоточащему животу. Он был явно серьезно ранен.

- Сэр, с вами все в порядке?- Нин Цин присела на корточки и спросила: - Ты ранен. Я вызову скорую помощь."

Человек едва мог открыть глаза, его лицо было бледным из-за чрезмерной кровопотери. Он нахмурился и покачал головой: "Не ... некоторые люди гонятся за мной ..."

В этот момент Нин Цин услышала несколько стремительных шагов рядом с низким голосом мужчины. - Скорее! Мы должны избавиться от него сегодня же!"

Неужели они собираются его убить?

Нин Цин прикусила губу и с огромным усилием переместила раненого в куст на обочине дороги. «Сэр, спрячьтесь здесь на некоторое время. Я уведу их».

-Не уходи... - он махнул рукой, чтобы остановить ее. Но девушка была быстра, как кролик, оставив ему туманный, но прекрасный образ.

Нин Цин стояла на дороге, и вскоре появилась группа людей в черном. Они выглядели свирепыми. Увидев ее, они грубо спросили: "Эй, юная леди. Вы видели, как мимо проходил раненый человек?"

Нин Цин спокойно и естественно спрятала одну руку в карман своего пуховика, ее лицо не изменилось. Другой рукой она указала вперед и сказала: "Я только что видела человека, идущего ту сторону."

Люди в черном переглянулись. Сегодня они скорее убьют тысячу невинных людей, чем упустят свою добычу. Эта девушка казалась немного подозрительной, и они пришли к молчаливому согласию убрать ее как потенциальную угрозу.

Нин Цин почувствовала на себе их мрачный взгляд. Один из них даже направился к ней...

В этот критический момент из ее кармана раздался мелодичный звон. Она потянулась к телефону и сняла трубку.

- Привет, Цзюньси...я на Фумин-Роуд... Ты будешь здесь через минуту?- Ладно, я просто подожду на автобусной остановке."

Нин Цин повесила трубку. Даже не взглянув на этих мужчин, она перешла дорогу и остановилась у автобусной остановки, спокойно ожидая своего кавалера.

Люди в черном снова переглянулись. Спокойное и естественное поведение девушки, казалось, избавило их от сомнений. С невинным видом она, казалось, не лгала. Она наклонила голову, улыбнулась и помахала рукой мужчине в костюме, который как раз направлялся к ней. - Привет, Цзюньси. Я здесь.-

Появление этого человека полностью развеяло мысли этих людей об убийстве Нин Цин. Они больше не колебались и быстро бросились в ту сторону, куда только что указала Нин Цин.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 2-Спасая чью-то жизнь ч.2

Человек в костюме почесал затылок, смущенный приветствием Нин Цин. Она огляделась вокруг и убедилась, что эти люди в черном ушли далеко, прежде чем она поклонилась, чтобы извиниться. - Сэр, ранее ситуация была действительно срочной. Мне пришлось использовать вас, чтобы устроить шоу. Спасибо вам за то, что вы здесь."

Человек в костюме нашел ее довольно симпатичной, поэтому он ушел, сказав: "Все в порядке."

Нин Цин перешла дорогу и скрылась в кустах. Она сидела рядом с раненым, и сердце ее громко стучало в груди. Она могла бы умереть.

К счастью, у нее хватило сообразительности сунуть телефон в карман так, чтобы он заиграл, как будто ей кто-то звонил. К счастью, человек в костюме появился как раз вовремя.

Успокоив дыхание, она подняла голову и посмотрела на раненого мужчину. Её зрачки сразу же сузились, когда она увидела большую лужу крови на земле. На бледном лице мужчины появился слабый зеленый оттенок. Он закрыл глаза, когда его положили. Казалось, он больше не дышит.

- Сэр, сэр... - Нин Цин подползла к нему и встряхнула дрожащими руками.По ее щекам текли слезы, когда она спрашивала: «Ты мертв? Не умирай. Нет…»

Это был ее первый раз, когда он был так близок к смерти. Она плакала от страха. Раньше он был совершенно здоров, да и как он мог…

- Перестань меня трясти.Я не умер. Человек пошевелил тонкими губами и заговорил очень слабо, но спокойно.

Нин Цин была ошеломлена; она быстро вытерла слезы и, надув губы, пожаловалась: "Почему ты ничего не сказал раньше, если ты еще не умер? Из-за тебя у меня чуть не случился сердечный приступ."

-Ты теперь такая робкая. Разве ты не была чрезвычайно храбра раньше?- Мужчина ухмыльнулся.

-Я очень храбрая!- Возразила Нин Цин. Она достала из кармана белый носовой платок и помогла ему надавить на кровоточащий живот.

Глаза мужчины все еще были полузакрыты, но он мог видеть нежное, красивое лицо девушки. Ее ресницы, украшенные каплями слез, развевались, как крылья бабочки.

"Почему ты задыхался и сидел на земле тогда?"

- Потому что я бежал слишком быстро.-

Я боялась, что ты умрешь! Затем Нин Цин посмотрела на мужчину и сказала: "Ты не можешь продолжать так истекать кровью. Эти люди в черном уже должны были уйти. Позвольте мне отправить тебя в больницу."

-Все нормально. Мои люди уже здесь-

Как раз в этот момент "Land Rover" резко затормозил посреди дороги. Дверца машины распахнулась, и из нее вышли двое мужчин, которые раздвинули кусты и поздоровались с раненым.«Молодой мастер…» Они с благоговением помогли ему подняться.

Нин Цин отпустила его. Она знала, что именно эти люди должны были спасти его, поэтому позволила им забрать его.

"Как вас зовут?" Раненый повернулся, прежде чем уйти, с полностью открытыми глазами.

Нин Цин не находила слов. Это были такие глубокие и красивые глаза. Черное и белое были такими ясными и яркими, совсем как звездная ночь. Они мерцали, как обсидиан. Поистине великолепно.

Нин Цин поняла, что ее страстное увлечение заметно, и быстро взяла себя в руки. Затем она встала и смущенно ответила:«… Нин Цин», что означает «красивая женщина».

На лице раненого не отразилось никаких эмоций. Как будто он родился холодным интровертом. Он посмотрел на нее и сел в Land Rover.

В этот момент "Land Rover" стремительно тронулся с места.

Нин Цин подождала, пока "Land Rover" скроется из виду, и только тогда отвела взгляд.Она посмотрела на кровавое пятно на своей руке и почувствовала себя так, словно только что очнулась от сна.

Она вдруг вспомнила о своем носовом платке.

Незадолго до того, как мужчина ушел, она ослабила хватку, и раненый забрал у нее платок.

Глаза мужчины снова появились в ее голове, и ее сердце бешено заколотилось. Она покачала головой и очистила свой разум от этого образа. Затем она вдруг закричала " Ах " и побежала.

Черт возьми, а как же мое свидание?

Сюй Цзюнься, подожди меня.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 3-Три года спустя

Три года спустя.

Пока Нин Цин была в классе,она получила телефонный звонок от Сюй Цзюньси. - Эй, я в отеле "Империал", комната 2016. Принеси мне новый комплект одежды. Сейчас.-

Хоть его голос и звучал холодно и резко, Нин Цин была рада, что он позвонил.

За последние три года это был первый раз, когда Сюй позвонил.

Три года назад она опоздала на свидание на два часа из-за того, что спасла того раненого мужчину на своем пути. К тому времени, как она добралась до парка, Сюй Цзюньси уже ушёл.

Вернувшись домой, она узнала, что Сюй случайно упал со скалы в парке и был отправлен в больницу. Так совпало, что ее сводная сестра Нин Яо так же была в парке в это время. Пытаясь спасти его, она тоже упала и ушибла голову. Её также доставили в больницу. Этот несчастный случай оставил шрам на голове Нин Яо.

И вот тогда-то и началась драма. Между Сюй Цзюньси и Нин Яо что-то происходило. И насколько он мог судить, именно она, Нин Цин, была виновата во всем.

Несмотря на то, что обе семьи разрешили помолвку между ними, и технически Сюй Цзюньси был ее женихом.

Нин Цин поспешила обратно в школьное общежитие и забрала оттуда совершенно новый наряд, состоящий из одной рубашки и пары брюк. Это стоило ей половины месячной зарплаты с летней работы.

Слишком много произошло за последние три года, включая развод ее родителей. Семья Нин выгнала ее и ее маму из дома. Она больше не была юной леди из семьи Нин.

Нин Цин поспешила в отель "Империал". Она положила руку на дверную ручку номера 2016 и обнаружила, что дверь не заперта, поэтому она слегка приоткрыла ее.

Из комнаты донеслись два голоса.

Её лицо застыло, а сердце мгновенно ушло в пятки.

Она тихонько открыла дверь. Как и ожидалось, она увидела разбросанную по ковру одежду, а на широком мягком диване лежали два человека, тесно прижавшись друг к другу.

Для Нин Цин это было как удар ножом в сердце. Она думала, что Сюй Цзиньси позвал ее чтобы помириться. Она никак не ожидала, что он действительно заставит ее стать свидетельницей того, что её жених спит с другой женщиной?

В течение последних трех лет он относился к ней холодно и был совершенно равнодушен. Она часто видела сообщения о его любовных похождениях с некой знаменитостью или светской львицей из газет, но всегда считала, что это просто экстравагантные заголовки, основанные на сплетнях. Она предпочла поверить, что он не сделает ничего подобного.

Она всегда твердо стояла на его стороне, даже без тени сомнения. Она оказала ему полное уважение и доверие.

Но для чего все это было? Он изменял ей прямо на ее глазах!!!

Как сильно он ненавидит ее, что ей приходится так унижаться?

Думая о том, как она была счастлива по дороге сюда, она чувствовала себя полной, абсолютной дурой.

Присутствие Нин Цин было замечено двумя людьми на диване. Когда красные ногти женщины соблазнительно пробежали по груди мужчины, она хихикнула и сказала: "Мистер Сюй, ваша невеста здесь..."

Во время разговора с Сюй женщина вызывающе поглядывала на Нин Цин.

В городе Т не было ни одного человека, который не слышал бы о Нин Цин, светской львице № 1 во всем городе. Ее красота намного превосходила красоту любой другой женщины.

Очень жаль, что её слава исчезла. Все хотели воспользоваться случаем, чтобы наступить на ее гордость и унизить, но только по одной причине-из-за ее завидной красоты.

Женщина была так довольна собой, что переспала с женихом Нин.

На лбу Сюй Цзюньси выступил тонкий слой пота. Поцеловав женщину в шею, он безразлично сказал: "Не обращай на нее внимания, какая досада! Она просто пришла, чтобы принести мне одежду. Давайте продолжим."

-Как вы можете так говорить, мистер Сюй? Ха-ха... - женщина усмехнулась и обвила руками его шею.

Нин Цин крепко сжала кулаки. Это было невыносимо. Она сделала еще один шаг и вошла внутрь.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 4-Позволь мне удовлетворить тебя

Женщина не ожидала, что Нин Цин подойдет к ней. Она подняла свои кокетливые глаза и посмотрела на Нин Цин с вызовом и презрением." И что же она теперь будет делать? Крушить все подряд или драться со мной? Я бы больше беспокоилась, если бы она ничего не сделала."- подумала она.

Когда она оглянулась, то поняла, что Нин Цин остановилась в двух шагах от нее, женщины,что насмехалась над ней.

Ее взгляд, казалось, говорил: "я уже здесь, я наблюдю за вами". Вы должны приложить больше усилий!

Женщина почувствовала себя так, словно получила сильную пощечину. Ее лицо пылало от смущения. Она быстро прижалась к Сюй Джонси и кокетливо сказала: "Мистер Сюй, посмотрите на свою невесту…"

Сюй Цзюньси замер, когда Нин Цин направилась к ним. Он с нетерпением ждал ее следующей реакции.

Обычная женщина скорее убежала бы в слезах или ворвалась бы в дом и истерически закричала, когда поймала бы жениха на измене. Однако она была довольно спокойна. Она стояла, не издавая ни звука.

Она действительно оправдывала свое имя как светская львица № 1 в городе, учитывая ее сильную волю. В течение последних трех лет, несмотря на унижение, которое он или его мать причинили ей, она не вела себя ни высокомерно, ни смиренно.

Возбуждение Сюй Цзюньси внезапно улетучилось, и его лицо стало серьезным. Он презрительно ухмыльнулся и спросил: "Что ты там стоишь?"

Нин Цин убрала прядь волос за ухо и элегантно произнесла: "Раз уж ты велел мне прийти, я буду участвовать и буду хорошей зрительницей."

Нин Цин приподняла уголки своих розовых губ и изобразила красивую улыбку. Она достала из сумки сотовый телефон и сказала: "Почему бы мне не сделать фотографию в память об этом событии? Генеральный директор "Emperor Entertainment Group" и модель из "Vouge" вместе ложатся спать. Если эта фотография быстро распространится, я уверена, что вы попадете в заголовки газет."

- Ты... - модель никогда не думала, что Нин Цин будет так прямолинейна и резка, указывая на конфликт интересов между ней и Сюй Цзюньси и угрожая разрушить ее будущую карьеру.

- Отвали от меня!- Взревел Сюй Цзюньси на модель, сидя на диване и не сводя глаз с Нин Цин.

Если фотография попадет куда нибудь, это определенно вызовет большой хаос. Совет будет в ярости, не говоря уже о том, что отец определенно не позволит ему избежать наказания.

По сравнению с его карьерой, что для него эта моделью?

Модель не посмела ослушаться приказа Сюй Цзюньси. Она "хмыкнула" на Нин Цин, прежде чем выйти из комнаты.

В комнате остались только они вдвоем. Сюй Цзюнься выхватил из рук телефон Нин Цин. Он слышал звук затвора фотоаппарата и подумал, что эта женщина способна на все.

Он хотел поскорее удалить фотографию, но та, которую он нашел, была всего лишь снимком диванного уголка. Все, что было видно, - это темно-бордовый цвет дивана.

Он остановился и посмотрел на Нин Цин.

В прекрасных глазах Цин появился легкий холодок. Она выглядела немного разочарованной и грустной. Ее повелительный взгляд придавал ей гордый и отчужденный вид, когда она так спокойно смотрела на него

Сюй Цзюнься был ошеломлен.

Нин Цин протянула свою тонкую руку и положила бумажный пакет на диван. - "Одежду, которую ты хотел, я принесла... До свидания."

Она больше ничего не сказала и повернулась, чтобы уйти.

Сюй Цзюнься не мог сказать, почему он почувствовал боль в своем сердце. Он смотрел на спину Нин Цин и чувствовал, как в нем закипает ярость. Она всегда была такой в последние три года. Она никогда не выказывала ревности или желания затеять драку, и никогда не проливала ни слезинки.

Нин Цин направилась к двери, но внезапно чья-то рука сжала ее тонкое запястье. Сюй Цзюньси напряг все свои силы, чтобы прижать ее к стене, и наклонился, чтобы прижаться к ней всем телом.

Он грубо потер ее красные губы своим мозолистым большим пальцем, изобразил злобную улыбку и сказал: "Нин Цин, не смей думать, что ты лучше всех. Ты ведь не счастлива, потому что я не прикасался к тебе, не так ли? Позвольте мне удовлетворить тебя сейчас."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 5-Сюй Цзюньси, не оскорбляй себя!

Она чувствовала его горячее и тяжелое дыхание.

Ее стройная спина ударилась о стену. Это было больно. Она чувствовала запах духов модели на его теле и губах. На ее глазах выступили слезы. Закрыв глаза, она резко отвернулась, чтобы избежать его поцелуя.

Поцелуй Сюй Цзюньси упал ей на шею. Кожа девушки была гладкой и теплой на его губах, как полотно дорогого шелка.

И от нее приятно пахло. Это были не духи, скорее естественный женский аромат, исходящий от ее прекрасного тела.

Он открыл глаза. Когда она отвернулась, ее шея показалась особенно изящной и светлой. В тусклом свете ее сияющая кожа казалась похожей на лепестки цветов, покрытые туманом росы. Даже тонкий слой пуха казался хрустальным и мягким.

Вот уже три года он не смотрел на нее как следует.

Откуда ему было знать, что она стала такой соблазнительной?

Он даже еще не взглянул на ее лицо. Только кожа на ее шее заставила его кровь закипеть.

Сюй Цзюньси схватил ее за талию, поднял и пошел к дивану.

"Сюй Цзюньси, что ты делаешь? Отпусти меня!" -Только тогда Нин Цин поняла, что происходит, и начала сопротивляться. Ее руки бились о его плечи и спину, пытаясь заставить отпустить ее.

Несмотря на ее сопротивление, он уронил ее на диван. Она подумала о нем и о модели. Этот образ был свеж в ее памяти, и она почувствовала тошноту.

"- Сюй Цзюньси, слезь с меня. Не смей трогать меня своими грязными руками!"

Сюй Цзюнься обхватила его мягкими маленькими ручками и сжала двумя пальцами подбородок. Он усмехнулся: "Грязными? Ты думаешь, что можешь использовать это слово против меня? Ты поступила в Пекинскую киноакадемию, проспала весь свой путь в шоу-бизнес, и ты лучше всех знаешь, со сколькими мужчинами ты переспала. Тебе так повезло, что я готов прикоснуться к тебе. Просто наслаждайся этим."

"Со сколькими мужчинами она переспала?!"

Она подумала, что хотя ее опоздание на свидание три года назад глубоко ранило чувства мальчика, их привязанность друг к другу не так-то легко угаснет. В течение последних трех лет она всегда закрывала глаза на слухи о его любовных похождениях и молча поддерживала его–она думала, что сможет вернуть его обратно.

Но так ли он думал о ней в последнее время?

Нин Цин открыла глаза и прикусила кончик его языка, когда он выдавил его сквозь ее зубы. Вкус крови наполнил их рты. Он почувствовал боль и напрягся.

Он зашипел и тут же отпустил ее, мрачно глядя на нее.

Как она могла быть такой свирепой?

Как она смеет так с ним обращаться!

Нин Цин приподнялась и вытерла губы рукой. Она выглядела бледной, но бесстрашно смотрела на него водянистыми глазами. "- Сюй Цзюньси, не оскорбляй меня и не оскорбляй себя!"

Она встала и вышла.

Когда она шла по улице, холодный осенний ветер дул ей в лицо. Она начала задыхаться, и слезы, которые она так долго сдерживала, покатились по ее лицу.

Она не знала, как и почему он стал таким мерзким.

Раньше он таким не был.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 6-Пьяный в баре.

В ее памяти Сюй Цзюньси всегда носил белую майку с джинсами. Он был на четыре года старше ее. Он приходил искать ее в школу со своими друзьями по колледжу, и они толкали его в плечо и шутили: "Неплохо, Цзюньси. Ты прятал свою прекрасную подружку."

Он застенчиво краснел, глядя на нее теплым, нежным взглядом.

Он был точно такой же, как соседский мальчик, милый, нежный молодой человек.

Но что же с ним случилось?

Что же с ними случилось?

Как будто часть ее сердца была опустошена. Имя "Сюй Цзюньси" всегда носило приятные эмоции в течение ее юности, пока она не выросла и он не изменился. То, что было между ними, уже никогда не могло вернуться к тому, что было раньше.

Нин Цин плакала и вытирала слезы. Пока она шла, в ее сумке зазвонил телефон.

- Привет, Нин Цин. Съемочная группа ищет временного работника. Вы свободны? Одно шоу за двести долларов?"

Нин Цин быстро вытерла слезы и ответила: "Да, я свободна. А что это за адрес? Я сейчас же отправлюсь туда."

Жизнь продолжается. Она не потерпит поражения и не позволит себе распасться на части. Ее мать все еще лежала в больнице. Медицинские расходы и плата за обучение легли на ее плечи.

Она будет жить хорошо, чтобы доказать это всем, кто сомневается в ней.

На съемочной площадке фильма.

Директор закричал: "Мотор!" Прекрасная вторая ведущая актриса указала на Нин Цин и выругалась: "Ты бесстыжая сучка, как ты смеешь соблазнять моего мужа?" Шлеп!

Вторая ведущая женщина ударила Нин Цин по лицу.

Она ударила ее так сильно, что Нин Цин расплакалась. Она подыграла ей и закрыла глаза, давая волю слезам. -" Юная госпожа, это какое-то недоразумение," - слабым голосом произнесла она." Мы с молодым господином невиновны."

"Стоп, снято.- Закричал директор. Он посмотрел на них обоих с довольной улыбкой: " Отлично.Сняли за один дубль."

Вторую ведущую актрису вскоре накрыла своей курткой ее помощница. Она держала в руке чашку горячего чая с молоком и смотрела на красный след, который оставила на щеке Нин Цин. Она извинилась фальшиво: "Нин Цин, мне очень жаль. Я была слишком поглощена своей ролью. Должно быть, я сделала тебе больно."

Нин Цин пощупала свою щеку и решила не обращать внимания на фальш в глазах второй ведущей актрисы. Она слегка покачала головой и сказала: "Ничего страшного."

Вторая ведущая актриса расплылась в улыбке. "Нин Цин, я ухожу. В последнее время я очень занята. Я думаю, ты отлично справилась с этой сценой пощечины. В следующий раз, если будет такая же сцена, я дам тебе знать."

Затем она ушла вместе со своей помощницей.

Сяо Чжоу, которая была знакома с Нин Цин, вышла и передала ей двести долларов. Она смотрела, как вторая ведущая раздувается от гордости и высокомерия, в ярости. «Нин Цин, она нарочно ударила тебя так сильно. Она даже сделала такое саркастическое замечание. На самом деле, твоя игра намного лучше ее. Просто у тебя еще не было перерыва».

Нин Цин положила двести долларов в свою сумку, пожала плечами в ответ на слова Сяо Чжоу и улыбнулась: "Она действительно сильно ударила меня. Мое лицо болит, но и ее рука тоже. К тому же, если она действительно ненавидит меня, то почему так сильно ударила? Это только увеличило мою производительность. С таким же успехом она могла бы ударить меня дюжину раз, чтобы отомстить. Я не могу сказать, умна она или глупа."

Сяо Чжоу была воодушевлена тем, что сказала Нин Цин. Затем ее коллега пригласила её в бар. Сяо Чжоу потащила Нин Цин за собой. -"Нин Цин, давай вместе выпьем и забудем обо всем плохом. Опьянение-это решение тысячи печалей."

В отдельной комнате в баре Нин Цин выпила несколько стаканов крепкого ликера. Вполне в духе Сяо Жоу сказать -"Опьянение-это решение тысячи печалей."

Будучи легкомысленной, она сразу почувствовала головокружение после этих нескольких напитков. Она встала неуверенно, с намерением пойти в туалет.

Сяо Чжоу хотела составить ей компанию, но ее удержали коллеги. Нин Цин махнула рукой и сказала: "Все в порядке." - и покинула отдельную комнату.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 7-Встреча с развратником

Она едва вышла из комнаты, когда услышала, как люди сидящие внутри говорили о ней...

"Чжоу, как так вышло, что Нин Цин хочет получить пощечину за двести долларов? Я помню ее как любимую дочь семьи Нин. Как она оказалась здесь?"

"Даже не начинай. Это все из-за ее отца-развратника. Мать Нин Цин очень любила китайскую оперу в молодости и очень сблизилась с Ли Мейлинг, блестящей китайской оперной исполнительницей. Ли Мейлинг родила Нин Яо двадцать лет назад. Нин Цин относилась к Нин Яо как к своей младшей сестре, не зная, что она на самом деле является ее сводной сестрой. Отец Нин Цин развелся с её матерью три года назад, начал жить с Ли Мейлинг и Нин Яо, и выкинул Нин Цин и её мать из семьи."

"Что? Мисс Ли Мейлинг? Она чрезвычайно почтитаема в китайском оперном кружке, хваленая артистка. Как она могла..."

"Тсс, не дай ей услышать это. Мир движется по закону джунглей. Хотя Ли Майлинг изменяла за спиной своей лучшей подруги, кто осмелился сказать что-нибудь? Мне очень жаль Нин Цин и ее мать. Её мать всё ещё больна, а семья её жениха Сюй мало чем помогла. Она действительно борется."

-О... и Нин Цин просто не пойдет на компромисс. Кстати, о мужчинах, которые каждый день пускают слюни на ее хорошенькое личико. Сейчас я не говорю о том, чтобы уговаривать сладкого папочку, но если бы только она была готова появляться на вечеринках и общаться с большими шишками, ее доход мог бы достичь уровня звезд из списка А."

-Ну да, конечно. Нин Цин была отличницей, когда училась в Пекинской киноакадемии. Компания Huayi Entertainment собиралась подписать контракт с ней, когда ей было девятнадцать, но однажды она ударила генерального директора Хуайи, когда он коснулся ее руки. После этого случая она была занесена в черный список всей индустрии, и теперь она может играть только второстепенные роли. Темные скрытые правила шоу-бизнеса."

Слушая, как люди в комнате говорят о ней, Нин Цин заставила себя улыбнуться. Она пошла в туалет, опираясь рукой на стену, чтобы не упасть..

Она никогда не пожалеет, что ударила этого человека. Люди говорят, что индустрия развлечений полна грязи, но не все грязные в кинокруге - только те, у кого черные сердца.

Она никогда не поступится своими моральными принципами и не выдаст себя.

Умывшись холодной водой, Нин Цин все еще чувствовала головокружение. Она вышла из ванной комнаты.

После нескольких шагов она столкнулась с мужчиной, от которого сильно пахло выпивкой. Он вскричал на нее: "Разве у тебя нет глаз?"

Нин Цин нахмурилась. Она посмотрела на него и замерла. Как тесен мир! Он был первым помощником Хуайи, о котором они только что говорили.

Мужчина тоже был ошеломлен при виде Нин Цин. Но потом его глаза начали светиться. За последние два года Нин Цин стала еще красивее, чем все звезды из списка а, с которыми он спал, даже без макияжа.

Он уже собирался сделать первый шаг. -"А, это ты. Как ты жила последние два года? Хочешь вернуться в Хуайи? Я все время думал о тебе. Тебе там всегда рады."

Именно так говорил сорокалетний мужчина, немного выпивший. Правильно. Он вел себя так, потому что осмелился, потому что Хуайи и Инхуань, последняя из которых принадлежала семье Сюй, были двумя крупнейшими развлекательными компаниями в отрасли.

К сожалению, она поссорилась с обоими.

-" Спасибо за ваше предложение, но мне это неинтересно," - равнодушно сказала она, продолжая идти.

Мужчина смотрел на нее грязным и возбужденным взглядом, когда она уходила. Он слишком долго работал в этой индустрии, чтобы смириться с тем, что есть женщина, которую он хочет, но не может взять.

Он пробежал несколько шагов, чтобы догнать ее, обнял за талию и сказал: "Нин Цин, не выбирай трудный путь. Я позабочусь, чтобы у тебя была очень комфортная жизнь, если ты скажешь "да"."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 8-Молодой Мастер Лу

Нин Цин была хорошо подготовлена. Как только он бросился за ней, она ускорила шаг и повернула назад. Она успешно увернулась от щупальца извращенца и побежала вперед, в толпу.

Генеральный директор Huayi Entertainment посмотрел на то, как Нин Цин отвергла его и выругался: "Сучка, увидишь, я с тобой разберусь!"

Он засучил рукава и бросился вдогонку за Нин Цин.

Нин Цин была потрясена. Она никогда не думала, что генеральный директор Huayi Entertainment захочет преследовать ее на публике. Ей очень не повезло, что за один день она встретила не одного, а сразу двух извращенцев.

Она ускорила шаг и побежала в вестибюль бара.

В баре не было ни ярких неоновых ламп, ни громкой музыки. Напротив, обстановка была довольно спокойной и интимной. Городские белые воротнички приходили сюда группами, чтобы снять стресс. Нин Цин огляделась вокруг, пытаясь найти кого-нибудь, кто мог бы ей помочь.

Как раз в этот момент два сотрудника открыли двери в бар. Управляющий баром поклонился кучке людей и вежливо поздоровался с ними. Впереди шел человек в черном костюме, сшитом на заказ, окруженный группой людей.

Нин Цин была слегка пьяна, и она не могла ясно видеть лицо мужчины. Она могла видеть только хорошо сшитые и хорошо отглаженные брюки, прикрывающие длинные ноги мужчины. Каждый шаг, который он делал, придавал ему внушительный вид.

Нин Цин могла сказать с первого взгляда, что он был человеком высокого происхождения.

Она не колебалась, но шатаясь, направилась к мужчине. Она протянула руки и обняла мужчину за шею. Она мягко улыбнулась и сказала: "Мой дорогой, ты приехал, чтобы забрать меня.?"

У нее не было времени гадать, кто же задыхается в окружающей толпе. За последние три года она прошла через всю непостоянность человеческих отношений. Генеральный директор Huayi Entertainment преследовал ее, и она знала, что даже если бы она попросила о помощи, было очень мало людей, которые осмелились бы вмешаться.

Это была ирония судьбы. Обычно она избегала общения с влиятельными людьми, но сейчас искала связи с этими могущественными авторитетами.

Она посмотрела на него своими слезящимися глазами. Внезапно она остолбенела. Этот человек очень хорошо выглядит. Его скульптурные черты лица, четко очерченная фигура, пара похожих на меч бровей и высокий, как гора, нос…

Но самое главное-у него была пара глубоких и красивых глаз. Они были такими же ясными и яркими, как обсидиан. Когда она смотрела в них, ей казалось, что они безграничны, как два глубоких озера, и чрезвычайно опасны.

Нин Цин нашла его очень знакомым. Казалось, она уже где-то видела эту пару глаз.

Генеральный директор Huayi Entertainment был полон ярости и решимости в своем преследовании.

Увидев, что Нин Цин вцепилась в мужчину, он закатал рукава и хотел утащить ее прочь. Однако он уже более двадцати лет вращался в круге развлечений и многое повидал. С первого взгляда он понял, что эта группа людей не из тех, с кем можно беззаботно шутить.

Генеральный директор Huayi Entertainment напрягся.

Человек что стоял поодаль, держа руки в карманах, казалось, смотрел на Нин Цин, но глядел на него. Затем он посмотрел на кучку людей, стоящих за человеком, и нашел несколько знакомых лиц. Он был удивлен, что те что были с тем человеком были одни из ведущих гигантов в городе.

Что потрясло его больше всего, что человек, который стоял рядом с мужчиной, был Чжоу Яо. Чжоу семейное имя прокатилось, как гром в ушах каждого. Дед Чжоу Яо был лидером центральной власти и был очень влиятельным. Его отец был мэром города Т, и он сам был известным несдержанным молодым мастером. Его отец был когда-то на столько зол на него, что отправил его несколько лет назад в военный лагерь.

Он только заметил сигарету между губ Чжоу Яо, как Чжоу взглянул на него с презрением.

Этот взгляд заставил генерального директора Хуайи немного протрезветь. Он сразу же улыбнулся и поклонился, чтобы извиниться. "Простите, извините, что беспокою вас..."

Он повернулся и ушел.

Он сделал два шага и кто-то позвал тихо, будто ожидая инструкций или вопроса: "Молодой Мастер Лу..."

Генеральный директор Хуайи был весь в холодном поту. Он быстро стер его со лба рукавом. Он слышал только одного молодого господина Лу. Если бы он был простым человеком, тот даже не взглянул бы на него за все время, то ситуация имеет смысл.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 9-Это она, девушка, которая спасла его три года назад

Это был Чжу Руи, секретарь Лу Шаоминг, который просто сказал: "Молодой Мастер Лу".Чжу Руи увидел наполовину пьяную женщину висящую на шее его босса, и попросил у Лу Шаоминга разрешения, чтобы женщину увели.

Лу Шаоминг махнул рукой, сигнализируя ему, чтобы тот замолчал.

Он посмотрел на женщину. Это была она.

Девушка, которая спасла его жизнь в тот зимний день три года назад.

Интересно.

Лу Шаоминг улыбнулся и спросил: "Мисс, вы меня с кем-то перепутали?"

Кого она зовет "Дорогим"? За ней гонится толстый немолодой развратник, а она использует его как щит. Похоже, что у нее все было довольно плохо в течение последних трех лет.

Нин Цин чувствовала себя плохо, так кружилась голова, выпитое ранее вскружило ей голову и затуманило зрение. Она постаралась открыть глаза и увидела, как мужчина саркастично улыбался с оттенком восторга.

Она одарила его милой и светлой улыбкой и заправил прядь волос за ухо. Она подняла брови и сказала кокетливо: "Просто позаимствовала вас для представления. Почему такая реакция? Я знаю. Я получила его. Вот, это ваши чаевые".

Во время разговора с Лу Нин Цин потянулась за деньгами в ее декольте. Она была одета в топ с V-образным вырезом, как это требовал директор для сегодняшних съемок, и она не успела переодеться перед тем как идти в паб.

Она вытащила купюру из выреза и положила ее в карман костюма, который был на Лу Шаоминг. Затем она постучала ему по плечу и улыбнулась, совершенно пьяная. "Вот половина из двухсот, которые я заработала сегодня. Не говори, что я недостаточно щедра."

Она отпустила его и поковыляла.

Чжу Руи и остальной народ уставился на нее в изумлении, пока она уходила. Кто эта женщина? У нее есть хоть малейшее представление о человеке, который стоял прямо перед ней?

Мистер Лу даже не моргнул бы, если бы к этому счёту добавилось еще пять нулей.

Удивительно, что она взяла записку. Она абсолютно пьяна.

Чжу Руи был первым, чтобы перестать смотреть. Он смотрел оценивающе на своего босса, который по-прежнему был само изящество . Лу посмотрел вниз, протянул руку к записке, и небрежно бросил ее на него.

Чжу Руи поспешно схватил записку. Он не мог поверить в то, что он увидел: там был намек на улыбку в глазах своего босса.

Заботливая, снисходительная улыбка.

Лу Шаоминг пошел дальше. Чжоу Яо посмотрел в том направлении, в котором ушла Нин Цин, и подтолкнул его, спрашивая его любопытно: "Шаоминг, кто эта женщина? Ты всегда равнодушен к женщинам, почему ты позволил ей подойти к тебе? Это потому что она особенно красивая?"

Все знали, что мистер Лу соблюдает целибат. Ему было тридцать лет. Как внук семьи Лу и генеральный директор бизнес-гиганта, он был самым желанным холостяком в глазах людей. За все эти годы Чжоу Яо ни разу не видел, чтобы он обращал внимание на какую-нибудь женщину.

И как человек, который когда-то служил в армии, он должен был быть проворным. Чжоу Яо не верил, что он не заметил, как эта пьяная женщина врезалась в него. Он просто позволил ей обнять себя за шею и так тепло улыбнулся. Должно же что-то происходить.

Лу Шаоминг взглянул на Чжоу Яо, который явно был взволнован этой ситуацией. - "Знакомая, которая однажды спасла меня."

Нин Цин бросили в один из роскошных номеров паба. - "Просто оставайся здесь. Наш босс собирается оказать вам свою благосклонность."

- "Ладно, хватит об этом. Она все равно слишком пьяна, чтобы сбежать. Давай останемся снаружи и будем охранять комнату. Мы же не хотим испортить вечер боссу."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 10: Ворвавшись в комнату незнакомца

Нин Цин тяжело опустилась на землю. В тот день ей действительно не повезло. Она только что вышла из бара, и ее поймали люди генерального директора Huayi Entertainment и бросили сюда.

Хотя она была пьяна, все это было в ее теле. Ее разум все еще был довольно ясен.

Она не могла просто сидеть и пассивно ждать своей кончины. Как только этот старый развратник войдет, она неизбежно будет изнасилована. Она должна была бежать.

Но куда же мне идти? У двери стояли два охранника, так что она не могла выйти этим путем. Так что... она вылезет из окна. Лучше стать инвалидом, чем быть изнасилованной этим человеком.

Нин Цин открыла балконную дверь, и ее ноги ослабели, когда она увидела, что это был по меньшей мере десятиэтажный спуск. Она боялась высоты.

Нин Цин не могла спрыгнуть со здания. Она огляделась вокруг, хотя ее зрение было затуманено. Бинго! Кто ищет, тот всегда найдет! Балкон каждой комнаты был всего в метре друг от друга. Она могла перелезть на следующий балкон, примыкавший к соседней комнате.

Нин Цин немедленно начала действовать. Она поднялась на балкон и села на перила. Затем она вытянула свои длинные ноги, чтобы зацепиться за следующий балкон. Она закрыла глаза и не осмелилась посмотреть на него. Добравшись до перил следующего балкона, она наконец ослабила хватку и перекатилась на него.

Вспотев от волнения, она встала и побежала в номер. "Фух, наконец-то я в безопасности."

В комнате никого не было, и было очень тихо. Она слышала только шум льющейся из ванной воды. Казалось, что кто-то принимает душ.

Нин Цин умирала от желания ополоснуть лицо холодной водой. Ей хотелось взбодриться. Если она уйдет в таком головокружительном состоянии, то ее обязательно снова поймает генеральный директор Huayi Entertainment.

"Я больше никогда не буду пить."

Она, пошатываясь, побрела в туалет. Не думая о том, что кто-то может быть внутри, она открыла дверь.

"Ах."- Откуда ни возьмись, большая рука внезапно схватила ее тонкое запястье. Она резко развернулась и оказалась прижатой спиной к холодной мраморной стене.

Это был мускулистый мужчина, от которого пахло свежим душем.

Лу Шаомин посмотрел на девушку, что схватил за руку. Он услышал какое-то движение в комнате, когда принимал душ, поэтому обернул полотенце вокруг талии и приготовился поймать незваного гостя, вошедшего в комнату.

Его бдительная натура была взращена воинственной бойней делового мира. Корпоративная жизнь была похожа на зону боевых действий. Три года назад один корпоративный конкурент послал наемника, чтобы убить его. Если бы не девушка тогда, он, возможно, уже был бы мертв.

Он никогда не думал, что это она ворвется сюда.

Это была их вторая встреча в этот день.

После того, как девушка вскрикнула от удивления, она, казалось, тоже узнала его. Она облегченно вздохнула и надула розовые губки. -"А, это ты."

Лу Шаомин отпустил ее запястье и положил руку на стену рядом с ней. Он тихо спросил: "Почему ты здесь? Врываться в комнату мужчины очень опасно."

У Нин Цин действительно кружилась голова. Чтобы не упасть на землю, она держалась за руку мужчины, которая, казалось, была набита твердыми, как кирпич, мышцами.

- "Кто-то пытался меня изнасиловать. Пожалуйста, одолжи мне свой телефон. Я бы хотела позвонить..." - тут Нин Цин замолчала. И кому она собиралась звонить? Кто же тогда спасет ее?

Она сжала свои волосы другой рукой. - "Забудьте об этом," - продолжала Нин Цин. "Я не хочу делать никаких звонков... Не могли бы вы одолжить мне свой душ? Мне бы хотелось протрезветь."

Из-за опьянения на ее изначально нежном лице появился слабый румянец, от которого она расцвела, как роза. Она выглядела очень привлекательно. Ее полузакрытые красивые, но пьяные глаза, гладкий лоб, который открылся, когда она ранее взъерошила волосы, и нежное невольное лицо излучали невинное очарование. Все это делало невозможным отвести от нее взгляд.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 11: Помни меня

Несколько прядей ее шелковистых волос упали на его сильную руку, щекоча и соблазняя его.

Лу Шаомин посмотрел на ее разочарованное и подавленное выражение лица, и его голос был мягким и нежным, когда он спросил: "Кто хочет изнасиловать тебя, скажи мне? Здесь безопасно. Ты не можешь протрезветь, приняв душ. Все, что тебе нужно, - это хороший ночной сон."

- "Сказать тебе? Ха, ты мне поможешь, если я тебе расскажу? Что ты захочешь от меня после того, как поможешь мне?"Нин Цин немного сломалась, ее тело чувствовало себя очень неуютно, а сердце все еще было пустым.

Ее единственной родственницей в этом мире была мама, которая все еще лежала в больнице, ожидая своего ухода, поэтому, как бы тяжело ей ни было и как бы она ни устала, она упорно держалась в течение последних трех лет.

Три года назад она и ее мать были изгнаны из дома, и ее плата за обучение в колледже стала проблемой.

Она знала, что тетя Сюй пожалела, что дала согласие на то, чтобы выйти замуж за Сюй Цзюньси, узнав, что ее бросили.Она была горделивой, и она не хотела просить о помощи, тем более в таких обстоятельствах.

Но у нее не было выбора, реальность загнала ее в угол, не давая выхода. Она принесла все свое достоинство и гордость семье Сюй в жертву, чтобы просить о помощи.

Сюй Цзюнься не хотел встречаться с ней, но тетя Сюй встретила ее. Она не могла забыть злое и горькое лицо тети Сюй, когда та сказала: "О, ты хочешь потратить деньги семьи Сюй еще до того, как войдешь в семью Сюй?"

Она сбежала.

Первоначально она не хотела идти ни в Пекинскую киноакадемию, ни в индустрию развлечений, но случайно заработала 2000 долларов, сыграв незначительную роль в постановке, с которой ее познакомила Сяо Чжоу. Она вдруг поняла, что на самом деле индустрия развлечений была самым хорошим местом, где можно было быстро заработать деньги.

Хотя для той сцены она была всего лишь дублером главной актрисы, она преодолела свой страх высоты и прыгнула с большой высоты как часть роли.

Она заработала достаточно для оплаты своего обучения, а затем арендной платы, расходов на проживание и медицинских расходов своей матери. Она играла незначительные роли одну за другой, и дело играть незначительные роли и выступать в качестве дублера для других актрис было очень популярно. Она знала, что люди в Т-Сити хотят видеть ее лицо, лицо знаменитой светской львицы, после того как она .попала в немилость.

Она никогда не сдавалась, никогда не сдавалась и никогда не сдастся, но сейчас она устала. Ее сердце было усталым, измученным.

Почему ее жизнь так резко изменилась? Почему ее родители развелись? Почему Нин Яо и Сюй Цзюньси стали такими?

Почему?

Теплые слезы начали скатываться по ее лицу. Прежде чем Нин Цин успела их стереть, мужчина опередил ее. -" Почему ты плачешь? Неужели я тебя чем то обидел?"

Нин Цин знала, что она пьяна. Мужчина нежно поглаживал ее лицо кругами своим мозолистым большим пальцем. Его ладонь была широкой, Толстой и теплой, что немного успокоило ее.

Маленькая рука сжала большую ладонь и чуть спустила ниже . Ее глаза были опущены вниз, ее слеза стекла по щеке и упала на землю. -"Неужели я обречена потерять..?"- Помолчав, она добавила: - "Если я должна потерять это, то это должно быть мое решение. Ты выглядишь очень красивым. Я лучше отдам тебе свое тело, чем буду растерзана этими уродливыми стариками. Сегодня я не буду просить денег, но помни, что это я спала с тобой."

Говоря это, Нин Цин подняла голову, встала на цыпочки, обвила руками шею Лу Шаомина и храбро поцеловала его в тонкие губы.

Лу Шаомин все еще стоял, опираясь одной рукой о стену. Его глубокие глаза спокойно смотрели на горячие слезы, выступившие из глаз девушки. Ее глаза горели огнем, но в них было столько отчаяния.

Лу Шаомин улыбнулся и ничего не сказал, пока нес ее за талию сильной рукой.

Когда они скатились вместе, девушка заскулила, прижалась к его сильной груди и принялась грызть его щеку и шею, как щенок.

Лу Шаомин закрыл глаза, его дыхание было немного беспорядочным. Он погладил ее по волосам своей большой рукой и хрипло спросил:-"Как тебя зовут?"

Нин Цин остановилась. Ее голова уткнулась ему в шею, и в мгновение ока два ряда тонких завитых ресниц коснулись его здоровой пшеничной кожи. - Нин Цин, " Цин "означает" непревзойденная красота"."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 12: Сон После Усталости От Плача.

Когда она училась в средней школе, то прочитала книгу под названием "Непревзойденная красота", которая ей очень понравилась. Книга была о том, что произошло в первые годы существования Китайской Республики, и речь шла о женщине, которая занималась проституцией. Она была хороша в пении и танцах, и была изящным оратором. Когда у нее было свободное время, она любила читать книги, сидя в плетеном кресле. Она мечтала открыть себя, разоблачить и возродиться из пепла, когда вернется в свой родной город.

Она восхищалась этой женщиной. В ее имени было написано "Цин". Вот почему она всегда говорила "Нин Цин, что означает непревзойденная красота", когда представлялась.

Тогда она была молодой леди из семьи Нин. В молодости она была не очень вдумчива. Она всегда наивно полагала, что если бы жила в прежние времена, то наверняка жила бы спокойно, как летний цветок, совсем как та женщина из книги.

Но что же она делает?

Она не была в полном отчаянии, но все же отдала свое тело незнакомцу. Что бы она ни делала, это противоречило ожиданиям ее младшей "себя". Неужели она только что отказалась от самой себя?

Лу Шаомин склонил голову набок, и его губы скользнули по ее волосам. Тело девушки было мягким и маленьким, и от нее исходил чарующий аромат.

Он не был святым, и его тело реагировало инстинктивно. Он слегка приподнял уголки губ и заговорил тихим, но нежным голосом. Его голос звучал довольно соблазнительно. - "То, что тебе суждено потерять, должно быть тем, чем ты владеешь. Даже если ты обладаешь этим, другие не смогут забрать это, если ты не хочешь его потерять."

Слезы Нин Цин лились рекой. Она повернулась и села на пол. Она прижала колени к груди и свернулась калачиком.

Лу Шаомин посмотрел на люстру над своей головой. Он обернулся и увидел, что плечо девушки беспомощно дрожит, пока она плачет. В лучах заходящего солнца его яркие глаза мерцали темным светом, как у орла, парящего в ночном небе.

Он молча ждал ответа. Когда девочка устала плакать, она заснула. Он мягко убрал руку, лежавшую у нее под головой.

Всякий раз, когда человек эмоционально напряжен, ему нужно расслабиться и поспать. Эта девушка была в именно таком состоянии.

Когда он пошевелился, спящая девушка неуверенно вздрогнула. Она повернулась и инстинктивно нашла его теплую грудь и свернулась в его объятиях, как котенок.

Лу Шаомин кусал губы и выглядел беспомощным. Разве она не была просто смешна? Она подливает масло в огонь. Неужели она не беспокоится о том, что он не сможет контролировать себя?

Он согнул указательный палец левой руки и дотронулся до ее нежной нежной кожи тыльной стороной пальца. Он вспомнил, что три года назад она все еще выглядела такой невинной. Но сейчас она была похожа на распустившийся цветок, сияющий и чарующий.

Последние три года он спомнал, как она плакала по нему, когда подумала, что он умер. Ее слезы падали на его щеки и просачивались в его чувства, которые онемели от сильной боли, и они продолжали течь в его сердце.

Как прямой потомок семьи Лу, то, сколько славы он нес в себе, означало, в какую опасность он погружался. В семье, где все сводилось к преимуществам и недостаткам, не было особой теплой семейной привязанности. Дело не в том, что в семье не было любви, но маленький цветок в теплице не смог бы бороться с цветком сливы в разгар зимы.

Он был хладнокровен, но из-за нее он чувствовал в сердце теплоту.

Она пролила слезы из-за незнакомца, и он восхищался этим.

Атмосфера в комнате была довольно тихой и приятной. Раздалось три стука в дверь, и вошел Чжу Руй, "Директор…"

Чжу Руй увидел, что его генеральный директор был обнажен и обнимал девушку; он был потрясен. Только он собрался заговорить, как Лу Шаомин сделал жест, означавший: "тссс."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 13: Женщина, которую ты ищешь, находится в моей комнате

Он боялся разбудить спящую девушку.

Чжу Руй,"..."- Это было слишком ненормально.

Затем Нин Цин пошевелилась, и ее розовые губы пробормотали: "Сюй Цзиньси..."

Движение пальцев Лу Шаомина внезапно застыло. Через 3 секунды он сдержанно и неозмутимо отвел назад здоровую руку.

Нин Цин потеряла свое тепло, и ее крошечные волшебные ручки нащупали мягкое одеяло на кровати. Она зарыла свое маленькое личико поглубже в подушку и мирно уснула.

Увидев, что Лу Шаомин встает, Чжу Руй прошептал: "Президент, Генеральный директор из Кремниевой долины Соединенных Штатов, Мистер Борроу, прибыл в отель; До встречи осталось еще полчаса."

"Ясно. Я выйду через 10 минут."- На лице Лу Шаомина не было особого выражения. Он взглянул на девушку в постели и пошел в ванную.

Через 10 минут дверь открылась, и оттуда вышел Лу Шаомин.

Он вышел из машины. Он уже собирался закрыть дверь, когда увидел, что в коридоре собралась группа одетых в Черное телохранителей. Генеральный директор Huayi ругался: "Группка бесполезных подонков, вы даже не можете справиться с женщиной. А за что я вам плачу? Поторопитесь и найдите ее немедленно."

- "Да, сэр."Телохранители склонили головы в ответ.

Генеральный директор Хуайи упер руку бок и взъерошился, как кошка на раскаленной крыше. Лебедь в его руках улетел прочь.Он сдерживал ярость, кипящую в нем.

Выругавшись, он увидел Лу Шаомина, стоявшего у двери. На мужчине была белая рубашка в паре с черным галстуком, струящаяся ткань и сшитый на заказ дизайн подчеркивали узкую талию мужчины, а его длинные ноги, в облегающих брюках, демонстрировали свежую энергию, даже когда он стоял небрежно.

У 30-летнего мужчины глубокий и тонкий подбородок, четкие бакенбарды, чистый и красивый характер, с природной элегантностью и благородством.

Генеральный директор Huayi увидел, что Лу Шаомин бросил на него несколько холодный взгляд. Его глаза были безмолвны, но не лишены остроты и настороженности Сокола, отчего по спине пробежала дрожь.

Он тут же изобразил льстивую улыбку и поклонился в знак уважения к Лу Шаомину.

- "Женщина, которую вы ищете, находится в моей комнате."- Лу Шаомин приоткрыл свои тонкие красные губы, как будто сказал что-то не подумав.

Это было похоже на то, как если бы генеральный директор Хуайи был поражен молнией; он был ошеломлен на месте. Когда он пришел в себя, то обнаружил, что у него дрожат ноги. - "Я... Вы... Нет, нет, нет, я не ищу никакой женщины. Вы меня неправильно поняли."

"Президент..."

"Шаомин"

Как раз в этот момент подошли Чжоу Яо и Чжу Руй. Чжоу Яо бросил один взгляд на генерального директора Huayi и сказал с улыбкой:"Мы должны иди"

Лу Шаомин тихо закрыл дверь, взял документы из рук Чжоу Руи и пошел вперед.

Чжу Руй внимательно следил за ним. Чжоу Яо специально замедлил шаг, проходя мимо дрожащего генерального директора Хуайи, и намеренно врезался в него. - "Будь осторожен, в следующий раз все может решиться не так легко."

Чжоу Яо усмехнулся и догнал Лу Шаомина.

Ноги генерального директора Хуайи ослабели, а его жирное тело опиралось на стену. Мужчина едва успел сесть на землю.

Затем вперед вышел телохранитель и сказал: "Босс, тот мужчина сказал, что она находится в его комнате, мы войдем и приведем эту женщину, ведь она вам понравилась."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 14: Часы, оставленные молодым мастером Лу

- "Хлоп!"- Генеральный директор "Хуайи Энтертейнмент" хлопнул своего охранника по плечу. - "Позволь мне наслаждаться одиночеством? Ты что, хочешь меня убить? Сколько голов у меня есть, чтобы оскорбить семью Чжоу, сколько денег у меня есть, чтобы... конкурировать с семьей Лу."

Генеральный директор Huayi Entertainment посмотрел на плотно закрытую дверь комнаты, и холодный пот покрыл его лоб. "Лу Шаомин, я никогда бы не подумал, что этот человек был действительно легендарным молодым мастером Лу!

Лу Шаомин просто сказал: "Женщина, которую вы ищете, находится в моей комнате."- Это открыло мне две вещи. Во-первых, у него с Нин Цин были неоднозначные отношения. Во-вторых, он буквально бросил ему вызов :-"Она в моей комнате. Заходи, если осмелишься."

Откуда Нин Цин знает Лу Шаомина?

Генеральный директор Huayi Entertainment дал понять, что у него нет мужества. Он вытер пот и стиснул зубы. - "Пошли отсюда!"

На следующее утро сквозь занавеску на глаза Нин Цин упал солнечный свет. Ее длинные, похожие на крылья ресницы затрепетали, и она медленно открыла глаза.

Она посмотрела на люстру над головой. На мгновение она растерялась. - "А где же я?"

Она закрыла глаза и изо всех сил попыталась вспомнить, что произошло прошлой ночью. Генеральный директор Huayi Entertainment бросил ее в комнату, и она убежала в соседнюю комнату. Затем она вошла в ванную и поцеловалась…

"Ах!"- Нин Цин закричала и внезапно села.

Она посмотрела на свою одежду. Она не изменилась. На ней был все тот же наряд, что и вчера. Она встала с кровати и подпрыгнула. Она не чувствовала никакой разницы, и ее никто не трогал.

Нин Цин облегченно вздохнула и коснулась своего лица. Ее лицо пылало от жара.

Ей очень хотелось дать себе пощечину. Даже несмотря на то, что она была расстроена Сюй Цзюньси и слишком много выпила, она не должна была позволять себе расслабиться, она не должна была делать этого с ним.…

В ее сознании возникло расплывчатое лицо. Она была невероятно пьяна прошлой ночью и не могла точно вспомнить внешность этого человека, но она ясно помнила, что он был очень хорош собой. Он был самым красивым мужчиной, которого она когда-либо видела.

Ее лицо все еще ощущало тепло мужской руки, и она все еще слышала его нежный голос, отдающийся эхом в ее ушах. Она прикоснулась к своим губам и была так смущена. Как она могла быть такой бесстыдной и делать это с незнакомцем?

К счастью, он не дотронулся до нее. Он должен был быть джентльменом.

Она покачала головой и отодвинула этот инцидент в сторону. Нин Цин подошла к окну босиком. Она раздвинула шторы и посмотрела на прекрасный пейзаж за окном, купаясь в ярком солнечном свете. Она развела руками и глубоко вздохнула. Она выдохнула и подумала про себя: "Это совершенно новый чудесный день."

Это была случайность прошлой ночью. Один раз она дала себе волю. Один единственный раз она впала в депрессию. Она должна была смотреть в будущее позитивно.

Завтра будет лучше, Нин Цин! Продолжайте сражаться!

Нин Цин приподняла уголки губ и улыбнулась. Она повернулась и направилась к двери.

Уже собираясь уходить, она вдруг заметила на ночном столике мужские часы. Она подошла и взяла в руки часы.

Она видела много дорогих вещей, когда была молодой леди из семьи Нин. Хотя она не знала марки этих часов, она могла сказать, что они были бесценны.

Она вспомнила высокую мускулистую фигуру, которая шла впереди толпы людей. Она догадалась, что он забыл и оставил его на прикроватном столике.

Она положила часы в сумочку и подумала: "Когда я доберусь до вестибюля отеля, я передам это управляющему".

Когда она добралась до вестибюля отеля, менеджера там не было, и администратор извинился. - "Мисс, клиент не оставил нам никакого контактного номера. Мы не можем связаться с ним. Эти часы выглядят очень дорогими, поэтому мы можем позаботиться о них от вашего имени. Как насчет того, что вы оставите свой номер телефона у нас. Если владелец оставленных вернется, чтобы найти его, мы скажем ему, чтобы он связался с вами."

Секретарша просто заботилась о ситуации в соответствии с ее инструкцией. У Нин Цин не было другого выбора, кроме как оставить часы и дать свой номер телефона. -"Тогда я позабочусь о них сейчас. Когда он придет искать их, пожалуйста, скажите ему, чтобы он позвонил мне."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 15: Посещение мамы в больнице

Нин Цин вышла из гостиницы. Она не знала, что случилось со старым извращенцем, генеральным директором Huayi Entertainment. Он не нашел ее прошлой ночью, но кто знает, что он запланировал для нее на следующий раз.

Все в порядке, она смирится с ударами. Ей все равно нечего было терять.

Этот человек был прав прошлой ночью, все будет хорошо, пока она не откажется от себя.

Шаги Нин Цин мгновенно стали намного легче, как будто весь мир свалился с ее плеч. Она подошла к автобусной остановке, чтобы дождаться автобуса. Программа третьего курса была довольно простая, и в основном там вообще не было никаких занятий. Все студенты начали входить в индустрию развлечений через различные каналы, так что ей не нужно было ходить на занятия.

Она собиралась навестить мать в больнице. Два года назад у ее матери обнаружили болезнь почек, и медикаментозное лечение не помогло. Месяц назад она была госпитализирована с тяжелой почечной недостаточностью.

Она купила миску сладкой клейкой рисовой каши, которую любила ее мать, и отправилась в больницу.

Войдя в больничную палату, мать Нин, Юй Ваньцин, лежала в постели. Юй Ваньцин выросла в сиротском приюте. Когда ей было восемь лет, семья Нин выбрала ее в качестве невесты-ребенка. Красота Нин Цин была в основном унаследована от ее матери. Ее матери в этом году исполнилось 45 лет, но все еще можно было видеть, как она была красива в молодости, несмотря на ее бледное лицо.

- "Мама, ты не спишь?"- Юй Ваньцин лежала в постели и разговаривала со своей соседкой тетей Конг. В палате было всего два человека. Так постепенно Юй Ваньцин и тетя Конг начали разговаривать друг с другом.

Нин Цин шагнула вперед, поддержала мать, чтобы та могла сесть на кровати, и подложила ей под спину мягкую подушку.

Юй Ваньцин смотрела на Нин Цин с любовью и жалостью. Она каждый день получала проколы в почках, из-за чего у нее было плохое кровообращение, но ее глаза были мягкими и изящными, как и предполагало ее имя.

- "Цинцин, разве тебе сегодня не надо идти на учебу? Ты должна упорно тренироваться каждый день, так как учишься играть на фортепиано. С мамой в больнице все будет в порядке. Тут есть тетя Конг и Ян Ян, чтобы помочь заботиться обо мне. Тебе не нужно приходить ко мне в гости."

Нин Цин улыбнулась своей матери. Она держала в секрете от матери тот факт, что училась в Пекинской киноакадемии и поступила в индустрию развлечений. Мысли ее матери были более традиционными и консервативными, и она чувствовала, что девочка не должна идти в такое сложное место.

Она убедила свою мать, что поступила в первоклассный государственный университет и изучала фортепиано. Ее мать была очень довольна этим. Это был хороший выбор для леди.

Нин Цин распаковала сладкую клейкую рисовую кашу и накормила маму маленькой ложечкой, тихо успокаивая ее. - "Мама, мне очень удобно приезжать в больницу на автобусе. Кроме того, день, проведенный без моей мамы, кажется мне вечностью."

- "Посмотри на эту девушку, почему у тебя такой хорошо подвешенный язык?"- Сердито сказала Юй Ваньцин с ослепительной улыбкой на лице. Она была выбрана в качестве невесты ребенком семьей Нин в возрасте восьми лет. Она была верна своим женским обязанностям и считала Нин Чжэнго небом.

Теперь небо опустилось, и ее дочь стала центром ее мира. Если с ее дочерью все в порядке, она тоже будет в порядке.

- "Матушка Нин, все говорят, что дочери-это мамины "теплые куртки". Посмотрите, какая преданная Цинцин! Я могу только позавидовать тебе," - сказала тетя Конг и рассмеялась.

В этот момент вошел сын тети Конг, Конг Янг. Ему было 22 года, и он учился на последнем курсе колледжа. Он был живым и полным энтузиазма мальчиком и обычно навещал свою мать. Он всегда болтал с Ю Ваньцин и помогал ей наливать чай и приносить воду. Юй Ваньцин была очень доволен им.

-"Ты здесь, Янгянг. Какое совпадение! Цинцин тоже сегодня здесь."- Тетя Конг подмигнула сыну и сделала знак Конг Яну, чтобы он вышел вперед и поприветствовал Нин Цин.

Нин Цин взглянула на Конг Яна и увидела, что лицо мальчика стало ярко-красным, когда он беспомощно почесал затылок. На его лице застыло застенчивое выражение. Нин Цин могла сказать, что она нравится Конг Янгу.

- "Привет, Конг Янг."- Пока Конг Ян спотыкался и не мог вымолвить ни слова, Нин Цин приветствовала его спокойно и грациозно.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 16: Нин Яо Вернулась

-"Этот мальчик обычно довольно многословен. Почему ты не разговариваешь, когда видишь Цинцин? Как ты собираешься найти себе жену?"- Многозначительно пошутила тетя Конг.

Нин Цин ничего на это не ответила.

Юэ Ваньцин улыбнулась. "- Тетя Конг, Ян-Ян такой славный мальчик. Почему ты беспокоишься, что он не может найти себе жену? Молодые люди проводят время вместе и в конце концов привязываются друг к другу. Цинцин, я права"?- Она потянула Нин Цин за руку.

Ее мать не знала, что она была помолвлена с Сюй Цзюньсяем. Три года назад, когда ее отец Нин Чжэнго принял такое решение, он не стал обсуждать это с ее матерью. Нин Цин не стала говорить об этом своей матери. Она думала, что так будет лучше для мамы. Счастье в неведеньи.

- "Мама..." - ответила Нин Цин избалованно, подыгрывая Юэ Ваньцину.

Юй Ваньцин и тетя Конг обменялись взглядами и решили, что это сработало.

Съев половину миски каши, Юй Ваньцин вдруг вспомнила: "Цинцин, завтра у твоей бабушки день рождения. Она обожает тебя больше всех. Закажите любимый клубничный торт своей бабушки от Фук Ки и отправьте его. Поздравь свою бабушку с Днем рождения."

Нин Цин была ошеломлена. Ей действительно не хотелось уходить.

Юй Ванцинь коснулась головы Нин Цин. - "Цинцин, не важно как мы расстались с твоим отцом, ты все равно его дочь. Это неизменно."

Нин Цин холодно улыбнулась про себя. Неужели Нин Чжэнго обращается с ней как со своей дочерью?

Три года назад он бросил жену и дочь и выгнал их из дома. Когда у нее возникали проблемы с оплатой обучения, Нин Чжэнго не предлагал ни пенни. Когда ее мать болела, он даже не беспокоился. Его титул "отец" был чисто поверхностным.

Нин Цин смягчилась, когда подумала о своей бабушке. Больше всего ее любила бабушка. Когда она была маленькой, бабушка всегда носила ее на руках, и беспокоилась о том, чтобы она не упала. Ее бабушка всегда улыбалась и говорила: "Наша малышка Цинцин в семье Нин самая лучшая, самая красивая…"

Нин Цин кивнула. - "Хорошо, завтра я отправлюсь к Нин."

Нин Цин взяла торт и подошла к шале Нин.

Она позвонила в дверь, и дворецкий, дядя Фук, открыл дверь.

Дядя Фук явно напрягся, увидев ее. Он подбежал к двери рядом с металлическими перилами, но не протянул руку, чтобы открыть ее. - "Понятно," - нервно сказал он." Это та самая молодая леди. Чем я могу вам помочь?"

Дядя Фук назвал ее юной леди, но отказался впустить и спросил о цели ее визита. Нин Цин находила это довольно забавным.

Он был всего лишь слугой. Он должен был работать, оценивая настроение своего хозяина. Она улыбнулась и взяла торт в руки. - "Дядя Фук, сегодня у бабушки день рождения. Я заказала торт, чтобы поздравить бабушку"

Дядя Фук помолчал и ответил: "Юная леди, с тех пор как бабушка упала с лестницы три года назад, она как в тумане, ничего не понимает. В этом году сэр и мадам решили не праздновать. Вместо этого они просто собираются приготовить лапшу долголетия."

Дядя Фук тактично отказался от ее визита.

Нин Цин затрепетала длинными ресницами. -"Тогда ладно. Я не пойду туда, но этот клубничный торт-бабушкин любимый. Ты можешь принести его для бабушки?"

- "Это..." - дядя Фук заколебался.

Она услышала визг тормозов. Нин Цин обернулась и увидела припаркованный у дома "Ламборджини". Водительская дверца открылась, и из машины вышел Сюй Цзиньси.

Казалось, что Сюй Цзюньси ее не видит. Он подбежал к пассажирскому сиденью машины и открыл дверцу, как подобает джентльмену. Появилась светло-желтая фигура.

Нин Цин выпрямилась и приподняла уголки губ в улыбке. Такое совпадение. Нин Яо, которая была полна решимости покинуть страну после того, как услышала новость о ее помолвке с Сюй Цзюньси три года назад, но теперь она вернулась.

Нин Яо выглядела очень красиво. Ее юное лицо и изысканные модные аксессуары, ее застенчивый взгляд и ее невинное, но нежное поведение-любой мужчина с удовольствием защитил бы такую хрупкую женщину.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 17: Что это за отношение, Нин Цин?

Сегодня Сюй Цзюньси был одет в тонкий белый свитер и темно-кофейную ветровку. Он был красив и умен, и вполне соответствовал корейскому костюму Нин Яо в светло-желтом шерстяном пальто. Они были похожи на молодоженов, брак которых был заключен на Небесах, когда стояли рядом друг с другом.

Нин Цин увидела, что Сюй Цзюнься держит маленькую руку Нин Яо своей укой, а другой рукой обнимает ее за изящные плечи и чуть прижимает к себе. -"На днях ты простудилась в Штатах. Ты чувствуешь себя лучше?Тебя не продуло в машине?"

Нин Цин вдруг захотелось рассмеяться. Движения Сюй Цзюньси были очень осторожными, а выражение его лица было полно нежности и любви. Даже его голос был таким же мягким и нежным, как весенний ветерок в марте. Нин Яо была зеницей его ока, его любимицей.

Что она для него значит?

Она не видела Сюй Цзюньси таким нежным целых три года, а теперь он отдал всю свою нежность другой женщине.

Нин Яо покоилась на груди Сюй Цзюньси, как хрупкое домашнее животное покоится на мужчине, с милой и милой улыбкой на лице. - "Цзюньси, я в полном порядке. Не беспокойся." Только тогда она заметила Нин Цин, и выражение ее лица резко изменилось. Слезы в ее глазах вот-вот должны были пролиться. Она выглядела смущенно, и так, будто ее застали врасплох. "Сестра..."

Голос Нин Яо был похож на ее собственный, нежный и сладкий, как пение птиц весной.

В прошлом она любила Нин Яо из-за ее застенчивости. Она взяла ее под свое крыло и обращалась с ней как с сестрой, помогла ей преподать урок хулиганам и привела ее в высший класс.

Но она никогда бы не подумала, что стала "фермером" из басни "Фермер и Змея".

Рот Нин Цин сложился в саркастическую дугу, когда она усмехнулась. "Lamborghini" только что проехал мимо, и если только люди внутри не были слепыми, она бы не поверила, что они ее не видели.

Изображая перед ней влюбленную голубку, а теперь притворяясь, что боится ее. Люди, которые ничего не знали, подумали бы, что она издевалась над ней, но она промолчала.

Насмешка Нин Цин заставила Нин Яо отпрянуть назад и спрятать свое маленькое плечо в руках Сюй Цзюньси. Она посмотрела на Сюй Цзюньси, ее лицо было полно паники и беспомощности, как будто она просила о помощи.

Сюй Цзюньси тут же недовольно нахмурился на Нин Цин. -" Что у тебя за отношение, Нин Цин? Нин Яо-твоя сестра. Она не хотела ссориться с тобой. Чтобы избежать встречи с тобой, она уехала на три года в Америку. Что еще ты хочешь, чтобы она сделала?"

Нин Яо не стал с ней спорить. Но действительно ли она уехала в Америку, чтобы избежать встречи с ней? Нин Цин улыбнулась и сказала: "о, правда? В таком случае, что она здесь делает?"

"Ты..."- Сюй Цзюньси не мог придумать ответа. -"Нин Цин, я не ожидал, что ты станешь такой эгоисткой."

Вспышка величия появилась в глазах Нин Яо, когда она услышала эти слова, но выражение ее лица было печальным, когда она схватила Сюй Цзюньси за рукав и умоляла: "Цзюньси, прекрати так говорить, это все моя вина. Сестра, ты простишь меня? Я надеюсь, что ваша семья будет счастлива вместе, и..."

-"Ты сказала, что была неправа и хочешь, чтобы я простила тебя. Хорошо. А теперь расскажи мне, как ты ошиблась," - перебила ее Нин Цин.

Нин Яо не знала, что ответить.

Нин Цин улыбнулась, шаг за шагом приближаясь к ней. -"Твоя мать тайно родила тебя и прелюбодействовала за спиной своей лучшей подруги. Все эти годы ты пряталась рядом со мной, притворяясь жалкой и слабой, но ты скрывала все, что касалось меня. Вы разрушили мою счастливую семью и похитили моего жениха. А теперь ты бесстыдно просишь меня простить тебя? Нин Яо, меня от тебя тошнит!"

Маленькие ручки Нин Яо сжались в крепкие кулаки. Она подавила гнев в своем сердце, временно позволив Нин Цин наслаждаться ее разглагольствованиями.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 18: Чувство присутствия

- "Цзюньси, все совсем не так. Моя сестра неправильно меня поняла..." - слезы Нин Яо потекли по ее щекам. Она выглядела очень хрупкой, когда плакала. -"Я ничего не знаю о маме и папе. Я тоже невиновна... я действительно относилась к Цинцин как к своей родной сестре. Для тебя ... я прожила очень тяжелую жизнь в течение последних трех лет. Я сбежала в Штаты, чтобы забыть о тебе, но... …"

- "Ну, хватит!"- Сюй Цзюньси крепко обнял Нин Яо. Он взревел на Нин Цин с ненавистью в глазах: "Нин Яо - та, кто мне нравится. Я люблю ее!"

Нин Цин онемела от боли. Иначе, когда она услышала, как Сюй Цзюнься говорит, что любит Нин Яо, как она могла не чувствовать ничего, кроме печали?

Нин Яо зарылась в объятия Сюй Цзюньси и подняла свои длинные тонкие брови. Она посмотрела на нее с вызывающей улыбкой. Она сочла это сатирическим. Мужчина, который всего несколько дней назад переспал с молодой моделью, и женщина, которая постоянно притворяется. Она гадала, чем обернется эта нелепая комбинация.

Когда возникла патовая ситуация, дверь шале открылась. Вышли Нин Чженго и Ли Мэйлин.

- "Яояо..." - Ли Мэйлин притянула Нин Яо в свои объятия. - "Пусть мама посмотрит. Как ты провела эти три года в Штатах? Яояо, ты похудела."

Нин Чжэнго спокойно обнял плечо Ли Майлинг. Сцена воссоединения семьи была такой оживленной.

Нин Цин посмотрела на них, но никто ее не заметил. Она чувствовала себя чужой.

Нин Яо весело болтала с ними обоими, и Нин Чжэнго сказал: "Давай закончим разговор снаружи и пойдем в дом. Мистер Сюй редко приходит сюда. Яояо, твоя мама давно приготовила ужин. Давайте войдем внутрь."

Нин Цин вдруг вспомнила, что дворецкий сказал, что они приготовили только миску лапши долголетия для ее бабушки, но похоже, что они приготовили роскошный обед для своей дочери.

- "Папа..." - как раз в тот момент, когда все четверо радостно собрались войти в дом, Нин Цин внезапно окликнула его. У нее не было другого выбора, кроме как самой создать свое присутствие.

Нин Цин подошла к Нин Чжэнго и взяла торт в руку. Она улыбнулась и сказала: "Папа, сегодня у бабушки день рождения. Я заказала торт для бабушки. Можно мне зайти к бабушке?"

Нин Чжэнго был посредственным и слабым человеком. Хотя семья Нин была огромной семьей, все с хорошей карьерой, когда отец Нин Чжэнго был жив, он просто расслабился и наслаждался жизнью. Когда его отец умер, мать Нин Чжэнго была единственной, кто взял на себя всю ответственность.

Мать Нин Чженго очень любила Юй Ваньцин и Нин Цин, и она настаивала, что противится идее Ли Мэйлин присоединиться к семейному дому. Однако три года назад произошел несчастный случай. Ее бабушка упала с лестницы.

Следовательно, Нин Чженго развелся с Юй Ванцинь по праву и женился на Ли Мэйлин.

Нин Цин точно знала, что, хотя Нин Чжэнго отдавал приказы, Ли Мэйлин была настоящим советником. Ли Мэйлин была гладкой и скользкой.

Нин Чженго было легко убедить, так что он не мог не следовать советам Ли Мэйлин. Кроме того, сорокалетняя Ли Мэйлин была хороша собой.

Но такой человек, как Нин Чжэнго, был мягкосердечен. Нин Цин видела нерешительные и извиняющиеся глаза, и она этим воспользовалась.

В этот момент Ли Мэйлин захлопала в ладоши и улыбнулась. - "Я все понимаю. Вернулась Цинцин. Тогда давай поторопимся и войдем внутрь. Бабушка определенно будет очень рада, что ты вернулась на ее день рождения."

Нин Цин улыбнулась про себя. Она была уверена, что войдет в дом, но Ли Мэйлин ухватилась за возможность сделать одолжение почти бесплатно. Нин Цин не могла не признать, что Ли Мэйлин была умной женщиной. Она знала, как сделать мужчину счастливым и как его использовать.

Как и ожидалось, Нин Чжэнго изобразил счастливое лицо. Чувство вины по отношению к Нин Цин превратилось в благодарность и нежную страсть по отношению к Ли Мэйлин. - "Цинцин, давай войдем."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 19: Она Изменилась

Войдя в дом семьи Нин, Нин Цин сразу же направилась в комнату бабушки.

Распахнув дверь, она увидела, что бабушка сидит на кашемировом ковре и играет с камнями.

"Бабуля..."- Воскликнула Нин Цин, но ее бабушка не подняла глаз. Она лепетала какую-то чепуху и чесала голову, как ребенок, словно не знала, как играть с камнями.

В комнате находился слуга, который должен был заботиться о бабушке. Слуга беспомощно сказал: "Юная госпожа, вы вернулись. Сегодня утром пожилая мадам забралась в сад за домом и собрала там кучу камней. Она взяла их с собой в комнату поиграть. На ковре холодно, но пожилая мадам хотела присесть. Она просидела тут весь день и не желала слушать ничьих уговоров."

Нин Цин кивнула головой, показывая, что все поняла. Она передала торт слуге, подошла к бабушке и присела на корточки.

Она посмотрела на камни, затем протянула руку и разделила крапчатые камни и одноцветные камни на две кучки. На кашемировом ковре случайно оказалась решетка. Она положила камень на нее.

Внимание бабушки сразу же переключилось на нее. Она последовала за Нин Цин и положила камень на пол.

Поиграв несколько раз, когда пять крапчатых камней образовали линию, Нин Цин рассмеялась и сказала бабушке: "Бабушка, эта игра называется "Пять в ряд". Бабушка выиграла!"

-"Я победила, я победила, ура!"- Бабушка вдруг широко улыбнулась. Она схватила все камни в свои руки и хотела играть снова. Но ей вдруг пришел в голову вопрос: "Кто ты, маленькая девочка?"

Нин Цин наклонила свою маленькую головку и жалобно заморгала, глядя на бабушку. Она надула губы и сказала: "Бабушка, я Цинцин, ты даже не узнаешь Цинцин сейчас."

- "Цинцин?"- Повторила бабушка несколько раз. Она действительно забыла Нин Цин, но, глядя в печальные глаза маленькой девочки, попыталась вспомнить. После минутного раздумья ее глаза засияли, когда она поняла и сказала: "О, ты же бабушкина малышка Цинцин, иди сюда, Цинцин, позволь бабушке обнять тебя."

Бабушка встала и широко раскинула руки. Нин Цин улыбнулась и бросилась в объятия бабушки.

Бабушкины объятия были такими же теплыми, как и мамины.

Некоторое время они обнимались, потом бабушка взяла Нин Цин за маленькую ручку и подвела ее к молочно-белому пианино. -"Цинцин сыграет на пианино для бабушки."

Бабушка больше всего любила слушать, как она играет на пианино. Она играла на этом пианино с самого детства и не ожидала, что теперь его перенесут в комнату бабушки.

Нин Цин села, и ее красивые руки сыграли несколько нот на черно-белых клавишах. Она повернула голову к бабушке и сказала: "Бабушка, Цинцин будет играть " Мерцай, мерцай, маленькая звездочка"."

- "ЛАДНО, ЛАДНО!"- Бабушка заплясала от радости, как ребенок. Когда зазвучала знакомая мелодия, бабушка взяла служанку за руки и захлопала в ладоши, она даже запела вместе с нежным голосом Нин Цин: "мерцай, мерцай, маленькая звездочка, как мне интересно, кто ты такая"...

Когда Сюй Цзюньси поднялся наверх, чтобы навестить бабушку, он увидел эту сцену через щель в полуоткрытой двери. Сегодня Нин Цин была одета в белое платье и бирюзовый вязаный кардиган. Непринужденная и веселая мелодия выскользнула из ее прекрасных пальцев. Половина ее лица, купавшегося в золотистом солнечном свете, была розовой, как цветы персика, а нежные чернильно-черные глаза смотрели по сторонам.

Большая ладонь на дверной ручке медленно разжалась. Он лениво прислонился к двери, засунув руки в карманы брюк.

Если голос Нин Яо был похож на голос иволги, то голос Нин Цин был таким же сладким, восковым и нежным, как у Цзяньганьских женщин. Когда она пела, когда называла его Цзюньси, ее голос был мягким, а не фальшивым и кокетливым.

К сожалению, она изменилась. Она уже не была той простой красивой девушкой, какой была раньше. Она стала эгоистичной, озлобленной и даже грязной после прихода в индустрию развлечений.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 20: Цзюньси, Бабушка передаст Цинцин тебе.

Но самое досадное было то, что она бесстыдно сказала то, что Нин Яо забрала у нее жениха. Несмотря на то, что он был ее женихом, она была готова спать с другими мужчинами, но не позволяла ему прикасаться к себе. Он выпалил, что любит Нин Яо от злости.

А потом его захлестнуло откровенное чувство мести. Он хотел, чтобы она почувствовала зависть, ревность и боль.

Однако он не заметил и намека на ревность на ее лице, когда она гордо и холодно посмотрела на него, словно говоря: "Сюй Цзюньси, я посмотрю, чем вы оба закончите".

Он вдруг вспомнил, что за все эти годы она ни разу не ревновала его. Осознав это, он почувствовал разочарование и опустошенность. Казалось, он чувствовал себя ... потерянным.

Сюй Цзюньси внезапно почувствовал раздражение, когда подумал об этом. Что же думать о Нин Цин? Нин Яо была такой замечательной девушкой, что заслужила его любовь. Разве он тоже не влюбился в Нин Яо?

Он хотел было распахнуть дверь, но бабушка с внучкой уже сидели там и ели праздничный торт. Нин Цин зачерпнула вилкой немного клубничного крема и накормила бабушку.

Бабушка вдруг окунула руку в какой-то крем и размазала его по губам Нин Цин. Глядя на свою бабушку, которая возилась с ней, она дернула ее за рукав и встряхнула ее тело, когда она позвала по-девичьи: "Бабушка…"

Сюй Цзюнься почувствовал, как его скальп онемел вместе с приливом эмоций, а тело напряглось.

Он смотрел, как Нин Цин облизывает сливки у ее губ. Ее губы блестели красным, а язык казался гладким и влажным. Это был именно тот образ.

Сюй Цзюньси сглотнула и вдруг вспомнила тот момент, когда он с силой поцеловал ее на диване на днях. Его глаза тут же покраснели.

В этот момент бабушка заметила Сюй Цзюньси. Она помахала рукой и сказала: "Цзюньси, входи. Что ты делаешь, прячась за дверью?"

Нин Цин обернулась и посмотрела на него. Сюй Цзюньси действительно стоял у двери. Тем не менее, он выглядел высокомерным. Он даже не взглянул на нее, а подошел к бабушке и спросил: "Бабушка, как ты себя чувствуешь?"

- "Неплохо," - ответила бабушка.

Нин Цин была потрясена. Ее бабушка не помнила ее, но она помнила Сюй Цзюньси. Она увидела, что озорство бабушки померкло и сменилось простым дружелюбием.

Тогда Нин Цин поняла, что ее бабушка была не совсем в здравом уме. Временами было хорошо, временами плохо. Сейчас, наверное, один из лучших моментов.

Она чувствовала себя подавленной и держала бабушку за руку. Ее бабушка вздохнула и сказала с тяжелым сердцем: "Цзюньси, бабушка передаст тебе Цинцин. Ты должен относиться к ней хорошо."

Ее подавленное настроение было окрашено меланхолией. Прошло три года, и они изменились до неузнаваемости, но только бабушка не могла этого заметить.

Сюй Цзюньси посмотрел в сторону и увидел Нин Цин в отчаянии. Он чувствовал себя счастливым и сиял от радости, когда сказал: "Бабушка, я теперь с Нин ..." с Нин Яо.

- "Цзюньси..." - Нин Цин отняла свою руку и закричала на него. Она умоляла глазами: "Бабушка не в здоровом состоянии. Не провоцируй ее."

Сюй Цзюнься вдруг почувствовал себя счастливым, когда подумал, что Нин Цин полна сожаления и хочет, чтобы он сказал, что они вместе. Даже несмотря на то, что он больше не хотел ее, она делала вид, что они все еще в хороших отношениях.

В этот момент он был в хорошем настроении, поэтому подыграл Нин Цин и не стал ничего опровергать.

Ее бабушка снова увещевала Сюй Цзюньси позаботиться о Нин Цин. Затем она вернулась в постель, так как была совершенно измотана. Нин Цин укрыла бабушку и покинула комнату с Сюй Цзюньси.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 21: Яояо, извинись перед Цинцин.

Нин Цин вышла из комнаты и вспомнила, что не сможет каждый день видеться с бабушкой и заботиться о ней; она в отчаянии опустила глаза и молчала. Сюй Цзюньси засунул руки в карманы и высокомерно сказал за спиной Нин Цин: "Нин Цин, не грезь наяву. Я молчал только потому, что мы были с твоей бабушкой. Невозможно,чтобы мы были вместе, я встречаюсь с Яояо."

Нин Цин не обратила на это особого внимания, но небрежно ответила":О, всего вам доброго."

Улыбка Сюй Цзюньси мгновенно застыла. Он сделал большой шаг вперед и преградил ей путь. Он холодно поддразнил ее: "Нин Цин, что ты имеешь в виду? Сначала ты не позволяешь мне сказать твоей бабушке, что я с Яояо, а теперь ты желаешь нам всего самого лучшего? Когда же ты наконец прекратишь свои игры?"

Взгляд Нин Цин на мир был разрушен. Играть в игры? Как он в ее действиях мог увидеть игру? Он такой самоуверенный.

-" Если тебе так нравится, то думай как хочешь.", - Нин Цин повернулась и хотела пройти мимо него.

Но Сюй Цзюньси преградил ей путь. Затем они вдвоем стали тянуть и толкать друг друга: "Нин Цин, объясни это нормально сейчас же! "

Нин Цин внезапно встала и подняла свои красивые брови. Она одарила Сюй Цзюньси очаровательной улыбкой и поманила его посмотреть назад.

Сюй Цзюньси сначала был ошеломлен улыбкой Нин Цин. Затем он обнаружил странную атмосферу. Он обернулся и увидел Нин Яо, стоящую позади него с печальным взглядом.

"-Яояо, выслушай меня," - быстро подбежал Сюй Цзюньси, увидев обиженный взгляд Нин Яо.

Нин Яо надула губы и повернулась, чтобы уйти.

Сюй Цзюньси погналась за ней.

Глядя на эту драму, Нин Цин холодно ухмыльнулась. Затем она повернулась и пошла вниз по лестнице.

- "Цинцин, раз ты здесь, оставайся, поужинаем вместе, "- Ли Мэйлин увидела, что произошло наверху. Она спокойно шла перед Нин Цин с дружелюбной улыбкой.

-"Все нормально. Я вернусь первой," - отказалась Нин Цин.

Затем Нин Яо спустилась вниз. Ее печальный взгляд был именно таким, каким она его себе и представляла. Ее лицо было полно невинности и искренности, когда она сказала: "Сестра, мы не виделись три года. Просто останься и дай нам собраться всей семьей."

Она стояла молча и смотрела на Ли Мэйлин с улыбкой, которая на самом деле не была улыбкой. Ли Мэйлин преградила ей путь. Казалось, что они не отпустят ее, если она не сыграет спектакль с парой из матери и дочери.

"-Яояо, что ты там стоишь? Сестра Цинцин не любит тебя. Это все твоя вина. Скорее подай ей чай и извинись перед ней."

- Сказал Ли Мэйлин, и слуга быстро принес чашку чая и передал ее Нин Яо.

- "Яояо... "- Нин Яо без колебаний взяла чашку, а Сюй Цзюньси посмотрел на нее с болью и жалостью. Он не думал, что Нин Яо виновата, поэтому ему было довольно обидно, что Нин Яо пошла на большую уступку, чтобы угодить Нин Цин.

Нин Яо успокаивающе посмотрела на Сюй Цзюнься и подошла к Нин Цин: "Сестра, не сердись, это все моя вина. Я приношу тебе свои извинения."

Нин Цин слегка улыбнулась. Она не отказалась из скромности, но взяла чай.

Когда она подошла к чайной чашке, Нин Яо намеренно перевернула ее и пролила чай себе на руку.

- "Пфф..." - Нин Яо в панике отдернула руку. Словно испугавшись, что никто не поймет ее боли, она быстро отступила на два шага назад.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 22: Контратака.

- "Яояо..." - Ли Мэйлин и Сюй Цзюньси бросились вперед и окружили Нин Яо. Сюй Цзюньси держал раненую руку Нин Яо на своей ладони и тихо спросил: "Яояо, где... обожглась…"

Прежде чем он успел спросить "было ли больно", на лицо Нин Яо снова плеснули теплой водой с чайными листьями.

Все присутствующие были потрясены неожиданным поворотом событий.

Там был слуга, который смотрел на Нин Яо. Они услышали крик Нин Яо, как будто она боялась, что может испортить свое лицо. Тонкий макияж на ее лице был размазан, и то, как она выглядела с чайными листьями на лице, было забавно.

Там же была и служанка, которая прикрывала свой рот рукой и беззвучно смеялась.

-"Нин Цин, ты..!"- Как бы ни была сильна воля человека, она не сможет сохранять спокойствие, когда ее дочь обливают чашкой чая. Ли Мэйлин пристально смотрела на нее, пока она говорила, стиснув зубы.

- "Тетя Ли, что же я такого сделала? Ты такая свирепая, я так боюсь."- Нин Цин сделала шаг вперед и невинно посмотрела на Ли Мэйлин своими прищуренными красивыми глазами. Она посылала свой сигнал прямо Ли Мэйлин, так как там было так много посторонних. "Подберите свою маску и позаботьтесь о своем имидже."-этим взглядом говорила Нин Цин.

Ли Мэйлин чуть ли не начала плеваться ядом. Она никогда не думала, что проиграет молодой девушке после такой долгой борьбы.

Однако опыт имеет значение. Она быстро пролила несколько слез и воскликнула: "Цинцин, почему ты так обращаешься с Яояо? Подойди ко мне, если ты недовольна нами!"

Ее голос успешно привлек внимание Нин Чжэнго из кабинета. Нин Чжэнго сбежал вниз по лестнице и, увидев эту сцену, тут же сделал выговор: "Нин Цин, что за беспорядок ты устраиваешь? Кто позволил тебе запугивать тетю Ли и Яояо?"

Нин Цин давно потеряла надежду на своего отца. Чем холоднее и отстраненнее она была, тем счастливее казалась ее улыбка: "Папа, тетя Ли сказала Яояо извиниться передо мной и сказала, что это все Яояо виновата. Я подумала, что если Яояо виновата, как сестра, то я определенно должна преподать ей урок, чтобы мы начали все с чистого листа."

Нин Чжэнго не находил слов, когда услышал объяснение Нин Цин. Его тело напряглось, и он посмотрел сначала на Ли Мэйлин, а потом на Нин Яо. В конце концов он только тяжело вздохнул.

Нин Цин радостно обернулась и снова посмотрела на Ли Мэйлин. - "Тетя Ли, в какую эпоху вы живете? Почему вы все еще играете в эти трюки под столом? Кстати об актерском мастерстве, тетя Ли, похоже, забыла, что я из Пекинской киноакадемии и тоже разбираюсь в киноиндустрии."

Затем Нин Цин передала чашку чая Ли Мэйлинг и улыбнулась: "Хорошо, поскольку я делаю всех здесь несчастными, я уйду. Эта чашка ... тетя Ли, пожалуйста, забери ее обратно."

Ли Мэйлин была так взбешена, что ей захотелось просто дать несколько пощечин Нин Цин. Однако она не стала бы делать ничего настолько иррационального. Это была ее ошибка, что она потеряла бдительность с Нин Цин.

Что бы ни сделала Нин Цин в тот день, она была уверена, что отомстит ей в течение недели.

Ли Мэйлин вытерла слезы, подавляя гнев в своем сердце. Она протянула руку, чтобы взять чайную чашку Нин Цин, поднятую в воздух.

Она опустила свою голову.

Но " Бах!"- Нин Цин отпустила чашку из руки, и она разлетелась на мелкие кусочки.

-"Нин Цин!"- вскричали два низких голоса. Один принадлежал Чжэнго, а другой - Сюй Цзюньси. Нин Цин ухмыльнулась и, не оборачиваясь, вышла из дома.

Как только Нин Цин ушла, "Дорого-ой, у-у-у..." - Ли Мэйлин закричала в объятиях Нин Чжэнго.

-"Цзюньси, сестра, она..."- лицо Нин Яо было бледным, а тело мелко дрожало.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 23:Сюй Цзюньси, давай отменим помолвку.

Нин Цин вышла из дома и услышала раздраженный голос сзади: "Нин Цин, стой там!"

Нин Цин решительно встала и обернулась. Сюй Цзюнься побледнел от гнева. Она унизила Нин Яо, и он должен был бы сгорать от гнева. Он, вероятно, был там, чтобы разобраться во всем от имени Нин Яо.

Сюй Цзюньси был очень зол, но раньше это было семейное дело Нин, поэтому ему было неудобно делать какие-либо комментарии. Однако он своими глазами видел, как она саркастична. Нин Яо плакала только тогда, когда над ней издевались, почему же Нин Цин стала такой злой?

"-Нин Цин, почему ты унизила тетю Ли и Яояо? Я говорил, что сначала влюбился в Яо ЯО. В течение последних трех лет, когда она была в Штатах, она постоянно отвергала меня. Это я каждый раз прилетал к ней, чтобы повидаться. Она тоже меня любит. Она терпеливо ждет и до сих пор скрывалась именно ради тебя. Как ты могла так жестоко обращаться с такой чистой и невинной девушкой?"

Нин Цин захотелось рассмеяться, и она действительно издала смешок. Жестоко? Он использовал это прилагательное по отношению к ней! Нин Яо, чистая и невинная?

Она могла сказать, что Сюй Цзюньси был полностью ослеплен. Нин Яо уехала в Штаты только три года назад, после того как была заключена помолвка.

Если Нин Яо не поедет в Штаты, как она сможет притвориться святым лотосом? Если она не поедет в Штаты, то как она сможет разыгрывать его и соблазнять снова и снова?

Нин Цин почувствовала себя нелепой. Три года назад, когда она и Сюй Цзюнься обручились, их с матерью очень скоро выгнали. Однажды она была у Сюй, и именно тогда мать Сюй Цзюньси унизила ее. Он был холоден к ней, и она не хотела привязываться к нему, чтобы ее обвинили в том, что она просто ищет связи с богатыми и влиятельными людьми. Поэтому последние три года они проводили вместе очень мало времени.

Она никогда не думала, что когда она зарабатывала деньги, чтобы заботиться о своей матери, Сюй Цзюньси летал в Штаты, чтобы встречаться с Нин Яо. И он просто спал с молодой моделью несколько дней назад.

Неужели он все еще тот мальчик, который был теплым и застенчивым в ее воспоминаниях?

Нин Цин выпрямилась и слабо улыбнулась: "Если бы я не была злой, как бы невинность Нин Яо могла так смело выделяться? Оставь меня в покое. Это здорово, что ты живешь хорошо. Я буду хлопать в ладоши, чтобы поздравить пару принца и принцессы. Вы - хорошая пара."

- "Ты!"- Сюй Цзюньси сжал кулаки, его грудь вздымалась вверх и вниз. Он посмотрел на Нин Цин, которая смотрела на все так легко.

Что она имела в виду? Разве она не должна объяснять все и умолять его остаться?

Неужели у нее появилась привычка подталкивать его к другим женщинам?

Но кем же он был для нее, по ее мнению?

Как только он вспомнил ее расстроенное лицо в комнате бабушки, он почувствовал себя лучше: "Нин Цин, я знаю, что ты любила меня все эти годы, но ты не можешь навязать мне свои отношения. Я хочу быть с Яояо. Не усложняй ей задачу. Между нами говоря, считай, что я твой должник."

У Нин Цин даже не было сил рассмеяться. Она вдруг не поняла, почему приняла его признание в любви, когда ей было восемнадцать, почему согласилась на свидание в саду и помолвку…

Он даже не мог отличить плохое от хорошего. Его высокомерное лицо; она подумала, что это уже слишком, чтобы выдержать еще один взгляд!

Через некоторое время Нин Цин заговорила: -" Сюй Цзюньси, давай расторгнем нашу помолвку," - в ее мягком голосе послышались нотки усталости.

Тело Сюй Цзюньси напряглось. Это очень странно. Именно он сказал, что был с Нин Яо, но когда он услышал, что она расторгла их помолвку, он почувствовал боль в своем сердце. Ощущение было такое, словно кто-то вонзил ему в грудь нож и вырвал сердце. Как будто что-то важное уплывало прочь…

По их лицам пробежал холодок, и Сюй Цзюньси, подняв голову, увидел, что моросит дождь. Плотные и тяжелые капли дождя намочили их одежду.

- "Хорошо," - его глубокий голос звучал так, словно его выдавили из желудка. Сюй Цзюньси пристально смотрел на ее лицо, чтобы не пропустить ни одного выражения: "Пожалуйста, передай мне обратно нефритовый браслет, который был передан через семью Сюй. Я хочу отдать его Яояо."

-" Хорошо," - кивнула Нин Цин. Стук дождя, который капал на их кожу, был таким же холодным, как и то, что она чувствовала внутри в этот самый момент, - "Нефритовый браслет принадлежит семье Сюй. Я обязательно верну его вам. Но я не взяла его с собой. Я позвоню тебе завтра, и ты сможешь приехать и забрать его."

Нин Цин сказала это и повернулась, чтобы уйти, не дожидаясь ответа Сюй Цзюньси.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 24: Двое мужчин дерутся из-за нее.

Как только она повернулась, черный зонтик вдруг закрыл ее от дождя. Затем ее приветствовало красивое лицо Конг Яна. Он улыбнулся и сказал: "Цин Нин, тетя Нин увидела, что небо потемнело и идет дождь, а вам еще предстоит возвращаться домой. Она волнуется, так что она послала меня сюда, чтобы забрать тебя."

Нин Цин не колебалась: "Хорошо, пойдем."

Она сделала шаг и услышала, как Сюй Цзюньси стиснул зубы и выплюнул: "Нин Цин, а ты молодец!"

Ее маленькое запястье внезапно дернулось.

Нин Цин обернулась и увидела, что красивое лицо Сюй Цзюньси покрыто капельками воды. Он смотрел на нее свирепым взглядом, как будто был сдержанным зверем, который бросится на нее и разорвет на куски, как только его освободят.

-"Нин Цин, я унизил тебя. Ты даже уже нашла себе следующего? Ты устроила все это сегодня и ждала, когда я расстанусь с тобой, чтобы ты могла расторгнуть помолвку? Нин Цин, ты мне очень противна!"

Нин Цин никак не отреагировала. Она подняла руку и заправила за ухо прядь мокрых волос. Она сказала спокойным и элегантным голосом: "Сюй Цзюньси, поскольку я тебе противна, пожалуйста, отпусти мою руку."

Сюй Цзюньси не только не отпустил ее, но еще крепче сжал ее запястье. Его сильная рука чуть не сломала ей запястье: "Нин Цин, ты просто смешна. В чем разница между тобой и проституткой? Ты же как шлюха!"

Нин Цин почувствовала, как теплая жидкость наполнила ее глаза. Только она одна знала, сколько усилий ей пришлось приложить, чтобы не продать свое тело в сфере развлечений.

Как он мог сказать ей такое?

Как раз в тот момент, когда Нин Цин собиралась дать отпор, на ее плечо легла чья-то рука. - "Мистер, у нас же цивилизованное общество," - сердито сказал Конг Ян. Пожалуйста, следи за своим языком. И она сказала тебе отпустить ее. Разве ты не слышал? Если ты этого не сделаешь, я вызову полицию."

- "Позвонишь в полицию?"- Сюй Цзюньси презрительно усмехнулся и посмотрел на белую рубашку и джинсы Конг Яна. - "Кто ты такой, чтобы вмешиваться, когда мы разговариваем? Ты хочешь переспать с ней? Вы знаешь, как она дорого стоит? Ты можешь себе это позволить?"

- "Ты?!"

- Пак!- Сюй Цзюньси почувствовал, как у него болит лицо. Оказалось, что Нин Цин дала ему пощечину.

Сюй Цзюньси посмотрел в их сторону. Он не знал, откуда раздался этот крик и кто держал его за руку. Он только знал, что был сбит с толку. Он повернулся и посмотрел на Нин Цин своими налитыми кровью глазами, и ему захотелось придушить ее.

Но когда его взгляд встретился с Нин Цин, он напрягся, так как у девушки напротив него был красный нос…

Она плакала!

Нин Цин воспользовалась моментом, когда Сюй Цзюньси был ошеломлен, и отшвырнула его руку. Прежде чем уйти, она тихо сказала: "Сюй Цзюньси, я бы предпочла никогда не знать тебя."

- Нин Цин... - Сюй Цзюньси почувствовал, что он одержим. Он инстинктивно сделал огромный шаг вперед и снова потянул ее за запястье. В его глазах мелькнула паника: "нет... не надо…"

Его "не уходи" прервал Конг Ян. Конг Ян толкнул его и сказал: "Почему ты такой цепкий? Неважно, кем ты был для Нин Цин тогда, но сейчас ты для нее ничто."

Когда Сюй Цзюньси услышал "ничто для нее", он почувствовал острую боль в своем сердце. Он притянул к себе Нин Цин и хотел заключить ее в свои объятия. Он повернулся, чтобы уставиться на Конг Яна, "Я тебя предупреждаю. Не смей вмешиваться между нами. В противном случае, не вини меня за то, что я не был хорошим."

Конг Янг был молод и агрессивен. Кроме того, он не может контролировать себя в присутствии человека, который ему нравится: "Ну же, давай!"- Затем он и Сюй Цзюньси начали тянуть и толкать друг друга. Они выглядели так, словно собирались драться.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава:25:Нин Яо это все, что у тебя есть.

"- Сюй Цзюньси, что ты делаешь? Ты что, с ума сошел? Отпусти его!"- Цин хотела остановить их, но мужчины были намного сильнее. Сюй Цзюньси махнул рукой, и она отшатнулась назад.

У нее был рюкзак, его лямка ослабла, и что-то выпало в лужу воды.

Нин Цин была потрясена, это были часы. Часы, которые оставил человек в гостинице.

Нин Цин была потрясена и в то же время рассержена. Она не потрудилась взять часы, но, взглянув на Нин Яо, усмехнулась: "Нин Яо, это все, что ты можешь? Твой мужчина сражается за меня, а ты просто наблюдаешь за происходящим со стороны?"

Сюй Цзюньси выбежал, чтобы критиковать Нин Цин, поэтому Нин Яо стояла в стороне и с гордостью наблюдал за происходящим. Но она никогда не думала, что это выйдет из-под контроля, и Сюй Цзюньси станет удерживать Нин Цин.

Даже когда она выбежала, чтобы взять Сюй Цзюньси за руку, он никак не отреагировал. Его глаза видели только Нин Цин.

Это было как десять лет назад, когда его глаза были навечно устремлены на Нин Цин. Он смеялся, когда Нин Цин смеялась, он не мог есть, когда Нин Цин была грустна. Все эти годы она была для Нин Цина как служанка, а он даже ни разу не взглянул на нее.

Нет, она не хотела этого снова.

Она приложила так много усилий и, наконец, взяла Сюй Цзюньси в свою руку. Сюй Цзиньси принадлежала ей; она собиралась стать леди в семье Сюй.

Насмешливые замечания Нин Цин дразнили ее, но в то же время и напоминали об этом. Нин Яо без колебаний бросилась вперед. Как только Конг Ян поднял кулак, она блокировала его прежде, чем он успел ударить Сюй Цзюньси. Она казалась робкой, но действовала мужественно. Она была девушкой, которая была готова отдать все ради любви: "Не обижай Цзюньси, ударь меня, если хочешь."

Конг Ян увидел, что девушка подошла, чтобы блокировать его кулак, и ему удалось вовремя отступить.

Нин Яо чувствовала, что мужчина позади нее все еще хочет дать отпор. Она положила руку на его щеку и слабо упала в объятия Сюй Цзюньси.

Сюй Цзюньси протянул руку, чтобы обнять ее, а Нин Яо с любовью посмотрела на него.

Сюй Цзюньси снова была ошеломлен. Тот, кто потерял рациональность, внезапно вернулся к реальности. И что же он сделал? Зачем ему драться с другим человеком из-за такой женщины, как Нин Цин?

Он вспомнил, как Нин Яо защищала его. Он был тронут и заключил Нин Яо в свои объятия. Он наклонился вперед, чтобы поцеловать ее в лицо. Почему ты бросилась в бой, когда мужчины дрались? Как бы я был расстроен, если бы тебе было больно? А?"

Нин Яо схватила Сюй Цзюньси за шею и усмехнулся. Она сказала, "Я не позволю никому обижать тебя. Если бы ты попал в аварию, я бы больше не смогла жить."

Сюй Цзюньси был ослеплен. Он думал, что Нин Цин была грязной и бессердечной, и он чувствовал, что Нин Яо была драгоценна, поэтому он снова влюбился в нее.

С другой стороны, Конг Ян подбежал к Нин Цин, когда она поднимала часы. Она вытерла воду с них рукавом, и она была в ужасе, что часы больше не работали.

Нин Цин хотелось только плакать. Она понимала, что часы были очень дорогими. Она уже была на грани нервного срыва. Если владелец часов позвонит, то как она сможет ему это компенсировать?

Она встала и осторожно положила часы в сумку. Тогда ей придется действовать без всякого плана. Она пошлет часы в мастерскую и посмотрит, можно ли их починить.

- "Конг Янг, ты в порядке?"- В инциденте был замешан невиновный, и Нин Цин могла только извиняющимся тоном спросить Конга Яна.

Конг Янг покачал головой и улыбнулся. -"Я в порядке, пошли отсюда."

"Все хорошо".- Конг Янг взял свой зонтик, а Нин Цин последовала за ним, но даже не взглянула еще раз на Сюй Цзюньси.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 26: Сегодня вечером я останусь?

Краем глаз Сюй Цзюньси был сосредоточен на движении Нин Цин. Он увидел, что она проигнорировала его и ушла, его грудь снова вздымалась и опускалась.

Затем он услышал, как Нин ЯО в его объятиях мягко сказала: "Цзюньси, моя сестра встречалась с богатым парнем? Эти швейцарские часы - очень старинные из белого золота 18 карат. Это единственный и неповторимый экземпляр часов во всем мире. Два года назад я однажды видела его на аукционе в Женеве. Я слышала, что он был продан по высокой цене в пять миллионов долларов."

Глаза Сюй Цзюньси стали холодными, и он приподнял уголки губ в холодной улыбке. Он сказал кое-что раньше, а именно, что он унижает Нин Цин.

До чего же грязной была эта женщина! Она привязалась к влиятельным людям и к молодому красивому мужчине. Она ни капельки не изменилась.

Неудивительно, что она не беспокоилась о нем.

Сюй Цзиньси взял Нин Яо на руки и стряхнул из головы прекрасное лицо Нин Цин. Он опустил взгляд и мягко посмотрел на Нин Яо: "Яояо, ты испугалась, когда блокировал этот удар для меня?"

Нин Яо прикусила свои розовые губы, и она выглядела невинной: "Я была напугана, но ты - мое все. Я должна защитить тебя. Я знаю, что ты злишься на мою сестру за случайные свидания, но она тебя не услышит. В конце концов она все равно ушла. Мне так грустно."

Нин Яо была достаточно умна, чтобы не упоминать о том, что Сюй Цзюньси игнорировал ее, и не спрашивала, почему Сюй Цзюньси вообще завязал драку. Она даже исказила его мотив борьбы, когда он разозлился, потому что ему было не все равно. Сюй Цзюньси почувствовал себя тронутым и виноватым. Даже если он не был готов признать это, он действительно ввязался в драку, потому что ... ревновал.

Он был ревнив.

Сюй Цзюньси посмотрел на Нин Яо еще более любящими глазами и усмехнулся. - "Давай забудем о ней. Мы поговорили с ней и расторгли нашу помолвку. Яояо, я останусь на ночь. Или, может быть, мы можем отправиться в отель…"

Нин Яо была вне себя от радости. Расторжение помолвки было первым шагом. Следующим шагом она хотела, чтобы Сюй Цзюньси сделал ей предложение.

Она покраснела и закрыла ему рот рукой. - "Ни в коем случае," - кокетливо проворчала она, - "Мы еще не поженились. Мама говорила мне, что девочки должны любить самих себя…"

Она не отдастся Сюй Цзюньси так легко. Женское тело всегда будет главным козырем. Чем проще было его достигнуть, тем меньше мужчина это ценит.

Нин Яо, которая любила свое собственное тело, заставляла Сюй Цзиньси шевелиться. В тот момент, когда они достигли второго этажа шале, он не мог ждать, но опустил Нин Яо и притянул ее тело в свои объятия. Затем он прижал ее к стене: "Ну ладно. Но позволь мне хотя бы поцеловать тебя."

Сюй Цзюньси поцеловал красные губы Нин Яо.

Нин Цин и Конг Ян шли, Конг Ян похлопал себя по груди и сказал: "Нин Цин, не волнуйся. Если этот человек снова потревожит тебя, приходи и ищи меня. Я побью его за тебя."

Сюй Цзюньси унизил ее , в то время как Конг Ян, который был ей чужим, вступился за нее. Нин Цин была тронута.

Однако это было совсем не похоже на отношения. Прежде чем Конг Ян стал бы слишком дорог для нее, , она должна была избавиться от него.

Нин Цин замолчала и посмотрела на Конг Янга: "Конг Янг, этот человек был моим женихом. Хотя мы расторгли нашу помолвку, я не могу начинать новые отношения. Ты хороший человек, но не в моем вкусе. Есть много хороших вариантов. Ты заслуживаешь лучшего."

Конг Яо был ошеломлен, и он, очевидно, переваривал то, что она сказала. Он коснулся своей головы и рассмеялся. -"Нин Цин, ты мне нравишься, и это мое дело. Это не имеет к тебе никакого отношения. Я не прошу тебя принять меня. Но сейчас, когда у тебя есть проблемы, я только надеюсь быть рядом с тобой,чтобы поддержать."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава:27:Телефонный звонок молодого мастера Лу.

Нин Цин не знала, что сказать. Конг Янг сказал, что он ни о чем не просит, поэтому она будет звучать неразумно и жестоко, если скажет что-нибудь еще.

Возможно, больше всего Конг Ян нуждался во времени.

- "Хорошо, Конг Янг. Спасибо, я хочу вернуться в кампус. Пока-пока."

Конг Ян не осмеливался сказать, что он отправит ее обратно в кампус, так как он боялся, что это вызовет у нее чувство отвращения. Судя по тому, что он думал, Нин Цин была решительной девушкой, и ей определенно не нравилось, когда он приставал к ней.

Он передал зонтик Нин Цин: "Идет сильный дождь, возьми зонтик с собой."

-"Все нормально. Мой кампус совсем рядом. Тебе больше нужен зонтик. Я пойду."- Нин Цин побежала прежде, чем Конг Ян успел ответить.

...

Нин Цин шла по улице. По дороге было много магазинов, поэтому она пошла вдоль карниза, Чтобы избежать дождя.

Она не могла принять предложение Конга Яна и дать ему надежду. Хотя он сказал, что будет в порядке, если просто останется рядом с ней. Но с ее точки зрения, принять любезное предложение, не заплатив за него, означало воспользоваться своим преимуществом.

Она не могла воспользоваться помощью Конга Янга.

Пока она шла, в ее сумке зазвонил телефон. Она достала телефон и увидела, что звонит какой-то незнакомый номер.

- "Да,здравствуйте..." - ответила Нин Цин.

- "Привет, привет. Это вы мисс Нин? Я слышал, что мои часы у вас. Если ты сейчас свободна, я приду и заберу их."- Голос мужчины был низким и успокаивающим, очень притягательным.

Нин Цин была ошеломлена. Она горевала в своей голове.

-"Это ... это немного неудобно сейчас. Часы... они в моем кампусе, а я снаружи," - оправдывалась Нин Цин.

-"Так ты снаружи?На какой улице?"

Нин Цин подумала, что он не поверил ей, поэтому без долгих раздумий она посмотрела на дорожный знак перед собой и прочитала название дороги: "Я на улице Сан-Бао. Я позвоню тебе как-нибудь в другой раз, когда освобожусь."

На другом конце провода никто не ответил. Он молчал около двух минут, и Нин Цин почувствовала себя неуверенно. Она все-таки разбила его часы и чувствовала себя очень виноватой.

- "Алло, Сэр…"

Затем раздался "бип". Нин Цин посмотрела в сторону и увидела, что рядом с ней остановился черный "Кайен".

Окно открылось, и в нем появилось красивое лицо. Скульптурное лицо мужчины с тонкими морщинами, красными губами и глубокими черными глазами…

Нин Цин почувствовала взрыв в своей голове. Воспоминание о номере в отеле прошлой ночью нахлынуло на нее, как приливная волна. Она вспомнила, как целовала его.

Она почувствовала... как покраснела от смущения.

По сравнению с Нин Цин, которая была застенчива и нервничала, человек в машине, Лу Шаомин, был довольно элегантен и спокоен. Одна его ладонь лежала на руле, а другой он размахивал телефоном: "Мисс Нин, как дела?"

"Как мои дела?"

Не очень хорошо.

Нин Цин встала и схватила свой телефон. Все еще шел небольшой дождь, и она промокла насквозь. Ей не нужно было смотреть в зеркало, чтобы понять, как ужасно она выглядит.

- "Привет..." - Нин Цин изо всех сил старалась выдавить из себя эту фразу. - "Вообще-то часы находятся в моем школьном общежитии.…"

- "Садись, я отвезу тебя в кампус," - Лу Шаомин пошевелил тонкими губами и мягко сказал без всякого выражения на лице.

Нин Цин наконец поняла, что вырыла себе яму и собирается в ней похоронить себя. Что же ей тогда делать? Может ли она отказаться пойти в кампус?

Она помедлила несколько секунд, прежде чем открыть дверцу и сесть в машину.

...

Она почувствовала себя еще более неловко, когда села в машину. Внутренняя часть автомобиля была низкопрофильной, но роскошной. Ее одежда была вся мокрая, и если бы она села, то наверняка намочила бы сиденье машины.

Она хотела сказать, что выйдет из машины, но краем глаза заметила, что мужчина закрыл окно и включил кондиционер. Ее холодное тело внезапно ощутило успокаивающее тепло.

Рукава его черной рубашки были закатаны до локтя, обнажая мускулистое предплечье. Его ладонь легла на руль, когда они двинулись вперед и повернули. Его действия были довольно плавными и естественными…

Одна деталь могла бы показать, насколько хорошо человек воспитан и владеет собой. Точно так же действие может показать, является ли он зрелым и успешным очаровательным мужчиной.

Нин Цин знала, что Лу Шаомин именно такой.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 28: Она снова польстила себе.

Когда она дала волю своему воображению, мужчина на переднем сиденье посмотрел в зеркало заднего вида. - "Рядом с дверью лежит полотенце. Возьми его, чтобы вытереться."

"Ой..."- ответила Нин Цин и нашла несколько чистых полотенец, которые были аккуратно сложены и хранились в сторону двери. Она взяла синее полосатое полотенце наугад и вытерлась.

Полотенце было мягким, и от него исходил слабый нежный аромат. Должно быть, это из-за кондиционера, которым он был пропитан.

Этот человек - чистюля, который обращает внимание на качество жизни. Вот к какому выводу пришла Нин Цин.

Она вытерла воду с лица, а потом и с шеи. Однако конец нити зацепился за пуговицу ее белой рубашки, которая была на ней. Она потянула полотенце, и третья пуговица ее рубашки распахнулась.

Так уж случилось, что именно там был изгиб ее груди. Она посмотрела вниз и увидела, что ее розовый кружевной лифчик и декольте были видны. Ее молочно-белая кожа была покрыта слоем хрустальных бусин.

Нин Цин была потрясена и быстро прикрыла грудь руками. Затем она посмотрела на мужчину на переднем сиденье, насторожившись.

Ясные светлые глаза Лу Шаомина встретились с глазами девушки через зеркало заднего вида. Он посмотрел на ее нервный, но все же настороженный взгляд, а затем небрежно бросил взгляд туда, где она пыталась прикрыться. Он мягко улыбнулся и отвел взгляд.

Нин Цин горела от смущения. Он был так искренен, и у него не было никаких нечистых мыслей. Если бы не ее преувеличенные усилия скрыть это, он, вероятно, и не посмотрел бы.

Казалось, она ... льстит себе.

Нин Цин смутилась. Чтобы поднять настроение, она сказала: "Я вся промокла. Прости, что я намочила твое кресло."

-"Не волнуйся, ничего страшного."- Он, человек немногословный, поэтому коротко ответил ей.

Нин Цин была ошарашена. Она обнаружила, что этот человек был скуп на слова, и разговаривать с ним было довольно трудно.

К счастью, ее кампус был рядом, и они добрались туда за десять минут на машине. Поскольку шел сильный дождь, Лу Шаомин припарковал свой "Кайен" прямо там, где было ее общежитие, под ее учебным заведением.

-"Я раскрою зонтик, подожди пока в машине, "- предложила Нин Цин, думая, что он, судя по его виду, вряд ли пойдет под дождь.

Лу Шаомин посмотрел на здание общежития перед собой и открыл дверь. Нин Цин услышала, как открылся и закрылся багажник машины. Затем дверь с ее стороны открылась. Мужчина держал зонтик и сказал: "Давай пройдемся вместе."

Нин Цин посмотрела на зонт: "... " ТСК-ТСК-ТСК. Она снова польстила себе.

Конечно, он приготовил зонтик на черный день. Это только она вела себя как полная энтузиазма идиотка.

Нин Цин вышла из машины, и Лу Шаомин закрыл дверцу. Затем они вместе вошли в здание общежития.

...

Когда они поднялись на третий этаж, Нин Цин достала ключи от своей спальни. Она смущенно прикусила свои розовые губки и нерешительно сказала: "Вы не могли бы немного подождать здесь, пока я войду и переоденусь?"

Лу Шаомин не показывал никакого выражения лица. Он был примерно 182 см, намного выше ее. Она могла видеть только его изящно очерченную челюсть.

- "Мгм ..." - он едва заметно кивнул в знак согласия.

Нин Цин открыла дверь и вошла в свою комнату.

Она достала розовую рубашку с трубным рукавом и надела ее в паре с белыми брюками-карандашами. Она сняла свои черные ботинки и надела туфли того же цвета, что и ее рубашка.

Она распустила волосы и вытерла их полотенцем, думая о часах в ее сумке, которые не работали. Она напряженно думала о том, какое оправдание придумает позже.

Владелец часов уже был здесь. Она даже не собиралась признаваться. Денег у нее в кармане не было. Если он заставит ее заплатить, Она не сможет себе этого позволить. Ей оставалось только вытащить их и отнести в ремонтную мастерскую, чтобы узнать можно ли их починить.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 29:Как Мужчина Смотрит На Женщину

Нин Цин отбросила полотенце и направилась к двери. Затем она открыла дверь.

Нин Цин была ошеломлена, когда открыла дверь. Некогда тихий коридор был забит битком. Нин Цин огляделась и увидела, что все ее одноклассницы смотрели влюбленными взглядами. Некоторые из них даже пускали слюни, как влюбленные фанатки. Некоторые из них уже потеряли сознание от этого зрелища.

- "Ух ты, чей это парень? Он такой красивый. Посмотри на его длинные ноги. Он такой пропорциональный, он просто великолепнее любой мужской модели в любом журнале."

"Да. Только посмотрите на него.Он красивы, спокоен, элегантен, умный мужчина лет тридцати. Это типичный взгляд человека, который мне нравится."

Его одноклассницы возбужденно обсуждали этого загадочного мужчину. Они потирали рука об руку и чуть было не бросились его отталкивая друг друга. Нин Цин посмотрела на мужчину и увидела, что он лениво облокотился о стену, слегка согнув ногу и держа левую руку в кармане, а в правой держа сигарету.

Нин Цин не знала, привык ли он к тому, что за ним наблюдают, или он просто так сильно ушел в себя. Даже когда девушки возбужденно говорили о нем, он не двигался ни на дюйм и не казался взволнованным. Его сексуальные тонкие губы выдували клубы дыма кольцами. Он был так спокоен и невозмутим, что казался чужаком и не имел никакого отношения к происходящему вокруг.

Он почувствовал ее присутствие и оглянулся. Он небрежно смерил ее взглядом с головы до ног, прищурил свои узкие глаза и увидел в них нежный взгляд с оттенком ... восхищения и радости.

Нин Цин думала, что у нее галлюцинации. Его глаза двигались точно так же, как мужчина смотрит на женщину. Очень обаятельный и сильный мужчина.

Лу Шаомин выпрямился и спокойно отложил окурок. Он бросил его в мусорное ведро рядом с собой и спросил:- Ты закончила?

- "Угу,"- кивнула Нин Цин. - "Входи."

Она отошла в сторону от двери, когда вошел Лу Шаомин. Когда она закрыла дверь, то услышала разговор девочек: "Это парень Нин Цин? Они встречаются?"

Нин Цин, " ... " Нет!

...

Нин Цин заметила, что правая сторона костюма Лу Шаомина промокла насквозь, когда она закрывала дверь. Потом она вспомнила, что, когда они шли под одним зонтом, она шла слева от него. Казалось, он накрыл ее почти целиком зонтиком, хотя она уже успела промокнуть до нитки.

Он действительно джентльмен.

- "Это..." - Нин Цин было трудно сказать, но он промок из-за нее. - "Не хочешь ли ты снять свой костюм, чтобы я немного высушила его феном? Просто на случай, если ты простудишься."

"Окей." Лу Шаомин кивнул. Он не повернулся, но расстегнул пуговицу своего костюма.

Нин Цин ускорила шаг и взяла протянутый ей пиджак.

Пиджак был теплым от тепла его тела. Нин Цин повесила его на вешалку, и быстрый взгляд на него, который ей удалось украсть, снова прокрутился у нее в голове. Он был одет в черную рубашку того же цвета, что и его костюм, с широкими плечами и тонкой талией под хорошо отглаженной рубашкой. Его мускулы под рубашкой были красивыми и сильными, выдавая здоровую мужскую вибрацию.

Эти девушки были правы. Его тело выглядело хорошо, как прирожденный манекенщик.

Она включила вентилятор и подула им на пиджак. Нин Цин посмотрела и подумала, что его костюм, должно быть, сшит на заказ. Она прикинула, что его костюма хватит на дюжину таких же фенов, как у нее.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 30:Тебе Больно?

Нин Цин моргнула своими длинными ресницами и обернулась. Она смущенно посмотрела на мужчину: "Я вдруг вспомнила, что часы не в моем общежитии. Я оставила их в больнице, когда навещала маму сегодня утром. Я верну их вам либо завтра, либо послезавтра, когда освобожусь."

Лу Шаомин услышал это и обернулся. Он смотрел на нее в течение трех секунд и ответил одним словом: "Хорошо."

Нин Цин облегченно вздохнула. Она подняла глаза и увидела, что он сел на единственную длинную деревянную скамью в спальне. Он скрестил свои длинные ноги и сел довольно элегантно.

Нин Цин ничего не понимала. Если он согласился прийти и забрать его завтра, то почему же он там сидит?

О, может быть, это потому, что его пиджак все еще был мокрым.

Эта длинная скамья была старой. Там было место только для одного человека, и она была немного тесновата. Вид у этого странного человека был такой, словно он снисходительно относился к простому человеку. Это было странное зрелище.

Нин Цин закашлялась, чувствуя себя неловко. Она не обедала в доме семьи Нин. Было время ужина, и она очень проголодалась.

Она вспомнила, что в ее комнате была только пачка лапши быстрого приготовления, и ей захотелось приготовить ее на ужин. Но поскольку этот человек был здесь, ей пришлось просить и предлагать из вежливости.

-"Ты уже поужинал? Я собираюсь приготовить лапшу быстрого приготовления, хочешь?"

Лу Шаомин посмотрел на единственную маленькую кровать в комнате. Кровать выглядела опрятной и чистой, одеяло было сложено как кусок тофу, рядом с одеялом был также розовый медведь. Это выглядело очень мило.

Он посмотрел на девушку с невинным сердцем. Он знал, что она была вежлива, но не собиралась приглашать его остаться на ужин.

Он кивнул и сказал еще одно слово: "конечно."

Нин Цин, " ... " не должна была спрашивать.

В комнате стояла индукционная плита, Нин Цин щелкнула выключателем и вскипятила воду. Когда вода закипела, она открыла пакет с лапшой быстрого приготовления и положила в кастрюлю лапшу.

Когда она помешивала палочками для еды, ее правый указательный палец коснулся края металлической кастрюли. "- Ай," - и она быстро сунула указательный палец под холодную воду.

Пока боль не утихла, она вспомнила, что в комнате еще остались яйца, поэтому повернулась и пошла за ними.

Сделав два шага, " Щелк " и светлая комната внезапно погрузились в темноту. Отключили электричество.

Нин Цин была застигнута врасплох. Она обо что-то споткнулась и вдруг упала вправо.

-" Ах... "- когда она закричала, мускулистая рука внезапно схватила ее за талию. Он напряг все свои силы, и она плюхнулась к нему на колени.

Нин Цин почувствовала, что ее зад уже раскололся надвое. Его ноги были довольно мускулистыми и твердыми, как камень. Когда она шлепнулась, это было не намного лучше, чем упасть на землю.

Когда она была ослеплена болью, рядом с ее ухом раздалось мужественное дыхание, и мужчина спросил глубоким голосом:"Ты в порядке?"

У Нин Цин не было физического контакта со многими мужчинами. Было много мужчин, которые хотели использовать ее в своих целях, но не так много тех, кто мог бы приблизиться к ней. Что же касается Сюй Цзюньси, который вырос вместе с ней, то, к сожалению, они расстались на первом же свидании. После их помолвки единственным близким контактом был тот, когда он страстно целовал ее, пока она ощущала запах модели. Это был запах, который она ненавидела.

Этот запах был ей хорошо знаком. Однажды вечером, когда она была пьяна, она встала на цыпочки и поцеловала его. Она даже толкнула его на кровать и покатилась вместе с ним по ней.

От него приятно пахло.

Как может женщина быть хладнокровной и сдержанной с мужчиной, с которым у нее был близкий контакт раньше? Нин Цин знала, что не сможет этого сделать.

-"Ты что, обожгла палец? Дай-ка посмотрю."- Он снова заговорил. Он наклонился ближе к ней. Ее тело изначально было маленьким, поэтому, когда он пододвинулся ближе, ей показалось, что она тонет в его объятиях.

Ее щеки горели. Никто не знал, сделал ли он это намеренно или случайно. Его тонкие губы скользнули по ее тонкому пушку на мочке уха. Теплый, но настойчивый мужской запах внезапно захватил всю ее нервную систему, и ее сердце бешено колотилось, а тело дрожало.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 31:Или ты все еще хочешь сесть мне на колени?

Она почувствовала, что его рука движется к ней, и Нин Цин шлепнула его по руке, как будто ее ударила молния.

Тело мужчины напряглось.

Нин Цин все еще тяжело дышала. Человеческие чувства были особенно обострены в темноте. К тому же она все еще сидела на его бедрах в такой двусмысленной позе.

Через несколько секунд она почувствовала, что ее поддерживает чья-то рука, и его ладонь казалась ей такой огромной. Ему не составило никакого труда поддержать ее. Контакт их кожи был подобен электрическому разряду.

- "Не надо... "- Нин Цин чуть обернулась и посмотрела на него и прижала руку к груди.

В этот момент в комнату проникал только свет из окна, но в комнате было темно. Ее прекрасные глаза и его черные зрачки были яркими и ясными. Они молча смотрели друг на друга.

Глядя на испуганную и настороженную девушку, Лу Шаомин легонько рассмеялся. Он лениво заговорил своим магнетическим голосом: "О чем ты думаешь? Если ты не хочешь показать мне свою руку, почему бы тебе не встать? Или ты все еще хочешь сидеть у меня на коленях?"

Нин Цин внезапно встала, и ей стало слишком стыдно, чтобы даже показать свое лицо.

Он поддержал ее, чтобы она встала, но она подумала:…

Сколько раз она думала в ту ночь? Сколько же раз?!

И если он действительно хотел что-то сделать с ней раньше, не должна ли она была дать ему пощечину? Даже если бы это было просто недоразумение, все было бы прекрасно после того, как она извинилась.

Почему она была так неловка и только сказала:"Не надо". Отлично, тогда он, вероятно, думал, что она играет в недоступную и хочет сидеть у него на коленях.

Нин Цин, где твое самообладание?

Почему ты так нервничаешь?

Как раз в тот момент, когда Нин Цин умирала от желания провалиться сквозь землю, чтобы сбежать, темная комната внезапно снова осветилась.

У Нин Цин не хватило смелости даже взглянуть на него. Она смущенно обернулась и надула губы: "Я... Я приготовлю лапшу. Скоро мы сможем поесть."

На столе стояли две миски с лапшой. Лапша хорошо пахла и выглядела восхитительно. Поверх лапши лежало золотое солнечное располовиненое яйцо. Это было похоже на роскошную миску с лапшой.

Нин Цин передала Лу Шаомину пару палочек для еды. Он сидел на скамье, а она сидела рядом с кроватью, пока они ели свою лапшу молча.

Мужчина съел миску лапши с полной сосредоточенностью. Он выглядел очень элегантно. Краем глаза Мин Цин заметила, как он держит в руке пару палочек для еды. Его рука была тонкой и красивой, а ногти-круглыми и аккуратными.

Нин Цин изящно жевала лапшу, чтобы снова не чувствовать себя неловко. Она ела свою лапшу в соответствии с его скоростью. Когда он закончил, она тоже отложила палочки для еды.

Она вытащила из коробки салфетку и протянула ему. Затем она подбежала к вешалке и сняла с нее костюм. Она дотронулась до рукавов и сказала: "Твой костюм сухой, можешь надеть его прямо сейчас."

-" Угу," - Лу Шаомин подошел, чтобы взять свой пиджак, но не надел его. Он неторопливо повесил свой костюм на предплечье. Затем он посмотрел на нее и улыбнулся: "Спасибо за твое гостеприимство. Еще увидимся."

Лу Шаомин открыл дверь комнаты и вышел.

Когда Нин Цин смотрела, как его красивая спина исчезает из поля ее зрения, она вспомнила, что она не знает его имени. Она закрыла дверь и побежала к своему окну. Когда она торопилась, ее колено ударилось об угол стола, и это было больно.

Но у нее не было времени проверить свое колено. Она отдернула занавеску и посмотрела вниз. Стройная и красивая тень уже добралась до Кайена.

- "Эй... "- она смогла только выкрикнуть один-единственный слог, и мужчина открыл дверцу и сел в машину. Затем Кайен исчез.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 32:Он принадлежит ей.

Наблюдая, как Кайен исчезает из виду, Нин Цин разочарованно отстранилась. Она села на край кровати и посмотрела на две пустые миски на столе.

Возможно, она слишком долго была одна. Она действительно тосковала по незнакомцу, имени которого даже не знала.

Она встала, чтобы вымыть миски, и поставила ее в шкаф. Она услышала гудок автомобиля. Нин Цин была ошеломлена.

Как раз в тот момент, когда она была ошеломлена, раздался еще один гудок. Она отложила палочки и вышла на балкон. Она посмотрела вниз и увидела, что Кайенн, который уехал, вернулся.

Красивая фигура лениво прислонилась к машине, когда он сунул левую руку в карман с бумажным пакетом в правой руке. Он поднял глаза и посмотрел на нее. Под моросящим дождем его глаза были похожи на журчащие ручейки, такие ясные и яркие.

Лу Шаомин осторожно приподнял уголок своих губ и сказал: "Наноси заживляющий крем три раза в день. Тут также лекарство от простуды. Пей его с теплой водой перед сном."

Он говорил негромко, но достаточно громко, чтобы она услышала. Нин Цин подсознательно согнула указательный палец, и в ее прекрасных глазах блеснула толика света.

За последние три года, кроме ее матери, не было ни одного члена семьи или друга, который давал бы ей такое чувство заботы. Поэтому она не могла не улыбнуться.

Она никак не ожидала, что такой элегантный мужчина окажется таким нежным и заботливым.

Нин Цин просто хотела ответить, но ее захлестнула волна смущения. Мужчина припарковал свою машину под ее спальней, разве он не знал, что такое действие вызывает множество мыслей в умах людей?

Многие мужчины охотятся за такими девушками…

Прежде чем Нин Цин успела ответить, со всех сторон послышались крики людей: "Привет, мистер! Ты со мной разговариваешь? Я случайно обжгла себе палец. Спасибо вам за ваш крем."

- "Привет, мистер, посмотрите на меня. Я хочу пойти за вами. Вы можете дать мне свой номер телефона?"

Улыбка на лице Нин Цин исчезла. Она выглянула наружу и увидела, что окна всего здания общежития открыты и оттуда выглядывает множество длинноволосых голов.

Нин Цин была раздражена. Двадцатилетние девушки не могли устоять перед стабильным и обаятельным взрослым мужчиной. Этот человек был просто магнитом. Он был так привлекателен и привлекателен, просто стоя здесь.

Она чувствовала себя отвратительно, как будто делила своего любимого медведя с остальными. Она была очень расстроена.

Как раз когда она была расстроена, мужчина внизу оставил бумажный пакет на высокой клумбе. Он поднял правую руку и помахал ей на прощание. Нин Цин вдруг почувствовала, что ей не хочется с ним разговаривать. Она прислонилась к стене и выпрямилась. Она ушла от него с гордой и холодной спиной.

Лу Шаомин улыбнулся и посмотрел на девочку, похожую на ребенка. Он открыл дверцу машины. А потом Кайенн действительно уехал.

Нин Цин оставалась в этой позе около минуты. Затем она снова услышала шумные девичьи голоса: "Пойдем вниз. Тот, кто получит бумажный пакет, получит и мужчину."

Нин Цин была несчастна. Она дала девочкам комментарий, что Лу Шаомин сделал для нее, по-детски!

Затем все здание общежития было оживлено. Самая быстрая девушка подбежала к высокой клумбе и протянула руку, чтобы преградить путь людям, стоявшим позади нее.

Но где же этот бумажный пакет?

Он исчез!

Как только все были сбиты с толку, Нин Цин, которая пряталась за поворотом, тяжело дыша, попыталась успокоить свое дыхание. Она посмотрела на бумажный пакет, который держала в руке.

Глупышки! Зачем бежать вниз по лестнице, если есть короткий путь? Как они смеют соревноваться с ней, если они такие глупые?

Ха!

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 33:Нужен Один Миллион.

На следующее утро Нин Цин поспешила в больницу навестить свою мать. В коридоре она случайно столкнулась с лечащим врачом своей матери, Ло Пингом.

Доктор Ло увидел Нин Цин и остановил ее. - "Нин, я как раз собирался тебе позвонить. Пойдемте ко мне в кабинет."

Сердце Нин Цин екнуло, и она внезапно ощутила дурное предчувствие.

После того, как доктор Ло вошел в кабинет и достал рентгеновский снимок, который сделал Юй Ваньцин, " Нин, это тот самый рентген почек, который ваша мама сделала вчера вечером. Мне очень жаль говорить тебе, что состояние почки твоей мамы резко ухудшилась. Ей нужно будет сделать операцию по пересадке почки как можно скорее.

-" Что?"- Лицо Нин Цин побледнело. Она встала на ноги и недоверчиво покачала головой.

Доктор Ло утешил его и сказал: "Нин, если ситуация такова, ты должна оставаться сильной. Твоей маме нужно, чтобы ты заботилась о ней. Большая удача в разгар плохих новостей заключается в том, что мы нашли подходящего донора почек. Операцию нужно будет провести через три дня. Вы должны пойти и собрать деньги на оплату операции."

Нин Цин вся дрожала. Она не могла допустить, чтобы ее мама попала в такую ужасную беду, ведь мама была ее единственной и неповторимой.

-"А сколько нужно денег?"

Доктор Ло вытянул один палец: "Субсидия для донора почки, операционные сборы и расходы на содержание после операции, различные расходы составят в общей сложности не менее одного миллиона."

Один миллион?

Где она может получить столько денег?

Нин Цин подавила свои эмоции и спросила: "Доктор Ло, сколько лет моя мама сможет прожить после операции?"

-"Это зависит от конкретного случая. Некоторые живут год, три года, а некоторые даже двадцать лет. Пока ваша мама активно остается позитивной и сотрудничает в лечении, она сможет жить очень долго."

...

Нин Цин вышла из кабинета и направилась в палату, чтобы поговорить с Юй Ваньцин.

Цвет лица Юй Ваньцин выглядел еще хуже. Доктор Ло не сказал ей о ее состоянии, но она явно чувствовала дискомфорт в своем теле, хотя и не сказала об этом Нин Цин. Она так мило болтала только с Нин Цин.

Нин Цин увидела боль в глазах матери и расстроилась. Но она улыбнулась так мило, что не выдала ни одной из своих эмоций. Она не хотела обременять свою маму.

Мать и дочь немного поболтали, а потом Нин Цин вышла из кабинета, сославшись на то, что собирается в университет.

...

Когда она вышла на улицу, слезы Нин Цин потекли по ее щекам. Меньше всего ей хотелось, чтобы ее мать попала в беду. Но теперь ее мать могла оставить ее в любой момент.

Немного поплакав, она протянула руку и вытерла слезы. Сейчас не время быть слабой, ей нужны деньги, чтобы спасти жизнь матери.

Она достала из сумки телефон: "Привет, Сяо Чжоу. Мне срочно нужны наличные, около миллиона долларов. Есть ли какая-то работа, на которой я могу заработать эту цифру очень быстро?"

- "Миллион долларов?"- Удивился Сяо Чжоу, - "Миллион-это не маленькая цифра. Ты не так уж знаменита в сфере развлечений, поэтому нет никакой рекламы, амбассадорства или возможности для съемок. Если ты действительно хочешь заработать такую цифру, я думаю, что есть только... почему бы и нет, Нин Цин, позволь мне организовать ужин, а ты..."

-" Нет!"- Нин Цин сразу же отказалась.

-"Нин Цин, тебе нужно только присутствовать на обеде. Не будь так против этой идеи…"

Нин Цин ухмыльнулась, когда ее взгляд стал холодным: "Сяо Чжоу, юань еще не обесценился до такой степени, что миллион не был настоящими деньгами. Мы так долго были в сфере развлечений. Кто заплатит мне миллион за то, что я просто присутствую на обеде, не раздеваясь, когда меня не трогают и ни с кем не сплю? Все эти люди были чудовищами. Они бы не платили, если бы не было никакой выгоды."

Она никогда не верила, что с неба падают деньги. Она не присутствовала ни на одном ужине, потому что не могла сделать этот шаг.

Как только она сделает этот шаг, ее стойкость рухнет, и она действительно будет размышлять о том, что сказал Сюй Цзюньси: "продажа своего тела."

У нее было не так уж много денег, и она не хотела потерять последнюю частицу того, что у нее было.

Кроме того, если бы ее мать узнала, что она спасла ее, используя деньги, которые она заработала от продажи своего тела, ее мать умерла бы от гнева.

- "Нин Цин, я вдруг вспомнила, что съемочная группа "Розовой Леди" проводит кастинг на главную женскую роль. За главную женскую роль платят миллион долларов."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 34:Кастинг.

Нин Цин была в восторге: "Правда? Где же они проводят кастинг? Я сейчас же примчусь к вам."

...

Нин Цин прибыла по указанному Сяо Чжоу адресу и уже ждала у входа.

-"Нин Цин, ты пришла. Хоть ты и не участвовала в предварительном кастинге, я достаточно близка к продюсеру и уже позаботилась об этом для тебя. Давай пройдем в вестибюль. Если ты пройдешь кастинг, то денежное вознаграждение в один миллион долларов будет твоим."

Нин Цин была благодарна: "Сяо Чжоу, спасибо тебе."

Сяо Чжоу взял Нин Цин за руку и повела ее в вестибюль: "Не нужно меня благодарить. Ты должна выиграть этот кастинг и угостить меня вкусным обедом."

Нин Цин не отказалась бы. Она помнила, как хорошо Сяо Чжоу относилась к ней, и она определенно отплатит ей за эту доброту, когда у нее будет такая возможность.

Войдя в вестибюль, они увидели множество девушек, ожидавших там. Девушки были молоды и красивы, и все они были одеты как бабочки.

Нин Цин увидела, что в вестибюле было приготовлено много одежды и реквизита. Во время кастинга большую часть времени они давали волю одной из них, чтобы полностью проявить свой талант. Например, там была дверь, и они должны были взаимодействовать с ней, как героиня должна была открывать дверь или что-то в этом роде.

Однако кастинг проходил с реалистичным реквизитом и декорациями. Они могли бы сказать, что "Розовая леди" была хорошо финансируемой постановкой. Кто бы ни был выбран на главную женскую роль, он определенно выиграет в финансовом отношении, а также в своей репутации.

Затем они услышали кокетливые приветственные голоса: "Генеральный директор Сюй…"

У входа собралась кучка экипажей, и девушки в вестибюле обернулись, чтобы посмотреть на вход. Как и ожидалось, Нин Цин увидела, как медленно вошел Сюй Цзюньси в черном пальто.

Нин Цин это не показалось странным.Emperor Entertainment Group долгое время возглавляла сферу развлечений. Несколько лет назад Сюй Цзюньси принял руководство компанией Emperor Entertainment Group от своего отца. Она вынуждена была признать, что он обладал хорошей предусмотрительностью и очень хорошо вкладывал деньги. Он проложил большой маршрут специально для художников, с которыми подписал контракт. Выступления артистов были великолепны, и он, естественно, стал магнатом развлечений, который люди почитали.

Он оправдал свое имя "генеральный директор Сюй".

Когда Нин Цин увидела, что Сюй Цзюнься держит Нин Яо рядом с собой, она успокоилась. Нин Яо была прирожденной актрисой. Она вернулась в страну и определенно присоединилась бы к сфере развлечений, в то время как Сюй Цзюньси был бы ее лучшим покровителем, на которого можно было бы положиться.

Нин Яо была одета в желтый вязаный топ в паре с юбкой в горошек, демонстрирующие ее гладкие светлые ноги. Ее лицо было розовым, а слабая улыбка подчеркивалась розовой помадой. Она выглядела довольно невинной и милой.

Нин Цин не нужно было думать, и она знала, что Нин Яо и Сюй Цзиньси провели последние несколько дней вместе, и о ней позаботились.

Нин Цин была спокойна, но она услышала, как девушка рядом с ней разочарованно вздохнула. Да, за последние три года ее некогда теплый мальчик стал всеобщим любовником мечты.

-" Нин Цин..." - Сяо Чжоу потянула Нин Цин за рукав.

Нин Цин вернулась к реальности, и ее взгляд встретился с тревожными глазами Сяо Чжоу. Она озорно подмигнула и хотела сказать Сяо Чжоу, что с ней все в порядке.

-" Генеральный директор Сюй, наконец-то вы здесь. Все уже ждут вас. Интересно, кто эта девушка?"- Спросил кто-то.

Сюй Цзюньси вошел и заметил Нин Цин. Она была одета в белую рубашку, джинсы и зеленое длинное пальто поверх них. Это был не очень дорогой материал, но она точно хорошо смотрелся, она умела собирать образы. В ее уравновешенной манере держаться был намек на мягкую и прямолинейную элегантность. Она была чрезвычайно привлекательна среди бабочек.

Казалось, что она была в состоянии показать уникальный шарм с тем, что она носит. Не говоря уже о ее лице, которое заставляет всех оборачиваться, чтобы посмотреть.

Он вспомнил Конг Яна, который стоял у дома Нин. Он ухмыльнулся: что бы она ни надела,в глазах любого другого мужчины она обнажена.

Сюй Цзюньси выпрямился и улыбнулся. Он намеренно сказал это громко, чтобы все его могли услышать: "Нин Яо, моя девушка."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 35: Сплетни.

В сфере развлечений так было всегда. Глоток воздуха мог легко превратиться в торнадо. Его ответ "моя девушка" успешно записан в завтрашний заголовок с ним и Нин Яо.

Нин Цин не могла быть обеспокоена тем, что он сказал. Ее больше беспокоил тот факт, что это может быть первым шагом, который он сделает, чтобы превратить Нин Яо в суперзвезду, обнародовав ее личность.

Ее шансы были слишком малы.

Впрочем, все в порядке. Никто не знает, кто победит или проиграет до самой последней секунды, поэтому она не сдавалась.

Нин Яо покраснела. Она прижалась к Сюй Цзюньси, как влюбленная женщина. Члены команды похвалили ее и умаслили: "О, это девушка генерального директора Сюя. Она прекрасна, как фея. Генеральный директор Сюй обладает хорошим вкусом…"

-" Хмпф!"- Сяо Чжоу не могла смотреть. Она вспыхнула от гнева, так как это было несправедливо по отношению к Нин Цин.

Нин Цин посмотрела в сторону и тихо сказала: "Мы уже расстались. У него есть право завести себе новую подружку."

Сяо Чжоу была шокирована, но она видела, что Нин Цин не выказывает никакой печали или обиды, поэтому она почувствовала облегчение. Она посмотрела на Нин Яо и подумала, что она просто стерва, поэтому она просто ждала, что Сюй Цзюньси пожалеет об этом в будущем.

Сюй Цзюнься вывел Нин Яо вперед и тут она заметила Нин Цин. Она робко спросила: "Цзюньси, разве это не моя сестра?"

Нин Цин услышала, как люди задыхаются. На самом деле люди в городе Т знали, что Нин Цин была светской львицей № 1, но мало кто знал о ее помолвке с Сюй Цзюньси, как Сяо Чжоу.

Во-первых, у богатых были свои собственные репутационные обычаи. Они никогда не станут темой для разговора. Во-вторых, Нин Яо уехала за границу три года назад, а Сюй Цзюньси вообще не пострадал. Таким образом, Нин Цин, которая была падшей дочерью богатой семьи, стала центром внимания.

После резких перемен, произошедших за три года, она была единственной, кто получил травму.

Девушки, окружавшие Нин Цин, что-то шептали друг другу на ухо. Большинство из них чувствовали жалость, но было и презрение.

- "Боже мой, Нин Цин - сестра девушки генерального директора Сюя. Посмотри, как хорошо она живет, но она так подавлена и измучена."

"Да. Ну и что с того, что ты красивая? Ее выгнал отец, и характер у нее был не из приятных. Она должна найти корень проблемы в себе."…

Слушая, как другие девушки смеются над Нин Цин, Сяо Чжоу сжала кулак: "Нин Цин, Нин Яо-это смешно. Что она пытается сделать? Она поставила тебя в трудное положение, добившись успеха всего одним замечанием. Она что, смеется над тобой?"

Нин Цин посмотрела в сторону и посмотрела на Сяо Чжоу. Она сделала два шага вперед и спокойно улыбнулась Нин Яо: "Сестра, я так рада видеть тебя здесь. Вчера вечером твоя мать, учительница Ли Мэйлин, велела мне вернуться к Нин и поужинать. Пожалуйста, сообщите ей от моего имени, что меня там не будет. Я боюсь, что моя мама расстроится, когда увидит твою маму."

-" Ого..." - Нин Цин сделала ударение на имени "Ли Мэйлин". Брошенный камень поднял тысячу рябей. Сцена стала шумной, и все потрясенно посмотрели на Нин Яо.

Общественный резонанс внезапно сосредоточился на Нин Яо: "Правда? Нин Яо - дочь учительницы Ли? Я никогда раньше об этом не слышал."

"-Самое главное, судя по тону Нин Цин, учительница Ли, кажется, имеет плохие отношения с мамой Нин Цин..." - голос девушки звучал потрясенно, но она не могла подавить свое волнение. - "Может быть, три года назад отец Нин Цин выгнал Нин Цин и ее мать из-за учительница Ли? О Боже, Нин Яо выглядит так, как будто ей не меньше двадцати. Учительница Ли - любовница и разрушила чужую семью?"

"-Я не могу в это поверить. Учительница Ли была хорошо известна своим прекрасным характером... Нин Цин и Нин Яо обе носят фамилию Нин. Есть и другая вероятность. Нин Яо - дитя учительницы Ли и еще одного человека. Она не дочь семьи Нин."

Внезапно все подозрительные взгляды были устремлены на Нин Яо. Прежнее высокое положение, которое Сюй Цзюнься дал ей, рухнуло вместе с комментарием Нин Цин.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 36:Если Бы У Них Что-То Было.

Нин Яо с ненавистью стиснула зубы. Она не видела Нин Цин уже три года, и ее слова стали еще резче. Сначала она хотела унизить Нин Цин и опозорить ее, но никогда не думала, что Нин Цин сымпровизирует и подставит ей ловушку.

Она знала, что инцидент с ее матерью Ли Мэйлин и ею самой не может быть раскрыт, но она никогда не думала, что Нин Цин решит раскрыть его в такой важный момент перед всеми СМИ.

Глядя на выражение лица Нин Яо, которое было довольно волнующим, Сяо Чжоу не могла не показать Нин Цин большой палец вверх: "Молодец, Нин Цин."

Нин Цин холодно ухмыльнулась Нин Яо. На самом деле, инцидент с Ли Мэйлин был связан с ее матерью. Она тоже не хотела разоблачать свою мать перед прессой. Однако она никому не причинит вреда, если никто не попытается причинить ей боль. Но поскольку Нин Яо загнала ее в угол, у нее есть причина контратаковать.

Ее мать Ли Мэйлин и она сама были запачканы кровью. Их нельзя было разоблачить. Поскольку они не боялись быть опозоренными, она могла бы дать им толчок и позволить им обрести славу.

Сюй Цзюньси отдернул руку и обнял Нин Яо за плечи. Он выпрямился и тихонько кашлянул на тех людей, которые сплетничали. Его покровительственные манеры были совершенно очевидны.

Все быстро закрыли рты, и в зале снова воцарилась тишина.

"-Яояо, пойдем," - тихо сказала Сюй Цзюньси.

-"Но ..." - расстроилась Нин Яо. Она надулась и посмотрела на Сюй Цзюньси своими грустными щенячьими глазами, желая, чтобы он подошел к ней.

Конечно, Сюй Цзюньси понял, что она имела в виду. Он промолчал, но поджал губы и нахмурился, глядя на нее.

Нин Яо была потрясена. Это был первый раз, когда он нахмурился, глядя на нее. В его глазах мелькнуло раздражение.

Она вдруг смягчилась и сгорбилась в его объятиях. Она сделала жалкое выражение лица и послушно кивнула: "Хорошо, все будет так, как скажет Цзюньси."

Сюй Цзюнься подвел ее к панелям. Нин Яо заметила, что он выглядит более спокойным, и робко сказала: "Цзюньси, моя сестра только что обругала мою мать, так что я рассердилась. Я…"

-"Если ты сначала бы не назвала ее своей сестрой, то почему она бы заговорила о твоей матери? Яояо, это сфера развлечений. Каждое слово, которое ты произносишь, должно сначала пройти через твой мозг."

Нин Яо вздрогнула и подумала: "Сюй Цзюньси жаловался, что она глупая?"

Хотя обычно он был полностью у нее под каблуком, он открыто заявлял о своем участии в сфере развлечений.

Нин Яо не знала, не слишком ли она задумалась. Она не знала, догадался ли он о том, что она собирается называть Нин Цин "сестрой". Если так, то это было совершенно не похоже на тот невинный и добрый образ, который она рисовала перед ним. Он будет подозревать ее.

- "Цзюньси, это моя вина. Не сердись на меня. Я очень удивилась, когда увидела ее, поэтому и позвала ее. Я никогда не думала, что она притянет мою мать," - объяснила Нин Яо и потянула Сюй Цзюньси за рукав. Она выглядела невинной, но вела себя избалованно.

Сюй Цзюнься был мягкосердечен. Он обнял ее за плечи и успокоил: "Ты только что вошла в сферу развлечений. Ты же почти ничего не знаешь. Нин Цин находится в игре уже три года. Она хитрая, а ты в невыгодном положении. Дело не в том, что я не хотел заступиться за тебя, но это очень чувствительный и в то же время неудобный вопрос. Было бы еще хуже, если бы кто-нибудь попытался объяснить. Лучше вообще не отвечать. Не волнуйся, я здесь. Тебе нужно только устроить грандиозное шоу, а я позабочусь обо всем остальном."

Нин Яо сияла от радости. Он не только верил в нее, но и обещал помочь ей.

- "Ладно, Цзюньси. Я буду на тебя полагаться."

Глядя в восхищенные и зависимые глаза Нин Яо, Сюй Цзюньси протянул руку, чтобы погладить ее по волосам. Краешком глаза он не мог не смотреть на ее прекрасную спину. Затем в дверях послышался еще один шум. Там же был и генеральный директор Huayi Entertainment.

Сюй Цзюнься холодно ухмыльнулся. Он уже давно слышал, что генеральный директор Huayi интересуется Нин Цин. Интересно, есть ли у них что-нибудь?

Он действительно хотел бы посмотреть.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 37: Подражание Чжао Фэйянь.

Нин Цин подумала, что ей не повезло, когда она увидела генерального директора Huayi Entertainment. Самыми крупными компаниями были Emperor Entertainment Group и Huayi Entertainment. Emperor Entertainment Group были хорошо известны своими возможностями, в то время как Huayi Entertainment брала как легальные, так и нелегальные каналы. У них были большие связи.

Кстати говоря, ей показалось странным, что генеральный директор Huayi Entertainment не потревожил ее после того, как она сбежала из гостиничного номера на днях.

Несколько дней она жила спокойно, но в конце концов снова столкнулась с генеральным директором Huayi Entertainment.

Нин Цин выпрямилась и посмотрела прямо на генерального директора Huayi Entertainment. Если он предпримет какие-то действия, она отреагирует соответственно.

Как раз в тот момент, когда Нин Цин делала дикие предположения, генеральный директор Huayi Entertainment подошел к ней и сказал: "Привет, Нин", - генеральный директор Huayi Entertainment неожиданно приветствовал ее. Он помахал ей рукой и повел себя довольно дружелюбно.

Вот это странно!

Нин Цин не могла поверить, что человек перед ней был извращенцем. Она подавила свое удивление и слабо улыбнулась: "Здравствуйте, генеральный директой Хуайи."

-"Хорошо, прекрасно , отлично. Ты пришла, чтобы присоединиться к кастингу для Розовой Леди. Всего наилучшего. Я возлагаю на тебя большие надежды."

У Нин Цин все тело покрылось мурашками. Не выдаст ли это ее притворство? Она подумала, что генеральный директор Huayi Entertainment, похоже, боится ее. Теперь он, казалось, пытался выслужиться перед ней.

Это очень странно. Неужели случилось что-то такое, о чем она даже не подозревала?

В городе Т, генеральный директор Huayi Entertainment был наравне с Сюй Цзюньси. Мог ли быть кто-то, кого он мог бояться?

Сюй Цзюнься увидел это и расстроился. Он знал, что генеральный директор Huayi Entertainment однажды сказал, что хочет внести Нин Цин в черный список. Отсюда и причина, по которой Нин Цин три года упорно стучалась в сферу развлечений. Почему же тогда генеральный директор Huayi Entertainment так мило приветствовал Нин Цин?

Спала ли она с генеральным директором Huayi Entertainment?

Ответ однозначен. Хе-хе.

Нин Цин отвела свой пристальный взгляд от генерального директора Huayi Entertainment, и она почувствовала, как пара глаз прожигает дыру в ней. Она посмотрела в сторону и увидела, что Сюй Цзюньси свирепо смотрит на нее. Он словно хотел прожечь в ней несколько дырок.

Нин Цин находила это очень забавным. Он снова чувствует, что ситуация несправедлива к Нин Яо?

Почему вокруг нее столько маньяков?

Начался кастинг на главную женскую роль. На сцене присутствовали Сюй Цзюньси, генеральный директор Huayi Entertainment и еще три режиссера и продюсера из Штатов.

Девушки, пришедшие на кастинг, были разбиты на пары. Им пришлось вытягивать листки из зеленой коробки. На листочках были имена известных исторических личностей или классические роли из кинофильмов. Девочки должны были переодеться и соответственно подобрать реквизит, а затем выступать в течение десяти минут.

После нескольких раундов Нин Цин и Нин Яо оказались в одной группе. Они вдвоем делали пометки.

Нин Цин открыла ее и увидела "Чжао Фэйянь".

Один из съемочной команды объявил результат через громкоговоритель. Нин Яо была Сиси (красавица в государстве Юэ).

Сяо Чжоу шел позади Нин Цин и тихо сказал: "Нин Цин, это смешно. Я видел, как кто-то саботировал зеленую коробку. Сиси - это девушка, которая стирает шелковую одежду. Это вполне соответствует невинному взгляду Нин Яо. Для нее это так просто. А ты - кокетливая наложница с величайшим позором в истории. Они явно издеваются над тобой!"

Там были люди, делающие саркастические замечания позади Нин Цин: "Она Чжао Фэйянь. Как ты думаешь, она будет разыгрывать сцену в спальне? В истории император умер на ложе Чжао Фейянь и Чжао Хэдэ. Если у нее действительно есть мужество, она должна разыграть сцену в спальне. Хаха."

Сяо Чжоу в гневе топала ногами. Нин Цин посмотрела на реквизит, затем потянула Сяо Чжоу за рукав и указала на Хрустальное пальмовое блюдо.

-"Нин Цин, ты серьезно?"- Сяо Чжоу находила это невероятным.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 38:Танцы На Хрустальной Пальмовой Посуде.

Нин Цин спокойно кивнула.

Первым выступил Нин Яо. Она сняла вязаный свитер и надела белую норковую шубку. Она заплела свои кудрявые волосы в две косы и стянула их на затылке. Она спрятала свое лицо размером с ладонь под воротником, и в нем появился оттенок меланхолии, как у древней леди.

В холле шел легкий снег. Нин Яо держала бамбуковый шест и вела себя так, словно она была в лодке. Она играла роль последней судьбы Сиси, где она каталась на лодке по озеру Тайху с семьей.

За все это время ей не пришлось произнести ни одной строчки. Так же, как и то, что Сяо Чжоу сказал ранее, ее невинный и сладкий темперамент соответствовал характеру Си Ши. Ее улыбка была подобна весеннему ветерку в холодную зиму; лучше всего, когда она вообще ничего не говорила.

Кто-то крикнул "режь!", и раздались громкие аплодисменты. Нин Цин заметила, что Сюй Цзюнься улыбнулась Нин ЯО, а несколько американцев кивнули Нин Яо.

Нин Яо сошел со сцены и направился в раздевалку. Она была довольна успехом, когда увидела Нин Цин: "сестра, я закончила. Ваш Чжао Фэйянь готов?"

Нин Цин сняла свое зеленое пальто и небрежно схватила красную ленту. Она подняла Хрустальное пальмовое блюдо перед Нин Яо и сказала: "я приготовила только это."

Лицо Нин Яо стало серьезным.

Сюй Цзюнься увидел, как Сяо Чжоу поставил посреди зала пять хрустальных пальмовых блюд, и сразу же понял, что собирается исполнить Нин Цин. Самой легендарной историей о Чжао Фейяне был ее танец. Она была так легка, когда танцевала, а когда танцевала на хрустальных пальмах, то была похожа на фею.

Нин Цин, она…

Это было не так уж и странно, если подумать. Светская львица № 1 Нин Цин была не только красива, но и прекрасно играла в музыке, шахматах, каллиграфии, живописи и танцах. Она была очень умна. Она знала, что девушка должна знать и чего не должна знать.

Как раз в тот момент, когда Сюй Цзюнься была ошарашена, несколько американцев рядом с ним были удивлены и наблюдали, как Нин Цин сняла туфли и встала на Хрустальное пальмовое блюдо.

Она все еще была одета в свою белую рубашку и джинсы, но она заправила уголок своей рубашки в джинсы с высокой талией. Она откинулась назад, и ее тонкая талия была как нежная Ивовая ветка, такая гибкая.

Красная лента начала танцевать в воздухе, а ее изящное тело так быстро вращалось. Хрустальная пальмовая посуда излучала блеск вместе с ее движением.

Все были потрясены. Они думали, что это просто легенда, что Чжао Фэйянь танцевал на Хрустальном пальмовом блюде. Когда обычный человек танцует на Хрустальном пальмовом блюде, он не только щебечет, но и падает. Они думали, что это был действительно всего лишь легенда.

Они никогда не думали, что Нин Цин действительно сможет исполнить такой неописуемо красивый и поразительный танец в тот день.

Американцы были очарованы этим зрелищем, в то время как Сюй Цзюнься медленно исполняла свой танец на пяти хрустальных пальмовых блюдах. Она закрыла лицо лентой, но на ее нежном лице была очаровательная улыбка с глубокой привязанностью.

Но он быстро вернулся к реальности. Внезапно в его груди вспыхнула ярость. Он понял, что Нин Цин не улыбается ему.

Она улыбнулась остальным четырем мужчинам рядом с ним, но даже не взглянула на него.

Что она хочет этим сказать?

Генеральный директор Huayi Entertainment почувствовал, что счастье пришло слишком поздно. Красивые глаза Нин Цин часто задерживались на нем. Эта сука, чем больше она смотрела на него, тем сильнее он становился.

Однако он не мог перестать смотреть. Он знал, каким хищным и чудовищным был его взгляд в этот момент. Он ущипнул себя за бедро и постарался выглядеть честным человеком.

Может быть, больше никто ничего не знал, потому что только он мог видеть, что в вестибюле на третьем этаже у перил стояла кучка бизнес-элиты в костюмах. На Дальнем фронте стоял молодой мастер Лу, с которым он уже несколько раз встречался.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 39:Молодой Господин Лу Ревнует.

Молодой мастер Лу держал в руке какой-то документ, а другую руку сунул в карман. Его лицо было скульптурным и красивым. Он опустил глаза и посмотрел на Нин Цин.

У него не хватило духу возжелать женщину молодого господина Лу.

...

Нин Цин вспотела от танцев. Она любила танцевать, так как она была молодой, особенно балет. Когда ей было четырнадцать, она могла делать пируэт в течение десяти минут без перерыва.

Однажды она услышала легенду о том, как Чжао Фэйянь танцует на хрустальных блюдах из пальмовых листьев, и решила попробовать. У нее была пара изящных ног, чтобы работать с ними. С ее опытом в танцах, она могла свободно вращаться на хрустальных блюдах из пальмовых листьев.

Она никогда не думала, что однажды сможет использовать это представление. На самом деле танец Чжао Фэйянь был всего лишь легендой. Никто никогда не видел его по-настоящему, поэтому Нин Цин объединила балет с традиционным танцем таким образом, что это создало уникальный эффект.

Нин Цин танцевала, мысленно отсчитывая время. Когда настанет время, она планировала поставить свою правую ногу на хрустальное блюдо из пальмовых листьев, чтобы добиться идеального конца.

Однако она почувствовала острую боль в лодыжке и подвернула ногу.

Нин Цин мысленно отругала себя: "Видишь, ты давно не практиковалась и сейчас поставишь себя в неловкое положение".

Внезапный поворот событий заставил всех затаить дыхание. Однако Нин Цин не поддалась панике. Так как она собиралась упасть, то решила, что с таким же успехом могла бы лечь и принять вызов на занавес.

Красная лента затрепетала, когда она упала в элегантной позе.

Но в конце концов она не упала на землю, потому что Сюй Цзюнься, который был ближе всех к ней, инстинктивно протянул свои мускулистые руки, чтобы обхватить ее мягкую талию. Он напряг все силы и притянул ее в свои объятия.

Ее слабый женский аромат заполнил его ноздри, и было ясно, что она только что была активна. Когда она рухнула в его объятия, Сюй Цзюньси почувствовал, насколько теплым было ее тело.

Лицо Нин Цин было покрыто потом, как лепесток цветка, покрытый росой. Она увидела, что это он поймал ее, поэтому лениво улыбнулась и сказала кокетливым тоном: "Спасибо, генеральный директор Сюй."

Сюй Цзюньси напрягся.

"Кат!". А потом нашелся кто-то, кто дал отмашку о конце директорскому совету. Ее десятиминутное выступление закончилось безупречно.

В отличие от громких аплодисментов, которые Нин Яо получил ранее, в вестибюле было тихо.

Нин Цин толкнула Сюй Цзиньси в грудь и без колебаний встала, прежде чем он вернулся к реальности.

- "Прекрасно!"- Американец был первым, кто показал Нин Цин большой палец вверх.

Нин Цин поблагодарила коллегию и направилась в раздевалку. Она сделала несколько шагов и остановилась рядом с Нин Яо, пока все смотрели на нее. - "Моя дорогая сестра, мое представление окончено. Спасибо генеральному директору Сюю за то, что поймал меня. Если бы не он, я бы упала."

Нин Яо была так зла, что не могла ничего сказать.

Затем Нин Цин вошла в раздевалку.

Сюй Цзиньси рассердился от смущения. Она ошеломила всю аудиторию своим танцем с хрустальным пальмовым блюдом и взяла вызов на занавес.

Она с самого начала устраивала шоу, но он поддался ее игре, как глупец. Его обвели вокруг пальца.

Да как она смеет?

По сравнению с впечатляющим выступлением Нин Цин, последующие выступления были просто обычными. Расстроенное лицо Сюй Цзюньси действительно напугало девушек, которые позже проходили кастинг.

...

С третьего этажа Лу Шаомин увидел, как Нин Цин исчезла в раздевалке. Он обернулся, и его костюм от Армани слегка вметнулся при быстром развороте. "Вот это встреча."

Группа людей, стоявших позади него, была сбита с толку. Встреча уже и так была отложена на 10 минут, но молодой мастер Лу занял больше времени, наблюдая за танцами какой-то девушки.

Пусть он конечно смотрит. В конце концов, он здесь главный. Однако его слова прозвучали импульсивно, когда он сказал: "Вот это встреча."- Им показалось, что он рассердился.

Чжоу Яо подошел к Лу Шаомину и насмешливо спросил: "Ревнуешь, да?"

Лу Шаомин сверкнул глазами и выстрелил: "Заткнись!"

Чжоу Яо поднял руку и сдался, но он нашел это довольно забавным. Он ревнует и в принципе признает это. Никто над ним не смеется. Безграмотным быть лучше, чем человеком без романтического опыта.

...

Нин Цин пошла в ванную и встретила Нин Яо в коридоре.

- "Сестра, что ты хочешь этим сказать? Я знаю, что виновата, и ты не хочешь меня прощать. Однако ты уже расторгла помолвку с Цзюньси, и теперь он мой парень. Как ты могла быть так близко к нему сейчас?"

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 40:Я буду красивой, пока все вы будете завидовать.

Нин Цин усмехнулась в ответ на выговор Нин Яо: "Нин Яо, как ты смеешь меня допрашивать? Когда он был моим женихом, разве тебе не было жаль, когда ты нежно обнималась с ним в Штатах за моей спиной?"

Нин Цин подошла к Нин Яо и сказала тихим голосом: "К тому же, разве ты сама только что не видела? Это он притянул меня к себе на колени, обхватив за талию. Что поделать? Люди вечно искушаются тем, чего никогда не получат. Ему было невыносимо видеть, как я падаю."

Нин Яо сжала кулак и сорвала с себя маску. Она сердито посмотрела на Нин Цин и выплюнула: "Ты думала, что победила? Независимо от того, как ты сыграла роль Чжао Фэйян, разве ты не видишь ревность в глазах каждого? Ты не сможешь получить хороший ответ, и ты стала всеобщим врагом!"

-"Хе-хе... "- насмешливо хихикнула Нин Цин. - "Нин Яо, позволь спросить, ты из тех, кто завидует мне?"

Нин Яо продолжала молчать.

"Смотри. Последние двадцать лет я обращалась с тобой как с родной сестрой. Ты забрала моего жениха и в конце концов завидуешь мне. Я еще ничего не сделала, но уже стала твоим врагом. Это была не моя вина, а твоя. Все вы узколобые и не можете смириться с тем, что другие делают лучше. Кроме того, все вы завидуете тому, что у меня более красивое лицо, чем у любой из вас."

Нин Яо холодно улыбнулся. Она никогда не думала, что Нин Цин будет такой прямолинейной.

-"Я наделена приятной внешностью. Поскольку у меня такое красивое лицо, я должна зарабатывать на нем деньги. Идите и сделайте пластическую операцию в Корее; превратитесь в меня, если сможете. Если нет, то я буду хорошенькой, а вы все можете завидовать."

Речь Нин Цин была мощной и вдохновляющей. Это звучало смело и прямолинейно.

Глаза Нин Яо покраснели, и в уголках навернулись слезы. Ее мрачное лицо внезапно изменилось, и она слабо покачала головой: "Сестра, я говорю это для твоего же блага. Я не хочу, чтобы у тебя было слишком много врагов."

Нин Цин была раздражена. Она ухмыльнулась и посмотрела Нин Яо прямо в глаза: "Пришел Цзюньси? Он стоит за мной?"

Сюй Цзюньси позади нее остановился.

Нин Цин не повернулась, но продолжала говорить: "Раз уж он здесь, позволь мне немного поиздеваться над ним. От выбора меня до выбора тебя его стандарты слишком резко упали."

-"Кроме того, что изображать слабость и жалость, ты еще что нибудь знаешь? Играя роль Сиси, действуя меланхолично и капризно с бамбуковым шестом, любая красивая девушка сможет сделать это. Сфера развлечений - это место, наполненное запахом пороха. Семья Сюй прошла через многое, чтобы быть там, где они сейчас находятся. Когда он женится на тебе, кроме того, что ты родишь ему детей и будешь послушной в его постели, что еще ты сможешь сделать? Быть хорошей женой?"- Нин Цин прищелкнула языком и покачала головой. - "Он завышенного о тебе мнения."

Нин ЯО, " ... " это был первый раз, когда она почувствовала, что невинный образ, который она создала, тянет ее вниз. Ей до смерти хотелось броситься на Нин Цин и оторвать ей губы.

Рот Нин Цин был таким жестким.

Нин Яо всхлипнула и прошла мимо Нин Цин. Она упала в объятия Сюй Цзюньси и захлебнулась рыданиями: "Цзюньси, моя сестра обидела меня. Каждый может расти. Я стану сильнее ради тебя. Я готов сделать для тебя все, что угодно."

Нин Цин обернулась, и Сюй Цзюньси посмотрел на нее, похлопав Нин Яо по плечу: "Я знаю... Не плачь, иди домой первой…"

Он имел в виду, что собирается остаться и поговорить с Нин Цин?

Нин Яо не осмелилась спросить, так как боялась, что расстроит его.

Понаблюдав за танцем Нин Цин, он стал рассеянным. Да, какой мужчина не любит красивых женщин? Кроме того, она была очень красивой женщиной.

Она знала, что Сюй Цзюньси был наследником своих родителей, и он придавал большое значение бизнесу, который семья Сюй построила в индустрии развлечений. Он посвятил себя своей работе, а его мать была влиятельной личностью, но ей не нравилось ее происхождение.

Неужели то, что сказала Нин Цин ранее, вонзило иглу в его сердце?

-" Ладно, Цзюньси. Я уйду первой. Поговори по-хорошему с моей сестрой."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 41:Даже если бы это была не Яояо, то почему это была бы ты?

Нин Яо ушла, а Сюй Цзюньси посмотрел на Нин Цин своим холодным взглядом. Затем к ним подбежала Сяо Чжоу.

Сяо Чжоу была ошеломлена, когда увидела Сюй Цзюньси. - "Нин Цин, я слышала, что генеральный директор Huayi Entertainment и американский директор проголосовали за тебя, но двое других проголосовали за Нин Яо.Остался только Сюй Цзюньси, он еще не проголосовал. Другими словами голос Сюй Цзюнси решающий. Если тебе действительно нужен этот миллион, то стоит обсудить все с Сюй Цзюнси."

Нин Цин была шокирована тем, что генеральный директор Huayi Entertainment проголосовал за нее.

Трех американских режиссеров и продюсеров пригласил Сюй Цзюньси. Они более или менее должны были смотреть на благосклонность Сюй Цзюньси как инвестора. Нин Яо была публично объявлена его девушкой, так что оба американца проголосовали за Сюй Цзюньси.

Следовательно, ей уже достаточно повезло, что она получила два голоса.

Сяо Чжоу ушла, а Нин Цин заколебалась. Ей действительно срочно нужны были деньги, но с Сюй Цзюньси было трудно договориться. Если только она сама не попросит его об этом?

Сюй Цзюньси посмотрел в лицо Нин Цин. Затем он хмыкнул и ушел.

Нин Цин быстро догнала его.

...

Сюй Цзюнься вошел в комнату, но дверь не закрыл. Он как будто ждал ее.

Нин Цин толкнула дверь и вошла. Сюй Цзюньси стоял у двустворчатого окна до пола. Он курил, положив другую руку себе на талию.

Она вышла вперед и прямо сказала: "Сюй Цзюньси, мне нужна возможность стать Розовой Леди. Ты видел мое выступление. Я сильнее Нин Яо и могу принести тебе большую пользу."

Сюй Цзюньси стряхнул пепел с сигареты в пепельницу. Когда он услышал, что "Я сильнее Нин ЯО", это прозвучало как то, что она сказала раньше: "Я буду красивой, а вы все будете завидовать". Она так же уверена и спокойна, как и три года назад.

- "Последнюю часть того, что ты сказал Нин Яо, я должен был услышать сам?"

У Сюй Цзюньси пересохло в горле. Он не знал, что с ним случилось. После того, как он увидел, как она играет роль Чжао Фэйянь, в нем возникло чувство меланхолии. Это было очень неприятное чувство. Это было похоже на то, как будто у него отняли что-то очень родное.

Нин Цин почувствовала презрение. Она поняла, что он знает семью Сюй. Следовательно, она явно говорила это ему. Она хотела посеять между ними раздор, и он должен был взвесить отношения с Нин Яо.

А для чего еще, по его мнению, это было нужно?

Но так как все было в его власти, у нее не было другого выбора, кроме как смягчить его и мягко сказать: "Да, мы знали друг друга много лет. Даже если ты не последуешь моему совету, я должна, по крайней мере, мягко напомнить тебе об этом."

Мягкое напоминание?

Сюй Цзюньси внезапно потерял интерес к сигарете. Он протянул руку, чтобы потушить окурок о пепельницу. Он думал, что она скажет: "Сюй Цзюньси, я больше подхожу тебе в жены, чем Нин Яо."

Хех, он снова начал мечтать.

Несмотря на то, что он знал, что Нин Яо была именно такой, как она упомянула, слишком незрелой, Нин Яо была чистой и невинной. Она была готова сделать для него все, что угодно.

А что касается ее самой? Она грязная и хитрая.

Вспомнив свое общение с генеральным директором Huayi Entertainment, Сюй Цзюньси помрачнел. Такая женщина годится только для того, чтобы валять дурака.

Сюй Цзюнься обернулся и оглядел Нин Цин с ног до головы. Три года назад он так сильно любил ее. Форма ее тела начала развиваться, когда ей было восемнадцать. С каждым днем ее грудь вздымалась все выше и выше, но ему было противно смотреть на нее.

Когда она танцевала раньше, именно тогда он понял, насколько велико ее тело. Ее почти третий размер груди, чрезвычайно гибкая тонкая талия, фигура песочные часы, которая была чрезвычайно соблазнительна.

Он вдруг вспомнил видео с соблазнением, где эти молодые модели были во влажной одежде. Если бы в этом видео была она...

Он подошел к ней поближе. Она подвязала волосы в конский хвост, потому что ей все еще было жарко после предыдущего танца. Прядь волос низко свисала вдоль белой нежной шеи.

"-Есть много людей, которые могут принести мне пользу. Даже если бы это была не Яояо, то почему это была бы ты?"- Его голос был хриплым.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 42:Подойди сюда, если тебе нужен миллион

Нин Цин загнали в угол, и она прислонилась к стене, она сдерживалась, чтобы не оттолкнуть его. От него всегда исходил запах женских духов. В прошлый раз это была молодая модель, и на этот раз запах должен был принадлежать Нин Яо. Она почувствовала отвращение.

В его голосе не было ни воспоминаний, ни чувств.Давящий тон не оставлял места для обсуждения.

Нин Цин закрыла глаза, а когда открыла их, в них был оттенок нежности, и она умоляла: "Сюй Цзюньси, мне срочно нужны деньги. Операция по пересадке почки моей матери требует миллиона... даже если мы уже расстались, подумай о том, как сильно моя мать любила тебя, ты ... пожалуйста, помоги нам и проголосуй за меня."

Сюй Цзюнься ухмыльнулся, посмеиваясь про себя. Она так яростно боролась с ним в вестибюле, но потом ей срочно понадобились деньги, и она обращалась с ним так нежно.

Хах, власть.

Она открыла и закрыла свои соблазнительные губы, а Сюй Цзюньси судорожно сглотнул. Ярость в его теле, которая еще не утихла, продолжала жечь его тело, в то время как кипящая кровь устремилась вниз.

Он отпустил Нин Цин. Затем он повернулся и пошел, чтобы сесть на край кровати.

-" Иди сюда!"- Его хриплый голос звучал так, словно он отдавал приказ.

Нин Цин не знала, что он делает, но то, как он смотрел на нее, было странным. Он казался слишком глубоким, слишком... горячим.

-"Я не хочу повторять это в третий раз. Иди сюда, если тебе нужен этот миллион!"- Подчеркнул он.

У Нин Цин не было другого выбора, кроме как идти к нему.

Сюй Цзюньси протянул руку и потянул ее за запястье. Ее кожа была слегка прохладной и приятной на ощупь. Ее нежная кожа была гладкой, как шелк, что заставляло человека, прикоснувшегося к ней, тревожиться в глубине души.

Он не мог удержаться и нежно погладил ее по коже.

- "Сюй Цзюньси, говори, но не трогай меня!"- Нин Цин одернула руку.

В следующую секунду ее руки были схвачены. Мужчина напряг все свои силы, и она тут же упала в его объятия.

- "Сюй Цзюньси!"- Нин Цин отчаянно сопротивлялась.

Сюй Цзюньси зажал ее своими длинными ногами и с силой прижал к себе. Он обнял ее одной рукой за талию и посмотрел на часы: "Разве тебе не нужны деньги? Я даю тебе полчаса. Я заплачу миллион, чтобы переспать с тобой. Разве эта цена недостаточно высока?"

Нин Цин упала глубоко в пропасть. Она была совершенно разочарована. Как он мог попросить ее об этом, чтобы выкупить ее за деньги?

Она посмотрела на его знакомое, но странное красивое лицо. Он каждый раз давил на новый предел: "Эх, полчаса? А время уже тикает? Тогда давай спать здесь, как ты хочешь это сделать?"

Сюй Цзюньси подумал, что она согласна, поэтому он коснулся ее нежного лица и потер ее нижнюю губу большим пальцем. Он бросил на нее взбалмошный и злобный взгляд: "Было так много мужчин, которые думали о тебе. Отдай мне все, что у тебя есть, и сделай меня счастливым хоть несколько раз за эти полчаса. Я дам тебе несколько миллионов."

- "Хе... хе-хе... "- хихикнула Нин Цин, почти готовая поаплодировать его щедрости. Она накручивала прядь на палец и кокетливо спросила: "Ты забыл, что Нин Яо все еще может быть рядом?"

Сюй Цзюньси был ошеломлен, услышав имя Нин Яо.

Затем его взгляд снова встретился с взглядом Нин Цин. Она так холодно улыбнулась и ждала его ответа.

Она просто смеялась над ним.

Внутри Сюй Цзюньси бушевал гнев. Он повернулся боком и швырнул Нин Цин на кровать. Он прижался к ее телу, сжимая ее лицо,- "Яояо поймет, что мужчины развлекаются иногда. К тому же она не узнает, если я пересплю с тобой."

Его губы накрыли ее губы.

Я больше не могу ждать.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 43 Взять эти грязные деньги с собой и уйти к чертовой матери!

Нин Цин повернула голову и уклонилась от его поцелуя. Его дыхание обжигало ей щеки.

-"А ты не хочешь этого? Не беспокойся. Ты будешь умолять меня удовлетворить тебя позже. Ты же просто шлюха", - выругался он.

Внезапно он почувствовал, как что-то острое коснулось его талии, и почувствовал легкий холод.

Сюй Цзюньси выпрямился и смотрел. Нин Цин держала маленький нож, который она взяла для самозащиты. Острый кончик лезвия уже упирался ему в живот.

-"Нин Цин, ты держала при себе нож? Что ты пытаешься сделать?",- Сюй Цзюньси распахнул глаза и уставился на него. Зачем девушке прятать при себе нож? Знала ли она, что это опасно, так как она может навредить себе?

Нин Цин ткнула острым лезвием ему в живот, и Сюй Цзюньси отступил. Нин Цин стряхнула с себя его контроль, как ей того хотелось, и встала с кровати.

Она спокойно держала нож и улыбнулась мужчине: "О, я прячу нож для самозащиты от извращенцев. Есть много мужчин, которые хотят изнасиловать меня, как и ты. Я должна защитить себя."

Сюй Цзюньси был ошарашен.

Нин Цин украдкой взглянула на его брюки и скрестила руки на груди. -" А цена за то, чтобы переспать со мной полчаса за миллион долларов - это высокая цена? Похоже, генеральный директор Сюй не знает мой рынок. Однажды один миллиардер пригласил меня на свою частную вечеринку, я была в бикини, и он предложил два миллиона за десять минут. Там был богатый второй ген. директор, который охотился за мной. Он подарил мне тот самый "Ламборджини", на котором ты сейчас ездишь. Был еще один случай, когда кто-то предложил мне пять миллионов за то, чтобы я служила ему, опустив голову. Нц-нц. Генеральный директор Сюй, как вы можете позволить себе взять меня за такую цену?"

Сюй Цзюньси выглядел еще более растерянным. Нин Цин засмеялась еще более радостно: "Генеральный директор Сюй, как ты мог быть умным всю свою жизнь, но таким тупым сейчас? Все это видят, но ты так ослеплен. Если бы я действительно продала себя, ты все еще был бы мне нужен? Если вокруг меня действительно так много мужчин, то почему последние три года я вела такую тяжелую жизнь? А теперь мне даже приходится просить тебя оплатить лечение моей матери…"

Затем Нин Цин подняла голову. Ее глаза наполнились слезами, и она вдруг потеряла всякий интерес к тому, чтобы выдавить из себя улыбку. Она покачала головой и пробормотала себе под нос: - "А какой в этом смысл? Нет смысла разговаривать со зверем."

Нин Цин повернулась и открыла дверь в комнату. Затем она вышла.

Она встретила Сяо Чжоу, когда шла по коридору. Сяо Чжоу поспешно подбежала к ней: "Нин Цин, куда ты пропала? За те десять минут, что ты отсутствовала, секретарь Сюй Цзюньси проголосовал за него. Главную женскую роль в фильме "Розовая леди" забрала Нин Яо.

Нин Цин кивнула. Тогда она была очень спокойна. Если она не ошибалась, Сюй Цзюньси проводил кастинг на роль "Розовой леди" для Нин Яо.

Она была довольно глупой, чтобы все еще бороться за главную женскую роль.

Как раз сейчас, перед тем как Сюй Цзюньси вошел в комнату, он должен был сказать своему секретарю, чтобы тот проголосовал за него. Получасовая сделка не была ложью. Он даст ей миллион, если она продаст свое тело.

-"Сяо Чжоу, пойдем," - Нин Цин повела Сяо Чжоу к главному входу. Небеса никогда не преграждают нам путь. Она сможет получить миллион и другими способами.

Ее телефон зазвонил, когда она сделала несколько шагов вперед. Это был Сюй Цзюньси.

Она ответила на звонок, но ничего не сказала.

- "Эй, Нин Цин... если тебе действительно нужен миллион, приходи сегодня вечером ко мне в офис, и я тебе его дам."

Нин Цин без всяких слов повесила трубку. Ей очень хотелось плюнуть, Сюй Цзюньси, забрать свои грязные деньги с собой и свалить к чертовой матери.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 44:Я не могу с этим смириться.

Через полчаса встреча закончилась. Помощник открыл дверь, и Лу Шаомин вышел.

Чжу Руй подбежал и заговорил прямо в ухо Лу Шаомину: "Президент, главную женскую роль в фильме "Розовая леди" получила Нин Яо. Мисс Нин пробыла в комнате наедине с Сюй Цзюньсей тринадцать минут, а потом ушла."

Лу Шаомин молча слушал. Через три секунды он достал телефон и заговорил своим низким магнетическим голосом: "Эй, директор Ван. Разве ты раньше не хотел, чтобы я вложил деньги в твой фильм? Мне вдруг стало интересно…"

Нин Цин вернулась в больницу и провела с Юй Ваньцин всю вторую половину дня. Ее мать была не в лучшем состоянии, и ей все время хотелось заснуть.

Нин Цин укрыла ее одеялом и вздохнула. Не имело значения, сколько унижений ей придется вынести, лишь бы ее мать смогла выздороветь и остаться с ней навсегда.

Поскольку Нин Цин часто посещала больницу, она была близка с врачами. Доктор разрешил ей бесплатно ночевать в свободной палате, чтобы она могла не уходить из больницы, пока будет ухаживать за матерью.

Нин Цин поблагодарила доктора. Затем она села на край кровати и позвонила Нин Чжэнго.

Кроме всего прочего, она все еще была дочерью Нин. Ее мать была больна, и отец должен был помочь ей. В любом случае, один миллион ничего не значил для семьи Нин.

- "Бип-Бип", - затем кто-то ответил на звонок. Так или иначе, Нин Цин не была уверена, ей показалось, что она услышала взрыв слабого кокетливого смеха по телефону и некоторые ненормальные звуки. Но все это очень быстро прекратилось.

- "Привет, Цинцин, зачем ты позвонила папе в такой поздний час?"

- "Папа, мамин нефроз постепенно прогрессирует. Ей нужно сделать пересадку почек через два дня, и это будет стоить миллион долларов. У меня нет таких больших денег, ты можешь заплатить за меня прямо сейчас? Я верну его тебе, как только заработаю."

Нин Чжэнго некоторое время молчал и слегка кашлянул, прежде чем сказать: -"Давай встретимся завтра. Я забронировал номер в отеле Haoge. Давай поужинаем вместе."

Ужин?

С каких это пор он стал таким милым?

Нин Цин что-то заподозрила. Когда она хотела ответить, Нин Чжэнго уже повесил трубку.

Нин Цин положила трубку, и тут в дверь постучали. -"Нин Цин, это я," - послышался голос Конг Яна.

Она встала, чтобы открыть дверь.

Конг Ян передал Нин Цин банковскую карточку и мягко улыбнулся: "Нин Цин, я слышал от врача, что тетя Юй собирается на операцию по пересадке почек. На этой карточке двести тысяч долларов. Возьми их на время. Если этого будет недостаточно, я придумаю способ завтра."

Нин Цин посмотрела на карточку и покачала головой: "Конг Янг, я не могу это принять."

Конг Янг был не из богатой семьи. Эти двести тысяч, скорее всего, были семейными сбережениями Конга. Не принимайте награду, если она не заслужена. Самый тяжелый долг - это услуга.

Конг Ян хотел что-то сказать, но Нин Цин оборвала его и с улыбкой сказала: "Я позвонила отцу. Он приготовил для меня чек, и я получу его завтра. Пока Ян, спасибо тебе. Я позаботилась об оплате за операцию."

Конг Ян видел, что она выглядела искренней, и это не было похоже на то, что она лгала. Итак, он достал свою карточку и почесал затылок: "Это здорово, что ты позаботилась об оплате за операцию. Если тебе понадобится помощь, дай мне знать."

"Окей."- Нин Цин кивнула.

...

Вилла Нин.

Нин Яо переоделась в комнатные тапочки и бросила свою фирменную сумку на диван в гостиной. -" Мама..." - она побежала наверх искать Ли Мэйлин.

Добравшись до своей спальни, она посмотрела на полуоткрытую дверь. В комнате горел тусклый свет, а из комнаты доносился соблазнительный шум. Итак, она заглянула в комнату.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 45:Женщине Нужно Только Покорить Мужчину

Возле туалетного столика стояли две фигуры, тесно прижавшиеся друг к другу. По всему ковру были разбросаны средства для макияжа. Ли Мэйлин сидела на туалетном столике, а Нин Чжэнго, тяжело дыша, обнимал ее за талию.

Ли Мэйлин обняла Нин Чжэнго за шею и кокетливо заговорила, кусая Нин Чжэнго за уши. Ее полная и прекрасная фигура покачнулась, и она заговорила соблазнительным голосом: "Муж мой, ты согласен с тем, что я говорила тебе о Цинцин? Это для блага Цинцин."

"- Линглинг, не двигайся. Разве я тебя не слушал? Я пригласил Цинцин завтра на ужин," - Нин Чжэнго сгорал от желания.

Ли Мэйлин сверкнула довольной улыбкой, проведя пальцем по груди Нин Чжэнго: "Ты хорошо относишься к Линглинг. Я вознагражу тебя сегодня и позволю тебе наслаждаться."

Ли Мэйлин медленно опустила свое тело.

Нин Яо покраснела от смущения, и ее глаза заблестели. Она закрыла дверь и побежала вниз, чтобы налить себе стакан теплой воды.

...

Нин Яо читала модный журнал в гостиной. Она прождала целый час, пока Ли Мэйлин не спустилась вниз в своем ночном халате.

- "Мам, все очень плохо. Во время кастинга для "Розовой леди", Нин Цин, эта сучка, раскрыла правду о тебе и папе. Многие уже говорят, что ты любовница. Завтра ты точно попадешь в заголовки газет. Твой имидж разрушен."

Ли Мэйлин потягивала прекрасный чай, который ей принесла горничная. Она вытянула палец и постучала Нин Яо по лбу: "Это все твоя вина! Я уже давно тебе говорила. Ты только что вернулась, удели все свое внимание заботе о Сюй Цзюньси. Пусть он введет тебя в сферу развлечений и женится на тебе. Я позабочусь о Нин Цин, но ты просто не слушаешь меня."

- "Мама, я очень расстроилась. И что же мы тогда будем делать с этим недоразумением?"- Нин Яо потрясла Ли Мэйлин за плечо, ведя себя как избалованный ребенок.

-"Я узнала о сегодняшней неприятности. Это всего лишь вопрос времени, когда она будет разоблачена. Опасность означает поворот к лучшему. Сюй Цзиньси был добр к тебе. Он попросил свою пиар-команду связаться со мной и уже придумал контрмеры. Так что не беспокойся."

- "Неужели?"- Нин Яо сияла от радости. Она знала, что если ее мать возьмет все на себя, то она сможет расслабиться. В то же время она почувствовала прилив нежности, когда поняла, что Сюй Цзюньси действительно любит ее.

Под протекцией Сюй Цзюньси и ее матери она в мгновение ока станет знаменитой в сфере развлечений.

"-Яояо, почему ты вернулась так рано? Разве ты не говорила, что собираешься поужинать при свечах с Сюй Цзюньси?"

- "Мама, Цзюньси отослал меня домой. Он сказал, что занят в компании, и сегодня вечером ему придется работать сверхурочно в офисе. Поэтому ужин при свечах отменяется."- А потом Нин Яо нерешительно спросила: - "Мама, о чем вы с папой говорили... насчет Нин Цин?"

Ли Мэйлин посмотрела на Нин Яо: "Ты подглядывала за нами?"

Нин Яо покраснела и опустила голову.

"-Яояо, в следующий раз не утруждай себя такими вещами. Я пыталась уложить твоего отца спать, прежде чем спуститься вниз. Женщине не нужно много делать в жизни, стоит только завоевать мужчину. В тот момент, когда ты захватишь своего мужчину, ты сможешь использовать его для борьбы за трон для вас."

Нин Яо услышала это, и ее лицо покраснело от смущения. Она уверенно кивнула: -"Мама, не волнуйся. Я позабочусь о том, чтобы Цзюньси был серьезно настроен в отношении меня."

- "Угу," - удовлетворенно кивнула Ли Мэйлин. Она протянула руку и обняла Нин Яо.

...

Нин Цин заботилась о своей маме в больнице днем,а ночью она отправилась в отель "Haoge". Она спросила у портье, и пошла в отдельный номер, забронированный Нин Чженго.

Она вошла, и увидела еще одного мужчину лет сорока, кроме Нин Чжэнго.

Нин Цин не теряла бдительности.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 46: Мисс Нин, Тебе Не Уйти.

- "Цинцин, ты здесь," - Нин Чжэнго увидел Нин Цин и быстро махнул рукой, -" Иди сюда и сядь."- Он указал на соседнее кресло.

Нин Цин подошла и села рядом. Мужчина напротив сверкнул ей доброй и честной улыбкой, но Нин Цин заметила, что он не сводит глаз с ее груди, что было очень грубо.

- "Папа, завтра у мамы операция по пересадке почек. Тот самый миллион, о котором я тебе вчера рассказывала…"

-" Цинцин, не волнуйся. Я не говорил, что не дам тебе этот миллион," - отрезал Нин Чжэнго и налила ей стакан фруктового сока, -" Но папа не может вечно заботиться о тебе и твоей маме. Ты уже не молода. Это время для тебя, чтобы подобрать тебе подходящую партию. Найди хорошего мужчину и выйди замуж, тогда папе не придется беспокоиться."

Нин Цин холодно улыбнулась. Значит, это встреча для потенциального партнера?

Мужчине напротив было не меньше сорока лет. Либо состояние его здоровья оставляло желать лучшего не работало, или, возможно, он развелся несколько раз…

Разве она не молода?

В следующем месяце ей исполнится двадцать один год. В течение последних трех лет ее отец не беспокоился о ней, и теперь он притворялся любящим отцом. И этого достаточно.

Нин Цин слегка улыбнулась и сказала: "Папа, одолжи мне миллион, и я верну его тебе с процентами. Я напишу тебе расписку."

- "Цинцин, о чем ты говоришь?"- Лицо Нин Чжэнго помрачнело, и он с грохотом поставил свой бокал на стол. - "Неужели я такой отец, который не приложит никаких усилий, чтобы спасти чью-то жизнь?"

-"Тогда одолжи мне деньги прямо сейчас!"- Изящно ответила Нин Цин.

- "Ты... "- кончик пальца Нин Чжэнго дрожал; это была безвыходная ситуация.

Тут же раздался звонок. Зазвонил телефон Нин Чжэнго.

Он извинился перед сидящим напротив мужчиной и хмыкнул в сторону Нин Цин, прежде чем ответить на звонок снаружи.

Когда Нин Чжэнго вышел из комнаты, официантка принесла тарелки. Это был стейк из филея с розовой свечой. Официантка зажгла свечу.

Нин Цин почувствовала слабый аромат.

Пока официантка не ушла, Нин Цин раздумывала, стоит ли ей ждать Нин Чжэнго. Пока она размышляла, мужчина напротив встал и сел рядом с ней: "Мисс Нин, видеть-значит верить. Ты такая красивая. Моя фамилия Ши. Я деловой партнер твоего отца. Я влюбился в тебя с первого взгляда. Я надеюсь, что ты станешь моей девушкой."

Нин Цин видела, что он занял место Нин Чжэнго, она знала, что Нин Чжэнго не вернется. Она настолько наивна, возлагая все надежды на своего отца.

Она посмотрела на него с нежной улыбкой: "Вы годитесь мне уже в отцы. Вы, как вы можете претендовать на то, чтобы охотиться за кем-то не из вашей лиги?"

На лице мужчины промелькнуло смущение. Он перестал притворяться и злобным взглядом смерил Нин Цин с ног до головы. Затем он протянул руку и коснулся бедра Нин Цин: "Мисс Нин, разве вам не нужны деньги? Твой отец мог бы не беспокоиться о тебе. Будь моей, и я дам тебе денег."

Нин Цин быстро встала, не позволив мужчине прикоснуться к себе. Она взяла фруктовый сок, который Нин Чжэнго дал ей ранее, и плеснула им в лицо мужчине: "Почему бы тебе не пойти домой и не посмотреть на себя в зеркало."

Она повернулась и направилась к двери.

Ее рука потянулась к дверной ручке, но дверь была заперта.

Она почувствовала головокружение, потом ноги ослабли, и у нее совсем не осталось сил. Она сразу поняла, что ее подставили. В розовой свече был наркотик.

"- Мисс Нин, не убегай. Сегодня ты все равно не сможешь бежать. Просто повинуйся мне," - мужчина взял со стола салфетку, чтобы вытереть лицо. Затем он направился к Нин Цин. Он уже снимал с себя ремень.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 47:Нет...Помогите!

Нин Цин прислонилась к двери. Она чувствовала себя нездоровой, и у нее

начало болеть сердце. В последний раз, когда она чувствовала себя так же, Сюй Цзюньси был с какой-то молодой моделью, а теперь ее отец пытался продать ее…

-"Кто тебе сказал? Даже если бы мой отец не хотел возиться со мной, он не мог бы попросить кого-то накачать меня наркотиками и позволить тебе изнасиловать меня."

"-Ха-ха-ха, я никогда не думал, что Мисс Нин будет такой умной. Это нормально, что я говорю это тебе, ты все равно будешь моей позже... это твоя мачеха. Твоя мачеха сказала мне, что ты очень жестока и не подчинишься, если не будет принято никаких мер."

Затем мужчина коснулся лица Нин Цин -"Посмотри на свою кожу. Ты оправдываешь свое имя, как светская львица № 1 в городе Т. Любой мужчина с удовольствием взял бы твое тело. Я охочусь за кем-то не из своей лиги. Тогда ты будешь со мной. Я хочу, чтобы все остальные позеленели от зависти, чтобы они завидовали. Я хочу развлекаться с тобой каждый день. Хаха."

Нин Цин ущипнула себя за ладонь и изо всех сил попыталась не упасть в обморок. Это действительно была работа Ли Мэйлин.

Она была совершенно разочарована Нин Чжэнго. На самом деле между Ли Мэйлин и Нин Чжэнго не было никакой разницы. После того как Нин Чжэнго ушел и позволил ей остаться наедине с этим отвратительным человеком!

Мужчина прыгнул на нее, как ягуар. Он прижал Нин Цин за шею к стене и сорвал с нее рубашку. Он был груб и прямолинеен.

- "Черт. Я никогда не думал, что когда-нибудь смогу повеселиться с тобой. Я мог только мечтать об этом... ты лучше послушай меня. В противном случае, я продолжу с БДСМ," - мужчина потер губами лицо Нин Цин.

-"Да пошел ты к черту, извращенец!"- Нин Цин достала из кармана нож, предназначенный для самозащиты, и попыталась вонзить его в сердце мужчины.

Мужчина быстро увернулся и выругался. Он протянул руку, чтобы забрать нож из руки Нин Цин. "Шлеп!" Он дал пощечину Нин Цин.

Нин Цин почувствовала слабость во всем теле. После того как у нее отобрали нож, она почувствовала головокружение от пощечины этого человека. Она споткнулась и ударилась головой о стену.

Мужчина схватил ее за волосы и яростно ударил головой о стену пять-шесть раз подряд. Он выругался, ударив ее головой о стену: "Кто позволил тебе так себя вести? Ты не будешь послушной, если не преподать тебе урок."

Нин Цин оцепенела от боли. Она не чувствовала ее, но по ее лбу текла теплая густая жидкость, а нос наполнял острый запах крови.

Она истекала кровью.

Мужчина бросил ее на диван в комнате и пригрозил: "За тобой придут еще, если ты все еще будешь отказываться повиноваться."

Нин Цин свернулась калачиком на диване: "Если ты прикоснешься ко мне, я обвиню тебя в сексуальном насилии."

Мужчина подпрыгнул к ней и потянул Нин Цин за джинсы: "Ха-ха, давай. Иди и расскажи всему миру, кто это сделал. Хаха…"

Зрение Нин Цин затуманилось, пока она возилась на диване. Она пыталась найти бутылку вина или какой-нибудь острый предмет. Она хотела убить этого человека.

Даже если она не сможет убить его, она убьет себя. По крайней мере, это будет лучше, чем быть изнасилованной и униженной.

Однако она так ничего и не нашла. Обеденный стол был так далеко от нее, что ей захотелось хоть доползти до него.

Но она вдруг почувствовала холод на своих бедрах. Ее джинсы уже были стянуты до лодыжек. Она больше не могла сдерживать слезы, и они потекли по ее щекам, -"Нет... Нет ... Помогите…"

Она знала, что" помощь " - самое слабое и бесполезное слово. За последние три года ее никто не спас и не спасал. Она полагалась только на себя.

Она уже привыкла полагаться на себя.

Однако в этот момент ей было страшно. Она чувствовала себя безнадежно. Она могла только взывать о помощи, желая, чтобы кто-нибудь спас ее.

Глядя на гладкую светлую кожу Нин Цин, глаза мужчины покраснели. Как он был чрезвычайно взволнован." Бах!" Запертая дверь внезапно открылась.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 48:Спасибо, Что Спасли Меня

Мужчина остановился и обернулся посмотреть. Он увидел официанта, который ранее подавал блюда, стоящего у двери со связкой ключей.

Этот человек был очень зол. Он встал с дивана и побежал к двери. -"Что ты делаешь?" - сердито спросил он. "Как ты смеешь портить мне настроение? Неужели тех денег, что я тебе дал, недостаточно?"

Официант отступил назад, но ничего не ответил.

Мужчина хотел продолжить ругать его, но тут из-за спины официанта вышел какой-то человек. Чжу Руй посмотрел на этого человека и вежливо улыбнулся: "Я сказал ему сделать это."

-"Кто ты такой, черт возьми?"

Чжу Руй не ответил, но достал визитную карточку и протянул ему.

Он взял карточку с именем и взглянул на нее. Однако выражение его лица внезапно изменилось. Он в ужасе посмотрел на Чжу Руя: "Ты, ты…"

Чжу Руй подозвал двух телохранителей, и они вышли вперед, чтобы захватить этого человека: "Наше общество управляется законом. Я отправлю тебя в полицейский участок, чтобы остудить огонь твой пыл. Ты можешь вернуться, когда поймешь свою ошибку. В противном случае ты можешь остаться там на всю оставшуюся жизнь."

Человек дрожал от страха и умолял: "Нет. Я вовсе не хотел обидеть молодого господина Лу. Пожалуйста, отпусти меня. Я не хочу попасть в тюрьму."

Телохранители оттащили мужчину в сторону.

Нин Цин быстро натянула джинсы, после того как он ушел. Пронзительные мужские вопли стали отдаляться. Потом шаги стали приближаться к ней.

- "Кто ты такой, Не подходи," - Нин Цин свернулась калачиком на диване. Она была похожа на раненого дикобраза, скептически настроенного по отношению ко всем.

Она услышала, как открутилась крышка бутылки, и почувствовала освежающий запах мяты. Она была так напугана, что начала быстро и глубоко дышать: "Что это за запах? Что ты пытаешься сделать?"

-" Мисс, не паникуйте. У меня нет дурных намерений. Это лекарство, которое освежает ум человека. Теперь вы чувствуете себя лучше?"

Нин Цин почувствовала, что дискомфорт в ее теле постепенно прошел, и ее зрение прояснилось. Она подняла глаза и посмотрела на человека, стоявшего перед ней. Это был джентльмен в костюме.

-"Ты спас меня? Спасибо," - это действительно был кто-то, кто спас ее. Нин Цин заставила себя улыбнуться и поблагодарила его.

-" Всегда пожалуйста. Мисс, отдохните немного. Я попрошу кого-нибудь принести вам немного воды, чтобы умыться и позаботиться о вашей ране на лбу."

Нин Цин встала, но сил у нее было немного. Шатаясь, она подошла к обеденному столу и вытерла кровь со лба куском мокрого полотенца. Она покачала головой и сказала: "Все нормально. Спасибо. Я попробую походить."

Она только что едва избежала катастрофы, но у нее даже не было времени оплакивать тяжелые времена и несчастья, которые выпали на ее долю. В реальности есть проблема, которая все еще ждала своего решения. На следующий день ее матери предстояла операция, и ей нужны были деньги.

Нин Цин вышла из гостиницы. На выходе она привлекла к себе много внимания, так как многие люди говорили о ней за ее спиной.

Стоя за дверью отеля, она смотрела на свое отражение во вращающейся стеклянной двери. На лбу у нее было кровавое пятно, волосы растрепались, на рубашке не хватало нескольких пуговиц, а джинсы порвались.

Она ухмыльнулась и рассмеялась над собой. Она подняла голову, чтобы слезы не застилали ей глаза. Она не чувствовала себя обиженной, но решила, что не должна появляться перед матерью в таком состоянии. Этой же ночью она должна вернуться в свое общежитие и на следующее утро собрать деньги в другом месте. Она определенно отомстит этой ночью.

Она чувствовала себя крайне жалкой.

Она повернулась и хотела уйти.

Ее нога замерла в воздухе, когда она спускалась по лестнице. У входа в отель стояло несколько роскошных автомобилей. Под праздничными фонарями в стиле ретро стояла кучка бизнесменов. Один из них слегка улыбнулся, выглядя чрезвычайно элегантно.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 49:Почему ты убежала, когда увидела меня?

Мужчина был одет в светло-голубую рубашку и облегающие брюки цвета хаки. Это была не официальная одежда, а полу-повседневная. Он выглядел не таким серьезным, как обычно, а скорее чистым и красивым.

Он был окружен старшими бизнесменами из промышленности, и все с восторгом разговаривали с ним. Он внимательно слушал и время от времени отвечал. В глазах Нин Цин она увидела половину его лица. Красивое скульптурное лицо со значительными бакенбардами…

Удивительно привлекательный.

Его широкие плечи и тонкая талия придавали его полу-небрежной манере очаровательную привлекательность. Одну руку он держал в кармане. Его элегантная, но сдержанная манера говорить отражала его благородную личность. Тусклый свет фонарей засиял, и он привлек ее внимание.

- "Мисс..." - затем Чжу Руй догнал ее у входа в отель. Его голос привлек вздрогнувшую Нин Цин, а также людей у машин.

Затем глаза Нин Цин встретились с парой ярких и ясных глаз. Лу Шаомин посмотрел на нее, и по его глазам она не могла понять, счастлив он или сердит.

Однако Нин Цин ясно видела, что он смерил ее взглядом с головы до ног, в то время как старшие вокруг него выглядели шокированными. В их глазах читалось сочувствие.

Нин Цин не знала, что с ней происходит. Выход был прямо за ними после лестницы, но у нее вдруг не осталось сил идти.

Она быстро повернулась и спрыгнула с лестницы. Она выбрала маршрут поменьше. Между стеной отеля и фонтаном был один маленький проход, такой узкий, что в нем мог поместиться только один человек.

Там не будет никаких гостей, которые пользуются этим маршрутом. Вероятно, это было для официанток и другого персонала.

Впрочем, ей было все равно. Она просто хотела как можно скорее покинуть это место. Она не хотела показаться в затруднительном положении перед человеком, который когда-то нежно утешал ее в гостиничном номере, человеком, который несколько дней назад припарковал свою машину под ее общежитием, чтобы прислать ей лекарство.

Она знала, как выглядит в таком беспорядке.

Эти люди в деловом кругу были очень проницательны, особенно он. Он, вероятно, мог бы догадаться, что с ней случилось с первого взгляда. Ей хотелось сохранить хоть какое-то достоинство.

Но она была такой глупой. Она также знала, насколько хуже все могло бы быть, если бы она выбрала этот узкий путь.

Ей следовало бы прислушаться к совету этого джентльмена. Она должна умыться, переодеться в чистую одежду и привести себя в порядок. В конце концов, он выглядел так прилично.

Нин Цин почувствовала, что ее лицо стало горячим и влажным. Она вытерла его рукой, ведь она была вся в слезах.

Она чувствовала, что это была шутка. Она плакала и смеялась, когда бежала по улице. Она достала свой телефон из сумки: "Эй, Сяо Чжоу, найди мне мужчину. Богатый …"

Она повесила трубку и споткнулась о камень. Она была застигнута врасплох. Она упала и села на землю. Ей больше не хотелось вставать.

Она свернулась калачиком и обхватила руками колени. Она уткнулась лицом в колени. Она не беспокоилась о прохожих и не думала о завтрашнем дне,а просто начала плакать.

Нин Цин хотелось плакать от всего сердца, но вскоре после этого она почувствовала тяжесть на своих плечах. Ее холодное тело вдруг почувствовало тепло, кто-то накрыл ее пиджаком.

Она вздрогнула и посмотрела на него краешком глаза. Это была серый шерстяной пиджак с освежающим, но теплым мужским запахом.

Этот запах ... он был хорошо ей знаком.

Она посмотрела вниз и увидела пару кожаных туфель, которые были светлее, чем его брюки цвета хаки.

Это он.

Он уже здесь.

Нин Цин не знала, что ей делать. Она выглядела ужасно, сидела на полу и плакала, не обращая внимания на то, как сейчас выглядит. Она кусала губы, чтобы не издать ни звука, когда плакала, но бусинки слез неудержимо падали.

Она вдруг почувствовала тепло в своих волосах. Он взял ее за руку и сказал глубоким спокойным голосом: "Почему ты убежала, когда увидела меня, а?"

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 50:Отпусти Меня

Его "Хм" звучало мягким жужжанием из его груди, которое было чрезвычайно сексуальным. Услышав это, Нин Цин вздрогнула. Она задумалась, было ли это из-за того, что он сказал, или из-за его рук в ее волосах. Такое нежное прикосновение.

Нин Цин опустила голову еще ниже, так как не хотела, чтобы он видел ее поврежденный лоб. Она не осмеливалась взглянуть ему в лицо.

Лу Шаомин видел плечи маленькой девочки, вздымавшиеся вверх-вниз. Она все еще плакала, и ее слезы текли быстрым потоком. Однако она упрямо отказывалась издать хоть звук.

Эта глупая девчонка, неужели она не замечает, как у нее сейчас болит сердце?

Слезы Нин Цин продолжали падать. Затем она почувствовала, что кто-то пнул ее по ноге. Она подняла глаза и увидела, что рядом с ее белыми кроссовками стоит кожаная туфля. Он пинал ее своим кожаным ботинком.

Что он пытается сделать?

Нинцин подсознательно раздвинула сомкнутые ноги, чтобы увернуться от этого кожаного башмака, но он ухватился за возможность поставить свой кожаный башмак между ее ног.

Она все еще сидела на полу, но он подвинул ногу вперед. Его длинная нога внушительно придвинулась ближе к ней. Ее голова находилась напротив его колена.

-"Что ты делаешь?"- Нин Цин соединила ноги вместе и остановила его кожаную туфлю, не давая ей двинуться вперед.

Лу Шаомин увидел, что девушка, наконец, подняла голову и уставилась на него своими полными слез глазами в обиде и кокетливо заворчала. Ее голос был хриплым, и в нем слышались слабые всхлипывания.

Он вдруг вспомнил поговорку: "Плачущая красавица, такая несчастная."

- "Ну же, отпусти меня. Не дави на меня," - ухмыльнулся Лу Шаомин и сказал бодрым, но нежным тоном.

Лицо Нин Цин внезапно вспыхнуло от смущения. Хотя раньше у нее не было никаких отношений, не было ничего, чего бы она не слышала раньше. Этот человек сказал ей такую чепуху.

Она раздвинула ноги.

Правая нога Лу Шаомина сразу же раздвинула ее скрюченные ноги, и он расчесал ей волосы ладонью. - "Разве ты не видишь, что я пытаюсь сделать? Я тебя успокаиваю. Тебе все еще хочется плакать? Я одолжу тебе свое бедро, и ты сможешь обнять его на некоторое время."

Нин Цин собиралась закатить истерику из-за его нелепого поведения, но он вел себя как дурак, и она находила это забавным.

Она сжала руку в кулак и хлопнула его по бедру перед ее глазами. Она надулась и жалобно воскликнула: "Ты знаешь, как утешать людей? Кто бы позволил людям обнимать себя за бедра так, как это делаешь ты?"

Лу Шаомин отпустил ее волосы и коснулся слез на ее лице. - "Честно говоря, я не знаю, как утешать людей. Ты первая."

Нин Цин услышала это и не смогла удержаться от смеха. Она вытерла слезы и сопли о его дорогие брюки. Она прижалась лбом к его бедру. Как она и предполагала, его бедро было твердым, как камень. Это было не очень удобно, но она просто немного претворилась для этого.

Ее печаль как-то утихла. Она облегченно вздохнула. Она перестала реветь и сплюнула.-"Легко болтать."

Лу Шаомин сунул руку в карман, нахмурился и улыбнулся ее замечанию.

-" Скажи мне, почему ты сегодня плакала, а?"

Нин Цин моргнула, и ее длинные ресницы затрепетали, - "Потому что ... мой отец отправил меня к чертовой матери... вообще-то, у нас были и лучшие времена. Даже если мои родители развелись, я все равно хотела быть его дочерью…"

Затем Нин Цин нахмурила брови, и ее слезы снова потекли. -"За последние три года мне пришлось нелегко. У меня никогда не было перерыва, ни физического, ни умственного... я не смела расслабиться, не смела не думать. Почему они оставили меня и бросили... я обернулась и посмотрела, а потом и поняла, что я очень далеко впереди в своем одиноком путешествии…"

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 51:Извини, Я Опоздал

Три года назад ее семья пережила настоящий переворот. Она пережила предательство своего жениха, от нее отказался отец, и она потеряла статус самой богатой светской львицы и стала всеобщим посмешищем. Преодолевая жизненные трудности, она смело и уверенно шагала вперед, но в глубине души не могла ни принять, ни понять этого.

Она явно была ни в чем не виновата.

Три года назад ей было всего 18 лет, ребенок, который еще не вырос.

Пока она плакала, мужчина перед ней присел на корточки. Он сжал свои грубые пальцы и осторожно вытер слезы с ее лица подушечками пальцев. - "Не плачь, те, кто не хочет быть с тобой, не вернутся, даже если ты будешь продолжать плакать."

"..."- Нин Цин подняла голову. Этот человек был просто ужасен в умении утешать людей!

Она хотела пожаловаться на него, но глубокие, яркие черные глаза мужчины мерцали в отраженном свете уличного фонаря. Его глаза сияли необычайно ярко. Его взгляд был очень нежным, а также пронизанным легкой сердечной болью и жалостью.

- "Те, кто не хотят быть с тобой, не стоят твоих слез. Те, кто хотят быть с тобой, не заставят тебя плакать из-за них. Так что не плачь. Ты будешь выглядеть не красиво, если продолжишь плакать и превратишься в маленького полосатого котенка. "

Это было, пожалуй, самое сильное утешение, на которое вообще был способен этот человек.

Нин Цин вытерла слезы своими маленькими ручками. Да, ни Нин Чжэнго, ни Сюй Цзюньси, ни Нин Яо не заслужили ее слез.

На самом деле ей не хотелось плакать, но когда она увидела этого человека, и после того, как он так нежно обошелся с ней, она просто была полна горя и чувствовала себя вынужденной излить свои печали.

- "Ладно, я больше не буду плакать. Спасибо за сегодня."- Нин Цин медленно встала. Ей просто хотелось поплакать и выпустить пар. Ей все еще нужно было бороться и упорно работать завтра. Она не потерпит поражения. Она не станет наказывать себя чужими ошибками. -"Я сейчас вернусь."

Только когда ее ноги коснулись пола, Нин Цин поняла, что слишком долго просидела на земле. Ее ноги свело судорогой. Она зашипела и изогнула брови от боли.

-"А куда тебе нужно? Я тебя отвезу."- Лу Шаомин поддержал тонкую руку девушки. Еще три года назад он знал, что она очень сильная девушка. Она станет храбрее только перед лицом суровой реальности.

-"В этом нет необходимости, Я..."- Это была уже третья его помощь. Каким бы хорошим он ни был, он все равно оставался чужаком. Она не могла позволить себе зависеть от него.

Но в следующую секунду ее мир завертелся, когда мужчина поднял ее на руки. На обочине стоял черный "Кайен", и он понес ее к машине.

-"Не выставляй напоказ свою силу. Ты же девушка. Ты можешь быть немного слабой."- Его мягкий голос был подобен теплому весеннему ветерку.

Нин Цин, чтобы не упасть, пришлось ухватиться двумя маленькими ручками за его рубашку на груди. Он уже нес ее на руках. Если бы она заерзала в его руках, это было бы немного претенциозно.

Чжу Руй встал у двери и почтительно открыл ее. - "Президент, аптечка первой помощи была положена на заднее сиденье."

Нин Цин была удивлена, увидев Чжу Руя. Разве это не тот самый джентльмен, который недавно спас ее? -"Это ваш подчиненный? Это ты спас меня в гостинице..."

Лу Шаомин осторожно усадил Нин Цин на переднее пассажирское сиденье. Он кивнул и объяснил: "Да, Чжу Руй-мой секретарь. Сегодня я ужинал с несколькими важными людьми и случайно увидел тебя, когда вошел в отель. Извини, это был твой отец, так что я опоздал."

Нин Цин была очень тронута, глядя на его скульптурное лицо. Он встречался с ней всего несколько раз, но уже дважды спас ее. Она ужинала вместе с отцом, так что ничего не должно было случиться. У него, конечно, было мало причин сохранять бдительность.

Но он сказал, что ему очень жаль, потому что он опоздал спасти ее.

Он действительно хороший человек.

...

Лу Шаомин сел на водительское сиденье и открыл аптечку первой помощи. Он достал бамбуковый ватный тампон, чтобы стереть пятна крови с ее лба. Его движения были такими мягкими. Периодически он спрашивал, больно ли ей.

Нин Цин была смущена, но не смела пошевелиться. Они были очень близки. Его ладонь мерно двигалась у ее лица, и ее ноздри наполнились ароматом чистой мужественности.

В первый раз, когда она встретила его, они поцеловались. Во второй раз она села к нему на колени. И в третий раз он спас ее от изнасилования незнакомцем.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 52:Поцелует, не поцелует...

Когда они встретились в первый раз, она поцеловала его. Когда они встретились во второй раз, она сидела у него на коленях. Это случилось в третий раз, когда они встретились. Все интимные действия между ней и незнакомцем она инициировала сама.

-"Тот человек ударил тебя по голове?"- Лу Шаомин подула на ее рану и спросил.

Нин Цин заправила волосы за ухо и ответила: "О нет, я ударилась о стену, когда сопротивлялась."

Так или иначе, она не хотела показаться перед ним в таком виде. Вообще-то, она никогда не заботилась о том, какой другие могут ее увидеть, но... он был другим.

Хотя она и не знала, что в нем такого особенного.

Лу Шаомин помолчал и взял в руки вату. Он посмотрел сверху вниз на ее лицо.

Эта девушка никогда раньше не лгала. Он увидел, что она покраснела и не осмелилась посмотреть ему в глаза.

Лу Шаомин положил вату в аптечку первой помощи. Затем он достал марлю, чтобы перевязать рану на ее лбу. Он легко рассмеялся и поддразнил: "Твой лоб стукнулся о стену по меньшей мере шесть или семь раз. Этот человек пытался сексуально домогаться тебя, а ты пыталась покончить с собой, ударившись головой о стену?"

Нин Цин смутилась. Она лгала, и ей приходилось лгать все больше и больше. Этот человек мог бы сказать правду, но он дразнил ее. Она сухо рассмеялась и кивнула:"Да"

Лу Шаомин использовал белую ленту-пластырь, чтобы приклеить бинт на месте раны. Затем он отодвинулся и опустил ее челку. Он улыбнулся и продолжал спрашивать: "Почему ты убежала, когда увидела меня у входа в отель?"

- Снова спросил он.

Да и что она могла сказать?

Потому что ... он выглядел хорошо одетым, а она была в затруднительном положении ... старшие бизнесмены смотрели на нее с жалостью, и он тоже смотрел на нее холодно. Она почувствовала себя обиженной.

Еще больше огорчилась, чем когда отец бросил ее.

-"Потому что я не поговорил с тобой, и ты почувствовала себя обиженной? Мисс Нин, почему ты хочешь притвориться сильной перед всеми остальными, а потом стать маленькой девочкой передо мной?"

Этот человек был слишком резок. Его глубокие безмятежные глаза свидетельствовали о его богатом опыте. Он мог понять человека лишь взглянув на него одним взглядом. Она была перед ним как лист белой бумаги.

Она ничего не может скрыть.

"Мисс Нин, мы встречались всего несколько раз. Мы не близки, но почему ты хочешь, чтобы я утешал тебя, когда ты ранена? Почему ты ждешь от меня чего-то особенного?"

Мужчина приблизился к ней, когда заговорил. Он был высок, и ему не требовалось никаких усилий, чтобы приблизиться к ней с водительского сиденья. - "Нет... Нет, я ... я не хотела видеть тебя тогда."

- Нин Цин заикалась, когда пыталась объяснить. Она сидела, прислонившись спиной к сиденью, и ей некуда было отступать. Мужчина оперся на левую ладонь, которая прижималась к ее телу.

Он не стал подходить к ней невежливо. Однако двадцати сантиметров расстояния оказалось недостаточно. Он зажал ее между своей грудью и сиденьем. Воздух был наполнен освежающим, но чарующим ароматом мужчины.

-"Ты... что ты делаешь?"- Нин Цин протянул руку, чтобы оттолкнуть его, но он даже не пошевелился. Она покраснела и украдкой взглянула на мужчину. Его ясные и нежные глаза внимательно следили за ее губами.

Нин Цин вся горела. Он ... он хотел поцеловать ее?

Пока она строила дикие догадки,внезапно наступила темнота, когда мужчина приблизил к ней свое тело.

- "Ах..." - закричала Нин Цин и инстинктивно закрыла глаза.

Лу Шаомин нашел это забавным. Девушка беспомощно взмахнула длинными ресницами, как крыльями бабочки, и ее лицо покраснело. Она выглядела так же, как и в прошлый раз, когда была пьяна. Она выглядела невинной, как будто боялась, что он собирается поцеловать ее, и все же выглядела застенчивой, как будто ждала, что он поцелует ее.

В этот самый момент Нин Цин считала лепестки цветов в своей голове.Поцелует, не поцелует…

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 53:Ты была тем, кто воспользовался мной

В этот момент сердце Нин Цин считает лепестки. Поцелует, не поцелует..?

С "щелчком", что она услышала она открыла глаза. Мужчина интимно пристегнул ей ремень безопасности. Ясное дыхание вырвалось наружу. Мужчина завел машину. -"Мы в получасе езды от твоего общежития.Если устала, то закрывай глаза и поспи немного, пока мы едем."

Нин Цин"..."- Ага, конечно же!

В следующий раз займись любовью с самой собой и выпрыгни из здания!

Она не хотела больше жить. Ей было так стыдно, что не хотелось жить.

...

По дороге Нин Цин не желала разговаривать. Человек внимательно смотрел на дорогу и ничего не говорил. Нин Цин было скучно. Кроме того, она очень устала в этот день. Она слишком беспокоилась о медицинских расходах матери. Она страдала бессонницей, так что теперь ей немного хотелось спать.

Она закрыла глаза, свернулась калачиком на своем сиденье и быстро заснула.

Лу Шаомин смотрел, как она засыпает, и протянул свою длинную руку, чтобы взять с заднего сиденья светло-серый твидовый пиджак и накрыть ее.

Девушка почувствовала тепло, ее маленькая щечка нежно потерлась о воротник пиджака, вишнево-розовые губы зашептали, и она зарылась всем лицом в пальто.

Лу Шаомин приподнял уголки губ. Она действительно была 21-летней девушкой. Она сбросила свой костюм ежика. Она была маленькой нежно-розовой девушкой, как и любая обычная девушка ее возраста.

Оглянувшись, он продолжил движение.

На перекрестке он нажал на поворотник и повернул направо. Нин Цин была неустойчива и по инерции ее голова упала ему на бедро.

Светлые глаза Лу Шаоминга немного потемнели.Его правая ладонь коснулась ее маленького личика и попыталась выпрямить ее.

"Уф..."- Нин Цин во сне вывернулась от его руки. Она наклонилась, свернулась калачиком на пассажирском сиденье, положила голову на очень теплое место и нашла очень удобное положение, чтобы продолжить спать.

Тело Лу Шаомина внезапно напряглось, руль повернулся, позади машины прозвучал резкий гудок, и "Кайен" занял две полосы движения.

Выпрямив руль, он посмотрел вниз на спящую девушку, прижавшуюся к его "третьей ноге". Во рту у него пересохло.

"-Нин Цин..."

Ему хотелось разбудить ее.

Но Нин Цин не проснулась.

Глаза Лу Шаоминга становились еще темнее. Он зажег аварийку, и съехал на обочину.

Ему было очень жарко и напряженно. Это чувство было странным и неприятным. Он открыл окно, но испугался, что ей будет холодно, поэтому оставил только щель.

Когда снаружи подул прохладный ветер, его большая ладонь обхватила пачку сигарет. Он достал зажигалку и закурил сигарету.

Девушка встречалась с ним всего три раза, и каждый раз он зажигал сигарету.

...

Нин Цин не знала, сколько времени она проспала, а потом открыла глаза.

Как только она открыла глаза, то поняла, что спала на коленях у мужчины, а одна из ее маленьких ручек все еще обнимала его за талию и живот.

"Ах!- Закричала Нин Цин. Она выпрямилась, как молния, и отодвинулась назад.

Бах!

Ее раненый лоб ударился о крышу машины. Боль пронзила ее, и слезы потекли из глаз.

Лу Шаоминг быстро затушил сигарету и его голос был таким же спокойным, за исключением некоторой хрипоты.

- "Сядь спокойно, а то у тебя опять пойдет кровь из лба."

Нин Цин не смогла бы пошевелиться, даже если бы захотела. У нее болела голова, и она чувствовала нервы в своем мозгу.

Лу Шаомин схватил аптечку, снял бинт со лба, из которого сочилась кровь, и снова промыл ей рану. - "Самое смешное, что ты воспользовалась мной, а не наоборот!"

Он не сказал, что это не нормально, но Нин Цин хотела провалиться сквозь землю.

Что же она только что сделала?

Но она не хотела терять момент, и тогда она возразила: "Я спала, почему ты смотрел на меня? Такого рода вещи-это потеря для женщины, ты явно очень счастлив,но и винишь меня в этом, лицемерие."

Когда она закончила, то почувствовала, что движения мужчины прекратились.

Она подняла на него глаза и увидела, что в его полузакрытых глазах, обычно темных и блестящих, играют языки пламени, но он все еще старается смотреть на нее спокойно..

"Ты... ты..." - Неловкое плечо Нин Цин поджалось, в конце концов, она была инициатором всего этого. Он был джентльменом, так что она должна быть открыта с ним.

- "Почему ты так смотришь на меня, ?Я... я ошиблась. Я не хотела говорить, что ты лицемерен."

- "Разве я выгляжу обрадованно?"- Лу Шаомин поднял свои тонкие губы и перебил ее несколькими словами.

Нин Цин"..."- Как он может об этом спрашивать? Он притворяется застенчивым и использует ее слова в своих интересах.

Когда она не захотела отвечать, мужчина пододвинулся к ней.

На таком близком расстоянии девушка выглядела прекрасно. Ее лицо размером с ладонь покрыто мелкой пудрой. Ее кожа была очень эластична. Ее розовые губы яркие и наполненные цветом, как лепестки роз.

На ее лбу красовался бинт, она выглядела как больной маленький ребенок. Ее маленькое личико держали две большие руки, а кожу на лице поглаживал тонкий, похожий на кокон, большой палец.

Нин Цин испугалась и отпрянула в сторону. В ее понимании он был глубоким и грациозным мужчиной. Он очень хорошо все контролировал. Он не заставит ее чувствовать себя неловко, если не переступит черту.

Но вот некоторые последствия их последних действий. Он находится рядом с ней, находится очень близко, их дыхание сбито, между ними витает легкий запах дыма его сигарет.

Она посмотрела на него, ее лицо покраснело от смущения. Уличный фонарь за окном оставлял полоску света на его красивом лице. Его черты лица были удивительно очаровательны. Он действительно был очень красив.

-"Не делай так. Не дразни меня больше."- Только что она думала, что он собирается ее поцеловать. Она вспомнила, как ей было неловко.

Она протянула свою маленькую ручку, чтобы оттолкнуть его, но в следующую секунду ее губы были плотно сжаты.

Он действительно поцеловал ее.

Нин Цин как будто упала в бассейн. Бледные руки коснулись его и попытались оттолкнуть, но кончики пальцев поджались. Его тело было полно холодного и очаровательного элитного шарма, легкого сигаретного дыма. Вкус мужской зрелости был очень тяжелым.

Кончики пальцев, кажется, испускали какой-то электрический ток. Насколько он хорош? Кончики пальцев могут чувствовать это. Сильные и напряженные мышцы полны мужской агрессии.

Лу Шаомин не заставил ее закрыть глаза. Эта девушка была глупа. Она не могла ни моргнуть, ни вздохнуть.

Открыв рот, она резко произнесла: "Никакого поцелуя, а?"

Нин Цин вернулась к своим мыслям, немного смущенная и немного шокированная. Ее голос был сладким и мягким, совсем не похожим на ее настоящую сущность. -"Ты смеешься надо мной!"

Многозначительные брови Лу Шаомина дрогнули в счастливой улыбке. Он был очень доволен ее ответом, очень чистая девушка.

Он смеется над ней? Глупая девочка ничего не знает.

- "Закрой глаза, открой рот и дыши".- слова Лу Шаомина свернули узел у нее в горле и он обхватил ее затылок своей большой ладонью.

Неизвестно, сколько времени ему понадобилось, прежде чем он отпустил ее

Его губы разжались, но сильная рука обхватила ее тонкую талию. Казалось, он измеряет ее талию. Ее тонкой талии было недостаточно для половины обхвата его сильных рук.

Лу Шаомин уткнулся лицом в ее розовую шею. Ее холодное девчачье дыхание было сладким. Он вспомнил танец на хрустальном блюде, который она исполняла в тот день,и его ладони сжались на мягкой талии еще сильнее.

Какая еще девушка может быть такой же элегантной, как она?

Нин Цин дважды дернулась и ущипнула его, но не смогла преодолеть его силу. Через несколько секунд она, наконец, не смогла удержаться от мягкого, но терпкого ответа.

"Хихихи...- Она рассмеялась, как хрустящий колокольчик. -"Ты весь искришься..."

"Ты чувствуешь искры, когда кто-то прикасается к твоей талии?"

Его вопрос заставляет Нинцин чувствовать себя очень неловко. Неужели он думает, что с ней все просто?

Нин Цин подняла голову и ее брови вопросительно изогнулись. Его прекрасные осенние зрачки были отражали ее ум. "Никто не имеет права прикасаться ко мне. Все мужчины, которые захотят прикоснуться ко мне, получат пощечину."

Красивые брови Лу Шаомина сдвинулись к переносице, а его ясные и яркие черные глаза сверкнули как бриллианты. - "Так что?"

Нин Цин:-" Так что можешь наслаждаться этим в тайне ото всех."

ПОсле того, как она успела произнести эти слова, его челюсть была зажата двумя пальцами мужчины. Он был очень нежен, но легко управлял ею. "-Нин Цин, я тебе нравлюсь."

Он не спрашивал, а констатировал факт.

Зрачки Минцин резко сузились, а голова взорвалась, как фейерверк. Она чувствовала себя так, словно маленькая тайна в ее сердце была обнаружена. Ее сердце должно быть осторожным, чтобы не выскочить из груди.

Он ей нравится?!

Она еще не думала об этом, так как они встречались всего три раза и она даже не знала его имени.

Но она должна признать, что он совсем другой. Она может отбросить все тревоги с ним и просто быть простой 18-летней девушкой. Она будет заботиться о его идеях, не желая видеть его удрученным из-за того, что он потерял свое достоинство и робость.

Бегство до дверей отеля прямо сейчас-хороший пример.

Сердце Нин Цин было в полном беспорядке. Она протянула свою маленькую ручку, чтобы оттолкнуть его, и рассмеялась. - "Почему ты такой тщеславный? Только не будь таким душным. Ты мне больше не нравишься."

"-Ну что ж, Нин Цин, тогда ты мне нравишься".- Лу Шаомин вытер свои тонкие губы и слово за словом, произнес это очень четко.

Нин Цин была прямо ошеломлена. Его мысли прыгали слишком быстро и были совершенно прямолинейными. Она была совершенно не готова к этому.

- "Перестань торопиться, это совсем не весело..."- Нин Цин хотелось уйти.

-"Я серьезно," - сказал Лу Шаомин, держа ее тонкую талию в одной руке и касаясь ее маленького лица другой. Он спокойно произнес это, глядя в ее растерянные глаза: "- Нин Цин, Давай поженимся."

Нин Цин сильно моргнула, чтобы убедиться, что это не сон. Она все еще не могла смириться с тем, что ей снова сделали предложение.

"Для... Почему?"- Нин Цин споткнулась и спросила.

-" Без всякой причины, разве брак - это не встреча с нужным человеком в нужное время? Нин Цин, ты мне нравишься. Так уж вышло, что мне нужна жена, и я хочу жениться на тебе. А теперь тебе нужен мужчина, на которого можно положиться и который будет рядом с тобой, чтобы ты больше не была одинока. Ты хорошо ко мне относишься; выйдешь за меня замуж, и мы сможем создать семью."

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 54:Красавица, Я не могу ждать

-" Без всякой причины, разве брак - это не встреча с нужным человеком в нужное время? Нин Цин, ты мне нравишься. Так уж вышло, что мне нужна жена, и я хочу жениться на тебе. А теперь тебе нужен мужчина, на которого можно положиться и который будет рядом с тобой, чтобы ты больше не была одинока. Ты хорошо ко мне относишься; выйдешь за меня замуж, и мы сможем создать семью."

В глубоких и безмятежных глазах мужчины отражались яркие огни за окном. Это было так, словно она бы смотрела в два красивых озера, но в них были опасные водовороты.

Красивое скульптурное лицо, элегантный нрав, великолепная личность, и самообладание... этот человек был очень привлекателен. Нин Цин призналась, что ей нравится такой тип людей.

Но…

Нин Цин покачала головой :" Ни за что... Мы знаем друг друга так недолго. Я еще не знаю тебя... и я еще не готова выйти замуж. Моя жизнь-сплошная неразбериха... может быть, ты еще пожалеешь об этом в будущем. Я не так хороша, как ты думаешь…"

Лу Шаомин жалобно дотронулся до волос Нин Цин и легонько сказал: "Ты такая какая есть. Насколько великой ты хочешь, чтобы я тебя вообразил?"

- "Ты!"- Хотя он сказал это в шутливой манере, Нин Цин была расстроена. Неужели именно так он и сделает ей предложение? Она вытянула кулак и ударила его по плечу: "Тогда почему ты говоришь о женитьбе?"

Лу Шаомин притянул ее в свои объятия и поцеловал в лицо: "Но Нин Цин, человек, который мне нравится и на котором я хочу жениться, - это ты."

Следовательно, здесь не было никакого воображения.

Нин Цин почувствовала себя тронутой. Объятия мужчины были успокаивающими и теплыми. Даже губы, целовавшие ее в щеки, легонько чмокали, без всякого сексуального желания. Как будто она была его самым драгоценным сокровищем.

Как же она встретила такого мужчину?

Она была в восторге. Она чувствовала его благородство и внимательность в каждом его поступке. Она считала, что ни одна женщина не может отказать такому мужчине.

Однако после предательства Сюй Цзюньси она стала подозрительной и настроенной против любви.

Кроме того, ее жизнь действительно была в полном беспорядке. Она боялась, что он действительно покинет ее, когда узнает о ней больше.

"Мне нужно время, чтобы подумать об этом," - Нин Цин была осторожна в его объятиях, когда она потянула его за рубашку и сказала это.

Лу Шаомин: "Хорошо. Тебе нужно время, а я не могу ждать. Но Нин Цин, мне, Лу Шаомину, в этом году тридцать. Я здоров душой и телом. Я наделен хорошими качествами. Я действительно очень серьезно думаю о том, чтобы жениться на тебе, и надеюсь, что ты тоже серьезно подумаешь."

"Мм."

...

На следующее утро Нин Цин проснулась очень рано. Прошлой ночью она вертелась и ворочалась, но не могла заснуть. Она продолжала повторять имя этого человека, Лу Шаомин.

Его признание и предложение прошлой ночью были похожи на сон. В течение последних трех лет мужчины, которые обращались к ней, никогда не испытывали недостатка в деньгах, но все они были жадными и извращенными. Среди них был и Сюй Цзюньси. Однако Лу Шаомин был подобен чистому нефриту, который согревал ее сердце.

Она покачала головой и развеяла безупречное и красивое лицо Лу Шаомина. Она быстро встала с постели, умылась и почистила зубы. Ей все еще нужно было зарабатывать деньги на операцию матери.

Выйдя из своей спальни, она достала телефон, чтобы прочитать сообщение, которое прислала ей Сяо Чжоу. В сообщении был указан номер гостиничного номера, куда она направлялась.

Нин Цин сидела в общественном автобусе и читала заголовок для развлечения.

Это было ожидаемо. Это была новость о том, что Сюй Цзюньси публично объявил Нин Яо своей девушкой. Заголовки включали в себя тот факт, что Нин Яо получила роль "Розовой леди", а также скандальное сообщение о том,что Ли Мэйлин любовница.

Нин Цин ухмыльнулась. Она не понимала, что делает Сюй Цзюньси. Он мог бы легко скрыть новость о Ли Мэйлин, если бы захотел.

Но он просто позволил ей быть разоблаченной.

Она прочла колонку о Ли Мэйлин. Поскольку Ли Мэйлин в течение последних нескольких лет держалась в тени, в прессе почти не появлялось других новостей. Кроме того, что Ли Мэйлин вышла замуж за Нин три года назад, никакой другой ценной информации не было.

Скандал вызвал настоящий переполох. Однако Ли Мэйлин никак не отреагировала. Нелепо было то, что Ли Мэйлин была поддерживалась пользователями сети за ее жесткий характер. Все начали оставлять комментарии о том, что Нин Яо не была дочерью Нин Чжэнго, и каждая женщина заслуживает своего права идти за счастьем.

Такая шутка. Все забыли тот факт, что Ли Мэйлин гналась за своим счастьем, в то время как она и ее мать стали расплатой за это.

С появлением заголовков Ли Мэйлин и Нин Яо внезапно стали главной темой в поисковой системе, а в Weibo-хитом новостей.

Нин Цин понимала, что, будучи дочерью Ли Мэйлин и девушкой Сюй Цзюньси, первое разоблачение Нин Яо было сделано прекрасно. Они относились к опасности как к возможности. Эти двое успешно сделали Нин Яо знаменитой.

Нин Яо стала знаменитой.

Нин Цин оставила свой телефон и посмотрела в окно. Она не могла поверить, что инцидент с Ли Мэйлинг был только началом. Если она не ошибается, Сюй Цзюньси скоро начнет действовать.

Она усмехнулась. Мир был просто черным или белым. Публика не будет обманываться вечно. Идти вперед. Она увидит, как они собираются исправить ложь о том, что Нин Яо не была дочерью Нин Чжэнго.

...

Нин Цин вышла из общественного автобуса и вошла в отель.

Нин Цин не знала, что у дороги припаркована роскошная машина, и Нин Яо достала телефон, чтобы сфотографировать Нин Цин, входящую в отель.

Рядом с ней стоял помощник Нин Яо Сяо Линь. Сяо Линь была тщательно выбрана Сюй Цзюньси. В ее глазах был виден интеллект. Она подошла ближе и мягко спросила Нин Яо: "Яояо, ты вдруг остановила машину, чтобы сфотографировать Нин Цин? Ты только что вошла в сферу развлечений. Вам лучше не участвовать ни в каких негативных новостях."

Нин Яо с восторгом посмотрела на фотографию в своем телефоне. Она направлялась в кабинет Сюй Цзюньси. Она никогда не думала, что столкнется с такой сценой.

-" Сяо Линь, не волнуйся. Эта фотография-ничто. Я не настолько глупа, чтобы отправить фотографию в СМИ," - она просто хотела показать фотографию Сюй Цзюньси. Ха.

Сяо Линь кивнула и вкрадчиво сказала Нин Яо: "Яояо, ты теперь знаменитость, и у тебя хороший имидж. Нин Цин просто в грязевой луже по сравнению с тобой. Ей далеко до тебя."

Нин Яо была рада услышать ее слова. Затем она показала гордое лицо:- "Пойдем и покажем Цзюнси..."

...

Нин Цин распахнула дверь гостиничного номера. Было раннее утро, и в комнату должен был проникать яркий солнечный свет, но занавеска в комнате была плотно задернута.

Она вошла, и дверь закрыл мужчина, который прятался за дверью. Мужчина не мог больше ждать и обнял Нин Цин сзади за талию. - "Моя маленькая красавица, наконец-то ты здесь. Я уже давно тебя жду."

У Нин Цин все тело покрылось мурашками. Она сдержала свой дискомфорт и отвращение, она рассмеялась: "Генеральный директор Конг, почему вы так спешите? Я ведь никуда не ухожу, не так ли?"

-" Самое драгоценное время бесценно. Когда я получил ваше приглашение вчера вечером, я был взволнован всю ночь напролет. Как же я могу не торопиться?"- Мужчина отнес Нин Цин и бросил ее на кровать.

Увидев, что толстый лысый мужчина собирается надавить на нее, она быстро остановила его и заправила волосы за уши. Она смущенно моргнула своими прекрасными глазами и сказала кокетливо: "Генеральный директор Конг, сначала разденьтесь."

Генеральный директор Конг рассмеялся: "Я никогда не думал, что маленькая красавица будет еще больше спешить, чем я. Ладно, давай сразу перейдем к делу. Не волнуйся, пока ты хорошо служишь мне, один миллион будет твоим."

Нин Цин наблюдала, как генеральный директор Конг раздевается. Он очень торопился и, не успев расстегнуть пуговицу, случайно оторвал ее. Она находила его довольно нелепым.

- "Генеральный директор Конг, я слышала, что у вас много любовниц. Как они обычно служат вам?"

Генеральный директор Конг снял штаны и гордо сказал: "Я не выпендриваюсь. У меня по меньшей мере двадцать любовниц. А что касается того, как они служат мне... "генеральный директор Конг посмотрел на красивое тело Нин Цин и прыгнул вперед:" Маленькая красавица, давай попробуем, и ты все узнаешь."

Нин Цин откатилась на другую сторону кровати, так что генеральный директор Конг не успел ее поймать.

Генеральный директор Конг напрягся.

Нин Цин увидела это и медленно поползла. Она опустилась на колени на кровати и кокетливо посмотрела на генерального директора Конга. Она медленно, но соблазнительно сняла черные чулки, которые намеренно надела сегодня утром.

Недовольные эмоции генерального директора Конга были сметены прочь. Глядя на то, как ее черные чулки медленно сползают вниз, открывая светлую гладкую кожу, он чуть не пускал слюни.

Затем Нин Цин быстро подняла его обратно. Она прикусила свои красные губы белыми зубами и робко спросила: "Генеральный директор Конг, я слышала, что ваша жена очень удивительна. А вдруг она найдет нас и изобьет?"

-"Не вздумай приплетать сюда тигрицу. Если бы не то, что ее семья была тогда богатой и могла бы помочь мне в моей карьере, я бы не женился на ней. Маленькая красавица, не волнуйся. Теперь она уже старая. После того, как я медленно переведу все свое имущество в компании на мой зарубежный счет, я выгоню ее и приведу тебя к себе."

В этот момент дверь распахнулась.

Генеральный директор Конг был потрясен. Он почувствовал, что его прервали, и ему захотелось выругаться. Но два телохранителя вышли из дверей и повязали его.

-"Что ты делаешь? Отпусти меня... " - генеральный директор Конг вырывался. Затем вошла богатая дама, одетая экстравагантно, и лицо генерального директора Конга стало серьезным: "Жена…"

- "Хм, старая?"- Богатая дама дважды ударила генерального директора Конга.

Генеральный директор Конг не смел сопротивляться. Он посмотрел на лежащую на кровати Нин Цин и завопил: "Жена, эта сука соблазнила меня. Я был одержим ... Жена, я люблю тебя. Дай мне еще один шанс…"

Нин Цин встала с кровати, вся в одежде. Она подошла к богатой даме и достала записывающую ручку: "Миссис Конг, я выполнила свою задачу. Это свидетельство измены вашего мужа."

Генеральный директор Конг был шокирован. Эта...

Богатая дама взяла ручку и цыкнула на генерального директора Конга. Она презрительно закатила глаза и сказала: "Ты думал, что только ты хочешь получить развод? На улице так много молодых людей. Это мне не нравится, что ты старый! Ты как старая лиса. Ты не оставляешь никаких улик, когда жульничаешь. У меня не было другого выбора, кроме как работать с мисс Нин. Ты одержим и потерял бдительность. И это здорово. Теперь мы можем развестись, и все наши общие владения теперь принадлежат мне. Хаха."

- "Ты!"- Генеральный директор Конг вздрогнул и хотел отругать ее. Однако его жена махнула рукой, и ее телохранитель сунул ему в рот бумажный шарик, а затем вытащил его наружу.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 55:Нин Цин, Вы Зависимы?

Когда дверь закрылась, в комнате остались только Нин Цин и его жена. - Миссис Конг, а как насчет вознаграждения в один миллион долларов, о котором мы договорились заранее?”

Богатая жена достала из сумки, которую несла, несколько чеков. Нин Цин протянула руку, чтобы принять их с радостью.

Но рука богатой жены сжалась, не позволяя Нин Цин принять ее.

“Что все это значит, Миссис Конг?- Изящные брови Нин Цин сошлись вместе.

- Мисс Нин, не волнуйтесь. У меня нет других намерений. Этот миллион-твой. Богатая жена с ненавистью посмотрела на прекрасное молодое лицо, стоявшее перед ней, и медленно подняла руку. Чек плавал перед лицом Нин Цин, прежде чем упасть на ковер.

“Ты можешь присесть на корточки и поднять его прямо сейчас, хм, соблазнительница.- Проворчала богатая жена, удаляясь на своих высоких каблуках.

Увидев, что богатая жена ушла, Нин Цин присела на корточки и потянулась за чеком. Она не знала, что происходит с этой женщиной. Она ведь помогла ей, верно?

Миллион долларов-это явно та сумма, которую можно выплатить в виде чека, но эта женщина дала ей 10 чеков на 100 тысяч долларов; вероятно, она просто хотела унизить ее.

Но Нин Цин не будет унижена, ее не будет волновать термин “соблазнительница”, она заработала деньги своей мудростью и трудом, ее совесть была чиста.

Этот президент Конг начал относиться к ней по-дружески около года назад. Она никогда не обращала на него внимания. Позже она услышала о его семейной ситуации кусок за куском. Так что прошлой ночью у нее появилась внезапная идея и она попросила Сяо Чжоу помочь ей найти его.

И неожиданно это дело было улажено.

Нин Цин взяла чек и взяла его в руки. Она была так потрясена, что ее глаза наполнились слезами. Наконец-то она собрала достаточно денег, чтобы оплатить операцию своей матери. Ее мать была спасена и не хотела покидать ее.

Она как раз собиралась достать свой мобильный телефон, чтобы позвонить доктору Ло, когда позвонила Сюй Цзюньси.

Зачем Сюй Цзюньси ей звонит? Она вдруг вспомнила, что он просил ее пойти и найти его прошлой ночью. Ха, неужели он все еще хочет купить ее за миллион долларов?

После того, как он снял трубку, мрачный голос Сюй Цзюньси прозвучал: “Нин Цин, вы ходили в отель с мужчиной рано утром? С каким мужчиной вы были вместе? Нин Цин, ты действительно дешевый человек. Я уже обещал дать тебе денег на ночь. Почему ты не пришел? Вы привыкли продавать свое тело?”

Изящные брови Нин Цин нахмурились. Было довольно много людей, которые сегодня встали не с той стороны кровати.

- Она улыбнулась, когда сказала, ее голос был чистым и элегантным. - В чем дело, какое вам до этого дело, президент Сюй, если я вдруг пристрастился продавать свое тело? Не веди себя как озлобленная женщина. Твой тон заставит меня думать, что ты ревнуешь только потому, что я не продала тебе свое тело. Да, кстати, я просто не хочу продавать его Вам, Президент Сюй. Ха-ха, что ты собираешься делать?”

Компания на другом конце провода немедленно замолчала. Нин Цин отчетливо слышала его сдавленное дыхание, одно за другим, почти взрывающееся.

После долгого времени Сюй Цзюньси стиснул зубы и сказал: “Нин Цин, тебе лучше не быть неблагодарным, когда я даю тебе лицо!”

Нин Цин медленно поднялась с чеком в руке. - Она выпрямила свою красивую спину, ее глаза были ясны, когда она сказала это абсолютным тоном. - Сюй Цзюньси, я не хотела, чтобы ты показывал мне свое лицо, так что не будь таким сентиментальным. Поторопись и забери свое дешевое лицо обратно!”

“Да, кстати, вчера вечером ты пригласил меня в свою компанию. Я не пошла и не позволила тебе переспать со мной. Ты злишься из-за этого? Ха, мне так жаль, но даже если бы я хотел продать его кому-нибудь, я должен был бы сам выбрать, кому я хочу его продать. И разве Нин Чжэнго не хочет продать меня и пересчитать деньги? Я тоже сожалею об этом, но мне придется пересчитать деньги, которые я получил от продажи своего тела сам! ”

- Сюй Цзюньси, вы, ребята, лучше слушайте внимательно. С сегодняшнего дня ты ничто в моей, Нин Цин, жизни. Не связывайтесь со мной, и пожалуйста, просто убирайтесь и уезжайте на край света!”

Сказав все это, Нин Цин повесила трубку.

Она отчаялась увидеть Нин Чжэнго, Сюй Цзюньси, двух самых важных мужчин в ее жизни и помахала им на прощание в своем сердце.

В будущем она должна защищать свою мать и жить своей жизнью великолепно. Она никогда больше не будет тратить свои эмоции на этих подонков.

Выходя, Нин Цин набрала номер доктора Ло. - Доктор Ло, я уже собрала достаточно денег для оплаты операции, мама собирается идти в операционную? Ладно, я сейчас приду.”

Нин Цин выбежала из отеля и стояла на улице, махая рукой и пытаясь остановить такси, но было уже 9 часов утра, когда движение было очень интенсивным. Она ждала уже 10 минут, но ни одна машина не хотела останавливаться.

Пока она с тревогой ждала, перед ней остановился "БМВ", и стекло его машины скользнуло вниз. Нин Цин увидела знакомое джентльменское лицо.

Это был секретарь Лу Шаомина, Чжу жуй.

- Мисс Нин, а куда вы тоже торопитесь? Я доставлю тебя туда.”

У Нин Цин было такое же намерение. Мать все еще ждала ее в больнице, поэтому она просто открыла дверь и сказала: “До больницы XX, большое спасибо, секретарь Чжу.”

…

В Компании Emperor Entertainment Group.

Сюй Цзюньси стоял перед окном, выходящим на город, уперев руки в бока. Грудь его сильно колыхалась, лицо почернело, челюсти сжались и яростно сжались.

Никогда еще он так не терял самообладания. Он изо всех сил старался подавить себя. Он боялся, что убьет эту женщину. Он хотел умереть вместе с ней.

Она сказала в тот день, что ее рыночная цена была очень высока, ее подтекст был в том, что она не продала свое тело, он поверил ей, он попросил ее встретиться вечером, чтобы дать ей миллион долларов.

Но она ... …

Она же просила его убраться отсюда!

Нин Яо стоял позади Сюй Цзюньси. Она была очень самодовольна. Сюй Цзюнси действительно посмотрел на фотографии, а затем позвонил Нин Цин, чтобы отчитать ее за то, что она “бесстыдна”. Его отвращение к Нин Цин усилилось.

Но его гнев был так яростен, что она чувствовала его тяжелое дыхание, и он сказал по телефону, что хочет встретиться с Нин Цин, чтобы дать ей деньги прошлой ночью. Она вдруг вспомнила совет, который только что шепнула ей на ухо его секретарша – президент Сюй спал в компании уже две ночи и не выходил оттуда даже днем.

Она вдруг вспомнила, что, когда она звонила эти два дня, он все время говорил, что занят и не может пойти с ней на свидание. Неужели он все это время ждал Нин Цин?

Даже если бы Нин Цин сорвал его встречу накануне вечером, он, возможно, и не позвонил бы Нин Цин из-за самоуважения мужчины, но он ждал. Неужели он все это время ждал прихода Нин Цин?

Глаза Нин Яо вспыхнули. Она ревновала и ненавидела Нин Цин, но была умна и не показывала этого. Сюй Цзюнси и Нин Цин просто не могли быть вместе. Она должна получить его сердце.

Сделав шаг вперед, она взяла большую ладонь Сюй Цзюньси и переплела вплетенный в нее палец с его пальцами.

- Цзюньси, не сердись. Может быть, вы неправильно поняли старшую сестру. Она не из таких людей.”

“А разве она не такой человек? Она даже призналась, что сама продала свое тело, и гордится этим.- Сюй Цзюньси зарычал и начал трясти руку Нин Яо прочь.

- Ах... - воскликнула Нин Яо, отступив на несколько шагов назад, когда она повернулась боком и намеренно ударилась лбом о окно лестничной площадки.

- ЯО Яо... - зрачки Сюй Цзюньси расширились. Когда он бросился вперед и обнял нежное маленькое тело Нин ЯО в своих руках. Он извинился “ " Прости, Яо-ЯО, это моя вина! Я был в плохом настроении и обидел тебя, это больно?”

Пока он говорил, Сюй Цзюньси осторожно приподняла челку на ее лбу. На ее вдовьей макушке был розовый шрам, который она получила три года назад, спасая его.

Сюй Цзюньси будет чувствовать себя виноватым каждый раз, когда увидит шрам. Это было уродство для красивой девушки. Все эти годы Нин Яо прятал его за бахромой.

Нин Яо любит его всем сердцем и даже была готова пожертвовать своей жизнью.

Чувствуя, как мужчина трогает кончиками пальцев ее шрам с болью и жалостью, она быстро оттолкнула его большую ладонь своей маленькой рукой и мягко отпустила челку.

Она смотрела на Сюй Цзюньси нежно, невинно и сильно, слезы сверкали в ее глазах из-за несчастного случая только что. Цзюнси, я в порядке, пока ты не сердишься. Ты и старшая сестра-мои родственники. Надеюсь, у вас все хорошо.”

Она ни словом не обмолвилась о шрамах и синяках, она даже боялась, что он почувствует себя виноватым и поспешно опустил ее челку, Сюй Цзюньси была тронута, когда он обнял ее лицо и нежно поцеловал.

“ЯО Яо, не упоминай больше про Нин Цин. Если она хочет упасть, пусть падает. С этого момента мы не будем иметь с ней ничего общего. ЯО-Яо, мне очень жаль, что так вышло. Я люблю тебя.”

Поскольку слова Нин Цин были настолько абсолютны, что ему было все равно, жива она или мертва после этого, эта грязная женщина, он презирал саму мысль о заботе о ней.

Только Нин Яо была его истинной любовью.

Нин Яо увидел, что план удался, и он сам признался в этом. Ее сердце было наполнено радостью и сладостью, а уголки рта сладко приподнялись.

…

Выйдя из БМВ и поблагодарив Чжу жуя, Нин Цин поспешила в больницу.

Доктор Ло, одетый в белый халат, ждал у входа в операционную. Нин Цин подбежала к нему и ахнула: "доктор Ло, где моя мама, я сейчас заплачу…”

Доктор Ло остановил движение Нин Цин и торжественно вздохнул.

“Что случилось?- У Нин Цин снова появилось зловещее предчувствие.

- Состояние твоей матери становится все хуже и хуже, и сегодня ей предстоит операция. Мы уже втолкнули ее в операционную. Тем не менее, мы только что узнали, что донор почки имеет историю злоупотребления наркотиками и не соответствует требованиям для донорства, так что…”

Все тело Нин Цин дрожало, когда она слушала, ее уши гудели, глаза были пустыми, но ошеломленными: “доктор Ло, ну и что, я не понимаю.”

Доктор Ло не мог смотреть на глаза девушки, которые были на грани срыва. “Это значит, что почки нет, и мы не можем сегодня делать операцию. Это займет много времени, чтобы найти новый источник почки. Учитывая нынешнее положение твоей матери, она не может продержаться больше трех дней.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 56:Принесите Свою Домашнюю Регистрацию И Удостоверение Личности

У доктора Ло не хватило духу посмотреть в безнадежные глаза девушки, - следовательно, нет никаких источников, чтобы она не могла сделать операцию сегодня. Это потребует много времени, чтобы найти новый источник. Судя по нынешнему положению твоей матери, она не сможет прожить больше трех дней.”

Нин Цин сделала несколько шагов назад. Она недоверчиво покачала головой, крепко сжимая в руке несколько чеков. Это было просто смешно.

В больнице сказали, что им нужны деньги, и она пошла за ними. Она была унижена Сюем

Цзюньси, она была продана Нин Чжэнго, она была очень сильно избита в частной комнате этим человеком, просто чтобы получить один миллион долларов. Но она не могла плакать.

Она не просила многого. Она только надеялась, что ее мама успешно перенесет операцию и останется с ней навсегда.

Зачем Богу понадобилось так шутить над ней? У нее была только мама, и почему она не могла спасти свою маму в конце концов?

А что еще ей оставалось делать?

Ну почему она так беспомощна?

Нин Цин вышла вперед и потянула за белую мантию доктора Ло. - Доктор Ло, пришлите мне отчет о состоянии печени моей матери. Я пойду и попытаюсь найти его в других больницах. Если нет, то я пойду на улицу. На улице так много людей. Где-то должна быть спичка. Дайте мне три дня. Там должен быть кто-то, кто готов спасти мою маму…”

- Нин, успокойся... - глядя на слезы, которые текли по щекам девушки, пока она лепетала, доктор Ло взял ее за плечо и попытался успокоить.

Нин Цин оттолкнула его руку и побежала вперед. Она настаивала так долго, но потерпела поражение. В ее глазах не было сосредоточенности, лицо было бледным, как простыня. - Нет, - пробормотала она себе под нос, - нет времени... …”

Она пробежала два шага, и вдруг в глазах у нее потемнело, она упала в обморок на землю.

“Нин, Нин, поторопись. Помочь ей…”

…

Когда Нин Цин снова открыла глаза, она почувствовала головокружение и слабость во всем теле. Она не могла пошевелиться.

В ее глазах сверкнула яркая вспышка, а нос наполнился запахом дезинфицирующего средства. Она была уже в палате.

- Мама!- Она вдруг подумала о своей маме, и ее прошиб холодный пот. Она вдруг вскочила с больничной койки, но потом чуть не споткнулась и снова упала из-за своей ослабевающей энергии.

Пара рук вовремя поддержала ее. Она подняла глаза и снова увидела этого джентльмена, Чжу жуя.

Чжу жуй вежливо улыбнулся: "Мисс Нин, не паникуйте. Твоя мама уже сделала операцию по пересадке печени. Операция прошла очень хорошо.”

- Ну и что же?- Глаза Нин Цин были широко открыты. - Она была удивлена.

Она не могла в это поверить. За последние три года пара мать и дочь были в плохом состоянии. Она никогда не надеялась, что на них свалится такая великая удача.

Чжу жуй кивнул, чтобы успокоить: "Да, Мисс Нин. Я не лгал тебе. Сегодня утром, когда я следовал за вами в больницу, вы упали в обморок. Я звоню своему президенту после того, как узнал о сложившейся ситуации. Президент вам помогал. Мы нашли донора и сделали операцию.”

Лу Шаомин?

Красивое лицо снова возникло в голове Нин Цин. Каким-то образом ее бешено колотящееся сердце внезапно успокоилось. Всякий раз, когда он был рядом, она чувствовала необъяснимое чувство безопасности.

Она никогда не думала, что он снова поможет ей.

“А как насчет моей мамы? Я хочу ее видеть.”

“Она только что перенесла операцию, и мы договорились, что она останется в отделении интенсивной терапии. Она еще не проснулась. За ней ухаживают врачи и медсестры. Так что Мисс Нин не стоит беспокоиться. Напротив, врач сказал, что вы слишком напряжены, и Ваше тело не находится в хорошем состоянии. Поэтому вы и упали в обморок. Тебе нужно выспаться и отдохнуть.”

Нин Цин кивнула. Она откинула одеяло и встала с кровати, - я в порядке. Я хочу увидеть свою маму.”

Нин Цин стояла у двери и заглядывала внутрь через окно. Ее мама лежала на кровати с закрытыми глазами. За ней присматривали две профессиональные медсестры. Ее ЭКГ выглядела нормально.

Она моргнула и почувствовала покалывание на кончике носа. Никто не знал, как безнадежно она чувствовала себя перед тем, как упасть в обморок. Вообще-то, она была очень одинока. У нее была только мама.

Ее мама не была самой счастливой в своей жизни. Она традиционная женщина и посвятила всю свою жизнь семье Нин и своей дочери. Она была брошена мужем и мучилась болезнью. Ее мама тоже страдала.

Если бы она позволила своей маме умереть из-за болезни... жизнь ее мамы была слишком печальна. Она умрет от чувства вины, она умрет от чувства вины, она умрет от душевной боли.…

К счастью, мама была спасена. К счастью ... есть еще Лу Шаомин…

Она не знала, как Лу Шаомин смог найти подходящего донора за такое короткое время. Но она не находила это странным, так как богатые могли решить любую проблему очень быстро.

Это будет стоить больше тысячи дней особого ухода. У нее даже был профессиональный смотритель... Лу Шаомин был очень внимательным, и он помог ей позаботиться обо всех заботах.

Почему он сделал это для нее?

Она всего лишь незнакомка.

- Мисс Нин, не волнуйтесь. Операция прошла очень хорошо. Я думаю, что она очень скоро проснется. Если лечение прошло хорошо, то она будет жить еще долго.”

- МММ... - кивнула Нин Цин. Она посмотрела на Чжу жуя и нерешительно сказала:” Лу... " - она не знала, как называть Лу Шаомина. Она смутилась: "а где сейчас президент Лу? Я хочу поблагодарить его лично.”

- У президента Лу важная встреча, и он не может уехать. Поэтому он послал меня сюда, чтобы я разобрался с ситуацией. Если у вас есть что сказать президенту, вы можете позвонить ему.”

Нин Цин заправила волосы за ухо и смущенно покраснела: “мм... я позвоню ему.”

…

Нин Цин вернулась в свою комнату и достала телефон. Он позвонил на днях, так что у нее все еще был его номер.

Она нажала на кнопку вызова, и кто-то ответил, Как только раздался звонок: “Алло...” его отчетливый низкий магнетический голос был очень похож на него. Это было похоже на бокал вина, выдержанного в течение ста лет. От этого у нее пошли мурашки по коже.

Нин Цин сунула руку в мешковатую униформу палаты. Снаружи рос клен, и осенняя листва росла пышно. Она была покрыта сверкающей краснотой.

- Здравствуйте, Президент Лу. О моей маме, спасибо” - Нин Цин взвешивала свои слова и говорила осторожно, - и, скажи мне, сколько ты тратишь на мою маму. Хотя я не могу позволить себе вернуть вам деньги сейчас, я могу написать соглашение и верну его вам с процентами, когда у меня будут деньги.”

Человек по другую сторону двери молчал. Его дыхание было таким легким, что Нин Цин заподозрила неладное, если он вообще слушал.

Она чувствовала себя беспокойно. Он помогал ей, но она предпочитала измерять их отношения деньгами. У нее не было денег, но она не могла позволить себе ничего другого, кроме денег.

Он был расстроен?

Через минуту он медленно произнес, улыбаясь: "президент Лу, да? Ты что, мой посох? Ты так сильно торопишься прояснить наши отношения? Хорошо, не нужно возвращать мои деньги. Мы больше не поддерживаем контакт.”

- Это ты!- Нин Цин была в полной растерянности. Ее рука в кармане была сжата в кулак. Она продолжала молчать.

Она только что сказала Слово, и он оборвал ее. Такой хитрый человек.

- Но почему же? Неужели тебе противно покидать меня?- Спросил мужчина. Своим глубоким голосом он словно щебетал, но довольно кокетливо: “лжец, который имел в виду противоположное тому, что сказано.”

- Кто, кто этот лжец?

Нин Цин надула губки, но не смогла сдержать улыбку. Она подумала, что он, должно быть, хорошо умеет флиртовать.

“Нин Цин, - позвал Лу Шаомин ее имя на другом конце провода. Это прозвучало особенно приятно, правильно и уважительно, когда он назвал ее имя. “У меня нет недостатка в деньгах, но мне нужна жена. Возьмите с собой свою домашнюю регистрацию и удостоверение личности. Я буду ждать тебя.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 57:Получение Свидетельства О Браке

Регистрация домашнего хозяйства и удостоверение личности?!

Сердце Нин Цин на мгновение замерло. “Куда же...куда теперь?”

“В бюро гражданских дел, до 5 часов вечера”, - естественно ответил Лу Шаомин, эта девушка была медленной, как ползучая черепаха. Если бы он не стимулировал ее, она бы всегда бежала на месте. - Нин Цин, я улетаю в Лондон после пяти часов. Если ты не придешь, я не вернусь в свой город. Вот и все, пока-пока…”

Мужчина повесил трубку?

Он действительно повесил трубку именно так!

Нин Цин посмотрела на свой мобильный телефон и с ненавистью топнула ногой. Неужели он заставляет ее выйти за него замуж? Как кто-то мог заставить ее выйти замуж таким образом?

Убрав телефон, Нин Цин снова села на кровать, надув розовые губки. Он может уйти, если захочет, они были не знакомы друг с другом с самого начала. Поскольку он не хотел, чтобы она возвращала деньги, она просто сохранит их с легкостью.

Хотя именно об этом она и думала в своей голове, Нин Цин чувствовала себя так, словно ее сердце было зажарено на сковороде, тревожно и мучительно булькая.

Она внезапно встала и решила не думать об этом. Она вышла из палаты подышать свежим воздухом.

…

Когда она подошла к стойке обслуживания больницы, то увидела несколько маленьких медсестер, весело болтающих там.

"Сяо фан, я слышал, что у тебя был молниеносный брак два дня назад. Вы познакомились с вашим мужем через свидания вслепую, так быстро женившись после всего лишь нескольких встреч? Ты такой смелый.”

- Смелый?” Ты встречаешься со своим парнем уже четыре года, но почему ты не осмеливаешься выйти за него замуж? Потому что ты боишься. На самом деле, брак для женщины-это просто азартная игра. Это не имеет ничего общего со временем. Я верю в свое шестое чувство, там голос в моем сердце говорит мне, Да, это он. Я боюсь потерять его, вот и вышла замуж.

Нин Цин слушала, как Чжу жуй подошел к ней сзади и спросил: “мисс Нин, почему вы не отдыхаете в постели?”

Нин Цин обернулась, и ее прекрасные глаза заплясали, как медовые лужицы, когда они засверкали, как разбросанные звезды, ярко сияя. Ее губы изогнулись в сладкой улыбке. - Секретарь Чжу, я как раз собирался вас найти. Может ты отвезешь меня куда-нибудь?”

…

Чжу жуй привел Нин Цин в вестибюль ее спальни. Она побежала наверх, открыла дверь и достала из ящика стола свою домашнюю книжку.

Она положила свою домашнюю регистрацию и удостоверение личности в сумку. Она оглядела себя и увидела, что все еще одета в больничный халат, поэтому переоделась.

Когда она снова села в BMW, то сказала Чжу жуй: “Отвези меня к президенту Лу.”

…

Нин Цин стоял перед компанией Гуан Цин. Гуан Цин располагался в самом благополучном районе города. Это были шесть административных зданий, соединенных вместе. Глядя на блестящую золотую табличку "Гуан Цин" высотой в 66 этажей, Нин Цин едва могла открыть глаза из-за слепящего света.

Тогда она начала чувствовать себя застенчивой и робкой.

Но Чжу жуй уже открыл дверь. - Мисс Нин, после вас.- Он сделал жест "после тебя".

Нин Цин крепко держала свою сумку-пращу в маленьких руках, собралась с духом, храбро вышла и вошла.

Она вошла в зал, который был отделан синим, белым и черным, лаконичным и щедрым, зал был отапливаем, но температура была немного холодной, воздух был очень свежим, бонсай можно было увидеть через каждые пять шагов, место было заполнено строгой и торжественной атмосферой.

В последние три года жизнь Нин Цин просто вращалась вокруг индустрии развлечений, школы и больницы. Все эти места были довольно шумными, и после внезапного прихода сюда, визуальный шок был совершенно абсолютным.

По пути мимо проходили сотрудники в профессиональных костюмах, “секретарь Чжу...” сотрудники склонили головы, приветствуя его.

Встречая любопытные взгляды всех присутствующих, Нин Цин выпрямила свою стройную спину, выглядя естественно и уравновешенно, в то же время вежливо и мягко отвечая на их взгляды, ее отношение было открытым и честным.

Тогда сотрудники почувствовали себя немного неловко.

Чжу жуй проводил Нин Цин до лифта. В этот момент дверь лифта открылась с “Динь”.

Нин Цин наблюдала, как из дома вышла группа людей.

Лу Шаомин был прямо впереди. Он был одет в белую рубашку, темно-синий полосатый галстук и черный костюм ручной работы, классический костюм делал его красивым и элегантным.

Острый ножевой разрез брюк, обмотанных вокруг его длинных прямых ног, черных кожаных ботинок создавал холодную и мощную ауру на фоне чистого, отражающего свет мраморного пола.

Его глаза были опущены, когда он посмотрел на бумаги в руках человека рядом с ним, и он заговорил тихим голосом.

Он был серьезен, слегка нахмурив свои черные как смоль брови, его точеное и красивое лицо выражало холодную настойчивость.

Это был первый раз, когда Нин Цин увидела его за работой. Это было обаяние зрелого 30-летнего мужчины. Его элегантная склоненная голова во время обсуждения вопросов излучала гордость и контроль.

- Президент... - позвал Чжу жуй, когда Нин Цин все еще была в оцепенении.

Поэтому Нин Цин подняла глаза, когда все мужчины в костюмах повернулись, чтобы посмотреть на нее.

Нин Цин немного боялась оглянуться на них. Это был серьезный рабочий кабинет. Она была одета небрежно и выглядела как инопланетный пришелец, что было неловко.

Если бы она только знала. Она бы просто осталась в машине и позвонила ему, чтобы попросить спуститься и встретить ее.

Однако это смущение длилось всего несколько секунд, потому что Лу Шаомин шагнул вперед на своих длинных ногах, его широкое тело закрывало ей обзор, который, как оказалось, мешал другим смотреть на нее.

Сердце Нин Цин было теплым и счастливым. Этот человек был умен и вдумчив. Он будет заботиться о каждом ее крошечном чувстве, когда она будет с ним.

“Так ты здесь?- Лу Шаомин остановился перед ней,и его серьезность исчезла. Он поднял свои острые брови и выглядел так, как будто был в хорошем настроении.

- Ага... - маленькое личико Нин Цин покраснело.

Она была здесь, чтобы получить свидетельство о браке.

Сегодня на девушке был свитер цвета кленовых листьев. Круглый воротник свитера был широк и широк, открывая ее две изящные и красивые ключицы. Ее прекрасные темные и блестящие волосы ниспадали на кремово-белую кожу и тонкую розовую шею.

Чистая и нежная, как роза, с которой почти капает вода.

“Пошли отсюда.- Лу Шаомин положил свою сильную руку ей на плечо и повернулся вместе с ней.

Нин Цин подалась вперед в его объятиях. Она покраснела и тихо спросила: “Разве тебе не нужно работать?”

“Я уже позаботился о том, о чем надо позаботиться, а что осталось-это их дело, - сказал мужчина, внезапно взглянув на нее и улыбнувшись при этом. - А теперь мы должны позаботиться о нашем будущем.”

Нин Цин расслабилась и медленно наклонилась к нему. Все сотрудники поклонились и почтительно крикнули, когда они шли к воротам: "президент…”

Он шел, не глядя искоса, и Нин Цин, которая встречала завистливые взгляды толпы, спокойно приподняла уголки губ. Он обнял ее так интимно на глазах у стольких людей, а это означало, что он уже раскрыл ее личность.

Некоторые мужчины говорят больше, чем они, но он только делает и не говорит, глупый.

Но ей нравится его глупость.

…

Вдвоем они прибыли в бюро гражданских дел. Было много людей, которые пришли сегодня, чтобы пожениться. Они должны были получить номер очереди и ждать своей очереди. Очевидно, Лу Шаомин раньше не делал ничего подобного ожиданию. Он подошел к двери, чтобы выкурить сигарету.

Нин Цин сидела на своем месте и ждала. Рядом с ней дружелюбная пожилая женщина была поражена разговором.

- Молодая девушка, это ваш муж? Он такой красивый, ты будешь чувствовать себя неуверенно после свадьбы?”

Нин Цин посмотрела на Лу Шаомина. Он стоял, лениво прислонившись к двери, держа сигарету двумя умелыми пальцами. Его темперамент был один на десять тысяч среди морей тамошнего народа.

Словно телепатически, когда она смотрела на него, он тоже смотрел на нее. Его брови плотно сошлись вместе, когда он прищурился и выпустил клуб дыма из своих сексуальных тонких губ, показывая некоторые дикие стороны мужчины.

Нин Цин быстро отвела взгляд и покраснела. “А я и не боюсь. Он на 10 лет старше меня. Если он меня не хочет, я могу найти еще более молодых.”

Пожилая женщина рассмеялась и подумала, что это ребячество. Нин Цин знала, что человек у двери услышал ее, потому что она видела, как он смеется, с некоторой беспомощностью.

Когда он рассмеялся, в уголках его глаз залегли глубокие морщины. Нин Цин никогда не думала, что мужчина может быть таким влюбленным.

…

Через час они получили свои сертификаты и вернулись к машине.

Нин Цин глубоко вздохнула и посмотрела на красную книжечку в своей маленькой руке. Она все еще не могла поверить, что вот так вышла замуж за человека, с которым встречалась всего четыре раза.

“Самое время для моего полета, Нин Цин. - Я уже ухожу.- Мужчина рядом с ней что-то говорил.

Нин Цин подняла голову, смущенно кивнула и ответила: “О...” они были молодоженами, и она не знает, как другие супружеские пары прощались, поэтому ей было очень неловко: “когда...когда ты вернешься?”

Как только она понизила голос, он тут же схватил ее за тонкую талию. Лу Шаомин легко держал ее в своих объятиях.

- Нин Цин, позвони мне.- Его голос был глубоким и мягким.

“О, как же тебя называть? Сначала отпусти меня.- Ее нос был наполнен освежающим и очаровательным мужским ароматом его тела. Нин Цин быстро отскочила, как испуганная птица в его объятиях.

Лу Шаомина это позабавило. Кремовая и нежная кожа на ней была красной, а красный ореол распространялся до самых хрустальных маленьких мочек ушей. Ее вишневый рот был нежен и прекрасен. Возможно, она не знала, насколько соблазнительным было ее "о", и трепещущие ресницы, похожие на крылья бабочки, были прекрасны и прекрасны.

- Нин Цин, о чем ты думаешь? Мне не хватает времени, чтобы войти в брачную комнату, я не просила тебя называть меня своим мужем. Шаоминг, Зови меня по имени.”

Руки Нин Цин были напряжены, она действительно думала, что он хотел, чтобы она называла его своим мужем.

Теперь он был джентльменом, а она-презренной особой.

Но она была разумным презренным человеком, они были женаты, и он имел право прикоснуться к ней, если не мог ждать, но она не была готова к этому.

- ...Шао ... мин... - он не отпускал ее. Она могла только уткнуться нежным маленьким личиком в его жесткий, тактильный воротник и закричать так тихо, как будто жужжал комар.

” Ах... " - Лу Шаомин улыбнулся и сказал: “Нин Цин, я ничего от тебя не требую. Все дело в том, что ты можешь иметь меня только в своем сердце.”

Он не хотел, чтобы она снова кричала во сне "Сюй Цзюньси".

Что он там бормочет?

Дело не в том, что у него не было никаких требований, а в том, что он нашел такую замечательную и совершенную женщину, как она, ясно?

Он даже не знает, как сделать ее счастливой.

- Поскольку ты можешь предъявлять свои требования, я тоже могу. Ты, ты должен хорошо обращаться со мной, давать мне свое жалованье и делить со мной работу по дому. Нин Цин повторила то, что только что сказала восторженная пожилая женщина.

Лу Шаомин улыбнулся и притянул ее к себе. Чем больше он смотрел на нее, тем красивее становилась его маленькая жена.

Он наклонился и прошептал ей на ухо с некоторым удовольствием и снисходительностью: "мы женаты, мои деньги-это твои деньги, общая собственность между мужем и женой. Кроме того, я могу быть занят работой и не смогу заботиться о большой домашней работе для вас, но я буду работать еще больше. В моем доме есть уборщицы, так что тебе не нужно этого делать.”

Нин Цин наконец поняла, насколько ребяческими были ее просьбы. Он был совсем не в том же классе, что и она.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 58:Режиссер Ван Пригласил Вас На Кинопробы

Нин Цин наконец поняла, насколько ребяческой была ее просьба. Они были не на одном уровне.

Нин Цин хотела оттолкнуть его.

…

После глубокого поцелуя Нин Цин услышала, как быстро забилось его сердце.

Лу Шаомин удовлетворенно поджал губы, затем нежно коснулся ее волос и сказал: “Нин Цин, я уезжаю, скорее всего, на три дня.”

Нин Цин подняла голову в его объятиях. Его рубашка смялась от ее хватки. Она протянула руку, чтобы разгладить его, но не знала, что сказать. Она только ответила “ " мм.”

Атмосфера была тихой, но приятной. Лу Шаомин наклонился вперед, чтобы быстро чмокнуть ее в щеку. Он заговорил, когда его губы коснулись ее кожи: “я ухожу сейчас же.”

“Возвращайся скорее!- Нин Цин ответила не очень задумываясь, когда увидела, что он уходит, но все же собирается уходить.

В тот момент, когда она сказала, что сожалеет об этом, потому что мужчина улыбался. Как будто он смеялся над женой, которая не хотела расставаться со своим новобрачным мужем.

Она почувствовала себя обиженной, но внезапно дверь открылась, и Лу Шаомин вышел из машины.

Нин Цин подняла голову, чтобы посмотреть ему в спину. Там его ждал еще один роскошный автомобиль, а Чжу жуй ждал у дверей с курткой в одной руке и портфелем в другой. Лу Шаомин взял куртку и портфель, прежде чем сесть в машину.

После того, как дверь была закрыта, машина отъехала от близкого до Дальнего места.

Нин Цин не могла сказать, что она чувствовала. Рядом с ней кого-то не хватало, а в ее сердце чего-то не хватало, ей казалось, что она задыхается.

Чжу жуй вошел в машину и спросил: “Мадам, куда мы едем?”

Чжу жуй уже изменил то, как она обращалась к ней.

“В больницу.”

…

Юэ Ваньцин проснулся ночью, и врач пришел, чтобы сделать быстрый осмотр. Ее тело было в нормальном состоянии. Нин Цин напоила маму теплой водой и немного поболтала с ней.

Нин Цин не сказала своей маме, что вышла замуж. Она боялась, что ее мать не сможет принять этого. К тому же, Лу Шаомина рядом не было. Она хотела, чтобы ее мама поправилась, прежде чем она представит свою маму Лу Шаомину.

Она была уверена, что ее маме понравится такой хороший человек, как Лу Шаомин.

Нин Цин вернулась в свою комнату после того, как ее мама заснула.

Она лежала на кровати, но ворочалась с боку на бок. Она никак не могла уснуть. Она протянула руку, чтобы достать свой телефон. Он ведь должен был приехать в Лондон, верно?

Может мне ему написать?

Она много думала об этом раньше. Строго говоря, они поженились не из-за любви. Не было никакой торжественной клятвы в любви. Она не могла понять статус их брака и не знала, как вести себя с ним в будущем.

Она легла простатой на кровать и напечатала сообщение.

Во-первых, она уже не знала, как к нему обращаться. Но она отбросила эту мысль и сразу перешла к делу.

- "Я хотел бы спросить, есть ли у вас какие-либо пожелания относительно нашего брака? Например, как долго ты хочешь быть замужем? Вовлечены ли мы или нет в личную жизнь друг друга? Конечно, из-за вашего большого вклада в наши отношения, я не могу иметь никаких бойфрендов, но я не буду мешать вам завести девушку. Наконец - то ... я хочу позаботиться о своей маме. Ты занимаешься своими делами, пока я остаюсь с мамой.]

Нин Цин несколько раз поправила сообщение, прежде чем отправить его.

Она не знала, как он ответит, и уставилась на экран.

Через пять минут он ответил:” Динь".

-" Я не планирую заводить внебрачный роман и не собираюсь разводиться. После того, как маму выпишут из больницы, переезжай и оставайся со мной.]

Его послание было коротким и прямым, как и всегда.

Нин Цин покраснела, когда прочитала сообщение. Он явно имел в виду, что хочет провести с ней всю свою жизнь, и дал обещание.

За последние три года она повидала много людей, которые ходили в зал бракосочетания. На самом деле, брак был очень приземленным. Многие люди расстаются из-за материальных факторов, таких как автомобили и свойства.

Когда-то она думала, что обязательно захочет взять свою маму с собой и заботиться о ней, если она выйдет замуж. Если бы этот человек был несчастлив из-за этого, она бы предпочла не выходить замуж.

Однако то, как он обращался к ее маме, успокаивало все ее неуверенные чувства.

А что касается ... Останься со мной…

Нин Цин перевернулась и легла на кровать. Настольная лампа освещала ее прекрасные глаза, и они казались очень яркими. Она прикусила нижнюю губу и улыбнулась.

Она спала на боку и сочинила еще одно послание.

- "Вообще-то, я сломал твои часы.]

Пришло время ей быть честной.

Мужчина ответил очень быстро: Ее телефон вспыхнул через несколько секунд, и она открыла его, чтобы прочитать сообщение.

[Глупая девчонка. Под каким предлогом мне было бы звонить вам, если бы не было часов? Я только что приехал в Лондон, и мне нужно работать. Будь хорошей девочкой и ложись спать. Спокойной ночи.]

Нин Цин села на своей кровати. Что он имел в виду?

Он специально оставил часы в комнате, чтобы позвонить ей и назначить свидание?

Этот человек все спланировал. Озорной!

Такой непослушный.

Нин Цин снова легла в постель и натянула одеяло на лицо. Она не смогла удержаться от смешка. Почему он просто не сказал прямо о том, что хочет погнаться за ней?

Чтобы быть обремененной гонорарами за ремонт часов из ниоткуда, он знал, как долго она чувствовала себя напряженной?

На самом деле, она хотела ответить “Спокойной ночи” со словами “береги себя”, но боялась, что побеспокоит его, поэтому не стала этого делать.

Она положила телефон рядом с подушкой и закрыла глаза. Ее мама выздоровела, и она собиралась начать работать от всего сердца. Да, и еще, Миссис Лу, всего наилучшего.

Нин Цин приподняла уголки губ и счастливо легла спать.

…

После хорошего ночного сна Нин Цин проснулась, чувствуя себя полностью заряженной. Она снова почувствовала себя живой. Она пошла к маме после того, как умылась и прополоскала рот.

Она положила подушку за спину своей матери, когда она прислонилась к кровати, потому что врач сказал, что она может потреблять пищу. Поэтому в больнице ей предоставили миску каши. Профессиональная медсестра кормила ее маму.

Нин Цин снова подумала о Лу Шаомине. Ее перевели в отдельную комнату из обычной палаты. В больнице даже обеспечивали питанием. О ее маме так хорошо заботились из-за него.

Однако она едва могла заставить себя упомянуть о том, что отплатила ему за всю его помощь. Во-первых, она боялась, что он ответит, и она снова потеряет дар речи. Во-вторых, они все-таки были женаты. У нее были свои проблемы, и тем не менее он был добр к ней. Если в будущем он попадет в беду, она будет очень мила с ним.

У них было так много времени, чтобы провести его вместе.

На всю оставшуюся жизнь их должно хватить.

- Цин-Цин, разве тебе сегодня не нужно идти в школу? Мама чувствует себя намного лучше. Мне не нужна твоя компания. Поторопитесь и идите в школу для ваших уроков фортепиано."Юэ Ваньцин всегда думала, что Нин Цин была в лучшей школе, играя на пианино, как и положено девушке из богатой и влиятельной семьи.

Нин Цин наклонилась вперед и чмокнула маму в мягкую щеку. - Мама, отдыхай спокойно. Я снова навещу тебя ночью.”

Юэ Ваньцин покраснела от смущения. Она помахала рукой и оттолкнула дочь: "ты такая глупая девочка. А ты не стесняешься? Вокруг есть люди. Поторопись и уходи. Будьте осторожны и внимательны.”

- Пока, Мам.- Нин Цин помахала на прощание рукой и вышла из палаты.

…

Когда она вышла из палаты, к ней подошел Чжу жуй. Он нес поднос с завтраком “ " мадам, позавтракайте. Президент говорит, что вам может понравиться девичье развлечение. Я велел кухне приготовить это.”

Нин Цин посмотрела на поднос с завтраком. Там были красочные бутерброды печенье, йогурт мусс торт, тонкие ванильные блины, стакан горячего молока и солнечная сторона вверх яйцо.

Нин Цин улыбнулась, откуда этот человек знал, что ей все это нравится?

Должно быть, это было в тот дождливый день. В конце концов, он заметил плюшевого мишку на ее кровати в ее комнате.

Честно говоря, Лу Шаомин все сделал правильно. Когда она была дочерью семьи Нин, она была разборчива. Она любила маслянистые сладости. К сожалению, последние три года она жила не очень хорошо и почти забыла о своих предпочтениях.

Она была в больнице, но все было так просто. Он ... балует ее?

Увидев ее вкусный завтрак, Нин Цин почувствовала большой аппетит. Было бы неразумно отказываться, поэтому она взяла поднос с завтраком и сказала:…”

Она повернулась и пошла обратно в свою комнату. Она вошла, и тут зазвонил ее телефон.

Она подняла трубку, и на другом конце провода раздался приятный женский голос. - Здравствуйте, это Мисс Нин? Привет. Ван Чжанпин, режиссер Ван готовится снять фильм, действие которого происходит в первые годы существования Китайской Республики, уличный бродяга. Режиссер Ван приглашает Мисс Нин на кинопробу сегодня в студию.”

Ван Чжанпин, Директор Ван?

Нин Цин забыла ответить, так как все еще была слишком поражена.

Ван Чжанпин был известен как отец тайваньского фильма. Он приехал в Китай, чтобы инвестировать свой первый тревожный шпионский фильм в 1997 году, он был известен по всему Китаю. С тех пор он стал двойным гарантом репутации фильмов и кассовых сборов.

Режиссер Ван постоянно выпускал несколько крупных фильмов, и каждый из них поднимал новую известную актрису в центр внимания, и они всегда становились большой шишкой в кино.

Жаль, что у режиссера Ванга был странный характер, и он не продюсировал много фильмов. В течение последних двух лет он молчал и делал все возможное, чтобы залечь на дно. Нин Цин не могла поверить, что режиссер Ван пригласил ее на кинопробу.

- Здравствуйте, Мисс Нин, вы здесь? У вас есть время для проверки экрана сегодня? Привет, привет!…”

- Я, я свободна, - Нин Цин вернулась к реальности. Она была в восторге “ " где же студия, я сейчас же примчусь.”

…

Сюй Цзюньси привел Нин ЯО в студию уличных гуляк. Режиссер Ван носил очки, когда он обсуждал сценарий с продюсером.

- Здравствуйте, Директор Ван.- Сюй Цзюньси подошел к нему и вежливо поздоровался.

Продюсер замолчал, а режиссер Ванг снял очки и медленно встал.

Директору Вану в тот год исполнилось шестьдесят лет. Хотя у него была седая шевелюра, он выглядел энергичным. Он носил костюм, состоящий из серой спортивной одежды и выдавал артистическую ауру.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 59:Сцена Поцелуя

Режиссеру Вану уже 60 лет. Хотя у него седые волосы, он очень подвижен. Его высокая фигура одета в серую спортивную одежду. Он источает литературный и художественный аромат от своих костей.

- Сюй Цзун, давно не виделись, я просто приехал на материк, не ожидал твоих новостей так скоро.- Директор Ванг слегка улыбнулся.

"Приезд режиссера Ванга в материковый Китай - это не только хорошая новость, но и ваша первая работа через пять лет после того, как вы покинули материковый киноклуб. СМИ внимательно следят за происходящим.”

В ответ на льстивую лесть Сюй Цзюньси Ван пожал плечами и рассмеялся.

Когда Сюй Цзюньси увидел, что время пришло, он представил Нин Яо, который был близко в его руках, директору Вану. - Директор Ван, это Нин Яо, моя девушка.”

Глаза Нин Яо горели надеждой, и она наклонилась, чтобы выразить свое уважение. - Здравствуйте, директор Ван, - ласково сказала она, - я выросла, смотря ваши фильмы. Я всегда боготворил тебя. Сегодня я имею честь видеть директора Ванга. Я надеюсь, что смогу учиться у директора Вана в будущем.”

Мутные и проницательные глаза директора Вана скользнули по глазам Нин Яо и улыбнулись Сюй Цзюньси. - У Сюя всегда хороший глаз.”

Получив похвалу от директора Вана, Нин Яо немедленно показала лукавую и застенчивую улыбку и посмотрела на Сюй Цзюньси с теплотой в глазах.

Все в этом кругу знают, что директор Ванг строг и редко хвалит других. Сюй Цзюньси также чувствует себя ярко в лице и оглядывается на Нин Яо с большей любовью и нежностью.

Режиссер Ван посмотрел на взаимодействие между этими двумя и добавил: "У Сюй всегда был хороший глаз и нашел подругу, которая полна драмы.”

Сюй Цзюньси и Нин Яо застыли.

- Сюй Цзун, просто оглянись вокруг. Мне нужно кое-что сделать, так что меня не будут сопровождать. Сказав Это, Ванг вздохнул и продолжил обсуждать работу с продюсером.

У Сюй Цзюньси было уродливое выражение лица. Что он имел в виду, говоря “полный драматизма”? Ни один крупный мужчина в развлекательном кругу не осмелится так сильно конфликтовать с кем-то из его окружения.

Но, поскольку он нуждался в услуге, Сюй Цзюньси пришлось немного кашлянуть, вытянуть уголок рта и сказать: “режиссер Ван, я слышал, что ваш фильм "Ветер и пыль" является героиней-фильмом отбора. Нин Яо дебютирует, интересно, вы можете дать ей шанс?”

Он заговорил тихим голосом:

Ван взглянул на рукопись, которую держал в руке, но не поднял глаз. “А разве твоя подружка не взяла на себя роль розовой красавицы? Если бы она захотела сделать большой всплеск, я боюсь, что мой фильм разочаровал бы ее.”

Это всего лишь предлог!

Никто этого не понимает, но все главные герои, которые выступали в фильмах Ван Цзяо, быстро стали популярными. Его фильмы имеют отличную производственную ценность. Глядя на материковую киносценарию, никто другой не выдерживает его работы.

Если он готов продать лицо, Сюй Цзюньси полностью уверен, что Нин ЯО будет вытеснен в ряды актрис первого яруса как можно скорее с его режиссерским успехом.

- Директор Ван, я... - Сюй Цзюньси хотела бороться за это.

Но Ван взял сценарий, посмотрел на дверь и улыбнулся: "извините, Сюй Цзун, героиня, которую я пригласил, она здесь.”

Сюй Цзюнси и Нин Яо одновременно повернули головы к двери. В этот момент их зрачки сузились, а тела напряглись.

Это же Нин Цин.

…

Нин Цин бросился в студию. Она не ожидала встретить Сюй Цзюньси и Нин Яо. Мир так мал; он столь же случаен, сколь и враждебен.

Ей стало любопытно. Она не знала, что пережила Нин Яо. Ее руки были сжаты в кулаки, а неприкрытые глаза, полные негодования и ненависти, горели желанием пронзить ее тысячью ножей.

Глядя на оттенок свиной печени Сюй Цзюньси, Нин Цин понял, что этот подлый дуэт, вероятно, хотел что-то решить с директором Ван, но встретил закрытую дверь.

Нин Цин подняла голову, выпятила грудь и подошла к директору Вану. Она была великодушна и почтительна. - Здравствуйте, директор Ван, меня зовут Нин Цин. Я иду на прослушивание.”

Директор Ван посмотрел на Нин Цин сверху вниз и кивнул. - Он указал глазами на Нин Яо. "Сюй пришел со своей девушкой только сейчас, чтобы получить ее роль в качестве главного героя "ветра и пыли". Когда Нин Цин вошла, вы должны были видеть, как команда смотрела на нее. А теперь скажи Сюю, почему бы мне не согласиться, что его подруга должна играть главную героиню?”

Сердце Нин Цин горит, директор Ван вызывает ее ненависть.

Но она знала, что директор Ван также воспользовался возможностью проверить ее понимание ветра и пыли.

Нин Цин посмотрела прямо на Нин Яо, и ее блестящие водянистые глаза, казалось, говорили: "директор Ван спросила, Так что я не собираюсь быть вежливым".

Ветер и пыль-это в основном о простом и добром 17-летнем Мэнъяо, который стал главным диспетчером Шанхайского пляжа и влюбился в офицера. Позже, когда разразилась война, офицер отправился на поле боя, а женщина ждала сорок лет, с 24 до 64 лет.

- Во-первых, девушка Сюя недостаточно красива. Она не может конкурировать за чистую красоту Mengyao без Фандай делает ее тонкий макияж и гардероб по будням. Во-вторых, девушка Сюя недостаточно темпераментна. Характер у нее благородный и холодный, а сердце одинокое. Подружка Сюя слишком вульгарна. Наконец, тот, кто ждет 40 лет, - это не тот, кто желает славы и богатства, кто действует, полный ожиданий. Все дело в интерпретации.”

- У этой женщины нет ни лица, ни ауры, ни самосовершенствования. Она не только непригодна для игры в Mengyao, но и фактически находится в невыгодном положении”, - заключил Нин Цин.

Нин Цин выдохнула все это в один миг. Она нагло воспользовалась возможностью покритиковать Нин Яо перед таким количеством людей.

Она видела, что весь персонал студии украдкой поглядывает на нее, а все остальные, проходя мимо, явно наблюдают за ней.

Ван Чжанпин,” подруга Сюй Цзунгуо", которая презирает своих подданных, наблюдала за происходящим.

Нин Яо дрожал всем телом. - Нин Цин!- Спокойно сказал Сюй Цзюньси.

Нин Цин откровенно посмотрела на него.

- Ха-ха... - директор Ван дважды рассмеялся и помахал рукой. - Сюй Цзун, почему ты так взволнован? Когда ваша подруга входит в круг развлечений и выступает в кино и телевизионных постановках, она собирается делать комментарии о других в будущем. Поистине могущественные люди говорят за свои дела.”

Пока директор Ван говорил, Сюй Цзюньси пришлось сделать глубокий вдох, чтобы восстановить самообладание.

- Нин Цин, пойдем. Давай сходим на прослушивание.”

А сейчас? - Директор Ван, я не знаю, какую роль вы хотите, чтобы я сыграл?”

Сделав быстрый шаг и бросив острый взгляд на лицо Нин Цин, Ван спросил с многозначительной улыбкой: "Нин Цин, Как ты думаешь, какую роль ты можешь сыграть?”

Нин Цин была несколько застенчива. "Директор Ван, я знаю, что у меня недостаточно опыта, и у меня нет никаких работ, с которыми я мог бы справиться…”

Нин Яо заметила эту легкую икоту.

Но Нин Цин храбро встретила взгляд директора Вана. “Но, пожалуйста, дай мне шанс. Я думаю, что роль Mengyao, женского руководства в ветре и пыли, очень подходит для меня. Я истолкую его своим сердцем.”

Резкий голос девушки эхом отозвался в студии, и в комнате воцарилась тишина. Все посмотрели на красивую девушку.

Ее лицо было полно энергии и жизненной силы молодости, а глаза полны спокойной уверенности в себе.

То, что ей нужно, - это возможность.

Сюй Цзюньси пристально смотрел на Нин Цин, которая стояла под ступеньками. Восходящее красное солнце за окном лестничной площадки окутывало ее теплым и великолепным сиянием. У нее были ясные и благочестивые глаза и блестящие брови. Ее напудренное лицо было подобно ослепительному сиянию солнца.

Сюй Цзюньси хорошо знаком с Нинцин. В свои 18 лет она была так самоуверенна и своевольна. Она была живой и веселой, тепло относилась к людям. Она обладала бесконечной жизненной силой.

Позже она изменилась.

Он испытывал отвращение к тому, какой она была сейчас.

Но почему сегодня он снова нашел в ней тень прошлого? Может быть, она получила шанс от директора Вана? Как она дошла до такого состояния?

- Хорошо, - сказал Ван, кивая. - Тогда попробуй сыграть роль Мэнъяо. Этот человек будет там через минуту. У вас будет еще один на съемочной площадке с вами.”

Главный герой-мужчина?

Режиссер Ван позвал на главную мужскую роль.

Нин Цин была вне себя от радости. Директор Ванг был готов дать ей шанс. И в то же время ей было любопытно. А кто будет главным мужчиной?

Затем в дверях послышался шум. Помощник впереди открыл дверь, и стройная и красивая фигура вошла следом.

Мужчина был одет в длинную черную тонкую кожаную куртку и темно-синие джинсы. Тонкие очертания лица актера и его утонченные черты сформировали холодное выражение лица.

Нин Яо ненавидит его. У нее все сердце болит. - Это он, что ли? Отечественный популярный молодой студент, лицо шоу, выступающее против неба, Ou Luo Xi.

ОУ Ло Си пришел к славе в возрасте 18 лет. У него было более красивое лицо, чем у женщины, но оно было похоже на лицо Медузы. Его взгляд мог заморозить прохожих за считанные минуты.

Он был однозначен в кино и телевизионной драме. Он был признан индустрией и получил высшую награду киноакадемии на международной арене в возрасте 20 лет.

Число поклонников в его микроблоге исчисляется сотнями миллионов, и эти сумасшедшие поклонники всегда растроганы до слез на всех его выступлениях, будь то в кино, телевизионной драме, На сцене и т. д.

Все его действия сводятся к тому, чтобы зацепить вас своим обаянием и притвориться, что не беспокоится о кассе.

Директор Ван предложил ему быть главным мужчиной.

Нин Цин тоже была удивлена, увидев его здесь.

Ему 21 год, он немного моложе ее. Его кожа белая и кремовая.

Он очень холодный, ухмыляющийся, и он похож на Ян Ян Ян, младшего брата в последней хитовой драме Tomb Piracy Notes. Он выглядит немного более зрелым, чем 21 год в целом.

Все девушки были заняты сплетнями. Нин Цин переключила свое внимание и направила взгляд на ОУ Ло Си. нежный и красивый молодой человек, если не с холодным лицом, выдавал ауру естественного страдания.

Развлечения - это самое сложное и грязное место. Интересно, сколько сомнительных людей думают о нем?

Нин Цин вздохнула в своем сердце.

В этот момент она почувствовала холодный взгляд и заметила, что Оу Ло Си пристально смотрит на нее.

Нин Цин почувствовала озноб.

Когда его поймали, Нин Цин открыто посмотрела на него извиняющимся взглядом. Она слегка кивнула и дружески поприветствовала его.

Он отвернулся и решил не обращать на это внимания.

Грубый ребенок.

“ОУ Ло Си, ты здесь. Позвольте вас познакомить. Это Нин Цин, кандидат на роль Мэнъяо. Давайте подождем, пока вы прослушаетесь и выступите вместе с Нин Цин.”

На его лице не было никакого выражения. Он посмотрел на Нин Цин и сказал: “Хорошо, давай поцелуемся.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 60:Знаете ли вы каких-либо влиятельных чиновников в сфере финансов

У ОУ Ло Си было не так уж много выражений лица. Он посмотрел на Нин Цин и сказал: “Хорошо, тогда сцена поцелуя.”

Он заговорил, и в глазах Нин Цин что-то блеснуло. Там был специальный даб для фильмов и драмы, в которых он играл, и она не знала, что голос Оу Ло Си был таким.

- Его голос звучал мягко.

И, целуя ... сцена поцелуя?

Нин Цин чуть не поперхнулась собственной слюной. Черт возьми, неужели мы должны пройти весь путь с самого начала?

Она подозревала, что мальчик хотел отомстить за ее взгляд раньше. Мелочный человек.

- Хорошо, - согласился директор Ван, - Нин Цин, у тебя есть какие-нибудь проблемы?”

Нин Цин подумала о Лу Шаомине. Они были женаты, и она подумала, не будет ли он возражать, если она устроит сцену поцелуя?

Похоже, ей придется поговорить с ним после его возвращения.

Нин Цин покачала головой и выпрямилась. “Никаких проблем вообще.”

…

Тогда Нин Яо была похожа на кошку на раскаленной крыше из жести. Как квалифицируется Нин Цин?

Почему она получила признание режиссера Ванга? Почему Оу Ло Си, который обычно отталкивает людей в сторону, не оставил ее, но хотел попробовать сцену поцелуя с ней?

Почему судьба все время заботится о ней?

- Цзюньси, пошли” - Нин Яо потряс Сюй Цзюньси за плечи.

Сюй Цзюньси пристально посмотрел на Нин Цин и Оу Ло Си, которые шли рядом друг с другом. Он ответил:” Поскольку мы уже здесь, давайте посмотрим, насколько она способна", - он сел на ротанговое кресло, которое члены экипажа принесли для него.

Нин Яо видела, что он не хочет уходить; у нее не было выбора, кроме как сесть рядом с ним.

…

Нин Цин была чрезвычайно сосредоточена, когда читала сценарий. Что касается пары мужчин и женщин, которые остались, чтобы посмотреть, у нее было только одно замечание, назойливые люди.

Сцена в основном изображала, как Мэн Яо, которому было семнадцать, случайно познакомился с праведным офицером, и у них был свой первый поцелуй.

Директор Ван крикнул: "действуйте!- и Кинопроба началась.

ОУ Ло Си, который раньше был к ней холоден, превратился в джентльмена с нежными чувствами. Пара черных кожаных сапог, которые он носил, выдавала внушающую благоговейный трепет праведность. - Мисс Монг Яо, с того самого момента, как я впервые увидел вас, я влюбился в вас. Пожалуйста, будь со мной.”

Нин Цин молча похвалила актерские способности Оу Ло Си. Она также подумала, что улыбающийся Оу Ло Си был еще красивее.

Она повернулась и посмотрела вниз. На ее лице была написана хрупкость и застенчивость молодой девушки: "Кто хочет быть с тобой? В этом году мне только семнадцать.”

Затем Оу Ло Си вышел вперед и протянул обе руки к лицу Нин Цин. Он вдруг опустил голову.

Их губы соприкоснулись,и оператор увеличил изображение. Нин Цин толкнула ОУ Ло Си в плечи, и она что-то пробормотала. Она тщательно исполнила робость и панику поцелуя молодой девушки.

Директор Ванг удовлетворенно кивнул и поднял руку, чтобы крикнуть: “режь”.

Но Нин Цин почувствовала острую боль на губах. ОУ Ло Си укусил ее.

Глаза Нин Цин распахнулись, этот мальчик действовал не по сценарию!

Она толкнула Оу Ло Си, и он упал назад. Она шагнула вперед, и ее лицо покраснело от смущения. Она дала ему пощечину “ " ты, бесстыдник!”

- Снято! Директор Ван крикнул и засмеялся: "Нин Цин, ты приспосабливаешься к меняющимся обстоятельствам. Очень хорошо. Вы еще не начали работать вместе, но вы так хорошо скоординированы.”

Директор Ванг имел в виду пощечину ранее. Она на самом деле не ударила его, но они оба воспользовались преимуществом позиционирования. Когда она ударила его, Оу Ло Си склонил голову набок.

Нин Цин вздохнула с облегчением, получив признание директора Вана. Она с подозрением посмотрела на ОУ Ло Си. Его губы были холодными, когда они целовались. Даже когда он укусил ее,не было никакого насилия или унижения.

Она подозревала, что он укусил ее, чтобы помочь. ОУ Ло Си, казалось, помогал ей получить признание от директора Вана.

Нин Цин хотела поговорить с ОУ Ло Си, но он даже не взглянул на нее, прежде чем подойти к своему помощнику. Он взял серо-белый полосатый шарф с бахромой и надел его на шею. Затем он тихо сказал: "Вот и все, я ухожу.”

Затем он вышел, окруженный толпой людей.

Нин Цин смотрела, как мужчина уходит. Она была благодарна, но все же находила это забавным. Когда она остановила свой взгляд, то встретилась с парой холодных глаз, которые принадлежали Сюй Цзюньси.

Она не знала, что сделала не так. Глаза Сюй Цзюньси были похожи на огонь, который умирал, чтобы поглотить ее.

Она находила это до смешного смешным.

Сюй Цзюньси заворчал и встал с плетеного стула. Затем он сердито удалился.

Затем он, казалось, забыл о Нин Яо:” Цзюньси, подожди меня", - Нин Яо была одета в пару высоких каблуков, и она преследовала его.

…

Все ушли, и в студии стало тихо. Директор Ван передал Нин Цин контракт “ "Нин Цин, я использую тебя для роли Мэн ЯО в фильме "уличный бродяга". Вот вам и контракт. Прочтите его и подпишите, если нет никаких проблем.”

Нин Яо пролистала контракт, затем взяла ручку и поставила свою подпись. Ее руки дрожали, когда она подписывала документ. Наконец-то у нее был этот день.

Это было похоже на сон.

- Директор Ван, спасибо вам за эту возможность. Я отдам все, что у меня есть, - ее прекрасные глаза блестели от волнения и благодарных слез.

“Я доверяю тебе, а также уличному бродяге. Да, Нин Цин, тебе нужен свой собственный помощник, когда ты снимаешь фильм. У вас есть какой-нибудь подходящий человек в вашем уме?”

Нин Цин подумал о Сяо Чжоу “ " да.”

“Тогда ладно. Приведите своего помощника, вся команда соберется в баре сегодня вечером. Съемки начнутся через два дня.”

…

В баре

Нин Цин и Сяо Чжоу говорят вместе, когда каждый из них держит бокал для коктейля. Сяо Чжоу сказал в волнении эмоционально: "Нин Цин, это здорово. У тебя наконец-то есть шанс. Когда вы позвонили мне, я сразу же уволился с работы. Не беспокойся. Я буду вашим лучшим, самым заботливым помощником.”

Нин Цин знала, что на самом деле она не может пить. Она боялась, что напьется, поэтому просто сделала глоток своего коктейля. "Сяо Чжоу, мы будем упорно работать вместе в будущем. Наша жизнь только что достигла гладкого плавания.”

- Хорошо, - Сяо Чжоу выпила свой стакан.

Сяо Чжоу с любопытством толкнул Нин Цин, когда она мягко спросила “ " Нин Цин, будьте честны со мной, вы каким-то образом связаны с директором Ван?”

“А почему ты спрашиваешь?”

Сяо Чжоу поставил бутылку вина и моргнул: "Нин Цин, ты действительно не знаешь? Прежде чем режиссер Wang's Street Walker приступил к съемкам, в развлекательном кругу появились утечки новостей. Вы знаете, сколько больших шишек хотели бы участвовать? Например, богиня следующего поколения, Ся Сяофу, ее помощник давно связался с директором Ван. Но вы устранили ее и взяли на себя эту роль. Я не думаю, что вы не приняли никаких мер.”

Услышав имя Ся Сяофу, глаза Нин Цин распахнулись. Ся Сяофу является дочерью семьи Ся. Она снялась в бессмертной драме героев, когда ей было шестнадцать, и она действительно стала знаменитой.

В течение последних нескольких лет она была одета в платья макси с волнистыми длинными волосами. Ее образ был загадочным, но в то же время элегантным. Отсюда и ее имя - "Национальная богиня".

Нин Цин встретил ее однажды на балу. Ся Сяофу был утонченным и замечательным в художественной манере. Она определенно соответствует своему имени "богиня".

Она очень нравилась Нин Цин.

“Я устранил Ся Сяофу?- Нин Цин была сбита с толку. Хотя она верила в свои способности, но почему режиссер Ван пригласил ее на кинопробу? "Сяо Чжоу, я действительно не принял никаких уникальных мер. Если бы это было так, я бы обязательно сказал тебе.”

Сяо Чжоу посмотрел на Нин Цин, и она не выглядела так, как будто лгала. - Значит, кроме директора Вана, вы познакомились еще с какими-нибудь влиятельными финансовыми чиновниками? Огромные торговцы?”

Затем Нин Цин подумала о Лу Шаомине.

Но она быстро все отрицала. Она только вчера вышла замуж за Лу Шаомина. Если это действительно был он, то это случилось до того, как они поженились.

Они встречались только четыре раза до их брака, сколько мужчин были готовы потратить столько времени и усилий на женщину, что он встречался только четыре раза? Чтобы помочь ей в ее карьере?

К тому же, он никогда об этом не заговаривал.

- Сяо Чжоу, перестань строить дикие догадки. Нам только нужно сделать хорошо в фильме. Директор Ван сказал, что способные люди говорят со своими конечными продуктами.”

"Мм”" Сяо Чжоу кивнул. Шанс уже появился, и им нужно только ухватиться за него.

- Ах да, Сяо Чжоу, может ты знаешь про Оу Ло Си?- Спросила Нин Цин.

“Немного. Ou Luo Xi начал свою карьеру три года назад, и он был довольно низким профилем. Кроме актерского мастерства, он никогда не посещает никаких ток-шоу или банкетов. Его помощник также полностью контролирует разговор с прессой. О, да, Нин Цин, Оу Ло Си-второй сын семьи Оу города т. Семья Ou и семья мэра города T Чжоу-старые друзья семьи.”

Нин Цин кивнула, но ее не интересовала ни семья Оу, ни семья Чжоу, о которых она говорила.

Она встала “ " Сяо Чжоу, я иду в туалет.”

…

Нин Цин вышла из туалета и пошла по коридору. Она почти ничего не пила, но лицо у нее было красное, и она коснулась щек руками, мокрыми от холодной водопроводной воды.

Там был человек, который шел перед ней.

У Нин Цин заныло сердце. Они вступили в неизбежную конфронтацию. Это был Сюй Цзюньси.

Сюй Цзюньси тоже увидел ее. Его первоначально спокойные глаза внезапно затуманились туманом. Он пристально посмотрел на Нин Цин, а затем обернулся. Он бесстрастно прошел мимо Нин Цин.

Нин Цин была более чем довольна его поступком. Они будут молчаливыми чужаками.

Она прошла мимо Сюй Цзюньси и свернула за угол. Но тут внезапно подул ветерок, и кто-то схватил Нин Цин за запястье.

Сюй Цзюнси потянула, и спина Нин Цин ударилась о холодную стену. Она почувствовала боль, и вдруг его тело появилось перед ней.

Нин Цин нетерпеливо закатила глаза, и в то же время в ней вспыхнул гнев. Чем больше она злилась, тем спокойнее становилось ее лицо: “чего ты хочешь?”

Сюй Цзюньси наблюдал за выражением ее лица и ухмыльнулся, когда сказал: "Почему? Ты хочешь притвориться, что мы не знаем друг друга?”

“Разве мы знаем друг друга?- Спросила в ответ Нин Цин.

Лицо Сюй Цзюньси помрачнело. Он посмотрел на ее лицо, которое было розовым, потому что она пила, и ее вишневые губы были красными, как будто замаскированными губной помадой.

Он вспомнил сцену, когда Оу Ло Си укусил ее в студии. Он сглотнул,и его кадык покатился. В то же время он напряг все силы в своей ладони и сжал ее запястье.

Она не знала его, но могла поцеловать совершенно незнакомого человека.

- Отпусти, ты делаешь мне больно!- Нин Цин нахмурила брови из-за его грубых действий, но говорила спокойно.

Сюй Цзюньси притворился, что не слышит, и он не хотел отпускать ее.

“Нин Тао, ты пришел” - сказал Нин Цин, оглянувшись назад.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 61:Верните мне мой Цинцин

Услышав имя "Нин Яо", Сюй Цзюньси напряглась, быстро отпустила ее руку и оглянулась.

Позади него никого не было.

Рядом с его ухом послышалась насмешливая усмешка. Когда Сюй Цзюньси снова оглянулась, Нин Цин погладила ее запястье одной рукой и ушла, не оглядываясь.

Сюй Цзюньси крепко сжал кулаки, и ярость закипела в его груди. Он бросился за ней быстрыми шагами, и его большие ладони прижали плечо Нин Цин вниз, прижав ее к стене.

Нин Цин посмотрела на Сюй Цзюньси ясными глазами, и ее маленькое личико стало холодным. - Сюй Цзюньси, ты что, психопат? Ты ведь не успокоишься, если не будешь приставать ко мне, вступая в интимные отношения, не так ли? Пожалуйста, объясните, что вы хотите сделать раз и навсегда.”

- Притеснять? Ха, Нин Цин, ты вообще можешь использовать это слово! Я тот, кто хочет спросить вас, что вы действительно хотите сделать, почему вы должны бороться с ЯО-Яо во всех отношениях, почему вы всегда появляетесь передо мной?”

- Ха, ха-ха... - Нин Цин подняла голову и трижды громко рассмеялась. Она подумала, что это просто смешно. Не говоря уже о том, что она не ссорилась с Нин Яо. Ну и что с того, что она это сделала?

По сравнению с Нин Яо, который разрушил ее дом, она даже не вернула интерес к тому, что делала сейчас.

- Сюй Цзюньси, если твой Яо-Яо достаточно хорош, я не смогу украсть его у нее, даже если захочу. Ей не хватает навыков, и все же у вас все еще есть лицо, чтобы обвинить других в этом?- Возразила Нин Цин.

- Ты... - Сюй Цзюньси был ошарашен, а затем презрительно рассмеялся, - Нин Цин, почему ты так сильно нацеливаешься на Яо Яо? Это потому что она украла меня у тебя? Я уже сказал тебе, что мы никогда больше не будем вместе, я не вернусь к тебе.”

На этот раз Нин Цин не знала, смеяться ей или плакать, нарциссизм Сюй Цзюньси еще раз освежил ее мировоззрение.

Нин Цин выпрямилась и серьезно посмотрела на него. - Сюй Цзюньси, знаешь ли ты, как мне повезло, что я опоздал на свидание с тобой три года назад? Люди говорят, что мужчины должны пройти тестирование, посмотрите, разве я не получил результаты сейчас? В этом случае, я действительно должен поблагодарить Нин Яо, поблагодарить ее за то, что она взяла тебя и не позволила тебе причинить мне вред.”

Три года назад, у нее было лицо, чтобы упомянуть три года назад?

Неужели она не чувствует никакой вины за то, что опоздала на это свидание?

Сюй Цзюньси стиснул зубы, его красивые щеки яростно задрожали, глубокая жажда крови слегка затуманила его глаза, его огромные ладони неудержимо трясли плечи Нин Цин, когда он взревел – –

- Нин Цин, не смей упоминать о том, что случилось три года назад! Вы больше не та простая девушка, которая любила носить свитера и джинсы. Ты больше не тот Цинцин, который любит называть меня братом Цзюнси, мило улыбаясь. Посмотри на свою резкую и злую внешность сейчас, ты потерял ее, ты тот, кто потерял мою Цинцин!”

- Нин Цин, верни мне ее, верни мне мою Цинцин!”

Нин Цин чувствовала головокружение и слабость от его тряски. - Сюй Цзюньси, я повторю это в последний раз. Это не я изменился, а ты. Отпусти меня, отпусти! ”

Сюй Цзюньси не только не отпустил ее, но и посмотрел на ее красные губы и белые зубы, и сразу же наклонился, чтобы прикрыть ее губы, ему так сильно захотелось поцеловать ее, что она не смогла бы дышать.

Нин Цин все это время была настороже. Как только он склонил голову, она протянула руку и с силой ударила его по лицу.

Сюй Цзюньси был ошеломлен пощечиной.

Острая боль на щеке привела его в чувство, и он коснулся рукой уголка рта, из которого сочилась кровь.

Нин Цин холодно взглянула на него. - Сюй Цзюньси, если это повторится, я подам на тебя в суд за сексуальные домогательства.”

Нин Цин развернулась и ушла.

Но она не смогла уйти, так как ее ушибленное запястье снова оказалось в ловушке.

На этот раз Нин Цин действительно чувствовала, что ей не придется больше терпеть, если она не сможет этого вынести. Она повысила голос и резко сказала: "Сюй Цзюньси…”

- Нин Цин... - негромко окликнул ее мужчина за его спиной, ярость исчезла, и его голос был полон усталости и беспокойства. “Если, я сказал, Если, если я смогу вернуться к тебе.…”

Нин Цин уставилась на него.

Тусклый свет в коридоре упал на человека в черном, когда он стоял там, удлиняя свою тень. Его глаза, смотревшие на нее, были серыми, и ее образ очень ярко отражался в его серых зрачках.

Нин Цин на мгновение погрузилась в транс. Она не поняла, что он имел в виду, говоря “может вернуться на свою сторону.- Она только знала, что прошлое никогда не повторится.

- Сюй Цзюньси, Нин Яо здесь, позади тебя... на этот раз я серьезно.…”

Тело Сюй Цзюньси дернулось, но он все еще сжимал ее запястье, используя все меньше и меньше силы, но отказываясь отпускать.

- Цзюньси, Цзюньси... - голос, который был сладок, как соловей, приближался издалека позади него. Нин Цин не сопротивлялась, а просто смотрела на него ясными блестящими глазами.

Нин Цин наблюдала, как сложные чувства вытекали из его серых глаз, борясь между любовью и ненавистью, он избегал их, а затем, наконец, отпустил ее.

Не сдерживаясь, Нин Цин отдернула руку назад. Один уголок ее губ приподнялся, когда она саркастически улыбнулась.

Нин Яо подбежал к Сюй Цзюньси и схватил его за руку. Он уже давно ходил в ванную комнату. Она вышла посмотреть на него и сразу же увидела, что он был с Нин Цин.

Он сжимал ее запястье и отказывался отпускать.

- Цзюньси, тебя так долго не было, что я забеспокоилась. Оказывается, ты был со старшей сестрой. Старшая сестра, ты одна? Не хотите ли поужинать с нами?- Спросила Нин Яо, притворяясь доброй.

Нин Цин не собиралась соглашаться с ее поступком. Она повернулась и пошла вниз по лестнице.

Но после двух шагов, Нин Яо побежал перед ней и преградил ей путь. Она потянулась к своей руке и сжала ее. - Старшая сестра, почему ты меня игнорируешь? Я уже дал вам сегодня главную женскую роль в фильме “пыль и ветер". Ты опять злишься?”

В голове у Нин Цин стучало. Нин Яо и Сюй Цзюньси были браком, заключенным на небесах с точки зрения бесстыдства.

Нин Цин приподняла уголок губ, и ее нежное маленькое личико засияло, когда она сказала: - Хорошо, я попрошу режиссера Вана вернуть вам роль главной героини, но хочет ли этого режиссер Ван?”

Выражение лица Нин ЯО было жестким, поскольку смущение и негодование вспыхнули в ее глазах.

Нин Цин презрительно посмотрела на нее, обошла стороной и спустилась по лестнице.

- Старшая сестра, я знаю, что был неправ. Раз уж мы встретились сегодня, давай поужинаем вместе.- Нин Яо снова подбежал к Нин Цин и стал дергать ее за рукав.

Нин Цин стояла неподвижно. Она посмотрела на Нин Яо с тенью улыбки на лице. Теперь на лестнице стояла Нин Яо и взволнованно тянула ее за собой. Может быть, она думает о том, чтобы разыграть спектакль и снова обвинить ее?

Как и ожидалось, с мягким " ах”, Нин Яо ослабила свою хватку на рукаве Нин Цин упал назад

“ЯО-Яо!- Позади нее раздался тревожный крик Сюй Цзюньси.

Нин Яо усмехнулся, Сюй Цзюньси стоял позади них и не мог видеть конкретную ситуацию. Пока она будет падать с лестницы, Сюй Цзюньси будет в ярости и подумает, что Нин Цин столкнула ее с лестницы.

Конечно, она не была глупой, этот лестничный пролет имел более 20 ступеней и был очень длинным, она не упадет с лестницы, она протянула руку и схватилась за перила лестницы, когда она падала назад.

Все шло по плану.

Однако зрачки Нин Яо расширились от боли. Рука, которую она протянула, чтобы ухватиться за перила, была схвачена в мгновение ока. - Нин Яо, будь осторожен! - послышался обеспокоенный голос Нин Цин. - ты же знаешь, что это такое!”

Нин Цин вцепилась в руку Нин Яо.

У Нин Яо упало сердце, неужели Нин Цин будет так добра?

В следующее мгновение хватка Нин Цин ослабла, и тело Нин Яо повисло в воздухе. Мир закружился, и Нин Яо вскрикнула от мучительной боли, когда ее голова коснулась земли.

Но ее "ах “было прикрыто другим” ах", Нин Цин тоже кричала.

Нин Яо хотелось выругаться. Да ладно, о чем она кричала?

Она была единственной, кто пострадал!

Нин Яо скатился вниз по более чем двадцати ступеням, как мячик, не встречая сопротивления. Ее голова бесконтрольно ударилась о перила посередине. Когда она остановилась, густая кровь потекла по ее лбу и запятнала ресницы, на которые она долго накладывала тушь по утрам.

- ЯО Яо... - Сюй Цзюньси быстро подбежал к Нин Яо и обнял ее. - Яояо, ты в порядке? А где это болит?”

Нин Яо не могла вымолвить ни единого слова, она почти теряла сознание от боли, от этого проклятого зуда Нин Цин!

Она медленно вытянула палец и указала на Нин Цин.

Сюй Цзюньси последовала за пальцами Нин Яо и увидела Нин Цин, которая была совершенно здорова, стоя на лестнице, но ее лицо было бледным, а руки все еще закрывали рот в шоке, как будто она была очень взволнована.

Укоризненные слова Сюй Цзюньси мгновенно замерли у него в горле. Нин Цин собиралась спасти Нин Яо. Он их уже видел.

- Я... Я... она упала так быстро, что я не смог удержать ее. Губы Нин Цин задрожали, когда она посмотрела на Сюй Цзюньси с парой осенних зрачков, которые светились слабостью.

Нин Яо лишился дара речи, “…”

Сюй Цзюньси поднял Нин Яо горизонтально и побежал вниз. - Кто-нибудь, вызовите скорую.”

Когда они оба исчезли из поля зрения Нин Цин, Нин Цин опустила руку. Уголки ее губ поднялись спокойно и неторопливо. Она хотела посоревноваться с ней в плане актерского мастерства, прекрасно тогда, она возьмет ее на себя до самого конца!

…

В больнице.

Доктор осмотрел рану Нин Яо на ее голове. Ее тело было не сильно повреждено, но на руках и бедрах были синие и фиолетовые синяки, они были очень болезненными поверхностными повреждениями.

Впервые в жизни Нин Яо испытал, что значит для немого человека есть горькие травы, способного лишь молча страдать.

Сюй Цзюньси повел ее к лифту, обняв за плечи. Она не хотела отпускать Нин Цин просто так. Поэтому она открыла рот и заговорила осторожно, неестественным тоном: - Цзюньси, почему моя старшая сестра не держалась за меня? Неужели она вообще не хотела меня спасать?”

Бледное, маленькое лицо появилось в сознании Сюй Цзюньси. Он нахмурился, и его голос был немного тяжелым, когда он сказал: “Я видел это, когда Нин Цин собиралась обнять тебя... Ладно, иди домой и хорошенько отдохни. Не носите такие высокие каблуки в будущем. Сейчас уже осень. Если вы ранены летом, то весь экипаж должен будет прекратить работу и ждать вас.”

Что он имел в виду, когда небрежно утешал ее и жаловался, что она недостаточно разумна и причинила ему неприятности?

Но Нин Яо не осмелилась возразить, она мило кивнула: “Хорошо.”

По дороге они больше не разговаривали. Когда они подошли к лифту, Нин Яо вдруг увидел пару мать-дочь, идущую вперед сбоку. Ее глаза ярко сияли, когда ее мрачное настроение мгновенно стало солнечным.

Нин Цин держалась за руку Юэ Ваньцин и тихо сказала: "Мама, ты устала? Давай просто пройдем два круга и ляжем обратно в палату.”

Юэ Ваньцин погладила маленькую ручку Нин Цин. - Мама совсем не устала. Маме нужно пораньше прийти в себя. Я живу в этой больнице каждый день. Одни только медицинские расходы уже сейчас очень высоки. Хотя вы говорите, что есть медицинская помощь, мы не можем продолжать есть на деньги государства.”

Нин Цин улыбнулась и не ответила на ее замечание о медицинской помощи.

В это время раздался нежный, как у Соловья, голос:…”

Юэ Ваньцин и Нин Цин оглянулись и увидели, что Сюй Цзюньси и Нин Яо стоят не слишком далеко.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 62:Почему Ты Так Сильно Плачешь?

Затем послышался нежный голос: "тетя…”

Юэ Ваньцин и Нин Цин обернулись и посмотрели. Сюй Цзюньси и Нин Яо стояли рядом.

Нин Цин была потрясена. Мир был таким маленьким. Они вдвоем пришли в эту больницу и столкнулись с ними.

- Мам, давай вернемся в комнату.- Нин Цин держала свою маму за руку и явно не хотела разговаривать с ними обоими.

Юэ Ваньцин кивнула. хотя личные счеты среди старшего поколения не были связаны со следующим поколением, мать Нин Яо, ли Мэйлин разрушила свою семью, она больше не могла относиться к Нин ЯО как к своей собственной дочери.

Поскольку встреча будет такой неловкой, они вполне могут ее избежать.

Мать и дочь вдвоем направились к палате.

Сюй Цзюньси видел, что Нин Цин относится к нему как к воздуху, его красивое лицо стало унылым, в то время как Нин Яо, который был рядом с ним, был довольно взволнован. - Тетя, как ты себя чувствуешь? Несколько дней назад сестра хотела занять денег у Цзюньси на ваши операционные расходы. Но когда Цзюньси захотела одолжить его ей, она сказала, что уже получила деньги.”

Юэ Ваньцин остановилась.

Лицо Нин Цин помрачнело. В ее глазах горел огонь. Как бы она ни боролась с Нин ЯО, у нее была черта, которую нельзя было пересечь, как у ее мамы.

- Мама, это дочь Ли Мэйлин. - Не слушайте ее. Давай уйдем отсюда.”

- Тетушка, у меня есть для вас отличная новость. Сестра была в развлекательном кругу в течение трех лет, и она, наконец, прошла сегодня тест на экран. Она исполняет главную женскую роль в фильме "уличный бродяга". Директор Ванг был исключительно добр к сестре.”

Нин Яо сделал ударение на слове “хороший”, и она успешно изобразила двусмысленные отношения.

Юэ Ваньцин выглядел потерянным. Она выдернула свою руку из руки Нин Цин. Она посмотрела на Нин Цин и дрожащим голосом произнесла: "Цинцин, какой развлекательный кружок, какой режиссер Ван? Я не понимаю. Почему у вас есть время ходить в такие места. Разве ты не учишься играть на пианино в школе?”

Нин Цин был задет взглядом матери. Она протянула руку и хотела обнять свою маму. - Мам, давай вернемся в комнату. Послушайте, как я буду объясняться.”

Юэ Ваньцин сделала шаг назад, но не позволила Нин Цин прикоснуться к ней. Ее лицо было бледным, а голова болела. Ее хрупкое тело пошатнулось, и она выглядела так, словно вот-вот упадет в обморок.

- Мам” - глаза Нин Цин наполнились слезами. Она знала, что правда раскроется сама собой. Когда-нибудь ее мама узнала бы об этом, но не сейчас.

- Тетя, что за пианино? Разве вы не знаете, что сестра учится в Пекинской киноакадемии, школе для людей, которые хотят войти в круг развлечений и стать актером?”

- Нин Яо, довольно. - Заткнись!- Нин Цин крепко сжала кулак. - Она повысила голос, и в ее голосе прозвучали предостережение и гнев.

Нин Яо посмотрела на Нин Цин, когда та подняла брови. Это было здорово отомстить “ " Айя, сестра, смотри, тетя сейчас упадет в обморок…”

Нин Цин услышала глухой стук, обернулась и увидела, что Юэ Ваньцин упала на землю.

- Мама!- Нин Цин выбежала вперед и опустилась на колени. Она несла Юэ Ваньцин в своих объятиях, и слезы текли по ее щекам. Она нервно покачала головой и закричала: “Мама, что с тобой случилось? Не пугай Цинцин. Мама, проснись, мам…”

Тогда Сюй Цзюньси увидел Нин Цин и почувствовал боль. Его сердце словно сдавило, и он задыхался.

Нин Цин всегда была сильной и упрямой перед ним. Но она плакала по своей маме, она сказала, чтобы не пугать Цинцин. Она была похожа на беспомощного ребенка.

Почему она не хочет сделать это раньше него?

Разве он не тот человек, которого она любит?

Сюй Цзюньси понял, что он бежит, когда вернулся в реальность. Он оставил Нин Яо и побежал к Нин Цин. Тогда она была беспомощна, она нуждалась в нем.

Сюй Цзюньси хотел позвать врача, но к ним уже бежала целая толпа врачей и медсестер. Они подняли Юэ Ваньцин, которая упала в обморок, на тележку и толкнули ее в отделение неотложной помощи.

Его внимание было приковано к одному джентльмену. Он был тем, кто привел доктора. Он наклонился и помог Нин Цин, которая плакала на земле.

Нин Цин стояла возле приемного покоя и причитала, пока джентльмен успокаивал ее. Хотя никаких интимных действий не было, он мог сказать, что Нин Цин верит в него.

Сюй Цзюньси ухмыльнулся. Каждый раз, когда он хотел приблизиться к ней, вокруг нее всегда были мужчины.

Она никогда не испытывала недостатка в мужчинах…

Поэтому она и не беспокоилась о нем.

…

Пока Сюй Цзюньси строил дикие догадки, кто-то снова схватил его за правую руку. Это был Нин Яо, которого раньше оставили позади. Она догнала его и снова взяла за руку.

Он увидел, что Нин Цин оглянулась. Ее глаза были красными, а на лице блестели слезы, но она сжала кулаки и подошла с холодным блеском ненависти.

Нин Цин обошла Нин Яо и подняла правую руку, чтобы ударить Нин Яо.

Был ветерок, который дул мимо лица Сюй Цзюньси, и он протянул свою руку, чтобы держать запястье Нин Цин в воздухе “ " Нин Цин, вся ложь будет разоблачена. Это не вина Яо Яо. Ты не должен был мне лгать.…”

Прежде чем слово “твоя мама” вырвалось из его горла, раздались два шлепка. Нин Цин использовала свою левую руку, чтобы ударить Нин Яо.

Нин Яо был ошеломлен. Она знала, что Сюй Цзюньси защитит ее и остановит правую руку Нин Цин, поэтому она не боялась. Она самодовольно и вызывающе посмотрела на Нин Цин.

Она никогда не думала, что Нин Цин может так быстро, точно и жестоко ударить левой рукой.

Сюй Цзюньси почувствовал, что его снова проигнорировали. Он отпустил ее запястье и сжал губы в прямую линию “ " Нин Цин…”

Последовали еще две пощечины. Правая рука Нин Цин была свободна, и она замахнулась еще двумя ударами в лицо Нин Яо.

В общей сложности она ударила Нин Яо четыре раза.

У Нин Яо от шлепков закружилась голова, и она почувствовала привкус железа. Ее щеки горели, и она онемела от боли.

Она коснулась своего лица, и на кончиках ее пальцев была кровь. Нин Цин била ее по лицу, пока оно не начало кровоточить. Ее лицо было ее капиталом.

- Нин Яо, я, Нин Цин вспомнят, что случилось сегодня. Если что-нибудь случится с моей мамой, я заберу тебя и твою хозяйку мамину жизнь! Если моя мама в порядке, я приму твой вызов, и мы посмотрим!”

Нин Яо знала, что она не может бороться с Нин Цин. Поэтому она быстро расплакалась и дернула Сюй Цзюньси за рубашку “ " Цзюньси…”

Нин Цин ударил Нин Яо четыре раза перед его глазами; это сильно повредило эго Сюй Цзюньси. В тот момент, когда он получил SOS Нин Яо, он сразу же стал торжественным и сказал: “Нин Цин, не выходите за борт!”

“Я собираюсь прыгнуть за борт. Что может генеральный директор Сюй сделать со мной?- Нин Цин медленно повернула голову и посмотрела на него. - Она улыбается. Приподнятых уголков ее губ было недостаточно, чтобы скрыть холодный блеск в глазах. Она холодно и презрительно посмотрела на него.

Сюй Цзюньси был зол.

Нин Цин сунула руку в карман и достала нефритовый браслет. - Это принадлежит семье Сюй. Теперь я возвращаю его владельцу. Сюй Цзюньси, наша восемнадцатилетняя судьба закончилась. Я больше не связан с тобой никакими родственными узами.”

Нин Цин подняла браслет на уровень глаз Сюй Цзюньси.

Сюй Цзюньси был тем, кто попросил ее вернуть нефритовый браслет, но когда он увидел, что Нин Цин вернула его ему, он не хотел брать его.

Как она и сказала, если он возьмет браслет, то действительно больше не будет ее родственником.

Восемнадцать лет, сколько у них было прекрасных воспоминаний. Такое прекрасное прошлое.

“А что, ты этого не хочешь?- Нин Цин улыбнулась и ослабила хватку. Нефритовый браслет упал на пол, и звук эхом прокатился по больничному коридору.

Глаза Сюй Цзюньси были красными, а грудь вздымалась волнами. Эта женщина унижала его. Насколько же она была жестока?

Нин Цин встретила свирепый взгляд Сюй Цзюньси. Чем больше он злился, тем счастливее она улыбалась. Ее заплаканное лицо расплылось в прекрасной улыбке. Решительная печаль была подобна смертельному цветку мака, так прекрасна.

- Сюй Цзюньси, ты не позаботился о своей женщине, и она причинила боль моей маме. Вообще-то, тебе тоже надо дать пощечину. Но знаете ли вы, почему я не ударил вас? Я думаю, что ты грязный!”

- Сюй Цзюньси, поскольку мы не могли забыть наше прошлое, давайте помнить друг друга как врагов. Я надеюсь, что не будет дня, когда я стану твоим ночным кошмаром!”

Затем Нин Цин повернулась и ушла.

Сюй Цзюньси смотрел ей вслед, когда она уходила. Как она ясно дала понять, он должен вести себя так, как будто Нин Цин никогда не существовала в его жизни.

Сюй Цзюньси повернулся и пошел в совершенно противоположном направлении, к лифту.

- Цзюньси, подожди меня... - у Нин Яо на обеих щеках были отпечатки ладоней. - Она казалась удовлетворенной. Она была поражена Нин Цин, но она чувствовала себя великолепно. Юэ Ваньцин вошла в приемное отделение скорой помощи, в то время как Цзюньси, наконец, отменила их помолвку.

Нин Яо наклонилась, чтобы поднять нефритовый браслет и положить его в карман. Вот это здорово. Работай усерднее, и она станет госпожой Сюй.

Нин Яо догнал Сюй Цзюньси, и они вошли в лифт.

…

Юэ Ваньцин была вытеснена из приемного покоя и вошла в палату. Доктор Ло призвал Нин Цин не провоцировать пациентку и велел ей отдохнуть.

Нин Цин непрерывно кивал и благодарил доктора Ло. Она стояла у входа в палату.

Юэ Ваньцин прислонилась к кровати, когда она принимала капельницу. Она велела медсестре замолчать. Она не разговаривала с Нин Цин и не впускала ее.

Медсестра все еще несла поднос с обедом. Юэ Ваньцин не ела и не собиралась есть. У Нин Цин болело сердце. По щекам потекли слезы.

Независимо от того, насколько сильна она была снаружи, она всегда будет маленькой девочкой перед своей мамой.

- Мама, ты не могла бы поужинать со мной? - спросила Нин Цин, вытирая слезы. Ты не можешь морить себя голодом... Мама, ты можешь бить меня, ты можешь ругать меня, но, пожалуйста, не игнорируй меня. Ууу ... мам, послушай меня, я могу все объяснить. Обхаживать…”

В комнате ему никто не ответил.

Нин Цин не знала, что делать. Мама баловала ее больше всех. Ее мама шла на компромисс и сдавалась всякий раз, когда она вела себя избалованно.

Но она так долго плакала, что мама даже не обратила на нее внимания.

Ее мама очень рассердилась.

Нин Цин чувствовала себя безнадежно, она стонала от боли. Ее плечи дрожали. Она очень устала, как физически, так и морально. Ее ноги ослабли, и она скользнула вниз, опираясь на стену. Ей хотелось присесть на корточки и выплакаться во все горло.

Прежде чем она успела присесть на корточки, мускулистая рука обхватила ее тонкую талию. Она чувствовала тепло на своей холодной коже сквозь одежду.

На ее щеки, по которым текли слезы, падали поцелуи. С болью в сердце и жалостью низкий хриплый голос спросил: "Почему ты так сильно плачешь?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 63: Шаомин, это ваша первая встреча с мамой

Нин Цин была ошеломлена, когда в панике подняла голову. Она наткнулась на пару темных глаз, которые были глубокими и яркими. Это был Лу Шаомин.

Лу Шаомин вернулся.

На нем все еще была та же белая рубашка, что и вчера днем. Концы рубашки были заправлены в черные брюки блестящим металлическим поясом, талия-крепкая и узкая. Возможно, из-за побега его одежда помялась, но это не уменьшило его благородства и могущества. Даже эти морщины выдавали мужскую элегантность и красоту.

За его спиной стоял личный помощник, который держал в одной руке его костюм, а в другой-деловую сумку.

Одна его рука была засунута в карман брюк, а другой он обхватил ее за талию, пристально глядя сквозь слезы на ее лице. Его сексуальные тонкие губы слегка дрогнули, и он посмотрел на нее с легким обожанием, как будто он смотрел на маленькую девочку, которая любит плакать.

- Вах... - внезапно Нин Цин отпустила свои туго скрученные чувства и вскрикнула. Она была похожа на заблудшую душу, блуждающую в одиноком море, которая наконец-то заметила пришвартованный порт.

“Лу ... Шаомин, ты вернулся. Наконец-то ты вернулся.”

Эта девушка не только не обрадовалась его возвращению, но и заплакала с нарастающей яростью. Лу Шаомин беспомощно нахмурился.

Он вынул руку из кармана брюк и нежно погладил ее по изящной спине. “Что случилось, не плачь, я здесь.”

Нин Цин положила свою маленькую голову на его широкую грудь. Хотя он только нежно обнимал ее, его нежной силы было достаточно, чтобы разжечь всю ее печаль, страх и обиды.

- Шаоминг, * всхлипывает * ... мама меня игнорирует. Мама больше не хочет меня видеть. Я солгал ей и сказал, что учусь играть на пианино, она знает, что я играл все это время, УАА…”

Лу Шаомин примерно расслышал, что произошло, по всхлипывающему голосу девушки. Выражение его лица не изменилось. Он посмотрел на закрытую дверь прямо перед собой. Он сказал: "Хорошо, я понял. Доверьтесь мне. Я пойду поговорю с твоей матерью.”

Может, поговорим?

Нин Цин приподняла свою голову на его руках. Она посмотрела на него полными слез осенними глазами. - Как же так? Мама отказывается открывать дверь.”

Нин Цин посмотрела вниз. Она беспомощно опустила перед собой свои маленькие ручки, как ребенок, который сделал что-то не так. - И, прости, у меня не было времени рассказать маме о нашем браке... мама еще не знает о твоем существовании.”

Хотя она и не скрывала этого намеренно, они уже были женаты. Из-за того, что она скрывала это от своей мамы, казалось, что у нее был роман с Лу Шаомин. Она чувствовала себя виноватой перед ним.

Он бы наверняка разозлился.

Ее холодная беспомощная маленькая рука медленно обхватила большую теплую ладонь. Лу Шаомин обнял ее за плечи и прижал к стене. - Я понимаю, мы можем сделать это медленно. Ты стоишь здесь и ждешь. Не бегай вокруг, я сейчас войду.”

Разве он не сердится?

Нин Цин подняла глаза и хотела спросить его, но тут подошли Чжу Жуй и доктор Ло. После того как доктор Ло почтительно поклонился Лу Шаомину, он достал из кармана своего белого халата связку ключей.

Нин Цин быстро схватил Лу Шаомина за рукав. - Шаоминг, мама рассердится, если ты войдешь вот так.”

Лу Шаомин искоса взглянул на нее, и его яркие глаза вспыхнули резким и решительным светом. - Нин Цин, ты хочешь, чтобы твоя мать рассердилась ненадолго или надолго?”

Нин Цин надула розовые губки и замолчала. Она отпустила его руку.

Дверь палаты с треском распахнулась. Нин Цин наблюдала, как Лу Шаомин вошел в комнату на своих длинных ногах. Она схватила его за край одежды и покраснела.

“Что случилось?- У Лу Шаомина сложилось впечатление, что Нин Цин была либеральной и достойной девушкой. Он впервые видел, как она молча краснеет, смущаясь и чувствуя себя неловко.

- Шао... мин, Ты же первый раз видишься с мамой, говори красиво. Постарайтесь оставить хорошее впечатление на мою маму.”

- А-а” - вот что она хотела ему сказать. В этом не было ничего даже отдаленно двусмысленного, почему она так сильно покраснела, ее кожа была действительно тонкой.

Лу Шаомин протянул руку и взъерошил ей волосы, когда он тихо рассмеялся. “Не волнуйся, предоставь все мне. Никто не придет и не разлучит нас.”

Нин Цин ничего не сказала, она была слишком смущена.

…

Юэ Ваньцин склонилась над ее кроватью. Она услышала, как открылась дверь, и уже хотела крикнуть им, чтобы они выходили. Но вошел доктор Ло и почтительно пригласил войти кого-то, мужчину.

Юэ Ваньцин жила так долго, но это был ее первый раз, когда она увидела красивого мужчину с такими выдающимися чертами лица; он был похож на греческую скульптуру.

И темперамент этого человека был также очень хорош, она посещала много деловых мероприятий с Нин Чжэнго, когда она была молода, она может видеть с первого взгляда, что этот человек был очень уважаемым бизнесменом. Его ясные и глубокие глаза излучали спокойствие и уравновешенность от накопления его богатого и полноценного жизненного опыта. Многие годы, проведенные им на высоком посту, позволили ему оставаться спокойным и неподвижным даже перед лицом рушащихся гор.

Его походка, каждое движение излучали особую благородную ауру, которая была у него в крови. Должно быть, он родился в хорошей семье и получил первоклассное образование.

Юэ Ваньцин на мгновение забыла о том, чтобы отогнать их оттуда. Несмотря на то, что она была достаточно взрослой, чтобы быть старше его, аура этого человека была устрашающей.

Лу Шаомин стоял перед Юэ Ваньцином. Его чернильно-черные глаза были ясными и элегантными, когда он поклонился и поприветствовал ее: “Здравствуйте, тетя.”

Юэ Ваньцин вернулась к своему здравому смыслу. У нее не было никакого желания болтать с ним, поэтому она прямо спросила:”

- Тетушка, я друг Нин Цин.”

- Дружище? Если вы хотите быть лоббистом для Цинцин, в этом нет необходимости. Я вообще ничего не хочу слушать. Раньше Цинцин была такой хорошей девочкой, она всегда прислушивалась к словам своей матери, но теперь она солгала мне. Что же это за место такое-индустрия развлечений, разве туда приличная девушка пойдет? Что еще она делала за моей спиной?”

Юэ Ваньцин была расстроена. По ее феодальному мнению, индустрия развлечений была грязным ремеслом, и ни одна из женщин в ней не была чистой.

Ли Мэйлин был хорошим примером.

Доктор Ло принес стул, и Лу Шаомин медленно опустился на него. Его две великолепные длинные ноги скрестились вместе с достоинством. Черты его лица были резкими и красивыми, но в то же время нежными.

- Тетя, ты хочешь, чтобы Нин Цин научилась играть на пианино? Как ее мать, вы должны знать, как тяжело Нин Цин работала в течение последних трех лет, даже если Нин Цин ничего не сказала. Ее плата за обучение, расходы на проживание и ваши медицинские расходы не были заработаны девушкой, которая просто сидела в школе, играя на пианино.”

” ... "- Юэ Ваньцин была ошеломлена. Лу Шаомин сразу перешел к делу и коснулся ее больного места. Да, с самого развода она чувствовала себя самой виноватой из-за того, что не могла дать своей дочери хорошую материальную основу.

Но Нин Цин сказала, что ее плата за обучение была взята на себя Нин Чжэнго. Она зарабатывала себе на жизнь тем, что учила детей играть на пианино. Ее медицинские расходы оплачивало государство.

Теперь же казалось, что все они были фальшивыми. В тот год ей было всего 18 лет. Она была так молода. Откуда она могла взять эти деньги?

- Даже если так, она не должна была зарабатывать эти неприличные деньги. Я скорее умру, чем потрачу ее деньги", - решительно сказала Юэ Ваньцин, когда слезы потекли по ее лицу.

- Тетушка, в том, чтобы делать деньги, нет никакого различия между благородством и непристойностью. Неужели все люди в индустрии развлечений грязные? Нин Цин-это твоя дочь. Разве ты ее не знаешь? Почему ты веришь тому, что говорит посторонний и сомневаешься в своей дочери? Вы даже не хотите слушать ее объяснения,и вы разочаровали и опечалили ее, сделав это.”

Юэ Ваньцин прикрыла рот рукой и тихо всхлипнула. Она не могла опровергнуть его, потому что этот человек не стал сразу спорить в защиту Нин Цин.

Он говорил гладко и умело. Он просто продолжал подчеркивать их отношения между матерью и дочерью. Он говорил о тяжелой и печальной жизни, которую Нин Цин вела в течение последних трех лет, и поставил Нин Цин на слабую сторону.

Она была матерью Нинцин. Даже если бы Нин Цин сделала что-то не так, ни одна мать в мире не была бы огорчена страданиями своей дочери!

- Тетушка, вы самый близкий человек к Нин Цин. Она и без отца достаточно жалкая. Она плакала все то время, пока ты отгораживался от нее, думая, что ты больше не хочешь ее. Дайте ей шанс и выслушайте ее объяснения.”

…

Нин Цин не знала, о чем говорят внутри. Она была очень обеспокоена, так как ее мать игнорировала ее, в то время как с другой стороны, это была первая встреча Лу Шаомина с ее матерью. Она боялась, что он не понравится ее матери.

В это время дверь со щелчком открылась, Лу Шаомин стоял у двери, а доктор Ло поддерживал и помогал Юэ Ваньцин встать перед ней.

- Мама! Глаза Нин Цин загорелись, и слезы, которые только что высохли у Лу Шаомина, снова упали, но на этот раз она плакала от радости.

Юэ Ваньцин смотрела на свою дочь, пока та плакала и смеялась одновременно, и ее сердце превратилось в кашу, но она ожесточила свое сердце и резко спросила: “Нин Цин, позволь мне спросить тебя, почему ты не научилась играть на пианино, а вместо этого поступила в Пекинскую киноакадемию? Разве твой отец не давал тебе денег на обучение?”

Нин Цин знает, что больше не сможет скрывать это от своей матери. Она вытерла слезы своей маленькой ручкой. “Да, я пошла искать папу, чтобы попросить у него денег в тот день, но он даже не пропустил меня через семейную дверь Нин. Я уже думал об этом. Я больше не молодая мадам из семьи Нин. Игра на пианино-это пустая трата времени и денег. Это не подходит для меня.”

- Даже если так, ты не можешь войти в индустрию развлечений. Если ты не научишься играть на пианино, мы можем научиться чему-то еще. Почему ты не обсудил это со мной?”

- Мама, в то время у меня не было другого выбора. Стоимость обучения стоила десятки тысяч долларов. Мне пришлось бы спать на улице, если бы я не мог позволить себе заплатить за аренду... в тот день друг попросил меня выступить в роли трюкача для актрисы. Это была древняя костюмированная драма. Я спрыгнула с очень высокого утеса, хотя и боялась высоты. Все мое тело дрожало, когда я стояла на утесе, но я все равно спрыгнула с закрытыми глазами…”

Юэ Ваньцин никогда не знала, что жизнь ее дочери была такой тяжелой в течение последних трех лет. Она не могла представить себе крошечное тело своей дочери, прыгающее с такой высокой скалы. Ей казалось, что тысячи стрел пронзают ее сердце.

Она все еще была хрупкой юной дочерью семьи Нин в возрасте 18 лет. Почему обида предыдущего поколения затронула ее дочь?

Ее дочь была явно самой жалкой и невинной.

Нин Цин увидела, что ее мать отвернулась от ее слез. - Она подошла ближе, робко ухватила ее за рукав своими бледными маленькими ручками и тихо проговорила: - Мама, что бы мы ни делали, мы должны тратить деньги. Только индустрия развлечений может позволить мне зарабатывать деньги во время учебы. Когда идет дождь, у тебя всегда сильно болят плечи. Раньше здесь было массажное кресло. К сожалению, я не смог унести его с собой. Я хотел купить один для тебя. Я могу заработать деньги, просто действуя небрежно. Я могу содержать вас всех сам, не полагаясь на других.”

Юэ Ваньцин была так расстроена, что ее 45-летняя личность должна была зависеть от своей 18-летней дочери, чтобы поддержать ее. Все эти годы в семье Нин она сосредоточила все свои силы на заботе о муже и ребенке, но уже успела оторваться от общества и потеряла способность самостоятельно выживать.

Это она причинила вред своей дочери.

Лу Шаомин посмотрел на девушку. Она робко держала мать в одной руке, опустив глаза. Ее длинные ресницы, похожие на крылья бабочки, затрепетали пару раз. Целая вереница блестящих слез скатилась по ее белокурым фарфоровым щекам.

Она плакала очень грустно.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 64:Не трогайте

Она плакала очень сильно.

Лу Шаомин подумал о том времени три года назад, когда она спасла его. Хрупкая незрелая девушка, которая была уверена в победе над бандитами. Она была такой храброй и мудрой.

Потом ей показалось, что он умер, и она заплакала со слезами на глазах. Затем он вспомнил, что женщина была сделана из воды. Она была нежной и доброй.

Она перевязала ему рану. От ее Белого носового платка исходил слабый аромат. Вместе с ее нежным, но медленным движением. Он пропустил эту встречу на три года.

Он всегда помнил, что ее звали Нин Цин, что означало "хорошенькая".

Однако он пришел слишком поздно.

В глазах Лу Шаомина читались жалость и душевная боль. Его красивые брови были плотно сдвинуты до тех пор, пока Нин Цин плакала.

"Цинцин..." - Юэ Ваньцин посмотрела на Нин Цин с болью в сердце. “Будь честен с мамой, когда ты был в развлекательном кругу, ты... тот режиссер Ван…”

- Мама, - прервала ее Нин Цин. В ее прекрасных глазах блестели слезы. - Мама, мне все равно, как на меня смотрят другие. Но вы должны доверять мне, чистая рука не нуждается в мытье. Каждый пенни, который я заработал за последние три года, клянусь, это тяжело заработанные деньги, они чистые. На самом деле, развлекательный круг сам по себе не грязен, но человеческий элемент всегда гарантирует, что будут грязные сделки.”

Юэ Ваньцин больше ничего не сказала. Она только протянула руки, чтобы обнять свою любимую дочь “ " Цинцин, это все мама виновата. Извините…”

Мама наконец-то простила ее. На самом деле, она хотела скрыть это от своей мамы навсегда, чтобы ее мама не чувствовала себя виноватой и не винила себя.

Тем не менее, в течение трех лет она несла на себе всю эту тяжесть. Она с нетерпением ждала того дня, когда ее мама признает, что она работает в развлекательном кругу. Она так долго сражалась одна. Она так сильно нуждалась в поддержке и ободрении.

Это было здорово, что ее мама узнала об этом и не сердилась на нее.

Выиграла ли она от этого несчастья?

Нин Цин уткнулась лицом в шею матери. Она вдыхала теплый аромат маминого тела, плакала, улыбалась и качала головой: "Мама, ты не сделала ничего плохого. Ты самая лучшая мама в мире ... Мама, Цинцин любит тебя…”

Пара матери и дочери плакала очень долго, и Юэ Ваньцин была той, кто остановился первым. Она задумалась над вопросом и мягко подтолкнула Нин Цин. - Цинцин, где ты взял деньги на мою операцию?”

Нин Цин была ошеломлена, когда услышала ее вопрос. Нин Цин подсознательно посмотрела на высокую и красивую фигуру.

Лу Шаомин увидел, как плачущая девушка посмотрела на него взглядом SOS. Он встал и мягко улыбнулся, когда ответил: "Мам, я заплатил за операцию.”

Юэ Ваньцин был словно поражен молнией “ " Чт... что? - Мама?”

Человек, который раньше обращался к ней “тетя“, теперь называет ее мамой?!

- Лу Шаомин!"Нин Цин никогда не думал, что Лу Шаомин ответит так прямолинейно. Она прикусила нижнюю губу своими ярко-белыми зубами и сердито топнула ногой.

Ее отношения с мамой только улучшились. Как он посмел снова все испортить?

Лу Шам поднял свои похожие на меч брови, как бы говоря Нин Цин, почему? Ты все еще хочешь соврать своей маме?

Нин Цин не находила слов. Она нахмурила брови, пристально глядя на него.

- Мам, мы с Нин Цин уже зарегистрировались и поженились.” Другими словами, у нее не было выбора, даже если она не соглашалась. - Вообще-то, в нашей свадьбе нет ничего плохого. В будущем я буду заботиться о тебе вместе с ней. Тебе не о чем беспокоиться. Если я здесь, то сотня режиссеров-это ничто.”

Юэ Ваньцин поняла, насколько хорошо говорил этот человек. Отлично, теперь она не находила слов, чтобы ответить на то, что он сказал раньше.

Он стремился к тому, чтобы она почувствовала жалость к Нин Цин. Он сказал, что они были зарегистрированы, и он хотел намекнуть, Мама, ты не можешь превратить свою дочь из новобрачной в разведенную, верно?

Позаботьтесь о ней, директор Ван... он стоял у двери и слушал их разговор. Он знал об их трудных условиях жизни,и это звучало так приятно слышать. Разве то, что он делал, не использовало его собственную силу, чтобы запугать их?

Юэ Ваньцин почувствовала острую боль в своем сердце. Она схватилась за грудь и сделала шаг назад.

- Мама!- Нин Цин обняла свою маму, и ее слезы потекли вниз от страха.

Юэ Ваньцин была сердита и взволнована. Брак был серьезной темой, а Нин Цин была слишком беспечной. Но что она может сделать? Они просто поссорились. Ее дочь терпеливо переносила горе и относилась к ней по-сыновьи. Она не собиралась делать ей выговор и дальше.

Она подозревала, что этот человек намеревался воспользоваться таким удобным случаем.

Юэ Ваньцин была задержана Нин Цин, когда она посмотрела на Лу Шаомина.

Лу Шаомин принял взгляд своей тещи и улыбнулся. Он понимал, что сделка состоялась.

“Как тебя зовут, как давно ты знаком с Цинцин?"Откровенно говоря, Юэ Ваньцин была счастлива с Лу Шаомом. Он кажется таким человеком, который был зрелым, стабильным, понимает женщин, знает, как заботиться о женщине. Однако она беспокоилась, что ее дочь настолько невинна, что окажется под полным контролем этого человека.

- Мам, меня зовут Лу Шаомин. Я знаю Нин Цин уже три года.”

- Три года назад?

Нин Цин показалось, что она ослышалась. Они знали друг друга едва ли полмесяца.

Но она подумала и поняла. Традиционные люди, такие как ее мама, оценивали свои отношения по количеству времени, которое они знали друг друга. Он не может просто сказать ее маме правду.

“Тебе нравится наш Цинцин?”

Слушая, как прямолинейно ее мама задала вопрос Лу Шаомину, Нин Цин покраснела от смущения: “мама...” - она застенчиво взяла маму за руку.

Если бы Лу Шаомин сказал "нет", насколько это было бы неловко?

“Да, я люблю Нин Цин все это время, в течение трех лет.- Лу Шаомин посмотрел на то, как румянец распространился по лицу девушки до самых ушей, и усмехнулся.

Этот человек не мог скрыть своего счастья и нежности. Юэ Ваньцин выглядела и чувствовала себя довольно удовлетворенной. Она повернулась и посмотрела на дочь.

Нин Цин низко опустила голову. Хотя она знала, что он лжет ее маме, она покраснела. Она не смела взглянуть на него, но вела себя застенчиво.

Юэ Ваньцин щелкнула языком. Ей не нужно было спрашивать, нравится ли он Нин Цин, поскольку она могла сказать ответ, глядя на язык ее тела.

"Хорошо, поскольку вы уже женаты, Шаомин хорошо относиться к Цинцин в будущем. Цинцин, живи с ним хорошо и перестань вести себя как ребенок.”

Нин Цин была так застенчива, что ей до смерти хотелось выкопать яму и спрятаться в ней. Ее опыт в плане отношений был довольно базовым. Она никогда особо не задумывалась о браке с Лу Шаомин. Однако, когда мама увещевала ее, она чувствовала себя неловко.

- Мама, не волнуйся. Я буду хорошо относиться к Нин Цин”, - ответил Лу Шаомин, когда Нин Цин был в недоумении, как ответить.

Юэ Ваньцин больше ничего не говорила. Там была драма, одно за другим, и она действительно устала. Нин Цин накормила ее кашей, и она заснула.

Затем Лу Шаомин и Нин Цин вернулись в ее комнату.

…

Лу Шаомин открыл дверь и вошел первым. В комнате было темно, и свет, проникавший в окно, контрастировал с его красивой спиной. Очертания его тела были широкими и очаровательными.

Нин Цин украдкой взглянула на него и опустила голову. Она попыталась найти кнопку выключателя на стене, так как хотела включить свет.

Она коснулась выключателя и хотела щелкнуть им. Затем теплая ладонь коснулась ее руки, оторвалась от стены и легла в его ладонь.

Сначала она стояла в углу рядом с дверью. Его стройное тело приблизилось к ней, а левой рукой он прижимал ее левое плечо к стене. Затем он прижался к ней всем телом.

У Нин Цин внезапно закружилась голова. От его тела исходил освежающий аромат бамбука, успокаивающий и в то же время чарующий. Он заполнил ее нос и полностью победил ее ощущения.

“Ты... что ты делаешь?- Нин Цин облизнула пересохшие губы. Комната была такой огромной, но почему он толкал ее в маленький угол? Свет в комнате не горел, и их дыхание ударило друг другу в лицо. Они были связаны вместе, и это заставляло их сердца биться быстрее.

Лу Шаомин не ответила, но Нин Цин почувствовала, как его пальцы терлись о ее лицо. Он коснулся ее лица Указательным пальцем. Ее лицо все еще было мокрым от слез, которые еще не высохли.

Глаза Нин Цин мерцали в темноте. Она смотрела, как он вытирает ее слезы кончиками пальцев и кладет их в рот, чтобы проверить это.

- Это горько.- Голос мужчины был тихим. Придя к такому выводу, он нахмурился.

Лицо Нин Цин горело. Что ... что он делает?

- Конечно, слезы были бы горькими, - ответила она, смеясь.

Блестящие глаза мужчины смотрели на него с легкой ухмылкой на лице. Затем он беззаботно сказал: "Я думал, что это будет мило, потому что ты милая.”

Тогда Нин Цин запаниковала. Она поняла, что этот человек ведет себя как хулиган.

Она протянула руку, чтобы толкнуть его широкую грудь и хотела сменить тему: “Ситуация сегодня, как ты мог сказать маме, что мы женаты?”

Лу Шаомин улыбнулся: самой важной чертой бизнесмена было умение правильно выбирать время. Мировоззрение его тещи только что было разрушено ее собственной дочерью. Когда же он ей скажет, если не в этот день?

“Значит, ты снова хочешь соврать своей маме? Ты просто сбросил вес одной лжи и хочешь снова соврать? Насколько это утомительно? А теперь, когда ты откровенно выложил ей все, разве ты не чувствуешь себя спокойно?”

Нин Цин, конечно же, чувствовала себя непринужденно. За последние три года она устала лгать своей маме. Она боялась, что однажды мама узнает об этом, и ее тело не выдержит.

Это было здорово, что мама простила ее. Плюс ко всему, она просто сделала шаг вперед в развлекательном кругу, она почувствовала небывалое счастье.

Затем она вспомнила, что ее удача полностью переменилась после того, как она встретила его. Бог начал заботиться о ней.

Она задалась вопросом: может быть, то, что он сказал ее маме, заставило ее маму простить ее? Это было чувство безопасности, которое дал ей этот человек. Он легко мог обо всем позаботиться.

Она могла полностью доверять ему и полагаться на него.

Нин Цин протянула руку и ударила его по плечу. Она надулась и улыбнулась. “ГМ. Вы говорите таким высокомерным тоном. Разве ты на самом деле не сказал все это для себя?”

- Мм, признаю. Теперь я могу спать с тобой правдиво каждую ночь.- Лу Шаомин схватила ее за тонкую талию и нежно потерла.

Как он мог использовать ... слово "спать"?

Нин Цин это показалось щекотливым, и она извивалась и поворачивалась в его теплых объятиях. Она хотела стряхнуть его с себя. - Она усмехнулась, - Ты выглядишь так нормально нормально. Почему ты сейчас такой ... не трогай меня, это так щекотно…”

Она схватила его за руку и хотела оторвать ее от своей талии, но не смогла. мужчина толкнул ее еще ближе к углу. Его обжигающее дыхание скользнуло по ее губам, и послышался его соблазнительный голос. “Я должен жениться на тебе, как на своей жене, правильно и правильно, тогда я смогу съесть тебя, а?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 65:Поцелуй Здесь

"Ешь... ешь..." что он хочет есть? Нин Цин не могла поверить, что эти слова вырвались из уст Лу Шаомина. Ей очень хотелось спросить: "я ведь не кролик и не овца. Почему ты хочешь меня съесть?

Но она не спросила, потому что чувствовала, что эта тема несколько неуместна.

Нин Цин собрала все свои силы и положила руки ему на грудь, пытаясь оттолкнуть его, но внезапно ее лицо окутало тепло, когда мужчина держал ее маленькое личико в своих больших руках. Она почувствовала, как что-то теплое и влажное поднимается по ее лицу.

Он нежно поцеловал ее острый подбородок, коснувшись тонкими губами ее нежного лица, и, наконец, поцеловал ее в веки. Он почувствовал, как ее длинные ресницы яростно задрожали под его губами, и хрипло пробормотал: “Цинцин, Не плачь снова, хорошо? Смотреть, как ты сейчас плачешь, действительно разбивает мне сердце.”

Этот человек был действительно непостоянен; он мог превратиться из быка в птицу любви в течение секунды.

Кроме того, кто был его “Цинцин”? Это так слащаво.

Но глаза Нин Цин были влажными, она была тронута. Ей очень нравилось, как он называл ее “Цинцин”. Он произнес это таким же тоном, как тогда, когда он называл ее “Нин Цин”, но с гораздо большей теплотой.

Никогда еще мужчина не обращался с ней так. Каждый поцелуй, который он дарил ей, был наполнен болью и жалостью. Сладкие пустяки, которые он пробормотал, заставили ее сердце таять и биться быстрее одновременно.

…

“Лу ... Лу Шаомин... - беспомощно позвала его Нин Цин. Она чувствовала себя взволнованной только сейчас, но чувства, стоящие за его поцелуями, со временем изменились.

Ее мочки ушей еще никто никогда не целовал, и они были даже более чувствительны, чем ее талия. Его дыхание, освежающее и сухое, как бамбук, проникло ей в ухо. Она была мокрой и щекотливой.

Нин Цин немного нервничала. Она подняла свои маленькие розовые кулачки и сильно толкнула его в грудь, но он был неподвижен, как стена.

“Лу Шаомин, что ты делаешь?”

Большая мужская рука медленно скользила по ее нежной шее. Его руки были такими шершавыми. Она чувствовала, как от прикосновения его пальцев по ее коже пробегает электрический ток. Это было так бодряще.

“Разве ты не знаешь, что я делаю? Цинцин, я хочу... тебя. Так ты хочешь или нет?- Его голос был низким и хриплым, с оттенком похоти.

Хочешь...ее?

Его сильный, горячий и насыщенный тестостероном запах заполнил комнату. Нин Цин изо всех сил старалась спрятаться, но это было невозможно. Она прислонила свою маленькую головку к стене и подняла ее, открыв красивую нежную шею, изящную, как у лебедя.

“Я ... Я твоя ... жена. если ты хочешь этого,я не могу тебе отказать, но ... МММ” - ее красные губы были сжаты.

Лу Шаомин крепко поцеловал ее. Он еще не был мудрецом. Он все равно хотел бы иметь женщину, которая ему нравится, особенно учитывая ее нежную внешность. Он едва мог себя контролировать.

Девушка отчаянно задрожала в его объятиях. Ее пальцы крепко сжали его рубашку. Ее тело было напряжено. Эта глупая девчонка опять забыла дышать.

Со вздохом в сердце он оторвался от ее губ и зарылся головой в ее ароматную шею, приводя в порядок свое неровное дыхание.

- Ахнула Нин Цин, Как только освободилась из его объятий. Если бы он попытался навязаться ей, она бы не сопротивлялась, но на самом деле она была не готова к этому. Она была в ужасе.

- Шаоминг, мне очень жаль... - искренне извинилась она.

Лу Шаомин покачал головой, взъерошив ей волосы, и беспомощно сказал: "Ты еще слишком молода, я подожду, пока ты немного повзрослеешь... не извиняйся. Я буду ждать тебя.”

Двадцатилетняя девушка на самом деле уже не была молодой. В древние времена 14-летние девочки уже были замужем и имели детей. В такую открытую эпоху, как сегодня, 20-летние девушки, которые все еще были такими чистыми, были редкими породами.

Но он ее любит.

Вот как сильно он ее любит.

Нин Цин медленно вытянула вперед свои тонкие руки. Ей захотелось обнять его за сильную спину и крепко обнять. Ей захотелось обнять его.

Но тут же раздались два стука в дверь.

Движения Нин Цин резко оборвались. Она чуть не выпрыгнула из его рук. Их позы были так многозначительны, что свет в комнате погас. Что бы кто-нибудь подумал, если бы увидел их такими?

Лу Шаомин отпустил ее. Нин Цин превратилась в комок нервов. Она не знала, где спрятаться. Наконец, она спряталась за дверью.

Лу Шаомин тихо рассмеялся, наблюдая за ее отчаянной попыткой проявить тонкость. Ее кожа была действительно тонкой, чувствуя, что она не может встретиться ни с кем сразу после этого, кроме как с клочком интимности.

Хлоп

Он протянул руку и щелкнул выключателем.

Нин Цин моргнула и быстро адаптировалась к внезапному яркому свету. Ее маленькое личико было очень горячим. Не глядя, она догадалась, что он, должно быть, красный, как Омар. Она собрала свою грязную одежду своими маленькими руками.

По сравнению с ее паникой, мужчина спокойно стоял, выпрямив спину и засунув одну руку в карман брюк. Он был настолько же спокоен, насколько серьезен.

Четыре слова, чтобы описать его, выскочили в голове Нин Цин – зверь в человеческой одежде.

…

Лу Шаомин открыл дверь и увидел снаружи Чжу жуя. - Президент, это тот лед, о котором вы просили.”

“ОК.- Лу Шаомин взял тарелку из рук Чжу жуя и закрыл дверь.

“Зачем тебе этот лед?- Нин Цин было любопытно.

Лу Шаомин шагнул вперед на своих длинных ногах к небольшому дивану в комнате и медленно сел. Он поставил тарелку на кофейный столик перед диваном. Он сдержанно скрестил ноги. Одна его рука была перекинута через спинку дивана, а другой он теребил галстук на шее.

“Ты так долго плакала, что завтра твои глаза не покраснеют и не распухнут, если ты приложишь к ним лед.”

Нин Цин всегда знала, что он был осторожным и внимательным человеком. Он будет заботиться о ней очень тщательно, если она останется с ним.

Нин Цин подошла и встала рядом с ним. Мужчина вытащил галстук и бросил его на диван. Три пуговицы на его белой рубашке были расстегнуты, открывая взгляду здоровую загорелую кожу.

- Он нежно ущипнул свои черные как смоль брови одной рукой. На его красивом лице читалась легкая усталость.

Нин Цин вдруг вспомнила, что он прилетел в Лондон только вчера днем, и сказала, что это займет три дня, но прошло чуть больше суток, а он уже вернулся из своего путешествия.

“Как же ты так быстро вернулся? Разве ты не спал?- Красивые брови Нин Цин слегка нахмурились. В ее мягком голосе бессознательно смешались забота и душевная боль.

“Да... - тихо пробормотал Лу Шаомин. “Если бы я не вернулся так скоро, боюсь, ты бы проплакал всю ночь, полный отчаяния.”

Нин Цин наклонилась, положила лед в мягкое полотенце и завернула его. Ее длинные ресницы были опущены, оставляя тихий и одинокий силуэт на ее прекрасном лице. Она прикусила свою вишневую губу ромба и пробормотала: “ничего страшного, если ты не вернешься. Я был таким уже три года. Я к этому привыкла.”

Как только она заговорила, ее тут же заключили в объятия.

Едва она успела тихо вскрикнуть, как упала ему на бедро. Лу Шаомин взяла лед в руку и приложила к глазам. - Дурак, разве у тебя сейчас нет меня? Если в следующий раз ты не захочешь страдать, у нас больше не будет обид.”

Его слова были властными и теплыми, и печаль в сердце Нин Цин мгновенно растворилась, сменившись медовой сладостью.

Мы... Лу Шаомин, кажется, собрался, чтобы обратить много внимания на любую обиду.

Этот вид сладости был очень странным, Нин Цин не знала, как ответить.

Он был 1,85 м, широкогрудый и мускулистый, он нес ее тело 1,68 м, как будто она была маленькой девочкой. Ее красивые губы медленно приподнялись в улыбке, когда она придвинулась ближе, чтобы быть в безопасности его рук.

Когда ее сухие и опухшие глаза успокоились,она посмотрела на мужчину. Его движения были мягкими, но глубокие темные глаза налились кровью.

Чем больше он уставал, тем глубже становились морщины вокруг его глаз, что усиливало его мужское обаяние.

- Спасибо тебе за сегодняшний день.- Нин Цин почувствовала, что вот-вот влюбится в его красивое лицо. Она никогда не была девушкой, которая любит смотреть, но ее щеки вспыхивали каждый раз, когда она смотрела на этого мужчину.

Это был очень плохой феномен. Она не хотела становиться поверхностной личностью, поэтому закашлялась и прервала молчание.

Лу Шаомин положил лед обратно на тарелку и счастливо улыбнулся. “А сколько стоит это "спасибо"? Если ты действительно хочешь поблагодарить меня, прими меры.”

- А?- Нин Цин не поняла, что он имел в виду.

Лу Шаомин вытянул палец и указал на свое острое и красивое лицо. - Поцелуй меня здесь.”

Маленькое личико Нин Цин было красным, как помидор. Он хотел, чтобы она поцеловала его!

Но ведь они только что поцеловались!

Почему он так любит целоваться?

Нин Цин отчаянно боролась в своем сердце. Этот человек был так добр к ней, что она должна была поцеловать его. Однако на самом деле она не целовалась ни с кем, кроме своей матери.

Мужчина улыбнулся и выжидающе посмотрел на нее. Нин Цин приняла решение и закрыла глаза. Обхватив его красивое лицо обеими руками, она поцеловала его.

Это было неловко. Она поцеловала его в кончик носа, который был таким же высоким, как холм!

- Ха-ха... - увидев, что девушка поцеловала не то место и сразу же замерла губами на кончике его носа, Лу Шаомин безрассудно рассмеялся.

Магнитная вибрация исходила от его груди, заставляя ее кожу головы онеметь. Ее жажда крови была возбуждена. Она оседлала его, положила свои маленькие ручки ему на плечи, подняла его красивое лицо и злобно сказала: “Не смейся! Смейся еще раз, и я тебя укушу!”

“Ты что, щенок? Хочешь кусать людей?- Лу Шаомин взглянул на нее, очевидно, не принимая всерьез ее слова.

Хулиган!

Голова Нин Цин нагрелась, когда она опустила голову и открыла рот, чтобы укусить его в челюсть.

Нин Цин тут же пожалела об этом. Мужчина уже давно не брился. Его щетина обожгла ее нежные губы.

Нин Цин крепко сдвинула свои красивые брови и ослабила хватку на нем. Она использовала свои руки и вытерла губы с отвращением, когда сказала с высокомерием: "ты все еще смеешься надо мной в следующий раз?”

Тело Лу Шаомина было напряжено, у девушки совсем не было сил. Место, которое она укусила, выглядело так, словно его укусил муравей. Она оставила после себя отпечатки своих маленьких зубов и немного слюны.

Очень милый.

Его черные глаза наполнились безумной снисходительностью. Лу Шаомин схватил ее за затылок и прижал к своей щеке. Его голос был хриплым, когда он сказал: “бесполезно побеждать насилие насилием. В такие моменты, как этот, вам нужно использовать женскую мягкость. Веди себя хорошо, Поцелуй меня.”

Нин Цин почувствовала, что ее удар пришелся по хлопку. Она согнула когти, как котенок, но он нежно погладил ее по голове и сказал: “Веди себя хорошо, перестань играть.”

Им было немного трудно общаться друг с другом.

Их тела почти слиплись вместе. На таком близком расстоянии Нин Цин собрала все свое мужество и искоса посмотрела на него.

Она могла видеть очертания лица мужчины, напоминающие нож, подстриженные чистые бакенбарды, а также изгиб его сильной челюсти. На его подбородке виднелась мелкая черная щетина с блестящим и блестящим пятном. Это было то самое место, которое она только что укусила.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 66:Почему вы не носите одежду

"Целуя такого очаровательного мужчину, она не упустила своего шанса", - подумала Нин Цин и покраснела.

Она выпрямилась и обхватила ладонями его красивое лицо. Она подошла ближе и осторожно прикусила отпечаток зуба, который сделала сама.

- Это совсем не больно.- Лу Шаомин погладила ее по волосам и улыбнулась.

Нин Цин подумала про себя: неужели я спросила, больно ли ей?

Но она действительно чувствовала себя виноватой!

Она коснулась щетины на его нижней челюсти. Затем она посмотрела на его тонкие соблазнительные губы.

Люди говорили, что люди с тонкими губами бессердечны.

А почему бы и нет?

Нин Цин мило, но застенчиво улыбнулась. Она протянула руку и мужественно обняла его сзади за шею, а затем он нежно поцеловал ее в губы.

Но не успела она коснуться его губ, как снова раздался стук в дверь.

Нин Цин была потрясена. Она слезла с тела мужчины, полная ужаса. Затем она случайно перекатилась на диван и упала на землю.

- А!- Ее задница приземлилась на землю и почти разлетелась пополам. Нин Цин закричала от боли, и ее глаза наполнились слезами.

Лу Шаомин увидел это и понял, что он беспомощен. Он наклонился и рядом с лицом девушки сказал: “человек, который был снаружи, не мог видеть вас, но вы кричали. Как ты думаешь, что бы подумал Этот человек?”

Нин Цин, " ... черт возьми, она была неумолимо втянута в спор!

Она видела, что этот человек не собирается помогать ей. Она резко развернулась и встала с земли. Ее попка болела, и она хотела потереть ее рукой, но мужчина смотрел на нее, и она должна была держать его образ в уме.

“Я даже не знаю! Ты думаешь, что у всех такие грязные мысли, как у тебя?- Нин Цин заворчала и повернулась, чтобы открыть дверь.

Она открыла дверь, и Чжу жуй привел двух медсестер, чтобы отправить им обед. Нин Цин покраснела, увидев, что Чжу жуй не смеет смотреть ей в глаза.

Она обречена!

…

Они вдвоем молча поужинали, и медсестра пришла убрать посуду. Чжу жуй передал Нин Цин комплект белой рубашки и белых брюк. Это мужская одежда, как и пижама.

Нин Цин вдруг все поняла. Лу Шаомин хочет переночевать здесь сегодня вечером?!

Нин Цин посмотрела на единственную маленькую кровать в комнате. Затем она посмотрела на диван, который едва мог вместить одного человека. Она чувствовала, что находится в трудном положении. Он хочет ... он хочет переспать с ней?

Лу Шаомин сидел на диване и внимательно читал документ, который держал в руке. Он не поднял глаз, но мягко сказал: “Ты можешь сначала принять душ и лечь на сено раньше меня. Я буду немного занят.”

- О, - Нин Цин кивнула и пошла в душ, так как она была полна беспокойства.

…

Она закончила принимать душ, а мужчина все еще работал. Нин Цин держала воротник своей пижамы. Ее пижама была с длинными рукавами и длинными брюками. Он был розовым с мультяшным дизайном, довольно консервативным.

Это была очень деликатная атмосфера. Мужчина молчал, но она не могла спросить его, где он собирается провести эту ночь.

Она подошла к нему и вытерла мокрые волосы полотенцем. Она взвесила свои слова, прежде чем заговорить.

Пока она собиралась с духом, чтобы заговорить, сильная рука обхватила ее мягкую талию. Мужчина потянул, и она упала на диван. - Что ты пытаешься сделать, когда расхаживаешь передо мной в своей пижаме?”

Естественно, ей хотелось лечь спать. Она была в своей пижаме. О чем он только думал?

Ее полотенце забрали, а мужчина отбросил свой документ в сторону. - Он вытер ей волосы и наморщил брови. - а твои волосы были бы такими же сухими? У тебя будет болеть голова, если ты будешь спать с мокрыми волосами. Есть ли там фен? Я позвоню Чжу жуй, чтобы он прислал одного из них.”

- Позвонить?

Глаза Нин Цин сияли.

Лу Шаомин поднял свой телефон и позвонил. Нин Цин повернулась и, взяв его за руку, застенчиво улыбнулась “ " э-э, Лу Шаомин, скажи Чжу жуй, чтобы прислал матрас.”

…

В дверь постучали, и Нин Цин пошла открывать. Нам прислали фен и матрас.

Нин Цин закрыла за собой дверь и подошла к своей кровати. Она откинула свое тонкое одеяло к себе и пододвинула еще одно тонкое одеяло к нему. Они спали на каждом из своих боков. Колодезная вода не вторгается в речную воду, так как каждый из них идет своим собственным путем.

Нин Цин почувствовала облегчение и волнение. Внезапно у нее за спиной раздался ленивый смешок. “Я думала, ты попросишь меня переночевать на диване.”

- Но почему же?- Нин Цин обернулась и улыбнулась. - Господин муж каждый день занят мириадами государственных дел. Даже если кто-то и будет спать на диване, то это буду я.”

Лу Шаомин усмехнулся, когда на его лице появилась неопределенная насмешка. “Если бы мужчина действительно захотел переспать с тобой, ты думаешь, что, держась за твой воротник и имея другой матрас, это помогло бы? Ребячество!”

Нин Цин, " ... " просто сколько у него было глаз, чтобы он мог видеть все ее маленькие действия.

…

Нин Цин высушила волосы и забралась в постель. Затем она закрыла глаза и заснула.

Она очень быстро заснула, и ей приснился очень длинный сон.

Это был солнечный день. Ей было всего десять лет. Ее родители все еще были глубоко влюблены друг в друга. Все трое играли в поле на вилле семьи Нин.

Отец нес ее на своих плечах. Он бежал, когда они запускали воздушного змея. Он улыбнулся и сказал: “наш малыш Цин действительно растет. Вы можете летать воздушный змей так высоко.”

Ее мама мягко улыбалась позади них двоих. Она улыбнулась и увещевала: "Чжэнго, не поднимай Цинцин так высоко, она может упасть.”

Это было хорошее время.

Внезапно все вокруг резко изменилось. Солнечная погода сменилась грозой. Служанки семьи Нин столкнули ее с лестницы во внутренний дворик, и она упала в грязную лужу. Мама держала ее на руках и рыдала в слезах.

Ее отец, который когда-то был любящим, внезапно посмотрел свирепо, когда он указал на них и бессердечно крикнул: “Это больше не твой дом. У меня есть Мейлинг и Яояо. Уходите!”

Восемнадцать лет-это возраст буйной романтики. Красивый молодой человек в белой рубашке и джинсах забрал ее из школы на велосипеде. Она села позади него и скрестила ноги, наслаждаясь поездкой. Она улыбнулась и позвала: "братец Цзюньси…”

Сюй Цзюньси прошел мимо цветочной клумбы и остановил свой велосипед. Затем он поднял розовую розу и протянул ей. Она покраснела и взяла розу. Молодой человек просиял от радости, когда сказал: "Цинцин, ты мне нравишься, ты можешь быть моей девушкой?”

Она застенчиво кивнула.

Но это было не так сладко, как она ожидала. Изображение резко повернулось, и Сюй Цзюньси схватил ее за шею, холодно глядя на нее. Он безудержно закричал: "Отдай мне мою Цинцин!”

…

Слезы лились из глаз Нин Цин, когда она пыталась стряхнуть с себя Сюй Цзюньси, освободиться от этого кошмара. Как раз когда она задыхалась, ладонь накрыла ее холодное лицо. - Послышался низкий мужской голос.

- Нин Цин, проснись.”

Нин Цин открыла глаза, и ее полные слез глаза встретились с другой парой ярких черных глаз.

Это был просто сон.

Лу Шаомин большим пальцем стер слезы с ее щеки. Девушка, которая только что проснулась, была застигнута врасплох. Ее опухшие красные глаза невинно смотрели на него. Ее нежный взгляд заставлял людей нежно любить ее.

Он поцеловал ее в щеку и нежно утешил. “Тебе приснилось? Не беспокойся. Ты проснулся от своего сна. Я здесь, не плачь.”

Напряжение Нин Цин ослабло, когда она увидела его. Она всхлипнула в его объятиях. - Мне приснился кошмар, - с горечью сказала она хриплым голосом.…”

Нин Цин внезапно замолчала и робко посмотрела на него: “я... я говорила во сне? Неужели я назвал чье-то имя?”

"Мм, да...” - ответил Лу Шаомин с улыбкой, но не было похоже, что он улыбался, - “ты позвал своего отца, а затем Сюй Цзюньси.”

Нин Цин напряглась.

Она была женой Лу Шаомина. Назвать имя другого мужчины в своих снах было бы невыносимо для любого мужчины.

” Я... " - хотела объяснить Нин Цин, но Лу Шаомин внезапно встала и встала с кровати. В его голосе не было никаких эмоций. “Я пойду принесу полотенце, чтобы ты вытерла лицо.”

- Шаомин... - Нин Цин боялась, что он уйдет. Она быстро села и обняла его сзади за талию.

“Ты злишься?”

Лу Шаомин сел у кровати и позволил ей обнять себя. - Мм, немного.”

Нин Цин была шокирована его ответом, и она быстро объяснила “ " нет, это не то, что вы думаете... я попрощалась с ним полностью сегодня, но есть некоторые воспоминания, которые у нас были в течение последних нескольких лет... я мечтала о нем только сейчас, и я была расстроена и меланхолична…”

“Я не могу контролировать то, что я назову его имя во сне, но он в прошлом. Не пойми меня неправильно ... Мы женаты и я хочу быть с тобой…”

Лу Шаомин спокойно выслушал ее и повернулся, чтобы вытереть слезы: “я знаю, я не ошибся в тебе. Не переусердствуйте. Я принесу тебе полотенце.”

…

Нин Цин легла на свое одеяло. Хотя он сказал, что все правильно понял, она все равно была обеспокоена.

Когда человек готов быть добрым к вам без каких-либо условий, вы должны знать, как это оценить. Когда другой человек дает, вы должны ответить ему тем же количеством любви и заботы.

Между мужем и женой подозрительность и ревность подобны яду. Это была ее вина, что она назвала имя Сюй Цзюньси в своих снах, и она должна была это исправить.

Лу Шаомин вернулся. Было очень удобно, когда мокрое полотенце потерлось о ее лицо. Именно тогда Нин Цин заметила, что он носил только полотенце вокруг талии, и его верхняя часть тела была обнажена.

Может быть, это было потому, что он только что принял душ, его короткие волосы все еще были влажными. Без элегантного пиджака его тело ревело от мужественной силы, и он излучал довольно агрессивную ауру.

Нин Цин украдкой взглянула на него и тут же отвела глаза, покраснев от смущения.

“Почему ты не одета?- Тихо спросила она.

Лу Шаомин не переставал вытирать лицо, и его голос звучал так беззаботно. “Я хочу посмотреть, покраснеешь ли ты, увидев меня голой.”

- Это ты!- Нин Цин повернулась и игриво ударила его кулаком.

Лу Шаомин поймал ее руку, и его черные блестящие глаза встретились с ее пристальным взглядом. - Но почему же? Не можешь понять шутку? Я только что закончил работу и пошел в душ. В середине душа я услышал, как ты плачешь и зовешь Сюй Цзюньси. Я была занята, утешая тебя, где же мне найти время, чтобы одеться?”

Нин Цин услышала и почувствовала, как слезы подступают к ее глазам. Она обняла мужчину за шею и поцеловала в губы. - Шаоминг, не сердись, ладно?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 67:Этот медведь женского или мужского пола?

- Голос девушки был мягким и нежным. Лу Шаомин посмотрел на ее красные губы, его кадык подпрыгнул, и сказал хриплым голосом: "Если ты не хочешь, чтобы я сердился, тогда почему бы тебе не дать мне что-нибудь?”

А что еще ему нужно?

Нин Цин закрыла глаза, повторяя то, что он делал в прошлый раз. Она слегка приоткрыла свой вишневый рот и сильно пососала его губы.

В следующую секунду Лу Шаомин прижал ее к полу. Его большая рука нашла ее мягкую талию, которую он любил больше всего на свете, и нежно сжала ее. Другая рука была у нее на затылке; Лу Шаомин переключился с пассивной роли на более доминирующую и поцеловал ее в губы.

- М-м-м... - Нин Цин почувствовала легкий дискомфорт. До этого он нежно целовал ее, прижимаясь друг к другу, но теперь он использовал большую силу, проносясь над ней подобно шторму и заставляя ее язык онеметь.

Она не могла нормально дышать, ее рот был наполнен его освежающим ароматом и слюной, и она не смела сглотнуть.

Только когда она протянула свою маленькую ручку и начала отталкивать его, она поняла, что он вообще не закрывал глаза.

Его узкие черные глаза были наполнены темнотой человека, и хотя они уже казались усталыми и налитыми кровью, глаза человека стали еще более налитыми кровью. Его черные и белые глаза были все еще настолько темными, что не могли отражать свет. Он пристально посмотрел на нее, и это было очень страшно.

Нин Цин лежала на кровати, принимая свою судьбу с закрытыми глазами. Хорошо, хорошо; она признает, что не смогла устоять перед ним.

Она не могла сопротивляться его зрелой, сдержанной и сильной ауре.

Лу Шаомин смотрел на лампу над своей головой, его дыхание было неровным. - Нет, если я не поцелую тебя, то буду в еще большей агонии. Ты ложись спать первым. Я приму холодный душ.”

Лу Шаомин встал и пошел в ванную.

…

Когда Лу Шаомин вышел, Нин Цин еще не спала. Ее крошечное тельце свернулось в одеялах, как котенок. Ее шелковистые черные волосы были распущены по подушке, красивые и кокетливые.

Румянец на ее маленьком личике не угасал, румянец, выступающий из ее светлого лица, был похож на смешанные румяна, черты ее лица размером с ладонь были изящны и красивы, а глубокие и сверкающие глаза были водянистыми и яркими, манящими людей, просто глядя в них.

Лу Шаомин переоделся в белую рубашку и белые брюки. Он положил свои удивительные длинные ноги на кровать. Его правая рука обвилась вокруг ее маленькой головки, когда он обнял ее. “Давай разделим одеяло?”

- Нет!- Нин Цин была напугана.

“Тогда ладно. Давайте спать отдельно.- Лу Шаомин убрал руку и приподнял снаружи тонкое одеяло.

Нин Цин облегченно вздохнула. Они вообще не могли прикоснуться друг к другу. Они были молодоженами, которые только что поженились, и искры летели всякий раз, когда они касались друг друга.

Но в следующую секунду тонкое одеяло было снято с ее тела, теплое тело мужчины приблизилось, и она оказалась в его сильных тиранических объятиях, обвивающих ее локтем.

“Лу Шаомин, ты нарушил свое слово... - Нин Цин пыталась избавиться от него.

- Опять играешь с огнем? - Спать!- Пять слов этого человека сумели подавить маленькую девочку, которая извивалась вокруг него.

Как бы она ни была расстроена, Нин Цин не смела пошевелиться. Сегодня была их первая брачная ночь, и она не ожидала, что ей будет так трудно вынести эту ночь.

Это не годится, она должна жить отдельно от него.

Ее маленькое личико было спрятано в его груди, где сильно билось его сердце. Она была немного сонной. Она закрыла глаза и сказала: “Лу Шаомин, ты все еще злишься?”

- Не сердись, просто немного... неудобно, Нин Цин, забудь Сюй Цзюньси как можно скорее, а потом Влюбись в меня, хорошо?- Он искоса взглянул на девушку.

Но девушка уже закрыла глаза и мирно уснула.

Лу Шаомин беспомощно улыбнулся. Они только поцеловались, они еще даже не начали” упражняться", и посмотрите, как она устала.

Он поцеловал ее в лоб и прошептал: “Нин Цин, я подожду тебя. Спокойной ночи.”

…

На следующее утро.

Когда Нин Цин открыла глаза, ее кровать была пуста, Лу Шаомин уже встала с постели.

Ей стало стыдно при мысли о том, что он все еще может просыпаться так рано после двухдневной деловой поездки, а она до сих пор спала как маленькая ленивая свинья.

Но и это тоже хорошо. Он вылез из постели первым, и это не будет неловко ни для кого из них.

“Ты не спишь?- Именно тогда раздался низкий и глубокий голос, когда Лу Шаомин вышел из ванной.

Сегодня он был одет в светло-серую футболку с V-образным вырезом и бежевые деловые повседневные брюки. Его рукава были небрежно закатаны, обнажая сильные руки. Его усталость исчезла, и он сиял энергией с головы до ног, внутри и снаружи.

Это был первый раз, когда Нин Цин видела его в повседневной одежде, такой как тонкая рубашка. Его теперешняя внешность была освежающе элегантной и красивой.

Нин Цин почувствовала, как ее лицо слегка покраснело. “Да, доброе утро.- Спокойно ответив, она встала с кровати и пошла в ванную.

Ей пришлось почистить зубы и умыться.

Лу Шаомин лениво прислонился к двери и посмотрел на нее, засунув обе руки в карманы брюк. - Нин Цин, мама довольно хорошо поправляется, так что наша жизнь должна вернуться в нормальное русло. Переезжай ко мне сегодня вечером.”

Нин Цин чуть не выплюнула воду в рот. Было довольно раннее утро для того, чтобы он начал так волновать ее.

Она подумала об этом; Здоровье мамы улучшается, ей придется завтра выходить на съемочную площадку, жизнь в больнице не может быть постоянной ситуацией, она была замужем, поэтому переезд к нему был неизбежен.

Дело в том, что если бы он оставался с ней каждую ночь, последствия были бы невообразимы.

- Хорошо, но у меня есть кое-какие вещи, которые я должна принести из своей спальни.”

- Хорошо, после встречи с мамой и завтрака я отвезу тебя туда.”

Нин Цин с любопытством спросила: "Разве ты сегодня не собираешься в офис?”

Лу Шаомин, скривив губы и подняв острую бровь, спросил: "Ты хочешь, чтобы я ушел?”

Нин Цин, ” ... " просто примите это, что я не спрашивал!

Кроме того, не соблазняй ее, будь серьезным!

…

Нин Цин переоделась и открыла дверь. - Она была удивлена. За дверью стоял Конг Янг.

- Нин Цин, ты не спишь? Я как раз собирался постучать в дверь. Я приготовила тебе завтрак. Ешьте его, пока он горячий.- Конг Ян передал бумажный пакет в руке Нин Цин.

Нин Цин не приняла его, она действительно не могла больше задерживать этого восторженного и живого мальчика. - Конг Янг, мне очень жаль, но я уже замужем.”

Конг Янг был потрясен. - Замужем? И кому же?”

Прямо тогда, сильная рука обвилась вокруг маленьких плеч Нин Цин, а теплая мужская грудь уперлась в ее левое плечо “ " Нин Цин, почему ты все еще стоишь рядом, почему мы не увидимся с мамой?”

Нин Цин подумала, что ей больше не нужно тратить время на объяснения. Какой-то мужчина только что вышел из ее комнаты и обнял ее. Просто глядя на бледное и зеленое лицо Конг Яна, она знала, что он сразу же все понял.

- Конг Янг, это мой муж.- Лучше небольшая потеря, чем долгое горе. Нин Цин ожесточила свое сердце и нанесла Конг Яну смертельный удар.

Конг Янг бросил один взгляд на Лу Шаомина и понял, что тот был богатым человеком с успешной карьерой. Он был ничто по сравнению с ним.

Глаза Конга Янга потускнели. Он поджал уголки рта и сказал с натянутой улыбкой: “Нин Цин, я желаю тебе счастья.”

Кроме этой фразы, Конг Ян ничего не мог сказать. Он печально повернулся налево.

Нин Цин почувствовала себя очень виноватой, когда посмотрела на спину мальчика. В этом мире было мало людей, которые хорошо относились к ней, и Конг Янг был одним из них. К сожалению, она не смогла отплатить ему тем же.

- Ха, - раздался тихий смех, когда она все еще чувствовала себя грустной. “Он уже ушел. - На что ты смотришь? Ты хочешь погнаться за ним со своим свидетельством о браке?”

Нин Цин посмотрела на мужчину снизу вверх и увидела, что он смотрит на нее блестящими черными глазами, нежно сжимая тонкие губы и держа одну руку в кармане брюк.

Погоня за ним с ее свидетельством о браке... то, как этот человек говорил, действительно было достаточно.

И почему она чувствует запах чего-то кислого?

“Ты что, ревнуешь?- Нин Цин подняла голову и спросила его с сияющими глазами.

Лу Шаомин закрыл дверь одной рукой, другой взял ее за плечо и повел вперед. Он не выглядел сомневающимся, и в его твердом подбородке чувствовалась некоторая гордость. - Ревнуешь?”

- Он произнес это слово просто, с презрением в своем маниакальном тоне. Казалось, он никогда не слышал этого слова.

Нин Цин почувствовала, что это смешно. Мужчины со слишком высокой самооценкой также вели довольно утомительную жизнь.

…

Нин Цин отправилась в кабинет доктора Ло. Когда она вернулась, то стояла у двери палаты и смотрела, как Лу Шаомин разговаривает с ее мамой внутри.

Лу Шаомин сидел на стуле, его тонкие и красивые руки чистили яблоко.

Мама спросила: "Шаоминг,а чем занимаются твои родители? А им нравится Цинцин?”

"У моих родителей есть бизнес, и они живут сейчас в Лос-Анджелесе, США. В моем возрасте они больше не будут вмешиваться в мою жизнь. Пока он нравится мне, он понравится и моим родителям.”

- МММ, - сказала мама, часто кивая головой и удовлетворенно улыбаясь. - Даже если так, тебе стоит чаще брать с собой Цинцин, чтобы повидаться с родителями. Молодые люди должны быть сыновними по отношению к старшим. Не позволяйте другим думать, что Цинцин невежественна и груба.”

“Наверняка.- Лу Шаомин разрезал яблоки на мелкие кусочки и положил их на фруктовую тарелку. Затем он взял две зубочистки и протянул их маме.

Мама взяла кусочек зубочисткой и положила его в рот. Они продолжали разговаривать, пока Нин Цин сосредоточила свое внимание на чем-то другом. Этот человек был зрелым и уравновешенным, и его слова непроницаемы. Он уже сделал ее маму очень счастливой.

Нин Цин вздохнула и посмотрела в окно на восходящее солнце. Отныне так будет каждый день. Она будет иметь этого мужчину каждый день.

Это чувство было ... действительно хорошо.

…

Лу Шаомин отвез Нин Цин в ее школьное общежитие. Нин Цин открыла дверь спальни и вошла внутрь.

- Шаоминг, а насколько велик твой дом?”

“Почему ты спрашиваешь об этом?”

“Ну, если твой дом маленький, я возьму чуть меньше, а если большой-чуть больше.”

Лу Шаомин стоял у двери и оглядывал спальню. - Здесь все равно будет достаточно места, даже если ты все здесь заберешь.”

В этом нет необходимости. Нин Цин была очень хороша в уборке своего дома. Ее вещи были отнесены к категории обычно используемых,необычно используемых и обычно используемых предметов первой необходимости. С его статусом, он должен иметь все эти вещи. Она не настолько глупа, чтобы принести даже горшки, миски и половники. Она могла бы просто взять с собой несколько важных вещей.

Нин Цин стояла рядом с кроватью. Ее первым выбором определенно будет плюшевый мишка.

Она спала с плюшевым мишкой на руках каждую ночь; это был ее партнер по постели!

Поскольку она недавно спала в больнице, она упаковала плюшевого мишку в пластиковый пакет и положила его на верхнюю часть кровати на определенной высоте, чтобы предотвратить попадание плюшевого мишки в пыль.

Она встала на цыпочки и потянулась к медведю.

Лу Шаомин не был удивлен первым выбором девушки. Несмотря на то, как свирепо она была снаружи, на самом деле она все еще была наивной маленькой девочкой.

Сегодня девушка была одета в черные подтяжки, покрытые полупрозрачной белой рубашкой с кисточками, и светло-голубые узкие джинсы. Ее наряд был веселым и красивым.

Лу Шаомин увидела, что она стоит на цыпочках, пытаясь достать плюшевого мишку, но из-за того, что она была недостаточно высокой и ее руки не были достаточно близко, она не могла получить его, несмотря на довольно большие усилия.

Возможно, она не знала, что когда потянулась за медвежонком, ее маленькая тонкая талия была обнажена. Ее подтянутый плоский живот был таким светлым и нежным, что блестел, как нефрит, а талия, едва достигавшая 20 дюймов, напоминала бутылочное горлышко бело-голубой фарфоровой вазы.

Ее особенно задорная попка была туго обмотана джинсами. Он лежал у нее над ногами, мясистый и упругий. Лу Шаомин посмотрел на нее и вдруг подумал, как бы она выглядела, стоя на коленях.

Его глаза потемнели, когда Лу Шаомин поднял ноги и подошел к ней своим сильным телом. Встав у нее за спиной, он вынул руку из кармана брюк и легко схватил плюшевого мишку.

Нин Цин погладила ее по голове, понимая, как глупо было с ее стороны не использовать человеческую лестницу, доступную ей.

“Спасибо. Поблагодарив его, она протянула обе свои маленькие ручки, чтобы обнять плюшевого мишку.

Но ей не удалось обнять его, потому что, подняв руки, Лу Шаомин удержал медведя на высоте, до которой она не могла дотянуться.

“Что ты там делаешь?- Нин Цин оглянулась на него и увидела, что то, как он держал медведя, было немного неуважительно по отношению к... медведю. Он действительно схватил обе Медвежьи уши своими большими руками, отчего обе ноги медведя беспомощно затрепетали в воздухе.

“Не щипай плюшевого мишку за ухо, это больно!”

Лу Шаомин положил еще одну большую руку рядом с кроватью, и хотя он не намеренно приблизился к ней, он поймал ее хрупкое маленькое тело в свои объятия. - А разве спать с медведем приятнее, чем со мной?”

Маленькое личико Нин Цин покраснело от ‘пинга", когда в ее сознании снова возник образ их обоих, запутавшихся вместе прошлой ночью.

Ну, кроме того, что его тело стало немного тверже, она спокойно спала, обнимая его. Например, она хорошо и без сновидений спала прошлой ночью.

“Это совсем другое дело!- Она отказалась сдаваться.

“А чем же это отличается?”

Его освежающий и очаровательный мужской запах был очень близко к ее ушам, Нин Цин очень нервничала, и она выпалила несколько слов, прежде чем подумать: “у маленького плюшевого мишки нет атакующей силы.”

“Ах.- Засмеялся Лу Шаомин. “То есть ты можешь придавить медведя, когда захочешь, но у тебя нет другого выбора, кроме как быть придавленным мной, когда ты обнимаешь меня. Разве это не обычная плата за проезд между мужчинами и женщинами? Рано или поздно я прижму тебя к постели.”

Птуей, Птуей, птуей!

О чем это он говорит?!

“Если ты не отдашь мне медведя ... то все в порядке. Я не хочу этого тогда!- Нин Цин вырвалась из его рук и подошла к окну. Прохладный ветер за окном обдувал ее разгоряченное и раскрасневшееся лицо. Белокурыми пальцами она заправила за ухо прядь своих шелковистых волос.

Но в следующий момент она почувствовала что-то теплое у себя на груди, и Лу Шаомин положил медвежонка ей на руки.

Она быстро протянула руку и обняла его. У него все еще есть совесть!

- Нин Цин, мне любопытно. Это медведь-мужчина или женщина?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 68:Позвольте Мне Показать Вам Волшебный Трюк

- Нин Цин, мне очень любопытно. Это медведь-самец или самка?”

Почему он задал такой странный вопрос?

- Женщина!- Нин Цин ворчливый.

- Ну и что? Дайте-ка подумать. Где же разница между мужчиной и женщиной?”

В чем разница... между ногами?!

Как только Нин Цин вернулась к реальности и посмотрела на него, в его глазах мелькнул кокетливый огонек. Он наблюдал за ней, лениво прислонившись к краю кровати. Он нахмурился, как будто был серьезен и серьезен.

Казалось, он глубоко задумался о разнице между мужчиной и женщиной!

Она никогда в жизни не видела такого бесстыдного человека. Как он мог так неприлично пошутить?

“Лу Шаомин, я недооценил тебя!- Нин Цин сделала ей выговор и покраснела.

Лу Шаомин не был против ее обвинения, но сказал: "Вы только сейчас поняли? Но уже слишком поздно.”

Нин Цин решила не обращать на него внимания.

…

Девушка не обращала на него внимания, и Лу Шаомин стоял у двери, пока он прикуривал сигарету. Он изящно скрестил ноги и закурил.

Нин Цин стояла у ее гардероба, и она спросила: “Может мне принести свою одежду?”

Лу Шаомин затушил сигарету и ответил своим глубоким голосом: "не нужно. Я попросил кое-кого приготовить тебе одежду.”

- О” - ответила Нин Цин, и ее лицо стало неловким. “Тогда я только упакую свое нижнее белье.”

- Там еще есть нижнее белье.”

Нин Цин почувствовала себя неловко. Мужчина приготовил ей нижнее белье. Она была такой застенчивой.

Она опустила глаза и надула губы. “Может быть, размер, который ты купил для меня, не подходит. Я лучше принесу немного.”

“Как же это может быть непригодно? Я измерил его руками. Очень точный.”

Измеряется вашими руками?

Нин Цин вспомнила, что это было полмесяца назад, когда она сидела на его коленях в той комнате общежития. Он поддерживал ее зад своей рукой.…

Она посмотрела на красивого мужчину, стоявшего у двери, и сказала: “Вы измерили мой зад, но что, если верх не подходит?”

Лу Шаомин услышал и медленно поднял на нее глаза. Он выпустил ей в лицо облако дыма с расстояния двух метров. Окутанное дымом, его скульптурное лицо приобрело оттенок необузданной дикости. Он уставился на ее хорошо развитую грудь и сказал: “34В, я оценивал своими глазами.”

Нин Цин мысленно выругалась, глупая, ну почему я обсуждаю с ним такую нездоровую тему!

Она отвела взгляд, и то, как он курит, все еще было у нее в голове. Это было так, как если бы дым сам устремился к ее лицу. Это вызвало у нее озноб.

34B ... это был действительно ее размер. Он довольно точен.

Однако, если человек может судить так точно, он должен иметь некоторый опыт.

Настроение Нин Цин мгновенно испортилось. Она чувствовала себя неловко. Учитывая его возраст, он бы уже встречался по меньшей мере с семью или восемью девушками.

Она глубоко вздохнула и отважно посмотрела в сторону. Она сверкнула счастливой улыбкой и заговорила небрежным тоном болтовни. “У вас, должно быть, было много практики.”

Лу Шаомин усмехнулся и посмотрел вниз, когда он положил окурок в пепельницу. Он сунул руки в карманы и серьезно ответил: "я только читал тебя. - Ты один.”

Нин Цин не могла ему поверить. И кому же, по его мнению, он пытается лгать?

Он читал только ее, и он мог быть настолько точен? Или ... он был талантлив в этом?

Как бы то ни было, он был болен!

Слишком болен!

Но Нин Цин перестала хмуриться, и ее настроение волшебным образом поднялось.

….

Пока она размышляла, Нин Цин лениво тасовала книгу, лежавшую рядом с ней. Лу Шаомин увидела комикс на ее столе, и он подошел, чтобы перевернуть его своими изящными пальцами.

“Лу Шаомин, не смотри!- Нин Цин заметила его, и она была удивлена, что встала и подбежала, чтобы взять комикс. Она настороженно посмотрела на него. “Это личное, ты не можешь смотреть!”

Лу Шаомин пожал плечами и улыбнулся: "Кто этот мальчик в твоем комиксе? Сюй Цзюньси?”

- Нет!- Нин Цин покачала головой и смущенно покраснела. Она положила комикс в бумажный пакет: “не спрашивай. Я не скажу тебе, даже если ты спросишь.”

- Хорошо, - кивнул Лу Шаомин. Он не был человеком, который был связан в прошлом. Прежде чем он женился на ней, он знал, что у нее когда-то были отношения с Сюй Цзюньси. Поэтому он не возражал.

В любом случае, это он на ней женился, так чего же волноваться?

Должно быть, с тех пор, как она была в своем первом цветении любви; тайна в глубине сердца Нин Цин вернулась в тот день. он не заставит ее раскрыть это.

“Ты закончил? Пойдем.- Лу Шаомин пошел за несколькими бумажными пакетами.

…

Мужчина шел впереди, а Нин Цин следовала за ним, неся своего любимого плюшевого мишку. Она следила за твердыми шагами мужчины, и с каждым его шагом уголки бежевых брюк образовывали красивую дугу.

Она впервые увидела мужчину, который нес бумажные пакеты с очарованием человека, несущего портфель.

“Почему ты такой медлительный? Поторопись!- Лу Шаомин остановился и подождал девушку позади него.

Нин Цин быстро отбросила прочь свои романтические мысли и побежала к нему. Она что-то вспомнила и достала из сумки сломанные часы, чтобы передать ему. - Я уронил часы на землю, и они больше не двигались. Где ты это купила? Отправьте его обратно и посмотрите, можно ли его починить.”

Лу Шуаминг взял часы и внимательно осмотрел их. - Нин Цин, хочешь посмотреть фокус?”

- Ну и что же?- Нин Цин ничего не поняла.

Lu Shaoming put the paper bags on the ground and strapped the watch on his wrist. “Magic. I shake it for three-seconds and the watch will be fine.”

Чушь. Магия-это все подделка. Пытаешься одурачить меня, как будто я трехлетний ребенок.…

Они стояли в коридоре возле общежитий. Был полдень, и там были студентки, которые ходили взад и вперед. Студентки увидели Лу Шаомина и, прикрыв рты руками, воскликнули: "ого!”

- Красивый дядюшка собирается исполнить волшебный трюк. Все, подойдите и посмотрите.- Студентки мгновенно окружили их обоих.

Нин Цин была очень недовольна сложившейся ситуацией. - Дядя?!

Ей лучше следить за своим языком!

Вокруг Лу Шаомина собралась толпа. Он был подобен принцу, спустившемуся с небес. Его губы изогнулись в кокетливой улыбке, а блестящие черные глаза остановились на фигуре перед ним. - Послушай, - мягко сказал он, - я сделаю это сейчас. Раз, два, три” - он поднял часы и трижды встряхнул их. Затем он показал его Нин Цин…

Нин Цин посмотрела. Часы действительно тикали!

- Снова воскликнули девушки вокруг них.

- Ух ты! Этот дядя не просто выполняет магический трюк. Он явно разыгрывает шутки, чтобы сделать свою девушку счастливой. Это так романтично. Я так тронут, что сейчас заплачу.”

Нежное лицо Нин Цин покраснело от смущения. Он... что он делает? Разве тридцатилетний мужчина не ведет себя так немного по-детски?

А где же его карета?

Где же его неприступная элегантность?

А где же диктаторский президент?

Она решила, что часы вовсе не сломаны. Он просто обманывал ее.

“Лу Шаомин, ты! Я ... Мне уже не девятнадцать и не двадцать лет! В этом году мне исполняется двадцать один год!- Нин Цин гневно сплюнула, прежде чем повернуться и убежать.

Лу Шаомин посмотрел на тень убегающей девушки и рассмеялся.

…

Черный "Бентли" ехал по оживленной улице. Нин Цин посмотрела на мир за окном, и ее внимание внезапно привлекла лавка мороженого "Хаген-ДАЗС".

Häagen-Dazs была ее любимой маркой мороженого. Она шла по улице месяц назад, но этого магазина здесь не было.

Глядя на разноцветную витрину с мороженым, которая удалялась все дальше и дальше, Нин Цин держала витрину обеими руками и жалобно смотрела на тень магазина.

А потом кто-то пошутил: “хочешь мороженого? Не забывайте, что вам уже двадцать один год!”

Нин Цин украдкой взглянула через зеркало на красивого мужчину рядом с ней и спросила: “какое отношение имеет возраст к мороженому?”

“О.- Она слышала магнетический, но ленивый голос этого человека. - Ему двадцать один год, и он женат. Она должна больше склоняться к сладким вещам, таким как, леденцы!”

Она тут же закрыла лицо руками. Она не понимала, действительно не понимала!

…

Оба они ужинали с Юэ Ваньцин в больнице. В семь часов вечера "Бентли" был припаркован на огромном поле. Нин Цин вышла из машины, и ее встретила вилла в европейском стиле с тусклой желтой стеной, голубой крышей и круглыми окнами.

Нин Цин была потрясена. Хотя она знала, что Лу Шаомин богат, такую прекрасную виллу можно было увидеть только в газетах и журналах.

Лу Шаомин открыл дверь и вошел. Нин Цин быстро последовала за ним, “госпожа.” В доме жила очень дружелюбная тетушка.

- Это тетя Чжан.- Лу Шаомин коротко представил ее.

Нин Цин сразу же показала нежную и сладкую улыбку. - Здравствуйте, тетя Чжан.”

- Привет, Мадам. У мастера отличный вкус. Мадам выглядит молодой и красивой.- Тетя Чжан улыбнулась. Чем больше она смотрела на Нин Цин, тем счастливее себя чувствовала.

Нин Цин была застигнута врасплох, ее называли “госпожа”.

Лу Шаомин взял бумажные пакеты одной рукой, а другой придержал ее за плечо и повел наверх. “С сегодняшнего дня это будет твой дом. Поторопись и привыкай к этому. Стеклянная дверь перед гостиной внизу ведет к бассейну. Здесь есть главная спальня, гостевая спальня, кабинет, винный погреб и кинотеатр на втором этаже. Вы можете смотреть фильмы, когда вы свободны. На третьем этаже у него там полноценный стеклянный балкон. Ну вот и все. Если есть что-то, что вам не нравится и вы хотите изменить, измените вещи по своему вкусу. Нет нужды проходить через меня.”

Нин Цин оглядела виллу. Декор и мебель на вилле были изысканными и роскошными. На лестнице она увидела люстру в гостиной. Она была яркой и не была испорчена ни одной пылинкой. Даже при том, что свет не был включен, глубокий блеск был чрезвычайно ярким.

Нин Цин была на сто процентов уверена, что он был тем типом человека, который держится в тени, но он знал, как наслаждаться жизнью.

- Это я знаю.- Нин Цин почувствовала себя так, словно упала в золотую яму. Она чувствовала беспокойство.

Они вдвоем стояли перед комнатой, и Лу Шаомин открыл дверь. “Это наша спальня. - Давай войдем.”

- В спальне?

- Наши?!

- Подожди, - Нин Цин остановилась и с трудом выдавила из себя: - Шаомин, можно мне остаться в гостевой спальне?”

Она отказалась спать с ним.

Лу Шаомин убрал руку с ее плеча и сунул в карман. Он поднял брови и сплюнул: "нет!”

Она вся напряглась.

“Ты можешь занять хозяйскую спальню, а я буду спать в гостевой, - спокойно сказал мужчина.

Нин Цин просияла и подняла глаза. Она посмотрела на красивого мужчину, который был на голову выше ее. В этот момент она не могла показать своего намерения улыбнуться, но она усмехнулась и сказала смиренно: “Ну, как я могу иметь наглость ... …”

- Давай примем душ и пораньше ляжем спать.”

Нин Цин быстро вошла в комнату и закрыла дверь своим телом. Она выхватила бумажные пакеты из его рук и сказала с серьезным лицом: “я устала. Я иду спать. Спокойной ночи.”

Она закрыла за собой дверь спальни.

Но дверь не могла быть закрыта, так как человек заблокировал дверь своей рукой.

“Это кредитная карточка. Используйте его, когда вам это нужно.- Лу Шаомин протянул ей золотую карточку.

Нин Цин колебалась, но в конце концов протянула руку, чтобы взять его. Она уже потратила много его денег. Если бы она начала принимать это во внимание сейчас, это было бы неразумно.

Она взяла золотую карточку и внезапно растерялась, не зная, что сказать.

В этот неловкий момент Лу Шаомин коснулся ее волос и подошел ближе, чтобы поцеловать в лоб. “Разве ты не хотела хорошо жить со мной? Муж и жена не следят за тем, что происходит между ними. Чувствуйте себя непринужденно и принимайте вещи, когда ваш муж дает их вам. Спи крепко, Спокойной ночи.”

…

Нин Цин достала вещи из бумажного пакета и разложила их в комнате. Комната была бело-голубой, простой, но теплой.

В номере есть гардеробная комната. Она открыла дверь и вошла. Там была одежда для осени и зимы. Классический Chanel и элегантный Dior, два больших бренда. Там были сумки LV и C, нижнее белье Gilson's…

Кроме роскошных брендов, она увидела, что одежда была разделена на две категории в гардеробе. Одна была простой, но модной одеждой, в которой она могла выйти на улицу, точно такой же, как и та, что была на ней. Ее любимая вязаная одежда и джинсы.

Они были знакомы всего полмесяца, а он уже знал ее стиль. Он был готов потратить на нее время и силы. Он понимает ее, он заботится о ней.

Нин Цин была тронута. Как она могла отплатить ему?

- А разве ты не хотела хорошо жить со мной?- эхом отдавалось в ее ушах. Да, она была его женой. Его дом, все отличное состояние, которое он предоставил, было правильным и правильным.

И она будет упорно трудиться, чтобы выполнить свои обязанности жены.

Лицо Нин Цин вспыхнуло.

Тук-Тук!

Кто-то постучал в дверь.

Нин Цин побежала открывать дверь, и тетя Чжан остановилась в дверях.

- Мадам, Хаген-Дац только что прислал мороженое. Попробуй, посмотрим, Хорошо ли это на вкус.”

Нин Цин посмотрела на тарелку в руках тети Чжан. На золоченой горелке стояла белая изящная фарфоровая чаша. Он был наполнен чистым молочно-шоколадным соусом в миске. На соусе было мороженое matcha, и оно было покрыто мягкой вишней.

Это Häagen-Dazs Ice cream fondue.

Нин Цин посмотрела и у нее потекли слюнки.

Она находила это невероятным. Когда они проходили мимо магазина Хаген-Дазов ранее, Лу Шаомин дразнила ее за ее девичье чувство вкуса. А потом он прислал мне мороженое.

- Мадам, я сказал хозяину, что он не должен позволять вам есть холодные блюда на ночь, но он сказал, что вы любите их, так что все будет хорошо, пока вы не едите слишком много. Посмотри, как сильно мастер обожает тебя.”

Нин Цин взяла мороженое и покраснела. Она украдкой взглянула в коридор и посмотрела вниз, но не увидела тени Лу Шаомина.

Тетя Чжан заметила поведение Нин Цин и усмехнулась. - Мадам, он в кабинете. Обычно он работает допоздна. Вы можете принять душ и поспать.”

Айо, она не ждала, когда он придет спать.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 69:Я никому не скажу, что у вас есть маленькая птичка

После того, как она закрыла дверь, Нин Цин взяла пижаму и пошла в ванную, чтобы принять ванну. Приняв ванну, она села рядом с кроватью, вытерла волосы и размешала маленькой ложечкой мороженое, которое после кипячения стало густым.

Она откусила кусочек мороженого маленькой ложечкой.

Ух ты, это было так вкусно!

К красной фасоли был добавлен сладкий агар, в то время как свежие сливки были добавлены к мороженому matcha, и мягкий вкус шоколада сделал его просто восхитительным.

Нин Цин сделала один глоток и внезапно подумала о человеке, который все еще работал в кабинете.

Может, ей стоит пойти и повидаться с ним?

Хорошие вещи предназначались для того, чтобы ими делиться.

Забудь об этом, ей лучше не делать этого. Он бы только отвлекся, если бы она пошла к нему вот так. Кроме того, она не могла просто кормить его с маленькой ложечки, если бы пошла туда.

Это было слишком слащаво!

Нин Цин покачала головой. Лучше бы она легла спать пораньше, покончив с мороженым. Она должна была рано проснуться и улететь в Шанхай с командой на завтрашнюю съемку, и она не могла опоздать.

…

На следующее утро из спальни послышался крик” Ах!". Нин Цин села на кровать и с ужасом посмотрела на будильник, стоявший на прикроватной тумбочке. Ну и дела! Было уже 7 часов вечера!

Самолет должен был взлететь в 7: 30!

Дорога до аэропорта займет около 20 минут, не считая пробок на дорогах.

Почему она спала как убитая?

Нин Цин быстро вскочила с кровати и побежала вниз в своих розовых тапочках. Ей было интересно, ушел Ли Лу Шаомин в компанию. У нее не было времени взять такси, и ей нужно было, чтобы он подвез ее.

Она открыла дверь во вторую спальню. Дверь была не заперта, и она вбежала прямо в комнату. ” Лу Шаомин, Шаомин... " кровать была пуста, и там никого не было.

Сердце Нин Цин почти ушло в пятки, но она не сдавалась. Увидев, что дверь в ванную наполовину открыта, она бросилась в ванную комнату. “Лу Шаомин...Ах!”

Нин Цин закричала и быстро закрыла лицо и глаза своими маленькими руками.

Он, он, он был одет в серую шелковую ночную рубашку и стоял у унитаза, держа свою...одной рукой, облегчаясь.

Нин Цин видела его впервые в своей жизни; она ничего так не хотела, как чтобы пол поглотил ее.

Она снова закричала несколько раз. “А-а-а!” Она собиралась построить себе в глазу загон.

Звук льющейся воды отдавался эхом в ее ушах, мужчина мыл руки после того, как спустил воду, и слышал, как девушка бесконечно кричала “ах”. Он открыл рот и сказал глубоким и глубоким голосом, окрашенным хрипотцой после пробуждения: "прекрати, прекрати вести себя так, как будто с тобой плохо обращались после такой сделки!”

Что? - Уговор?

Нин Цин была так взволнована, что не могла опровергнуть его слова. Она выскочила из двери на своих тонких ногах. - Она всхлипнула. Она никогда больше не заговорит с ним!

Лу Шаомин смотрел, как девушка уходит, его ясные глаза и черные как смоль брови излучали неловкость, а красивое лицо слегка покраснело.

Это был не только ее первый раз, когда она увидела его, но также и его первый раз, когда он был замечен.

…

Нин Цин переоделась после мытья посуды, и Лу Шаомин тоже собиралась уходить. Он был красив и учтив в своей фирменной белой рубашке от Армани на пуговицах и черных брюках.

Нин Цин изо всех сил старалась забыть эту сцену. Сделав пару глубоких вдохов, она мило улыбнулась и сказала: “Доброе утро.” Мой самолет взлетит в 7: 30, и я очень спешу. Может ты меня подвезешь?”

- Ладно, пошли.- Лу Шаомин кивнул в ответ.

Впереди шла Нин Цин. Лу Шаомин смотрел, как девушка спускается по лестнице. Сегодня на ней было легкое льняное двубортное пальто в корейском стиле и белая шелковая рубашка с V-образным вырезом, открывающая нежную и красивую ключицу.

Голые цветные чулки заставляли ее ноги выглядеть прямыми и стройными. С парой черных сапог на ногах и изящной желтой сумочкой в руке она излучала сильную юношескую модную атмосферу.

У нее также был легкий макияж на лице. На ее красивых ромбовидных губах красовалась красная помада, а кожа была гладкой и нежной. Она была потрясающей.

Он заказал одежду, но она подобрала ее в соответствии со своим вкусом. Он не ошибся в ней. Она была умной маленькой женщиной, которая знала, как продемонстрировать свою красоту.

Адамово яблоко Лу Шаомина дернулось.

- Сэр, мадам, вы уже встали. Приходите и позавтракайте.- Тетя Чжан принесла им завтрак на длинный стол.

“Я уже опаздываю.”

- Сначала съешь свой завтрак. Я обещаю доставить вас туда к 7:30.- Лу Шаомин взял ее за руку и подвел к столу.

Нин Цин посмотрела вниз на его большую руку, держащую ее маленькую руку, и ее маленькое лицо снова покраснело.

…

Конечно же, Лу Шаомин не солгал. Он прибыл вместе с Нин Цин к воротам аэропорта в 7:25.

- Спасибо, шаоминг. А теперь я ухожу.- Нин Цин протянула руку, чтобы отстегнуть ремень безопасности.

Но он протянул руку и отстегнул ее ремень безопасности прежде, чем она смогла это сделать. Как заботливо. Когда высокое и стройное тело Лу Шаомина приблизилось, его очаровательный мужской аромат мгновенно заполнил ее ноздри. - Нин Цин, позвони мне, если возникнут какие-то трудности на работе.”

Нин Цин повернулась боком, чтобы избежать его соблазнительного запаха, и сказала: “Шаомин, из-за семейной ссоры я поссорилась с Нин Яо, ее матерью и Сюй Цзюньси. Хотя мы женаты, и я также знаю, что ты очень сильный, я хочу решить свои проблемы самостоятельно. Я хочу сохранить свою независимость в этом браке. Если бы я во всем зависел от тебя, то ничем не отличался бы от канарейки в клетке.”

Лу Шаомин прислушался и поднял голову. Он протянул руку и дважды ущипнул ее за маленькие щечки, ласково рассмеявшись. “Я знаю, что буду уважать тебя и не стану вмешиваться.”

Ей было всего 21 год, и ее жизнь только начиналась. Хороший любовник-это тот, кто позволит ей развиваться самостоятельно, под его крылом. Он будет отвечать за ее сопровождение и защиту, пока она медленно растет.

После того, как ее ремень безопасности был отстегнут, Нин Цин должна была сказать еще одну последнюю вещь. - Шаоминг, я действительно ухожу. - Пока-пока.- Нин Цин открыла дверь.

Когда одна из ее ног приземлилась на тротуар, она услышала, как мужчина позади нее спросил с легкой шутливой улыбкой: "Нин Цин, что ты видела в ванной сегодня утром?”

Нин Цин, казалось, была ошеломлена электрическим ударом, когда ее вторая нога выскочила из машины. - Не волнуйся, я никому не скажу, что у тебя есть маленькая птичка, - твердо сказала она, покраснев.”

Бах!

Нин Цин быстро захлопнула дверь и побежала в аэропорт, как будто кто-то преследовал ее.

Маленькая птичка?

Лицо Лу Шаомина было немного темным. Однажды он покажет ей силу “маленькой птички"!

Когда ее красивый силуэт скрылся из виду, Лу Шаомин развернулся, и когда "Бентли" снова выехал на главную дорогу, перед ним появился роскошный автомобиль.

Окно машины скользнуло вниз, открывая нежное и красивое молодое лицо. Если бы Нин Цин увидела это, она была бы удивлена, потому что лицо парализованного Оу Ло Си улыбалось.

ОУ Ло Си улыбнулся с небольшой щелью в уголках губ, она выглядела немного жесткой, как будто он не часто улыбался или только что научился улыбаться, но когда он улыбнулся, две ямочки выглядывали наружу. Вместе с его ясными и чистыми черными глазами, его улыбка была простой и теплой, как у новорожденного ребенка.

“старший брат.- ОУ Ло Си посмотрел на сидящего в "Бентли" Лу Шаомина и закричал.

Лу Шаомин приподнял уголок губ и сказал: “третий брат, я доверю тебе свою невестку. Давайте протянем руку вашему второму брату в армии, пойдем в бар и выпьем вместе после окончания съемок фильма.”

“OK.” Ou Luo Xi’s frosty aura vanished and nodded his head like a well-behaved child.

…

Нин Цин снималась в Шанхае уже полмесяца. Все сцены школьных дней Мэн ЯО в "ветре и пыли" были сняты на пленку. Режиссер Ванг привел всех в Ред-Хаус, где были сняты все сцены, происходящие в бальном зале Бунда.

Когда она добралась до Красного дома, Нин Цин встретила несколько знакомых лиц. А именно, экипаж “розовой Красавицы " и, конечно же, Нин Яо был самым главным из них.

Нин Яо скатилась с лестницы полмесяца назад, и она ударила его четыре раза. Она была довольно тяжело ранена, и” Розовая леди " только начала снимать теперь, когда она выздоровела.

Взгляд Нин Яо был полон пронзительной злобы. Она посмотрела на нее так, словно хотела тут же проделать в ней несколько кровавых дырок, но все равно притворилась дружелюбной и тепло подошла поздороваться с Нин Цин. Нин Яо отвечал на приветствия каждого с улыбкой, и съемочная площадка выглядела мирно.

Эти две группы снимают в двух разных залах, но они разделили общее пространство во время своего перерыва. Вторые женщины и мужчины-актеры второго плана репетировали свои роли. Нин Цин читала сценарий, сидя в кресле.

Когда она погрузилась в чтение, то услышала, как кто-то позвал: “сестра.- у ее уха раздался тихий, как у певчей птицы, голос. - Послушай, Цзюньси навещает меня на работе.”

Нин Цин подняла голову. Сюй Цзюньси, окруженный двумя или тремя людьми, шагал к Нин Яо на своих длинных ногах. В руке он держал чашку с термосом.

Сюй Цзюньси тоже увидел ее и крепко сжал свои тонкие губы, его глаза были холодными и мрачными. Он смотрел на нее так, словно она была должна ему десятки миллионов долларов.

Нин Цин вовсе не сердилась. Она поправила свои шелковистые волосы, которые были завиты, когда она играла роль певицы. Ее шелковистые волосы упали вниз и обрамляли ее лицо, делая ее мягкой, красивой и соблазнительной. Она провела крошечными ручками по своим шелковистым волосам, изящно поджав губы, и сказала: "президент Сюй, давно не виделись.”

Сюй Цзюньси посмотрел на ее фальшивую улыбку. Он пристально посмотрел на нее, потом снова перевел взгляд на Нин Яо и протянул руку, чтобы коснуться ее лица, демонстрируя их близость. - Яояо, это черный куриный суп. Съемки очень утомительны, нужно больше пить.”

Ее ассистентка помогла отвинтить крышку термоса. Нин Яо преувеличенно глубоко вдохнула аромат черного куриного супа и улыбнулась, как цветок. - Спасибо тебе, Цзюньси. Ты так хорошо ко мне относишься.”

“О нет!- Внезапно воскликнул Нин Яо. Она сердито сказала: "Цзюньси, моя сестра тоже здесь. Почему ты не принес немного для моей сестры?- Нин Яо виновато посмотрел на Нин Цин. - Сестра, Цзюньси думала только обо мне и забыла о тебе. Почему бы мне просто не дать тебе этот суп выпить?”

Нин Цин чувствовала себя морально истощенной для этой пары. Неужели им действительно нравится разыгрывать перед ней спектакль?

Нин Цин прикрыла свой вишневый рот сценарием и хихикнула. Она была окружена группой сотрудников и сказала всем в шутливой манере: "президент Сюй принесла моей сестре черный куриный суп, но моя сестра попросила меня выпить его. Как ты думаешь, я смогу это выпить?”

“Как ты можешь пить это, Нин Цин, у тебя будет несварение желудка, если ты выпьешь это! Сяо Чжоу посмотрел на Нин Яо с презрением и иронией, и все сотрудники разразились смехом.

Лицо Нин Яо потемнело. Она пнула мяч в сторону Нин Цин. Она не ожидала, что Нин Цин отшвырнет его назад, как будто она занималась Тайцзи.

На съемочной площадке было много актрис второго плана. Нин Яо сразу же почувствовала, что эти актрисы второго плана странно смотрят на нее. Все видели, что она намеренно демонстрирует свои чувства на публике, и они были полны зависти к ней. Наверное, они тоже немного ее ненавидели.

Нин Яо был в ярости.

В этот момент с другого конца комнаты донесся крик. “Сейчас самое время поесть.”

Нин Яо увидел, что там были два сотрудника из производства Нин Цин, которые приносили большой горшок. Говядина и другие блюда, должно быть, тушатся в этой большой кастрюле. Он был дымящимся и ароматным.

Вся команда была полна энергии и смеха, когда они взяли свои собственные миски и палочки для еды и присели на корточки на земле, наслаждаясь живой едой.

Сюй Цзюньси посмотрел, как Сяо Чжоу передал чашку белого риса Нин Цин. Директор Ван взял маленькую миску и лично поставил ее на табурет рядом с Нин Цин. Он сказал ей: "Нин Цин, это блюдо, которое я попросил кухню приготовить специально для тебя. Не оставляйте никаких остатков и заканчивайте все это.”

Нин Цин уже собиралась поблагодарить его, когда кто-то закричал и запротестовал. - Директор Ван, как вы можете быть так предвзяты? Мы тоже хотим чего-то особенного.”

Директор Ванг взял пару палочек для еды и постучал по голове мужчины. - Голодный призрак, Нин Цин больше ничего не ест без всякой причины. Она собирается потанцевать позже. Если она не сыта, то откуда у нее возьмется энергия для танцев?”

Первая актриса второго плана "ветер и пыль" тут же надула губы и рассмеялась. "Директор Ван, вы сказали, что не предвзяты, но сколько дополнительных сцен вы дали маленькой сестре Нин Цин после того, как увидели, как красиво она может танцевать?”

Когда директор Ван не мог опровергнуть, Нин Цин улыбнулся и сказал: “Сестра Линлин, вы просите плату за обучение у директора Ван, говоря это? Я не мог танцевать ча-ча в предыдущей сцене, к счастью, Вы были там, чтобы научить меня, Вы мой учитель.”

Эта гладкая лесть заставила вторую актрису второго плана рассмеяться как цветок. - Нин Цин, у тебя очень милый рот.”

- Ха-ха... - засмеялся весь экипаж, и атмосфера была мирной и гармоничной.

Лицо Нин Яо побагровело от гнева, вторые и третьи актрисы второго и третьего эшелонов поддержки в "пыли Фэна" были знаменитыми фронтовыми актрисами в Китае. Если бы не режиссер Ван, зачем бы им играть такие незначительные роли?

Она не ожидала, что всего за полмесяца Нин Цин уже так хорошо ладила с ними. Она была красива, сладкоречива и умаслила всю команду, обводя ее вокруг пальца.

Глядя, как они смеются и болтают, Нин Яо посмотрела на черный куриный суп в своих руках и внезапно потеряла аппетит.

Сюй Цзюньси уставился на красивую фигуру в кольце напротив него. Он не ожидал, что у Нин Цин когда-нибудь будет все это. ее глаза на крошечном личике были изогнуты, а выражение лица-ярким и живым. Она нравилась всей команде.

- Танцует?

Он вдруг вспомнил танец с хрустальной тарелкой, который она исполняла больше полугода назад. Никто не знал, что он тайно заблокировал все видео и новости о танце Нин Цин от утечки. Он был таким мрачным и презренным; он не хотел, чтобы кто-нибудь видел ее красоту.

Тем не менее, она вырвалась из-под его контроля и собиралась взлететь высоко и далеко от него.

Она всегда была тем, кто легко становился популярным, и теперь директор Ванг дал ей шанс использовать свои таланты.

Сюй Цзюньси вдруг кое-что понял. В своем подсознании он также знал, что Нин Цин определенно станет популярной, но у нее не было такой возможности.

…

После ужина Нин Цин отправилась в номер отеля Red House, чтобы найти Оу Ло Си.после полмесяца общения она почувствовала, что личность Оу Ло Си была холодной и изолированной. Он всегда ел в одиночестве и после съемок уходил в свою комнату, редко выходя оттуда.

Стоя перед дверью комнаты, Нин Цин протянула руку и постучала в дверь.

“Войти.- Ответил изнутри ОУ Ло Си.

Нин Цин толкнула дверь и вошла внутрь. Красивый молодой человек сидел на светло-фиолетовом ретро-цветочном диване. Яркое и теплое послеполуденное солнце отражало радужный свет через окно и сияло на его красивом лице, изображение было тонким, как набросок.

Нин Цин наконец поняла, почему у Оу Ло Си было так много поклонников. Если не считать его чрезмерно красивого лица, его темперамент был очень спокойным. Он был так спокоен, что казалось, будто он находится в гармонии с природой, совсем как легкий и простой рисунок свободной рукой.

ОУ Ло Си чистил яблоко.

Нин Цин подошел к нему и спросил: "Ло Си, ты уже поел?”

“Да.- Молодой человек опустил глаза. Мягкая челка на его лбу колыхалась на ветру, закрывая пару длинных глаз.

Нин Цин видел, что он был очень неопытен в чистке яблока, как будто он только учился. Она села по другую сторону дивана и взяла из его рук нож и яблоко. - Позволь мне научить тебя.”

Очищая яблоко от кожуры, Нин Цин вспомнила, как на днях она видела, как Лу Шаомин чистила яблоко для своей матери за пределами палаты.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 70:Соревнование

Когда Нин Цин чистила яблоко, она вспомнила сцену, когда Лу Шаомин чистила яблоко для своей матери в больнице.

Тонкие и красивые, но в то же время изящные руки мужчины грациозно очистили яблоко.

Когда Нин Цин подумала о нем, она не смогла удержаться от улыбки. В течение последних двух недель они переписывались друг с другом каждый вечер. Он был человеком немногословным и не очень сладкоречивым, но она была довольна его короткими ответами “мм” и “хорошо”.

Этот человек был очень занят своей работой, но всякий раз, когда она писала, он обязательно отвечал ей в течение трех секунд. Само по себе это было редкостью.

- А как насчет того, чтобы почистить яблоко и заставить тебя улыбнуться?- Когда она думала о своем муже, то услышала в его голосе недоумение.

Она подняла глаза и посмотрела на молодого человека, сидевшего напротив нее. Молодой человек был озадачен выражением ее лица; на нем читались сомнение и подозрение.

Нин Цин была застигнута врасплох. Это был ее первый раз, когда она увидела, как Оу Ло Си показал такое выражение. Поскольку ему было любопытно, он огляделся вокруг, и она получила хороший обзор его глаз. Они были мерцающими и кристально чистыми, чрезвычайно красивыми.

Она чувствовала, что Оу Ло Си был совершенно другим человеком на съемочной площадке и вне ее. Вне игры Оу Ло Си даже не знал, как чистить яблоко. Он будет задавать вопросы, как невинный, наивный ребенок. Его психологический возраст казался довольно молодым.

Нин Цин было любопытно. За каждым интересным человеком скрывалось неизвестное прошлое и подробная история.

Что за история была у Оу Ло Си?

Нин Цин передала ему очищенное яблоко и ответила: “Потому что я думала о ком-то, когда чистила яблочную кожуру. Я почувствовал себя счастливым и улыбнулся.”

“О, - кивнул Оу Ло Си, - может быть, вы подумали о ком-то, кто вам нравится?”

Например?

Как И Лу Шаомин?

Щеки Нин Цин порозовели “ " мм, да, человек, который мне нравится. Ло Си, пошли. Скоро начнется следующая сцена.”

- О'Кей, - Оу Ло Си встал и снял с вешалки черную куртку. Затем они вместе покинули комнату.

…

Во второй половине дня Нин Цин и Оу Ло Си снимали сцену танца. Затем им нужно было найти павильон на озере с красивыми пейзажами для романтической сцены.

- Режиссер Ван, давайте снимем это в павильоне, - Нин Цин указал на павильон на озере неподалеку. Пейзаж там был прекрасен.

Директор Ван посмотрел и сказал: "Хорошо, пойдем туда.”

Все пришли в павильон,и съемочные группы готовились к съемкам. Режиссер Ван рассказывал Нин Цин о вещах,которые она должна была взять на заметку для сцены. Внезапно она услышала слабый голос, произнесший: "сестра,вы снимаете здесь?”

Это же Нин Яо. Почему она повсюду?

Нин Цин подняла голову и увидела, что Нин Яо подошла к ней, обняв Сюй Цзюньси. Там был помощник и несколько экипажей позади них.

"Сестра, мы снимаем сцену позже. Я видел этот павильон раньше, но ты пришел первым. Тем не менее, все происходит в порядке живой очереди. Может ты позволишь нам сначала снять фильм?”

” Как ты можешь быть таким неразумным... " - Сяо Чжоу был взбешен, и она хотела поспорить с Нин Яо.

О чем это она говорит? Она явно ревновала к Нин Цин и хотела причинить ей неприятности на каждом шагу.

Нин Цин схватила Сяо Чжоу за плечи и отвела ее назад. Она сделала шаг вперед и нежно улыбнулась Нин Яо. - Сисси, это правильно, что все происходит в порядке живой очереди. Возможно, вы не знаете, что я видел ваш нынешний наряд в торговом центре некоторое время назад. Но, к сожалению, вы купили его первым. Прежде чем я позволю вам забрать павильон, не могли бы вы снять свою одежду и вернуть ее мне?”

- Ха, ха... - команда уличных Ходоков увидела, что Нин Яо пришел, чтобы причинить неприятности, и они были сердиты. Но они видели, что Нин Цин легко удержалась на своем месте, и это их развлекало.

Директор Ванг рассмеялся. - Нин Цин, хорошо сказано!”

Сюй Цзюньси нахмурился, и он был недоволен Нин Яо. То, как она пришла сражаться за павильон, было просто ребячеством. Было очевидно, что она обидела директора Вана.

Она только начала свою карьеру и не имела никакого основания. Она получила свою главную женскую роль в Pink Lady главным образом из-за него. В круге развлечений не было никаких секретов. Весть о ее борьбе за павильон с директором Вэном должна была распространиться очень скоро. Она стала бы посмешищем в индустрии из-за своей наглой грубости.

Однако он был еще больше зол на то, что сказала Нин Цин. Неважно, насколько плохим был Нин Яо, она была его девушкой. Как смеет Нин Цин делать комментарии типа "сними свою одежду"!

- Цзюньси, - Нин Яо пожал Сюй Цзюньси руку и надул губы, - наша съемочная группа выбрала павильон. Скажи сестре, чтобы она разрешила нам снимать здесь.”

Сюй Цзюньси хотел прочитать пять лекций Нин Яо и снять напряжение. Однако его взгляд встретился с взглядом Нин Цин, и он увидел отблеск презрения в ее прекрасных карих глазах.

Ее пристальный взгляд был подобен горшку с холодной водой, вылитой на него. Полмесяца назад она вернула ему нефритовый браслет, и он не мог видеть никаких признаков чувств в ее глазах.

Она попрощалась с ним окончательно!

В сердце Сюй Цзюньси была пустота, которая охватила все его тело. Его руки сжались в кулаки, и он сказал своему помощнику: “пошлите приглашение президенту Донгу из Ред-Хауса и сообщите ему, что я собираюсь арендовать павильон на озере на вторую половину дня.”

- Да, сэр!- Его помощник повернулся и ушел.

Нин Яо просиял от радости. - Спасибо тебе, Цзюньси!- Она провоцирующе посмотрела на Нин Цин.

- Бесстыдно!- Сяо Чжоу выругался.

"Генеральный директор Сюй, я никогда не ожидал, что вы потратите так много денег, чтобы обмануть меня только для того, чтобы заставить вашу женщину улыбнуться.- Директор Ван, который всегда был спокоен, внезапно стал несчастен. Он прищурился и посмотрел на Сюй Цзюньси. “Я всегда считала, что генеральный директор Сюй-честный человек. Сегодня только я понял, что генеральный директор Сюй ухудшается в развлекательном кругу. Если бы твоя девушка стала знаменитой, это было бы чудом! Ло Си, Нин Цин, поехали!”

Директор Ван ушел.

Выслушав выговор директора Вана, Сюй Цзюньси смутилась. Нин Яо почувствовала себя подавленной, поскольку только тогда осознала всю серьезность ситуации. Она оскорбила директора Вана.

- Директор Ван, я... - Нин Яо хотела объясниться сама.

Съемочная группа убрала свое съемочное оборудование, и Нин Цин вышла из павильона вместе с Сяо Чжоу. Но она вдруг заметила сандаловую вывеску на колонне павильона. На вывеске было написано одно слово.

Мемориал!

Нин Цин взглянула на него. Все были заняты борьбой за павильон, но никто не осматривал это место.

Да, Ред-Хаус был полон высоких зданий, но там был только павильон на озере.

История семьи Донг была интересной. Это должны быть литераторы, которые выдавали себя за образованного человека среди литераторов. Они построили мемориал на стыке озера и горы.

Президент Ред-Хауса подбежал к нему вместе со своим помощником. Пока Нин Яо была занята объяснениями, у Нин Цин появилась идея. Она вернулась в павильон и увидела там длинный деревянный стол. - Сестра, здешние пейзажи так прекрасны. Я хочу сделать селфи здесь, на деревянном столе. Ты ведь не против, правда?- Спросила Нин Цин, собираясь сесть на стол.

Нин Яо видел, что Нин Цин завоевывает ее территорию. Она тут же отпустила Сюй Цзюньси и подбежала к Нин Цин. Она оттолкнула Нин Цин и закричала: "уходи, это моя территория!”

Затем Нин Яо села на деревянный стол.

Нин Яо сильно толкнул Нин Цин. Хотя Нин Цин была готова к тому, что ее оттолкнут, она сделала несколько неуверенных шагов.

- Будь осторожен!- Кто-то помог Нин Цин восстановить равновесие.

Она подняла глаза и увидела Оу Ло Си.

Нин Цин была потрясена. - А? Если она не ошибалась, Оу Ло Си уже отошел на четыре-пять метров. Как он может появиться рядом с ней в одно мгновение?

Нин Цин быстро покачала головой. Должно быть, у нее плохая память.

Эта резкая перемена заставила людей, вышедших из павильона, остановиться и обернуться.

- Боже Мой!- Внезапно раздался трагический голос. Шестидесятилетний президент подбежал и вошел в павильон. Он указал на Нин Яо своим дрожащим пальцем и сказал: “Это, Это стол, который мы используем для совершения поминальных ритуалов по нашим предкам. Наша семья Донг продолжалась в течение пяти поколений. Кроме того, что потомки кладут еду и палку Джосса для поминальной службы, они опускаются на колени, чтобы помолиться. Ты... кто ты такой? Как ты смеешь сидеть на этом столе! Такое злое деяние!”

Нин Яо был потрясен. Мемориал?

Президент Донг помахал рукой, и телохранители позади него вышли вперед и схватили Нин Яо за руку. Они собирались выгнать ее из павильона.

- Президент Дон, пожалуйста” - быстро остановилась Сюй Цзюньси.

"Генеральный директор Сюй, эта женщина унизила предков семьи Дун; это не может быть терпимо!”

Раздался крик, когда Нин Яо выбросило из павильона, как мусор. Она тяжело приземлилась на землю.

- Ха, ха-ха... - окружающая толпа разразилась ободряющим смехом.

Лицо Нин Яо стало смущенным. Она чувствовала, что ее достоинство попирается. Все указывали на нее пальцами и смеялись.

Нин Цин!

- Нин Цин,ты подставила меня? Президент Дон, это была Нин Цин, кто хотел…”

- Нин Яо, прекрати безосновательно нападать, - прервал ее Сяо Чжоу, - мемориальные знаки висят вокруг павильона. Либо ты слепой и ничего не видишь, либо ты неграмотный и не умеешь читать. Все видели, как самонадеянно ты вел себя, когда дрался с Нин Цин из-за того, кому первому разрешили снимать в павильоне. А теперь ты пытаешься свалить вину на нее! Отлично, а где же твой свидетель? Скажи кому-нибудь, чтобы он говорил за тебя.”

Нин Яо не нашелся, что сказать. - Она огляделась вокруг. Люди из съемочной группы Street Walker смеялись над ней. В устном соглашении не было никакой гарантии.

Затем она посмотрела на Сюй Цзюньси. Его лицо было таким темным, и он смотрел на нее с большим нетерпением. Казалось, она ему наскучила.

Сердце Нин Яо достигло небывалой высоты.

- Забудь об этом, Сяо Чжоу. Моя сестра такая варварская и неразумная. Пока генеральный директор Сюй заботится о ней, она будет иметь свой путь. Генеральный директор Сюй-могущественный и влиятельный, моя сестра может делать все, что захочет. Не беспокойтесь, пойдем.- Нин Цин выглядела обиженной. Она потянула Сяо Чжоу за руку и ушла.

Съемочные группы Street Walker последовали за ним. Директор Ван попрощался с президентом Донгом и не смог удержаться, чтобы не кивнуть в сторону Нин Цин. Девушка обладала скрупулезной предусмотрительностью и мудростью. Но самое главное-у нее было умное и подвижное сердце.

В развлекательном кругу было много людей, которые могли бы хорошо выступить перед камерами, но вряд ли кто-то из них мог бы поставить такое убедительное шоу за кулисами.

- Цзюньси... - Нин Яо с трудом поднялся и подошел к Сюй Цзюньси.

Она знала, что Сюй Цзюньси была обеспокоена тем, что сказала Нин Цин. Его лицо помрачнело после того, как Нин Цин заговорила.

Нин Цин была такой жестокой. Она знала, где была конечная цель Сюй Цзюньси!

Нин Яо хотел утешить Сюй Цзюньси, но прежде чем ее рука коснулась его, он сказал: “Подумай о том, что ты сделал.- Сюй Цзюньси ушел бессердечно.

Нин Яо застыла на месте.

…

Съемки во второй половине дня прошли гладко, и съемочные группы должны были уехать рано.

Сяо Чжоу надел куртку на Нин Цин,и они болтали, пока шли.

- Нин Цин, позволь мне кое-что тебе сказать. Сюй Цзюньси проходил мимо нашей съемочной площадки сегодня днем, и вы случайно играли с ОУ Ло Си. Он стоял у двери и наблюдал довольно долго.”

Нин Цин застегнулся на все пуговицы и не стал беспокоиться: “пусть смотрит, как хочет. Не беспокойтесь о нем.”

“Нет, - запаниковал Сяо Чжоу, - Нин Цин, ты не понимаешь. Я имею в виду Сюй Цзюньси наблюдал за тобой долгое время. Его взгляд был не простым. Он даже не моргнул.”

Нин Цин остановилась, и она подумала на некоторое время, а затем ее красивые карие глаза внезапно засияли яркостью мудрости, “Сяо Чжоу...” она поманила Сяо Чжоу подойти ближе.

Сяо Чжоу подошел ближе, и они зашептали друг другу на ухо.

- Ничего себе, Нин Цин, ты слишком удивительна.- Удивленно воскликнул Сяо Чжоу.

…

Ужин проходил в ресторане отеля. Обе команды Street Walker и Pink Lady, наряду с другими съемочными группами, которые снимали в Red House, все собрались вместе.

Там было много больших шишек и известных режиссеров, которые собрались там. Директор Ванг привел Нин Цин, чтобы познакомиться со всеми. Когда они проходили мимо стола, директор Ван встретил своего лучшего друга в кругу директоров, директора Чжана.

Директор Чжан улыбнулся. - Брат, это было давно. Раз уж мы оба здесь, давайте сядем вместе. Давай посмотрим на твою восходящую звезду.”

Директор Ван повел Нин Цин вокруг и представил ее одну за другой. Среди участников группы был китайский режиссер, номинированный на премию "Оскар", продюсер, номинированный на премию "пожизненное достижение", известные певцы, некоторые фронтовые знаменитости…

Нин Цин последовала за директором Ванг, когда она поприветствовала всех. Она почти не разговаривала, но была ласковой и тихой. Все прониклись к ней симпатией.

Конечно же, Нин Цин увидела два знакомых лица. Сюй Цзюньси и Нин Яо. Ну что ж, это было важное событие. Сюй Цзюньси определенно пришел, чтобы представить Нин Яо всем остальным.

Послушай, это настоящая любовь.

Директор Ван сидел рядом с директором Чжан, в то время как Нин Цин увидел, что есть пустое место рядом с Сюй Цзюньси и еще одно пустое место рядом с Нин Яо. Не долго думая, она подошла к свободному месту рядом с Сюй Цзюньси.

Нин Яо увидел это и запаниковал. Она ненавидела, когда Нин Цин и Сюй Цзюньси вступали в контакт, особенно наедине. - Сестра, подойди и сядь рядом со мной, - машинально позвала она.”

Внезапно за столом воцарилась тишина. Нин Яо заговорил, и все обернулись.

Нин Цин улыбнулась и подыграла ему. “Окей. Пусть Яояо расставит стулья, а я тебя послушаю.”

Яояо расставил стулья?

Беззаботный комментарий Нин Цин подтолкнул Нин Яо стать объектом публичной критики. Люди на столе были все старшеклассники в развлекательном круге.

Кто такой Нин Яо? Никто не обращал на нее внимания, но она осмелилась сделать надменное замечание.

- Нин Цин, сядь рядом с генеральным директором Сюй. Мы же здесь курим. Это нездорово для девочек-вдыхать так много вторичного дыма,-директор Чжан украдкой взглянул на Нин Яо и мягко сказал.

“В порядке. Спасибо за вашу заботу, директор Чжан.- Нин Цин повернулась и села рядом с Сюй Цзюньси.

Нин Яо была готова взорваться от гнева, и на нее недружелюбно смотрели люди вокруг стола. Сюй Цзюньси говорил с ними о предстоящем фильме, и они намеревались позволить ей быстро появиться в фильме. Но из-за того, что сказала Нин Цин, никто не хотел продолжать обсуждение этой темы.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 71:Комната 902

- Цзюньси... - Нин Яо схватил Сюй Цзюньси за рукав и прошептал: - посмотри на мою сестру, директор проигнорировал меня. Поторопись и поговори с ними о моих съемках.”

Сюй Цзюньси с силой оттянул его рукав назад. Его тонкие губы сжались в мрачную линию, когда он подавил свое несчастье.

- Заткнись!- он закричал на Нин Яо.

- Заткнись.!

Глаза Нин Яо недоверчиво расширились. Сюй Цзюньси ни разу за последние три года не сделал ей выговор, но только сейчас велел заткнуться?!

Уголки губ Нин Цин приподнялись, когда она услышала разговор между ними двумя. Она была вынуждена признать, что хотя Ли Мэйлин создал большое шоу, чтобы играть трудно получить, отправляя Нин Яо за границу, она не держала Нин Яо рядом с собой и обучала ее, поэтому Нин Яо ничего не узнал от Ли Мэйлин.

Ну и дурак же он!

Сюй Цзюньси знала, что Нин Цин сказала то, что она сказала намеренно. Даже когда они были в павильоне в тот день, Нин Цин намеренно заманила Нин ЯО в свою ловушку. Он был зол на хитрость и коварство Нин Цин, но еще больше он злился на глупость и невежество Нин Яо.

Нин Цин была права. С тех пор как она вошла в индустрию развлечений, Нин Яо знала только, как полагаться на его силу, чтобы продвигать ее. Однако каждый раз, когда она наносила удар, Нин Цин наносила ответный удар в два раза сильнее.

Например: ситуация сейчас. Ни у кого за столом не было положительного выражения лица, но она все равно приставала к нему, чтобы поговорить о своем фильме для нее.

Эти две сестры вообще не шли ни в какое сравнение. Нин Цин могла быть очень ловкой и ловкой в установлении социальных отношений, и она была хороша в пении и танцах. Что же касается Нин ЯО, то она была совершенно безмозглой, если не считать того, что просила у него чего-то.

Нин Яо был хромой уткой. Он уже некоторое время убирал беспорядок Нин Яо, и он устал от этого.

Для семьи Сюй и императорской развлекательной группы было невозможно принять кого-то вроде Нин ЯО в качестве хозяйки дома.

- Нин Цин, тебе это удалось.- Сюй Цзюньси искоса взглянул на Нин Цин и стиснул зубы. Она всегда хотела разрушить его отношения с Нин Яо, и в конце концов ей это удалось.

Нин Цин убрала прядь шелковистых волос со щеки за ухо своей тонкой рукой. Она подняла бокал красного вина, прищурив глаза, которые были похожи на осеннее озеро, и лениво улыбнулась, говоря: “президент Сюй, я не могу понять, о чем вы говорите. Я уже давно сказал вам, что для Нин Яо вы можете только потакать ей и играть с ней, балуя девушку в своей ладони.”

- Это ты!- Сюй Цзюньси был так взбешен, что не мог ничего возразить. Да, он сам выбрал Нин Яо и не мог винить в этом других.

Расстояние порождает красоту, и еще когда Нин Яо была в Америке, она одевалась модно и красиво в довершение всего нежно и ласково разговаривала с ним каждый раз, когда он приезжал к ней в гости. Тогда он был очень счастлив.

Но Нин Яо вернулся в Китай только месяц назад, и глаза Сюй Цзюньси были похожи на увеличительные стекла. Он мог видеть только недостатки Нин Яо.

Раздался резкий “лязг", Нин Цин случайно наткнулась на столовые приборы рядом с его рукой, и вилка упала на землю.

Сюй Цзюньси наклонился, чтобы поднять его.

Когда он наклонился, Нин Цин тоже наклонилась. Кончики ее пальцев коснулись его рук.

- Президент Сюй, разве вы недостаточно посмотрели?- Пока он смотрел, над его головой раздался негромкий смешок.

Взгляд Сюй Цзюньси встретился с прекрасными осенними зрачками Нин Цин, когда он поднял голову. Она смотрела на него теплым и легким взглядом, с явной холодностью на лице.

Сюй Цзюньси больше не могла говорить. Он наблюдал, как Нин Цин взяла вилку, выпрямилась, помахала официанту и принесла ему новый набор столовых приборов.

Он не мог вспомнить ничего из того, что говорили ему люди за столом. Его глаза были сосредоточены на Нин Цин. Время от времени она касалась своих длинных волос маленькими ручками. Всякий раз, когда она это делала, его нос наполнялся освежающим ароматом ее шелковистых прядей.

…

После ужина все разошлись по своим номерам. Нин Яо приставала к Сюй Цзюньси, говоря, что хочет спать рядом с ним, но Сюй Цзюньси нахмурился и оттолкнул ее.

“Я очень устала.- Он убрал ноги и вернулся в свою комнату, оставив там Нин Яо, топающую ногами.

Сюй Цзюньси вошел в свою комнату, сел на кровать, достал пачку сигарет и закурил. Среди дыма он достал свой мобильный телефон и пристально посмотрел на номер телефона на своем экране.

Выкурив четыре или пять сигарет, он встал, подошел к окну и набрал номер.

- Привет... - послышался элегантный голос Нин Цин.

- ...Привет, Нин Цин, это я.”

- О, президент Сюй, в чем дело?- Тон Нин Цин был довольно удивленным.

“Я вернулась и увидела, что на нефритовом браслете семьи Сюй появилась трещина после того, как вы бросили его на землю в больнице.”

“Это правда? Я очень сожалею об этом.”

“А как можно сказать "Прости"? Нин Цин, ты должна компенсировать мне это. Почему бы мне не принести его и не показать тебе браслет? В какой комнате ты находишься?”

“… 902. ”

…

Когда Сюй Цзюньси вошел в номер 902, дверь была не заперта. Он открыл дверь и вошел внутрь.

В комнате не было света, и он не видел Нин Цин, но дверь в ванную была плотно закрыта, и он мог слышать звук бегущей воды.

Может, она принимает ванну?

Сюй Цзюньси закрыл глаза и с силой вдохнул запах комнаты. В комнате стоял ее особый аромат. Окна были наполовину открыты, и прозрачные занавески трепетали на ветру, делая атмосферу туманной и неоднозначной.

- Он облизнул пересохшие губы. Он не знал, почему солгал о повреждении нефритового браслета. Почему он бросился к ней в комнату? Он просто очень скучал по ней.

Кровь прилила к его телу, когда она коснулась его руки, и он почувствовал ее аромат за обеденным столом. Как будто что-то щекотало его сердце. Он испытывал сильное искушение.

- Нин Цин, ты принимаешь ванну?- Его голос был хриплым.

В ванной никто не ответил.

Сюй Цзюньси подошел к двери и тихо положил руку на ручку. Он несколько раз прокашлялся и сказал: “Я войду, если ты будешь продолжать молчать.”

Никто не произнес ни слова.

Со щелчком Сюй Цзюньси открыл дверь.

В ванной горел свет, из-под душа текла горячая вода, но прекрасного тела молодой девушки, которое он представлял себе в своем воображении, там не было; душ был пуст.

Прямо тогда,” Нин Цин... " лампа в гостиничном номере была включена, когда Сяо Чжоу вошел в номер. Она закричала в тот момент, когда увидела Сюй Цзюньси “Ах! Президент Сюй, почему вы находитесь в комнате Нин Цин? Такой мужчина, как ты, врывается в комнату женщины так поздно ночью ... что с тобой?”

Сюй Цзюньси отвел взгляд. Его обманула Нин Цин. Черт возьми!

В этом отеле было много знаменитостей, поэтому, естественно, там было много журналистов, которые лежали в ожидании. Было необходимо, чтобы он немедленно уехал. Он не мог быть сфотографирован таким образом.

Сюй Цзюньси направился к двери. Когда он уже собирался уходить, то услышал несколько “щелчков” фотоаппарата, когда огромная толпа репортеров столпилась у двери. Выход Сюй Цзюньси был заблокирован.

- Президент Сюй, сейчас 9 часов вечера. Почему ты в комнате Нин Цин так поздно ночью?”

- Президент Сюй, вы открыто признали, что ваша подруга Нин Яо все еще живет по соседству. Нин Яо и Нин Цин-сестры. У президента Сюя есть история отношений с каждой из сестер?”

Вопросы репортеров становились все более и более заостренными. Сюй Цзюньси потер виски. - Извините, но я ничего не могу вам сказать.- Он протиснулся сквозь толпу и направился к своей комнате.

Репортеры следовали за ним, как тень. Сюй Цзюньси пытался понять, как он может их потерять. В этот момент в поле его зрения появилась розовая фигура. Это был Нин Яо.

О нет.

Нин Яо сжала кулаки и посмотрела на него со слезами на глазах. - Хм!- Она холодно фыркнула, прежде чем развернуться и убежать.

Теперь Сюй Цзюньси волновался еще больше. - Яояо, это не то, что ты думаешь. Послушайте мое объяснение."Преследуя Нин Яо, он достал свой мобильный телефон и позвонил кому-то. - Здравствуйте, пришлите сюда кого-нибудь разобраться с этой ситуацией.”

…

Вскоре прибыла команда Сюй Цзюньси, и репортеры были разогнаны. В коридоре гостиницы сразу же стало тихо.

Нин Цин вышла из угла, Сяо Чжоу подбежал и протянул ей диск S. - Нин Цин, видео было записано. Мы прекрасно сражались в этой битве.”

"Да, загрузите видео в Интернет и Weibo немедленно. Независимо от того, насколько силен Сюй Цзюньси, он не может остановить сплетни пользователей Сети. Такого рода скандалы всегда популярны. К тому времени, когда Сюй Цзюньси сможет уговорить Нин Яо и закрыть веб-страницу, это уже распространится.- Глаза Нин Цин сверкнули мудростью.

Сяо Чжоу кивнул. - Хорошо, я сделаю это прямо сейчас.”

После того, как Сяо Чжоу ушел, Нин Цин увидела директора Вана, идущего к ней из коридора. Он спросил: "Нин Цин, что происходит?”

Нин Цин рассмеялся и сказал: “директор Ван, я помню, что сейчас начнется первый этап нашей рекламной кампании "ветер и пыль". Ранее президент Сюй и Нин Яо были горячими темами. Я просто использовал их, чтобы сначала сделать несколько выстрелов и сделать некоторые заголовки.”

Директор Ванг немедленно сверкнул довольной улыбкой. Он действительно не судил ее неверно. - Нин Цин, я действительно не ожидал, что ты будешь таким умным маленьким бесенком, ха-ха.”

…

Нин Цин вернулась в свою комнату и приняла ванну.

Она внезапно подумала об этой стратегии после того, как услышала, как Сяо Чжоу упомянул постоянный пристальный взгляд Сюй Цзюньси. Она знала все о грязных и презренных мыслях, которые были у Сюй Цзюньси о ней, поэтому она согласилась с ситуацией и воспользовалась им.

Это пара презренных существ. Это было только начало сражения, и она официально объявила им войну.

Она отомстит каждому, кто оскорбил ее, по очереди.

Нин Цин достала свой мобильный телефон и нашла чей-то номер. Завтрашний развлекательный заголовок определенно будет посвящен ей и Сюй Цзюньси. Не рассердится Ли Лу Шаомин, когда узнает о ее скандале?

Нин Цин решила послать ему короткое сообщение, чтобы он был готов психологически.

- "Шаомин, возможно, будут какие-то скандалы обо мне с Сюй Цзюньси. Надеюсь, ты не возражаешь.]

Текстовое сообщение уже было отправлено. На этот раз Лу Шаомин ответил не сразу. После ожидания в течение примерно трех минут, его текстовое сообщение пришло.

- "Кто дал ему номер твоей комнаты]

- Нин Цин была поражена. Он знал все об этом еще до того, как она рассказала ему, из-за чего разразился скандал?

Более того, разве его вопрос нуждается в такой конкретизации?

В этом скандале было два возможных ракурса. Если бы кто-то дал Сюй Цзюньси ее номер комнаты, она была бы пассивной в скандале. Если станет известно, что она дала этот номер по собственной инициативе, то станет ясно, что скандал был спланирован именно ею. Возможно, Лу Шаомин подсознательно подумает, что она хочет продолжить отношения с Сюй Цзюньси.

Слов у этого человека никогда не было много, фразы короткие и по делу. Он был слишком прямолинеен, переходя прямо к делу.

Нин Цин прикусила нижнюю губу своими жемчужными зубами и, наконец, честно ответила - [я дала его]

После того, как сообщение было отправлено, Нин Цин с тревогой ждала его ответа, но прошла одна минута, пять минут, а затем и десять минут, но ее мобильный телефон так и не зазвонил.

Сердце Нин Цин сжалось. Он ведь не будет просто игнорировать ее, не так ли?

Нин Цин быстро подняла трубку мобильного телефона и робко рассмеялась, как бы извиняясь. - "Ха-ха, Шаоминг, ты злишься? Я просто позаимствовал его славу, чтобы поднять шумиху. Я невиновен.]

Через 10 минут ее мобильный телефон все еще молчал, и когда Нин Цин не получила ответа, она поняла, что он сердится!

Он действительно игнорировал ее!

Ну почему этот человек такой мелочный? Это было нормально в индустрии развлечений, чтобы создать скандал.

Хорошо, хорошо, она использовала своего бывшего парня, чтобы создать некоторую шумиху о себе и заставила его чувствовать себя несчастным и неудобным, но... они не видели друг друга в течение полугода. Единственный контакт, который они имели друг с другом, был через сообщения по ночам. Неужели он собирается так безжалостно игнорировать ее только из-за этого?

Нин Цин была опустошена, но она знала, что совершила ошибку. Она продолжала писать ему, ломая голову, чтобы найти правильные слова, которые сделали бы его счастливым.

В комнате было тихо. Ее глаза блестели, а сердце билось как барабан, ожидая его ответа.

Но она была разочарована.

Прошло уже полчаса, а он все не отвечал. Он ожесточил свое сердце и решил дать ей холодный прием.

Нин Цин надула нежные щеки, а его водянистые глаза закатились от гнева. “Лу Шаомин ты большой злодей, мне тоже на тебя наплевать!- Нин Цин закрыла глаза, она собиралась спать!.

…

Нин Яо заперся в своем номере, но Сюй Цзюньси попросил менеджера отеля открыть ему дверь, Дверь открылась со щелчком, “Яояо...” - он ворвался с тревогой.

Но тут раздался” Бах", когда Нин Яо подбежала к стене комнаты и ударилась о нее лбом.

- Яояо!- Закричал Сюй Цзюньси и побежал вперед, чтобы подхватить тело Нин Яо, когда оно начало сползать вниз по стене. Кровь лилась со лба Нин Яо, и ее лицо побелело. Он был убит горем. - Яояо, почему ты такой глупый? Почему вы бросились к стене? Разве это больно?”

Нин Яо слабо лежал в объятиях Сюй Цзюньси. Ее глаза были полны слез, когда она всхлипывала: "Цзюньси, позволь мне умереть. Я знаю, что тебе нравится моя сестра. В таком случае я уйду с вашего пути и желаю вам вечной любви.”

Сюй Цзюньси смахнула челку с лица Нин Яо. Место, которое она ударила сильнее всего, оказалось местом, где она получила шрам, спасая его три года назад. Внезапно чувство вины переполнило его.

- Яояо, ты меня неправильно понял. Мне нужно было кое-что обсудить с Нин Цин. Ее не было в комнате, и мы ничего не сделали. Яояо, ты единственный, кого я люблю.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 72:Сорвите Его Лицом К Лицу

- Яояо, ты меня неправильно понял. Мне нужно кое-что обсудить с Нин Цин. Ее не было в комнате, мы ничего не делали. Яояо, ты единственный, кого я люблю.”

- Цзюньси, не лги мне. За последний месяц я поняла, что ты стыдишься меня. Ты думаешь, что я не так хороша, как моя сестра, не так умна, как она. Но, не забывайте, я только что вошел в круг развлечений. Вся моя жизнь была только о тебе. Я тайно люблю тебя и строю себя в соответствии с твоими желаниями. Я очень новичок в развлекательном круге, и у меня нет никакого опыта вообще.”

“Потому что ты генеральный директор "император Энтертейнмент Груп", вот почему я решил войти в круг развлечений. Я действовал слишком поспешно в эти последние дни, но я только хотел быть ближе к тебе, быть женщиной, которая стоит рядом с тобой. Но вы не можете видеть тех усилий, которые я приложил. Ты обвиняешь меня, ты стыдишься меня.”

Сюй Цзюньси почувствовал тугую пощечину на своем лице, и ему стало стыдно.

Правда. Когда ему становилось стыдно за Нин Яо, он забывал, что у Нин Яо не было никакого прошлого опыта в кругу развлечений. Он забыл, что она была невинна и добра. Он также забыл, как много Нин Яо сделал для него.

Нин Яо уже давно знал, что он стыдится ее, но она не жаловалась вообще. Если бы он не вошел в комнату Нин Цин в тот день, Нин Яо не взорвалась бы.

Эта глупая девчонка знала только, что ей больно, даже когда она взрывалась. Она даже благословила его и Нин Цин.

- Яояо, прости меня. Это моя вина. Признаюсь, в последнее время я очень угрюм. Я больше не буду этого делать. Поверь мне... " - объяснил Сюй Цзюньси.

Но Нин Яо оттолкнула его, с трудом поднявшись на ноги, и побежала к стене: “Цзюньси, позволь мне умереть. Я чувствую себя так неуверенно. Хотя ты и признала свою вину Сегодня, я не знаю, когда ты снова будешь стыдиться меня. Без тебя я тоже могу умереть.”

Сюй Цзюньси обнял Нин Яо сзади. Он торопливо поцеловал волосы Нин Яо и сказал: “Яояо, давай обручимся. Я буду хорошо с тобой обращаться.”

Помолвлена?

Нин Яо сияла от радости, а ее глаза были полны удивления. Вот это здорово. Этот день наконец-то настал. Сюй Цзюньси наконец-то сказал это!

Однако она не сразу обернулась. Она прикрыла рот рукой и закричала: "Цзюньси, ты это серьезно? Я надеюсь, что ты делаешь мне предложение, потому что любишь меня. Если это из-за того, что ты чувствуешь себя виноватым, то я лучше не буду.”

Сюй Цзюньси взял Нин Яо за плечо и развернул ее лицом к себе. Он обхватил ладонями лицо Нин Яо и нежно поцеловал ее. - Глупая девочка, конечно, я люблю тебя. Яояо, будь моей женой, давай останемся вместе навсегда.”

- Нин Яо кивнула головой и приняла объятия Сюй Цзюньси.

…

Доктор перевязал голову Нин Яо. Она ударилась о стену с контролируемой силой. Следовательно, она была не слишком сильно ранена.

После ухода доктора Сюй Цзюньси обнял ее за плечи и поцеловал в лицо. - Яояо, прими душ и ложись спать. Твоя голова не может соприкоснуться с водой, ты хочешь, чтобы я тебе помог?”

Его голос звучал очень многозначительно, заставив Нин Яо покраснеть.

С того самого дня, как она помогла ему, они занимались интимными делами. Она всегда сдерживалась в самом конце и не позволяла ему прикасаться к себе. Следовательно, он все еще не был удовлетворен.

Нин Яо взглянула на красивое лицо Сюй Цзюньси и забралась к нему на колени. Затем она протянула руку, чтобы расстегнуть его рубашку. - Она говорила соблазнительно. - Цзюньси, я твоя. Поскольку мы собираемся обручиться, я отдамся тебе сегодня вечером.”

Глаза Сюй Цзюньси потемнели, и его тело напряглось. Огонь, который Нин Цин вызвала в нем, все еще не утих, и тогда Нин Яо потерлась о него, заставляя его страсть гореть еще больше.

Нин Яо тоже была красива. Ее светлая кожа была гладкой, и она выглядела невинной и хрупкой. Она излучала очаровательную ауру.

Однако в голове Сюй Цзюньси появилось еще одно лицо. Она была молодой, но красивой. Когда она чувствовала себя обиженной, когда злилась, когда была счастлива, выражение ее лица было живым. Ее упрямство и настойчивость особенно возбуждали в мужчине желание заставить ее подчиниться.

Этим человеком была Нин Цин.

С чего бы ему тогда думать о ней?

Внезапно на его губах появилась мягкость. Нин Яо поцеловала его, когда он отвлекся от своих мыслей.

Сюй Цзюньси закрыл глаза, чтобы заставить замолчать лицо Нин Цин. Он предупредил себя, что любит Нин Яо, и человек, который был близок с ним, был Нин Яо.

Он обхватил руками талию Нин Яо и углубил поцелуй.

Они вдвоем перекатились на кровать, и Сюй Цзюньси тяжело дышала. Кожа на его ладони была мягкой и гладкой, а ресницы дрожали, когда он закрывал глаза. Он понял, что не может себя контролировать. Он думал о Нин Цин.

Сегодня днем он наблюдал за Нин Цин на съемочной площадке. Она была одета в чонсам с красным пионом. Ее удивительное тело песочных часов в разрезе cheongsam design подчеркивало ее длинные ноги, которые были чрезвычайно соблазнительными.

Сюй Цзюньси понял, что он был еще более взволнован, когда подумал о Нин Цин в своей голове. Он был чрезвычайно взволнован, как будто находился на американских горках.

Нин Яо была очень счастлива, когда она погрузилась в приятное ощущение, которое Сюй Цзюньси дал ей, но она не знала, что Сюй Цзюньси бормотал имя: “Цин Цин.”

…

На второе утро Сяо Чжоу купался в лучах славы победы.

- Нин Цин, отличные новости. Как вы и ожидали, развлекательные заголовки были о вас и Сюй Цзюньси. На данный момент количество дискуссионных постов Weibo на эту тему составляет до 4,4 миллиарда! Уличный ходок успешно занял первое место, как и большинство искал.”

Нин Цин не была удивлена результатом. Для того, чтобы сделать Нин Яо известным в развлекательном кругу на ночь, Сюй Цзюньси приложил много усилий за последний месяц. Она наступила на свою славу и была запущена на вершину, это был вдвое больший результат с половиной усилий.

"Нин Цин, съемочная группа только что запустила первую партию рекламных видеороликов и фотографий для фильмов. Все дали хорошие отзывы на вашу актерскую работу. Ваша фанатская база Weibo уже увеличилась до шести миллионов.”

Нин Цин включила компьютер и просмотрела веб-сайт. Ее аккаунт в Weibo был наполнен позитивными комментариями цифровых граждан.

[Я только что смотрел рекламный ролик Street Walker, главная женская роль имеет большое актерское мастерство. Она так живо изобразила характер другого возраста и свой жизненный путь.]

- "Я всегда знала Нин Цин. Она-падшая знаменитая женщина в городе Т. За последние три года вокруг нее было много негативных новостей. Следовательно, у меня изначально не было хорошего впечатления о ней. Но с тех пор, как я увидел Стритуокера, мое отношение к ней резко изменилось. Она такая красивая, и ее актерское мастерство такое хорошее. Нин Цин, я действительно не должна была верить этим слухам. Я тебя поддерживаю.]

[Уличный бродяга-еще одна удивительная работа режиссера Вана.мне особо нечего сказать. Я поддерживаю директора Ван, я поддерживаю Нин Цин]…

На ее глазах выступили слезы. За три года она пережила столько социального снобизма. Никто ее не понимал. Помимо ее красивого лица и ее происхождения, которое стало предметом обсуждения на досуге каждого, они давали ей едкий сарказм большую часть времени и высмеивали ее.

Она упорно стояла прямо и твердо на протяжении всего путешествия в развлекательном кругу. Она мечтала о дне, когда сможет завоевать всех и добиться от всех снисхождения, понимания и уважения.

Наконец-то этот день настал.

Она осталась верна себе и получила признание!

…

Режиссер Ванг повел съемочную группу Street Walker на первую рекламную остановку. Сцена была оживленной и шумной. Кроме СМИ, там была огромная масса поклонников Нин Цин.

Когда журналисты СМИ спросили о том, что произошло накануне вечером во время Qamp;A, Нин Цин вообще не ответил. Она улыбнулась им и взмолилась о пощаде. Она хотела, чтобы они сосредоточились на фильме.

Хотя они не получили никакого ответа, элегантность Нин Цин была одобрена. Все хвалили ее, говоря, что она соответствует титулу светской львицы № 1 в городе Т.

Повышение закончилось во второй половине дня.

Директор Wang пригласил всех на KTV в качестве празднования успешной первой остановки. Как раз когда Нин Цин собиралась согласиться, Сяо Чжоу подошла с iPad mini в руке.

"Нин Цин, последние новости, Сюй Цзиньси собирается устроить грандиозную вечеринку с предложением в отеле Shengshi и официально предложить Нин Яо. Кроме того, там будет и мама Нин Яо, ли Мэйлин.”

Нин Цин взял в руки iPad и увидел на экране роскошное и изысканное украшение пятизвездочного отеля. Там были даже романтические белые ткани и цветы. Там был репортер, говорящий:,

- Всем привет. Мы живем на сцене, где генеральный директор Сюй Цзюньси собирается сделать официальное предложение Мисс Нин Яо. Наш кумир в драматической сцене, Ли Мэйлин, собирается появиться здесь, чтобы засвидетельствовать счастье своей дочери…”

Камера поймала тень ли Мэйлин, и Нин Цин хмыкнула, увидев ее.

Сяо Чжоу стал серьезным. - Нин Цин, то, что делает Сюй Цзюньси, дает нам крепкую пощечину. После вечеринки по случаю помолвки каждый хороший комментарий станет плохим. Они будут изображать вас как любовницу, которая украла своего шурин или интригующей женщиной, которая сенсационно ситуацию с другой славой.”

О чем бы ни думал Сяо Чжоу, Нин Цин уже давно думала об этом. Всего за одну короткую ночь Нин Яо позаботилась о Сюй Цзюньси и заставила его сделать ей предложение.

На самом деле, это не было странно. Нин Яо, скорее всего, устроил печальное шоу вместе с продажей своего тела. Такой нелепый человек, как Сюй Цзюньси, не мог устоять перед искушением.

Нин Цин ухмыльнулся и передал айпад Сяо Чжоу. Затем она вышла на улицу.

- Нин Цин, куда ты идешь?- Сяо Чжоу быстро последовал за ним.

- Кто-то уже объявил мне войну. Я сейчас же пойду им навстречу и разорву их на части!”

…

Отель Shengshi.

Нин Яо посмотрела на Сюй Цзюньси, которая медленно опустилась перед ней на колени, и почувствовала себя счастливой. Мужчина держал в руке бриллиантовое кольцо, похожее на голубиное яйцо в восемнадцать карат.

Когда он достал бриллиантовое кольцо, Нин Яо услышала, как все ахнули. Не поднимая глаз, она могла сказать, сколько из них ревновало к ней.

Ей надоело быть в центре внимания, куда бы она ни пошла. Ее нужно поддерживать, как принцессу.

- Яояо, я люблю тебя. Выходи за меня замуж, - нежно сказал ей Сюй Цзюньси.

- Мм, я обещаю.- Нин Яо сверкнула милой улыбкой. Затем она медленно подняла правую руку перед Сюй Цзюньси.

Кольцо с восемнадцатикаратовым бриллиантом медленно скользнуло на ее безымянный палец.

Но вдруг дверь распахнулась настежь. Кто-то вошел в холл.

Нин Яо подняла глаза и посмотрела. Это была Нин Цин!

Рука Сюй Цзюньси напряглась. Он никогда не думал, что у Нин Цин хватит мужества быть там. Он так долго был в развлекательном кругу. С тех пор как он увидел Сяо Чжоу прошлой ночью, он знал, что его использовали и одурачили. Поскольку она была такой вероломной и бессердечной, это предложение было самым тяжелым ударом, который он дал ей.

Он никогда не думал, что она осмелится появиться здесь.

Ли Мэйлин увидела это, и ее глаза вспыхнули. Чтобы предотвратить любой инцидент во время предложения, она организовала много телохранителей снаружи, но Нин Цин удалось войти.

Глядя на репортерский костюм и кепку Нин Цин, Ли Мэйлин знала, что большинство людей на месте преступления были репортерами, и Нин Цин нашел лазейку.

Ли Мэйлин быстро прошла вперед и схватила Нин Цин за руку. Она дружелюбно улыбнулась и сказала: “Цинцин, ты пришел? Сегодня счастливый день вашей сестры, вы должны быть здесь, чтобы дать ей свои благословения.”

Нин Цин улыбнулся, и Ли Мэйлин перехватил инициативу, нанеся первый удар. В тот момент, когда она толкнула дверь, чтобы войти, все прожектора были сосредоточены на ней, как она могла отрицать это перед публикой?

Поступок ли Мэйлин не оставил ей иного выбора, кроме как просто усмехнуться и смириться. Ее действия ограничивались “благословением".”

Нин Цин не возражала против этого. Напротив, она взяла ли Мэйлин за руку и, взявшись за руки, направилась к “счастливой” паре. - Тетя ли, вы совершенно правы, - с улыбкой проговорила она, неторопливо подойдя к ней. Моей сестре это было предложено. Я, конечно, здесь, чтобы дать свое благословение. У нас было недоразумение накануне вечером, и все было прояснено.”

Нин Цин активно заговорил о “прошлой ночи", и это сразу же вызвало интерес средств массовой информации. Были репортеры, которые сразу же спросили: "Мисс Нин, какое недоразумение было там накануне вечером?”

Нин Цин отвела назад руку, которую держала ли Мэйлин, и убрала волосы за уши “ " О, мой шурин пришел в мою комнату, чтобы взять сценарий пьесы, но вы случайно сфотографировали его. Моя сестра разозлилась, но я сразу же позвонил, чтобы объяснить ей это. Посмотрите на эту пару, они провели еще одну сладкую ночь вместе. а сегодня он сделал мне предложение. Это все мои усилия. Разве я не прав, Яояо?”

Глаза Нин Яо были широко открыты от недоверия. - Какой звонок? - Какое уточнение? Их сладкая ночь и предложение были все ее усилия? Как это связано с Нин Цин?!

Нин Цин лгала.

"Сестра, ты..." - хотела возразить Нин Яо.

- Яояо!- Ли Мэйлин быстро оборвала Нин Яо и улыбнулась, - посмотри, как сильно твоя сестра заботится о тебе.”

Нин Цин кивнула без всякой скромности. - Наши сестринские узы особенно сильны, поэтому вам лучше просто не делать репортаж, как “третий человек “или” коварная женщина " или что-нибудь в этом роде. Если бы вы применили их ко мне, мой зять и тетя ли были бы первыми, кто не дал бы вам сорваться с крючка.”

Журналисты издевались над ним. На самом деле “третий человек” и “интригующий человек” уже были в их новостном сценарии, и эти заголовки будут опубликованы, когда вечеринка закончится.

Разве это не очевидно? Нин Цин и Сюй Цзюньси были в сексуальном скандале накануне вечером, и Сюй Цзюньси внезапно обручился с Нин Яо на следующий день. Любой мог бы сказать, что Сюй Цзюньси бьет Нин Цин по лицу.

Репортеры никогда не ожидали, что это может быть сделано так легко с одной фразой.

- Мисс Нин, как мы посмели? Твои сестринские узы так сильны. Мы даже не похвалили его”, - последовал репортер.

Нин Цин удовлетворенно кивнула и сказала:”

Глаза Нин Яо были полны ненависти, в то время как Сюй Цзюньси пытался сохранить самообладание. Ли Мэйлин все еще выглядела дружелюбно, хотя ее скрытый взгляд был похож на ядовитую иглу, стреляющую в лицо Нин Цин.

Нин Цин подняла на нее брови, собираясь сказать: "пусть твоя дочь тоже улыбается и терпит". Ха.

Ли Мэйлин, “…”

Нин Цин помахал рукой, как дирижер на сцене. Она указала на мужчину, который стоял на коленях на земле: “шурин, поторопись и надень бриллиантовое кольцо на мою сестру. Все смотрят на нас.”

Это была романтическая сцена, но Нин Цин заставила ее звучать так, как будто это было шоу.

Сюй Цзюньси терпела махинации этой женщины и надела кольцо с восемнадцатикаратовым бриллиантом на безымянный палец Нин Яо.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 73:Битва умов

- Держись!” Когда ей уже надевали кольцо с бриллиантом, Нин Цин вдруг сказала: “как старшая сестра, я забыла сказать своему шуринку несколько вещей.”

“Что ты хочешь сказать?- Лицо Сюй Цзюньси было очень темным. Он не мог злиться перед прессой, но его чувства были подавлены, и он был чрезвычайно раздражителен.

“Я имею в виду, что скоро мне предстоит стать шурин, и ты должен быть добр к моей сестре в будущем. Хотя мы когда-то были помолвлены, помолвка уже расторгнута, поэтому вы должны дать Яояо вдвое больше счастья, чем я не получил.”

- Вау... - как только слова Нин Цин упали, вся площадка взорвалась.

- Мисс Нин, что вы сказали? Вы были помолвлены с президентом Сюем? А почему вы расстались? Почему президент Сюй сейчас с твоей сестрой?”…

Репортеры были взволнованы и возбуждены, а камеры “щелкали” одна за другой, когда они спешили задать вопросы.

- Цинцин... - ли Мэйлин тяжело и искренне вздохнула, притворяясь беспомощной. “Почему ты подняла все это на свадебном банкете своей сестры? Три года назад вы вошли в индустрию развлечений, и все знали, что с вами случилось. Что ты хочешь, чтобы Цзюньси сделала?”

Нин Цин не могла не восхищаться ли Мэйлин. Мало того, что ее слова заставили журналистов заподозрить, что она подняла эти старые вопросы с плохими намерениями, но она также напомнила журналистам о своем “невыносимом” опыте работы в индустрии развлечений за последние три года.

- Мисс Нин, вы все еще не можете избавиться от своих чувств к президенту Сюю, поэтому вы открыто желаете ему удачи сегодня, но тайно пытаетесь разрушить их отношения?”

- Мисс Нин, за последние три года вы были замешаны во многих скандалах, связанных с незаконной любовью, и ходят слухи, что вы сахарная крошка. Неужели президент Сюй порвал с тобой и ушел из-за этого?”

Злобная гордость вспыхнула в глазах Нин Яо, когда она услышала, как репортеры многозначительно напали на Нин Цин. Нин Цин все еще была слишком нежна, чтобы бороться против своей матери!

Нин Цин глубоко впилась ногтями в свои нежные ладони. Когда она подняла голову, ее прекрасные осенние глаза уже сверкали яркими и мягкими слезами.

Она смотрела на Ли Мэйлин медленно и очень недовольно. - Тетя ли, я уже была помолвлена с моим шуринком до того, как разразился скандал с незаконной любовью. Я знаю, что не могу сравниться с моей сестрой. Когда моя сестра вернулась домой, одно слово от моего скорого Шуринка сделало ее популярной, но когда мы были помолвлены, он проигнорировал меня. Он позволял мне изводить себя скандалами и позволял другим желать его невесту.- Нин Цин тяжело плакала и не могла продолжать.

Репортер внезапно понял, что время действительно было подозрительным.

Сюй Цзюньси и Нин Цин обручились еще до того, как Нин Цин вошел в индустрию развлечений. Казалось, что Сюй Цзюнси сначала влюбился в кого-то другого и что он был очень жесток и бессердечен к Нин Цин.

Репортеры молчали. Все смотрели на девушку, у которой дрожали плечи. Ее тело выглядело настолько слабым, что многие начали жалеть ее.

Насколько унизительно и болезненно было стоять здесь, улыбаясь и желая счастья ему и своей сестре после того, как ее бросил бывший жених?

Нин Цин шмыгнула носом и продолжала задыхаться: “а тетя ли, как ты можешь так говорить обо мне? Я играл ничтожные роли, висел на проволоке, играл роль нищего и получил пощечину. Как я могла бы жить в таком беспорядке, если бы эти незаконные любовные скандалы были правдой?”

Нин Цин выпрямила свою тонкую талию, когда она говорила, а затем упрямо и решительно посмотрела в камеру, сказав: "три года назад я была изгнана и находилась в таком ужасном состоянии, что у меня не было выбора, кроме как войти в индустрию развлечений. За эти три года мне никто не помог, и я ни на кого не напал пиявкой. Сегодня я, Нин Цин, объявлю здесь, что я невиновен! Если бы кто-нибудь сказал, что у меня были незаконные любовные связи или был сахарный папа в течение последних трех лет, разве человек, который осмеливается клеветать на меня, принес бы свои доказательства и столкнулся со мной лично! С этого момента я буду принимать законные меры, чтобы защитить себя от любого, кто хочет разрушить мою репутацию!”

Репортеры были в шоке. Хотя глаза девушки были красными, сила сияла сквозь ее слабость. Ее глаза были ясными и блестящими, как реки в горах, священными и неприкосновенными.

Да, если эти незаконные любовные скандалы были правдой, как она могла стать посмешищем всего города и прожить такую тяжелую жизнь?

Нин Цин была известна как самая падшая богатая светская львица города т. Когда она пришла в индустрию развлечений, многие люди, естественно, давали ей всевозможные неловкие ярлыки. Все ее оскорбляли, неправильно понимали и смеялись над ней.

Никто не ожидал, что правда сегодня будет такой шокирующей.

В этот момент Сюй Цзюньси почувствовала себя потерянной. Нин Цин обычно говорил, что она невиновна, но он никогда не верил ей, потому что вокруг нее всегда было много мужчин.

Но теперь он был поколеблен. Неужели она действительно невиновна после того, как проработала в индустрии развлечений эти три года?

Нет. Сюй Цзюньси покачал головой. Уголки его глаз стали алыми. Она больше не была невинной и чистой. Три года назад она уже сделала это.…

Только Нин Яо был ему предан. Сегодня утром на простынях была кровь. Нин Яо подарила ему свой первый раз!

Только Нин Яо заслужил его глубокую любовь.

Сяо Чжоу был в приподнятом настроении. Нин Цин была настолько умна, что воспользовалась возможностью прояснить все “плохие поступки” своего прошлого.

Сяо Чжоу подошел, обнял Нин Цин и сказал с облегчением: “Нин Цин, перестань плакать. Забудь это. Отпусти ситуацию. Президент Сюй и ваш союзный брак были, естественно, не так глубоки, как три года привязанности между президентом Сюем и вашей сестрой.”

Репортеры быстро уловили главное из слов Сяо Чжоу, и некоторые люди спросили: “Мисс Нин, ваша сестра встала между президентом Сюем и вами, когда вы все еще были помолвлены?”

Нин Яо уже была в ярости. Ее совершенно прекрасный банкет с предложением руки и сердца был испорчен этой сучкой Нин Цин, и Нин Цин стала центром внимания всего мероприятия.

Слова "встаньте между" теперь еще больше разъярили ее. Разве эта фраза не была подготовлена для Нин Цин? Почему же он упал ей на голову после нескольких фраз?

Нин Яо хотела что-то сказать, но кто-то схватил ее за маленькую ручку. Сюй Цзюньси встал и пробормотал: "Это не имеет никакого отношения к Яояо. Я был тем, кто перенес свою любовь на другого человека.”

- Ничего себе... - репортеры не ожидали, что Сюй Цзюньси будет так откровенен. Некоторые из них хотели задать вопросы, но когда они встретили его темные и мрачные глаза, все замолчали.

Нин Цин посмотрела на Сюй Цзюньси; она все еще боялась, что Сюй Цзюньси не заговорит!

“Ну, мой будущий шурин, мы ведь были помолвлены из-за Союзного брака, так что нельзя сказать, что ты перенесла свою любовь на другого человека. Мы уже отменили нашу помолвку, когда я вернула твой нефритовый браслет полмесяца назад. Я также благодарен Вам за то, что вы прилетели в Соединенные Штаты, чтобы заботиться о моей сестре в течение последних трех лет. До тех пор, пока моя сестра счастлива, это нормально для меня терпеть немного обиды.”

Те журналисты, которых Сюй Цзюньси напугал так, что они замолчали, снова начали шептаться между собой. Слова Нин Цин уже подтвердили, что Нин Яо встал между чьими-то отношениями.

И этот кто-то был ее сестрой!

Среди непрестанно указующих перстов толпы их взгляды, устремленные на Нин Цин, становились все более и более добрыми. Она пресмыкается в индустрии развлечений в течение трех лет, в то время как ее бывший жених был потискать его с сестрой.

Как она пережила эти три года?

Ли Мэйлин холодно взглянула на Нин Цин. Похоже, она действительно недооценила ее. Раньше она была очень глупа. Она расправляла крылья и защищала Нин ЯО, как свою сестру, когда та вела себя перед ней немного жалостливо.

Она не ожидала, что Нин Цин станет такой талантливой актрисой.

Ли Мэйлин бросил взгляд на помощника, прося его напомнить президенту Сюю, чтобы он продолжил церемонию предложения руки и сердца.

Сейчас самое главное-чтобы Нин Яо стала госпожой Сюй. Что касается Нин Цин, то у нее были свои собственные контрмеры против нее.

Ассистентка уже открыла рот, когда Нин Цин поспешила сказать: “я виновата, что упомянула эти печальные вещи в такой счастливый день. Мой скорошний шурин, ты должен надеть кольцо на Яояо.”

Для некоторых людей доброта человека - это просто глупая шутка в их глазах. Одного раза, когда ее обманули, было достаточно, чтобы она усвоила урок всей своей жизни. После этого она уже никогда не будет такой мягкосердечной!

Сюй Цзюньси посмотрел на Нин Цин и холодно спросил: "Что еще ты хочешь сказать? Почему бы тебе просто не сказать все это сразу, чтобы не прерывать мое предложение снова.”

Нин Цин притворилась, что не понимает иронии и враждебности в его словах. Она покорно и кротко кивнула с грустным лицом. - Ну да, у меня есть еще кое-что, что я хочу сказать. После того, как мой отец женился на тетушке ли три года назад, он выгнал меня и мою мать из дома. За эти три года, за исключением возвращения Яояо в Китай, когда тетя ли пригласила меня войти в ворота семьи Нин, чтобы отпраздновать возвращение Яои, они не позволили мне войти ни разу.

Слова Нин Цин были легкими и мягкими, но они прозвучали как громовые взрывы в ушах тех журналистов, когда они услышали это. Среди волн щелкающих камер и шумного шепота толпы, Нин Цин продолжала говорить, как будто она не слышала их.

“Поскольку сегодня я познакомилась с тетей ли, то хотела бы спросить, не является ли Яояо дочерью моего отца. Однако, похоже, ни мой будущий шурин, ни тетушка ли меня не приветствуют. В таком случае, я не буду задерживаться здесь назойливо. Я с вами попрощаюсь. Я желаю тебе счастья.

Нин Цин повернулся и пошел прочь после того, как она сказала это.

Когда Нин Цин вышла из вестибюля отеля, журналисты тут же бросились к ней и принялись лихорадочно расспрашивать.

- Мисс Нин, не могли бы вы объяснить, что вы только что сказали? Ты-дочь семьи Нин. Кто запрещает вам входить в ворота семьи Нин? Кроме того, Нин Яо-ваша биологическая сестра?”

Репортеры окружили Нин Цин, но она уже подготовилась заранее, так что репортеры были быстро заблокированы группой телохранителей у дверей отеля. Сяо Чжоу улыбнулась и помахала руками, глядя на репортеров, которые изо всех сил пытались протиснуться мимо телохранителей, когда она сказала: “Извините, Нин Цин не может ответить на все вопросы. Если вам нужны ответы, вы можете повернуться и спросить мадам ли.”

Поэтому толпа быстро повернулась и окружила ли Мэйлин.

- Мадам ли, вы были очень сдержанны последние несколько лет. Вы не только имеете хорошую репутацию в отрасли, но и часто принимаете участие в благотворительной деятельности. Но что касается того, что только что сказал Нин Цин, Как вы ответите?”

- Госпожа ли, вы не позволите Нин Цин войти в дом семьи Нин, но вы пригласили Нин Цин навестить вас, когда ваша дочь вернется из-за границы. Ты выставляешь напоказ свою гордость и успех перед теми, кто потерпел неудачу?”

- Мадам ли, ходили слухи, что вы были вовлечены в первоначальную пару Нин, но вы не ответили. Можете ли вы сказать нам сейчас, является Ли Нин Яо биологической сестрой Нин Цин или нет? Если так, то вы уже были третьей стороной 20 лет назад? Вы выгнали своего первого супруга и стали главной хозяйкой дома?”

…

Сяо Чжоу радостно рассмеялась, наблюдая, как ситуация взрывается внутри. - Нин Цин, ты слишком потрясающая, банкет с предложением руки и сердца Нин Яо превратился в фарс, и Ли Мэйлин будет так потрясена этим.”

Нин Цин улыбнулась. “Разве Нин Яо не чувствовал себя самодовольным, приглашая так много репортеров? Пусть она попробует свое собственное лекарство. Сяо Чжоу, мы не можем потерять бдительность. С Ли Мэйлингом не так просто иметь дело. Ли Мэйлин сейчас связана из-за банкета с предложением Нин ЯО, но я думаю, что она скоро даст отпор.”

“Отмеченный."Сяо Чжоу стерла улыбку с ее лица, когда она серьезно сказала:" я уже загрузила видео, на котором вы заявляете о своей невиновности в Weibo. Наша пиар-команда также опубликовала заявление адвоката. Все люди, которые раньше вас не понимали, теперь будут вас жалеть; нам остается только ждать отскока цепной реакции.”

Нин Цин кивнула. На самом деле, защита ее невиновности и разоблачение ли Мэйлин и ее дочери требовали мастерства; она всегда ждала такой возможности, как сегодня.

Почему она молчала все эти три года?

Во-первых, у нее не было кино-и телевизионных работ, а также ей не хватало фундамента и популярности в индустрии развлечений, поэтому никто не поверит тому, что она скажет. Во-вторых, ли Мэйлин была опытной актрисой, и идти против нее напрямую было бы подобно яйцу, пытающемуся раздавить камень. В-третьих, Нин Яо находилась в Соединенных Штатах уже три года, и у нее не было хорошей точки проникновения.

Она могла выбрать лишь молчание и терпение, когда была слаба, потому что знала: если она хочет отомстить, то должна сначала стать сильной, а затем ждать возможности дать отпор шаг за шагом.

Теперь же такая возможность представилась, и она ею воспользовалась. Она заставит Нин Яо пожалеть о возвращении домой.

"Сяо Чжоу, ты пойдешь и опубликуешь видео в Emperor Entertainment Tieba.”

- Тиба? Почему?”

- Хотя "император Энтертейнмент" был предприятием семьи Сюй, в компании есть три или четыре директора, которые не являются членами семьи Сюй. В последнее время они были недовольны Сюй Цзюньси. Теперь, когда Сюй Цзюньси играет с парой сестер и имеет неприличную частную жизнь, эти режиссеры наверняка будут держать это против него. Разве Сюй Цзюнси не хотела выйти замуж за Нин Яо? Хорошо, тогда я позволю ему заплатить цену женитьбы на Нин Яо! ”

Сяо Чжоу внимательно слушал и сказал: “Хорошо.”

“Кроме того, я дам вам адреса нескольких торговых центров и салонов красоты, где обычно любит делать покупки мать Сюй Цзюньси. Вы тратите немного денег и транслируете это видео на своих прокатных экранах. Я хочу, чтобы Нин Яо знал, что войти в семью Сюй трудно, и если мама Сюй достаточно поддерживает, Нин Яо всегда будет оставаться невестой!”

Нин Цин никогда не забудет горькое лицо мамочки Сюй, когда та лишилась благодати. Мама Сюй всегда хотела найти светскую львицу или кого-то сравнимого по статусу.

Она знала, что ли Мэйлин потратила много времени и усилий на маму Сюй за последние три года, поэтому она должна преподать ли Мэйлин урок того, как быстро мама Сюй могла выпасть и повернуться к ней спиной.

- Нин Цин, ты просто гений. Делая так много движений с видео, я бы никогда не подумал об этом."Сяо Чжоу был полон восхищения.

Нин Цин горько усмехнулся и пошутил: "Если бы ты упал на дно жизни в возрасте 18 лет, как я, ты бы тоже вырос за одну ночь. Однако я думаю, что все люди, которые уже выросли, хотят, чтобы они никогда не росли в своих сердцах.”

Сердце Сяо Чжоу болело за Нин Цин, когда она смотрела на ее красивый, но меланхоличный силуэт лица. Она знала Нин Цин уже три года. Она познакомила Нин Цин со своей первой незначительной ролью. Она лучше, чем кто-либо другой, знала, какой трудной была жизнь для Нин Цин в течение этих трех лет.

- Нин Цин, не грусти. По крайней мере, теперь нам это удалось.”

- Да, благодаря директору Вану, который дал мне шанс изменить свою судьбу.- Директор Ван был важным благотворителем в ее жизни, и Нин Цин всегда будет помнить его.

“Да.- Сяо Чжоу кивнул. - Нин Цин, давай сейчас же присоединимся к актерскому составу. Директор Ванг привел всех к Чаше в частном клубе.”

- Согласился Нин Цин. Прежде чем уйти, она опустила глаза и достала из сумки сотовый телефон.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 74:Президент Лу Находится Здесь

- Согласился Нин Цин. Прежде чем уйти, она опустила глаза и достала из сумки телефон.

Она нашла знакомый номер телефона. С самого утра она несколько раз звонила Лу Шаомину, но его телефон был мертв. Она не знала, что это значит. Неужели он решил не беспокоиться о ней?

Нин Цин надула щеки от горя. Она ненавидела быть покинутой людьми, которых любила больше всего, и ненавидела молчаливое обращение.

Когда же съемки должны были закончиться? Она действительно хотела вернуться.

Вернись, чтобы увидеть ее маму, увидеть его.

…

Нин Цин и Сяо Чжоу пришли в роскошный частный клуб. Съемочные группы Street Walker играли в боулинг, и Нин Цин присоединилась к ним на несколько раундов, прежде чем режиссер Ван привел ее играть в карты.

В изысканно роскошной отдельной комнате находились большие шишки в развлекательном кругу. Около дюжины хорошо одетых людей в костюмах сидели там, скрестив ноги и покуривая. Нин Цин была с ними знакома. Это были одни из самых могущественных и влиятельных людей в городе Т, люди, о которых она всегда слышала или видела в новостях.

Они обсуждали дела, поглядывая на вошедшую Нин Цин.

Директор Ван представил Нин Цин нескольким другим известным режиссерам, и они улыбнулись и поприветствовали ее в ответ, хотя и не особенно страстно.

Нин Цин была самосознательна. Неважно, была ли это семья Нин или ее собственная слава, она не была на их радаре. Отдельная комната была настоящим местом для славы и наживы. Это был ее первый раз.

- Нин Цин, я привел тебя сюда только для того, чтобы показать себя. Мне нужно кое о чем с ними поговорить, а ты иди и поиграй в карты с женами. Это полезно для вас, чтобы знать их", - сказал ей директор Ван.

- Хорошо, - кивнула Нин Цин. Если бы это был не директор Вонг, Она, возможно, даже не смогла бы войти в дверь.

Там стояли три стола, за которыми люди играли в карты. Там была дружелюбная леди, которая смотрела рекламный ролик уличного бродяги, который был поклонником Нин Цин. - Мисс Нин, подойдите и поиграйте с нами.”

Нин Цин подняла голову. Кроме дамы, за столом сидели еще двое мужчин, они были известными продюсерами в киносценарии.

Почтение не может заменить послушания. Нин Цин подошел и сел.

Они играли в НГАУ. Там был один дилер и три игрока. Игроки сравнивают размер своих быков с дилером. Нин Цин была не слишком хороша в этой игре.

Но если она просто села, как она могла просто встать и уйти? Кроме того, Сяо Чжоу получил телефонный звонок директора Вана и отправил стопку наличных денег. Это позволит ей играть непринужденно.

У Нин Цин не было другого выбора, кроме как продолжать играть в эту игру.

Как только она получила свою карточку, она услышала, как кто-то позвал “CEO Xu”. Враги часто пересекают путь друг друга. Пришел Сюй Цзюньси.

Нин Цин это не показалось странным. Это было место, где собиралась элита города т. Учитывая положение семьи Сюй, Сюй Цзюньси определенно имеет здесь надлежащее место.

Она посмотрела в сторону, когда Сюй Цзюньси тоже посмотрел на нее. Он тут же нахмурился и сверкнул глазами. Казалось, он был удивлен ее присутствием, но также почувствовал презрение.

Нин Цин была в восторге. Она наблюдала, как ее лицо стало серьезным, как будто он был в невыгодном положении. А где же Нин Яо? Они помолвлены. Нин Яо, должно быть, мечтал прийти в такое место, где собираются эти могущественные и влиятельные люди.

Она передвинула только две шахматные фигуры, но ни одно движение не разочаровало ее.

Сюй Цзюньси сидел на диване и обсуждал дела с этими людьми. Нин Цин продолжала играть в карты. Ее прекрасное настроение мгновенно испортилось. Она проигрывала на каждом Пари.

- Ха-Ха, Мисс Нин. Это ваш первый раз, когда вы играете в Ngau? Не беспокойся. Относитесь к потере денег как к приобретению опыта, - утешил ее продюсер, сидевший рядом.

Нин Цин подумала про себя: "хех, это не твои деньги пропали. Конечно же, ты не расстроен.

Нин Цин почувствовала, как что-то коснулось ее ноги под столом. Сначала она ничего не заметила, но потом продюсер постоянно толкал ее ногой, что было довольно жутко.

Нин Цин сохраняла улыбку и двигалась в тишине. Продюсер извинился: "Мисс Нин, позвольте мне помочь вам увидеть ваши карты. Затем он открыто коснулся ее руки.

Нин Цин увернулась и притворилась: "как я могу показать тебе свои карты? - Садись!”

Продюсер не успел воспользоваться мелким преимуществом, поэтому он убрал свою руку назад.

Нин Цин спокойно разыгрывала свои карты. Ее глаза встретились с глазами Сюй Цзюньси, когда она играла. Место, где он сидел на диване, было совершенно противоположно ей, и он, очевидно, видел сцену, где ее преследовали. Ухмылка на его лице отдавала злорадством.

Нин Цин закатила глаза и встала. - Извините, мне нужно в туалет.”

…

Она умыла лицо холодной водой, прежде чем выйти.

Когда она вернулась в коридор, продюсер направился к ней.

Продюсер преградил ей путь и не отпускал.

Там никого не было, так что Нин Цин не нужно было притворяться. Ее брови слегка нахмурились, и она спросила:”

Продюсер смерил взглядом песочные часы Нин Цин, затем потер руки и сказал: "Нин Цин, уличный бродяга, в котором вы снимались, уже достиг славы. Имея это в виду, выбор хорошей последующей роли чрезвычайно важен. У меня есть отличный фильм на руках, я могу позволить вам быть главной женщиной.”

Нин Цин улыбнулась: "это же пирог в небе. Что тебе надо?”

Продюсер увидел, что Нин Цин была настолько прямолинейна, что он сделал шаг вперед и посмотрел на красивое лицо Нин Цин, когда он сказал: “Разве вы не можете сказать, чего я хочу? Я хочу тебя. ТСК-ТСК. Хотя ваша помолвка с генеральным директором Сюем была отменена, он, должно быть, очень весело провел время с вами. Женщины, которых обучает генеральный директор Сюй, должны быть великолепны. Пока ты готов служить мне в постели, я могу удовлетворить тебя любым другим способом.”

На ее лице промелькнула тень безразличия. Она усмехнулась и сказала: “Тебе почти пятьдесят. Половина твоего тела уже в земле, а ты все еще думаешь, как зверь. А ты не боишься, что рано умрешь? Я предлагаю вам пописать в лужу мочи и найти себя в отражении. Вы хотите, чтобы я служил вам? Вы действительно думаете, что вы подходите?”

- Это ты!- Презрительный взгляд и пренебрежительное замечание Нин Цин смутили продюсера. Его лицо помрачнело, когда он закричал: “Ты не знаешь зла и добра!”

Продюсер ушел, надутый от гнева.

Нин Цин не обращала на него внимания. Ее душевное состояние было достаточно сильным.

…

Она пошла вперед, но внезапно остановилась, когда достигла угла, так как кто-то стоял, прислонившись к стене: Сюй Цзюньси.

Нин Цин подняла брови и сверкнула улыбкой. - А что, разве генеральный директор Сюй недостаточно подглядывал за мной в отдельной комнате? А теперь ты подслушиваешь снаружи?”

Сюй Цзюньси выпрямилась и посмотрела на фирменную фальшивую улыбку Нин Цин. Улыбка была такой же, как и раньше, когда она имела дело с продюсером.

Он был расстроен, и его плотно сжатые губы внезапно презрительно ухмыльнулись: "даже если ты испортишь мое предложение, что с того? Вы улыбались за карточным столом, но вы имеете дело с сексуальным домогательством под столом. Вы должны называть меня CEO Xu, когда увидите меня. Ты думал, что победил, но ты всегда будешь чуть ниже меня.”

Нин Цин думала, что этот парень был немного тронутым в голове и нуждался в лечении. “Поскольку генеральный директор Сюй считает, что я на один ранг ниже, почему вы опускаете свое престижное " я " до моего уровня, чтобы преградить мне путь? Тот, кто его пьет, лучше знает, горячая это вода или холодная. У меня нет такой хорошей жизни, как у вас, но пока у меня есть чистая совесть, пока я счастлива, этого будет достаточно.”

Сюй Цзюньси холодно улыбнулась: "счастлива? - Ты счастлива? На самом деле, ты всего лишь актриса в глазах мужчин, играющая игрушка, которую можно обменять в любое время.”

Актриса? Играть в игрушки?

Выбор Сюй Цзюньси слов жестоко унизил ее, но Нин Цин больше не могла чувствовать боль. Она даже не была в трансе. Она бы не заподозрила, что этот человек перед ней-тот самый Сюй Цзюньси, с которым она росла восемнадцать лет. Она чувствовала себя безнадежно, к этому чувству она привыкла.

Ее глаза были кристально чистыми и холодными. - А? Актриса? Генеральный директор Сюй уверен, что вы не делаете выговор своей теще и невесте?”

- Яояо совсем другая, у нее есть я.”

- Ну и что? Генеральный директор Сюй стоит здесь, чтобы сказать мне, что я должен найти сильного и влиятельного человека, на которого можно положиться? Хорошо, спасибо за совет генерального директора Сюй. Я принял это к сведению. Если больше ничего нет, я уйду.”

Нин Цин ушел.

- Нин Цин, не отказывайся от тоста только ради того, чтобы тебя заставили выпить неустойку. Давай посмотрим, - прорычал мужчина позади нее.

…

Нин Цин вернулась в отдельную комнату, и она сразу же получила “штраф”Сюй Цзюньси.

Сюй Цзюньси как-то сошел с ума и пришел играть в карты за ее столом. Он сел напротив нее. Каждый раз, когда наступала ее очередь быть дилером, он увеличивал свои ставки на несколько фолдов или играл дополнительные руки. И каждый раз он выигрывал.

Не прошло и получаса, как Нин Цин потеряла половину своей наличности. Глядя на оставшиеся меньше чем десять пачек банкнот, Нин Цин выглядела озлобленной.

Отвратительный продюсер поднял еще больше шума “ " Мисс Нин, почему? У тебя что, совсем нет денег? А как насчет этого? Если вы снова проиграете, нам не нужны ваши деньги. Ты снимаешь свою одежду. Каждая часть одежды компенсировала бы пять пачек банкнот. Хаха.”

Нин Цин вздохнула и сказала с фальшивой улыбкой на лице: “ты выглядишь так, как будто у тебя достаточно опыта. Я думаю, что вы часто посещаете караоке-зал и смотрите, как певцы снимают свою одежду. Пятьсот долларов за кусок одежды. ТСК-ТСК, это не такой уж высокий класс.”

Продюсер внезапно потерял дар речи.

Сюй Цзюньси внезапно поднял голову “ " Мисс Нин, вы уже решили, хотите ли продолжить игру?”

Нин Цин должна была подумать об этом. Поскольку Сюй Цзюньси и продюсер намеренно усложнили ей задачу, она потеряла от пятидесяти до шестидесяти тысяч долларов. Она могла бы сказать, что эти двое пытались напасть на нее с деньгами. Однако она откровенно покачала головой и выплюнула: “я признаю свое поражение.”

У нее не было денег. Даже если бы у нее были деньги, она не сделала бы ничего глупого. Давай же, смейся. Это была просто карточная игра.

Она знала, когда нужно держаться в тени, а когда высоко держать голову.

Как и ожидалось, продюсер не упустил возможности, а вместо этого сделал саркастическое замечание. - А разве Мисс Нин не много зарабатывала у уличных бродяг? Почему ты чувствуешь боль в сердце после потери десяти тысяч? Может быть, Мисс Нин была только славной снаружи, но на самом деле, на самом деле находится в ужасной ситуации?”

Продюсер заговорил достаточно громко, чтобы его услышали соседние богатые жены, затем странным взглядом смерил Нин Цин с ног до головы. Несколько боссов заметили это и с презрением посмотрели на Нин Цин.

Было бы ложью, если бы Нин Цин сказала, что она не чувствует награды. Это было довольно неловко, так как она впервые приехала в такое место. Затем она стала объектом всеобщего насмешек.

Тем не менее, она элегантно встала и сохранила свою красивую улыбку: “оценивая качества людей с помощью денег, не слишком ли это поверхностно? Кроме того, в этой частной комнате так много богатых людей. Честно говоря, я единственный, кто беден. Эти двое мужчин здесь, пытаясь сравнить с девушкой... разве это не легкая победа?”

Нин Цин действительно добился успеха в этом возвращении. Она льстила всем боссам, одновременно унижая Сюй Цзюньси и продюсера. Она успешно разрешила свою непростую ситуацию.

Эти богатые жены видели ее элегантность, она не была ни высокомерной, ни скромной. Поэтому они одобрительно закивали головами. Хотя она была беднее, ее способность сохранять спокойствие в час опасности соответствовала тому, что можно было ожидать от светской львицы № 1 в городе Т.

Боссы сдержали свое презрение и не могли удержаться, чтобы не бросить несколько взглядов на Нин Цин. Этой девушке был всего двадцать один год.

Нин Цин попрощалась с богатыми женами, с которыми была знакома, и повернулась, чтобы взять свою сумку с дивана.

Однако дверь в отдельную комнату была распахнута, и оттуда дул легкий ветерок.

Нин Цин обернулась и посмотрела. Дверь открыл менеджер клуба, которого она однажды видела, и там же стояли два телохранителя.

Там было от трех до пяти мужчин, каждый в белой рубашке и черном костюме, который был официальным нарядом. Их было немного, но их торжественность выдавала внушительную элитную ауру.

Нин Цин не могла не вздохнуть. Так кого же действительно можно назвать могущественным и влиятельным? Конечно же, не просто кто-то, кто лежал на диване в непринужденной позе и скрестив ноги. Люди у дверей тогда были действительно могущественными и влиятельными людьми!

Нин Цин также заметила, что она была единственной, кто встал в отдельной комнате, но затем десятки боссов тоже встали. Насколько великим человеком он может быть для каждого босса, контролирующего город Т, чтобы встать, чтобы приветствовать его?

Нин Цин было любопытно.

Оттуда вышел президент клуба. Он слегка поклонился, протянул правую руку и сделал жест “пожалуйста”. Затем в поле зрения появился хорошо сшитый черный костюм, пара кожаных туфель ручной работы ступила на мерцающий мраморный пол. Пара длинных ног сделала каждый шаг и выпустила агрессивную ауру.

Зрачки Нин Цин сузились. Она не могла поверить, что это был мужчина, которого она не беспокоила целый день.

И он-большая шишка?!

Она не видела его уже полмесяца, и он стал еще красивее. Его похожие на лезвия брови, скульптурная линия подбородка, острый нос и тонкие губы были чрезвычайно сексуальны.

Лу Шаомин снял свой внешний слой и передал его своему секретарю Чжу Жуйю. Поверх светло-голубой рубашки на нем был серый жилет. Это был первый раз, когда Нин Цин увидела его в жилете. Его тело уже было мускулистым, и вместе с жилетом, его V-образный пресс был идеально очерчен. На его жилете есть брошь, это был простой платиновый дизайн.

Сердце Нин Цин внезапно забилось быстрее. Мужчина, сиявший под ретро-лампой в коридоре, был элегантен, и каждое его движение было наполнено мужественным обаянием зрелого мужчины.

- Генеральный директор Лу... - Нин Цин не знал, кто приветствует Лу Шаомина. Эти боссы подошли к двери, и она подсознательно отступила.

Она не хотела, чтобы он ее видел. Она была в затруднительном положении здесь, в то время как он был высоко на вершине пирамиды. Она чувствовала себя ... неполноценной.

Она никогда не чувствовала себя неполноценной, даже когда все смотрели на нее с презрением раньше. Но с тех пор, как она встретила его, ей было знакомо это чувство неполноценности.

Точно так же, как Нин Цин был глубоко задуман, Сюй Цзюньси больше не мог оставаться спокойным.

Он увидел Чжу жуя, человека, который однажды появился в больнице, где находилась мать Нин Цин!

Он искоса взглянул на Нин Цин, и она уже отступила в укромное место. Она опустила глаза, и на ее нежном лице появились розовые щеки, а руки застенчиво терлись друг о друга.

Сюй Цзюньси всегда подозревал, что у него плохо со зрением. Лицо, которое было хорошо сказано ранее, показало такое невинное выражение.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 75:Отыграть Вдвое Больше Суммы Президент Сюй Выиграл

С кем она была связана?

Чжу жуй, или молодой господин Лу?!

Глава клуба кратко представил Лу Шаомину нескольких высокопоставленных старейшин. Молодые люди вроде Сюй Цзюньси вообще не упоминались.

"Президент Лу, давайте войдем и поговорим.- Несколько официантов быстро разобрали комнату. Нин Цин обнаружила, что не только столовые приборы, такие как чайные чашки, изменились, но и диванные подушки были также изменены на элегантные цветочные печатные.

Высокопоставленные старейшины стояли по обе стороны от него, а Лу Шаомин в сопровождении президента клуба вошел с элегантностью и достоинством. Нин Цин украдкой взглянула на него, но мужчина не ответил на ее взгляд.

Нин Цин была немного смущена. Она знала, что у него есть сила, но не ожидала, что он так важен. Вспомнив наводящее на размышления сообщение, которое она послала вчера вечером, она почувствовала, что вела себя до крайности по-детски. С другой стороны, она чувствовала, что совершила богохульство в его глазах.

Она чувствовала себя слишком неловко, чтобы встречаться с другими людьми.

Что он о ней думает?

Лу Шаомин сидел в центре дивана, который оказался самым важным местом в комнате. Другие высокопоставленные старейшины бизнеса сели один за другим. Вместо того чтобы скрестить ноги, они сели прямо и чопорно.

Высокопоставленный старейшина передал сигару Лу Шаомину. Лу Шаомин взял его, и президент клуба лично зажег свою сигару голубой зажигалкой. Лу Шаомин слегка наклонился вперед, чтобы осветить его. Он слегка прищурил свои узкие черные глаза и затянулся. Затем он медленно выпустил дым из своих тонких губ и нахмурил острые брови. Он небрежно взглянул на Нин Цин своим глубоким пристальным взглядом.

Нин Цин не ожидала, что он посмотрит на нее. Когда он курил, то поднимал свой твердый подбородок, гладкий, как струящаяся вода. Легкая снисходительность подчеркивала его серьезное, холодное поведение.

Довольно высокомерно.

Маленькое личико Нин Цин пылало от жара. Она знала, что он все еще держал на нее обиду. Более того, она терпеть не могла его внешность. Угнетающее поведение этого человека было диким и очаровательным.

Нин Цин искоса взглянула на него и боковым зрением увидела, что он элегантно перекинул правую ногу через левую. Он отвечал тихим голосом и иногда смеялся, когда рядом с ним разговаривали высокопоставленные старейшины. Хотя низкие рокочущие звуки, исходящие из его груди, были так далеко, они уже сделали ноги Нин Цин слабыми.

Нин Цин хотела уйти. Она вспомнила о своей сумке и посмотрела на нее. О нет! Ее сумка стояла на круглом столике рядом с официантом, который случайно оказался позади дивана Лу Шаомина.

То есть, если она хочет получить свою сумку, она должна пойти к нему.

Нин Цин покачала головой. У нее не хватило смелости подойти к нему, и она не хотела выставлять себя дурой. Забудь об этом, в сумке не было ничего важного. Она вернется и заберет его после того, как они уедут. Помня об этом, Нин Цин развернулась и ушла.

Но после того, как он сделал несколько шагов, зазвучал мелодичный рингтон. В это время в комнате было тихо, если не считать приглушенного разговора, поэтому звонок прозвучал очень резко.

Шаги Нин Цин замедлились. Она в смятении закрыла глаза. Почему? Почему это должен быть ее мобильный телефон?

Кто осмелился позвонить ей в такое время?!

Разговор прекратился, и в воздухе раздался низкий, глубокий и манящий голос. С оттенком веселья в голосе он спросил: "Чей сотовый звонит, почему никто не отвечает на него?”

Это был голос Лу Шаомина.

Поскольку он уже говорил, высокопоставленные старейшины начали осматривать комнату. Какому же неосведомленному шуту принадлежал этот телефон?

Нин Цин была почти в слезах. Она просто не могла сейчас уйти. После того, как она сделала глубокий вдох, выровняла дыхание и ободрила себя. Она шагнула вперед со спокойной и извиняющейся улыбкой на губах. - Извини, у меня звонит телефон.”

“Тогда подойди и забери его.- Мягко сказал президент клуба.

Нин Цин уже горько плакала в своем сердце к этому времени. Под пристальными взглядами всех присутствующих она шаг за шагом подошла к мужчине, сидевшему на высоком стуле.

Когда она остановилась перед ним, мужчина открыл ей половину своего нежного и красивого лица. Он опустил глаза и указательным пальцем стряхнул пепел с сигары в пепельницу.

"...Президент Лу, моя сумка позади вас. Не могли бы вы передать его мне?- Тихо спросила Нин Цин с улыбкой на лице.

Лу Шаомин поднял голову. Он уставился на нее своими яркими глазами, похожими на обсидиановые камни. Морщинки в уголках его глаз затрепетали. Он улыбнулся и произнес три слова: “возьми сам.”

Маленькое личико Нин Цин покраснело. Он отказал ей на глазах у стольких людей и поставил ее в неловкое положение.

Какая досада!

Глаза высокопоставленных старейшин вспыхнули, немного удивленные. Такие люди, как президент Лу, всегда были терпимы и благородны с женщинами, когда же он ставил женщину в трудное положение?

Если только он не был родственником этой женщины.…

Аномалия-это демон; старейшины смотрели на Нин Цин один за другим и внимательно изучали ее.

Он отказался помочь, и совершенно неуместная мелодия звонка все еще висела на петле. Нин Цин подсознательно заправила за ухо тоненькими белокурыми ручками прядь шелковистых волос, свисавшую со щеки. Она подошла к нему, старательно избегая его длинных и сильных ног, и встала на край дивана, потянувшись за сумкой на столе.

Но ее руки были недостаточно длинными!

Нин Цин хотела умереть прямо сейчас.

Она не могла больше оставаться в таком состоянии. Нин Цин на мгновение задумалась и энергично подошла к нему, ее жемчужно-белые волосы прикусили нежную нижнюю губу. Она осторожно и робко опустилась левым коленом на диван, сокращая расстояние между собой и сумкой. Она протянула правую руку и ухитрилась достать свою сумку.

Нин Цин была в приподнятом настроении. Она уже хотела уйти со своей сумкой, когда сильная рука схватила ее за изящную талию, и с сильным рывком она упала в сильные и крепкие объятия мужчины.

- А!- Потрясенно воскликнула Нин Цин.

“Быть осторожным.- Нин Цин слышала, что сказал этот человек.

Что?

Почему она должна быть осторожна? Она не случайно упала в его объятия. Он притащил ее сюда. Как он мог исказить правду?

- Лу Шаомин, это Мисс Нин Цин, популярная актриса в Китае. Госпожа Нин, вероятно, уже давно восхищается президентом Лу. И так как у нее была возможность встретиться с президентом Лу сегодня, она должно быть хотела иметь больше взаимодействия с вами, ха-ха…”

- Да, госпожа Нин прекрасна, как цветок. Глядя на них сейчас, они выглядят как совершенная пара, союз, заключенный на небесах. Они заставляют других завидовать.”

Вокруг раздавались хвалебные вздохи, и Нин Цин была удивлена тем, как высокопоставленные старейшины, которые просто игнорировали ее, как муху на стене, начали хвалить ее и говорить, что она была единственной в своем роде.

Кроме того, неужели все ослепли? Он был тем, кто притянул ее к себе. Она же не бросилась ему на шею!

- Мисс Нин, это правда?"Глядя на прекрасное лицо девушки в его руках, Лу Шаомин спросил с улыбкой.

У него было лицо, чтобы спросить ее?

Конечно, это была неправда!

Нин Цин быстро отрицала это в своем сердце, но она не сказала этого вслух, потому что если бы она отрицала это перед всеми здесь, он потерял бы лицо и достоинство.

Мужское лицо и достоинство были очень важны перед посторонними!

Пара красивых осенних глаз Нин Цин мигала и искрилась. Он держал во рту сигару. Сигара ярко горела в темноте, и пепел вот-вот должен был осыпаться.

“Это ... ты ... - Нин Цин указала на его губы и прошептала, - Ты хочешь стряхнуть пепел? Это будет очень жарко, когда он падает на вас.”

Лу Шаомин не шелохнулся. Среди завитков дыма молчаливый и благородный взгляд этого человека был несколько непредсказуем. - Он посмотрел на нее. Два водоворота в его черных глазах привлекли Нин Цин, которая была невинна, как лист белой бумаги, заставляя ее быстро падать.

Маленькое личико Нин Цин краснело все сильнее и сильнее. Она не понимала, что он имел в виду и чего хотел.

Она ему не лгала. Пепел действительно собирался упасть на него.

Нин Цин прикусила губу и медленно протянула свою маленькую ручку, когда пепел уже почти упал. Она вся дрожала. Ее взгляд был заполнен его тонкими, розовыми и блестящими губами. Ее маленькая ручка поднялась и смело вынула сигару из его губ.

Перед ней стояла пепельница. Она стряхнула с него пепел, подняла глаза и снова поднесла сигару к его губам.

Вокруг них раздался взрыв дразнящего смеха. Лу Шаомин отпустил его, и Нин Цин поднялась с его рук.

Нин Цин чувствовала, что она выбрала путь к гибели. Она сделала что-то настолько смелое и двусмысленное с ним на публике. Ее Палец только что коснулся его губ. Она была тонкой, мягкой и упругой, с прохладой вечернего воздуха.

Она чувствовала онемение во всем теле.

Нин Цин подняла ноги и пошла вперед. В этот момент она почувствовала на себе мрачный и холодный взгляд. Сюй Цзюньси смотрел на нее сложным взглядом. Этот темный и угрожающий взгляд заставил ее почувствовать, что он хочет сделать несколько кровавых дырок в ее теле.

Нин Цин вдруг вспомнила, что когда Лу Шаомин обнимал ее, Сюй Цзюньси сидел всего в нескольких метрах от них, и он, должно быть, видел интимное взаимодействие между ними.

Она могла понять, почему он так себя чувствует. Он был расстроен, потому что думал, что она встречается с кем-то выше себя. Сердце этого человека было искажено, так что он не мог видеть, как у нее все хорошо.

Нин Цин одарила его ослепительной улыбкой. Цель этой улыбки была в том, чтобы вывести его из себя!

…

Нин Цин хотела уйти со своей сумкой, но несколько богатых жен притащили ее обратно. Все дружно прокричали "Мисс Нин" и усадили ее за карточный стол.

Ей все еще нужно было играть в карты?

Нин Цин действительно не хотела играть. У нее действительно не было достаточно денег, чтобы играть с ними. Но самым поразительным в ней было ее состояние, когда речь заходила об игре в карты; она всегда выигрывала.

Нин Цин предположила, что это может быть из-за Лу Шаомина. Она держала деньги в кармане, не чувствуя никакой вины. Во-первых, у всех богатых жен были деньги, и для них не было бы ничего страшного, если бы она выиграла часть их денег. Во-вторых, она была женой Лу Шаомина, и это было ее право наслаждаться славой своего мужа, чтобы выиграть все эти деньги.

Глядя на кучу выигранных счетов, Нин Цин была в восторге. Ее маленькие глазки то и дело поглядывали на толстую стопку бумаг. В конце концов она не выдержала и начала считать деньги, когда они отдыхали.

Она хотела посмотреть, удалось ли ей вернуть свой капитал. Она немедленно отступит, Как только восстановит свои потери. Она поклялась никогда больше не играть в азартные игры.

- Господин Лу ... - одна из богатых дам внезапно открыла рот и вскрикнула.

В середине подсчета выигрышей руки Нин Цин напряглись. Она была так взволнована, когда только что насчитала “580” и “590”, что даже не заметила, что рядом с ней кто-то стоит.

Она чувствовала присутствие этого человека очень близко от себя. Может быть, его деловой жилет случайно задел ее красное платье. Она ясно ощущала гладкую и холодную текстуру его делового жилета на своей красивой спине, и она заметила здоровый и очаровательный мужской запах.

Нин Цин выпрямилась и замерла.

Что он здесь делает вместо того, чтобы говорить о делах с другими?

Все высокопоставленные старейшины встали и последовали за ним. Все три богатые дамы уже встали из-за стола, и она сидела одна, держа в маленьких руках пачку бесчисленных счетов. Это было бы очень забавное зрелище.

Лу Шаомин, засунув руки в карманы брюк, посмотрел вниз на маленькую девочку, которая не смела поднять на него глаза, и сказал: “Почему ты перестала считать? Продолжать.”

Продолжайте?

Нин Цин не знала, что он на самом деле имел в виду, но все смотрели на нее, и у нее не было выбора, кроме как продолжать считать. Поэтому все влиятельные люди, контролировавшие город Т, смотрели на нее с усмешкой, пока она подсчитывала свой выигрыш.

Метод подсчета денег у девушки был довольно неуклюжим. Должно быть, она в первый раз делает что-то подобное. Образ совершенно новых купюр, перелистываемых ее маленькими белокурыми и гладкими ручками, был очень приятен.

Ее маленькое личико было раскрасневшимся и покрытым мягким слоем пуха, который испускал мягкое и блестящее свечение под светом.

Ее маленькая рука замерла, и перед ней оказалось семь полных стопок денег.

“Ты что, пришел в черном?- Возможно, он почувствовал, что она долго молчала после того, как закончила считать, поэтому спросил хриплым голосом.

Нин Цин медленно подняла глаза и посмотрела на него. Ее длинные ресницы трепетали, как крылья бабочки. - Ха-ха.- Она издала два резких смешка. Ее красивые лукавые губы изогнулись в очаровательной улыбке. “Это немного коротковато.”

” Ну... " - Лу Шаомин поднял брови и сказал: “Может ты хочешь пойти еще на один раунд?”

Его голос был чрезвычайно мягким, и когда он посмотрел на нее сверху вниз, то не смог скрыть своей любви и снисходительности к ней. Даже если он не двигался, Нин Цин чувствовала, что он медленно касается ее головы большой теплой рукой.

Нин Цин на мгновение забыла ответить.

Лу Шаомин поднял голову и пристально посмотрел на толпу, а затем перевел взгляд на Сюй Цзюньси. - Президент Сюй, вы не хотите сыграть со мной в карты?”

Сюй Цзюньси улыбнулась. Он не мог прочитать глубокий и острый взгляд, который был похож на орла во взгляде Лу Шаомина, но он определенно выбрал его из-за Нин Цин. Если это так, то лучше принять почтительно, чем вежливо отказаться.

Один из высокопоставленных старейшин снова послал свою жену играть, так что за карточным столом сидели двое мужчин и две женщины, а рядом с Нин Цин-Лу Шаомин.

Быстро вошел официант и убрал карточный столик. Карточная ткань была заменена, и профессиональный дилер сдал карты. Одна рука протянулась и забрала у Нин Цин семь стопок банкнот. Нин Цин была удивлена и поняла, что это был Чжу жуй, когда она посмотрела в сторону.

- Мисс Нин, не волнуйтесь, я сохраню их для вас.- Чжу жуй положила деньги на тарелку официанта позади нее и принесла тазик. - Мисс Нин, на этих деньгах очень много бактерий. Сначала вымойте руки.”

“Мне обязательно мыть руки? Но мне все равно придется играть позже.” Если бы она продолжала играть, это означало бы, что ей снова придется касаться денег.

Как раз когда Нин Цин сидела там в замешательстве, перед ней поставили парчовую шкатулку. Когда человек в черном открыл парчовую шкатулку, Нин Цин была почти ослеплена золотыми листьями, которые заполнили шкатулку.

Нин Цин, уставившись на него и не зная, что сказать, невольно вздохнула, что эти богатые люди действительно умеют играть. Она была ошеломлена тем, как они играли в эту игру.

Вымыв руки, Нин Цин села прямо, а тасовщик принялся тасовать карты. Лу Шаомин внезапно открыл рот и сказал: “продюсер ни, нам скучно просто играть в карты в одиночку. Как насчет того, чтобы станцевать для нас стриптиз?”

Продюсер ни понял, что что-то не так, и хотел выскользнуть за дверь, пока все были заняты наблюдением за картами. Однако слова Лу Шаомина остановили его на полпути.

Нин Цин внезапно подняла глаза и посмотрела на Лу Шаомина. Если она еще не поняла, о чем он думает, то теперь знала наверняка. Она была на 100% уверена, что этот человек пришел поддержать ее сегодня вечером.

Этот человек!

Может ли она быть более растроганной?

Когда продюсер вернулся, он не посмел выказать никакого нежелания. Он льстиво улыбнулся и сказал: “Конечно, пока мастер Лу счастлив, не имеет значения, какой танец я исполняю.”

Лу Шаомин даже не взглянул на продюсера. Он посмотрел в сторону, его глубокие и яркие черные глаза смотрели на девушку с умилением на ее лице. Он тихо засмеялся “ " отыграй назад вдвое больше, чем только что выиграл президент Сюй, хорошо?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 76:Ждите Звонков И Определите, Насколько Сильно Вы Меня Любите

Лу Шаомин даже не удосужился взглянуть на продюсера ни. Он посмотрел в сторону, остановил свои яркие черные глаза на "тронутом" лице девушки, и мягко сказал с улыбкой: “сколько генеральный директор Сюй выиграл у вас раньше? Удвойте мне выигрыш, а?”

Нин Цин посмотрела на его красивое лицо и уверенно кивнула. - МММ!”

Сюй Цзюньси наблюдала за их милым общением и видела, как вежливо Чжу жуй вел себя с Нин Цин. Он был уверен, что у Нин Цин и Лу Шаомина были глубокие отношения.

Хе, неудивительно, что она отвергла его и с такой готовностью подтолкнула к Нин Яо. Оказалось, что она нашла себе богатого мужчину.

Она действительно хорошо устроилась!

“В порядке. Хотя у меня нет и десятой доли богатства молодого господина Шао, пока госпожа Нин владеет мастерством, я все еще могу позволить себе проиграть.”

…

Крупье начал сдавать карты. Нин Цин накопила некоторый опыт из предыдущих игр этой ночью. Она была умной женщиной, и ей удалось выиграть немного денег у Сюй Цзюньси после нескольких раундов.

Нин Цин думала, что главной причиной ее успеха было то, что Лу Шаомин сидел рядом с ней. Его не было рядом с ней за квадратным столом, но их ноги соприкасались. Она отталкивала его, и он снова подходил ближе. В конце концов, он вытянул ноги прямо и завоевал ее пространство. Ее сердце бешено колотилось, и она решила просто положить свои ноги на его.

Краем глаза она заметила, как он поджал губы, а затем слегка приподнял ноги, так что ее ноги лениво повисли в воздухе.

Нин Цин придумала термин "рыцарь принцессы".

Он заставил ее почувствовать себя очень избалованной.

Эти двое мужчин делали большие ставки. Всякий раз, когда один из них был дилером, каждый из них увеличивал свою ставку. Карточная игра была похожа на пороховой бочонок у костра.

Лу Шаомин играл в карты так, что это отражало его характер. Его стратегия показала, что он был тверд и мудр. Каждый раз, когда он думал, что у него есть выигрышная рука, он увеличивал свою ставку в несколько раз и выигрывал по-крупному.

Он сказал, что она должна выиграть вдвое больше, чем проиграла до сих пор, но он уже отомстил за нее. Ей нужно было только быть рядом с ним, и она молча оставалась под его защитой.

Это было замечательное чувство.

Через полчаса Сюй Цзюньси опустошил половину своей коробки, в которой хранил наличные деньги. Он курил одну сигарету за другой и выглядел расстроенным.

Затем Чжу жуй прошел мимо Лу Шаомина и пробормотал: “президент, уже девять. Вы можете пропустить завтрашнюю встречу в Хуань я, если не отправитесь в аэропорт в ближайшее время.”

Нин Цин ясно слышала, что сказал Чжу жуй. Ее сердце сжалось. Он опять уезжает?

Лу Шаомин кивнул в знак согласия. Он посмотрел в сторону и увидел пристальный взгляд девушки; она выглядела очень оживленной и не хотела, чтобы он уходил. Она слегка надула щеки, пытаясь скрыть свою горечь. После того, как они расстались на полмесяца, этого времени им обоим было явно недостаточно.

Если бы только здесь не было посторонних, ему действительно хотелось ущипнуть ее за нежные щеки.

- Генеральный директор Сюй, почему бы вам не сыграть в последнюю игру? Посмотрим, у кого есть более высокие баллы. Мы оба делаем самую высокую ставку, и победитель забирает все", - предложил Лу Шаомин.

“Конечно."С плотно сдвинутыми бровями Сюй Цзюньси спросил:" Мне любопытно, какова самая высокая ставка, которую может предложить молодой господин Лу?”

“А как насчет компании "Гуан Цин"?”

В тот момент, когда он ответил, боссы ахнули, поскольку их лица изменились. Сюй Цзюньси был ошеломлен, и он нашел это невероятным.

Лу Шаомин ухмыльнулся и спокойно сказал: "Если я проиграю, я отдам тебе компанию Гуан Цин. Напротив, ставка генерального директора Xu должна быть ... Emperor Entertainment Group. Генеральный директор Сюй, ты смеешь?”

Развлекательная Группа "Император"?

Ученики Сюй Цзюньси сократились, это была собственность семьи Сюй.

Лу Шаомин лениво откинулся на спинку мягкого дивана и постучал пальцами по столу. - А что, генеральный директор Сюй уже принял решение?- Лу Шаомин кивнул крупье. “Давайте начнем.”

Крупье начал сдавать карты.

Боссы затаили дыхание каждый. Они никогда не думали, что простая карточная игра так быстро превратится в битву жизни и смерти бизнеса. Все украдкой посмотрели на Нин Цин. Все понимали, что эти двое мужчин дерутся из-за нее!

Компания Гуан Цин? Хе, Лу Шаомин сказал всем, что девушка стоит той цены, которую он заплатил в своем сердце.

Крупье сдал первую карту Лу Шаомину. Когда крупье сдавал карту Сюй Цзюньси, он махнул рукой и отказался: “Я ухожу.”

Повсюду раздавались слабые вздохи апатии.

Нин Цин поднял голову и увидел Сюй Цзюньси. Его красивые брови были туго сдвинуты,когда он в отчаянии курил. Он выглядел довольно декадентски.

Тогда Нин Цин могла понять его чувства. Как единственный сын семьи Сюй, его карьера шла гладко, и его уважали. В благородном кругу, азартной игре между ним и Лу Шаомином, никто не стал бы смеяться над ним, если бы он проиграл, но он не осмеливался играть.

Это было самое тихое и в то же время самое тяжелое унижение, которое когда-либо испытывал Лу Шаомин.

Сюй Цзюньси всегда был высокомерен. Это унижение было для него жизненно важным ударом.

“Может быть, у генерального директора Сюя кишка тонка, тогда давай забудем об этом. Послушайте, у меня есть еще кое-какие дела, и я сделаю первый шаг.”

Нин Цин еще не успела сдержать свой пристальный взгляд, и мужчина внезапно поднял ноги. Ее ноги потеряли равновесие, и пятки тяжело опустились на землю. Ей было очень больно.

Этот человек!

Нин Цин увидела Лу Шаомина, который уже встал. Он выглядел не очень хорошо.…

Может быть, он разозлился из-за того, что она посмотрела на Сюй Цзюньси раньше?

Боссы вежливо попрощались с Лу Шаомом, после чего Лу Шаомин уверенно вышел из отдельной комнаты. Нин Цин увидела, что Чжу жуй бросил на нее взгляд, прежде чем уйти, и ее сердце пропустило удар, прежде чем оно начало биться быстрее.

Она не знала, как попрощаться с богатыми женами. Лу Шаомин просто ушел, и она последовала за ним. МММ, все будут знать, куда она направлялась.

…

Нин Цин свернула в коридор и ускорила шаги, чтобы догнать Лу Шаомина, но внезапно остановилась. Потому что мужчина, за которым она охотилась, стоял сбоку, а рядом с ним была очень красивая женщина.

Нин Цин знала эту красивую женщину. Она была известной телеведущей.

Женщина была в черном облегающем мини-платье с V-образным вырезом. Ее соблазнительное декольте, тонкая талия и пара длинных ног... в отличие от любовного очарования ее тела, у нее был мягкий и тонкий голос, как у девушек из Цзяннани. Ее голос был намного приятнее, чем у Нин Яо.

Нин Цин эмоционально вздохнула. Она заслужила быть богиней, о которой мечтал весь отакус. Только ее тело и голос сами по себе могли вызвать порочный ум мужчины.

“Молодой господин Лу, я никогда не думал, что встречу вас здесь. Три года назад, во время церемонии открытия коммерческой выставки, я упал в толпу неподалеку отсюда. Вы сказали своему помощнику помочь мне, и я все еще не нашел возможности поблагодарить вас. Молодой господин Лу, вы можете дать мне свой номер? Я угощу вас едой, когда вы будете свободны.”

Хотя Нин Цин издалека видела только боковой профиль красивой телеведущей, она могла видеть, что телеведущая смотрела на Лу Шаомина в восхищении. В воздухе витала романтика.

Затем Нин Цин увидела, что Лу Шаомин держал одну руку в кармане и смотрел прямо на нее своими холодными, глубокими глазами.

Он не ответил, но, казалось, ждал ее ответа.

Нин Цин уставилась на него. Может быть, он просто добросердечен? Какое отношение к нему имеет ее падение?

Какая еще причина, кроме того, что она была хорошенькой!

Нин Цин пошла вперед. - Шаоминг!- Она приподняла уголки губ, держа мужчину за руку. Она не смотрела на красивую телеведущую, но спросила Лу Шаомина: "кто это?”

Лу Шаомин посмотрел вниз на маленькую девочку. У нее была пара глаз, которые могли говорить.

В ее глазах было четкое различие между Черным и белым. Ее кристально чистые глаза не были наполнены мирскими делами и желаниями, как у вашего генерала. Ее глаза были спокойны, как осенняя рябь, когда она молчала.

Любой, кто мог бы видеть ее такой, был бы так же удачлив, как Лу Шаомин. Она подняла свои тонкие брови с очаровательным соблазнением. Она была похожа на котенка, сжимающего когтями его сердце.

Довольно заманчиво.

Она была одета в красное кружевное платье, простой, но уравновешенный дизайн. Ярко-красный цвет оттенял ее белоснежную кожу и белые зубы. Только он знал, как великолепно было ее тело под этой достойной и сдержанной одеждой. В течение тридцати лет он не смотрел ни на одну женщину, но когда он внимательно посмотрел на телеведущую перед ним, она была такой обычной женщиной.

“Я ее совсем не знаю.- Адамово яблоко Лу Шаомина перекатилось, когда он ответил.

Нин Цин вздохнула с облегчением, поскольку она видела много сценариев, когда, когда муж и жена спорят, любая из сторон использует третье лицо, чтобы спровоцировать свою вторую половину. Это было по-детски и вредно для отношений.

К счастью, он этого не сделал.

Когда между ними возникали трения, она была готова сделать первый шаг во время конфронтации, в то время как он был готов пройти остальные девяносто девять.

- Шаоминг, пошли.- Нин Цин взяла Лу Шаомина за руку и развернула его лицом к себе.

Лу Шаомин последовал за Нин Цин. - Ну да.- Он вдруг что-то вспомнил, а потом изящно повернулся и холодно посмотрел на телеведущего. - у меня нет помощника, а есть только секретарша. Я плачу своей секретарше каждый час. Таким образом, такие вещи, как протягивание руки помощи другой женщине, не стоят времени, и это никогда не происходило. В будущем, не используйте такой нелепый предлог, чтобы завязать разговор. Это было бы легко разоблачить.”

Красивое лицо телеведущей стало бледным, как простыня. Она была ошеломлена и ошеломлена.

Нин Цин была рядом со своим мужчиной. Ее глаза тайно светились. Ей вдруг захотелось сказать, что этот человек не знает, как проявить сострадание, поскольку женщина выглядела так, будто вот-вот заплачет.

Но она этого не сказала. Она тоже была эгоисткой. Поэтому, какая бы женщина ни бросила свой жадный взгляд на своего мужчину, она полюбит его прямоту и холодность по отношению к ним.

- Шаомин, у секретаря Чжу такая высокая зарплата? Почему вы заставили секретаря Чжу остаться в больнице, чтобы заботиться о моей маме в течение всей недели?”

Лу Шаомин посмотрел на вывеску мужского туалета и забрал свою руку обратно. Он толкнул дверь и вошел. “А ты кто такой? У меня, Лу Шаомина, только одна жена.”

Это было так, как если бы сердце Нин Цин было покрыто медом. Она быстро последовала за ним. Когда мужчина встал у раковины, чтобы вымыть руку, она подошла к нему и кокетливо спросила: Я только мельком взглянула на Сюй Цзюньси. У меня нет к нему никаких чувств. Мы так долго играли в карты. Я не верю, что вы не можете сказать, что я уже отношусь к нему как к незнакомцу.”

Лу Шаомин выключил кран. Такие люди, как он, с первого взгляда могли понять, что между ними происходит. По ее глазам было ясно, что Сюй Цзюньси осталась в прошлом.

Он выпрямился и протянул правую руку, чтобы взять ее за подбородок. - Он притянул ее ближе. “Вы понимаете, что произошло сегодня вечером? Вы все еще хотите быть в скандале с Сюй Цзюньси?”

Он напряг силы, и Нин Цин почувствовала боль. - Она оттолкнула его руку. Затем она надулась и спросила: "Что ты хочешь, чтобы я поняла?”

Лу Шаомин обхватил ее талию, затем повернулся и положил Нин Цин на раковину.

Он наклонился ближе, и воздух наполнился освежающим мужским ароматом и слабым запахом табака. Нин Цин сжалась, и он положил одну из своих рук на стену, чтобы загнать ее в угол.

"Поймите, что я несу более высокую медийную ценность, чем он. Если вы хотите быть вовлечены в скандал, дайте мне вместо этого ваш номер комнаты. Я составлю тебе компанию”, - Лу Шаомин облизнул пересохшие губы и спокойно произнес:

Нин Цин покраснела. Этот человек убивал ее. Он говорил это так серьезно и монотонно, но каждое слово, которое он произносил, было диктаторским с небольшим ... двусмысленным значением.

Как раз в тот момент, когда она не знала, что делать, ее мягкая талия снова была поднята. Ее задорная попка была выдвинута вперед, и он понес ее в свои объятия.

“Когда ты сгребала свою сумку в отдельной комнате, разве ты не заметила, что на тебе было платье? Когда ты вот так поднимаешь свою задницу, кому ты пытаешься себя подставить? - А?- Он посмотрел на нее сверху вниз и поцеловал в красные губы.

Нин Цин быстро схватилась за его жилет, но ее правая рука случайно коснулась платиновой броши. Когда она была с ним, ей особенно нравились холодные жесткие вещи, которые он носил, такие как его часы, запонки, пуговицы, ремень... мужчины подходят для этих вещей. Они придавали им очарование.

Нин Цин думала, что она такая неудачница. Она вся ослабела от одного поцелуя.

“... Я не пыталась никому показать ... я надела под него защитные штаны, я бы не стала выставлять себя напоказ... - она свернулась калачиком в его объятиях, пытаясь объяснить.

На тазике горел яркий свет. Девушка, которая была в его объятиях, покраснела. Ее румяные щеки, ее красивое лицо, ее нежный прямой звук и ее губы, как вишни.

Он крепко обнял ее и задумался, теплый, как нефрит.

- Неужели? Покажи мне.”

Нин Цин все еще не понимала значения его ответа, и она почувствовала легкий ветерок на своих коленях, пока ее ладонь пробегала вверх по платью.

- Лу Шаомин!- Нин Цин была смущена и рассержена. Ее кружевные трусики были обнажены.

Лу Шаомин смотрел, как она стягивает с себя платье. Она моргнула, и мне показалось, что в уголках ее глаз появился слабый румянец. Когда они оба задыхались, он обхватил ее лицо ладонями “ " за эти полмесяца ты скучала по мне?”

Как она могла ответить?

Кто задает такой прямой вопрос?

Нин Цин держала рот на замке, она отказалась отвечать.

- Нин Цин, я скучаю по тебе. Последние полмесяца, когда я не работал и не составлял компанию маме, я тосковал по тебе. Вот почему, когда я услышал, что ты дал Сюй Цзюньси свой номер комнаты, я очень разозлился. Я перенес встречу на более раннее время и улетел обратно. В отдельной комнате, кто эти случайные люди? Как они смеют тебя запугивать? Я чувствовала такую душевную боль, что мне было жаль их за это.”

- Нин Цин, мне скоро надо уезжать. Осталось совсем немного времени. Прими посвящение, дай мне почувствовать, что ты тоже скучал по мне, хотя я уже чувствовал это. Поскольку я не отвечал на твои звонки вчера вечером, ты звонила мне двадцать один раз. Я очень счастлива. Хех, у меня был мой детский момент, когда я ждал ваших звонков, чтобы определить, как сильно вы меня любите.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 77:Спасибо, Женушка

Мужчина тяжело дышал. Нин Цин протянула свою крошечную ручку и порывисто погладила его чистые бакенбарды. В ее глазах его плотно сдвинутые черные как смоль брови свидетельствовали о страдании и самоподавлении.

- МММ, подожди минутку... - когда его тонкие губы уже были готовы наброситься на нее, Нин Цин повернула голову набок и уклонилась от него. Она открыла сумочку, пока ее прекрасные руки шарили внутри.

“Что-то ищешь?- Нетерпеливо повторил он.

Все тело Нин Цин сотрясала дрожь. Агрессивные гормоны мужчины витали в воздухе, и ее лицо и уши покраснели, когда она почувствовала это. - Я...у меня помада на губах. Найдите листок бумаги, чтобы вытереть их начисто. МММ…”

Она держала свои красные губы плотно сжатыми.

Лу Шаомин открыл рот и на мгновение прикусил ее губы. - Пошутил он, полузакрыв глаза. “А сейчас они чистые?”

Длинные нефритовые ресницы Нин Цин отчаянно дрожали, и она больше не могла говорить ясно. - Помада нечиста, - пробормотала она, - ее нельзя есть.…”

Он был из тех, кто обеспечит комфорт своей женщине.

Лу Шаомин поискал тонкую, изящную талию девушки и дважды сжал ее своей большой рукой. Он закрыл глаза и нежно поцеловал девушку, чувствуя ее нежность и сладость. “Пока он на тебе, я бы хотел его съесть.”

Хотя Нин Цин сидела на туалетном столике, ей казалось, что она идет по облакам и вот-вот упадет. Ее тонкие руки обвились вокруг его шеи, когда она начала робко отвечать ему взаимностью.

Поцелуй. Поскольку она казалась невежественной и неопытной добычей, он был искусным охотником. Впервые он научил ее, что поцелуй-это такая долгая и красивая вещь.

Когда они поцеловались, Нин Цин почувствовала одышку и головокружение. Внезапно губы Лу Шаомина оторвались от ее губ. Нин Цин открыла глаза, когда мужчина "шикнул" на нее. Они слышали голоса двух мужчин, разговаривающих за дверью, и подходили все ближе.

Нин Цин вдруг поняла, что это мужской туалет!

Она чуть не подпрыгнула от неожиданности. Она слишком смущалась, чтобы продолжать жить, если кто-то увидит ее такой.

В следующую секунду все ее тело было в воздухе. Лу Шаомин отнес ее в маленькую гардеробную рядом со стойкой в ванной.

Раздевалка была слишком узкой. Вероятно, он был там для гостей, которые хотели переодеться в последнюю минуту. Они оба спрятались внутри; их тела были полностью прижаты друг к другу.

“А почему вы послали мне это наводящее на размышления сообщение Вчера вечером?- Он слегка опустил глаза, и теплый воздух из его красивого носа проник в ухо Нин Цин.

Нин Цин вздрогнула.

Нин Цин так нервничала, что не знала, куда девать руки. В конце концов она решила надеть их на его тонкую талию. Поскольку она боялась, что эти двое мужчин услышат ее, она прошептала: “потому что я знаю, что тебе это нравится. Но я не ожидал, что ты проигнорируешь меня и заставишь чувствовать себя неловко.”

- ...Цинцин, может быть, теперь мы наверстаем упущенное?- Лу Шаомин открыл рот и прикусил ее нежную маленькую мочку уха.

Нин Цин вот-вот поскользнется и упадет. К счастью, мужчина обнял ее сильной рукой и подтолкнул вперед своими длинными ногами, мягко прижав к двери.

У Нин Цин пересохло во рту, когда она медленно посмотрела на него.

Мужчина пристально посмотрел на нее. Его глубокие глаза больше не были ясными, но были затуманены желаниями, темными как ночь. Уголки его глаз были очень красными, как бокал ароматного и крепкого красного вина. Дьявольское обаяние и страсть пронзили их насквозь.

Нин Цин избегала его взгляда.

Перед ней стояло маленькое зеркало. Она увидела, как мужчина с наручными часами провел рукой по ее волосам. Несколько прядей волос, которые он ей выдрал, упали на ее нежные раскрасневшиеся щеки. Он не стал заставлять ее смотреть ему в лицо, а вместо этого начал целовать ее, начиная с маленького подбородка.

Их дыхание было неровным, а ладони покрылись испариной.

Нин Цин несколько раз сглотнула, закрыла глаза и снова открыла их. Ее маленькие ручки медленно поползли вверх по его шее, чувствуя, как бьются его вены.

- Шаоминг, я скучала по тебе последние две недели. Я действительно очень скучала по тебе!- Нин Цин поцеловала его тонкие губы.

…

Через полчаса из гардеробной вышла Нин Цин. С каждым шагом ей казалось, что она наступила на сахарную вату. Все казалось таким нереальным.

Она подошла к туалетному столику и увидела, что женщина в зеркале покраснела. Ее глаза были прекрасны и нежны, как красные розы, скрытые утренней росой.

Открыв кран, она вымыла руки.

Внезапно дверь в гримерку распахнулась. Лу Шаомин носил свой металлический пояс. Его черные брюки были немного помяты от того, что он прижимался к Нин Цин. Морщины демонстрировали совершенно другой вид случайной мужской сексуальности. Мятые брюки прекрасно смотрелись на его длинных ногах.

Лу Шаомин обнял Нин Цин сзади. Он держал ее маленькие руки в своих, когда мыл их для нее. Он нежно поцеловал ее волосы и сказал: "Спасибо, женушка.”

Нин Цин сжала свои красные губы вместе, искоса посмотрела на него и сказала нежным голосом: “это не должно повториться!”

- Хе, - не согласился Лу Шаомин. “Когда ты сможешь меня удовлетворить, я больше не буду этого повторять.”

Нин Цин лишилась дара речи. Она толкнула локтем его точеный живот и сладким голосом парировала: "Похоже, ты не благодарен, и все еще винишь меня?”

“А как ты догадался?- Низкий, глубокий голос Лу Шаомина был пронизан хрипотцой удовлетворения. - Он потерся своим красивым лицом о лицо Нин Цин. - ты слышал, как другие жены только что делали это, и как ты это сделал, а? До того, как мы поженились, мне даже не нужно было использовать свою руку в течение трех месяцев. Теперь, когда я замужем за тобой, я использую его усердно. Например, вчера вечером. Женушка, ты все еще непримирима?”

Прошлой ночью…

У него было такое лицо, чтобы сказать это!

Нин Цин надула свои красные губы и нарочито яростно проворчала: "если ты продолжишь говорить, то следующего раза не будет!”

Губы Лу Шаомина скривились, когда он рассмеялся. Он наклонился и снова поцеловал ее маленькое личико. Эта его маленькая жена была такой милой.

- Женушка, я уже ухожу. Мне может потребоваться четыре или пять дней, чтобы вернуться из этой поездки на конференцию Кавалье в Италии. Мать находится на попечении в больнице. Но не волнуйтесь, Чжу жуй все еще находится в стране. Вы можете обратиться к нему, если вам что-нибудь понадобится. Кроме того, я видел, что произошло между вами, ли Мэйлин и ее дочерью. Вы можете позвонить мне заранее, если у вас есть какие-либо идеи или вы хотите обдумать свои варианты. Я не буду вмешиваться в ваши дела, но у меня больше опыта и знаний, чем у вас, поэтому я могу дать вам хороший совет.”

“В порядке.- Нин Цин кивнула.

Его руки были очень теплыми. Ей казалось, что она греется на солнышке в его объятиях. Мужчина, который только что шептал ей ласковые слова, теперь успокаивал ее, как и ее ... отец.

Нин Цин не могла не съежиться при мысли о том, чтобы сравнить их!

Лу Шаомин отпустил ее и выпрямился. “Я уже ухожу.”

Ей вдруг стало холодно, когда он отстранился от нее и ушел.

Лу Шаомин сделал только один шаг вперед, когда почувствовал, как маленькая рука схватила его за жилет.

Лу Шаомин оглянулся назад, только чтобы заметить красивые осенние глаза Нин Цин, смотрящие на него жалобно и неохотно.

Мужчина рассмеялся, положил руку ей на затылок, притянул к себе и нежно погладил по волосам. - Ну и что же? Ты не можешь расстаться со мной?”

“Нет.- Нин Цин глубоко вдохнула его освежающий аромат и потерла свое маленькое личико под воротником его аккуратной рубашки.

Со вздохом удовлетворения Лу Шаомин сказал мягким голосом: "я могу быть занят, пока меня не будет. Штаб-квартира компании находится в Соединенных Штатах, но поскольку вы находитесь здесь, мы могли бы поселиться в T city на короткий период. У меня есть много дел, чтобы иметь дело с. Я проведу с тобой больше времени, когда все это будет улажено.”

- Ладно, я знаю. А ты иди и работай. Нин Цин кивнула и ослабила свою хватку на нем.

На самом деле она не склонна легко зависеть или полагаться на кого-то. С тех пор как она была ребенком, он был единственным человеком, от которого она зависела, кроме своей матери.

Ей не хотелось, чтобы он уходил.

“Глупая девчонка.- Лу Шаомин сделал шаг вперед, обхватил ее маленькое личико обеими руками и поцеловал.

Нин Цин нежно обняла его,и двое влюбленных оказались вплетенный.

После долгого, нежного поцелуя, Лу Шаомин мягко надавил на красные распухшие губы девушки своим грубым большим пальцем. Кожа в уголке ее губ была разорвана. Он нахмурился и сказал: “Я обещаю, что никогда больше не укушу тебя, как бы счастлив и возбужден я ни был.”

Нин Цин была шокирована, очевидно, не ожидая от него таких слов. Бесстыдно говорить такие вещи таким торжественным тоном!

- Уходите!- Печаль от расставания немного рассеялась. Нин Цин ударила его по плечу своим маленьким розовым кулачком.

“Я действительно сейчас уйду.- Лу Шаомин ущипнула себя за нежное лицо и отвернулась.

…

Когда красивая фигура исчезла, Нин Цин вышла из ванной.

В коридоре было не так уж много людей. Она прикрыла свои разбитые красные губы своей маленькой рукой и пошла искать Сяо Чжоу.

Но в конце коридора появилась Сюй Цзюньси.…

Нин Цин была раздражена тем, что ей пришлось увидеть здесь Сюй Цзюньси. Она редко была в настроении иметь с ним дело.

Сюй Цзюньси посмотрел на Нин Цин. Ее одежда была опрятной и аккуратной, но волосы были в беспорядке. Возможно, потому что она только что вспотела, несколько красивых прядей волос прилипли к ее светлой шее.

Нин Цин опустила руку, и он увидел ее раненые красные губы.

Мрачный холодный свет вырвался из его черных глаз. Его ладони, которые до этого висели вдоль тела, сжались в кулаки. Он уставился на нее, стиснув зубы, и спросил: “ты поцеловала Лу Шаомина?”

- Ну да!- Великодушно признала Нин Цин. Какое ему дело до того, что она поцеловала своего мужа?

- Отлично сработано, - грудь Сюй Цзюньси сильно дрогнула, и он заговорил гортанным голосом. “У меня нет никакого самоуважения. Как ты думаешь, Лу Шаомин действительно хочет тебя? Он просто играет с тобой. Он не женится на тебе. Ты никогда не будешь частью семьи Лу!”

Нин Цин очень хотелось сунуть ему в лицо свое свидетельство о браке и сказать, чтобы он открыл свои грязные глаза и внимательно посмотрел на него, но она решила не делать этого. Она холодно улыбнулась, а затем спросила: "как ты думаешь, Лу Шаомин похож на тебя? Мне очень жаль, но я могу очень ясно сказать вам, что Лю Шаомин - один из миллиона, и, к сожалению, поскольку я, Нин Цин, встретил этого замечательного человека, я никогда его не отпущу!”

После того, как она закончила говорить, Нин Цин ушла.

Сюй Цзюньси больше не мог подавить горечь в своем сердце. Почему он так расстроился? Ему казалось, что кто-то режет его сердце ножом.

- А!- Сюй Цзюньси издал низкий рев и ударил кулаком по стене.

По стене потекла кровь.

…

Нин Цин поспешно удалилась и случайно столкнулась с кем-то, поворачивая за угол.

- Прости! Ты ведь не ранен, правда?”

“Со мной все в порядке.”

Женщина поправила юбку и подняла голову.

Нин Цин была ошеломлена. Это был один из ее кумиров, Ся Сяофу!

Ся Сяофу был одет в элегантное белое платье. Ее каштановые волнистые волосы свисали до самой талии, несколько прядей рассыпались по изящным плечам.

У нее было очень стандартное овальное лицо. Нин Цин заметила, что она оглядывается по сторонам.

Нин Цин слышала, что у нее была двойная докторская степень по Китаеведению от лучшего университета в Китае. Как говорится “Тот, кто полон знания, всегда ведет себя элегантно". 16-летняя Ся Сяофу была выбрана для игры в китайской драме "боги и герои" из-за ее незапятнанного темперамента. С тех пор ее всегда превозносили как “сестру-богиню”.

- Здравствуйте, Мисс Ся. Я всегда очень тобой восхищался. Вы можете дать мне свой автограф?- Немного взволнованно спросила Нин Цин.

Ся Сяофу моргнула своими прекрасными глазами, когда услышала ее слова. Кристально чистая улыбка появилась на ее нежном маленьком личике. - Нин Цин, верно? Вы можете называть меня Сяофу. Сегодня я смотрела рекламный ролик фильма "пыль и ветер". Я очень уважаю твои актерские способности. По правде говоря, я уже давно наблюдал за ролью Мэн Яо. Когда вы взяли на себя эту роль, я некоторое время чувствовал себя довольно подавленным. Но, вы очень хорошо интерпретировали роль, и я откровенно признаю поражение.”

Нин Цин не ожидала, что богиня номер один благородного народа будет такой жизнерадостной и живой в частной жизни, но только актеры и актрисы, которые могли различать, кто они были на сцене и вне ее, могли действительно наслаждаться жизнью.

- Сяо...Фу, - осторожно начала Нин Цин, - спасибо тебе за похвалу.- Она порылась в своей сумке, достала ручку и протянула ее Ся Сяофу. “Не могли бы вы расписаться на обороте сумки вместо меня? Я хочу хранить эту сумку вечно.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 78:К ней летит пуля

- Сяо ... Фу, - позвала Нин Цин. - Благодарю вас за комплимент.- Она достала из сумки ручку и протянула ее Ся Сяофу. “Вы можете расписаться на обороте моей сумки? Я буду им дорожить.”

“Конечно.- Ся Сяофу взяла ручку и подписалась своим именем.

Ее подпись была точно такой же, как и ее характер, элегантной и необузданной.

Ся Сяофу затем достала свой телефон и сказала: “Нин Цин, я буду следовать за тобой на Weibo! Давайте следовать друг за другом.”

Нин Цин искренне нравилась эта женщина. У нее была хорошая репутация, постоянно упоминаемая такими терминами, как " фея " и "богиня", но она была откровенной и открытой личностью.

- Ну да! Это больше, чем я мог бы пожелать."Нин Цин достала свой телефон, и они успешно следовали друг за другом на Weibo.

- Сяофу... - подошел мужчина.

Нин Цин подняла глаза и увидела красивого мужчину в костюме. За его спиной стояла секретарша. Он выглядел как лидер в деловом кругу.

- Зе, а зачем ты пришел? Разве я не говорил тебе, что вернусь сам?- Ся Сяофу нахмурила брови, когда увидела Оу Цзе.

ОУ Цзе подошел с хитрым выражением на лице. Он протянул руки, чтобы обнять ся Сяофу за плечи, и улыбнулся. “Я беспокоюсь, когда ты едешь домой одна, поэтому велела водителю развернуться и забрать тебя.”

Ся Сяофу не ответил, но повернулся и улыбнулся Нин Цин. - Нин Цин, это мой жених, Оу Цзе. Цзе, это моя лучшая подруга, которую я просто должна знать, Нин Цин.”

- Мистер Оу, привет!- Нин Цин кивнула и поприветствовала мужчину.

- Здравствуйте, Мисс Нин. ОУ Цзе взглянула на Нин Цин, а затем взяла Ся Сяофу за плечо и повела его вперед. “Давай вернемся. Это уже начало осени, почему ты только в платье? Разве тебе не холодно?- Спросила ОУ Цзе, когда он взял синюю шерстяную куртку и накинул ей на плечи.

Ся Сяофу извиняющимся жестом помахала на прощание Нин Цин, когда та повернулась в объятиях Оу Цзе.

Нин Цин смотрела, как они уходят. Шестое чувство женщины: она не любила Оу-Цзе. В его взгляде читалось презрение, а деловитый снобизм не скрывался.

Нин Цин смотрела им вслед, пока они не свернули в конце коридора. Внезапно в поле ее зрения появилась стройная фигура. Нин Цин была ошеломлена. ОУ Ло Си и Оу Цзе, обе их фамилии были Оу.

- Ло Си, какое совпадение.- ОУ Цзе остановилась с Ся Сяофу на руках.

“Старший брат.- ОУ Ло Си был в желтом ветровом пальто и темно-синих джинсах. На его тонком лице застыло холодное выражение. - Крикнул он, увидев Оу-Цзе.

- Мм, я приехал, чтобы забрать твою невестку. - Мы уезжаем.”

“Окей.”

Ся Сяофу с любопытством посмотрел через плечо Оу Цзе, чтобы еще раз взглянуть на хрупкого мужчину. Она была помолвлена с ОУ Цзе уже два года и видела Оу Ло Си лишь однажды в его доме. Этот человек дал ей ощущение, что с ним было нелегко ладить. Самым важным было то, что Оу Ло Си ни разу не посмотрел прямо на нее!

За всю жизнь Ся Сяофу никогда не случалось ничего подобного.

- Зе, а твой брат не поедет с тобой домой?”

ОУ Цзе откинула назад голову Ся Сяофу, чтобы перевести свой пристальный взгляд. “У него есть квартира на улице. Он привык быть одиноким рейнджером. Сяофу, я переночую сегодня у тебя...?”

Когда шум и суета в коридоре возобновились, Нин Цин пошла вперед, а Оу Ло Си остановился на месте. Длинная челка скрывала его прекрасные глаза; никто не мог сказать, о чем он думает.

“Ло Си, Почему ты здесь?”

ОУ Ло Си поднял непроницаемое лицо, открыв свои черные глаза, которые были похожи на темную ночь за ярким лунным светом, тихие и одинокие.

Нин Цин почувствовала, как ее сердце сжалось. Она впервые посмотрела на молодого человека с болью в сердце.

“Я слышал, что приехал брат. И вот я пришел сюда.”

- Братец? Ты имеешь в виду Ou Ze?"Нин Цин был смущен, потому что он назвал Оу Цзе “старшим братом”. Можно было бы подумать, что он разделит более близкие отношения с кем-то, кого он называл “братом”.

“Нет, я ищу брата Шаомина.”

Нин Цин: Что?

…

Нин Цин сидела на своем айпаде на заднем сиденье машины. Она понимала, что не является квалифицированной женой. Они были женаты так долго, но она ничего не знала о своем муже.

Она набрала "Guang Qing" в строке поиска и нажала кнопку поиска.

Но iPad в ее руке был забран Сяо Чжоу “ " Нин Цин, ты беспокоишь меня. Быстро, скажи мне. Какие у вас отношения с молодым мастером Лу? Ты просто смешон! По клубу ходят слухи, и я последний, кто знает, что у тебя есть роман с молодым господином Лу. Вам не нужно использовать поисковую систему в интернете, просто спросите меня, что вы хотели бы знать.”

Нин Цин увидела, что ее iPad был конфискован, поэтому у нее не было выбора, кроме как спросить: “я хотел бы знать, кто такой Лу Шаомин?”

Сяо Чжоу вытаращил глаза в шоке. Она вытянула палец и постучала по голове Нин Цин: "Нин Цин, ты женщина? Неужели вы невежественны? Разве вы не слышали о корпорации Лу?”

"Корпорация Лу занимается бизнесом, политикой, а также военными. Они являются крупнейшим магнатом на международном уровне. Они также являются самым горячим партнером Группы императора. Лу Шаомин является членом семьи Лу в девятом поколении, которая является самым выдающимся поколением семьи до сих пор. Его первая компания, Guang Qing, провела IPO в Лос-Анджелесе, когда ему было шестнадцать лет. Он известен как бизнес-гений.”

“Он не только знатного рода человек, но и личная жизнь его чрезвычайно чиста. Многие известные женщины и дочери из богатых и влиятельных семей делали ему предложения, но он никогда не был частью какого-либо сексуального скандала. Он-самый желанный холостяк для каждой женщины, единственный и неповторимый.”

Нин Цин была потрясена. Она знала, что он богат, но никогда не думала, что он будет настолько богат.

Что же ей теперь делать? Она чувствовала себя так, словно упала в яму с золотом.

- Сяо Чжоу, это он вкладывал деньги в уличного бродягу?”

“Да. Молодой мастер Лу является крупнейшим инвестором в Street Walker. Я также слышал, что молодой мастер Лу и директор Ван-очень близкие друзья.”

Тайна, над которой размышляла Нин Цин, внезапно прояснилась. Это все из-за него!

Это всегда был он!

Ей было интересно, почему в последнее время удача была на ее стороне. Она играла главную роль в фильме "уличный бродяга", и ее жизнь изменилась на триста шестьдесят. Оказалось, что именно он всегда помогал ей.

Она подумала и поняла, что он, должно быть, помогал ей еще до того, как они поженились. Но почему же? Она была всего лишь незнакомкой, с которой он встречался раз или два.

Может быть, он влюбился с первого взгляда, излил свое сердце во второй и решил жениться на ней в третий?

Нин Цин смутилась. Она была таким обычным человеком. Какая ее часть стоит его любви?

- Нин Цин, еще кое-что. Семья Ou и семья Zhou были друзьями на протяжении многих поколений. Молодой господин Лу и Оу Ло Си-близкие братья.”

Нин Цин уже догадалась об этом.

Этот человек так много сделал для нее в тишине. То, что можно было сделать, то, что нельзя было сделать... он даже тщательно обдумал главную мужскую роль в ее главной картине.

- Нин Цин, я рассказал тебе все, что знаю. А теперь твоя очередь. Поторопись и будь честен со мной. Какие у вас отношения с молодым мастером Лу?”

Нин Цин успокоилась и посмотрела Сяо Чжоу в ее глаза, когда она ответила: "Он мой муж... Мы женаты.”

Через минуту из задней части машины донесся пронзительный крик. “О Боже мой!”

…

К следующему утру число поклонников Weibo Нин Цин увеличилось с шести миллиардов до двадцати миллиардов. Она вошла в пятерку самых горячих тем на Байду.

В круге развлечений существовала общая тема, касающаяся “невинности Нин Цин”. Она превратилась из падшей светской дамы в честолюбивую богиню. Никто не осмеливался осудить ее или выдвинуть ложное обвинение против ее прошлого.

В то же время цифровые граждане спорили. Хотя Сюй Цзюньси насильно закрыл видео об их вечеринке по случаю помолвки к полудню, он не мог остановить общественный протест. Почти семьдесят процентов пользователей Сети объявили войну ли Мэйлингу. Они убеждали ее сделать пресс-релиз, чтобы объяснить, как она оказалась вовлечена в брак своей лучшей подруги.

Ли Мэйлин еще не ответил на этот вопрос.

Кроме того, появление Лу Шаомина в частном клубе было похоже на сон. Ни одна новость не была доведена до сведения общественности. Нин Цин знал, что он подходит ко всему эффективно и упорядоченно.

В то же самое время продюсер ни растворился в воздухе за одну ночь. Его выгнали из города т.

Нин Цин знала, что хотя он и ушел, все еще было много негодования.

Еще одна вещь, которую стоило поднять: Ся Сяофу поделился промо-видео Street Walker и” полюбил " его двенадцать раз. Дружба между двумя богинями тронула сердца цифровых граждан.

Нин Цин прошел через Weibo Ся Сяофу. Большинство людей, за которыми она следила и которые следовали за ней, были женщинами-знаменитостями, у которых было ноль скандалов, так же как и у нее. Она была популярна в индустрии и имела отличную репутацию.

Вспомнив Оу Цзе из прошлой ночи, Нин Цин сочла это очень жалким. Хотя она могла сказать, что Оу Цзе умирает, чтобы отдать свое сердце Ся Сяофу, она чувствовала, что они не были хорошей парой.

ОУ Цзе сказал, что переночует у Ся Сяофу этой ночью. Нин Цин вспомнила, что Ся Сяофу было всего двадцать два года, очень молодой возраст. Разве не было бы небрежно сожительствовать до свадьбы?

Нин Цин внезапно покраснела, когда эта мысль пришла ей в голову. Как она смеет плохо думать о других людях! Ей еще не исполнился двадцать один год, но он так сильно хотел этого!

Его чарующий аромат все еще оставался на ее губах, и красивое лицо возникло у нее в голове. Нин Цин горела от смущения.

Накануне вечером, когда они сидели в раздевалке, она отчетливо помнила, как он спросил ее, прижавшись губами к самому уху: “он маленький?”

… Не маленький.

Каждая часть его тела была такой выдающейся и сильной, подпитываемой мужскими гормонами. Он был совсем как тигр после охоты.

… Очень обаятельный.

Она не может думать о нем. Каждый раз, когда она думала о нем, ее охватывала дрожь.

…

Нин Цин прибыл в красный дом и столкнулся с Ся Сяофу.

- Нин Цин!- Ся Сяофу подбежал с улыбкой. - Наша команда здесь, чтобы снять сцену. Я не участвую в этой сцене, но я вспомнил, что вы здесь, поэтому я последовал за ними сюда, чтобы увидеть вас.”

- Сяофу, ты первый, кто пришел навестить меня на работе. Спасибо” - растрогалась Нин Цин.

“Не стоит благодарности. Теперь мы лучшие друзья. Лучшие сестры.”

“Мм.”

- Сяофу.- К нам подошел директор Ван. “У вас есть время навестить нас сегодня? Мы скоро начнем. Я попрошу кого-нибудь принести вам стул позже, вы можете посмотреть.”

“Окей. - Спасибо, директор Ван.- Ся Сяофу была одета в розовое платье, простое, но изысканное. Когда она улыбалась, то выглядела красивой и очаровательной.

Нин Цин попрощалась с Ся Сяофу и пошла читать свой сценарий. Кто-то принес ротанговое кресло, и помощник Сяо Сяофу, Сяо Ли, положил на него мягкую подушку, прежде чем она села.

Затем, за пределами съемочной студии была куча девушек, болтающих в волнении: "Вау, наконец-то можно увидеть Оу Ло Си в армейской одежде на сцене. Пожалуйста, не забудьте отправить меня в больницу, если я упаду в обморок позже.”…

Услышав пронзительный крик толпы девушек, Ся Сяофу оглянулся на шум. Там был и ОУ Ло Си.

ОУ Ло Си носил красивую армейскую одежду с темно-желтым поясом. Прочные армейские штаны обернулись вокруг его длинных ног.

Белый воротничок майки обернулся вокруг его гладкой шеи, соседствуя с хорошо отглаженным армейским воротником. Изначально гладкая челка на его лбу была зачесана назад с помощью геля для волос. Его лоб и длинные тонкие брови были выставлены напоказ. Каждый шаг, который он делал в своих черных кожаных сапогах, был резким. Он держался с большим достоинством.

- Я теряю сознание, теряю сознание... - воскликнула одна из девушек.

- Сестра Сяофу, Оу Ло Си выглядит очень хорошо в армейской форме, - не могла не сказать взволнованно ее помощница Сяо Ли.

Ся Сяофу не понимала, что ее глаза задержались на ОУ Ло Си в течение долгого времени, пока Сяо Ли не заговорил. Все мужчины-знаменитости, с которыми она сотрудничала, были идеальными мужчинами, но она никогда не проверяла их раньше.

Она не понимала, почему была так ошарашена раньше.

Ся Сяофу покраснела.

ОУ Ло Си случайно подошел в своих армейских ботинках. Может быть, он понял, что Сяо Ли говорил о нем раньше, поэтому Ся Сяофу, заметив его резкие шаги, внезапно замедлился.

Ся Сяофу решил, что он обязательно посмотрит в ту сторону. Ее ресницы, которые были похожи на Рогозный лист веером, раздвинулись и опустились. На ее прекрасном белокуром лице отразились тревога и возбуждение.

Она нервничала и боялась встретиться с ним взглядом.

Однако он даже не потрудился посмотреть на нее. В течение двадцати двух лет ее жизни скорость, с которой она получала второй взгляд, составляла двести процентов, и обычно они брали больше, чем два.

Молодой человек откровенно игнорировал ее существование. Ее высокомерие и достоинство заставили ее ждать в ожидании его взгляда.

Она с нетерпением ожидала увидеть удивление в его глазах.

Так она и думала, что все пойдет именно так.

Однако она слышала его шаги, когда он проходил мимо нее. ОУ Ло Си не смотрел на нее, но вместо этого прошел прямо мимо нее.

Ся Сяофу никогда еще не был так холоден. Он явно заметил, что она была там, когда замедлил шаг, но не обернулся. У него совсем не было манер!

Ты замедляешься, но не смотришь?!

Ся Сяофу схватила ее за платье и сердито хмыкнула. “Совсем не красиво смотрится!”

Она надула щеки, надула вишневые губки и пожаловалась с очаровательной наивностью.

Если бы это увидел обычный человек, они, вероятно, дважды ударили бы себя за то, что рассердили ее. Однако это оказался молодой человек, который не понимал чувств.

Нин Цин обернулась и вздохнула. Она оправдывала свою репутацию Национальной богини. Она хмурилась, улыбалась, ее гнев был наполнен аурой благоговения.

Нин Цин бросил еще один взгляд на нашего Ло Си. хрупкий молодой человек, как обычно, разговаривал с директором Ван. Ей это показалось странным. Теоретически, эти двое должны были быть родственниками жены, но это было странно.

…

Эта сцена была о начале войны. Сцена состояла из группы японских захватчиков, ворвавшихся в караоке-зал, за которым должны были последовать выстрелы и резня.

Директор Ван крикнул: "действуйте! Затем Нин Цин поставила микрофон на сцену и приготовилась петь. И вдруг-бах! Кто-то пинком распахнул дверь, и японец ворвался внутрь.

- Пиф-паф!” Раздались выстрелы, и все в караоке-зале бросились врассыпную.

Следуя сценарию, Нин Цин быстро сошла со сцены и приготовилась остановить драку. Однако Нин Цин услышала очень четкий выстрел, и ее зрачки сузились, когда она посмотрела вперед.

В нее полетела пуля!

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 79:Какой приятный термин, называющий меня сестрой

- Ах, Нин Цин!- Ся Сяофу могла ясно видеть все под своим углом зрения. Она встала с плетеного стула и закричала: “там внутри настоящие пули!”

Нин Цин чувствовала себя так, словно ее ноги были сделаны из свинца. Ее черно-белые глаза были так сосредоточены на быстро приближающейся пуле, что она забыла ответить.

Весь экипаж был в шоке. Эти пистолеты были фальшивыми. Звуки выстрелов были добавлены и отредактированы в пост-продакшн. Никто не ожидал, что здесь окажется настоящий пистолет.

Пуля летела со скоростью 856 метров в секунду.

Нин Цин был в 10 метрах от него. Это займет всего лишь долю секунды, прежде чем пуля попадет в нее.

Время замедлилось, когда в студии стало так тихо; можно было услышать падение булавки.

Следовательно, Ся Сяофу видел, что во всей этой комнате двигался только один человек. Фигура в армейской зеленой форме прыгнула прямо на круглый стол, вытянув вперед длинные ноги.

В этой хаотичной сцене было слишком много лишних актеров. Его черные военные сапоги так легко ступали по головам этих людей, что не было слышно ни единого крика боли. Он так быстро приблизился к Нин Цин, сбросив свою военную фуражку с головы, как холодное лезвие, и вытащив ее из ножен одной рукой.

Невесомая шапка действительно полетела навстречу пуле с сильным порывом ветра.

И подросток приземлился на землю правым коленом, поддерживая себя левой ладонью, тяжело дыша.

Нин Цин почувствовала, что ее сердце перестало биться, шапка, летящая в воздухе, была пробита пулей, но в то же время пуля была отклонена и просвистела через кончик ее волос.

С грохотом пуля прошла сквозь стену.

Она избежала смерти.

- Нин Цин!"Сяо Чжоу закричал и бросился вперед, чтобы помочь Нин Цин, которая была готова упасть.

Команда посмотрела на ОУ Луокси, который все еще стоял на полу на коленях, в шоке. Он имел опыт боевых искусств и был достаточно быстр, чтобы быть невидимым, и мог отражать пули голыми руками.

Однако в это время кровеносные сосуды Оу Луокси вздулись на его шее, его красивое лицо, столь же прекрасное, как скульптура, было напряжено. Юноша превратился в мужчину. В ярком свете его подбородок казался острым и твердым, как резьба. У него не было времени стереть холодный свет с глаз. Он был просто слишком красив вот так.

- Кто-то...кто-то помогите, они упали в обморок.- На этот раз маленькие девочки у входа в студию упали в обморок.

- Сестра Фу, с вами все в порядке?- Сяо Ли наклонился и спросил Ся Сяофу, когда она тяжело опустилась в ротанговое кресло позади нее. Она не очень хорошо ее расслышала. Она положила свою маленькую руку на сердце, которое сильно билось.

Она подняла глаза и тайком посмотрела на подростка,и она услышала звук цветущих цветов.

“А что случилось потом? Кто может объяснить мне, почему любое из этих ружей было бы заряжено? Команда реквизиторов... чем ты зарабатываешь на жизнь? Разве вы не проверили оружие тщательно перед съемками? Как такое могло случиться?- Прорычал директор Ван в дурном расположении духа.

Командир группы реквизита дрожал, когда он вышел вперед, полный страха. - Директор Ван, я действительно проверил реквизит. Я не знаю, откуда взялась пуля.”

Директор Ван уже собирался продолжить кричать, когда Нин Цин вышел вперед и сказал: “директор Ван, это вопрос, представляющий угрозу для жизни, руководитель группы никогда не будет играть в эту шутку, поэтому я думаю, что руководитель группы не имеет ничего общего с этим. Но все это было очень странно. Там слишком много лишних актеров и актрис на сцене, и это так лихорадочно, что было бы трудно проверить отпечатки пальцев на пистолете. Наша драма вот-вот закончится, и это не очень хорошо, чтобы иметь негативные новости о нас. Я предлагаю сдержать распространение этой новости, а затем сделать тайный доклад в полицию и собрать доказательства. Тогда мы сможем поймать настоящего преступника.”

Первое, что нужно сделать, столкнувшись с проблемой, - это спокойно проанализировать ее. Директор Ван окинул Нин Цин оценивающим взглядом.

Директор Ван посмотрел на ОУ Луоси, который шел к ним, и спросил: "Луоси, вы согласны с методом Нин Цин?”

ОУ Луоси все еще ничего не выражал, когда он кивнул и сказал: “Да.”

С согласия обеих сторон директор Ван приказал своим людям заняться этим делом.

…

После того, как утром были сняты еще две сцены., Нин Цин и Ся Сяофу согласились пообедать вместе, но Сяо Чжоу принес iPad, который содержал очень плохие новости.

- Нин Цин, с твоей матерью что-то случилось.”

Сердце Нин Цин сжалось, когда она быстро взяла iPad и посмотрела последние утренние новости.

- Нин Цин, это фотографии, тайно сделанные журналистами. Сегодня утром ли Мэйлин отправилась в больницу навестить твою мать. Твоя мать протянула ей руку и дала пощечину. Интернет яростно борется за это, независимо от того, на чьей стороне они стоят, ли Мэйлин, очевидно, преуспел в привлечении вашей матери в водоворот общественного мнения.”

Нин Цин просмотрела фотографии, на которых была изображена ли Мэйлин в слезах, которая вела себя жалко перед своей матерью, как маленькая невестка, которая много страдала от жестокого обращения.

И мамины глаза были полны решимости; та пощечина была полна гнева и силы.

Губы Нин Цин скривились в усмешке, и Ли Мэйлин наконец-то начала сопротивляться. По словам Сюй Цзюньси, какая актриса!

Но из всех вещей, которые ли Мэйлин не должен был делать. Ей не следовало впутывать в это дело свою мать. Она заставит ее пожалеть об этом!

"Нин Цин, я только что услышал, что ли Мэйлин объявила общественности, что она проведет пресс-конференцию в 4 часа дня сегодня днем, чтобы официально объяснить и прояснить все слухи.”

4 часа дня, похоже ли Мэйлин больше не может ждать.

Нин Цин достала свой телефон и позвонила Ся Сяофу. Она объяснила, что не может пойти с ней обедать, так как у нее что-то случилось. Ся Сяофу выразила свое понимание и сказала, что они просто встретятся в следующий раз.

Убрав телефон, Нин Цин подошла ближе. - Сяо Чжоу, закажи мне билет, я хочу долететь до города т.”

- Нин Цин, мы будем присутствовать на пресс-конференции ли Мэйлин?”

“Конечно. Разве ли Мэйлин не установил время в 4 часа вечера, чтобы я мог вернуться и посмотреть? Ну тогда я с удовольствием пойду. Я хотел бы посмотреть, как ее умный язык может смешивать правильное и неправильное.

…

Нин Цин прибыл в город т в 15: 30 вечера.

Нин Цин достала свой телефон и нашла номер Лу Шаомина после того, как вышла из аэропорта. Он велел ей позвонить ему, прежде чем предпринимать какие-либо действия.

“Привет.- Ясный, богатый, нежный и приятный голос прозвучал на другом конце провода после того, как один раз зазвонил телефон.

- Привет, Шаомин, - грубо сказала Нин Цин, рассказывая ему о том, что произошло в больнице этим утром. - так что я сейчас пойду на пресс-конференцию ли Мэйлин. Я собираюсь разорвать ее на части.”

- Хорошо, - мягко сказал человек на другом конце провода, опустив брови. “Ты готова?”

“Конечно, я готова. Я на стороне справедливости; зло никогда не подавит справедливость.- Осенние зрачки Нин Цин сияли уверенностью и решимостью.

“Ты сказал, что мама дала пощечину ли Мэйлингу?”

- Да, характер у мамы очень мягкий. Ли Мэйлин, должно быть, сказала что-то очень уродливое, чтобы взволновать ее, а затем мама, должно быть, попала в ее ловушку и ударила ее, чтобы затем сфотографироваться с репортерами.”

На другом конце провода в течение трех секунд царила тишина. Он должен быть в очень тихом месте. Каждый слог, который он произносил, был пронизан нежностью, с которой он обычно обращался с ней, но также был достаточно силен, чтобы действительно ударить ее. - Мамину палату охраняют телохранители. Ли Мэйлин не может войти, поэтому мама, должно быть, отослала своих телохранителей и пошла на встречу с Ли Мэйлин в частном порядке.”

У Нин Цин было такое чувство, что за его словами кроется нечто большее. - Шаоминг, что ты хочешь сказать?”

“Я хочу сказать, что ли Мэйлин специально ездила в больницу, чтобы повидаться с мамой перед пресс-конференцией. Очевидно, она хотела вовлечь твою мать. Ли Мэйлин назначила пресс-конференцию на 4 часа, дав вам достаточно времени, чтобы долететь до города Т, чтобы разорвать ее. Ли Мэйлин думала, что у нее есть выигрышный билет. Поведение матери было немного ненормальным. Если я не ошибаюсь, между матерью и Ли Мэйлин есть тайна. Этот секрет-самый большой козырь ли Мэйлин.

Нин Цин была ошеломлена. Она никогда об этом не думала.

По ее мнению, мама всегда была такой нежной и добродетельной. Во всем была виновата только ли Мэйлин, и мать всегда была невинной пострадавшей стороной.

Она никогда не думала, что у ее матери могут быть так называемые секреты.

Выслушав ее короткие слова всего за такое короткое время, человек на другом конце провода объективно и спокойно проанализировал все происходящее и высказал самое мудрое и острое предположение.

Вот как этот человек мог заставить ее восхищаться им и доверять ему.

- Президент Лу, вам уже почти пора произносить свою речь... - неожиданно прозвучал приятный женский голос на другом конце провода.

Но женский голос резко оборвался, должно быть, ее отмахнулись в середине фразы.

Нин Цин почувствовала себя виноватой. - Шаоминг, ты на совещании? Извините, я звоню не в то время. А ты иди туда. Я позвоню тебе еще раз вечером.”

- Хорошо, - сказал мужчина, лениво и соблазнительно смеясь. “Разве ты не хотела быть независимой? Тогда идите на пресс-конференцию. В жизни будет много трудностей, мы должны научиться с ними справляться. Вот и все, пока.”

Мужчина повесил трубку.

Слушая деловитый гудок, Нин Цин прикусила свои вишнево-красные губы жемчужно-белыми зубами. Как он мог просто так повесить трубку?

По правде говоря, именно она попросила его повесить трубку.

- Разве ты не хотела быть независимой?- Именно это она и сказала ему, когда полмесяца летала в Шанхай на съемки драмы. Тогда он дал ей торжественное обещание, но сейчас в его голосе явно слышался легкий намек на неодобрение.

Он смеялся над ней!

Как он мог это сделать? Да, она была такой же наивной, как чистый лист бумаги перед ним, но ей было всего 21 год. Он должен был позволить ей медленно расти.

Нин Цин смущенно топнула ногой, но не смогла удержаться, чтобы уголки ее губ не поползли вверх.

Его слова всегда несли в себе прямолинейную решительность, которая была так привлекательна.

Главное, что его легкая улыбка была такой снисходительной, как будто она была его маленькой девочкой.

Упс, это чувство “отца” пришло снова.

Всхлипывает. Это так неловко.

…

Сначала Нин Цин отправилась в больницу, чтобы увидеть свою мать.

За дверью палаты находились телохранители, а внутри дежурили профессиональные медсестры. Они не виделись уже полмесяца. Доктор Ло сказал, что ее мать выздоравливает и скоро может быть выписана из больницы.

За время ее отсутствия Лу Шаомин оказала своей матери самый лучший уход.

Юэ Ваньцин стояла, прислонившись к кровати, глубоко задумавшись, когда Нин Цин толкнула дверь, открывая ее. Юэ Ваньцин выглядела хорошо, но она хмурилась, как будто ее сердце было тяжелым.

“Мама.- Вошла Нин Цин.

- Цинцин, ты вернулась?"Юэ Ваньцин была в восторге, когда она держала маленькую руку своей дочери.

Нин Цин села на кровать и обняла мать за плечи. - Мам, а что тебе сегодня сказал Ли Мэйлин? Почему ты ударил ее по лицу?”

“Она много чего говорила. Она сказала, что начала свой роман с твоим отцом 20 лет назад и сказала, что я была глупа, потому что всегда считала ее хорошей сестрой. Все было бы хорошо, если бы она просто поговорила обо мне. Она также ругала тебя за то, что ты ведешь себя так же, как и я, обращаешься с Нин ЯО как со своей сестрой и в конце концов теряешь жениха. Цинцин, почему ты не сказала маме, что вы с Сюй Цзюньси были помолвлены?”

“Мама.- Нин Цин положила голову на плечо матери и прошептала ей на ухо: - мужчине, который мог бы так себя вести, нет места в нашей семье. Я уже женат на Шаомине сейчас; зачем упоминать об этом Сюй Цзюньси.”

Юэ Ваньцин с облегчением увидела, что ее дочь действительно забыла о прошлом. Она с облегчением кивнула головой. - Шаомин действительно хороший мальчик. В этом месяце он почти каждый день болтал со мной. Я рассказала ему о твоем детстве. Каждое его выражение говорит мне, что ты ему нравишься.”

- Мама, - ответила Нин Цин с застенчивой и милой улыбкой на маленьком личике, как будто она намазала медом свое сердце. “Не говори с ним обо всем сразу. Когда я был ребенком, я ничего не знал. Он бы посмеялся надо мной, если бы ты сказала ему что-нибудь неловкое обо мне.”

“У тебя сердце мелкой девчонки. Шаоминг был очень доволен и всегда внимательно слушает. Не думай о нем плохо.”

Ну вот и все. Она не была здесь даже полмесяца, и сердце ее матери полностью склонилось в сторону ее зятя.

Однако речь и манеры 30-летнего мужчины были действительно милостивы, а его изящные культурные манеры, а также воспитание у знати были безупречно совершенны. Такие люди, как он, производят сильное впечатление на поколение ее матери.

Конечно, такой маленькой девочке, как она, это тоже нравится.

Но моя мать не знала, что этот человек был так плох, когда он был с ней.

Он будет запугивать ее, обхватив своими грубыми большими ладонями, чтобы не дать ей двигаться. Его непостижимые глаза смотрели на нее, очень злые, сексуальные и очаровательные, говоря ей своими глазами о его желаниях.

Она не знала, как отказать ему, когда он был таким вообще.

У мужчин его положения также были моменты, когда он пытался подавить свое тяжелое дыхание, кусая ее, бесконтрольно и извергая слова, которые заставляли ее краснеть…

Нин Цин покраснела и решительно выбросила этого человека из головы. Она спросила свою мать: "Мама, что еще Ли Мэйлин сказала тебе сегодня?”

Она не знала, как спросить о “секрете”, который предложил ей Лу Шаомин.

- Да, Ли Мэйлин сказала, что проведет пресс-конференцию сегодня в четыре часа дня. Цинцин, пожалуйста, возьми меня туда с собой, я хочу посмотреть, что она скажет.”

- Мама... - Нин Цин не хотела, чтобы ее мать слишком много в этом участвовала.

- Цинцин, мама имеет право знать об этом деле. Мой 25-летний брак с твоим отцом и 22-летний союз сестры с Ли Мэйлин сделали меня дураком, Но я хочу жить, не будучи в темноте на этот раз.”

…

Нин Цин повел Юэ Ваньцина на пресс-конференцию и открыл дверь. Репортеры заполнили комнату, и оба ли Мэйлин и Нин Яо были там.

Нин Цин огляделся и увидел, что Сюй Цзюньси отсутствует.

Глядя в пылающие глаза Нин Яо, Нин Цин знала, что она, должно быть, страдала от потерь и обид с семьей Сюй. В противном случае, как Сюй Цзюньси мог не прийти и не поддержать пару мать-дочь по такому важному поводу?

- Мисс Нин, тетя Нин, вот вы где. Пожалуйста, скажите несколько слов.- Увидев их, репортеры бросились к ним навстречу.

Но эти репортеры были заблокированы телохранителями, держа их на расстоянии метра. Чтобы обеспечить ее безопасность, Юэ Ваньцин сидела в инвалидном кресле, Сяо Чжоу толкал инвалидное кресло, а Нин Цин стояла рядом с матерью.

- Сестра, - сказала Ли Мэйлин со слезами радости и вины на лице, когда она подошла. - Сестра, наконец-то ты готова выслушать мои объяснения.”

- Хм. - Объяснение?

Нин Цин хотела что-то сказать.

Но ее тонкую руку потянула Юэ Ваньцин. Юэ Ваньцин безрадостно рассмеялась, когда она сказала. - Какой приятный термин-называть меня сестрой. Я здесь сегодня, чтобы позволить всем стать свидетелями нашей сестринской любви.”

"Женщины, которые пели оперы в 1990-е годы, также были самыми низкоранговыми женщинами в обществе в то время…”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 80:Битва слов на пресс-релизе (разоблачение ли Мэйлин впервые)

- Женщина, певшая в китайской опере в девяностые годы, принадлежала к низшему классу общества. Когда я тебя знал, ты просто пел как клоун. Ты бы дрался с другими только за талон на еду. Твоя самая большая мечта была просто иметь достаточно еды и одежды.”

“Мне нравится слушать, как ты поешь, а ты такой милый собеседник. Ты всегда называл меня своей сестрой, всегда говорил мне, как сильно твой отец любит играть в азартные игры и как он оскорбляет тебя. В конце концов он тебя продал. Я пожалела тебя и официально приняла за свою сестру.”

“С тех пор я буду давать тебе по пять долларов в неделю. В девяностые годы пяти долларов хватало на ежемесячные расходы обычного человека. Вы спрашиваете себя, беспокоились ли вы когда-нибудь о еде и одежде, вас когда-нибудь запугивали после того, как я взял вас к себе?”

“Я улучшил твою материальную жизнь, а потом ты стал ходить вокруг да около и говорить мне, что многие мужчины преследуют тебя и хотят воспользоваться тобой. Не колеблясь, я сразу же сказал еще одному хорошему другу, чтобы продвинуть вас на главную роль. У вас есть свои навыки, и вы готовы упорно работать. Затем вы получили известность в течение года.”

- Позже ты любила приходить ко мне домой. Вы бы с восхищением сказали мне, что никогда не видели такого красивого дома. Поэтому я и познакомила вас с моим мужем.”

“Я никогда не подозревала вас с мужем. Иногда, вы должны были посетить социальную вечеринку до поздней ночи, и вы не могли найти поездку. Ты боялась идти домой одна. Я даже послала своего мужа забрать тебя домой. Прежде чем я это понял, он увез тебя домой на двадцать лет.”

- Вот уже двадцать два года, как мы называем друг друга сестрами. Когда ты была беременна Яояо, никто не был уверен в отцовстве. Я только что родила Цинцин, и у меня был период родов. Ты не могла выставить свою беременность напоказ, так как была знаменитостью. В течение десяти месяцев я позволяла своему мужу заботиться о тебе. Ты родила Яояо, и я относился к ней как к своей собственной, В то время как Цинцин тоже относилась к Яояо как к своей сестре. Но как же вы с нами обращались?”

- Ли Мэйлин, Бог следит за каждым твоим движением. Каждый раз, когда я думаю о тех грязных вещах, которые ты делал со мной все эти двадцать лет... а потом ты послал свою дочь угрожать мне! Я чувствую себя очень глупо. Последние сорок лет я жил напрасно. Мы играли в фермера и гадюку!”

Юэ Ваньцин пролила слезы, когда она была взвинчена. Вспоминая прошлое: она ненавидела бессердечие Нин Чжэнго, она ненавидела предательство ли Мэйлин, но больше всего она ненавидела свою глупость.

Она не понимала, как можно быть такой дурой. Вы делаете кровать, в которой лежите. Она так сильно ненавидела себя. Как она могла позволить себе жить такой жалкой жизнью?

Последние три года ее мучила болезнь, и она всегда хотела покончить с собой. Если бы не Цинцин, она бы вообще не захотела жить.

Репортеры на месте происшествия хранили молчание. Все жалели Юэ Ваньцин.

Ее лучшая подруга связалась с ее мужем, и это было скрыто от нее в течение двадцати лет. Она приняла дочь хозяйки как свою собственную. Затем, в конце концов, госпожа отбросила ее в сторону и заняла ее место. Если бы хоть одна из этих вещей случилась с какой-нибудь женщиной, они были бы убиты горем.

Нин Цин пристально смотрела на Ли Мэйлин, пока ее мама говорила.

В глазах ли Мэйлин не было вины. После всех этих лет, когда Ли Мэйлин услышала все это, на ее лице была только ревность.

Она удивлялась, почему она должна жить такой несчастной жизнью, в то время как другие могли бы выйти замуж в богатую и влиятельную семью. В конце концов, все они были женщинами.

Она не будет жить за счет благотворительности всю свою жизнь. Она хотела быть кем-то с высоким статусом.

“Сестра."Хотя все присутствующие на сцене склонялись к Юэ Ваньцин, ли Мэйлин сказала со слезами на глазах:" сестра, Я всегда помнила, как хорошо ты со мной обращалась. Я был беден с юности и принял твою помощь и милостыню. Я не могу опровергнуть это.…”

“Хех, а что ты хочешь опровергнуть?- Нин Цин прервала ее с улыбкой. - Тетя ли, на месте происшествия так много репортеров. Мы дадим вам время все опровергнуть. Просветить меня. Двадцать лет назад, разве ты не принял деньги моей мамы? Или моя мама не тратила деньги, чтобы помочь тебе обрести славу? Или ты пытаешься сказать, что не имеешь никакого отношения к моему отцу?”

Если ли Мэйлин хочет шутить и валять дурака перед Нин Цин, ей лучше принести ей игру.

Ли Мэйлин оказалась в невыгодном положении. Поначалу она хотела воспользоваться общим отвращением богатых, но никогда не думала, что Нин Цин будет так откровенна и станет возражать ей подобным образом.

- Тетя ли, как вы не могли опровергнуть, тогда объясните, почему моя мама так хорошо относилась к вам, но вы отказались позволить мне войти в дом семьи Нин после того, как стали Миссис Нин? Когда ты был беден, моя мама давала тебе пять долларов каждую неделю но когда моей маме нужны были деньги на пересадку печени, ты даже не хотел нам ничего давать?”

Репортеры начали переговариваться между собой. То, как они смотрели на Ли Мэйлин, испортилось с каждой секундой.

Ли Мэйлин была спокойна, когда она посмотрела на Юэ Ваньцин. - Сестра, ты помнишь, почему Чжэнго настаивал на разводе?”

“А я и не знал! Я не сталкивал маму с лестницы!- Сказала Юэ Ваньцин.

Один камень поднимает тысячу волн. Репортеры были шокированы, и то, как они смотрели на Юэ Ваньцина, также испортилось.

Нин Цин была ошеломлена. Она посмотрела вниз на свою маму. Она знала, что бабушка упала с лестницы, но не знала, что это ее толкнула мама.

- Сестра, тогда были свидетели и вещественные доказательства. Две служанки увидели, что ты ругаешься с мамой, и ты столкнула ее с лестницы. Вы столкнули с лестницы шестидесятипятилетнюю даму, и она навсегда лишилась сил. Чжэнго был очень почтителен и решил развестись с тобой из-за того, что случилось.”

- Мама не была в стабильном состоянии в течение последних нескольких лет, и она была бы взволнована, если бы увидела тебя и Цинцин. Мы не могли впустить Цинцин. Чжэнго запрещает мне связываться с вами обоими. Все эти годы я служила маме дома, не делая ни шагу назад. У меня не было возможности помочь тебе.”

Нин Цин презрительно ухмыльнулся. Ложь, это была ложь!

У мамы и бабушки были хорошие отношения, совсем как у мамы и дочки. Мама никогда бы не столкнула бабушку с лестницы.

Без ее ведома, ее мама была очень обижена.

Никто ей не сказал.

- Тетя Нин, могу я спросить, действительно ли вы столкнули старую Миссис Нин с лестницы? Она-шестидесятипятилетняя леди. В чем же причина такой жестокости?- Спросил репортер.

"Я..." - Юэ Ваньцин покачала головой и хотела объяснить.

Нин Цин сделала шаг вперед и встала перед матерью. Она спокойно сказала репортеру: "моя мама никогда бы не столкнула мою бабушку с лестницы. Мы подадим заявление в полицию. Если бы здесь был кто-то, кто сказал, что это моя мама толкнула мою бабушку, я бы точно пригласил тебя в суд. Пожалуйста, примите на себя ответственность за свои слова и поступки.”

Речь Нин Цина прозвучала предупреждением, и репортер быстро забрал микрофон и перестал спрашивать об этом.

Ли Мэйлин была вне себя от злости. Она изначально думала, что может осудить нравственность Юэ Ваньцин перед публикой. Тем не менее, Нин Цин не паниковал, а держался крепко. Она не была легкой мишенью.

Нин Цин медленно повернулась и посмотрела на Ли Мэйлин. - Она улыбнулась. - Тетя ли, вы говорили о причине, по которой мои родители развелись, вы говорили о бабушке, скатившейся с лестницы. Хватит ходить вокруг да около. Почему бы вместо этого не поговорить о том, как ты вышла замуж за моего отца?”

- Цинцин, тогда твоя бабушка скатилась с лестницы; шестидесятипятилетняя женщина внезапно потеряла способность заботиться о себе, и она била и кусала всех, как сумасшедшая. Твоей бабушке нужен был кто-то, чтобы заботиться о ней. Твой отец был расстроен и даже не заходил в офис. Он пил свое горе до тех пор, пока семья Нин была в руинах. Он нуждается в женском руководстве.”

В устах ли Мэйлин это звучало логично и разумно. Репортер кивнул: - Учитель ли, посылать уголь в снежную погоду труднее всего. Истинные чувства раскрываются во времена кризиса. Ты такой великодушный.”

Ли Мэйлин скромно улыбнулась. “Я всего лишь ... …”

- Хм, - прервала ее Нин Цин.

Ли Мэйлин внезапно расстроилась.

Нин Цин медленно шел впереди репортера, который хвалил ли Мэйлин. С острым взглядом и голосом громким и ясным, она спросила: "Что вы имеете в виду, посылая уголь в снежную погоду? Моя мать посылала ей уголь в снежную погоду в течение двадцати лет. В конце концов, мою маму выгнали из дома. Кому она должна была посылать уголь в такую снежную погоду?”

- Их сестринство продолжалось двадцать два года, и все же она верила в однобокое заявление служанки, а не моей матери. Почему она не могла послать уголь моей маме в снежную погоду, но она могла послать его человеку моей матери? В отношениях между моей мамой и ее мужчиной были трещины. Почему бы ей не помочь ему стать посредником и не выйти за него замуж немедленно? Бабушка нуждалась в ком-то, кто бы заботился о ней. Неужели у семьи Нин нет горничной дома? Мой отец выпил свою печаль, значит ли это также, что он плохо себя вел?”

“Она воспользовалась разводом своей лучшей подруги, чтобы быстро вступить в брак с другой. Что ей было нужно-сердце моего отца или его деньги? В какой момент за эти двадцать лет она положила на него глаз? Неужели она ждала этой возможности? Кивая в знак одобрения такому позорному поступку, я думаю, что вы сошли с ума!”

- Ну да!"Сяо Чжоу быстро похлопал по речи Нин Цин," настойчивость этой лжи объясняется тем, что люди того же самого низкого уровня готовы поверить в нее.”

Лицо репортера побледнело, потом он смущенно покраснел. Он был чрезвычайно смущен упреком Нин Цин.

Другие репортеры все поняли и быстро спросили: "Учитель ли, кажется, тогда у вас были смешанные мотивы. Могу я спросить, когда вы начали свои отношения с Нин Чжэнго?”

"Учитель ли, пожалуйста, вернитесь к основной теме пресс-релиза. Это дочь Мисс Нин Яо Нин Чжэнго?”…

Если Нин Яо и был там, то никаких объяснений не требовалось. Ли Мэйлин была третьим человеком в их браке.

Нин Яо увидела, что Нин Цин захватила контроль над всем пресс-релизом, и она сдерживала свой гнев. Однако от этого вопроса глаза Нин Яо засияли. Хм, Нин Цин, ты слишком наивна!

- Сестра ... - слезы ли Мэйлин текли по ее щекам. Она расстроилась и поперхнулась своими словами. “Ты помнишь, что случилось на дороге Янь НАН двадцать лет назад?”

Дорога Янь НАН?

Это был первый раз, когда Нин Цин услышала об этом.

Она заметила, что тело ее матери напряглось. Она посмотрела вниз, и лицо ее матери побледнело. То, как она смотрела на Ли Мэйлин, было исполнено вины.

У Нин Цин упало сердце. Похоже, Лу Шаомин был прав. У ее мамы действительно был секрет.

"Учитель ли, что случилось на дороге Янь НАН двадцать лет назад? Не могли бы вы прояснить ситуацию?”

Ли Мэйлин вздрогнул всем телом: “двадцать лет назад, была эта ночь... моя сестра и я шли по дороге Янь НАН. Затем внезапно появилась кучка гангстеров, и они хотели изнасиловать нас. Тогда я хотел позволить своей сестре сбежать, поэтому схватил лидера кольца и пообещал, что я... я буду служить им должным образом. Они обещали отпустить мою сестру, но я ... …”

- Ух ты... - это вызвало большой переполох.

Это было абсурдно. Невероятно.

Ли Мэйлин спасет мою маму, рискуя собственной жизнью? Если Солнце встанет с Запада!

- Тетя Нин, правда ли то, что сказал Учитель ли? Неужели двадцать лет назад она действительно пожертвовала собой, чтобы спасти тебя?- Спросил репортер.

Слезы Юэ Ваньцин тоже текли по ее щекам. “То, что она сказала, было правдой... в ту ночь там было от пяти до шести мужчин. Они держали в руках ножи, они хотели изнасиловать меня. Позже ли Мэйлин сдерживал их ... у меня даже не было сил скрутить курицу. Я не смог спасти свою жизнь, поэтому побежал. Я бежал и звал на помощь. Но, Но я заблудился по дороге…”

“Мне очень жаль, что так получилось. Я был обязан ей до конца своей жизни ... на самом деле, когда я думал об этом позже, я понял, что был слишком слаб. Если бы я был достаточно храбрым, я бы остался позади и взял его вместе с собой.…”

- Услышала Нин Цин и нахмурила брови. Она не верила в это, но у нее не было никаких доказательств. Поэтому она могла только слушать то, что говорил ли Мэйлин.

Ее мама была слишком добра. Она смело говорила о своей” слабости". Но то, что ее мама не знала, что это был пресс-релиз, и то, что она сказала, помогло ли Мэйлингу.

"Сестра, мой статус был низким и унизительным тогда, но я не принял бы скрытое правило и не работал бы действительно тяжело. Я сделал это только для того, чтобы защитить свою невиновность. Я не был связан обязательствами, но я не повернул назад, чтобы спасти вас, но я не жаловался и не сожалел. Ты мне ничего не должен. После этого вы компенсировали мне материальную помощь... но вы не должны были подозревать нашу сестринскую общину.”

Затем Нин Цин осознал силу ли Мэйлин. Слово "компенсация" перевернуло всю доброту ее матери к ней за эти годы.

Даже жалобы, которые ее мама держала против нее, не имели большого веса, когда это стало ясно.

- Сестра, я была настоящей для тебя в течение последних двадцати лет, Чжэнго и я были невинны, но я была очень разочарована, когда ты столкнула маму с лестницы. Я был тронут Чжэнго, когда он расстроился. Он был таким великим человеком. Почему ты не ценил его? Почему ты разрушил его дом?”

- Сестра, мне пришлось растить дочь одной. Чжэнго не бросил меня ради этого. Ему было все равно, что я был когда-то ... он обращался с Яояо как со своим собственным. Чжэнго и я были жалкими людьми, которые были глубоко ранены. Мы собрались вместе, чтобы просто спокойно прожить остаток жизни.”

Затем Ли Мэйлин внезапно подбежал и опустился на колени перед Юэ Ваньцином. - Сестра, пожалуйста, перестань! Я же хозяйка, понятно? Перестань мучить Чжэнго и перестань мучить мою дочь.”

Глаза Нин Цин были налиты кровью. Это оказалась действительно яркая и приятно звучащая речь. Ли Мэйлин так хорошо умел ставить факты себе на голову.

Ли Мэйлин сжала мамину руку. Нин Цин увидела, что запястье ее мамы покраснело, и она наклонилась, чтобы схватить ли Мэйлин за руку: “тетя ли, это записывается. Подумай дважды, прежде чем говорить. Неужели Нин Яо действительно дочь тех гангстеров?”

Нин Яо внезапно подбежал и толкнул Нин Цин. Затем она взяла ли Мэйлин в свои объятия “ " сестра, перестань заставлять мою маму. Моя мама сделала достаточно для твоей мамы. Я-дочь своего отца. Я всегда буду дочерью Нин Чжэнго.”

- Яояо, мне так жаль. Я заставила тебя страдать от такого унижения” " ли Мэйлин обняла Нин Яо и заплакала. Вся эта сцена была чрезвычайно горькой.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 81:Битва умов 2 (полностью дискредитирована)

Нин Цин встала прямо после того, как ее оттолкнули назад. В это время камеры продолжали мигать, поскольку ставни щелкали без остановки, и средства массовой информации бомбардировали их вопросами, один за другим.

- Мисс Нин, Мисс Ли и Нин Яо достаточно жалки. Почему ты такой несимпатичный? Твоя мать отдавалась другим людям из чувства вины, а ты уже много лет являешься старшей дочерью семьи Нин. Ты и твоя мать должны стараться быть внимательными к другим.”

- Госпожа Нин, именно бунт вашей матери разрушил ее счастье, заставив столкнуть свекровь с лестницы. Теперь три человека в семье Нин вместе проходят через опасности и препятствия. Давайте благословим их вместе, хорошо?”

- Госпожа Нин, теперь мне стала ясна вся правда. Госпожа Ли пожертвовала собой ради справедливости и годами терпела унижения, что действительно достойно восхищения.”

Эти журналисты были возбуждены и взволнованы. Если бы не телохранители, Нин Цин, вероятно, была бы окружена ими.

Сейчас ситуация кардинально изменилась, и она была повсеместно осуждена. Она проиграла битву.

Она действительно проиграла.

“Не запугивайте мою дочь, не запугивайте Цинцин... " - Юэ Ваньцин хотела пойти вперед, чтобы объяснить, увидев, что Нин Цин был допрошен, но она внезапно почувствовала боль в своем сердце.

- Что случилось, тетушка?- Нервно спросил Сяо Чжоу.

Услышав это, Нин Цин быстро оглянулась. Она увидела, что мать положила одну руку ей на грудь и больно потерла ее. - Мам, ты в порядке? Сяо Чжоу, возвращайся в больницу.”

Они хотели развернуться и уйти, но группа репортеров бросилась к ним за дверь, преграждая им путь.

Место становилось все более и более хаотичным. Хотя у Нин Цин была группа телохранителей, защищающих ее, они легко могли быть растоптаны, если патовая ситуация сохранится.

Нин Цин начала тревожно потеть. Теперь она была в море людей, но не могла ничего сделать.

В это время “ " все будьте спокойны.- Ясный и нежный голос раздался в комнате.

В доме воцарилась тишина. Вошла группа хорошо обученных людей в черной одежде и быстро расступилась в середине толпы. Нин Цин оглянулась и поняла, что это Чжу жуй.

Глаза Нин Цин ярко вспыхнули, и ее беспокойное сердце мгновенно успокоилось.

Чжу жуй подошел к Нин Цин и медленно посмотрел на пару мать-дочь, которая все еще сидела на земле. Он сказал: "госпожа Ли, 20 лет назад вас действительно изнасиловали на дороге Янь НАН? Тебя кто-нибудь спас?”

Вся толпа была ошеломлена, и Нин Цин не была исключением.

Что же хотел выразить Чжу жуй?

В голове у нее промелькнула какая-то мысль, но она была слишком быстрой, чтобы уловить ее.

Ли Мэйлин и Нин Яо медленно поднялись. У Ли Мэйлин все еще было грустное выражение лица и слезы на нем. “А ты кто такой?” Ты что, со стороны Цинцин? Прошу вас, не задавайте больше никаких вопросов. Это все моя вина. Пожалуйста, оставьте мне немного достоинства.”

Репортеры на месте происшествия снова зашевелились из-за этого замечания.

Чжу жуй протянул левую руку, и телохранитель вручил ему документ. - Мисс ли, это потому, что я хотел оставить вас с некоторым достоинством, поэтому я даю вам шанс признаться. Я послал кое-кого, чтобы это расследовать. 20 лет назад, кто-то в жилом доме недалеко от дороги Янь НАН стал свидетелем всего процесса этого вечера. Я слышал, что частный автомобиль припарковался там на целый час, и что-то случилось в машине. Кто-то даже сделал несколько снимков.”

В это мгновение Нин Цин поняла все.

Какая коварная женщина, сука!

Бесстыдно и грязно до крайности.

Лицо ли Мейлинга резко изменилось. Ее взгляд был прикован к документу, который держал в руке Чжу жуй. “Я не понимаю, о чем ты говоришь.” Она никогда бы в этом не призналась.

Прошло уже 20 лет, и она не верит, что найдутся какие-то доказательства.

Нин Цин взяла документ в руки Чжу жуя. Она перевернула страницу, и ее зрачки сильно сжались. Закрыв документы, она подошла к ли Мэйлингу и с силой ударила его по лицу.

Эта хрустящая и громкая пощечина потрясла публику. Все еще не знали, что произошло. Когда кто-то хотел спросить, Нин Цин указала на кончик носа ли Мэйлин и отругала ее.

- Какая прекрасная оперная певица, госпожа ли, вы нас почти обманули! Мне вдруг пришло в голову, что моя мать, благородная дама, никогда не выйдет из дому ночью. Почему в ту ночь она отправилась в такое отдаленное место, как дорога Янь НАН, и случайно встретила там группу гангстеров? Даже если бы вы, ребята, столкнулись с группой гангстеров, после 20 лет славы от ваших театральных начинаний, эти гангстеры определенно захотели бы изнасиловать вас в первую очередь. Почему они схватили мою мать, но дали тебе возможность пожертвовать собой ради нее?”

“Цинцин.- Когда Чжу жуй приехал, он привел с собой врача. После того, как доктор ввел лекарство в Юэ Ваньцин, она почувствовала себя намного лучше. Она протянула дрожащую руку и с тревогой спросила: Мама ничего не понимает.”

Этот вопрос всегда был психологической тенью для Юэ Ваньцина в течение последних 20 лет. Она не могла понять слов Нин Цин. Она очень нервничала.

- Мама, неужели ты не понимаешь? В ту ночь Мисс ли была той, кто намеренно привел вас на дорогу Янь НАН. Гангстеры были устроены ею заранее. Самым важным было то, что произошло в конце концов, после того, как отец спас ее. Они преодолели последний барьер и не могли удержаться, чтобы не заняться сексом в машине в течение часа.”

- Чт... Что? Юэ Ваньцин уставилась на него и отрицательно покачала головой.

Это потрясение заставило всех на месте происшествия ахнуть.

“Все совсем не так. Не клевещите на меня!- Ли Мэйлин выглядела немного взволнованной, но все еще хитрой.

- О, клевета?- Нин Цин поднесла документ, который держала в руке, к груди и повернула его лицом в ту сторону, где больше всего было сфокусировано внимание прессы. Она спокойно улыбнулась ли Мэйлингу. “Я хотел сохранить хоть какое-то лицо для тебя, для моего отца, даже для Нин Яо и семьи Сюй. Но так как вы сдадитесь только при виде виселицы, я сейчас выставлю фотографии секса в машине. Я покажу людям по всей стране, что их мадам ли была такой распутной 20 лет назад, что она сделает что-то такое бесстыдное и коварное! - Пригрозила Нин Цин и открыла документ.

- Нет!- Ли Мэйлин бросилась вперед, крепко сжимая документ в руке Нин Цин.

Она абсолютно не могла допустить, чтобы секс-фотографии автомобиля были выставлены. Если бы их разоблачили, не только Нин Чжэнго потеряла бы лицо, но и семья Сюй больше не захотела бы Яо Яо; вся ее тяжелая работа была бы напрасной.

- Я признаю, что именно Чжэнго спас меня. Нин Яо-биологическая дочь Чжэнго, но я не организовывал присутствие там гангстеров.”

“Вау.- Все журналисты ахнули, когда камеры безостановочно щелкнули.

Сяо Чжоу сердито крикнул: "Мисс ли, вы уже достаточно наврали сегодня. Как ты думаешь, кто-нибудь еще тебе поверит? Поскольку эти бандиты не были организованы вами, пожалуйста, ответьте на предыдущие вопросы Нин Цин.”

- Я... - наконец ли Мэйлин потеряла дар речи.

Тогда к ней бросились журналисты.

- Мисс ли, вы так бесстыдно обманули меня. Почему ты так много замышляешь?”

- Мадам ли, вы устроили шоу с гангстерами, чтобы манипулировать тетушкой Нин, соблазнить Нин Чжэнго, родить Нин Яо и даже пойти так далеко, чтобы использовать это 20 лет спустя в качестве причины для полного подрыва вашего бесстыдного статуса третьей стороны. Мы видели много богатых семейных драк, но это первый раз, когда мы видели кого-то вроде вас, кто-то убил четырех зайцев одним выстрелом!”

- Нет, моя мать не такой человек, Нин Цин, не говори глупостей.- Нин Яо не знал, как сложилась такая ситуация. Они были так близки к победе.

Откуда взялся этот человек? Почему он помог Нин Цин?

Почему?

Нин Цин ждала, когда Нин Яо откроет рот. Как только Нин Яо открыла рот, сверкающие слезы в ее глазах упали вниз. “Яояо, я не ожидал, что ты и твоя мать будете такими. Все эти годы я относился к тебе как к своей дорогой сестре. Помнишь, какими хорошими были наши отношения, когда мы были молоды?- Спросила Нин Цин, бросив взгляд на Сяо Чжоу.

Сяо Чжоу быстро подошел к сцене. Через несколько мгновений на большом экране сцены появилось много фотографий.

Это были фотографии Нин Цин и Нин Яо за 18 лет, что они росли вместе.

"Яояо, эта фотография была сделана, когда нам было 4 года. Когда ты впервые пришел ко мне домой. Посмотри на одежду, которая была на тебе. Они были грязные, рваные и дырявые. После этого я выкопала каждую красивую юбку и пару туфель, которые у меня были, чтобы поделиться с тобой.

"ЯО Яо, эта фотография была сделана на моем 10-летии. Тогда ты сказала, что тебе понравилось мое платье принцессы и корона. Я отдал тебе все это без колебаний. Очевидно, это была моя вечеринка, но ты была одета как принцесса.

“ЯО Яо, мои одноклассники и друзья не могли принять тебя, но я привел тебя с собой на весь день. Однажды мой хороший друг немного пожурил тебя. Вы сразу же подняли камень и разбили его о голову этого друга. В конце концов, это я пошел извиняться."Нин Цин разоблачила всю эту историю со слезами, катящимися по ее щекам, заставляя Нин Яо получать презрение и насмешки всей аудитории.

- Посмотри на Нин Яо, который ест чужую еду, носит чужую одежду, высасывает чужую кровь. Самое главное, что это показывает, что у нее всегда было черное сердце. Сколько ей было лет, когда она разбила голову этого человека до крови?”

- Да, я думаю, что история Нин Цин и Нин Яо похожа на историю их матерей. Это выглядит как повторение фермера и змеи.”

Лицо Нин Яо побледнело от ярости.

Нин Цин увидела, что желаемый эффект достигнут, и медленно сдержала слезы. - Ребята, мы с мамой так много страдали, потому что все эти годы не знали, как видеть этих людей насквозь. Мы это заслужили. Я просто умоляю вас всех; вы можете писать о тете ли, как вам угодно, но больше не привлекайте мою мать. У нее не очень хорошее здоровье, и она недавно перенесла операцию.”

- Мисс Нин, не волнуйтесь, сегодня мы увидели и поняли характер Ли Мэйлин. Пресса даст вам справедливость, а мы также дадим тете Нин мирную жизнь”, - кричал репортер.

Нин Цин благодарно кивнула, пошла за Юэ Ваньцин и толкнула ее инвалидное кресло. - Мам, пойдем отсюда.”

Нин Цин сделала шаг вперед. - Подождите минутку, - вмешался ли Мэйлин. “Все кончено. Пожалуйста, верните мне фотографии.”

- Ладно, раз уж ты так хочешь, я тебе его отдам.- Нин Цин согласилась очень весело, без колебаний. Она протянула папку ли Мэйлингу.

Ли Мэйлин взяла его и открыла папку.

Время, казалось, остановилось. Ли Мэйлин посмотрела на чистый лист бумаги, и ее голова взорвалась с оглушительным грохотом.

Она попалась на их уловку!

“Ха, На самом деле у меня нет никаких доказательств. В чем ты только что чувствовала себя виноватой?- Нин Цин легонько рассмеялась и с важным видом удалилась с группой людей.

- Ли Мэйлин, что еще ты можешь сказать?” Как только Нин Цин и остальные ушли, репортеры быстро окружили ли Мэйлин, и теперь все обращались к ней по-другому.

- Мама!- Закричал Нин Яо. Ли Мэйлин была так рассержена, что потеряла сознание на месте.

…

В роскошном бизнес-автомобиле Нин Цин, который был на заднем сиденье, посмотрел на Чжу жуя на переднем пассажире и спросил: “секретарь Чжу, почему вы здесь?”

- Это был президент, который позвонил мне. Хотя председатель находился на совещании, он следил за ходом конференции. Когда Ли Мэйлин заговорил о дороге Янь Нань, президент догадался почти обо всем и велел мне ее исследовать. К сожалению, нелегко найти то, что произошло 20 лет назад за такое короткое время. Мы могли только узнать от очевидца, что частная машина была припаркована на обочине дороги в ту ночь.”

Нин Цин кивнула. На конференции ли Мэйлин внезапно упомянула о том, что произошло 20 лет назад, что заставило ее быть взволнованной. Никто не ожидал, что ли Мэйлин будет иметь такую большую козырную карту.

Она почти проиграла.

Учитывая, что Чжу Рую потребовалось всего 20 минут, чтобы прибыть на место, Человек, который имел возможность обнаружить, что есть частная машина в течение 20 минут, вероятно, будет Лу Шаомин.

Разве он не был занят своими встречами?

И он все еще беспокоился о ее делах, хотя и был занят!

"Президент сказал мне принести сюда чистый документ, сказав, что мадам поймет. Мадам, вы проделали очень хорошую работу.- Похвалил Чжу жуй.

У них не было никаких доказательств в руках, но Нин Цин был очень умен и вел психологическую битву с Ли Мэйлингом. Поскольку она собиралась обнародовать документы в СМИ, это была борьба за победу или смерть. Это требовало невероятного мужества. Нин Цин проделала очень хорошую работу.

Нин Цин почувствовала себя немного неловко после того, как ее похвалила секретарша. “Я почти проиграл. К счастью, секретарь Чжу пришел на помощь. Секретарь Чжу, благодарю вас.”

Чжу жуй скромно рассмеялся. “Я не могу принять благодарность мадам. Если вы хотите сказать спасибо, вам лучше пойти и сказать это президенту.”

Лицо Нин Цин слегка покраснело.

Юэ Ваньцин взяла маленькую руку дочери и сказала с облегчением и сожалением: “Цинцин, это все мамина вина. Если бы не Шаоминг, мама бы тебя затащила вниз.”

После этого Юэ Ваньцин всегда хвалила своего зятя.

- Мама, я же твоя дочь. Меня никто не тянет вниз. Мне просто грустно. Почему ты не рассказал мне об инциденте 20-летней давности, и о бабушке?- Спросила Нин Цин.

Выражение лица Юэ Ваньцин было полно боли. - Цинцин, дело не в том, что мама не хотела этого говорить, а в том, что она не посмела. Этот период был самым трусливым и эгоистичным временем в моей жизни. Я не осмеливаюсь взглянуть в лицо этой версии себя, не говоря уже о том, чтобы рассказать вам о ней. Но Цинцин, мама действительно не столкнула твою бабушку с лестницы. В возрасте 8 лет твоя бабушка вернула меня из приюта, чтобы я была ребенком-невестой для семьи Нин. Мы с твоей бабушкой-как мать и дочь. Даже под угрозой смерти я не совершу такого богохульства.”

- Да, мама, я тебе верю, - с облегчением сказала Нин Цин, обнимая мать за дрожащие плечи. “Не волнуйтесь. Я разберусь с этим. Я обязательно найду настоящего преступника, который столкнул бабушку с лестницы, и верну твою невиновность.”

Юэ Ваньцин взяла салфетки, протянутые Сяо Чжоу, и вытерла слезы. - Цинцин, как ты думаешь, твой отец знает о том, что ли Мэйлин нанял этих гангстеров 20 лет назад? А твой отец знал, что его обманули?”

Нин Цин напряглась и медленно посмотрела в нежные глаза своей матери. - Мама, вопросы, которые ты сейчас задаешь, бессмысленны. Даже если ли Мэйлин манипулировала папой в ту ночь, никто не заставлял его заниматься сексом с Ли Мэйлин…”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 82:Лу Шаомин, Что Вы Смотрите?

Нин Цин напряглась и посмотрела в нежные глаза своей мамы: "Мам, вопрос, который ты задавала, бессмыслен. Даже если папа был обманут ли Мэйлин той ночью, кто заставил его иметь сексуальные отношения с Ли Мэйлингом? Почему он сделал это во второй раз? Почему он скрывал правду о Нин Яо? Почему он развелся с тобой?”

Юэ Ваньцин опустила взгляд, и слезы потекли по ее некогда прекрасным щекам.

- Мам, забудь про папу. У меня нет никакой надежды на него. Он уже женился на Ли Мэйлин и мы начали новую жизнь, хорошо?”

” Мм", - кивнула Юэ Ваньцин. - Цинцин, мама вошла в семью Нин в восемь лет. У меня слишком много привязанности и воспоминаний с твоим отцом, но твой отец был слишком жесток к нам. Я больше не буду надеяться, что все можно исправить снова. Я только надеюсь, что ты всегда будешь жить хорошо. Остальное не имеет значения.”

Глаза Нин Цин наполнились слезами. Ее мама была классической старомодной женщиной. Последние тридцать пять лет она содержала своего мужа и воспитывала детей. Она без сожаления отдала всю свою молодость и жизнь семье Нин.

Моя мама не искала многого в своей жизни. Она просто играла свою роль жены, рассматривая Нин Чжэнго как небо. Затем ее небо рухнуло, и всю оставшуюся жизнь она могла полагаться только на свою дочь.

Но сколько же лет она сможет прожить после пересадки печени?

Судьба всегда была несправедлива к этой женщине. Ее мама была одновременно в агонии и горе.

…

Юэ Ваньцин спал после ужина. Нин Цин вернулась в маленькую комнату, чтобы принять душ.

Она переоделась в новую одежду после душа, а затем достала телефон, чтобы позвонить.

Дзынь-дзынь. После нескольких гудков она услышала знакомый мужской голос на другом конце провода. “Привет.”

“Привет.- Нин Цин внезапно смутилась. Она уже собралась поблагодарить его, но, услышав его низкий голос, внезапно растерялась.

Разговор еще не начался, и Наступило неловкое молчание. В конце концов, первым заговорил Лу Шаомин. - Нин Цин, давай сделаем видеовызов?”

- А? Видеозвонок?”

И вдруг-тук-тук. В дверь постучали.

Нин Цин пошла открывать дверь. Там была медсестра, и она держала очень тонкий блокнот в руке. - Мадам, это президент.…”

Это было быстро.

Нин Цин повесила трубку и взяла ноутбук. Затем она закрыла за собой дверь.

В комнате не было письменного стола, поэтому она поставила его на журнальный столик. Она опустилась на колени перед мягким ковром и включила его.

На экране высокой четкости она заметила черный письменный стол, Настоящее кожаное кресло и книжную полку из розового сандалового дерева. На полке было аккуратно разложено море книг, напечатанных на разных языках.

На столе горела классическая европейская настольная лампа, роскошная и в то же время простая. Нин Цин сразу поняла, что это место было элегантно минималистским.

На стуле из натуральной кожи сидел мужчина. На нем была белая рубашка и черные брюки. Первые две пуговицы на его рубашке были расстегнуты, и он увидел здоровую, загорелую кожу мужчины и сексуальные ключицы. У него были густые бакенбарды и выступающий подбородок. Его элегантность хорошо сочеталась с фоном. Изображение было похоже на старинный портрет английского аристократа.

Он лениво откинулся на спинку настоящего кожаного кресла. На столе лежала стопка документов, а рядом с ней-ручка. Похоже, он просто работал.

Нин Цин никогда не думала, что она увидит его прямо, когда она включила ноутбук. Она лениво подпирала голову рукой о кофейный столик, как сонная кошка.

Она вдруг села поудобнее и выпрямила спину.

Мужчина несколько раз взглянул на нее и нахмурился. “Почему у тебя такой грязный вид? Ты только что принял душ?”

Нин Цин смутилась еще больше. Она захлопала своими бабочкиными крылышками, похожими на ресницы. Она хотела сказать что-нибудь, чтобы сгладить неловкость, но поняла, что вода с ее мокрых волос капает на Блокнот.

Вздох!

Он мог выглядеть щеголевато при любой встрече, но только с минутным уведомлением, в то время как она выглядела как девушка из деревни.

“Хе-хе, - сухо рассмеялась Нин Цин, беря мягкое полотенце, чтобы вытереть капли воды с записной книжки. Затем, делая вид, что вытирает волосы “ " мм, только что принял душ. Шаоминг, спасибо тебе за сегодняшний день.”

Лу Шаомин наблюдал за действиями миниатюрной девушки. Он не разоблачал ее, но в его ярких черных глазах была нежная любовь. “Это хороший урок, который ты сегодня усвоил. Вы будете уверены в успехе, когда узнаете своего врага и самого себя.”

- МММ ... - Нин Цин покорно приняла его совет. Ее прекрасные глаза смотрели на своего мужчину, когда она сверкнула сладкой улыбкой. “Но как ты мог быть так уверен, что я узнаю?”

Если бы она не знала, что Чжу жуй имел в виду в пресс-релизе, шоу не могло бы продолжаться.

Лу Шаомин ухмыльнулся и восхищенно сказал: "Конечно, я бы поверил в ту жену, которую выбрал. Моя жена всегда была умна, и я знал, что ты отлично справишься.”

Неужели он делает ей комплимент?

Ее сердце было наполнено радостью.

И вдруг-тук-тук. Кто-то открыл дверь, и вошла женщина-врач.

Женщина-врач подумала, что Нин Цин играет с ее блокнотом, и не обратила на это особого внимания. Она положила розовое белье на кровать Нин Цин “ " малышка Нин, моя подруга привезла несколько пар бюстгальтеров из-за океана. Я думаю, что это довольно мило, поэтому я взял один, который был бы вашего размера. Тебе 32С?”

Нин Цин смущенно покраснела. Как они могли обсуждать перед ним такую грешную тему?

- Сестрица Мэй, не надо. Я…”

“А почему ты говоришь, что тебе это не нужно? Я уже принес его для тебя.- Сестрица Мэй была родом с северо-востока страны, где они славились своей прямолинейностью. Она измерила Нин Цин вверх и вниз, а затем сказала: “32C, это определенно подходит. Тебе еще нет и двадцати одного года, а ты уже заполнила анкету.”

- Сестрица Мэй... - Нин Цин хотела прервать ее.

- Малышка Нин, почему ты такая застенчивая? Когда вы выходите замуж и у вас есть муж, ваш размер бюста будет расти, не говоря уже о том, что после рождения ребенка и кормления грудью…”

- Сестрица Мэй!- Нин Цин была на грани потери контроля.

За дверью кто-то позвал врача: “малыш Нин, я зайду за тобой позже. У меня есть работа, чтобы сделать.- А потом сестрица Мэй поспешно ушла.

Нин Цин облегченно вздохнула. Если бы сестрица Мэй продолжала оставаться, кто знает, куда бы мог завести этот разговор. Это было слишком неловко.

Нин Цин посмотрела на Лу Шаомина, и ей захотелось сменить тему разговора. Тем не менее, мужчина с другой стороны смотрел на два комка на ее груди.

Нин Цин испытала шок, и она быстро скрестила руки на груди. Затем она сделала ему выговор “ " Эй, Лу Шаомин, на что ты смотришь?”

Длинные тонкие глаза Лу Шаомина были глубокими и темными. Его голос звучал немного хрипло, а ответ был коротким: "сиськи!”

- Это ты!- Нин Цин никогда не думала, что Лу Шаомин, который всегда был джентльменом, скажет такое слово. Она покраснела и пробормотала, заикаясь: “Ты, Ты... бесстыдница!”

- Хех, - Лу Шаомин откинулся на спинку кожаного дивана, достал сигарету, скрестил ноги и закурил. Он выглядел непринужденно. “Я взглянул на твою грудь и понял, что мне нечего стыдиться? Моя дорогая жена, где твое свидетельство о браке?”

Нин Цин не находила слов.

Казалось, что на самом деле он был самым разумным человеком.

Она была его женой. Ее сердце и тело принадлежали ему!

Но…

Она была застенчива. - Она закрыла руками грудь. Она не могла их убрать и не должна была продолжать скрещивать руки на груди. Короче говоря, она не могла просто так открыто показать ему это.

Затем она услышала женский голос с другой стороны экрана. "Президент Лу, вы хотите принять душ прямо сейчас? Может мне наполнить ванну теплой водой для тебя?”

Нин Цин нашла этот голос очень знакомым. Затем она вспомнила, что это был тот же самый женский голос, который напомнил ему, что он должен пойти на встречу во второй половине дня.

Почему женский голос следует за ним из конференц-зала в его личное жилище? Она даже приготовила ему воду для душа?!!

Нин Цин подняла глаза. Мужчина, который курил, почти ничего не сказал о голосе женщины и даже не поднял головы. Он махнул левой рукой и поманил человека к выходу. Потом снова стало тихо.

Нин Цин забеспокоилась. Она улыбнулась и неторопливо спросила: "Шаоминг, кто эта женщина?”

Лу Шаомин поднес сигарету к губам и глубоко вздохнул. - Он поднял брови, и его тонкие черные глаза выдали отчетливый цветущий взгляд. Он взглянул на нее и надменно сказал: “друг подарил мне ее, голубоглазую белокурую красавицу.”

Что? Белокурая красавица?

- Шаоминг,а почему тебе дали такую красивую женщину?- Наивно и невинно спросила Нин Цин.

Лу Шаомин сел и протянул правую руку, чтобы стряхнуть пепел с сигареты в пепельницу на столе. Девушка умела притворяться. Ее прекрасные глаза были полны невинности, и она выглядела как студентка, которая внимательно слушает в классе.

Он не мог до нее дотянуться. В противном случае он бы снял с нее штаны и дал ей крепкую пощечину. Она была первой, кто попытался действовать перед ним.

“А что же еще? Жена, разве ты не видела это по моему лицу? Неисполненное желание.”

Голова Нин Цин онемела. Его надменный взгляд выдавал необузданную первобытную натуру мужчины. Говоря это, он нагло смотрел на нее.

- ...Нин Цин притворилась, что не понимает.

- Нин Цин, я слышал, что сегодня на студии произошел несчастный случай. Ты не ушибся?- Лу Шаомин посмотрел на девушку с розовыми щеками и спросил.

“Нет, но я заметил, что у меня на плече красное пятно. Я думаю, что это было от пули.- Нин Цин коснулась ее левого плеча.

- Голос мужчины был глубоким. “Это серьезно? Дайте-ка подумать.”

- МММ. - Нин Цин надела черную майку после того, как приняла душ. Поверх него она надела белую рубашку. Поэтому она сбросила рубашку и потянула вниз один ремень. Она наклонилась вбок и двинулась своим гладким плечом к экрану. Она показала пальцем и сказала: “Это здесь. Я в порядке, но это просто немного больно. Я только что принял лекарство.”

- И куда же? Я ничего не вижу, - сказал человек с другой стороны.

Как же он мог ничего не видеть? Нин Цин придвинулся еще ближе к экрану: “это здесь.”

Она искоса взглянула на него, но была ошеломлена увиденным.

Он пристально смотрел на нее.

Она внимательно посмотрела ему в глаза. Она даже не заметила, как потянула вниз свой ремень раньше. Больше половины ее груди было открыто.

У нее была привычка не носить много слоев одежды после душа. Следовательно, не было ничего синглета.

Нин Цин была ошеломлена, и ее кровь закипела. Она никогда никому не показывала свое тело, даже будучи взрослой. Она не может показать это мужчине.

Он заставил ее думать, что хочет увидеть ее рану, но хотел лишь воспользоваться ее слабостью.

Ее обманули.

Лу Шаомин увидел, что красивые глаза девушки были похожи на рябь воды осенью, покрытую ярким туманом. Она была похожа на раненого оленя, смотрящего на него смущенно и беспомощно.

“Почему, почему ты так расстроена?- Лу Шаомин вдруг осознал, что голос у него хриплый, а губы сухие. Он облизнул губы и нахмурился.

Как могла эта двадцатиоднолетняя девушка быть такой невинной? Она краснела, когда они делали что-нибудь интимное. Затем он только взглянул на нее, и это было так, как будто он сделал что-то плохое.

Нин Цин не хотела с ним разговаривать. Она кусала губы своими белыми зубами, пока не начала кровоточить.

- Нин Цин, прекрати это. Разве ты не понимаешь, что причиняешь себе боль?- Сердито сказал Лу Шаомин. Его Адамово яблоко энергично закрутилось, поскольку девушка не знала, насколько очаровательным был ее невинный взгляд.

Было бы лучше, если бы он промолчал. Как только он заговорил, слезы хлынули из глаз Нин Цин и потекли по ее щекам. Ублюдок, он смотрел на нее и имел наглость ругать ее!

К людям, которые ее запугивали, она могла относиться мудро и спокойно. Но она была молодой леди и никогда не была в такой ситуации. Она имела дело с ним, и это было так неловко.

Она не знала, стоит ли ей поднимать свою одежду. Ее грудь была обнажена, и она могла прикрыть ее только рукой.

Ее слезы тихо текли вниз.

Лу Шаомин увидел, что она действительно плачет, и на его лице промелькнула тревога. Он говорил мягко, так как не знал, как утешить девушку. Его голос звучал напряженно, когда он сказал: “Жена, прости. Я почти ничего не видел. Я забуду об этом, ладно?”

Нин Цин фыркнула и надула губы. Ее нежный голос возразил: "лжец, ты уже видел.”

Лу Шаомин увидел ее руку и почувствовал себя очень неуютно.

В его голове возник какой-то образ. Ключица у нее была очень красивая. Она была мягкой и нежной, и там была небольшая яма. Ремешок скользнул вниз с ее плеча, и перед ним открылась гладкая молочно-белая кожа. У нее была красота юной девы.

Она была действительно потрясающей.

Так красиво, что было душно.

Тот, кто был искусен в дебатах, внезапно потерял дар речи. Он увидел, что девушка медленно оделась и перестала плакать. “Я показал тебе то, что ты хочешь увидеть. Итак, вы не можете смотреть на белокурую красоту.- Она казалась очень несчастной.

Лу Шаомин немного помолчал и вдруг истерически расхохотался. Его молодая жена была похожа на книгу, которую никогда не закончишь. Она постоянно преподносила ему сюрпризы.

- Да, жена.- Лу Шаомин быстро сменила тему, чтобы не чувствовать себя неловко. “А кто, по-вашему,оставил там пистолет? Кто хотел причинить тебе боль? А что ты собираешься делать?”

- Мм, я уверен, что это был ли Мэйлин. Между покушением на мою жизнь и пресс-релизом позже, она была бы в состоянии убрать нас обоих одним махом. Жаль, что в киностудии было так людно. Мы подали заявление в полицию, но они еще не нашли никаких улик. Уличный ходок скоро закончится, и мы все заняты. Следовательно, мы могли только отложить этот вопрос на время.”

"В сегодняшнем пресс-релизе ли Мэйлин была полностью дискредитирована. Теперь она не сможет причинить ему никаких неприятностей. Пока я не закончу с уличным ходоком, я буду заботиться о Нин Яо. Эти две матери и дочь причинили мне зло; они увидят справедливость, один за другим.”

- Угу, - кивнул Лу Шаомин. - Подожди, пока я вернусь. Я тебя поддержу.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 83:Осмелитесь ли Вы присутствовать в качестве Миссис Лу?

Его "поддержка" заставляла Нин Цин чувствовать себя теплой и пушистой внутри. На самом деле, когда он не запугивал ее, он был очень добр к ней.

- Шаомин, это все благодаря Ло Си, который спас меня сегодня в театре. Я слышал, что у вас с Ло Си хорошие отношения. Он очень искусен в боевых искусствах. Где он этому научился?”

Лу Шаомин потушил окурок в пепельнице и ответил: “Ло Си-незаконнорожденный сын семьи Оу. Мать родила его и умерла от обширного кровотечения. В это время акушерка положила его в реку и позволила ему плыть по течению в маленькой бочке. Наконец, он был спасен выдающимся монахом в храме и вырос в храме.”

“Но когда ему было восемь лет, храм был уничтожен группой грабителей. Он видел, как монах, который был его учителем и относился к нему как к отцу, умер в луже крови. С тех пор он больше никогда не заговаривал. Он был захвачен торговцами людьми и в конце концов убежал и спрятался глубоко в горах. Он жил с волком в течение целых 10 лет в возрасте от восьми до 18 лет и только присоединился к семье Ou в возрасте 19 лет.

Нин Цин была шокирована тем, что такой сюжет, который появится только на телевидении, на самом деле появится у человека, Оу Ло Си…

“В возрасте 19 лет Ло Си узнал о жизни и культуре человека только после присоединения к семье Оу. На первый взгляд кажется, что с ним очень трудно ужиться. Но на самом деле, это просто то, что он не знает, как ладить с другими и не смеет ладить с другими. Он чище, проще и добрее всех людей на свете. Если вы относитесь к нему искренне, он будет относиться к вам хорошо.”

Нин Цин все это время молчала. Она не могла себе представить, как Оу Ло Си выжил за все эти годы. Его жизнь была слишком несчастной и странной. Он был обречен быть изгоем, и вряд ли его примет мир.

У вас в семье незаконнорожденный сын?

Внезапно Нин Цин вспомнила о у цзе. ОУ Цзе был старшим братом Оу Ло Си и молодым хозяином семьи Оу; вероятно, он был ее прямым потомком.

Было сказано, что Оу Ло Си вошел в индустрию развлечений в возрасте 19 лет, но он только что присоединился к семье ОУ в возрасте 19 лет. Так что его отправили сразу же, как только он вошел в семью Оу. Нин Цин могла только представить себе открытые и тайные бои между богатыми семьями.

Бедный Оу Ло Си!

- Нин Цин, - Лу Шаомин взглянул на часы. “Я должна выйти позже, так что давай больше не будем это обсуждать. Ты можешь лечь спать раньше меня.”

“О.- Нин Цин была возвращена в настоящее. Она посмотрела на мужчину, чье лицо было настолько красивым, что казалось, будто его изваял какой-то гениальный скульптор. Она не могла позволить ему уйти. - Шаоминг, когда ты вернешься?”

“А что, ты скучаешь по мне?- Лу Шаомин слегка улыбнулся.

Длинные ресницы Нин Цин затрепетали пару раз, когда она энергично кивнула и сказала: “Ага!”

Теплый и нежный свет мгновенно полился из черных глаз Лу Шаомина. Он протянул правую руку и ткнул в нее пальцем. - Подойди и Поцелуй меня.”

Как она могла так целовать его?

Но Нин Цин все еще держала свое лицо перед экраном, и он тоже придвинулся ближе. Отделенная очень тонким экраном, Нин Цин могла даже слышать его мягкое и мощное дыхание.

Она могла представить себе здоровый и очаровательный мужской аромат на нем.

Она слегка прикрыла глаза и не осмелилась посмотреть на его совершенно угловатое лицо. Она услышала, как мужчина смеется на другом конце провода: “через три дня Гуан Цин устроит званый обед. Тогда я и вернусь. Может быть, вы осмелитесь присутствовать в качестве госпожи Лу, жены президента Гуан Цин?”

Его голос был мягким и нежным, стуча в сердце Нин Цин и заставляя ее дрожать. Она интуитивно покачала головой “ " Нет! Мне все еще нужно больше времени.”

Ей нужно было время, чтобы принять его недостижимый статус.

“МММ, - лениво и сексуально проворчал мужчина. "Хорошо, я подожду тебя, но Цинцин, твоему мужу уже 30 лет, и некоторые вещи не могут ждать. Не двигайтесь вперед, как ползучая улитка, и не заставляйте его ждать слишком долго. Он любит тебя, жаждет иметь с тобой близкий контакт и хочет сделать тебя своей.”

Маленькое личико Нин Цин горело. У него всегда были причины, и он всегда мог сказать что-то вроде “принимая” так серьезно и торжественно, что она не могла отказаться.

Она вспомнила его плотно сдвинутые брови в тот день в раздевалке, его болезненное выражение лица, когда он пытался подавить себя. Наконец он наклонился к ней и нежно поцеловал. Было ясно, что он счастлив, но ее тело таяло в воде в его грубых ладонях. Когда он дрожал, она дрожала вместе с ним.

“В порядке.- Нин Цин кивнула. Ее вишнево-красные губы сморщились в миллиметре от экрана, целясь в его красивые тонкие губы с оглушительным "Муах". - Шаоминг, я подожду, пока ты вернешься.”

…

Нин Цин закончил видеовызов и вернул записную книжку Чжу Жуйю. Возвращаясь в свою комнату, она прошла мимо палаты. Случилось так, что дверь палаты была приоткрыта, и она увидела ли Мэйлин.

Ли Мэйлин упала в обморок на пресс-конференции и была доставлена в эту больницу. Она лежала на кровати с бледным лицом. Нин Яо стоял рядом с ней, и Нин Чжэнго тихо спросил: “Скажи мне, что здесь происходит. Вы все спланировали на дороге Янь НАН 20 лет назад?”

Нин Чжэнго спрашивал о том, что случилось более 20 лет назад, когда он был женат на Юэ Ваньцин всего два или три года. Юэ Ваньцин был красивым и имел отличную личность. Она была нежна и внимательна к нему. Самой примечательной частью всего этого было то, что Юэ Ваньцин вошла в семью Нин в возрасте восьми лет; она была его сестрой, а также любовницей мечты его юности. После свадьбы они были полны привязанности и любви друг к другу.

Юэ Ваньцин любила смотреть оперные спектакли и позже привела ли Мэйлин домой вместе с ней. По правде говоря, в тот момент он не заметил ли Мэйлин. С точки зрения внешнего вида или поведения, ли Мэйлин не мог сравниться с Юэ Ваньцин.

Позже ли Мэйлин стал популярен. Мужчины в деловом мире любят поговорить о популярных актрисах. Его друзья говорили, что ли Мэйлин никогда не принимает мужские цветы и приглашения на ужин. Она была отстраненной богиней.

После того, как они часто слышали эти замечания, они произвели свое впечатление. Он вспомнил, что Юэ Ваньцин часто просила его отвезти ли Мэйлин домой. Ли Мэйлин был нежен, как овца перед ним. Она тоже смотрела на него парой красивых и нежных глаз, Маня и соблазняя его.

Он знал, что нравится ли Мэйлингу. И его самоуважение было очень удовлетворено. Богиня, которая была недостижима для других людей, любила его!

Хаха.

Но он даже не пошевелился. Во-первых, после всех этих лет, у него были чувства к Юэ Ваньцин. Во-вторых, его мать принимала решения в семье Нин. Его мать относилась к Юэ Ваньцин как к собственной дочери, и он был очень сыновним.

Но потом что-то случилось на дороге Янь Нань.

Дорога Янь НАН была кратчайшим путем, по которому он ехал бы домой каждый день. В тот вечер он тоже выпил немного вина. Когда он приехал туда, то увидел пятерых или шестерых мужчин, насилующих женщину.

Он услышал голос ли Мэйлин, звавшей на помощь, и вышел из машины, чтобы остановить ее. Мужчины бросились бежать, как только увидели его. Ли Мэйлин бросилась к нему в объятия и горько заплакала.

Они сели в машину. Ли Мэйлин держала его в тускло освещенной машине. Он был в восторге от трения ее тела о его. Ее одежда была сильно порвана. Ее светлая кожа была роковой точкой притяжения для него. Они скатились вместе и прорвались сквозь последний барьер приличия между ними.

Он видел ее кровь после их совокупления; она дала ему свой первый раз. Он чувствовал себя виноватым, но разводиться не собирался. Он мог дать ей только деньги в качестве компенсации.

Но она отказалась и плакала, когда призналась ему, что полюбила его с первого взгляда и что она не разрушит его семьи, пока он хочет быть с ней.

Все мужчины любят обманывать и побеждать, но она также была богиней их поколения. Хотя Юэ Ваньцин была очень хороша, она была слишком застенчива в постели. Это была его великая обида, и Ли Мэйлин утолил ее неутолимую жажду. Никто не знал, насколько распутной была эта отчужденная богиня в постели; она могла служить ему с комфортом от начала и до конца.

Именно так он погрузился в ее нежность и наслаждался ею в течение 20 лет.

- Чжэнго, в ту ночь я действительно готовил заговор, но никому не причинил вреда. Ты мне просто понравился. Когда я впервые увидел вашу красивую и великолепную фигуру, я глубоко влюбился в вас. Я никак не мог освободиться. Я просто хотел тебя забрать. Ты забыла, сколько мужчин преследовало меня в то время, но я просто хотела быть твоей женщиной, - рыдала ли Мэйлин.

Нин Цин стояла у двери. Она увидела, что выражение лица Нин Чжэнго быстро успокоилось. - Усмехнулась она. Ли Мэйлин действительно понимал Нин Чжэнго. Каждая фраза очень удовлетворяла его эго.

Нин Чжэнго, вероятно, считал своей величайшей гордостью то, что богиня одного поколения так усердно трудилась, чтобы переспать с ним.

“Но Мейлинг, ты не можешь обмануть меня. Я смотрел видео с сегодняшней конференции. В течение последних двадцати лет ты говорил, что не разрушишь мою семью, что будешь просто молча оставаться со мной. Вы обманули меня и Ваньцин с самого начала?”

Выражение лица ли Мэйлин сменилось шоком. Она отрицательно покачала головой и воскликнула: "Чжэнго, другие могут так говорить обо мне, но как ты можешь не понимать меня? Неужели ты не чувствуешь любовь, которую я испытываю к тебе после всех этих лет?”

“За все то время, что я провела с тобой, разве я когда-нибудь мечтала о титуле? Как бы Яо-Яо ни хотела называть тебя отцом, я не позволю ей этого сделать. Я сопровождал вас, чтобы развлечь клиентов и помог вам с компанией и разделил ваши заботы. Я дал тебе лучшие годы, которые может предложить женщина. Если бы сестра не столкнула бабушку с лестницы три года назад, ты бы не развелся с ней и не женился на мне. Как же теперь я могу быть виноват?”

Нин Чжэнго не мог ничего возразить.

Теперь Нин Цин все поняла; если бы бабушка не скатилась с лестницы три года назад, ее “отец”, вероятно, все еще хотел бы обладать и семьей, и красотой. Он хотел выиграть Большой шлем жизни.

К сожалению, когда мужчины получают удовольствие от обмана, ни одна красавица не захочет вечно прятаться в темном углу. В конце концов они захотят узурпировать его жену.

В это время Нин Яо заметила стоящую у двери Нин Цин. Она крикнула: "сестра!…”

Нин Цин не стала прятаться после того, как ее обнаружили. Она великодушно открыла дверь и появилась перед тремя людьми.

Когда Ли Мэйлин увидела Нин Цин, она быстро сказала: "Чжэнго, я знаю, что это была моя вина 20 лет назад, но Цинцин была слишком безжалостна на сегодняшней пресс-конференции. Она заставила тебя потерять столько лица.”

Взгляд Нин Чжэнго, устремленный на Нин Цин, мгновенно стал недружелюбным.

Нин Цин лениво прислонилась к двери. Все ее тело было залито светом из коридора и казалось немного холодным. - Ах, лицо? А где же твое лицо?”

- Нин Цин!- Нин Чжэнго был взбешен тем, что его дочь издевается над ним.

Легкая улыбка появилась в уголках губ Нин Цин, когда она скрестила свои тонкие руки на груди. Она равнодушно пожала плечами.

Она не всегда была в настроении играть с другими. С тех пор как Нин Чжэнго месяц назад толкнул ее на этого извращенца, он был ничем в ее глазах.

- Чжэнго, посмотри на ее отношение... - ли Мэйлин воспользовалась этой возможностью, чтобы подлить масла в огонь.

- Довольно! Всем прекратить болтать!- Нин Чжэнго прервал ли Мэйлинга.

Ли Мэйлин заткнулся.

Нин Чжэнго снова посмотрел на Нин Цин и недружелюбно спросил: “Почему ты здесь?”

“О, вы забыли, что моя мать перенесла здесь операцию по замене почки. Моя мать была госпитализирована. Я здесь, чтобы сопровождать ее.”

Нин Чжэнго был очень недоволен тем, что Нин Цин” ты забыл“, но когда он услышал” операцию по замене почки", Эхо вины и нежности вспыхнуло на его лице, но это исчезло через долю секунды. - Операция твоей матери-это урок от Бога. Твоя бабушка обращалась с ней как с собственной дочерью. Как она могла так жестоко столкнуть ее с лестницы?”

Спустя три года Нин Чжэнго все еще сжимал кулаки, когда говорил на эту тему.

Нин Цин никак не отреагировала. - Моя мать пыталась занять у вас денег на свою операцию, но вы ей ничего не дали, - рассмеялась она, начиная двигаться. Несмотря на это, операция прошла гладко. Разве это не знак свыше, что моя мать не столкнула бабушку с лестницы?”

- Это ты!- Нин Чжэнго молчал. Выражение его лица изменилось, и он спросил: “почему тот человек, которого я представил Вам в прошлом месяце, исчез? Этот человек-мой деловой партнер. Хотя он был женат два раза, он богат и имеет хороший характер. Ты была бы молодой госпожой, если бы вышла за него замуж. Почему ты не попытался поладить с ним?”

Нин Цин очень хотелось рассмеяться, и она рассмеялась. “Ха, А ты разве не знаешь? После того, как вы ответили на звонок и ушли в тот день, ваш партнер по бизнесу попытался изнасиловать меня. Сейчас он в тюрьме.”

- Ну и что же?- Нин Чжэнго был шокирован. Он ничего об этом не знал. Он повернулся и посмотрел на Ли Мэйлин. - Расскажи мне, что случилось. Разве вы не ручались за характер этого человека?”

Ли Мэйлин не ожидал, что Нин Цин разоблачит все. Этот человек тоже был бесполезен. Он даже не мог изнасиловать 21-летнюю девушку, это бесполезная трата времени!

- Чжэнго, почему ты снова обвиняешь меня? Вы сами встречались с ним и тоже его одобрили.- Ли Мэйлин вел себя невинно.

Нин Чжэнго поджал губы. В тот вечер ли Мэйлин изо всех сил старалась услужить ему. Он был пьян и у него кружилась голова, так что он не мог по-настоящему судить этого человека. Тем не менее, он был небрежен.

Затем подошла секретарша Нин Чжэнго и сказала: “босс, Гуан Цин только что прислала вам приглашение посетить званый обед Гуан Цина через три дня.”

- Гуан Цин?- И у Нин Чжэнго, и у Ли Мэйлин сияли глаза.

- Чжэнго, это что, Гуан Цин? The Guang Qing listed in the United States by Lu Shaoming, the ninth generation direct grandson of the Lu family, when he was 16-year-old? Господи, с чего бы ему посылать тебе приглашение? Мне придется пойти с тобой.”

- Мама, папа, вы говорите о корпорации Лу, самой большой имперской группе в мире? И самый ценный золотой Холостяк в мире, Лу Шаомин? Я слышал, что он великолепный человек, богатый, как целая страна. Я тоже пойду.”

Нин Цин посмотрела на семью, которая была пьяна от жадности. Если бы они узнали, что она вышла замуж за Лу Шаомина, что бы они подумали?

- Тетя ли, вы все еще осмеливаетесь появляться на улице? Я предлагаю вам взглянуть на новости и Weibo; интернет призывает вас выйти из индустрии развлечений и покинуть эту землю. Я боюсь, что они будут бросать в тебя камни и тухлые яйца, как только увидят тебя. На твоем месте я бы носил саван на лице и никогда его не снимал.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 84:Сохраните Свой Первый Танец Сегодня Вечером Для Меня

- Сказала Нин Цин, и все три лица в палате мгновенно посерьезнели.

Нин Чжэнго посмотрел на Ли Мэйлин. Все эти годы он был совершенно без ума от нее. Дело было не только в том, что она хорошо служила ему, но и в том, что она была гладкой и ловкой, когда сопровождала его, чтобы увидеть его клиентов.

Нин Яо топала ногой в гневе, как всегда гордилась ею. Затем она поняла, что ее мама упала, и у нее больше не было этого надежного краеугольного камня в ее жизни.

Ли Мэйлин заметила пристальный взгляд мужа и дочери, и сердце ее упало до самой глубины груди.

Она посвятила им обоим полжизни, но они так легко ее покинули.

Нин Цин увидела это и заправила волосы за уши. Она посмотрела на Нин Чжэнго и улыбнулась. “Если ты не хочешь, чтобы к тебе пристала публика и это повлияло на твой личный имидж и репутацию твоей компании, тебе лучше держать тетю ли дома до конца ее дней. Она больше не сможет посещать светские сборища рядом с тобой. Поторопитесь и попросите свою пиар-команду выбрать другую красотку, чтобы заменить ее. Этот человек мог бы поехать с тобой в командировку и разделить твою ношу.”

- Нин Цин намеренно казалась несимпатичной.

Нин Цин прищурилась и холодно посмотрела на нее. Затем она изящно развернулась и вышла.

- Папа, посмотри, что только что сказала сестра” - Нин Яо быстро пожаловалась на несправедливость от имени Ли Мэйлин.

- Заткнись!- Нин Чжэнго был взволнован и заорал на Нин Яо, - ты тоже. Тебе лучше пока помолчать. Даже не думай пытаться что-то сделать с молодым мастером Лу. Он не тот, с кем ты можешь общаться. Не доставляй мне больше хлопот. Я так давно не видела Сюй Цзюньси. Ты даже не можешь позаботиться об одном человеке! Так бесполезно.”

Прежде чем покинуть палату, Нин Чжэнго сказал: “Мама дома, и ей нужен кто-то, чтобы заботиться о ней. - Я иду домой.”

Нин Чжэнго ушел.

…

Нин Цин направилась к своей комнате. Она столкнулась с человеком, который только что вышел из лифта, Сюй Цзюньси.

Сюй Цзюньси пришел в спешке. Она могла бы сказать, что он был там, чтобы навестить ли Мэйлин и Нин Яо.

- Генеральный директор Сюй... - Нин Цин встретила его саркастической улыбкой.

Сюй Цзюньси увидел ее простодушную улыбку, и его лицо потускнело. Он никогда не думал, что она может быть такой ненавистной.

- Хм!- Он ушел.

Нин Цин не могла с ним возиться. Пресс-релиз в тот день мог бы занять их четверых на довольно долгое время. Она могла просто ждать и наблюдать, как развиваются все эти шутки и сплетни.

Нин Чжэнго ушел бессердечно. К этому моменту Ли Мэйлин действительно проливала слезы от гнева. Нин Яо тоже была расстроена, потому что последняя фраза Нин Чжэнго задела ее рану.

Недавно мама Сюй Цзюньси намеренно усложнила ей жизнь. Его мама запретила Сюй Цзюньси ходить с ней на свидания, она не позволяла Сюй Цзюньси приводить ее на какие-либо общественные мероприятия, и она откровенно разговаривала с ней в недоброй манере.

Сюй Цзюньси была дочерью. Он был в трудном положении, застряв между своей мамой и Нин Яо. Он подсознательно отдалился от нее. Она должна была справиться с эмоциями его матери, одновременно терпя его холодное обращение.

Когда мать и дочь сидели там в полном отчаянии, дверь распахнулась настежь. - Тетя, Яояо.”

Нин Яо увидела, как вошла Сюй Цзюньси, и сразу оживилась. Она подбежала к Сюй Цзюньси и упала в его объятия. - Цзюньси, наконец-то ты здесь, - мягко воскликнула она. Я думал, что ты будешь такой же, как и все остальные. Насмехается надо мной, холодно обнимает. Я думал, что ты больше не хочешь меня.”

Сюй Цзюньси нежно погладила волосы Нин Яо и сказала: “глупая девочка. Ты же моя невеста. С чего бы мне тебя бросать?”

Счастливая улыбка внезапно появилась на лице Нин Яо.

- Цзюньси, я в порядке. Спасибо, что пришли. Все плохие вещи, сказанные в пресс-релизе, были из-за ошибок, которые я совершил, когда был молод. Я была так опрометчива, потому что слишком сильно люблю Чжэнго. Однако все это не имело никакого отношения к Яояо. Она невиновна. Ее привязанность к тебе может быть подтверждена Богом. Ты должен защитить ее.”

- Угу, - серьезно кивнул Сюй Цзюньси и пообещал: - тетя, не волнуйся. Я не позволю тому, что произошло сегодня, повлиять на Яояо. Я приведу Яояо на некоторые благотворительные мероприятия в течение следующих нескольких дней, чтобы способствовать положительному образу ее.”

Ли Мэйлин слушал и чувствовал себя непринужденно. Она бросила на Нин Яо быстрый взгляд. “Яояо, разве ты раньше не говорил о Цзюньси? Он сейчас здесь, давай, проведем немного времени вместе.”

Нин Яо покраснела. Затем она взяла Сюй Цзюньси за руку и вышла.

…

Они вдвоем пошли по коридору. Сюй Цзюньси обняла Нин Цин за плечи, а Нин Яо прижалась к нему: "Цзюньси, твоя мама все еще сердится на меня? Если твоя мама все еще сердится, тебе лучше не приходить ко мне, хотя я буду очень скучать по тебе.”

“И я знаю, что твоей маме не нравится мое происхождение, но я не могла выбрать обстоятельства своего рождения. Даже если моя мама поступила неправильно, она любит меня; она хорошая мать. Я буду любить тебя все больше и больше, и я приму меры, чтобы завоевать признание и одобрение твоей мамы.”

Сюй Цзюньси поцеловала Нин ЯО в лицо. Он чувствовал вину и душевную боль. - Яояо, ты такая понимающая девочка. Моя мама не знала в тебе ничего хорошего. Пока я буду настаивать, ты ей понравишься.”

Нин Яо улыбнулся. Именно, независимо от того, как сильно его мама не любит ее, она может прожить до тех пор, пока крепко держится за этого мужчину.

"Цзюньси, я слышал, как мой отец сказал, что президент Лу из Гуанцина прислал приглашение. Они обедают через три дня. Жаль, что я не смогла поехать. Мой отец не позволяет моей матери и мне выходить из дома.”

Сюй Цзюньси услышал имя "Президент Лу", и его тело напряглось. В его голове возник образ того, как Лу Шаомин и Нин Цин становятся близки той ночью, и губы Нин Цин тоже были разорваны. В его глазах была тьма и зависть.

“А кто сказал, что ты не поедешь? Ты будешь моим кавалером.”

- Неужели?- Нин Яо остановился и обхватил ладонями лицо Сюй Цзюньси. Затем она поцеловала его.

С тех пор как пришла Нин Яо, он почти не прикасался к другим женщинам. Кроме того, он уже много дней не делал ничего интимного с Нин Яо. Поэтому в тот момент, когда она поцеловала его, его тело быстро отреагировало.

Он закрыл глаза и держал затылок Нин Яо, пока углублял поцелуй.

Нин Яо обняла его, когда ее сердце забилось быстрее, и она покраснела. Внезапно в коридоре кто-то появился. Она толкнула его в грудь и застенчиво сказала: "Цзюньси, вокруг есть люди.”

Сюй Цзюнси, естественно, понял, что она имела в виду. Она хотела найти более уединенное место.

Он вдруг вспомнил, что когда он столкнулся с Нин Цин ранее, он увидел, что Нин Цин входит в одну из определенных комнат. Его дыхание участилось. Он взял Нин Яо за руку и повел ее в комнату, соседнюю с комнатой Нин Цин.

Комната была не заперта.

…

Нин Цин крепко спала, когда внезапно услышала громкое движение в соседней комнате. Она слышала, как кровать качается вместе с женским стоном.

"Цзюньси, мягче…”

Нин Цин услышала этот голос. Серьезно, это Нин Яо.

То, что она постоянно натыкалась на них, было вопросом судьбы. Даже когда они были заняты, это случилось рядом с ее комнатой.

Они все шли и шли по соседству, и вежливости у них не было никакой. Нин Цин беспомощно села и постучала по стене: "Нин Яо, пошуми еще немного, и я запишу это для публикации в интернете. Я сделаю тебя "леди", о которой каждый мужчина будет думать.”

Нин Яо, казалось, была в опасности, и она перестала шуметь, но Нин Цин все еще могла слышать скрип кровати.

Нин Цин больше не могла этого выносить и сделала ей выговор: "Сюй Цзюньси, ты извращенец!”

Человек внезапно хмыкнул, и тишина, наконец, возобновилась.

Нин Цин кое-что поняла. Сюй Цзюньси спровоцировал ее так, что он мог слышать, как она говорит. То, как она произнесла его имя, должно быть, взволновало его. Затем он достиг своей кульминации.

Пффф!

Нин Цин умирала от желания плюнуть на него. Этот человек вполне может быть болен в своей голове.

…

Три дня спустя, ужин Гуан Цин

Прежде чем войти в банкетный зал, Нин Цин отправила сообщение Лу Шаомину: [когда ты будешь здесь?]

- "Только что сошел с самолета. Примерно через полчаса.] Ответил Лу Шаомин.

Нин Цин приподняла уголки губ: "я буду ждать тебя.]

Это было тихо в течение трех секунд: [сохраните свой первый танец для меня.]

Нин Цин покраснела. С тех пор как они впервые узнали друг друга, они никогда не танцевали вместе. Она представила себе его красивую фигуру на сцене в рубашке и брюках. Такой элегантный человек, как он, должно быть, так очарователен, когда танцует.

[Мм!] Нин Цин согласился.

Нин Цин оставила свой телефон и вышла из машины. Затем она вошла в банкетный зал.

Нин Цин была одета в белое вечернее платье, простой, но элегантный дизайн. На ее вечернем платье сзади было глубокое V-образное кружево. Ее красивая белокурая спина была едва видна.

На ней было русалочье платье. Длинный хвост ее платья был украшен белыми цветами ручной работы и инкрустирован блестящей платиной. Это было просто, но изысканно.

Нин Цин появилась неторопливо и завладела вниманием всего банкетного зала.

- Мисс Нин, Мисс Нин здесь... - журналисты быстро сфотографировали ее.

За последние три дня Street Walker вступил в последнюю стадию своего завершения. Режиссер Ван принес Нин Цин по всей стране, чтобы продвигать фильм. Ее элегантное поведение и стиль разговора на пресс-релизах завоевали всеобщую похвалу. Она снова заработала свою репутацию светской львицы № 1 в городе Т и отбросила “падший” дескриптор.

В то же время трейлеры уличных бродяг были загружены, и ее выдающиеся актерские способности завоевали всеобщую благосклонность. Кроме того, ее победа в пресс-релизе ли Мэйлин привела ее на передовую линию развлекательного круга; люди аплодировали ее жесткому отношению и вдохновляющей истории.

Ее число поклонников Weibo и поисков Baidu продолжали увеличиваться. Она возглавляла совет далеко впереди четырех самых известных женских знаменитостей и стала последней и самой горячей женской знаменитостью.

Нин Цин великодушно позировала и позволила журналистам сфотографировать ее.

- Нин Цин.- Ся Сяофу подбежал ко мне.

Ся Сяофу был одет в фиолетовое длинное платье. Ее длинные волнистые волосы, доходившие до пояса, были перевязаны лентой. У нее не было других украшений, но была безупречно чистая аура феи.

Она не была затенена, когда стояла рядом с Нин Цин.

- Сяофу!- Нин Цин счастливо держала Ся Сяофу за руку.

- Мисс Ся, Мисс Нин, редко можно увидеть двух богинь вместе. Пожалуйста, встаньте вместе и позвольте нам сделать еще несколько фотографий”, - попросил репортер.

- Конечно, - великодушно ответили они оба. Их действия не могли скрыть их сестринство.

Затем: "генеральный директор Сюй, Мисс Нин…”

Сюй Цзюньси привел с собой Нин Яо.

Хотя ли Мэйлин была известна своими поступками, ее благотворительная деятельность в течение последних двадцати лет была разоблачена. Она пожертвовала в общей сложности шесть миллионов на строительство более сотни начальных школ. Эта новость вызвала волнение в круге развлечений.

Ли Мэйлин заявила журналистам, что совершила ошибку из-за романтики. Она поступила неправильно и не просила прощения. Однако ей хотелось, чтобы все закончилось, как только она выйдет на пенсию. Она не хотела, чтобы еще кто-то пострадал, и не хотела, чтобы скандал свалил Нин Яо на землю. Нин Яо был невиновен.

Ли Мэйлин успешно остановила его от ухудшения состояния. В то же время, Сюй Цзюньси объединил усилия со многими компаниями онлайн-маркетинга, чтобы вымыть имя Нин Яо.

Нин Яо не сильно пострадал от этого инцидента. Напротив, рыцарская защита Сюй Цзюньси Нин Яо на публике получила похвалу и лесть.

Когда они вдвоем появились, многие репортеры пошли вперед, чтобы сделать фотографии. Этот инцидент показал Сюй Цзюньси, что друг в беде-это действительно друг. Эти двое тоже были в центре внимания.

- Сестра... - Нин Яо увидела Нин Цин, и она быстро подошла поприветствовать ее.

Сюй Цзюньси тоже посмотрел в сторону Нин Цин. Он казался потрясенным. Он знал ее двадцать лет и впервые увидел в таком красивом платье. Ее изящное лицо было покрыто легким макияжем, а красивые гладкие волосы зачесаны набок. Она выглядела чрезвычайно очаровательно.

Его глаза быстро потускнели. В тот вечер это был банкет Гуан Цин. Кого она пыталась соблазнить, так красиво одеваясь?

Нин Цин не могла не чувствовать, что Нин Яо просто бесстыдна. Три дня назад на пресс-конференции она разорвала их отношения. Как она смеет продолжать устраивать шоу?

Нин Яо хотел взять ее за руку. Как только Нин Цин приготовилась молча уклониться от этого жеста, пурпурная фигура слегка повернулась и преградила ей путь.

- Мисс Нин, как вы называете свою сестру?- Спокойно спросил ся Сяофу.

Нин Яо уже давно хотел познакомиться с Национальной богиней. Она ревновала, что богиня была близко к Нин Цин, но затем ся Сяофу взял инициативу на себя и заговорил с ней. - Сестра Ся, это действительно Вы? - заикаясь, спросила она. Я…”

- Мисс Нин, я не заслуживаю, чтобы вы называли меня сестрой, - без колебаний оборвала ее Ся Сяофу. “И, пожалуйста, держись подальше от Нин Цин, если у тебя есть чувство чести. Вы уже спустились от прекрасного лебедя к гадкому утенку. Кого ты пытаешься пристыдить? Пожалуйста, прекрати свои интриги. Это не привлекает людей с утонченными вкусами!”

“Нин Цин, пошли” - сказала Ся Сяофу и потащила Нин Цин за собой.

Лицо Нин Яо горело. Ся Сяофу оскорбил ее на глазах у стольких представителей СМИ.

Сюй Цзюньси вышел вперед и взял Нин Яо за плечо. Нин Яо тут же посмотрела на него своими заплаканными глазами и жалобно сказала “ " Цзюньси, сестра Ся, она ... …”

Лицо Сюй Цзюньси помрачнело. Ся Сяофу не дал никакого лица Нин Яо, что означало, что он также не получил никакого лица.

- Генеральный директор Сюй, Мисс Нин, наша богиня Ся всегда была холодной и элегантной. Она говорит то, что думает, без особого размышления.”

Холодно и элегантно?

Она холодна и элегантна, но все же она защищала Нин Цин.

Нин Яо наблюдал за Ся Сяофу, когда она привела Нин Цин к группе красивых женщин-знаменитостей. Они весело болтали. Нин Яо мог их узнать. Среди них были четыре лучшие женщины-знаменитости страны.

Нин Яо чувствовал себя не очень хорошо.

Сюй Цзюньси с несчастным видом посмотрел на Нин Цин. Все ее друзья были элегантными красавицами, как Ся Сяофу. Она казалась очень популярной среди знаменитых женщин.

Он видел одно из ее интервью. То, как она могла вести беседу, было весьма эффективным способом. Она давала журналистам то, что они хотели, но своей спокойной элегантностью тоже не позорила себя.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 85:Она Дала Свой Первый Танец Оу Ло Си

Сюй Цзюньси пришлось признать, что она была чрезвычайно умной женщиной.

Разве он не был элегантен и начитан?

Слова ся Сяофу эхом отозвались в ушах Сюй Цзюньси.

На самом деле, эта фраза, наконец, дала ему способ описать это чувство. Он уже давно чувствовал разницу между двумя сестрами, но не мог сказать, какая именно.

Ся Сяофу был прав. Нин Цин была похожа на элегантную и романтичную фиалку, со своим собственным источником света, любимым другими и уважаемым в то же время.

Нин Яо был другим. Она была мелочной. Он дал ей так много помощи и защиты. Но когда он увидел льстивый смех репортера, то понял, что она получила от других.

Нин Яо никогда не сможет быть так хорош, как Нин Цин.

…

Нин Цин болтала с четырьмя другими популярными актрисами по рекомендации Ся Сяофу. Одна популярная актриса пошутила, когда она спросила Ся Сяофу. - Сяофу, почему твой президент Оу еще не прибыл? Танец вот-вот начнется.”

“А при чем тут танцы? Разве я не могу танцевать с другими мужчинами, кроме Оу-Цзе?-На нежном овальном лице Ся Сяофу появилась остроумная улыбка.

- Да ладно тебе, кто же не знает, что твой президент-ревнивый человек? Неужели ты посмеешь вырвать хоть волосок из головы тигра?”

Ся Сяофу больше ничего не говорил. Она выглянула в банкетный зал. Вошла стройная, красивая фигура.

Насколько она могла судить, этот человек всегда любил носить одежду вроде черных ветровок и джинсов. Она впервые видела его в белой рубашке и черном костюме. Этот костюм он носил не так, как другие. Его светлая кожа была очень чистой и чистой, а сам он был элегантен и грациозен.

ОУ Ло Си.

Ся Сяофу без всякой причины покраснела.

- Нин Цин, давай угадаем. Давайте угадаем, с кем сегодня будет первый танец президента Лу Гуан Цин. Все люди, собравшиеся здесь сегодня вечером, - это сановники города т. Смотри. Они все привезли своих дочерей. Это все равно что император выбирает наложницу. Давайте угадаем, какой президент Лу выберет!- популярная актриса засмеялась и сказала.

Только после их напоминания Нин Цин заметила, сколько благородных дам пришло в этот зал. Все они были в самом расцвете сил и вели себя сдержанно за спиной своих матерей.

Неужели они все пришли за Лу Шаомом?

Нин Цин непроизвольно сжала губы. Она была не слишком счастлива, что так много женщин смотрели на ее мужчину.

Император выбирает наложниц?

У него хватило бы наглости сделать такое!

Однако она немного нервничала. Она понятия не имела, что первый танец Лу Шаомина вызовет такой переполох. Она уже договорилась с ним, что сохранит для него свой первый танец.

Но танцевать с ним было все равно что рассказывать всему миру об их отношениях, и она не знала его позиции по этому вопросу.

Когда ее настроение начало ухудшаться, в дверях послышался шум. Пришел Лу Шаомин.

Когда его красивая и холодная фигура появилась в дверях, зал затих, и толпа автоматически расступилась, оставив ему дорогу, вымощенную красным ковром.

Проходя через дверь, он небрежно протянул Чжу жуй свое шерстяное пальто. Он был одет в свою обычную белую рубашку и черный костюм. Он не носил галстука. У него был бант на шее рубашки. Кроме того, в кармане его пиджака лежал белый квадратный носовой платок, который был безупречен и изящен.

Его длинные, мощные ноги ступали по красному ковру, каждый шаг излучал впечатляющую и властную ауру. Его взгляд был безжизненным, когда он обвел взглядом комнату. Его спокойное поведение было глубоким и сдержанным.

Мало кто ловил его взгляд. Лидеры делового мира Т-Сити один за другим кивали головами в знак уважения к нему.

В этот момент его поразил яркий свет в холле. Его подбородок был острым, как у скульптуры. Элегантная и очаровательная аура, исходившая от его костюма, заставляла женщин ахать, а мужчин завидовать ему.

Это было обаяние зрелого мужчины.

Сдержанный и роскошный.

Нин Цин не могла отвести от него глаз. Она смотрела на него из моря тысяч людей. Внезапно она почувствовала на себе его пристальный взгляд. Это казалось ненамеренным, но взгляд, который он бросил на нее, был медленным и тяжелым.

Как пара толстых широких ладоней, ласкающих ее талию.

Сердце Нин Цин заколотилось, как барабан.

Но его взгляд задержался лишь на пару секунд. Председательствующий на трибуне попросил его выступить. Она смотрела, как он подошел и положил руку на трибуну. Его сексуальные красные губы спокойно произносили слова " Спасибо, что пришли.”

Он говорил очень мало, но последовал шквал аплодисментов. Нин Цин взглянула на благородных дам, и все они смотрели на него с восхищением.

…

После того, как Лу Шаомин закончил говорить, он вышел в зал и поговорил с группой людей. Чжу жуй последовал за ним и налил себе красного вина. - Он сунул одну руку в карман брюк. Глядя на его высокое и красивое тело, она заметила небольшую усталость и лень от своей деловой поездки. Он склонил голову набок и осушил бокал красного вина, посмотрев вниз и слегка посмеиваясь. Это было социальное взаимодействие между мужчинами.

Нин Цин оглянулась, а потом заиграла музыка и вот-вот должен был начаться танец.

Она издалека увидела, что Сюй Цзюньси по-джентльменски протянул руку Нин Яо. Нин Яо улыбнулась как принцесса и вложила свою руку в его. Они вышли на танцпол, чтобы потанцевать.

Лу Шаомин только начал говорить, и было подсчитано, что он не сможет быстро подойти. Нин Цин решила пойти отдохнуть и подождать его.

- Сяофу, президент Оу еще не прибыл? Давайте пойдем и сядем, пока мы ждем.- Предположила Нин Цин.

Ся Сяофу опустил глаза и ничего не ответил.

Нин Цин была несколько удивлена, но именно тогда она увидела, как Оу Ло Си направился к ним, успешно отклонив приглашение группы девушек потанцевать.

С кем бы Оу Ло Си хотел потанцевать?

Белокурые руки ся Сяофу крепко сжимали ее юбку, а белоснежные зубы впивались в вишневый рот, похожий на цветок лотоса. Она немного нервничала.

Только что, когда зазвучала музыка, вокруг него возбужденно столпилось множество девушек. Она сразу же заметила, как он обернулся. Их глаза неожиданно встретились в этом людском море.

Он приближался; Ся Сяофу и Нин Цин были единственными, кто был там. Кого бы выбрал Оу Ло Си?

Черные кожаные туфли ручной работы остановились, и Оу Ло Си медленно протянул руку. - Нин Цин, может, потанцуем?”

Сердце ся Сяофу, которое подпрыгнуло к ее горлу, мгновенно упало. Он только что ясно видел ее. Она была единственной в его чистых и красивых глазах!

Но он выбрал Нин Цин.

Нин Цин тоже была удивлена. Она не ожидала, что Оу Ло Си пригласит ее на танец. Она рассмеялась извиняющимся тоном и сказала: “Ло Си, у меня уже есть свидание, так почему бы и нет.- Нин Цин посмотрела на Ся Сяофу. “Твой старший брат еще не пришел. Ты должна сначала потанцевать с Сяофу.”

Ся Сяофу подняла глаза, которые были похожи на горные ручьи, и храбро посмотрела на подростка. На ее лице появилась соблазнительная улыбка. - У Нин Цин уже есть свидание, ты можешь потанцевать со мной, я танцую очень хорошо.”

ОУ Ло Си взглянул на нее, медленно убирая руку и засовывая ее в карман брюк.

He had refused!

Нин Цин напряглась, и блестящий туман быстро накрыл прекрасные глаза Ся Сяофу. Она посмотрела на молодого человека, который был на голову выше ее, с пронзительными глазами.

Но Оу Ло Си повернул голову и отвернулся с холодным и безразличным видом.

- Хм!- Ся Сяофу развернулась и ушла, слегка пошевелив рукавами.

- Сяофу... - Нин Цин последовала за ней.

Ся Сяофу обернулась слишком быстро, и она врезалась прямо в мужчину позади нее. Красное вино в руке мужчины выплеснулось на него.

“Мне очень жаль... - быстро извинилась Ся Сяофу.

- А извинения будут полезны? Моя одежда уже грязная.- Голос мужчины был диким, а поза-варварской, но как только он поднял глаза, то увидел овальное лицо Ся Сяофу, которое было таким же красивым, как цветок в лунном свете. Он быстро рассмеялся и сказал: “О, это богиня Ся. Все в порядке, пока богиня Ся вытирает мое тело чистым бумажным полотенцем.”

Мужчина двусмысленно прижался к Ся Сяофу.

Ся Сяофу не ожидал, что столкнется с хулиганом. Она уже была в плохом настроении, поэтому схватила красное вино со стола и выплеснула его на лицо мужчины.

- Это ты!- Мужчина быстро поднял руку и попытался ударить Ся Сяофу.

Нин Цин была рядом с этим человеком. Она хотела пнуть его в пах, но тут в поле ее зрения появилась темная тень. ОУ Ло Си уже стоял рядом с Ся Сяофу.

Нин Цин облегченно вздохнула. Она была рада, что Оу Ло Си защитил Ся Сяофу.

Он проигнорировал достоинство Сяофу и отказался от ее приглашений, заставив ее разрыдаться от гнева ранее. Но теперь он стал героем и спас ее, когда она была в опасности. Нин Цин не могла понять, как думает Оу Ло Си.

- Прекрати это!- ОУ Ло Си не сделал ни одного движения, потому что поднятая рука мужчины была перехвачена сзади, и Оу Цзе подошел.

ОУ-Цзе перехватил его руку и слегка повернул ее, сопровождаемый хрустом кости, лицо Оу-Цзе помрачнело, когда он заговорил. “Ты смеешь прикасаться к моей женщине, ты ищешь смерти!”

Человек издал вопль, похожий на вой умирающей свиньи, и люди в зале посмотрели друг на друга.

Нин Цин подсознательно посмотрела в сторону Лу Шаомина. На его глазах толпа автоматически расступилась перед ним. Она увидела, что он стоит прямо, с прищуренными глазами. Выражение его лица почти не изменилось. С бокалом красного вина в одной руке, он сказал богатым и ленивым тоном: "что здесь делает случайный человек? Тащи его отсюда.”

- Да, сэр.- Чжу жуй кивнул, вызвал охрану, накрыл ему рот ладонью и аккуратно вытащил наружу.

Лу Шаомин поднял свой бокал красного вина и посмотрел на ОУ Цзе. "Президент Оу…”

ОУ Цзе позвал: "президент Лу", и они кивнули в знак приветствия.

Нин Цин почувствовала на себе глубокий взгляд. Белокурыми ручонками она заправила свои прекрасные волосы за ухо, и ее маленькое личико покраснело.

Она стояла боком, и кружевное отверстие V позади нее было достаточно глубоким, чтобы достать до нижней части ее тонкой талии. Должно быть, он ее видел.

…

- Сяофу, с тобой все в порядке?- ОУ Цзе подошел ближе, положил руку на плечо Ся Сяофу и обнял ее.

Ся Сяофу покачала головой. “Со мной все в порядке.- Она протянула руку и оттолкнула его в сторону, увеличивая расстояние между ними. Ее изящное овальное лицо было немного бледным. - Зе, я хочу уйти.”

ОУ Цзе рассмеялась. “А почему ты хочешь уйти? Я только что приехал. Пойдем, пойдем танцевать” - сказал он, взяв ся Сяофу за маленькую ручку и ведя ее на танцпол.

Пока он шел, ему кое-что пришло в голову. Он остановился и посмотрел на ОУ Ло Си. его голос был немного громким. “Ло Си, Почему ты не танцуешь? О, ты, наверное, еще не умеешь танцевать. Вы можете найти девушку, чтобы научить вас.”

Ou Ze слова были услышаны людьми вокруг него. Некоторые люди смотрели на ОУ Ло Си со странным взглядом и шептали: “ОУ Ло Си не может танцевать, правда?”

“Может быть, и так. ОУ Ло Си-незаконнорожденный сын семьи Оу. Я слышал, что он присоединился к семье Ou только в возрасте 19 лет. Старый мистер Оу нашел ему учителя, учительницу начальной школы.”

- Учительница начальных классов? Боже мой!”…

Это был первый раз, когда Ся Сяофу услышал это. Она вдруг подняла голову. Ее взгляд был смущенным, беспомощным и обиженным, когда она посмотрела на ОУ Ло Си.

Нин Цин была в ярости. Чего же хочет этот Ou Ze? Пристыдить Оу Ло Си публично?

- Ло Си. - Нин Цин обняла рукой Оу Ло Си и рассмеялась, когда она сказала: - Разве ты не приглашал меня танцевать только что? Пойдем.”

…

Нин Цин и Оу Ло Си танцевали вместе. Они выбрали угол с более тусклым освещением. Нин Цин терпеливо учила его: "Следуй за моим шагом. Да, это очень хорошо.”

ОУ Ло Си действительно не умел танцевать, но он быстро учился и вскоре научился танцевать. Хотя он и наступал ей на ноги пару раз, но после небольшой практики танцевал хорошо.

Нин Цин повела Оу Ло Си в центр танцпола. Она прошептала: "Ло Си, ты учишься у человека рядом с тобой. Толкни свою руку, и тогда я повернусь.”

“ОК.- ОУ Ло Си взяла руку, которая была положена ей на плечо вниз, а другую руку, которая держала ее, вытолкнула наружу. Нин Цин крутилась на земле в своих туфлях на высоких каблуках.

Низ ее Белого вечернего платья напоминал хвост русалки. Когда она повернулась, платиновое инкрустированное платье качнулось в круге радианов, делая ее похожей на русалку, что шокировало публику.

“Вау.- Ахнула группа людей, восхищаясь ею.

Нин Цин игриво подмигнул Оу Цзе и Ся Сяофу. Они были совсем рядом с ОУ Цзе и Ся Сяофу. Ее пристальный взгляд говорил: "Видишь, я отомстила за тебя.

ОУ Ло Си скрестил руки на груди и заключил ее в объятия. Его губы медленно изогнулись, глаза тоже, и улыбка, которой он одарил ее, была более чистой и очаровательной, чем у ребенка.

Нин Цин была ошеломлена, это был первый раз, когда она увидела, что он улыбается ей.

Глаза ОУ Цзе светились туманным светом, а его невеста, Ся Сяофу, смотрела на ОУ Ло Си. ее лицо было бледным и меланхоличным.

Повернувшись, Оу Цзе преградил путь фигуре Оу Ло Си, положил руку на ее тонкую талию и притянул фею прямо к себе.

“Что ты там делаешь?- Его движения были немного неожиданными. Ся Сяофу остановилась и положила руки ему на грудь, пытаясь оттолкнуть его.

- Сяофу, мы помолвлены уже два года. Ты не позволяешь мне прикасаться к тебе. Даже то, сколько раз я держал тебя за руку, можно пересчитать по пальцам. Как ты можешь так поступать со мной?- сказал он, понизив голос и наклонившись к ее уху.

Ся Сяофу не могла смириться с его интимным поведением. Она крепко нахмурила брови и сказала несчастным голосом: "Ой Цзе, ты делаешь мне больно, отпусти меня.”

Ее “причиняющий мне боль " вызвал все подавленные желания Оу Цзе. Он схватил ее за затылок одной рукой и наклонился, чтобы поцеловать в губы Ся Сяофу.

Ся Сяофу был напуган. Она тут же наступила Оу Цзе на ногу.

ОУ-Цзе отпустила ее с болью. Ся Сяофу прикрыла рот рукой и побежала, как ветер.

ОУ-Цзе хотел было догнать ее, но в этот момент к нему подошли несколько деловых партнеров. ОУ-Цзе посмотрел, как прекрасная фигура исчезла за дверью, заставил себя отступить назад и поприветствовать немногочисленных людей.

“Ло Си, Сяофу, кажется, сбежал. Да что с ней такое? Давай прекратим танцевать. Я собираюсь найти ее.- Обеспокоенно спросила Нин Цин.

“ОК. ОУ Ло Си посмотрел в ту сторону, где исчез Ся Сяофу, и остановился.

…

Нин Цин хотела выйти, чтобы найти Ся Сяофу, но затем она услышала, как несколько дам взволнованно зашептали: “быстро, Президент Лу собирается танцевать, давайте быстро пойдем.”

Нин Цин напряглась, О нет!

Свой первый танец она отдала Оу Ло Си.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 86:Молодой Мастер Лу, Могу Я Пригласить Вас На Танец?

Нин Цин была ошеломлена. С-Х-И-Т!

Свой первый танец она отдала Оу Ло Си.

Нин Цин обернулась и посмотрела. Вокруг Лу Шаомина стояло много людей. Большинство из них были отцами, которые разговаривали с Лу Шаомин. Затем они указали на своих дочерей, застенчивых и сдержанных, стоявших позади них.

Лу Шаомин взглянул на них, и они подняли глаза, когда их лица вспыхнули сладкой нежной улыбкой.

Это было похоже на сцену, где император выбирал себе наложниц.

Пока Нин Цин наблюдала, Чжу жуй, стоявший за спиной Лу Шаомина, неожиданно взглянул на нее. Чжу жуй нахмурился и сделал ей знак быстро подойти.

Нин Цин все поняла; Лу Шаомин был зол.

Мужчина ждал, что она начнет его уговаривать. В противном случае, он действительно мог бы выбрать кого-то.

Нин Цин в отчаянии топала ногой. Как она могла быть такой жалкой? Она хотела сказать Оу Ло Си, чтобы он искал Ся Сяофу для нее, но не могла найти, где находится Оу Ло Си.

У Нин Цин не было другого выбора, кроме как попросить другую женщину-знаменитость искать Ся Сяофу, когда она сделала огромный шаг в сторону Лу Шаомина.

Когда она подошла к нему, Нин Цин показалось это странным. Большинство из этих женщин были привезены своими отцами и представились Лу Шаомину застенчиво. Однако она была совсем одна.

Но ей было все равно. Если она не пойдет к нему, а он не захочет подойти. Неужели она действительно хочет, чтобы он пошел за этими женщинами?

Но он же ее муж!

Нин Цин закрыла глаза и прошла весь путь до начала толпы. Впереди было немного людно. Ее хрупкое тело казалось довольно забавным, когда она пробиралась сквозь толпу. - Извините, позвольте мне пройти... - она тяжело дышала, протискиваясь вперед.

Наконец, она увидела пару черных блестящих кожаных туфель и пару гладких брюк перед собой.…

Она подняла глаза, и перед ней предстало серьезное Скульптурное лицо мужчины. Он действительно выглядел сердитым. Она не могла видеть сквозь его тонкие глаза, и они были просто непостижимы.

- Мисс, о чем вы хотите поговорить с молодым господином Лу?- Кучка людей позади нее уговаривала ее поторопиться. Они все были там, чтобы выдать за него замуж своих дочерей. Что же она пытается сделать? Она была такой раздражающей.

В пылу страсти Нин Цин не знала, что сказать. Она уже вышла вперед, как мог такой джентльмен, как он, не пригласить ее на танец?

Нин Цин моргнула своими прекрасными ясными глазами и продолжила стрелять взглядами в Лу Шаомина.

- Мисс, если там ничего нет, я сделаю первый шаг.- Лу Шаомин стоял величественно, но он уже собирался повернуться, чтобы уйти, когда этот человек заговорил.

- Мисс??”

Нин Цин собиралась сплюнуть кровь. Разве он не придавал этому большого значения?

- Эй, подожди минутку, - Нин Цин быстро протянула обе руки и преградила ему путь. Она не могла быть обеспокоена этим, и все окружающие ахнули. “Тогда, молодой господин Лу, могу я пригласить вас на танец?”

- Ух ты!- Это немедленно вызвало волнение в толпе. А откуда эта девушка родом? Она такая откровенная и прямолинейная.

Лу Шаомин посмотрел на девушку. Она надула свои нежные щеки и выглядела смущенной. Она пристально смотрела на него, но боялась, что он действительно уйдет, если она будет продолжать смотреть на него. Поэтому, когда она пристально посмотрела на него, в ее красивых блестящих глазах появился оттенок хрупкого, но испорченного блеска.

Лу Шаомин небрежно посмотрел мимо ее головы и перевел взгляд на толпу, которая шепталась позади нее. Толпа заметила его острый, но спокойный взгляд и быстро закрыла рты.

Его внушительный взгляд пугал всех.

- Мисс, с чего бы мне хотеть танцевать с вами? Где ваша искренность, когда вы приглашаете кого-то еще на танец ?- Лу Шаомин ухмыльнулся, и его глубокие яркие глаза блеснули.

Искренность... когда она приглашает кого-то на танец?

- Нет! - Нет!

Чтобы девушка пригласила его на танец ... только он мог сделать такое. Неужели он думает, что все такие же странные, как и он?

Нин Цин приказала себе смириться с этим. Успешный человек не должен беспокоиться о мелких деталях. Он ведь хотел искренности, верно? Ладно, он ее получит.

Нин Цин наклонилась. Нин Цин, при росте 168 см, был уже достаточно низок перед ним,который был 185 см. Когда она кланялась, толпа позади нее не могла даже видеть ее, когда они шли на цыпочках. Она изобразила поклон джентльмена и протянула ему правую руку. - Мистер, могу я пригласить вас на танец?”

Через три секунды ее протянутая рука была схвачена теплой широкой ладонью. Мужчина напряг все свои силы и потащил ее к танцевальному залу.

Его шаги были огромными, и Нин Цин почти бежала трусцой, чтобы не отстать от него. Многие люди пристально смотрели на нее по пути. Там были взгляды, полные зависти и восхищения. Выражение на лицах всех известных женщин говорило: "Вау, это работает так?”

Нин Цин тоже видел Сюй Цзюньси и Нин Яо. Сюй Цзюньси выглядел чрезвычайно мрачным, и его лицо было полностью парализовано, в то время как Нин Яо смотрел на нее с презрением.

Нин Яо протянула свою руку, чтобы принять мужчину, как принцесса, в то время как Нин Цин протянула свою руку, чтобы пригласить мужчину танцевать с ней. У Нин Яо была возможность посмеяться над ней.

Во всем виноват этот человек!

Нин Цин был действительно очень зол. Поэтому, когда он остановился, она без особого раздумья пнула его по ногам. - Хм, плохой парень!”

В зале стояла мертвая тишина. Поэтому то, что она сказала, отчетливо прозвучало в каждом углу зала.

А потом все посмотрели на нее, как на инопланетянку.

Лу Шаомин протянул руку, чтобы обнять мягкую талию девушки. Он посмотрел вниз с нежным, но твердым взглядом “ " почему? Разве ты не знаешь, как меня ценить после того, как ты заполучил меня?”

Поймал его?

Выражение лица каждого изменилось, когда они услышали это.

Нин Цин тут же пожалела об этой маленькой истерике. Обычно у нее было хорошее самосознание. Он был человеком в центре всего этого, в середине собрания его компании, и она ударила его ногой…

Она подняла глаза и посмотрела на него. Это был извиняющийся и в то же время тревожный взгляд. - Прости, мне не следовало тебя пинать. Но ты не должен был делать из меня дурака.”

В зале играла мелодичная музыка. Лу Шаомин положил руку ей на плечо, а другой сжал ее руку, когда они танцевали.

“Как ты смеешь? А как насчет первого танца, о котором мы говорили? Насколько ты была счастлива, когда танцевала с Ло Си? Насколько же ты был очарован, когда Ло Си улыбнулся тебе? - А?”

- Услышала Нин Цин и быстро надула губы, чтобы показать свое невежество. “Ло Си-твой младший брат, так что он также и мой младший брат. Я только что защищала его. Это ты был таким мелочным.”

Разбросанная челка девушки закрывала ее лоб, и это подчеркивало ее округлый лоб. Лу Шаомин подошел к ней поближе и потерся щекой о ее лоб. Как только их кожа соприкоснулась, в воздухе появились искры. От нее чудесно пахло, и ей было тепло.

“Тогда отпусти его. Но что ты сегодня наденешь? Три дня назад ты так сильно плакала только потому, что я увидела твою грудь. Сегодня ты открываешь всю свою спину. А перед кем ты пытаешься выпендриться?”

Не то чтобы она не знала, как эти извращенцы будут смотреть на нее. Они будут обращаться с ней так, как будто она голая. Она выглядела такой красивой и щеголяла этим. Откуда у нее эта дурная привычка?

Нин Цин не знала, что этот человек настолько узколоб и многословен. Она отказалась признать свое поражение и сказала: “А как насчет тебя? Вы нарядились, чтобы привлечь пчел и бабочек. Все пытаются подарить тебе своих с дочками, разве ты не гордишься?”

Как только она закончила, то почувствовала, что рука на ее плече напряглась. Мужчина посмотрел на нее так, словно хотел, чтобы она перестала отвечать. “Ты веришь, что я поцелую тебя прямо сейчас?”

Он никогда раньше не смотрел на нее с таким серьезным выражением лица. Нин Цин была напугана и обижена.

Никто не знал, что они будут драться после того, как не видели друг друга в течение нескольких дней.

Она посмотрела вниз, и ее нос покраснел. - Сегодня вечером у вас банкет в компании. Я знал, что там будет много прекрасных дам. Я не хочу, чтобы ты на них смотрел. Я хочу быть самой красивой, а потом встать рядом с тобой... не сердись на меня. Мне не нравится, когда так много женщин пялятся на тебя. Я признаю, что завидую, расстраиваюсь, теряю контроль ... мм…”

Ее губы вплетенный с другой.

Лу Шаомин развернулся и опустил ее так, чтобы она была немного менее заметна, а затем слегка поцеловал ее.

Они были на публике. Он не мог углубить поцелуй, да и не собирался по-настоящему целовать ее. Но он не смог сдержаться, выслушав то, что она сказала.

Глупая девчонка.

Нин Цин была ошеломлена. Его губы оставили ее, но он оставил освежающий аромат вина. Он задержался на ее губах.

“Я, я не отвечал ему.- Нин Цин чувствовала легкое головокружение.

- Это я знаю. Просто мне хочется тебя поцеловать. Жена, обычно я не такой ... узколобый. Раньше я немного завидовал, немного расстраивался и вроде как терял контроль. Так что мне очень жаль. Не плачь, ладно?”

Он ясно видел каждое ее движение в танцевальном зале. Он точно знал, что волноваться не о чем, но не мог не почувствовать ревности, когда увидел, как она выглядит, когда улыбается Ло Си.

Он подумал об этом и понял, что ему смешно. Он был в деловом кругу с шестнадцати лет, но у него не было сексуального желания в течение последних четырнадцати лет. Все было под его контролем. Он был уравновешен и полностью контролировал себя.

Однако он никогда не думал, что встретит такую девушку в своей жизни. Он не мог оставить ее одну и не мог ее избаловать. Он потерял рассудок и стал импульсивным, как обезьяна. Он также развил немного ревности

Да, он признался, что горечь, которую он чувствовал на своей груди раньше, была ревностью.

Там была сладость, которая мгновенно взлетела из сердца Нин Цин. Интересно, а все ли остальные жены такие же, как она? Из-за одной его фразы ей захотелось плакать, а потом и смеяться.

Ее эмоции изменились так быстро. Так по-детски.

- Жена, я хочу обнять тебя за талию, чтобы ты могла быть ближе ко мне, - Лу Шаомин убрал руку с ее плеча. Затем он медленно и нежно обнял ее за талию.

Нин Цин покраснела. На глазах у всех он не сдержался. Но она тоже сделала шаг вперед. Она шагнула ближе к его красивой и мужественной груди.

Он танцевал очень хорошо. Его учили традиционно. Каждый шаг, который он делал, был грациозным; изящество, которое сквозило в его крови и было в его костях. Когда они вдвоем танцевали, уголок его костюма скользнул по ее вечернему платью. Это заставило ее тело ослабеть.

Он удовлетворял женские желания мужчины. Как она могла не увлечься им?

- Жена, - позвал он ее.

- А?- В ее ушах звучала мелодичная музыка. Нин Цин наклонилась в его объятиях, когда она с готовностью ответила:

- Жена, - снова позвал он.

Нин Цин не смогла удержаться от смешка в его объятиях. - В ее голосе звучало нетерпение, которого даже она сама не заметила. - Но почему же? Ты хороший парень, но ты также и плохой парень.”

Лу Шаомин нахмурился “ " Скажи мне, насколько я плох?”

Нин Цин сжала свою руку на его плече в кулак и ударила его. “Ты заставил меня пригласить тебя на танец и думаешь, что ты хороший парень?”

Лу Шаомин поджал губы и сказал: “Нин Цин, я пытаюсь помочь тебе попасть в заголовки завтра. Разве ты не видишь?”

Нин Цин не находила слов. Их танец определенно попадет в заголовки развлекательных газет завтра. Нин Цин мужественно сделала шаг навстречу любви и танцевала с молодым мастером Лу.

- Есть много способов попасть в заголовки газет. Разве ты не мог прийти и пригласить меня на танец? Позвольте мне насладиться лечением принцессы.- У каждой девушки были одинаковые критерии для отношений. Эти ожидания были очень распространены. Нин Цин не сильно отличалась в этом отношении.

“Кто тебе сказал провоцировать меня? Если бы вы послушно ждали меня, я бы пригласил вас на танец.”

- Это ты!- Нин Цин умирала от желания снова пнуть его. Как он мог быть таким неразумным?

Лу Шаомин обнял ее за талию и крепко прижал к себе. Он наклонился и прошептал ей на ухо: “Раньше было кое-что, о чем мне нужно было позаботиться. Подожди меня. Мы поедем домой вместе. - МММ?”

- МММ!- Нин Цин улыбнулась и радостно ответила.

Мы поедем домой.

…

После танца Нин Цин быстро вышла, чтобы найти Ся Сяофу. Женщина-знаменитость не могла найти ее, и Нин Цин была обеспокоена.

Банкетный зал был огромен, и Нин Цин пробежала два круга, но она ее не видела. Что-то тут не так. А где же Оу Ло Си?

Нин Цин стоял на месте и думал. Куда же пойдет Сяофу?

Она развернулась и побежала в укромное место.

Когда Нин Цин вошла в сад с фонтаном для воды, она услышала звенящий колокольный смех.

Она подбежала и увидела, что Ся Сяофу сняла каблуки и танцует на булыжнике у приподнятой клумбы.

Она завязала свою светло-фиолетовую юбку и обнажила гладкие икры и изящные ступни. Фонтан с водой на приподнятой клумбе был украшен разноцветными неоновыми огнями. Она была похожа на маленькую девочку, когда на цыпочках шла наполнить водой свою руку.

С того места, где сидела Нин Цин, она могла видеть нежное овальное лицо Сяофу. Ее лицо было полно невинного счастья. Капли воды брызнули на ее тело, и она была похожа на фею, которая принимает душ среди тумана.

Нин Цин остановилась, но не перебила ее.

Талантливая женщина-ученый, которая изучает и исследует мандаринский язык, как Ся Сяофу; должен быть поэт, который живет в ее сердце. Они жаждали свободы и романтики, они были остро чувствительны, но в то же время полны энтузиазма.

Кроме ее смеха, Нин Цин слышала очень нежную и мягкую музыку. Это было так, как будто он играл с двумя чайными листьями, чрезвычайно мелодично.

Там кто-то есть?

Нин Цин быстро оглянулась на лес, который был рядом с пастбищем. Кто бы это мог быть?

А Потом “ " Сяофу!- Послышался сердитый мужской голос. ОУ Цзе подошел ближе.

Как только появился Оу-Цзе, музыка прекратилась. Улыбка Сяо Сяофу исчезла.

- Сяофу, что ты здесь делаешь?- ОУ Цзе подбежал, чтобы схватить Ся Сяофу.

Ся Сяофу сделал шаг назад, поскольку это был условный ответ. Она повернулась и побежала в лес.

Нин Цин увидела, что Оу Цзе гонится за Сяофу, а за ним по пятам следовали несколько телохранителей. ОУ Цзе тут же обернулся и проревел: “Повернись! Кто бы ни взглянул еще раз, я сделаю его слепым!”

Телохранители обернулись.

Затем Нин Цин заметила, что платье, которое носила Ся Сяофу, было мокрым и обнажало ее красивое изящное тело. Ее платье не было прозрачным, но глядя на ее обнаженную гладкую белую кожу, даже Нин Цин, которая была женщиной, застеснялась при виде этого.

Ся Сяофу отодвинул куст в сторону. Она была разочарована так же, как и ветви. На траве было только два листа.

Она наклонилась, чтобы поднять листья.

Листья все еще были теплыми. Это должно быть от температуры губ человека.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 87:Лу Шаомин, Вы Тиран!

Она пошла прогуляться, потому что была в плохом настроении. Фонтан был прекрасен, когда он брызнул перед неоновыми огнями. Она сняла туфли и встала на гальку, чтобы расслабиться.

Как раз в этот момент послышалась мелодия песни.

Она знала эту песню. Это был простой поцелуй моего ребенка.

Человек играл эту песню, пока она стояла на гальке. Он уже давно сопровождал ее.

Но человек ушел, когда Оу Цзе прибыл.

Она не знала, кто этот человек.

- А!- Ся Сяофу почувствовала, как в следующее мгновение мир закружился, когда Оу Цзе поднял ее с земли.

ОУ-Цзе осторожно положила ее на клумбу и присела на корточки. Он взял ее ноги обеими руками, достал из кармана пиджака квадратный носовой платок и вытер капли воды с ее ног.

- У тебя такие холодные ноги, что ты наверняка простудишься. Почему ты не знаешь, как о себе позаботиться? Если вы хотите поиграть с водой, я отвезу вас к горячему источнику или поеду загорать в Санью на каникулы завтра. Это не допускается в будущем, понимаете?”

“Да. Ся Сяофу кивнул.

Надев туфли, Оу-Цзе накинула на себя черное пальто. Ся Сяофу встал, и Оу Цзе протянул ему ладонь. - Дай мне эти листья.”

Ся Сяофу спрятала свою маленькую руку, которая держала листья позади нее и держала ее глаза настороже. “А чего ты хочешь? - Это мое.”

ОУ Цзе нахмурилась. “Не суетись, Сяофу. Я не собираюсь ссориться с тобой из-за того, что ты выбежала из зала и так долго оставалась с другими мужчинами. Но я же твой жених. Что ты делаешь, пряча два листа, оставленные другими мужчинами?”

Глаза ся Сяофу остыли. Она изначально была похожа на фею. Теперь, когда она выглядела такой холодной, казалось, что она не была смертной.

“Ой Цзе, не суетись из-за этого. Откуда ты знаешь, что его оставил мужчина. А что, если это была женщина? Я устал от твоих постоянных подозрений. Я не хочу с тобой ссориться. Мой водитель ждет снаружи. А теперь мне пора идти. Я думаю, что нам всем нужно время, чтобы успокоиться", - сказал Ся Сяофу и ушел.

ОУ Цзе бросился было за ней, но Нин Цин подбежала и остановилась перед Оу Цзе. Нин Цин вежливо улыбнулась и сказала: - Президент Оу, дайте Сяофу немного времени. Любовникам все еще нужно свое пространство.”

ОУ Цзе увидел, что Ся Сяофу ушел далеко. Он бросил на Нин Цин холодный взгляд. - Наши отношения-это не твое дело.- Он отряхнул рукава и вышел.

Нин Цин, " ... " на самом деле, она действительно хотела сказать, что бизнесменам и феям не суждено быть в одном и том же мире!

…

Сюй Цзюньси ездил на Ламборджини с Нин ЯО в своей машине. Внезапно в поле его зрения появился роскошный бизнес-автомобиль. Он посмотрел на номерной знак машины. Из всех машин в городе Т, эта должна была принадлежать Лу Шаомину.

Почему Лу Шаомин припарковал свой деловой автомобиль на обочине? Нин Цин сидел в своей машине. Что за бесстыдные вещи они делали внутри?

Его голова стала горячей, и он ударил по тормозам, чтобы припарковать свой Lamborghini рядом с машиной. - Он посигналил в ответ.

Услышав резкий звук рожка, Нин Цин пришла в себя и сказала: “Шаомин, здесь кто-то есть!”

"Ламборгини" остановился в метре от их машины. Окно скользнуло вниз. Нин Яо выглядела удивленной, как будто она не знала, почему Сюй Цзюньси внезапно остановился. Сюй Цзюньси уставился на них с ревнивым и свирепым выражением на лице.

Лу Шаомин мягко отвел его взгляд назад, и его губы изогнулись в циничной улыбке. Чего же этот Сюй Цзюньси хотел от своей жены?

"Президент Сюй…”

Сюй Цзюньси сразу же огляделся в поисках фигуры Нин Цин в машине, но сильное и широкое тело Лу Шаомина заслонило ему обзор, не оставив даже щели, через которую он мог бы заглянуть. Сюй Цзюньси ничего не видел.

- Президент Лу, это такое совпадение, что я увидел вашу машину, припаркованную на обочине дороги, и пришел поздороваться с вами.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 88:Подождите Минутку ...

Лу Шаомин лениво откинулся назад на заднем сиденье и, прищурив тонкие глаза, неторопливо сказал: “генеральный директор, я думаю, что вам лучше не здороваться, как вы планируете. А что, если вы разрушите счастливое событие другого человека?”

При слове "счастливое событие"лицо Сюй Цзюньси помрачнело. Он не смог сдержать улыбку.

Лу Шаомин посмотрел на Нин Яо с простодушной улыбкой. "Мисс Нин, я думаю, что генеральный директор Сюй бушует с огнем. Вы, его невеста, должны помочь ему погасить огонь внутри него.”

Нин Яо никогда не думала, что Лу Шаомин будет смотреть на нее, и она внезапно покраснела, и ее сердце начало биться быстрее.

В тот вечер она украдкой поглядывала на Лу Шаомина во время банкета. Среди всех людей, с которыми она была близка , Сюй Цзюньси был самым красивым из них всех, но Лу Шаомин был даже более красивым, чем Сюй Цзюньси. Очертания его лица были похожи на скульптуру Микеланджело, изысканную и совершенную.

Самое главное, что он был выдающимся и богатым человеком. Он выглядел красивым и элегантным. Когда он стоял среди десятков тысяч людей, он был выше их всех, и он был уважаемым человеком.

Белая рубашка Лу Шаомина была измята, и он выглядел сексуально, но лениво декадентским. Его рубашка была расстегнута, и она даже могла видеть его мускулистые очертания и здоровую загорелую кожу.

Она не могла слышать, что он говорит, она могла только видеть движение его губ, и ее сердце колотилось.

- Молодой господин Лу... - Нин Яо мягко улыбнулась и бросила на Лу Шаомина кокетливый взгляд.

Жаль, что она первой встретила Сюй Цзюньси. Иначе этот мужчина принадлежал бы ей.

Нин Яо хотел ответить, но Сю Цзюньси резко нажала на педаль газа. "Ламборгини" помчался вперед.

…

Когда они ушли, Нин Цин обнаружила себя, пока Лу Шаомин все еще наблюдал за Ламборджини. Нин Цин потянула его за ухо, чтобы развернуться.

“Они уже ушли. - На что ты смотришь? Я видел, что Нин Яо, похоже, заинтересовался тобой.”

Раньше никто не осмеливался дернуть его за ухо. Лу Шаомин поднял брови и с полуулыбкой ответил: “Убери свою руку. Ты становишься довольно храбрым, да?”

Нин Цин заметила ее неуместный поступок только после того, как он насмехался над ней. Кокетливые отношения между мужем и женой были для него довольно странными, она тоже к ним не привыкла.

Как она посмела дернуть его за ухо... в конце концов, он был президентом.

Она быстро отдернула руку.

Но в следующее мгновение два пальца обхватили ее нежные щеки. Мужчина ущипнул ее за щеку и восхитительно сказал: “Вы думаете, что у меня, вашего мужа, есть такие стандарты? Не связывай меня со случайными людьми в своем сознании так умышленно. В этом мире я занимаюсь только Нин Цин.”

Нин Цин протянула руку, чтобы оттолкнуть его. Он не позволил ей потянуть себя за ухо, но ущипнул за щеку! Хм, это так несправедливо!

“Это ты сейчас так говоришь. Подожди, пока не встретишь кого-то моложе и красивее меня. В словах мужчины недоставало убедительности. Оставь свои сладкие разговоры!”

Лу Шаомин протянул руку, чтобы привлечь ее в свои объятия. Он опустил глаза и стал осыпать поцелуями все ее лицо. Он мягко спросил: "о чем ты думаешь? Я на десять лет старше тебя. Я состарюсь раньше тебя. Кроме того, если бы я была поверхностной и только такой, как те, кто молод и красив, мне пришлось бы ждать до сих пор? Я никогда не пробовал женщину, но ты только сейчас позволил мне попробовать тебя немного.”

Нин Цин ослабела в его руках. Ей очень хотелось заткнуть уши, чтобы заглушить его голос.

Но она была действительно счастлива. Он говорил ей, что он такой же, как она, и это был его первый раз.

У тридцатилетнего мужчины все еще был свой первый раз. Это драгоценное сокровище, она заслужила его или как-то вышла вперед?

Дыхание Лу Шаомина было хаотичным. Огромная ладонь обхватила ее затылок и нашла мягкие губы.

Нин Цин наклонилась в сторону, чтобы увернуться. Она уткнулась лицом в его воротник и сказала: “Я, Я хочу спать. Я хочу спать.”

Если они продолжатся, она не будет знать, что делать.

Лу Шаомин погладила ее по волосам и сказала: “хорошо, спи у меня на коленях. Я разбужу тебя, когда мы вернемся домой.

…

Сюй Цзюньси был вне себя от гнева. Он чувствовал себя неловко, когда думал о Нин Цин и Лу Шаомине вместе. Он нажал на педаль газа и завел мотор. Спидометр продолжал подниматься.

Нин Яо никогда еще не путешествовал с такой большой скоростью. Ее лицо было бледным. - Цзюньси, я не очень хорошо себя чувствую. Не могли бы вы немного притормозить?”

Мужчина рядом с ней не ответил. Она посмотрела на руль и увидела, что вены на его руках лопаются.

Нин Яо боялся, что произойдет несчастный случай, если это будет продолжаться. Она поспешно наклонилась в сторону и обняла Сюй Цзюньси за талию. - Цзюньси, пожалуйста, помедленнее. Мне так страшно.”

Когда Нин Яо обнял его, эмоции Сюй Цзюньси наконец-то были обузданы. Он увидел, что едет со скоростью сто шестьдесят километров в час, и быстро нажал на тормоз, чтобы сбросить скорость.

Черт возьми, он снова потерял контроль из-за Нин Цин!

Он посмотрел в сторону и увидел бледное лицо Нин Яо. Она посмотрела на него нежно и невинно, когда спросила: "Цзюньси, что с тобой случилось? Ты ехал так быстро... я так испугалась. Сегодня сестра пригласила молодого мастера Лу потанцевать на банкете. Вы подозреваете, что сестра была в машине с молодым господином Лу? У сестры есть мужество. Не соблазнит ли она молодого господина Лу?”

Нин Яо не был глупцом. Она думала о том, что случилось той ночью, и догадывалась, почему Сюй Цзюньси потерял контроль.

Она заскрежетала зубами от ненависти. Почему молодой мастер Лу танцевал с Нин Цин, в то время как Сюй Цзюньси сходила по ней с ума? Почему двое мужчин сходят по ней с ума?

Это был молодой господин Лу, человек на вершине пирамиды. Как смеет Нин Цин быть связанной с ним!

Она определенно не должна была этого делать! Нин Яо был уверен.

…

Нин Цин была усталой и сонной. Она не спала достаточно, так как съемки закончились поздно в течение последних нескольких дней. Поэтому она заснула сразу же, как только легла на колени к Лу Шаомину.

Lu Shaoming’s hand was caressing her face softly and his eyes were filled with gentleness and spoiling love.

“Президент.- Чжу жуй указал за окно. - Это "Ламборджини" Сюй Цзюньси.”

Лу Шаомин поднял голову и увидел припаркованный у обочины "Ламборджини".

- Президент, есть кое-что, о чем я хотел бы вам доложить. Три дня назад ли Мэйлин была госпитализирована в ту же больницу, что и мадам. В ту же ночь пришла Сюй Цзюньси. Он и Нин Яо очень долго находились в комнате рядом с мадам и производили много шума.”

Лу Шаомин услышал, и его рука замерла. Его темные глаза казались намазанными чернилами, его резкое безграничное выражение холодило воздух.

Он молчал в течение трех секунд, а затем тихо сказал: “сообщите полиции и репортерам. Я хочу, чтобы генеральный директор Сюй был в заголовках завтра.”

- Да, - кивнул Чжу жуй.

…

На следующее утро

Нин Цин медленно открыла глаза. Она посмотрела на знакомую хрустальную люстру над головой. Сначала она была в замешательстве и сразу проснулась. Она уже была в своей комнате.

Вчера вечером она уснула на коленях у Лу Шаомина. Нин Цин, ты что, свинья?

Нин Цин пошевелилась и вдруг поняла, что лежит, прижавшись к широкой теплой груди. Лу Шаомин был в белой рубашке и брюках. Утреннее солнце пробивалось сквозь занавеску, и золотые лучи падали на его красивое лицо. Внушительные манеры, которые он обычно носил, сменились мягкостью на его красивом элегантном лице. Он выглядел очень привлекательно.

Нин Цин поняла, что они лежали очень близко друг к другу. Ее голова покоилась на его руке, как на подушке, в то время как его рука лежала на ее талии. Кончик ее носа был ниже его кадыка. Дыша, она чувствовала освежающий мужской запах после душа.

Подожди, он принял душ ... а она принимала душ?

Нин Цин опустила глаза и внезапно покраснела от смущения. Она же переоделась!!

Кто, кто так мелочно воспользовался ею, пока она спала?

Конечно, Нин Цин спрашивала только в своем сердце. На самом деле она легко убрала его руку со своей талии, и ей захотелось немедленно встать с кровати.

Она повернулась и медленно передвинула ноги на край кровати. Почти там, она почти сделала это.

Но тут же “ " а!- На ее мягкую талию снова напала сильная рука. Мужчина позади нее напряг все свои силы, и она упала ему на грудь.

Такая твердая. Она ударилась о его кость и почувствовала боль.

“Ты хочешь сбежать после того, как переспала со мной, да?- Голос мужчины был хриплым, как будто он только что проснулся. Это звучало очень секстово.

Нин Цин отодвинулась к краю кровати и хотела убежать от его соблазнительного запаха: “чепуха. Я заснул прошлой ночью. Как же я с тобой спала? К тому же, это моя комната. Ты пришел, чтобы переспать со мной!”

- Ладно, я переспала с тобой. Поскольку я уже несу это обвинение, я мог бы также сделать это сейчас.- Затем он прижался к ее телу, когда его губы потерлись о ее шею.

- Лу Шаомин!- Нин Цин в страхе уворачивалась от него.

Она изо всех сил старалась стряхнуть его руку. Ее рука держалась за край кровати, и она выглядела так, как будто собиралась скатиться с нее.

Мускулистая рука Лу Шаомина обхватила ее за талию и перевернула, чтобы она приземлилась ему на грудь. Он прижал ее голову ладонью и беспомощно сказал: "Если ты упадешь, твоя маленькая попка снова будет болеть. Я только вчера вечером дала тебе лекарство, ты забыла о боли?”

Его тело было высоким и величественным. Она была похожа на любимую кошку, когда лгала ему.

Нин Цин сильно покраснела. Она не знала, правильно ли он сказал “маленькая задница”. Они не были близки, действительно не были близки.

“Я... ты что, переоделась вместо меня?”

“Да, так что не стесняйся. Я уже видел и трогал то, что должен был видеть. Я ничего не оставил после себя.”

- Это ты!” Ты все тот же Лу Шаомин, которого я знаю?

- Точно так же, если бы я хотел заставить тебя сделать что-нибудь, я бы сделал это прошлой ночью.

Затем Нин Цин послушно легла на него сверху. На самом деле, они недостаточно хорошо знали друг друга.

Ей нужно было привыкать к этому постепенно.

Когда она слушала его сердцебиение, Нин Цин прищурилась, рисуя круги на его груди: “Шаоминг, я не собираюсь сегодня на съемочную площадку. Я пойду попозже составлю маме компанию в больнице. - А ты? Вам нужно идти в офис сегодня?”

Лу Шаомин погладил ее по волосам и поцеловал в лоб. “У меня сегодня две встречи. Я поужинаю с вами двумя.”

- МММ!” Она была довольно косвенной. На самом деле она имела в виду следующее: Я сегодня не снимаюсь, может ты не пойдешь в офис, а составишь мне компанию?

Он слишком занят. - У меня нет выбора. Но он согласился поужинать с ней и ее мамой. Она была более чем счастлива, она была довольна.

Нин Цин встала после того, как она легла на него на некоторое время. - Уже поздно, мне нужно привести себя в порядок.”

Она присела на край кровати и надела розовые шерстяные тапочки, лежавшие на ковре.

…

Тетя Чжан приготовила завтрак, и она увидела, что уже восемь часов. Она беспокоилась, что Сэр и Мадам проспали и это повлияло на их рабочий график, поэтому она поднялась наверх и хотела разбудить их.

Как только она собралась постучать, дверь автоматически открылась. Тетя Чжан заглянула внутрь и быстро повернулась, чтобы спуститься вниз.

Тетя Чжан, которой было почти пятьдесят лет, улыбнулась и покраснела.

Когда она посмотрела на просторную белую кровать, то увидела, что муж обнимает свою жену сзади, в то время как его жена была в огромной белой рубашке.

…

Лу Шаомин был на пути к своей работе, когда Нин Цин получил звонок от Сяо Чжоу.

- Эй, Нин Цин, большие новости! Прошлой ночью Сюй Цзюньси и Нин Яо занимались сексом в машине на обочине дороги. Оба они были пойманы полицией и провели ночь в полицейском участке.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 89:У Мамы Есть Несколько Друзей, Которые Хотели Бы Встретиться

Нин Цин была немного удивлена. Вчера вечером беззаботное “доброе дело” Лу Шаомина, казалось, взволновало Сюй Цзюньси. Она смотрела, как Сюй Цзюньси убегает, но не думала, что он убежал, потому что не мог дождаться, чтобы соединиться с Нин Яо на обочине дороги.

Этот Сюй Цзюньси больше не был тем Сюй Цзюньси, которого она знала раньше.

- Нин Цин, вчера вечером, когда полиция открыла дверь машины. Одежда Сюй Цзюньси была в беспорядке, и он даже не успел поднять брюки. Группа репортеров в бешенстве ворвалась внутрь и продолжала фотографировать. Их заперли на всю ночь и отпустили сегодня утром. Угадайте, что случилось потом? Приехала мать Сюй Цзюньси и тут же дала пощечину Нин Яо, потом забрала с собой сына и ушла, кипя от злости.”

Сяо Чжоу громко рассмеялась со своего места. “Сегодня это заголовок на первой полосе, скандал номер один. Пощечина матери Сюй Цзюньси говорит Нин Яо “ " ты шлюха, которая попросила тебя соблазнить моего сына!"Репутация Нин Яо теперь пошла ко дну, и команда” розовой леди" была погружена репортерами. Сегодня утром они уже объявили, что прекратят съемки.”

Нин Цин и не подозревала, что все так серьезно. Она была немного смущена. "Сяо Чжоу, с нынешним влиянием Сюй Цзюньси, полиция все еще осмеливается пойти и расследовать и надеть на него наручники? Это слишком большое совпадение, что полиция и журналист прибыли в одно и то же время. Похоже, что это было спланировано кем-то.”

“О, моя юная госпожа, - воскликнул Сяо Чжоу, - неужели вы действительно не понимаете этого? Это определенно запланировано. Есть ли кто-нибудь еще, кроме вашего мужа Лу Шаомина, кто осмеливается так смело шутить Сю Цзюньси в городе Т? Твой муж мстит за тебя!”

Лу Шаомин?

Они уже договорились, что он не будет участвовать в ее делах, и до сих пор он не вмешивался. Неужели Сюй Цзюньси чем-то взволновал и разозлил его?

Однако этот парень Лу Шаомин был действительно злым; это было все или ничего для него, когда он имел дело с кем-то.

Отныне этот скандал станет сплетнями за ужином для жителей города т. Образ чистой и непорочной женщины Нин Яо был полностью разрушен, и было бы трудно восстановить этот образ.

"Сяо Чжоу, кроме Сюй Цзюньси и других, я включен в сегодняшние новости?”

- Нет, твой вчерашний танец с юным господином Лу прошел незаметно. Никто не знает об этом, кроме знати. Но Нин Цин, твои спонсорские предложения поступили сегодня утром. Они все большие бренды в Китае. Вы стали новым любимцем рекламной индустрии для женщин.”

Нин Цин уже предвидела такой исход. Такой человек, как Лу Шаомин, никогда бы не позволил себе быть глубоко вовлеченным в сплетни и слухи. У него была выдающаяся личность.

Вчера вечером он сказал, что поможет ей попасть в заголовки газет. Но этого не случилось. Все люди, которые присутствовали на вчерашнем ужине, были высшими должностными лицами в городе Т. Он помог ей занять первые полосы газет в головах этих людей.

Какой бы популярной ни становилась звезда женского пола, в глазах богатых людей они ничего не стоили. Именно поэтому многие женщины-звезды в конечном итоге предпочитают уйти на пенсию и выйти замуж в богатую семью. Звезды женского пола поднимались все выше по социальной лестнице.

И ее личность воспарила вместе с ним за одну ночь. Может быть, то, что он действительно хотел дать ей, было всеобщим взглядом. Он хотел сделать ее Нин Цин, чтобы все могли видеть.

Нин Цин была очень тронута. Любовь этого человека была такой нежной и широкой, что он молча трогал жизнь, говоря, что не будет вмешиваться. Но, в конце концов, он все еще хотел, чтобы у нее была более высокая отправная точка в индустрии развлечений; он хотел сделать все проще.

Он действительно любит ее.

…

Закончив разговор с Сяо Чжоу, Нин Цин отправилась в больницу навестить свою мать.

Нин Цин поняла, что с ее матерью что-то не так. Когда они болтали, ее мысли часто уносились прочь. Когда Нин Цин увидела, что ее мать заснула после обеда в полдень, она пошла спросить медсестру, что случилось.

Маленькая медсестра ответила: "я не знаю, но здоровье тети Юэ в эти дни намного лучше. Она часто болтала со своими бывшими терпеливыми друзьями. Похоже, что они поссорились или случилось что-то неприятное, пока они болтали. Так что тетя Юэ в плохом настроении.”

- Поболтать?

С кем это мама разговаривает?

Нин Цин задумалась об этом. Вероятно, это была тетя Конг, мать Конга Яна, и тетя из соседней палаты. Нин Цин отправился в палату тети Конг, чтобы разобраться в ситуации.

Она стояла у самой двери. Дверь палаты не была закрыта. Там она увидела четырех или пяти тетушек, болтающих между собой.

"Эта тетя Юэ сказала, что ее дочь замужем, а у ее зятя хорошая внешность, хороший характер и хорошие перспективы. Она им на 100% довольна. Я в это не верю.”

- Да, я думаю, что Нин Цин всего лишь около 20 лет. Мы еще не слышали, что она замужем. Молодые люди сегодня очень непредубежденные, они будут жить вместе после того, как обзаведутся бойфрендом. Когда они приведут своих бойфрендов к своей матери, они представят парня как ее мужа. Они нисколько не смущаются.”

-Верно, даже если этот зять существует, почему мы с ним не встречались? Если состояние зятя так хорошо, то почему бы не вывести его на улицу, чтобы мы могли посмотреть. Я обычно думаю, что тетя Юэ очень хороший человек, но я не ожидал, что она будет любить хвастаться.”

“Ну, разве сейчас нет такой фразы, псевдобогатый. Тетя Юэ и Нин Цин не должны быть обмануты другими.”

Нин Цин была удивлена, когда она прислушалась за дверью. Может быть, это была та самая легендарная сплетня между тетушками? Она испытала это впервые.

Маме было 45 лет. Женщины любят хвастаться своими детьми, когда они достигают этого возраста. Она не ожидала, что ее мама будет так довольна Лу Шаомин.

Неудивительно, что мама была несчастна. Любая мать, подвергшаяся перекрестному допросу со стороны других лиц в отношении своей дочери, была бы несчастна. Кроме того, она действительно замужем за хорошим человеком.

Итак, что же ей делать?

Если бы она пошла объяснять, эти тетушки, конечно, не стали бы ее слушать. У матери не было ни родственников, ни друзей, ни сестер. Эти тетушки были единственными, кому она могла довериться, и единственными людьми, которыми она могла похвастаться, были ее дочь и зять. Неужели она действительно ничего не сделает для своей мамы?

Нин Цин на мгновение задумалась и достала свой мобильный телефон, чтобы сделать телефонный звонок.

- Привет, Шаомин.”

- Ну и что? Вы уже поели?- Обстановка, в которой находился человек на другом конце провода, обычно была очень спокойной. Если бы он не был в конференц-зале, то находился бы в своем собственном кабинете.

“Да. Вы уже поели?- Губы Нин Цин приподнялись, когда она начала подшучивать над ним.

На самом деле эти тетушки были не единственными, кто с трудом верил, что она вышла замуж за хорошего человека. Иногда ей казалось, что она тоже видит сон. Она не понимала, почему он женился на ней.

“Пока нет, после того как я закончу все, что у меня было под рукой. Где бы вы хотели поужинать сегодня вечером? А маме что-нибудь нравится? Я попрошу Чжу жуя зарезервировать столик.”

Вот к чему она клонила. Нин Цин стала колебаться и смущаться, заикаясь, когда она говорила. - Шаоминг, ЭМ...мы можем поужинать сегодня пораньше? У моей мамы есть несколько друзей, которые хотели бы встретиться с вами.”

…

В пять часов вечера.

Нин Цин стояла у входа в отель. Подъехал роскошный "Роллс-Ройс". Лакей открыл дверь, и оттуда вышел Лу Шаомин, одетый в черную рубашку и черные брюки.

Нин Цин спрыгнула вниз по лестнице, ухмыляясь как цветок, когда она схватила его за руку с выражением лести и сказала: "Шаомин, ты здесь.”

Лу Шаомин вручил ключи работнику отеля, чтобы тот припарковал машину. Он привел Нин Цин в вестибюль отеля и посмотрел вниз. Он ласково посмотрел на нее и спросил: “ты признаешь, что ошибаешься?”

Нин Цин высунула розовый язычок, и ее нежное личико было полно остроумия. - А все потому, что ты такой замечательный. Ты так нравишься моей матери, она так хвастается тобой перед своими друзьями, что теперь ей никто не верит. Только ты можешь доказать невиновность моей матери.”

Как бы то ни было, она просто похвалит его первой.

Лу Шаомин слушал, но никак не реагировал на ее слова. Он был одет в черное, не так элегантно и по-джентльменски, как в белой рубашке, но выглядел высоким, стильным и благородным.

Нин Цин увидела, что они приближаются к комнате. Она взяла его за руку и потрясла пару раз. Ее маленькая головка выглядывала перед ним, когда она вела себя как очаровательная женщина. - Шаоминг, потерпи еще немного, посмейся еще разок и покажи моей матери лицо.”

Лу Шаомин взглянул на нее и промолчал.

…

Официант открыл дверь, и они вдвоем вошли внутрь. Юэ Ваньцин и четыре тетушки сидели вместе. Когда тетушки увидели, что дверь открыта, их взгляды со свистом скользнули по ней.

Нин Цин видела, что взгляды этих тетушек были недружелюбными. Она подняла глаза и увидела комнату, полную враждебных провокаций и обсуждений. Нин Цин понимала, что эти тетушки хотели немного напугать Лу Шаомина.

Люди в сельской местности любили это делать.

Но даже при том, что она могла понять, Лу Шаомин мог и не понять. На такого большого президента, как он, теперь смотрят и обращаются как с товаром, будет ли он недоволен?

Он часто имел несчастное выражение лица перед ней и был очень своенравным.

Нин Цин украдкой взглянула на него. Удивительно, но суровое и красивое лицо мужчины было мягким. Он смотрел на тетушек нежно и медленно. Его глаза были полны внимания и уважения к ним. Его красные и тонкие губы шевелились, когда он говорил. - Здравствуйте, тетушки.”

Пара простых слов, но Нин Цин чувствовала напряжение.

Ей хотелось смеяться, и она была очень тронута. Это был, вероятно, первый раз, когда этот человек имел дело с такими людьми за свои 30 лет, и он не привык к ним.

Безупречная внешность Лу Шаомина и его изящные манеры заставили тетушек засиять глазами. Где же те строки, которые они только что приготовили? Они забыли весь план игры.

Лу Шаомин по-джентльменски отодвинул стул для Нин Цин. Нин Цин села. Официант придвинул еще один стул. Лу Шаомин сидел между матерью и дочерью.

“Мама.- Крикнул Лу Шаомин.

- Ну да!- Радостно ответила Юэ Ваньцин.

Она боялась, что ее зять не захочет приехать. Она выросла в сиротском приюте еще до того, как ей исполнилось восемь лет. Она поддерживала контакт с несколькими сестрами в приюте после того, как семья Нин выбрала ее. Но Нин Чжэнго это не очень понравилось. Богатые люди очень уважительно относились к своей внешности и достоинству. Они думали, что общение с бедными приведет к тому, что они потеряют свой статус.

Но ее зять был здесь!

Когда все уселись за стол, менеджер гостиницы встал позади Лу Шаомина, готовый обслужить его, пока две официантки разливали теплый чай для четырех тетушек.

- ГМ, - тихонько кашлянула тетушка и спросила: - МММ, малышка Лу, у тебя есть дом? А где же твой дом?”

“Да, наш дом находится в чайном павильоне.- Лу Шаомин ответил низким и мягким голосом.

- Ну и что же?- Растерянно спросила тетушка, с отвращением отворачиваясь. “Что же это за место такое? Я никогда не слышал об этом месте. Дома богатых людей в городе Т находятся все на острове Дяоюйдао, где находятся самые дорогие виллы в этом городе. Цена составляет около 70 000 за квадратный метр, и это стоит в среднем 10 миллионов. Сяо Лу, вы когда-нибудь слышали об этом?”

“О, - Лу Шаомин внимательно слушал и откровенно ответил, - я только что приехал в город Т, поэтому я не очень хорошо знаком с ним.”

Поэтому тетушки презрительно закатили глаза в сторону Шаоминга. Это показывает, что они думают о нем, как о лягушке на дне колодца, с узким кругозором и не в том же мире, что и они.

Маленькое личико Нин Цин покраснело. Все кончено! президент их семьи был презираем, и люди закатывали на него глаза!

Тогда другая тетушка спросила: "малышка Лу, у тебя есть машина? А что это за машина такая?”

Лу Шаомин на мгновение задумался, прежде чем ответить: “У меня дома есть гараж. Обычно я езжу на "Бентли".”

- Гараж, Бентли? Тетушка нахмурилась и была очень недовольна. - Маленький Лу, позволь мне сказать тебе вот что: тетушка раньше присматривала за гаражами для других. В гараже есть все виды велосипедов и электронных скутеров, но ничего с четырьмя колесами. Мне плевать на тот "Бентли", на котором ты ездишь. Тетушка не потребует, чтобы вы купили Нин Цин BMW, который большинство бизнесменов в городе t ездят, но у вас должен быть хотя бы Шанхайский Volkswagen.”

- Пфф.- Нин Цин услышала легкий смешок и подняла голову. Две официантки пытались сдержать свой смех и были близки к тому, чтобы потерять его.

Выражение лица официанток, казалось, говорило – " что с тобой такое?!

Нин Цин тайком опустила голову. Какие велосипеды, электронные самокаты, Фольксваген Шанхая, ЕТК? Она чувствовала себя крайне смущенной.

Сейчас она не осмеливалась взглянуть на лицо Лу Шаомина, опасаясь, что он выстрелит в нее с презрительным выражением, которое говорило: "посмотри на этот сброд, которого ты нашел!

А тетушка, казалось, вообще не замечала выражения лиц других людей и продолжала: “Сяо Лу, ты слышал о BMW? Мой сын водит его, и он стоит больше миллиона.”

- Лу Шаомин поднял свою чашку. Дорогие часы были на запястье его большой руки, которая была тонкой и красивой, в паре с синим и белым фарфоровым рисунком чайной чашки, это добавляло слой благородства и элегантности в его красивом темпераменте.

Он слегка нахмурил свои красивые брови, и выражение его лица было несколько удивленным, когда он сказал: “Я слышал об этом.”

“Теперь, когда вы об этом услышали, просто возьмите владение BMW в качестве своей цели в будущем.- Гордо сказала тетушка.

Лу Шаомин сделал глоток чая, его Адамово яблоко сексуально подпрыгнуло, когда он произнес одно простое слово: “конечно.”

Нин Цин, “…”

Затем другая тетушка сказала: "Сяо Лу, сколько тебе лет в этом году? Нашей Нин Цин всего 20 лет. Вы выглядите так, как будто вы совсем старый.”

Сердце Нин Цин колотилось в груди, ей хотелось топать ногами, когда она думала: "тетя, неужели твои вопросы должны быть такими острыми?

Спрашивать о его возрасте было большим табу.

30-летний мужчина был зрелым и обаятельным в ее глазах, но в глазах этих тетушек он стал бы таким же дешевым, как капуста. Что бы он тогда почувствовал?

А что бы он подумал?

Нин Цин тайком протянула свою маленькую ручку и положила ее ему на бедро. Она легонько погладила его, как будто гладила тигра, и сказала ему: "Будь хорошим, давай потерпим".

Ее маленькая рука была сжата большой ладонью, когда мужчина схватил ее прямо и положил себе на промежность.

Маленькое личико Нин Цин покраснело. Хей - хей-хей. Что ты делаешь?

- Она отняла свою маленькую ручку.

” Это, маленький Лу... " Юэ Ваньцин также чувствовал, что этот вопрос был слишком много. Она открыла рот, желая помочь Лу Шаомину.

Но Лу Шаомин сидел прямо, две гордые длинные ноги под столом небрежно скрестились вместе, становясь все более томными, когда он мягко открыл рот и сказал: “тетя, мне в этом году 30, на 10 лет старше, чем Нин Цин. Мой возраст-идеальный возраст, потому что я знаю, как баловать других. Нин Цин не будет страдать, когда она со мной.”

Юэ Ваньцин была очень довольна ответом своего зятя и даже бросила пару хвалебных взглядов на Лу Шаомина.

Сердце Нин Цин было сладким, как мед, и даже ее рот казался сладким.

Он не очень много говорит засахаренных слов, но он никогда не скупится на засахаренные слова, когда ему приходится их использовать, и он был полон сильных мелкобуржуазных чувств.

Этим тетушкам пока нечего было сказать. Они согласились, что материальные условия этого Сяо Лу были не так хороши, но они не могли выбрать какие-либо большие проблемы.

Когда официант вошел и обслужил их, у тетушек потекли слюнки, когда они увидели прекрасную еду на столе. Существует поговорка, которая гласит: "дар ослепляет глаз. Тетушка засмеялась и сказала: "малышка Лу, это всего лишь обычная еда, почему ты выбрала такой дорогой ресторан? Этот стол, должно быть, стоил тысячи долларов. Вы, должно быть, потратили здесь месячную зарплату.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 90:Нин Цин, я на десять лет старше тебя. Ты думаешь, я стар?

Лу Шаомин сдержанно улыбнулся, но ничего не ответил.

Управляющий отелем не смог сдержаться, взял у официанта блюдо и подал его тетушке. - Тетушка, - вежливо сказал он, - он генеральный директор нашего отеля. Каждое блюдо здесь готовится специально главным шеф-поваром отеля. Вы не можете найти его больше нигде. Тетушки, пожалуйста, наслаждайтесь вашим обедом.”

- Генеральный директор?- Подозрительное чувство тетушки, казалось, выдало ее замешательство, что же это?

- Генеральный директор-это босс, - терпеливо объяснил управляющий отелем.

Тетушки ахнули. Отель выглядел так, как будто это был один из лучших отелей в городе T. Человек напротив них ... был боссом?

Они недоверчиво покачали головами.

Лу Шаомин взял миску и наполнил ее супом, прежде чем поставить ее перед Юэ Ваньцином: “мама, это суп из акульих плавников с кордицепсом и морским огурцом. Это действительно полезно для вашего здоровья. Я сказал шеф-повару приготовить его для тебя. Попробовать это.”

Тетушки услышали кордицепс и морской огурец, и у них потекли слюнки. Это были слова, которые они услышат в столовой богатой семьи. Они схватили свои палочки и начали есть.

Нин Цин увидела, что тетушки с бешеной скоростью съели все блюда, стоявшие на столе. Им даже глотать не удалось. Они словно испугались, что кто-то будет драться с ними за еду, и Нин Цин покраснела еще сильнее.

Она украдкой бросила взгляд в сторону. Мужчина почти ничего не ел, но внимательно наблюдал за происходящим. Когда блюда на столе были опустошены, она услышала, как он сказал менеджеру отеля: “подавайте фирменные блюда.”

Управляющий отелем принял его заказ, а сам украдкой взглянул на Нин Цин. Его взгляд был полон глубокого уважения.

Да, хотя он был не на своем месте за обеденным столом, его действия ясно давали понять, как сильно он заботился о Нин Цин.

Потому что там была она, там был и он.

Официант подал еще одну тарелку жареного мяса. Нин Цин попробовала кусочек и нашла его тонким, но сочным, очень вкусным.

Она взяла еще один кусок и положила его в миску Лу Шаомина.

Лу Шаомин разговаривал со своей тещей. Он посмотрел вниз и увидел мясо, которое его жена взяла для него. Он оглянулся и увидел, что девушка смотрит на него своими кристально чистыми глазами и улыбается ему.

В тот день она распустила волосы и заплела правую часть челки в красивую косу с рыбьим хвостом, которая ниспадала ей за ухо. Она закрепила косу на голове заколкой в виде бабочки. Эта юношеская мода заставляла ее выглядеть так, словно ей всего лишь восемнадцать лет, как очень красивая и невинная студентка университета.

В ее прекрасных глазах сияла осенняя Луна. Она смотрела на него, когда улыбалась, и в ее взгляде чувствовалась теплота и зависимость от него. Выражение его лица было очаровательным.

Яркие тонкие глаза Лу Шаомина выражали привязанность. Он взял палочки для еды и положил мясо в рот.

Эта маленькая девочка ... в конце концов, мои усилия не были напрасными.

Нин Цин видела, что он ест, поэтому она быстро добавляла немного в его миску каждый раз, когда подавалось блюдо. Этот человек был очень скромным, но его высокий уровень жизни не изменится. Он не совсем подходил тем, кто всегда ел так, будто это их последняя трапеза.

Лу Шаомин увидел, что его жена рядом с ним была очень занята. Очень быстро в его миске появилась мини-гора.

Уголки его губ приподнялись, как будто он наслаждался заботой.

Юэ Ваньцин наблюдала за сладким взаимодействием между своей дочерью и ее зятем. Ее глаза наполнились слезами. Она боялась, что ее дочь не будет счастлива во внезапном браке. Похоже, она слишком сильно волновалась.

Счастье ее дочери было написано у нее на лице.

…

После ужина тетушки были так сыты, что у них округлились животы. Лу Шаомин увещевал менеджера отеля: "подавайте фрукты.”

Тетушки не стали возражать. Они решили, что вполне могут завершить трапезу фруктами.

Затем дверь в отдельную комнату распахнулась. Молодой человек в костюме встревоженно стоял у двери. Он кивнул и слегка поклонился. - Добрый день, молодой господин Лу.”

Одна из тетушек увидела, что кто-то пришел, и быстро встала. - Сынок, почему ты здесь?- Это был тот самый сын, который водил БМВ.

Сын БМВ бросил взгляд на свою маму, который должен был сказать ей заткнуться.

- Молодой господин Лу, спасибо Вам за ваше гостеприимство сегодня. Моя мама и тетушки закончили с едой, я принесу их домой.”

Управляющий отелем отодвинул стул, и Лу Шаомин медленно встал. Он сунул обе руки в карманы и кивнул: “Конечно, еще увидимся.”

Сын из BMW взял маму за руки и вытащил из машины. Остальные три тетушки, которые последовали за тетей BMW, быстро попрощались с Юэ Ваньцином и последовали за ними двумя.

Лу Шаомин, Нин Цин и Юэ Ваньцин стояли у двери и смотрели, как они уходят.

…

Тетя из БМВ хотела вырвать свою руку обратно у сына “ " Сынок, что ты делаешь? Малышка Лу угощает меня обедом, я еще не закончила.”

Сын BMW нахмурился “ " мама, Молодой Мастер Лу пригласил тебя на обед, и ты пошла? А ты кем себя возомнил?”

- Сынок, как ты можешь так говорить? Человек, который не может позволить себе дом на острове Дяоюйдао, но купил свой дом в чайном павильоне. С чего бы мне его бояться?”

“А вы не знаете, кому принадлежит вся недвижимость на острове Дяоюйдао? Они принадлежат семье Лу! Чайный павильон находится прямо в центре города T City. Молодой мастер Лу построил себе дом в центре города, чтобы он мог видеть весь город, когда он открывает окно; он может видеть кленовый лес, когда он открывает дверь. Он назвал его чайным павильоном. Он единственный и неповторимый во всем городе. Это не то, что можно купить просто за деньги. Вы меня понимаете?”

- Ч... что, - тетя была в шоке, - но маленький Лу сказал, что он никогда не слышал об острове Дяоюйдао.”

“Хех, это потому, что у него слишком много собственности под его именем. Город T-это просто маленькая Земля, Молодой Мастер Лу, конечно, не фокусирует много своего внимания на этом месте.”

- ...Но маленький Лу сказал, что у него есть гараж. Так вот, я думал, что он имел в виду велосипеды, мотоциклы и все такое прочее. Он говорит, что ездит на "Бентли". Он даже не может позволить себе БМВ.”

- Мам, ты же ничего не знаешь. Неужели вы не можете попытаться напугать кого-то еще в будущем? Одна из его моделей Бентли сможет купить мой БМВ. Гараж с велосипедами и мотоциклами, вы же мечтаете!”

"...Но, но маленький Лу…”

- Айя, Мама, пожалуйста, я тебя умоляю. Перестань называть его "малыш Лу". Ты пытаешься заставить меня сойти с ума или убить меня?”

Тогда тетушки заткнулись. Хех, мы еще не сказали вам, что мы думаем, что он слишком стар.

…

Пока тетушки не исчезли, Нин Цин смотрела на красивого мужчину, который был на голову выше ее. “Это вы пригласили тетушкиного сына?”

- Угу, - кивнул Лу Шаомин. Его тонкие черные глаза смотрели проницательно и мудро. Он спокойно ответил: "тетушки питали предвзятое мнение. Они бы не поверили ни одному нашему слову. Они проснутся только тогда, когда их сыновья скажут им.”

“Тогда почему ты угостил их едой? Почему бы просто не сказать своим сыновьям, чтобы они их отчитали?”

- Лу Шаомин понизил голос. - В его глубоком голосе прозвучала нотка нежности. “Разве ты не сказала, что они друзья твоей мамы?”

Нин Цин больше ничего не сказала. Ее кристально чистые глаза наполнились слезами. Если бы рядом не было ее мамы, ей бы очень захотелось обнять его, очень крепко.

Он пытался сказать ей, что сделает все, чтобы она была счастлива.

Юэ Ваньцин была очень счастлива в тот вечер “ " Шаомин, спасибо.”

- Мама, именно это я и должна сделать.- У Лу Шаомина зазвонил телефон, и он ответил на звонок. - Нин Цин, я ненадолго спущусь вниз. У Чжу жуя есть документ,который мне нужно прочитать. В отеле работает оздоровительный центр. Я бы сказал менеджеру привести тебя, посмотреть, что мама любит.”

- Мм, поторопись и уходи.- Нин Цин кивнула.

Уходя, Лу Шаомин сделал огромный шаг вперед.

Юэ Ваньцин смотрела на красивую спину мужчины и счастливо вздыхала. - Этот Шаоминг, чем больше я вижу, тем меньше волнуюсь. Но Цинцин, было ли правдой то, что сказал сын тети? Это так страшно. Неужели семья Шаомина действительно так богата?”

- Мама, я вышла за него замуж из-за того, кто он такой. Почему ты так переживаешь?- Нин Цин боялась, что ее мама будет слишком много думать, поэтому быстро сменила тему.

Сама Нин Цин была удивлена, что попала в эту золотую яму.

…

Лу Шаомин вышел из отеля и заметил, что рядом с лестницей была припаркована роскошная машина. Чжу жуй стоял рядом с дверью.

Лу Шаомин посмотрел, но не пошел в сторону Чжу жуя. Он спустился по лестнице и направился в укромное место.

Там стоял человек, Конг Янг.

Конг Ян сжал кулаки, и в его глазах появилась ревность. “Ты думаешь, что это здорово, что ты победил меня? Это были просто деньги. Как ты думаешь, Нин Цин была бы с тобой, если бы у тебя не было денег?”

Лу Шаомин выпрямился и достал из кармана пачку сигарет. Он прикурил сигарету от зажигалки и затянулся. Дым заклубился, когда его взгляд стал глубоким и темным. - Он презрительно ухмыльнулся. - Нин Цин со мной, потому что я богат. Тогда почему Нин Цин следует за вами, которые бедны? Из-за любви?”

Конг Ян ненавидел свою богатую ауру. Он стоял величественно, и каждое произнесенное им слово говорило о том, что он был кормчим.

Он был авторитетом.

Конг Янг был ниже, потому что он знал, что не может победить авторитет. Он был слишком слаб. Но он был тем, кто любил Нин Цин первым, как он мог догнать его?

Чем хуже он себя чувствовал, тем больше злился.

“Разве я ошибаюсь? Если бы вы не могли позволить себе оплатить хирургические расходы матери Нин Цин, если бы вы не могли помочь ей в ее развлекательной карьере, любила бы она вас?”

- Хех.- Лу Шаомин улыбнулся. Он выглядел спокойным и тихим, но его острый взгляд пронзил Конг Янг, когда он сказал: "я заплатил ее маме за операцию, я помог ей, благодаря моей способности обеспечить ей хорошую материалистическую основу. Это то, что я делаю, потому что я люблю ее. А что у тебя есть? Когда ее маме потребовалась операция, Вы взяли ипотеку на свою собственность,и вам удалось одолжить только одну пятую от стоимости операции. Что у тебя есть, чтобы показать ей свою любовь?”

Конг Янг получил удар ножом прямо в то место, где было больно. Его глаза покраснели.

Лу Шаомин продолжил: "в твоей голове Нин Цин-хорошая девочка. В этом слове, чем лучше девушка, тем более изысканной она заслуживает того, чтобы лечиться. Вы не можете обеспечить ее, но я могу. Как вы квалифицированы, чтобы допросить меня?”

“Я смотрю на тебя свысока не потому, что у тебя нет денег, а потому, что ты трус и не хочешь принять реальность. Нин Цин тебе ничего не должна. Вы не могли получить то, что вы хотите, поэтому вы стали злым. Ты расшевелила нескольких тетушек и поставила маму Нин Цин в трудное положение. Ненависть проистекает из любви; ты злой человек.”

Кон Ян сжал кулак, и тот треснул. - А, понятно. Значит, ты знал. Иди и скажи Нин Цин. Скажи Нин Цин, что я за человек.”

“В этом нет необходимости.- Лу Шаомин покачал головой.

- Но почему же?”

Лу Шаомин посмотрел вдаль на лампу и мягко ответил: “Очень немногие люди относились к Нин Цин с добротой, и Нин Цин помнит всех, кто искренне помогал ей. Она думает, что ты один из этих людей. Я не хочу, чтобы она чувствовала себя разочарованной, и не хочу, чтобы она чувствовала себя расстроенной.”

Тело Конга Яна напряглось, когда он посмотрел на Лу Шаомина.

Он…

Слезы потекли из глаз Конга Янга. - Я сдаюсь, но помни: я сдаюсь не потому, что проиграл тебе, а потому, что проиграл твоей любви к Нин Цин. Я приму меры для дальнейшего обучения в Кембридже Великобритании завтра. Я вернусь через пять лет. Если ты будешь плохо обращаться с ней к тому времени, я заберу ее обратно.”

Затем Конг Янг повернулся и побежал.

Лу Шаомин выдохнул последнюю струйку дыма. Затем он положил окурок себе под ботинок. Там не будет никакого шанса; Нин Цин всегда будет его!

…

Нин Цин вышел из отеля, чтобы найти Лу Шаомина. Он разговаривал с Чжу жуем, стоявшим перед машиной.

Чжу жуй держал в руках какой-то документ, а Лу Шаомин, сунув одну руку в карман, другой указал на документ и что-то пробормотал. Его густые бакенбарды были очень красивы. Его похожий на гору нос был пухлым и красивым. Это был зрелый на вид человек.

Нин Цин посмотрела на него и вдруг отвела взгляд. Она поняла, что становится все более и более поверхностной. Она смотрела на него неудержимо и иногда краснела без всякой причины.

Она подумала об этом и почувствовала себя плохо. Он был так занят работой, но она потащила его на ужин. Она ничего не понимала.

“Нин Цин” - Лу Шаомин увидел ее и позвал.

Нин Цин быстро огляделся, и Чжу жуй уже вежливо отступил в сторону. Итак, она подошла к мужчине.

“А где же мама?- Спросил Лу Шаомин.

- Мама сейчас на сеансе массажа в оздоровительном центре, так что я пришла тебя искать.- Нин Цин избегала встречаться с ним взглядом, когда говорила. Ее лицо было полно извинений и смущения.

Лу Шаомин улыбнулся. - Но ты же знаешь, что сделал что-то не так?”

Нин Цин заложила обе руки за спину и послушно кивнула. - Ммм, я больше не доставлю тебе неприятностей.”

Эта глупая девчонка. Неужели неприятностей, в которые он попал, недостаточно?

Почему тетушки в палате вдруг начали приставать к ее маме? Она никогда бы не догадалась, что ее подстрекателем был мальчик, который когда-то был так добр к ней.

А также Сюй Цзюньси. Как мужчина, Сюй Цзюньси приводил Нин Яо, чтобы делать вещи в комнате рядом с ней, только тупой человек не поймет, насколько грязным был ум Сюй Цзюньси.

Желание мужчины может быть легко поддержано голосом женщины, к которой они стремятся.

Она не знала, насколько провокационной она была, что ставило его в неловкое положение с двумя разными мужчинами.

Девушка была на голову ниже его. - Он сделал еще один шаг к ней. - Нин Цин, сегодня я оказал тебе большую услугу. Я учил тебя раньше, как бы ты отблагодарила меня?”

Нин Цин покраснела. Как он мог быть таким ... неприличным?!

Ему нравилось просить поцелуев!

Подумав немного, Нин Цин встала на цыпочки и протянула руки, чтобы обнять его за шею. Вокруг ее гладкой светлой шеи был повязан шарф цвета джинсовой ткани, подчеркивающий ее изысканный внешний вид.

Она закрыла глаза и поцеловала его красивое лицо.

Как только она сделала шаг назад, то услышала надменный голос мужчины: “Нин Цин, я на десять лет старше тебя. Ты думаешь, я стар?”

Нин Цин была ошеломлена. Она никогда не думала, что он задаст такой вопрос.

Такой человек, как он, не должен бояться старения. Время для них означало более богатый жизненный опыт; оно означало более высокое и более элегантное место в мире.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 91:Он лучше меня?

- Шаоминг, а почему ты об этом спрашиваешь?”

“Мне просто любопытно. Когда мне будет 35, тебе будет только 25. Если бы возвращающийся студент из Кембриджа преследовал вас тогда, Вы были бы привлечены к нему?”

Мужчины в этом мире все одинаковы. Они бы чувствовали себя неловко, если бы кто-то еще хоть раз взглянул на их жен. Он был очень собственником.

Он принял к сердцу слова Конга Янга “вернись через пять лет”. А мужчине-30 лет. Он был на 10 лет старше ее. Когда ей будет 30 лет, ему будет 40, довольно старый.

Кто знает, понравится ли ей Конг Ян, когда он вернется из-за границы и будет говорить с ней о звездах, Луне и философии жизни, о поэзии и лирике?

Красивые губы Нин Цин изогнулись в сладкой улыбке, и ее глаза тоже улыбнулись. Оказывается, что этот человек, который казался перед ней всемогущим, был бы также обеспокоен своим возрастом.

- Шаоминг, ты поощряешь меня к мошенничеству?”

Когда Лу Шаомин услышал это, его лицо опустилось. “Да как ты смеешь!”

Нин Цин хихикала и смеялась, ныряя в его широкие объятия. Ее голос был нежным и мягким, и она была немного кокетливой, когда сказала: “тогда все решено, не так ли? Лу Шаомин, я твоя жена. Я хочу провести свою жизнь с тобой. Какое отношение имеют ко мне эти студенты Кембриджа и Гарварда? Ты-единственный в моих глазах!”

Длинные черные глаза Лу Шаомина небрежно взглянули на нее, и его изначально твердое лицо смягчилось. “Какой же ты умный!"Даже если вашему мужу будет 50 лет, он будет лучше, чем те 30-летние мужчины. Я обязательно удовлетворю все ваши потребности. Прикоснитесь к нему, если вы не верите.”

Маленькое личико Нин Цин раскраснелось, а ее длинные ресницы затрепетали, как две бабочки, когда она спросила нежным голосом: “Что ты делаешь?”

Она не обсуждала с ним то, что произошло только что, но теперь он становился ненасытным.

Но обе ее ноги обмякли, когда электрический ток снова и снова проходил через ее нервные окончания, и его обжигающий жар остался на ее ладони, обжигая кожу.

Этот человек. Она не разговаривала с ним за обеденным столом. Она не знала, откуда взялась его реакция.

Единственное слово, чтобы описать его: извращенец!

Два слова: крайний извращенец!

“Wifey, kiss my mouth.” In her embrace, her sweet and soft scent lingered around his nose. Lu Shaoming’s eyes narrowed languidly and shot her a yuppie look.

Ning Qing couldn’t stand his gaze at that moment. Such a serious and proper man was narrowing his eyes. Stylish lines rippled from the corners of his eyes, with the aura of both a bad boy and a mature gentleman.

Ning Qing blushed, closed her eyelashes tremblingly and kissed his lips lightly.

His lips were dry, so the lines were very clear and the feeling of kissing him was too sexy.

Ning Qing gulped.

Когда ей снова захотелось поцеловать его, " Цинцин."Она внезапно услышала голос Юэ Ваньцин.

Нин Цин была поражена и быстро отступила от его шеи. Теперь у нее были красные уши. Мама только что видела, как она целовалась с мужчиной!

Вздох, Она хотела умереть.

Юэ Ваньцин подошла к ним и сердито посмотрела на Нин Цин. - Цинцин, Шаомин занят своей работой. Разве вы не видите, что секретарь все еще ждет там? Кроме того, это вход в отель. Вы должны обращать внимание на свое окружение; не приставайте к Шаомингу так безответственно.”

- Мам, а когда это я к нему приставал?- Нин Цин изогнула свое маленькое тельце. Почему мать сделала из нее извращенку? Этот поцелуй был идеей Лу Шаомина! Она просто выполняла свою работу.

- Этот ребенок!"Глаза Юэ Ваньцин были полны обожания.

Она только что ясно видела это: ее дочь встала на цыпочки и обвила руками шею зятя. Ее зять выглядел таким спокойным, засунув руки в карманы брюк, нахмурив брови и наслаждаясь происходящим.

Вздох, а почему сейчас такие молодые люди?

- Мама, - рассмеялся Лу Шаомин и сменил тему разговора. Он боялся, что если теща продолжит разговор, то его маленькая жена будет раздражена. - Доктор сказал, что ты можешь уйти из больницы. Я хочу забрать тебя завтра и чтобы ты переехала к нам.”

Юэ Ваньцин не согласился. “Я люблю тишину, так что лучше мне не жить с вами, молодые люди.”

- Но Почему, Мама? Мне будет легче заботиться о тебе, если ты будешь жить с нами.- Нин Цин нахмурила свои изящные брови.

- Мама еще не стара, мне не нужно, чтобы вы заботились обо мне, и, кроме того, вы заняты своей работой, и я буду сдерживаться, если буду жить с вами, ребята. Если вы, ребята, действительно заботитесь, вы можете найти дом для меня. Когда у Цинцин появится ребенок, я сосредоточусь на заботе о своем внуке.”

Отношение матери было очень настойчивым, Нин Цин не могла убедить ее, глаза Нин Цин были немного красными, она не знала, как долго ее мать сможет жить, и теперь ее мать настаивала на том, чтобы жить в одиночестве.

Разве не хорошо было жить с ней? Она действительно не могла понять мысли своей матери.

Кроме того, кто хочет иметь детей с Лу Шаомин?

Мама может и дальше мечтать.

В этом году ей было всего 20 лет.

Лу Шаомин положил руку на плечо Нин Цин и сказал: “Хорошо, мама, я найду для тебя дом рядом с нашим домом и найму помощника. Нин Цин, мама будет очень близко к нам, так что не грусти, хорошо?”

“В порядке.- Нин Цин печально кивнула.

…

В ту ночь Юэ Ваньцин спала в больнице. Лу Шаомин ушел в офис и больше не вернулся. Нин Цин сидела на диване в гостиной виллы и читала свой сценарий.

- Мадам, сэр, вероятно, потребуется некоторое время, чтобы вернуться. А сейчас уже холодно. Почему бы тебе не вернуться в свою комнату и не поспать?- Сказала тетя Чжан.

Нин Цин посмотрела на свои часы, было 10 часов. - Тетя Чжан, ты можешь лечь спать раньше меня. Я буду его ждать.”

Тетя Чжан больше не настаивала и вернулась в свою комнату.

Нин Цин изменила освещение лампы в гостиной на оранжевый тон. Она нашла удобное место на диване и легла. Пока она читала сценарий, ее глаза медленно закрылись.

Лу Шаомин вернулся через полчаса и поставил "Бентли" в гараж. Он открыл дверь виллы и вошел внутрь.

Оранжевая лампа в гостиной излучала туманное тепло. Девушка была укрыта красным одеялом. Ее прекрасное лицо было спрятано под одеялом, как у ленивого котенка. Ее шелковистые волосы упали с дивана.

Тихо и красиво.

На красивом лице Лу Шаомина появилось чрезвычайно нежное выражение. Он положил портфель на чайный столик, присел на корточки и поднял сценарий, который девушка уронила на ковер.

Приглядевшись к девушке так внимательно, она почувствовала, что ее кожа стала такой нежной, что с нее можно было стряхнуть воду, белой, как очищенное яйцо. Она дулась во сне и выглядела очень мило.

Он встал, наклонился, взял ее на руки и пошел в комнату.

Нин Цин проснулась в его объятиях и открыла сонные глаза. Прямо перед ней было его красивое лицо. Нин Цин смущенно обняла его за шею, и ее маленькое холодное личико потерлось о его широкую грудь. - Шаоминг, ты вернулась?”

- Да, - Лу Шаомин наклонился и поцеловал ее в лоб. Она так приятно пахла, как молочный лосьон для ванны. “Разве не холодно спать на диване? В следующий раз иди спать. Не ждите меня здесь.”

- Нет, я хочу подождать, пока ты вернешься.- Нин Цин была наполовину в сознании и говорила с хрустящим визгом девушки, заставляя кадык Лу Шаомина качаться, когда он слушал ее.

- Шаоминг, ты уже поужинала? Не хотите ли поужинать? Я приготовлю его для тебя.”

Лу Шаомин посмотрел на девушку, которая была настолько сонной, что даже не могла открыть глаза, и сказал с обожающим смехом: “я не голоден, ты продолжай спать, я отведу тебя обратно в спальню.”

Он положил ее на большую мягкую кровать, укрыл одеялом ее маленькое тело, запустил одну руку в ее шелковистые волосы и нежно поцеловал в губы.

Его поцелуй был очень нежным, с обычной властностью, которая манила ее. Нин Цин не могла сказать, было ли это сном или реальностью, ей просто это нравилось.

- МММ ... - тихо произнесла она.

Девушка крепко нахмурилась во сне, вытянула свою большую руку двумя маленькими ладошками, перевернулась, потянулась к любимому медвежонку и взяла его на руки.

Лу Шаомин посмотрел на девушку. Без его вмешательства она быстро заснула, с розовыми пузырьками в углу рта, как маленькая девочка в возрасте до 18 лет.

Лу Шаомин присел на край кровати, его большая ладонь, явно сжатая в кулак, ослабила галстук на шее, небрежно бросила его на кровать и сделала глубокий вдох, чтобы подавить жгучее желание в своем теле. Он выказывал чувство беспомощности и упадка сил.

Почему она его ждала?

Вероятно, чтобы позволить ему страдать.

Он встал, снял свой черный костюм ручной работы и обернул его вокруг запястья. Рукава его рубашки были наполовину закатаны, открывая сильные загорелые руки с неброскими и дорогими наручными часами. Он был полон элитного шарма.

Он наклонился и поцеловал девочку в лоб, Лу Шаомин с отвращением ущипнул медведя за ухо “ " зачем спать с медведем? Неужели он лучше меня? Может ли он заставить вас плакать слезами радости? Спокойной ночи, Цинцин.”

Лу Шаомин выключил свет и вышел из комнаты.

Медвежонок на кровати взорвался: черт возьми, у меня болят уши, я невиновен!

…

Финальная сцена “ветра и пыли"должна была сниматься в городе Т. В этот день режиссер Ван расплатился со всеми за фильм, а Нин Цин получила открытку.

"Нин Цин, мы получили нашу зарплату, и нам не нужно стрелять сегодня; давайте пойдем по магазинам”, - предложил Сяо Чжоу.

“ОК. Нин Цин кивнул и согласился.

Две девушки пришли в торговый центр, и Сяо Чжоу спросил Нин Цин: "Нин Цин, это первое ведро золота в твоей жизни. Скажите мне честно: что вы хотите купить и для кого вы хотите купить его с деньгами?”

Нин Цин не ответила, но остановилась перед магазином мужской одежды.

"Ого, - Сяо Чжоу прикрыла рот рукой и рассмеялась, - Нин Цин, какие хорошие отношения у тебя с молодым господином Лу. Он-первый, о ком вы думаете и хотите купить одежду после того, как вы получили свои деньги.”

Маленькое личико Нин Цин покраснело, но она ничего не сказала. Она подняла ногу и вошла в магазин мужской одежды.

С тех пор как они познакомились, она никогда ничего ему не покупала. Теперь, когда у нее были деньги, она хотела купить ему какую-нибудь одежду.

- Мисс, какой стиль мужской одежды вы хотите купить?- Тепло спросила продавщица.

Нин Цин огляделась вокруг, она еще не решила, что купить. Вся одежда Лу Шаомина была ручной работы и с клеймом. Было бы неловко, если бы она не смогла найти ему что-нибудь достаточно хорошее.

- Мисс, а какой рост и фигура у вашего парня? Вы можете сказать мне, и я порекомендую что-то для вас.- Сказала продавщица.

- Ха-ха."Сяо Чжоу пошутил “" Нин Цин, кто-то спрашивает о росте и росте молодого мастера Лу, каков его образ в твоем сердце, скажи это.”

Нин Цин обернулась и пристально посмотрела на Сяо Чжоу, говоря ей – не причиняй никаких проблем.

Но Продавщица смотрела на Нин Цин парой очень откровенных и восторженных глаз, ожидая ее ответа. Нин Цин прикусила нижнюю губу своими жемчужными белками, вытянув крошечный белоснежный пальчик и нерешительно указывая в сторону.

Сяо Чжоу разразился смехом, Нин Цин указала на мужской манекен у окна.

Продавщица поняла ее в считанные секунды “ " Мисс, поскольку ваш парень находится в такой хорошей форме, он должен быть пригоден для всей одежды в нашем магазине. Какой стиль ему нравится?”

Маленькое личико Нин Цин горело. Этот Сяо Чжоу мог только посмеяться над ней.

- Какой стиль?

Нин Цин посмотрела на ряд рубашек и костюмов. Она увидела темно-серую рубашку. Темно-цветная одежда на самом деле очень хорошо подходит таким мужчинам, как он, они будут выглядеть умными, красивыми и щегольскими в них.

Нин Цин подошла ближе, ее маленькая рука ощупывала материал рубашки.

В этот момент дверь распахнулась, и в комнату вошла красивая фигура. Человек снял с нее темные очки. Когда Сяо Чжоу посмотрел на человека, это оказался Нин Яо.

- Сестра, такое совпадение, ты тоже пришла купить одежду?"Нин Яо увидел удивление Нин Цин и спросил: “почему ты покупаешь мужскую одежду, сестра? У тебя недавно был парень?”

- Хм, Нин Цин, я уже говорил тебе, что некоторые люди были толстокожими. Их только что выпустили из полицейского участка, и скандалы еще не утихли,но она осмелится выйти? С кем ты пытаешься сблизиться, называя ее сестрой? Наш Нин Цин не знает бесстыдных людей” - Сяо Чжоу пошел вперед и сказал.

- Это ты!- Тонко накрашенное лицо Нин Яо быстро исказилось, когда она услышала это.

"Забудь об этом, Сяо Чжоу”, - Нин Цин холодно посмотрела на Нин Яо, намереваясь проигнорировать ее. Она спросила продавщицу: "сколько стоит эта рубашка?”

- Здравствуйте, Мисс. Эта рубашка ручной работы. В магазине есть только одна рубашка. Цена составляет 70 000 долларов.- Сказала продавщица.

- Ого, сестренка, тебе тоже нравится эта рубашка? Мне это очень нравится. Это очень хорошо подошло бы Цзюньси. Не могли бы вы, пожалуйста, дать его мне?- Нин Яо подошел, чтобы взять его.

“А почему она должна была отдать его тебе? Первый пришел, первый подавай!- Сяо Чжоу пристально посмотрел на нее, когда она сказала.

- Сестра, почему ты такая? Продавщица, я предложу двойную цену за эту рубашку. Упакуй его, чтобы я забрала с собой.”

Продавщица оказалась в затруднительном положении.

Сяо Чжоу хотел что-то сказать, но Нин Цин протянула руку и остановила ее. - Она сделала шаг вперед. Ее красивые губы были полусогнуты, а голос звучал чисто и элегантно, когда она говорила. - Яояо, ты что, споришь со мной из-за денег? Ладно, мне только сегодня заплатили. Я предлагаю 500 000 долларов за эту рубашку.”

500,000?

Сяо Чжоу разинул рот, покупая рубашку стоимостью всего 70 000 долларов за 500 000 было слишком расточительно!

Сяо Чжоу Фокс подозрительно посмотрел на Нин Цин. Что же случилось с Нин Цин? Она никогда не делала ничего настолько иррационального.

На лице Нин Яо появилась гордая улыбка. - Ах, сестра, ты соревнуешься со мной, кто богаче? На вашей карте есть ваша зарплата, но карта в моей руке-это Junxi, неограниченный овердрафт. Вы сказали, полмиллиона? Я заплачу 800 000.”

“900,000.- Сказала Нин Цин.

“Миллион.- Нин Яо даже не моргнула.

- Ладно, договорились."Нин Цин решительно заключила: “продавщица, отдайте эту рубашку этой леди по цене 1 миллион долларов. Я больше этого не хочу.”

Нин Яо быстро поняла, что ее обманули. Нин Цин сделала это специально, обманув ее из-за ее щедрости.

Продавщица была очень довольна. Она продала 70-тысячную рубашку за 1 миллион долларов. Это было похоже на падающий с неба пирог. Она бы многое получила в качестве комиссионных.

Продавщица быстро завернула рубашку и протянула пакет Нин Яо. - Мисс, ваша общая сумма составляет 1 миллион, вы платите карточкой? Спасибо.”

Нин Яо, “…”

Глядя на лицо Нин Яо, которое из голубого становилось красным, Нин Цин начала накручивать свои красивые волосы на щеки и грациозно повернулась. - Сяо Чжоу, пошли.”

Сяо Чжоу состроил гримасу Нин Яо и потрусил за Нин Цин. - Нин Цин, ты просто гений.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 92:Носите его дома, вы хорошо выглядите в нём

Нин Цин улыбнулась. Вообще-то, с Нин Яо легко иметь дело. Несмотря на такой большой опыт, Нин Яо не улучшилась вообще. Возможно, это как-то связано с той средой, в которой она выросла.

Всякий раз, когда Нин Яо попадала в беду, у нее были Сюй Цзюнси и Ли Мэйлин, чтобы охранять и сопровождать ее. На самом деле ей никогда не требовалось напрягать мозги. Нин Цин была похожа на нее, когда ей было восемнадцать лет, когда она была дочерью семьи Нин. Она ничего не знала и была так сильно обманута ли Мэйлин и ее дочерью.

Нин Цин вышла из магазина мужской одежды и неожиданно встретила знакомое лицо. Это была мама Сюй Цзюньси.

Волосы матушки Сюй были аккуратно уложены, и она была великолепно одета, совсем как жена богатого человека. Матушка Сюй тоже увидела ее, и каждый из них прибавил шагу.

С тех пор как Нин Цин упала, матушка Сюй смотрела на нее сверху вниз. Затем Нин Цин вызвала инцидент в развлекательном кругу, и мать Сюй невзлюбила ее еще больше.

Матушка Сюй "хмыкнула" и высоко подняла подбородок.

Нин Цин больше не чувствовала себя обиженной. Ее отношения с Сюй Цзюньси закончились, поэтому она была очень снисходительна к матери Сюй. В конце концов, она просто незнакомка.

- Тетя Сюй, - вежливо поприветствовала ее Нин Цин.

Матушка Сюй ничего не ответила.

А Потом “ " Мама!- Нин Яо выбежала из магазина с широкой улыбкой на лице. Было очевидно, что она заискивала перед матушкой Сюй: “Мама, почему ты здесь? Может ты хочешь пройтись по магазинам? Позволь мне составить тебе компанию.”

Матушка Сюй тоже не стала относиться к Нин Яо лучше. Она холодно взглянула на Нин Яо и сказала: “Не называй меня своей мамой. Те, кто не знает лучше, могут неправильно понять наши отношения. Семья Сюй приняла тебя? Перестаньте мечтать о том, чтобы войти в дверь семьи Сюй! Затем матушка Сюй снова взглянула на Нин Цин: “я не знаю, что семья Сюй должна семье Нин! Цзюнси просто так запуталась с твоими сестрами.”

- Мама, ты меня неправильно поняла. Я действительно люблю Цзюньси... " - попытался объяснить Нин Яо.

Затем продавщица выбежала из магазина. Она потянула Нин Яо за рукав: “Мисс, я завернула рубашку. Один миллион долларов, пожалуйста, сделайте платеж.”

- Миллион долларов? Матушка Сюй подняла голову и посмотрела на название магазина. “Здесь нет никаких больших клейм. Какая рубашка стоит миллион долларов?”

Нин Яо внезапно потерял дар речи.

Нин Цин улыбнулся и ответил “ " тетя Сюй, я видел рубашку в этом магазине раньше, но Яояо пришел, чтобы бороться за нее со мной и сказал, что это для Цзюнси. Она также сказала, что у нее есть карточка, которую Цзюньси дала ей. У него нет лимита расходов, и у нее нет недостатка в деньгах. Итак, она решила потратить миллион долларов, чтобы купить рубашку для Цзюньси.”

- Ну и что же?- Лицо матушки Сюй внезапно помрачнело. Она протянула руку и указала пальцем на Нин Яо. “Хорошо. Вы еще не вошли в дверь семьи Сюй, и вы уже начали тратить наши деньги! Ты даже не моргнешь при мысли о том, чтобы потратить миллион долларов на какую-то дерьмовую рубашку. О чем ты только думаешь, маленький засранец!?”

Нин Яо была ошеломлена, когда услышала “б * ТЧ". Она никогда не думала, что мама Сюй Цзюньси будет мегерой.

Гнев матушки Сюй не утихал. Она подошла и схватила Нин Яо за руку. “Следовать за мной. Давайте пойдем и поищем Цзюньси. Я заставлю его принять решение сегодня же. Если бы он взял тебя к себе, я бы покончил с собой.”

Нин Яо разрывалась от этих резких слов. Матушка Сюй устроила грандиозную сцену,и все в торговом центре начали окружать их. Она заметила, что некоторые из них узнали ее.

- Мам, послушай меня. Я могу объяснить ... …”

Нин Цин наблюдала за хаосом, когда она ухмыльнулась. Она позволит Нин Яо попробовать, как матушка Сюй обращалась с ней тогда!

Сяо Чжоу был очень взволнован, и она достала свой телефон: “Нин Цин, дай мне заснять это и загрузить в интернет. Давайте посмотрим, чем кончит Нин Яо?”

- Согласился Нин Цин.

Но прежде чем она успела заснять происходящее, к ней подошли два телохранителя, чтобы разнять Нин Яо и матушку Сюй. Телохранители толкнули Нин Яо за спину, и к ним подошел еще один человек, ли Мэйлин.

Ли Мэйлин была одета в огромные темные очки. Она посмотрела на матушку Сюй и вежливо улыбнулась. - Сестра Сюй, я случайно искал вас, чтобы выпить чашечку кофе. Как мы сталкиваемся друг с другом сегодня, давайте выпьем по чашечке кофе вместе в соседнем кафе.”

Матушка Сюй немедленно отвергла ее. “Я никуда не поеду. Мне не о чем с тобой разговаривать.”

Ли Мэйлин с непобедимой улыбкой шла рядом с матушкой Сюй. Она наклонилась к матушке Сюй и прошептала ей на ухо: На лице матушки Сюй мелькнуло выражение шока.

- Хорошо, я подожду тебя в кафе.- А потом матушка Сюй ушла.

Нин Цин заметила резкое изменение в динамике; ее лицо стало серьезным. Ей было интересно, что ли Мэйлин рассказала матушке Сюй. Она решила, что это должно быть связано с интересами семьи Сюй.

Телохранители разогнали толпу. Затем Ли Мэйлин сняла свои темные очки и спокойно пошла перед Нин Цин. Она позвала ее так, словно они были очень близки: “Цинцин.”

Нин Цин заметила злобный блеск в глазах ли Мэйлин. Она стояла прямо и шутила: "тетя ли, вы с Яояо теперь всегда носите темные очки? Когда-то ты был знаменит, почему же ты стал таким позорным?”

Лицо ли Мэйлин стало свирепым. Это была его собственная вина. Она погубила свои двадцать лет тяжелой работы!

- Цинцин, ты думаешь, что победила? Хех, то, что вы могли бы подумать об этом, еще не пришло вам в голову лет десять назад. Раньше ты был слишком незрелым. Хорошо, теперь я буду обсуждать дату свадьбы Яояо и Цзюньси с сестрой Сюй. К тому времени я приглашу тебя на свадебный ужин. Ха-ха, - рассмеялась ли Мэйлин, уходя.

Телохранители привели продавщицу обратно в магазин. Нин Яо надела свои темные очки и сверкнула гордой улыбкой. - Сестра, неужели ты думаешь, что сможешь вот так просто победить меня и мою маму? Чтобы разлучить меня и Цзюньси? Ваши маленькие действия не вызывают никакого эффекта и не заставляют нас чувствовать что-либо. Мы оба все еще живем свободно. Нам нужны мужчины, мы их получаем. Мы хотим денег, мы их получаем. Хм!”

Нин Яо высокомерно удалился.

Сяо Чжоу топала ногой в гневе. - Нин Цин, что происходит? Казалось, что мы вот-вот победим эту пару-мать и дочь, но они похожи на тараканов, которые никогда не умирают. Они были воскрешены снова. Черт возьми, они высокомерны.”

Нин Цин наблюдала за их спинами и у нее появилась идея. - Сяо Чжоу, пойди и откупись от бариста в кафе. Я бы хотел услышать, что они скажут.”

…

В кафе

Ли Мэйлин сидел напротив матушки Сюй. Ли Мэйлин сунула конверт матушке Сюй.

Мать Сюй открыла конверт, и там было соглашение о передаче акций.

- Сестра Сюй, в семейном холдинге "император Энтертейнмент Груп" всегда есть три-четыре директора с разными фамилиями. Они следили за положением Цзюньси и создавали проблемы. Это пятнадцатипроцентная доля одного из крупнейших директоров с другой фамилией. Как только Цзюнси получит это, он сможет удалить всех директоров. С этого момента, Императорская развлекательная группа будет полностью принадлежать семье Сюй.

Глаза матушки Сюй сияли от радости. “Откуда у тебя это?”

- У режиссера с другой фамилией есть сын, который любит играть в азартные игры. Несколько дней назад он проиграл, и главарь банды поймал его. Директору ничего не оставалось, как взять ипотеку по договору. В конце концов, я все понял.”

Матушка Сюй услышала это и прямо спросила: “Чего ты хочешь?”

Ли Мэйлин сделала глоток своего кофе и сказала: “Это соглашение-приданое для Яояо. Я хочу, чтобы Яояо женился на семье Сюй.”

“Это ... - матушка Сюй заколебалась. Честно говоря, она была очень недовольна Нин Яо.

Ли Мэйлин увидела и поставила свою чашку кофе. Она взяла конверт обратно и встала. - Поскольку сестра Сюй недовольна приданым, забудь об этом. Я сделаю первый шаг.”

- Эй!- Мать Сюй держала ли Мэйлин. - Давай это обсудим.”

“Здесь нечего обсуждать. Я хочу, чтобы Яояо женился на Цзюньси в течение месяца!- Ли Мэйлин был очень настойчив.

Матушка Сюй колебалась. В конце концов, когда Ли Мэйлин хотела уйти, она тяжело кивнула и сказала: “Хорошо!”

Нин Цин пряталась на заднем сиденье в кафе и подслушивала. Когда она услышала, что матушка Сюй согласилась, в ее глазах появилось тупое выражение. Она в отчаянии опустила голову.

Ли Мэйлин сумела убедить Нин Чжэнго не присутствовать на ужине в честь Кван Цин этим вечером, и Нин Цин уже догадалась, что ли Мэйлин протягивала свои руки к внешнему миру за помощью в течение последних двадцати лет.

Когда Ли Мэйлин держала компанию Ning Zhenguo, чтобы развлечь клиентов, она не только контролировала семейный бизнес Нин, она уделяла пристальное внимание группе развлечений императора и готовила себя давно.

Неудивительно, что ли Мэйлин сказала, что она уже думала обо всем, что может прийти в голову Нин Цин двадцать лет назад. Нин Цин была слишком незрелой в этом случае.

Хотя они так долго боролись, у Ли Мэйлин все еще были свои способы вернуть все на круги своя. Как и сказала Нин Яо, что бы она ни сделала, это не повлияет на них. Дуэт мать-дочь продолжал жить свободно.

Нин Цин сжала кулак, и она снова почувствовала себя потерянной в горе.

…

Нин Цин распахнула дверь. Она вошла в здание Гуан Цин с несколькими бумажными пакетами в руках.

Секретарша увидела ее и быстро поклонилась, приветствуя “ " Мисс Нин, вы здесь, чтобы искать президента? Я сейчас тебя наверх приведу.”

Во время банкета Кван Цин Нин Цин танцевала со своим президентом, и все в Гуан Цин относились к ней с большим уважением.

- Хорошо, спасибо.”

Затем секретарша провела Нин Цин в лифт. Когда она вошла в кабинет президента, то встретила там много сотрудников. Все были потрясены, увидев ее. Во-первых, Нин Цин был знаменит. Во-вторых, это были ее отношения с их президентом.

Чжу жуй никогда не думал, что придет Нин Цин. Он быстро подошел к ней, чтобы поздороваться. - Мадам, президент Лу на совещании. Он вернется через десять минут. Вы можете подождать его в офисе.”

“Окей.- В кабинет вошла Нин Цин.

Секретарша в приемной ахнула, мадам?

Неужели она ослышалась?!

Это был первый раз, когда Нин Цин вошла в офис Лу Шаомина. Его кабинет был роскошным и просторным. Блестящие французские окна, черно-белая цветовая гамма и простой, но великодушный дизайн открывали тихую прохладу.

Все в ее поле зрения было чистым, без единого пятнышка пыли. Она положила бумажный пакет на диван и подошла к его столу.

Документы на столе представляли собой либо цифровые отчеты с четырьмя десятичными знаками, либо они были составлены на различных языках. Она понимала только мандаринский и английский языки.

Ручка в держателе для канцелярских принадлежностей несла вес. Гравюры представляли собой древний изысканный узор. Это был низкий профиль, но роскошный.

Она подошла к кожаному офисному креслу и села. Она откинулась на спинку стула и резко обернулась. МММ, она прищурилась неторопливо, так удобно.

Затем она сделала еще несколько кругов, и стул перестал двигаться. Внезапно глубокий мягкий мужской голос спрашивает: "Разве у тебя не кружится голова?”

Нин Цин быстро открыла глаза и посмотрела. Она не знала, когда этот человек вернулся. Рука, остановившая стул, держала документ, в то время как другая его рука была в кармане. Его красивое мускулистое тело было слегка согнуто, а яркие черные глаза излучали внушительную ауру.

Нежная рябь, которая быстро распространилась по красивым глазам Нин Цин. Она тихо ответила: "Шаоминг, ты закончила со своей встречей?”

- Мм, только что закончила.- Лу Шаомин вынул руку из кармана и потер ее изящное лицо. Он наклонился вперед и поцеловал ее.

Освежающий запах мужчины наполнил ее ноздри. Ресницы Нин Цин, похожие на крылышки бабочки, захлопнулись, и она быстро закрыла глаза.

Но его поцелуй не достиг цели.

Когда она открыла глаза, красивое лицо мужчины было очень близко к ней. Его острый, как гора, нос слегка касался ее кожи, но он не поцеловал ее. Его глубокие тонкие глаза пристально смотрели на нее с оттенком нежности, как будто он видел сквозь все ее эмоции.

Нин Цин была в панике. Она подумала, что он, должно быть, смеется над ней.

“Что ты там делаешь?- Она протянула руки и толкнула его в грудь. Ей не понравился его замкнутый, но глубокий взгляд. Она была как лист белой бумаги перед ним, тридцатилетним мужчиной, и она ничего не могла скрыть.

Особенно когда он был таким высоким. Когда он наклонился, она свернулась калачиком на диване. Как будто он заключил ее в свои объятия, и она была поглощена запахом этого мужчины.

Лу Шаомин легко поцеловал ее в лицо и улыбнулся. - Но почему же? Ты даже не посмел позволить кому-нибудь увидеть нас вместе. А теперь, ты приходишь в мой офис так открыто? Жены.”

Он сделал акцент на титуле “жена”.

Нин Цин сильно покраснела. Она оттолкнула его и встала. Она направилась к дивану. “Сегодня я получил свою зарплату и пошел купить тебе одежду в торговом центре. Я проходил мимо вашего офиса, поэтому решил заскочить.”

Нин Цин достала из бумажного пакета купленную ею одежду. Это была вязаная рубашка.

Вообще - то, она не планировала покупать рубашку в торговом центре, но пришла Нин Яо, и она устроила шоу.

“Тебе это нравится?- Нин Цин обернулась и хотела показать ему, что это такое.

Ее гладкое плечо ударило мужчину. Она не знала, когда Лу Шаомин подошел к ней сзади. Он стоял очень близко к ней, засунув руки в карманы.

Перед Нин Цин стоял кофейный столик. Он стоял очень близко к ней. Она почти не видит, как он тренируется, но тело у него твердое, как камень. Мышцы под его рубашкой вызывают у нее озноб, когда она прикасается к ним.

"Мм", - лениво ответил Лу Шаомин. Он посмотрел и увидел, что это была серая вязаная рубашка с V-образным вырезом, которая выглядела очень мягкой. “Вообще-то я не ношу вязаных рубашек.”

Неужели он пытается сказать ей, что она сделала неудачную покупку?

Нин Цин попыталась наклониться вперед, все еще сохраняя дистанцию между ними. Она заправила волосы за уши и тихо сказала: “Я знаю, что ты всегда носишь рубашки, но я могу сказать, что все они сшиты на заказ. Если я куплю рубашку, вы будете чувствовать себя некомфортно, даже если вы заставите себя носить ее. С таким же успехом я мог бы купить тебе вязаную рубашку. Вы можете носить его дома. Ты ... хорошо выглядишь во всем.”

Нин Цин была сбита с толку. Это был первый раз, когда она нашла мужчину, которому было так трудно угодить. Ей пришлось уговаривать его надеть ее после того, как она купила ее для него.

Лу Шаомин увидел мочку уха девушки. Это был последний комплимент, который она ему сделала. Насколько же она была смущена?

Разве это не правда?

Он поднял брови, и влажное дыхание наполнило ее уши, - так как моя жена купила его для меня, я буду носить его. Я надену его для своей жены.”

Нин Цин нахмурилась. Почему он так близко подошел к ее уху, когда говорил? Ему показалось, что она не слышит радости в его веселом голосе? Она сделала ему комплимент, и он очень гордился собой.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 93:Скажите мне, что сегодня не так?

“А что в другой сумке, женушка?”

“Ничего.- Нин Цин протянула свою маленькую руку, чтобы закрыть отверстие бумажного пакета.

Но было уже слишком поздно. Мужчина вытянул свою длинную руку и засунул в нее длинный указательный палец. Розовый плечевой ремень был закреплен на его пальце. - Бюстгальтер, да?”

Лицо Нин Цин было красным. Ей не следовало приходить сюда сегодня!

“Да, я чувствовал, что размер раньше был слишком мал, поэтому я пробую больший размер...” голос Нин Цин был похож на жужжание комара.

- Женушка, а мне за это полагается кредит?- Лу Шаомин приложил свои тонкие розовые губы к ее милой розовой мочке уха и заговорил низким и сексуальным голосом, давая ей поцелуй.

Нин Цин вся дрожала. Что же этот человек делает? Он не только целовал ее, но и терся большим пальцем о плечевой ремень, который был на его указательном пальце, как будто лаская нежную кожу женщины.

Когда элегантный джентльмен превратился в мошенника, это вызвало неописуемый темперамент.

- Хватит валять дурака!- Она толкнула его локтем в живот и талию. Мужчина не сдвинулся с места, но она сама была отброшена назад реакцией силы.

- А!- Она закричала.

Сильная рука тут же обвилась вокруг ее изящной и мягкой талии. В следующую секунду она уже была в объятиях этого человека. Мужчина немного тяжело дышал. “Чего ты там кричишь?”

О чем еще она могла кричать? Она вот-вот упадет.

Какие грязные мысли бродили у него в голове?

- Эй ты, отпусти меня и оставь в покое! Это все потому, что ты был так близко ко мне. Мне было негде стоять, и поэтому я чуть не упал.- Нин Цин потянула его большую руку своими маленькими ладонями.

Лу Шаомин не только не отпустил ее, но и начал небрежно ощупывать ее талию. Ее изящная талия была такой тонкой, что ему хватило лишь половины руки, чтобы обнять ее.

“И ты вот так просто упал? Я видел, как ты танцевала на конкурсе “розовая Леди” в тот день; ты могла танцевать в любой позе. Может ты хочешь расколоться или повернуться, или просто лечь у стены и показать мне?

О чем это он говорит?

Неужели ему не было стыдно?

Был ли он там и в тот день?

“Лу Шаомин, не трогай меня за талию. Пожалуйста, это действительно щекотно. Хе-хе... " Нин Цин действительно не могла вынести его прикосновений. Она тут же рассмеялась и спряталась, резко изогнув свое маленькое тело.

Лу Шаомин отказался отпустить его. Пока они боролись, Нин Цин обернулась. Она подняла голову, и ее прекрасные улыбающиеся глаза, похожие на цветы, встретились с его взглядом. Он смотрел на нее со снисходительностью и обожанием.

Нин Цин напряглась и перестала сопротивляться. Ее маленькие ручки медленно обхватили его сильную талию, и он спрятал ее маленькое личико у себя на груди. - Спасибо, шаоминг.”

С первого же взгляда он понял, что у нее что-то на уме и она несчастна, поэтому он всегда потакал ей и уговаривал ее.

Нижняя часть живота Лу Шаомина была напряжена, и его физическая реакция была очень сильной от трения между ними. Но у него был хороший самоконтроль. Он погладил ее по волосам своей большой рукой и поцеловал в лоб. Он открыл рот и спросил: “Скажи мне, что случилось сегодня?”

- ...Я ... - Нин Цин не сразу открыла рот, но затем дверь кабинета распахнулась после нескольких стуков.

Чжу жуй стоял у двери, а рядом с ним-женщина-менеджер из отдела маркетинга. Судя по документам, которые она держала в руках, похоже, что она была здесь, чтобы отчитаться о своей работе.

Нин Цин не ожидала, что кто-то придет. Она быстро отпустила его. Теперь она была смущена. Что она делает в таком серьезном месте, как офис?

Чжу жуй не ожидал, что президент и его жена будут близки в офисе. Он следовал за президентом уже восемь лет. Президент был строг, самодисциплинирован, ясен и элегантен. Его личная жизнь была чиста. Он не нуждался ни в каких отношениях между мужчинами и женщинами. Он был окружен атмосферой подавленной чувственной страсти и холодного темперамента, что делало Лу Шаомина в его глазах Богом мужского пола.

Неожиданно, мужские боги также будут иметь времена, когда они станут смертными.

Чжу жуй был смущен. - Пре ... президент,пора сделать заказ. Есть отчет об опросе от отдела маркетинга, который вам нужно утвердить.”

- Уходи и закрой дверь!”

Нин Цин услышала, как мужчина рядом с ней что-то пробормотал. Мир закружился вокруг нее, а она все еще была потрясена. Мужчина нес ее на руках, и она направлялась в туалет в своем кабинете.

Чжу жуй быстро закрыл дверь. Послание мужского Бога, превратившегося в смертного, было очевидным – я прямо сейчас собираюсь быть со своей женой. - Не беспокойте меня.

Менеджер по маркетингу ошеломленно уставился на дверь перед ней. Она совсем забыла, как реагировать. Примерно через 30 секунд она тихо попрощалась с Чжу Жуй и позвала кого-то, пока шла к лифту. - Эй, Сяо Цзюань, Боже мой, угадай, что я только что видел? Наш президент держал Нин Цин в своих объятиях. Да, это Нин Цин. Ух ты, ты даже не видишь, как президент открывает свои объятия. Его тело было таким великолепным. Его скульптурное красивое лицо было таким нежным, а губы терлись о лицо Нин Цин.”

…

Нин Цин перенесли на мягкую кровать. Она схватила мужчину за воротник рубашки и с беспокойством спросила:”

Она не хотела стать причиной профессионального падения этого человека.

- Никакой работы, женушка важнее.- Лу Шаомин наклонилась, чтобы снять туфли на высоких каблуках, и он положил ее прохладные маленькие ножки на черно-белое постельное белье.

Нин Цин перекатилась на кровать,и ее лицо запылало. Неужели он только что снял для нее туфли?

Такой человек, как он, снимает для нее туфли... интересно, о чем он думает?

Пока она все еще чувствовала себя немного смущенной, ее маленькие плечи были схвачены большой рукой, и сильное тело мужчины прижалось к ней. - Женушка, раз уж ты явилась ко мне, Давай поцелуемся.”

Он поцеловал ее в красные губы.

Голова Нин Цин онемела. Она сглотнула и закрыла глаза. Ее маленькие ручки дрожали, когда она обходила вокруг его костюма и снимала его для него.

Лу Шаомин перевернулся и лег на кровать. Он обнял ее одной длинной рукой, позволяя ей удобно положить голову ему на грудь, одновременно натягивая одеяло до талии. Еще одна большая рука погрузилась в волосы на затылке, чтобы углубить поцелуй.

У Нин Цин закружилась голова. Независимо от того, что она делает с этим человеком, ей всегда очень комфортно и она легко теряет себя.

После поцелуя бог знает сколько времени, Лу Шаомин отпустил ее.

Лицо Нин Цин было красным, когда она лежала на его груди, сердце бешено колотилось. Его сердце бешено колотилось в беспорядочном ритме. Она чувствовала это под всем вокруг. Ей не нужно было смотреть, чтобы узнать, что это было.

Она вдруг поняла, что не знает, что делать.

Лу Шаомин медленно сел и прислонился широкой спиной к кровати. Девушка прислонилась к нему. Он обнял ее и дал ей отдохнуть в своих объятиях, как котенку.

“Что случилось? Расскажи мне об этом.- Он искоса взглянул на ее яркий и полный лоб.

Нин Цин выровняла дыхание. Атмосфера после поцелуя была спокойной и грациозной. Это было очень удобно для долгого разговора. “Ну, я встретила ли Мэйлин, ее дочь и тетю Сюй, когда ходила сегодня по магазинам.”

Нин Цин рассказала Лу Шаомину, что произошло.

“МММ” - сказала Лу Шаомин, держа свою нежную маленькую руку в большой и сочувственно сжимая ее. “Значит, ты чувствуешь себя неудачником. У других дела идут хорошо, а ты зря был занят?”

- Ага!- Нин Цин кивнула.

“В вашем возрасте то, что вы уже сделали, очень впечатляет, но вы недостаточно сделали, чтобы иметь дело с Meiling Li и ее дочерью. Вы не уловили их ключевой слабости, позволяя им по-прежнему иметь возможность ходить так, как они хотят."Лу Шаомин дал соответствующий комментарий.

“Я знаю, но не знаю, что делать.- Нин Цин чувствовала себя потерянной. "До того, как мне исполнилось 18 лет, я чувствовал себя счастливым. Моя семья была гармоничной. Мои родители любили друг друга. Когда я учился в средней школе, я жил там со всей семьей. Когда мне было 18 лет, я сосредоточил все свое внимание на предстоящем вступительном экзамене в университет; я был поглощен своими исследованиями. А потом вдруг мои родители развелись, и нас выгнали из дома. Никто не сказал мне причину, и у меня не было времени, чтобы выяснить, почему. Давление жизни приходило на меня всегда чувство. Все, что я знал, это то, что я должен заработать столько, сколько смогу.”

Лу Шаомин внимательно слушал и просто анализировал: “у ваших родителей всегда были хорошие отношения. Вы говорите, что не знаете причины их развода. На самом деле, причина очень проста. Должно быть, случилось что-то неожиданное, что взволновало вашего отца и поставило под сомнение его выводы.”

Нин Цин нахмурила свои красивые брови и посмотрела в сияющие глаза мужчины. - Ты имеешь в виду... бабушку, которую столкнула с лестницы моя мать?”

“Да.- Лу Шаомин кивнул. - Подумай вот о чем: у твоего отца были чувства к твоей матери, а твоя мать и твоя бабушка-это мать и дочь. Ваша семья была гармоничной. Твой отец не подал бы на развод, если бы твою бабушку не столкнули с лестницы. Он хотел бы сохранить свою беспроигрышную ситуацию, так как у него была и его семья, и красота.”

Теперь, когда они об этом заговорили, Нин Цин разозлилась. - Моя мать не стала бы сталкивать бабушку с лестницы! Я в этом абсолютно уверен. Они просто ужасны. Я не знал об этом до недавнего времени. Они чувствуют себя виноватыми и сознательно скрывают это от меня!”

“Вот именно, не так ли?- Лу Шаомин ласково рассмеялся. “Тогда идите и разберитесь. На самом деле, вы были неправильно направлены, когда пошли против ли Мэйлин и ее дочери. Нин Яо не стоит об этом беспокоиться. Как говорится, " чтобы поймать воров, вы должны сначала поймать короля.- Ты должен сначала уложить ли Мэйлинга. Ли Мэйлин живет так долго; она не тот человек, которого можно сломить, всего лишь сражаясь с парой битв умов.”

Нин Цин внезапно ощутила прилив бодрости. Так долго она была сбита с толку движениями ли Мэйлин и ее дочери. Она слишком сильно хотела победить.

Она узнала о своей бабушке только от Ли Мэйлин на пресс-конференции. Она поклялась узнать правду и доказать невиновность своей матери, но так и не успокоилась, чтобы серьезно подумать об этом.

Она не очень ясно представляла себе характеры членов семьи Нин. Она не думала всерьез, что бабушкин инцидент станет причиной развода между ее родителями. Таким образом, она не думала, что это будет источником развода и расследовала его.

Вспоминая слова Ли Мэйлин во время конференции: “если бы сестра не столкнула бабушку с лестницы, Чжэнго не подал бы на развод.” Она даже не придала этому особого значения.

Her heart was too chaotic. She wanted to knock down Li Meiling so much, but she was too blind.

Это верно, вода имеет силу, чтобы заставить лодку плыть или тонуть. Нин Чжэнго был " вода.” Она позволит Нин Чжэнго бросить ли Мэйлин, точно так же, как он тогда бросил ее мать.

Те, кто принимал в этом непосредственное участие, не могли видеть так же ясно, как те, кто находился снаружи.

Выслушав Лу Шаомина, ее порывистое сердце быстро успокоилось.

- Однако инцидент с бабушкой произошел три года назад. Бабушкин разум сейчас не так ясен. Это будет нелегко расследовать. Кроме того, я не могу гарантировать, что инцидент с бабушкой был спланирован ли Мэйлингом.”

Лу Шаомин ущипнул фарфоровое личико Нин Цин и рассмеялся. "Смелая догадка - это первый шаг к победе, вы должны верить своему первому инстинкту.”

Неужели ему так нравится щипать ее за лицо?

Нин Цин отвела его руку в сторону. “Не щипай меня, я сейчас распущу слюни.- Хотя ее рука отказала ему, она еще глубже зарылась в его объятия.

Его руки были широкими и теплыми,а плечи-сильными. Он был мужчиной, который мог заставить любую женщину в мире чувствовать, что она может положиться на него.

У нее было здоровое чувство безопасности.

Лу Шаомин еще пару раз ущипнул ее за щеку и прикусил тонкие губы, опустив глаза. “А где же слюна? Я помогу тебе его съесть.”

- Это ты!”

Видя, что девушка действительно немного раздражена, Лу Шаомин быстро притянул ее в свои объятия. Она действительно не могла вынести волнения. Ее лицо становилось красным, и она начинала топать ногами.

Лу Шаомин сказал: "Для такого хитрого персонажа, как Ли Мэйлин, ее средства должны быть презренными. Если вы хотите расследовать инцидент с бабушкой, первый шаг-это привести бабушку и получить ее на своей стороне. Нечистая совесть человека всегда боится опасности; этот трюк заставит ли Мэйлин почувствовать себя неловко. Она не сможет спокойно спать и есть.”

Привести сюда бабушку?

- Невозможно, Нин Чжэнго не согласится!”

Лу Шаомин посмотрел на нее с гордой длинной ногой, слегка согнутой в локте, и мягко улыбнулся. “Тебе нужна моя помощь?”

Глаза Нин Цин ярко сверкнули, и маленькая рука схватила край его рубашки и спросила: "Шаомин, у тебя есть способ?”

- Угу, - ответил он.

“Отличный.- Нин Цин чуть не подпрыгнула от радости. Мало того, что она хотела расследовать инцидент своей бабушки, но у нее также были очень хорошие отношения с ее бабушкой. Наконец-то она сможет позаботиться о своей бабушке!

- Шаоминг, спасибо тебе за помощь. Я должен узнать правду до того, как Сюй Цзюнси и Нин Яо поженятся. Я не позволю Нин Яо жениться на семье Сюй.- Глаза Нин Цин искрились уверенностью.

Но мужчина рядом с ней замолчал, услышав это.

Прищурившись, мужчина пристально всматривался в ее лицо, и многое в его задумчивых глазах вдруг показалось ей непостижимым.

Только тогда Нин Цин поняла, что в ее словах было что-то не так. Неужели он думает, что она все еще испытывает чувства к Сюй Цзюньси и не может видеть, что Сюй Цзюньси и Нин Яо счастливы?

- Шаоминг.- Нин Цин схватилась за его красивое лицо и серьезно сказала: - Сюй Цзюнси и я остались в прошлом. Мое разрушение его брака с Нин Яо не имеет ничего общего с моими личными чувствами. Не поймите меня неправильно.”

Лу Шаомин прикоснулся к ее маленькой головке и поднял губы, говоря: "я знаю, я не пойму этого неправильно. Вы устали после съемок этих последних двух дней? Сейчас уже полдень. Поспи здесь немного. Только когда у вас достаточно сна, вы можете иметь энергию для борьбы.”

Нин Цин была немного сонной. Ее недавний график съемок заставил ее дни и ночи повернуть вспять. Она слишком мало спала.

Лу Шаомин положил ее на землю. Нин Цин увидела, что он встает, и быстро потянула его за рукав. - Шаоминг, может ты немного поспишь со мной?”

“ОК.- Лу Шаомин приподнял одеяло и лег рядом с ней.

Нин Цин наклонилась и посмотрела ему в лицо. Она придвинулась к нему всем своим маленьким телом. Лу Шаомин тихо рассмеялся и, протянув свою длинную руку, позволил ей положить на нее голову. Нин Цин спала в его объятиях.

Настолько теплый.

Через некоторое время девочка уснула. Лу Шаомин посмотрел на ее спокойное спящее лицо, протянул руку и коснулся пальцами кончика ее носа. Она так крепко спала. Знает ли она, что его тело страдало?

Мучительный бесенок.

- Нин Цин, неужели Сюй Цзюньси больше не в твоем сердце? Двадцать лет Быть детскими влюбленными-это очень долгий срок.- Спящая девушка не слышала плача этого человека.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 94:Приведите Ее В Дом Семьи Нин И Действуйте Без Ограничений

Когда Нин Цин проснулась, было уже три часа дня. Другая половина кровати была пуста. Лу Шаомин уже ушел.

Нин Цин вышла из машины и направилась в контору. Затем раздался стук в дверь, и вошел Чжу жуй.

“Мадам.- Чжу жуй держал в руках поднос. Он положил его на кофейный столик перед диваном: “президент попросил меня приготовить это для вас, мадам. Президент уехал на совещание и вернется примерно в пять часов. Он сказал, что мадам может уйти домой первой, но если у вас сегодня ничего не происходит, вы также можете подождать, пока он уйдет домой вместе.”

Нин Цин бросила взгляд на поднос. Там был апельсиновый пирог с маслом, медовый бисквит, фруктовая площадка, травяной желе с молоком и, что самое главное, ее любимое мороженое Häagen-Dazs.

Это был очень роскошный, но расслабляющий дневной покров.

Нин Цин сверкнула милой улыбкой. Неужели он и дальше будет так ее баловать?

Чжу жуй вышел из комнаты. Нин Цин села на диван и взяла ложку мороженого. Мм, так вкусно.

Юэ Ваньцин уже переехала в квартиру, и она была там в течение последних двух дней. Жилой район находится совсем рядом с чайным павильоном. Цитируя Лу Шаомина,это было буквально в пяти минутах ходьбы.

Там была тетя, которая заботилась о своей маме в квартире. Ее мама выздоравливала хорошо, и она была энергичной. Когда у нее было время, она вязала одежду с тетей дома или ходила в развлекательную зону, чтобы позаниматься спортом или поиграть в карты. Она жила прекрасной жизнью.

Лу Шаомин не только хорошо заботился о ней, но и хорошо заботился о ее матери. Может ли быть хоть одна женщина, которая не любила бы такого мужчину?

Вспомнив его красивое лицо, Нин Цин улыбнулась.

Бог справедлив. Иногда она думала, что все эти три года страданий, через которые она прошла, были лишь для того, чтобы заставить ее ждать его прихода.

Казалось, что ее сердце было покрыто медом. В сумочке у нее зазвонил телефон. Она встала и посмотрела; это был зов Нин Чжэнго.

Так быстро.

- Привет, Цинцин.- Три года ... прошло уже три года с тех пор, как Нин Цин слышала, чтобы Нин Чжэнго называл ее так нежно. Было очевидно, что он заискивает перед ней.

- МММ, а что это такое?- Нин Цин был прямолинеен.

- Цинцин, я давно хотел тебе позвонить. Я слышал, что вы танцевали с молодым господином Лу на банкете Гуан Цин. Какие у вас отношения с молодым мастером Лу?”

Нин Цин холодно ухмыльнулась и спросила в ответ: “в каких отношениях ты бы хотела, чтобы мы были вместе?”

- Это ... Цинцин, честно говоря, я никогда не думал, что ты будешь иметь дело с молодым господином Лу. Семья Лу-это не то, с чем мы, маленькие семьи, можем сравниться. Семья Лу была известна лишь в течение нескольких поколений, и молодой мастер Лу является единственным представителем нового поколения. Его личность чрезвычайно отличается. Однако, если бы вы действительно были в отношениях с молодым мастером Лу, наша семья Нин должна была бы полагаться на вас в будущем. Это могло бы обеспечить процветание семьи Нин в течение нескольких поколений.”

- Хех. По мнению Нин Чжэнго, ни один благотворный фактор в бизнесе не может быть сильнее семейных уз. Его дочь стала ценной, когда ее можно было использовать. Затем он быстро подбежал. По правде говоря, он не любил никого, кроме самого себя.

“А ты не полагаешься не на того человека? Ты вытеснил меня из семьи Нин три года назад. Ли Мэйлин и Нин Яо - ваши драгоценные сокровища. Вы должны полагаться на них.”

- Цинцин, ты все еще сердишься на папу? Я извинюсь перед тобой. Я был ублюдком. А как насчет этого? Я скажу тете ли, чтобы она приготовила ужин Сегодня вечером. Вы с молодым господином Лу приходите к нам на ужин. Я попрошу Яояо и Цзюньси тоже прийти.”

Услышав, как Нин Чжэнго говорит так осторожно, насмешливая ухмылка Нин Цин стала шире. - Перестань ходить вокруг да около. Вы даже не позволяли мне переступить порог дома семьи Нин за последние три года, а теперь приглашаете меня на ужин? Если вам нужна помощь от молодого мастера Лу, пожалуйста, будьте прямолинейны.”

Нин Чжэнго никогда не думал, что Нин Цин будет так прямолинеен. Поскольку он был смущен, у него не было другого выбора, кроме как ответить прямо. “Я давно присматривался к одному клочку земли. Компания уже вложила в него семьдесят процентов наших средств, но я только что узнал, что этот участок земли принадлежит молодому мастеру Лу, и он не хочет давать мне права на разработку земли. Цинцин, деньги компании пойдут впустую, если я не смогу получить право на разработку земли. Подумай о своей бабушке, это же семейное дело Нин!”

Лу Шаомин действовал немедленно и решительно. Он сказал, что поможет ей в полдень, и Нин Чжэнго сразу же попросил ее о помощи.

Нин Цин была еще более благодарна и тронута.

“Окей. Я позвоню молодому мастеру Лу, чтобы пригласить его на ужин, но мне плевать на землю. Вы сами обсуждаете это с молодым мастером Лу.”

…

Нин Цин ждала Лу Шаомина в офисе. Он вернулся около пяти.

Нин Цин рассказала ему обо всем по телефону, после чего они отправились к дому Нина.

К тому времени, как они покинули вестибюль Гуан Цин, рабочий день уже подходил к концу. Они встретили много сотрудников на их пути, и все поклонились и приветствовали: 'президент, госпожа Президент…”

Нин Цин не знала, как всего за несколько часов все изменили свой срок обращения с “Мисс Нин” на “Миссис президент”. Она решила, что это из-за того, что он внес ее в комнату, и слух об этом распространился по всему офису.

Ву, он должен держаться в тени.

…

Лу Шаомин сел за руль "Бентли" и привез Нин Цин в дом семьи Нин. Нин Чжэнго уже ждал у двери.

- Молодой господин Лу, Цинцин, пожалуйста, входите.- Нин Чжэнго улыбался.

Лу Шаомин был одет в костюм и брюки, выглядя высоким и красивым. Когда он вошел в холл, ему показалось, что он принес в дом Сияние. Этот человек сияет, как кусок золота, куда бы он ни пошел.

Нин Цин последовала за ним. Она подняла глаза и увидела ли Мэйлин, стоящую позади Нин Чжэнго. Хотя она улыбалась, злость в ее глазах невозможно было скрыть. Она полагала, что ли Мэйлин никогда не представляла себе, что настанет день, когда она будет стоять у двери, чтобы приветствовать Нин Цин дома.

- Тетя Ли ... - Нин Цин изящно взяла Лу Шаомина за руку и помахала ли Мэйлин.

- Цинцин, ты вернулась домой.- Ли Мэйлин умел кланяться и подчиняться. Она одарила Нин Цин дружеской улыбкой.

- И это все?- Спросил Лу Шаомин на ухо у Нин Цин.

“О, это любовница моего отца. Она стала его женой три года назад. Другими словами, она моя мачеха, мама Нин Яо.- С улыбкой ответила Нин Цин.

При слове "хозяйка" улыбка ли Мэйлин стала еще более натянутой. Она крепко сжала кулаки. Она трудилась двадцать лет и больше всего ненавидит это слово.

- Госпожа?- Лу Шаомин посмотрел на Нин Чжэнго, который выглядел смущенным. “Я не могу судить об этом по внешнему виду, но состояние вашей семьи довольно тяжелое.”

Лицо Нин Чжэнго изменилось и пошутило: "то, что случилось, когда я был молод. Простите, молодой господин Лу.- Тогда, Нин Чжэнго пристально посмотрел на Ли Мэйлин “ - что ты здесь делаешь? Молодой господин Лу здесь. Поторопись и проверь, как продвигается ужин.”

У них не было выбора. Это было из-за Нин Цин, что Лу Шаомин был там. Нин Чжэнго не посмел обидеть Нин Цин. Ему оставалось только нетерпеливо махнуть рукой и увести ли Мэйлин на кухню, чтобы никто больше никого не смутил.

Ли Мэйлин не могла ничего сказать, хотя и чувствовала себя обиженной. На какое-то время она с этим смирится. Затем она повернулась, чтобы войти в кухню.

Нин Цин смотрел ей в спину, пока она холодно ухмылялась.

Как только они подошли к гостиной, то услышали, что за дверью кто-то разговаривает. Они обернулись и увидели, что Сюй Цзюньси и Нин Яо были дома.

Улыбка Нин Цин стала еще шире. Как раз вовремя!

- Цзюньси, Яояо, вы вернулись. Поторопись и приезжай. Сегодня к нам на обед пришел молодой господин Лу. Позвольте вас познакомить, - сказал Нин Чжэнго.

Улыбка Нин Яо была натянутой. Она подняла глаза и посмотрела на мужчину, стоящего посреди гостиной. В ярком свете над головой ему казалось, что он сам сияет. Его элегантность вызывала у людей желание поклоняться ему.

Она не может заполучить такого мужчину, так почему же Нин Цин может это сделать?

Когда сегодня днем ей позвонил отец, она почувствовала себя так, словно ее ударила молния. Она никогда не думала, что молодой господин Лу вернется домой с Нин Цин. Разве это не был просто танец?

Что бы это значило, если бы он вернулся домой с Нин Цин?

Она любила драться с Нин Цин еще с юности. Что бы ни было у Нин Цин, она хотела этого. От красивой одежды, до статуса дочери г-на Нина, до Сюй Цзюньси; она преуспевала каждый раз.

Но потом появился Лу Шаомин. Она не может затеять драку, она не осмелилась драться, хотя ей очень хотелось.

Почему? Как же Нин Цин могла сравниться с человеком такого положения?

Нин Яо еще не оправился от такого нападения.

- Молодой господин Лу, давно не виделись. Привет, - Сюй Цзюньси вышел вперед и вежливо поприветствовал Лу Шаомина. Он даже не взглянул на Нин Цин.

"Генеральный директор Сюй, Здравствуйте”, - вежливо, но слабо ответил Лу Шаомин.

Как только два его зятя уселись в гостиной, Нин Чжэнго крикнул ли Мэйлингу: "Мэйлин, вы закончили с чаем?”

- Сейчас принесут чай.- Ли Мэйлин вышел с улыбкой. За ее спиной стояла служанка с подносом в руках. На подносе стояли три чашки чая.

Служанка поставила чашки с чаем на стол, а Ли Мэйлин поклонилась и подала чай обеими руками. Первая чашка чая была отдана Лу Шаомину.

- Молодой господин Лу, наслаждайтесь вашим чаем.”

Лу Шаомин не ответил, но взглянул на Ли Мэйлин.

Этот взгляд шокировал ли Мэйлин.

Она была в развлекательном кругу уже двадцать лет и больше всего общалась с мужчинами. Через некоторое время она даже собиралась составить компанию Нин Чжэнго, чтобы развлекать его клиентов. Она видела много разных богатых людей.

Лу Шаомин покосился на него и слегка кивнул. Он вежливо выразил свою благодарность, но в его глубоких, но ярких тонких глазах была элегантность и холодность высокопоставленного лица, которые внушали почтение.

Выражение лица мужчины в его глазах демонстрирует выдающееся воспитание, продукт истинной аристократической семьи.

Сильная аура достоинства этого человека заставляла людей с радостью почитать его.

Ли Мэйлин отвела взгляд и передала две другие чашки чая Сюй Цзюнси и Нин Чжэнго.

Уже собираясь уходить, она услышала, как Лу Шаомин спрашивает Нин Цин: “что ты будешь пить?”

Ли Мэйлин напряглась, и ее лицо стало серьезным.

Речь шла не о чашке чая, а о стандарте, что чем могущественнее семья, тем строже воспитание. Женщина не должна появляться в том месте, где мужчины обсуждают дела. Обычно на женщину не обращали внимания, и это объясняло, почему она готовила только три чашки чая.

Однако Лу Шаомин спрашивал, что Нин Цин хочет выпить!

О чем бы ни думал ли Мэйлин, Нин Чжэнго тоже мог думать. То, как Лу Шаомин смотрел на Нин Цин, показывало, какое большое значение он придает ей. Никто не знал, что Нин Цин так высоко ценил Лу Шаомина.

- Да, Цинцин. Что ты хочешь выпить? Пусть тетя ли приготовит его.- Рассмеялся Нин Чжэнго.

Нин Цин повела своими кристально чистыми глазами и посмотрела на Нин Яо. “Яояо, ты помнишь, как я любила розовый чай, который ты готовила, с тремя кусочками сахара в нем.”

Розовый чай? Нин Яо не знал, о чем, черт возьми, говорит Нин Цин.

Кроме того, как она могла заставить ее сделать чай для нее?

Нин Цин был недоволен, но Нин Чжэнго бросил взгляд и кашлянул: “Яояо, почему ты все еще стоишь там? Разве ты не слышал, что сказала Цинцин?”

- Папа, Я ... …”

- Яояо, пойдем. Поскольку Цинцин хочет розового чая, мы сделаем это сейчас”, - отрезал ли Мэйлин Нин Яо. Затем она потянула ее за руку.

Нин Цин посмотрела на Лу Шаомина. Они не обсуждали это по дороге в дом семьи Нин, но в тот момент, когда они вошли в дом, он поднял ее так высоко на своей ладони.

У него была возможность привести ее в дом семьи Нин и действовать без всяких ограничений.

…

Нин Яо принесла чашку чая. Должно быть, ли Мэйлин сразу отвела ее на кухню. Хотя Нин Яо не хотела этого, ее лицо было покрыто сладкой улыбкой. Она крепко держала чашку чая, так как боялась, что может перевернуть чашку и попасть в беду.

- Сестра, ваш розовый чай уже здесь. Наслаждаться.- Нин Яо наклонился и поднял чашку с чаем, прежде чем Нин Цин послушно повиновалась.

- Спасибо, Яояо.- Нин Цин протянула руку, чтобы взять его.

Нин Цин посмотрела на чашку и вспомнила тот день, когда она пришла в дом семьи Нин на день рождения своей бабушки. Нин Яо устроил шоу с чашкой чая. Тогда она сама вылила чай себе на ладонь и подставила ее.

Когда Нин Цин вспомнила об этом, она нашла это довольно забавным.

Она протянула руку и повернула ее ладонью вверх. - Она подняла палец,и чашка чихнула. Чашка розового чая внезапно выплеснулась на одежду Нин Яо.

- А!- Закричал Нин Яо.

“Ах, Яояо, прости меня. - Ты в порядке?- Невинно спросила Нин Цин.

- Нин Цин, что ты делаешь?- Проревел Сюй Цзюньси. Он встал и достал несколько салфеток, чтобы помочь Нин Яо вытереть ее одежду.

- Это ... - Нин Чжэнго тоже был шокирован. Он знал, что ее дочери не слишком ладят друг с другом. Но тогда, в присутствии молодого мастера Лу, Нин Цин не потрудилась скрыть это. Она выплеснула чашку розового чая на Нин Яо на глазах у всех. Ее поведение было жестоким, неразумным и высокомерным.

Она слишком самонадеянна!

Нин Чжэнго посмотрел в сторону Лу Шаомина.

Лу Шаомин медленно встал и сказал спокойным голосом: “генеральный директор Сюй, почему вы так нервничаете? Это всего лишь чашка чая, это никому не повредит. К тому же, Нин Цин уже извинилась. Разве Нин Яо не ее сестра? Они, естественно, не будут беспокоиться о чашке чая. Когда ты так кричишь, это может повредить их отношениям как сестер.”

Нин Чжэнго мог понять намерение Лу Шаомина защитить Нин Цин. Он быстро сказал: "Ха-ха, да, Цзюньси. Цинцин и Яояо-сестры. Цинцин был только ... он поскользнулся. Она случайно перевернула чашку. Я уверен, что Яояо не примет это близко к сердцу.”

Ли Мэйлин и Нин Яо грызли друг друга от ненависти. Хех, поскользнулся. Как же она была беспечна. Только Нин Чжэнго мог придумать такое оправдание.

Таково было намерение Нин Цин. Она разбрызгала его по всему Нин ЯО, но все были на ее стороне.

Как же она, должно быть, гордится собой.

Сюй Цзюньси не находил слов. Нин Яо почувствовала себя обиженной в его объятиях. Ее глаза покраснели, когда она показала ему свою обожженную руку.

- Цзюньси, у меня болит рука.”

Сюй Цзюньси посмотрел и нахмурился. Как раз когда он собирался начать атаку, громкий и ясный голос Нин Цин зазвенел: "Яояо, что случилось с твоей рукой? Он так сильно обгорел. Ты это заслужил! Не то чтобы вы не знали, что розовый чай, который я люблю, подают холодным, но вы хотели подать его горячим. Ты даже сделал его очень горячим для меня. К счастью, он был расплескан на вас. Если бы его плеснули на меня, я бы действительно заподозрил, что у тебя дурные намерения.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 95:Приведение Бабушки На Короткое Время

Нин Яо, “…”

Нин Яо действительно сделал чай горячим намеренно; если повезет, он обожжет рот Нин Цин. Но она никак не ожидала, что Нин Цин будет так самонадеянна перед столькими людьми, осмелившись пролить на нее чай!

А Нин Цин никогда не пила розовый чай. Она могла говорить все, что хотела.

Нин Яо хотела закатить глаза. Умный и острый рот Нин Цин снова и снова бросал ей вызов.

Нин Чжэнго боялся наделать еще больше неприятностей. Он сказал немного тихим голосом: "забудь об этом, Яояо; разве это не просто ожог? Из-за чего ты так суетишься? Иди нанеси немного мази. Нам все еще нужно перейти к делу.”

Лицо Нин Яо стало еще темнее. Ее отец никогда не осмеливался сделать ей выговор, но теперь он ругает ее, когда она была обижена?! Он не только не помог ей, но и совершенно не обращал на нее внимания!

- Забудь об этом, Яояо, я думаю, что Цинцин не делала этого намеренно. Пойдем. Мама поможет тебе нанести немного мази.- Ли Мэйлин встретила предостерегающий взгляд Нин Чжэнго. Она не осмеливалась причинить неприятности и могла только стиснуть зубы и увести Нин Яо прочь.

Нин Цин была очень счастлива видеть, как мать и дочь вместе переносят страдания и унижения.

Она хотела, чтобы они попробовали, на что это похоже.

Нин Цин снова посмотрела на Лу Шаомина. Глубокие узкие глаза мужчины были покрыты слабым светом теплого обожания, когда он смотрел на нее. У него был такой вид, словно он хвалил ее за то, что она все сделала правильно, и как будто он оплакивал ее страдания.

У него была пара глаз, которые могли говорить.

Сердце Нин Цин было очень теплым. Сегодня она была немного самонадеянна и к тому же лгала. Должно быть, он заметил ее уловку. На самом деле она боялась, что он невзлюбит ее, и еще она боялась, что ему понравится только ее красивая внешность.

Но он не был поверхностным. Он защищал и поддерживал ее. Он жалел то окружение, в котором она выросла, и любил в ней все. Она могла обнажить перед ним свое истинное "Я", не скрывая этого.

Он понимал ее и жалел.

- Молодой господин Лу, Цзюньси, давайте сядем и поговорим. Выпейте чаю, выпейте чаю, ха.- Нин Чжэнго все уладил.

- Шаомин, я пойду проверю, как там Яо Яо на кухне, - тихо сказала Нин Цин Лу Шаомину.

“В порядке.- Лу Шаомин сидел на диване, скрестив ноги с достоинством и элегантностью.

Нин Цин с улыбкой обернулась. Когда она обернулась, то случайно поймала взгляд Сюй Цзюньси. Его лицо было очень мрачным. Нин Цин даже заметила, как на его лбу резко вздулась голубая жилка.

- Холодно усмехнулась Нин Цин. Почему? Ему было больно видеть, как она издевается над Нин Яо?

Она будет запугивать Нин ЯО только для того, чтобы показать ему!

…

На кухне ли Мэйлин нанесла мазь на руки Нин Яо. Слезы в глазах Нин Яо потекли по ее лицу. Она была так взбешена, что заплакала. - Мама, эта Нин Цин слишком самонадеянна, и как Папа может так поступать? Он мне совсем не помог!”

- Яояо, мама знает, что сегодня с тобой поступили несправедливо, но сначала ты должна смириться. Твой отец хочет кое-что спросить у молодого господина Лу. Ты не можешь разрушить бизнес своего отца и рассердить его.”

- Мам, а как Нин Цин заполучила молодого господина Лу? У молодого господина Лу так много денег, статуса и достоинства. Почему ему нравится Нин Цин?”

Ли Мэйлин вздохнула. - Вздох, мама тоже не знала об этом до сегодняшнего дня. Как могла эта маленькая сучка Нин Цин быть такой счастливой? Мы не можем покончить с ней, что бы мы ни сделали.”

Ли Мэйлин посмотрела на влюбленное лицо Нин Яо и холодно сказала: “тебе лучше не пытаться заполучить молодого господина Лу. Семья Лу-это не то, к чему вы можете подняться. Я обсудил дату свадьбы с матерью Сюй Цзюньси сегодня днем, так что вы можете просто подождать, чтобы выйти замуж в семью Сюй и стать молодой любовницей.”

"Мама, я не думаю о том, чтобы взять молодого мастера Лу”, - сказала Нин ЯО, но ее лицо было немного красным; она была еще более недовольна. “Ты же сам сказал, что я не могу подняться и позвать молодого господина Лу. А как насчет Нин Цин, она достаточно квалифицирована, чтобы заполучить его?”

“Пфф, - сказал Ли Мэйлин с презрительной усмешкой. - Яояо, корпорация Лу-это коммерческая империя, а семья Лу-настоящая благородная семья. Насколько мне известно, родители молодого господина Лу сейчас живут в Лос-Анджелесе в США. Их требования к невестке довольно суровы. Как вы думаете, семья Лу сможет принять Нин Цин? Молодой господин Лу просто играет с ней. Смотрите, как мама будет иметь дело с ней, как только молодой мастер Лу устает от нее.”

- Ну да! Нин Яо тяжело кивнул. - Мама, тогда ты должна отомстить за меня, я ... …”

Голос Нин Яо резко оборвался, потому что она увидела Нин Цин, прислонившуюся к двери, и ее холодные красивые глаза показывали, что она молча смеется над ними.

“Что ты здесь делаешь?- В глазах Нин Яо вспыхнули искры ненависти.

Ли Мэйлин тоже поднял голову. Она прикрыла собой Нин Яо и саркастически посмотрела на Нин Цин. - Нин Цин, разве ты не всегда была очень благородной? Почему вы также играете эти подлые трюки сейчас?”

Нин Цин стоял там вяло. Одна сторона ее мягкого лица была холодна, когда она засмеялась и сказала: “хитрый? Ха, тетя ли, ты что, слепая? Все, кто сидел в гостиной, знали, что я плеснул Яояо намеренно, но что с того? Никто тебе не поможет.”

- Это ты!- Нин Яо была так взбешена, что потеряла дар речи.

Ли Мэйлин улыбнулся и сказал: "Вы чувствуете себя польщенным тем, что все помогали вам на этом пути? Разве вы все еще не зависите от силы молодого мастера Лу, не зависите от мужчины? А чего ты там выпендриваешься?”

“ТСК-ТСК. Нин Цин щелкнула своим вишневым ртом и ответила: "я научилась полагаться на мужчин у тетушки Ли и Яояо. Разве ваша цель в жизни не состоит в том, чтобы держаться за мужчин и хорошо их использовать? Почему тебе не было стыдно хвастаться передо мной в течение 20 лет?”

Ли Мэйлин уставилась на Нин Цин, но ничего не ответила.

Нин Цин грациозно выпрямилась. Ее стройная спина была прямой. Она шаг за шагом приблизилась к матери и дочери. Она прищурилась и прошептала: “О, я отличаюсь от вас обоих. Посмотрите на людей, которых вы пытаетесь поймать. Что же это за приз такой? Почему они стали трусами, когда увидели молодого господина Лу? Возможность заполучить молодого мастера Лу-это мое достижение. Разве ты не интересуешься молодым господином Лу, Нин Яо? У тебя есть способность заставить молодого мастера Лу смотреть на тебя так же, как он смотрит на меня? Ха, пернатые птицы слетаются вместе. Если вы хотите подняться по социальной лестнице, вы должны взять зеркало, чтобы посмотреть на себя в первую очередь!”

Нин Яо задрожал от гнева, а лицо ли Мэйлин исказилось гримасой ужаса. Она сжала кулак и стиснула зубы, когда сказала: "Нин Цин, ты действительно думаешь, что молодой господин Лу женится на тебе? Как вы думаете, вы выйдете замуж в семье Лу, как Миссис Лу? Мечтай дальше!”

- Ха... - Нин Цин вдруг вспомнила, как Сюй Цзюньси насмехался над ней в тот день. Как и эта мать с дочерью, он сказал, что Лу Шаомин просто играет с ней. Ей было интересно, что скажут эти люди, когда весть о ее замужестве в конце концов выйдет на свет.

Нин Цин легонько рассмеялась. - А почему бы вам самому не догадаться, тетушка ли? Разве ты не говорил, что знал, как я закончу 20 лет назад? Ха-ха, сегодня я гордо сижу в гостиной семьи Нин, в то время как вы оба прячетесь на кухне. Вы предсказывали это, когда строили козни все эти годы назад?”

- Это ты!- Ли Мэйлин подняла руку и попыталась ударить Нин Цин.

Но ее руку перехватила Нин Цин. Нин Цин усмехнулся: "тетя ли, ты так злишься, что не можешь мыслить здраво. В отчаянии? Я советую тебе хорошенько подумать, прежде чем дать мне пощечину. Если ты посмеешь ударить меня, я могу заверить тебя, что Нин Чжэнго даст тебе пощечину.”

Глаза ли Мэйлин выпучились от гнева, но Нин Цин была права. Если она сделает что-то, что разрушит бизнес Нин Чжэнго, Нин Чжэнго определенно будет иметь дело с ней.

Сейчас ей было 45 лет, и она могла полагаться только на Нин Чжэнго до конца своей жизни. Она не должна потерять его благосклонность.

Ли Мэйлин отняла у нее руку.

- Хм!- Нин Цин холодно фыркнула и посмотрела на Нин Яо. Она грациозно и спокойно повернулась и вышла.

…

Все сидели за семейным обеденным столом Нин за ужином. Нин Цин сидел рядом с Лу Шаомом.

Нин Чжэнго осторожно посмотрел на выражение лица Лу Шаомина. Этот человек практиковался с ним в тайчи, когда они болтали в гостиной. Он очень туманно высказался о "правах на землеустройство".- Он не мог понять, что он имел в виду.

Манеры этого человека за столом были правильными и элегантными. Даже его спокойная сидячая поза была исполнена благоговейного мужества. Нин Чжэнго посмотрел на него пару раз, немного нервничая.

Он не осмеливался торопить его, но боялся, что Лу Шаомин просто уйдет после обеда, поэтому Нин Чжэнго пристегнулся и усмехнулся, сказав: “молодой господин Лу, я хотел бы узнать, не могли бы вы дать мне право развивать эту землю. Моя компания уже вложила много трудовых и финансовых ресурсов. Если я не получу права на разработку земли, нам грозит банкротство. Ты же знаешь, что Цинцин-драгоценная дочь нашей семьи Нин. Если компания обанкротится, Цинцин тоже пострадает.”

Его "драгоценная дочь" заставила мурашки пробежать по всему телу Нин Цин, поскольку она постоянно усмехалась в своем сердце.

“Завтра я попрошу моего секретаря связаться с вами о правах на разработку земли”, - сказал Лу Шаомин, открыв рот.

Эта фраза наполнила Нин Чжэнго радостью и надеждой.

Нин Чжэнго продолжал подмигивать Нин Цин, прося ее сказать несколько хороших слов и добавить топлива в его огонь.

Нин Цин усмехнулась; она не знала, откуда у Нин Чжэнго такая уверенность. Если бы не ее бабушка, она бы хотела, чтобы он обанкротился.

“Я пришла сегодня на ужин, потому что хочу кое-что с тобой обсудить. Я хочу позаботиться о своей бабушке на некоторое время.- Нин Цин посмотрела на Нин Чжэнго и сразу перешла к делу.

- Это... - Нин Чжэнго оказался перед дилеммой.

- Нет! Рука ли Мэйлин напряглась, и она тут же отказалась.

- Ее голос был немного взволнован. Все за столом молча ели и смотрели на нее, понимая, что она ведет себя неуместно.

Нин Цин видела, что выражение лица ли Мэйлин было неестественным, и знала, что она чувствовала себя виноватой!

- Цинцин, дело не в том, что тетя не позволяет тебе заботиться о бабушке, просто бабушка старая и не в добром здравии. Это не подходит, чтобы переместить ее, и бабушкин ум ухудшился после падения с лестницы. Иногда у нее бывают симптомы слабоумия, а в других случаях она наносит удары и наносит людям увечья. У нас здесь есть профессиональный врач. Они заботились о бабушке в течение трех лет и очень опытны, что помогает ее выздоровлению.- Ли Мэйлин успокоился и привел вполне разумное оправдание.

“Auntie Li, you don’t need to worry about all these things. I’ve arranged it over there. Grandma is also my grandmother. Grandma always spoiled me most. I just want to be filial to my grandma as a granddaughter.”

- Но, Цинцин, бабушка получила серьезную психологическую травму, когда упала с лестницы. Вы живете со старшей сестрой; что, если бы бабушка стала взволнованной, увидев старшую сестру снова?”

Нин Цин знала, что ли Мэйлин будет продолжать в том же духе. Конечно же, Нин Чжэнго несколько раз кивнул и согласился с Ли Мэйлин.

Нин Цин поджала губы и посмотрела на Нин Чжэнго двумя яркими осенними зрачками. - Ты действительно пытаешься помешать мне заботиться о моей бабушке?”

Нин Чжэнго застыл. Угроза в глазах Нин Цин была слишком очевидна. Если он не согласится с ней, то сделка по освоению земли больше не будет обсуждаться.

Может ли она говорить от имени молодого господина Лу? Нин Чжэнго был подозрителен.

Лу Шаомин отложил палочки для еды и изящно вытер уголки рта мокрым полотенцем, лежащим на столе. Его безмолвные глаза пристально смотрели на Нин Чжэнго, и он мягко сказал Нин Цин: “Нин Цин, пойдем.”

“В порядке.- Нин Цин уже собиралась встать.

- Молодой господин Лу, Цинцин, пожалуйста, останьтесь!- Нин Чжэнго был так напуган, что покрылся холодным потом.

Только что Лу Шаомин пристально посмотрел на него. Его недовольство было смешано с резким нежеланием идти на компромисс в этом вопросе. От сильного давления у него похолодела спина.

Он чувствовал, что с тех пор, как Лу Шаомин вошел в дверь, он говорил очень мало. Он немного снизошел до них. Каждое его движение было исполнено благородства, и он стоял на страже рядом с Нин Цин. Нин Цин была похожа на храбрую маленькую девочку, смело идущую вперед, чтобы бороться за свои права и интересы, в то время как он ждал рядом с ней, его красивая фигура давала ей самую сильную поддержку.

Этот вид баловства был похож на то, как брат или отец будет защищать женщину в своей семье.

Когда Нин Цин пригрозила ему “соглашайся или не соглашайся”, молодой господин Лу сразу же сказал: “Пойдем”; он очень оберегал ее.

Нин Чжэнго не мог так рисковать. Он сделал ставку на Нин Цин и рассмеялся, сказав: “Цинцин, ты неправильно понял папу. Папа знает, что ты хочешь быть филиалом. Бабушка ворчала на тебя все эти три года. Сегодня уже очень поздно. Вы можете отправить машину, чтобы забрать бабушку, чтобы остаться с вами на некоторое время завтра утром. Если бабушка не может приспособиться, тогда ты должен отправить ее обратно.”

- Чжэнго!- Ли Мэйлин хотел что-то сказать.

“Ну что ж, тогда решено.- Нин Цин искоса взглянула на Ли Мэйлин, приподняв ивовую бровь. Лу Шаомин сопровождал ее сегодня, но Ли Мэйлин не могла предвидеть, что Нин Цин победит.

- Дядя Нин, завтра я попрошу своего секретаря составить контракт. После того, как Нин Цин забрал бабушку, вы приходите в Гуан Цин, чтобы подписать контракт на права развития.”

Глаза Нин Чжэнго сверкнули. Он сделал правильный выбор. “Вот это здорово. Спасибо Вам, молодой господин Лу. Цинцин, папа спокоен, зная, что ты будешь заботиться о бабушке.”

Позволить Нин Цин заботиться о своей бабушке в течение нескольких дней в обмен на права на развитие земли было вопросом устойчивой прибыли, и Нин Чжэнго действительно не нужно было думать об этом.

- Чжэнго... - ли Мэйлин все еще хотела что-то сказать.

- Хватит, хватит болтать, - строго сказал ей Нин Чжэнго. - Ешь свой ужин!”

Нин Цин почувствовала себя отдохнувшей после того, как уладила дела своей бабушки. Она с благодарностью посмотрела на мужчину рядом с собой. Лу Шаомин скривил губы, его глаза были полны нежности.

В это время слуга подал ему тарелку с крабами. Нин Чжэнго сказал Нин Цин: "Цинцин, папа не забыл, что крабы-твои любимые. Пусть слуга разорвет один из них для вас.”

“Ты любишь крабов?- С любопытством спросил Лу Шаомин.

- Я... - хотела ответить Нин Цин.

Но Сюй Цзюнси ответил за нее “ " молодой господин Лу, Нин Цин не любит крабов. Она не только не любит крабов, но у нее также есть аллергия на кожу, когда она их ест.”

Лицо Нин Чжэнго было покрыто смущением.

Нин Цин резко взглянула на Сюй Цзюньси. Никто не подумает, что он был тупым из-за того, что не разговаривал. В присутствии Лу Шаомина она могла бы подтвердить, что он сказал это намеренно.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 96:Ты мой заместитель

Нин Цин сверкнула кокетливой улыбкой в сторону Лу Шаомина. - Шаомин, я уже давно говорил тебе, что вырос вместе с генеральным директором Сюем. Теперь он мой зять, и мы семья.”

По глазам девушки Лу Шаомин понял, что она пытается что-то объяснить. Он улыбнулся и успокаивающе посмотрел на Нин Цин.

Все обедали молча, но никто не знал, что двое мужчин, сидевших напротив друг друга, встретились взглядами. И вдруг повсюду вспыхнули искры.

…

После ужина несколько мужчин болтали в гостиной, а Нин Цин поднялась наверх, чтобы навестить свою бабушку.

Она толкнула дверь в комнату, и ее бабушка заиграла на пианино у стены. Ее бабушка не знала, как играть; она просто игриво постукивала пальцами по клавишам, беспорядочно напевая какую-то песню.

“Бабуля.- Нин Цин подошла и встала позади бабушки, пока та массировала ей плечи.

В прошлом Нин Цин часто массировала бабушке плечи. Поэтому бабушка радостно обернулась и по-детски обняла Нин Цин за талию. Она усмехнулась и сказала: “Цинцин, почему ты так долго не навещаешь бабушку? Бабушка так скучает, и я скучал по ребенку Цинцин как сумасшедший.”

Нин Цин посмотрела на седые волосы бабушки, и ее глаза наполнились слезами. На самом деле здоровье ее бабушки было в полном порядке. Если бы не падение с лестницы несколько лет назад, ее бабушка, вероятно, прожила бы долгую жизнь.

Нин Цин взяла бабушку за руку и медленно присела на корточки. - Бабушка,мы выйдем из этой комнаты завтра. Цинцин вернет вас обратно в Цинцин на некоторое время.”

- Уехать? Почему?”

- Разве бабушка не скучала по Цинцину? Бабушка, приезжай и останься с Цинцин. Тогда, Цинцин будет держать бабушку компанию каждый день и играть на пианино для вас каждый день.”

- Играть на пианино? Да, это здорово!- Бабушка радостно захлопала в ладоши.

Поскольку бабушка обладала сознанием ребенка, она была легко счастлива. Нин Цин и ее бабушка мизинцем пообещали, что это никогда не изменится в течение ста лет.

“Мама.- Ли Мэйлин вошел, а Нин Яо последовал за ним.

“А кто твоя мама?- Бабушка была не очень любезна с Ли Мэйлин и закатила на нее глаза.

Ли Мэйлин вышла вперед и улыбнулась. - Мама, Цинцин увезет тебя завтра. Может ты не пойдешь? У Цинцин нет ничего хорошего, чтобы поесть, и у нее нет пианино, и есть много незнакомых людей. Все они очень свирепы…”

- Ли Мэйлин, заткнись! Не пытайся напугать мою бабушку. Ваш муж знает, что вы так обращались с бабушкой?- Нин Цин холодно оборвала ли Мэйлинга.

- Вот именно! Я хочу быть со своей внучкой. Если ты посмеешь разлучить нас, я скажу своему сыну, чтобы он развелся с тобой!- Когда Нин Цин была рядом, ее бабушка встала и положила руки на талию, делая выговор ли Мэйлин.

Ли Мэйлин взглянула на Нин Яо. - Бабушка, Цинцин-твоя внучка, но Яояо-тоже твоя внучка. Ты не можешь быть предвзятым.”

- Бабушка, я-Яояо, а ты-тоже моя бабушка, - Нин Цин подошла к бабушке и интимно взяла ее за руку. Разве ты меня тоже не любишь?”

Бабушка начала паниковать и хотела оттолкнуть руку Нин Яо. “А ты кто такой? Не называй меня бабушкой. У меня только одна внучка, Цинцин. Чей же ты незаконнорожденный ребенок? Как ты смеешь разрушать мою семью Нин? Не вини меня за грубость.”

Нин Цин заметила, что ее бабушка начала проявлять эмоции, и она подозревала, что бабушка, возможно, уже узнала о Ли Мэйлин, прежде чем она скатилась вниз по лестнице.

- Нин Яо, отпусти меня. Ты пугаешь бабушку!- Нин Цин толкнула Нин Яо.

- Ни в коем случае, мы обе-дочь Нин Чжэнго! Почему бабушка такая предвзятая?- Нин Яо крепко схватил бабушку за руку.

- Ах, это больно... - боль от ее руки заставила бабушку нервничать, и ее лицо побледнело, когда она заплакала.

- Нин Яо, что ты делаешь? - Отпусти!”

Ситуация в комнате внезапно стала хаотичной. Бабушка топала ногой от боли, когда Нин Цин толкнула Нин Яо. Тем не менее, Нин Яо и ее мама стиснули зубы, когда они держались за бабушку. Они не могли жить хорошо и никому другому тоже не позволяли.

В этом хаосе послышался чей-то голос. “Что ты там делаешь?- Вошла Сюй Цзюньси.

- Цзюньси, ты пришла как раз вовремя. Сестра ссорится со мной из-за бабушки, но я ненавижу, когда бабушка уходит. Я не хочу, чтобы бабушка уезжала, - сказала Нин Яо.

Нин Цин с презрением уставилась на Нин Яо. Злая женщина выглядела прекрасно даже тогда, когда она жаловалась.

- А!- Внезапно раздался крик. Оказалось, что бабушка опустила голову, чтобы укусить Нин Яо, когда вошла Сюй Цзюньси.

Нин Яо почувствовала боль и быстро отпустила его.

Пока они энергично тянули и толкали друг друга, Нин Яо внезапно ослабила хватку, отчего Нин Цин и ее бабушка упали навзничь. Когда бабушка собиралась упасть, Нин Цин толкнула ее, и бабушка упала на мягкий матрас рядом с ней.

Нин Цин почувствовала острую боль в талии. Ей показалось, что она ударилась об острый угол рояля. Она споткнулась и тяжело упала на спину.

Ожидаемая боль не пришла. - Нин Цин!- Вдруг кто-то ухитрился схватить ее за талию. Когда она уже собиралась упасть на землю, под ней оказался кто-то, превратившийся в человеческий матрас.

Это был Сюй Цзюньси.

А потом раздался какой-то шум. Настольная лампа на прикроватном столике упала на ковер.

Слезы Нин Цин потекли мгновенно. Ее талия болела очень сильно, и там должен быть синяк.

Мужчина под ней издал глубокий стон, а Нин Цин почувствовала тепло и влагу в своей руке, но она не знала, куда прикоснулась.

Она поднялась на руки, и кто-то крикнул: “ах, кровь!”

Глаза Нин Цин сузились, и она быстро слезла с Сюй Цзюньси. Обе ее руки держали голову Сюй Цзюньси. Он ударился о прикроватный столик, и у него пошла кровь из затылка.

- Эй, Сюй Цзюньси, ты в порядке?- Нин Цин осторожно положила его к себе на руки и нежно погладила по лицу.

Глаза Сюй Цзюньси наконец сфокусировались, когда его красивые брови плотно сошлись на переносице. Пока боль не прошла, он смотрел на знакомое и нежное лицо.

- Воскликнула она.

По ее гладким фарфоровым щекам текли два ряда слез. Последняя капля упала на его сухие губы. Слеза была горькой; она была для него.

Сюй Цзюньси был глубоко тронут.

Нин Цин увидела, что Сюй Цзюньси в сознании, и поняла, что с ним все в порядке. Хотя он и сделал много смешных вещей с ней, она не хотела, чтобы он умер.

Она не знала, почему он спас ее. На самом деле, она действительно не нуждалась в нем, чтобы спасти ее.

- Цзюньси, ты в порядке?- Нин Яо вернулся в реальность и побежал вперед. Она присела на корточки и хотела вырвать Сюй Цзюньси из рук Нин Цин.

Однако Нин Яо увидел, что Сюй Цзюньси пошевелился и медленно протянул руку. Он коснулся лица Нин Цин и заговорил своим хриплым и дрожащим голосом. Там же была и жалость: "Цинцин, не плачь.”

Это застало Нин Яо врасплох.

Она даже не была тенью в глазах Сюй Цзюньси. Он поднял на Нин Цин страстный и нежный взгляд. Цинцин, теперь это уже давно не было слышно. Они говорили, что человек видит любовь, когда есть жизнь и смерть. Он ударился головой и потерял способность нормально соображать. В его глазах была только одна женщина, Нин Цин!

Тогда Нин Цин поняла, что она плакала. Было слишком больно, когда она ударилась о свою талию. Ее слезы мгновенно потекли вниз, но к тому времени они уже высохли.

Но постойте, А вдруг Сюй Цзюньси подумает, что она проливает по нему слезы?

Это было большое недоразумение.

Ли Мэйлин увидела эту сцену, и в ее глазах была злоба. Но потом в уголках ее глаз появилась какая-то фигура. Она обернулась и улыбнулась: "молодой господин Лу, вы здесь?”

Лу Шаомин стоял у двери, и никто не знал, как долго он за ней наблюдал.

Нин Цин посмотрел в сторону двери и встретился с глубоким взглядом Лу Шаомина. В его глазах была целая серия сложных эмоций. Как будто они были очень далеко друг от друга. Она не могла видеть ясно.

- Шаомин... - позвала Нин Цин и инстинктивно захотела подойти к нему.

Тем не менее, рука Сюй Цзюньси была на ее лице, в то время как ее руки несли его голову, и Сюй Цзюньси был в ее руках.

Нин Цин была ошеломлена. Это была настолько двусмысленная позиция, что он, вероятно, неправильно ее понял.

Нин Цин быстро отпустил Сюй Цзюньси.

Затем Нин Чжэнго вызвал семейного врача, и врач пришел, чтобы завернуть голову Сюй Цзюньси. Нин Цин встала и вышла за дверь.

Но пока она шла, бабушка потянула ее за руку. Она обернулась и увидела, что лицо ее бабушки было бледным, как простыня, и она была расстроена.

“Цинцин.- Бабушка потеряла свою детскость и игривость. Ее лицо было покрыто морщинами. Она притянула Нин Цин к краю кровати.

Нин Цин беспокоилась о своей бабушке. Затем она села и посмотрела на Лу Шаомина. Мужчина не уходил, но стоял у двери с величественным видом и молча наблюдал за ней.

Нин Цин на время почувствовала облегчение.

- Цзюньси, иди сюда и сядь.- Ее бабушка протянула руку и позвала Сюй Цзюньси.

Голова Сюй Цзюньси была забинтована. Он подошел и сел по другую сторону от ее бабушки.

Ее бабушка вздохнула и положила руку Нин Цин в руку Сюй Цзюньси. она спокойно сказала: "Цзюньси, бабушка может сказать, что ты любишь Цинцин. Ты действительно не разочаровал бабушку. Я не могу долго жить. В будущем, если кто-то будет запугивать Цинцин, вы должны защитить ее. Я давным-давно передал тебе Цинцин.”

Рука Нин Цин коснулась Сюй Цзюньси, и она быстро отдернула ее.

На самом деле, она хотела объяснить свои отношения с Лу Шаомин своей бабушке, но она волновалась, что ее бабушка не могла принять это, поскольку она была упрямой. Она подумала, что сейчас определенно не лучшее время для объяснений.

Но она больше не будет устраивать шоу с Сюй Цзюньси. У нее был Лу Шаомин, а у него-Нин Яо. Она не хотела запутываться в сомнительных отношениях с ним.

Она почувствовала, как напряглась бабушка, и Нин Цин быстро обняла ее за плечи, нежно прижавшись головой к бабушкиному плечу. Она застеснялась и крикнула: "бабушка!”

Сюй Цзюньси уже окончательно проснулась. Он увидел, что она пролила две слезинки раньше, но она быстро отпустила его, как только увидела Лу Шаомина у двери. Затем она держалась от него на расстоянии. В ее сердце Лу Шаомин был очень важен.

Похоже, он неправильно понял ситуацию, когда вытирал ее слезы.

Сюй Цзюньси не остановил ее, когда она подняла свою руку. Он сказал бабушке: "Бабушка, теперь Цинцин любит другого мужчину. Она не нуждается во мне, ты передаешь ее кому-то другому.”

Нин Цин никогда не думал, что Сюй Цзюнси будет такой бесстыдной. Бабушка была напугана раньше, и он все еще хотел спровоцировать ее.

- Ну и что же?- Бабушка была в шоке. Капающие губы старой леди смущенно шевелились. - Цинцин, правда ли то, что сказала Цзюньси?”

Нин Цин выглядела нормально и продолжала играть скромницу. - Бабушка, Цинцин никого не любит, только бабушку.”

Ей очень не хотелось провоцировать бабушку, но она могла только сменить тему разговора.

Ее бабушка усмехнулась и быстро расслабилась. Она коснулась лица Нин Цин и торжественно произнесла: "бабушка знала, что Цинцин любит бабушку, но Цинцин тоже любит Цзюнси. Там снаружи много плохих людей. Не позволяйте себя обмануть. Вы с Цзюньси знакомы уже двадцать лет. Никто не может повлиять на ваши отношения.”

Нин Цин услышала это и почувствовала себя несчастной. Она подняла глаза и посмотрела на дверь. То, что она увидела, было всего лишь разделяющей тенью. Это был Лу Шаомин, демонстрирующий только холод и печаль.

Лу Шаомин ушел.

Улыбка Нин Цин внезапно стала сильной, потому что она знала, что он определенно сердится.

Но с другой стороны, у нее не было лучшего выбора.

Она могла утешить его только позже.

…

Лу Шаомин сунул обе руки в карманы и посмотрел на пейзаж за окном. Затем “ " Молодой Господин Лу.- Сюй Цзюньси подошел к нему сзади. - Давай поболтаем.”

Лу Шаомин обернулся и посмотрел на него. - Он ухмыльнулся. “Конечно.”

Сюй Цзюньси стоял у его головы и медленно сказал: "Я знаю Нин Цин уже двадцать лет. С тех пор как мы родились, мы оба существовали в жизни друг друга.”

- Нин Цин была прекрасна с самой юности. Она была красивой девушкой, милой и доброй. Она всем нравится. Она мне понравилась с тех пор, как я впервые ее увидел. Летними вечерами, когда нам было по восемь, она особенно любила читать в зеленом поле. Я ловил светлячков и держал их в фонаре. Она будет очень счастлива смеяться, когда увидит их.”

“Когда ей было двенадцать, она уже умела заботиться о других. Это был единственный раз, когда я порезал себе руку. Она плакала очень долго. Она обняла меня и сказала: "братец Цзюньси, Цинцин помогает тебе промыть рану, и боль пройдет..." Фу.”

“Когда ей было четырнадцать, у нее начались месячные, и она так сильно испугалась. Это я купил ей гигиеническую прокладку и нижнее белье. Она вышла из ванной со слезами на глазах. Я обнял ее и впервые поцеловал в щеку.…”

Лу Шаомин услышал это и приподнял уголки своих тонких губ еще выше. Он прервал его и сказал: "генеральный директор Сюй, если вы вспоминаете прошлое? Может ты вспомнил не того человека? Мне больше любопытно, почему Вы делитесь столь многими воспоминаниями с Нин Цин, но сейчас вы с Нин Яо?”

Сюй Цзюньси счастливо прогуливался по дорожке памяти, но Лу Шаомин прервал его маленькую мечту, когда он упомянул имя Нин Яо. Затем он вернулся к реальности.

Он посмотрел на Лу Шаомина, и глаза его были холодны, но в них не было насмешки. На самом деле, он сказал это только для того, чтобы заставить его ревновать, но Лу Шаомин был невозмутим.

Глядя на такого парня, как этот, возможно, он не смог бы соответствовать.

Такие чувства были провоцирующими. Сюй Цзюнси рассердился, но все же рассмеялся. - Да, это моя вина, что я любил Нин Яо после всего этого. Но чем больше человек любит, тем больше он ненавидит, и именно поэтому Нин Цин была так жестока ко мне. Тем не менее, она пролила слезы за меня, потому что я спас ее и получил травму. Женщина безудержно льет слезы по мужчине. Молодой господин Лу, вы ведь понимаете, что это значит?”

- Кроме того, до ее бабушки точка зрения Нин Цин была вполне определенной. Ты всего лишь чужак, а я ее вечный жених!”

Лу Шаомин выпрямился и нахмурился. Он слабо улыбнулся и сказал: “генеральный директор Сюй, не ходите вокруг да около, будьте прямолинейны.”

“Я хочу сказать, что Нин Цин любит меня. Молодой господин Лу встал между нами только в самом слабом месте. Ты появился рядом с ней, когда она была очень одинока, когда ей нужен был компаньон. Она приняла тебя естественно, и это не имело ничего общего с любовью. Ты-средство Нин Цин для борьбы с одиночеством, но ты всего лишь моя замена!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 97:Не волнуйтесь, это подделка

Лицо Лу Шаомина оставалось спокойным и молчаливым в течение трех секунд. Он открыл рот и сказал: “Даже если президент Сюй прав, что в этом плохого? - Я согласна. Какое это имеет отношение к президенту Сюю?”

- Это ты!"Сюй Цзюньси думал, что то, что он только что сказал, Было очень серьезно, и любой человек с гордостью и самоуважением был бы ранен, не говоря уже о таком человеке, как Лу Шаомин.

Но он сказал эти два слова легко – я согласен?

“Ха, молодой господин Лу, хотя вы и говорите так на первый взгляд, но неужели в глубине души вам все равно? Я был единственным за первые двадцать лет ее жизни! Я был ее женихом!”

“М-М-М ... Лу Шаомин спокойно кивнул и шагнул вперед к Сюй Цзюньси. На его губах появилась веселая улыбка. “Все нормально. поскольку президент Лу знает, что ты его бывшая жена. У тебя была Нин Цин в прошлом, но она есть у меня в настоящем и будущем. Благодарю Вас, президент Сюй, за то, что вы заботились о ней в течение 20 лет, ожидая, когда она расцветет как цветок, и отправили ее быть женщиной my – Lu Shaoming.”

- ...Сюй Цзюньси крепко сжал кулаки. Впервые он понял, что Лу Шаомин и Нин Цин действительно подходят друг другу до некоторой степени. Они оба были так красноречивы.

- Шаоминг, почему ты здесь?- Когда взгляды двух мужчин встретились, к ним подошла Нин Цин.

Лу Шаомин отступил на пару шагов и оглянулся. Нин Цин уже подошла к нему и держала за руку. - Шаоминг, я уже давно тебя ищу. Я иду в свою старую комнату, чтобы найти пару книг. Пойдем со мной.”

“В порядке.- Лу Шаомин последовал за ним и ушел вместе с Нин Цин.

Слой тумана быстро накрыл глаза Сюй Цзюньси. От начала до конца Нин Цин ни разу не взглянула на него.

Глаза Нин Цин, которые остановились на Лу Шаомине, были такими нежными и сосредоточенными. Раньше ее взгляд принадлежал только ему, но теперь она смотрит на другого мужчину.

Фраза: "жду, когда она расцветет как цветок, и посылаю ее быть женщиной май – Лу Шаомин”, - эхом отозвалась в его ухе. Все его тело горело, как будто его жгли на сковороде. Неужели это сделали она и Лу Шаомин?

Думая о ее теле, когда она танцевала с шелковой лентой, и о ее нежном маленьком личике, он не мог себе представить, какой очаровательной она должна была быть, когда совокуплялась в радости под телом мужчины.

Он не верил этому, он не верил, что Лу Шаомин действительно не возражал против его существования.

…

Войдя в комнату Нин Цин, они увидели, что она почти полностью опустела. Не осталось ничего, кроме розовых обоев и кремово-белого комода. Вещи вещи заставили Лу Шаомина почувствовать, что эта комната была полна ауры девочки-подростка.

Лу Шаомин небрежно огляделся и, наконец, остановил свой взгляд на стеклянном шкафчике у окна. Он подошел к ней и увидел, что на самом верху стоит музыкальная шкатулка.

Он начал открывать ее, и сладкая музыка, которая звучала как звон колокольчиков, зазвенела изнутри.

“Не слушай меня!- Нин Цин подошла и протянула свою маленькую ручку, чтобы прикрыть музыкальную шкатулку.

Лу Шаомин посмотрел в бегающие глаза девушки и мягко улыбнулся: “Что случилось? Это от Сюй Цзюньси?”

Нин Цин не знала, как ответить, но знала, что никогда не сможет сказать правду. - Нет!- Девушка, которая никогда не лгала, покраснела.

- Ха.- Лу Шаомин не заставлял ее отвечать. Он подошел к окну, достал из кармана брюк сигарету и прикурил ее от зажигалки.

Он глубоко вздохнул и медленно выпустил дым из своих тонких губ. Только что на музыкальной шкатулке были выгравированы аббревиатуры Jamp;Q, Xu Junxi и Ning Qing. Он ясно это видел.

Шкаф состоял всего из четырех слоев. В каждом слое было несколько видов подарков. Он пересчитал их глазами. 1, 2 ... 18, всего 18 штук. Они должны быть подарком на день рождения Сю Цзюньси каждый год.

Подарки были просто подарками, и ей не нужно было лгать.

- Шаоминг, ты злишься?- Нин Цин подошел к мужчине и тихо объяснил: - голова Сюй Цзюньси кровоточила, потому что он пытался спасти меня сегодня, вот почему я обнимал его голову. Другого смысла нет. Бабушка сегодня была очень взволнована. Мне неудобно говорить о нас с бабушкой. Когда представится такая возможность, я ей все расскажу.”

Точеное красивое лицо Лу Шаомина казалось туманным в дыму. Он сунул одну руку в карман брюк, а другую положил на подоконник. Его стройная и прямая осанка была впечатляющей.

Когда мужчина замолчал, Нин Цин сильно занервничала. Он всегда был непредсказуем. Она никогда не знала, о чем он думает.

- Шаомин, - ласково произнесла Нин Цин, храбро встав перед ним и нерешительно обхватив его крепкую талию двумя маленькими ручками. “Не сердись больше. Я действительно не имею ничего общего с Сюй Цзюньси.”

“В порядке. Лу Шаомин еще раз затянулся сигаретой и неуверенно ответил:

Нин Цин не знала, как успокоить его. Он никогда не игнорировал ее. Сейчас он даже не хотел смотреть на нее.

Конечно же, после того, как он так долго был зеницей его ока, падение с его милости было очень неприятным.

Когда мужчина курил, он прищуривал глаза, длинными пальцами стряхивал пепел, его тонкие губы слегка приоткрывались, когда он выдыхал дым. Линии на его губах были очень сексуальны.

Поскольку она стояла перед ним, и он, вероятно, боялся задушить ее дымом, он всегда смотрел в окно, когда выдыхал дым, показывая ей только половину своего острого и красивого лица.

У Нин Цин пересохло во рту. Она высунула розовый язычок и облизала сухие красные губы. Она обняла его за шею и на цыпочках сказала: "Шаоминг, извини, не сердись на меня. Может, мне поцеловать тебя?”

В голове у Сюй Цзюньси все смешалось. Он видел, как Лу Шаомин и Нин Цин вошли в комнату и никогда оттуда не выходили. Он был как дурак, как супер-подглядывающий маньяк, бродящий взад и вперед за дверью.

Он хотел знать, что они делают внутри. Это любопытство сводило его с ума.

Он остановился, положил руку на дверную ручку, приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Его тело мгновенно стало неподвижным, как скульптура.

Сюй Цзюньси отпустил дверную ручку и отвернулся, чувствуя, как будто его сердце пронзили острым ножом. Крови не было, но боль разрывала его сердце и легкие на части.

Лу Шаомин был прав. Он защищал девушку в течение 20 лет, и теперь она была женщиной под чьим-то еще.

Он был смешон, так смешон!

Через пару шагов он столкнулся с Нин Яо. Когда Нин Яо увидела ошеломленное выражение лица Сюй Цзюньси, она бросилась вперед, чтобы поддержать его, и спросила: "Цзюньси, что с тобой?”

Сюй Цзюньси дважды рассмеялась. Его смех звучал пусто. Он положил одну руку на плечо Нин Яо и был несколько удручен. “Яояо, у тебя есть выпивка? Выпейте со мной пару стаканчиков.”

“ОК.- С радостью согласился Нин Яо.

…

Через десять минут он уже был в комнате.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 98:Сюй Цзюньси, Отпусти Ее

Если бы это был кто-то другой, то она бы смутилась.

“Я хочу вернуться домой.- Нин Цин шмыгнула носом и надулась.

Лу Шаомин увидел, что она заговорила, и его напряжение наконец-то спало. - Ладно, пошли домой. Я повернусь, пока ты будешь одеваться.- сказал мужчина.

Он уже собирался обернуться, когда услышал: “Эй!- Нин Цин была очень рассержена. - Она протянула руку и потянула его за рукав. “Я, как я могу надеть эту одежду? То, что ты сделал его мокрым ... мои штаны белые и будут прозрачными.”

Лу Шаомин обернулся и посмотрел. Девушка торопливо потянула его за рукав, и одеяло, укрывавшее ее тело, соскользнуло вниз, обнажив гладкие плечи. Ее гладкая светлая кожа была покрыта засосами.

Можно было легко представить себе, насколько грубым он был раньше.

Глаза Лу Шаомина потемнели,и его кадык снова закатился.

Нин Цин могла бы сказать, что выражение его лица было странным, и она поняла, что была разоблачена. Она быстро укрылась одеялом как следует и мысленно выругалась, чудовище.

“У тебя здесь есть какая-нибудь одежда? Если нет, я пойду и куплю немного. Подожди меня в комнате. Я очень скоро вернусь", - сказал Лу Шаомин своим хриплым голосом.

- МММ, - кивнула Нин Цин и добавила: - поторопись и возвращайся.”

…

Лу Шаомин ушел, а Нин Цин медленно сняла одеяло. Она застегнула лифчик и надела зеленую кружевную рубашку.

Лу Шаомин, вероятно, вернется примерно через пятнадцать минут. Ей нужно было привести себя в порядок, так как она выглядела так, как будто была в затруднении.

Ее похожие на крылья бабочки ресницы затрепетали, когда она закрыла глаза и сняла свое грязное нижнее белье. Она не могла быть голой и просто надеть свои белые карандашные штаны.

Она была встревожена, поэтому завязала свой белый жакет на талии, чтобы заблокировать нижнюю часть тела.

Тогда она была, по крайней мере, презентабельной. Она села на край кровати и встала с нее.

Обе ее ноги приземлились на землю, и она задохнулась от боли, тссс. Помимо синяка, который она получила в комнате своей бабушки, его крепкий захват ранее добавил больше ран на ее талии.

Нин Цин снова обругала мужчину в своем сердце. Она взяла свое нижнее белье и пошла в ванную комнату. Она выбросила белье в мусорное ведро и вымыла лицо над раковиной.

У девушки в зеркале были розовые щеки и красивые кристально чистые глаза. Хотя она и надувала губки, на ее лице была очаровательная весна.

В зеркале были видны засосы, которые мужчина оставил на ее шее. Нин Цин сглотнула и закрыла глаза. Дрожь, когда его грубая рука соприкоснулась с ее, все еще была там. Даже такой спокойный человек с трудом сдерживал себя, и он задыхался в агонии возле ее ушей.

Так дико.

Нин Цин прикусила нижнюю губу зубами цвета слоновой кости. Это слишком неловко.

Нин Цин было так стыдно, что ей захотелось выкопать яму. Тук-тук. Кто-то постучал в дверь. Так быстро, Лу Шаомин уже вернулся?

Нин Цин быстро вышла из душевой и радостно распахнула дверь.

Но, Сюй Цзюньси стоял снаружи.

Нин Цин ничего не ответила и сразу же закрыла дверь.

Однако Сюй Цзюньси сделал шаг вперед и преградил ему путь. Сила мужчины и женщины была разной, и Сюй Цзюньси с силой вошла внутрь.

- Сюй Цзюньси, что ты пытаешься сделать? Нам не о чем говорить. Убирайся отсюда!- Холодно сказала Нин Цин.

Сюй Цзюньси насмешливо улыбнулась. Когда Нин Цин открыла дверь раньше, ее глаза были полны надежды и нежности. Когда она увидела, что это был он, она выглядела отстраненной и настороженной.

Насколько же непостоянна эта женщина? Она так сильно полюбила Лу Шаомина всего за два месяца?

Сюй Цзюньси бросил взгляд на комнату. Он выпил немного, и его полуприщуренные пьяные глаза посмотрели в сторону, а странный наряд Нин Цин нервно оглядел с ног до головы. Он засмеялся и спросил: “Ты только что сделал это с Лу Шаомин?”

Его пугливый взгляд заставил Нин Цин нахмуриться. Тем не менее, она стояла там, когда она холодно ответила: “Не сомневайтесь в этом. Верьте в то, что вы видите!”

Лицо Сюй Цзюньси быстро помрачнело. - Нин Цин, Как ты можешь быть такой распутной? Ты же знаешь, что Лу Шаомин богат, так что тебе не терпелось залезть к нему в голову, а?”

Нин Цин не рассердилась, а рассмеялась. - Генеральный директор Сюй, вы не устали? Как мы с тобой связаны? Кто ты такой, чтобы возиться с моей кроватью? Может быть, ты так радуешься за то, что спас меня в бабушкиной комнате? Если да, то я буду вам очень благодарен. Спасибо. Так ты можешь уйти прямо сейчас?”

Затем Нин Цин уловила слабый запах алкоголя. - Она нахмурила брови и спросила: - Вы пили перед тем, как прийти сюда? Убирайся, я не буду разговаривать с пьяницей!”

Грудь Сюй Цзюньси начала вздыматься. Как она могла играть на том, как он спас ее раньше? Неужели она забыла, что проливала по нему слезы?

Когда же она превратилась в ежа, который был покрыт шипами до него? Тем не менее, она плакала в руке Лу Шаомина и так охотно помогала ему.

Почему?

Сюй Цзюньси бросился вперед и притянул Нин Цин в свои объятия. Он смущенно пробормотал: "Нин Цин, пожалуйста, не говори со мной так. Ты плакала обо мне раньше, но все еще любишь меня.”

Нин Цин толкнул Сюй Цзюньси изо всех сил, но она не могла сдвинуть его с места. Она опустила обе руки и холодно сказала с ухмылкой: "Сюй Цзюньси, я ударилась о свою талию и расплакалась от боли. Мне жаль, если ты неправильно понял, но это не имеет к тебе никакого отношения.”

“Нет, это ты меня разыгрываешь. Цинцин, я знаю, что ты любишь меня. Я, я тоже тебя люблю. Давай будем вместе, я…”

- Сюй Цзюньси, - перебила его Нин Цин, - разве ты не знаешь, как я презираю тебя, когда вижу, что ты ведешь себя подобным образом? Нин Яо спас тебя. Вы наслаждались ее нежностью и привели ее рядом с моей комнатой, чтобы делать вещи, но в то же время, вы держитесь за меня, не отпуская меня, постоянно отслеживая мой контакт с любым другим человеком. Вообще-то, ты психически больна.

“А ты знаешь, кого любишь на самом деле? Знаете ли вы, что такое смысл жизни? Я знаю тебя уже двадцать лет. Ты спас меня в бабушкиной комнате, так что в тот момент я чувствовала себя спокойно рядом с тобой. Нет никаких причин, чтобы это закончилось между нами в первую очередь, кроме того, что ты тот, кто разочаровал меня в наших отношениях! Сейчас я влюблена в Лу Шаомина и ничего тебе не должна. Так что, пожалуйста, перестань мне надоедать своими непостоянными попытками. Я, Нин Цин, не тот человек, которого ты можешь просто иметь, когда говоришь, что хочешь меня!”

- Нет, нет, - Сюй Цзюньси покачал головой в агонии, - ты должен мне, ты всегда будешь должен мне. Если бы ты не бросила меня, когда нам было по восемнадцать лет, на нашем свидании в парке, мне не пришлось бы принимать любовь Нин Яо. Разве ты не знаешь, как мне было больно все эти годы?”

- Хе-хе, хе-хе, - рассмеялась Нин Цин. Она оттолкнула Сюй Цзюньси. - Прости, я не видел, как тебе было больно. Все, что я мог видеть-это то, как ты была счастлива!”

Нин Цин не знала, стоит ли ей радоваться, что она спасла этого человека три года назад. Друзья очевидны только во времена невзгод. Иначе как она могла видеть сквозь маску Сюй Цзюньси?

Затем, Нин Цин подошла к двери: “Ты ведь не уйдешь, правда? Хорошо, я уйду.”

Ей было все равно, насколько странным был ее наряд, она не хотела больше ни минуты проводить с этим ублюдком.

Когда она уже собиралась взяться за дверную ручку, Сюй Цзюньси обнял ее сзади и поцеловал в волосы. - Нин Цин, не уходи. Не говори, что ты любишь Лу Шаомина.”

Когда он поцеловал ее, у Нин Цин по всему телу побежали мурашки. Она сжала кулак и спокойно сказала: "Сюй Цзюнси, позволь мне повторить, отпусти!”

- Нет!- Сюй Цзюнси резко поцеловал ее.

Ning Qing closed her eyes. He can’t blame her for being blunt.

Нин Цин хотела нанести ему тяжелый удар по ране на затылке. Но прежде чем она успела это сделать, дверь перед ней открылась и на пороге появился Лу Шаомин.

Лу Шаомин держал в одной руке бумажный пакет. Его глубокие тонкие глаза были как чернила, которые расплескались по всему телу. Он выглядел так, словно пережил ночной ветер и мороз, что придавало ему весьма внушительный вид.

Нин Цин была ошеломлена. Просто совпадение, что он попал в такую сцену.

- Сюй Цзюньси, отпусти ее, - приказал Лу Шаомин. - В его глубоком голосе не было гнева, но он произнес эти слова тяжело и властно.

Когда Сюй Цзюньси увидел, что Лу Шаомин был здесь, он обнял Нин Цин еще крепче. - Он злобно рассмеялся. “Лу Шаомин, как твои два месяца с Нин Цин могут сравниться с нашими двадцатью годами? Нин Цин любит…”

Прежде чем Сюй Цзюньси успел сказать “мне”, Лу Шаомин сделал шаг вперед и нанес тяжелый удар прямо в переносицу Сюй Цзюньси.

У Сюй Цзюнси не было другого выбора, кроме как отпустить Нин Цин. Он отшатнулся назад и упал в угол.

Нин Цин видел, как из носа Сюй Цзюньси течет кровь, но все же попытался встать. Он попытался, но неизбежно рухнул на землю. Он выглядел так, словно попал в затруднительное положение.

Ning Qing covered her mouth with her hand as she looked at Lu Shaoming. The man was still holding the paper bag in one hand and had his other hand in his pocket. His elegant demeanor did not reflect the fact that he had just hit someone.

Он был слишком быстр. Он нанес удар, и враг рухнул. Его действие было выполнено за долю секунды, и у Сюй Цзюньси не было ни выносливости, ни силы для контратаки. Он выиграл всего с одним ударом.

Это был первый раз, когда Нин Цин увидела, как Лу Шаомин ударил кого-то. Она никогда не думала, что такой человек, как он, может быть таким жестоким, но очаровательным, даже когда он дерется.

Когда она была в шоке, Лу Шаомин толкнул бумажный пакет в ее руки и сказал несчастно: “переоденься в ванной. Пойдем домой.”

По выражению его лица Нин Цин поняла, что он не в лучшем настроении. Она быстро схватила смену одежды и пошла в ванную.

…

После того, как они попрощались с Нин Чжэнгоу, они сели в машину. Лу Шаомин взялся за руль и сделал плавный поворот. Затем "Бентли" выехал на шоссе.

“Зачем ты открыл дверь, чтобы Сюй Цзюньси вошел в комнату?- Мужчина первым нарушил молчание.

“Я подумала, что это ты, и открыла дверь. Я закрыла дверь, когда увидела, что это Сюй Цзюньси, но он протиснулся внутрь. Я не так сильна, как он, я не могла остановить его”, - объяснила Нин Цин.

- Хех.- Лу Шаомин улыбнулся. “Значит, он обнял и поцеловал тебя, потому что у тебя не было сил?”

Нин Цин услышала сарказм и искоса взглянула на него. Решительное лицо мужчины выглядело довольно холодным, а его красивая челюсть-острой, как лезвие ножа.

Гнев Нин Цин закипал. “Лу Шаомин, что ты имеешь в виду? Ты думаешь, я намеренно позволила ему поцеловать меня? Что же я за человек, по-твоему? Это все твоя вина. Ты испачкал мою одежду этими нелепыми вещами, а у меня ее не было. В противном случае, я бы немедленно покинул комнату!”

Лу Шаомин искоса взглянул на нее и злобно ухмыльнулся. - Смешно, что ли? Так вот как ты описываешь наших сыновей и дочерей?”

Нин Цин, “…”

Гнев Нин Цин должен был найти себе выход. Она не сделала ничего плохого. Как он мог подозревать ее? Неужели он не понимает, как мучительны его сомнения?

Плохой парень, очень плохой.

…

"Бентли" остановился на поле у виллы. Они сидели молча, но из машины никто не вышел.

Через минуту Лу Шаомин отстегнул ремень безопасности и вышел из машины. Он обошел машину и открыл пассажирскую дверцу. Девушка была крайне рассержена, она надула щеки и хмыкнула.

- Прекрати, вылезай из машины.- Голос Лу Шаомина звучал напряженно.

- Нет, у меня болит нога. Я не могу идти дальше", - подчеркнул Нин Цин на слове "нога". Она была зла на него и хотела смутить его. Она хотела, чтобы ему было стыдно!

Лу Шаомин наклонилась, чтобы отстегнуть ремень безопасности. А потом он понес ее на руках.

- Эй!- Нин Цин сжала кулак и ударила его. Им еще предстояло помириться. Кто позволил ему нести ее?

Ее заплаканные глаза поймали его красивое лицо, но он даже не взглянул на нее. Его решительное лицо смягчилось, а поджатые тонкие губы, казалось, свидетельствовали о том, что он винит себя.

Презрение Нин Цин быстро смягчилось. Осенняя ночь была холодной, но его объятия были теплыми, и ей не хотелось уходить. Она медленно обняла его за шею и спряталась в его объятиях.

Как он мог это сделать? - Он заставил ее. Хотя он и не делал этого по-настоящему, она сдалась. Неужели он не может заставить ее чувствовать себя лучше? Куда делось его обычное джентльменское поведение?

…

Лу Шаомин положила Нин Цин на кровать в своей спальне. Затем он пошел в ванную и вернулся.

Она не поднимала глаз, и черные кожаные туфли ручной работы мужчины заполнили ее взгляд. Его рука коснулась ее белого жакета, и он начал снимать с нее одежду.

“Что ты там делаешь?- Нин Цин испугалась и забралась под одеяло, чтобы держаться от него подальше.

- У тебя ноги болят, да? Я наполнил ванну и пришел, чтобы снять с тебя одежду и отнести в душ.”

“Нет, я сама приму душ!- Нин Цин спустилась с кровати и побежала в душ. Затем она заперла дверь.

Лу Шаомин смотрел, как плотно закрылась дверь, и в его глазах читались беспомощность и нежность. Он наклонился, чтобы поставить у двери ее пару розовых пушистых туфелек. Он мягко увещевал: "хотя там есть ковер, не убегай босиком. Я оставлю твои тапочки снаружи. Надень их после душа.”

Она не ответила, и он услышал, как течет вода. Должно быть, она сейчас в ванной.

Лу Шаомин лениво прислонился спиной к стене, и его Адамово яблоко покатилось. Его горло и губы все еще были сухими.

Он закрыл глаза и вспомнил о том, что произошло на кровати раньше. Она свернулась клубочком под одеялом, благоухающая и теплая. Она была как кусок нефрита в его руке.

У нее была светлая кожа. Он взглянул на нее, и его самообладание, которым он всегда гордился, пошатнулось. Они согласились, что на самом деле не пойдут так далеко, но он превысил эти границы.

Хотя это и не произошло на самом деле, это было непростительно.

Он знал, что она не хочет этого делать. Она плакала так сильно, что вся дрожала и стонала от боли.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 99:Извлечение Бабушки

На самом деле он вообще ничего не делал, просто терся о нее и в конце концов бесконтрольно испачкал – очень извращенный и непристойный поступок.

Это был действительно плохой опыт, единственный и неповторимый в жизни Лу Шаомина. На самом деле его мало заботили любовь и желание. Он потратил свои первые 30 лет энергии на свою карьеру и не было много времени, чтобы флиртовать вокруг. Кроме того, не было ни одной женщины, которая могла бы привлечь его внимание; он был довольно равнодушен.

Она попалась ему на глаза три года назад. Она не была такой мелочной и кокетливой, как эти благородные дамы. Она была яркой, умной, храброй и полной жизненных сил.

Когда они снова пересеклись, она вела очень плохую жизнь, но у нее была цепкая жизненная сила, как у колышущейся на ветру травинки – такая упрямая, такая жалкая.

Впервые в жизни он хотел взять женщину под свое крыло и состариться вместе с ней.

Но сегодня она его подвела.

Возможно, он был еще более разочарован собой; несмотря на 30 лет богатого жизненного опыта, он все еще должен был поставить фальшивое шоу с ней перед Сюй Цзюньси. Какое глупое и ребяческое поведение.

Он думал, что раз он был на 10 лет старше ее, то этого будет достаточно, чтобы приспособить ее с изяществом и широким умом, и ждать ее медленно. Однако он обнаружил, что не может этого сделать. Он стал мелочным и чувствовал, что существование Сюй Цзюнси раздражает его.

Возможно, ему нужно было успокоиться.

СТШ

В это время из ванной доносилось болезненное шипение девушки

“Что случилось? А где это болит?- Лу Шаомин был напряжен, и его хриплый голос был полон напряжения.

Нин Цин сидела в ванне, полной лепестков и молочной пены. Она обхватила себя руками за грудь и слегка изогнула брови. В груди у нее было очень больно, а плечи-очень сильно. Он укусил ее и прорвал кожу.

Может, это был щенок?

Он только умел кусаться.

“Это ты во всем виноват!- Пробормотала Нин Цин и надула губы, услышав его голос.

Губы Лу Шаомина скривились в насмешливой улыбке, и он сказал: “Да, да. Это все моя вина. Я не буду прикасаться к тебе в будущем, хорошо? После паузы он сказал: "Нин Цин, просто быстро прими ванну и встань. Только не простудитесь. Я должен идти.”

- Тебе надо идти?

Нин Цин навострила уши - Лу Шаомин действительно ушла.

Нин Цин тут же почувствовала раздражение. Ее маленькая ручка в отчаянии ударила по воде, и молочная пена Расплескалась повсюду.

Это Же Лу Шаомин! Она позволила ему дотронуться до себя и потереться об нее, а теперь он просто сказал: “Не буду трогать тебя.” Что именно он имел в виду?

Как это раздражает!

- Хм.

…

Когда Нин Цин проснулась на следующее утро, Лу Шаомин уже ушел.

Она спустилась вниз, чтобы увидеть, что Чжу жуй привел Юэ Ваньцин на виллу. Нин Цин была в восторге, увидев свою мать, и она подбежала и сказала: “Мама, почему ты здесь?”

Юэ Ваньцин взяла маленькую руку дочери и рассмеялась. - Цинцин, Шаомин позвонила мне вчера вечером и рассказала о бабушке. Шаоминг сказала, что вы, ребята, привезли сюда бабушку, и я должна приехать, чтобы заботиться о ней, чтобы наша семья могла счастливо воссоединиться. Я задумался на мгновение и почувствовал, что Шаоминг была права. Секретарь Чжу заехал за мной сегодня утром, и вот я здесь.”

Лу Шаомин позвонил ее матери. Ну почему она не знает?

- Да, мадам. Президент уже связался с авторитетным специалистом по мозгу в Великобритании, чтобы лечить бабушку. Он должен был приехать около полудня. Если бабушка будет жить здесь, ей будет легко ухаживать за ней, и президент знает, что мадам всегда хотела быть со своей семьей. Это хорошо, убить двух зайцев одним выстрелом", - сказал Чжу жуй.

Лу Шаомин уехал вчера вечером. Нин Цин чувствовала себя подавленной всю ночь и имела много обиды в своем сердце.

Но после того, как она выслушала Чжу жуя, обида мгновенно рассеялась, и сладость закипела в ее сердце без всякой видимой причины.

Привезя маму сюда, связавшись с авторитетным специалистом по мозгам-он спокойно все для нее устроил. Ей не нужно ни о чем беспокоиться.

Он даже принял во внимание ее настроение и позвал ее бабушку и маму, чтобы они сопровождали ее, чтобы сделать ее счастливой.

Что же это был за человек?

Когда он уходил вчера вечером, она думала о двух вариантах. Во-первых, он мог быть... недоволен ее телом. Во-вторых, он чувствовал, что она плохо ему служила.

В этом мире было много таких людей. Они бы заскучали и больше не лелеяли после того, как получили то, что хотели.

Она думала, что он был таким же. Она думала, что он больше не любит ее.

Но сейчас он был так добр к ней. О чем он только думает?

…

За рулем сидел Чжу жуй, а сзади разговаривали Нин Цин и Юэ Ваньцин.

- Мам, а что случилось три года назад? Почему все они сказали, что это ты столкнул бабушку с лестницы?”

Юэ Ваньцин выглядел потерянным и грустным. - Цинцин, ты должна верить маме! Я бы не стал сталкивать бабушку с лестницы. Вообще-то, я тоже не знаю, что происходит. Три года назад, в полдень, мы с бабушкой стояли на лестнице и разговаривали. Сначала бабушка была в порядке, но потом у нее вдруг закружилась голова и она упала с лестницы. Я потянулась к бабушке, но не смогла ее схватить.

- Бабушка была отправлена в больницу без сознания. Домашняя прислуга обвинила меня. Она сказала, что видела, как я столкнул бабушку с лестницы. Твой отец был в ярости и заставил меня подписать бракоразводное соглашение.”

Нин Цин была озадачена. Почему у бабушки вдруг закружилась голова?

Была ли она больна, или это было вызвано наркотиками?

Если все это было задумано Мейлингом, то ей нужно было не только накачать бабушкину еду лекарствами, но и вступить в сговор со слугами. Если это было правдой, то ли Мэйлин, похоже, долгое время контролировал задний двор семьи Нин.

- Мама, ты помнишь служанку, которая свидетельствовала против тебя?”

“Это был Сяо Цуй.”

Сяо Цуй?

Ning Qing still had some impressions of Xiao Cui, who has been in the Ning family for more than 10 years. Xiao Cui had worked in the Ning household for a long time, but she didn’t see Xiao Cui when she went to the Ning family home yesterday.

Ning Qing could confirm that Xiao Cui had been directed by Li Meiling.

Что же ей теперь делать? Мозг Нин Цин работал на полной скорости.

…

По прибытии в дом семьи Нин, Нин Чжэнго лично помог бабушке выйти из двери виллы. Только когда Нин Цин забрал бабушку, он смог поехать в Гуан Цин, чтобы подписать контракт, поэтому Нин Чжэнго не хотел делать никаких ошибок.

Чжу жуй открыл дверь, и Нин Цин подцепила Юэ Ваньцин за руку, когда она вышла из машины.

Нин Чжэнго не видел Юэ Ваньцин уже три года, и он был потрясен, когда увидел ее.

Юэ Ваньцин была идеальной красавицей, когда она была молода. Хотя она выросла в сиротском приюте, она была хорошо воспитана в семье Нин. Ее нежная и добродетельная натура, внутренняя чистота и доброта не позволяли прошедшим годам оставить след на ее лице. Она была нежна и грациозна.

Для Нин Чжэнго, который привык к образу жизни Ли Мэйлин, который был настолько сладким, что казался жирным, Юэ Ваньцин была как дуновение весеннего ветерка. Она была словно свежесть, одолевающая его.

Юэ Ваньцин также заметил Нин Чжэнго. Она была потрясена и отвела взгляд.

Увидев, что Нин Чжэнго пристально смотрит на ее мать, Нин Цин молча шагнула вперед, закрывая подглядывающие глаза Нин Чжэнго. - Бабушка, мы с мамой приехали, чтобы забрать тебя.”

- Вот это здорово, Цинцин! Бабушка уже давно тебя ждет.- Бабушка тут же оторвалась от Нин Чжэнго и побежала к Нин Цин.

Глаза Юэ Ваньцин наполнились горячими слезами, как только она увидела бабушку. Она взволнованно взяла бабушку за руку и дрожащим голосом воскликнула:”

- Мам? А ты кто такой?"Бабушка не помнила Юэ Ваньцин.

Ли Мэйлин стоял позади Нин Чжэнго. Прошлой ночью, после всего, что случилось, Нин Чжэнго предупредил ее, чтобы она больше не причиняла неприятностей. Она не осмеливалась заговорить, потому что не хотела вываливать на него всю правду.

Но только что, Нин Чжэнго смотрел прямо на Юэ Ваньцин. Они флиртовали друг с другом через их пристальные взгляды. Она могла только стиснуть зубы от ненависти.

Мужчины все такие были. Тогда Нин Чжэнго не нравилось, что Юэ Ваньцин была слишком женственной и недостаточно открытой в постели. Так что Нин Чжэнго был соблазнен, когда он встретил ее, и ему нравилось запутываться с ней и играть со всеми видами трюков с ней в постели.

Теперь, когда он играл с ней слишком долго и не прикасался к этой закуске Юэ Ваньцин в течение трех лет. Нин Чжэнго снова хотела Юэ Ваньцин.

Ли Мэйлин была так полна ненависти, и когда бабушка не помнила Юэ Ваньцин, она наконец нашла возможность открыть рот и быстро рассмеялась: “Бабушка, ты забыла о старшей сестре? Разве ты забыл, как упал с лестницы?”

Когда бабушка услышала “упал с лестницы", она вздрогнула. Она испугалась и спряталась за спину Нин Цин.

“Мама."Сердце Юэ Ваньцин болело так сильно, что слезы в ее глазах продолжали падать.

- Тетя ли, если вы не хотите, чтобы мы забирали бабушку, вы можете сказать нам ясно, и мы можем вернуться завтра, но права на развитие земли... - Нин Цин посмотрел на Нин Чжэнго.

Выражение лица Нин Чжэнго помрачнело. - Крикнул он ли Мэйлингу. “Достаточно. Меньше говорить. Если ты все испортишь, нам всем придется спать на улице.”

После этого Нин Чжэнго снова посмотрел на Юэ Ваньцина. Его лицо было напряжено, и он, очевидно, не мог забыть инцидент на лестнице три года назад. - Ваньцин, я надеюсь, что ты сможешь лучше обращаться с бабушкой, когда вернешь ее на этот раз. Старая мадам невиновна. Бабушка была превращена в это состояние тобой, тобой…”

“А я и не знал!- Юэ Ваньцин прервал Нин Чжэнго ясным голосом. Ее лицо было покрыто слезами, но глаза оставались открытыми и твердыми. - Бабушку я не толкал!”

“…” Ning Zhenguo was shocked, Yue Wanqing had always been as tender as water in front of him. This was the first time she had spoken to him so loudly in 30 years.

Юэ Ваньцин искоса взглянула на бабушку. Она шагнула вперед и задохнулась, когда спросила: "Мама, ты помнишь меня? Я Ваньцин, твой любимый Сяо Низи.”

У бабушки был только сын, Нин Чжэнго, в ее жизни и не было дочерей, поэтому, когда она принесла Юэ Ваньцин из приюта, она считала Юэ Ваньцин своей собственной и воспитывала ее сама.

Когда Юэ Ваньцин была ребенком, у нее была высокая температура и головная боль. Бабушка не спала всю ночь, держа в руках Юэ Ваньцин. Она позвала” Сяо Низи " с любовью.

- Сяо Низи?- Бабушка посмотрела на Юэ Ваньцин пустым взглядом. На ее старые глаза навернулись слезы. - Ваньцин? Моя добрая дочь!”

“Да, мам, я Ваньцин. Я же твоя дочь.- Юэ Ваньцин бросилась в объятия бабушки.

С тех пор как бабушка упала с лестницы три года назад, Нин Чжэнго не позволял Юэ Ваньцин видеть бабушку. Мать и дочь не виделись уже три года. Теперь, когда они обнимались и плакали, сцена была трогательной.

Нин Чжэнго был ошеломлен. Он и не подозревал, что у бабушки были такие глубокие чувства к Юэ Ваньцин.

- Не плачь, мама. Сначала отвези бабушку в машину. Мне нужно кое-что сказать.- Нин Цин, говоря это, обняла мать за плечи.

“В порядке.- Юэ Ваньцин ослабила объятия бабушки и повела ее к машине.

Когда дверца машины закрылась, Нин Цин посмотрела на Ли Мэйлин и сказала с улыбкой: “тетя ли, я помню, что в нашей семье был слуга по имени Сяо Цуй. А где она сейчас?”

Глаза ли Мэйлин вспыхнули, когда она услышала имя "Сяо Цуй", но вскоре она успокоилась. - Цинцин, Сяо Цуй покинул семью Нин три года назад. Ее родители в деревне нашли ей мужа. Ей уже за 30 лет, и я предполагаю, что она уже должна была выйти замуж и иметь детей. Цинцин, чего ты хочешь, спрашивая о Сяо Цуй?- Спросил ли Мейлинг.

- О, - ответила Нин Цин, Как будто что-то поняла. Она сказала со смехом: "разве Сяо Цуй не свидетельствовал, что моя мать столкнула бабушку с лестницы три года назад? Но, как вы только что видели, отношения между моей матерью и моей бабушкой похожи на отношения матери и дочери. Слишком много людей в этом мире были ослеплены непониманием и заговором, но семейные отношения никогда не изменятся.

“Моя мать никогда не столкнет мою бабушку с лестницы, так что я собираюсь противостоять Сяо Цуй на месте. Это не имеет значения, если Сяо Цуй уехал в деревню. - Я найду ее. Спасибо, тетя Ли, До свидания.”

Нин Цин даже не взглянула на Нин Чжэнго. Она повернулась и пошла к машине.

Чжу жуй завелась, и машина умчалась прочь.

Нин Чжэнго посмотрел вслед удаляющейся машине и почувствовал легкую тревогу и печаль. Его жена и дочь, которые раньше были так привязаны к нему, теперь даже не удостоили бы его взглядом.

Даже его мать уехала.

Когда Ли Мэйлин увидела, что Нин Чжэнго все еще смотрит на них, ее глаза вспыхнули злобой, но она мягко и кокетливо улыбнулась и сказала: “Чжэнго, бабушка и старшая сестра ушли. Давай зайдем внутрь.”

- Она интимно сжала руку Нин Чжэнго.

Нин Чжэнго снова посмотрел на Ли Мэйлин. Это была нежная улыбка, но когда Ли Мэйлин улыбнулась, вокруг ее глаз появились глубокие морщины, как будто она притворялась любящей.

Смех Юэ Ваньцин был легким и ясным. Ее чистые глаза были похожи на рябь осенних озер; они были полны нежности и заставляли людей чувствовать себя комфортно.

Отвращение поднялось в сердце Нин Чжэнго. Он снова стряхнул руку ли Мэйлин и с неудовольствием сказал: "в будущем тратьте меньше денег на гиалуроновые кислоты в салонах красоты. Посмотрите на Юэ Ваньцин, она не потратила ни цента, но все еще выглядит моложе вас. А тебе в этом году уже 45 лет. Не носите такой тяжелый макияж снова. Посмотри, какое у тебя жесткое и уродливое лицо.”

Нин Чжэнго вошел в виллу.

Ли Мэйлин так разъярилась, что у нее перехватило дыхание. Макияж на ее лице был очень нежным, верно? Он часто говорил, что ему больше всего нравится ее слегка припудренный вид, что она красивая актриса.

Но теперь, посмотрев на Юэ Ваньцин, он унизил ее вот так?

Отлично, Юэ Ваньцин, Нин Цин: подожди и увидишь!

…

В машине Чжу жуй посмотрел на Нин Цин через зеркало заднего вида и сказал: “Мадам, почему вы только что рассказали ли Мэйлин о Сяо Цуй? Весьма вероятно, что столь опрометчивые действия насторожили бы врага.”

Губы Нин Цин изогнулись, когда она спокойно улыбнулась. - Вот именно, я хочу предупредить врага! Единственный ключ, который мы имеем о том, что произошло три года назад, - это Сяо Цуй, но Ли Мэйлин определенно скрыл бы Сяо Цуй очень хорошо. Нам было бы трудно что-либо выяснить. Теперь, когда я предупредил врага, нечистая совесть ли Мэйлин наверняка заставит ее сделать шаг. Нам просто нужно отследить Сяо Цуй, следуя подсказкам, и мы можем подождать, пока ли Мэйлин откроет свои недостатки по своей собственной инициативе.”

Чжу жуй посмотрел на Нин Цин с искренним восхищением. В его глазах мадам была очень умной девушкой. Она была стратегом и отважилась на все это.

- Мадам, президент распорядился, что если у вас что-то есть, вы можете просто сказать мне, что делать. Не хотите ли вы послать кого-нибудь следить за каждым шагом ли Мэйлин, включая ее телефонную активность?”

Глаза Нин Цин сияли; у нее всегда было такое намерение.

Но она была слишком смущена, чтобы просить об этом. Чжу жуй был подчиненным Лу Шаомина,и она поссорилась с Лу Шаомином только вчера.

Неожиданно Лу Шаомин уже все уладил.

- Да, давайте сейчас же пошлем кого-нибудь присматривать за Ли Мэйлин. Я думаю, что она скоро начнет действовать.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 100:Подбадривание

- Хорошо, Мадам.- Чжу жуй кивнул.

Ее бабушка на заднем сиденье с любопытством оглядывалась через окно машины. Она не выходила в свет уже три года и находила все это интересным.

- Цинцин, а где Цзюньси? Почему здесь нет Цзюньси?- Бабушка вдруг обернулась и спросила Нин Цин.

Услышав имя Сюй Цзюньси, Нин Цин почувствовала себя беспомощной. Она и Лу Шамо были в плохих отношениях из-за этого человека.

- Бабушка, Цзюньси очень занята. Пожалуйста, не поднимайте его снова. Он и я ... " - Нин Цин тщательно взвешивала ее слова и организовывала свою речь, тактично объясняя.

Юэ Ваньцин выглядела шокированной. - Цинцин, почему бабушка все еще говорит о Сюй Цзюньси? Вчера вечером ты привел домой Лу Шаомина. Разве ты не познакомил Лу Шаомина с бабушкой?”

- Я... - затем Нин Цин почувствовала себя оскорбленной. Она рассказала маме о том, что произошло накануне вечером. Конечно, это не включало в себя то, что они делали в постели.

- Чепуха какая-то!- Лицо Юэ Ваньцин стало серьезным, когда она торжественно отчитала Нин Цин.

- Мама, не будь такой жестокой со мной. Я не сделал ничего плохого.…”

- Цинцин, разве ты не поступила неправильно? Позвольте мне спросить вас. Если бы вы пошли в дом Лу в первый раз, и у Лу Шаомина тоже была бывшая невеста. Бывшая невеста случайно оказалась там. А потом Шаоминг сделал то же самое, что и ты. Он притворялся, что влюблен в свою бывшую невесту раньше своей бабушки, но вы жена Шаомина, и вы могли только стоять и смотреть, как незнакомец. Вы бы чувствовали себя комфортно с этим?”

Нин Цин внезапно растерялась, не находя слов. Она определенно будет чувствовать себя неловко!

Как только она представила себе его с бывшей невестой, она забеспокоилась. Она делала дикие предположения о тех интимных вещах, которые они делали раньше. Она будет ревновать. Она будет несчастна.

Юэ Ваньцин посмотрела на плотно сдвинутые брови своей дочери и поняла, что это была ее ответственность. Когда ее дочери исполнилось восемнадцать лет и она была в своем первом расцвете любви, она стала свидетельницей неудавшегося брака своих родителей. Затем ее дочь упорно трудилась в течение трех лет, чтобы заработать деньги, и ее отношения с Сюй Цзюньси пошли вниз-на юг. Она не знала, как любить.

- Цинцин, а теперь ты понимаешь, что сделала не так?"Юэ Ваньцин думала, что ей необходимо было поговорить со своей дочерью в глубине души. “У тебя была бывшая невеста, и все мужчины были бы против этого. Твоя бабушка-это твой любимый человек. Представляя личность Шаомина перед вашей бабушкой, вы уважаете его. Это привилегия, которой он должен пользоваться.”

"Но, Сюй Цзюньси и я уже прошли. Почему он не может поверить в меня...” - Нин Цин беспокойно потерла руки перед собой.

“Что ты сделал, чтобы заставить Шаомин поверить, что Сюй Цзюнси и ты покончили с этим? Это нельзя показать простыми словами. Вы должны показать ему свои действия. То, что произошло вчера вечером, Шаомин только видел, что Сюй Цзюньси спас вас, и вы все еще поддерживаете свои отношения перед бабушкой.”

- ...Ладно, Нин Цин признала свою вину.

Эти двое знали друг друга уже два месяца, и Сюй Цзюньси был связан с ней. Она чувствовала себя великодушной и думала, что нет никакой необходимости объяснять. Однако, с точки зрения Лу Шаомина, все может быть не так ясно.

- Мама, я не представила Шаомин, потому что боялась, что бабушка будет спровоцирована. Я боюсь, что бабушка не сможет принять его. Я хочу найти другой подходящий шанс.”

"Глупая девочка, - Юэ Ваньцин держала свою дочь за руку, - бабушка любит тебя. Кто бы тебя ни любил, твоя бабушка тоже его полюбит. Бабушке нужно время. Шаоминг должен знать, что тебе не все равно. Ты все усложнил. Как и я, когда Шаоминг внезапно пришел и назвал меня "Мама", я все равно приняла его в конце концов.”

“Я... раньше он таким не был. Он никогда не спрашивал о Сюй Цзюньси. Он очень нежен со мной. Так нежно, что я думала, он никогда не рассердится.”

- Цинцин, - Юэ Ваньцин притянула дочь в свои объятия. Она ласково расчесала волосы дочери и сказала: "Не важно, насколько хорошо осведомлен или начищен мужчина, он все-таки мужчина. Если бы человек действительно любил вас, он был бы таким же, как и любой другой обычный человек там; он хотел бы обычной, но продолжительной любви. Он будет узколобым и ревнивым.

- МММ, - кивнула Нин Цин. Она, казалось, понимала и в то же время не понимала.

- Цинцин, ты уже не молода. Все, что вы делаете, вы должны научиться ставить себя на место кого-то другого. Вы должны научиться быть внимательными и сострадательными. Когда Шаоминг стояла у двери прошлой ночью, ты просто позволила ему уйти. Вы подумали о том, что подумает Сюй Цзиньси, вы подумали о том, что подумает Шаомин?”

Мм ... с точки зрения Сюй Цзюньси, казалось, что она все еще любит его, поэтому он стал гордиться. О да, на балконе Сюй Цзюньси разговаривал с Лу Шаомом.

Нин Цин легко догадалась, что он сказал. Должно быть, он насмехался над Лу Шаомом.

На самом деле она была женой Лу Шаомина. Кто такой, черт возьми, Сюй Цзюньси? Как он мог кричать раньше Лу Шаомина? Это все ее вина.

Она беспомощно поддержала высокомерие Сюй Цзюньси. Именно она сделала Лу Шаомина неуверенным и неуверенным в себе.

Неудивительно, что он потерял контроль, когда они вошли в комнату.

И, музыкальная шкатулка была подарком от Сю Цзюньси, и он мог полностью сказать, но она лгала. Хотя он и не призывал ее к этому, он, должно быть, был совершенно разочарован ею.

- Цинцин, влюбиться очень легко. В этом мире нет никого, кто относился бы к тебе хорошо без всякой причины. Точно так же нет никого, кто бы молча вносил свой вклад, но не надеялся на возвращение такой же любви и заботы. Шаоминг очень добр к тебе, и я вижу это своими собственными глазами. Самое счастливое, что может случиться с женщиной в ее жизни, - это встретить мужчину, который ее любит. Так совпало, что ты тоже его любишь.”

…

Они вернулись в чайный павильон, и престижный нейрохирург из Великобритании, доктор Аарон, приехал, чтобы сделать серию проверок для бабушки.

- Миссис Нин, после обследования в голове пациентки образовался тромб, который вызвал давление на ее нервы. Это может быть главным фактором, почему пациент находится в бессознательном состоянии.”

“Есть ли какое-нибудь доступное лечение?- С тревогой спросила Нин Цин.

- Сгусток крови находится слишком близко к черепному нерву пациента. Если она перенесет операцию, то будет фактор риска семь. Мне нужно будет обсудить со своей командой план операции.”

- Мм, Спасибо, доктор Аарон. Кроме того, моя бабушка, возможно, приняла лекарство, которое привело к головокружению три года назад. Можно ли это проверить сейчас?”

Профессор Аарон неуверенно покачал головой. “При обычных обстоятельствах мы бы тоже не смогли, как три года назад. Но я возьму немного крови на анализ. Мы дадим ему попробовать.”

Затем профессор Аарон ушел. Бабушка мучилась весь день, поэтому Юэ Ваньцин приготовила ее ко сну. До ужина Чжу жуй попрощался и ушел.

Перед ужином Нин Цин достала свой телефон и, глубоко вздохнув, позвонила Лу Шаомину.

“Эй.- На другом конце провода послышался глубокий магнетический голос мужчины.

- Привет, Шаомин.- Нин Цин опустила взгляд на свою розовую туфельку и покраснела. - Во сколько ты вернешься домой? Я подожду тебя, чтобы мы могли поужинать вместе…”

Накануне вечером они поссорились, и она взяла на себя инициативу позвонить ему и помириться.

Он молчал в течение трех секунд и ответил: “Не ждите меня. Идите и ешьте. Мне нужно присутствовать на ужине.”

А на какой ужин ты пойдешь?

Нин Цин почувствовала себя неловко после того, как он отверг ее.

Затем в трубке раздался еще один мужской голос. “Это редкость, что молодой господин Лу хочет присутствовать на обеде. Ишуан, моя младшая дочь. Все это время она благоговела перед молодым господином Лу. Ишуан, поторопись и налей молодому мастеру Лу чего-нибудь выпить.”

Затем Нин Цин услышала очень нежный, но мягкий женский голос. Она считала, что женщина должна быть совсем юной, вероятно, лет двадцати, дочерью богатой семьи.

Ning Qing didn’t know what to do.

“А еще что-нибудь есть? Если нет, я положу трубку. Ложись пораньше, - сказал мужчина по телефону.

- О, - Нин Цин вернулась к реальности и ответила. Затем она услышала, как он повесил трубку.

Юэ Ваньцин принесла миску и палочки для еды к обеденному столу. Она посмотрела на спину дочери и спросила: “Цинцин, Шаомин вернется сегодня вечером?”

Нин Цин обернулась и сделала вид, что улыбается: "мама, Шаомин больше не вернется. Он должен присутствовать на ужине.”

Юэ Ваньцин не думал много, но увещевал: "человек больше всего устает, когда они должны развлекать своих клиентов. Цинцин, не ложись сегодня рано спать. Подождите, пока не придет Шаомин. Если он вдруг напьется, сварите ему миску супа, чтобы протрезветь. Он, вероятно, не будет много есть за обедом. Спросите, не голоден ли он, и приготовьте ему миску лапши.”

- МММ!- Нин Цин кивнула.

…

Нин Цин ждала до десяти вечера. Она сидела на диване в гостиной и читала сценарий одного из своих проектов. У нее был двухдневный перерыв,и она собиралась сделать его рано утром.

Затем она услышала, как открылась дверь. Вошел Лу Шаомин.

Он был одет в синюю рубашку и серые облегающие брюки. На нем не было галстука, и рубашка была слегка расстегнута. Это был обычный костюм с четырьмя пуговицами. Он выглядел очень красивым.

Его глаза были ясными и яркими, и он не выглядел пьяным. Он поднял глаза и увидел ее в гостиной. Он прислонился к входной двери и переоделся в домашние тапочки.

Нин Цин быстро встала и подошла к нему. - Шаоминг, ты дома!- Она помогла ему расстегнуть костюм.

Лу Шаомин не отказал ей. Он выпрямился и, глядя на ее нежное лицо, спросил: "Почему ты не спишь? Бабушка и мама уже легли спать?”

- Мм, бабушка и мама уже спят. Я не ложился спать, чтобы дождаться тебя.- В гостиной было очень тихо, и она оставила только один тусклый свет, так как боялась разбудить остальных. - Мягко и кокетливо спросила Нин Цин. В безмолвной ночи ее голос вызывал смятение в чьем-то сердце.

Лу Шаомин не удержался и снова посмотрел на нее.

Ее голова была на высоте его груди. Она встала на цыпочки, когда снимала для него костюм. Сделав это, она потерлась о его рубашку, и ее запах наполнил его нос.

- Шаоминг, а ты пила?- Тихо спросила она.

“Немного.- Он сосредоточился, глядя на ее пижаму. Это было желтое спальное платье с широким воротником, открывающим ее прекрасную ключицу. Пышные рукава были в три четверти длины, и ее предплечья были открыты. Ее руки были гладкими и маленькими.

Лу Шаомин приподнял уголки губ и улыбнулся. Он не знал, что она пытается сделать. Обычно она надевала только белую хлопчатобумажную рубашку, что было довольно консервативно. Но сейчас на ней был именно такой наряд.

Может быть, она слишком ему доверяла. Он сказал, что не прикоснется к ней прошлой ночью, и она носила его без беспокойства.

Но желтый цвет подчеркивал тон ее кожи. Она была так же красива, как если бы ей было всего шестнадцать.

Нин Цин сунул ей в руки свой костюм, и она посмотрела на него своими прекрасными глазами: “Шаомин, я не буду варить тебе никакого супа, чтобы протрезветь тебя, так как ты мало пил. Я могу приготовить тебе миску лапши, или ты можешь съесть клецки. А что ты хочешь съесть?”

Лу Шаомин почти ничего не говорил. Он положил одну руку в карман и пристально посмотрел на нее.

Нин Цин покраснела. Она приняла для него душ, и ей потребовалось много времени, чтобы подобрать правильный ночной халат. Должно быть, ему это нравится, верно?

Она знала, что поступила неправильно, и признавала себя виновной. Она не хотела, чтобы он был холоден с ней.

Она прекрасно знала, как много женщин влюблены в него. Услышав голос Ишуана по телефону, она позавидовала ему. Ей не нравилось, что он смотрит на других женщин.

Она тоже умела очень красиво одеваться. Женщины часто наряжаются для своих близких. Если ему это понравится, она сможет переодеваться для него каждый вечер.

Если только он не злится.

Она подняла руку, чтобы убрать прядь волос, упавшую ей на щеки. Нин Цин ущипнула себя за мочку уха, на ее лице застыло смущенное и нервное выражение. - Шаоминг, почему ты смотришь на меня?”

Мужчина двумя пальцами взял у нее костюм и сказал спокойно и медленно с легким упреком в голосе: “возвращайся в свою комнату и надень какие-нибудь штаны. Разве тебе не холодно так одеваться?”

Чарующее очарование исчезло в одно мгновение. Мужчина повернулся, чтобы подняться наверх. “Я не голоден, иди спать. Мне нужно работать в кабинете.”

Мужчина исчез прямо у нее на глазах, а Нин Цин все еще не оправилась от шока.

Она подбежала к входной двери и посмотрела на себя в зеркало. Она повернулась, это точно. Прекрасная фигура. Выглядит очень красиво.

Ну почему ему это не нравится?

Она намеренно спросила его, почему он смотрит на нее. Разве он не должен был ответить что-то вроде того, что она красива? Тогда она бы кокетливо ответила, что он ее раздражает. После этого он заключит ее в свои объятия. Она уже подготовила все свои реплики.

Но он сказал ей, чтобы она вернулась в спальню и надела брюки?

Когда это он стал таким невнимательным?

Бах, бах, бах!

Чего же он хочет?

Она уже опустила свое эго, чтобы подбодрить его. Он так же обращался с ней накануне вечером, но она так красиво оделась для него против следующего дня. Она носила так мало постыдно, и она боялась, что ее мама или тетя Чжан увидят. Она все делала молча, только чтобы сделать его счастливым.

Она подавила желание расспросить его об Ишуане и спросила, не хочет ли он лапши или клецок, как хорошая жена, но он ушел, сняв костюм. Он не обращал на нее внимания.

Хм, так разозлился!

…

Нин Цин был очень зол. Она топнула ногой у входной двери и только через некоторое время поднялась наверх. Она хотела вернуться в свою комнату, но вместо этого повернулась и пошла в кабинет.

Она не знала, как подбодрить этого человека. Она почти не замечает, как мужчина закатывает истерику, и никогда не думала, что будет так трудно поднять ему настроение, когда он сердится.

Она встала у двери и потянулась к дверной ручке. Затем она тихо открыла дверь.

Через щель она увидела красивого мужчину, выходящего из душа.

Лу Шаомин только что принял душ и был одет в брюки цвета хаки с белой рубашкой. Он застегнул только одну пуговицу своей рубашки, и его загорелая кожа была обнажена.

Его мускулистая фигура имела грациозные очертания, и его шесть банок пива могли заставить любого пускать слюни.

Его тело не было громоздким, как у тех, кто работал круглый год, но он имел элегантный, но изысканный вид. На нем не было ни одного лишнего куска мяса. Его широкие плечи и узкую талию можно было выгодно сравнить с любой мужской моделью.

Его волосы все еще были влажными. Одной рукой он держал полотенце, чтобы вытереть волосы.

Нин Цин покраснела при виде этого зрелища.

Она даже чувствовала настойчивое желание ниже его талии, которое было очень сильным.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 101:Что Ты Хочешь Сделать, Нин Цин?

Нин Цин хотела уйти тихо, но все шло не по плану. Когда ее маленькая ручка отпустила дверную ручку, дверь слегка скрипнула. Мужчина в кабинете внезапно повернул голову и посмотрел на нее.

Его глаза были такими же яркими и красивыми, как обсидиан, но они были также глубокими.

В этот момент Нин Цин было слишком неловко уходить, но и оставаться тоже было неловко. Ее поймали на том, что она подглядывала.

- Ха-ха.- Она только рассмеялась и помахала ему своими мягкими белыми руками через дверную щель. - Привет, какое совпадение.”

Красивое лицо Лу Шаомина было нежным,и его рот едва заметно изогнулся. Эта девушка его позабавила.

Он подошел ко мне на своих длинных ногах. Он положил свою большую руку на дверную ручку. Его красивое тело загородило дверь, когда он посмотрел на нее и спросил: “Почему ты не в постели? - Что ты здесь делаешь?”

Нин Цин уже чувствовала себя достаточно неловко, но теперь, когда она увидела, что он блокирует дверь, улыбка на ее маленьком лице застыла.

Что именно он имеет в виду под этим?

Такой крупный мужчина, как он, блокировал такую девушку, как она, словно она была воровкой, и он был в одном метре от нее. Неужели он боялся, что она вломится в дом?

Когда она нравилась ему раньше, он не хотел ничего больше, чем держаться за нее. Означало ли его отчуждение, что он все еще дуется или что теперь она ему не нравится?

В любом случае, Нин Цин чувствовала себя несчастной!

“Я смотрю на тебя!- Он игнорировал ее всю ночь нежности. У всех был вспыльчивый характер, и у нее тоже были свои собственные упрямые высокомерные истерики.

У Нин Цин было длинное выражение на ее маленьком лице, и она равнодушно посмотрела на него.

Лу Шаомин слушал и поднял свои острые брови, когда он спокойно сказал: “Хорошо, вы уже видели это сейчас. Возвращайся ко сну.- С этими словами он уже собирался закрыть дверь.

- Эй!- Глаза Нин Цин вспыхнули огнем. Одна нога скользнула в дверь. Она изогнула свое маленькое тельце и тут же втиснулась внутрь. Она стояла, прислонившись к стене.

Лу Шаомин нахмурил свои острые брови и пристально посмотрел на нее. - Ее голос был немного тяжелым, когда он спросил. - Нин Цин, что ты собираешься делать?”

Это она хотела спросить его, чего он хочет.

Нин Цин была очень зла на него. - Я не могу спать, - решительно заявила она, словно решая, умирать ей или нет. Ты сделал мне больно прошлой ночью.”

Лу Шаомин закрыл дверь. “А где это болит?

“Я знаю, что ты плохо себя чувствуешь, почему бы мне не вызвать тебе врача. Это время для вас, чтобы принять ваше лекарство.”

Время, казалось, остановилось,и Нин Цин широко раскрыла глаза.

Что. Сделал. Он. - Ну и что?!

“Лу Шаомин, не уходи слишком далеко! Я...” - Нин Цин хотела отругать его, но ее подняли за воротник пижамы, и когда дверь открылась, ее вытащили, как крошечного цыпленка.

Дверь со щелчком захлопнулась.

Нин Цин была безмолвна, " ... " Лу Шаомин! Сегодня ты проигнорировал мою любовь. Завтра я позабочусь, чтобы он был вне вашей досягаемости!

…

На следующее утро Нин Цин отправилась на съемочную площадку с двумя темными кругами под глазами. Прошлой ночью она ругала Лу Шаомина 800 раз в своем сердце и ворочалась вокруг, пока не заснула поздно ночью.

Сяо Чжоу посмотрел на нее вяло и с любопытством спросил “ " Нин Цин, что с тобой не так? Вы поссорились с молодым господином Лу?”

Нин Цин недовольно поджала губы. “Да.”

- Господи, Нин Цин, Как ты смеешь ссориться с молодым господином Лу? Кто же был тот, кто совершил ошибку?- Шокировано спросил Сяо Чжоу.

- Это же я. Это я виноват.”

- Нин Цин, тогда ты ошибаешься. Теперь, когда вы знаете, что ошибаетесь, идите и уговорите молодого мастера Лу.- Сказал Сяо Чжоу.

- Нет, ему слишком тяжело служить. Бесполезно пытаться уговорить его.”

- Нин Цин, что ты хочешь этим сказать? Не уговаривая человека такого высокого статуса, как молодой господин Лу, вы ждете, что он бросит вас в сторону? Вы должны понять, как много женщин жаждут его! Кроме того, ты уже замужем. Вы хотите отдать такого премиального мужчину, с которым вы переспали, другой женщине?- Спросил Сяо Чжоу.

Как только Нин Цин услышала это, ей показалось, что она все поняла. Если она не пойдет и не станет уговаривать своего мужа, Неужели она просто позволит другим уговаривать его?

Хотя вчера вечером он зашел с ней слишком далеко, она все еще была очень довольна и любила своего мужа.

Кроме того, она еще не спала с этим премиальным мужчиной!

Нин Цин почувствовала, что теперь ее кровь бурлит от избытка энергии. Ей предстоял долгий путь в погоне за своим мужем. Ей следовало бы больше работать.

…

Так что после того, как Нин Цин сняла целую дневную сцену, она попросила водителя сделать крюк до Гуан Цин, когда она будет возвращаться домой. Было около 5 часов вечера.

Она собиралась забрать его домой.

Когда она вошла в вестибюль отеля "Гуан Цин", люди за стойкой быстро поздоровались с ней. - Госпожа Президент, президента нет в офисе. Он уехал на деловой ужин, разве президент вам не сказал? Всем званым обедам нужна девушка-компаньон, президент…”

Дама за стойкой поняла, что совершила ошибку, и быстро замолчала.

Лицо Нин Цин на мгновение застыло, но она быстро пришла в себя. Она поблагодарила ее, оставила Гуан Цин и села в машину.

Глядя в окно, Нин Цин чувствовала себя немного мрачно. Что за званый ужин? Какую девушку он привез с собой?

- Водитель, повернись, я хочу поехать в... - Нин Цин дала водителю адрес, который она получила от стойки регистрации. С таким же успехом она могла бы пойти и посмотреть его сама, вместо того чтобы гадать об этом здесь.

Как только возникает недоразумение, оно должно быть немедленно устранено. Она не хочет, чтобы это гноилось в ее сердце.

…

The problem arose when Ning Qing went to the banquet hall. There was a security guard at the door, checking for invitation cards. She had arrived uninvited and had no invitation card.

Что же ей теперь делать?

- Мисс, пожалуйста, покажите мне вашу пригласительную карточку.”

Нин Цин смущенно улыбнулась. Она моргнула своими парой невинных глаз и умоляла: "брат по безопасности, у меня есть пригласительный билет, но я опаздываю, но мой компаньон внутри. Охранник брат, пожалуйста, приютите меня и впустите.”

Охранник выглядел очень виноватым. “Мне очень жаль, Мисс. Я не могу впустить тебя без пригласительной карточки. Таково правило. - А! ”

Нин Цин вбежала, когда охранник не обращал на нее внимания.

Охранник выполнял свою работу по всем правилам. Сколько бы она ни говорила с ним, все ее усилия будут тщетны. С таким же успехом она могла бы вломиться и найти Лу Шаомина.

Войдя в зал, Нин Цин заметила Лу Шаомина.

Его красивая фигура всегда была в центре внимания. Найти его было слишком легко.

Он стоял у окна вестибюля и разговаривал с несколькими мужчинами. Яркий закат за окном покрыл его сказочным золотом. Его скульптурная красота и благородный темперамент заставляли многих женщин вокруг него тайно наблюдать за ним и восхищенно смотреть на него.

Он также стоял рядом с девушкой в розовом платье. Ей было около 20 лет, молодая и красивая.

Эти двое стояли рядом и очень хорошо подходили друг другу. Они были похожи на благородную пару, созданную друг для друга.

Первой мыслью Нин Цин было то, что именно эта девушка налила ему вчера вечером вина...и Шуан.

Ее шаги совершенно стихли.

По дороге сюда она никогда не думала, что он действительно приведет с собой девушку-компаньонку.

Она думала, что он просто капризничает. Вчера она уговаривала его, а он подшучивал над ней. На самом деле, это было хорошо, она была неправа, так что он мог игнорировать ее.

Но как он мог привести других женщин на званый обед?

Как раз в этот момент охранник подошел к ней и сказал: “Эй, Мисс, вы не можете быть здесь!”

Нин Цин почувствовала, как ее левое плечо похолодело, когда ее розово-красный вязаный кардиган был разорван охранником. Ее светлая и нежная кожа была обнажена.

Шум здесь быстро привлек всеобщее внимание, и все посмотрели на нее, один за другим.

- Ух ты... - невольно выдохнул какой-то незнакомый человек. Все взгляды мужчин упали ей на плечо. - Эй, а это не Нин Цин? Это действительно богиня нового поколения. Посмотри на ее прекрасную, гладкую кожу, она как молоко. Но как она попала сюда и выглядела такой несчастной?”

Нин Цин протянула руку, чтобы натянуть свой маленький кардиган и попыталась прикрыть свое маленькое плечо, но охранник слишком сильно потянул за него, и она не могла сдвинуть его.

Она посмотрела через зал, где было несколько знакомых лиц. На самом деле ей было нетрудно уйти, она могла просто притвориться чьим-то партнером.

Но она не открывала рта, ее обычные восьмигранные изящные черты лица были несколько восхищены в этот момент, потому что Лу Шаомин смотрел на нее издалека.

Она никогда не видела его таким холодным. Его темные узкие глаза были такими же холодными и свирепыми, как ночной мороз. Он так пристально смотрел на нее.

И что и Шуан смотрел на нее с жалостью.

Ха, смешно.

- Старшая сестра ... - раздался знакомый голос, и подошла Нин Яо.

Нин Цин рассмеялась еще громче в своем сердце. Какой сегодня был хороший день. Все виды коров, призраков, змей и богов собрались вместе.

Нин Яо вышел вперед, интимно взял Нин Цин за руку и отчитал охранника: “это моя сестра. Мы приехали сюда вместе. Поторопись и отпусти мою сестру!”

Охранник посмотрел на Лу Шаомина, оказавшегося в затруднительном положении.

Лу Шаомин стоял высокий и красивый, его лицо было спокойным и холодным. Его узкие глаза были мрачными и свирепыми, когда он посмотрел на руку охранника, которая коснулась Нин Цин.

От взгляда Лу Шаомина по спине охранника пробежал холодок. Он быстро ослабил свою хватку на Нин Цин и отвернулся.

Нин Цин спокойно поправила свой маленький кардиган и сорвала с губ элегантную улыбку. Она опозорилась перед Лу Шаомином и была спасена Нин Яо. За последние три года у нее редко бывали такие неловкие моменты.

- Сестра, почему ты сегодня здесь? Вы получили это приглашение? Вы пришли сами по себе? Все присутствующие на обеде-богатые дворяне…”

Смысл слов Нин Яо заключался в том, что Нин Цин не был богатым дворянином и не имел права на получение приглашения.

Взгляды, которые падали на Нин Цин в зале, были слегка презрительными. Нин Цин посмотрела на Нин Яо с улыбкой и сказала: “Да, наше письмо-приглашение для семьи Нин было забрано вами три года назад. Конечно, только ты был приглашен на этот званый обед.”

Лицо Нин Яо сильно изменилось. Нин Цин спокойно напомнила всем о своем позорном прошлом.

Теперь все недобрые взгляды на Нин Цин быстро переместились на Нин Яо.

В это время, организатор вечеринки вышел, чтобы сгладить ситуацию, чтобы убедиться, что каждый может иметь приятную еду, так что все взгляды рассеялись.

Нин Яо стояла перед Нин Цин и настраивала свое настроение. Выражение ее лица было гордым и довольным. - Сестра, вчера моя семья и семья Сюй договорились о дате свадьбы. Мы с цзюнси скоро поженимся. Ты должна прийти на нашу свадьбу века, сестра.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 102:Она Ударила Молодого Мастера Лу

Нин Цин взяла бокал красного вина со стола рядом с собой. Она изящно покачивала бокалом вина в своей руке и красиво улыбалась. “Конечно. Когда Яояо женится, как твоя сестра, как я могу отсутствовать и не давать тебе своего благословения? Я определенно буду там, чтобы пожелать вашему браку быть несчастливым!”

Лицо Нин Яо помрачнело, когда Нин Цин только что проклял ее брак. Однако она не рассердилась, а только рассмеялась. Она посмотрела на Лу Шаомина, который был рядом. - Сестра, а кто эта девушка рядом с молодым господином Лу? Станет ли она новой любовницей молодого господина Лу? Молодой господин Лу привел своего нового любовника на обед, но забыл о тебе? Сколько уже дней прошло? Вы уже впали в немилость?”

Нин Цин сделала глоток красного вина и сказала лениво и холодно: "если Яояо так говорит... несколько дней назад в доме семьи Нин я забыла поблагодарить твою невесту за то, что она спасла меня. Да. Как тебе травма генерального директора Сюя на голове? Он истекал кровью ради меня.”

- Это ты!- Нин Яо был в полном недоумении. Казалось, что она никогда не сможет превзойти Нин Цин в словесном споре.

Нин Цин сверкнула снисходительной ухмылкой в сторону Нин Яо. Она повернулась, чтобы уйти.

- Сестра, куда ты собралась?- Спросила Нин Яо.

Нин Цин продолжала идти, когда она повернулась и подняла указательный палец на Нин Яо. - Пойдем, я собираюсь выпить с молодым господином Лу. Пойдем, если ты считаешь себя достаточно храбрым.”

Нин Яо была ошеломлена на месте, когда она наблюдала, как красивая спина Нин Цин уменьшилась в отдалении. В глубине души она была поражена.

Люди, стоявшие вокруг молодого мастера Лу, были все из влиятельных и богатых семей. Нин Цин была в затруднительном положении, и у нее хватило мужества поднять тост. Разве она не была расстроена, глядя на его новую любовницу?

У ее сестры было мужество.

…

Нин Цин подошел к Лу Шаомину. Когда она приблизилась к нему, знакомый звук его глубокого магнетического голоса проник в ее уши. Он разговаривал с несколькими мужчинами, а девушка стояла рядом с ним, как маленькая птичка, полагаясь на него.

- Молодой господин Лу, - сказала она, подойдя к нему. Ей было все равно, даже если бы она прервала их разговор. Она только подняла свой бокал и кокетливо улыбнулась. - Тост за тебя.”

Лу Шаомин сунул руку в карман и повернулся, чтобы посмотреть на нее. Его красивое лицо было холодным, а тонкие губы вытянулись в прямую линию, которая выглядела довольно несчастной.

He didn’t speak.

Рядом с Лу Шаомом сидел человек, который присутствовал на банкете Гуан Цин, и он знал, кто такая Нин Цин. Мужчина знал, что Лу Шаомин был не в лучшем настроении. Когда телохранители натянули ее куртку ранее, вены на Лу Шаомине лопались.

Когда Нин Цин разговаривала с Нин Яо, мужчина заметил, что краем глаза Лу Шаомин внимательно наблюдает за ней. Лу Шаомин рассеянно отвечал, когда они разговаривали.

Затем подошла Нин Цин, чтобы предложить тост, и лицо Лу Шаомина стало серьезным. Мужчина быстро усмехнулся, чтобы снять напряжение. - Госпожа Нин, а что это за тост за молодого господина Лу?”

Нин Цин бросила взгляд на девушку, стоявшую за широким плечом мужчины. Ее нежное лицо сияло с великолепной элегантностью, когда она подняла брови и бессердечно насмехалась: "я здесь, чтобы выпить за молодого господина Лу за то, что он держит в своих объятиях прекрасную леди.”

- Ха-ха... - двое мужчин, которые понятия не имели, что происходит, начали смеяться.

Ишуан покраснела и смущенно опустила голову.

Среди немногих мужчин был молодой и успешный предприниматель. Он уже видел Нин Цин в кино раньше, и она ему понравилась. Теперь у него был шанс встретиться со своей Богиней. Он шутливо спросил: "мисс Нин, вы поднимаете тост за молодого господина Лу за то, что он держит в своих объятиях прекрасную даму. А как насчет тебя самого? А у тебя есть парень?”

Нин Цин посмотрела на красивого предпринимателя и заправила волосы за уши. Затем она ответила: "Нет.”

Когда она ответила, Нин Цин почувствовала, что мужчина, который вообще ничего не говорил, тяжело вздохнул. Пара острых глаз уставилась на нее.

Предприниматель не заметил необычной атмосферы, но рассмеялся. - Ха-ха. Мисс Нин, такая красивая и элегантная девушка, как вы, должно быть, имеет много поклонников. Должен же быть кто-то, кто тебе нравится, верно?”

Нин Цин склонила голову набок и сделала вид, что задумалась. Ее глаза и без того были очень красивы, но когда она невинно огляделась вокруг, они стали еще более очаровательными.

“Конечно, у меня есть поклонники. Они все стоят в очереди, чтобы взять номер у моего помощника. Затем Нин Цин посмотрела на бокал красного вина в своей руке и пробормотала: “мне действительно нравится один человек. Я хотел привести его домой сегодня вечером, но думаю, что ему это не нужно.”

Нин Цин искоса посмотрела на Лу Шаомина, и ее взгляд стал нежным: “молодой господин Лу, я сначала допью свой напиток. Спасибо... ведь мы все-таки друзья.”

Затем Нин Цин подняла бокал и залпом выпила красное вино.

Нин Цин больше не смотрела на этого человека, повернулась и пошла прочь.

- Мисс Нин... - предприниматель увидел, что Нин Цин начала уходить, и быстро пошел за ней. В ту ночь Нин Цин вела себя лениво, и она позволила своему высокомерию и своеволию расцвести подобно живому Маку. Предпринимателя унесло прочь.

Однако, прежде чем предприниматель сделал еще один шаг, мужчина рядом с ним остановил его. Мужчина пристально посмотрел на него, и предприниматель увидел, что Лу Шаомин ушел.

Лу Шаомин отправился в погоню за Нин Цин.

…

Нин Цин выпила красное вино слишком быстро, и она почувствовала, что ее щеки начинают гореть. Она дотронулась до своего лица и внезапно почувствовала ужас, почувствовав влагу.

Одному Богу известно, когда слезы хлынули из ее глаз и потекли вниз.

Мм ... вообще-то, она не хотела плакать.

- Будь осторожен!- Внезапно у нее за спиной раздалось восклицание. Нин Цин знала этот голос; это был голос Нин Яо.

Она обернулась и посмотрела на него. Она увидела, что Лу Шаомин был в метре позади нее. Он толкнул бокал красного вина в руке Нин Яо, и тот пролился на его черный костюм, сшитый на заказ.

Нин Цин выпрямила спину и ухмыльнулась. Разве Нин Яо не может использовать лучшую тактику?

- Молодой господин, с вами все в порядке?- Нин Яо быстро вышел вперед. Она достала из сумки розовый носовой платок и хотела вытереть ему костюм Лу Шаомина.

Не успел Нин Яо подойти к Лу Шаомину, как член экипажа в черном преградил ей путь рукой. - Мисс, пожалуйста, оставайтесь на месте.”

Нин Яо не ожидал, что все так обернется. Все стало очень неловко очень быстро. “Простите, молодой господин Лу. Твой костюм мокрый. Пожалуйста, протрите его моим носовым платком.”

Нин Яо передала свой носовой платок Лу Шаомину.

Лу Шаомин не стал возиться со своим костюмом. Он поднял глаза и посмотрел на Нин Цин. Девушка стояла молча, упрямо и холодно глядя на него.

Лу Шаомин наморщил свои красивые брови.

- Молодой господин Лу, пожалуйста, переоденьтесь в раздевалке, - мягко сказал организатор банкета Лу Шаомину, быстро подбежав к нему.

Лу Шаомин кивнул, затем повернулся и вышел.

Нин Яо увидела, что Лу Шаомин даже не потрудился взглянуть на нее, и ее рука, державшая платок, повисла в воздухе.

Матрос в черном взял платок и вежливо сказал: “Мисс, я передам ваш носовой платок молодому мастеру Лю.- Затем матрос последовал за Лу Шаомом и ушел.

Нин Яо был в восторге. Она повернулась, чтобы поговорить с Нин Цин. - Сестра, смотри! Молодой господин Лу взял мой носовой платок. Как ты думаешь, что это значит? На днях он был на вашей стороне в доме семьи Нин, но сегодня он принял мой носовой платок. Он даже не пытался это скрыть.”

Нин Цин не ответила. Да, она завидовала Ишуану, который стоял рядом с Лу Шаомин, потому что она была из богатой семьи и они составляли хорошо подобранную пару. Но кто, черт возьми, был Нин Яо? Лу Шаомин вряд ли заинтересуется ею, да и ревновать она тоже не будет.

Но если Нин Яо не в его вкусе, то почему он принял ее платок? Он точно знает, что она и Нин Яо-враги.

Нин Цин остановилась, а затем пошла за Лу Шаомом.

Она не была тупой. Лу Шаомин был так далеко от нее раньше, но затем он был сбит в одном метре позади нее. Если она не ошибается, похоже, что он гнался за ней.

Хотя что бы он ни делал в тот день, ей было грустно и неловко, пока он был готов сделать один шаг, она была готова сделать и другие девяносто девять..

Даже если бы она была мертва для него, она хотела бы знать, почему.

…

В коридоре, где находилась раздевалка, было очень тихо. Она не знала, в какой комнате находится Лу Шаомин.

Когда она проходила мимо комнаты, то услышала звуки, доносящиеся изнутри. Женщина внутри крикнула: "молодой господин Лу, будьте нежны.”

Нин Цин была потрясена. Она услышала приглушенный мужской голос. - Ишуан, позволь мне.”

Йишуан?

- Молодой господин Лу, вы такой непослушный. Разве у тебя нет жены дома? - Зачем ты это делаешь?”

- Перестань ее воспитывать. Никаких прикосновений, никаких потираний, просто как бревно... кто бы мог вынести ее?”

Нин Цин развернулась и ушла.

Как он мог такое сказать? Она не позволила ему прикоснуться к себе? Она не позволила ему потереть ее? Была ли она похожа на бревно?

В ту ночь ей было так больно, но она молча перенесла это. Она знала, что он был доволен собой. Она плакала, обнимая его за шею и целуя.

Она никогда ни о чем не думала. Она была готова на все, лишь бы он был счастлив.

Затем она поддразнила его, сказав, что у нее болят ноги и грудь, но он не понимал, что она просто ведет себя избалованной перед ним. Она надеялась, что в будущем он будет хорошо к ней относиться.

Однако он так быстро изменился. Он стал таким холодным. Три месяца назад он ворвался в ее жизнь и подарил ей прекрасную мечту. А потом он столкнул ее в пропасть.

Она почувствовала, как у нее сморщился нос и потекли слезы. Нин Цин начала бежать, она хотела покинуть душное место.

Повернув за угол, она на кого-то налетела. Сюй Цзюньси.

Сюй Цзюнси был ошеломлен, увидев лицо Нин Цин, покрытое слезами. В его глазах была боль, но он говорил неестественно: "Почему ты плачешь?”

- Не твое дело!- Нин Цин вытерла слезы рукой и убежала от него.

Но Сюй Цзюньси схватил ее за запястье. Он услышал шум в комнате и ухмыльнулся. “А кто такой Лу Шаомин? Он больше не хочет тебя видеть?”

Нин Цин отмахнулся рукой: "нет, Лу Шаомин больше не хочет меня. Я расстроена и плачу. А ты этим доволен? Разве ты не ждала этого в тот день, когда он покинет меня? Твоя мечта сбылась. Иди и посмейся над этим. У меня нет времени возиться с тобой. Может ты просто дашь мне поплакать немного спокойно.

Сюй Цзюньси наблюдал, как она потеряла контроль над своими эмоциями, и ему стало горько. Он с нетерпением ждал того дня, когда Лу Шаомин перестанет хотеть ее, но ему не хотелось, чтобы она плакала из-за Лу Шаомина.

Почему она так печально плачет?

Почему его сердце так болело, когда она плакала?

- Нин Цин, не плачь из-за него. Зачем же плакать из-за него?”

“Хех, ты спрашиваешь меня почему? Все очень просто. Я влюблен в Лу Шаомина. Я в него влюбилась!- Глаза Нин Цин покраснели, когда она закрыла рот и убежала.

Сюй Цзюньси был в трансе. Она влюбилась в другого мужчину? Всего за три месяца?

…

Нин Цин прошла мимо банкетного зала. Слезы застилали ей глаза, и она не могла видеть ясно. Она столкнулась с несколькими людьми, когда бежала к двери.

“А это еще кто? Почему она не извинилась, когда ударила кого-то? Эй, разве это не Нин Цин? Что же с ней случилось?- Люди в коридоре начали собираться у двери, чтобы посмотреть, что происходит.

Нин Цин бежала очень быстро, но один из ее каблуков зацепился за маленький камешек. Она упала и приземлилась на задницу.

И это было правдой. Когда идет дождь, он льет как из ведра.

Она поддерживала себя обеими руками, пытаясь встать. Внезапно она почувствовала на своих плечах две руки. - Несчастный голос мужчины проник в ее уши. - Нин Цин, ты закончила?”

Нин Цин подняла глаза и увидела, что Лу Шаомин присела перед ней на корточки. Он переоделся в зеленую рубашку. Оказалось, что он выскочил в спешке, так как галстук все еще висел у него на шее, но на нем не было костюма.

Кто, по его словам, был причиной неприятностей?

- Пак!”

Нин Цин подняла руку и ударила его.

- ТСС... - толпа, собравшаяся у дверей, затаила дыхание. Даже организатор банкета, который только что подбежал к ним, остановился и с тревогой наблюдал за ними издали.

Окружающий воздух сгустился от напряжения. Никто не мог поверить, что Лу Шаомин только что получил пощечину.

Через три секунды Лу Шаомин обернулся, и его тонкие глаза стали похожи на холодное чернильное пятно. Они были чрезвычайно темными, как два облака опасного водоворота.

“А в чем тут причина? Почему ты только что дал мне пощечину?- В его голосе не было особых эмоций, только более глубокий тон.

“Как ты смеешь спрашивать о причине? А что ты делал раньше в раздевалке? Ты... " нос Нин Цин был красным, и она задыхалась от рыданий, когда говорила.

Лу Шаомин прекрасно понимал, что она пытается сказать. Он прервал ее и посмотрел на организатора банкета: “подойдите и скажите ей, что я сделал в раздевалке.”

У организатора обеденного банкета подкашивались ноги, когда он нетвердыми шагами подходил к ним. - Госпожа Нин, молодой господин Лу переодевался в раздевалке, а я сторожил снаружи.”

- Лжец, я в тебя не верю. Ты же раньше был с Ишуангом!- Воскликнула Нин Цин, повысив голос.

Как только она заговорила, мужчина приподнял ее подбородок двумя пальцами. Она так сильно плакала, и он протянул руку, чтобы вытереть ее слезы. Он вовсе не был таким уж нежным. Его грубые пальцы терлись о ее нежную кожу, и это было больно. Нин Цин покачала головой и не позволила ему прикоснуться к себе.

Он потерял терпение и притянул ее лицо к своей груди. Его освежающий аромат ... теплый, но чарующий аромат мгновенно окружил ее.

Нин Цин хотела уйти, но почувствовала, как что-то мягкое коснулось ее щек. Он вытер ее слезы рукавом рубашки.

“В какой комнате вы видели меня с кем-то еще? Скажи мне номер комнаты, и я попрошу кого-нибудь достать тебе видео с камер наблюдения. А Какой Ишуан? Дай мне подумать. Это та женщина, о которой ты слышал вчера по телефону? Это была та женщина, что стояла сегодня рядом со мной? Если я скажу тебе, что не знаю ее и никогда не смотрел на нее, ты мне поверишь?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 103:Прости Меня, Женушка

“А как ты убедишься, что в комнате именно я? Вас и Нин Яо все зовут Мисс Нин. Вы уверены, что они вам звонили?”

“Я в это не верю! Если вы ее не знаете, может быть, вы пригласите ее на ужин, она все еще стоит рядом с вами? Ты даже не выводишь меня ... " - Нин Цин толкнула его.

- Сегодня я никого с собой не взял. Как спонсор этого ужина, я также являюсь боссом. Какого босса вы бы увидели на званом обеде с компаньонкой? Что отец и Шуан стоял напротив меня. Она стояла рядом со мной и не имела ничего общего со мной, Нин Цин. Если вы действительно хотите, чтобы другие мужчины взяли ваш номер, вы можете сказать мне ясно; вам не нужно ходить вокруг да около!- Лу Шаомин отпустил ее и встал. Он стянул галстук с шеи и бросил его на землю, уходя с взмахом рукава.

- Лу Шаомин... - Нин Цин не знала, о чем он говорит. Неужели она неправильно поняла его?

Она могла видеть его лязгающие и сердитые шаги, и ноги его штанов, которые трепетали от его энергичных шагов.

“Лу Шаомин... - Нин Цин поднялась с земли на руках и ногах. Она побежала за ним, плача, когда преследовала его. “Лу Шаомин, не уходи!” Всхлипывает…

Лу Шаомин проигнорировал ее слова.

- А!"Тонкие высокие каблуки Нин Цин внезапно застряли в крышке водяного колодца на обочине дороги. Ее нога подвернулась, и она снова упала на землю.

- ВАА... - Нин Цин кричала все громче и громче. Она посмотрела на спину Шаомина сквозь слезы. - Шаоминг, я растянул ногу. Это так больно.”

Лу Шаомин сделал паузу и боролся в течение нескольких секунд, прежде чем он вернулся.

Когда он подошел к рыдающей девушке, то присел на корточки и сказал: "что случилось?”

Нин Цин увидела, что он вернулся, и недовольно надула розовые губы. Она развела руками и показала ему две свои маленькие руки, которые были разбросаны по камням и гальке на дороге: “моя ладонь так болит. Смотреть на это.”

Ее маленькие белокурые ручки все еще были покрыты камнями и пылью. Лу Шаомин помог ей вытереть их начисто. Он посмотрел на красные следы, оставленные острыми камнями. Он осторожно подул на них и спросил: "Тебе больно?”

Нин Цин плакала и смеялась. Ее маленькое заплаканное личико было похоже на полосатого котенка. - Она посмотрела на него. Как упряма она была тогда в пиршественном зале, так же слаба и жалка сейчас.

“No.”

Лу Шаомин протянул сильную руку, обнял ее за мягкую талию и усадил на свое коренастое бедро. Двумя большими руками он снял с нее туфли на высоких каблуках. Он коснулся ее стройной лодыжки и сказал: “Где ты ее растянула? Я отвезу тебя в больницу.”

Поскольку он сидел на корточках, она была выше его на голову, когда села ему на бедро. Она медленно протянула свою тонкую руку и обвила ее вокруг его шеи, нежно опираясь на его сильное плечо. - Я его не растягивала, - сказала она сладким и мягким голосом, - нам не нужно ехать в больницу.”

Сказать ему, что она растянула лодыжку, хотя это было не так? Когда же она научилась лгать?

Скульптурная линия подбородка Лу Шаомина была мягкой, и он поднял ее и понес. Он также держал в одной руке одну из ее туфель на высоком каблуке. Они подошли к "Бентли", припаркованному на лужайке.

Нин Цин устроилась у него на руках, крепко обняла его и глубоко вдохнула запах этого человека.

Очень доволен.

С ним все было действительно замечательно.

…

Глядя на спины Шаомина и Нин Цин, которые съеживались в отдалении, люди, собравшиеся у входа в зал, все еще не могли оправиться от шока. Что они только что видели?

Их надменная богиня нового поколения ... дала пощечину Лу Шаомину. Лу Шаомин был явно рассержен, но не мог не вытереть ее слез, с явной сердечной болью на лице.

Может быть, юный господин Лу понял, что его мужское самолюбие пошатнулось, и снова ушел с трепещущими рукавами, а затем отчужденная богиня дала ему мед после пощечины. Используя все виды кокетливых и кокетливых методов и после того, как, наконец, уговорил молодого мастера Лу, оба мужа и жены вернулись домой?

Это полностью изменило их мнение!

Лу Шаомин, как потомок семьи Лу и лидер имперской группы, был сдержан и роскошен. За всю его жизнь, вероятно, была только горстка людей, которые могли дотронуться до угла его одежды, не говоря уже о том, чтобы дать ему пощечину.

Эта их отчужденная богиня была действительно высокомерной и своевольной.

Ха. Они чувствовали все виды зависти, ревности, ненависти.

…

Нин Цин уютно устроилась в объятиях Лу Шаомина. Издалека она увидела, что рядом с "Ламборджини" стоят Сюй Цзюньси и Нин Яо. Выражение их лиц было напряженным, вероятно, потому что они только что приняли во внимание только что разыгравшуюся сцену.

Ревность Нин Яо была глубока, как кость.

В это время к ним подошел слуга, одетый в Черное. Служащий держал в руке розовый носовой платок. Он передал его не Нин ЯО, а Сюй Цзюньси.

- Председатель Сюй, это то, что молодой мастер Лу приказал мне вернуть вам. Только что в зале молодой господин Лу преследовал госпожу Нин Цин. Но госпожа Нин Яо подошла с бокалом красного вина в руке и постучала в молодого господина Лу, а также пролила красное вино на костюм молодого господина Лу. Госпожа Нин Яо протянула молодому мастеру Лу свой носовой платок. Президент Сюй, женщина протягивает мужчине свой носовой платок. Ты ведь понимаешь, что это значит, не так ли?”

Выражение лица Сюй Цзюньси было мрачным, и он мог быть на 100% уверен, что то, что сказал сотрудник, было проинструктировано Лу Шаомом. Последняя фраза напомнила ему о том, что произошло позавчера в доме Нин. - Женщина, проливающая слезы из-за мужчины, молодой господин Лу понимает, что это значит, не так ли?”

Теперь Лу Шаомин использовал свои слова против него!

Он не знал, что это произошло в холле, но Лу Шаомин мог просто отказаться от носового платка. Вместо этого он попросил своих людей взять его и вернул ему сейчас же. Он действительно был зловещ и коварен.

Вся кровь отхлынула от лица Нин Яо.

Служитель продолжал: "молодой господин Лу сказал, что самое важное для женщины-это соблюдать закон и знать свое место. Госпожа Нин Яо-невеста президента Сюя, но она все равно дала молодому господину Лу свой носовой платок. Это значит не знать своего места. Во-вторых, президент Сюй считает кусочек травы сокровищем, но молодой мастер Лу видит его как траву, независимо от того, как он смотрит на нее, поэтому не пытайтесь взобраться к нему; будьте самосознательны.

- Молодой господин Лу видит людей насквозь с первого взгляда. Он яснее, чем кто-либо другой, понимает, что за человек Мисс Нин Яо. Молодой мастер Лу не любит выставлять людей перед ними напоказ. На этот раз, возвращая свой носовой платок президенту Сюю, это небольшое наказание и большое предупреждение для Мисс Нин Яо. В следующий раз, если она потратит все свои неуместные усилия на молодого господина Лу, он не отпустит ее так грациозно.”

Сказав эти слова, дежурный ушел.

Лицо Нин Яо горело от боли. Впервые в жизни она почувствовала, что ее позвоночник безжалостно растоптали подошвы чьих-то ног. Лу Шаомин был очень жесток.

Наконец-то она поняла, почему Лу Шаомин взял этот платок. Он ждал этого момента, чтобы унизить ее.

Поскольку она осложнила Нин Цин жизнь на званом обеде,он защищал ее. Этот человек никогда не говорил красивых и экстравагантных слов. Его величайшим средством показать свою любовь к женщине была защита ее своей огромной силой, и он молча ждал ее.

- Нин Яо, что это такое?"Сюй Цзюнси сжал кулаки и спросил ее: “Ты видела, что молодой господин Лу богат, поэтому ты хочешь соблазнить его и обмануть меня?”

Нин Яо был потрясен, услышав это. Она схватила Сюй Цзюньси за рукав и в панике объяснила: "Я этого не делала, Цзюньси. Я просто достал свой носовой платок, потому что увидел, что его костюм промок”

- Хм.- Сюй Цзюньси оттолкнула ее. “Ты хочешь сказать, что Лу Шаомин подставил тебя? Нин Яо, я знаю, что за человек Лу Шаомин лучше тебя. Он не настолько скучает, чтобы подставлять вас носовым платком. Тебе не нужно ничего объяснять. Вы идете и размышляете об этом. Мне нужно время, чтобы пересмотреть наш брак.”

Сюй Цзюньси открыл дверцу "Ламборджини" и умчался прочь, оставив Нин Яо с пыльным лицом.

…

Лу Шаомин отнес Нин Цин на виллу. Юэ Ваньцин и бабушка спали. Лу Шаомин положил Нин Цин на большую кровать в комнате.

Девушка закрыла глаза. Лу Шаомин знала, что она не спит, потому что ее длинные ресницы, похожие на крылья бабочки, дрожали. Она боялась открыть глаза, потому что не знала, как смотреть ему в лицо.

Лу Шаомин прикоснулась к своему маленькому личику и тихо сказала: “Нин Цин, сегодня многое произошло. Я знаю, что ты устала. Я вернусь в свою комнату,а ты ложись пораньше.”

Лу Шаомин встал и вышел.

Когда он был уже у двери, сзади послышались торопливые шаги. Мягкое и благоухающее маленькое тело крепко держало его сзади. “Что именно ты имеешь в виду, Лу Шаомин?”

Когда Лу Шаомин окоченел, девушка встала на цыпочки, схватила его за сильные плечи двумя маленькими ручками и притянула к себе лицом. Его спина была прижата к стене. Девушка закричала и пнула его ногами. “Лу Шаомин, как ты можешь так поступать? Я уже позволила тебе поцеловать меня и сделать это, но почему ты так холоден со мной? Разве я тебе не нравлюсь? Разве ты больше не хочешь меня? Я твоя жена; закон не позволяет тебе так поступать!”

Его мышцы были очень твердыми, каждый дюйм был похож на медную стену, Нин Цин била его, как будто котенок царапал его, но ее ладони стали красными от боли. Она чувствовала себя все более и более обиженной. Она перестала его бить. Ее миниатюрная фигурка опустила глаза, и она вытерла слезы сжатыми кулаками.

“Что же я такого сделал не так? Где же я допустил ошибку? Я могу изменить его, если вы так скажете. Неужели ты не можешь быть холоден со мной и игнорировать меня?”

Плачущий голос девушки был полон резких жалоб и мелочности от молодой девушки. Лу Шаомин слушал ее, и его сердце таяло. Большая рука схватила ее за затылок, и он заключил ее в объятия.

- Нин Цин, я признаю, что был взбешен той ночью в доме Нин, когда моя жена пролила слезы по другому мужчине, когда твоя бабушка передала тебя другому мужчине, а потом другой мужчина обнял тебя.

- Насколько мне известно, любовь и брак означают, что обе стороны должны быть верны друг другу. Я не люблю принуждение. В постели это был очень плохой опыт, и я не хочу его вспоминать. Каждый раз, когда я вспоминаю об этом, я думаю о вашем нежелании, и о том, как все закончилось именно так, всего за 10 минут. Моя гордость этого не позволяет.

“Но это не значит, что я не хотела тебя. Я просто хотел немного успокоиться. Потому что я вдруг понял, что ты можешь заставить меня потерять контроль; я сойду с ума из-за тебя. Точно так же, как вчера вечером, когда ты была одета так соблазнительно, чтобы завести меня – я боялся, что потеряю контроль, боялся, что лично нарушу обещание не прикасаться к тебе.

- Сегодняшний званый обед был недоразумением. У меня есть свои недостатки. Женушка, когда я женился на тебе, я знал, что у меня есть возможность дать тебе самую изысканную жизнь, но, пожалуйста, прости своего мужа за то, что у него нет опыта в любви. Я буду в растерянности, когда столкнусь с тобой.”

Услышав его искренние слова, Нин Цин протянула свою маленькую руку и крепко обняла его тонкую талию. Она вытерла слезы о его дорогую рубашку. - Шаомин, я не хотела объяснять, что произошло в тот день в доме Нин. Это была моя вина, только моя. Поверь мне. Дай мне еще один шанс, и я изменюсь. Но я действительно не плакала из-за Сюй Цзюньси. Я оцарапал кожу вокруг талии, и это были просто слезы боли.”

Лу Шаомин посмотрел вниз и поцеловал ее в лоб. - Неужели?”

- Ну да! Нин Цин кивнула, чувствуя себя очень обиженной. “Я уже была в слезах, когда врезалась в пианино. Моя талия все еще болит, и она только что покрылась струпьями.”

Лу Шаомин потянулся к ее стройной талии. В тихой комнате, при тусклом освещении, слой пуха на нежном лице девушки был таким ярким и мягким.

Слезы все еще висели на ее лице, и вся ее фигура была прекрасна, как роза, расцветающая весной.

“А здесь не больно?- Он ущипнул ее за талию.

Нин Цин сжал воротник рубашки двумя маленькими руками и застенчиво кивнул. - Шаоминг, в ту ночь я не был против своей воли. Это было потому, что ты причинил мне боль.…”

Нин Цин встала на цыпочки и прошептала ему на ухо: “Ты заставил меня покраснеть и распухнуть, и теперь она все еще распухла.”

Глаза Лу Шаомина потемнели,и его Адамово яблоко дернулось. “Я еще не стал серьезным. Почему она красная и опухшая? Я думаю, что ты такая же нежная, как кусочек шелковистого тофу. Тогда я не смогу до тебя дотронуться.”

Нин Цин покраснела и ударила его крошечным кулачком.

Лу Шаомин перехватил ее маленький кулачок и крепко сжал его в своей ладони. Когда их глаза встретились, они оба улыбались друг другу и были полны нежности и нежности.

- Женушка, не хочешь ли ты, чтобы я намазал тебе немного мази, чтобы снять покраснение и припухлость?- Спросил он.

“Нет, теперь уже слишком поздно. Аптеки уже закрылись. - Не выходи на улицу.- Она хотела, чтобы он остался с ней.

Лу Шаомин с обожанием погладила ее по волосам. “Мне не обязательно идти в аптеку. Когда я купил тебе брюки накануне вечером, я проходил мимо аптеки и купил тебе немного мази. Мазь осталась в машине.”

Нин Цин, " ... " кто был тот, кто только что сказал, что она была такой же нежной, как кусок шелкового тофу, кто это был?

…

Лу Шаомин намазал ее какой-то мазью и помог снять брюки. Нин Цин была очень застенчива. Ее лицо размером с ладонь было глубоко зарыто в подушку, и она не смела взглянуть на него.

Дыхание Лу Шаомина стало немного прерывистым, и он лег рядом с девушкой, посмотрев на нее.

Боясь, что она испугается его, он был в нескольких десятках сантиметров от нее.

Нин Цин захлопала своими длинными дрожащими ресницами. Маленький розовый шарик медленно двигался, пока она не оказалась рядом с ним. Затем она положила голову ему на плечо.

“Хе... - Лу Шаомин не двинулся с места, но рассмеялся.

- Чего ты смеешься, перестань смеяться!- Она редко проявляла инициативу, но он всегда смеялся над этим.

Нин Цин ударила его в грудь, обхватила двумя маленькими ручками за шею и медленно потянула его голову вниз.

Его красивое лицо внезапно расширилось перед ее глазами, и их дыхание сбилось.

“Что случилось?- Лу Шаомин посмотрел на ее раскрасневшиеся щеки и спросил глубоким взглядом.

- Шаоминг.- Тихий голос Нин Цин дрожал. “Ты все еще злишься? Я знаю, что был неправ. Ты можешь простить меня? МММ…”

Ее красные губы были прикрыты.

Лу Шаомин наклонился и протянул свою длинную руку, чтобы притянуть ее в свои объятия. Ее маленькая головка удобно покоилась на его плече. Сила этого человека окружала ее.

На ней был также розово-красный кардиган, который он снял для нее. Под ним было короткое черное платье с тонкими бретельками. Он натянул одеяло и крепко укрыл ее, оставив только маленькую головку в своих руках, чтобы поцеловать его.

Он поцеловал ее нежно и задумчиво, как будто для того, чтобы компенсировать два дня нежности к ней. Нин Цин была одержима его поцелуем и не могла открыть глаза.

Когда он целовал ее, ему всегда нравилось принимать разные позы, позволяя ей лежать на его теле и держать ее в своих объятиях. Каждая минута и каждая секунда с ним были высшим опытом джентльмена.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 104:Шаомин, Теперь Все Хорошо?

Одному Богу известно, как долго они целовались, прежде чем он отпустил ее.

Нин Цин лежала в его объятиях со своими розовыми щеками. Ее голос становился все тише, так как ей было неловко говорить такие вещи, но она все равно хотела это сделать. - Шаоминг, позавчера вечером, как ты узнала... я не хочу? Любая девушка без опыта ... они бы плакали и чувствовали себя ... смущенными и испуганными, верно? Я не думаю, что найдется кто-то, кто скажет ... скажет, что я хочу, я хочу ... …”

Лу Шаомин прижался своими тонкими губами к ее лбу. Он не прикасался к ней уже два дня. - В его счастливом голосе слышалось удовлетворение. “Но ведь все, что я видел, было: я хочу, я хочу.”

- Видел?

Нин Цин внезапно подняла голову. Она надулась и спросила его: "Ты.. - А где ты его видел? - Ты лжец. Ты только что сказал мне, что никогда раньше не прикасался к другой женщине!”

Она выглядела очень очаровательно, когда злилась. Она сердито надула щеки, и он нежно ущипнул ее за щеку. - Какой мужчина не видел ни одного фильма? Женщины в фильмах все были страстными. Нет таких, как ты, которые дрожат всякий раз, когда кто-то прикасается к тебе.”

Нин Цин быстро ударила его кулаком. - Какая мерзость!”

Она никогда не думала, что такой человек, как он, джентльмен, рожденный во влиятельной и богатой семье, будет наблюдать за такими вещами!

Лу Шаомин рассмеялся и притянул несчастную девушку в свои объятия. Он поцеловал ее в лицо и уговаривал: “они не такие красивые, как ты. Жена, ты самая красивая на свете!”

Красивая, Какая еще красивая?

Он вовсе не был постыден!

Кристально чистые глаза Нин Цин сияли от радости. Ее неуверенное сердце остыло в его теплых объятиях, когда она медленно приподняла уголки губ. Она передвинула свою руку, которая изначально была на его груди, вниз и крепко обняла его за талию. Она робко спросила: "Шаоминг, теперь все хорошо?”

- Мм, это мы. На самом деле, я никогда не планировал дать вам холодное плечо, и я не хотел делать из вас незнакомца. Кто бы мог подумать, что на этот раз ты устроишь такую истерику и будешь так сильно плакать? Обычно, ты непреклонный воин женщины. Единственный раз, когда я видел, как ты плачешь, это было за пределами палаты твоей мамы. Я никогда не думал, что ты будешь так плакать сегодня.”

Нин Цин шмыгнула носом и казалась довольно обиженной. “Я призналась, что сегодня мне стало завидно. Я закатил истерику и дал тебе пощечину. Это все моя вина. Моя мама тогда разозлилась, и я подумал, что мама больше не хочет меня видеть. Мне было страшно, и я не знал, что делать. То же самое касается и сегодняшнего дня. Я думала, что ты не хочешь меня, я... я не хочу потерять тебя.…”

“Лу Шаомин, что бы я ни делал неправильно... ты можешь указать мне на это, чтобы я постепенно менялся, но ты спровоцировал меня первым. Ты не можешь меня бросить. Ты должен быть добр ко мне.”

Лу Шаомин двумя пальцами приподняла подбородок, и девушка смутилась. Ее прекрасные глаза не знали, куда смотреть, но она не смела взглянуть на него.

- Нин Цин, в твоем сердце я так же важна, как и твоя мама?”

- МММ! Нин Цин без колебаний кивнула. “На днях, когда мне заплатили, я пошел в торговый центр и прежде всего купил тебе рубашку. Затем я купил массажер для моей мамы. В конце концов, я только купила себе... лифчик. Шаоминг, я хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. Я хочу, чтобы наша семья осталась вместе навсегда.”

Мужчина снова прижался губами к ее губам.

Затем он стал целовать ее сильнее, как будто говоря, что он очень возбужден, очень счастлив. Ему хотелось крепко обнять ее, заботиться о ней, любить ее.

Нин Цин вцепилась в его рубашку на талии и терпела его давление тихо и нежно. Мужчина перевернулся и схватил ее за затылок, чтобы углубить поцелуй.

Когда он отпустил ее, Нин Цин тяжело дышала. Лу Шаомин уткнулся лицом ей в шею. В своих чувствительных ушах она слышала, как он нюхает ее запах на своей коже.

Вдыхайте и выдыхайте. В его восхищении было безудержное и своевольное поведение зрелого человека.

Нин Цин вздрогнула,выпрямляя икры. Она почувствовала, как по ее телу пробежал электрический ток.

“Сегодня, когда другой человек спросил, есть ли у тебя парень, почему ты сказала "нет"?- Лу Шаомин говорил о том, что его беспокоит.

- У меня нет бойфренда, а есть только муж.- Нин Цин обняла его голову и закрыла глаза, коснувшись руками его скульптурного лица. Она шлепнула его по левой щеке, и это, должно быть, было больно. Вообще-то, ей тоже было больно. Ее рука болела так же, как и сердце.

Она провела рукой вверх по его бакенбардам. Нин Цин почувствовала, как напряглись его волосы, когда она провела по ним пальцами.

Его щетина была колючей, но нежной.

Каждая часть его тела была очень хрупкой.

- МММ, ты действительно пришел, чтобы забрать меня домой?- Снова спросил он.

- Да, я со вчерашнего дня пытаюсь тебя подбодрить. Разве ты не можешь сказать?”

Лу Шаомин посмотрела на темные круги под ее прекрасными глазами. Должно быть, это случилось прошлой ночью, когда он выгнал ее из своей комнаты для занятий, и она плохо спала.

Его сердце растаяло. Ему нравится, когда он нравится своей жене.

D*mn это. Как он смеет сомневаться в ее сердце!

Он оторвался от нее и поцеловал в щеку. “Мне очень жаль, моя жена. Это все моя вина. Я гарантирую, что это произойдет только один раз. Это больше никогда не повторится в будущем.”

- МММ ... - Нин Цин спряталась в его руке. Она была совершенно измотана. Раньше, когда он целовал ее, она чувствовала себя так уютно, что ей хотелось спать. Затем, склонившись в его объятиях, она неохотно открыла глаза.

Лу Шаомин нежно потерла лицо и нежно сказала: “моя жена, спи. Я вернусь в свою комнату только после того, как ты заснешь.”

Нин Цин, закрыв глаза, протянула руку, чтобы потянуть его за рукав. “Уже слишком поздно. Ты можешь разбудить маму. Не уходи, спи здесь.”

“Это то, что ты хотела, - Лу Шаомин чмокнула ее нежные губы. Его низкий магнетический голос был так очарователен. - Я буду спать на диване в своей комнате?”

“ ... Но только в этой комнате есть одеяло.”

“Хе - хе... - радостно хихикнул Лу Шаомин. Его жена не хотела расставаться с ним и хотела, чтобы он спал с ней.

Нин Цин глубже зарылась в его грудь, а Лу Шаомин крепко обнял ее. Он приглушил свет в комнате и блаженно обнял ее, чтобы уснуть.

…

Сюй Цзюньси пил в пабе. Он влил себе в горло крепкий коктейль, и огонь в его груди разгорелся еще сильнее.

Нин Яо снова разочаровала его. Она была невинна и очаровательна в его глазах. Он никогда не думал, что она попытается соблазнить Лу Шаомина за его спиной. И что это значит? Лу Шаомин был слишком обаятелен.

Неудивительно, что Нин Цин влюбилась в него за такой короткий промежуток времени.

Нин Цин, Нин Цин ... …

Сюй Цзюньси пробормотал Это имя, и ему показалось, что его бьют снова и снова. Нин ЯО только разозлила его,но Нин Цин заставила его сердце заболеть. Ему было так больно!

Кто такой Нин Цин? Сюй Цзюньси знал это лучше, чем кто-либо другой. Она несла в себе невинное отношение к миру и жила с гордостью.

Три года назад ее выгнали из дома семьи Нин. Он знал, что она пошла искать его маму, но его мама сказала ужасные вещи. В течение последующих трех лет, как бы ни была тяжела и утомительна ее жизнь, она ни разу не переступила порог дома Сюя.

Даже когда она выступала в роли статистки, она ни разу ни о чем его не просила, хотя он был генеральным директором компании Emperor Entertainment Group.

Это было потому, что она не желала расстаться со своей элегантностью, чтобы получить милостыню. Она должна была жить с гордостью. Она не позволяла себе быть в затруднительном положении.

Но во время банкета за ужином... насколько плохо она себя чувствовала?

Обычно она была такой элегантной и презентабельной. Человек, который так хорошо говорил, постучал в каждого в зале, побежал в слезах к выходу, упал на землю, упрямо дал Лу Шаомину крепкую пощечину, затем погнался за Лу Шаомином и со слезящимися глазами протянул ему руку, чтобы сказать ему, как это больно.

Нин Цин в ту ночь была не та Нин Цин Сюй Цзюньси, которую она знала.

В ту ночь он нашел ее совершенно чужой.

Он видел, что она встревожена, одинока и беспомощна. Она была похожа не на ежа, а на двадцатилетнюю девочку, которая рыдала во все горло.

Если бы... если бы она была готова обращаться с ним подобным образом в течение последних трех лет ... если бы она отпустила свой эгоистичный императив допрашивать его, когда он был вовлечен в сексуальные скандалы и плакал бы, чтобы заставить его остаться, возможно, они не были бы там, где они сейчас.

Но почему она сделала все, чего не сделала ему, Лю Шаомину?

Затем ответ Нин Цин эхом отозвался в его голове. “Я люблю Лу Шаомина, я люблю его”. Хе, неужели она действительно влюбилась в Лу Шаомина?

Кто же он тогда, черт возьми?

Каковы же тогда были их двадцатилетние отношения?

Сюй Цзюньси был пьян, и его зрение затуманилось. Он поднял глаза и увидел проходящую мимо девушку. Белая рубашка и джинсы, совсем как у Нин Цин.

- Нин Цин.- Сюй Цзюньси притянул девушку к себе на колени. Он закрыл глаза, чтобы поцеловать девушку.

Девушка была напугана. Она толкнула и ударила его, пока боролась. - Кто ты такой, отпусти меня.”

Сюй Цзюньси нахмурился. Он достал из кармана пиджака бумажник и бросил его на стол. - Нин Цин, у меня есть деньги, - пробормотал он невнятно. Я отдам тебе все свои деньги. Будь со мной, хорошо? Хе, я так много раз делал с Нин ЯО, но ни разу я не был счастлив. Моя голова полна тобой. Я поцеловал тебя однажды, когда был с молодой моделью. От тебя так хорошо пахло, Нин Цин. Позволь мне поцеловать тебя.”

Сюй Цзюньси хотел снова поцеловать девушку, но бойфренд девушки подошел и вытащил девушку из объятий Сюй Цзюньси. Затем он нанес ему тяжелый удар кулаком.

После хаотической сцены Сюй Цзюньси лег на землю.

“Как ты смеешь приставать к моей женщине? Я убью тебя!- Парень девушки несколько раз пнул Сюй Цзюньси, прежде чем увезти девушку.

Все в баре окружили его и указали на Сюй Цзюньси, лежащего на земле.

Сюй Цзюньси посмотрел на люстру над своей головой. Как бы сильно ни болело его тело, это не могло превзойти боль в сердце. - Хе-хе... - он достал из кармана телефон.

Лу Шаомин спал очень чутко. Поэтому он быстро открыл глаза, когда зазвонил телефон.

Он пошевелился, "мм..." девушка в его руке все еще крепко спала, но крепче прижала его к себе. Она нахмурила брови и надула губы. “И кто же это? Здесь так шумно…”

Лу Шаомин поцеловал Нин Цин в лоб и успокоил ее. Он поднял глаза и увидел, что на столике рядом звонит телефон Нин Цин.

Он протянул руку и взял трубку. Это был голос Сюй Цзюньси.

Он опустил глаза и посмотрел на девушку, которую держал под руку. Он соскользнул вниз, чтобы ответить на звонок.

- Привет, Нин Цин. Ты сказал мне, что сегодня влюбился в Лу Шаомина. Неужели это правда? Я тебе не доверяю. Я тебе не доверяю. Я знаю, что ты делаешь это только для того, чтобы разозлить меня.…”

- Нин Цин, давай начнем все сначала. Что бы я ни был должен Нин Яо, я буду расплачиваться медленно. Но Нин Цин, не оставляй меня. Я ... Я люблю тебя.…”

Лу Шаомин даже не нахмурился. Сюй Цзюньси пил, и он мог сказать это по своему голосу. Он спокойно повесил трубку и выключил телефон.

На другом конце провода раздался гудок "занято", и Сюй Цзюньси быстро позвонил снова. Однако там был женский голос робота. - Извините, но номер, который вы набрали, сейчас выключен.”

Правая рука Сюй Цзюньси, которая держала его телефон, ослабла, и он беспомощно упал на землю. В уголках его глаз появился жар, и когда он прикоснулся к ним, то понял, что из них текут слезы.

- Воскликнул он.

…

На следующее утро Нин Цин проснулась поздно. Когда она проснулась, Лу Шаомина там не было.

Когда она вышла из своей комнаты, то услышала, как играет пианино. Это было из бабушкиной комнаты.

А где же пианино?

Нин Цин подошла посмотреть.

Дверь бабушкиной комнаты была открыта. Она не знала, когда Белый рояль был поставлен в комнату, но Лу Шаомин сидел за роялем, когда он играл песню на черно-белых клавишах.

Бабушка сидела рядом с Лу Шаомином и с любопытством нажимала на клавиши. Юэ Ваньцин поставила горячее молоко на стол и подошла, чтобы остановить ее. - Мам, не беспокойся. Пусть Шаоминг сыграет вам песню.”

- Все в порядке, мама, пусть бабушка играет, - сказал Лу Шаомин.

Поначалу бабушка держалась настороже рядом с Лу Шаомином, но теперь она счастливо смеялась. Она играла две ноты на левой стороне пианино пальцами, и Лу Шаомин играл в соответствии с мелодией, которую она играла. Через некоторое время Нин Цин поняла, что они действительно играют в маленький белый тополь.

С такой расслабляющей и мелодичной музыкой, бабушкино время от времени пение тоже было вполне гармоничным. Юэ Ваньцин широко улыбнулась и захлопала в ладоши, когда учила бабушку петь.

Маленький белый тополь, растущий у сторожевого поста.

Глубоко укоренившиеся, крепкие ветви, следящие за границей.

Сердце Нин Цин бешено колотилось. Прошло уже три года с тех пор, как она в последний раз видела маму и бабушку счастливо улыбающимися вместе. Они сияли под утренним солнцем с такими прекрасными улыбками на лицах.

Нин Цин пристально посмотрела на Лу Шаомина. Он был в своей обычной белой рубашке и черных брюках. Его бакенбарды были аккуратно подстрижены. Она восхищалась его красивым скульптурным лицом и элегантным поведением. Она не знала, что он умеет играть на пианино. Такой человек, как он, был главным псом в деловом кругу, но был невинен, как чистый нефрит, когда играл на пианино.

Когда она посмотрела на его пальцы, танцующие на черно-белых клавишах, она нашла это приятным видом.

Нин Цин не удержалась и приподняла уголки губ. Было уже семь часов, но он развлекал ее бабушку и маму. Разве ему не нужно было идти в офис?

Из-за него ее сердце словно бы наполнилось медом.

“Цинцин."Затем, Юэ Ваньцин увидела ее и помахала рукой. “Ты проснулся? Мы ждали вас, чтобы позавтракать. Я хотела разбудить тебя, но Шаоминг сказала, чтобы ты спала.”

Глаза Юэ Чанцин были счастливы.

Музыка прекратилась, и Нин Цин подошла к нему несколькими маленькими шажками. Она была слишком застенчива, чтобы смотреть на своего мужчину. Она не хотела, чтобы он видел ее слезящиеся глаза.

Нин Цин подошла к бабушке и опустила ее тело. - Бабушка, ты хорошо спала прошлой ночью?”

“Да, очень хорошо.- Бабушка счастливо кивнула. Затем бабушка осторожно посмотрела на сидевшего рядом с ней Лу Шаомина. - Цинцин, кто он такой?”

Поскольку бабушка сидела рядом с Лу Шаомином, когда она присела на корточки, то увидела длинные ноги мужчины на периферии своего тела. Она слегка покраснела.

- Бабушка, это же Лу Шаомин. Он же ... муж Цинцин. Мы ведь женаты. Он же твой зять, - сладко пропела Нин Цин.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 105:Выслушать признание Нин Цин в любви?

-А внук у тебя есть?- Бабушка на мгновение задумалась. - А как насчет Цзюньси, бабушка помнит, что я передал тебя ему.”

Нин Цин улыбнулась и ответила Естественно: "Цзюнси и Цинцин-просто обычные друзья. Бабушка, Цинцин уже выросла. Цинцин имеет возможность решить, кому отдать себя. С того момента, как я вышла замуж за Лу Шаомина, я отдала ему всю свою оставшуюся жизнь.”

Пока она говорила, Нин Цин медленно протянула свою маленькую руку и взяла большую руку мужчины, которая лежала на ее колене. Она держала свою руку, руку Лу Шаомина и руку бабушки вместе. - Бабушка, он нравится Цинцин, так ты последуешь за Цинцин и тоже полюбишь его?”

- Подумала бабушка, склонив голову набок, и наконец ТСК-ред. - Хорошо, поскольку он играл со мной на пианино, бабушка решила, что он ей нравится.”

- Ха-ха, мама, Шаомин-хороший мальчик. Он тебе понравится, и наша семья будет счастливо жить вместе."Юэ Ваньцин также положила свою руку поверх их.

Нин Цин была наполнена теплом. С такой жизнью, как эта, у нее не будет больше сожалений.

Она спокойно посмотрела на мужчину. Лу Шаомин тоже смотрел на нее сверху вниз. Его узкие глаза были полны нежных чувств, которые заставили ее почувствовать слабость в коленях.

Нин Цин покраснела и отвела взгляд.

…

После завтрака Лу Шаомин лично привел Нин Цин на съемочную площадку.

Когда она подошла к телевизору, Нин Цин начала расстегивать ремень безопасности. - Шаоминг, я уже ухожу.”

- Хорошо, - ответил Лу Шаомин, положив руку на руль, но все еще смотрел на нее узкими обсидиановыми глазами.

Лицо Нин Цин было красным. Она вспомнила, как они оба сцепились прошлой ночью. После ссоры пришло время быть милыми и чувственными друг с другом.

Она наклонилась, взяла его красивое лицо в маленькую ладошку и громко чмокнула в щеку.

- Шаоминг, мне действительно пора на съемочную площадку.- Она снова вернулась на пассажирское сиденье.

- Хорошо, вежливость идет туда и обратно.- Внезапно мужчина подошел к ней, схватил за затылок и прижался губами к ее красным губам. Он открыл ей дверь и сказал: “женушка, я буду скучать по тебе.”

Нин Цин выскочила из машины, ее маленькое личико вспыхнуло. Она не могла вынести его сладких слов. Если она задержится здесь еще немного, то растает в его объятиях.

Зная, что он наблюдает за происходящим сзади, Нин Цин вскочила на ступеньки и побежала к выходу из зала.

Лу Шаомин смотрел, как Нин Цин исчезает из его поля зрения, затем медленно отвел взгляд, изогнул губы и умчался в Бентли.

…

Когда она уже собиралась выйти на съемочную площадку, зазвонил телефон Нин Цин. Это был Сюй Цзюньси.

“Привет.- Она без колебаний сняла трубку.

- Привет, Нин Цин, мне нужно тебе кое-что сказать. Я жду тебя в кафе "Ява".- Голос на другом конце провода звучал немного хрипло.

- Хорошо, я сейчас приду.- Нин Цин повесила трубку и пошла обратно. Даже если Сюй Цзюньси не ищет ее, она все равно должна была найти Сюй Цзюньси для чего-то.

…

В кафе

Сюй Цзюньси все еще был одет во вчерашнюю одежду. Его волосы были растрепаны, а глаза налиты кровью. Вся его фигура выглядела неряшливо и уныло.

Нин Цин сидела напротив него.

Сюй Цзюньси посмотрел на Нин Цин, которая была прекраснее самой свежей розы. Он всегда знал, что она красива, но теперь она становилась все более и более красивой с каждым днем. 20-летняя девушка была как раз в том возрасте, когда у нее появились почки.

Официант принес две чашки кофе. У Сюй Цзюньси пересохло в горле, поэтому он сделал глоток кофе, прежде чем медленно открыть рот. - Нин Цин, ты помнишь это кафе? Вы собирались сдавать вступительные экзамены в колледж. Вы были заняты учебой. Каждый день после 5 часов вы любили посидеть здесь, выпить чашечку кофе и начать учиться.”

- Да, - Нин Цин оглядела кафе со слабой и теплой улыбкой на лице. “Каждый раз, когда я прихожу в это кафе, независимо от того, сколько там обычно бывает гостей, это место всегда будет пустым. Позже я узнал, что вы оставили его для меня.”

Похожая на ежа девушка, которая стояла перед ним на страже, теперь была намного мягче. С сияющей улыбкой на лице она размышляла о своем приятном прошлом.

Глаза Сюй Цзюньси ярко сверкнули. Он был в приподнятом настроении.

Уже три года он не разговаривал с ней так, как сейчас.

“Ning Qing, we have 20 years of memories between us, but how did you and Lu Shaoming know each other? You’ve known each other for such a short time,” Xu Junxi asked.

Настроение Нин Цин оставалось спокойным, и она не была взволнована. Она помешивала кофе в своей чашке ложечкой, зажатой в маленькой изящной руке. - Ее губы изогнулись. - Три месяца назад, когда ты возилась в постели с молодой и нежной натурщицей, я пошел в бар, чтобы выпить свою печаль. В то время кто-то хотел меня запугать. Тогда я и познакомился с Лу Шаомом. Во второй раз это было, когда я покинул дом семьи Нин. Моросил мелкий туман, и он отвел меня обратно в спальню. Мы давно не знали друг друга, но он всегда появлялся в нужный момент и в нужное время. Он подобен рыцарю в сверкающих доспехах, приносящему мне счастье, когда я больше всего в нем нуждаюсь.”

“Но Нин Цин, Лу Шаомин всегда появляется, когда тебе нужна помощь. Это заискивание, а не любовь.”

Нин Цин отложила ложку и медленно подняла голову. “Когда я его не вижу, то скучаю по нему. Когда я вижу его, я краснею, и мое сердце колотится. Я без ума от его запаха. Я даже мечтаю о его бакенбардах. Я бы чувствовала себя несчастной, если бы он смотрел на других женщин. С тех пор как я встретил его, мои глаза всегда наполнены им. Сюй Цзюнси, ты говоришь мне: если это не любовь, тогда что же это?”

Радостное лицо Сюй Цзюньси мгновенно побледнело. Он хотел соблазнить ее, но не ожидал, что она будет так откровенна.

- Ха, Нин Цин, ты отдала ему свою любовь. А кто же я тогда? Наши последние 20 лет не могут превзойти ваши три месяца?”

- Может быть, мы больше не любим друг друга.Например, это место больше не является моим любимым. Когда я впервые пришел в это кафе, мое любимое место было занято, поэтому я сделал это и выбрал это место. Вы знали, что эта чашка кофе в моей руке была моей любимой, но я сожалею, после трех лет не пью кофе, я больше не могу вкусить доброту.”

“Нет, Нин Цин, - печально ответила Сюй Цзюньси. Держась за маленькую руку Нин Цин, его глаза были полны боли и паранойи. - Давай забудем прошлое и начнем все заново? Последние три года мне было очень больно. Нин Яо порезала ей лоб вместо меня. Я только чувствовал себя виноватым перед ней. Человек, которого я люблю-это ты. Нин Цин, мы можем как-то компенсировать Нин Яо; давайте будем вместе.”

- Ха!- Нин Цин с некоторым усилием отдернула руку. Насмешка в ее глазах была очень легкой, но она все еще причиняла боль Сюй Цзюньси. - Сюй Цзюньси, по какому праву ты просишь меня компенсировать тебе Нин Яо? Три года назад, когда Нин Яо ранила ее лоб, спасая тебя, ты чувствовал себя виноватым перед ней, но способ компенсировать это был не только в том, чтобы отдать себя ей. Медицина сейчас настолько развита. Шрам на ее лбу исчезнет без следа всего лишь после небольшой операции. Вы превратили этот долг в долг любви. Когда ты наслаждался ее нежностью, ты потерял право говорить, что любишь меня.”

- Ха... ха-ха ... - упрямое выражение лица Сюй Цзюньси было несколько угрожающим. “После стольких слов становится ясно, что ты встретила кого-то лучше меня. Вы, естественно, не выбрали бы меня, так как у вас есть Лу Шаомин. Вы прикладываете руку к сердцу и спрашиваете себя, что вы чувствуете к нему. Ты сказала, что любишь его всего через три месяца. Я в это не верю.”

Глаза Нин Цин выражали жалость и сочувствие к Сюй Цзюньси. “Для некоторых людей человек никогда не узнает, кто они на самом деле, даже если они знают друг друга в течение 20 лет, как вы. Для других, даже несмотря на то, что мы только один раз встретились, казалось, что мы знаем друг друга всю жизнь, как с Лу Шаомин. Это легко для женщины, чтобы влюбиться в мужчину,нам просто нужен сердцебиение момент.”

Что касается Лу Шаомина, то Нин Цин всегда казалось, что они уже встречались раньше. Он обладал гравитационным притяжением; ее всегда будет тянуть к нему.

- Нин Цин, я не хочу этого слышать. Мы с Нин Яо уже назначили дату нашей свадьбы. Я просто спрошу тебя, хочешь ли ты быть со мной?”

- Я не позволю тебе выйти замуж.- Нин Цин не ответила ему.

“Ха, Нин Цин, ты сказала, что не любишь меня, но ты не хочешь, чтобы я женился на Нин Яо, ты ... …”

- Сюй Цзюньси, я не хочу, чтобы ты выходила замуж. Это не потому, что я все еще люблю тебя, а потому, что я не ненавижу тебя за твои ошибки. И все же я никогда тебя не прощу. Может быть, я знаю, что ты будешь более несчастна, если выйдешь замуж, чем если не выйдешь, но вы двое не заслуживаете того, чтобы жениться передо мной.”

- Это ты!”

Ning Qing stood up slowly. “Xu Junxi, I have already made everything clear, take this as the best explanation for our acquaintance. Please don’t make any rude moves on me, let alone be self-indulgent. In front of me, keep a little dignity for yourself.”

Ning Qing turned and left.

…

После того, как Нин Цин ушел, красивая фигура появилась позади Сюй Цзюньси. Мужчина был в черном шерстяном пальто и выглядел очень солидно.

- Президент Сюй, что вы хотели получить, чтобы не спрашивать меня здесь? Ты хочешь, чтобы я выслушала признание Нин Цин в любви ко мне?- Спросил Лу Шаомин,подняв свои острые брови.

Сюй Цзюньси в отчаянии поднялся. “А ты доволен? Ты наконец-то отнял у меня Нин Цин!”

Лу Шаомин посмотрел через окно на красивую фигуру девушки. Его глаза были полны нежности. “Нет, дело не в том, что я схватил Нин Цин, а в том, что ты ее потерял.”

Лу Шаомин поднял ноги и вышел.

Потерял ее?

Сюй Цзюньси рассмеялась. Да, он признал, что потерял ее.

Прошлой ночью он понял, что она влюбилась в Лу Шаомина. Просто сегодня он был неподписан. Он попросил Лу Шаомина прийти и послушать. Он думал, что пока в ее словах есть хоть капля ностальгии по нему, он получит Нин Цин и порвет с Нин Яо.

Но этого не случилось.

И она была права. После того, как Нин Яо спасла его три года назад, у него были десятки миллионов способов компенсировать ей это, но вместо этого он предпочел встречаться с Нин Яо и потерял себя в нежности Нин Яо.

Но Нин Цин, ты никогда не поймешь, потому что Нин Яо была твоей сестрой. По сравнению с тобой она так близко, но все же так далеко.

Да будет так. Он должен сохранить немного достоинства для себя. Она отрезала ему путь к отступлению.

И тут зазвонил его сотовый. Звонила его мать.

- Привет, Цзюньси, почему ты не отвечаешь на звонки Нин Яо? Ты больше не хочешь на ней жениться? Только что мне позвонил ли Мэйлин и сказал, что Нин Яо пытался покончить с собой дома. К счастью, ее вовремя обнаружили. Цзюньси, дата твоей свадьбы уже определена. Что ты сейчас делаешь?”

- Не волнуйся, мам. Я пойду и поговорю с Нин Яо.”

…

Сюй Цзюньси пришел в дом Нин Яо. Он вошел в комнату Нин Яо и услышал, как мать и дочь плачут, обнимая друг друга. - Яояо, почему ты такой глупый? Ты чуть не порезал себе запястье. Что случилось с тобой и Цзюньси? Я не верю, что Цзюньси больше не хочет тебя. Прошло уже три года с тех пор, как ваши отношения с Цзюньси впервые начались. Цзюньси не будет такой жестокой.”

- Мама, я не могу жить без Цзюньси. Если он меня не захочет, я умру. Я не хочу больше жить. УАА ... …”

Сюй Цзюньси увидел на прикроватной тумбочке острые ножницы-вероятно, свидетельство попытки самоубийства Нин Яо.

- Яояо.- Сюй Цзюньси вошел туда.

- Цзюньси, ты здесь.- Нин Яо увидела его и быстро вскочила с кровати. Она бросилась в объятия Сюй Цзюньси и закричала: "Цзюньси, наконец-то ты пришла. Я думал, ты меня не хочешь. Вчера вечером ты действительно неправильно меня понял. Я люблю тебя уже столько лет. Я даже отдал тебе свой первый раз, я действительно не могу жить без тебя.”

Выражение лица Сюй Цзюньси было спокойным. Он помог Нин Яо забраться обратно в постель и медленно присел на корточки. Он поднял голову и откинул ее челку. Он посмотрел на розовый шрам и сказал: - Яояо, свадьба все равно состоится. Так что не делай больше никаких глупостей. Скоро ты станешь моей госпожой Сюй. Я буду относиться к тебе с нежной любовью и заботой.”

- Неужели?- Нин Яо не ожидал, что Сюй Цзюньси будет так легко убедить. Хотя выражение его лица было плоским и усталым, она достигла своей цели. - Цзюньси, ты так добра ко мне. Давайте пойдем и примерим свадебное платье во второй половине дня. Мать сказала, что через три дня наступит благоприятный день зодиака. Тогда мы поженимся, я хочу скоро стать твоей женой.”

“В порядке. Сюй Цзюньси кивнул.

Сегодня он наконец понял, как сильно жизнь может ранить его, когда Нин Цин будет удалена из его сердца; это было так больно, что у него никогда больше не будет мужества любить.

В настоящее время этот Нин Яо был его выбором, а затем он будет придерживаться своего выбора до конца.

Во всяком случае, если это не Нин Цин, то кто угодно подойдет.

…

Так что сегодня днем Нин Цин увидела последние развлекательные заголовки. Мать Сюй Цзюньси лично опубликовала заявление, в котором говорилось, что она очень довольна своей невесткой Нин Яо. Она опровергла все сплетни и ложные сообщения. Кроме того, Сюй Цзюнси и Нин Яо поженятся через три дня. Это должна была быть свадьба века.

- Три дня назад?

Сердце Нин Цин бешено колотилось. Это было слишком поспешно. Она задалась вопросом, Сможет ли она разоблачить ли Мэйлин до этого и остановить свадебный банкет.

И тут зазвонил телефон. Это был Чжу жуй.

- Здравствуйте, Мадам. Сегодня утром ли Мэйлин набрал иностранный номер телефона. Это подозрительно. Я уже проверил этот номер и подтвердил, что это домашний номер Сяо Цуй.”

- Неужели? О чем же они говорили?- Нин Цин была очень взволнована.

“Мы нашли дом Сяо Цуй по этому телефону. К сожалению, Сяо Цуй уже умер три года назад. Больничные записи показали, что у нее прогрессирующий рак.”

Нин Цин долго не могла прийти в себя. Она не ожидала, что исход будет таким. Сяо Цуй умер неожиданно.

Ключ к разгадке Сяо Цуй был полностью отрезан. Один телефонный звонок от Ли Мэйлин не мог ее разоблачить. Она могла бы просто объяснить, что выказывает беспокойство за своего бывшего слугу.

- Мадам, доктор Аарон получил Бабушкин анализ крови, но он не смог определить, какие лекарства бабушка принимала три года назад.”

Сердце Нин Цин упало, так что обе подсказки ускользнули от нее.

У бабушки были сгустки крови в мозгу. Операция не могла быть сделана в эти три дня. Кроме того, даже если бабушка восстановит свою память, она, вероятно, не знает о заговоре ли Мэйлинга.

Что же ей теперь делать?

Нин Цин оставалась на съемочной площадке до трех часов дня, в течение которых она никому не позволяла мешать ей. Она достала ручку и бумагу и что-то нарисовала на ней. Наконец она встала и ушла.

Нин Цин села в междугородний автобус. Она отправилась в дом Сяо Цуй по адресу, который прислал ей Чжу жуй.

Она собиралась искать правду.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 106:Они бросают жадные взгляды на моего мужчину; неужели они думают, что я не существую?

После почти шестичасовой поездки на машине было уже девять вечера, когда Нин Цин прибыла в пункт своего назначения. Дом Сяо Цуй находился в другой старой деревне в другом городе. Она толкнула дверь и вошла в дом Сяо Цуй.

Родители Сяо Цуй были увезены в город их сыном. Прошло уже много времени с тех пор, как его кто-то навещал. Ярко окрашенная стена была покрыта мхом, а деревянная дверь шаталась.

Нин Цин вошла в дом и коснулась стены, чтобы дотянуться до выключателя. Пак! В доме зажегся свет.

Там хоть немного света есть.

Нин Цин оглядел дом и открыл дверь, чтобы войти в комнату на западной стороне дома.

Нин Цин могла бы узнать, что именно там раньше жила Сяо Цуй. Она огляделась и открыла ящик стола.

В ящике стола лежало несколько писем. Нин Цин прочел их. Сяо Цуй была дочерью по материнской линии. Она отсылала каждый чек со своей работы в доме семьи Нин своим родителям, чтобы поддержать их. Она также призвала их заботиться о своем здоровье.

Для Нин Цин было нетрудно догадаться, что Сяо Цуй, должно быть, поняла, что она находится в последней стадии рака. Поэтому, прежде чем она умерла, она приняла огромную сумму денег от Ли Мэйлин и подставила маму Нин Цин.

Нин Цин увидел аккуратный и элегантный почерк Сяо Цуй. Она была образованным человеком. Она взяла одно из писем, сложила его и положила в карман.

В доме больше не было ничего интересного, и Нин Цин собралась уходить.

Уже выходя из дома, она заметила группу из четырех или пяти мужчин, одетых в Черное. С первого взгляда она поняла, что это были гангстеры. Все они положили руки на талию и неприлично уставились на Нин Цин сверху вниз.

“Хе-хе,из какого города эта девушка? Выглядит так красиво и нежно. Я никогда не видел никого более красивого. Девочка, разве тебе не одиноко быть здесь одной? Почему бы нам не составить вам компанию? Ха-ха, - сказала банда гангстеров, когда они приблизились к Нин Цин.

Нин Цин в страхе отступила. Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Она посмотрела на них с большой тревогой. “А ты кто такой? Кто тебя сюда прислал?”

- Ха-ха, нас сюда никто не посылал. Мы увидели красивую девушку, и нас охватило искушение. Мы хотели прийти, чтобы повеселиться. Детка, давай же.- Лидер кольца поспешно бросился вперед.

“ГМ.- Нин Цин не увернулась, а только возмущенно хмыкнула. - А вы не знаете, кто мой муж? - спросила она громко и бодро. - я не знаю, кто он такой. Мой муж-президент Lu от Lu Group. У него есть власть и авторитет. Если ты посмеешь прикоснуться хотя бы к одной пряди моих волос, он заставит тебя страдать больше, чем ты можешь себе представить! Я не знаю, кто тебя послал, но этот человек определенно причиняет тебе вред. Кто знает, может быть, он попытается убить тебя, если ты прикоснешься ко мне.”

Всем угрожала уверенность Нин Цин. Они никогда еще не видели такой спокойной и собранной девушки. Один из них пошел вперед и прокомментировал: "босс, то, что она сказала, Правда? Является ли ли Мэйлин надежным? Есть так много случаев убийства, чтобы держать рот на замке.”

“Что за чушь ты несешь?- Босс быстро дал своему подчиненному крепкую пощечину в тот момент, когда он позволил имени Ли Мэйлин соскользнуть.

- Тебя прислал ли Мейлинг? Сколько она тебе платит? Отпусти меня, и я заплачу тебе вдвойне, - сказала Нин Цин.

Главарь банды потер подбородок и злобно улыбнулся. - Деньги у нас есть. Однако, такая красивая девушка... это наш первый раз, когда мы ее видим. Чего же вы ждете, ребята? Если мне суждено умереть ниже великой красоты, по крайней мере, я умру счастливым. Вперед!”

Нин Цин не успела вовремя увернуться. Лидер ринга бросился вперед и заставил ее опуститься на стол. Лидер группы прикрыл ей рот ладонью и потянул за одежду другой рукой.

Нин Цин открыла рот и укусила руку лидера кольца. Затем лидер кольца отпустил из-за боли. Нин Цин быстро и точно ударила ногой по заднице лидера ринга.

Лидер кольца никогда еще не сталкивался с такой свирепой женщиной. Он схватился за задницу и застонал от боли.

Остальные четверо мужчин бросились вперед. Кто-то поднял руку, чтобы шлепнуть Нин Цин, и у нее закружилась голова.

Когда ее тело было прижато к стене, она схватила ржавые ножницы и ударила в плечо ближайшего к ней человека. Его кровь брызнула ей на лицо.

“Уходить. Иначе я убью вас всех!”

Четверо мужчин увидели, что женщина держит в руках оружие, и были ошеломлены. Нин Цин ухватилась за этот шанс и замахнулась ножницами перед ними. Все бросились уворачиваться, а Нин Цин выбежала за дверь.

“Торопиться. Не дайте женщине сбежать!- приказал главарь кольца.

Нин Цин бежала изо всех сил. Деревенская дорога была полна грязных ям, и не было никаких уличных фонарей. Ее кристально чистые глаза были похожи на черную кошку в ночи, мерцающую упрямой и сильной волей к жизни.

Она не умрет там, ее жизнь только началась.

Пробежав довольно большое расстояние, она вдруг услышала, как подъезжает машина. Фары светили прямо на нее,и Нин Цин быстро закрыла ей глаза. А вот и машина едет.

Нин Цин посмотрела на логотип "Бентли “и удивленно воскликнула:" Шаомин!”

Банда мошенников чувствовала, что им не повезло. Кошка была слишком дикой, и они позволили ей убежать, так же как и потеряли бдительность. Кто бы мог подумать, что эта женщина может бежать так быстро, что они даже не смогут догнать ее.

“О черт, здесь кто-то есть. Поторопись и уходи!- Предводитель кольца махнул рукой и быстро ретировался.

Дверца машины открылась, и Нин Цин вздохнула с облегчением, увидев знакомую красивую фигуру. Она рухнула на землю, Счастливая, счастливая. Я был так близок к тому, чтобы попасть в беду.

- Нин Цин, ты с ума сошла? Разве ты не знаешь, как опасно приходить сюда одному?- Лу Шаомин присел на корточки. Он взял ее за щеку одной рукой и холодно посмотрел на нее.

- Хе-хе, - Нин Цин игриво моргнула, надув губы и притворяясь избалованной. - Шаоминг, я раньше очень боялась. Не ругайте меня!”

Лу Шаомину некуда было девать свой гнев. Девушка все еще тяжело дышала. Легкий ветерок осенней ночи трепал ее прекрасные волосы, а нос покраснел от холода, но она смотрела на него с улыбкой, пытаясь понравиться ему.

Она пыталась снискать его расположение.

Лу Шаомин подавил бушующий в нем гнев. Он вдруг почувствовал влагу на кончике пальца, и зрачок его сузился. Он притянул ее к себе и сказал: "Нин Цин, где ты поранилась? Почему ты истекаешь кровью?”

Нин Цин протянула руки, чтобы обнять его за шею. "Шаоминг, это кровь гангстера, я ударил его ножницами. Шаоминг, отнеси меня в машину. Мне так холодно. Кто-то ударил меня раньше, мое лицо болит.”

…

Лу Шаомин понес Нин Цин к машине. Щека у нее распухла. Лу Шаомин открыла мини-аптечку и положила на нее какое-то лекарство, чтобы облегчить отек.

Мужчина сделал усилие, чтобы быть нежным, так как боялся, что может причинить ей боль. Однако его лицо было напряжено от горя. Нин Цин тут же обнял его за плечи и застенчиво сказал: “Шаомин, не сердись. Это больше не больно. Эти гангстеры не смогли воспользоваться мной.”

Лу Шаомин закрыл аптечку и искоса взглянул на лицо на своей руке. В ответ он резко спросил: "А что, если тебя обманут? А что, если ты попадешь в аварию?”

- Этого не случится. Я давно научился самообороне в школе, особенно чтобы отбиваться от этих бандитов. Кроме того, было много людей, которые пытались использовать меня в течение последних трех лет, и я нашел тактику, чтобы справиться с ними. Позвольте мне рассказать вам секрет о вашей жене; я не только академический сверхуспешник, но и чемпион по бегу на длинные дистанции. Никто не может победить меня.”

Девушка говорила невинно, но Лу Шаомин только почувствовал сердечную боль, когда услышал все это. Глупая девчонка даже не расстроилась из-за тех страданий, которые ей пришлось пережить. Он был в отчаянии из-за нее.

Он ехал больше пяти часов. По дороге туда его руки были покрыты холодным потом. За тридцать лет своей жизни он никогда так не боялся. Как только он представлял себе, что она рискует одна, его бросало в холодный пот.

Он так боялся потерять ее.

- Нин Цин, если ты будешь так сильно рисковать в будущем... я могу только вмешаться в твою жизнь и послать двух телохранителей, чтобы они присматривали за тобой и следили за твоим местонахождением.”

- Нет! Ты обещаешь, что позволишь мне расти самостоятельно. Я не хочу быть канарейкой в клетке. Я дам тебе знать, прежде чем сделаю что-нибудь еще в будущем.”

Лу Шаомин ничего не сказал, но его пальцы крепко сжали ее гладкие щеки. Это было так изысканно. Ее щеки были такими мягкими и гладкими.

- Ой!- Нин Цин шлепнула его по руке и издала удовлетворенный стон. - Шаоминг, почему ты сегодня здесь?”

- А? Я позвонила тебе утром, но ты не ответил, поэтому я пошла забрать тебя в студию после работы. Ваш помощник Сяо Чжоу сказал мне, что вы сели на междугородний автобус, поэтому я предположил, что вы определенно будете здесь. Затем Лу Шаомин поднял свои похожие на лезвия брови и с презрением посмотрел на нее с улыбкой. - Но почему же? Что ты получишь, если придешь сюда один?”

Посмотрите на его выражение лица, он явно принижал меня!

Люди, которые имеют дело со всеми турбулентностями делового круга, как и он, естественно, не будут беспокоиться о битве между богатыми семьями. У мужчины есть своя карьера, и он не станет вмешиваться в личные дела женщины.

Точно так же, как и унижение, которое он причинил Нин ЯО, это было так остро и беспощадно. Однако он не стал бы разоблачать Нин ЯО в банкетном зале. Это был путь человека из влиятельной семьи.

Он презирал себя за это и не привык к этому.

“Конечно. Когда гангстеры захотели воспользоваться мной, я сделал аудиозапись.- Нин Цин достала из кармана джинсов телефон и передвинула экран. Там была запись голоса гангстера:

- Босс, а то, что она сказала, Правда? Является ли ли Мэйлин надежным? Есть так много случаев убийства, чтобы держать рот на замке…”

Тонкие глаза Лу Шаомина блеснули и повернулись, чтобы посмотреть в глаза девушки. В ее глазах мерцал свет мудрости. Хех, он действительно принижал ее.

- Уголки его губ приподнялись в любовной дуге, когда он мягко спросил “- Откуда ты знаешь, что ли Мэйлин пришлет кого-нибудь?”

Он мгновенно понял ее план, как только она включила запись. Именно, она уже давно знала, что ли Мэйлин пришлет кого-нибудь. Поэтому она молча записала, когда появились гангстеры.

- Я тщательно обдумал это во второй половине дня. Оба следа подсказки от Сяо Цуй и бабушки были отрезаны. Ли Мэйлин могла бы откинуться на спинку стула и расслабиться. Почему ли Мэйлин позвонил утром, чтобы найти Сяо Цуй? Она определенно догадалась, что я следил за ней, и она хотела ввести меня в заблуждение к дому Сяо Цуй!”

“Если так, то я вполне могу прыгнуть в ловушку, которую она приготовила. Вы не получите тигра, если не войдете в логово тигра. Я хочу знать, какую шутку она сыграла. В каждой лжи есть свой изъян. Я жду, когда она начнет действовать. Я просто никогда не думал, что ее уловки всегда так низки. У нее не было лучших идей, чем нанять гангстеров!”

- МММ. - Лу Шаомин поцеловал ее в лоб и притянул к себе. “Но записи будет недостаточно, чтобы обвинить ли Мэйлин в ее проступках. И каков же ваш план?”

Нин Цин уютно устроилась в его объятиях и улыбнулась освежающему аромату, исходящему от него. Она подумала и сказала: "я еще не решила. На этот раз я не буду действовать опрометчиво. Я сбью ее с ног, как только приму меры.”

“Хе-хе, - Лу Шаомин двумя пальцами приподнял ее подбородок и поцеловал, - моя жена, почему я нахожу тебя умнее и милее?”

Она всегда была такой. Она могла бы вернуться от двери смерти и победить кого-то в его собственной игре. Кроме того, когда она имела дело с гангстерами, она была спокойной и собранной. Даже когда она ударила гангстера ножом и кровь забрызгала ее лицо, она не запаниковала. Сколько девушек в мире были бы такими же решительными и смелыми, как она?

Даже если бы она была бездомной, она все еще могла бы жить удивительной жизнью!

Щеки Нин Цин порозовели. На самом деле, ее маленькие трюки не могли сравниться с его. Он был опытным и зрелым человеком. Она была невинна в сравнении с ним.

Но он был так счастлив и относился к ней как к своему драгоценному сокровищу.

Нин Цин обняла его голову и ответила ему застенчиво, но страстно.

Вот это здорово. Он проехал весь этот путь, чтобы забрать ее!

…

После глубокого поцелуя Нин Цин легла на пассажирское сиденье. Лу Шаомин достал свою куртку и накрыл ее собой. - Нин Цин, давай поужинаем. Что ты хочешь съесть?”

- Мм, мы просто поедим где-нибудь в городе. Не нужно делать крюк.- Нин Цин очень переживала за него, потому что ему пришлось так долго вести машину. Даже стальной человек не смог бы этого вынести.

“Окей.”

Через двадцать минут Лу Шаомин прибыл в ближайший город. Нин Цин увидела довольно чистую кастрюльку и предложила: "Шаомин, давай пожарим ее. Лучше всего иметь горячий котел осенью.”

- МММ” - Лу Шаомин припарковал машину.

Они вдвоем вошли в магазин, где продавались горячие котелки. Там было еще несколько столиков для гостей, и она выбрала место у окна, а Лу Шаомин сел напротив нее.

Официант передал им меню. Сначала Нин Цин выбрала несколько блюд и передала меню Лу Шаомину. Мужчина заглянул в меню и внимательно прочел.

Чем больше времени она проводила с ним, тем больше замечала его драгоценные качества. Раньше он ходил и приходил из высококлассных заведений, ел и носил лучшие продукты, но он все еще никогда не возражал против того, чтобы приходить в маленькие рестораны. В его характере была необузданность.

Он снял пиджак и положил его на стул рядом с собой. Красивое тело мужчины в белой рубашке было подобно статуе, когда он не двигался. Он был элегантен и очарователен.

Он казался выше простых людей.

Лу Шаомин взял несколько блюд и передал меню обратно официантке. Затем он сказал глубоким голосом: "и два стакана воды.”

- Хорошо, - официантка не знала, кто этот мужчина, но нашла его еще более привлекательным, чем те мужчины по телевизору. - Взволнованно ответила официантка, покраснев от возбуждения.

Когда официантка ушла, Нин Цин подняла глаза и увидела, что несколько столиков гостей пристально смотрят на Лу Шаомина. Девушки в маленьких городках никогда не видели такого элегантного и уравновешенного мужчины, как Лу Шаомин. Это было настоящим шоком для посетителей, особенно учитывая то, что все гости были девушками в возрасте от двадцати до тридцати лет. То, как они прикрывали рты и хихикали, было похоже на кошек в жару.

Нин Цин стало не по себе.

Они бросают жадные взгляды на моего мужчину; неужели они думают, что я не существую?

Официант принес два стакана воды, и Лу Шаомин поднес стакан к его губам. Затем Нин Цин сказал: "Шаомин, я хочу пить воду.”

Лу Шаомин потрясенно посмотрел на нее и перевел взгляд на стакан воды, стоявший рядом с ее рукой. Он пытался сказать ей, что у нее есть свой собственный.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 107:Три Года Назад Именно Она Заставила Меня Упасть С Лестницы

Нин Цин подмигнула ему своими прекрасными глазами, намекая, что она хочет выпить воду из его руки.

Губы Лу Шаомина снисходительно изогнулись. Он не обратил внимания на то, что произошло, когда смотрел в меню. После 30 лет жизни он привык к такой сцене, но поразмыслив на мгновение, понял, что она ревнует.

Он отнял чашку от своих губ и протянул свою сильную руку к ее губам, накормив ее водой.

Маленькое личико Нин Цин было очень красным. Она только хотела, чтобы он держал в руке воду, и не просила его кормить ее.

Нин Цин опустила глаза и сделала два маленьких глотка из его большой руки.

Лу Шаомин снова взял воду, которую она еще не допила, поднес ее к губам и выпил оставшуюся воду.

Нежное личико Нин Цин быстро превратилось в застенчивое, но счастливое выражение. Она подняла глаза и увидела, что все девушки за этим столом разочарованно поникли головами, а кто-то еще недовольно цыкнул на Нин Цин.

Нин Цин подняла свой маленький подбородок и выдала им чрезвычайно холодное и высокомерное " хм.”

…

После этого эпизода они радостно съели свою горячую кастрюлю.

Лу Шаомин посмотрел на маленький горшочек, стоявший перед Нин Цин. Горшок был красным и ярким от слоя пряного масла. Она ела очень изящно, откусывая маленькие кусочки. Один из рыбных шариков был очень горячим. Она откусила маленький кусочек и обожгла рот. Она быстро обмахнула рот веером и остудила рыбный шарик своей маленькой рукой, затем проглотила его с очень хорошим аппетитом.

Она съела только половину, но светлый и гладкий кончик ее носа уже покрылся слоем пота. Ее вишневый рот был красным, с водянистым блеском.

Адамово яблоко Лу Шаомина дернулось. Он взял свою чашку с водой и сделал большой глоток, прежде чем сказал: - Ешьте менее острую пищу. В это время года очень легко перегреться.”

Нин Цин подняла свою маленькую головку. Маленькая горячая кастрюлька перед мужчиной была очень легкой на вкус. По-видимому, он не мог есть перец чили. Она взяла палочками для еды кусок баранины и поднесла его к его рту. “Насколько безвкусно было бы иметь горячую кастрюлю без острой пищи? Попробуйте и посмотрите, хорошо ли это?”

Лу Шаомин нахмурился, глядя на палочки для еды перед собой, но открыл рот и начал есть.

- А это вкусно?- Спросила Нин Цин, кусая свои палочки для еды.

Лу Шаомин проглотил баранину. Адамово яблоко мужчины дернулось. Девушка напротив грызла палочки тонкими белыми зубами. Действия девушки были очень милыми.

Он кивнул головой, его взгляд потускнел. “Да, все в порядке.”

После ужина Лу Шаомин достал карточку и протянул ее боссу. - Расплачиваюсь карточкой.”

Босс виновато встал и сказал: "Простите, сэр. У нас здесь нет устройства для считывания карт. Мы принимаем только наличные деньги.”

Нин Цин стояла рядом с Лу Шаомом, его пиджак висел на ее тонкой руке. Этот человек, вероятно, не привык носить с собой наличные деньги, которые он выходил. Она посмотрела на свой бумажник.

В это время из ниоткуда появилась девушка и сильно сдавила ее ягодицами в сторону. Нин Цин отступила назад, и девушка плавно встала рядом с Лу Шаомом. - Милый, у тебя что, совсем нет денег? 220. Я тебе за это заплачу. Возьмите его, как я купил вам еду.”

Девушка достала 220 баксов и шлепнула их на стойку босса.

Глаза Лу Шаомина были холодны. - Он посмотрел на девушку. Его тонкие губы дрожали. Он хотел говорить, но маленькая и красивая фигурка его. Нин Цин так разозлилась, что достала из бумажника 300 долларов и бросила их девушке в лицо. “Вам не нужно покупать нам еду, у нас нет недостатка в деньгах. Эти 300 - для тебя. Оставь сдачу себе!”

Сказав это, Нин Цин потянула Шаомина за руку и потащила прочь.

Угу! Она была в ярости. Откуда у него столько гнилых поклонников?

Ей все еще приходилось делать неоднократные попытки блокировать их.

Когда они вышли из магазина, где продавали горячую выпечку, Лу Шаомин взял девочку за маленькую ручку и остановился.

“Что случилось?- Спросила Нин Цин.

Лу Шаомин мягко улыбнулся и сделал шаг вперед, а Нин Цин-два шага назад. И только почувствовав холодок в спине, она поняла, что стоит спиной к придорожному столбу.

С громким звуком он положил левую руку на шест и обнял ее.

- Шаоминг, ты, что ты делаешь?- Нин Цин толкнула его своими маленькими ручонками. На обочине было полно людей. Даже девушка, которая только что оттолкнула ее бедрами, стояла у двери и смотрела на него.

Эта ситуация была слишком неловкой.

Он вытащил свою большую руку из кармана брюк и погладил ее нежную шею, глаза его были полны обожания. - Дурачок, в следующий раз, когда ты встретишь женщину, которая любит твоего мужа, тебе не нужно будет прилагать столько усилий, только этот поцелуй... - он наклонился и поцеловал ее своими тонкими губами. - Тогда скажи им, кому я принадлежу.…”

Колени Нин Цин мгновенно ослабли. Ее маленькие ручки крепко сжимали его рубашку, а сердце бешено колотилось.

Как он мог так просто ее поцеловать?

Кабедон был в тренде в последнее время, но он не был похож на тип, который наблюдает за драмами идолов. Тем не менее, он был более очарователен, чем кто-либо другой, когда делал это.

Он говорил это, целуя ее. Его низкий, глубокий голос заставил ее губы задрожать. Слова были изящными “ " кто владеет мной?- Такая агрессивная, такая распутная. У Нин Цин покалывало в голове.

“Я давно хотел поцеловать тебя... я хотел съесть тебя, когда смотрел, как ты ешь, так соблазнительно...” Лу Шаомин затосковал по ее сладости и глубоко поцеловал ее.

…

Было раннее утро, когда они вернулись в чайный павильон виллы. Лу Шаомин сразу же отправился в офис. Нин Цин отмахнулась от него и вошла в дверь виллы.

- Цинцин, ты вернулся!"Юэ Ваньцин вышла вперед и приветствовала ее. Она увидела, что половина лица Нин Цин покраснела и распухла, и была потрясена. - Цинцин, что у тебя с лицом?”

- О, Мам, я случайно врезалась в...столб, когда шла вчера, так что мое лицо распухло. - Все в порядке. Через пару дней тебе станет лучше.”

Юэ Ваньцин упрекнул: "Почему ты не можешь идти более осторожно? Разве это больно? Мама применит некоторые медицинские масла для вас.”

Юэ Ваньцин пошла в гостиную, чтобы взять аптечку первой помощи. Именно тогда бабушка радостно сбежала вниз по лестнице и обернулась вокруг Нин Цин, говоря: "почему ты не можешь идти более осторожно? Разве это больно?..”

Нин Цин была очень довольна своей бабушкой. - Бабушка, что ты делаешь? Почему вы копируете то, как говорит Мама?”

Юэ Ваньцин улыбнулась и ответила: “Твоя бабушка похожа на ребенка. Она копировала наш разговор последние несколько дней, и у нее это тоже неплохо получается.”

Копируя, как люди разговаривают?

Глаза Нин Цин загорелись, и она действительно выглядела живой.

“Бабуля.- Нин Цин быстро подвел бабушку к дивану и радостно сказал: “Бабушка, Цинцин будет играть с тобой в одну игру. Что бы там ни говорил Цинцин, ты понял. Через два дня, Цинцин будет иметь вас выступать и действовать.”

- Выступать и действовать? Вот это здорово, вот это здорово! Бабушка любит выступать и действовать лучше всех.- Бабушка танцевала вокруг, когда она ответила.

Юэ Ваньцин с сомнением спросил: "Цинцин, чему ты хочешь научить бабушку?”

Нин Цин удобно устроилась на диване и загадочно рассмеялась. - Мама, тогда ты все поймешь. Я не поеду на съемки еще пару дней. Я сберегу свои силы и предвижу тяжелый бой через два дня.”

…

Два дня спустя, это была свадьба Сюй Цзюньси и Нин Яо века.

Свадьба проходила в элитном отеле высшего класса. Нин Чжэнго и Ли Мэйлин выглядели очень энергичными в этот день. Они остановились у двери, чтобы поприветствовать гостей.

Нин Цин появилась в белом платье с лямками и светло-голубой вязаной шалью. Все 28 представителей средств массовой информации столпились вокруг нее, когда она появилась. - Мисс Нин, вы приехали на свадьбу? Может ты дашь своему бывшему жениху и сводной сестре Нин Яо свое благословение?”

Нин Цин грациозно улыбнулась и ничего не ответила.

В это время и пара Сюй, и пара Нин бросились туда. Нин Чжэнго боялся, что Нин Цин вызовет неприятности, и поспешно сказал: “Цинцин, естественно, пришел, чтобы благословить эту пару. Цинцин, не так ли?”

Нин Цин посмотрела на нервничающего Нин Чжэнго. - Свадьба состоится независимо от того, благословлю я ее или нет, так что мои благословения не имеют значения... но как ты можешь не пригласить бабушку на свадьбу Яояо? В конце концов, это же свадьба ее внучки.”

- Бабушка?- Нин Чжэнго был ошеломлен.

Лицо ли Мэйлин изменилось. Она заставила себя успокоиться и сказала: “Цинцин, бабушка не была в здравом уме с тех пор, как упала с лестницы. У нее не очень хорошее здоровье. Она не сможет присутствовать на свадьбе.”

“А почему бы и нет? Бабушку лечил британский специалист по мозгу после того, как я взял ее к себе. К ней уже вернулось здравомыслие. Смотри, бабушка здесь.”

Нин Цин отступил в сторону, Юэ Ваньцин помогала бабушке пройти через двери свадебного банкета.

Сегодня бабушка была в ржаво-красном пальто. Ее серебристые волосы были заколоты сзади черными булавками. Бабушка выпрямляла спину, когда шла,и ее энергичный дух придавал ей немного достоинства.

Нин Чжэнго почти сомневался, что он потерял зрение. Его мать шла навстречу ему, как и три года назад.

На самом деле его мать всегда принимала решения в семье Нин и корпорации Нин. Нин Чжэнго был от природы слабохарактерным, поэтому всю свою жизнь прислушивался к советам матери. Он был доволен своей устроенной жизнью.

Поэтому он был очень почтителен и очень зависим от своей матери.

- Мама!- Нин Чжэнго был в приподнятом настроении. Он быстро шагнул вперед и подошел к бабушке. Он взял ее за руку и взволнованно сказал: “Мама, ты действительно выздоровела?”

Бабушка холодно фыркнула на Нин Чжэнго и яростно стряхнула его руку. - Нефилиальный сын!”

Нин Чжэнго был ошеломлен.

Глаза ли Мэйлин вспыхивали снова и снова. Она не ожидала, что Нин Цин приведет ее бабушку сегодня на свадьбу.

На самом деле, она была полна уверенности и не боялась, когда Нин Цин взял бабушку с собой домой. Она была уверена, что Нин Цин не найдет ничего полезного, и бабушка не поправится.

Но на всякий случай она перенесла свадьбу на несколько дней вперед; ей нужно было убедиться, что все прошло гладко.

Но что теперь Нин Цин хочет делать со своей бабушкой?

Неужели бабушка действительно выздоровела, или Нин Цин лгала ей?

Убийственное движение Нин Цин застало ее врасплох.

Ли Мэйлин вышла вперед и сказала со смехом: “мама, наконец-то ты в добром здравии. Чжэнго и я с нетерпением ждали этого дня.” Она пошла помогать бабушке.

Пощечина! Бабушка тут же подняла руку и ударила ли Мэйлин. Она сказала: "Кто твоя мать? Моя единственная невестка-Ваньцин. Убирайтесь от меня, Вы Иуда, который разрушает семьи других людей!”

- Вау ... - свадебный банкет мгновенно превратился в хаос. Журналисты яростно фотографировали происходящее, и дворяне, приглашенные на свадебный банкет, бледнели один за другим.

Эта пощечина отрезвила ли Мейлинга. Наконец-то она все поняла. Нин Цин привела свою бабушку, чтобы разрушить все сегодня!

- Она подняла голову. - Мама, старшая сестра столкнула тебя с лестницы три года назад, а потом ты на три года лишилась рассудка. Я знаю, что вы меня неправильно поняли. Сегодня свадьба Яояо. Давайте закончим нашу свадьбу. Я даже преклоню колени перед тобой, когда все будет сделано.”

“Да-да, бабушка. Сегодня свадьба моего сына с вашей внучкой. Если есть что-нибудь, давайте подождем, пока мы не вернемся домой и не поговорим. Кто-то пришел и пригласил бабушку выпить чаю в банкетном зале.- Матушка Сюй пришла, чтобы все уладить.

Подошли два телохранителя.

Нин Цин знала, что эти две женщины не дадут бабушке шанса заговорить. Она шла рядом с бабушкой и защищала ее. Когда телохранители потянулись к ней, она в панике закричала: “Что ты хочешь сделать? Моей бабушке в этом году исполняется 65 лет. Это ваш способ гостеприимства? Ах, Бабушка!”

Нин Цин потянула бабушку за рукав назад и заранее создала иллюзию того, что ее толкнули вниз.

Оба телохранителя были невиновны. Они еще даже не коснулись углов своих рубашек.

- Прекрати это! Госпожа Сюй, госпожа Нин, старая госпожа Нин уже очень стара. Вы не только оскорбляете дворян, так грубо толкая ее, но это также не по-женски!- почтенный старик в банкетном зале встал и закричал.

Развлекательная пресса тоже была на стороне бабушки.

Матушка Сюй не осмелилась пошевелиться, и Ли Мэйлин крепко сжала кулаки. У нее было очень плохое предчувствие. С Нин Цин было все труднее и труднее иметь дело. Она больше не могла предвидеть своих действий.

Потом Нин Цин подмигнула бабушке. Бабушка поняла, что она имела в виду. Она указала на нос Нин Чжэнго и упрекнула его: "ты нефилим сын, ты был соблазнен этим ублюдком и разрушил идеальную семью. Что ты имеешь в виду под этим сейчас? Просишь двух телохранителей заткнуть мне рот?”

- Смотри, это та отметина, которую оставила Нин Яо, когда она нарочно ущипнула меня на днях, притягивая к себе в комнату. Ты позволил этому ублюдку Нин Яо запугать твою мать! Теперь твоя мать собирается раскрыть правду о происшествии на лестнице три года назад на этом свадебном банкете и раскрыть истинное лицо ли Мэйлин. Вы это допускаете или нет?”

- Это... - Нин Чжэнго посмотрел на синие и фиолетовые пятна на руках своей матери, и его лицо опустилось. Он холодно взглянул на Ли Мейлинга.

А сегодня его мать сказала "сука “и” ублюдок", что звучало очень некрасиво. Импульсивность его матери была такой агрессивной, и он никогда не видел эту сторону своей матери.

Нин Чжэнго был ошеломлен. Он был немного смущен этой ситуацией.

Нин Цин с негодованием показала руку своей бабушки на вспышку СМИ. - Тетя ли, тетя Сюй, вы, ребята, все время говорили бабушке, чтобы она подождала до конца свадьбы Нин ЯО, но посмотрите, что Нин Яо сделал с бабушкой. Бабушка в то время не была в здравом уме. Как она могла так поступить с ней? Есть ли в ней хоть капля человечности?”

Репортеры продолжали фотографировать, а со всех сторон доносились звуки критики.

- Миссис Нин, ваша дочь действительно ущипнула свою бабушку? 65-летняя психически неуравновешенная пожилая женщина. Каково было настроение Мисс Нин Яо, когда она делала что-то настолько жестокое?”

- Госпожа Сюй, госпожа Нин Яо щиплет свою бабушку вот так, как ее свекровь, вы знаете об этом? Вы все еще довольны этой невесткой?”

Матушка Сюй и Ли Мэйлин лишились дара речи.

- Хорошо, бабушка, теперь ты можешь перед всеми рассказать нам, кто столкнул тебя с лестницы три года назад и почему они это сделали?- Сказала Нин Цин.

Бабушка указала на Ли Мэйлин и сказала: "три года назад она была той, кто накачал меня наркотиками. Именно она заставила меня стоять на лестнице и чувствовать головокружение. Это она заставила меня упасть с лестницы. Именно она приказала Сяо Цуй, служанке, подставить мою добрую невестку Ваньцин!”

Бабушкины слова вызвали бурю негодования.

- Старая госпожа Нин, что случилось три года назад? Ли Мэйлин также критиковала вашу невестку Юэ Ваньцин на ее пресс-конференции полмесяца назад, заявив, что если бы Юэ Ваньцин не столкнула вас с лестницы три года назад, ваш сын не получил бы развод, и что она не попросила бы титул даже после 18 лет молчаливых усилий.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 108:Генеральный директор Сюй, ваша свадьба проходит так, как планировалось?

“ГМ.- Бабушка холодно усмехнулась. “Это все была ее ложь. Она соблазнила моего сына, и я узнал об этом. Я…”

Как раз в тот момент, когда все слушали ее с полным вниманием, бабушка внезапно остановилась.

Бабушка подперла подбородок одним пальцем и посмотрела на небо. А какая следующая строчка? Айя, я слишком стар. Я становлюсь бесполезным. Я тренировался два дня, но уже забыл об этом.

Когда бабушка замолчала, в толпе поднялась суматоха. Ли Мэйлин тоже выглядела подозрительно.

- Мама, я знаю, что у тебя болит сердце и ты не можешь продолжать свою историю. Пусть Цинцин закончит эту историю за вас.- Юэ Ваньцин быстро подняла свой рукав, чтобы притвориться, что вытирает слезы для бабушки.

Когда Юэ Ваньцин отвела назад свои рукава, глаза бабушки были красными, а в уголках ее глаз стояли слезы. Она похлопала Нин Цин по руке и захлебнулась рыданиями: “Цинцин, закончи эту историю для меня.”

- МММ” - кивнула Нин Цин. - Три года назад бабушка узнала про папу и тетю Ли и очень рассердилась. Она хотела уволить тетю ли с расплатой. Однако тетя ли возмутилась перед бабушкой и настояла на том, чтобы она стала госпожой Нин…”

“Ерунда. А я-нет!- Ли Мэйлин отрезал Нин Цин. Она действительно не знала.

Глаза Нин Цин заблестели. - Тогда это означает, что тетя ли признает, что моя бабушка искала тебя, когда твой скандал был раскрыт три года назад. Так ведь?”

Репортеры согласно закивали головами.

- Ты... - ли Мэйлин знала, что ее подставили, и хотела объясниться.

Однако Нин Цин быстро махнул рукой и оборвал ее: “для характера тети Ли, которая терпит унижения ради более высокой цели, как это возможно, что она требовала войны против моей бабушки? Ты определенно разыграла жалкую карту и устроила шоу, в котором сказала, что любишь только моего отца, но не его деньги. Раньше я только шутила с тетей ли.”

Нин Цин предположила, что ее бабушка поговорила бы с Ли Мэйлин, но она не могла угадать контекст их разговора. На самом деле, было нетрудно догадаться об отношении ли Мэйлинга. Это было либо одно, либо другое. Она могла легко сказать, проверяя ее.

В глазах ли Мэйлин мелькнула злоба. Нин Цин так сильно изменилась. Она говорила так тщательно и была такой хитрой. Она могла найти недостатки почти в каждом предложении и контратаковать ее.

Нин Цин подрастала.

- Моя бабушка и моя мама были матерями и дочерьми в течение тридцати лет. Даже если они не кровные родственники, они достаточно близки. Как бы хорошо ты ни пел в китайской опере, моя бабушка не будет обманута. Ты видел мою бабушку как свой камень преткновения, так что у тебя была плохая идея.

“Вы купили служанку, Сяо Цуй,в семейный дом Нин с единовременным вознаграждением. Затем ты дал указание Сяо Цуй отравить бабушкину еду. В тот день, когда бабушка разговаривала с мамой на лестнице, лекарство подействовало, и бабушка скатилась вниз по лестнице. Затем Сяо Цуй выдвинул ложное обвинение против моей мамы за то, что она столкнула бабушку с лестницы!”

- Нет, Цинцин, это все твое воображение. Это же неправда! У вас есть доказательства?- Ли Мэйлин эмоционально отрезала Нин Цин. Она была уверена, что у Нин Цин нет никаких доказательств.

Хотя каждое слово, сказанное ею о том, что случилось три года назад, было правдой.

Ли Мэйлин начала паниковать.

- Доказательства есть? Конечно, - Нин Цин достала из сумки пожелтевшее письмо. Она открыла его и подняла перед камерами, чтобы они могли запечатлеть изображение. - Три года назад у Сяо Цуй была последняя стадия рака. На пороге смерти она написала, что ей очень жаль мою бабушку и маму. Затем она записала все детали этой истории. Она написана черным по белому. Тетя ли, нет смысла отрицать это.

Ли Мэйлин недоверчиво покачала головой. Было невозможно, чтобы Сяо Цуй оставил после себя какие-либо письма. Откуда она взяла это письмо?

Ли Мэйлин чувствовала, что мир был волшебным. Правда лежала под ложью в течение двадцати лет, и никто не мог по-настоящему похоронить ее.

Она подбежала и схватила письмо, которое держала в руке Нин Цин. Это действительно был почерк Сяо Цуй, но она вела себя так, как будто извлекла крупную улику. Она указала на Нин Цин и укоризненно сказала: "Нин Цин, ты всем врешь. Я знаю почерк Сяо Цуй. Это не почерк Сяо Цуй. Это же сфабрикованная улика!”

Затем послышался низкий голос. - Откуда ты знаешь, что это был почерк Сяо Цуй?- Нин Чжэнго медленно пошел вперед, его лицо позеленело, когда он задал вопрос.

- Я... - ли Мэйлин почувствовала, как у нее упало сердце. Она чувствовала, что обречена!

Она подсознательно посмотрела на Нин Цин и увидела ее широкую улыбку.

Нин Чжэнго подошел ближе к ли Мэйлингу.- Три года назад, когда ты вышла за меня замуж, Сяо Цуй уже уволилась. Да, когда Ваньцин все еще была там, Ваньцин всегда приглашала вас в качестве гостя, но почему гость должен быть знаком с почерком служанки? Ли Мэйлин, скажи мне. - Что тут происходит?”

“Все очень просто. Эта женщина, которая говорила, что любит тебя в течение двадцати лет, которая не просила ни статуса, ни возвращения, на самом деле уже начала тщательно планировать, когда она впервые встретила тебя. Она солгала моей маме. Она исключила бабушку из уравнения и в конце концов заставила тебя жениться на ней как на Миссис Нин. А теперь спроси себя: любила ли она тебя когда-нибудь по-настоящему? Она любит только ваши деньги и социальное положение. Она разрушила твою счастливую семью и держала тебя под каблуком, как глупого человека. Она любит только себя!- Когда она резко заговорила, в глазах Нин Цин появился холодный блеск.

- Нет, Чжэнго, послушай меня. Я могу объяснить ... …”

- Пак!- Нин Чжэнго замахнулся и сильно ударил ли Мэйлин.

Ли Мэйлин упал на землю.

- Ли Мэйлин, я никогда не думал, что ты станешь таким человеком. Ты лгал мне на протяжении последних двадцати лет. Ты такой злой!- Глаза этого человека были полны гнева и ненависти.

Нин Цин могла понять его гнев. Ли Мэйлин, которая в свое время была холодной богиней, стала его любовницей на двадцать лет в полном молчании. Это всегда было то, чем он гордился в своей жизни. Но потом он потерял свою гордость. Его богиня подставила его. Использовать его. Она любила только его деньги, а не его самого как личность. В какую же шутку он превратился.

Нин Чжэнго, как единственный сын семьи Нин, никогда не испытывал неудачи или обиды. Юэ Ваньцин была замужем за ним в течение тридцати лет и относилась к нему как к своему миру. Он привык к тому, что ему льстят, и был эгоистичным человеком.

Затем Нин Цин разоблачил трюки ли Мэйлинга перед всеми, и Нин Чжэнго стал посмешищем. В будущем, когда он будет думать о том, как Ли Мэйлин обманывал его в течение двадцати лет, он будет чувствовать иглу в своем сердце.

Нин Цин осмелился сказать, что Нин Чжэнго и Ли Мэйлин закончились!

- Нет, дело не в этом... - ли Мэйлин была вся в слезах, а ее лицо горело от смущения. Она подняла свой пристальный взгляд и посмотрела на всех вокруг, указывая пальцами на нее и глядя на нее с презрением. Она никогда не думала, что так проиграет.

Она приложила много усилий, чтобы все это спланировать, и столько лет жила в уединении. Каждый шаг, который она делала, напоминал ей о ее жизни в течение двадцати лет. В последнем пресс-релизе она была ошеломлена пустым документом Нин Цин, и она проиграла.

Затем она убедилась, что в бабушкином инциденте не было никаких изъянов. Но как же бабушка вдруг придет в себя?

Она была побеждена Нин Цин снова!

Неужели она обречена?

- Мама!- Подбежала Нин Яо.

Она все еще была в своем белом свадебном платье. Ранее в свадебном гримерном зале ей делал макияж главный визажист. Подружки невесты осыпали ее комплиментами. Как раз в тот момент, когда она наслаждалась лестными замечаниями, кто-то пошел, чтобы сообщить ей о том, что произошло в зале, поэтому она поспешно подбежала.

- Мама, что с тобой случилось? Кто тебя ударил?- Нин Яо оглядел трех человек, стоящих там, и посмотрел на Нин Чжэнго, который скрестил руки на груди. Она спросила: "Папа, это сестра дала маме пощечину? Сестра собирается за борт. Ты должен добиться справедливости для мамы.”

- Яояо, это из-за наследственности, или что-то было не так с твоим воспитанием? Почему вам нравится клеветать и подставлять кого-то другого, когда вы говорите? Человек, который ударил твою маму - это твой отец!- Сказала Нин Цин.

- Ну и что же?- Нин Яо уставилась на него и потянула за руку Нин Чжэнго. - Папа, почему ты ударил маму?”

Нин Чжэнго отмахнулся от руки Нин Яо. - Сам спроси свою маму, что она сделала!”

Затем репортер закричал: "Мисс Нин Яо, инцидент, когда ваша мама отравила вашу бабушку, и она скатилась с лестницы, был раскрыт. Узнав об этом, твой отец дал пощечину твоей маме.”

- Ни в коем случае, это невозможно, чтобы моя мама столкнула бабушку с лестницы. Это же ты!- Нин Яо указал пальцем на Нин Цин. “Должно быть, это ты подставил мою маму. Здесь должно быть какое-то недоразумение.”

“Хе, - холодно рассмеялась Нин Цин, глядя на него с презрением. - Яояо, это бабушка разоблачила заговор твоей мамы. Ты хочешь сказать, что бабушка подставила твою маму? Это просто смешно. Бабушка, которая была жертвой, раскрыла правду три года назад, но ты сказал, что бабушка подставила твою маму? Среди бела дня во Вселенной, как ты смеешь отказывать ей?”

- ...- Нин Яо был в растерянности от внушительной ауры Нин Цин.

Внезапно один человек сказал: "что случилось, что происходит?”

На сцену вышла Сюй Цзюньси. Он был в белом костюме и выглядел довольно эффектно.

Увидев его, журналисты пришли в восторг, и камеры безостановочно щелкнули.

- Генеральный директор Сюй, ваша невеста, Нин Яо... Мисс Нин ущипнула свою бабушку и оставила синяк. А ты это знал? А ты как думаешь?”

Затем бабушка закатала рукава, чтобы показать Сюй Цзюньси свой синяк.

Зрачок Сюй Цзюньси сузился, когда он посмотрел на Нин Яо рядом с собой. На его лице мгновенно появилось серьезное выражение.

Нин Яо всегда была хрупкой девушкой, нежной и доброй. Он никогда не думал, что Нин ЯО может сделать такую ужасную вещь со своей собственной бабушкой.

Нин Яо заметила его расстроенный взгляд и хотела объясниться, но пресса продолжала забрасывать ее вопросами…

"Генеральный директор Сюй, сегодня мадам Нин раскрыла правду о ее падении с лестницы три года назад. Оказалось, что это заговор твоей тещи ли Мэйлин. Что ты об этом думаешь?”

- Генеральный директор Сюй, ваша теща была тайной любовницей в течение двадцати лет; она замышляла изгнать первую жену, отравить пожилого человека, уничтожить другую семью, чтобы получить социальный статус. Я хотел бы спросить: ты все еще выйдешь замуж за Нин Яо?”

- Генеральный директор Сюй, ваша будущая невеста, Нин Яо, не кажется такой хрупкой, как кажется на первый взгляд. Ты действительно ее знаешь? Вы бы стали вторым Нин Чжэнго? Вы бы тоже об этом пожалели в конце концов?”

- Генеральный директор Сюй, свадьба пройдет так, как планировалось? Пожалуйста, ответь.”…

Задавая один вопрос за другим, лицо Сюй Цзюньси становилось серьезным. Его свадьба превратилась в шутку?!

Он поднял глаза и посмотрел на Нин Цин. Девушка стояла там, выпрямив спину с оттенком высокомерия. Она презрительно посмотрела на него и усмехнулась.

Сюй Цзюньси сжал кулак, увидев ее презрительный взгляд. Бомбардирующие вопросы репортеров не могли сравниться с этим единственным взглядом. У него снова заболело сердце.

- Цзюнси, мои личные дела никогда не имели ничего общего с Яояо. Яояо любит тебя уже много лет. Теперь, когда гости здесь, поторопитесь и продолжайте свадьбу, - ли Мэйлин встал и сказал.

- Цзюньси... - тихо позвала Сюй Цзюньси Нин ЯО, но больше ничего не сказала. Ее глаза были полны нежных чувств, которые она хотела выразить, но сдержалась.

Они никогда не думали, что их свадьба закончится вот так. Они были рассержены тем, что их особый день стал второстепенным зрелищем перед богатыми семьями города т.

Матушка Сюй была несчастна. Ли Мэйлин держала акции в своих руках и Emperor Entertainment Group была ее главным приоритетом. Она знала, что он должен скоро жениться на Нин Яо, и тогда не будет иметь значения, если он бросит ее.

Мать Сюй посоветовала Сюй Цзюньси: "Цзюньси поторопись и продолжай свадьбу. Не пропустите удачное время.”

Выражение лица Сюй Цзюньси выглядело сложным. Его свадьба была в полном беспорядке, и это была такая шутка. Он был высокомерен все это время, но он не мог позволить себе опуститься перед средствами массовой информации.

Глядя на него в нерешительности, Нин Яо подошла и взяла его за руку. - Цзюнси, неужели ты больше не хочешь меня? Вам не нужно ставить себя в трудное положение. Это я тебя смутил. Я не буду тебя заставлять. Я сейчас же уйду.”

- Яояо!- Сюй Цзюньси быстро взяла Нин Яо за руку, когда она собиралась уходить.

Нин Яо жила для него. Если бы он не хотел ее, она бы определенно сделала что-то глупое снова. Кроме того, Нин Цин привезла свою бабушку на его свадьбу. Она хотела посмотреть на него как на шутку.

Он не позволит Нин Цин победить!

- Яояо, давай поговорим о мамином деле позже. Давайте продолжим нашу свадьбу", - сказал Сюй Цзюньси.

” Ничего себе... " репортеры никогда не ожидали, что Сюй Цзюньси продолжит свадьбу. Они были потрясены.

А потом-Пак-Пак. Раздались три громких хлопка. Нин Цин хлопнула в ладоши, сделав два шага вперед. Она приподняла уголок своей губы и посмотрела на Сюй Цзюньси с ленивой, но очаровательной улыбкой: “любовь генерального директора Сюй к Яояо тронула меня. Я не могу не хлопать тебе в ладоши.”

- Нин Цин, что ты пытаешься сделать? Мы уже прошли этот роман о бабушке. Если ты хочешь испортить свадьбу Цзюньси, я попрошу охранников вывести тебя отсюда!- Матушка Сюй сделала мне выговор.

Нин Цин не стала утруждать себя, но улыбнулась еще шире. Ее голос был громким и ясным, спокойным и уверенным, когда она сказала: "тетя Сюй, почему ты так нервничаешь? Ты боишься, что я раскрою тайну этой свадьбы? Генеральный директор Сюй, разве вы не устали притворяться, что заботитесь так много перед всеми? Вы готовы впустить Нин ЯО в свою семью только потому, что хотите получить ее обильное приданое!”

Репортеры сходили с ума. Неужели они собираются приоткрыть еще один эксклюзивный секрет?

Репортеры еще не успели спросить, но Сюй Цзюньси холодно спросил: "Нин Цин, что ты имеешь в виду?”

“Что я имею в виду? Генеральный директор Сюй должен знать это лучше, чем кто-либо другой. Ли Мэйлин дал твоей маме контракт на передачу акций от директора компании Emperor Entertainment Group с другой фамилией. С помощью договора о передаче доли вы можете удалить всех против вас и снова быть в полной власти. Генеральный директор Сюй собирается сегодня жениться на Нин Яо. Ты не бросил ее, и все из-за своей карьеры! Вы наступаете на плечо женщины ради своей карьеры. Сюй Цзюньси, я презираю тебя!”

Сюй Цзюньси, я презираю тебя?

Глаза Сюй Цзюньси налились кровью, когда он услышал это. Он сжал кулаки и спросил свою мать: “мама, то, что сказала Нин Цин, правда?”

- Это... - матушка Сюй сердито посмотрела на Нин Цин. Она не знала, как Нин Цин узнала эту новость.

Затем гости начали перешептываться между собой.

- Неудивительно, что генеральный директор Сюй хочет жениться на Нин Яо. Даже когда у свекрови возникают проблемы, он полон решимости провести свадьбу. Получается, что свадьба - это сделка!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 109-Вы не голодны?

"Да, Президент Сюй всегда был очень успешным в бизнесе все эти годы, но я не ожидал, что вы полагались на эти средства, чтобы получить все, что у вас есть сейчас. Здесь слишком темно.”

Нин Цин видел, что Сюй Цзюньси был довольно взбешен. Его грудь начала сильно колебаться. На самом деле, она знала, что Сюй Цзюньси не знал об этом. Она только что сказала это, чтобы взволновать его.

Этот человек был слишком горд и тщеславен. Он никогда не променял бы свои права на брак с Нин Яо. Таковы были его основные принципы.

Теперь, когда она оклеветала его и поставила под сомнение его достижения за эти годы, он не сможет этого вынести!

Конечно же, Сюй Цзюньси вытащил цветы жениха на своем белом костюме и бросил их на свою мать. - Свадьба отменяется, если ты хочешь, чтобы Сюй женился на Нин Яо, ты должен жениться на ней сам!”

Сюй Цзюньси зашагал к дороге и повернул налево.

- Цзюньси!- Нин Яо бросился в погоню за Сюй Цзюньси.

Жениха и невесты на свадьбе уже не было. Нин Чжэнго застыл в стороне. Ли Мэйлин и матушка Сюй злобно уставились на Нин Цин. Нин Цин изящно заправила свои шелковистые волосы за ухо, взяла бабушку под руку и рассмеялась. - О'кей, бабушка, злые люди получили свое возмездие. Нам тоже пора домой.”

- Ладно, Цинцин, пошли.- Нин Цин и Юэ Ваньцин помогали бабушке, и семья из трех человек вернулась домой с победой.

- Сестра Сюй, а как же свадьба? Давайте подождем, пока Цзюньси возьмет себя в руки. Яояо наверняка сможет вернуть Цзюньси", - сказала Ли Мэйлин и виновато рассмеялась.

Матушка Сюй сердито оттолкнула ли Мэйлин в сторону. - Посмотри на все то хорошее, что ты сделал. Теперь это влияет на нашу семью! Как я могу не знать своего сына? Он никогда не вернется. Свадьба отменяется!”

Пара Сюй вышла под конвоем телохранителей, села в свой роскошный автомобиль и умчалась прочь.

Ли Мэйлин был оставлен на месте. Она посмотрела на Нин Чжэнго и подняла ногу, чтобы подойти к нему. - Она попыталась смягчить свой голос. - Чжэнго, если тебе есть что сказать, Пойдем домой и поговорим. Здесь так много журналистов…”

- Хм!- Ли Мэйлин еще даже не коснулся рукава Нин Чжэнго, а он уже отошел, махнув рукой.

Лицо ли Мэйлин покраснело, потом побелело. Она была так полна ненависти, что ей хотелось кого-нибудь убить. Они все ушли от нее. Неужели ее бросили друзья и родственники?

Но репортеры еще не отпустили ее. Все бросились ее окружать.

- Ли Мэйлин, пожалуйста, скажи несколько слов. Как ты умудрился навредить стольким людям? На самом деле, это легенда, что вы сделали это так далеко в жизни. Мы видели много плохих людей, но вы абсолютно хозяин их всех.”

- Ли Мэйлин, вы подражаете операм и драмам, над которыми работали? Неужели ты не боишься возмездия? Теперь, когда свадьба вашей дочери отменена, вы раскаиваетесь и думаете, что ошибаетесь?”

Всего за три месяца репортеры изменили свое обращение к ли Мэйлин, от “госпожи Ли” до “госпожи Нин”, и теперь они просто назвали ее “ли Мэйлин” напрямую.

Ли Мэйлин не знала, кто толкнул ее, а потом кто-то ударил ее. Несмотря на то, что она много лет упорно трудилась над своими планами, у нее совсем не было боевого опыта.

Будучи окруженной таким количеством людей, она запаниковала и сказала: - Держись подальше, я не принимаю никаких интервью и не отвечаю ни на какие вопросы. Пожалуйста, уходите!”

Но никто не уходил. Вместо этого, все громче и громче раздавались крики ли Мэйлин.

“А кто меня толкнул? А кто меня за волосы дергает?”

- Ах, я упала вниз. Не наступай мне на руку. Это больно.”

…

В роскошном бизнес-автомобиле на заднем сиденье сидели Нин Цин, Юэ Ваньцин и бабушка.

- Цинцин, ты сегодня была слишком смелой, бабушка явно не оправилась, но ты не боялась, что она тебя выдаст. Вы попросили ее запомнить и прочесть все эти строки. Я до смерти боялся смотреть, как он разворачивается!”

Нин Цин держала мать за руку и смеялась. - Мама, это единственный способ победить. Это называется принятие полноценных мер и принятие необходимых рисков для победы. Кроме того, чего ты боишься? Я знал, что ты сможешь импровизировать. Как только бабушка не вспомнит свои реплики,ты можешь просто притвориться, что вытираешь ее слезы. Так вот, эти так называемые дворяне не будут смущать старую леди. Просто предоставь все остальное мне.”

Юэ Ваньцин посмотрела на яркое маленькое личико своей дочери и нежно коснулась ее головы. “Ты маленькая девочка, использующая даже свою мать для своего выступления.”

“Это необходимо. Мама-это главный герой. Вы были обижены в течение трех лет. Сегодня Цинцин наконец-то отомстила за тебя.”

Глаза Юэ Ваньцин блестели от слез волнения.

Потому что бабушка упала с лестницы, она была обижена в течение целых трех лет и потеряла из-за этого свой брак и семью. Теперь правда была уже далеко. Ее дочь помогла ей восстановить доброе имя.

Как она могла не волноваться?

Тогда бабушка подошла к Нин Цин и попросила у нее кредит. - Цинцин, бабушка сегодня была великолепна?”

- Бабушка была великолепна!- Нин Цин подняла вверх большой палец. "Позже, Цинцин возьмет бабушку, чтобы выбрать некоторые игрушки. Я обещала тебе награды вчера, так что Цинцин купит все, что ты захочешь.”

- Отлично, отлично!- Бабушка захлопала в ладоши.

В это время Чжу жуй, сидевший на переднем пассажирском сиденье, посмотрел на Нин Цин через зеркало заднего вида. Чем дольше он общался с ней, тем больше его поражали упорство и мудрость Нин Цин. Его глаза вспыхнули от восхищения.

- Мадам, Вы сегодня выиграли очень трудное сражение. А что ты хочешь делать дальше? Ли Мэйлин-не дурак. Как только она узнает, что бабушка не восстановила свой рассудок и что все это было игрой, направленной вами, она примет меры! Пока этот человек остается, Вы будете бесконечно страдать в будущем.”

Нин Цин кивнула. - Будьте уверены, у меня уже есть все необходимые контрмеры. Я воспользуюсь этой победой, чтобы продолжить атаку, полностью победив Ли Мэйлин. Я устроил решительный удар, который поставит ее на свое место.”

Чжу жуй посмотрел на ее нежное личико, купающееся в ярком солнечном свете. Ее брови шевелились, и она не могла скрыть своей юношеской гордости и жизненной силы.

- Он рассмеялся. - Мадам, когда президент вернется из своей деловой поездки, он непременно похвалит вас.”

Говоря о Лу Шаомине, сердце Нин Цин наполнилось сладостью. Он уже два дня находился в командировке. Она не видела его все это время.

Каждую ночь ее чувства исчезали, как бушующий прилив без него.

Чжу жуй посмотрел на застенчивую и женственную внешность Нин Цин и подумал, что это было интересно. Она только что была агрессивной и властной на свадебном банкете. Но когда он упомянул президента, она мгновенно превратилась в 18-летнюю невинную девушку и стала невероятно застенчивой.

Конечно же, у влюбленных женщин нет IQ.

- Мадам, в это время лучше всего позвонить президенту. Сейчас, наверное, уже ночь, и президент, вероятно, близок к тому, чтобы заснуть”, - предположил Чжу жуй.

-Нет, все в порядке, - сказала раскрасневшаяся Нин Цин. - Я позвоню...позвоню ему снова, когда окончательно улажу все дела с Ли Мэйлин.”

Он всегда наблюдал за ее действиями с высокого пьедестала. Она хотела, чтобы он увидел ее достижения, и она хотела, чтобы он посмотрел на нее с большим удивлением!

Девушки любили выпендриваться.

Он наверняка будет счастлив за нее.

Чжу жуй разгадал мысли девушки и просто рассмеялся, но ничего не ответил.

Нин Цин была немного застенчива. Она сменила тему разговора и с любопытством спросила: “секретарь Чжу, разве вам не нужно идти в офис? Ты здесь со мной каждый день?”

Она всегда помнила, что зарплата Чжу жуя была очень высокой.

"Президент уехал в командировку, но президент все еще беспокоится о мадам, поэтому я должен хорошо заботиться о вас и помогать вам во время его отсутствия. Для президента мадам всегда будет важнее, чем компания.”

Нин Цин тоже не ожидала, что Чжу жуй будет таким гладким собеседником. Лу Шаомин действительно был окружен талантливыми людьми. Нин Цин пару раз мысленно рассмеялась. Хорошо, она призналась, что ее сердце было в полном расцвете.

…

Семейная вилла Нин

- Мам, а что нам теперь делать? Цзюньси игнорирует меня и выключил свой мобильный телефон. Цзюньси больше не хочет меня видеть. Я больше не могу войти в семью Сюй в качестве Миссис Сюй. И теперь я даже стал посмешищем для всего города", - пожаловался Нин Яо.

Лицо ли Мэйлин было красным и распухшим. Пощечина Нин Чжэнго была слишком сильной. Теперь она прикладывала к лицу целебный напиток.

Она была окружена репортерами и упала на землю. Кто-то наступил ей на руку, а другие-на ногу. К счастью, охрана отеля подоспела вовремя, иначе ее жизнь была бы в опасности.

Никогда в жизни она не была так жалка.

- Яояо, не волнуйся. Я все еще держу в руках документы на акции. Мать Сюй Цзюньси обязательно захочет эти долевые документы. После того, как Сюй Цзюнси успокоится, он обязательно женится на вас и приведет вас в семью Сюй.”

“Но как долго нам придется ждать? Теперь все знают, что мы обменяли долевые документы на брак. Я не думаю, что Цзюнси простит нас в ближайшем будущем.”

“Что же нам тогда делать? Нам остается только ждать.- В голосе ли Мэйлин послышалось отвращение, и голос ее стал тяжелым.

Она была брошена на людоедском свадебном пиру, и никто не помогал ей, никто не заботился о ней. Она вернулась домой разбитая, а дочь не сказала ей ни слова утешения. Все, что она говорила, было связано с ее собственными эгоистичными интересами.

Она тоже была человеком и нуждалась в тепле и комфорте.

Нин Яо была напугана резким тоном и внешним видом своей матери. Она тут же отшатнулась со слезами на глазах.

Когда Ли Мэйлин увидела, что она вот-вот заплачет, ее сердце сразу смягчилось. Она протянула руку, взяла маленькую ручку Нин Яо и усадила ее рядом с собой. - Яояо, на этот раз свадьба не удалась. Мы можем только ждать, когда Цзюнси выйдет за тебя замуж, но тебе придется много работать. Некоторое время назад я давал тебе китайскую медицину, чтобы помочь забеременеть каждую ночь. Ты уже спал с Цзюньси? Есть ли какие-нибудь новости из вашего желудка?”

Нин Яо протянула руку и погладила свой плоский живот. ее глаза были полны радости. - Мам, я не уверена. Я делал это много раз с Цзюньси ранее, и мой период был запоздал на несколько дней.”

- Неужели? Вот это здорово. Мама попросит кого-нибудь купить тебе тест на беременность позже. Вы можете это проверить. Вы должны знать, что матери в благородных семьях повышают свой статус через своих сыновей. Пока вы беременны ребенком Цзюньси, вам не нужно бояться, что вы не сможете войти в семью Сюй.

Нин Яо была уверена в себе, но ее переполняло негодование. - Мам, это все из-за этой маленькой сучки Нин Цин сегодня. Почему она каждый раз приходит и все портит?”

Ли Мэйлин выглядел мрачно. - Мама не ожидала, что твоя бабушка успеет прийти в себя к моменту свадьбы. И она застала нас врасплох и убила. Если бы я знал, что это произойдет, я бы послал людей убить Нин Цин напрямую, а не насиловать ее. Дай мне подумать об этом, я найду способ убить ее!”

- Ну ладно! Нин Яо тяжело кивнул. Она верила в свою мать, которая помогла ей преодолеть все препятствия на ее пути роста все эти годы. Она считала, что этот раз не был исключением.

Нин Яо оглядела виллу и спросила: "Мама, а где папа?”

Говоря о Нин Чжэнго, выражение лица ли Мэйлин стало побежденным. Она знала, что сердце Нин Чжэнго будет тяжело восстановить.

Но она утешила Нин Яо и сказала: “Твой отец ушел в офис. Он все еще злится. Мама будет уговаривать его. Вам не нужно беспокоиться о наших делах. Пока ты живешь в семье Сюй, мама будет полагаться на то, что ты позаботишься обо мне.”

- Да, Мама, ты можешь быть уверена, что я буду поддерживать и заботиться о тебе в будущем, - сладко сказала Нин Яо.

Ли Мэйлин слегка улыбнулась. Зазвонил ее сотовый телефон. “Привет.- Она подняла трубку.

- Привет, тетя ли” - послышался голос Нин Цин.

Глаза ли Мэйлин потемнели, а ее свирепые и злобные глаза, казалось, не хотели ничего больше, чем съесть Нин Цин. “Зачем ты мне звонишь? Ты смеешься надо мной!”

- Ах, тетя ли, ну почему ты такая злая? Теперь весь город T смеется над вами. Вы ведь не были так популярны даже после нескольких лет актерской карьеры, не так ли? Я же тебе помогаю.”

- Это ты!"Дыхание ли Мэйлин было неустойчивым. - Нин Цин, что ты на самом деле хочешь сказать?”

“О, я хочу поговорить с тетей ли, я подожду тебя в кафе "Ява".- Нин Цин повесила трубку.

…

Нин Цин отхлебнула кофе, и тут появился ли Мэйлин.

Ее лицо было закрыто вуалью, глаза-солнцезащитными очками, и она все время оглядывалась по сторонам. Женщина украдкой оглянулась, опасаясь, что ее узнают другие.

- Усмехнулась Нин Цин.

Ли Мэйлин сидела напротив нее. Она сняла вуаль и темные очки и с ненавистью посмотрела на Нин Цин. “Говорить. О чем ты хочешь со мной поговорить?”

Нин Цин посмотрела на ее красное и распухшее лицо, и ее красивые губы изогнулись вверх. - Тетя ли приехала раньше, чем я ожидала. Теперь ты-крыса, переходящая улицу. Я очень боюсь, что тебя узнают прохожие, и все будут кричать и гнаться за тобой.”

- Хм!"Ли Мэйлин сделала глоток своего кофе и сказала: “Нин Цин, ты думаешь, что победила? На этот раз я был неосторожен. Это не займет много времени, прежде чем я смогу снова взять верх.”

- Снова одержать верх? Тетя ли, ты что, шутишь? Су Цзюнси женится на вашей дочери? Их брак был связан с коммерческой сделкой. Даже если они действительно поженятся, они не получат ни от кого никаких благословений. У вас есть акционерный документ, но я думаю, что вы знаете тетю Сюй лучше, чем я. Как только она получит акционерный документ, она повернется к вам спиной быстрее, чем сможет перевернуть книгу. Жена дворянина никогда не бывает свободной. Как вы думаете, она даст вашей дочери хорошую жизнь? Перестань мечтать!

- Давай поговорим о твоем муже Нин Чжэнго. Он играет с вами уже 20 лет и до сих пор не устал от вас. Только не говори мне, что ты не знаешь, что большая часть причины в том, что ты была богиней оперной индустрии, верно? Мужчины все такие. Он женился на богине и, естественно, будет смотреть на вас снизу вверх. Но теперь богиня превратилась в уличную крысу. Он наверняка оттолкнул бы женщину, которая не имеет никакой ценности, которая доставляет ему неприятности вместо престижа. Кроме того, Нин Чжэнго всего 45 лет. В компании много молодых и красивых женщин. Что ему такая изможденная старуха, как ты?”

Ли Мэйлин стукнула своей чашкой кофе по столу и мрачно сказала: “Нин Цин, ты позвала меня сегодня только для того, чтобы подразнить?”

“А ты как думаешь? Разве вы и ваша дочь не лучшие в том, чтобы быть зависимыми от мужчин? Разве вы двое не лучшие в их использовании? Я даю тебе почувствовать, каково это-быть покинутой мужчинами. Хорошо ли это на вкус? Вы всю жизнь строили планы, и в конце концов у вас закончились планы, и все, чего вы достигли, мгновенно превратилось в ничто. Хорошо ли это-терять вещи? Ты использовал тело моей матери как ступеньку и получил титул, а потом выкинул меня и мою мать из дома три года назад. Хорошо ли сейчас быть побежденным мной?

- Ли Мэйлин, ты мечтала всю свою жизнь. Теперь, когда ваш сон закончился, вы должны проснуться!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 110:Почему Ты Ударил Меня, Когда Вернулся?

- Это ты!- Ли Мэйлин вся дрожала от гнева. Слова Нин Цин были слишком злобными. Каждое слово, которое она произносила, ранило ее в самое больное место. Она была на грани обморока. Она собиралась потерять контроль.

Как раз перед тем, как потерять контроль, она внезапно встала. “Если бы вы только хотели сказать это, я не стал бы вас развлекать.”

- Тетя ли, почему вы уезжаете так быстро?- Нин Цин знала, что ее эмоциональная линия обороны была на грани срыва, и ее улыбка стала еще шире. Она достала свой телефон из сумки, “я еще даже не достигла своей точки зрения. Тетя ли, позвольте мне сыграть что-нибудь, чтобы вы послушали.”

- Ну и что же?- Настороженно спросила ли Мэйлин.

Нин Цин постучала по телефону, и на экране появилась запись разговора гангстера.

- Босс, а то, что она сказала, Правда? Является ли ли Meiling надежным? Есть слишком много случаев убийства, чтобы держать рот на замке…”

Ли Мэйлин услышала запись, и ее лицо изменилось. “Откуда у вас эта запись голоса?- Она протянула руку через стол, чтобы взять телефон в руки Нин Цин. - Поторопись и отдай его мне!”

“Хе, А почему я должен отдать его тете ли? Я должен отдать это в полицию. Вы наняли гангстеров, чтобы изнасиловать меня. Это и есть доказательство. Тетя ли, разве вы не могли выбрать более умных гангстеров? Если бы вы это сделали, мне было бы не так легко найти рычаги давления на вас. Что бы подумали Сюй Цзюнси и Нин Чжэнго, если бы вас посадили в тюрьму? Хаха…”

Глядя на истерически хохочущую Нин Цин, кровь ли Мэйлин закипела. Эти тупицы. Они не насиловали Нин Цин, но их голоса были записаны.

Ее налитые кровью глаза уставились на телефон в руке Нин Цин. У нее была только одна мысль в голове. Ни за что. Эта запись голоса не может пойти в полицию. Иначе она была бы обречена.

Она была в невыгодном положении в этой ситуации. Запись только ухудшит ситуацию.

Нет, именно так и сказала Нин Цин: она планировала все двадцать лет. Он не может испортиться в мгновение ока. Она не хотела быть брошенной. Она не хотела ощущать вкус проигрыша и поражения.

Она всегда была победительницей.

Ли Мэйлин обошла вокруг стола и подбежала к Нин Цин. - Она толкнула Нин Цин на диван. Она протянула руку, чтобы схватить свой телефон. - Нин Цин, дай мне телефон!”

Нин Цин крепко сжала трубку и холодно ухмыльнулась. “Я тебе его не отдам. Ты подменил реквизиторское ружье на настоящее в киностудии с намерением убить меня. Вы наняли гангстера, чтобы попытаться изнасиловать меня. Но где вам это удалось? Бог знает, что ты натворил. Вы были вовлечены в так много бесчеловечных дел; сегодня день для возмездия!”

- Хм, Нин Цин, возмездие или нет, мы узнаем, когда все будет сказано и сделано. Записи будет недостаточно, чтобы осудить меня. - Я не проиграю. Я никогда не проиграю, - эмоционально взревел ли Мэйлин.

- Ли Мэйлин, Перестань мечтать. Просыпаться. Ты взял мужа моей мамы и научил свою дочь использовать те же методы, чтобы забрать моего жениха. В конце концов, это доказывает, что ничто из того, что вы взяли, никогда не было по праву вашим!”

- Заткнись, заткнись!- Ли Мэйлин сильно ударила Нин Цин. Она не хотела слушать Нин Цин. Она не хотела слушать свои точные кинжальные слова.

Ли Мэйлин протянула руку, чтобы схватить Нин Цин за горло. - Я убью тебя сейчас же, - прорычала она, словно одержимая. Давай встретим смерть вместе!”

Нин Цин внезапно почувствовала, что ей трудно дышать, и она толкнула и ударила ли Мэйлин, когда она боролась.

Затем официантка в кафе увидела, что произошло. Она закричала: "убийство! кто-то пытается убить! Скорее звоните в полицию, звоните 110!

Официантка убежала.

Когда Ли Мэйлин услышала “вызовите полицию", она пришла в себя. Она увидела, что лицо Нин Цин покраснело от ее объятий. Она побледнела как полотно. Она быстро обуздала свои руки.

“Я никого не убивал. Я не... - ли Мэйлин запаниковала и бросилась бежать.

Однако ее за рукав потянула тонкая рука. Она обернулась и увидела, что Нин Цин широко улыбается. - Ли Мэйлин, теперь, когда ты у меня есть, ты думаешь, я отпущу тебя? Да, я не смогу выдвинуть обвинения с этой аудиозаписью, но что, если будет еще одно покушение на убийство?”

Зрачок ли Мэйлин сузился, и она почувствовала угрозу. “Ты... что ты имеешь в виду?”

Нин Цин быстро протянула руку и схватила нож рядом с Ли Мэйлин. Там был холодный блеск и тссс, раздался звук ножа, вонзающегося в плоть человека. Левое плечо Нин Цин было покрыто кровью.

Ли Мэйлин была ошеломлена. Все произошло слишком быстро, слишком неожиданно.

Нин Цин была так беспощадна. Она даже не моргнула, когда вонзила нож в свое плечо.

В голове ли Мэйлин вспыхнула искра, когда она вспомнила некоторые детали.

В тот день на Нин Цин был надет комплект белых перчаток. Была осень, и вполне естественно, что девушка носит шарф и перчатки. Однако, когда она пришла в кафе ранее, столовые приборы рядом с ней были разбросаны. Она отложила их в сторону, когда садилась. Другими словами, на ноже остались ее отпечатки пальцев.

Но Нин Цин была в перчатках, так что ее отпечатки пальцев не могли быть на ноже.

К тому же, это было во второй половине дня. Каким бы тихим ни было кафе, невозможно, чтобы там никого не было. Другими словами, Нин Цин взял под свой контроль кафе.

Отличный. Нин Цин все спланировала заранее. Она устроила банкет как ловушку для приглашенных, чтобы никогда не возвращаться.

Она сначала спровоцировала ее резкой словесной атакой, а затем повела ее дальше со звуком, касающимся гангстеров. После этого официантка увидела, что она пытается схватить Нин Цин за горло. Короче говоря, нашлись свидетели и доказательства. Она не сможет выбраться отсюда.

- Нин Цин, ты такая презренная. Как ты смеешь меня подставлять!”

Нин Цин болела, и ее лицо было бледным. Она изо всех сил оттолкнула ли Мэйлинга, и тогда Нин Цин рухнула на землю. Она прикрыла свое кровоточащее плечо и поползла по земле. - Кто-нибудь, помогите. Кто-то пытается убить меня.…”

Ли Мэйлин потеряла дар речи. Она играла всю свою жизнь. Это было действие, которое она использовала бесчисленное количество раз; она никогда не знала, что Нин Цин сыграет свою шутку на более высоком уровне.

В конце концов она признала, что Нин Цин была слишком сильным противником, чтобы сражаться с ним.

Что же ей теперь делать?

- Не двигайся с места. Поднимите руки!- Приехала полиция. Ли Мэйлин увидела две черные дыры, целящиеся ей в голову. Полицейские целились в нее из пистолетов.

Стояла осень, Но ли Мэйлин покрылся холодным потом. - Это была не я, - глухо пробормотала она. Это была она сама. Она сама себя зарезала…”

Полиция пришла к ли Мэйлин и достала пару холодных наручников, чтобы надеть на нее наручники “ " мы подозреваем, что вы причастны к покушению на убийство. Мы арестовываем вас в соответствии с законом. Вы имеете право хранить молчание, все, что вы скажете, может и будет использовано против вас в суде.”

Двое полицейских арестовали ли Мэйлин, а врач начал принимать экстренные меры, чтобы обработать рану Нин Цин. Ли Мэйлин закричал: "Нин Цин, Ты подставил меня! Я не позволю тебе уйти.…”

Нин Цин подняла голову с рук доктора. Уголки ее губ приподнялись, и на лице Ли Мэйлин мелькнула холодная презрительная улыбка. Ли Мэйлин, тюрьма-это конечная цель, которую я приготовил для тебя.

Не думай о побеге на этот раз!

Ли Мэйлин был арестован полицией.

…

Чайный Павильон Вилла.

Доктор снова менял повязку на ране Нин Цин, в то время как Юэ Ваньцин обнимала Нин Цин в своих руках со слезами, стекающими по ее щекам. - Цинцин, как ты могла пойти и встретиться с Ли Мэйлин в одиночку? Она такой вероломный человек. Видишь, что сейчас произошло? Она ударила тебя ножом. К счастью, она задела только твое плечо. Иначе, что бы мы делали?”

Нин Цин обняла свою маму. Ее мама никогда не узнает правду о происшествии в кафе, и она никогда не скажет ей об этом.

Затем Чжу жуй, стоявший рядом, успокоил ее: “старая госпожа, вы не получите тигра, если не войдете в логово тигра. Мадам преодолела опасность и победила Ли Мэйлин. В будущем она не сможет создать никаких проблем.”

- Да, Мам. Вы должны потерять некоторые, чтобы получить некоторые. У меня только небольшая травма, но я отправил ли Мэйлин в тюрьму. Это то, чему стоит радоваться.”

Юэ Ваньцин думал иначе. Безопасность ее дочери - это все. Она предпочла бы, чтобы Ли Мэйлин бегала перед ней, чем ее дочь была ранена.

- Мадам, оставайтесь дома, а я позабочусь обо всем в полицейском участке. Ли Мэйлин определенно будет заключен в тюрьму. Вам нужно только появиться на суде.”

- Мм, благодарю Вас, секретарь Чжу.”

Затем за дверью послышались тяжелые шаги. Тетя Чжан сказала: "Сэр, вы вернулись домой?”

Нин Цин почувствовала, как у нее защемило сердце, и подняла глаза. Дверь спальни была распахнута, и за ней стояла красивая фигура. Он был одет в серую шерстяную куртку, которая выглядела поношенной в пути.

Это был Лу Шаомин.

Юэ Ваньцин встал и удивленно сказал “ " Шаомин, ты вернулся?”

“Да, мама, - устало ответил Лу Шаомин.

“Вот это здорово. Сейчас время ужина. Позвольте мне позаботиться об ужине с тетей Чжан. Шаомин, поговори с Цинцин. Этот ребенок заставляет меня волноваться все время", - любовно увещевала Юэ Ваньцин.

Затем Чжу жуй попрощался и вышел из комнаты вместе с Юэ Ваньцином. Они закрыли за собой дверь.

Внезапно в комнате остались только двое из них. Они оба не разговаривали, и было тихо.

Нин Цин покраснела от смущения. Она посмотрела в тонкие холодные глаза мужчины, пристально смотревшего на нее со злостью и болезненной нежностью в глазах.

Там есть торжественная смелость, с которой он родился. Она особенно беспокоилась, когда он молчал.

Они были врозь уже три или четыре дня, и ее взгляд не мог быть перенаправлен в тот момент, когда он соединялся с ним.

Они не могут просто так там оставаться. Нин Цин встала и подошла к нему.

Его серая шерстяная куртка была очень длинной, почти до колен. Куртка была длинная, но ноги еще длиннее. Хорошо сшитые брюки обернулись вокруг его длинных ног ниже колен. Они были прямыми, сильными и гордыми. Его тело было в хорошей форме, а плотная текстура одежды оттеняла его резкую, но холодную ауру.

На его лице застыла усталость. Его красивая челюсть была покрыта слоем щетины. Однако его красивое лицо и рельефный подбородок были очевидны, а усталость только придавала ему вид зрелого мужчины.

Особенно очаровательно.

Нин Цин стояла рядом с ним и хотела прикоснуться к нему. Тем не менее, она чувствовала себя смущенной под его острым взглядом. Она вытянула палец и осторожно толкнула его в грудь “ " что ты делаешь? Ты только что вернулся и злишься на меня.”

Мужчина быстро сжал ее палец в своей ладони, в то время как другая его рука висела рядом с документом, который он держал двумя пальцами. “А ты не знаешь, почему я на тебя злюсь? Разве ты только что не обещал мне, что обсудишь это со мной, прежде чем предпринимать какие-либо действия? Как только я сошел с самолета, я услышал, что ты был ранен. Ты хоть представляешь, как я волновался? - А?”

- Это я знаю. Это я виноват ... Ах...” его другая рука, которая держала его документ, внезапно обхватила ее тонкую талию и притянула ее в свои объятия, в то время как другая рука ударила ее по задорной заднице.

Он опустил глаза и прикусил ее губы. Его дыхание стало тяжелее. - Непослушная девочка, ты все еще считаешь себя очень умной? Используя себя в качестве приманки, чтобы победить своего врага. Потеря перевешивает выигрыш. Это было так глупо.”

Хотя ее ягодицы и губы болели, Нин Цин ударила его своими маленькими руками, когда она флиртовала “ " Почему ты ударил меня, когда вернулся домой? Вообще-то, я тоже боялась, когда устроила сцену на свадьбе. Я почувствовал боль, когда ударил себя ножом. Забудь о том, что ты меня не понимаешь. Кроме того, ты меня ударил?!”

Девушка энергично зашевелилась. Лу Шаомин боялся, что она вскроет свою рану, поэтому он схватил ее за руки и поцеловал в губы. Он сглотнул и сказал: "Почему я должен понимать тебя? Почему бы тебе не попытаться понять меня? Я уехал в командировку и чуть не потерял свою маленькую жену, прежде чем смог вернуться. Ты хоть представляешь, как мне было страшно?”

Ее губы были покрыты влагой вместе с освежающим ароматом его рта. Нин Цин вся обмякла, вцепившись в его куртку.

Под пиджаком у него была чистая белая рубашка с черным полосатым галстуком. Он проявил характер осторожной элиты.

Нин Цин быстро закрыла глаза. Она не осмелилась еще раз взглянуть на него. Она боялась, что еще больше полюбит его и станет еще слабее.

- Маленькая женушка, - Лу Шаомин закрыл глаза и позвал, медленно целуя ее в губы.

Руки Нин Цин, сжимавшие его воротник, поднялись к плечам и крепко обхватили шею. Она чувствовала себя в большей безопасности, держась за него, так как боялась упасть, если ослабеет.

Он так нежно целовал ее. Она была милой и милой, а он был похож на пчелу, собирающую мед. Он не устал, несмотря ни на что. Он использовал свой поцелуй, чтобы сказать ей, как сильно скучает по ней.

Он так сильно скучал по ней за последние три дня.

Он только что вернулся из своей деловой поездки и услышал, что она была ранена. Как он мог не рассердиться?

После долгого нежного поцелуя Нин Цин почувствовала легкое головокружение. Сексуальные тонкие губы мужчины все еще были рядом с ее губами. Ее кожа источала теплый, освежающий аромат. Их дыхание переплелось.

- У тебя болит плечо?- Мягко спросил он.

- МММ, теперь уже не так больно. Я не стал вонзать его слишком глубоко. Я только что принял обезболивающее.”

Затем он схватил ее за задорный зад, и она была поднята. Лу Шаомин отнес ее на кровать. Он взял ее на руки и поцеловал в губы.

Лу Шаомин сидел на кровати и поддерживал красивую спину Нин Цин, обнимая ее одной рукой. Другой рукой он провел по волосам у ее щек, углубляя поцелуй.

Они не виделись уже три или четыре дня. В тот момент, когда они поцеловались, они ничего не могли с собой поделать.

Когда Лу Шаомин отпустил ее, Нин Цин лежала в его объятиях со своими розовыми щеками. Он потерся подбородком о ее светлый лоб. Она нашла его щекотливым, но колючим.

Атмосфера после их поцелуя навсегда останется в ее памяти. Нин Цин лениво облокотилась на его широкую теплую грудь.

“А зачем тебе рисковать собой? Как ты думаешь, не было бы бесконечных проблем в магазине, если бы ли Мэйлин продолжал болтаться вокруг?- Его глубокий голос был хриплым, и Нин Цин нашла его чрезвычайно сексуальным.

- Мм, да. Что-то не так со свадьбой Нин Яо, и Нин Чжэнго бросил ее. Она определенно попала в затруднительное положение. Я не мог дать ей возможности вздохнуть полной грудью. Я должен был уничтожить источник беды!”

- Хе, - Лу Шаомин посмотрел вниз и поцеловал ее чистое лицо, когда его яркие черные глаза блеснули. - Кроме того, что ты рискуешь собой, маленькая жена еще и очень умна. Отлично сработано.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 111:Самое Неподходящее, Самое Неподходящее

- Неужели?- Нин Цин подняла свою маленькую головку и демонстративно посмотрела на него.

Ей нравилось, когда он хвалил ее.

Лу Шаомин кивнул с нежностью в глазах. Он протянул ей документ, который держал двумя пальцами с того момента, как вошел в комнату. - Послушай, это подарок от твоего мужа.”

“А что это такое?- Нин Цин с любопытством открыла ее.

Внутри была передача акций директора компании Emperor Entertainment Group с иностранной фамилией!

- Шаомин, разве это не было в руках ли Мэйлин? А как получилось, что он у тебя теперь есть?- Удивление Нин Цин было непередаваемо.

Лу Шаомин держал ее на руках, как маленькую девочку. “Когда вы на днях рассказали мне об этом акцизном документе, я послал кого-то его расследовать. Оказывается, ли Мэйлин выкупил гангстерского босса и устроил ловушку для сына директора, а также получил акционерный документ с помощью ненадлежащих средств угроз и запугивания. Я уже послал кого-то разобраться с бандитским боссом. Акционерный документ, который держал ли Мэйлин, был признан недействительным. Это акционерный документ, подписанный директором с иностранной фамилией, который является законным в глазах закона.”

Нин Цин мгновенно улыбнулась, как распустившийся цветок. “Отличный. С этим документом справедливости я хотел бы посмотреть, как Нин ЯО может жениться на семье Сюй!”

“МММ, - лениво ответил Лу Шаомин, целуя ее нежную маленькую мочку уха. - Жена, я перевел этот акционерный документ на твое имя. Сейчас вы являетесь главным акционером компании Emperor Entertainment group. Я слышал, что мама Сюй Цзюньси когда-то смотрела на тебя сверху вниз и была груба с тобой. Теперь ты можешь держать свою голову высоко перед ней.”

Нин Цин была поражена. Она искоса взглянула на мужчину. Его красивое лицо было всего в нескольких дюймах от нее. В его узких глазах было тепло и свет, который сиял ярче, чем звезды.

- Это он?

- Шаоминг, я не могу принять это. Должно быть, это стоило больших денег, чтобы получить это. Кроме того, разве ты не против отношений между Сюй Цзюньси и мной? Если я стану главным акционером Emperor Entertainment Group, то обязательно войду с ним в контакт.”

Лу Шаомин протянул руку и ущипнул ее тонкий белоснежный нос, сказав ей с обожанием: "маленькая дурочка, моя корпорация Гуан Цин и Лу-все твои, не говоря уже о простой развлекательной группе императора? Я не против, что ты встречаешься с Сюй Цзюньси, потому что я знаю, что моя жена любит меня.”

Он должен был поблагодарить Сюй Цзюньси за это. Он слышал, как она исповедовалась ему в кафе. Его признание было таким откровенным, честным и страстным.

Нин Цин была тронута. Честно говоря, она больше всего нуждалась в его доверии и поддержке, чтобы потом не нести никакого бремени.

С тех пор как они познакомились, он обращался с ней все лучше и лучше.

Его слова эхом отдавались в ее ушах. Он сказал, что мать Сюй Цзюнси была озлобленной и жестокой по отношению к ней. Он попросил ее высоко держать голову. Тон мужчины был таким снисходительным и обожающим.

МММ, чувство обожания брата и отца вернулось.

В конце концов, они были мужем и женой. Если бы они были слишком вежливы, то чувствовали бы себя незнакомыми. Длинные ресницы Нин Цин, похожие на крылья бабочки, застенчиво затрепетали, когда она прошептала: “Шаомин, раз ты мне его подарила, то я приму его. Спасибо.”

Лу Шаомин протянул два пальца и сжал острый подбородок девушки. Он рассмеялся и сказал: "Спасибо? Эти два слова бесполезны. Если ты действительно хочешь поблагодарить меня, скажи что-нибудь еще.”

- Ты... что ты хочешь, чтобы я сказал?-В комнате щелкнул выключатель. Лицо красавца было скрыто очаровательной тенью. Глаза Нин Цин были ослеплены.

- Скажи, что любишь меня.”

В тот день она сказала Сюй Цзюньси, что любит его, что она без ума от его запаха и даже от его бакенбард, и что с тех пор, как она встретила его, ее глаза были полны им.

Он не знал, когда у нее появились эти мысли. У него не было никакого опыта в любви. Он только знал, что каждый раз, когда она будет стоять перед ним, она будет стесняться, и ее сердце будет дико биться.

Он знал, что у нее есть чувства к нему, но не знал, когда именно она влюбилась в него.

Такая застенчивая девушка, он хотел услышать от нее, что она любит его лично.

Нин Цин не знала, почему он обратился с такой просьбой. Как ей было неловко, когда ее попросили признаться. У нее была очень тонкая кожа.

Было удивительно думать, что она так быстро влюбилась в него.

Он казался ей по-настоящему знакомым, как будто они знали друг друга очень рано и у них уже был такой тяжелый момент.

А может быть, ненависть была просто как весенняя трава, постепенно увядающая и возвращающая жизнь. Любовь тоже была такой; когда один человек поворачивался и уходил, другой шел к ней навстречу.

Взгляд Лу Шаомина был выжидательным. Нин Цин не могла позволить себе разочаровать его. “Лу Шаомин, я люблю тебя!”

Ее маленькое личико пылало, и она быстро заговорила:

- Ха-ха... - Лу Шаомин был в хорошем настроении. Всякий раз, когда он видел ее застенчивую внешность, он не мог не дразнить ее. - Нин Цин, что ты только что сказала? Говорить громче.”

Он явно слышал это, но все же хотел подразнить ее!

“Лу Шаомин, ты меня раздражаешь, уходи!- Нин Цин положила свои маленькие ручки на его сильные плечи и с силой толкнула его на большую мягкую кровать.

Лу Шаомин продолжал смеяться. Нин Цин протянула руку, чтобы прикрыть его рот, поджала губы и сказала своим прекрасным голосом: “перестань смеяться, перестань смеяться!”

Лу Шаомин обхватил ее мягкую маленькую ладонь, которая чувствовала себя бескостной и издала громкое “муах”. Он поднял свою острую бровь и высокомерно сказал: Что ты можешь сделать со мной?”

Маленькая ладошка, которую он поцеловал, казалось, была заряжена электрическим током. Она отдернула руку со скоростью молнии. Выражение лица мужчины, когда он поднял брови, было очень милым. По ее впечатлению, она редко видела, чтобы он предавался чему-то так сильно. Это был очень романтический момент для пары.

Игривость бурлила в сердце Нин Цин, и она вспомнила, что когда он наказывал ее, то больше всего любил бить ее по маленькой попке. Она обеими руками потянула его за левое плечо и с трудом перевернула. Маленькая рука потянулась к его бедру.

- Пощечина!- Раздался очень резкий шлепок.

Она тоже ехала на нем надменно. После пощечины она наклонилась к его уху и спровоцировала его: "ты смеешь смеяться? Смейтесь снова, и я преподам вам урок.”

Лу Шаомин посмотрел на нежное и красивое личико девочки. Она была вся в улыбках. Эта девушка становилась все смелее и смелее. Она ущипнула его за уши и ударила по лицу. Теперь она даже шлепнула его по ягодицам. Он прожил уже 30 лет. Даже его мать не посмела бы так поступить с ним.

“МММ, это совсем не больно.- Лу Шаомин полузакрыл глаза, схватил ее за затылок и прикрыл ее красные губы. - Ты так слаб, собери все свои силы и заставь меня почувствовать боль.”

Этот ... извращенец!

У него точно был комплекс мазохизма.

Нин Цин хихикнула и засмеялась, избегая его поцелуя. Он отказывался отпускать ее. Его тонкие губы терлись о ее лицо и нежную шею. Его мужской запах так сильно манил ее. Ее маленькие ручки несколько раз шлепнули его по ягодицам. Проклятье ... мужская задница может быть такой сексуальной; она все еще может отскочить после шлепка по ней.

- Шаомин, Цинцин, пора ужинать."Они играли вокруг очень счастливо.

Дверь распахнулась, и рядом с ней стояли Юэ Ваньцин и тетя Чжан.

Двое людей в комнате замерли, и на мгновение все четверо просто уставились друг на друга.

Нин Цин: можно я умру первым?

Она выглядела так неприлично в тот момент, если не считать того, что она сидела на мужчине, ее маленькая рука была положена на его задницу, абсолютный образ доминирующей женщины-босса.

Юэ Ваньцин и тетя Чжан, которым почти 50 лет, покраснели в дверях. Они никогда не видели, чтобы парочка так дурачилась в их комнате. Очень неприлично, очень неприлично!

Юэ Ваньцин тихонько кашлянул и проворчал: “Цинцин, что ты делаешь? Как может женщина ездить на мужчине, а ты, ты...” Юэ Ваньцин была слишком смущена, чтобы рассказать своей дочери о том, как она шлепала своего зятя. Ее зять был крупным президентом, и его статус был благородным. Но она не думала, что ее дочь будет так издеваться над ним дома.

Это было невероятно.

Нин Цин лишилась дара речи. По сравнению с ее смущением, Лу Шаомин была спокойна и сдержанна. Он выпрямился и сел рядом с Нин Цин, держа ее на руках. - Мам, все в порядке, это просто для развлечения. А сейчас мы будем ужинать? Давай спустимся вниз.”

…

Бабушка уже поужинала наверху и рано легла спать. Семья из трех человек сидела за столом во время ужина.

Юэ Ваньцин чувствовал, что было необходимо напомнить молодой паре. Она сказала: “Шаомин, ты не можешь слишком сильно портить Цинцин в будущем. Самое главное для жены и матери-быть нежной и добродетельной. Чем больше ты ее балуешь, тем более требовательной она будет.”

Нин Цин поперхнулась рисом, попавшим ей в рот. Ее мать просто обязана была сказать об этом прямо сейчас. - Гм, гм” - она дважды громко кашлянула.

Лу Шаомин протянул руку и похлопал ее по спине, одновременно протягивая стакан воды другой рукой. “Есть медленно. Разве это неудобно? Выпей немного воды.”

Нин Цин села прямо. Она прижала руку к груди, но чашку не взяла. Она просто выпила два глотка воды из руки Шаомина.

Юэ Ваньцин посмотрела на незрелый внешний вид своей дочери и снисходительность Лу Шаомина в том, чтобы дать ей воду. Она даже вздохнула, что это была ее вина как родителя-вырастить ее, но не научить. Тогда, когда она вошла в ворота семьи Нин. Бабушка дала ей самое традиционное женское образование. Она была замужем за Нин Чжэнго более 20 лет, и она даже не говорила громко ни разу.

Она также не знала, как ей следует дисциплинировать Цинцин.

Она слышала,что семья Лу была очень богатой. Она еще не была знакома с этим семейством и не знала, понравится ли им ее избалованная дочь.

Когда Нин Цин перестал кашлять, Лу Шаомин поставил свою чашку и посмотрел на Юэ Ваньцин, мягко говоря: “Мама, я женился на своей жене, чтобы любить ее. И неважно, что Цинцин немного испорчен. Я могу позволить себе испортить ее.”

Юэ Ваньцин больше ничего не могла сказать. В семейных конфликтах отношение мужчины было самым важным. Ее зять был добр к дочери. Она кивнула головой с удовлетворением и удовлетворением в своем сердце.

Слова Лу Шаомина очень обрадовали и тронули Нин Цин. До сих пор она не замечала, какой он милый собеседник. Теперь же, чем больше он говорил, тем спокойнее становился. В самом деле, ей самой приходилось воспитывать собственного мужа.

Нин Цин спокойно поднял палочку сельдерея и быстро бросил ее в миску Лу Шаомина в качестве награды.

Лу Шаомин искоса взглянул на девушку и съел сельдерей с улыбкой на губах.

Тетя Чжан посмотрела на сладкое общение этой пары. - Мадам, я думаю, что отношения между мистером и миссис очень хорошие. Почему бы нам завтра не приготовить немного супа, чтобы питать тело Мистера? Пока хозяйка еще молода, она может родить Толстого внука и позволить вам и старой госпоже обнять его как можно скорее.”

Юэ Ваньцин согласился сразу же; иметь ребенка-это главная цель жизни, им нужно было поторопиться и начать, когда они были молоды.

- Шаоминг, какой суп ты любишь пить? Суп из угря, суп из морского огурца, или мне приготовить завтра похлебку из пениса быка?- Спросила Юэ Ваньцин.

Нин Цин снова поперхнулась. О каком супе они говорят,они еще даже не кончили.

Разве мама и тетя Чжан когда-нибудь задумывались о своих чувствах, когда они обсуждали эту пару так открыто и честно?

Нин Цин взглянула на Лу Шаомина. Губы мужчины изогнулись в улыбке. Похоже, что он этого не осуждает.

Она хорошенько пнула его под столом.

Лу Шаомин знал, что его маленькая жена снова застенчива. Он поднял глаза и сказал: "Мама, мы все еще молоды. Это нехорошо для нас, чтобы пить эти супы слишком рано.”

Когда Нин Цин увидела, что ее мать кивает, она втайне была впечатлена. Каждое слово этого человека было разумным и убедительным.

Нин Цин спокойно откусила маленький кусочек риса, но затем она услышала, как мужчина медленно и неторопливо сказал: “Мама, кроме того, я теперь каждую ночь сплю в своем кабинете. Цинцин не отпускает меня обратно в мою комнату.- Тон мужчины стал очень извиняющимся. - Так что, возможно, пройдет много времени, прежде чем мама сможет подержать своего внука.”

Что?

А что только что сказал Лу Шаомин?

- Это ты!- Нин Цин затряслась от гнева. Он был тем, кто обещал спать в гостевой комнате. Как ему хватило наглости рассказать об этом ее матери на обеденном столе, выставив себя жертвой?

Он был слишком коварен, слишком хитер.

Презренный человек!

- Цинцин, что все это значит?” Когда Нин Цин была готова впасть в ярость, Юэ Ваньцин бросилась вперед. Она тяжело опустила палочки и сурово посмотрела на Нин Цин. “Как ты можешь быть таким озорным? Как молодожены могут спать в разных комнатах? Кроме того, Шаомин так добр к тебе. Почему ты не знаешь, как его лелеять? Пусть Шаоминг вернется в комнату Сегодня вечером. Мама сделает неожиданный чек.”

Неожиданный чек?

Нин Цин: ... Лу. Шао. Мин!

…

Нин Цин сердито вернулась в комнату, поскольку она ругала Лу Шаомина тысячи раз в своем сердце.

Ей хотелось запереть дверь, чтобы он не мог войти, но она боялась, что они устроят сцену. Если бы ее мать узнала об этом, она бы снова отругала ее.

Поразмыслив, она не стала снова запирать дверь. Она решила, что преподаст ему хороший урок, когда он вернется. Она взяла подушку с кровати и обняла ее.

Лу Шаомин не вернулся в свою комнату даже после того, как она прождала его больше часа. Вероятно, он работал в кабинете. Пока она ждала, Нин Цин задремала и постепенно заснула.

Когда Лу Шаомин вошел в комнату, он увидел девушку, лежащую на большой белой кровати. Маленький нежный комочек свернулся калачиком в постели и выглядел очень мило. Медвежонок спал рядом с ней, и она держала в руках подушку.

“Почему бы тебе не укрыться одеялом, когда ты спишь?- Лу Шаомин подошла, поставила колено на кровать и потянулась, чтобы укрыться одеялом.

Он также потянул подушку в руках девушки.

Спящая девушка держалась за подушку и не отпускала ее. Ее розовый вишневый рот пробормотал недовольно, когда она позвала: "плохой человек, Хм, я собираюсь бросить подушку в тебя!”

Лу Шаомин громко рассмеялся. Он опустил глаза и поцеловал ее в лоб. - Дурак, Неужели ты думаешь, что я настолько глуп, что я знал, что ты меня ударишь? Так что я нарочно работал так поздно, а потом вернулся в номер. Это называется принимать уклончивые действия. Твой муж научил тебя еще одному трюку. Я увеличиваю ваши знания. А ты это знаешь, а?”

Девушка, спавшая в постели, ничего не ответила. На ее красивых губах появилось яркое пятно. Она уже была 20-летней девушкой, но все еще пускала слюни, когда спала.

Лу Шаомин протянул свои грубые пальцы и хотел помочь ей вытереть их, но когда его палец коснулся уголка ее губы, он остановился. Он медленно наклонился и поцеловал сияющее пятно.

Даже слюна нежной девушки была сладкой.

Чувствуя, как кто-то целует ее, Нин Цин открыла сонные глаза. Она сунула подушку в руки мужчины и оттолкнула его. - Плохой человек, что ты только что сделал?”

Лу Шаомин посмотрел на маленькую девочку, которая едва могла открыть глаза. Его уши были немного красными. Голова у него сейчас горела, и он не понимал, что на него нашло!

Поцеловал ее слюни?

Это было слишком непристойно.

Его воспитание не оправдывало такого поведения!

Лу Шаомин выпрямился, глубоко вздохнул и пошел в ванную, чтобы принять ванну.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 112:Нин Яо беременна

На следующее утро, когда Нин Цин проснулась, Лу Шаомин уже ушел на работу. Прошлой ночью он спал не на кровати, а на диване в своей комнате.

Большая часть обиды, которую Нин Цин держала на него, исчезла. Хм, по крайней мере у него есть хоть капля здравого смысла!

Однако Нин Цин тоже испытывала душевную боль. Он уехал в командировку на четыре дня и работал до поздней ночи, а спать ему тоже приходилось на диване. Она была слишком строга к нему.

Нин Цин позавтракала и направилась прямо в развлекательную группу "император".

Когда она добралась до кабинета Сюй Цзюньси, то увидела, как три человека энергично дерутся через щель в двери его кабинета.

Нин Яо потянула Сюй Цзюньси за рукав, умоляя: "Цзюньси, пожалуйста, спаси мою маму. Моя мама никогда бы никого не убила. Должно быть, это Нин Цин подставил мою маму. Пожалуйста, спасите ее.”

Мама Сюй Цзюньси потянула Нин Яо за руку и оттолкнула ее. - Нин Яо, твоя мама покушалась на убийство. Есть веские доказательства и свидетель. Нельзя ее не выручить, но и спасти тоже нельзя. Моя Цзюньси не будет участвовать в твоих глупостях относительно тебя и твоей матери. Ваша пара мать и дочь не затащили Цзюньси достаточно глубоко?”

- Мама, как ты могла такое сказать? Я же твоя невестка. Как мы с мамой тебя оттолкнули?”

“Как ты смеешь называть меня своей мамой. Начнем с того, что я уже презирал ваше происхождение. Я был на тысячу и один процент против того, чтобы ты прошел через ворота семьи Сюй. Однако твоя мама использовала договор о передаче доли в обмен на брак. Поэтому я согласился на сделку. Но скандал с твоей мамой не только испортил всю свадьбу и поставил семью в неловкое положение, но и, что еще важнее, мы еще не видели и следа контракта! Сегодня утром режиссер с другой фамилией пришел в Emperor Entertainment Group и устроил сцену. Он сказал, что твоя мама наняла гангстеров, чтобы шантажировать его, и сказал, что мы сообщники. Теперь мы не можем даже постоять за себя, не говоря уже о том, чтобы заботиться о тебе. Как ты мог прийти и досадить Цзюньси еще больше?”

Нин Яо покачала головой и умоляла: "Цзюньси, я ни о чем не имею представления. Это не имеет ко мне никакого отношения. Цзюнси, я люблю тебя уже столько лет. Я даже рисковал своей жизнью три года назад ради тебя. Теперь, когда моя мама заперта в полицейском участке, может ты просто протянешь мне руку помощи?”

Рубашка Сюй Цзюничи была смята из рук Нин Яо, и он выглядел расстроенным. - Яояо, как ты хочешь, чтобы я тебе помог? Из-за неудачного контракта на передачу акций, который вы собрали за моей спиной, Emperor Entertainment Group сталкивается с проблемами внутри и снаружи. Это нормально, что моя репутация разрушена, но Emperor Entertainment Group-это собственность семьи Сюй!”

“Именно. Из того, что я вижу, вы используете в своих интересах тот факт, что вы спасли Цзюньси три года назад. Однако, что касается вашей мамы, которая участвует в договоре о передаче акций, Junxi не может участвовать. Почему бы тебе не пойти поискать своего отца, Нин Чжэнго?- Спросила матушка Сюй.

Нин Яо вытерла слезы и продолжила: “мой папа не был дома уже два дня. Я пошел искать его в его офисе. Он сказал, что не будет беспокоиться ни о чем, связанном с моей мамой, но он позволит ей вести свой собственный курс. Ву-Ву. Что же мне теперь делать? Что я должен сделать для моей мамы?”

Нин Цин увидела, что Нин Яо беспомощно плачет, и это пришло ей в голову. В течение двадцати лет ли Мэйлин прокладывала путь для Нин Яо, чтобы жить своей жизнью. Она приютила ее и помогла устранить все препятствия. Затем Ли Мэйлин был побежден, и Нин Яо не знал, что делать.

Хе, она задавалась вопросом, помог ли ли Мэйлин Нин ЯО или навредил Нин Яо.

Реакция пары мать и сын была именно такой, как она и ожидала. Лу Шаомин позаботился о гангстере, и режиссер с другой фамилией поднял большой переполох. Сюй Цзюньси выдерживал давление того, как внешний мир рассматривал его брак как сделку, в то время как он был потерян в том, как справиться с хаосом в группе развлечений императора.Читайте последние главы на vipnovel.com

Он был дочерним сыном, и развлекательная группа императора всегда была его главным приоритетом.

Матушка Сюй не разочаровала Нин Цин. В конце концов, она была хамелеоном.

Как раз в тот момент, когда они спорили в офисе, Сюй Цзюньси хлопнул по столу и встал, взревев: “хорошо, прекрати это. Это так раздражает. Все вы, убирайтесь вон!”

Обе женщины были ошеломлены. Затем Сюй Цзюньси увидел Нин Цин за дверью.

Его лицо внезапно напряглось.

Затем мать Сюй увидела Нин Цин. Ее гнев закипел, и она побежала к двери, чтобы открыть дверь кабинета. Затем она указала на Нин Цин и укоризненно сказала: "Нин Цин, Как ты смеешь приходить сюда? Ты-корень проблемы! Это ты поставил нас в такое положение!”

Нин Цин сверкнула холодной ухмылкой и медленно произнесла: “тетя Сюй, пожалуйста, ведите себя как культурный человек. Не кричите на публике оскорбления, как мегера.”

- Это ты!"Матушка Сюй посмотрела на многих сотрудников, идущих по коридору снаружи, и она быстро взяла свою руку и разгладила свою норковую шубу.

Нин Цин взглянула на двух людей в офисе и улыбнулась. “Когда ты несчастлив, ты знаешь, что нужно плакать, винить, чувствовать боль. Три года назад, когда меня выгнали из дома, когда меня унизили так, как ты хотел, когда мне было тяжело в развлекательном кругу, кто из вас помог мне? Все, что я делал до сих пор, было только интересом ко всему, что вы сделали для меня. Это пагубное последствие тех злых дел, которые ты совершил!”

Матушка Сюй позеленела от гнева. Нин Яо был недоволен, и она побежала вперед, чтобы подразнить: “Нин Цин, теперь ты высокомерен, но что ты такое? Ты всего лишь женщина, которая залезла на богатого мужчину.”

- Богатый человек? Матушка Сюй с презрением посмотрела на Нин Цин. “Моя Цзюньси бросила тебя и ты искала связи с другим мужчиной? Какого же человека ты можешь найти? Это либо мужчина, который по возрасту годится тебе в отцы, либо сын богача от второго брака. Вздох, такой жалкий.”

“Именно, Нин Цин, кто тебя сюда допустил? Это территория развлекательной группы императора семьи Сюй. Пожалуйста, уходите сейчас же, или я позову охрану”, - двое людей, которые ранее жестоко дрались, теперь были на той же странице.

Нин Цин выпрямила спину, и на ее нежном лице появилась холодная улыбка. Она была рождена с элегантностью и высокомерием.

Сюй Цзюньси увидел, что его мама и Нин Яо гонятся за Нин Цин. - Он направился к двери. Нин Цин была одета в красную рубашку с черными брюками-карандашами. Ее черные шелковистые волосы были собраны в пучок. Она выглядела элегантной и красивой, с оттенком интеллекта и зрелости.

В горле Сюй Цзюньси стало горько. Они знали друг друга уже двадцать лет и стали такими далекими.

- Нин Цин, пожалуйста, уходи” - сказала Сюй Цзюньси. Он не хотел, чтобы его мама и Нин Яо унижали ее, и не хотел, чтобы она видела его в таком положении так высокомерно.

Нин Цин ничего не ответила, но осталась стоять на месте.

- Нин Цин, почему ты не уходишь? Ты действительно хочешь, чтобы я позвал кого-то, чтобы выгнать тебя, да? - Эй! Охранники! Иди сюда и прогони эту женщину для меня!- Закричала матушка Сюй.

Стражники подошли ближе и были готовы увести Нин Цин.

А Потом: "Стой!- Подошла огромная группа директоров.

Это было собрание акционеров компании Emperor Entertainment Group. Тот, кто заговорил, был директором с другой фамилией. Он шел впереди всех. Он был вторым по величине акционером компании.

Директор с другой фамилией подбежал и встал рядом с Нин Цин. Он указал пальцем на Сюй Цзюньси и двух других, когда он сделал выговор: “я не позволю этому соскользнуть. Независимо от того, что семья Сюй сделала с моим сыном, я определенно выдвину обвинения против вас и удостоверюсь, что вы полностью дискредитированы.”

Матушка Сюй сдержала свое высокомерие и быстро улыбнулась: “директор Хуан, это действительно не имеет никакого отношения к семье Сюй. Это она, - матушка Сюй указала на Нин Яо. “Она сошла с ума, думая о том, как попасть в нашу семью Сюй, а затем ее мама, ли Мэйлин, наняла гангстера, чтобы подставить вас.”

Нин Яо увидел, что мать Сюй указала пальцем на нее, а затем она опровергла: “мама, как ты могла взвалить ответственность на меня? Если бы тебе не был нужен договор о передаче доли, разве моя мама сделала бы что-нибудь из этого? Разве вы не согласились на сделку?”

- Это ты!- Матушка Сюй очень рассердилась. Она никогда не думала, что Нин ЯО будет настолько невнимательным и опрометчивым, когда говорит перед таким количеством людей. Она не оставила места для семьи Сюй, чтобы сохранить хоть какую-то грацию в этой ситуации.

Нин Цин посмотрела на двух женщин, дерущихся друг с другом, и это было даже более свирепо, чем собачья драка.

Нин Яо была крайне глупа без шепота ли Мэйлин ей на ухо.

- Довольно! Никто из вас больше не говорит. Разве ты не достаточно смущен?- Сюй Цзюньси издал низкий рев.

- Хм!- Директор Хуан горбнулся, а затем слегка наклонился, чтобы вежливо передать документ Нин Цин, - Мисс Нин, это мой переводной документ. С этого момента ты второй по величине акционер в компании Emperor Entertainment Group. Эти немногие акционеры-мои лучшие друзья. Я поговорил с ними, и они последуют примеру Мисс Нин.”

- Директор Хуан, благодарю вас."Нин Цин вежливо поблагодарил акционеров.

Затем все трое резко вздохнули. Лицо Сюй Цзюньси помрачнело, а мать Сюй и Нин Яо широко раскрыли глаза, не веря своим ушам.

- Нин Цин, ты... - пробормотала матушка Сюй.

“Да что со мной такое? Тетя Сюй, это правда, поверь тому, что ты слышала. Директор Хуан передал мне свои акции. Сейчас я являюсь вторым по величине акционером компании. Я приехал сюда сегодня, чтобы присоединиться к собранию акционеров.”

“Что, как вы ... как вы получили право собственности на акции?”

“О, это очень просто. Как и сказал Нин Яо, я живу на деньги, но я разочаровал тетю Сюй. Этот человек намного лучше, чем Цзюньси. Он легко позаботился о долевом трансферном контракте и подарил мне половину Emperor Entertainment Group, - гордо сказала Нин Цин, игриво моргая.

Матушка Сюй еще не совсем поняла ситуацию и отступила на два шага назад.

Она никогда не думала, что Нин Цин, которая молча приняла ее унижение три года назад, станет вторым по величине акционером компании. Другими словами, Нин Цин бунтует над ней.

- Мама!- Сюй Цзюньси держал свою маму.

Затем подошла секретарша. - Мисс Нин, это информация для сегодняшнего собрания акционеров. Пожалуйста, прочитайте его до конца, чтобы увидеть, если есть какие-либо проблемы.”

Нин Цин не взяла документ.

Лицо Сюй Цзюньси было очень несчастным, даже вены на его лбу начали проступать. Это было абсурдно, что Лу Шаомин дал Нин Цин все эти акции компании в качестве подарка.

Лу Шаомин отвесил ему тяжелую пощечину.

- Нин Цин, почему ты не взяла информацию?- Сюй Цзюньси в отчаянии посмотрела на Нин Цин. Он всегда был высокомерен. Но затем его высокомерие и достоинство были растоптаны Лу Шаомом.

Нин Цин спокойно посмотрела на секретаршу и элегантно произнесла: "Сообщаем всем, что сегодняшнее собрание акционеров отменяется!”

- Ну и что же? Почему?- Спросила Сюй Цзюньси внимательно.

Нин Цин лениво пошевелилась и улыбнулась: "генеральный директор Сюй, как вы смеете спрашивать меня, почему? С тех пор как три месяца назад вы привезли свою невесту обратно в деревню, вы находитесь в центре скандала. Сначала ты поставила себя между двумя сестрами. Тогда, ты был вовлечен в тот инцидент с сексом в машине. После этого ваша свадьба превратилась в хаос. Вы уже сильно повлияли на имидж компании Emperor Entertainment Group. За последние три месяца цена акций упала на пятнадцать процентов. Ты один свалил на землю весь совет директоров. Я хотел бы спросить генерального директора Сюй, что вы делаете для The Emperor Entertainment Group?”

Сюй Цзюньси не ответила. Он сжал кулаки, и его глаза покраснели.

Она его унижала!

Нин Цин спокойно посмотрела на Сюй Цзюньси. Она подняла свои красивые брови и небрежно сказала: "Я надеюсь, что генеральный директор Сюй будет размышлять о своем прошлом в это время. Если вы не можете быть на высоте своей должности генерального директора компании Emperor Entertainment Group, то почему бы вам не уступить трон и не уступить место более достойному кандидату!”

Сказав это, она повернулась, чтобы уйти. Группа акционеров оставила позади Нин Цин.

- Эй, не уходи, не уходи!"Мать Сюй видела, что акционеры слушали то, что говорила Нин Цин, но забыли о существовании ее сына, поэтому она запаниковала. Она подбежала к Нин Цин и потянула ее за рукав. - Хе-хе.- Она пыталась завоевать расположение Нин Цин. - Цинцин, давай все обсудим. Вообще-то, последние три года я думал о тебе. Я никогда не осуждал твое вступление в семью Сюй. Все это время я считала Цинцин своей единственной невесткой.”

- Хе-хе... - хихикнула Нин Цин и закатала рукав.

- Мама, не говори больше ничего!- Сюй Цзюньси быстро подошел и отвел маму в сторону. Сегодня все его достоинство было выброшено на помойку матерью.

- Он поднял глаза на Нин Цин. Карие глаза девушки были кристально чистыми, и то, как она смотрела на его маму, было презрительно.

Затем подбежала Нин Яо. Она эмоционально потянула мать Сюй за руку “ " мама, Что ты имеешь в виду? Я-ваша невестка. Как ты можешь так разговаривать с Нин Цин?”

Матушке Сюй некуда было выплеснуть свой гнев и Пак, она ударила Нин Яо.

“Твое злое деяние. - Да, это ты. Это ты и твоя мама разрушили семью Сюй. Если Цзюнси выйдет замуж за Цинцина ... Кто ты? Ты просто незаконнорожденный ребенок, рожденный от любовницы.

Сюй Цзюньси чувствовал себя беспомощным. Перед всеми акционерами, перед Нин Цином, его мама и Нин Яо были как два клоуна. Это была просто шутка.

Теперь он тоже был посмешищем.

Нин Цин не было никакого интереса наблюдать, как две женщины сражаются друг с другом. Она ухмыльнулась и повернулась, чтобы уйти.

Но ей нужно было сделать еще один шаг, прежде чем Донг, Нин Яо упали в обморок на землю.

“Яояо, Яояо.- Сюй Цзюньси вышел вперед и взял на руки бледную Нин Яо. Он крикнул: "вызовите скорую. Скорее, вызовите скорую!”

…

В больнице.

Доктор поздравил Сюй Цзюньси “ " господин, поздравляю! Пациентка была беременна в течение сорока дней. В последнее время она была эмоционально нестабильна. Вот почему она упала в обморок. В будущем постарайтесь не провоцировать ее.”

Сюй Цзюньси была ошеломлена. Беременна?

На самом деле, он никогда не думал о том, чтобы иметь детей от Нин Яо. Он всегда использовал защиту, когда они были вместе. Однако, поскольку в последнее время он был не в хорошем настроении из-за Нин Цин, он всегда пил, и он довольно часто делал это с Нин Яо. Когда он напивался, ему тоже никогда не приходило в голову прибегнуть к защите. Он думал, что после этого Нин Яо примет лекарство. Он никогда не думал, что она будет беременна.

Нин Яо, который лежал на больничной койке, обнял Сюй Цзюньси за талию и воскликнул: "Цзюньси, это здорово. У меня есть твой ребенок. Это плод нашей любви. Это наш первый ребенок!”

Сюй Цзюньси напряглась и не ответила.

Затем Нин Яо посмотрел на матушку Сюй, стоявшую рядом с ней. - Мама, я беременна твоим внуком, родословной семьи Сюй!”

Матушка Сюй выглядела не слишком хорошо. Ей не нравился Нин Яо. После того, что случилось в офисе, она ненавидела Нин Яо еще больше. Однако Нин Яо была беременна ребенком Сюй. Ее первый внук.

Она все еще хотела своего внука.

- Отлично, отдохни здесь как следует. Родите моего здорового внука.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 113:Прощай, Ли Мэйлин (Li Meiling Finale)

- Мама, твой внук не может обойтись без своей бабушки по материнской линии, верно? Может ли мама помочь моей маме ради ребенка в моем животе? Цзюнси, я уже ношу ребенка для тебя. Ты можешь просто выручить мою мать, потянув за какие-то ниточки?- Нин Яо пожал Сюй Цзюньси руку и повел себя кокетливо.

Нин Цин лениво прислонилась к двери и посмотрела на нее. Уголки ее рта приподнялись в усмешке. Матери действительно повышают свой статус через своего ребенка в благородных семьях, но ребенок Нин ЯО в ее животе был всего лишь 40 дней, и она хотела взять на себя ответственность за это. Она была просто медлительна и глупа, как свинья.

Как могла мать Сюй Цзюньси согласиться на это?

Конечно же, матушка Сюй была в ярости, указала на нос Нин Яо и отругала: “Нин Яо, о чем ты думаешь? Ты думаешь, что ты хозяйка семьи Сюй только потому, что беременна ребенком Цзюньси? И вы хотите получить от нас вознаграждение? Позвольте мне сказать вам, если вы хотите родить этого ребенка, то сделайте это, если нет, то избавьтесь от него как можно скорее. Мы, семья Сюй, не испытываем недостатка в благородных дамах, чтобы рожать наших детей. Есть много кур, которые могут откладывать яйца!”

С этими словами Матушка Сюй взяла свою сумку и вышла. “Она даже не знает своего места. Если бы не ребенок в вашем животе, вы не имели бы никакой ценности вообще. Если вы умны, вы должны просто оставаться спокойным и заботиться о плоде. Если вы создадите еще больше проблем, семья Сюй не захочет вашего ребенка.”

Матушка Сюй подошла к двери и увидела Нин Цин. Она изменила свой едкий и горький взгляд и ласково улыбнулась Нин Цин. - Цинцин, ты скоро освободишься? Тетя хочет пригласить тебя к нам на ужин?”

“Я не свободен.- Коротко ответил Нин Цин.

Матушка Сюй никак не могла найти выход из этой неловкой ситуации. В это время “ " мама!- Сюй Цзюньси зарычал и остановил свою мать, чтобы та больше ничего не сказала.

Матушка Сюй печально закрыла рот. - Цинцин, мне надо идти.”

Матушка Сюй отошла и ушла.

Из глаз Нин Яо продолжали капать слезы. Она обняла Сюй Цзюньси за талию и жалобно заплакала. - Цзюньси, как мама может так меня ругать? У меня все еще есть твой ребенок в моем животе.”

Сюй Цзюньси был расстроен и расстроен. У двери стояла Нин Цин. Он был не в настроении утешать Нин Яо. - Он протянул руку и переадресовал ее женщине. - Яояо, ты сначала отдохни, а я пойду и заплачу за лечение.”

Сюй Цзюньси ушел.

Нин Яо был в плохом настроении. Она была беременна, но мать Сюй и Сюй Цзюньси не испытывали никакого энтузиазма. У них даже не нашлось заботливого и вдумчивого слова для нее.

Это было совсем не то, что она себе представляла раньше. Разве матери не должны повышать свой статус через своего ребенка?

Но у двери стояла Нин Цин. Она только гордо вздернула подбородок и рассмеялась. - Сестра, ты, должно быть, разочарована. Я беременна от ребенка Цзюньси.”

“Ах."Нин Цин посмотрела на Нин Яо своими улыбающимися красивыми глазами и спросила: “Что изменилось с тех пор, как ты была беременна его ребенком? Сюй Цзюньси обещал спасти твою мать? Женится ли он на тебе и позволит ли тебе войти в ворота семьи Сюй? У тебя же ничего нет. - А чему ты радуешься?”

Нин Цин ткнула пальцем в больное место Нин ЯО, но она упрямо ответила: “Хм! Когда мой ребенок родится, я, естественно, поднимусь в статусе благодаря своему ребенку. Рано или поздно я пройду через ворота семьи Сюй.”

- Трудно сказать, но мать Сюй Цзюньси очень ясно сказала, что они хотят только одного-чтобы ребенок был у тебя в животе. Там будет благородная леди, которая станет матерью ребенка, или даже, с моим кивком, ваш ребенок должен будет называть меня матерью. Но, к сожалению, я этого не хочу!”

Сердце Нин Яо болело от ярости, которую она чувствовала. Думая о том, как матушка Сюй льстила и подлизывалась к Нин Цин, она стиснула зубы от ненависти.

Как Нин Цин стал акционером компании Emperor Entertainment Group? Почему ее жизнь была так хороша, позволяя ей цепляться за Лу Шаомина?

Вспоминая тот званый обед, когда Лу Шаомин снимала с нее маскировку слой за слоем. Он был жесток и безжалостен, но так добр к Нин Цин.

И она вцепилась в Сюй Цзюньси, но так устала от этого.

В это время Сюй Цзюньси вошел в палату, и внезапно Нин Яо пришла в голову идея. Она быстро закрыла свой живот с болезненным стоном “ " Цзюньси, мой живот болит, только что моя сестра сказала много уродливых слов, чтобы взволновать меня.”

Сюй Цзюньси обняла Нин Яо за плечи и недовольно посмотрела на Нин Цин. Его губы были сжаты в отчаянии.

Нин Цин выпрямилась; у нее не было времени играть с ними. Она сказала Сюй Цзюньси: "президент Сюй, не всегда будь таким нерешительным, как мужчина. Не позволяйте женщине водить вас за нос. Нин Яо спасла тебя однажды три года назад, но она так долго сдерживала тебя. Теперь, когда она беременна, очень вероятно, что она будет удерживать вас всю жизнь. Неужели ты не понимаешь, что эта женщина забирала у тебя все это время? Подумай об этом хорошенько. Я даже не знаю, чего ты на самом деле хочешь от жизни. Теперь, когда вы добавили дополнительную невинную маленькую жизнь к смеси, было бы жаль ребенка.”

Нин Цин произнесла свою реплику и отошла.

Нин Яо увидел мрачное выражение лица Сюй Цзюньси. Кажется, у него есть какие-то претензии. Она боялась, что Сюй Цзюньси попросит ее сделать аборт.

Она обняла Сюй Цзюньси. - Цзюньси, дотронься до моего живота. У меня есть свежая жизнь в моем животе. Это же твой ребенок. Ты будешь любить меня. Ты ведь будешь любить своего ребенка, правда?”

Сюй Цзюньси не обнял Нин Яо. Он очень устал. Нин Цин была права. Он больше не знал, чего хочет от жизни.

- Яояо, этот ребенок все-таки наш первый ребенок. Вы должны хорошо заботиться о нем. Но в то же время, не создавай больше никаких проблем, или я не буду защищать тебя. Я не могу уладить дела твоей матери. Я не могу выйти за тебя замуж в ближайшем будущем. Вы ведете себя хорошо и сами о себе заботитесь. Мне тоже нужно успокоиться.”

Сердце Нин Яо совершенно упало.

…

Суд над ли Мейлин прошел очень гладко. Там были как свидетели, так и вещественные доказательства. Суд вскоре открыл свое заседание. Ли Мэйлин был приговорен к 20 годам лишения свободы.

У дверей здания суда ли Мэйлин сопровождала полиция, и Нин Цин в последний раз разговаривала с этой женщиной.

- Тетя ли, неужели вы ожидали, что окажетесь в тюрьме?”

Ли Мэйлин выглядела изможденной. Она была заключена в темную камеру на протяжении всего дня. Ее нежелание постепенно превратилось в отчаяние. За это время к ней никто не приходил в гости. Только однажды пришла Нин Яо.

Ее жизнь была такой безнадежной и безрадостной. 20 лет, Ха! Когда она выйдет, ей будет почти 70 лет. Ее жизнь была разрушена; лучше было бы умереть.

Ли Мэйлин не ответил. Она огляделась вокруг, как будто искала кого-то.

Нин Цин мягко улыбнулась. - Перестань кого-то искать. Нин Чжэнго не пришел. Вы уже стали пятном в его жизни. Теперь он жалеет, что вообще тебя встретил.”

- Ха ... ха-ха.- Ли Мэйлин издала два грустных смешка. - Она покосилась на Нин Цин. “Я не ожидал, что у Нин Чжэнго и Юэ Ваньцин может быть такая дочь, как ты!”

“Спасибо за комплимент, - сказала Нин Цин с улыбкой на губах и посмотрела вперед. - Тетя ли, моя мама и бабушка пришли проводить вас.”

Впереди, на булыжной мостовой, стояла роскошная деловая машина. Заднее стекло скользнуло вниз. В нем сидела бабушка. Она была непослушной, как ребенок, схватив леденец в руке Юэ Ваньцин.

Юэ Ваньцин мягко уговаривал: "мама, если ты съешь слишком много леденцов, твои зубы разрушатся.”

- Не твое дело, я хочу его съесть.- Бабушка положила завернутый леденец в рот, повернула голову и дважды рассмеялась, глядя На ли Мэйлин “”

Зрачки ли Мэйлин резко сузились и задрожали всем телом. Она вырвалась из рук тюремного охранника. Она потеряла контроль и хотела задушить Нин Цин, когда зарычала: “бабушка совсем не восстановила свой рассудок. Нин Цин, ты солгала мне на свадебном банкете Яо Яо!”

Глядя на первобытное, угрожающее выражение лица ли Мэйлин, Нин Цин спокойно рассмеялась. - Тетушка ли, вы знаете, почему зло никогда не побеждает справедливость в этом мире? Потому что у злодея есть призраки в ее сердце!”

- Нин Цин, я собираюсь убить тебя, я собираюсь убить тебя! Вы уничтожили меня, фактически, я уже преуспел! Я родился умным и красивым, но страдал от унизительных взглядов только потому, что родился в бедной семье. Я так много работала, чтобы петь в операх, но эти женщины завидовали мне и унижали. Эти люди преследовали меня и пытались переспать со мной. Но я ничего не получил. А как же твоя мать? Она была усыновлена бабушкой в детском доме. Ей так повезло, и она получила все. Почему?

“Я поклялся в своем сердце, что однажды стану почетным, богатым и могущественным. Я воспользовался своей красотой, чтобы добраться до этого момента сегодня, но как вы пришли?”

Нин Цин выпрямилась и сказала с некоторой жалостью и состраданием: "в приюте было так много людей. Почему моя бабушка выбрала именно мою мать? Это потому, что моя мать чистая, чистая и добрая. Никто в этом мире не может получить то, что он хочет, даром. Это не потому, что я причинил вам вред, а потому, что вы сами причинили себе вред, потому что выбрали неверный путь и умерли от своей жадности.”

Ли Мэйлин расплакалась.

В это время “ " мама!- Подбежала Нин Яо.

- Яояо. Мать и дочь крепко обнялись и горько заплакали.

Неподалеку открылась дверь роскошного бизнес-вагона, и оттуда вышла красивая фигура. Лу Шаомин приехал, чтобы забрать ее.

Нин Цин спустилась вниз и подошла к мужчине с нежным выражением лица.

- Нин Цин, Как ты думаешь, это конец?- Яростно крикнул ей сзади ли Мэйлин.

Нин Цин не оглядывалась назад. Она посмотрела в яркие и красивые узкие глаза Лу Шаомина и медленно сказала: “я не знаю, конец ли это, но я знаю, что это твой конец!”

Прохладный осенний ветер развеял волосы Нин Цин, и поздний вечерний закат пронесся по земле, было тепло и тихо. Нин Цин улыбнулась и вложила свою маленькую руку в большую ладонь Лу Шаомина.

Прощай, Ли Мэйлин.

…

“Ветер и пыль"официально завершил съемки. Через полмесяца “ветер и пыль " был выпущен в различных кинотеатрах. В первый же день кассовые сборы пробили отметку в $ 800 млн. Фильм с темой старой Китайской Республики, тема, которая не была востребована в народе, была успешной в установлении рекорда в истории киноиндустрии.

Слава и статус Нин Цин в индустрии развлечений процветали всю дорогу. Она занимала первое место в индексе поп-звезд Baidu в течение трех недель подряд, обогнав четырех известных актрис в Китае в секунду. Она стала самой популярной актрисой первой линии в Китае.

32-я премия "Белый цветок" за фильмы объявила шорт-лист актрис. Нин Цин, сыгравшая роль Мэн ЯО в фильме “Ветер и пыль”, вошла в шорт-лист как Лучшая актриса и стала популярным кандидатом.

Сегодня это церемония вручения премии "Белый цветок". Здесь собрались десятки тысяч человек, а полы были покрыты красными коврами. Популярные звезды все собрались и все место было сверкающим и ярким. Сяо Чжоу открыл дверцу машины, и Нин Цин вышла из роскошного автомобиля няни.

На ней была светло-фиолетовая юбка с блестками в виде рыбьего хвоста, светлый V-образный вырез, подчеркивающий декольте, и белая расшитая бисером сумочка, которая излучала красоту и очарование элегантной женщины.

В тот момент, когда она появилась, она мгновенно стала центром внимания аудитории, камеры СМИ вспыхивали со всех сторон, а восторженные поклонники скандировали “Нин Цин”.

Глаза Нин Цин изогнулись, когда она изогнула свои красивые губы в улыбке и помахала веерами.

Подъехал еще один лимузин; прибыл Ся Сяофу.

Ся Сяофу была одета в белое платье с цветами ручной работы на краю ее элегантной развевающейся юбки. Изящный узор ее кружевных рукавов-фонариков делал ее похожей на цветочную фею, прекрасную, как нимфа.

Как только она появилась, снова раздался шум.

- Сяофу.- Нин Цин увидела ее, подобрала юбку, подошла к ней и обняла.

- Нин Цин, на этот раз меня пригласили в качестве почетного гостя. Я слышал, что вы были номинированы как Лучшая актриса. Вы достойны звания Лучшей актрисы в моем представлении. Ваши навыки очевидны для всех. Нин Цин, поздравляю.- Ся Сяофу обнял Нин Цин.

Нин Цин была очень тронута. - Сяофу, спасибо. Давайте вместе пройдемся по красной дорожке.”

“ОК.- Ся Сяофу взял Нин Цин за руку, и они вместе пошли по красному ковру.

- Ух ты... - толпа взорвалась возбуждением. Две богини стали самым красивым зрелищем на красной ковровой дорожке. Глаза всех присутствующих сияли от изумления.

- Ого, это моя богиня Нин и моя богиня Ся. Они действительно прекрасны. Я хочу сделать снимки. Я хочу сфотографироваться с ними.”

Сумасшедшие фанаты продолжали толкаться вокруг. Матушка Сюй и несколько богатых дам были почти втиснуты в мясные пироги. Мама Сюй была очень модной, и она часто посещала показы мод, такие как миланский показ мод. Она также любила гоняться за звездами. Она часто приходила на эти праздники, чтобы взглянуть на красоту звезд.

Какая-то богатая дама закричала: “О, чего ты там сжимаешь? Мои волосы совсем растрепались. Эй, госпожа Сюй, вам не нравится Ся Сяофу больше всего? А вот и ваш кумир. Является ли женщина-звезда рядом с ней Нин Цин, новое поколение богини в индустрии развлечений? Мои сыновья и дочери так ее любят, что я должен взять у нее автограф.”

Выражение лица матушки Сюй было очень жестким, она с трудом могла поверить, что в центре внимания красной ковровой дорожки в данный момент был Нин Цин, который был жестоко унижен ею три года назад.

- Госпожа Сюй, разве вы не говорили, что Нин Цин-ваша бывшая невестка? Какой же ты бестолковый. Сейчас Нин Цин стоит сотни миллиардов долларов. Но вы пошли и выбрали эту Нин Яо вместо этой невестки стоимостью в сотни миллиардов долларов. Вы действительно слепы.”

- Да, госпожа Сюй, если бы Нин Цин была вашей невесткой, вы могли бы похвастаться всем, что захотите. Мы все можем покрасоваться позади тебя тоже. Теперь посмотрите на нас, сжимающих здесь, пока она комфортно ходит по красному ковру; лечение очень отличается.”

Матушка Сюй стиснула зубы, не говоря ни слова. Как она могла не слышать сарказма богатых дам? И все же она очень сожалела об этом. Три года назад кто бы мог подумать, что Нин Цин будет такой, как сейчас.

Нин Цин была бриллиантом, но она настояла на том, чтобы смотреть на нее как на гравий.

Неизвестный поклонник рядом с матерью Сюй услышал имя Нин Яо и немедленно прервал: “я слышал, что Нин Яо теперь покинул киноиндустрию, и она больше не снимает “розовую Леди.- Хм, президент Сюй из "император Энтертейнмент Груп" всегда поддерживал ее и подавлял нашу Нин Цин тогда. Теперь, когда Нин Цин последовала за директором Ваном и сделала себе имя,она жестоко ударила этого засранца и ублюдка пощечиной.”

- Правильно, давай больше не будем упоминать Нин Яо. С Ли Мэйлин, как ее мама, насколько хорошо она может быть успешной? Она просто клоун по сравнению с Нин Цин. Только президент Сюй мог считать ее настоящим сокровищем, ха-ха.”

Болельщики презрительно усмехнулись.

Гнев матушки Сюй застрял в ее груди, ее драгоценный сын был назван “f*ckboy".- Но она не могла опровергнуть это только потому, что чувствовала себя очень униженной.

Все это было из-за этой сучки Нин Яо.

…

Нин Цин и Ся Сяофу шли по красной ковровой дорожке, когда снова раздались радостные возгласы. Оглянувшись назад, они увидели, что прибыл Оу Ло Си.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 114:Стала Королевой В Возрасте Двадцати

Нин Цин и Ся Сяофу прогуливались по красной ковровой дорожке, когда раздалась очередная волна аплодисментов. Они обернулись и посмотрели: это Оу Ло Си.

Ся Сяофу почувствовала, как у нее екнуло сердце. Ее сердце бешено забилось.

ОУ Ло Си был одет в белую рубашку с черным костюмом, сшитым на заказ. Это был классический мужской костюм. Тем не менее, он носил черный галстук-бабочку на воротнике, и воротник приносил сильное чувство молодой Моды и индивидуальности.

В голове Ся Сяофу она впервые увидела Оу Ло Си в официальной одежде. Обычно он был в черном пальто и джинсах. Когда он был в своем костюме, он не выглядел как обычная публика. Он не был запятнан какой-либо мирской аурой, но был чрезвычайно чист и элегантен. У всех при виде него загорелись глаза. Это было успокаивающее зрелище.

Как только Ся Сяофу была ошеломлена, она почувствовала мягкую руку, тянущую ее. Она посмотрела в сторону и увидела, что Нин Цин моргает на нее “ " Сяофу, на что ты смотришь? Я звал тебя несколько раз, но ты, казалось, не слышал меня.”

Щеки ся Сяофу порозовели. Ее пристальный взгляд был устремлен на ОУ Ло Си без всякой хитрости. Она полагала, что Нин Цин все это видела.

Нин Цин улыбнулся и сказал: ” Сяофу, мы окружены средствами массовой информации. Каждое слово, которое мы говорим, и каждое действие, которое мы предпринимаем, находится под их наблюдением. Ло Си уже здесь. Давайте подождем, пока Ло Си выйдет на красную дорожку.”

Нин Цин напомнила ей, чтобы она вела себя должным образом.

Затем Ся Сяофу сильно покраснела.

ОУ Ло Си сунул одну руку в карман, а другой помахал мне. Он даже не улыбнулся. Тонкие черты его лица были холодны и безжизненны, как на картине. Однако это никак не повлияло на его страстных поклонников.

ОУ Ло Си подошел к двум богиням и поднял свой взгляд, чтобы поприветствовать: “Нин Цин.”

Он игнорировал существование Ся Сяофу.

Покрасневшее лицо ся Сяофу побледнело. Молодой человек всегда так себя вел. Он не смотрел на нее и не называл по имени.

Она решила, что он даже не знает ее имени.

“Ло Си, позволь мне представить тебя.- Нин Цин держала Ся Сяофу за руку. - Это мой лучший друг, Ся Сяофу.”

Ся Сяофу сдержала свою печаль. Она подняла голову и мягко улыбнулась. Затем она щедро протянула свою руку “ " о Ло Си, приятно познакомиться. Я с нетерпением ждал встречи с вами.”

Затем ОУ Ло Си посмотрел на нее. Глаза молодого человека были прекрасны. Черно-белое в его глазах было кристально чистым, как журчащий горный ручей, и в воде отражалось ее отражение.

Ся Сяофу был застигнут врасплох.

Она протянула ему руку, но Оу Ло Си задержался очень долго и не пожал ее. Увидев это, Нин Цин быстро улыбнулась и сказала: "Ло Си…”

“О Ло Си, Почему бы тебе не пожать мне руку?- Ся Сяофу отрезал Нин Цин. Ее мужественный тон имел оттенок упрямства молодой девушки: "здесь так много журналистов и журналистов. Ты не пожмешь мне руку, и завтра мы вдвоем окажемся в заголовке развлекательной газеты.”

Нин Цин увидела восхищение в глазах Ся Сяофу. Как талантливая леди и ее внешний вид как у феи, была сторона ее с естественными манерами.

ОУ Ло Си услышал это и медленно поднял руку, чтобы пожать ее нежную ладонь.

На секунду их кожа соприкоснулась. Его пальцы лишь слегка скользнули по мягкой ладони Ся Сяофу, но Ся Сяофу уже улыбался.

Он не мог видеть ее, так что она будет усердно работать, чтобы он заметил ее. В жизни Ся Сяофу не было другого мужчины, который осмелился бы игнорировать ее.

Очень хорошо, Оу Ло Си. он уже успешно привлек ее внимание!

- Хорошо, тогда мы можем считать себя друзьями. Ло Си, пройдись с нами по красной дорожке. Идешь по красной дорожке с двумя большими красавицами, тебе очень повезло, - Нин Цин попыталась разрядить обстановку.

ОУ Ло Си не отверг это предложение. Нин Цин подошел к оу Ло Си, а ся Сяофу встал с другой стороны. Они втроем спустились по красному ковру.

…

Церемония награждения началась ровно в семь. Король и королева Белого цветка на серебряном экране были большим событием. Когда объявили список кандидатов на роль королевы серебряного экрана, все затаили дыхание.

Ведущим на вручении премии королевы серебряного экрана, конечно же, был Ся Сяофу, который появился во время кульминации. Она взяла у ведущего список кандидатов, и ее красивые глаза, устремленные на Нин Цин, сидевшую в третьем ряду, улыбнулись ей. - Я официально объявляю здесь, что тридцать третья награда Белого цветка для королевы Серебряного экрана-это Нин Цин! Нин Цин завоевала лавры королевы Серебряного экрана в возрасте двадцати лет, и она стала самой молодой королевой Серебряного экрана в истории церемонии вручения премии "Белый цветок". Давайте поздравим ее!”

Камера была направлена на Нин Цин, когда она элегантно встала. Все глаза были устремлены на нее, и она медленно пошла к сцене.

Ся Сяофу передал Нин Цин приз, и они обнялись.

Ведущий передал Нин Цин микрофон и предложил ей поделиться своими мыслями о победе.

В ее глазах стояли слезы. Последние полгода это было похоже на сон. Она поднялась с самой низкой точки в своей жизни. Она поднялась на вершину и приветствовала наступление эпохи процветания.

В тот день она, наконец, доказала всем своей кровью, потом и слезами, что она больше не была падшей светской львицей № 1 в городе Т. Она не была разбитой вазой. Она не была окружена скандалами из-за того, что ее держали в качестве любовницы. Она не была игрушкой для людей, чтобы запугивать и играть с ней.

Ее звали Нин Цин. Она избежала унижения и завоевала себе признание, уважение и достоинство.

“Сегодня я получила титул Королевы Серебряного экрана. Больше всего я хотел бы сказать: спасибо директору Вану, который был готов предоставить мне эту возможность взять на себя роль Мэн Яо. Спасибо всем экипажам Street Walker за то, что так усердно работали в напряженном съемочном процессе. Спасибо моим поклонникам, моим друзьям, моей семье. Кроме того, тот, кого я хотел бы поблагодарить больше всего…”

Нин Цин пристально посмотрела на мужчину, сидевшего в первом ряду. Пришел Лу Шаомин. Хотя он и был занят, он не мог пропустить такой важный момент в ее жизни.

Как и в тот день, когда ее мать выписали из больницы. Точно так же, как в тот день, когда Ли Мэйлин была отправлена в тюрьму. Совсем как сегодня, когда она стояла прямо посреди великолепной сцены…

Он обращался с ней как с женой, как с дочерью.

Так неловко и в то же время так здорово.

Он сидел в своем черном шерстяном пиджаке и полном черном костюме того же дизайна со светло-серым шарфом. Его скульптурное красивое лицо было холодным, но элегантным. Только его тонкие глаза были нежны, когда он смотрел на нее.

- Спасибо тебе, мой любимый. Спасибо тебе за самый прекрасный сон, который ты мне подарила.- Нин Цин нежно поцеловала трофей в своей руке, как будто она целовала губы мужчины.

Затем восторженные аплодисменты разразились по всему залу.

В этот самый момент Сюй Цзюньси сидел во втором ряду, по диагонали позади Лу Шаомина. Семья Сюй не могла сравниться с семьей Лу. Переднее сиденье мог занять только Лу Шаомин.

Он был там только для того, чтобы вывести его из себя.

Он посмотрел на Нин Цин, стоящую на сцене. Она была в блестящем платье русалки, которое подчеркивало ее красивое тело. Ее шелковистые волосы были собраны в пучок, а две пряди ниспадали на щеки, что добавляло ей очарования и стиля. Она не носила никаких роскошных аксессуаров, но только пару элегантных жемчужных сережек. Она выглядела очень изысканно.

Она завоевала титул Королевы Серебряного экрана в возрасте двадцати лет и в тот день была в полном расцвете сил.

Она расцвела в прекрасном возрасте двадцати лет, с помощью того, другого мужчины.

Неужели он сожалел об этом?

Он задавал себе этот вопрос уже целый месяц. Да, он действительно действительно сожалел обо всем этом.

Девушка, он все-таки скучал по ней.

…

После церемонии награждения СМИ быстро окружили Лу Шаомина…

- Молодой господин Лу, влиятельные люди с таким высоким социальным статусом, как вы, никогда не посещают подобных развлекательных церемоний. Могу я узнать причину вашего присутствия?”

"Молодой господин Лу, в течение последнего месяца мы постоянно находили тебя и нашу богиню, Нин Цин, идущую повсюду парами. Могу я спросить, есть ли между вами какие-то отношения?”…

Чжу Жуй и несколько телохранителей стояли перед Лу Шаомом. Он поднял свои похожие на лезвие брови. Он выглядел так, как будто был в хорошем настроении в тот день. Он спросил глубоким голосом: "этот вопрос Тебе лучше задать Нин Цин.”

Он ответил, и рядом с ним внезапно возникло какое-то волнение. Оказалось, что Нин Цин, которая шла к нему, была окружена прессой и находилась под защитой Сяо Чжоу и ее телохранителей.

Телохранители открыли Нин Цин дорогу, по которой она должна была идти к Лу Шаомину. Лу Шаомин взял у Чжу жуя белое меховое одеяние и нежно накрыл им Нин Цин.

Репортеры были удивлены этим зрелищем. В течение последнего месяца они оба не отвечали на слухи, но тогда они показывали свою привязанность публично. Казалось, что они решили предать гласности свои отношения.

"Госпожа Нин, мы уже спрашивали молодого мастера Лу, есть ли у вас отношения, но молодой мастер Лу сказал подождать вашего ответа. Пожалуйста, скажите нам, Мисс Нин. И каков же ответ?”

- Мисс Нин, ранее, когда вы произносили речь, вы сказали спасибо своему любовнику. Нам очень любопытно, кого вы имеете в виду как своего любовника? Это молодой господин Лу?”…

Нин Цин посмотрела на Лу Шаомина и почувствовала, как ее сердце погрузилось в мед. Ранее у них было обоюдное согласие, что если она выиграет титул Королевы Серебряного экрана, они должны сделать свои отношения публичными.

Поначалу Нин Цин с этим не согласился. Если она всем расскажет, что она Миссис Лу, то не сможет нормально работать. В конце концов, оба сделали шаг назад и решили объявить, что они вместе.

Лу Шаомин был прав. Они не смотрели друг на друга украдкой. Их брак должен был однажды стать достоянием гласности.

- Мм, мы же вместе. Любовник, о котором я говорю, это, естественно, он, Лу Шаомин”, - признался Нин Цин.

- Ух ты... - ахнули репортеры. Семья Лу-это аристократическая могущественная семья в глобальном масштабе. Они никогда не ожидали, что Нин Цин поднимется до его уровня.

- Молодой господин Лу, когда вы начали встречаться? Я слышал, что ты самый крупный инвестор для уличного бродяги. Вы вложили деньги в фильм для Мисс Нин?”

Лу Шаомин посмотрел на девушку рядом с ним и улыбнулся: “когда я впервые увидел Нин Цин, я влюбился в нее. Я познакомился с Нин Цин из-за уличного бродяги.”

То, как этот человек ответил, Было очень тактично. Когда репортеры спросили, вложил ли он деньги в фильм из-за Нин Цин, ему пришлось отвечать осторожно. Если бы он ответил утвердительно, то успех Нин Цин был обусловлен его помощью. Однако он лишь ответил, что они познакомились друг с другом благодаря фильму.

Репортеры знали, что ничего от него не добьются. Кроме того, репортеры не осмеливались спрашивать, когда он был рядом.

- Мисс Нин, сегодня вы выиграли титул Королевы Серебряного экрана. Могу я спросить, на чем вы сосредоточитесь дальше в плане своей карьеры? Вы будете снимать еще один фильм? Или вы будете участвовать в телевизионной драме?”

Это был вполне реальный вопрос. Когда она завоевала почетный титул Королевы Серебряного экрана, это означало, что она была на пике своей актерской карьеры. Ее следующий шаг будет особенно важен.

Это определит, сможет ли она и дальше охранять этот почетный титул.

Там было слишком много людей, которые имели средние результаты и нашли его трудно прорваться после того, как они достигли пика.

Нин Цин посмотрела на Лу Шаомина, как они уже говорили об этом вопросе раньше. Нин Цин ответил: "в течение следующего года я вообще не буду действовать. В этом году мне исполняется двадцать лет. Я вернусь в школу, чтобы продолжить дальнейшее обучение в своей профессии, чтобы пополнить свои силы.”

- Ну и что же? Мисс Нин, вы планируете прекратить снимать фильмы на год? Ты уходишь в отставку на пике своей карьеры? Разве ты не слишком избалован, не слишком упрям, чтобы сделать такой выбор?”

- Мисс Нин, а где бы вы хотели продолжить свои занятия? Будет ли это все еще Пекинская киноакадемия?”…

Журналисты взволнованно задавали один вопрос за другим: “Извините, но сегодня интервью заканчивается. Пожалуйста, отойдите в сторону, - сказал Чжу жуй.

Телохранители открыли дорогу, и Лу Шаомин держал Нин Цин за плечо, пока они выходили.

…

После того, как они покинули площадь, у Нин Цин был сеанс интервью о том, чтобы стать королевой Серебряного экрана. Она последовала за Сяо Чжоу в VIP-комнату, которую устроил организатор, пока Лу Шаомин ждал у машины.

После того, как интервью закончилось через тридцать минут, Нин Цин встретил мать Сюй Цзюньси на выходе.

Мать Сюй Цзюньси выглядела обиженной, когда она шла к Нин Цин. Она понизила голос и спросила: “Цинцин, ты действительно больше не хочешь мою Цзюньси? Ты действительно встречаешься с каким-то Лю Шао?”

- Тетя Сюй, его зовут Лу Шаомин. Неужели ты думаешь, что я все еще хочу Цзюньси после того, как встречалась с ним?- Нин Цин выпрямилась, когда она спросила в ответ.

Матушка Сюй не знала, что сказать. Она услышала, как жены нескольких богатых мужчин болтают о происхождении семьи Лу Шаомина, и испугалась.

Каждый богатый и влиятельный человек в городе Т должен был бы склониться перед Корпорацией Лу.

Она украдкой взглянула на Лу Шаомина. Мужчина был зрелым, но обаятельным. Он был похож на магната бизнеса, который стоял над облаками, чтобы люди поклонялись ему. Он был так высоко наверху. Он был так элегантен.

Она не знала, почему Лу Шаомину нравится Нин Цин.

С тех пор как семья Сюй покинула ее, Нин Цин казалась все более и более ценной.

Нин Цин не хотела больше разговаривать с матерью Сюй, поэтому она сделала огромный шаг вперед.

Она сделала два шага вперед и увидела Сюй Цзюньси, который шел к ней. Его шаги были медленными. Ей показалось, что он слышал разговор между Нин Цин и его мамой.

Нин Цин ничего не сделал, но прошел мимо Сюй Цзюньси, даже не взглянув на него.

Сюй Цзюньси был ошеломлен на месте, когда ее запах наполнил его ноздри.

…

Нин Цин подошла к машине и увидела, что Лу Шаомин болтает с другим мужчиной.

Мужчине было тридцать два года, он был одет в светло-серый шерстяной пиджак, серебристо-серый костюм и белую рубашку. Черты его лица были приятными на вид, а форма-резкой и красивой. Он стоял рядом с Лу Шаомом и вел короткую беседу. Его темперамент был мягким.

У этого человека была та же аура, что и у Лу Шаомина. Оба они занимали высокое положение. Каждое движение несло в себе естественную и гладкую сильную ауру. Тем не менее, Лу Шаомин был аристократом, поскольку его семейное происхождение было значительным, в то время как другой человек, казалось, накопил проницательность с течением времени, и его мягкая внешность не могла скрыть его остроту.

Нин Цин подошла к ним и услышала их разговор.

Человек засмеялся: "Молодой Мастер Лу, интересно – как вы относитесь к проекту разработки месторождения Цзин. Я сделал статистический отчет, когда у меня было немного времени. Интересно, не хотите ли вы взглянуть?”

Лу Шаомин приподнял уголки губ: "генеральный директор Ин, вы смеетесь надо мной. Guang Qing не подходит для разработки рафинированного масла. Даже если это может принести миллиарды долларов. Поскольку генеральному директору Ying Понравился проект и он полон решимости победить, я скажу своим подчиненным, чтобы они отменили свое внимание к проекту.”

- Ха-ха, спасибо Вам, молодой господин Лу. - Я польщен.”

“Нет проблем, - вежливо ответил Лу Шаомин.

Затем подошла Нин Цин. Лу Шаомин увидел ее и протянул руку, чтобы обнять за талию. - Генеральный директор Ин, позвольте вас представить. Это моя жена, Нин Цин. Нин Цин, это финансовый магнат, Ин Мучен, генеральный директор Ин.”

Инь Мучань посмотрел на Нин Цин своими черными глазами и слабо улыбнулся: “Цинцин, давно не виделись.”

- Брат Ин, как поживаете?”

Лу Шаомин был ошеломлен “ " Нин Цин, вы знали генерального директора Ин?”

Нин Цин не ответила, но Ин Маучэнь ответил: "О, семья Ин и семья Нин были друзьями в течение нескольких поколений. Цинцин росла вместе с моей сестрой Шуйлин. Они лучшие подруги, и Цинцин тоже, конечно, моя сестра.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 115:Какого Рода Прошлое Она Скрывала?

“Ах, вот как?- Лу Шаомин поднял резкую бровь, и его глубокие узкие глаза были наполнены легким весельем, когда он задержался на обоих лицах.

Йинг Мучен поднял свои губы, и его темные глаза встретились с глазами Лу Шаомина, когда он раздвинул свои тонкие губы. “Конечно, есть ли необходимость в том, чтобы я лгал молодому господину Лу?”

Мужчинам, которые были столь же зрелыми и мудрыми, как и они сами, достаточно было одного взгляда, чтобы заглянуть друг другу в душу. Лу Шаомин тихо рассмеялся “ " ха-ха, я не ожидал, что у меня будет такая сильная судьба с президентом Ин. Когда твоя сестра будет свободна, давай соберемся и встретимся.”

Йинг Мучен пошевелился, его глаза были темными и глубокими, ни один луч света не отражался от них. Он засмеялся и ответил: “Шуйлин уехал за границу три года назад и больше не вернулся. Когда она вернется, мы соберемся вместе. Молодой господин Лу, Цинцин, у меня еще кое-что есть, так что я пойду первым.”

- Хорошо, мистер Ин, я не буду вас отсылать.”

Нин Цин наблюдал, как Ин Мучен развернулся и сел в роскошный бизнес-автомобиль. Позади него стояла очень молодая и красивая секретарша в белой рубашке, обтягивающей бедра юбке и с умным и опытным взглядом.

Нин Цин бросила еще пару взглядов на секретаршу.

Она видела, как секретарша села в машину после Ин Мачен. На заднем сиденье женщина-секретарь наклонилась к Йинг Мучен. Ее белокурые руки сняли пальто Йинг Мучена и расстегнули пуговицы на воротнике его рубашки. Их действия были интимными и естественными.

Йинг Мучен откинулся на заднее сиденье, поднял руку и ущипнул себя за переносицу.

32-летний мужчина был в самом расцвете сил. Каждое движение инь Мучэня обнаруживало молчаливую и устойчивую мужественность, и было особенно очаровательно.

Водитель захлопнул дверцу и заслонил Нин Цин от посторонних глаз.

Роскошный Бизнес-Кар умчался прочь.

- Нин Цин, если ты еще раз посмотришь, я задам себе вопрос, действительно ли твои отношения с ним такие же простые, как между братом и сестрой?- Как только взгляд Нин Цин устремился вслед за машиной, рядом с ее ухом раздался шутливый голос мужчины.

Оглянувшись, она увидела, что Лу Шаомин смотрит на нее с нежностью.

Нин Цин блеснула нежной улыбкой, и ее изящное тело приблизилось к нему. Его правая рука все еще лежала на ее маленьком плече. Она вошла в его теплые и широкие объятия и пробормотала, надув губы: - Шаоминг, ты что, ревнуешь? Он брат моей лучшей подруги, это действительно так просто.”

Лу Шаомин посмотрел на девушку сверху вниз. Звезды ночного неба были рассеяны и сверкали в ее прекрасных осенних глазах. Они были яркими и чистыми, и она не лгала.

Лу Шаомин поверил ей насчет Инь Мучэня.

Такой человек, как Йинг Мучен, не должен был обманывать его.

Но с каким острым у него был взгляд, он сразу понял, что улыбка Нин Цин была немного натянутой. Она не умела ничего скрывать, и на ее лице было написано рассеянность.

У нее было что-то на уме.

Почему появление Йинг Мучен сделало ее рассеянной?

Что за прошлое она скрывает?

Лу Шаомин не стал спрашивать. Если бы она захотела рассказать ему, то сделала бы это сама. Точно так же, если бы он хотел знать, ему вовсе не нужно было, чтобы она говорила ему об этом.

Он просто хотел дождаться, когда она возьмет инициативу в свои руки и положится на него всем сердцем.

Взяв ее за руку, Лу Шаомин снял свое черное твидовое пальто и крепко обнял ее маленькое тельце. Потирая ее нежное лицо своим твердым подбородком, он поцеловал ее и тихо спросил:”

Лицо Нин Цин слегка покраснело. Иногда по дороге мимо него проходили прохожие, но он не отступал.

“Не холодный.- Нин Цин спрятала свое маленькое раскрасневшееся личико у него на груди и глубоко вдохнула его чистый и теплый аромат. - Она протянула свою маленькую руку, чтобы довольно обнять его за тугую талию. Ее голос был мягким, когда она спросила: "Шаоминг, может ли Большой Брат Инь украсть у тебя бизнес?”

Каков был статус Лу Шаомина, он был преемником имперской группы Lu Corporation. Кто может соперничать с ним?

Но она случайно подслушала их разговор только что, когда Лу Шаомин отдал этот проект развития Цзиньтянь Инь Мучэнь.

“Ну, это не считается кражей бизнеса у меня. Jingtian development-это проект по переработке нефти. Как самый горячий финансовый магнат сегодня, Ying Muchen лучше всего подходит для обработки обжаренного проса и переработки нефти. Он специализируется на технологиях. Мне не очень нравится это поле. Я уделил ей совсем немного внимания, и раз уж она так нужна Йинг Мучен, я отдам ее ему.”

Нин Цин кивнула. Она подняла голову и поцеловала мужчину в подбородок. - Шаомин, у тебя много дел со старшим братом Инем?”

Лу Шаомин держал ее в своих объятиях и чувствовал себя счастливым.

“Я мало общаюсь с ним, но он один из тех людей, которыми я восхищаюсь. Начав с нуля и сделав себе имя в Т-Сити, а то и во всем мире всего за три года... финансовый магнат нуждается лишь в блокноте и одним движением пальца его статус можно было бы умножить в несколько раз, он остер и умен.”

Длинные трепещущие ресницы Нин Цин закрыли ее глаза, когда она посмотрела вниз. Она была рассеянна. Ее реакция была медленной; он не знал, о чем она думает.

Каким же замечательным человеком он должен быть, чтобы заставить Лу Шаомина так его хвалить.

Просто начинаю с нуля, ха.

- Но Йинг Мучен отнюдь не хороший человек. Мужчины в бизнесе привыкли к романтике. Женщина-секретарша-это упакованный любовник его. Глядя на женщину-секретаря, она, должно быть, уже принадлежала ему.”

Нин Цин не ожидала, что он упомянет об этом в разговоре с ней. Она неожиданно подняла голову и встретилась взглядом с его глубокими, но яркими и сверкающими, как бриллианты, глазами.

Нин Цин, которая ответила, не смогла удержаться от смеха. Когда она видела, чтобы этот человек клеветал на человека? Он всегда будет с презрением говорить о них.

Но только что он оклеветал Йинг Мучен прямо у нее на ухе. Впервые он сделал что-то мелкое. Он сказал, что ему все равно, но в глубине души он ревновал.

Оказалось, что он был довольно мелочным.

Рассеянность в ее голове мгновенно исчезла. Она держала красивое лицо мужчины в своих маленьких ладонях. Чем больше она смотрела на него, тем красивее он становился. - Да, да, да, вы единственный хороший человек в мире. Вы чисты и застенчивы. Вы нашли секретаря-мужчину. Йинг Мучен не может сравниться с тобой.”

Уши у Лу Шаомина слегка покраснели-она прочла его мысли.

Он прожил 30 лет, и его сердце всегда было спокойным и нежным, но когда он встречался с ней, его IQ часто падал, и он делал некоторые детские вещи, например, целовал ее слюну в ту ночь и плохо говорил сейчас Ying Muchen.

Его хорошее воспитание отошло на второй план.

Лу Шаомин слегка кашлянул. На его красивом лице не было смущения. Он просто выпрямился и хотел оттащить ее от себя.

Но смех Нин Цин звучал как звон колокольчиков, и она протянула руку и ущипнула его за угловатые щеки, как будто не видела достаточно его лица.

Лу Шаомин тут же нахмурился. Эта девушка действовала все более и более смело. Она дергала его за уши, шлепала по заднице, а теперь еще и щипала за лицо.

Она была почти вне закона.

- Президент ... - подошел Чжу жуй с документом в руке.

Когда Нин Цин увидела, что кто-то приближается, она быстро отпустила Лу Шаомина и отступила назад.

Как только теплый нефрит в его руках ушел, Лу Шаомин нахмурился на Чжу жуя и спросил: “Что случилось?”

Чжу жуй не ожидал, что потревожит удовольствие президента. Смущение и неловкость висели на его лице, но он сказал сухо “ " мы только что встретились с боссом Da Xing Industries, и у нас есть проект, который мы должны обсудить с ним…”

Лу Шаомин кивнул, показывая, что он понял. Он посмотрел на Нин Цин и сказал: “Возвращайся в отель. Я отвезу тебя обратно в город Т, как только закончу.”

“В порядке.- Нин Цин кивнула.

…

У Нин Цин было что-то на уме. Она достала из сумки карточку своего номера, вставила ее в считывающее устройство и отперла дверь гостиничного номера.

Она ступила в комнату одной ногой и нащупала вокруг стены своей маленькой рукой, чтобы включить свет.

Но тут позади нее появилась высокая фигура, и ее поцеловали.

После долгого поцелуя Нин Цин почувствовала слабость в его руках. Она чувствовала себя беспомощной. - Шаоминг, разве тебе не надо работать?”

Голос мужчины был низким и хриплым, очень притягательным и очаровательным. Он прозвенел в ухе Нин Цин и вызвал покалывание: "как ты хочешь, чтобы я работал с таким обеспокоенным выражением на твоем лице? Нет ничего важнее, чем моя маленькая жена. Больше никакой работы, я буду проводить время с тобой.”

Розовые губы Нин Цин надулись. Чувство женственности поднялось в ней; она была избалована им.

На самом деле, это было нормально, если она чувствовала себя одинокой в одиночестве, но он должен был прийти и спровоцировать ее.

Это было так приятно.

Она схватила его за воротник рубашки и сказала нежным голосом: "Какая маленькая жена, насколько я моложе тебя? Выкрикивая такое сентиментальное прозвище, у вас есть некоторые психологические проблемы! ”

- О, на 10 лет моложе? Так как же мне тогда называть тебя, дорогая жена, Цинциннати детка, милая…”

Стройная спина Нин Цин была прижата к двери, тяжело дыша и выпуская сладкие вздохи,когда она оттолкнула его. Она не могла вынести его очаровательного бормотания, особенно "милая", когда он звал ее с обожающим смехом с чистым британским акцентом, и в низком и соблазнительном тоне... так фатально!

Ходили слухи, что он хорошо владеет многими языками и вообще очень хорошо осведомлен.

В возрасте 20 лет она хотела расти быстрее.

Она не могла отказать такому потрясающе красивому мужчине.

Нин Цин обвила его шею руками. Она не знала, что больше всего поразило ее-пьянящий свет или красивая внешность и отчетливые бакенбарды. Она посмотрела на него тяжелым взглядом и поцеловала.

Но мужчина увернулся и повернул лицо в сторону. Лу Шаомин улыбнулся со скрытым смыслом, когда он спросил “ " Нин Цин, тебе действительно не в чем мне признаться?”

Она была такой ненормальной.

- Да, - ответила Нин Цин с томной улыбкой. “Лу Шаомин, ты мне нравишься.”

- Она поцеловала его.

Лу Шаомин не закрывал глаз. Он открыл глаза и посмотрел на застенчивые, дрожащие ряды длинных, тонких ресниц девушки, когда она медленно поцеловала его. Ее губы были тонкими и розовыми, а щеки полными.

Чем больше он смотрел, тем красивее она была.

Большая ладонь обхватила ее сзади за шею, когда он поддержал ее и повесил себе на шею.

Еще один долгий поцелуй закончился. Глядя на слегка покрасневшие и распухшие губы девушки, Лу Шаомин был немного удовлетворен. Он протянул руку и приподнял ее рубашку. Он рисовал круги на ее плоском и гладком животе своей большой грубой ладонью.

“Я слышал, что женщины испытывают сильную боль во время менструаций. Может, так будет лучше? Или мне приготовить немного коричневой сахарной воды для вас?- В комнате было тихо, и его голос был так мягок, когда он держал ее в своих объятиях, шепча ей что-то интимное, как муж и жена.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 116:Сражался За Оу Ло Си

Нин Цин изначально была в его объятиях, но она подняла голову, когда услышала это. - Шаоминг, где ты слышала, что женщина может страдать, когда у нее месячные? Посмотри, как умело ты массируешь мой живот. Это ведь не в первый раз?”

Рука Лу Шаомина замерла, и он посмотрел вниз на кристально чистые глаза девушки, которые мерцали светом мудрости.

- Скажите, откуда у вас такой опыт?- Нин Цин схватила его за воротник, продолжая настойчиво спрашивать.

Лу Шаомин поднял свои похожие на лезвие брови и небрежно ответил: “в прошлом у меня была дочь из богатой семьи, которая была близка мне. Был один раз, когда у нее начались месячные и она меня достала…”

“Значит, ты приготовил ей десерт и помассировал живот?”

“Нет, я к ней не прикасался, но моя мама придиралась ко мне. Я слышал это от нее, так что я мог приблизительно вспомнить.”

- Хм!- Нин Цин надулась, потому что была не слишком счастлива.

Мать придиралась к нему без всякой причины? Разве она не надеялась, что он сделает то же самое с дочерью из богатой семьи?

Казалось, что его мать любила дочь из богатой семьи.

Семья с аналогичным происхождением.

Лу Шаомин поднял подбородок девушки двумя пальцами и усмехнулся. - Но почему же? - Ты злишься? Почему ты злишься? Она страдала от боли, и это было ее дело, я не имел к этому никакого отношения. Разве я виноват, что услышал, как моя мама ворчит?”

Нин Цин знала, что ей не следует сердиться. Такие мужчины, как он, решительны и прямолинейны, когда речь заходит об отношениях. Он держался сам по себе. Это были те женщины, которые интересовались им, но он никогда не давал женщинам шанса приблизиться к нему.

С тех пор как она вышла за него замуж, он никогда не говорил об этом, но она знала, что в семью Лу нелегко попасть.

- Шаоминг, а твои родители хотели бы меня видеть?- Нин Цин потерла глаза.

“Глупая девчонка. Ты мне нравишься, и они, естественно, тоже будут любить тебя.- Лу Шаомин поцеловал ее в глаза. - Кроме того, ты замужем за мной, Лу Шаомин, но не за семьей Лу. Ты проведешь со мной остаток своей жизни, так что тебе не о чем беспокоиться. Тебе нужно только поверить в меня.”

- МММ, - кивнула Нин Цин. Она поцеловала его в уголок губ, и глаза ее радостно заблестели.

Лу Шаомин подумала, что этого недостаточно, поэтому он толкнул ее обратно на кровать и повернулся, чтобы поцеловать в красные губы.

- Нин Цин, ты хочешь вернуться в школу. Вы уже решили, в чем хотите специализироваться?”

- Мм, я решила, что не хочу играть всю свою жизнь. Я хочу продолжить свое обучение в медиа-школе. Я хочу быть режиссером, если у меня есть шанс в будущем.”

“Хех, это здорово, моя маленькая женушка. Твой муж всегда будет поддерживать тебя.”

…

Ся Сяофу пошел в раздевалку за кулисами, чтобы переодеться. Она договорилась с Нин Цин пойти посмотреть ночную сцену во время ужина тем вечером.

Она сняла свое сказочное платье и надела белую кружевную рубашку. Рубашка доходила ей до самой лодыжки. Поскольку в раздевалке был кондиционер, она не надела жакет, а села на стул после того, как весь день ходила на каблуках. Затем, ее помощник, Сяо Ли помог ей снять макияж.

На самом деле она не накладывала макияж на обычную основу. Ее овальное лицо было прекрасно само по себе. Ее брови были похожи на рисунок тушью, и она не нуждалась ни в каких украшениях.

Церемония вручения премии "Белый цветок" была торжественным событием, она наложила румяна и помаду, чтобы вписаться туда.

Когда Сяо Ли снимал для нее макияж, Ся Сяофу услышал, как две-три корейские звезды женского пола болтают рядом с ней. Ся Сяофу посмотрел в сторону и увидел очень известную корейскую звезду.

- Эй, мне наконец-то удалось увидеть Оу Ло Си лично. Он действительно хорошо выглядит. Он оправдал свою репутацию самого красивого молодого мужчины-знаменитости в Китае. Но он такой холодный. Когда я встала рядом с ним, он даже не потрудился посмотреть на меня.”

- Именно, я взял на себя инициативу поговорить с ним, но он просто ушел. Он такой самонадеянный. Хм, вообще-то, что в нем такого особенного? Он такой хвастун под своей маской, такой грубый.”

“Вздыхать. Позвольте мне вам кое-что сказать. Я слышал, что Оу Ло Си-гей. Он был подкуплен таинственным богатым человеком. Взгляните на его внешность, и вы поймете, что это вполне естественно. Мы не можем винить его за то, что он не может видеть женщину в своих глазах. Хаха.”

Были презрительные насмешки со стороны корейских звезд, которые были так распутны, и это зажгло огонь в Ся Сяофу. Она крепко сжала кулаки.

Она посмотрела на себя в зеркало и тихо рассмеялась, но достаточно громко, чтобы ее услышали три корейские звезды. “Есть поговорка На китайском языке: люди, которые не могут получить виноград, ответят, что виноград слишком кислый, чтобы есть в любом случае. Точно так же, как вы оставляете других, у которых нет манер, вы должны сначала проверить себя.”

Корейские звезды быстро повернулись, чтобы посмотреть. Они были приглашенными гостями этой ночи. Они были в Китае и разговаривали по-корейски, думая, что никто этого не поймет. Вот почему они говорили чуть громче. Они никак не ожидали, что эта женщина так свободно говорит по-корейски.

Все трое с первого взгляда узнали Ся Сяофу. Богиня номер один Китая была такой элегантной и умной. Куда бы она ни пошла, она привлекала всеобщее внимание.

Там было слишком много красивых женщин, и она была единственной, кто был так элегантен.

Корейские звезды не хотели обидеть Ся Сяофу и быстро улыбнулись: “я вижу, это Сяофу. Мы с нетерпением ждем встречи с вами лично. Здравствуйте, приятно познакомиться.”

Трое из них протянули свои руки, чтобы пожать руку Ся Сяофу в качестве дружеского жеста.

Ся Сяофу оттолкнула руку Сяо Ли, которая снимала ее макияж, и она лениво села прямо. Она откинула свои красивые пепельно-зеленые волосы, которые свисали ей на щеки, и откинула их на спинку стула, стоявшего у ее талии. Ее шелковистые волосы блестели, так как о них хорошо заботились с помощью лечения. Ее волосы были так же элегантны, как и ее тело. Издалека все еще чувствовался ее приятный запах.

Не глядя на Троицу, она надменно и отчужденно вздернула свой прекрасный подбородок. “Тебе нравится Оу Ло Си, но ты высмеиваешь его за то, что он был подлым человеком, потому что он не беспокоился о тебе. Сколько раз вы представляли себе, как все будет происходить между вами и им? Вы не могли получить его, поэтому вы сделали его злым в ваших умах. До чего же вы все презренные люди!”

- Это ты! Корейские звезды встали со своих стульев, и их лица стали серьезными.

- Сяофу.- Сяо Ли недоверчиво посмотрел на Ся Сяофу.

Она следила за Ся Сяофу уже три года и никогда не видела, чтобы эта женщина затевала драки. Она никогда ни с кем не вступала в словесные споры с тех пор, как впервые вошла в круг развлечений, но теперь она атаковала этих корейских звезд словами острыми, как иглы дикобраза.

Это было за кулисами церемонии награждения, и это были известные корейские звезды. То, что она сделала, нанесло ущерб обеим сторонам; она была слишком импульсивна.

Сяо Ли хотел дать совет Ся Сяофу.

Но затем корейская звезда указала на нос Ся Сяофу, когда она сплюнула: "Ся Сяофу, не забывай, кто ты после того, как мы покажем тебе некоторые манеры. А ты кого ругаешь?”

Ся Сяофу медленно поднялась и посмотрела на три звезды. Она пошевелила губами и изобразила насмешливую ухмылку. “Я тебя ругаю. Разве ты не слышишь?”

“Хе, Ся Сяофу, какое отношение к тебе имеет наш разговор о оу Ло Си? Может быть, у тебя что-то было с ОУ Ло Си? ОУ Ло Си встречается как с мужчинами, так и с женщинами?”

“Ну, ты все правильно понял. У меня есть кое-что с ОУ Ло Си. я могу также сказать вам. Он такой свирепый в постели. Он держится долго и очень искусен. Ты что, ревнуешь? Неужели ты позеленел от зависти? Почему бы не пописать в лужу и не взглянуть на свои отражения? Ваши лица после стольких пластических операций ... в вас нет ничего настоящего. Как вы квалифицированы, чтобы любить его? Поторопись и возвращайся в Корею. Не смущайтесь здесь!”

Сяо Ли в шоке вытаращил глаза. Она просто не могла поверить, что Ся Сяофу говорил такие вещи!

К счастью, в раздевалке их было немного. В противном случае, если бы слухи распространились, результат был бы за пределами нашего воображения.

“ТСК-ТСК. У тебя есть что-то с ОУ Ло Си? Мы на это не купимся. ОУ Ло Си рожден для того, чтобы трахаться с мужчинами. Он-игрушка для тех старых руководителей…”

Корейские звезды резко и неожиданно высмеяли ее Пак. Одна из них почувствовала острую боль на щеках, и все стихло.

Оказалось, что Ся Сяофу бросился вперед и дал корейской звезде крепкую пощечину.

Ся Сяофу дрожал всем телом. В ее глазах горел почти огонь. Она крепко сжала кулаки и выплюнула: “не смей больше ничего говорить!”

“Как ты смеешь бить меня? Девочки, вперед!”

Ситуация внезапно превратилась в хаос. Три корейские звезды связались с Ся Сяофу и начали сражаться. Ся Сяофу была не просто для вида; она взорвалась от гнева и пнула их своими пятками. Кто-то дернул ее за водоросли, как за волосы, и она почесала лицо стоящего перед ней человека.

Глухой звук. Несколько женщин упали на землю, продолжая сражаться.

Сяо Ли прикрыла рот рукой, так как была чрезвычайно напугана. Она посмотрела на ся Сяофу, который выглядел свирепо на земле, и ей показалось, что у нее помутилось зрение.

Неужели это действительно фея Ся Сяофу?

- Перестань драться, отпусти меня!"Сяо Ли бросился вперед, чтобы помочь Ся Сяофу.

Тем не менее, Ся Сяофу не мог оторвать трех женщин с ее силой, “прекрати бороться, я собираюсь позвать на помощь”, Сяо Ли выбежал в панике.

Три женщины разорвали кружевную рубашку Ся Сяофу и ударили ее очень сильно. Затем они встали. - Девочки, давайте остановимся. Мы не можем позволить СМИ увидеть это. А теперь пошли!”

Три корейские звезды вышли на улицу.

Ся Сяофу сидела снаружи, и она была как львица, которую спровоцировали. От нее исходила холодная аура. Она подняла руку, чтобы стереть кровавое пятно в уголке губ. Она встала и тоже вышла.

Она вышла и поняла, что на улице холодно. Область груди ее кружевной рубашки была разорвана на куски, и она могла только прикрыть грудь двумя руками, чтобы блокировать разорванную ткань.

Как они могли сказать такое про Оу Ло Си?

Как они узнают, что Оу Ло Си был геем?

Она никому не позволяла ругать Оу Ло Си!!!

Она быстрыми шагами направилась к лифту. Внезапно она увидела, что несколько мужчин злобно улыбаются. “Кто эта женщина? Обнажая ее руки и ноги зимой. Глядя на ее спину, я могу сказать, что она нежна и грациозна. Она определенно красавица. Хаха.”

Были даже мужчины, которые звали ее сзади. - Эй, Мисс, сколько стоит ночь? У меня есть деньги. Повеселись со мной сегодня вечером.”

Мужчины присвистнули.

Когда это Ся Сяофу подвергался такому смущению и унижению? Это было плохое время для всего этого. Она была в лохмотьях, и тогда ее нельзя было узнать. Она только стиснула зубы и быстро пошла к лифту.

Она ускорила шаг, но извращенцы позади нее тоже ускорили свой шаг. - Мисс, почему вы бежите? В коридоре никого нет, повеселись со мной. Вы хотите войти в лифт? Еще лучше. Тогда ты не сможешь сбежать. Хаха.”

Ся Сяофу был в панике. Она видела много мужчин. Эти мужчины имеют злые мысли при виде женщины. Неужели они собираются ее изнасиловать?

В панике она вдруг остановилась. По мнению Ся Сяофу, это был мужчина в белой рубашке и черных брюках. Мужчина снял свой костюм и держал его в руке. Он сунул одну руку в карман и подошел к ней.

Если бы это был не Оу Ло Си, кто бы еще это мог быть?

Затем Оу Ло Си посмотрел на нее. Его кристально чистые глаза были похожи на журчащий ручей в горе.

Даже красивее, чем звездная ночь.

Он бросил на нее быстрый взгляд и посмотрел на мужчин, которые преследовали ее. На его лице почти ничего не изменилось, но он заметил ее смущение.

Ся Сяофу увидела его и почувствовала, как огонь в ней сменился горечью. Ее нос покраснел, а глаза наполнились слезами.

Она больше не могла ясно мыслить, а потом услышала звон лифта. Она могла только вбежать в лифт.

Войдя в лифт, она встала боком, чтобы спрятаться за его внутренней стенкой. Она только открыла глаза, когда выглянула наружу с поднятой настороженностью.

Группа мужчин подбежала, и они, очевидно, тоже хотели войти в лифт.

Ся Сяофу почувствовала, как у нее сдавило сердце. Она посмотрела на ОУ Ло Си, который стоял совсем рядом с лифтом. Она не поверила бы, если бы он не мог сказать о злых намерениях этих людей. Поможет ли он ей?

Эта группа людей подошла ближе, в то время как Оу Ло Си стоял величественно, не собираясь двигаться.

Ся Сяофу почувствовала, как ее лицо загорелось, а на глазах выступили слезы. Она кричала, чтобы пожаловаться своим хриплым голосом: "Оу Ло Си!”

Эти люди попытались пройти мимо Оу Ло Си,и он вдруг молниеносно вытянул руки. Затем он преградил путь человеку, стоящему впереди группы.

Люди позади него вошли в спину человека, который был заблокирован, и они остановились.

Один из них высокомерно крикнул: "Кто ты такой? Мальчик, я советую тебе не лезть не в свое дело. Мы пытаемся здесь расслабиться. Вы…”

Никто не видел, как Оу Ло Си наносил удары. На самом деле, Оу Ло Си не бросал никаких ударов. Он только взмахнул рукой, которая держала его костюм, и эти люди упали назад и образовали пирамиду.

“Айо... - простонали мужчины от боли.

- Уходите!- ОУ Ло Си сплюнул.

Мужчины поняли способности Оу Ло Си и знали, что он был человеком, который практиковал боевые искусства.

Ся Сяофу, который был в лифте,начал рвать еще больше. Это были слезы обиды. Она боролась за него, но он не собирался делать никаких попыток спасти ее. Он был готов помочь только тогда, когда она умоляла.

Однако она все равно была в восторге. Он все-таки помог ей.

Разве он не закрывал на нее глаза?

Мужчины ушли, и когда Ся Сяофу подняла глаза, она увидела, что Оу Ло Си идет вперед, не собираясь входить в лифт.

Такой холодный человек.

- Эй, Оу Ло Си, ты можешь составить мне компанию в лифте? Моя одежда порвана, и я представляю собой весьма впечатляющее зрелище. Любой человек, который увидит меня, будет иметь дурные мысли. Будь хорошим человеком и проводи меня вниз, хорошо?

ОУ Ло Си сделал паузу, но никто не мог сказать, о чем он думал.

Глаза ся Сяофу были красными, и на ее нежном овальном лице все еще стояли слезы. Но она подняла голову и посмотрела на ОУ Ло Си очень мягко, но упрямо, как мул.

Она решила, что если он уйдет, то она последует за ним.

Она боролась из-за него. Ей было двадцать три года, и это был ее первый бой.

Прямо как мегера.

Поведение, которое она когда-то презирала.

ОУ Ло Си помедлил с минуту, а затем повернулся, чтобы войти в лифт с оцепенелым выражением лица.

Ся Сяофу приподняла уголки губ, и на ее лице появилась красивая улыбка, похожая на распустившийся цветок лотоса. Затем она закрыла дверь лифта.

Мужчина стоял рядом с ней, и она видела его краем глаза.

Он был так красив, а линия его подбородка выглядела так, словно ее очертил дотошный художник. Его кожа была не просто светлой, как у маленького мальчика, но и медовой, покрытой легким налетом сексуальности.

Ся Сяофу внезапно вспомнил тот день, когда он заблокировал пулю для Нин Цин. Он был подобен герою, спустившемуся с небес. Он всегда был сдержанным, но таким очаровательным.

Может быть, с этого момента он ей даже понравился.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 117:Сюйлин, вы вернулись

Поскольку он ей нравился, она не могла позволить другим говорить о нем что-либо плохое, поэтому она вступила в борьбу за него.

Но стоит ли ему так надменно и высокомерно стоять перед ней?

В конце концов, она была богиней своего поколения. С самого рождения она всегда жила под благоговейными взглядами других людей. Она всегда была целью их преследования. У нее была своя самооценка и гордость!

Но он даже не смотрел прямо на нее, она ему не нравилась!

Он был ужасен.

Большой плохой человек.

Слезы ся Сяофу застилали ей глаза. Она спокойно смотрела на худую фигуру мужчины. Внезапно она вспомнила, как говорила, что он “очень свиреп в постели.” В то время она просто горячо разговаривала. Теперь, когда она подумала об этом, ее лицо запылало.

Она даже не знала, о чем тогда думала. Она не была похожа на себя для него.

Самое смешное, что он ничего не сделал.

Он стоял там с достоинством, в то время как ее одежда была в лохмотьях.

В лифте не было отопления. Ся Сяофу дрожал от холода. Он держал в руке пиджак от костюма, но даже не одолжил ей свой пиджак.

А-ху. Ся Сяофу нарочито громко чихнул.

Однако сидевший рядом мужчина никак не отреагировал. Он не смотрел на нее искоса. Он посмотрел вперед, как будто цветок расцветет, как только двери лифта откроются.

Ся Сяофу надула розовые губки за его спиной.

Она беспомощно протянула два изящных пальца и слабо ухватилась за край его костюма. “О Ло Си, ты можешь одолжить мне свою куртку? Мне так холодно.”

ОУ Ло Си сделал паузу на несколько секунд, затем медленно повернулся к ней, пристально глядя на ее нежное красивое овальное лицо. Ее прекрасные кудри были в беспорядке, несколько прядей волос прилипли к нежной шее и щекам, придавая ей другой стиль.

“ОК.- Ответил ОУ Ло Си и протянул Ся Сяофу свою куртку.

На лице Ся Сяофу быстро появилась улыбка, на самом деле она была легко удовлетворяемой маленькой девочкой.

“Спасибо.- Она потянулась за ним.

Когда жакет оказался у нее на ладони, ей стало холодно в груди. Без ее маленькой руки, держащей разорванную ткань на груди, платье быстро соскользнуло вниз. Сегодня на ней было сказочное платье, а под ним-только Нубра.

Ее нежная кожа, похожая на тонкий бараний жир, была открыта холодному воздуху, и Ся Сяофу задрожала.

Забыв прикрыться своей маленькой ручкой, она быстро подняла глаза и увидела, что молодой человек перед ней не шарахается от нее и смотрит на ее прекрасную полную дугу.

- ...Ся Сяофу мгновенно забыл среагировать.

Ее овальное лицо было красным. Неужели он не знает, как избежать этого взгляда? Она была случайно разоблачена. Неужели он не знает, как отвести взгляд?

Через бог знает сколько времени Оу Ло Си спокойно отвел свой пристальный взгляд в сторону. На его лице не было ни следа смущения или аномалии, как будто он не был тем, кто только что заглянул.

Ся Сяофу, “ ... " что он имеет в виду?

У него не было никакой реакции даже после того, как он увидел ее тело?

Черт возьми!

Обернувшись, Ся Сяофу посмотрела на себя в зеркало лифта. Женщина в зеркале была прекрасна, как роза. У нее была тонкая талия и упругая попка. У нее были красивые стройные ноги. Любой человек был бы искушен, если бы увидел это.

В противном случае мужчины не стали бы думать ничего дурного, просто глядя ей в спину прямо сейчас.

Ся Сяофу рассердилась, она отвела глаза и сказала недовольным тоном: “Эй, Оу Ло Си, ты только что посмотрел на мою грудь.”

Ся Сяофу пожалела, что не может прикусить язык после этих слов. Она хотела быть более эвфемистичной, но ее слова были так прямолинейны.

- Ну и что?- Ответил ОУ Ло Си, и в его голосе послышались веселые нотки, как у подростка.

“Я…”

Как раз в этот момент зазвенел открывшийся лифт. “Если больше ничего нет, то я ухожу.- ОУ Ло Си ушел.

Ся Сяофу была так зла, что ее чуть не вырвало кровью. Как же ей хотелось подбежать, чтобы нарисовать и испортить его прекрасное лицо. Кто просил его быть таким высокомерным!?

- Сяофу."Сяо Ли и несколько членов экипажа также бросились туда. - Сяофу, с тобой все в порядке? Когда мы только что поднялись наверх, тебя уже не было.”

“Со мной все в порядке.- Ся Сяофу крепко прижала к себе куртку. Его запах остался на куртке. Он пах так чисто.

Ся Сяофу потерлась нежным лицом о воротник куртки и неудержимо посмотрела на высокую и красивую фигуру Оу Ло Си, стоявшего у двери.

- Она покраснела.

Выйдя за дверь, Оу Ло Си был окружен своими помощниками и препровожден в роскошный лимузин. За его спиной двое коллег сплетничали и перешептывались.

“Мы только что слышали, как кто-то ссорился в раздевалке, когда проходили мимо. Я также слышал голос национальной богини Ся Сяофу. Я не знаю, правильно ли я расслышал.”

- Вероятно, только Оу Ло Си знает об этом. Он постоял у двери и с минуту прислушивался, прежде чем отогнать нас. Он приехал так поздно. Забудь об этом, давай больше не будем сплетничать. Будьте осторожны, что выходит из наших уст.”

…

Лу Шаомин прилетел в Соединенные Штаты по делам, и Нин Цин сошел с самолета.

Когда она вошла в вестибюль аэропорта, Сяо Чжоу был там, чтобы забрать ее. Передав Сяо Чжоу чемодан, который она держала в руке, они вышли вместе.

Сяо Чжоу все еще говорил взволнованно, когда она внезапно поняла, что Нин Цин остановилась.

Проследив за взглядом Нин Цин, она увидела, что неподалеку от вестибюля к ним направляется очень красивая и привлекательная девушка.

У девушки были волосы до плеч. Кончики ее волос завивались внутрь, придавая ей ауру маленькой женщины, она носила красную блузку с широким воротником и открытыми плечами, открывая свой светлый и плоский живот, когда она шла. Временами появлялась ее нежная ключица. Она была одета в пару черных колготок, которые обернулись вокруг ее длинных ног и увеличили ее изящную фигуру.

Девушка уже снимала темные очки. Глаза Сяо Чжоу сияли, у девушки были одноглазые глаза с естественным крылатым карандашом для глаз, дающим ей невыразимое чувство очарования.

Девушка была полна молодости и романтики.

Эта девушка так отличалась от Нин Цин и Ся Сяофу. Характер Нин Цин был в основном мягким, как вода, ее характер был подобен ягненку, в то время как Ся Сяофу был полон духа и как фея. С другой стороны, эта девушка была отчужденной и великолепной, как будто, если бы она захотела, она могла бы быть горячей, как огонь, и сжечь свою юность от всего сердца.

У каждой из трех девушек был свой стиль.

Девушка вышла из дверей вестибюля аэропорта, и Нин Цин побежала за ней.

- Нин Цин, подожди меня.- Сяо Чжоу погнался за ней.

Снаружи девушка пыталась остановить такси. Нин Цин подошел и улыбнулся ей. - Шуйлинг, ты вернулся?”

Инь Шуйлин искоса взглянул на Нин Цин. Ее красивые глаза с одним веком были бесстрастны, без следа удивления или шока. Она ответила: "Да.”

Нин Цин была в растерянности. - Сюйлин, куда ты хочешь пойти теперь, когда вернулась? Садись в мою машину, и я отвезу тебя туда.”

“В этом нет необходимости.”

Как раз в этот момент для нее остановилось такси. Инь Шуйлин положила свой чемодан в заднее отделение, села на заднее сиденье, и такси уехало.

Нин Цин наблюдала за отъездом такси с разочарованием и мрачностью в глазах. Она знала, что Шуйлинг не простил ее.

И она не имела права на экстравагантное прощение.

Когда-то они были такими хорошими сестрами, сестрами, которые могли разделить все, кроме мужчин. Но три года назад этому пришел конец.

Как же Нин Цин могла не быть меланхоличной?

Сяо Чжоу тоже посмотрел на такси. Она задумалась: "Шуйлинг? Почему это имя мне так знакомо?- Ахнула Сяо Чжоу, когда ее глаза расширились. “Нин Цин, может быть, это Инь Шуйлин? Молодая любовница семьи инь, хорошо известная в городе Т, избалованная отцом и братом с момента ее рождения? Инь Шуйлин, который вел жизнь принцессы, и является высокомерным и властным.”

Нин Цин ничего не говорила, молодая хозяйка семьи Инь? Это было три года назад.

Три года назад семья Инь распалась и умерла.

Только брат Инь Шуйлин Инь Мучэнь, у которого не было кровного родства с семьей Инь, жил хорошо. Он был как солнце, ярко сияющее в небе.

Другие умерли или были заключены в тюрьму, в то время как Шуйлин бродил вокруг, вдали от дома в течение трех лет.

Неужели она исцелила двойную травму ума и тела?

…

Инь Шуйлин надела солнцезащитные очки, когда садилась в такси. Она посмотрела на меняющийся пейзаж.

У нее в голове вертелась фраза – " А что будет в будущем после прошлого и настоящего?"

Все было не так, как сейчас.

Ее губы скривились в насмешливой усмешке.

Таксист оказался мужчиной средних лет лет тридцати с небольшим. Он несколько раз взглянул на девушку в зеркало заднего вида. Широкие солнцезащитные очки закрывали половину ее лица. Были видны только ее мягкие и тонкие губы. На ее губах появился нежный, естественный и здоровый красный румянец.

Чрезвычайно радует глаз.

Таксист снова взглянул на фигуру девушки. Он больше всего любил смотреть на красивых женщин во время ежедневного вождения и больше всего изучал красивую женскую фигуру.

Фигура девушки была приятной и пропорциональной, у нее была редкая золотистая пропорциональная фигура.

Такси припарковалось перед небольшим кондоминиумом, который не был элитным. Это было очень обычным, но окружающая среда была элегантной, чистой и опрятной.

- Мистер, сколько стоит билет?- Инь Шуйлин достала свой бумажник.

"О, плата за проезд составляет 50", - ответил водитель со смехом.

Маленькая рука инь Шуйлин, достававшая деньги из бумажника, замерла. Она подняла глаза, улыбнулась и медленно произнесла: "я вышла один раз, и плата за проезд удвоилась? Мистер, вы что-то напутали? Каков номер телефона вашей таксомоторной компании? Я позвоню, чтобы подтвердить это для вас.”

Лицо водителя запылало. Он видел, что девушка была молода и только что вернулась из-за границы. Он хотел попросить немного больше денег, но не ожидал встретить кого-то настолько умного.

- Все в порядке, леди, стоимость проезда-20 долларов.- Поправился водитель.

Инь Шуйлин больше ничего не сказал. Она достала деньги из бумажника и протянула их водителю. Она взяла свой чемодан и вошла в квартиру.

Прежде чем водитель уехал, он усмехнулся: “она такая красивая, но оказывается разоренной!”

…

Инь Шуйлин вошла в кондоминиум площадью 60 квадратных метров, он был подержанным, и она арендовала его. Там были одна гостиная, одна спальня и одна кухня. Несмотря на то, что пространство было небольшим, этого было достаточно для нее одной.

Поставив чемодан на пол, она закатала рукава свитера и трижды тщательно прибралась в квартире.

Затем она снова открыла свой чемодан. В нем было несколько нарядов. Там же были нарисованные от руки комиксы. Наконец, появилась мягкая игрушка Hello Kitty.

Уголки ее рта приподнялись в улыбке, уголки глаз искрились естественным очарованием, когда она повесила мягкую игрушку на стену своей кровати. Она использовала свои естественно красные губы, чтобы поцеловать мягкую игрушку в лицо. - Ее голос был невинным и очаровательным. - Китти, спасибо, что сопровождала меня целых 10 лет. Это будет наш маленький дом на некоторое время. У меня сейчас не так уж много денег. Когда выйдет третий сезон моего комикса, Я возьму тебя с собой, и мы переедем в большой дом.”

Мягкая игрушка не могла говорить. Инь Шуйлин ущипнул мягкую игрушку за лицо, потом встал с кровати и пошел в гостиную.

…

Нин Цин поступил на режиссерский курс обучения в университете связи. Она могла бы работать в широком спектре отраслей, таких как вещание и хостинг, а также писать рукописи фильмов после окончания университета.

Нин Цин тщательно все обдумала; актеры и актрисы полагаются на свою молодость и внешность. Это была не очень стабильная работа.

Самое главное, она считала, что актриса, которая всегда была в центре внимания, не подходила для человека с положением Лу Шаомина и благородной семьи Лу.

Она хотела уйти за кулисы и сделать медленный переход.

Если в будущем, через накопление опыта и обучение, она будет квалифицирована, чтобы быть настоящим режиссером и рассказывать историю через фильм. Это была ее мечта.

Нин Цин поступил в третий класс режиссерского факультета. Как новая лучшая актриса поколения, ее лицо было для нее ярлыком, золотой вывеской.

К счастью, ученики не впадали в исступление, так как директор школы и директора-преподаватели недвусмысленно инструктировали их не гоняться за звездами во время школьных часов.

После занятий Нин Цин дала несколько автографов и выскользнула через заднюю дверь школы.

В это время “ " Нин Цин.- Подошли две студентки, одна из них открыла рот и позвала Нин Цин.

Нин Цин оглянулась, это была Линь Сюэмэй, старая подруга ее детства.

"Сюэмэй, ты тоже учишься в этой школе?- Нин Цин была очень счастлива, что встретила свою старую подругу в другом месте.

“Да, Нин Цин, когда я узнала, что ты придешь в нашу школу, я была очень счастлива. Мы не общались уже три года. А я-то думал, что ты меня забыл.”

“Как я могла? Я всегда тебя помнила, - ответила Нин Цин.

“Вот это здорово! Нин Цин, ты знала, что Сюйлин тоже учится в нашей школе? Она отличная студентка по обмену. Она вернулась из своей учебы в Великобритании. Она теперь карикатурист. За последние три года она выпустила восемь серий комиксов. Нынешний выпуск будет публиковаться в третьем сезоне и уже приобрел отличную репутацию в Интернете”, - сказал Линь Сюэмэй Нин Цин.

Нин Цин был действительно счастлив за Инь Шуйлин. “Неужели это так? Тогда стройте с ней планы. Давай поужинаем вместе, когда она освободится.”

- Конечно, - Линь Сюэмэй похлопал ее по груди и пообещал.

"Сюэмэй, у меня есть еще кое-какие дела, так что я должен идти.- Нин Цин попрощалась со мной.

“ОК.”

Линь Сюэмэй смотрел, как уходит Нин Цин, когда девушка рядом с ней взволнованно сказала: “Вау, Сюэмэй, я не ожидала, что ты знаешь двух знаменитых женщин в городе Т. Нин Цин является главной светской львицей в городе Т и теперь является королевой фильмов. В то время как инь Шуйлин-это маленькая принцесса города Т, с холодной и высокомерной природой. Мечта любого мужчины в этом городе-однажды сломать ей крылья и завладеть ею. Она принцесса по имени, но на самом деле она маленький демон. Но это странно, разве они не были хорошими друзьями? Почему ты должен просить Инь Шуйлин прийти на ужин? Почему Нин Цин сама не пригласит ее на свидание?”

Лицо линь Сюэмэя было несколько мрачным. Она вздохнула: "О, они поссорились три года назад.”

- Как же так? Почему?”

“А зачем же еще? Для человека. Разве вы не слышали о му Юньфань города Т?”

“Вау.- Глаза девушки загорелись, когда она в волнении прикрыла рот рукой. “Му Юньфань-это молодой мастер семьи му. Семья му-это большая семья, имеющая руку как в незаконных, так и в юридических вопросах. Они имеют высокий статус. Глаза цвета персика му Юньфаня прекрасны и дьявольски. Когда он был здесь, он был мечтательным любовником всех девушек в городе Т.

"Му Юньфань и Инь Шуйлин были помолвлены с самого детства. Одна была надменна и прекрасна, в то время как другая была дьявольской. Это была легендарная пара из города т.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 118:И Все Же Горный Дождь Пролился

Вот именно. Линь Сюэмэй задумчиво кивнул. “В то время считалось, что семья Инь тесно связана с семьей му. Му Юньфань, Ин Шуйлин, Сюй Цзюнси и Нин Цин росли вместе и, следовательно, имели тесно переплетенные связи. После того, как Му Юньфань и ин Шуйлин обручились друг с другом, Сюй Цзюнси и Нин Цин молча начали расти чувства друг к другу. Все наблюдавшие за боковыми линиями были безмерно ревнивы к ним, пока только…”

- Пока только что?- с любопытством спросила другая девушка, увидев, что линь Сюэмэй внезапно успокоился и больше ничего не говорит.

"...Пока только до 3-х лет назад. Му Юньфань и Нин Цин поссорились, что непосредственно привело к разрыву отношений между этими четырьмя семьями. После того, как семья Ин распалась из-за многочисленных смертей, Ин Шуйлин решила переехать за границу.”

- Сюэ Мэй, что именно произошло тогда? Дайте мне знать, пожалуйста, неизвестность убивает меня!”

“Я также не совсем понимаю, что произошло тогда, в конце концов, это было личное дело Нин Цин. Было бы лучше, если бы мы не спекулировали дальше. А теперь пойдем домой.”

Нин Цин ушла в школу утром, ее последняя лекция во второй половине дня была курсом политических наук, который проводился в большом лекционном зале. Он проводился с несколькими классами студентов.

Нин Цин приехала немного позже, и все места были заняты к тому времени, когда она прибыла в лекционный зал. Увидев ее прибытие, многие девушки и юноши-студенты взволнованно вызвались уступить ей свои места. - Нин Цин, иди сюда и сядь “…”

Нин Цин благодарно кивнула головой, но в этот момент какая-то девушка окликнула ее: “Нин Цин.”

Нин Цин подняла глаза и увидела двоюродного брата Сюй Цзюньси, Сюй линя, который махал ей рукой, чтобы привлечь ее внимание с пустым местом рядом с ней.

У Нин Цин не было хороших чувств к Сюй линю, хотя у них были прошлые взаимодействия. Сюй Линь имела склонность к дружбе с богатыми и была материалистична в своих потребностях, так же как и мать Сюй Цзюньси.

Однако, когда Нин Цин оглядела свое окружение, там не было свободных свободных мест, и поэтому она ускорила свои шаги в этом направлении.

- Сестра Нин Цин, мы не виделись три года. У меня еще нет возможности поздравить вас с наградой "Лучшая актриса".- Сюй Линь нежно поздравил ее.

Нин Цин открыла книгу и положила ее на стол. Ее губы изогнулись в жесткой улыбке и вежливо ответили: "Спасибо…”

Сюй Линь увидел, что Нин Цин опустила глаза и не вступила с ней в разговор. Ее глаза загадочно блеснули, и она удовлетворенно улыбнулась.

Глубоко погрузившись в чтение, Нин Цин услышала звук приближающихся шагов. Подняв голову, она увидела идущую ей навстречу Ин Шуйлин вместе с другой одноклассницей.

Дуэт остановился перед ней, одноклассница посмотрела на Нин Цин и сказала, нахмурившись: "Сюй Линь, я думала, что просила тебя зарезервировать место для Шуй Лин; где сейчас это место?”

Сюй Линь был поставлен на место и сказал:” Я действительно зарезервировал один для Шуй Лин, но когда Нин Цин прибыл, она сказала, что хочет место для себя. Я даже сказал ей, что это место было зарезервировано для шуй Нин, но она все равно села. Я не мог прогнать ее без всякой причины, верно?”

Как только Нин Цин услышала первые слова из уст Сюй линя, она сразу же поняла, что происходит. Сюй Линь пытался подставить ее!

Это пустое место было явно предоставлено ей Сюй Линем, но теперь она повернулась к ней, утверждая, что она захватила место. Нин Цин понятия не имел, что это место было зарезервировано для шуй Ин!

Одноклассница высокомерно фыркнула, глядя на Нин Цин: "в наши дни люди слишком самонадеянны. Просто из-за титула "Лучшая актриса", она думает, что у нее есть пропуск, чтобы не принимать во внимание других. Некоторые люди просто любят хватать вещи своих друзей, как и три года назад. А теперь все вышло из-под контроля. Похищение стало еще более наглым. Я больше не могу на это смотреть.”

Лицо Нин Цин было немного бледным, но она грациозно встала и посмотрела прямо на ин Шуйлин, которая молча стояла в стороне. - Шуйлинг, мне все равно, веришь ты мне или нет. Я никогда не собирался ничего у тебя отнимать. Это место было предоставлено мне Сюй Линем, который позвал меня. Одноклассники здесь могут быть моими свидетелями. Я заранее не знал, что это место кому-то принадлежит.”

- Хм, теперь ты можешь романтизировать свои слова. Мы все были ясно, кто вы в течение последних 3 лет!- прямо сказала одноклассница.

“Все в порядке", - сказала Ин Шуйлин, прерывая своего одноклассника. “Это всего лишь сиденье.”

- Шуйлинг, как ты можешь защищать ее сейчас? Неужели того вреда, который она причинила тебе 3 года назад, было недостаточно?”

Ин Шуйлин смотрела на Сюй линя, слегка скривив свои естественно алые губы, она всегда была холодным человеком. Ее раскосые глаза смотрели вверх, и она провозгласила, естественно, с высокомерным видом: "место, которое хочет" Лучшая актриса " ... я уверена, что 90% присутствующих сейчас все отдали бы свое место для нее естественно. Но зачем ей понадобилось именно это место из всех? Давайте не позволим другим использовать нас!”

- Ну и что же?- эта одноклассница посмотрела на Сюй линя с озадаченным выражением лица.

Сюй Линь был контужен, она понятия не имела, что даже со всем, что произошло 3 года назад, уравновешенность Ин Шуйлин вообще не поколебалась.

Ин Шуйлин подняла брови и посмотрела на Сюй линя, прежде чем уйти, чтобы подняться по ступенькам к последнему ряду театра.

Одноклассница последовала за ним по пятам.

Сюй Линь крепко сжала кулаки, она была подругой детства с Нин Цин и ин Шуйлин и всегда следовала за ними. В прошлом, когда семья Ин все еще пользовалась авторитетом, она могла смириться с недооценкой и презрением Ин Шуйлин. Но теперь, даже при таком плачевном состоянии семьи Ин, как она могла позволить себе так относиться к ней с таким отстраненным взглядом? Какие у нее были привилегии?

Нин Цин бросила короткий взгляд на Сюй линя и тоже направилась к последнему ряду зала.

Нин Цин поменялась местами с одноклассницей, сидевшей рядом с Инь Шуйлинем, и расположилась рядом с Шуй Лин.

Инь Шуйлин рисовала карандашом, и Нин Цин сказала: "Шуй Лин, спасибо тебе за то, что ты мне сейчас доверяешь.”

Ин Шуйлин остановилась в своих действиях, и ее завитые ресницы затрепетали, бросая силуэт на ее красивое лицо. “Я не верил в вас; я просто полагался на свой собственный разум, чтобы принять решение. Я, Ин Шуйлин, не настолько глуп, чтобы быть использованным другими в качестве инструмента.”

“Да.- Нин Цин скривила губы и игриво сказала: "Шуйлин, откуда ты мог знать, что я была удостоена награды "Лучшая актриса"? Ты ведь не следил за мной, верно?”

Ин Шуйлин разразился хохотом. - Какая толстая кожа!””

На нежном лице Нин Цин расцвела улыбка. “Ты не изменился за все эти годы. Твой лай хуже, чем твой укус.”

Ин Шуйлин не ответила на то, что она сказала, и вместо этого ее лицо размером с ладонь смягчилось, когда прошлые воспоминания, которые принесли огромную радость, нахлынули на нее все сразу.

“Шуй Лин, сегодня школа организует новогодний праздник. Вы будете присутствовать на этом мероприятии? Может тогда мы вместе поужинаем?- Неуверенно спросила Нин Цин.

Ин Шуйлин покачала головой и сказала:” я не буду присутствовать. У меня есть работа на полставки в ночное время, чтобы заработать на жизнь.

Нин Цин не была удивлена отказом Шуй Лин. Между ними возник клин. Нин Цин не могла пересечь границу, и Шуй Лин тоже не могла подойти к ней.

Ей нужна была работа, чтобы зарабатывать себе на жизнь?

Нин Цин хотела помочь ей, но она знала, что Шуй Лин не примет ее помощи. Ин Шуйлин была самой гордой и надменной девушкой, которую она когда-либо встречала.

Больше им нечего было сказать друг другу. У каждого из них были свои проблемы.

Выйдя из лекционного зала, Нин Цин крикнул, чтобы остановить Сюй линя.- Сюй Линь, у нас никогда не было никаких обид друг на друга. Почему ты хочешь подставить меня перед Шуйлингом сегодня?”

Сюй Линь невинно ответил: "Нин Цин, я не понимаю, о чем ты говоришь. Как я тебя подставил?”

Нин Цин фыркнул и сказал: "то, что ты сделал по собственной воле... ты явно осознаешь эти вещи.- Затем она повернулась и ушла.

- Хм. Нин Цин, после сегодняшнего вечера, дай мне посмотреть, как долго ты сможешь оставаться в таком положении”, - сказала Сюй Линь с ненавистью в глазах. Затем она отошла, покачивая бедрами.

Всего через два шага ее каблуки скользнули по разноцветным шарикам, появившимся из ниоткуда. Поскользнувшись, она закричала: "Ах!- Она полностью рухнула на пол, и это оставило ее совершенно смущенной.

Поскольку раньше шел дождь, пол был грязным. Ее лицо провалилось в яму, и теперь оно было забито грязью.

- Ха-ха, кто бы это мог быть? Это так неловко! Ха-ха... " студенты, выходившие из лекционного зала, окружали ее и отпускали свои мерзкие замечания. А потом они начали громко хохотать.

После того, как над ним насмехалась толпа, лицо Сюй линя запылало. Не обращая внимания на невыносимую боль в бедре, она поспешно вскочила и убежала.

Подбежав к уединенному месту,она раскрыла ладонь, чтобы показать несколько разноцветных шариков. Если она не ошибалась, эти бусинки были с браслета на запястье Нин Цин.

Неудивительно, что Нин Цин остановила ее на полпути; она молча планировала разбить четки, чтобы увидеть, как она окажется в таком жалком состоянии.

Как смеет Нин Цин!

Она вытерла грязь с лица и выудила из кармана телефон. - Привет, Яояо.То, что вы просили меня сделать, я выполнил. Однако связь между Ин Шуйлингом и Нин Цин была глубже, чем мы думали ранее. Ин Шуйлин очень яркая, ее невозможно обмануть.”

- Ладно, я понимаю. На этот раз я просто испытываю ее. Не обращайте внимания на Ying Shuiling сейчас, и пока не отдавайте игру. У меня есть свои планы. Линг, вы готовы к сегодняшнему новогоднему гала-концерту?”

“Конечно, я готов. Новогодний гала-совет разослал приглашения всем родителям, и я убедила свою тетю принять участие. В то время мы могли бы тогда раскрыть грязные дела, которые произошли 3 года назад, что заставило Нин Цин упасть с небес и приземлиться в грязи внизу.”

- Хо-хо, мы все это время давали Нин Цин слишком много свободы. С сегодняшней внезапной атакой, мы должны сделать ее беспомощной и заставить ее признать поражение. Падение с небес на Землю - это самый легкий возможный исход. На этот раз, давайте убедимся, что ни один другой мужчина не захочет ее. Захочет ли ее молодой господин Лу после этого? Ха-ха, давайте просто подождем, чтобы увидеть хорошее шоу Сегодня вечером.”

“ЯО-Яо, эта грязная новость еще не вышла на свет божий. Это ее ахиллесова пята. Вы определенно преуспеете с вашим планом.”

- Эм, Линглинг, я знаю, что ты недавно положила глаз на фирменную сумку. Я уже перевел 100 000 на ваш банковский счет. Пожалуйста, купите все, что вы предпочитаете.”

- Неужели? Спасибо тебе, невестка! Я надеюсь, что вы скоро родите сына и войдете в двери семьи Сюй!”

“Это просто необходимо! Ладно, Цзюньси вернулась. Я заканчиваю этот разговор прямо сейчас. - Пока-пока.”

Нин Яо закончил разговор, и в этот момент двери виллы распахнулись, и вошел Сюй Цзюньси.

Нин Яо поспешно вышел вперед, чтобы поприветствовать его, забирая у него портфель. Она встала на цыпочки, чтобы снять с него пальто, и ласково улыбнулась ему. “Так ты вернулся? Вы устали от работы сегодня? Я приготовила для тебя ужин со всеми твоими любимыми блюдами и даже вареным супом!”

Сюй Цзюньси вошел в гостиную и увидел обеденный стол, заполненный дымящимися горячими блюдами, которые выглядели аппетитно. Нин Яо был на кухне с мисками и палочками для еды и раздавал рис.

Сюй Цзюньси поднял свой пристальный взгляд на Нин Яо, она была одета в белый джемпер с розовым кашемировым пальто. Ее лицо было совершенно пустым. Ее чистое маленькое лицо было украшено довольной улыбкой. От нее исходила восхитительная домашняя атмосфера.

С тех пор как Ли Мэйлин отправилась в тюрьму, Нин Яо продолжала оставаться на вилле, которую он купил для нее. Условия были точно такие же, как и во время ее пребывания в Америке. Милая, вежливая и с оттенком элегантности. Она никогда не расспрашивала его о светских мероприятиях после работы, и всякий раз, когда он возвращался домой, она всегда была готова с улыбкой и обжигающе горячей едой.

Постепенно у него вошло в привычку приходить сюда после работы.

Он всегда хотел такую женщину, которая давала бы ему тепло и уютный дом.

Сюй Цзюньси подошел к ней и обнял со спины. Он уткнулся лицом ей в шею. Больше не было никаких духов, только слабый намек на ее естественный аромат. Он расслабился и тут же пришел в восторг.

“Это было тяжело для тебя, Яо-Яо.”

“Для меня это было не так уж трудно, если говорить о тяжелой работе, а для тебя-наоборот. Вы упорно трудились, чтобы заработать деньги для меня и нашего ребенка.- Она использовала его большие ладони, чтобы медленно обхватить свой живот.- Цзюньси, сейчас я уже кое-что показываю. Теперь у меня есть живот. Сегодня я ходила на обследование беременности и врач сказал, что через месяц я смогу почувствовать ее движения.”

Сюй Цзюньси поцеловал ее в лицо и спросил: “ты ходила сегодня на прием по беременности? Почему ты не позвал меня с собой? - Вы ходили туда один?”

- Да, это так.- Нин Яо невинно кивнула головой. “Я могу присутствовать на этих встречах беременности в одиночку. Цзюнь си Вы достаточно заняты своей собственной рабочей нагрузкой. Я знаю, что совершил много ошибок в прошлом. У мамы есть много неверных представлений обо мне. Вы находитесь под большим стрессом. Я не хочу, чтобы тебя это беспокоило. Сейчас я очень доволен. У меня в животе есть ты и ребенок. Я самая счастливая женщина в мире.”

Сюй Цзюньси смутился, но все же был тронут. Его сердце разрывалось от невыносимой боли. Используя свои ладони, чтобы погладить ее маленькую шишку, его нежная любовь к ней значительно умножилась в этот момент. Он сказал: "Яо-ЯО, это было тяжело для тебя. после рождения ребенка я дам вам обоим официальный статус в семье.”

- Ладно, Цзюньси. Я не тороплюсь сделать это; я просто не хочу, чтобы наш ребенок был обижен”, - сказала Нин Яо, кивая головой.

Сюй Цзюньси торопливо поцеловала Нин ЯО в лицо. обняв ее, он спросил: "Яо ЯО, как долго ты была беременна? Мы не были вместе слишком долго.”

Нин Яо посмотрела на него с пылающими щеками и опустила глаза. Поцеловав его в губы, она ответила: "прошло уже три месяца.”

Сюй Цзюнси был в восторге, подхватил ее на руки и ввел в комнату.

- Да, Цзюньси, сначала поешь.- Нин Яо использовала свои руки, чтобы оттолкнуть его.

Ее отказ, но все же приветственное выражение лица заставило Сюй Цзюньси чувствовать себя еще хуже. Он пинком распахнул дверь комнаты и положил ее на кровать. - Я поем позже, - ответил он.

“Маленький…”

“Не волнуйся, я буду нежен.”

На губах Нин Яо появилась улыбка, похоже, то, что сказала мама перед тем, как отправиться в тюрьму, было абсолютно правильным. Просто тихо и нежно оставайтесь рядом с Сюй Цзюньси. Этот курс действий мог бы позволить ей устранить Нин Цин и привести ее к тому, чтобы стать более великим победителем в конце концов.

- Хм.

На новогоднем гала-концерте

Нин Цин присутствовал на торжестве вместе с Линь Сюэмэем. В тот момент, когда она ступила в коридор, звук лент и пузырей наполнил воздух. - Па!"Человек, несущий букет свежих цветов, подошел к Нин Цин, опустился на одно колено и сказал: “Нин Цин, с того момента, как я впервые увидел тебя, меня сильно влекло к тебе. Ты мне нравишься, ты бы согласилась быть моей девушкой?”

Нин Цин была ошеломлена, она только несколько дней назад вошла в школу. Кто-то уже тосковал по ней?

У Нин Цин сложилось впечатление, что перед ней сидит игривый мальчик. Он был президентом студенческого совета и также известен как школьный красавчик.

- Нин Цин, поторопись и прими его просьбу! Свидание! Свидание!"Студенты, присутствовавшие на торжестве, окружили их радостными возгласами и аплодисментами.

Нин Цин разразилась смехом. Что бы подумал Лу Шаомин, если бы узнал, что за его женой ухаживают другие?

“Мне очень жаль, что я не могу принять ваше предложение. Я уже встречаюсь с кем-то другим” - сказала Нин Цин, отвергая его.

Сделав шаг назад, мальчик провозгласил: "Нин Цин, это нормально, что у тебя есть парень. Я только хочу быть твоим другом и молча сопровождать тебя.”

“Я…”

“Конечно, она отвергнет тебя, разве ты не видишь мужчин, которые окружают новоиспеченную "лучшую актрису"? Они либо богаты, либо обладают могущественным происхождением. Кроме того, на недавней церемонии вручения премий "Белый цветок" Нин Цин объявила, что у нее были отношения с молодым мастером Лу из Emperor Entertainment Group. Вы просто бедный студент. С чего бы ей интересоваться тобой?”

- Резкий голос Сюй линя пронзил воздух.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 119:Унизительное прошлое Нин Цин

- Ты... - после того, как он был унижен Сюй Линем, школьный красавчик быстро встал с мрачным выражением лица.

- Эй, Сюй Линь, ты умеешь говорить? Любовь-это независимо от социального статуса. Кроме того, наша школа бо только хочет подружиться с Нин Цин и не намеревалась ухаживать за ней. Разве мы не правы, желая быть ближе к нашей богине?"У президента студенческого союза, естественно, была поддержка многих одноклассников, и кто-то встал на его защиту.

“Ха, ты не ошибаешься, но мне интересно, что думает об этом твоя богиня?”

Все взгляды обратились к лицу Нин Цин.

Все ждали ответа от Нин Цин.

Нин Цин встретила провокационный взгляд Сюй линя и сказала школьному кавалеру: "мы действительно не подходим друг другу.”

- Ну и что же?- Школьный красавчик и другие ученики изменились в лице.

“Ха-ха, вы же сами слышали, как богиня может дружить с вами, смертными? Если вы хотите дружить с ней, подождите, пока у вас не будет власти и денег, а затем попробуйте еще раз.- Засмеялся Сюй Лин.

Нин Цин проигнорировала Сюй линя. Она просто откровенно посмотрела на школьного красавчика. “Ты хочешь дружить со мной, потому что я тебе нравлюсь, но я не хочу дружить с тобой, потому что не хочу тебя сдерживать. Я не хочу использовать вашу любовь ко мне и превратить вас в один из моих резервных планов, не говоря уже о том, чтобы дать вам надежду и тратить ваше время. Нам обоим лучше держаться на расстоянии друг от друга.”

Сюй Линь спровоцировал ее. Если бы она была умной, то сначала согласилась бы стать подругой, а потом дала бы Сюй линю пощечину, но она не хотела этого делать.

Если сегодня она пообещала подружиться со школьным кавалером, то завтра к ней слетятся многие другие преследователи. Она не могла позволить себе терять чужую молодость. Точно так же Лу Шаомин будет злиться и ревновать, когда он поймет это.

В мире любви не было места никакой ревности.

Слова Нин Цин были холодны, но разумны, и школьный красавчик был впечатлен. - Нин Цин, несмотря ни на что, ты мне все равно нравишься. Я готов делать то, что вы скажете, и я все еще буду молча обращать на вас внимание в будущем.”

- Ну ладно, ребята!- Толпа собралась, чтобы воздать хвалу Нин Цин и школьному красавчику.

Вспышка гнева вспыхнула на лице Сюй линя, но она быстро рассмеялась. Она повернулась, взяла матушку Сюй под руку и вывела ее на всеобщее обозрение. - Тетя, ты помнишь Нин Цин? Раньше она была твоей будущей невесткой.”

Матушка Сюй только что ясно видела эту сцену. Чем больше людей гонялось за Нин Цин, тем лучше становилась жизнь Нин Цин, тем больше мрачнело ее лицо.

Вспомнив, как Нин Цин усложняла им жизнь перед советом директоров "император Энтертейнмент Груп" и своим презрением к семье Сюй, она в гневе заскрежетала зубами.

“Хм, а кто сейчас Нин Цин? Неужели я и наша Цзюньси все еще в ее глазах? Мы недостойны заявлять о своих связях с ней”, - усмехнулась матушка Сюй.

- Тетя Сюй, то, что вы сказали, слишком тяжело. Когда Нин Цин была изгнана своим отцом три года назад, вы помогли ей? Как ты мог винить ее за то, что она была безжалостной, когда ты бросил ее в первую очередь?"Линь Сюэмэй заговорил, чтобы бороться за Нин Цин.

- Это ты!- Матушка Сюй была в ярости.

Сюй Линь засмеялся и сказал: “Это верно, но моя тетя все-таки старше Нин Цин. Неужели она ничего не знает о своем воспитании в уважении к старым и любви к молодым?”

Линь Сюэмэй хотела что-то сказать, но Нин Цин схватила ее за рукав и мягко покачала головой.

Она шагнула вперед, выпрямила свою стройную спину и посмотрела на свою мать Сюй, холодно улыбаясь, когда сказала: “три года назад меня выгнали из дома. Даже плата за обучение в колледже стала проблемой. Я подошел к твоей двери, чтобы занять у тебя денег. Неужели ты забыл, как ты со мной обращался? Мое воспитание никогда не было связано с уважением к старым и любовью к молодым, но ясно различало любовь и ненависть. Для тех презренных людей, которые обрушили несчастье на тех, кто уже обречен, я сделаю тебя недостойным претендовать на связь со мной, и я заставлю тебя смотреть на меня с негодованием!”

- Вот и хорошо!- Как только Нин Цин произнесла эти слова, толпа разразилась громким эхом.

- Хм, Нин Цин, ты так много говорила, но разве это не потому, что молодой господин Лу в конце концов богаче моего кузена Сюй Цзюньси? Ты так быстро бросил моего кузена и высадил молодого господина Лу. Ясно, что это ты перелез через дракона и присоединился к тем, кто у власти!”

Нин Цин усмехнулся: "Ты двуличен, и это только твоя сторона истории. Если бы я оставил твоего кузена и нашел бедного парня, что бы ты сказал? Послушай, Нин Цин смогла найти кого-то подобного только после того, как покинула семью Сюй. Теперь я нашел молодого господина Лу, который богаче, лучше и внимательнее твоего кузена. Вы говорите, что я перелезаю через дракона и присоединяюсь к тем, кто находится у власти. Это же смешно. Неужели мое будущее зависит от тебя? С того момента, как ты бросил меня три года назад, то, насколько бедным или богатым я стал, больше не имеет к тебе никакого отношения. А ты вообще кто такой? Вы ничего не можете мне дать, но все же завидуете тому, чего достигли другие! ”

- Отлично, то, что сказала Нин Цин, очень хорошо!"Вся страсть студентов была зажжена, когда вспыхнул поток аплодисментов.

Лицо матушки Сюй стало темно-красным, в то время как лицо Сюй линя стало бледным и красным. Она уже давно слышала, что у Нин Цин острый рот, и сегодня действительно испытала это на себе.

- Вот именно. Кроме того, тетя Сюй, три года назад сам Сюй Цзюньси обманул Нин Яо, и он также великодушно признался в этом публично. Вы все еще ожидаете, что Нин Цин останется на месте и будет ждать возвращения Сюй Цзюньси?- Спросил линь Сюэмэй.

Сюй Линь тут же улыбнулся. Посмотрите на это, линь Сюэмэй наконец-то упомянул сегодняшний фокус.

Сегодня она была здесь не для того, чтобы спорить с Нин Цин.

Сюй Линь шагнул вперед и шаг за шагом приблизился к Нинцин. - Нин Цин, разве моя кузина виновата в том, что вы расстались три года назад? Здесь сегодня так много людей. Может быть, вы хотите рассказать им о тех грязных вещах, которые вы сделали?”

Нин Цин стояла неподвижно. Она посмотрела на уверенное лицо Сюй линя, и ее сердце упало.

У нее было очень плохое предчувствие.

- Сюй Линь, тебе лучше не клеветать на людей. То, что Нин Цин сделал три года назад, ты можешь сказать, если посмеешь, - прорычал школьный красавчик.

- О, - сказал Сюй Лин, с улыбкой глядя на бледное лицо Нин Цин. - Вы, ребята, помните легендарного мастера му Юнфана из города Т?”

Му Юньфань?

Когда она снова услышала это имя три года спустя, сердце Нин Цин было словно раздавлено тонной кирпичей. Ей было так больно, что она едва могла дышать.

Наконец-то она узнала о цели приезда Сюй линя сегодня вечером.

Но как это может быть? Она всегда считала, что об этом не знает никто, кроме нескольких вовлеченных сторон.

“Помнить. Как мог кто-то в городе Т не знать о Мастере му?- сказал школьный красавчик.

"Мастер Му и хорошая сестра Нин Цин, Инь Шуйлин, были помолвлены с детства, и три года назад Нин Цин и моя кузина Сюй Цзюньси также были помолвлены, чтобы пожениться. Все дети этих четырех семей стали супружескими парами. Они были легендарными парами своего поколения. Очень жаль, что так получилось…”

“А что такое жалость? Не оставляй нас больше в подвешенном состоянии, - крикнул кто-то.

"К сожалению, всего три года назад, на вечеринке по случаю 20-летия мастера му, 18-летняя Нин Цин тихо забралась в постель мастера му!- Сюй Линь указал на Нин Цин и свирепо сказал.

“Вау.- Все это место было в полном беспорядке.

Все недоверчиво посмотрели на Нин Цин.

- Нин Цин.- Нин Цин отступила на несколько шагов, и линь Сюэмэй быстро протянул руку, чтобы помочь ей. - Довольно, Сюй Линь, тебя там не было три года назад, и никаких доказательств не было. Ты ее подставляешь!”

- В этом мире нет непроницаемой стены. Нин Цин, осмелишься ли ты поклясться перед столькими людьми, что не была в постели мастера му?- Агрессивно спросил Сюй Линь у Нин Цин.

Неужели она осмелится поклясться?

Нин Цин не осмеливалась.

Потому что это была...правда.

Но ... но то, что случилось три года назад, она не знала, как это случилось.

Когда люди увидели Нин Цин, молча уставившуюся в землю, они были потрясены. Школьный красавчик был разочарован Нин Цин и отступил назад.

В этот момент матушка Сюй в шоке выбежала вперед. Она схватила Сюй линя и спросила: "Что, то, что ты сказал, правда, Лин Лин? Почему я ничего об этом не знаю? Знала ли об этом Цзюньси?”

Сюй Линь похлопала тетю по руке и медленно кивнула. - Мой кузен знает об этом.”

Нин Цин была потрясена, ее зрачки резко сжались. Сюй Цзюньси ... он знал!

Сюй Линь увидел, что она шокировала толпу. Она повернулась к Нин Цин и сказала: “Нин Цин, ты всегда думал, что мой кузен обманул тебя, обманывая тебя, но откуда ты знаешь о страданиях и боли в его сердце все эти годы? Его невеста и добрый брат спали вместе. Он не мог принять это и не мог разоблачить тебя. Он не мог смотреть на вас обоих. Он не посмел спросить тебя, а ты знаешь почему? Потому что моя кузина так сильно тебя любила. Он боялся все взорвать. Он боялся, что вы будете полностью дискредитированы и никогда больше не сможете высоко держать голову в этом городе.

“Как ты была праведна и великолепна на обеде в честь помолвки моей кузины и сестры Яо-Яо. Все видели, какой ты агрессивный и властный. Мой кузен мог только молча переносить страдания и сваливать всю вину на себя. Он был так сдержан и честен, так благороден. Вы спрашиваете себя, Можете ли вы уважать его глубокие чувства и совесть?”

Нин Цин не смогла опровергнуть ни одно из слов Сюй линя. Три года назад этот инцидент был ее магическим барьером и непреодолимым бедствием.

Мать Сюй безутешно плакала. Она ударила себя кулаком в грудь и закричала: "какой грех я совершила? Как этот ребенок Цзюньси пережил эти три года? Почему он вообще встретил Нин Цин?”

В то время плач матушки Сюй был более эффективен, чем любая критика. Люди смотрели на Нин Цин еще более недружелюбными взглядами и качали головами один за другим.

Сюй Линь видел, что она контролировала всю ситуацию, и Нин Цин не могла опровергнуть ее. Она чувствовала себя более довольной. Она поверила словам Нин Яо. До тех пор, пока она будет рассказывать всем об этом инциденте, это будет слабостью Нин Цин.

- В то время семья му была самой влиятельной семьей в городе Т. Сколько людей восхищались молодым мастером му? Нин Цин, почему ты забралась к нему в постель? Было ли это из-за власти семьи Му или из-за красивой внешности мастера му? Ты же знаешь, что мастер Му был женихом твоей доброй сестры Инь Шуйлин. Это очень позорно для вас, чтобы вырвать ее любовь!”

- Нет, я не хотела, я... - Нин Цин хотела объяснить, что она не имела этого в виду.

Но Сюй Линь перебил ее “ " какой смысл обсуждать, как она забралась к нему в постель сейчас? Теперь мы должны поговорить о последствиях забирания в его постель.”

Лицо Нин Цин побледнело, и она едва могла стоять. Ее сердце разрывалось от мучительной боли. Теплая жидкость закапала из уголков ее глаз, и она тут же разрыдалась.

"Три года назад Инь Шуйлин, маленькая принцесса города Т, была лучшей подругой самой богатой светской львицы города Т Нин Цин. Говорили, что они могут делить все, кроме мужчин. Но все ли вы знаете, почему сестры стали теперь чужими друг другу? Это потому, что Нин Цин не только отняла у нее свою любовь, но и самое главное, что семья Инь столкнулась с финансовым кризисом в то время, но они стремились защитить свою дочь. Поэтому отец Инь ударил му Юньфаня на публике, что привело к разрыву двух семей. Позже семья Му не помогала семье Инь. Мать Инь умерла на месте от сердечного приступа. Отец Инь был приговорен к пожизненному заключению. Сейчас он все еще находится в тюрьме. Инь Шуйлин превратилась из Принцессы в дочь-сироту и сбежала в другие места.

“Через некоторое время семья му переехала в Сингапур три года назад. Четыре семьи му, Инь, Сюй и Нин все больше и больше отдалялись друг от друга, и дружба между поколениями была разорвана в одночасье.”

Когда Сюй Линь закончил, аудитория молчала.

Она посмотрела на Нин Цин, которая была полна слез, и спросила с усмешкой: “Нин Цин, ты причинила боль стольким людям в одиночку, ты знаешь, что виновата?

“Но на этом ваше преступление не заканчивается. Самая темная и эгоистичная вещь в тебе-это то, что ты знаешь, что виноват, но не говоришь этого вслух! Вы думаете, что никто об этом не знает. Вы хотите обманывать себя и других всю свою жизнь!”

“Нет, все совсем не так. Я не... " - Нин Цин потеряла контроль и закричала. Она отшвырнула руку Линь Сюэмэя и убежала.

Люди, оставшиеся позади, потрясенно вскрикнули и начали перешептываться между собой.

В этот вечер ситуация казалась неспокойной; она была обречена на необычайную ночь.

…

Нин Цин вернулась на виллу чайного павильона. Тетя Ян взяла выходной, чтобы присмотреть за внуком, и ее не было на вилле.

А в этом месяце у бабушки была краниотомия, и ее здоровье улучшалось день ото дня. К ней медленно возвращалась память. Ее мать привезла бабушку и переехала с виллы обратно в их собственную маленькую квартиру.

Большая вилла была пуста, в ней не было ни души. Мне было очень одиноко.

Он точно отражал настроение Нин Цин, серый и туманный, как будто он был покрыт туманом. Она сама себя не видела. Она не видела пути вперед. Она совершенно растерялась.

Ей было очень холодно, как будто она шла одна по тропинке, и холодный ветер хлестал ее по лицу, словно острым лезвием ножа.

Опустившись духом, она поднялась наверх и спустилась в подвал. Она достала бокал прекрасного красного вина и выпила его.

Ее маленькое тельце съежилось в углу у стены. Она подняла глаза и осушила бокал красного вина.

Три года назад она присутствовала на вечеринке по случаю 20-летия брата Юньфаня вместе с Сюйлин и Цзюнси. Они вчетвером росли вместе, и по такому счастливому случаю они смеялись и играли. Они были так счастливы.

Она выпила немного вина, это был ее первый раз, когда она пила, и она чувствовала себя пьяной и головокружительной после того, как выпила его. Она встала и пошла в ванную, чтобы умыться.

Не зная, что это за комната, она открыла ее и вошла. Она упала на мягкую кровать и отключилась.

Она хотела встать, но была бессильна.

Как в тумане, она услышала, как открылась дверь. Это был голос брата Юньфаня. С легким опьянением он смеялся вместе с несколькими друзьями-мужчинами. “Это та самая комната?”

"Да, это наш 20-й подарок на день рождения для вас. Цыпочка уже не в этом мире. Ей 16 лет, она очень нежная. Она поможет тебе стать мужчиной.”

В то время она еще не понимала смысла их слов. Она хотела встать, но не могла. В это время горячее тело прижалось к ней.

Это был запах брата Юньфаня. Слабый запах мужского одеколона смешивался с ароматом вина.

Кто-то подошел и поцеловал ее. Она была напугана и избегала поцелуя.

Затем она почувствовала, как с нее сорвали пуговицы одежды, и она стыдливо попыталась скрыть свое тело, но у нее закружилась голова, и все потемнело.

Когда она снова открыла глаза, то увидела, что лежит в объятиях своего брата Юньфаня. Ее крик разбудил его, и он был удивлен.

Затем появился Сюйлин, а также Тетя Инь и тетя му. На ней не было никакой одежды. Она испуганно вжалась в одеяло.

В голове у нее был полный бардак. Она держалась за голову и не слышала, о чем спорили люди вокруг нее. Она только помнила, что позже ее брат Юньфань держал ее в своих объятиях и говорил, что во всем виноват он сам.

Шуйлинг посмотрел на нее и отвернулся, не сказав ни слова.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 120:Я Хочу Предложить Каждому Из Вас Заткнуться

Вернувшись домой, она заперлась в своей комнате. Она не могла смириться с этим, да и не хотела этого делать.

Она не могла поверить, что она пошла на... кровать брата Юнь фана. Хуже того, она была не в состоянии поверить, что она была... от финансов ее лучшей подруги шуй Линг.

У нее не было времени, чтобы восстановить дыхание, так как на следующий день она узнала, что отец Ин дал му Юньфань крепкую пощечину, заставив обе семьи официально разорвать связи.

Это был зимний день с большим количеством снега. Она выскочила из своей комнаты, совершенно забыв надеть туфли, и босиком побежала к дому иней. Все, что она увидела, был ордер от суда, висящий на двери. Семья Ин находилась под следствием, и все было изъято.

Горничные говорили, что Шуйлин пошла в резиденцию му, что она бежала босиком. Ее ноги были ледяными. Пол был весь в крови. Она не знала, откуда он взялся, но он покрывал весь пол. Может быть, это было от того, что ее пронзили острым предметом, но она не чувствовала никакой боли.

Когда она прибыла в резиденцию му, то стала свидетелем самой душераздирающей сцены в своей жизни. Шуй Лин ... стоит на коленях перед дверью резиденции.

Шуй Лин надела тонкий красный джемпер. Красный всегда был ее любимым цветом. Юный возраст, беззаботный характер, ее жизнь была похожа на жизнь высокомерной принцессы.

Эта принцесса жалобно стояла на коленях в снегу, слезы текли по ее лицу, мягко умоляя семью му помочь ее отцу.

Но дверь в семью му была плотно закрыта.

Когда она шагнула вперед, Шуй Лин потеряла сознание и упала на Землю из-за сильного холода.

Точно так же, как сказал Сюй Линь. Все остальные члены семьи Ин достигли своей цели. Шуйлин покинул страну. Даже когда она уезжала, Шуйлинг не хотел дать ей возможность увидеть ее снова.

Она не знала, что все так закончится. Все произошло слишком быстро. Через два дня все пошло к черту без всяких предупреждающих знаков, как в ночном кошмаре.

У нее не было сил объяснять, как она оказалась в постели му Юньфаня. Все, что она знала, это то, что она причиняет вред всем. Она причинила вред семье Ин. Она навредила Шуйлингу.

В то время ей было только 18 лет, но она застряла в дилемме, идущей со всех сторон, и у нее не было никаких решений, чтобы облегчить ее панический ум. Она была окружена теми, кого любила. Она потеряла то, что считалось самым ценным для леди. Она не осмеливалась рассказать об этом никому, даже одной живой душе.

Долгое время после этого она считала себя несчастливой звездой. Как будто она подхватила какое-то психическое заболевание. Эта болезнь привела к амнезии. Она снова и снова говорила себе забыть прошлое, как будто ничего и не было.

Только так она могла продолжать жить дальше.

Жаль, что такая методика гипноза была бесполезна. Когда мать Инь уходила из жизни, она вдруг вспомнила о пощечине, которую хотела дать матери Инь, когда та распахнула дверь и встретила полный ненависти и презрения взгляд матери Инь.

Сюй Линь был прав с самого начала. Она была слишком хитра и эгоистична, и это была тайна, которую она хранила в глубине своего сердца.

Как она могла быть таким человеком?

Однако это не означало, что никто не поверит, что у нее не было никакого намерения обманывать кого-либо, скорее она не хотела смотреть в лицо своему прошлому, не хотела смотреть на эту сторону себя.

Может быть, это и к лучшему. Если бы все в мире знали об этом, она больше не была бы такой беспомощной. Только она знала, сколько боли и чувства вины она испытывала без устали все это время.

Сама того не зная, Нин Цин выпила целую бутылку красного вина. Пустая винная бутылка покатилась по земле. Все ее тело было распластано. Она рассеянно закрыла глаза, пьяная.

Горячие жирные слезы хлынули по ее лицу, без малейшего контроля.

В голове у нее было неясно, и когда она погрузилась в бессознательное состояние, то пробормотала с оттенком нежности: “Прости, Шаоминг.”

Она не осмеливалась думать о нем, но в этот момент она скучала по нему больше всего.

На следующий день Нин Цин проснулась от непрекращающегося звонка, прервавшего ее сон. Она вытерла сонные глаза, потому что в винном погребе не было кондиционера. Ее тело неподвижно лежало на полу. Ее конечности онемели. У нее болели голова и носовые пазухи; казалось, что она вот-вот подхватит грипп.

С одного взгляда на свой телефон, она увидела, что это был звонок от Сяо Чжоу. Она ответила на звонок, но не открыла рта, чтобы заговорить.

Ситуация на конце Сяо Чжоу была беспорядочной. - Нин Цин, что ты сейчас делаешь? Какой смысл скрывался за словами, которые Сюй Линь сказал вчера вечером на празднике? Знаете ли вы, что вы находитесь в развлекательных заголовках прямо сейчас? Этот вопрос взорвал индустрию развлечений!”

- Стационарный телефон нашего офиса забит звонками. Интернет полон негативного освещения вас. Комментарии на вашем веб-сайте были наполнены проклятиями и личными нападками на вас.”

- Нин Цин, мне все равно, правда это или нет. Это была борьба, чтобы получить положение, в котором вы находитесь сегодня. Я полагаю, что если бы Вы были готовы сделать это вчера вечером, основываясь на вашем интеллекте и быстрой сообразительности, вы были бы в состоянии справиться с ситуацией. Почему же вы не защищались? Неужели ты сдалась сама себе?”

Нин Цин молча слушала, но не отвечала. Xiao Zhou было друзьями с Ning Qing на Леты. Она очень хорошо понимала Нин Цин. Она успокоила ярость внутри себя и сказала: “Нин Цин, там была фотография, которая была загружена в интернет сегодня. Это была фотография вас с Му Юньфань, сделанная в постели три года назад.”

Руки Нин Цин застыли, зрачки расширились.

- Нин Цин, все находится на таком уровне, который невозможно контролировать. Мы все ждем, когда вы зарядитесь энергией и двинетесь дальше. Я не думаю, что вы еще не заметили, что этот инцидент был явно заранее спланирован. Там кто-то идет за тобой.”

- Нин Цин, я предлагаю тебе зайти в интернет и посмотреть. Цены на акции Emperor Entertainment Group сегодня значительно выросли. Это дело привело к тому, что Сюй Цзюньси стал окончательным победителем. С другой стороны, цены на акции Guang Qing Company значительно упали из-за споров, окружающих вас.

Сухие глаза Нин Цин тут же наполнились слезами, она прикусила свой кулак, сдерживая безмерную печаль. - Шаоминг, он ... больше не захочет меня видеть.”

Сяо Чжоу не знал, как утешить ее, это было только до нее, чтобы преодолеть эти испытания, и никто не мог помочь ей сделать это. "Нин Цин, если ты не будешь делать никаких усилий, как ты узнаешь, что молодой господин Лу больше не захочет тебя? Никогда не отказывайся от самого себя. Команда офиса поддерживает вас/ мы ждем вас, чтобы восстановить свою опору. Как только вы найдете решение, звоните мне в любое время. Мы будем вас ждать.”

Сяо Чжоу закончил разговор.

Нин Цин вытерла слезы и воспользовалась стеной, чтобы помочь ей встать. Она пошевелила онемевшими конечностями и включила блокнот, чтобы открыть страницу.

Сегодняшний развлекательный заголовок гласил: "Лучшая актриса этого поколения Нин Цин, жаждущая власти, 3 года назад легла в постель с Му Юньфан, Сюй Цзюньси пережила большой позор.”

Она прокрутилась к этой картине, ее 18-летняя личность, сидящая на кровати в страхе, покрытая тонким одеялом, с обнаженной рубашкой му Юньфань, обнимающей ее в своих руках.

Нин Цин прочитал комментарии, оставленные пользователями сети....

“Никогда не думала, что лучшая актриса Нин Цин может похитить жениха своей лучшей подруги, вступив с ним в прелюбодеяние. Меня обманула ее элегантная и уравновешенная внешность.”

"Я согласен, я никогда не думал, что Нин Цин будет таким человеком, я привык быть ее супер фанатом. Я больше не могу ее поддерживать.”

- В наши дни актрисам не хватает честности. Я до сих пор помню, как Нин Цин победила Сюй Цзюнси и Нин Яо своим остроумием. Мы аплодировали ее действиям. Я не ожидал, что она предаст их первой. Сюй Цзюньси-хороший человек, и Нин Яо утешал его израненное и оскорбленное сердце.”

“Да, никогда не думал, что лучшая актриса этого поколения будет такой жалкой, нам трудно это проглотить…”

Нин Цин тупо смотрела, как она прокручивает веб-сайт, в этот момент ее телефон зазвонил снова. Это был звонок от директора компании Emperor Entertainment Group Вана.

- Здравствуйте, Мисс Нин,что именно произошло? Популярность Сюй Цзюньси взлетела в одночасье. Эта полемика привела к резкому росту акций Emperor Entertainment Group. Это привело к тому, что совет директоров следовал его предпочтениям. Все обсуждают вопрос об отстранении вас от должности директора.”

Нин Цин повесила трубку.

Ее прекрасные глаза были пусты и не могли сфокусироваться. Глаза на ее бледном лице остановились на двух замечаниях, произнесенных перед ней.

"Молодой господин Лу, ваша девушка соблазнила жениха своей лучшей подруги 3 года назад. У тебя есть хоть какое-то представление об этом? Она даже познакомилась с президентом Сюй Цзюньси. Ты бы все еще хотел иметь нечистую девушку?

"К комментарию выше: возможно, молодой мастер Лу просто играет вокруг. Чем больше мужчин у нее было, тем лучше ее техника, ха-ха…”

Па! - Она захлопнула Блокнот.

Ее неудержимо трясло, и она не осмеливалась смотреть дальше.

Ее нежное маленькое личико было мокрым от кипящих слез. Все знали о происхождении и статусе Лу Шаомина и неохотно давали свои комментарии. В огромном море комментариев она могла найти только эти два комментария, но этих двух комментариев было достаточно, чтобы представить мнение всего населения.

Все насмехались над Лу Шаомом.

Он был таким чистым и чистым человеком только из-за нее. - Он испачкался.

Цены на акции Guang Qing Company сильно упали из-за нее. Это была самая большая и самая бессердечная насмешка горожан над Лу Шаомом.

Как она могла позволить ему быть посмешищем для других? Такого человека, как он, всегда следует высоко ценить.

Слабые плечи Нин Цин продолжали трястись, и она беспомощно всхлипывала.

Именно тогда она получила звонок от Сюй Цзюньси.

Нин Цин прикусила свой кулак и попыталась выровнять дыхание до нормального уровня. Она ответила на звонок и сказала: “Алло.”

- Привет, Нин Цин.- Хриплым голосом ответил Сюй Цзюньси.

“Вы знали все с самого начала?”

“Да.”

“Значит, из-за этого ты отдалился от меня и вместо этого влюбился в Нин Яо?”

“Да, это самая главная причина! Я не могу допустить, чтобы мой жених ложился в постель с кем-то, кого я считаю своим братом. Я почувствовал себя крайне оскорбленным, - процедил сквозь зубы Сюй Цзюньси. Эти вещи, которые были похоронены в течение 3 лет, наконец-то вышли на свет. Он чувствовал себя свободным. Он ненавидел это. Он ненавидел это слишком сильно.

Он был высокомерен и резко произносил каждое слово. Теперь он был свободен и мог свободно мстить.

Нин Цин всегда думал, что это все его вина, теперь оглядываясь назад, чья это была именно вина?

- Нин Цин, теперь ты знаешь причину, по которой я влюбилась в Нин Яо. Ты всегда думал, что это была моя вина. На самом деле я держал в себе все эти обиды. Это ты меня подвел.”

- Сюй Цзюньси, прекрати нести чушь!- Нин Цин встала и закричала.

На другом конце провода Сюй Цзюньси был потрясен. Наверное, это был первый раз, когда он услышал проклятие Нин Цин.

- Он разразился смехом. То, что она имела в виду. Может, она сошла с ума? Это было ее предательство 3 года назад, но сегодня она все еще не чувствовала ни капли вины и стыда. Она даже сейчас кричала на него?

!!!

- Сюй Цзюньси, а ты знала, что для женщины, пока она не покончит с любимым мужчиной, любой другой человек будет считаться изнасилованием! Вы когда-нибудь знали, все остальные когда-нибудь знали, что я был пьян в тот день, поэтому я забрался в постель. Судьба была жестока ко мне. Я был настоящей жертвой 3 года назад. Я-невинная сторона во всем этом!

- Я закрыла глаза, и весь мой мир изменился. Я потерял то, что было мне очень дорого. Я взвалил на свои плечи падение семьи Ин. Я виноват во всем этом. Но что же я сделал не так? Может ты скажешь мне, что я сделал не так?

“А почему я должен все взваливать на плечи?

- Мне тогда было всего 18 лет. Я был тяжело ранен. Я рыдала всю ночь напролет. Мне снилась тетя Ин. Мне часто снились кошмары. Я чуть не сошла с ума. Я держал это в секрете, чтобы жить дальше. Кого же я обидел? Чью прибыль я украл? Кто из вас имеет право указывать на меня пальцем?

“Я действительно хочу попросить каждого из вас заткнуться!

- Сюй Цзюньси, неужели ты думаешь, что, дав мне знать, что ты знал об этом заранее, все остальные будут хвалить тебя? Позвольте мне сказать вам: вы ошибаетесь! Теперь я презираю тебя еще больше! Я только сожалею, что не ударил тебя ножом во время церемонии помолвки с Нин Яо!

“Я переспала с другим мужчиной. Неужели у тебя не было ни одного слова, чтобы сказать? Кроме того, что ты отдалился от меня, ты еще и почувствовал отвращение. Ты думаешь, я был готов к тому, чтобы меня использовали? Должны ли все молодые жертвы сексуального насилия нести всю ответственность за совершенные правонарушения? Насколько же ты более бесстыдна? Насколько жалко? Насколько интригующе? Ты решила игнорировать невинность своего жениха! Ты бросил меня, когда я больше всего нуждалась в тебе! Только потому, что я переспала с другим мужчиной, ты повернулась и ушла к Нин Яо, которая была "чистой и невинной". Неудивительно, что вы так высоко цените женское целомудрие; кого бы вы ни выбрали для любви, вы на самом деле любите только себя!

- Сюй Цзюньси, я бы предпочел, чтобы это была вина, которую ты испытывал за Нин Яо, которая заставила тебя упасть в ее объятия, а не твои трусливые действия. Пожалуйста, помните, даже если я, Нин Цин, должен всему миру, у меня нет даже одного цента долга, который я должен вам!”

Нин Цин всхлипывала, выкрикивая все эти слова. В комнате было зеркало. В отражении она увидела свои полные слез глаза. Глаза и нос у нее были красные. Ее красные черты на бледном лице были визуальным шоком для нее. Ее волосы были в полном беспорядке. Ее эмоции вышли из-под контроля.

Сюй Цзюньси был озадачен и замер. Он никак не отреагировал на ее критику.

Она была пьяна, когда легла в постель?

О. Он вспомнил ту ночь. В то время она действительно много пила. Ее лицо было малиново-розовым, прелестным, как роза в июне.

18-летняя Нин Цин была женщиной, которая заставила всех мужчин влюбиться с первого взгляда.

Она сказала, что хочет пойти в туалет. Он хотел проводить ее туда, но она отказалась.

После этого, когда отец Ин ударил му Юньфаня, он присутствовал; он знал все, что произошло.

Теперь она искала ответственности за это дело. Независимо от того, была ли она добровольным участником или нет, она была испачкана. Что дало ей такую привилегию кричать на него?

Чем упрямее она была, тем больше он хотел, чтобы ее сердце было разбито.

Кровь во всем его теле кипела от жара. Его глаза были холодны, и он зловеще рассмеялся. - Нин Цин, какой смысл быть таким эмоциональным? Вы только посмели громко кричать на меня. А как насчет Лу Шаомина? Неужели ты посмеешь повторить ему историю своей невиновности во время изнасилования?

Этот голос на другом конце провода сразу же замолчал, Сюй Цзюньси могла только слышать ее задыхающиеся рыдания, которые были очень душераздирающими.

Ха-ха, он просто знал, что доберется до нее, упомянув Лу Шаомина. Он был ее последней слабостью.

Ей было очень больно.

Но, Но почему его сердце было в такой боли, в такой агонии? Девушка, которая когда-то принадлежала ему, наконец-то настал день, когда он должен был полагаться на использование другого мужчины, чтобы вызвать ее боль.

Вот это шутка!

Это была такая гребаная шутка!

"Нин Цин, какой человек на земле был бы обязан принимать грязные подержанные товары? О, Дай угадаю, ты еще не сказала Лу Шаомину, что больше не девственница, да? Это неправильно, ты уже переспала с ним. Как же ты его обманул? Вам делали какие-нибудь восстановительные операции в больнице?

- Лу Шаомин-человек высокого положения. У него железная хватка на рынке. Он стоял на вершине власти с самого рождения. Это очень хорошо. Ты утащил его с собой на дно. Ты превратился в его единственное пятно!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 121:Это плохо; мадам ушла

“Разве ты не говорила, что любишь его? Это и есть та любовь, которую ты ему даришь? Грязный, скрытый и обманчивый? Ха, Нин Цин, давай поспорим, будет ли он все еще хотеть тебя или нет!”

Нин Цин, но ее нижняя губа тверда с ее жемчужными белками. Она сломала кожу на губах, и сладкий металлический привкус заполнил ее рот, но она не осознавала этого.

Она усмехнулась и сказала, слово за словом: “какое тебе дело до того, хочет он меня или нет? Почему я должен с тобой спорить? Ты просто зритель, не имеющий отношения ко мне!”

- Это ты!”

Нин Цин повесила трубку.

…

Нин Цин сидела на большой кровати в комнате. Она протянула свою маленькую ручку и вытерла слезы. Затем она нашла знакомую цепочку цифр и позвонила Лу Шаомину.

К сожалению, ее звонок не прошел.

На другом конце провода раздался механический и холодный женский голос — Извините, номер, который вы набрали, занят, пожалуйста, оставьте сообщение после звукового сигнала.

Он что, выключил свой телефон?

Может быть, он был на совещании.

Нин Цин утешила себя, затем позвонила по этому номеру много раз, но ее все еще приветствовала та же роботизированная женщина.

Нин Цин не сдавалась. Она набрала номер Чжу жуя.

На этот раз прозвучала серия мелодичных мелодий звонка.

Нин Цин была в восторге. Телефон Чжу жуя работал.

Телефон прозвонил три раза, но никто не ответил.

Нин Цин наконец разрыдалась. Она могла бы сказать себе, что Лу Шаомин отличается от Сюй Цзюньси и всего остального мира; он хотел бы ее, но она не могла убедить себя.

Слова Сюй Цзюньси пронзили ее сердце, как иглы. Да, наверное, ни один мужчина в мире не был готов принять ее такой.

На что она все еще надеялась?

Если она любит Лу Шаомина, то как смеет надеяться?

Может быть, когда она увидела Инь Мучэнь на церемонии вручения премии "Белый цветок", Лу Шаомин уже заметил, что что-то не так, поэтому он спросил ее, есть ли у нее что-то, в чем она должна признаться в гостиничном номере. Она не признавалась и не смела признаться.

Видите ли, она была такой презренной и эгоистичной личностью.

Она никому в мире не должна, кроме семьи Инь, а теперь еще и Лу Шаомин!

Она снова позвонила Лу Шаомину и начала оставлять сообщение после гудка.

- Шаоминг... - произнеся его имя, она уже всхлипывала. Она прикрыла рот маленькой рукой и выдавила: “Шаоминг, что ты сейчас делаешь? Почему ты не отвечаешь на мой звонок? Я знаю. Вы читали новости и знаете, что случилось три года назад, не так ли?

- Шаоминг, я признаю, что обманул тебя. Я не смею сказать тебе, я хочу все время держать в своих объятиях такого замечательного человека, как ты. Я боялась, что ты меня невзлюбишь, но я хочу провести с тобой всю свою жизнь. Вообще-то, я уже решила, что... я расскажу вам все откровенно после моего периода. Если ты все еще хочешь меня тогда, я отдам тебе все, что у меня есть, но сейчас…

“Я знаю, что ты больше не хочешь меня, но это нормально. Я не виню тебя, хотя мое сердце болит так сильно, что я едва могу дышать.

- Шаоминг, я хочу тебе кое-что сказать. Три года назад я даже не пыталась его соблазнить. Я был пьян, пошел не в ту комнату. Все, что случилось потом, было как сон; это было вне моего контроля. Я признаюсь себе, что обманул весь мир, но никогда никому не причинил вреда. Никто не обязан подставлять свои кровавые раны солнцу ради чужого удовольствия, но среди всех я причинил вред только тебе, причинил такую прекрасную и невинную тебе…

- Наконец-то, Шаоминг, прощай!”

Нин Цин повесила трубку.

…

Нин Цин все время оставалась на вилле. Когда за окном забрезжило яркое солнце, она очнулась от своего оцепенения и спустилась вниз по лестнице.

Ей хотелось открыть дверь виллы, но она чутко ощутила аномалию снаружи. Резная дверь красного сандалового дерева обычно изолировала звук довольно хорошо, но это было действительно шумно и переполнено снаружи. Она посмотрела в глазок. Снаружи виднелась масса черных качающихся голов-все репортеры средств массовой информации.

Нин Цин отпустила дверную ручку и отступила назад. Только теперь она осознала свое нынешнее положение.

Она была окружена развлекательными репортерами.

Ее славе пришел конец.

Она больше не могла высоко держать голову в этом городе.

С этого момента она будет лишь предметом различных негативных скандалов; ее нынешнее положение более серьезно, чем когда она была в бедственном положении три года назад.

Нин Цин развернулась и пошла наверх. Она не могла понять, кто хотел причинить ей вред.

Она также не знала, как была сделана эта фотография и как она была размещена в интернете.

Теперь у нее не было сил думать об этом.

Она только знала, что репортеры нашли виллу, так что тот факт, что она жила с Лу Шаомин, должно быть, выплыл на свет. Никто не знал, что они были женаты, поэтому она не знала, как история их совместной жизни будет стигматизирована и раздута, чтобы вызвать новую волну общественного энтузиазма.

На этот раз спор наверняка будет направлен против Лу Шаомина.

Нин Цин вышла на открытый балкон на втором этаже, где была лестница, которая могла привести к кленовому листу леса на задней стороне холма. Репортеры ничего не знали об этой дороге, поэтому она беспрепятственно вышла из кленового леса и оказалась на глухой улочке.

Она стояла на обочине и махала рукой такси.

В то время, два журналиста не могли найти путь в любом случае, поэтому они решили исследовать и ждать вокруг этого отдаленного пути. Внезапно они увидели Нин Цин и удивленно закричали: “Смотри, это Нин Цин, Нин Цин!”

Тут прибежали два журналиста со своими операторами.

В это время перед домом Нин Цин случайно остановилось такси. Нин Цин быстро села в машину. - Мистер, ведите машину быстро.”

Такси умчалось прочь.

Нин Цин посмотрела в зеркало заднего вида на журналистов, которые медленно удалялись, и на ее лице появилось облегчение. Она услышала, как водитель впереди нее спросил: "Куда вы хотите поехать, Мисс?”

Нин Цин смотрела в окно на проплывающий мимо пейзаж, и ее глаза медленно наполнялись одиночеством и печалью. - Отвези меня на станцию.”

Она хотела покинуть это место.

С тех пор как она встретила Лу Шаомина, она никогда ничего для него не делала. Она надеялась, что этот увеселительный инцидент закончится вместе с ее отъездом.

Лу Шаомин все еще будет молодым мастером Лу из имперской корпорации, которым все восхищались.

Она подвела Сяо Чжоу. Начиная с того, что три года назад она пошла не в ту комнату, и кончая тем, что ее выгнали из семьи Нин, она три года упорно трудилась и никогда не чувствовала усталости. А теперь она устала.

Она больше не хотела драться.

Там было много людей и вещей, с которыми она не могла смириться.

Прощай, Шуйлин.

Нин Цин осторожно закрыла глаза, и слезы потекли из уголков ее глаз. Это было так тихо и красиво.

Таксист посмотрел на Нин Цин через зеркало заднего вида. “Да.- Угрожающая и опасная усмешка медленно появилась на его лице, когда он опустил кепку на голову.

Те два журналиста, что остались позади, в смятении остановились. Репортер указал на такси и сказал “ " Эй, послушайте, почему у этого такси нет номерного знака?”

Еще один человек посмотрел на него. - Странно, это же нелицензированная машина? Я слышал, что недавно появился маньяк-таксист, который ловит в такси красивых девушек, насилует их и убивает. Его методы жестоки и бесчеловечны.”

Репортер пришел в ужас. “Что же нам тогда делать? Может, позвоним в полицию?”

“Э-э... я только что мимоходом упомянул о маньяке из такси; как же это Нин Цин так не повезло, что она встретила его? Кроме того, сейчас уже полдень, а Нин Цин-знаменитость. Этот таксист-маньяк не посмеет выйти и совершить преступление так высокомерно. Давайте не будем беспокоиться о таких второстепенных вещах. Пусть другие СМИ подождут там, пока мы вернемся и напишем пресс-релиз.”

“…Окей.”

…

Нин Цин села в такси и оставила свой сотовый телефон в номере виллы. Чего она не знала, так это того, что ее мобильный телефон звонил без остановки.

За воротами аэропорта Чжу жуй открыл дверцу роскошного автомобиля, и Лу Шаомин сел на заднее сиденье.

На нем было черное шерстяное пальто, такой же цветастый костюм и белая рубашка; он выглядел очень прилично. Он только что сошел с самолета и, нахмурив от беспокойства брови, набрал ее номер, но тут же услышал: “этим номером никто не пользуется”.

Когда машина тронулась, Чжу жуй сел на переднее пассажирское сиденье и сказал: “Президент, я звонил мадам, но никто не ответил.”

Лицо Лу Шаомина было мрачным. Его скульптурная линия подбородка напряглась, а тонкие красные губы тоже сжались в недовольную линию. Его острый взгляд метнулся в сторону Чжу жуя. - Самолет требует, чтобы я выключил свой телефон, Нин Цин не смогла дозвониться до меня, но как насчет тебя? А что ты делал, когда тебе позвонила Нин Цин?”

Взгляд Лу Шаомина заставил голову Чжу жуя онеметь. Сдержав свой страх, он объяснил: “президент, прошлой ночью я занимался кое-какими другими делами в другом городе. Я вернулся в город Т только сегодня утром. Я узнал о новостях мадам только после возвращения в город т. Я хотел успокоить мадам, но репортеры нашли Миссис и квартиру старой мадам. Репортеры окружили входную дверь их квартиры. Охранники вступили в драку, когда поднялись наверх, чтобы поддерживать порядок в квартире. Я боялся, что миссис будет ранена, поэтому я пошел в квартиру, чтобы все уладить. Я не слышал, как Мадам позвала меня. Когда я закончил все улаживать и посмотрел на свой телефон, Мадам уже была неуправляема, когда я набрал обратный номер.”

Лу Шаомин замолчал. Он искоса посмотрел в окно. Когда он не был злым и властным, то проявлял угнетающий и неотразимый темперамент.

Это было очень страшно.

“Вы выяснили, кто стоит за всем этим?”

“У меня уже есть ключ к разгадке. Другая сторона очень осторожна и почти ничего не оставила после себя, но до тех пор, пока они предпринимают какие-то действия, за ними можно проследить.”

- Ха.- Лу Шаомин откинулся своей красивой спиной на мягкую спинку кресла и скрестил длинные ноги. Покрой его черных брюк был острым, как нож, как и нежная жажда убийства в уголках его глаз. - На этот раз я был неосторожен. Я думаю, что другая сторона уже давно дремлет, ожидая, когда мы ослабим бдительность, прежде чем атаковать.”

- Президент, не волнуйтесь слишком сильно. Мадам прошла через множество взлетов и падений под дождем и ветром. Я уверен, что на этот раз она выживет.”

Решительные брови Лу Шаомина были теплыми и мягкими, а тон-беспомощным. - Если бы она могла пройти через это, то не была бы вчера в школе по прихоти всех подряд. Она особенно слаба и беспомощна, когда речь заходит о вещах, связанных с людьми, которых она любит.”

Полгода назад, когда она лежала в больнице, мать не обращала на нее внимания.

Три месяца назад, когда она думала, что он привел на ужин другую женщину.

На этот раз, Ин Шуйлин?

А еще был он, старый инцидент трехлетней давности, и долг, который она имела.

Всего было достаточно, чтобы сбить ее с ног.

Сообщение, которое она оставила для него, эхом отдавалось в его ушах, и сердце билось так, словно его ужалили пчелы, онемевшие и болезненные.

Она снова заплакала.

Она умеет только плакать, когда речь заходит о людях, которых любит.

Куда же делась ее обычная мудрость?

Глубокие глаза Лу Шаомина снова сверкнули орлиным блеском. Он должен был признать, что на этот раз другая сторона очень хорошо знала характер Нин Цин, и они нанесли прямой удар по ее мягкому месту, сделав быстрый и жестокий ход.

Этот метод напомнил ему о человеке, но, к сожалению, этот человек был в тюрьме, ли Мэйлин.

Значит, это был Нин Яо?

- Усмехнулся Лу Шаомин. Если бы это действительно было сделано одним только Нин ЯО, то было бы легко решить.

“Я попросил вас исследовать му Юньфань; как это происходит?”

“Я уже послал людей в Сингапур. Но семья му приложила руку как к законным, так и к незаконным делам. У них есть средства и силы, которые недоступны обычным людям. Я боюсь сделать ход и предупредить врага, так что это займет некоторое время, - ответил Чжу жуй. После этого он нерешительно спросил Лу Шаомина: “президент, как вы думаете, Сюй Цзюньси имеет в этом какую-то роль? Он будет самым большим победителем.”

- Ха, если бы у него хватило смелости принять участие, он бы принял его еще три года назад. Зачем ждать до сих пор? Но что касается этого инцидента, он должен быть счастлив видеть, как он разворачивается.”

Чжу жуй кивнул, а затем зазвонил его сотовый телефон, и он ответил на звонок. Выражение его лица тут же помрачнело. - Ну и что же?”

Лу Шаомин поднял голову с заднего сиденья, его глаза были холодны. “Что случилось?”

“Это плохо, президент. Кто-то только что сообщил, что мадам нет на вилле, она пропала.”

Черные глаза Лу Шаомина мгновенно стали похожи на пролитые чернила, холодные, как бездна, и бездонные. Он прорычал: "Говори яснее!”

- Да, Президент, когда я пришел в квартиру Миссис, я послал кого-то тайно охранять мадам на вилле чайного павильона. Назначенный человек подтвердил, что мадам была в комнате в это время. Потому что это очень важно, я сначала заехал за вами в аэропорт, но когда я не смог дозвониться до телефона Мадам, я послал кого-то, чтобы проверить ее снова. На этот раз они сообщили, что мадам нет на вилле.”

Когда Чжу жуй закончил, в машине воцарилась мертвая тишина.

Лу Шаомин нахмурился и подавил свой почти кипящий гнев. Его было нелегко разозлить. За последние 30 лет он ни разу не был разгневан. Он посмотрел на свои наручные часы. Он так сильно сжал свои тонкие губы, что они побелели. Его голос был спокойным и мудрым, когда он сказал: “около получаса, это не слишком долго. Должно быть, Нин Цин пришла пешком из кленового леса. Пошлите кого-нибудь, чтобы начать поиски из этого отдаленного места. Попросите их сосредоточиться на проверке соседних станций и аэропортов. Кроме того, получите все городские дорожные камеры наблюдения и мониторы. Я найду Нин Цин, даже если мне придется копать всю дорогу вниз.”

- Да, сэр.- Ответил Чжу жуй.

“Кроме того, разве вы не сказали, что репортеры окружили виллу чайного павильона? Нин Цин-знаменитость в наши дни. В городе Т нет ни одной души, которая не знала бы ее. Должно быть, ее видели какие-то прохожие. Распространять слово. Я хочу получить результат за 15 минут!”

…

Поэтому два журналиста, которые спокойно писали пресс-релиз в своем офисе, были связаны несколькими телохранителями, которые ворвались случайно. Их запихнули в машину и отвезли в чайный павильон виллы.

Когда они вошли в ворота виллы, толпы репортеров уже исчезли, а у дверей стояли телохранители. Повсюду царили безразличие и отчаяние.

Репортеры задрожали, когда вошли в дверь виллы. Мужчина в белой рубашке и черных брюках лениво облокотился на диван в гостиной. Он был невыразителен, но его взгляд был острым, как у орла. убийственный взгляд в его глазах заставил колени репортеров мгновенно ослабеть.

- Молодой...молодой господин Лу, я не понимаю, зачем вы нас пригласили?”

Чжу жуй стоял рядом с двумя или тремя женщинами. - Это они, что ли?”

“Да, да, мы тогда ходили по магазинам, как вдруг услышали, что кто-то зовет Нин Цин. Я оглянулся и вспомнил о ремнях репортера, висевших у них на шеях.”

- Хорошо, спасибо. Вы можете уйти после получения оплаты, - вежливо сказал Чжу жуй.

“Спасибо.- Женщины выходили одна за другой.

Как только репортеры услышали, что сказала женщина, они поняли, почему Лу Шаомин “попросил” их прийти. У них было чувство в их сердцах, что Лу Шаомин вызовет еще один шум теперь, когда он вернулся.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 122:Непредсказуемость

“Вам двоим не о чем беспокоиться. Президент пригласил вас обоих, чтобы задать вопросы о местонахождении Нин Цин. Все, что вам нужно сделать, это ответить правдиво.- Сказал Чжу жуй.

Пригласили?

Оба журналиста посмотрели на веревку на своих телах, прищелкивая губами.

Чжу жуй умел обращаться со словами, он не разглашал всей серьезности ситуации. "Только нужно ответить правдиво."Эти слова имели лишь поверхностный смысл; это означало, что если они лгут, то должны нести последствия сами.

Журналист улыбнулся и сказал:” молодой господин Лу, мы расскажем вам правду. Около сорока минут назад мы действительно видели Мисс Нин у входа в уединенный кленовый лес. В тот момент мы хотели догнать ее и взять интервью, но она поспешно села в такси.”

Человек на диване поднял брови и ничего не сказал.

- Такси?- Быстро ответил Чжу жуй. “Вы не могли бы вспомнить, какой номер был на такси?”

- Этот... - репортер был хорошо знаком с подобной ситуацией. Он подумал о серийном убийце такси. Если бы с Нин Цин действительно произошел несчастный случай, а они не сказали бы правду, молодой мастер Лу не простил бы их, поэтому все, что они могли сделать, - это обмануть его и оттолкнуть вину.

- Потому что такси уехало быстро, я не видел его ясно.- Журналист серьезно задумался “ - однако я думаю, что на номерном знаке было две девятки.”

Другой журналист, который хотел сделать репортаж, был недавно завербованным стажером; он был молод и неопытен. Он знал, что его напарник лжет, и посмотрел на него с растерянным выражением лица.

- Две девятки?"Чжу жуй был вне себя от радости, видя, что журналист вроде бы не лжет и не проявляет подозрений. - Он повернулся к Лу Шаомину. - Президент, я займусь поисками.”

Чжу жуй повернулся и вышел.

Журналист увидел, что его ложь осталась незамеченной, и облегченно вздохнул.

- Подожди, - лениво протянул мужчина на диване. Его красивое лицо было обращено вперед, глаза прищурены, и он указал своим длинным ленивым пальцем на молодого интерна. “А что ты можешь сказать?”

У молодого человека не было никакого опыта общения с людьми из высшего общества. Он посмотрел на Лу Шаомина. Сейчас был уже полдень. Солнечный свет проникал через французские окна в похожую на замок виллу. Эта элегантность и острое выражение лица почти пронзили его разум. Он был воплощением превосходства.

В глазах у стажера было восхищение, но он боялся. Он не знал, почему его партнер должен был лгать. Он также не решался сказать правду. “Я, Я ... …”

Лу Шаомин медленно поднялся. На нем была пара черных кожаных туфель ручной работы, и он шаг за шагом приближался к стажеру. - Он положил руку на плечо стажера. - все в порядке. Если вы просто говорите правду и делаете это хорошо, я рекомендую вам быть помощником редактора отдела новостей.”

Интерн был вне себя от радости, это была огромная награда.

Сразу после этого он почувствовал мучительную боль в плече. Лу Шаомин контролировал силу в своих руках и не прилагал особых усилий, но это все еще заставляло стажера съеживаться от боли с холодным потом, капающим вниз. Лу Шаомин был выше его на полголовы. Он встал боком, понизил голос до уха стажера и, сунув руку в карман, небрежно сказал “ " Однако если вы решите не разглашать то, что знаете, тогда вы не можете винить меня…”

“Я ... я буду говорить, позвольте мне говорить!- Интерн был совершенно ошеломлен.

Голова у него онемела. Жутковатость Лу Шаомина была хорошо выражена. Его запах был как острый нож, который мог убить, разрезая кожу с тупой болью.

Губы Лу Шаомина скривились в улыбке, он отпустил его руку. С обеими руками, засунутыми в карманы “ " хорошо, тогда тебе лучше говорить громче.”

“Мы видели, как Мисс Нин села в такси, но на этой машине не было номерного знака. Вероятно, это была нелегальная машина.”

В тот момент, когда он произнес эти слова, он почувствовал затаенное дыхание человека рядом с ним. Он не решился скрыть что-либо еще, и смело продолжил: “Ре...недавно в окрестностях этой дороги появился серийный убийца такси, который сосредотачивается исключительно на изнасиловании, а затем убивает симпатичных девушек. Я думаю, что водитель…”

Серийный убийца такси?

Бах! Громкий грохот пронзил воздух. Интерн в страхе зажал уши руками. Лу Шаомин использовал свою ногу, чтобы пнуть кофейный столик.

Старший журналист был потрясен и в глубине души понимал, что все катится под откос.

“Если вы догадались, что это был серийный убийца такси, то почему не остановились и не вызвали полицию?- Вены на шее у Лу Шаомина начали лопаться. Его глаза выпучились из орбит. Он был вне себя от ярости.

“Я... я просто размышлял. Нин Цин-известная личность, серийный убийца такси не хотел бы причинить ей вред... " - сказал интерн-журналист в страхе.

“Ты что, совсем тупой? Чтобы быть серийным убийцей такси, он должен быть психически больным. Тот факт, что Нин Цин-известная личность, позволит ему чувствовать себя более радостным и еще более сумасшедшим, поскольку она будет представлять для него больший вызов. Ты же знаешь, что Нин Цин сел в такую машину. Разве ты не знаешь, что она вынесет и как будет бояться?- Грудь Лу Шаомина двигалась, когда он яростно задыхался. Его усталые глаза были налиты кровью, и он был на грани слез.

В тот момент, когда он подумал об опасности, в которой окажется Нин Цин, все его существо было сродни тому, чтобы быть зажаренным заживо в нагретом масле воке. Сжатые чувства, которые он испытывал с тех пор, как покинул самолет, больше не поддавались контролю.

Как будто кто-то зажег его сердце в огне.

Почему он должен был уехать в командировку?

Как она могла не дождаться его возвращения?

Оба журналиста не смели дышать, вся вилла была наполнена звуком его тяжелого дыхания, точно так же, как и сцена бушующего моря.

Он был невероятно сильным и невероятно ужасающим.

Это был первый раз, когда Чжу жуй увидел, что Лу Шаомин потерял самообладание. Он был напуган, увидев такое.

Но он принял храбрый вид. - Президент, сейчас нет смысла сердиться. Ключевым моментом для размышления является наш следующий курс действий. Уединенный переулок не имел никакого закрытого наблюдения цепи. Естественно, что мы не смогли обнаружить ни одного подозрительного транспортного средства. Похоже, что серийный убийца хорошо разбирается в ориентации этого места. Он определенно пойдет задним ходом.”

Лу Шаомин положил обе руки себе на талию и повернулся лицом к французским окнам. - Он опустил взгляд, чтобы успокоить дыхание, и сказал хриплым голосом: - соберите всех дорожных офицеров города Т, чтобы перекрыть все выходы. Временно остановите любое транспортное средство от въезда или выезда из города. Проверьте каждый автомобиль один за другим.”

Оба журналиста были контужены, решительность молодого мастера Лу…

Он заставлял останавливаться все движение в городе Т.

Он вызвал бы полный беспорядок у всех в городе.

Это был акт дикого человека, и он был в таком широком масштабе.

- И еще, - Лу Шаомин поднял глаза и увидел яркое солнце в небе. На его лице появилась угрожающая улыбка. "Позвоните мэру Чжоу, пусть он немедленно создаст искусственную метель. Я хочу увидеть 20-сантиметровую толщину снега на земле в течение 5 минут. Свяжитесь с начальником полиции. Пусть он найдет такси серийного убийцы, а также получит экспертизу психологов, чтобы определить возможные места, где он совершит преступление.”

- И наконец, скажите им, что если они не смогут завершить миссию в оговоренное время, то я позабочусь об их падении!”

- Да, сэр. Чжу жуй кивнул головой и повернулся, чтобы уйти.

Оба журналиста потеряли силы в своих конечностях и сразу же поплелись на пол. На полу лежал роскошный кашемировый ковер. Лежать на нем было еще удобнее, чем на диване.

Однако дуэт не смог насладиться комфортом. Они тяжело дышали от безмерного страха.

Все говорили, что молодой господин Лу не слишком привлекателен. Сегодня они сами это увидели.

One word from him could mobilize the mayor and chief of police. The influence of Guang Qing Corporation was undoubtedly huge. This influence of this man before them was entrenched deeply in every corner of T City.

Если бы он захотел, то смог бы сдвинуть облака и вызвать дождь.

Всего за несколько минут солнце скрылось на заднем плане, и небо наполнилось хлопьями снега размером с перышко. В мгновение ока дороги покрылись тонким слоем снега.

Лу Шаомин все еще стоял у французских окон. Руки на его талии были затем засунуты в карман брюк. Он слегка нахмурился, молча ожидая новостей.Читайте дополнительную главу по теме vipnovel.com

Если Нин Цин все еще был в городе т, он верил, что в любой момент получит известие.

В этот момент из кухни вышла тетя Ян. - Сэр, вы прошли через множество неприятностей. Я приготовил для тебя миску лапши. Пожалуйста, поешь немного.”

Лу Шаомин отправился в Америку в командировку. В штаб-квартире состоялось чрезвычайно важное заседание совета директоров, которое продолжалось весь день и всю ночь.

Выходя из дверей конференц-зала, никаких новостей из дома не было. Все было спокойно и безмятежно. Он сел в самолет и выключил телефон. Кто бы мог подумать, что он столкнется с такой серьезной ситуацией при приземлении.

Последние слова, которые оставила ему девушка, звенели у него в ушах.

До Свидания, Лу Шаомин.

Что же скрывалось за ее словами? Неужели она больше не хочет его видеть, или же ждет их следующей встречи?

Если ей так не хочется, то почему она делает вид, что уверена в себе?

Это было до него, чтобы принять решение, хочет ли он ее или нет, но она полностью опередила его шаг

- Я не хочу есть, давай подождем возвращения мадам, чтобы поесть вместе.”

Тетя Ян вздохнула и вернулась на кухню.

В этот момент двери виллы распахнулись, и в комнату ворвался порыв холодного ветра. - Президент, у нас есть новости.”

…

Нин Цин сидела на заднем сиденье такси. Она посмотрела на уединенное место, куда направлялось такси. Озадаченная, она спросила водителя: "водитель, почему вы не едете по главной дороге?”

Водитель средних лет весело рассмеялся и с искренним выражением лица сказал:” О, сегодня выходные. Большие дороги забиты битком набитыми машинами. Этот маршрут будет экспресс-маршрутом до автовокзала, он вообще не займет много времени. Я хорошо знаком с этим маршрутом.”

- Хорошо” - рассеянно ответила Нин Цин.

Водитель злорадно улыбнулся. Он нажал на акселератор, но в этот момент яркое солнце скрылось за темными зловещими тучами, и пошел снег.

Нин Цин примостилась у окна и как-то странно посмотрела на улицу. - Вчера было солнечно, - пробормотала она. А почему сейчас идет снег?”

Водитель посмотрел на поверхность дороги, ранее сухую поверхность которой теперь покрывал толстый слой снега, который был на грани обледенения. Выражение его лица стало холодным.

Если смотреть вперед, то другая полоса была заполнена множеством полицейских машин. Одетые в зеленое полицейские использовали свои дубинки, чтобы останавливать машины одну за другой. Посмотрев на ситуацию под рукой, они стали искать огромного преступника.

Сердце водителя сжалось еще сильнее, и он понял, что сейчас попадет в беду.

Он посмотрел в зеркало заднего вида, чтобы увидеть Нин Цин на заднем сиденье. Она была одета в черную рубашку поверх белой кашемировой рубашки под ней. На ногах у нее были голые чулки и пара черных сапог на высоких каблуках. Ее блестящие черные волосы беспорядочно рассыпались по плечам. Ее проворное тело и лицо размером с ладонь были изящно красивы. Ее бледная кожа была почти как вода.

Водитель вульгарно облизал губы. Этот премиальный продукт ... так как он попал в его руки, как он мог отказаться от него на полпути?

Водитель нажал на акселератор и прибавил скорость.

Но уже через несколько минут, снег на земле свалился до 20см толщиной. Машина застряла в снегу, двигаясь со скоростью улитки.

Он ударил кулаком по рулю и выругался.

Услышав его проклятие, она подняла глаза и посмотрела на водителя.

Водителю не удалось скрыть своих чувств. Он был непокорным насильником, который имел грязный гнилой запах,который не мог быть полностью скрыт. Как только Нин Цин увидела эту сцену, ее сердце упало и начало биться непрерывно.

Водитель также заметил скептический взгляд Нин Цин. Он тут же изобразил улыбку и сказал: “Мисс, дороги закрыты из-за метели. Я должен ехать медленно.”

Он хотел, чтобы она оставалась спокойной.

Нин Цин отвела свой пристальный взгляд, и она молча сжала руки в кулаки, и с невинной улыбкой сказала: “поскольку снег привел к закрытию дорог, тогда, пожалуйста, выпустите меня сюда. Я поеду на автовокзал в другой день.”

Нин Цин дотронулась до кармана в поисках телефона, но сердце ее упало. Черт. Она забыла взять с собой телефон.

Этот человек привел ее в такое уединенное место, где не было даже тени кого-то еще. Кто мог прийти и спасти ее?

Водитель заметил манеру поведения Нин Цин и понял, что его план уже не сработает. Он нагло снял фуражку и злобно усмехнулся. - Маленькая красавица, ты уже села в мою машину. Как ты вообще мог подумать о возвращении домой?”

Нин Цин была разочарована. Она была слишком беспечна. Она так долго просидела в нелегальном автомобиле и совсем его не узнала.

Она решила действовать под влиянием момента и использовала свою руку, чтобы открыть дверь автомобиля, и она перекатилась со своим маленьким телом в снег.

К счастью автомобиль двигался в медленном темпе, она не пострадала и поспешно встала, чтобы бежать.

Водитель не ожидал, что Нин Цин окажется такой проворной. Он еще сильнее нажал на акселератор и открыл дверцу машины, чтобы пуститься в погоню.

Нин Цин бежала изо всех сил, но это место было ей незнакомо. Она бежала некоторое время, прежде чем поняла, что это был тупик. Она была напугана, и ее худое плечо было схвачено сзади, и с громким стуком водитель дал ей крепкую пощечину.

Кровь стекала по ее губам, она была в бреду из-за травмы, но все еще стояла у стены с большим напряжением.

Она холодно спросила: "Чего ты хочешь?”

“Ха-ха, Маленькая красавица, ты Нин Цин? "Лучшая актриса нового поколения"? Я видел ваши фильмы и не мог забыть вашу фигуру. Я слышал, что ты залезла в чужую постель, когда тебе было 18. После этого ты соблазнил многих других. Я предполагал, что ты будешь вкусной в постели.

“Вы уже попали в мои руки, как вы думаете, что я хотел бы сделать? Я хочу насладиться твоим вкусом. Если ты будешь хорошо служить мне, я не убью тебя, и ты будешь пленником в моем доме. Ты будешь служить мне каждый день, ха-ха…”

- Извращенец! Это незаконное поведение, вы…”

Водитель схватил ее за волосы и с силой прижал к стене. Он сказал угрожающе: "противозаконно? Я и есть закон!”

Говоря это, он разорвал на ней черную рубашку и одной рукой завел ей руки за спину. Нин Цин слышала только звук рвущейся ткани. Она совсем похолодела,и в воздухе раздался звук расстегиваемого ремня.

“Не утруждайте себя борьбой. Я играл со столькими женщинами. У меня большой опыт. Как я могу позволить тебе сбежать? Ну же, пусть хозяин будет счастлив.”

Рука Нин Цин была почти на грани того, чтобы быть сломанной. Извращенец позади нее был слишком зол. У нее не было возможности сопротивляться. Ее били по лбу до тех пор, пока она не увидела звезды в воздухе и все ее тело не заболело. Но больше всего она была в отчаянии.

Неужели ее собираются изнасиловать?

Неужели это и есть ее судьба?

- Нет, кто же теперь придет тебе на помощь?”

Глаза Нин Цин были полны слез, она почувствовала, как рука извращенца просунулась в ее кашемировый свитер и коснулась ее. Она чувствовала отвращение и даже хотела умереть.

Нет, она не хотела жить с таким позором, она скорее умрет.

Нин Цин посмотрела на стену перед собой, ее губы изогнулись в улыбке, когда она подумала о красивой фигуре, Лу Шаомине!

- Она прикусила губу. С огромной силой воли она ударилась головой о стену.

Прежде чем она умерла, у нее были сожаления. Когда она была еще жива, многие мужчины хотели обладать ею. Но Лу Шаомин, мужчина, которого она любила больше всего ... она не смогла стать его женщиной.

Если это не так, то она умрет без сожалений.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 123:Но , я действительно вызвал проблемы в этот раз

Нин Цин хотела ударить себя о стену, но грубая сила, державшая ее маленькие руки сзади, внезапно ослабла. Она потеряла равновесие и рухнула в снег.

Она поджала ноги, положила две тонкие руки на грудь и посмотрела вверх.

Красивая фигура, которая была в ее голове, внезапно появилась; Лу Шаомин здесь.

Когда же он вернулся?

Неужели он пришел, чтобы спасти ее?

Лу Шаомин схватил маньяка за запястье и слегка вывернул его. С треском, маньяк закричал, когда его рука была сломана.

Лу Шаомин не дал ему ни малейшего шанса восстановиться. Его длинные ноги били Маника в пах так сильно, что можно было почувствовать ветер. Еще один крик разнесся по всей округе. Нин Цин увидела, как повсюду Расплескалась кровь. Лу Шаомин ударил ногой и разорвал промежность этого человека.

Это был уже второй раз, когда Нин Цин видел, как Лу Шаомин нападает на кого-то. Он всегда контролировал своих врагов, уничтожая их одним движением. Сегодня он был также быстр и свиреп.

Когда Нин Цин была ошеломлена, ее глаза, которые не были сфокусированы, внезапно встретились с черными глазами мужчины.

Он был одет в черное шерстяное пальто и смотрел на нее сверху вниз. Его твердое и красивое лицо холодно смотрело на нее в этот снежный день с несравненной холодностью.

Нин Цин мгновенно разрыдалась.

Она в панике посмотрела вниз. Она знала, как жалко выглядит сейчас.

Если она угадала правильно, он должен был видеть ее прижатой к стене, когда пришел. Этот извращенец был позади нее, его брюки были сняты, в то время как ее нижняя часть тела была холодна, и у нее не было никакой одежды, чтобы прикрыть себя.

Сначала она была достаточно нечиста, а теперь показала ему такой ужасный образ.

Тогда Нин Цин предпочла бы разбить ей голову и умереть.

Слезы шлепнулись в снег. Когда она была в растерянности, ее тело вдруг стало теплым. Черное шерстяное пальто было плотно обернуто вокруг нее.

В следующую секунду мужчина взял ее на руки. Ее слабое тело, одеревеневшее от холода, наконец вернулось в его теплые и широкие объятия.

Нин Цин не осмеливалась поднять на него глаза. Она хотела держаться от него подальше. По крайней мере, она не могла оставаться рядом с ним со своим испорченным дыханием.

Но его руки были так крепко обнимают ее. Его сила была так велика, как будто он собирался раздавить ее в своем теле.

Разве ... он не думает, что она нечиста?

После долгой прогулки она увидела, что Чжу жуй ждет ее вместе с полицейской машиной. Чжу жуй вышел вперед и сказал: “президент.”

- МММ, остальное я оставлю тебе.”

- Да, сэр.”

Лу Шаомин отнес Нин Цин в машину. В машине было тепло и тепло. Вместо того чтобы поставить ее на землю, он усадил ее к себе на колени и крепко обнял.

Слезы Нин Цин текли неудержимо. Как он мог все еще так хорошо относиться к ней?

Она была недостойна этого.

…

Лу Шаомин отнес Нин Цин в спальню на вилле. Тетя Ян не вошла, а осталась ждать у двери. Нин Цин осторожно уложили в постель.

Нин Цин держала глаза закрытыми, так как не знала, как с ним взаимодействовать.

Но в следующий момент он сорвал шерстяное пальто, обернутое вокруг нее двумя большими ладонями, а затем сорвал его с шеи ее кашемирового свитера и разорвал ее одежду в клочья.

Нин Цин испугалась и спряталась под одеялом. На ней больше не было одежды. Он сорвал с нее кашемировый свитер, и только нижнее белье осталось нетронутым.

Длинные, похожие на крылья бабочки ресницы Нин Цин тревожно затрепетали. Она прикусила нижнюю губу и вскрикнула от страха и стыда.

Что же он там делает?

Она почувствовала, как большая ладонь мужчины прижимает ее плечо вниз и переворачивает, а затем медленно опускается, держа ее за стройную лодыжку и раздвигая их в стороны.

- Нет!- Нин Цин в конце концов не выдержала и закричала. Она оттолкнула его и взмолилась о пощаде. - Нет, пожалуйста. please...no-да.”

Неужели он хочет ее?

Только не сейчас, пожалуйста.

Она хотела, чтобы он сохранил для нее хоть какое-то достоинство.

Нин Цин плакала так печально, что ее нежное сливочное Тельце плотно свернулось на кровати. Такой маленький сверток, беспомощный, как ягненок, ожидающий, когда его зарежут.

Она плакала так сильно, что едва могла дышать. В рыдающем голосе девушки чувствовалась нежность, глубокие впадины появились по обе стороны ее нежных ключиц, что делало ее фигуру прекрасной.

Лу Шаомин протянула два пальца и нежно сжала свой крошечный подбородок. “А как ты думаешь, что я хочу делать? Я просто проверяю, есть ли у тебя какие-нибудь раны на теле.”

Нин Цин была ошеломлена. Его голос был ровным и почти бесчувственным, но она слегка перестала всхлипывать. Ее крошечное тело беспокойно задвигалось. Она хотела освободить свои лодыжки. Она слабо пробормотала “" не надо проверять ... этот человек не трогал меня ... там”

После трех секунд молчания соблазнительный запах Лу Шаомина исчез, когда он встал с кровати и пошел в ванную.

Он быстро вернулся и понес ее горизонтально. - Поскольку на вашем теле нет РАН, примите горячую ванну, чтобы не простудиться.”

Ее осторожно положили в ванну. Температура воды была слишком горячей, она вдруг задрожала, когда коснулась горячей воды, после адаптации к температуре воды. Она чувствовала себя настолько комфортно, что даже поры ее кожи раскрылись.

Она открыла глаза, но все еще не осмеливалась взглянуть на него. Он стоял рядом с ванной, она увидела его брюки, когда посмотрела вниз; низ его брюк был мокрым, вероятно, потому, что он слишком быстро наполнил ванну для нее.

Нин Цин сидела в ванне. Поверхность воды была покрыта слоем пузырьков и лепестков роз, но это не могло покрыть ее полную фигуру.

В воздухе витало странное чувство неопределенности, но Нин Цин это смущало.

Он всегда был скромным джентльменом, но бывали моменты, когда он не знал, как избежать подобных ситуаций.

Нин Цин стиснула зубы и прикрылась двумя маленькими ручками. Ее голос был робким, и она все еще тяжело дышала после слез. “Ты можешь выйти из комнаты?”

- Хорошо, - лениво ответил Лу Шаомин хриплым голосом. “А если я скажу "нет"?”

Нин Цин задрожала, и слезы в ее глазах снова упали, когда они приземлились в воду.

Лу Шаомин тут же нахмурился. - Я приму ванну в соседней комнате. Вымокнете еще немного и попросите меня принести вам пижаму, когда будете готовы.”

Лу Шаомин вышел из комнаты.

…

Нин Цин увидела, что дверь ванной комнаты закрыта. Она держала в руках горячую воду и поливала ею свои плечи.

Ее окоченевшие со вчерашнего вечера конечности основательно разогрелись, все тело было пропитано горячей водой и казалось несравненно теплым.

Она взяла мягкое полотенце и потерла кожу на талии, где ее коснулся тот извращенец, пока та не покраснела.

К счастью, она не была запачкана.

Он спас ее вовремя, всего на несколько секунд.

Как он ее нашел?

Ее изначально хаотичный ум не хотел думать ни о чем в данный момент; она только знала, что Лу Шаомин вернулся!

Она бессознательно полагалась на него. Он был ее гаванью. Пока он здесь, она будет чувствовать себя в полной безопасности.

Нин Цин посмотрела на ванную, и ее маленькое личико покраснело. Она не знала, что он имел в виду. Попросить его принести ей пижаму? Неужели он не может принести ей пижаму в ванную заранее?

Она как раз размышляла об этом, когда раздался тук-тук, пара стуков в дверь. - Нин Цин, ты закончила? - негромко спросил мужчина. Прошло уже 20 минут. Вода в ванной становится все холоднее.”

“Я...закончил.”

На самом деле она уже давно закончила мыть посуду, но ей было неловко звонить ему.

Когда же он закончил мыться? Должно быть, он долго ждал за дверью.

Дверь ванной открылась, и Нин Цин подняла голову. Высокая фигура Лу Шаомина была облачена в темно-синий шелковый халат. Халат имел неглубокий V-образный вырез. Здоровая солодовая кожа мужчины была обнажена, и вокруг его мужественной талии был завязан ремень. Халат свисал до самой икры.

Он шел медленно, шаг за шагом. Нин Цин даже заметила, как напряглись его икроножные мышцы, такие сдержанные, но такие сильные.

Маленькое личико Нин Цин мгновенно вспыхнуло, а глаза застенчиво опустились.

Лу Шаомин положил чистую пижаму на стол, снял с вешалки чистое полотенце и протянул ей. - Сначала встань и обсуши свое тело.”

Нин Цин не нужно думать обо всем этом. На этот раз он не собирался уходить.

Нин Цин встала и вышла из ванны. Она не осмеливалась взглянуть на него. Она взяла полотенце и отвернулась. Она быстро вытерла свое тело.

- Он протянул ей пижаму.

Ночную рубашку Нин Цин держала в руке. Это была хлопчатобумажная ночная рубашка с длинными рукавами и легкими однотонными цветами. Он пах ароматом цветов и растений после того, как я была вымыта и промокла.

Он не дал ей никакого нижнего белья, так что она могла носить его только так.

Сразу же после его надевания Нин Цин снова поднялась в воздух. Она в шоке схватила его за воротник ночной рубашки. - Шаоминг, я не ранен. Отпусти меня! Я могу ходить сама по себе.”

Почему он всегда нес ее на руках и не давал ей коснуться ногами земли? Она не была такой уж хрупкой.

- МММ, раз уж ты можешь идти сама, просто прими это как мое беспокойство. Я не знаю, будет ли другой раз, когда ты убежишь, пока меня нет?”

Глаза Нин Цин быстро увлажнились. Неужели он...неужели он боится потерять ее?

Ее пять прекрасных пальцев крепко вцепились в его одежду. Она была напугана и пристыжена. - Шаоминг, не будь такой. Вы должны были знать, что произошло прошлой ночью. Не будь больше таким любящим. Я не могу этого вынести.”

Лу Шаомин поднял свои острые брови и ничего не ответил.

Он положил ее тело под мягкие одеяла, но не ушел. Он положил руку под ее маленькую головку и заснул рядом с ней.

Нин Цин выглянула в окно. Сегодняшняя погода была действительно странной. На улице уже светило солнце, был полдень.

Бледно-желтая Бахромчатая занавеска висела у окна, закрывая пронзительный солнечный свет,но тепло проникало сквозь занавеску и падало на нее.

Оба комплекта ночного белья были сделаны из тонкого материала, и они прижимались друг к другу под одеялами. Его слегка обжигающая температура тела передалась ей, сделав ее сентиментальной.

Такая атмосфера, такая красивая.

Нин Цин наклонилась и спокойно посмотрела на него. Его голова была наполовину опущена на кровать, а глаза слегка закрыты. Его жесткие черные волосы все еще были влажными. После купания мужчина казался немного спокойнее и мягче. Его тонкие резные черты были ленивыми и шелковистыми.

Эта томная Лу Шаомин заставила ее сердце подпрыгнуть.

Нин Цин медленно протянула руки, смело обвила их вокруг его шеи и крепко обняла его.

Губы Лу Шаомина изогнулись, другая большая рука обхватила ее мягкую талию, когда он заключил ее в свои объятия. Мягкие тонкие губы целовали ее лоб снова и снова, а он мягко улыбался. “Разве ты не сказал, что больше не можешь этого выносить, но теперь ты не можешь расстаться со мной?”

Нин Цин поджала розовые губы и проигнорировала его поддразнивание. Просто поверь, что она была...жадной.

Он спас ее от снега, и она не хотела отпускать его.

Нин Цин спряталась в его объятиях и спросила: "Шаомин, ты не против...что случилось три года назад?”

“Да.”

Она прямо спросила его, и он честно ответил ей. Тело Нин Цин внезапно напряглось.

- Ну и что? Then...do ты все еще хочешь меня?”

“Да.”

Это подтверждение без малейшего колебания вызвало слезы в глазах Нин Цин. Она протянула руку и погладила его твердую челюсть. Горячие слезы упали на его одежду. - Но почему же? Скорее всего, я уже проиграл свой первый раз. Я же не чистый. Поэтому, когда ты хотела меня раньше, я не осмеливалась дать тебе это... я боялась...я знаю, что я бесстыжая. Я обманул тебя.”

Лу Шаомин приподнял ее подбородок двумя пальцами и заставил посмотреть на себя.

Маленькое личико девочки слегка раскраснелось после ванны. Ее кожа была похожа на свежеочищенное личи, нежная и сладкая. Ее ресницы, похожие на крылья бабочки, были покрыты блестящей росой, свисающей с кончиков. Заставляя ее выглядеть нежной и нежной.

“Я слышал сообщение, которое вы мне оставили. Последнее, что ты мне сказал...Я помню. Я тебе верю.”

И последнее?

Она сказала, что была пьяна и пошла не в ту комнату. Она не соблазняла его.

Он ей поверил?

Никто в мире не верил ей; только он был готов поверить.

“Если ты этого не хотел, то почему винишь себя? А почему бы мне не хотеть тебя? - Что ты сделал не так? Что же это за эпоха сейчас? Я женился на тебе, потому что мне нравится твоя несгибаемая и стойкая личность. Мне нравится твое элегантное, изысканное сердце. Когда мы получили свидетельство о браке, я не требовал, чтобы ты была девственницей, так что ты меня не обманула.

“Конечно, как мужчина, как твой муж, я не могу не думать об этом. Я же не святой. Я схожу с ума от ревности, когда думаю о том, что другие мужчины имели тебя, но ты забываешь, что это все потому, что я люблю тебя.”

Лу Шаомин опустила глаза, нежно потерла губы и прошептала: "поскольку я люблю тебя, то буду любить еще больше после чего-то подобного. Я буду заботиться о тебе и хорошо относиться к тебе в будущем.”

Вот в чем была разница между этим человеком и Сюй Цзюньси!

Точно так же она любила его и за это.

Лу Шаомин родился гордым Сыном Неба, бизнесменом и благородным наследником. Он получил то, что хотел, не унижая других. У него была чистая совесть и чистое сердце, а также невыразимо очаровательный характер.

Любовь пришла так быстро, что она уже не могла освободиться.

Слезы Нин Цин хлынули наружу. Этот человек всегда говорил мало, но он сказал так много, чтобы успокоить ее. Он хотел помочь ей справиться с этим.

Плачущие глаза Нин Цин покраснели, и она задохнулась тихим голосом. - Шаоминг, на этот раз все по-другому. Все остальные знают об этом... на этот раз я действительно вызвал проблемы, waaa…”

“МММ” - тихо сказала Лу Шаомин, целуя слезы на ее маленьком личике. - Я знаю, доверяй своему мужу больше и не волнуйся. Это всего лишь пустяки. Оставьте их мне.”

Пустяковое дело?

Для нее это было потрясающее событие.

Нин Цин коснулась его острого и красивого лица и закричала периодически: "но Шаомин, я не хочу тащить тебя вниз.”

“Значит, вы уехали на такси?”

- Да, я уже все спланировал. Если я покину это место, сплетни прекратятся... с твоими перспективами, ты можешь выбрать любую девушку в мире, а я…”

- Ха-ха, - рассмеялся Лу Шаомин. “Ты бросишь свою мать и бабушку?”

Нин Цин напряглась. Она быстро и нервно спросила: "Как поживают моя мама и бабушка? Неужели СМИ их преследуют? Это не годится, я собираюсь их увидеть.”

Она была настолько немногословна, что заботилась только о своей печали, но забыла о матери и бабушке.

Лу Шаомин схватил ее за тонкую талию и заключил в свои объятия. - Он нежно ущипнул ее за мягкий нос. - Бессердечная маленькая тварь, которая думает о них только сейчас? Не волнуйтесь, Чжу жуй все уладил правильно. Не будьте самодовольными в будущем. На самом деле, для тех, кто любит вас, это лучшая любовь к ним, что вы остаетесь и продолжаете тянуть их вниз.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 124:Вам Легко Узнать Ответ

“Неужели это правда? Но... - Нин Цин была встревожена и ошеломлена.

“Но что именно?- Глаза Лу Шаомина блестели, как обсидиан. - Его мягкий тон был успокаивающим. "Нин Цин, нет ничего, что мы не можем преодолеть в этом мире. Есть только любовь, от которой мы отказались. Разве твое сердце не болит при мысли о том, чтобы покинуть меня?”

Нин Цин глубоко вздохнула и несколько раз покачала головой. - Нет, Шаоминг, мне очень больно. Я не хотел оставлять Тебя одного. Как только я подумал о том, чтобы потерять тебя, я почувствовал, что мое сердце было полностью опустошено. Я не хочу, чтобы у тебя была другая женщина. Это ты сделал первый шаг, и ты можешь принадлежать только мне...тьфу.”

Лу Шаомин поцеловал ее в губы.

Нин Цин положила руки ему на шею. Ее миниатюрная фигурка прислонилась к его груди, она крепко обняла его, страстно отвечая ему.

Это было самое страстное время с тех пор, как они встретились. Ответ Нин Цина заставил тело Лу Шаомина воспламениться. Он безумно и яростно рванулся к ней. Нин Цин казалось, что у нее самой сейчас перехватит дыхание.

Когда они пьяно целовались, мужчина хрипло сказал: "в следующий раз, когда ты решишь уйти, не могла бы ты быть более разумной? Просто посадка в такси может привести к реальной опасности для вас. А вы знаете, что случилось бы, если бы я опоздал на минуту?”

Лу Шаомин болезненно закрыл глаза и использовал силу, чтобы поцеловать ее волосы. “Я не мог участвовать в твоей жизни 3 года назад, поэтому я могу принять сожаления, но теперь, когда ты моя жена, как может любой другой мужчина прикасаться к тебе? Мы женаты уже полгода. Я даже не осмеливаюсь использовать это положение против тебя. В тот момент, когда вы хмуритесь, когда мы целуемся, я не смею использовать больше силы. Вы так застенчивы, как обычно. Рядом с тобой я настоящий джентльмен.”

- Сегодня, когда я ждал тебя на вилле, каждая проходящая минута была пыткой. Я боялся, что с тобой случится несчастный случай. Я боялся, что потеряю свою жену. Жена, как ты можешь так мучить меня?”

“Я не хотел, чтобы все так обернулось. Мне очень жаль, Шаоминг. Следующего раза не будет.- Он остановился, и она обхватила его красивое лицо обеими руками, а затем дерзко, но неуклюже поцеловала его.

Поскольку она спешила и не имела большого опыта, ее зубы клацнули по его тонким губам.

“Тпру.- Лу Шаомин ласково улыбнулся ей.” Как ты можешь быть таким тупым? Это было так давно, а ты все еще не знаешь, как целоваться?”

Нин Цин была крайне смущена и немедленно ударила его кулаком в грудь.

Лу Шаомин взял ее кулак в свою ладонь и быстрым движением прижал ее к кровати. Одна большая ладонь раскрыла ее кулак, и их пальцы переплелись.

- Дорогая, позволь мне научить тебя. А теперь поцелуй меня.- Лу Шаомин придвинул свою щеку к ее губам.

Нин Цин почувствовала, как ее тело парит в воздухе. Его запах после ванны был неотразим. Ее пальцы были крепко сжаты, и ей казалось, что она тонет в его ауре.

В постели он был нежен и не властен. Он действовал с контролем зрелого мужчины, направляя ее, дюйм за дюймом.

Она была глубоко погружена и наслаждалась этим полностью.

С полузакрытыми глазами она взяла его лицо в свои ладони. Она медленно поднялась туда, где ее сердце билось для него: его завораживающие бакенбарды.

Они были ее любимыми вещами.

Розовые щеки Нин Цин раскраснелись, и, основываясь на том, чему он ее учил, она медленно поцеловала лицо, которое он ей подарил.

Лу Шаомин обхватил ее затылок и поцеловал, начав с яркой и красивой шеи, которая была окрашена в розовый цвет.

Их дыхание было связано друг с другом.

“Сколько дней прошло, твой период закончился, да? Дорогой, не забудь свое обещание.”

“Окей.- Нин Цин кивнула головой и поклялась не забывать об этом.

Только если он сам этого захочет.

Они оба страстно целовались и не хотели расставаться. - Тук-тук, - прервал их стук в дверь тетя Ян. - я не могу больше терпеть, когда ты приходишь. - Сэр, мадам, сейчас уже полдень, - озабоченно сказала она. Вам обоим еще надо поесть. Наверное, ты уже проголодался, да?”

Лу Шаомин отпустил Нин Цин и нормализовал дыхание. - Тетя Янг, пожалуйста, принесите лапшу в спальню.”

Нин Цин была мягкой, как лужица воды. Только что услышав голос тети Ян, она немного пришла в себя. Ее руки сразу же потянулись к пижаме, и она выглядела безумно.

Лу Шаомин сжал ее маленькое личико; он был в хорошем настроении. - Все еще стесняешься? Тетя Янг очень опытна. О том, что мы делали, ей не нужно было догадываться, чтобы узнать.”

“А ну убирайся!- Нин Цин швырнула в него подушкой.

Лу Шаомин потянулся и обнял ее. “Не двигайся, ты хочешь есть? Я покормлю тебя лапшой позже.”

“Не корми меня, я уже не ребенок. Тетя Янг скоро будет здесь. Отпусти, быстро!”

Нин Цин боролся некоторое время, но он был слишком силен. Она не могла больше сопротивляться ему. Когда она разозлилась, то услышала, как мужчина сказал: “Не суетись, тетя Янг здесь.”

- ААА!- воскликнула она и быстро спрятала свое багровое лицо у него на груди.

- Ха-ха.- Увидев ее смущенной, как маленький кролик, Лу Шаомин радостно рассмеялась.

Нин Цин хотела ударить его, но в этот момент дверь открылась и вошла тетя Ян.

Увидев молодую пару, обнимающую друг друга, она понимающе улыбнулась. Она все время знала, что маленькая мадам была смущена, и не смела открыть рот, чтобы еще больше смутить ее. Она почтительно вышла из комнаты.

Услышав, как закрылась дверь, Нин Цин подняла голову.

Поскольку вокруг не было посторонних, Нин Цин перестала притворяться и удобно устроилась в его объятиях, глядя на этого красивого мужчину перед ней.

Все это было просто как сон.

Одной рукой Лу Шаомин схватил палочки для еды. Ковыряя лапшу, боясь, что она обожжется, он выпустил горячий пар и осторожно поднес его к ее губам.

“Перекусить.”

“Я сама могу прокормиться.”

- Миска немного горячая. Это обожгло бы тебе руку.- Этот человек прямо отверг ее предположение.

Тогда разве его рука не будет ошпарена?

Нин Цин посмотрела на его руку. Его суставы были четко выражены. Его ногти были аккуратно подстрижены и блестели. Может быть, он привык держать ручку, чтобы принимать решения. Эта пара рук, казалось, слегка озябла.

Лицо Нин Цин побагровело. Его руки могли быть только теплыми на ней.

Рука мужчины была мозолистой, что позволяло легко игнорировать жар. Нин Цин больше не сопротивлялась. Сосредоточившись на его руках, она изящно набрала полный рот лапши.

- ГМ, вкус у него хороший. Шаоминг, ты уже поела? А ты сам откуси кусочек. Попробовать это. Я не могу закончить эту большую миску лапши; мы можем закончить ее вместе.”

Лу Шаомин увидел ее нежно шевелящиеся губы, проглотил слюну, опустил голову, а затем тоже откусил кусочек лапши.

- А это вкусно на вкус?- Спросила Нин Цин.

- ГМ, все еще неплохо.- Лу Шаомин кивнул головой.

Они вдвоем разделили миску лапши. Это была самая обыкновенная и согревающая душу радость в жизни. Глаза Нин Цин ярко сияли.

Однако…

“А что это такое?- мужчина позади нее заметил, что она была в полубессознательном состоянии. Он укусил ее за бледную мочку уха и спросил, что происходит.

Нин Цин нахмурилась: "Шаомин, ты так хорошо ко мне относишься, но правда жестока. Я втянул тебя в эту историю. Ваша честь, компания Гуан Цин, и даже тетя Ян знали бы, что 3 года назад, я раньше...слухи ранили вас... вас..”

Губы Лу Шаомина скривились. Его полузакрытые глаза стали острыми и холодными, как будто он делал глубокое предсказание.

- Он мягко рассмеялся. - Нин Цин, что я тебе говорил раньше? Позвольте мне, я хорошо улажу этот вопрос. Завтра вы сможете вернуться к своей обычной жизни.”

- Шаоминг, что ты собираешься делать?- С любопытством спросила Нин Цин.

“А разве ты не узнаешь завтра? Я старше тебя на 10 лет. Я думаю, что родился раньше, чтобы защитить тебя.”

“Хе-Хе, Шаоминг. Я моложе тебя на 10 лет. Я чувствую, что трудности, через которые я прошла в прошлом, были испытанием, пока я ждала твоей защиты.”

Лу Шаомин посмотрел в ее нежные глаза и опустил взгляд, чтобы поцеловать ее. - Нин Цин, я просто предпочитаю таких девушек, как ты, с упрямым, но сильным характером, так что не разочаровывай меня. Эти слухи не страшны. Это только страшно, если вы сдаетесь на себя.”

Нин Цин схватила его за шею и поцеловала. - Шаоминг, я приду в себя и отомщу. Хотя бы потому, что ты все еще хочешь меня, я не откажусь от себя.”

- Хм, я хочу тебя. Я, Лу Шаомин, хочу тебя на всю жизнь.- Лу Шаомин крепко поцеловал ее.

Он только поцеловал ее на мгновение, Нин Цин издала какой-то звук и рухнула в его объятия с плотно закрытыми глазами.

“Что случилось? Нин Цин?- Лу Шаомин использовал свои щеки, чтобы подтолкнуть ее чистый лоб. Ей было жарко и лихорадочно.

- Тетя Янг, скорее вызовите врача!”

Нин Цин спала с полудня до ночи. Прошлой ночью она спала одна на холодном полу и подхватила грипп. Наряду с психически и физически истощающими стрессорами, которые она перенесла, у нее теперь высокая температура.

Пришел доктор и сделал ей сильную инъекцию ацетаминофена. Она была в агонии всю ночь. Только после таких страданий ее высокая температура могла считаться вылеченной.

Она чувствовала, что кто-то использует теплое полотенце, чтобы вытереть ее тело. На ней уже не было пижамы, которая промокла от пота.

Когда она пришла в себя, в горле у нее было нехорошо. Желтый свет сиял над ее головой, и кто-то крепко обнял ее.

- Дорогая, ты не спишь?- В поле ее зрения попало красивое лицо. Мужчина в ее глазах выглядел очень нервным и заботливым.

- Вода... - слабым голосом произнесла Нин Цин.

“В порядке.- Лу Шаомин встал с кровати и налил чашку теплой воды, одной рукой помогая ей сесть и позволяя ей наклониться в его объятия, в то время как другая рука давала ей воду.

После трех стаканов консервативной воды Нин Цин почувствовала себя немного лучше, но все ее тело было обмякшим. У нее почти не осталось сил.

- Нин Цин, у тебя была высокая температура. Лихорадка только что спала. Я приготовил какое-то лекарство. Это может быть немного горько, держите его вниз.”

Лу Шаомин поставил чашку с лекарством перед Нин Цин.

В ноздри ей ударил сильный аромат китайской медицины. Нин Цин была на грани слез. Она боялась принимать лекарства, и каждый раз, когда она думала об этом запахе, ее тошнило.

“Я не хочу его пить.- Нин Цин спрятала свое маленькое личико у него на шее, жадно вдыхая чистый теплый запах его тела.

- Веди себя хорошо, дорогая. Вы должны принимать лекарства, чтобы справиться с вашей болезнью. Только тогда вы сможете восстановиться.- Мягко уговаривал ее Лу Шаомин. Его глубокий, проникновенный голос успокаивал слух.

Нин Цин яростно замотала головой. Ее врожденная женственная сторона вышла наружу. Ее маленькая рука коснулась его воротника, и она попыталась завоевать его расположение. “А я и не хочу. Это слишком горько. Меня сейчас вырвет. Меня действительно стошнит. Шаоминг, мне будет хорошо после того, как я отдохну. Не заставляй меня пить это лекарство, я умоляю тебя.”

- Нет, вы должны его выпить. Дорогая, послушай меня, - ответила Лу Шаомин, используя свое ласкательное имя.

Нин Цин знала, что он демонстрирует свое обаяние. Она повторила его манеру держаться, обняла его голову и поцеловала. С надутыми губами и девчачьим тоном она сладко сказала: "муженек, я не хочу.”

Нижняя часть тела Лу Шаомина напряглась. Он молча выругался, и его лицо стало серьезным. “Я предлагаю вам два варианта: Во-первых, вы сами его пьете. Во-вторых, я делаю тебе искусственное дыхание рот в рот.”

Она подумала, что он не оставил ей никакого шанса не подчиниться.

Нин Цин поняла, что ее план провалился, и она уставилась на него, надувая свои розовые щеки. Он был плохим, очень плохим!

- Я выбираю второй вариант!”

Он ведь хотел, чтобы она выпила, верно? А как насчет того, чтобы самому попробовать?

Лу Шаомин поднял брови. “Ты уверена?”

Нин Цин довольно хмыкнул. “А что, теперь ты боишься?”

“Ха.- Лу Шаомин прищурился, изящно взял в рот лекарство и прижался губами к ее рту. Эти оскорбительные и опасные глаза смотрели на нее так, словно хотели сказать: “это был твой выбор.”

Нин Цин пожалела о своем выборе.

Через полчаса одна чашка с лекарством опустилась ей на живот. Она была в его объятиях. Все ее тело не было больным, но она чувствовала себя пьяной, опьяненной его поцелуями.

Этот человек был хитер и умен.

Он не пробовал лекарство на вкус; он явно ощущал ее вкус.

Лу Шаомин приложил ладонь к ее лицу и с удовлетворением провозгласил: "Дорогая, ты все еще думаешь, что лекарство горькое? Я только что видел, как ты радуешься.”

Нин Цин покраснела и не сказала ни слова.

Она не почувствовала вкуса китайского лекарства. Ее рот был полностью заполнен его свежим и привлекательным ароматом, и она почувствовала легкое головокружение.

Заметив ее молчание, Лу Шаомин понял, что она застенчива. Он тихо обнял ее на некоторое время, а затем посмотрел на нее и спросил: “Дорогая, 3 года назад, после того, как вы покинули резиденцию му, ваше тело что-нибудь чувствовало?”

Нин Цин вся напряглась, услышав его слова.

Лу Шаомин знал, что она боится.

Услышав новости о ней после того, как он сошел с самолета, хотя он не мог точно определить некоторые незначительные детали, он имел грубое представление обо всем этом деле.

Кто-то решил использовать это дело, чтобы навредить Нин Цин, и в то же время, заставить его ненавидеть Нин Цин и уйти.

Другие, может быть, и не знают, но эта его жена могла быть застенчивой долгое время даже после простого поцелуя. Она была невероятно робкой. Она была чиста и чиста, и хотя она не сказала, что была невиновна в сообщении, которое она оставила ему по телефону, он знал, что она была кем-то выбрана 3 года назад.

Однако его дорогая жена не обязательно должна была так говорить.

Люди, вовлеченные в это дело, часто были введены в заблуждение. Его жена взяла на себя ответственность за падение семьи Юнь. Возможно, в глубине души она винила себя. Как же она оказалась в постели? Неужели у нее действительно был секс? Она не думала об этом всерьез. Ей было стыдно, и она не хотела вспоминать о том, что произошло. Она продолжала убегать, но предпочла забыть об этом.

Но сегодня он должен был задать этот вопрос. Ей нужно было выйти из своего страдания.

- Дорогая, не волнуйся. Я только спрашиваю. Вы сказали, что были пьяны в то время, но когда вы пришли в сознание, то, как чувствовало себя ваше тело, не могло быть подделано. Как вы себя чувствовали в то время?”

Лицо Нин Цин было смертельно бледным. Ее миниатюрное тело неудержимо дрожало. Ее рука болезненно обхватила голову. Она пожала ей руку и сказала: “я не знаю.”

Когда она теряла сознание, брат Юн Фан снимал с нее одежду и, казалось, целовал ее.…

Это было совершенно неловко.

Лу Шаомин прижал свои тонкие губы к ее лбу и нежно утешил ее, сказав: "Дорогая, ты можешь попытаться вспомнить? Женщины часто чувствуют боль во время их первых времен. Ты помнишь, когда я был в резиденции Нин? Я действовал импульсивно. Вы сказали, что у вас очень болят плечи, грудь и ноги. Тогда вы почувствовали какую-нибудь боль?

- Голос Лу Шаомина был очень нежным и чарующим. Он медленно успокоил страх в сердце Нин Цин. Она подняла глаза, чтобы посмотреть на него “ " ты имеешь в виду...?”

“Я имею в виду, что вы можете быть кем-то подставленным и не знать. Кроме того, ты все еще можешь быть девственницей.”

Нин Цин застыла. Она никогда не думала о такой возможности. В течение последних трех лет она не желала вспоминать о том, что произошло.

Возможно, у нее не было никакого предыдущего опыта. В тот раз он насильно пошел на нее в резиденцию Нин, и они занимались сексом, ее ноги даже не могли сомкнуться. Это было так, как будто они застряли, и она чувствовала все виды дискомфорта.

Может ли это быть?

Лу Шаомин посмотрел на ее ошеломленное лицо, нежно поцеловал ее и с легким смешком сказал: “На самом деле, чтобы узнать ответ, есть простое решение. Вы хотите, чтобы я вам помог?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 125:Ее Комиксы, 27-Летний Лу Шаомин

- Помочь мне? Как вы можете помочь?- Нежные осенние глаза Нин Цин моргнули, когда она спросила серьезно.

Лу Шаомин увидел, что она невинна, как чистый лист бумаги, и его кадык снова дернулся. Он наклонился и укусил ее за ухо. “Я пойду и помогу тебе проверить ... эту мембрану.”

Маленькое личико Нин Цин горело, оно было краснее, чем когда у нее была высокая температура. “Вы…”

Только дурак не мог понять, что он говорит.

Нин Цин подняла свой маленький розовый кулачок и сильно ударила его в грудь. Она повернулась и легла на кровать с надутыми розовыми губками. Хм, она собирается игнорировать его!

Зная, что она застенчива, Лу Шаомин схватил ее за маленькое плечо и заставил повернуться к нему лицом. - О, моя дорогая, я не сделаю тебе ничего плохого. Я буду очень осторожен. Я проверю его пальцем, и вы узнаете ответ после этого.”

Он опустил свою большую ладонь вниз, когда заговорил с ней.

- Нет!- Нин Цин яростно сопротивлялась, она прижала его опасную ладонь вниз и в ужасе покачала головой. - Шаоминг, нет, пожалуйста. Даже если у меня его нет, не испытывайте его. Дай мне немного достоинства.”

Если она все еще девственница, то все будет хорошо.

Но вероятность этого была слишком мала.

Если он узнает, что ее девственность была украдена, то как она посмотрит ему в лицо в будущем?

Лу Шаомин увидел, что лицо девушки было бледным. Он знал, что она не сможет преодолеть барьер в своем сердце. Она хотела дать ему полное и чистое тело.

“Но…”

-Никаких но, завтра я поеду в больницу на обследование. Шаоминг, забудь об этом сегодня вечером. Я расскажу вам, каков будет результат завтра.”

Боясь, что он не согласится, Нин Цин обвила его шею руками и страстно поцеловала.

Лу Шаомин больше не настаивал. Большая ладонь мягко коснулась челки перед ее лбом, и он поднял брови и сказал ей: “Дура, почему ты не проверила ее три года назад? Всегда есть доказательства, оставленные позади. Может ты забыл свои грязные маленькие трусики в доме семьи Нин?”

Нин Цин никогда по-настоящему не соприкасалась с этими вещами в своей жизни, и теперь, услышав, как он говорит об этом так прямо, она почувствовала себя настолько застенчивой, что ей захотелось провалиться сквозь землю.

Протянув руку и коснувшись его глаз, она надулась и сказала: “закрой глаза, не разговаривай, просто поцелуй меня.”

…

На следующее утро.

Нин Цин почувствовала себя отдохнувшей, когда открыла глаза. Она проспала в объятиях этого человека всю ночь. Ей было так тепло, как будто она гуляла на солнышке, и все ее тело было полно сил.

Она медленно села и увидела, что Лу Шаомин встал.

Смотрю на часы. Было 8 часов утра.

Прекрасные пальцы Нин Цин ласкали подушку, на которой спал этот человек. На какое-то время у нее заныло сердце. Прошлой ночью у нее был сильный жар, и он лично позаботился о ней и спал очень долго. Она видела его усталые, налитые кровью глаза. Он уже был занят своей работой, и она доставила ему еще больше хлопот.

Она не была хорошей женой.

Как раз в тот момент, когда она задумалась, дверь распахнулась. Вошел Лу Шаомин в белой рубашке и черных брюках.

К нему вернулась его элегантная и красивая внешность, и он избавился от усталости. Его скульптурное и красивое лицо было сияющим и блестящим.

Этот парень точно мог бы сплотиться.

В руке он держал чашку с теплой водой. - Его глаза были полны нежности, когда он говорил. “Я так и думал, что ты не спишь. Может ты хочешь пить? Подойди и выпей стакан воды.”

Лу Шаомин выпрямился, сунул руку в карман брюк и протянул ей чашку.

Нин Цин слегка покраснела, зная, что мужчины различаются между днем и ночью. Но ее сердце бешено заколотилось, когда она вспомнила, как он обнимал ее и кормил лапшой с рук и лекарствами через рот прошлой ночью.

Лу Шаомин посмотрел на ее крошечные, светлые, раскрасневшиеся мочки ушей и рассмеялся, когда он сказал тихим голосом: "О чем ты думаешь рано утром? Я еще ничего не сделал, но твое лицо уже покраснело.”

Нин Цин смутилась и швырнула в него пустую чашку. “Твой ум слишком нечист. Ты о чем-то думаешь или я о чем-то думаю? Я только что проснулся и чувствую себя немного жарко.”

- Неужели?- Лу Шаомин поставил чашку на стойку, но не позвал ее. Он просто сел на кровать, протянул руку и ущипнул ее за нежное личико. “Похоже, ты хорошо поправился, потому что знаешь, как отвечать! Тогда я пойду в компанию. Утром ты отдохнешь дома, а днем я пришлю кого-нибудь, чтобы отвезти тебя к врачу.”

Нин Цин поняла, что имел в виду Лу Шаомин. Должно быть, он хотел начать действовать утром.

Нин Цин открыла рот, но в конце концов ничего не спросила. Этому человеку можно было доверять на 200 процентов.

Это тоже было хорошо. Он будет сражаться за нее, и когда он проложит ей путь, тогда она будет вести свою битву.

Она не будет ждать, чтобы умереть. Какова же была правда относительно того, что случилось три года назад? Она сама его раскроет!

- Ладно, я подожду до вечера, но Шаоминг, Шуйлинг-мой хороший друг, я ей должен, пожалуйста, не втягивай ее в это дело!”

Лу Шаомин поднял брови и сказал: "Нин Цин, ты думаешь, что Инь Шуйлин ненавидел тебя все это время?”

Лицо Нин Цин было мрачным,ее семья была разбита. Как Шуйлинг мог не ненавидеть ее?

“Я никогда не думал о том, чтобы привлечь Инь Шуйлин, но вы думаете, что СМИ отпустят ее? Позвольте мне показать вам видео.- Лу Шаомин передал свой черный сотовый телефон Нин Цин.

Лицо Нин Цин сильно изменилось после того, как она посмотрела на него.

На видео огромная группа репортеров собралась и заблокировала Инь Шуйлинг у ворот школы.

- Мисс Ин, не могли бы вы сказать что-нибудь о том, что случилось три года назад?”

Инь Шуйлин была окружена таким количеством людей, но она не паниковала. Она подняла свои тонкие брови и холодно спросила их: "что вы хотите, чтобы я сказала?”

- Мисс Ин, вчера вечером кто-то обвинил Нин Цин в уничтожении вашей семьи три года назад. Вы всегда ненавидели ее?”

Сердце Нин Цин сжалось, а ладони вспотели. Она не знала, что ответит Инь Шуйлин.

Сегодня инь Шуйлин была одета в ярко-синее шерстяное пальто с белой футболкой и укороченными брюками, а на ногах у нее были кроссовки с леопардовым принтом-лаконичный и властный Европейский и американский стиль.

Услышав эти слова, она поджала губы, которые выглядели так, словно она накрасила их помадой. Ее кожа была еще светлее на фоне драгоценной синевы пальто, что делало ее еще более красивой и отчужденной. - Ненавидишь ее? Моя мать умерла от сердечного приступа. Мой отец попал в тюрьму из-за финансовых проблем компании. Корпорация инь рухнула, потому что ею неправильно управляли. Что такого сделала Нин Цин, чтобы я ее возненавидел?”

- ГМ... - пресса лишилась дара речи, сообразительный репортер быстро сказал:-Мисс Ин, вы видели фотографию, которая сегодня утром появилась в Интернете? Нин Цин соблазнила твоего жениха три года назад!”

“Ах, это ... фото. Я видел его, но откуда мне знать, подлинный он или нет? Кроме того, разве му Юньфань мой жених? Кто-нибудь из вас присутствовал на моем ужине по случаю помолвки? Вы единственные, кто серьезно относится к этой детской помолвке.”

- ...Репортеры уставились друг на друга. Она сделала все чисто и ясно, и они не получили от этого ничего ценного.

- Мисс Ин, вы все отрицаете. Как вы поссорились с Нин Цин три года назад?”

“О” - сказала Инь Шуйлин, глядя на репортера, который задал этот вопрос с парой красивых и отчужденных глаз, которые переполнялись весельем, когда она смеялась, как звенящие колокольчики. - Рассказать тебе о том, что произошло между нами, сестрами?”

“Вы…”

Инь Шуйлин положила солнцезащитные очки в руку на свое маленькое личико, и ее тон был расслабленным и ленивым. - И это все? Если так, то я ухожу отсюда.”

…

Нин Цин прикрыла рот своей маленькой рукой, и слезы хлынули из ее глаз. Почему Инь Шуйлин защищал ее?

Разве она не ненавидит ее?

Неужели она простила ее?

Мужчина погладил ее по волосам. “О чем ты плачешь? Разве это не повод для радости? Из тебя получились отличные сестры. Каждое из слов и предложений Инь Шуйлин помогает вам.”

“Но почему же? Я думал…”

“Ты думаешь, она тебя ненавидит? Ты на самом деле ошибаешься. Вы, ребята, были сестрами в течение 18 лет, как она могла не верить в ваш характер, когда я верю в него? Как и у тебя, у нее нежное и ясное сердце, и она может видеть все насквозь ясно.”

“В таком случае, почему она не обратила на меня внимания? Три года назад у нас все было по-другому.”

“У тебя есть барьер в сердце, как и у нее. Даже если она знает, что ты невиновен, ее отец действительно дал пощечину му Юньфань из-за тебя. Всякий раз, когда она видела тебя, она думала о разорении семьи Инь. Она не могла смириться с этим, поэтому оттолкнула тебя.”

Нин Цин крепко обнял Лу Шаомина и печально воскликнул: "Что же мне тогда делать? Я действительно не знаю, что делать?”

- Предоставь все самому себе. Время успокоит все тревоги. Пока она не закончит, спокойно ждите. Ваши сердца никогда не блуждали далеко.”

- МММ.- Нин Цин кивнула.

Лу Шаомин вытерла слезы и улыбнулась. - Нин Цин, сегодня все вышло на эту стадию. Позвольте спросить, у вас есть еще какие-нибудь секреты, чтобы признаться мне?”

Еще какие-нибудь секреты?

Под мягкими, но резкими словами мужчины лицо Нин Цин застыло, и ее маленькое тело изогнулось, неуверенное и неуклюжее.

Лу Шаомин увидел, что она что-то скрывает.

“Не хочешь мне сказать? Хорошо, тогда, когда что-то случится в следующий раз, не приходите ко мне.- Лу Шаомин сделал вид, что встал и ушел.

- Эй, Шаоминг!- Нин Цин быстро схватил его за большую руку и нервно заикнулся. - У меня действительно больше нет секретов, но есть одна вещь, которая у меня была, была ... …”

- Лу Шаомин тяжело кашлянул и выглядел серьезным, когда он спросил. - Было что?”

Нин Цин отпустила руку Лу Шаомина. Она прикусила нижнюю губу своими жемчужными белками. Она подошла к кровати с таким видом, словно приняла важное решение. Она достала комикс из нижнего ящика прикроватной тумбочки.

Лу Шаомин был немного удивлен, думая, что эта девушка действительно робкая, но его глаза сверкнули. Разве это не тот комикс, который она не показывала ему, когда переехала из общежития?

Мальчик, который жил в ее подростковом комиксе.

Лу Шаомин всегда думал, что это Сюй Цзюньси, но он, должно быть, ошибся, глядя на неловкое выражение лица Нин Цин. Его взгляд был немного сложным. Ей тоже нравились другие люди?

“Это действительно последний маленький секрет, который я спрятала в своем сердце. Я ... я встретила мужчину, когда мне было 18 лет. - Сказала Нин Цин, сдерживая свою застенчивость и осторожно открывая комикс.

Лу Шаомин взглянул на него, и его зрачки резко сузились.

На чистой и теплой бумаге формата А4 был нарисован карандашом портрет мужчины лет 26-27, с красивыми точеными чертами лица, острыми бровями, похожими на мечи, высоким носом и красивым лицом.

Мужчина был одет в черное шерстяное пальто и тонкий свитер с синим V-образным вырезом внутри. Он лежал на земле, прижав руку к животу, и был ранен.

Лу Шаомин не знал, смеяться ему или нет. Он был знаком с человеком из комикса.

Это был он три года назад!

27-летний Лу Шаомин!

Он всегда думал, что она не помнит его, но не думал, что эта встреча была тихо включена в ее девичий комикс.

Когда же она думала о нем?

И все это время он ей нравился?

- Этот человек... - его голос был немного хриплым.

Нин Цин не смела взглянуть на него из страха, что он рассердится, но ей пришлось объяснить “ " три года назад он был ранен, и я спасла его, мы только однажды встретились…”

“Ты нарисовала его сразу после того, как встретила однажды?”

Нин Цин прикусила губу, не зная, что сказать: “Да, мы действительно встречались только один раз. Его внешность... в порядке, но, конечно, он не такой красивый, как муженек.- Нин Цин вытянула свой мизинец и схватила его за штаны, пытаясь угодить ему. "Шуйлин любил рисовать с тех пор, как мы были детьми. Я был под ее влиянием и тоже начал любить рисовать. Позже, вернувшись домой, я как-то его нарисовала.”

“МММ, он тебе понравился?”

Нин Цин не посмела кивнуть головой и подчеркнула: “Он произвел на меня совершенно особое впечатление, в отличие от тех людей, которых я знал.”

О, особенный?

Лу Шаомин издала легкий смешок и сжала свою крошечную челюсть двумя пальцами. "Сюй Цзюньси был вашим детским возлюбленным в течение 18 лет, разве вы не собирались встретиться с ним тогда? Где ты оставил Сюй Цзюньси?”

Ее уклончивые осенние зрачки встретились с его черными глазами. У него были такие красивые глаза. Они были ярче, чем Луна на небе, и намек на веселье сверкал в его глазах. Она была загипнотизирована им. - Моя любовь к Сюй Цзюньси ... была, наверное, недостаточной, иначе я не отпустила бы его так легко после его предательства. Было больно, но почти не было сопротивления. Моя любовь к нему тогда не была даже 10% моей любви к тебе сейчас.

"Я был с ним в течение 18 лет. Аккомпанемент уже вошел в привычку,но не было никаких колотящихся моментов. В то время я был слишком молод, чтобы знать, что такое любовь. Мое единственное свидание с Сюй Цзюньси было испорчено мной в любом случае. ”

Лу Шаомин потерла нежную кожу подбородка грубым большим пальцем и посмотрела на комикс. “Тебе нравятся глаза этого человека?”

В комиксе он видел, что она рисовала очень тщательно.

Его глаза были тщательно скопированы ею, и ему нетрудно было представить себе застенчивое и раскрасневшееся выражение ее лица в то время.

“Да.- Нин Цин честно кивнула.

Лу Шаомина это немного позабавило. Неужели он так сильно изменился за эти три года?

Она не узнала его, Хотя сейчас он стоял прямо перед ней?

Возможно, она никогда не думала, что мужчина, которого она тайно любила, действительно появится в ее жизни и станет ее мужем.

Лу Шаомин хотел что-то сказать, когда за дверью раздался голос Чжу жуя: “президент.”

Лу Шаомин отпустил ее, наклонился и поцеловал в сладкие губы. “Я иду в офис, а вечером вернусь домой. Кроме того, отличный вкус.”

Мужчина ушел.

Даже после того, как Лу Шаомин ушел, Нин Цин не мог оправиться от своего “великолепного вкуса”. Неужели он ... принял не то лекарство?

Он совсем не сердился?

Нин Цин закрыла комикс и взяла его на руки. Она вдруг повернула голову и посмотрела на дверь. Почему она вдруг почувствовала, что глаза Лу Шаомина кажутся ей знакомыми, почти такими же, как у человека из комикса?

- МММ.- Нин Цин откинулась на мягкую кровать и накрыла свою маленькую голову одеялом. Может быть, у нее была высокая температура и она обожгла себе мозг? Как ей могла прийти в голову такая нелепая мысль?

Нин Цин медленно коснулась подушки Лу Шаомина своей маленькой рукой, а затем зарылась в нее своим красным лицом. Его запах был действительно чистым и очаровательным.

Это разрывало ей сердце на части.

Знакомое сердцебиение.

Это было похоже на то, как сильно билось ее сердце три года назад.

Ах, это было так неловко, как она могла увлечься двумя мужчинами?!

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 126:Возвращение Нин Цин

Нин Цин легла на кровать и некоторое время ворочалась с боку на бок. Она встала, чтобы умыться и почистить зубы. Когда она спустилась по ступенькам, тетя Ян поставила на стол свой обжигающе горячий завтрак.

- Мадам, вы уже проснулись, идите скорее завтракать.”

“Окей. Нин Цин кивнула головой и подошла ближе.

Когда она проходила мимо гостиной, телевизор в гостиной транслировал ежедневные развлекательные заголовки, и когда Нин Цин увидела знакомую фигуру, она остановилась как вкопанная.

Перед Гуан Цин Чжу жуй открыл дверцу машины, и оттуда вышел Лу Шаомин, одетый в черный костюм.

Журналисты, разбившие на ночь лагерь, возбужденно толпились вокруг него. - Молодой господин Лу, Нин Цин-первая девушка, которую ты официально признал. Теперь она страдает от этих слухов, вы бы согласились на интервью?”

Его окружали по меньшей мере 100 журналистов. Все толкались, чтобы окружить его, но они не ожидали прибытия охранников Гуан Цин. Ряды огромных телосложенных мужчин, одетых в темные цвета, сразу же создали путь для Лу Шаомина, чтобы подняться по ступеням.

Этот человек уверенно поднялся на два пролета лестницы на своих длинных ногах. Он держал документ двумя пальцами. Он был элегантен и очень красив.

Это действительно имело значение, насколько беспорядочным было его окружение. Он был все так же красноречив, как и прежде. Он не произнес ни слова, и каждое его движение было по-прежнему спокойным и точным.

Внезапно его фигура повернулась, и Лу Шаомин снова повернул голову.

Его темные глаза скользнули по толпе. На его лице не было ни капли страха или какого-либо намека на несчастье, но все журналисты замерли на месте и посмотрели на него с уважением.

В одно мгновение сцена, похожая на шумный рынок, стала настолько тихой, что можно было услышать падение булавки. Это была удушающая аура Лу Шаомина.

Он продемонстрировал свое влияние, не взорвавшись гневом.

Властная сила, способная управлять целой толпой.

- Конечно, я приму ваше интервью.- Сказал Лу Шаомин тонкими губами, его голос был мягким и низким.

Журналисты, подавленные его силой, пришли в себя и были вне себя от радости. Но они не посмели поднять шум. Топ-8 развлекательных журналистов города T заняли свою очередь, чтобы задать ему вопрос, и фотографы щелкнули своими камерами.

- Молодой господин Лу, вы знаете о делах, связанных с госпожой Нин Цин? Основываясь на наших знаниях, она соблазнила кого-то, чтобы получить благосклонность 3 года назад и потеряла свое целомудрие. В связи с этим, что вы можете сказать?”

Выражение лица Лу Шаомина не изменилось. Его острые глаза сфокусировались на журналистке, которая задала этот вопрос, и с улыбкой он спросил: “Нин Цин открыто признался в том, что произошло 3 года назад? Что ты хочешь, чтобы я сказал об этом? Это же нелепо-разрушать чью-то невинность без всяких доказательств.”

Журналист замер, поскольку этот вопрос был признан фактом всеми остальными, и он не думал, что Лу Шаомин будет отрицать это, тем не менее.

"Молодой мастер Лу, у нас есть фактические данные как с очевидцами, так и с фотографиями.”

“Для дела, которое произошло 3 года назад, лучшими очевидцами были бы Нин Цин и ее лучший друг Инь Шуйлин. Инь Шуйлин уже опроверг это. Нин Цин тоже не признавался. Какие еще есть свидетели? Что же касается живописных свидетельств... - Лу Шаомин нахмурился, - то это всего лишь подделанная картина. Это всего лишь работа опытного редактора. Вы просто случайно приняли его в качестве доказательства; я предлагаю всем рассмотреть фотографию в ваших руках.”

Слова Лу Шаомина заставили всех присутствующих ахнуть. Что именно он имеет в виду?

Что касается темы подправленных изображений, то СМИ были хорошо осведомлены в этом, и все присутствующие были экспертами.

Подлеченные или нет, они сразу же почувствовали разницу.

Широко распространенные изображения спальни были подлинными.

Однако все видели серьезное лицо Лу Шаомина, они знали, что каждое его слово было законом. Он не стал бы лгать. Может быть, произошло что-то подозрительное?

Журналисты оказались перед дилеммой. Они приготовили целую кучу вопросов, но теперь не могли даже воспользоваться одним из них. Инь Шуйлин отрицал это вчера, сегодня Лу Шаомин утверждал, что изображение было подделано, графические доказательства были под вопросом, свидетель оказался бесполезным... может Ли Нин Цин действительно быть невиновным?

- Молодой господин Лу,вчера поступила депеша от сотрудников дорожной полиции города т. Все пути были перекрыты на час. Ходили слухи, что это была ваша ответственность. Не могли бы вы объяснить? - Зачем ты это сделал?”

“Да так, ничего особенного.- Тон Лу Шаомина был небрежным и легким. - Вчера Нин Цин была под впечатлением от этих слухов. Она ушла из дома в припадке гнева, я прождал ее на вилле около часа. Я решил, что ни у кого нет срочных дел, поэтому пригласил весь город сопровождать меня в моем ожидании.”

Толпа была ошеломлена. - Боже мой!”

Кто еще в этом мире мог бы легко пригласить весь город сопровождать его, чтобы дождаться возвращения его женщины?

Мужчина перед ними был чрезвычайно властным.

И еще: кто тут ни при чем? Кто же был свободен?

Он был тем, у кого было больше всего свободного времени.

- Молодой господин Лу, а как насчет сильного снега в тот день?…”

"О, это была моя просьба к мэру Чжоу создать искусственный снег, Нин Цин была расстроена в тот день, и я сопровождал ее, чтобы оценить снег перед нами.”

Толпа,”….- Они хотели блевать кровью.

Только потому, что Нин Цин был расстроен, он мог заставить снег упасть? Может быть, она наложница, а он король Чжоу из Шана?

Это было возмутительно!

Думал ли он о тех, кто был одет скромно, кто застрял в пробке и превратился в снеговиков? А как эти люди себя чувствовали?

Так ли это?

Жизнь богатых людей действительно была слишком печальна для того, чтобы на нее смотрели другие.

"Молодой господин Лу, даже если это дело было вызвано чьим-то злым умыслом, не может быть дыма без огня. Ваша подруга и молодой мастер семьи Му Му Юньфань определенно были в отношениях друг с другом. Некоторые знакомые говорили, что тогда молодые мастера из семей му, Юн, Сюй и Нин очень заботились о госпоже Нин и значительно баловали ее. Все воспринимали это как родство, но если подумать сейчас, у Нин Цин был молодой мастер му, а потом президент Сюй. Неужели президент Лу, человек, который пришел позже, действительно не возражает?”

Вопрос был хитрым, и другие журналисты дали журналисту, который задал вопрос, большой палец вверх. Ух ты, он действительно осмелился задать этот вопрос.

Журналисты пристально смотрели на Лу Шаомина, стоявшего на верхней площадке лестницы. Он не хотел игнорировать ни одно из микро-выражений лица этого человека.

Чем богаче человек, тем строже он будет на фоне своих подруг. Она могла быть невинной личностью и происходила из хорошей семьи, но независимо от того, насколько чистой была Нин Цин, ее история отношений была беспорядочной.

Более того, Нин Цин и Лу Шаомин были вместе всего полгода; с точки зрения СМИ, их отношения не были исключительно основаны на романтических отношениях.

Под пристальным взглядом всех присутствующих губы Лу Шаомина медленно скривились. Солнце ярко светило на него, и он обладал элегантной и таинственной аурой для него. Держа одну руку в кармане, он медленно повернулся к камерам с затянувшейся улыбкой на лице.

Он не знал, на кого оно было направлено, но понимал, что должен кому-то сообщить об этом.

"Никто не знает; я встретил Нин Цин 3 года назад. Мне было 27 лет, и я был преследуемым политиком и получил тяжелые травмы. Я был спасен ею, когда она проходила мимо тогда. Мы влюбились друг в друга с первого взгляда.”

- Мы встретились в самом расцвете сил. У нее есть я, Лу Шаомин. Как еще один мужчина, такой как Му Юньфань или Сюй Цзюньси, будет достаточным в ее глазах? Ха.”

В этот момент Нин Цин стояла в гостиной как в тумане. Она взглянула на красивую фигуру на экране телевизора и забыла про свою реакцию.

Когда она пришла в себя, то почувствовала, что слезы текут по ее лицу.

- Она плакала.

Этот негодяй, он зашел так далеко...

Оказалось, что он был человеком, которого она спасла 3 года назад, человеком, к которому у нее были чувства, когда ей было 18 лет, теперь неожиданно стал ее мужем.

Она даже думать об этом не смела.

Почему он скрывал это от нее?

Обхватив ладонями лицо, она вдруг поняла, что все ее лицо горит огнем. Утренние события в ее голове были похожи на комиксы. Он прокомментировал: "у тебя хороший вкус.”

Он был в приподнятом настроении и немного самодоволен.

Она была влюблена в него с первого взгляда и никак не могла его забыть.

Мысль о ее юном 18-летнем " я " была очевидна для 30-летнего. Он не пытался разоблачить ее, а просто наблюдал, как она ведет себя как дура, пытаясь войти в его расположение.

Может ли он стать еще хуже?

Ууу, ей нечем было с ним встретиться.

- Мадам, не плачьте больше, если вы будете продолжать, сэр снова расстроится. Разыскивая вас вчера, он чуть не разнес город на части, чтобы сделать это.”

Нин Цин взяла салфетку из рук тети Ян, вытирая слезы. С красными глазами и застенчивым выражением лица она ответила: "Хорошо, тетя Янг. Я больше не буду плакать, я только ... …”

“Ты слишком счастлива, я понимаю твои чувства, - поддразнила тетя Ян.

Лицо Нин Цин было красным, как распаренная креветка. “Я больше не буду с тобой разговаривать.- Она прикусила губу, топнула ногой и побежала к обеденному столу.

Рядом с ней стоял стакан молока. - Она сделала глоток.

Там не было вкуса молока. Она только попробовала его затяжной аромат. Когда он вчера накормил ее лекарствами и позволил лечь на изголовье кровати... она вспомнила ощущение такого глубокого вторжения.

Ах, о чем она думала все это время?

Нин Цин покачала головой.

Рядом с ней ласково разговаривала тетя Ян. Нин Цин не слышала ни единого слова, и она не знала, что произошло вчера. Только благодаря вчерашней радиопередаче она узнала, что он оцепил дороги и создал искусственный снег исключительно ради нее.

Этот извращенец возил ее по укромным местам без какого-либо замкнутого наблюдения. Как он мог найти ее так быстро?

Он определенно сошел с ума, ожидая ее на вилле.

Точно так же, как она чувствовала себя в такси, скучая по нему до боли в сердце.

Ее сердце растаяло, как вода, и она почувствовала себя сладкой, как мед. Лу Шаомин, Лу Шаомин, как ты мог так баловать меня? Сколько еще ты можешь меня баловать?

Она была вне себя от радости. Ее разум был в полном разгаре. Ее сердце бешено колотилось из-за него, и только ради него.

В этот момент зазвонил ее телефон, тетя Ян положила трубку перед ней; это был звонок от Сяо Чжоу.

В тот момент, когда она ответила на звонок, она услышала возбужденный тон Сяо Чжоу. - Нин Цин, это отличная новость. Иди посмотри быстро! Я даже не смею поверить, что фотографии 3-летней давности были доказаны, что они были подделаны. Нин Цин, утром эта картина была определенно подлинной, наша команда сделала тесты аутентификации. Но в одночасье, было так много различных случаев фотографии в интернете, что везде, где есть изображение было сочтено "поддельным". Это точно как сон, и он сбылся без чьего-либо внимания!”

“Нин Цин, ты уже знаешь, кто это сделал, верно? На этой земле больше нет никого, кто обладал бы такой силой. Ваш муж, молодой господин Лу, действительно слишком крут!”

- Нин Цин, поскольку молодой господин Лу проложил для тебя дорогу, отныне все будет зависеть от твоей воли. Молодой мастер Лу и Инь Шуйлин всегда были на вашей стороне, ожидая, что вы отомстите и найдете свой боевой дух. Мы также ждем вас. Возвращайся скорее, вернись к той Нинцин, которую мы знаем!”

Нин Цин была безмерно тронута. До сегодняшнего дня она считала, что мир отверг ее, но теперь все еще были люди, которые поддерживали и любили ее.

Все уже ждали ее возвращения.

"Хорошо, Сяо Чжоу, у меня есть план в уме, но я должен подтвердить некоторые вопросы. Вы ждете моего звонка, и я вас не разочарую.”

“Окей.- Сяо Чжоу закончил разговор.

Нин Цин съела свой завтрак, села в машину, которую приготовил для нее Лу Шаомин, и отправилась прямо в больницу.

Она просматривала интернет, пока была в машине, и точно так же, как сказал Сяо Чжоу, этот вопрос был полностью отменен в течение дня.

Картина была признана поддельной. Рой пользователей интернета немедленно начал поддерживать ее, и многие другие все еще сомневались в том, что кто-то будет строить заговор против нее. Они сделали это своей миссией, чтобы защитить ее.

Нин Цин издала смешок.

Она знала о намерениях Лу Шаомина. Он хотел, чтобы она не давала никаких комментариев. Это было лучшим решением данной проблемы.

Не имело значения, что это случилось 3 года назад; этот вопрос был неопределенным, и она не могла позволить ему причинить больше вреда.

Нин Цин откинула голову на спинку сиденья, нервно сжав кулаки. Ее ладони вспотели. Она уже ехала в больницу, ожидая результатов обследования.

Приближался полдень, час спустя.

Сяо Чжоу получил звонок от Нин Цин.

- Голос Нин Цин был четким на линии. - Сяо Чжоу, немедленно приезжай в больницу.”

- В больницу? Нин Цин, тебе нехорошо? Я не могу пойти. Все эти два дня, которые вы скрывали от общественности, журналисты не сводили с меня глаз.”

- Я знаю, что журналисты следят за вами. Приходите в больницу и позвольте им следовать по вашему следу. Нам нужно устроить шоу, и журналисты были бы нашей лучшей аудиторией.”

Глаза Сяо Чжоу просветлели, и она уверенно сказала: “Нин Цин, не волнуйся. Предоставь мне самому все уладить. Я обещаю, что все будет хорошо.”

Сяо Чжоу поспешил в больницу.

Нин Цин была одета в белый кружевной топ и черные брюки, покрытые розовым пальто, похожим на цветущую бегонию. Красота выше всяких слов.

Сяо Чжоу застыл на некоторое время. После всех этих трудностей она беспокоилась, что Нин Цин будет хрупкой и слабой.

Она улыбнулась и все поняла. Женщина, окруженная мужчиной, была бы только более и более красивой.

Особенно такой человек.

Сяо Чжоу подошел вперед, сжал ее руку и обеспокоенно спросил: “Нин Цин, ты в порядке? Журналисты, наверное, уже едут в больницу. Как я могу помочь вам устроить это шоу? Просто скажи мне, что делать.”

“Я в порядке, Сяо Чжоу, - сказала Нин Цин, передавая ей результаты экзамена. “Взгляни-ка на это.”

Сяо Чжоу взяла простыню в свои руки и была сбита с толку: “Нин Цин, ты.. ты все еще ... …”

Сяо Чжоу был в растерянности, не находя слов.

Нин Цин улыбнулась, и ее тонкие черты лица были подчеркнуты румянцем на щеках, но больше всего это было связано с ее уверенностью. “Пойдем, Сяо Чжоу. Пойдем к лифту. Мы встретимся с журналистами по дороге.”

Нин Цин выпрямила свою элегантную спину и обернулась.

Сяо Чжоу последовал за ним вплотную.

Эти двое вышли из лифта, и когда они вышли из дверей больницы, они были окружены морем журналистов.

Журналисты уже два дня не видели, чтобы Нин Цин показывала свое лицо. Они были возбуждены и вышли вперед со своими микрофонами. - Мисс Нин, не могли бы мы узнать, что именно произошло три года назад? Фотографии в постели были фальшивыми. Ты что, невинная сторона?”

“Я сожалею, Нин Цин в настоящее время не принимает никаких интервью”, - ответил Сяо Чжоу, в то время как Нин Цин шла с опущенной головой.

В этот момент острый глаз журналиста увидел результаты обследования в ее руке и взволнованно спросил: “мисс Нин, мы можем узнать, почему вы сегодня пришли в больницу? - А зачем ты пришел?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 127:Она Была Невиновна

Казалось, что Нин Цин не слышит вопросов от репортеров. Она шла все быстрее и быстрее. Она опустила глаза и крепко сжала отчет в руках, как будто хотела спрятать его. Выражение ее лица было взволнованным.

Репортеры становились все более подозрительными, и их любопытство тоже росло.

Народу становилось все больше и больше. Кто-то толкнул Сяо Чжоу, и она врезалась в Нин Цин, издав слабый крик. Они стояли в состоянии неуверенности, но сильный порыв ветра донес бумагу из рук Нин Цин до толпы.

“Я все понял, все понял!- Раздался крик удивления.

- Давайте посмотрим!- Толпа бросилась посмотреть на него.

После того, как они увидели его, толпа ахнула и оглянулась на Нин Цин с недоверием.

Нин Цин прислонилась к плечу Сяо Чжоу, слабая и хрупкая, с паникой и стыдом на лице, когда большие капли слез хлынули из ее глаз.

…

Сидя в кабинете президента компании Emperor Entertainment Group, Сюй Цзюньси смотрел на экран своего компьютера.

Можно было услышать спокойный и мягкий голос Лу Шаомина. - Этого никто не знает. Нин Цин и я знали друг друга три года назад. Мы влюбились друг в друга с первого взгляда.”

Ха, три года назад она опоздала на их первое свидание, объяснив, что спасла мужчину на обочине дороги. Оказалось, что она спасла Лу Шаомина.

Она бросила его три года назад ради Лу Шаомина!

- А!- Взревел Сюй Цзюньси. Он внезапно встал и смахнул все документы со своего стола на землю.

В его груди пылал огонь. Почему, почему она обманула его?

Лу Шаомин также сказал, что у нее есть он. Лу Шаомин. Как она могла все еще смотреть на так называемых му Юньфань и Сюй Цзюньси?

Какое высокомерие.

Так легкомысленно и нагло.

Но Лу Шаомин был прав. С ним Ли Нин Цин все еще нужно смотреть на других людей в этом мире? А она-нет.

Лу Шаомин был настолько искусен в общении с прессой, что одно его заявление могло заткнуть рот каждому в этом мире!

Сюй Цзюньси болезненно закрыл глаза и тяжело вздохнул. Многозначительная улыбка Лу Шаомина не выходила у него из головы. Он принял провокацию и презрение Лу Шаомина.

И снова его достоинство было жестоко попрано этим человеком.

Когда ему стало больно, дверь кабинета распахнулась настежь. Вошла Нин Яо с термосом в руке. Она улыбнулась и сказала: “Цзюньси, я приготовила тебе суп...” - Нин Яо увидела документы на земле, и выражение ее лица изменилось. Она поспешно подошла к нему и спросила: “Цзюньси, что с тобой?”

Она поставила термос на стол и нежно обняла Сюй Цзюньси.

Сюй Цзюньси вдохнула теплый аромат Нин Яо и посмотрела вниз на свой выпирающий живот. Он заставил себя подавить отвращение в своем сердце и медленно опустился в офисное кресло. “Ничего. Я только что прочитал отчет Лу Шаомина, и у меня не очень хорошее настроение. Почему ты снова здесь? Вы должны уделять себе больше внимания и больше отдыхать.”

- Цзюньси, я в порядке. Нин Яо осторожно присел на корточки и добродетельно поднял лежащие на земле документы. - Я тоже только что прочитала отчет, - ее нежный голосок, похожий на голос певчего певца, был пронизан утешением. Цзюньси, как ты думаешь, эта фотография настоящая или поддельная?”

- Хм!- Сюй Цзюньси фыркнул, когда его глаза потемнели. - Фотография настоящая, но ее тайно изменил Лу Шаомин.”

Нин Яо недоверчиво прикрыла рот рукой и покачала головой. - Невозможно, Лу Шаомин обладает такой способностью? Цзюнси, я думаю, что моя сестра невиновна. Было ли какое-то недоразумение три года назад?”

Сюй Цзюньси посмотрел на простую и добрую внешность Нин Яо. Он протянул руку и обнял ее. - Он нежно ущипнул ее за кончик носа. “Ты просто слишком чиста. С статусом Лу Шаомина нетрудно изменить картину. К сожалению, он может обмануть глаза каждого в этом мире, но он не может обмануть меня. Я уже слышал, что случилось тогда;я не могу быть фальшивым. Нин Цин ... она уже грязная.”

Нин Яо обвила руками шею Сюй Цзюньси и уткнулась лицом ему в грудь. Она стиснула зубы, полная ненависти.

Она была в одном шаге от того, чтобы сокрушить Нин Цин.

Почему Лу Шаомин должен был вмешаться сам?

Этот человек отдал приказ и остановил движение для Нин Цин, и пошел сильный снег. А теперь он обманул весь мир, чтобы помочь Нин Цин. Нин Цин уже была в тупике. Он был тем, кто проложил ей дорогу.

Как же Нин Цин стоила этого?

Если бы какой-нибудь мужчина сделал все это для нее, она была бы в восторге.

Она слышала, что они познакомились три года назад. Почему Нин Цин так повезло?

- Цзюнси, если сестра уже испачкалась, то почему молодой господин Лу все еще защищает и балует ее? Разве человек не был бы обеспокоен такими вещами?”

Это было то, что заставило Нин Яо ненавидеть Нин Цин больше всего. Она думала, что Лу Шаомин без колебаний откажется от Нин Цин после того, как она разоблачила этот инцидент три года назад; она не думала, что Лу Шаомин будет любить Нин Цин и баловать ее еще больше.

Она никак не могла этого понять.

Вопрос Нин Яо также поразил мягкое место в сердце Сюй Цзюньси. Он вспомнил о звонке, на который хотел с ней поспорить, и почувствовал себя так, словно получил пощечину.

Его красивое лицо было немного мрачным, и он презрительно сказал: “кто знает? Может быть, у Нин Цин есть какие-то необыкновенные навыки в постели. Лу Шаомин был соблазнен ею.”

Прекрасное лицо Нин Цин, которое могло бы соблазнить всех живых существ,и ее мягкая и изящная талия вспыхнули в его сознании. Ха, как эротично.

Нин Яо поцеловал Сюй Цзюньси в лицо. Она проиграла большую часть этой битвы. К счастью, она не была разоблачена. Теперь, когда Сюй Цзюньси была так противна Нин Цин, она также могла считать это маленькой победой.

Она могла только сдержаться на некоторое время и найти другой шанс.

- Ладно, Цзюньси, давай больше не будем говорить о сестре. Я приготовила тебе немного супа. Пейте его, пока он горячий.”

Нин Яо открыла чашку термоса, и оттуда донесся сильный аромат супа.

Сюй Цзюньси тоже слегка улыбнулась. Нин Яо лично кормила его с ложечки, и он наслаждался ее нежностью.

После нескольких глотков супа секретарша Сюй Цзюньси толкнула дверь и вошла внутрь. "Президент Сюй, есть новый прогресс в делах Нин Цин.”

- Ну и что же?”

…

Сюй Цзюньси и Нин Яо смотрели видео, и женщина-якорь в видео сообщала взволнованно.

- Сегодня в полдень мы столкнулись у ворот больницы с нашей кинозвездой нового поколения-королевой Нин Цин. В то время она держала в руке больничный отчет и хотела поскорее уехать, но произошел инцидент. Репортаж упал на землю и был поднят нашим репортером. Этот отчет шокировал всех. Это был отчет Нин Цин о проверке девственности.”

Нин Яо превратилась в камень, как только услышала это.

- Что... Что? неужели она ослышалась?

Нин Цин все еще была с ней...в первый раз?!

В то же самое время ее тело было мягко отодвинуто. Оказалось, что Сюй Цзюньси оттолкнула ее от своих рук. Его немигающий взгляд был прикован к видео.

Сердце Нин Яо упало, и она поняла, что ситуация выглядит не очень хорошо. Если бы кто-нибудь спросил, кого в этом мире больше всего волнует первый раз Нин Цин, это определенно был бы Сюй Цзюньси!

Ведущая показала репортаж на камеру и продолжила: “В этом репортаже ясно говорится, что Нин Цин не имеет никакого сексуального опыта. По этой причине я беседовал с главным врачом Нин Цин, доктором Лян Цзэляном, гинекологом из Китая. Вот интервью с доктором Лянгом.”

Лян Цзэлян был известным гинекологом в Китае. Знатные и богатые жены, популярные актрисы первого класса в индустрии развлечений-все они приходили к ней, когда болели. Этот человек был старше 50 лет, справедливый и мягкий, и имел отличную репутацию во всей отрасли.

Она-надежный эксперт.

Доктор Лян, одетый в белый лабораторный халат, сказал в камеру: "пациентка пришла ко мне сегодня в полдень, но почти ничего не сказала. Ее глаза были красными, когда она попросила у меня отчет о проверке девственности. Пациент - это Нин Цин. Я просто не могу ее не узнать. Я кое-что слышал о том, что с ней случилось. Как врач, если она невиновна, я не пожалею сил, чтобы помочь ей.

- Я серьезно прошел обследование и принимаю репутацию моего врача как гарантию здесь. Нин Цин абсолютно все еще девственница. Кроме того, причина, по которой я согласился на это интервью, заключается в том, что я хочу, чтобы вы все прекратили сплетничать и гадать. Она всего лишь 20-летняя девушка. Ее личные и конфиденциальные вещи не должны быть раскрыты/ пожалуйста, прекратите клеветать на нее.”

Камера переключилась на Нин Цин и Сяо Чжоу. Лицо Нин Цин было бледным, и слезы все еще висели на ее щеках. Сяо Чжоу строго отчитал их “ " все должны прекратить снимать. Пожалуйста, верните отчет нам! Ради девочки, пожалуйста, дай ей немного достоинства.”

Репортеры были немного смущены.

- Сяо Чжоу.- Нин Цин мягко остановила ее и вздохнула. “Забыть его. Теперь, когда все закончилось, я могу просто стоять здесь и рассказывать всем и всем, кто заботится обо мне.”

Репортеры были вне себя от радости. Кто-то быстро спросил: “мисс Нин, почему вы сдали этот экзамен?”

Нин Цин протянула свою маленькую руку, чтобы вытереть слезы, и все почувствовали жалость к ней после того, как увидели ее прекрасное плачущее лицо. “Как всем известно, позавчера вечером меня оклеветал Сюй Линь, что касается моего лучшего друга и моей собственной репутации. Резкие слова Сюй линя лишили меня возможности защищаться. По этой причине я был расстроен и подавлен в течение двух дней.

“За последние два дня меня допрашивали со всех сторон. Более того, мои родственники, друзья и близкие также были вовлечены в водоворот этого заговора. Сюй Линь совершил много жестоких провокаций. Я страдал, но у меня не было никаких доказательств. В конце концов, я решил выбрать больницу и пройти обследование. Я намеревался отправить этот отчет Сюй Лину, чтобы показать ей доказательства и попросить ее прекратить нападать на меня, но я не ожидал, что вы, ребята, узнаете об этом.

“Такого рода вещи, выставленные на всеобщее обозрение, не славны, и я не хочу, чтобы это произошло, но поскольку все уже обернулось подобным образом, тогда я, Нин Цин, торжественно сообщу всем через средства массовой информации, что я невиновен!”

Репортеры бросились вперед “ " Мисс Нин, мы все верим, что вы невиновны. Ваши слова подразумевают, что это заговор, кто вредит вам?”

Нин Цин не ответил, но Сяо Чжоу молча подошел и сказал: “все заговоры будут раскрыты в один день. Мы подождем и посмотрим. Наконец, студия Нин Цин официально проведет пресс-конференцию во второй половине дня и отправит приказ о прекращении огня в Сюйлинь. Слухи умирают вместе с мудрыми. Я надеюсь, что этот фарс закончится здесь. В будущем мы будем ориентироваться на все законные каналы, чтобы иметь дело с теми, кто порочит репутацию Нин Цин.”

…

Сюй Цзюньси была шокирована. В голове у него звенело, и он был сбит с толку.

Нин Цин был чист?

С Му Юньфан ничего такого не было. Никаких грязных трех лет в индустрии развлечений, и она даже не была тронута Лу Шаомин! Она была чистой?

Нет, он в это не верил. Он никогда в это не поверит.

- Ха... ха-ха... - Сюй Цзюньси вдруг рассмеялся и невольно пробормотал: - я понимаю! Теперь я все понимаю! должно быть, она подкупила Лян Цзе.”

Секретарша никогда раньше не видела Сюй Цзюньси в таком состоянии. Он пошел вперед объективно и сказал: “президент Сюй, вероятность того, что доктор Лян Цзэлян будет подкуплен, почти равна нулю. Тебе следовало бы это знать.”

“Я даже не знаю! Я вообще ничего не знаю!- Прорычал Сюй Цзюньси.

- Цзюньси, да что с тобой такое? Не пугай меня, не пугай меня и моего ребенка.- Нин Яо бросился вперед, чтобы удержать Сюй Цзюньси.

Но Сюй Цзюньси отступил на несколько шагов. Внезапно он увидел в Нин Яо свирепого зверя. Он покачал головой от боли. “Не трогай меня, пожалуйста. Если ... если она невиновна, тогда я, тогда как я могу быть ... грязным? Мы дали обещание, что никогда не предадим друг друга.…”

Лицо Нин ЯО было бледным, а в ушах звенел голос. Все было кончено. Она знала, что между ней и Сюй Цзюньси все кончено!

Затем дверь кабинета снова распахнулась. - Председатель Сюй, Нин Цин, Мисс Нин здесь.”

- Кто же это?- Сюй Цзюньси, кажется, пропустил его.

- Нин Цин, Мисс Нин.”

Сюй Цзюньси пришел в себя. Он был слегка ошеломлен, а затем вылетел, как порыв ветра.

- Цзюньси, подожди меня.- Нин Яо бросилась догонять его.

…

Сюй Цзюньси выскочил из дверей кабинета. За дверью стояла красивая розовая фигура. Пришел Нин Цин в сопровождении Сяо Чжоу.

Сюй Цзюньси застыл на месте, словно ошеломленный. Впервые он осознал, что уже три года не смотрит на нее как следует.

Она все еще выглядела так же, как и три года назад. Она совсем не изменилась, за исключением своего красивого лица и изящной фигуры, которые теперь были еще лучше.

Она совсем не изменилась. Неужели это он изменился?

Раньше они были так счастливы. Их сердца были близки друг к другу, но теперь, как бы близко они ни стояли, она казалась недосягаемой.

- Нин Цин, здесь Президент Сюй.”

Нин Цин играла с маленьким украшением, повернувшись к нему спиной. Когда она услышала напоминание Сяо Чжоу, она медленно повернулась.

Глядя на внешний вид Сюй Цзюньси, Нин Цин подняла губы и улыбнулась: "почему, как ты заставил себя выглядеть таким изможденным? Было ли это слишком большим потрясением услышать, что я все еще девственница? Я все еще помню звонок, который президент Сюй сделал мне вчера, как вы усмехались и говорили так резко. Как будто ты была счастлива, что причинила мне боль.”

Отчуждение и безразличие в глазах девушки были настолько острыми и живыми, что Сюй Цзюньси вообще не чувствовал боли. Он тупо шагнул вперед и упрямо спросил:”

Нин Цин знала, о чем он спрашивает. - Она сделала шаг вперед. Они стояли в метре друг от друга. Ее губы были красными, когда она сказала: "Да!”

Тело Сюй Цзюньси внезапно задрожало,” О, Ха-ха... " - Он посмотрел вниз и неловко рассмеялся.

Нин Цин холодно посмотрела на него и медленно произнесла: “Сюй Цзюньси, этот удар слишком тяжел? Ты можешь это выдержать? Ваша глубоко укоренившаяся вера в то, что я грязен, поддерживала вас в течение трех лет и превратилась в неизлечимое заблуждение.

“На самом деле, вам все равно, что Му Юньфань и я спали вместе три года назад или если бы я был невиновен? Все, что вы видите-это результат. Я больше не чистый человек. Итак, у тебя была веская и разумная причина обмануть, и ты даже растоптал меня, но теперь твоя вера рухнула. Вы вдруг поняли, что были неправы. Вы можете об этом пожалеть. Вы, наверное, полны печального сожаления. Счастье явно было в ваших руках, но вы лично разрушили его.”

- Ха.- Сюй Цзюньси был немного подавлен. Неужели она пришла посмеяться над ним и напасть на него? Тогда ей это удалось. Она была слишком жестокой. Каждое сказанное ею слово пронзало его сердце.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 128:Это Все Предначертано

- Да, я действительно сожалею об этом!- Сюй Цзюньси потерял контроль и заревел. Он сделал два шага и схватил Нин Цин за плечо. Он не смог совладать со своими чувствами и встряхнул ее. “Вы удовлетворены тем, что делаете это таким образом; вы счастливы сейчас, не так ли? Нин Цин, почему двое из нас оказались в такой ситуации? Ты, несомненно, моя!”

Нин Цин холодно рассмеялась в своем сердце. Этот человек, при нынешнем положении дел, все еще не мог саморефлексироваться.

Секретарь и Нин Яо увидели, что Сюй Цзюньси ведет себя подобным образом, и хотели пойти вперед, чтобы остановить его, но не посмели. Сяо Чжоу молча сжала пальцы в кулак, но Нин Цин заранее сказала ей, что независимо от того, что Сюй Цзюньси сделает с ней, она не должна выходить вперед, чтобы остановить его действия.

Нин Цин предвидел, что Сюй Цзюньси потеряет контроль над своими чувствами.

Сяо Чжоу пристально смотрел на Сюй Цзюньси, просто надеясь, что он не причинит вреда Нин Цин.

Нин Цин внимательно наблюдала за Сюй Цзюньси, ее взгляд стал серьезным. - Сюй Цзюньси, ты не понимаешь, как мы оказались в таком состоянии? На самом деле у меня есть много вопросов, которые я также не понимаю.”

"То, что произошло 3 года назад – только Инь Шуйлин и я присутствовали на сцене. Учитывая участие тети Юн, тети Му и вашего двоюродного брата Сюй линя, откуда взялись фотографии? Я никогда не держал зла на Сюй линя. Почему она должна была так навредить мне?”

Сюй Цзюнси отпустила плечо Нин Цин и с любопытством спросила ее: “что ты имеешь в виду?’

“Вы не понимаете, что я говорю? Даже если я был пьян 3 года назад, почему я вошел в комнату му Юньфаня пьяным? С чего бы ему быть пьяным в одно и то же время? Тогда у кого были свои руки на фото. Кто держал его в своих руках до сих пор, ожидая, чтобы причинить мне вред?”

"Кроме того, ключевой момент заключается в том, что вы дистанцировались от меня из-за инцидента с Му Юньфанем. Если бы этого не произошло, наши отношения были бы ясны. Тогда это должно заставить вас задуматься. Кто был заинтересован в том, чтобы нас разлучить? Тебе не кажется, что за всем этим стоит кто-то еще?”

Сюй Цзюньси отпустила Нин Цин и отступила назад. Он болезненно схватился за свои короткие волосы и яростно взревел: “кто бы это мог быть? И кто же это был на самом деле? Я займусь расследованием этого дела. Я не позволю этому человеку уйти!”

Нин Цин посмотрел на Сюй Цзюньси. Она подняла свой пристальный взгляд и сосредоточилась на бледном лице Нин Яо. Ее губы изогнулись в улыбке, и она очаровательно улыбнулась.

Она обратила свои слова к Сюй Цзюньси, но ее глаза были прикованы к Нин Яо. - Расследование будет легким делом. Разве Сюй Линь не твой двоюродный брат? Противоборствующая сторона считала, что она абсолютно уверена в своем предсказании. Сюй Линь был лучшим человеком, чтобы раскрыть правду. Этот человек не учел, что чем больше содержание шантажируемого материала, тем больше вероятность того, что это будет иметь обратный эффект. Как близкий родственник, вы хорошо понимаете характер Сюй линя. Если вы проследите дело более тщательно, истина будет раскрыта.”

Нин Яо сделала несколько шагов назад, ее сердце было в большой боли. Даже живот у нее болел, и она обхватила его двумя руками.

Нин Цин была слишком злой. Ее приезд на этот раз... она была здесь не для того, чтобы выпендриваться, а для того, чтобы разобраться в сути дела, она использовала Сюй Цзюньси.

Назревали неприятности. Если Сюй Цзюньси вмешается в это дело, что она будет делать?

Нин Цин посмотрела на шрам на лице Нин Яо. Показав удовлетворенную улыбку, она решила покончить с этим. “Я сейчас уйду.- Она повернулась и ушла.

Но всего через два шага ее тонкую талию схватил Сюй Цзюньси.

Нин Цин остановилась как вкопанная и даже не попыталась обернуться.

Глядя на ее нежный профиль сбоку, Сюй Цзюньси сжимала и отпускала его ладони несколько раз. Его сердце было в полном смятении, и он не знал, что сказать. “Цинцин….”

Он использовал ее прозвище, чтобы окликнуть ее.

Нин Яо, стоявшая позади него, закусила зубы. У нее упало сердце.

Нин Цин по-прежнему не оборачивалась. Спокойным голосом она сказала: "Завтра я передам тебе акции Инь Хуан.”

Сюй Цзюньси застыл, но не выказал никаких признаков радости. - Но почему же?”

- Сюй Цзюньси, разве ты не знаешь? Вообще-то я всегда тебя ненавидел! Мы были влюблены в детстве в течение 18 лет, но из-за того, что я взял на себя ответственность за падение семьи Юнь 3 года назад, меня выгнали из семьи Нин. Я отчаянно боролся, чтобы выжить в индустрии развлечений, я страстно желал, чтобы вы помогли мне в то время и дали мне плечо, чтобы плакать. Тебе не следовало так себя вести. В то время ты был моим братом Юньси, моим женихом.”

Слезы навернулись на красные глаза Сюй Цзюньси. Его лицо было мокрым. Он болезненно закрыл глаза,“.... Извиняюсь…”

- Потому что я тебя ненавижу. Вот почему после получения акций Инь Хуан я не хотел, чтобы у вас была хорошая жизнь. Я поклялся, что те, кто оскорблял меня в прошлом, отомстят мне один за другим. Но сегодня я поняла, что больше не ненавижу тебя. Я знаю, что двигаюсь дальше.”

Сюй Цзюньси посмотрел на красивую фигуру перед собой и потерял ход своих мыслей. Она улыбалась, и ее нежное лицо было чистым и милым.

3 года назад. Прошло уже 3 года с тех пор, как она издавала такой счастливый смех.

"Я больше не ненавижу тебя, потому что в твое отсутствие небеса дали мне Лу Шаомина, хорошего человека, который действительно понимает и балует меня, заставляя меня любить его неудержимо. Вы знали, что вчера проиграли пари? Он хотел меня, не спрашивая о моем прошлом. Мы начнем все заново.”

Нежный голос Нин Цин был подобен пучку иголок, уколовших сердце Сюй Цзюньси. Ему было так больно, что он думал, что задыхается.

Она больше не любила его. Неужели он ненавидит ее?

Он ненавидел только самого себя.

Он в одиночку покончил со своим счастьем.

Сюй Цзюньси отпустил запястье Нин Цин. Нин Цин тут же ушла.

Заметив, что мужчина позади нее без раздумий бросился в погоню, Нин Цин не остановилась. Она только продолжала идти и сказала: "Теперь я замужем за Лу Шаомом. Прошло уже полгода. Когда моей маме понадобились деньги на операцию, вы не захотели помочь мне, но он оказал свою помощь, и брак был условием. Слушай, ты все еще не понимаешь. Это ты толкнул меня к нему своими собственными руками.”

Сюй Цзюньси был совершенно шокирован.

…

Нин Цин и Сяо Чжоу сели в машину. Сяо Чжоу не мог не показать Нин Цин большой палец вверх. - Нин Цин, тебе становится все лучше и лучше. Сюй Цзюньси сейчас должно быть полна сожалений. Он сделал это сам с собой. Он предпочел Нин ЯО, это претенциозное существо, тебе. Я ожидал этого дня еще полгода назад. И вот этот день наконец-то настал!”

Нин Цин выглянула в окно. У нее больше не было обид в жизни. Улыбаясь, она сказала “ " Иногда, многие вещи ... обречены.”

- Ай.- Сяо Чжоу использовала свой локоть, чтобы подтолкнуть Нин Цин, ее выражение лица было двусмысленным. “Нин Цин, ты хочешь сказать, что ты и молодой господин Лю должны были быть вместе?”

Нин Цин сразу же смутилась и не ответила Сяо Чжоу.

Сяо Чжоу все еще была заинтересована, она непрерывно бормотала: “Нин Цин, я не знала, что ты встретил молодого мастера Лу три года назад. Неудивительно, что молодой господин Лу нашел тебя полгода назад. Он не мог перестать помогать тебе. Он даже женился на тебе. Должно быть, он не мог выкинуть тебя из головы с тех пор, как ты впервые встретилась.

- Нин Цин. Разве ты не знаешь, как все теперь ревнуют к тебе? Молодой мастер Лу балует вас по максимуму. Другие мужчины используют свежие цветы, вино и сладкие слова, чтобы создать романтику, но молодой господин Лу скрывал свою привязанность. Как только он, наконец, показал это, он создал сенсацию во всем городе.

- Да, Нин Цин, есть одна вещь, которую я не понимаю. Что происходит между тобой и молодым господином Лу? Ты так долго была замужем, как он мог вообще не прикасаться к тебе? В этом нет никакого смысла. Может ли молодой господин Лу быть…”

"Сяо Чжоу, прекрати нести чушь!- Тут же перебила ее Нин Цин. - Он...у него все хорошо.…”

Только она знала, каким диким и страстным был этот мужчина, когда-то снявший свой джентльменский пиджак.

Проблема была только в ней одной.

Она считала себя нечистой. Она боялась, что он почувствует отвращение. Но теперь все было хорошо, ведь она была невиновна.

Он должен был знать, как сильно она хотела подарить ему свое чистое тело.

“Тогда, Нин Цин, это все твоя вина, молодому господину Лу в этом году 30 лет. Как ты могла позволить ему оставаться целомудренным все это время? Разве вы не боитесь, что он заболеет после того, как так долго его держал? Помните, что количество женщин, которые идут за ним, равно количеству волосков на корове."Глядя на застенчивое выражение лица Нин Цин, Сяо Чжоу похлопал ее по груди и с дерзкой усмешкой сказал: “Я знаю, что ты неопытна. Может ты хочешь, чтобы я одолжил тебе несколько книг для чтения? В этом вопросе женщины тоже должны получать знания, тогда мужчины будут лояльны к вам.”

- Сяо Чжоу, заткнись!- Нин Цин быстро оттолкнула ее руку и вздохнула. “Ты слишком нечиста, я хочу отстраниться от тебя. Я не могу быть под влиянием вашего плохого поведения.”

Сяо Чжоу сердечно рассмеялся “ " Нин Цин, не действуй больше. Я предполагаю, что именно в эти два дня вы двое будете участвовать в таких нечистых действиях, ха-ха.”

Нин Цин, " ... " Сяо Чжоу, не мог бы ты быть таким прямолинейным?!

…

Нин Цин не вернулась домой, она отправилась в Гуан Цин, чтобы увидеть Лу Шаомина.

Она не знала, почему хочет его видеть. Был уже полдень, и он вернется домой вечером.

Впрочем, она уже знала, что это был тот самый человек из 3-х летней давности. Он так долго хранил это в секрете ... у нее было такое чувство, будто ее сердце поцарапала маленькая кошечка; оно ужасно чесалось, и она хотела пойти к нему.

Люди на стойке регистрации Гуан Цин увидели, что Нин Цин прибыл. Они были очень вежливы с ней. Проходившие мимо рабочие возбужденно переговаривались. Эхом раздавались голоса, говорившие: "мадам…”

Нин Цин увидела, что девочки смотрят на нее с завистью. Ее щеки слегка порозовели. Да, она уже была мадам и все еще имела чистое тело. Это заставило многих других задуматься.

Нин Цин была смущена.

Чжу жуй вышел вперед, чтобы поприветствовать ее. - Мадам, что привело вас сюда? Президент должен присутствовать на совещании, он все еще в офисе.”

Чжу жуй распахнул двери в кабинет.

Молодой господин Лу стоял с красивым видом у кушетки в кабинете. Одна рука держала документ, другая-пиджак от костюма, лежащий на спинке дивана. Он выглядел так, будто вот-вот уйдет.

Когда она вошла, глаза Лу Шаомина ярко сверкнули, а губы изогнулись в очаровательной улыбке.

Нин Цин была крайне смущена. Это было не совсем обычное выражение его лица, когда он улыбался. Глядя на него, он, должно быть, знал, что она поехала в больницу.

Он выражал ей свою радость.

Лицо Нин Цин пылало. Глядя на его очаровательную улыбку, она не знала, куда девать глаза.

Три года назад этот человек заставил ее влюбиться. Она думала, что это просто красивое совпадение, просто воспоминание ее юности. Она не ожидала, что рядом с ней будет тот же самый человек.

Оказалось, что его зовут Лу Шаомин!

Это был Лу Шаомин!

Чжу жуй закрыл дверь. Лу Шаомин положил пиджак обратно на диван. - Раз уж ты здесь, то почему стоишь здесь, как бревно? - спросил он, сунув руку в карман. - я не знаю, что ты там делаешь. Переходить.”

Нин Цин застенчиво помедлила мгновение, а затем подошла к нему.

Когда она оказалась рядом с ним, его рука, которая раньше была на документе, обхватила ее тонкую талию, и он притянул ее в свои объятия. - Но почему же? Почему ты такой застенчивый?”

У него был чистый запах, это было приятно пахнуть. Зимой он не включал обогреватель, а в холодном кабинете его привлекательные бакенбарды казались холодными и серьезными. Все его существо, его торжественное и формальное поведение было холодным, но это объятие было уютным и теплым.

Когда он заговорил, его губы были прижаты к ее нежному лицу, а голос звучал тихо и твердо.

Он все еще спрашивал, почему она так застенчива.

Этот 27-летний мужчина, которого она встретила, когда ей было 18 лет, теперь был ее мужем, и он был так нежен к ней.

Кто мог бы противостоять этому?

Нин Цин больше не могла этого выносить. Она наклонила голову в сторону, чтобы избежать его запаха, но была совершенно обессилена. Она оцепенела от его чистого и бодрящего запаха.

“Ты, почему ты решил скрыть это от меня? Вы, очевидно, человек из 3-х лет назад. Ты смотрела на меня так сегодня утром, ты... ты” " - Нин Цин не могла продолжать дальше и только ударила его кулаком. “Ты такой плохой.”

Лу Шаомин позволил ей ударить его. Двумя пальцами он взял ее за подбородок, заставляя посмотреть на себя, и спросил: - Дорогая, что случилось сегодня утром? Я слышал, как ты мне признался? Вы должны смело признаться, если я вам нравлюсь. Если ты такой застенчивый и тонкий, как я могу знать твои истинные чувства?”

Лу Шаомин использовал свои губы, чтобы коснуться ее элегантных губ. - Более того, юная госпожа, вы слышали тон, которым говорили, - сказал он проникновенным голосом, - Совсем как кошка в жару. Вы можете продолжать использовать этот застенчивый тон. Ваш муж любит это слышать.”

Он... как он мог такое сказать?

Все тело Нин Цин было в огне. Ее сердце бешено колотилось, глаза ярко блестели. Она стиснула свои аккуратные зубы и смущенно сказала: “Кто, кто тебе признался? Бесстыдно! Как тебе мой застенчивый тон? Пары говорят примерно так. Только у вас есть мнение против этого.”

Лу Шаомин посмотрел на ее алые щеки, как будто она была пьяна. Ее глаза ярко вспыхнули.

Он знал, что она была крайне смущена, но в то же время отчаянно упряма. Она могла смотреть на него, скулить и даже отвечать ему.

Настанет день, когда он завоюет ее.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 129:Сегодня Или Завтра Вечером...

“Еще есть время, - сказал Лу Шаомин.

Нин Цин не смела шутить с ним. Это была серьезная офисная обстановка. Он осмеливается быть "немым“, но она не осмеливается быть”бесстыдной".

“Лу Шаомин, отпусти меня!- Нин Цин попыталась вырваться из его большой ладони. Когда она изогнула свое подвижное маленькое тело, то тут же упала с его ноги и покатилась по ковру.

Рядом с ней стоял чайный столик. Рука Нин Цин наткнулась на него. - А!”

- Президент, Мадам.- Чжу жуй услышал крик с того места, где он стоял снаружи, и быстро открыл дверь.

После того, как он открыл дверь, неловкость накрыла его лицо. Шелковистые волосы мадам были в беспорядке, и две маленькие руки крепко сжимали ее одежду, как будто она была изнасилована.

Лицо Лу Шаомина было таким же черным, как цвет дна горшка.

Нин Цин выглянула наружу и поняла, что они сильно смутились. Вероятно, настало время для встречи. Высокопоставленные люди Гуан Цин все стояли позади Чжу жуя, и они смотрели на них с широко открытыми ртами.

- Убирайся отсюда!- Лу Шаомин недовольно нахмурился.

- Да, сэр.- Чжу жуй быстро закрыл дверь.

Лу Шаомин обхватил тонкую талию Нин Цин и помог ей подняться. Он посмотрел на ее тонкую руку, и его глаза были полны душевной боли. “Не то чтобы я хотел тебе что-то сделать. Я всего лишь хотела поцелуя. Почему ты так взволнован? Дайте-ка подумать. - Где ты ранен?”

“Со мной все в порядке.- Нин Цин отвела назад свою тонкую руку и не осмелилась взглянуть на него. Она знала, что причинила ему неприятности. Другие видели президента Гуан Цин именно таким.

Она опозорила его.

Но он это заслужил.

- Шаоминг, я иду домой. Приходите сегодня вечером пораньше.- Нин Цин развернулась и побежала прочь.

Лу Шаомин вздохнул, глядя на ее прекрасную фигуру. Он думал, что она так легко смущается, потому что он плохо ее обучил. Она стеснялась именно этого; как она справится в будущем?

В то время как Лу Шаомин был втайне расстроен, Нин Цин была в состоянии стыда.

На всем пути к выходу никто не осмеливался сплетничать перед ней, но все шептались позади нее.

“А вы слышали? В кабинете президента президент держал мадам в своих объятиях и хотел сделать это вместе с ней. Мадам уже была на земле.”

“О боже мой, нет! Наш президент выглядит как чистосердечный человек без всяких желаний. Как он может быть таким энергичным? Посмотри на возраст его жены. Держу пари, она этого не вынесет.”

…

Нин Цин вернулась на виллу. Тетя Ян готовила ужин. Нин Цин посмотрела на дедушкины часы в гостиной. Было уже семь часов вечера.

Лу Шаомин еще не вернулся.

Она ждала его, продолжая читать. Когда два луча света ударили ей в глаза, Нин Цин быстро подняла свою маленькую головку и увидела, что "Бентли" Лу Шаомина вернулся.

Она отбросила книгу и побежала открывать дверь. Она забыла надеть туфли и стояла босиком на каменистых ступеньках.

- Шаоминг.- Она открыла рот и позвала мужчину, который вышел из машины.

Снаружи виллы было туманно, и человек был одет полностью в Черное и выглядел немного отчужденным и холодным. Когда он поднял глаза, в его чистом и очаровательном взгляде появилась нежность.

На девушке было длинное белое платье и кардиган с зубчатыми краями. Она стояла под тусклым светом и выглядела теплой.

Лу Шаомин обошел вокруг машины. Когда он увидел ее маленькие нежные ножки, стоящие на ступеньках, он сжал губы и подошел к ней.

“Сколько тебе лет, ты все еще ходишь босиком? Вы забыли, что у вас была высокая температура прошлой ночью?- Большая рука схватила ее за изящную талию и легко подняла вверх.

Он отвел ее обратно на виллу.

Когда Нин Цин увидела, что он действительно рассердился, она быстро обняла его за голову. Она потерлась своим маленьким личиком о его твердую и холодную щеку и мягко уговаривала: “Шаоминг, не сердись. Ты вернулся так поздно. Я думал, ты винишь меня в том, что произошло сегодня днем в офисе. Поэтому, когда я увидела, что ты вернулся, я была слишком счастлива и забыла надеть туфли.”

Ее аромат продолжал доноситься до него, и она чувствовала себя мягкой в его руках, голос девушки был так прекрасен, что его желудок почувствовал слабость.

- Хватит об этом!- Лу Шаомин усадил ее на перила крыльца, взял мягкое полотенце, взял ее маленькую изящную ножку в свою ладонь и вытер росу с ее ступней.

Лицо Нин Цин было красным. Он смотрел вниз. Его движения были мягкими и сосредоточенными, и ее взгляд был заполнен двумя рядами густых, кудрявых длинных ресниц, которые были красивее, чем у женщины.

Она действительно становилась все более и более извращенной.

Ее пристальный взгляд был прикован к его высокомерному виду, и даже ее ноги в его грубых ладонях нагревались, заставляя ее чувствовать себя слабой.

Значит, такой мужчина, как он, тоже сделал бы это для женщины?

Ее мать говорила, что женщины должны считать своего мужа самым важным. Они должны сосредоточиться на стирке и приготовлении пищи для своего мужчины, а также служить и заботиться о своем мужчине, когда они устали от работы. Но почему он был таким?

В прошлый раз она отшлепала его по заднице и получила нагоняй от матери. Если бы ее мать увидела это ... …

Ее традиционная мать, вероятно, не сможет принять это.

Она спасла его три года назад, и теперь он так сильно любит ее. Неужели она сорвала джекпот? Неужели она нашла золото в конце радуги?

Вытерев ноги, Лу Шаомин наклонилась, подняла розовые плюшевые тапочки с ковра и надела их на нее.

Подняв глаза, он увидел, что осенние зрачки женщины пристально смотрят на него.

Лу Шаомин улыбнулся. Он оперся большой ладонью о стену, чтобы не упасть, наклонился к ней и тихо поддразнил: Твои глаза прямо сейчас говорят два слова-пожирай его.”

У Нин Цин пересохло во рту. Она сглотнула и потянулась, чтобы обхватить его тонкую талию. Она подняла свою маленькую головку, коснулась его сексуальных тонких губ и поцеловала его. - Шаоминг, вы действительно красивы, красивы и очаровательны.”

Она уже справилась со своим смущением.

Глаза Лу Шаомина потемнели, и большая ладонь схватила его за затылок, когда он завладел инициативой.

Тетя Ян услышала шум машины и поняла, что мистер вернулся. Она поставила всю еду на стол, но Мистер и миссис уже давно не выходили. Она вышла на кухню, чтобы посмотреть, в чем дело.

Увидев их, она в ужасе застыла на месте.

Мистер и миссис-идеальная пара целовались на крыльце. Они очень крепко целовались. Они были похожи на уток-мандарин с вплетенный шеями, заставляя любого, кто смотрел на них, краснеть.

Лу Шаомин был очень бдителен. Как только тетя Ян появилась, он быстро покинул сладкие объятия Нин Цин и отпустил ее.

Нин Цин очнулась от своего оцепенения и увидела тетю Ян. Она робко нырнула в объятия Лу Шаомина.

Тетя Янг рассмеялась. - Мадам, я ничего не видел. Продолжать. продолжить.- Тетя Ян повернулась и пошла обратно на кухню.

Нин Цин:это были те двое, которые целовались. Почему тетя Янг только упоминала о ней? Почему?

Просто смешно!

Может быть, она слишком увлеклась этим поцелуем? Все ее тело висело на Лу Шаомине.

Неужели ее тело последовало за словами Лу Шаомина "сожрать его"?

Так и должно быть.

Всхлипывает.

Вот и все. После этого она уже не могла ни с кем встречаться лицом к лицу.

Лу Шаомин посмотрела на смущенное лицо Нин Цин и нежно погладила ее по волосам. “Не хмурься больше, или у тебя будет свой 21-й день рождения раньше срока.”

Нин Цин уставилась на него и спрыгнула со стойки, чтобы ударить его. “И что это значит? Ты думаешь, я стар?”

Лу Шаомин рассмеялся и поднял брови. - Извини, женушка, это была всего лишь оговорка. Если вы еще немного нахмуритесь, вам исполнится 20 лет в возрасте 18 лет.”

“Так-то лучше.- Пробормотала Нин Цин, ее изящные щеки надулись, а губы надулись.

Лу Шаомин обнял ее маленькое изящное плечо и повел в столовую. Женщины любят слышать красивые слова, и его маленькая жена не была исключением.

…

Нин Цин приняла ванну и забралась под мягкие одеяла.

Сегодня вечером Лу Шаомин не пошел на работу в свой кабинет. Он принял ванну в ванной комнате.

Вскоре оттуда вышел Лу Шаомин. Сегодня он был одет в черную полосатую мантию со свободным ремнем вокруг талии, открывая большую, сильную грудь.

Нин Цин бросила быстрый взгляд на книгу, которую держала в руках.

Лу Шаомин ясно видел ее действия, и после того, как он высушил свои короткие волосы полотенцем, он забрался в кровать, поднял одеяла и обнял девушку.

Он выхватил книгу из ее рук и небрежно бросил ее на прикроватный столик, сказав: "перестань притворяться, ты можешь просто смотреть на меня, если хочешь!”

“Кто на тебя смотрит, бесстыдница! Верните мне мою книгу.- Нин Цин отрицала это, наклонилась, протянула свои тонкие руки и взяла книгу с прикроватной тумбочки.

- Шаомин, сегодня я отправилась на поиски Сюй Цзюньси.”

“М-м-м, а зачем вы его нашли? Мои подчиненные уже выяснили IP-адрес, по которому были опубликованы фотографии кровати. Этот человек признался, что Нин Яо приказал ему сделать это. Если вы хотите иметь дело с Нин ЯО, это легко.”

“Это не одно и то же. Я хочу, чтобы Сюй Цзюньси лично исследовал это, я хочу, чтобы он лично раскрыл истинное лицо Нин Яо, я хочу, чтобы он ясно понял, какую роль Нин Яо сыграл между мной и ним. Это самое лучшее наказание для Нин Яо!”

Пока Сюй Цзюньси был готов к расследованию, Нин Цин верил, что он скоро узнает правду.

- Ах, - сказал Лу Шаомин с невнятным смешком, глядя вниз, когда он прижался губами к ее нежному уху. - Сказал он. “Когда ты сегодня пришла к Сюй Цзюньси, он, должно быть, пожалел об этом, когда понял, что ты девственница. Он не выказывал никакого намерения быть близким с вами?”

Ну почему он все время об этом думает?

Человек, который видит все сразу насквозь-он был слишком опасен.

- Нет, я сказала ему, что стала Миссис Лу, женой Лу Шаомина, полгода назад.- Нин Цин подняла голову и посмотрела на его твердый и изящный подбородок.

В его глазах светилось счастье. Он ничего не сказал, только пристально посмотрел на нее.

“Ты что, не веришь этому?- Нин Цин пошла за его халатом.

Лу Шаомин поднял глаза, и его сексуальные тонкие губы медленно растянулись в улыбке. - Это уже лучше.”

Этот плохой человек! Он должен просто сказать ей, что он доволен, а не ходить вокруг да около и заставить ее думать, что он неправильно понял.

- Шаомин, - нахмурилась Нин Цин и положила свою маленькую головку ему на живот. В ее глазах были вопросы, когда она спросила: "Как ты думаешь, Нин Яо получил эту картину? Я не могу понять многого из того, что произошло три года назад. Если предположить, что мой поход не в ту комнату был заговором, то кто же был зачинщиком? День рождения старшего брата Юньфаня был определенно вне контроля Нин Яо. Почему я ввалился в его комнату, и почему он был так пьян по случайному совпадению, и…”

Глаза Лу Шаомина потемнели, когда он услышал “старшего брата Юньфаня " Нин Цина, но его лицо не было спокойным, и он улыбнулся, когда спросил: “И что?”

“И ... в ту ночь случилось так, что его друг подарил ему... девушку, я спала в его постели по ошибке, но почему он...не прикоснулся ко мне?”

Большой палец Лу Шаомина потер тонкие красные губы Нин Цин и небрежно спросил: “женушка, а твой старший брат Юньфань любит тебя?”

Девушка на его животе напряглась. Она быстро встала и строго спросила: “о чем ты говоришь? Мы совсем как брат и сестра. Старший брат Юньфань также является невинной жертвой. После этого он винил себя и долго переживал по этому поводу.”

Лу Шаомин надавил ей на живот. - Я просто небрежно спросил.”

Почему она была так серьезна?

Или этот "старший брат Юньфань" был очень важен в ее сердце?

Нин Цин убрала свою большую ладонь с ее красных губ и крепко сжала ее двумя маленькими руками. Она была немного сонной, полузакрыла глаза и пробормотала с горечью и робостью: “разве ты не знаешь, кто мне нравится? Три года назад ты нарушил спокойствие озера в моем сердце. Ты же вломился сюда. Как могло мое сердце вместить еще кого-то?”

Лу Шаомин наблюдал за ее сонным лицом. Его глаза были полны нежности, и он начал приглушать свет настенной лампы в комнате. Он лег и крепко обнял девушку.

Поцеловав ее гладкий лоб, он сказал: “так как я уже здесь, то никогда не наступит день, когда я уйду.”

…

Сюй Цзюньси пил в баре с некоторыми из своих друзей детства.

Они уже давно не виделись. Они с жадностью выпили по стакану спиртного. - Давай, Цзюньси, выпей, если считаешь нас друзьями.”

- Да, мы не пойдем домой, пока не напьемся.- Сюй Цзюньси залпом выпил вино.

После очередной бутылки вина Сюй Цзюньси не выдержала. Он встал и пошел в ванную.

Он опустошал содержимое своего желудка довольно долго, пока не рухнул у фонтана. У него кружилась голова, и он чувствовал себя очень неуютно, но ему просто хотелось пить.

Только напившись, он сможет забыть о прошлом.

Вернувшись в комнату, он остановился в дверях и услышал, как разговаривают трое его друзей детства.

- Эй, го Цзы, ты видишь, что Цзюньси сегодня в плохом настроении? Ребята, вы уже видели новости? Эта девушка Нин Цин все еще девственница.”

- А, ну да. Эй, Си Цин, я помню, что ты пытался преследовать Нин Цин за спиной Цзюньси два года назад.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 130:Сделала Аборт 18

Сюй Цзюньси, стоявший за дверью, замер. Его рука уже лежала на дверной ручке, и ему пришла в голову мысль распахнуть ее настежь. Его друг детства действительно был влюблен в Нин Цин?

Он и понятия не имел.

Там была граница, чтобы не касаться жены друга. Когда же все это произошло? Его глаза были налиты кровью, и он испытывал искушение войти и затеять драку.

- Ну и что же? Си Цин, ты слишком предатель! Мы были друзьями с Junxi в течение такого долгого времени, женщины просто как одежда, Вы…”

- Сяо Юань, заткнись!- Си Цин была пьяна. Он встал, чтобы пнуть стул го Цзы: "го Цзы, ты говоришь обо мне? А ты разве не такой же? У тебя уже есть жена и дети. Ваша жена - одна из лучших светских львиц города т, но в тот день я видел фотографию Нин Цин, спрятанную в вашем бумажнике!”

Го Цзы разбил бутылку с алкоголем, которую держал в руке. - Он выругался. смеясь и плача одновременно, он ответил: "правильно, Мне нравится Нин Цин! Я влюбился в нее с первого взгляда. Она такая красивая и добрая.”

- Все еще помню то время, когда моя семья не была богатой. Эти богатые Одноклассники останавливали меня в переулке и оскорбляли. Однажды меня сильно избили, когда я лежал на земле. Я безудержно рыдала. Нин Цин видела это, ей тогда было всего 14 лет. Одетая в белое цветастое платье, она наклонилась и дала мне листок бумаги. Трепеща своими невинными и нежными глазами, она сказала мне: "старший брат, это для тебя, чтобы ты вытер свое лицо.- А еще она сказала: “старший брат, мужчины проливают кровь, но не слезы. А кто тебя запугивал? Ты должен научиться быть храбрым и снова встать на ноги. Настанет день, когда ты их прогонишь.”

Го Цзы встал и агрессивно схватил Сяо юаня за воротник. “После этого я познакомился с Цзюньси. Тогда я понял, что она нравится Цзюньси. Я знал, что у меня нет ни единого шанса. Я мог только молча влюбиться в нее, желая, чтобы она была счастлива. Но что же сделал Сюй Цзюньси? Он пошел за этой сучкой Нин Яо. Неужели он слепой? Он отпустил такую замечательную девушку. Нин Цин, он не хотел ее. Я хочу ее, и я хочу ее иметь!”

Сяо Юань застыл на месте “ " вы, ребята…”

“Вот именно, - сказал Си Цин. Он был модным и знаменитым человеком. - Цзюнси отпустила Нин Цин. Вы знаете, как грязна индустрия развлечений? С таким лицом, как она может долго обходиться без спонсора? Рано или поздно она неизбежно станет игрушкой в руках мужчины.

“Если это так, то почему я должен был ждать? А еще мне нравится Нин Цин. В этом мире мало найдется людей, которые не любили бы Нин Цин. Моя семья богата и могущественна. Я не испытываю недостатка в сравнении с Сюй Цзюньси, поэтому я пошел, чтобы найти ее в тот день.

“Она играла второстепенного персонажа в драме. Зимой ей приходилось прыгать в воду. Она прыгнула в воду. Ее тело было мокрым. Этот извращенный продюсер уставился на ее фигуру. Она прикрылась старой грязной тряпкой и протянула руку, чтобы взять 500 долларов.

“Ах. Она получила свои 500 долларов, а по дороге принесла только пакетик лапши быстрого приготовления и вернулась в общежитие. Я ждал целый час, чтобы постучать в дверь. Я сказал ей, что если она согласится, то я сделаю ее звездой. Но она наотрез отказала мне. Она спросила меня ‘ " то, что ты делал сегодня, Цзюньси знает об этом?’”

- Ха-ха, Нин Цин была такой глупой девочкой. Неужели она не знала, что в то время Сюй Цзюньси уехала в Америку, чтобы ухаживать за Нин Яо? Его даже не волновало, жива она или нет.”

- Но тогда я заглянул ей в глаза. Глядя на ее недоеденную лапшу быстрого приготовления, я не мог открыть рот! Сяо юань, как мог Сюй Цзюньси жить как такой головорез? Было так много людей, которые жалели Нин Цин. Почему же он не видел его все эти 3 года? Знал ли он вообще, как сильно мы ему завидовали?”

Сюй Цзюньси вышел из бара в трансе. Он нашел укромный уголок и сел.

Он не хотел, чтобы его кто-нибудь видел. Он не знал, как смотреть им в лицо.

После этих слов каждое слово было сродни пощечине. Он не истекал кровью снаружи, но его сердце кровоточило.

Что же он делал именно в эти 3 года?

Все знали о трудностях, с которыми столкнулась Нин Цин, когда она начинала работать в индустрии развлечений, кроме него. Все, что он знал, это то, что она была в грязном окружении, и она, должно быть, спала со многими мужчинами.

Но Нин Цин оставалась чистой.

Как она это терпела до сегодняшнего дня. Ей тогда было всего 18 лет, а это был нежный возраст, когда женщина нуждалась в защите.

Где же он тогда был?

Все знали, что он дурачился с Нин Яо. Он был полностью дезориентирован в ее объятиях.

Каждый мужчина на Земле видел ее, хотел обладать ею. Только он был таким головорезом. Он схватил ее, но потом отпустил своими собственными руками.

Но в течение этих 3 лет у нее были чувства к Лу Шаомину, с которым у нее была случайная встреча. Но если бы он не был в разлуке с ней все эти 3 года, он бы уже построил с ней любящий дом. Она будет улыбаться, как в прошлом, и позволит ему почувствовать нежную мягкость в этом мире.

В то время он дружил с Му Юньфань. Их семьи дружили на протяжении многих поколений, и они росли вместе.

Но никто не узнает, что он чувствовал себя глубоко неполноценным рядом с Му Юньфанем. Му Юньфань был лучше во всех отношениях по сравнению с ним. Он был принцем города т. Каждый раз, когда он стоял рядом с Му Юньфань, он чувствовал себя персонажем второго плана.

Му Юньфань относился к Нин Цин очень хорошо, точно так же, как брат относился бы к своей младшей сестре. Му Юньфань был чрезвычайно заботлив. Сюй Цзюнси был завистлив; он был неуверен в себе.

Услышав, что Нин Цин легла в постель му Юньфаня, он почувствовал, как рушится его мир. Он мог только съежиться от страха. Он не осмеливался даже усомниться в этом. Он боялся быть смущенным и еще больше боялся, что другие будут смеяться над ним.

Это чувство неполноценности заставляло его больше не хотеть Нин Цин.

И точно так же восхищение Нин Яо удовлетворило его тщеславие. Сделав один неверный шаг, он сам попал в тюрьму и уже не мог вернуться.

Он отсутствовал в те годы, когда Нин Цин больше всего нуждалась в его помощи. Он действительно потерял свою власть над ней.

Нин Цин была права, это были его собственные руки, которые отодвинули ее к другому мужчине.

На следующее утро Нин Цин ушла в школу.

В школе снова воцарился мир. Сюй Линь была исключена из школы из-за ее злого умысла, и все жалели добрую маленькую Нин Цин. Она обнаружила под своим столом стопку записок, заполненных ободрением и одобрением.

Нин Цин была тронута.

Она пообедала в столовой и по дороге туда встретила Линь Сюэмэя. "Сюэмэй, ты видел Шуйлин? Я пошел в ее класс, чтобы найти ее. Другие говорили, что она уже уехала.”

Нин Цин хотела поблагодарить Инь Шуйлин.

- Вот именно. Разве вы не знали, что Шуйлинг каждый день выходит на соседнюю улицу, чтобы рисовать?”

Нин Цин нашел ближайшую улицу. Это было под мостом, и Инь Шуйлин сидела на маленьком стуле с крошечным мольбертом перед ней и карандашом в руке. Она рисовала.

Перед ней сидела доброжелательная тетушка. Женщина сидела официально, и было похоже, что ее портрет рисуют в первый раз. Она изо всех сил старалась выдавить улыбку, но была сдержанна.

- Тетушка, улыбайтесь естественно.- Инь Шуйлин указала карандашом на свои алые губы. Она сказала очаровательным голосом: "тетя, вам на вид около 40 лет, вы выглядите такой молодой. Как бы я ни рисовал, ты будешь хорошо выглядеть.”

Эта тетушка была счастлива, услышав ее слова. Ее нервозные чувства исчезли, и она сказала: “юная леди, Ваши слова так сладки; мне скоро исполнится 50 лет!”

Нин Цин увидела, что дуэт общается друг с другом, а затем леди последовала с естественной позой, с Инь Шуйлинь, сосредоточенной исключительно на рисовании.

Многие люди собрались, чтобы посмотреть. Все комментировали, наблюдая за ней. Она была такой великой художницей.

Нин Цин остановилась на своем пути с расстояния 5-6 метров, Шуй Лин была одета в серую футболку сегодня, с черным жилетом в сочетании с шапкой. Она была одета небрежно и имела богемную атмосферу.

У Ин Шуйлин были прямые ноги. Ее тонкая рука профессионально рисовала карандашом, а фарфоровое лицо было лишено своей обычной холодности; его сменил огонь юности.

Нин Цин почувствовала себя сентиментальной. Дочь ранее престижной семьи Инь, принцесса города Т, привыкла быть высокомерной ко всем. Теперь ей оставалось только рисовать на улицах.

Но Нин Цин знала, что Шуйлин хорошо жила в течение этих последних 3 лет.

Она всегда думала о Shuiling путешествуя Соло в Англии в течение 3 лет, только останавливаясь, когда была живописная сцена.

С рюкзаком и карандашом она позволяла себе жить самостоятельно и заботиться свободно.

Она уже жила так, как только могла, в меру своих лучших способностей.

Она не теряла ощущения самой себя. Она все еще выглядела невероятно красивой. Она жила под солнцем, и ее врожденное упрямство и высокомерие все еще присутствовали в ее костях.

Инь Шуйлин закончила свой рисунок. Дама взяла рисунок и улыбнулась. Она взяла банкноту в 100 долларов и передала ее Инь Шуйлингу. Она похвалила ее, сказав: "Эй, юная леди, ваш рисунок лучше, чем цветная фотография!”

- Тетушка, спасибо Вам за вашу похвалу, пожалуйста, порекомендуйте меня своим друзьям и близким!- Инь Шуйлин скривила губы в улыбке, и она счастливо улыбалась, как роза, расцветающая на солнце.

“Конечно, конечно!- Дама ушла счастливая.

У Ин Шуйлин был ее следующий клиент, он был мужчиной в возрасте 20 лет. мужчина сидел на табурете и его глаза были устремлены на нее.

У него были к ней чувства.

Инь Шуйлин взглянула на него с улыбкой на губах: “Привет, красавчик. Пожалуйста, примите учтивую позу.”

Этот красивый мужчина увидел, что Инь Шуйлин был настолько страстным, что он повернулся боком и опустил свой пристальный взгляд. Одной рукой он придерживал свою челку. Он позировал как подавленный юноша.

-Ха... ха-ха... - прохожие были приятно удивлены его забавной позой. "Молодой человек, вы используете методы из 90-х годов, чтобы ухаживать за девушкой? Это сейчас не в моде!”

На губах инь Шуйлин играла улыбка. Хотя она и улыбалась, ее прекрасные глаза были несколько холодны.

Она уже готовилась нарисовать: "уходи, убирайся отсюда!"7 или 8 телохранителей ворвались внутрь и прогнали прохожих. Перед ними остановился роскошный седан.

Водитель открыл дверь, и она увидела мужчину средних лет вместе с сексуальной секретаршей, сидящей на заднем сиденье.

Нин Цин только взглянула на них и поняла, что они здесь для того, чтобы поднять шум. Она хотела сделать шаг вперед, но ее остановили телохранители. Нин Цин знала, что Инь Шуйлин была достаточно горда, чтобы не позволить ей появиться сейчас. Она могла только молча наблюдать за своим окружением. Она крепко сжала свой телефон. Если из-за них возникнут какие-то проблемы, она вызовет полицию.

Прохожие и этот красивый мальчик были оцеплены в дальнем месте. Они что-то страстно обсуждали. Инь Шуйлин не казалась удивленной, она продолжала сидеть. Она посмотрела прямо на старого босса и прямо сказала: “старый Босс, я рисую, чтобы заработать себе на жизнь. Вы прогнали моих клиентов. Что же за этим кроется?”

Тот старый босс смотрел на нее жадно; он еще не встречал такой красавицы.

- Мисс Инь, сколько вы можете заработать, рисуя для этих бедных людей ежедневно? Я помогаю тебе, прогоняя их прочь. Почему бы тебе не сделать рисунок для меня? Я дам вам двадцать тысяч долларов.”

"Хорошо," Инь Шуйлин слегка улыбнулся. “Теперь ты можешь позировать.”

Босс одарил сексуальную секретаршу взглядом и секретарша тут же застенчиво улыбнулась. Положив руки на его молнию, она медленно наклонилась.

Нин Цин и прохожие были довольно далеко и не могли хорошо видеть, но Нин Цин знала, что это не может быть хорошо.

Старый босс любил смотреть на Инь Шуйлин. Прищурившись, он облизал языком губы и оглядел фигуру Инь Шуйлинга сверху донизу.

Он хотел увидеть реакцию бывшей волшебницы города т.

Инь Шуйлин не имел никакой реакции. Она посмотрела на отвратительную сцену перед собой, изящно взялась за перо и несколькими штрихами быстро закончила свой рисунок.

“Я закончил.”

Старый босс взял две стодолларовые банкноты и сердито улыбнулся: “Вы лично приходите сюда, вы передаете мне работу. Я дам тебе эти деньги.”

Инь Шуйлин не отвергла его. Она встала и, шаркая ногами, направилась к машине.

Босс яростно оттолкнул секретаря, задрал брюки и получил рисунок от Инь Шуйлинга. - Мисс Инь, вспоминая ваше высокомерие в то время, я никогда не думал, что вы окажетесь в таком состоянии сегодня. Вы действительно можете нарисовать этот рисунок, не чувствуя себя оскорбленным.”

- Перестань нести чепуху. Отдайте мне деньги.”

Старый босс вложил ей в руку две стодолларовые бумажки.

Инь Шуйлин протянула руку, чтобы принять его.

Но старый босс не хотел отпускать записку. Он опустил голову и злобно рассмеялся. - Мисс Инь, вы действительно сейчас обеспокоены всего лишь двадцатью тысячами долларов? Как насчет этого: вы следуете за мной, и я буду обеспечивать вас.

На губах инь Шуйлин играла улыбка. Она наклонилась и подошла к мужчине.

От старой хозяйки веяло ее девичьим ароматом, похожим на росу роз. Она, несомненно, была очаровательна.

Он сглотнул слюну и хотел протянуть руку, чтобы обнять Инь Шуйлин.

“Ты хочешь меня обеспечить? Почему бы тебе не взглянуть в зеркало? Я предоставляю бесплатный рисунок для вас только сейчас. Вы от природы мягкие и короткие. Я предлагаю вам взять свои деньги, чтобы пойти лечить вашу болезнь.”

Инь Шуйлин схватил две стодолларовые бумажки и повернулся, чтобы уйти.

Старый босс был в ярости. Он вышел из машины и заорал на нее: “Инь Шуйлин, ты все еще думаешь, что ты драгоценная дочь семьи Инь? Ты притворяешься передо мной тщеславной и чистой? Даже если другие не знают, я знаю, что ты игрушка, с которой другие играли. Я знаю, что ты сделала аборт, когда тебе было всего 18 лет!”

Инь Шуйлин остановилась как вкопанная, но никакой реакции не последовало. Затем она повернулась, чтобы уйти.

Старый босс, которого она игнорировала, был вызван еще больше. Он бросился вперед и одной рукой схватил Инь Шуйлин за тонкую талию. “Я пытаюсь оказать тебе почести, но ты отвергаешь меня! Я затащу тебя в машину. Я буду играть с тобой так, как захочу!”

Инь Шуйлин оказался в ловушке. Ее глаза были полны отвращения и холода. Скривив губы, она обдумала свой план.

В этот момент “ " отпусти ее!”

В воздухе раздался низкий мужской голос:

Прохожие инстинктивно прокладывали себе дорогу. Его серый флисовый пуловер с v-образным вырезом появился из черного внедорожника.

Красивое лицо мужчины было тонким, как струящаяся вода. Его вибрация была элегантной и теплой. Только у него были глубокие завораживающие блестящие глаза, которые нельзя было описать простыми мирскими словами.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 131:Забрать Девочку Из Школы В Первый Раз

Босс был шокирован и почти рефлекторно отпустил Инь Шуйлинга.

Он улыбнулся, кивнул и поклонился, говоря: “президент Инь.”

На ногах у инь Мучэня была пара белых туфель ручной работы. Он сделал два шага вперед, держа руки в карманах брюк.

Телохранители, перекрывшие дорогу, один за другим отступали на обочину, вот какой острой была его аура.

Инь Шуйлин посмотрела на мужчину, который шаг за шагом приближался к ней. Ее яркие глаза на мгновение стали похожи на сломанную сеть. Ее светлые руки заправили длинные, до плеч, волосы за уши и прикрыли ими щеки. Она так красиво улыбалась. “А, это мой старший брат.”

Инь Мучэнь остановился перед Инь Шуйлин и посмотрел на нее. Он был так холоден, и его губы, которые выглядели так, как будто у них не было ни малейшей температуры, раскрылись, когда он сказал. - Вали отсюда!”

Его слова были адресованы боссу.

- Хорошо, мистер Ин, я уйду отсюда.- Босс испугался и убежал.

Зеваки вокруг них все разошлись. Темные остекленевшие глаза инь Мучена были полны нежности. Он посмотрел на девушку, которая была на голову ниже его, и мягко сказал: “Шуйлинг, пойдем со мной. Не рисуйте на обочине дороги в будущем. Это не то, что должна делать девушка.”

Инь Шуйлин улыбнулся и небрежно ответил: "Куда брат хочет отвезти меня, в дом семьи Инь или в твой дом?”

Темный взгляд инь Мучэня стал еще глубже. - Мучен."На обочине дороги распахнулась дверь черного роскошного пассажирского автомобиля "Лендровер". Появилась светловолосая дама в молочно-белой ветровке.

Благородная дама подошла к Инь Мучэню, ласково посмотрела на Инь Шуйлинга и спросила “ " Мучэн, это...?”

- Ах, братец, это золовка? Она действительно имеет элегантный темперамент и красива. Вкус моего брата становится все лучше и лучше.- Инь Шуйлин взяла инициативу в свои руки, открыв рот.

Благородная дама быстро покраснела, когда ее назвали “невесткой".- Она робко взглянула на зрелого и красивого мужчину рядом с ней и тихо опустила глаза.

Инь Мучэнь молчал. Он стоял там, ожидая следующего предложения Инь Шуйлинга.

Конечно же, с остроумным поворотом влажных одноглазых глаз Инь Шуйлин, ее естественно красные губы сжались вместе, как у маленькой девочки, и она весело сказала: “но скорость смены невесток становится все быстрее и быстрее. У брата каждый день есть женщина, и я едва могу вспомнить, как выглядит одна невестка, прежде чем брат изменил старую на новую.” ”

Благородная дама внезапно замерла.

Она в смятении посмотрела на Инь Шуйлин и невольно нахмурила брови.

Ей не нравилась девушка, стоявшая перед ней.

Благородные дамы держались с достоинством и сдержанно, в то время как девушка перед ней говорила тихим и медленным голосом, по-видимому, намеренно замедляя свою скорость. - Голос ее звучал деликатно.

Хотя она разговаривала с ней, она подняла свою маленькую головку и все время смотрела на Инь Мучэня. Ее подводка для глаз, которая, казалось, была очерчена карандашом для рисования, вызвала нежный и красивый образ. Девушка также подмигнула Инь Мучэню во время разговора, с легким кокетливым намеком в ее действиях.

Благородная дама подняла глаза на Инь Мучэня и подумала, не ослышалась ли она. Мужское сексуальное торчащее адамово яблоко слегка перекатилось.

Брат с сестрой.

Оба они носили фамилию Ин.

- Шуйлинг, ты уже достаточно натворил бед? Если так, то возвращайся со мной.- Выражение лица инь Мучена было все еще спокойным, но его голос был несколько хриплым. И все же в его голосе звучали любовь и обожание.

Инь Шуйлин шагнул вперед, так близко к Инь Мучэнь, что их одежда была равномерно причесана друг к другу. Она подняла глаза, хихикнула и безжалостно рассмеялась, сказав: "Нет, спасибо, брат, я не буду третьим колесом. Я не хочу наткнуться на своего брата, который что-то делает.”

Инь Шуйлин повернулся и прошел мимо него.

Когда она наклонилась, чтобы поднять вешалку для эскизов и карандаш, она услышала голос мужчины позади нее. Он даже не повернул головы. Его руки все еще были в карманах брюк. - Сюйлин, я верю, что ты скоро вернешься ко мне.”

“Ах вот как?- Инь Шуйлин встала со своими вещами и ушла, держа в руках сложенные табуретки и рамки для набросков.

…

После того, как инь Шуйлин отсутствовал около трех или четырех минут, Инь Мучэнь повернулся и пошел к Лендроверу на обочине дороги.

Благородная дама поспешила следом за ним.

Инь Мучэнь стоял у водительской двери, но не открывал ее. Его темные глаза сверкнули на ветру, как у взрослого мужчины, и он поднял взгляд на женщину, сидевшую напротив него.

Дама мгновенно загорелась ярким светом от темных глаз Инь Мучена, а ее прекрасные щеки были горячими и немного смущенными.

Инь Мучэнь подошел к заднему сиденью и открыл дверцу.

Эта дама не была дурой. Она, естественно, понимала значение приглашения Инь Мучэня, но она с детства получала формальное и традиционное образование. Ей не следует делать этого до замужества.

Но она часто дышала, и ее мысли были заняты красивыми, похожими на ножи чертами лица этого человека. Инь Мучэнь, 32 года, был приемным сыном семьи Инь. Он не был настоящим дворянином, но он был более очарователен, чем эти люди благородного происхождения.

Каждое его действие было наполнено высокомерием и мудростью, которые он получил от борьбы в деловом мире, и когда он взаимодействовал с ним, он был тихим. Он приносит с собой превратности судьбы человека, который делает женщину одержимой. Он был человеком с историями и слезами.

Зрелый мужчина.

Когда леди пришла в себя, она уже сидела на заднем сиденье.

Когда ее тело задрожало, мужчина рядом с ней наклонился на заднее сиденье одной рукой, но не удержал ее. Другая его рука скользнула ей под платье.

“Нет.- Леди придержала его за руку.

“Почему же, не по своей воле?- От мужчины исходил слабый запах табака. Пахло очень вкусно.

Он убрал руку, посидел несколько секунд и отошел в сторону, чтобы открыть дверь.

Он никогда не принуждал женщин.

- Мучен. Увидев, что он уходит, дама быстро обняла его сзади. Хорошо, хорошо, она была потеряна в его молчаливой, но сильной ауре.

Дама задрожала, коснулась его лица и поцеловала в губы.

Инь Мучэнь повернул голову и увернулся от нее. - Извините, но у меня нет привычки целоваться. Кроме того, позвольте мне сказать это заранее, это что-то между взрослым мужчиной и женщиной, мы оба хотим, и нет никаких вопросов согласия.”

- ... МММ. Дама покраснела и кивнула.

Инь Мучэнь медленно повернулся, схватил ее за тонкую талию и усадил на себя.

…

Нин Цин последовал за Инь Шуйлингом и встретил нищих на своем пути. Оборванная мать стояла на коленях со своим двухлетним сыном и умоляла. Нин Цин наблюдала, как инь Шуйлин достала из своей сумки две стодолларовые бумажки и бросила их в миску матери.

Мать была ошеломлена, и после того, как она пришла в себя, она продолжала кланяться в спину Инь Шуйлин, но она никогда не останавливалась. - Хороший человек,действительно хороший. Добрый человек, я желаю вам безопасной жизни.”

Нин Цин рассмеялась и тихо сказала: "Шуйлин, ты все такой же, как и раньше. Вы знаете, что большинство этих нищих-обманщики, но вы даете милостыню каждый раз.”

В метре от него Инь Шуйлин посмотрел на голубые облака на горизонте и сказал со слабой улыбкой: “Да, для чего у людей есть деньги? Разве это не просто чтобы сделать себя счастливыми? Хотя сейчас у меня нет денег, я бы хотел подать милостыню. Я просто хочу быть счастливым.”

“Да.- Нин Цин кивнула. - Шуйлинг, у меня в сумке есть несколько салфеток. Может ты хочешь плакать? Если ты хочешь плакать. Я могу одолжить тебе свои салфетки.”

- Ну и шутка! С чего бы мне плакать?”

Нин Цин рассмеялась и ничего не ответила.

Инь Шуйлин, шедший впереди, медленно остановился. Она повернулась и посмотрела на Нин Цин. Ее красивые одноглазые глаза потускнели, и в них отразилась печаль лунного света. - Нин Цин, за эти три года я объездила все города Британии. Я путешествовал из Лондона, города туманов, в Букингемский дворец. Из Букингемский дворец в Виндзорский замок. Я чувствую, что моя рана зажила, и теперь, когда я вижу человека, который однажды заставил меня плакать, я больше не буду проливать слез.”

Нин Цин мягко улыбнулась. “Да, Шуйлинг, если ты думаешь, что вылечился. Я не сомневаюсь, что вы вылечились.”

Инь Шуйлин кивнул. "Нин Цин, я не имею ничего общего с Му Юньфань и семьей Инь. Я всегда верил в тебя. Я всегда знал, что ты невиновен. Ты мне ничего не должен. Тебе не нужно чувствовать себя виноватым.”

Все эти люди, и все эти инциденты – она просто должна быть той, кто терпит их всех.

В этом мире всегда были люди, которым нужно было быть счастливыми.

- Шуйлинг.- Нин Цин не знала, что сказать. Она не могла выразить свои чувства тысячью слов. Она могла только поблагодарить ее. “Спасибо.”

Инь Шуйлин поджала губы и рассмеялась. Она раскрыла ладони и позволила свету, падавшему сквозь листья рядом с ней, засиять в ее нежных маленьких ручках. - В этой жизни у меня нет других экстравагантных надежд. Я просто надеюсь,что мой отец однажды увидит такое теплое солнце.”

Она знала, что шансы невелики, ее отец был в тюрьме и приговорен к пожизненному заключению.

…

Во второй половине дня Нин Цин вернулась в школу. На ее настроение повлияла Инь Шуйлин. Она забыла о своей встрече с Лу Шаомином сегодня вечером и медленно вышла из школы после занятий.

За школьными воротами был припаркован знакомый "Бентли". Окно было наполовину открыто. На водительском сиденье виднелось глубокое и красивое боковое лицо мужчины.

Нин Цин была потрясена. Радость быстро поползла вверх по ее лицу, когда она подбежала.

По дороге туда она поняла, что многие студенты смотрели на машину, когда они проходили мимо. Бентли был роскошным автомобилем среди роскошных автомобилей во всем городе т, что делало его очень заметным.

Этот человек был слишком напыщенным. Он, вероятно, не знал, что его красивое лицо будет желанным для людей. Он оставил свое окно полуоткрытым, заставляя этих девочек-подростков постоянно оборачиваться, выглядя так, как будто они были влюблены.

- Шаоминг, почему ты здесь?- Нин Цин остановился возле своей машины.

Когда Лу Шаомин увидел ее, он открыл дверь и недовольно нахмурился. “Почему ты такой медлительный? Я думаю, что школьный привратник собирается закрыть ворота. А где твой телефон? Почему он выключен?”

- Ах, - Нин Цин коснулась сотового телефона в своей сумке. Когда она виновато высунула язык, боясь быть отчитанной, она посмотрела на него в лестной манере и сказала: “Мой мобильный телефон не работает.”

Лу Шаомин беспомощно и с обожанием гладила ее волосы. - Он потянулся к ее сумке. “Я в первый раз приехала за девочкой у школьных ворот, а ты так со мной обращаешься?”

Сердце Нин Цин растаяло. Пережив инцидент с Шуйлингом, она почувствовала себя еще более благодарной. Самое лучшее в мире было то, что человек, которого ты любишь, тоже любит тебя.

Оба их чувства были в гармонии.

Отдавая ему свою сумку, Нин Цин подпрыгнула и обняла его за руку, подняла свою маленькую головку, покраснела и прошептала: “муженек, не сердись, я...компенсирую тебе сегодня вечером.”

Глаза Лу Шаомина потемнели,а его тонкие сексуальные губы радостно изогнулись. Неплохо. Эта маленькая дурочка не забыла о сегодняшней встрече.

“А где ты хочешь поесть?- тихо спросил он.

Осенние глаза Нин Цин посмотрели через оживленную улицу и сфокусировали свой пристальный взгляд туда, где толпа кипела, а еда была ароматной. "Шаоминг, я хочу пойти туда поесть, улица snack lane, самый известный поблизости.”

Услышав это, Лу Шаомин нахмурился. Очевидно, этот выдающийся человек никогда там не бывал и всегда считал его нечистым и негигиеничным.

Нин Цин потянула его за руку и сказала: “муженек, я хочу пойти. Я уже давно не ел уличных закусок. После того, как мы так долго были женаты, ты никогда не ходила по магазинам и не ела со мной. Иногда я хочу принимать свои собственные решения.”

Теперь она говорила с ним все более и более деликатно. Он любил слушать, как маленькая девочка тащит конец своих слов, всегда заставляя его слабеть в коленях.

Отдернув руку, он помог ей застегнуть молнию на белом пуховике до самого маленького подбородка. На ней был синий шарф. Мягкий шарф закрывал половину ее маленького лица. Ее прекрасный нос покраснел от холодного ветра, но осенние зрачки сияли, как звезды, живые и красивые, и она выдыхала во время разговора маленькие облачка белого тумана. Она выглядела очень мило.

“Ну, тогда мы не будем садиться за руль. Мы просто пойдем туда пешком.”

“ОК.- Нин Цин мгновенно улыбнулась, как распустившийся цветок.

Лу Шаомин запер дверь, взял ее сумочку в одну руку, крепко сжал маленькую ладонь в другой и положил ее в свое теплое шерстяное пальто.

Нин Цин повели через дорогу вместе с ним. Она шла позади него, глядя на спину красивого мужчины. Когда он шел, его острые брюки развевались на ветру. Он был спокоен и очарователен.

Улыбка Нин Цин становилась все шире и шире. Ее муж приехал, чтобы забрать ее после школы – это было так трогательно.

Ну ладно, подумала про себя Нин Цин, сегодня вечером никто не сможет помешать ей стать его женщиной. Она должна просто напасть на такого человека, как он, рано утром, чтобы у нее не было слишком много беспокойств по ночам.

Ха.

…

Когда они добрались до закусочной улицы Лейн, Нин Цин сначала посмотрела на причудливую рисовую колбасу и сказала Шаомин, что она хочет ее съесть.

Лу Шаомин подошел к ларьку, достал из бумажника стодолларовую купюру и протянул ее владельцу ларька. - Одну порцию, пожалуйста.”

“ОК.- Владелец ларька положил в коробку рисовую колбасу, а затем дал пару одноразовых палочек для еды. Лу Шаомин забрал все.

Владелец ларька искал сдачу. Там было пять и десять долларов, а также монеты. - Босс, дай его мне.- Нин Цин протянула свою изящную маленькую ручку, чтобы схватить его. Затем она положила сдачу в карман своего короткого белого пуховика.

В прошлый раз этот человек не приносил в магазин наличные, но сегодня принес их. Нин Цин заметила, как слегка приподнялись его брови, когда он посмотрел на эту перемену; он явно не привык к ней.

А его черный бумажник был чистым и аккуратным, с банковской картой и новенькими 100 долларовыми купюрами. Это испортило бы чистый и аккуратный внешний вид кошелька, чтобы положить в него сдачу.

Выбора не было – настала ее очередь быть полезной.

Нин Цин похлопала себя по оттопыренному карману, она подняла свою маленькую головку и счастливо рассмеялась. - Муженек, я собираюсь положить все эти деньги в карман и потратить их сегодня вечером.”

Лу Шаомин нежно посмотрел на нее. Как он мог не заметить ее ум и чуткость?

Она была умна и знала, как защитить эго мужчины на каждом шагу.

Он передал ей рисовую колбасу и палочки для еды. Затем он взял ее за маленькое плечо своей большой рукой и притянул к себе. На этой улице было много людей, и он боялся, что она столкнется с ними.

Нин Цин откусила кусочек рисовой колбасы и с удовольствием съела его. Во время еды она воскликнула: “ого, муженек, рисовая колбаса хороша. Я съем этот рис. Вы едите мясо внутри?”

Она выжидающе посмотрела на него, моргая своими виноградными глазами.

“В порядке.- Лу Шаомин кивнул.

Поэтому Нин Цин опустила глаза и откусила кусочек риса своими белыми зубами. Рисовая колбаса была покрыта несколькими хлопьями перца чили. Она набрала в рот хлопьев перца чили своим розовым языком и затем принесла мясо внутрь к губам Лу Шаомина.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 132:Я Люблю Тебя, Дорогой

Лу Шаомин съел еду с ее руки

- Муженек, а это вкусно?- спросила она с улыбкой.

Красивое лицо Лу Шаомина слегка нахмурилось. Всякий раз, когда этот человек ел, его манеры были слишком утонченными, он не издавал ни звука, он высказывал свое честное мнение. “Это вполне приемлемо.”

Услышав, что он думает, она широко улыбнулась. Это было несправедливо по отношению к владельцу магазина рисовых кишок.

Они вместе съели фаршированную рисом колбасу. Нин Цин заказал несколько обычных десертов, таких как хрустящие бисквиты, полагая, что они могут заполнить его.

Этот человек был хорошо воспитан. Чем бы ни кормила его Нин Цин, он ел без колебаний. Они вели себя как обычная пара, испытывая самое обычное счастье.

После еды, пока они не наполнились на 80%, счастливые чувства Нин Цин были очевидны на ее лице. - Шаоминг, ты стоишь здесь и ждешь, когда я вернусь. Я собираюсь выпить чашку чая с молоком, мне нужно встать в очередь.”

Лу Шаомин взглянул на очередь, состоявшую из стада девушек, и не стал возражать. Он отпустил ее и увидел, что она идет пружинистым шагом, как щебечущая птица, чтобы встать в очередь.

Она стояла в очереди, чтобы купить чашку чая с молоком в течение примерно 6-7 минут. Она повернулась и быстро пошла обратно к тому месту, но мужчины там уже не было.

Нин Цин была потрясена, она встала на цыпочки и отчаянно огляделась вокруг. - Муженек ... Шаоминг, Лу Шаоминг!”

Она сделала два шага вперед, чтобы продолжить поиски. Внезапно из ниоткуда появилась пара рук. Чьи-то руки зажали ей рот и потащили в укромный переулок.

Вокруг никого не было видно.

Сердце Нин Цин бешено колотилось, она чувствовала запах мужчины, закрывающего ей рот. Это был его фирменный запах, как свежая Лесная роса. Она была глубоко очарована им.

- Шаоминг, что ты делаешь?- Она была прижата к стене, а он прижимался к ней. Он не держал джентльменской дистанции и был невероятно близко.

Он уткнулся лицом в ее шею, вдыхая аромат ее тела.

Нин Цин нервно держалась за чашку чая с молоком. Снаружи было многолюдно, и он привел ее в это уединенное место. Адреналин от того, что ее видели, его холодные и жесткие волосы, касавшиеся ее мягкой кожи; эти чувства превратились в волну тепла, которая прошла по ее телу.

О, небо стало совсем темным. это было около 8 часов утра.

Пора было ложиться спать.

“А почему ты купил только одну чашку?- вдруг спросил он.

Нин Цин отступила назад, ее нежный голос начал заикаться: “я, я не могу допить напиток. Не трать деньги впустую, мы можем выпить по чашечке вместе.”

“Ха.- В темноте его мозолистые пальцы коснулись ее красных губ. - Дорогая, я съел твою слюну за всю ночь, - тихо рассмеялся он. Ужин должен быть закончен правильно? давайте вернемся домой, чтобы завершить главное событие.”

Нин Цин была застенчива и взволнованно хлопала длинными ресницами. Она не ответила ему тем же. Ей не хотелось этого делать, но она кое-что придумала.

Ее бледная рука скользнула по краю его пальто. Кусая свои красные губы, она сказала застенчивым тоном, пытаясь договориться с ним: “муженек, я... я не хочу быть беременной в настоящее время. Мы можем, можем ли мы...?”

Противозачаточные таблетки.

Лу Шаомин слегка отстранился от нее. Обхватив обеими руками ее разгоряченное лицо, он не мог ясно видеть выражение ее лица. Основываясь исключительно на ее девичьем тоне, он больше не мог себя контролировать.

- Хм, я понимаю. Ты слишком молод сейчас, и тебе еще только предстоит окончить школу, и ты все еще в начале своей карьеры. Не спешить. Все пойдет в соответствии с вашими пожеланиями. Сначала мы можем немного побыть одни, а потом уже думать о детях.”

Нин Цин не думала, что он так легко согласится. Она радостно наклонилась вперед и громко чмокнула его в уголки губ: “спасибо, муженек.”

- МММ.... Я помню, что твои месячные закончились два дня назад. Теперь мы должны быть в безопасности. Я могу делать все, что захочу.”

Нин Цин застыла на секунду и почувствовала, как все ее тело стало горячим.”….”

- Однако я приготовлю противозачаточные средства на крайний случай. Женушка, доверься мне во всем. Я буду хорошо защищать вас, всех вас.”

Нин Цин.- ..."Ее ноги обмякли, и она сразу же упала в объятия Лу Шаомина.

…

В то время как Лу Шаомин привел Нин Цин обратно в чайный павильон виллы, Сюй Цзюньси провел один день и ночь в баре.

Перед ним было разбросано множество бутылок. Его дорогие брюки были измяты. Он облокотился на стойку бара и закрыл глаза. Он чувствовал себя сбитым с толку.

И тут к нему подошла дама. - Сюй Цзюньси, я слышала от Сяо юаня, что ты здесь, я соседка Нин Цин по комнате. Раньше я ходил домой, а когда вернулся, она переехала из общежития. Это два подарка, которые она оставила после себя. Я подумал, что раз уж она больше не хочет их видеть, то я могу передать их получателю, которому она изначально собиралась их отдать.”

- В подарок?"Сюй Цзюньси поднял свой пристальный взгляд и увидел изящную сумку," это было то, что Нин Цин намеревался сделать give...me-что?”

- Вот именно, - девушка положила сумку на прилавок и достала два подарка. "Это было 2 года назад. Она собиралась подарить их тебе на день рождения. Это брелок для ключей.”

Сюй Цзюньси положил брелок на его ладонь. Брелок был сделан из золота, что соответствовало мужскому доминированию. На нем висели 3 хрустальные бусины, и он был очень элегантным.

- Сюй Цзюньси, не стоит недооценивать этот маленький предмет. Он был сделан вручную самой Нин Цин. Она пробежалась по многим фабрикам, чтобы сделать этот брелок, и на нем было вырезано ваше имя.

- Кроме того, это шарф, который Нин Цин связала сама, чтобы отпраздновать твой день рождения. Она сказала, что вы лучше всего выглядите в прохладных тонах, поэтому она использовала этот светло-голубой. Девушки всегда готовы связать что-то для своих бойфрендов. Это показывает, как она относилась к тебе.”

Сюй Цзюньси приложил шарф к его щекам дрожащими руками. Мягкая шерсть была теплой. Он закрыл свои налитые кровью глаза, тихо хмыкнул и сказал: “Тогда почему она не дала его мне?”

“Ты должен спросить себя об этом. В те два дня рождения ты был за границей. Нин Цин искала повсюду и не могла найти тебя. Она сказала, что нет никакой необходимости дарить тебе подарок после того, как твой день рождения прошел. На самом деле, она даже думала о подарке этого года, только из жалости…”

Сюй Цзюньси болезненно напряг брови. Те несколько дней рождения он провел в Америке. Теперь он празднует их сегодня.

Наконец-то он понял, что проигнорировал чувства, которые она когда-то испытывала к нему.

- Сюй Цзюньси, я слышал о том, что случилось с Нин Цин. Как ее подруга, я очень рада за нее. Она получила лучшую женскую награду. Рядом с ней стоит Лу Шаомин, защищая ее. Теперь она, должно быть, действительно счастлива.

- Сюй Цзюньси, ты подвел ее в этих отношениях. Поскольку вы оба не можете сопровождать друг друга до конца, то, Пожалуйста, пожелайте ей счастья. Она достойна большего.”

Сюй Цзюнси прикусил свои потрескавшиеся губы, желая ей счастья?

Он не хотел этого делать.

Когда-то она принадлежала ему.

- Нет!- Сюй Цзюньси издал низкий рев. Его руки крепко сжимали брелок и шарф. Он в бешенстве бросился к дверям гостиницы. Холодный дующий ветер не мог остановить его диких шагов. Он бешено кружил в сияющих огнях ночи. У него была только одна мысль. Он хотел найти Нин Цин.

…

В вилле.

Нин Цин пошла умываться. Она решила быстро принять душ, потому что когда мужчина дал ей пижаму, он сказал ей, что спускается вниз, чтобы принять душ, и попросил ее не задерживаться слишком долго.

Однако она все равно заняла много времени. Она вытерла полотенцем капли воды на своем теле и переоделась в темно-красную пижаму.

Узкие бретельки висели на ее бледных душистых плечах. Часть на талии была тугой, подчеркивая ее тонкую талию. Ее черные блестящие волосы естественным образом рассыпались по плечам.

Убедившись, что она в полном порядке, Нин Цин глубоко вздохнула и открыла дверь, чтобы выйти.

Она замерла после того, как вышла. В большой спальне ковер и подоконники были заполнены красными свечами. На снежно-белой кровати было море многослойных роз в форме сердца; это было очень романтично.

До того как она отправилась купаться, все вокруг было совсем по-другому. Он нарочно отпустил сегодня тетю Ян, потому что рядом не было никого, кто мог бы это приготовить. Может быть, он все это сделал лично?

Он знал, как это сделать?

Или он не знал, но учился специально для нее?

Нин Цин была тронута. Она искоса взглянула на мужчину, стоявшего у прилавка. Держа в руках коллекционную бутылку красного вина, он наливал его содержимое в два бокала.

Почувствовав ее приближение, он медленно поднял глаза.

Она впервые увидела его в темно-бордовой рубашке. На нем были плавные узоры, которые еще больше подчеркивали его красивую ауру.

Из-за воротника выглядывали его мужественные ключицы. Первые четыре пуговицы не были застегнуты. Его пресс был виден даже сквозь рубашку. Он сравнил его с парой черных повседневных брюк. Он не заправлял рубашку в брюки и выглядел ленивым с намеком на смертельную сексуальность.

Нин Цин казалось, что она ступает по облакам.

Что же он там делает?

“Ты закончила принимать душ? - Иди сюда!- Он посмотрел вниз на ее красное платье, совсем как бегония после дождя. Его глаза потемнели.

Нин Цин застенчиво захлопала ресницами. Она прикусила губу и подошла к нему.

Подойдя к нему, он протянул ей бокал красного вина. “Я слышал, что девушкам это нравится. Сегодня в офисе почти нечего было делать. Я попросил их подготовить материалы, и даже репетировал один раз в офисе. Сегодня я был в спешке. Женушка, ты все еще довольна?”

Он уже сделал все это и собирался спросить, удовлетворена ли она.

Она была, она была чрезвычайно довольна!

- ЭМ, все в порядке, но у тебя все еще есть место для улучшения. С этого момента вам придется много работать.- Ее сладкий голос наполнил воздух, она не могла позволить ему стать высокомерным.

“Конечно, до тех пор, пока женушка будет вести себя так, как будто мы молодожены каждую ночь, - тихо сказал он.

Нин Цин мгновенно покраснела, и ей стало жарко.

Лу Шаомин щелкнул пальцами. В каждом углу комнаты эхом отдавались звуки музыки. Это была успокаивающая и романтичная французская мелодия.

- Он шагнул вперед. Держа одну руку в кармане, а другую на бокале с вином, он сказал: "ma cherie, выпьем за то, что мы молодожены!”

Нин Цин хотела заткнуть ей уши, он должен был использовать французский язык перед ней без какой-либо причины. Он говорил по-французски с подлинным произношением; она почувствовала, как ее ноги стали мягкими.

Она подняла голову и сделала глоток красного вина.

У красного вина был отличный вкус. Она была жадной и выпила весь стакан одним глотком.

Сегодня ей нужно было выглядеть храброй.Читайте дополнительную главу по теме vipnovel.com

Лу Шаомин взял стакан из ее рук и мускулистыми руками обхватил ее тонкую талию. У него была особая склонность к ее талии. Он был тонкий и мягкий.

Щеки Нин Цин горели красным огнем. Ее маленькие ручки нервно вцепились в его темно-бордовую рубашку, и она уткнулась головой в его объятия, пахнущие душем, и спросила: “Шаоминг, мы начинаем?”

Лу Шаомин нежно поцеловал ее в щеку, успокаивая ее нервные эмоции. “Еще нет, дорогая. Давайте сначала потанцуем.”

“Конечно."Танцы были ее сильной стороной, она была уверена во многих стилях танца. “И что же мы будем танцевать?”

Лу Шаомин использовал одну руку, чтобы обнять ее в свои объятия. Он направлял ее своими движениями, играя одним пальцем с ее волосами. Через некоторое время он переплел ее волосы в своих пальцах. Он крепко поцеловал ее, и она посмотрела ему в глаза. Один клевок последовал за другим, но дальше он не пошел. “Неважно, в каком стиле вы любите танцевать: вальс, танго...все прекрасно…”

Нин Цин хотелось упасть в обморок от его поцелуев. Он был слишком утомлен. Он только покусывал ее губы, но его аура проникала сквозь ее нежную кожу. Ее губы пробовали на вкус все его тело, и слабый аромат ароматного вина опьянял ее.

3 года назад она и подумать не смела, что у нее будет такой день с ним.

Дуэт не знал, что за танец они исполняют. Танцы были ее сильной стороной, но она продолжала наступать ему на ноги. Она была в полном оцепенении, когда услышала, как он сказал: “женушка, ты так хорошо пахнешь.”

Нин Цин на мгновение споткнулась, она закрыла ему рот руками и упрямо сбросила тапочки с ног. Она положила свои бледные ноги на его ботинки. Встав на цыпочки, чтобы обнять его голову, она не знала, чего хочет, и могла только ласкать своим лицом его бакенбарды. - Довольно, Шаоминг. - Ничего не говори. Больше ничего не говори. Лу Шаомин, почему ты такой плохой? Вы делаете это специально. Ты делаешь это намеренно, соблазняя меня вот так.”

Лу Шаомин тяжело дышал. Он сделал несколько шагов назад, и они оба упали на мягкую кровать.

Нин Цин была раздавлена. Обе ее руки в страхе вцепились в простыни. Ее руки были холодными. В руках она держала букет розовых лепестков, и простыни были испачканы ими. Благоухание наполнило комнату.

- Женушка ... - Лу Шаомин поцеловал ее, и его обычный глубокий хриплый голос перешел в легкую мелодию; это была строка из французской песни.

Нин Цин застыла, он что, пел?

Такой человек, как он, действительно пел!

Нин Цин больше не могла этого выносить, он издевался над ней, потому что она не понимала по-французски!

Говорили, что французский-самый красивый язык в мире. Она видела его только по телевизору. Это было трудно для китайского человека, чтобы овладеть языком, это было так же, как скороговорка.

Но на него это никак не повлияло. Он бегло говорил по-французски, как парижанин на улице. Он что-то лениво напевал джазовым голосом. - Голос его звучал царственно.

Она действительно представляла себе, что во время учебы в университете ее будущий партнер будет джентльменом и чрезвычайно талантливым. Он выполнил все ее фантазии и отдал ей все.

Ей действительно повезло, что у нее такой потрясающий мужчина.

Ей захотелось упасть в обморок. Ее мягкие губы искали его тонкие губы, но он ускользнул от нее. - Пробормотала она как в тумане. Она чувствовала себя неловко и была на грани слез.

Когда она немного пришла в себя, то услышала, как он сказал: “женушка, ты спасла меня 3 года назад. Вы были чисты, красивы и чрезвычайно сообразительны. В тот момент я влюбился в тебя. Я не мог забыть тебя ни на минуту за эти последние 3 года. Женушка, отдайся мне полностью. Я люблю тебя. Я люблю тебя.”

Глаза Нин Цин были сосредоточены на хрустальной люстре. Мысленно она проигрывала все это, как в кино, прокручивая каждый важный момент в отношениях.

3 года назад, при их случайной встрече без всякого предупреждения, он спросил ее имя. Она ответила, что ее зовут Нин Цин, что означает “непревзойденная красота".”

Взгляд, которым он одарил ее, когда уходил... эти завораживающие глаза заставили ее войти в транс, и у нее были чувства к нему.

3 года спустя, когда ее кто-то преследовал в баре, она наткнулась на его объятия. Кто-то накачал ее наркотиками в ее комнате, и она пробралась в его ванную. Такие таинственные и обреченные встречи и продолжающиеся взаимодействия ... он обнял ее и перекатился на кровать,но не хотел ее. Он только сказал ей, чтобы она не теряла себя.

После этого он стал ей помогать. Он проложил ей дорогу в индустрии развлечений. Он сопровождал ее во время операции матери. Каждый раз, когда она дралась с Нин Яо и Ли Мэйлин, он молча стоял рядом с ней.

Он защищал ее во время ее роста. Он дал ей пару самых толстых пернатых крыльев, чтобы она не чувствовала боли и не расслаблялась.

Он обращался с ней точно так же, как брат, точно так же, как отец.

Кроме того, как и подобает мужу.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 133:Назначено

Он заставил ее сердце трепетать и дал ей самую лучшую любовь.

Она не знала, когда он ей начал нравиться, но ее любовь к нему была глубокой.

Обречен?

Он и она были обречены!

Она задыхалась, когда он целовал ее, и ее тело не было под контролем. Когда она погрузилась в себя, то почувствовала, что в ее маленькую ладошку засунули что-то, испачканное цветочным соком.

- Ну и что же?”

“Носовой платок.- Он поцеловал ее нежную кожу. - Три года назад тот, который ты использовал, чтобы ограничить приток моей крови. Я сохранил его. Женушка, это символизирует начало нашей любви. Когда-то он был испачкан моей кровью. Давайте используем его, чтобы размазать ваш сегодня. Пусть это будет нашим свидетелем, свидетелем того, что теперь ты принадлежишь мне.”

Нин Цин не могла говорить. Она могла только цепляться за его плечо. Понимая, что этого недостаточно, она искоса взглянула на него и поцеловала.

Когда ее сознание угасло. Она не знала, где находится.

Когда капельки пота на лбу Лу Шаомина скатились одна за другой, у кровати Нин Цин зазвонил сотовый телефон. Девушка вообще ничего не слышала. Он взглянул на него и увидел, что это был Сюй Цзюньси.

Его изначально темные глаза становились все темнее и темнее. Вытянув руку, он положил сотовый телефон на подушку и с помощью пресса снял трубку.

- Привет, Нин Цин... - в этот момент Сюй Цзюньси, стоявший у входа в чайный павильон виллы, увидел, что звонок прошел. - Он был удивлен. Он был так взволнован, что вообще не мог говорить, но вдруг понял, что что-то не так.

Телефон резонировал от звуков, издаваемых мужчиной и женщиной. Он понял это в мгновение ока, и все его существо было потрясено.

“Тебе больно, женушка?- Тихо спросил мужчина.

- Нет... Шаоминг, я наконец-то принадлежу тебе. Шаоминг, я люблю тебя.”

…

Сотовый телефон в его руке упал на землю. Сюй Цзюньси заглянул внутрь через старинный забор с винтажными резными цветами. - Он поднял голову. В окне на втором этаже не было света, но одна красная свеча мерцала.

Сегодня была их первая брачная ночь.

Сюй Цзюньси повернулся, полный депрессии, когда он уходил шаг за шагом. Наконец его ноги подкосились, и он упал на землю.

- Цинцин... Цинцин... - Сюй Цзюньси обхватил полотенце руками и зарылся лицом в землю, заливаясь слезами.

Наконец он понял, что они с Нин Цин не могут вернуться к тому, как все было.

…

Сюй Цзюньси просидел на Земле до двух часов ночи. Когда он встал, то оглянулся назад. Красное пламя свечи в окне только что погасло, и в комнате горел тусклый желтый свет.

Уголок его рта насмешливо изогнулся. И он ушел.

Поскольку это было так, он должен был нести боль и благословлять их.

Они оба были мужчинами, но Лу Шаомин живо истолковал любовь мужчины к женщине после полугода блестящего брака с его новой женой, которая не хотела его.

Другие люди были правы: Нин Цин заслуживала кого-то получше.

Хорошо, что она вышла замуж за Лу Шаомина.

На улице, в КТВ, вышла группа пьяных мужчин и женщин. Сюй Цзюньси увидел среди группы людей знакомого человека.

- Сюй Линь!- Сюй Цзюньси вышел вперед и грубо вытащил Сюй линя из группы.

Сюй Линь был пьян и не узнал Сюй Цзюньси. - Красавец, - пробормотала она, - Кто ты такой? Ты ведь не собираешься за мной заехать, правда?”

Глаза Сюй Цзюньси покраснели, и в его подавленном состоянии, холодная ярость горела в нем. Он подтащил Сюй Линь за одежду к разбрызгивателю перед дверью КТВ одной рукой, а затем прижал ее голову к холодной воде.

Сюй Линь внезапно проснулся. Когда Сюй Цзюньси отпустил ее, она закашлялась и рухнула на землю.

- Сюй Лин, почему я не смог дозвониться тебе сегодня, когда звонил? Школа выгоняет вас, поэтому вы идете на KTV, чтобы выпить и спеть с друзьями. Кто дал вам деньги, чтобы сделать это?”

Сюй Линь выровняла дыхание, посмотрела на Сюй Цзюньси и пожаловалась: “кузен, ты можешь просто спокойно поговорить со мной, если у тебя есть что сказать. Почему ты должен быть в моем деле? Ты собирался убить меня? Вы не спите, но здесь в два или три часа ночи, и у вас все еще хватает наглости допрашивать меня? Разве ты заслуживаешь, чтобы твоя невестка Яояо была такой же?”

Нин Яо?

Сюй Цзюньси посмотрел вниз и усмехнулся “ " Сюй Линь, я помню, что ты раньше смотрел вниз на Нин Яо. Невестка Яояо? Когда ты успел так сблизиться с ней? Может, она тебе что-то дала?”

Сердце Сюй линя екнуло. Она только что протрезвела и говорила, не задумываясь. Она встала и закричала: "кузен, что ты имеешь в виду? Неужели ты думаешь, что у всех остальных нет такой совести, как у тебя? Нин Яо потеряла своих родителей. Теперь она с тобой и беременна, но не замужем. Любой, кто посмотрит на нее, пожалеет ее.”

Сюй Цзюньси усмехнулся. Он точно знал, что за человек Сюй Линь. Будет ли она жалеть других без скрытого мотива?

Судя по ее реакции, она что-то скрывает. Похоже, что у Нин Яо и Сюй линя действительно был секрет!

- Сюй Лин, как ты узнал о Нин Цин и Му Юньфане три года назад? Кто тебе сказал клеветать на Нин Цин в школе?”

- Клевета? Кузен, ты же знаешь, что случилось три года назад. Может быть, вы тоже были обмануты?”

- Ха, обманули? Эта фраза действительно просветила меня. Может быть, я был обманут в течение трех лет или больше, и я даже не знал! - сказал Сюй Цзюньси с многозначительной улыбкой. - Сюй Линь, ты помогаешь людям делать разные вещи, но видел ли ты настоящее лицо этого человека? Теперь, когда человек потерпел поражение, я обязательно найду главного виновника за этим делом. Вы должны быть осторожны; человек может сделать что-то неблагоприятное для вас.”

Сюй Линь сжался от страха. - Что ты имеешь в виду, кузен?”

“Да так, ничего особенного. Я просто напоминаю вам, что, возможно, этот человек боится разоблачения и должен будет убить вас.”

- Нет, нет ... кузен, хе-хе, ты шутишь со мной.”

Сюй Цзюньси принял панику и страх Сюй линя в перспективе. Как и сказала Нин Цин, человек думал, что она выиграла, поэтому она использовала глупую шахматную фигуру, как Сюй Линь.

- Сюй Линь, береги себя.- Сюй Цзюньси больше не говорил. Он повернулся и вышел.

…

Нин ЯО так и не заснул. Теперь она была в ужасе от того, что все пошло прахом. Сюй Цзюньси занимался расследованием дела Сюй линя. Она боялась, что Сюй Линь разоблачит ее.

Теперь, когда ее мать умерла, ей не с кем было строить свои планы.

Самым неприятным было то, что Сюй Цзюньси не возвращался уже два дня. Он не отвечает на телефонные звонки и вообще не заботится о ребенке в ее животе.

В 2: 30 ночи Нин Яо получил звонок от Сюй линя. Сюй Линь ничего не сказал; она просто попросила у нее два миллиона долларов. Сюй Линь хотел учиться за границей.

Нин Яо не могла получить столько денег за короткий промежуток времени, поэтому она успокоила ее и попросила Сюй линя переждать этот напряженный период. Пока они разговаривали, дверь виллы распахнулась, и кто-то вошел.

Нин Яо быстро повесил трубку. Она выбежала на улицу, чтобы посмотреть. Она была в приподнятом настроении. - Цзюньси, ты вернулась!”

Сюй Цзюньси не стал менять обувь. Он холодно кивнул, прошел в гостиную и сел на диван. - Почему ты все еще не спишь так поздно?”

На лице Нин Яо быстро появилось выражение горя. - Цзюньси, ты не возвращалась уже две ночи. Вилла пуста и холодна. Ребенок так сильно брыкается по ночам, что я не могу заснуть.”

Сюй Цзюньси взглянула на сотовый телефон в своей руке и усмехнулась. “А не потому ли, что вы с кем-то разговаривали по телефону?”

Зрачки Нин Яо сузились. Когда она рефлекторно спрятала свой мобильный телефон за спину. Черт возьми, она забыла положить трубку.

Но она подумала, что он может не знать, что она звонит Сюй линю, поэтому она тихо объяснила: “я не могла спать, поэтому я болтала с одной из моих подруг, чтобы скоротать время.”

Нин Яо не знал, что Сюй Цзюньси и Сюй Линь встретились перед КТВ.

Может быть, если бы она знала, то не сказала бы этого.

- Хорошо, я уйду, посидев немного. Иди сюда. Мне нужно тебе кое-что сказать.”

Сердце Нин Яо сжалось, у нее внезапно появилось плохое предчувствие.

Она подошла и села рядом с Сюй Цзюньси. Она протянула руку и взяла Сюй Цзюньси за локоть. - Она дотронулась до своего выпирающего живота маленькой рукой. Она улыбнулась мягко и остроумно. - Цзюньси, что ты хочешь мне сказать? Врач сказал, что у малыша уже развилось чувство слуха. Если отец осмеливался запугать мать, ребенок мог это услышать.”

Лицо Сюй Цзюньси расслабилось, и он протянул руку, чтобы коснуться живота Нин Яо.

Когда Нин Яо увидела его таким, она была полна радости. Она знала, что ребенок был его слабостью. - Цзюньси, детка “…”

“Когда ребенок родится, я его воспитаю. Это мой первый ребенок. Это никогда не изменится.”

Нин Яо был полностью заморожен. Она недоверчиво уставилась на него. Он будет растить ее ребенка. А как же она сама?

- Цзюньси, что ты имеешь в виду? Разве я не мать этого ребенка? Разве ты забыл, что на днях сказал, что дашь мне титул и не позволишь нам страдать?”

Сюй Цзюньси убрал руку и посмотрел на Нин Яо. Его взгляд слегка дрогнул. Он, казалось, вздохнул и спросил: "Яояо, я помню, что знал тебя, когда тебе было три года, но в то время у меня в глазах был только Нин Цин, и ты вполне мог и не существовать. Но почему я вдруг сошелся с тобой три года назад? Как ты вошла в мои глаза, шаг за шагом?”

Нин Яо лишился дара речи. - Цзюнси, ты... почему ты спрашиваешь об этом?”

“О, я помню, что это было три года назад, когда ты повредил свой лоб, чтобы спасти меня, а затем Нин Цин и Му Юньфань попали в аварию. Ах.- Сюй Цзюньси смахнула челку со лба Нин Яо и посмотрела на неглубокий розовый шрам. - Он легонько рассмеялся. - Яояо, ты заботишься о своем имидже. Вы тратите много денег на косметологию и покупаете знаменитые фирменные сумки. Но теперь, когда медицина так развита, почему бы вам не сделать небольшую операцию, чтобы удалить шрам на лбу? Может быть, вы специально оставили его для меня, чтобы я всегда помнила об этом, чтобы я чувствовала себя виноватой?”

Нин Яо покачала головой, как будто загремел барабан. - Я, Я не хотела, Цзюньси, я люблю тебя. Я бы даже отдал свою жизнь за тебя, я ... …”

- Ха...ха-ха, - снова засмеялась Сюй Цзюньси, что испугало Нин Яо. “Да, с этими словами любви ... ты повторяешь их уже три года, и я никогда не устаю их слышать. Но теперь, когда я узнал, что Нин Цин-девственница, я оглядываюсь назад на свои предыдущие действия, только чтобы обнаружить, что мои ошибки были из ряда вон выходящими. Моя проницательность изменилась. Постепенно я начал понимать то, чего не понимал раньше.”

То, чего он не понимал?

Нин Яо не осмелился спросить. Она не могла разрушить свои отношения с Сюй Цзюньси; она все еще должна была войти в двери семьи Сюй как госпожа Сюй.

- Цзюньси, ты все это сказала, чтобы порвать со мной, да? Я знал, что как только ты поймешь, что Нин Цин все еще девственница, ты пожалеешь о том, что была со мной. Если вы хотите бросить меня и нашего сына, вы можете сказать это ясно, и я не буду винить вас. Я просто буду считать, что всю свою молодость и усилия я скормил собаке, я буду считать, что любил не того человека!- Нин Яо очень эмоциональна и настойчива.

Сюй Цзюньси медленно поднялся, полностью игнорируя ее настроение, но ему было грустно. - Раньше я не хотел ту девушку, которую все остальные считали хорошей. Я сам выбрал тебя. Да, я действительно у тебя в долгу. Это правда, что ты спас меня. Это правда, что ты дал мне свой первый раз. Это правда, что ребенок в твоем животе-мой.- сказал он.

Сюй Цзюньси пристально посмотрел на Нин Яо. “Но ты лучше не позволяй мне узнать, что ты играл со мной так же, как твоя мать Ли Мэйлин с отцом Нин Цин! Я позволяю себе ошибаться, но никогда не позволю другим обманывать меня, чтобы я совершал ошибки. Я ненавижу быть обманутым и эксплуатируемым больше всего в моей жизни. Я надеюсь, что вы невиновны в этом.”

Нин Яо был в смятении. Сюй Цзюньси был полон подозрений по отношению к ней как внутри, так и снаружи. Ему просто не хватает конкретных доказательств.

- Она внезапно встала. Ее глаза закрылись, и она разрыдалась. - Цзюньси, ты сомневаешься во мне? Хорошо, чтобы показать вам, что я невиновен, я собираюсь разбить свою голову о колонны сегодня. Я отдам одно мертвое тело и две загубленные жизни!- Сказала Нин Яо, бросившись к колоннам.

- Нин Яо!- Сюй Цзюньси тихо взревел позади нее.

Нин Яо замедлила шаг и подождала, пока он догонит ее. Она заплакала и сказала: “Цзюньси, не останавливай меня. Я не хочу жить без тебя. Дай мне умереть.”

“Если ты хочешь умереть сегодня, я не буду тебя останавливать.- Холодно сказал Сюй Цзюньси.

Нин Яо чувствовала себя так, словно все ее тело было брошено в морозилку. Он...о чем это он говорит?

Столб уже стоял перед ней. Теперь Нин ЯО было неловко колотить ее по голове, но также неловко было и ей не колотить.

После долгого молчания она испугалась смерти. Ее щеки горели, но она, наконец, стиснула зубы и остановилась.

- Нин Яо, если ты хочешь родить ребенка, то я воспитаю его и дам тебе много денег, если ты, конечно, невиновен. Если в будущем, если ты захочешь угрожать мне своей смертью, тогда я только скажу тебе, делай все, что хочешь.”

Дверь открылась, и Сюй Цзюньси вышел.

Нин Яо рухнул на землю. Она огляделась вокруг в панике и замешательстве. Что же ей теперь делать? Что же ей теперь делать?

Сюй Цзюнси была полна решимости отпустить ее!

Она не могла проиграть, она не могла проиграть.

…

На следующее утро.

Нин Цин медленно открыла глаза. Все ее тело болело так, как будто это было не ее тело. Ее прекрасное запястье лежало на простынях. Ей было трудно даже глотнуть воздуха.

Ее белоснежные нежные руки были покрыты синими и фиолетовыми засосами, и было нетрудно подумать, что мужчина прошлой ночью не отпустит ни одного дюйма.

Ресницы Нин Цин затрепетали, когда знакомый красный румянец пополз вверх по ее прекрасному лицу. Поскольку она была застенчивой, то пошевелилась и попыталась спрятать свою тонкую руку обратно под одеяло.

Но только после этого движения она обнаружила, что спит на боку, а ее крепко обнимает мужчина позади нее.

Нахлынули воспоминания о прошлой ночи, и Нин Цин сгорела дотла, но сильный запах в комнате еще не рассеялся.

Она прикусила свои красные губы жемчужно-белыми зубами и тихо повернулась, чтобы посмотреть на мужчину.

Лу Шаомин был обнажен. Белоснежная постель прикрывала его только до пояса. Его зрелое и здоровое мужское тело было сильным и сексуальным. Нин Цин бросила на него быстрый взгляд и заработала 120 баллов в своем сердце.

Ниже была его идеальная V линия и его шесть пакетов, очень мощный.

Он, казалось, не очень много упражнялся; почему же его тело было таким подтянутым? Он выглядел стройным в одежде и мускулистым снаружи. Он был настоящей вешалкой для одежды.

Нин Цин сдержала свой стыд и посмотрела ему в лицо. Он был так красив, что они не ложились спать до двух или трех часов ночи. Его лоб все еще был покрыт потом, и это заставляло ее сердце биться чаще.

Он, наверное, очень устал.

Сердце Нин Цин сжалось от жалости к нему, и она тихо протянула свою маленькую ручку, чтобы вытереть его пот.

Но прежде чем она успела прикоснуться к нему, ее маленькую ручку внезапно схватила большая сухая ладонь. Мужчина тихо и мягко рассмеялся и спросил: "Что ты делаешь? Разве тебе не хватило прошлой ночи?”

Нин Цин быстро отдернула свою маленькую ручку. Ее поймали на том, что она подглядывала. Это было так неловко.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 134:Му Юньфань

Он все еще дразнил ее!

Нин Цин обернулась и не ответила ему. Ей было неловко смотреть ему в лицо. Ее красные губы надулись, а девичий голос звучал кокетливо. “Ты, ты все еще голоден? Я больше не хочу с тобой возиться. Ты меня раздражаешь.”

Да, она даже скулила.

После вчерашнего опыта некоторые вещи изменились; она стала еще более кокетливой.

Лу Шаомин сел и обнял ее своей мускулистой рукой, словно балуя ребенка. - Скажи еще раз, что ты меня раздражаешь, а?”

В его словах было что-то особенное. Что-то в том, как они разговаривали, заставило ее почувствовать прилив жара. Нин Цин была потрясена. Ей было неудобно всем телом, и она хотела убежать от него.

Она не знала, как спровоцировать его.

Сейчас было только 8 утра. Он мучил ее до двух часов ночи. У этого человека было слишком много энергии.

Лу Шаомин заметил, что девушка в его руке была совершенно смущена. Ее нежное лицо было багрово-красным. Верхний слой мягкой шерсти ярко светился в лучах теплого солнца. Она застенчиво уткнулась лицом в подушку. Ее губы скривились, когда она начала смеяться; она была прекрасна, как расцветшая Роза.

Лу Шаомин держал ее за слабую руку. Он медленно разжал ее маленькие пальчики. Он опустил глаза и поцеловал ее в щеку. “И тебе это понравилось? - Вчера вечером?”

Кто бы так смело задал этот вопрос вслух?

“Лу Шаомин, уходи!- робко спросила девушка.

“Ты действительно хочешь, чтобы я ушел? Я слышал, что когда женщины говорят "нет", они на самом деле хотят этого в своих сердцах. Дорогая, я же здесь.- Он прижался к ней и пощекотал рукой.

Нин Цин от души рассмеялась, когда они вдвоем повалились на кровать.

Это был первый раз, когда он спал с ней так поздно. Нин Цин чувствовала, что время, проведенное ими в объятиях друг друга, было драгоценным. Ее тонкие руки обвились вокруг его шеи,и она воспользовалась своим лицом, чтобы подтолкнуть его.

Глаза Лу Шаомина потемнели. Он взял одеяло, чтобы накрыть их обоих, затем наклонился и поцеловал ее.

“Да, Шаоминг!- Нин Цин оттолкнула ее грудь, отвергая его поцелуй.

“А в чем дело?- с беспокойством спросил он.

- ...Это больно.- Нин Цин пошевелила ногами и больше ничего не смогла сказать.

Лу Шаомин довольно быстро понял намек. Такое случалось уже не в первый раз. Она всегда была хрупкой, как мягкий тофу, и могла рассыпаться в любой момент.

Он выпрямил свое тело. - Я собираюсь спуститься вниз, чтобы принять душ. Я пойду и куплю тебе какое-нибудь лекарство.- После этих слов он чмокнул ее в губы и радостно сказал “ " вчера вечером я отнес тебя в ванну, но на всякий случай иди прими душ и еще немного постой. Подождите, пока я вернусь, чтобы применить лекарство.”

“Окей.- Глаза Нин Цин были яркими и сияющими, и она кивнула головой в знак согласия.

…

Нин Цин стояла под душем, и теплая вода, льющаяся на ее тело, причиняла ей легкую боль. Она не осмеливалась взглянуть на себя. Она плеснула себе в лицо водой, чтобы охладить разгоряченное лицо.

Она последовала его инструкциям, чтобы встать больше. Когда она закончила, то использовала полотенце, чтобы вытереть свое тело насухо. Она надела пижаму с длинными рукавами и вышла из туалета.

Выйдя из ванной, она увидела, что тетя Ян убирает в спальне. Нин Цин тут же смутилась и не нашла в себе мужества посмотреть на нее. Комната была полна горящих свечей, а одежда беспорядочно валялась на полу.

Любой мог догадаться, что произошло прошлой ночью.

- Тетя Янг, вы не могли бы уйти? Я сама приберусь в комнате.- Нин Цин прикусила губу, продолжая топать ногами.

Тетя Ян приглушила ее смех “ " мадам, Вы все еще стесняетесь. А это что такое? А вы, ребята, парочка. Я вижу, что твои бедра все еще дрожат. Иди полежи в постели, отдохни немного. Я уже сварила немного супа из красных финиковых лилий. Я принесу его вам позже.”

И только тогда Нин Цин заметила, как дрожат ее бедра. Она поспешно закрыла лицо руками. О, Она была совершенно смущена.

Нин Цин перекатилась на кровать и прикрыла лицо одеялом.

- Ха, ха-ха... - тетя Ян была щекочена Нин Цин. Она была еще очень молода и очень робка.

Тетя Ян прибралась в комнате и ушла. Нин Цин понюхала одеяло. От него исходил сильный мужской запах, который был невыносим. Она пахла потом, но все еще была благоухающей.

Она покачала головой, пытаясь избавиться от мыслей о том, каким он был вчера под дождем. Ее рука нащупала что-то. Это был тот самый носовой платок, которым пользовались вчера.

Она опустила глаза, чтобы рассмотреть его, носовой платок был испещрен пятнами крови.

Пока она рассматривала его, дверь открылась, и вошел Лу Шаомин.

У него было всего 6 часов отдыха, но он был свеж и бодр. Он не носил строгих костюмных брюк. На нем был только белый флисовый пуловер с круглым воротом и повседневные шорты цвета хаки, которые придавали ему элегантную домашнюю атмосферу.

“Ты уже приняла душ?- Он видел, что она проснулась. Его глубокие проникновенные глаза были яркими и нежными. Он спокойно подошел к ней, снял туфли и запрыгнул в постель.

Нин Цин прикрыла одеялом половину своего маленького лица и застенчиво кивнула.

- Давай посмотрим, я применю лекарство для тебя, - сказала Лу Шаомин, открывая одеяло.

“Ай!- Нин Цин покраснела, и ее глаза сердито уставились на него. “Я сделаю это сам.”

Лу Шаомин скривил губы в улыбке. В его прекрасных глазах была какая-то чистота. - Хорошо, давайте посмотрим, в каком положении вы должны быть, чтобы применить лекарство к себе.”

- ...Лу Шаомин!- Неужели он не знал, как отвести взгляд?

Увидев ее застенчивое выражение лица, Лу Шаомин был в хорошем настроении. Он убрал руками одеяло и приподнял ее ночную рубашку. - Ладно, - мягко сказал он, - ты и так уже в таком жалком состоянии. Я не буду тебя запугивать.”

Нин Цин больше не могла сопротивляться. Она могла только позволить ему применить лекарство с раскрасневшимися щеками.

После применения лекарства, Лу Шаомин лег рядом с ней, используя свои большие ладони, чтобы обхватить ее маленькое лицо. - Дорогая, мне очень жаль, но в следующий раз я буду более нежным.”

Хотя он уже был очень нежен.

Нин Цин спокойно лежала в его объятиях. У нее не было никаких обид, кроме того, что он много раз...и он действительно был джентльменом. Он был нежен, но все же вертелся вокруг нее.

Он так сильно любил ее и так же сильно баловал.

- Шаоминг, разве тебе сегодня не надо идти в офис?- Нин Цин обняла его за шею и приподняла голову, чтобы губами коснуться его подбородка.Посетите веб-Роман. живите, если вам нравится манга, комиксы

Он снова отрастил усы.

“Нет, я никуда не поеду. Вы наслаждаетесь выходными, позвольте мне сопровождать вас.”

Нин Цин сладко улыбнулась. Она поняла, что ведет себя все больше и больше как маленькая девочка. Ей нравилось быть рядом с ним, не желая, чтобы он работал. Она хотела, чтобы он всегда сопровождал ее.

- Ты так добр ко мне, муженек.- В награду Нин Цин поцеловала его в губы.

Лу Шаомин закинул одну руку за голову и лениво растянулся на кровати. Он прищурился, чтобы посмотреть на нее, и одной рукой поддержал ее за талию, позволяя ей лежать на нем, как котенку.

- Он поцеловал ее.

Нин Цин крепче сжала его шерстяной джемпер и отшатнулась. - Муженек, сейчас уже день. Тетя Янг может войти в любой момент.”

- Нет, тетя Янг обязательно постучит, прежде чем войти.- Лу Шаомин стабилизировал ее голову. Поцеловав ее в губы,он начал расстегивать ее ночную рубашку.

“Что ты там делаешь? Не надо, - Нин Цин крепче сжала свой воротник.

- Дорогая, ты моя женщина. Ты все еще не разрешаешь мне спать с тобой? Быть хорошим…”

Тетя Ян, которая держала в руках тарелку супа из красных финиковых лилий, услышала звуки смеха и болтовни, доносящиеся из комнаты. Она понимающе рассмеялась и оставила их одних.

Эта пара только что официально вступила в свои права; вполне естественно, что теперь они испытывают друг к другу сильные чувства.

…

Когда в понедельник Нин Цин пошла в школу, на ней было розовое пальто в корейском стиле. Ее нежное лицо было скрыто шерстяным воротником, и она держалась как маленькая миниатюрная женщина.

Ее добрые чувства длились весь день, и когда после обеда ее отпустили, она вошла в школьные ворота.

Она стояла у самой калитки. Лу Шаомин приедет и заберет ее.

В этот момент две сильные фары осветили ее. Нин Цин инстинктивно прикрыла глаза рукой. К обочине подъехал серебристый "Порше".

Спортивная машина остановилась прямо перед ней. Нин Цин опустила руку и могла видеть только открывающиеся двери спортивной машины. Она заметила, что оттуда вышел мужчина.

Мужчина был одет в простую рубашку из горчичного хлопка, черные джинсы и пару желтых кожаных ботинок. Он был воплощением молодости.

Глаза Нин Цин резко закрылись. На внутренней стороне ее век отразилось лицо мужчины.

Бледная кожа, гладкое и совершенное лицо и черты лица, ключевым моментом были его привлекательные глаза, нежные глаза, которые отражали звезды, висящие в небе. Одного взгляда от него было достаточно, чтобы влюбиться. Она тонула в пьяной атмосфере.

Му Юньфань.

Нин Цин была ошеломлена. Кто-то, кого она не видела целых 3 года, появился сегодня из ниоткуда, и он стоял прямо перед ней.

Она была так потрясена, что даже забыла среагировать.

Му Юньфань шагнул вперед. У него была нежная теплая улыбка. Он развел руками” " Цинцин, Разве ты меня не узнаешь? Я-твой брат Юньфань. Ну же, обними меня.”

Нин Цин моргнула, подтверждая личность человека перед ее глазами. В ее красивых глазах медленно отразилась яркая улыбка. "Брат Юньфань…”

- Да... - му Юньфань раскрыл объятия и заключил ее холодное тело в свои объятия.

Нин Цин никак не могла привыкнуть к его теплу. Она почувствовала, как ее тело поднимается в воздух. - А!- Сначала она стояла на второй ступеньке. Он сразу же понес ее вниз, и так же, как лечит любимую принцессу, он развернул ее в 2 раундах в воздухе. - Цинцин, брат так скучает по тебе.”

Нин Цин нежно обняла его, сказав: "брат Юньфань, отпусти меня.”

Серебристый Порше был чрезвычайно привлекательным. Количество людей, управляющих одним it в городе T, можно было пересчитать с помощью 2 рук. Люди, проходившие мимо, не могли перестать оборачиваться, особенно из-за Нин Цин. Это было лицо, которое все узнавали. Она обнимала мужчину на улице, и это привлекло внимание окружающих собравшихся и понаблюдавших.

- Цинцин, у тебя голова не кружится?- Му Юньфань осторожно опустил ее на землю и хотел дотронуться до ее лица рукой.

Нин Цин инстинктивно наклонила голову набок. Они уже не были молоды, а она была уже замужем.

Не зная причины этого, она бы естественно сопротивлялась мужчинам, которые не были Лу Шаомин.

Даже если это был брат Юньфань, который бесконечно баловал ее.

Рука му Юньфаня, которую он протянул, мгновенно замерла. Его красивые привлекательные глаза выдавали боль. - Цинцин, теперь, когда ты выросла, ты даже не позволяешь брату прикасаться к тебе больше? У меня так болит сердце.”

"Брат Юн Фан, Я....- Нин Цин хотела объяснить.

В этот момент толпа прохожих узнала му Юньфаня. Девушки в группе прикрыли рты руками и возбужденно закричали: "Ах, это молодой мастер му? Это он, молодой господин му!”

Му Юньфань стоял твердо. Его привлекательные глаза скользнули по толпе. Он положил свои руки на плечи Нин Цин и стоял там гордо, искренне махая рукой, " Привет, все.”

- Ух ты, я снова встретила любовника своей мечты из моего подросткового возраста! Молодой мастер му, вы становитесь все более и более красивым! Мое сердце уже бьется выше 140 ударов в минуту!”

“Это верно, Молодой Мастер му, вы ушли без единого слова 3 года назад. Тогда я была так расстроена. Глядя на тебя сейчас, я снова чувствую себя живым.…”

У му Юньфаня было больше славы, чем у любой знаменитости в городе Т. Он носил титул "Маленький принц".” В молодости он получал хорошие оценки и преуспел во многих видах спорта. Он, естественно, источает мужские гормоны и очаровал многих девушек в свое время.

“Я не думал, что все еще буду так популярен после всех этих лет”, - сказал му Юньфань, ущипнув Нин Цин за плечо. - Он тихо рассмеялся. - Цинцин, не надо ревновать. Хотя я и молодой мастер му для всех, я исключительно брат Цинцин.”

Нин Цин была щекотлива. - Она взглянула на него. "Брат Юн Фан все еще говорит так бойко!”

- Братец только болтает по отношению к тебе. Му Юньфань крепко обнял ее и нежно поцеловал в щеку.

Он вложил силу в свои руки, Нин Цин не смогла вовремя пригнуться, и поэтому его клюв приземлился.

Нин Цин застыла на месте, его действия быстро вернули ее в неловкое прошлое.

Хотя эти доказательства и не были подлинными, в глубине души она чувствовала себя вполне сознательно.

После поцелуя послышались возгласы потрясенных девушек, высокие децибелы воплей. Все были взволнованы.

Нин Цин использовала свою руку, чтобы оттолкнуть его.

В этот момент раздался звук открывающихся дверей автомобиля. Нин Цин перевела свой пристальный взгляд; подошел Лу Шаомин.

Лу Шаомин был сегодня официально одет. Под черным пиджаком у него был черный костюм, поверх которого виднелась белая рубашка. Мужчина был красив и резок, и его элегантное поведение наполняло воздух.

- Шаоминг.- Окоченевшее тело Нин Цин тут же расслабилось. Ее маленькое нежное личико сладко улыбалось, как цветок. Ее улыбающееся лицо было похоже на цветущую розу зимой.

Нин Цин хотела подбежать к нему. Она едва успела сделать шаг, когда поняла, что рука му Юньфаня все еще лежит на ее плече; она не могла пошевелиться.

Именно тогда она подумала, что ситуация была не совсем такова. Она не знала, видел ли Лу Шаомин, как Му Юньфань целует ее в щеку.

А он не будет возражать?

Му Юньфань отпустил ее, и Лу Шаомин подошел к ней.

- Шаоминг, ты приехала.- Нин Цин протянула свою бледную руку, чтобы схватить его за рукав. Это был типичный девчачий способ флиртовать. Она часто так делала, и это было восхитительно. Она стояла рядом с ним и смотрела на Му Юньфаня. - Шаомин, это брат Юньфань.”

Глубокий пристальный взгляд Лу Шаомина не выдавал ни малейшего намека на страдание. Его сексуальные губы вежливо сложились в улыбку. “О, это молодой господин му. Я так много слышала о тебе.”

Выражение лица МУ Юньфаня ничуть не изменилось. - Я не осмеливаюсь принять эту честь, - сказал он, улыбаясь. Я нахожусь на том, кто так много слышал о вас, молодой господин Лу. Я слышал, что Цинцин была в отношениях, даже без моего одобрения как брата, у Цинцин есть хороший вкус.”

Нин Цин покраснела и опустила глаза.

Затем она услышала, как девочки взволнованно закричали: "Нин Цин, ты заставляешь нас так ревновать. У вас есть любовь молодого мастера Лу и баловство молодого мастера му.”

“Совершенно верно, молодой господин му. Вы не знали, но некоторое время назад произошла утечка информации о вас и Нин Цин в одной спальне вместе. Нин Цин была жестоко обижена.”

При словах” ты и Нин Цин в спальне " Нин Цин застыла.

Она подняла свой пристальный взгляд, чтобы посмотреть на Му Юньфаня. Она была в пьяном оцепенении. Он относился к ней как к подарку на день рождения от друга, но почему же он не прикоснулся к ней в конце концов?

Неужели он знает правду?

Он, наверное, тоже не знал, он был сильно пьян

“Это правда? Это определенно было сделано со злым умыслом. Я всегда относилась к Цинцин как к младшей сестре. Мы выросли вместе, и мы бы уже давно были вместе, если бы хотели этого”, - сказал му Юньфань, глядя на Лу Шаомина. “Даже если бы мы с Цинцин лежали в одной постели, мы бы ничего не сделали.”

“Ха.- Лу Шаомин мягко рассмеялся. Он не знал, не ослышался ли он – му Юньфань сделал ударение на слове “лежа в одной постели”. Но Лу Шаомин был спокоен и ответил: "правильно, между вами двумя ничего не было. Это мне совершенно ясно.”

Под этими словами он подразумевал, что уже испытал его на себе.

Это было похоже на пощечину, резко отбивающуюся назад.

Му Юньфань сохранял серьезное выражение лица. Он моргнул и посмотрел на Нин Цин, и он дразняще улыбнулся Нин Цин, Как будто он смеялся над ней.

Нин Цин отпустила подозрения в своем сердце, она была полностью смущена.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 135:Молодой Мастер Лу, Подождите И Увидите

- Ладно, давай перестанем стоять и болтать. Мастер му, вы только что вернулись в город т. Мы поужинаем сегодня вечером. Нин Цин и я проведем для вас приветственный ужин?”

“Да, старший брат Юньфань, ты вернулся в город Т один? Давай поужинаем вместе, - предложила Нин Цин.

Му Юньфань кивнул. Он посмотрел на Нин Цин взглядом, похожим на теплый восход солнца. - Цинцин, я вернулся один. Я не видел тебя три года назад, я скучал по тебе. Я вернулся, чтобы увидеть тебя. Я уже давно не видела бабушку и не пробовала еду тети Ваньцин. Я пойду с тобой домой на ужин Сегодня вечером.”

- Хорошо, - быстро согласилась Нин Цин, - старший брат Юньфань, когда бабушка и мама увидят тебя, они будут очень счастливы.”

Говоря об этом, Нин Цин посмотрела на Лу Шаомина. - Шаоминг, пойдем сегодня к маме.”

Лу Шаомин кивнул головой и сказал мягко и решительно: "хорошо.”

Поэтому му Юньфань вернулся к "Порше", а Нин Цин-к "Лендроверу" с Лу Шаомом.

…

Сидя в "лендровере“, Нин Цин посмотрела на водителя и тихо спросила:" Шаомин, ты не возражаешь?”

Точеное красивое лицо Лу Шаомина было зачаровано неоновыми огнями, отражавшимися в окне. Он посмотрел на Порше позади себя через зеркало заднего вида и спросил с небрежной улыбкой:”

“Просто брат Юньфань ... поцеловал мои волосы, ты же видел.”

“Ах.- Лу Шаомин искоса взглянул на девушку с чистым лицом. На ее лице застыла легкая радость. - Он покачал головой. “Я не возражаю.”

- Спасибо тебе, муженек.- Нин Цин облегченно вздохнула. - Мы со старшим братом Юньфанем выросли вместе и похожи друг на друга, как брат и сестра. Муженек не должен нас неправильно понимать.”

Лу Шаомин улыбнулся и ничего не сказал.

Почему она спросила его, не будет ли он возражать против того, чтобы му Юньфань поцеловал ее, вместо того, чтобы спросить его, будет ли он возражать против существования му Юньфаня?

Она понятия не имела, в чем дело!

Неудивительно, что она и Му Юньфань выросли в тесных отношениях. Она была чиста и открыта. Му Юньфань был ей просто как брат, иначе она не выбрала бы быть с Сюй Цзюньси, когда ей было 18 лет.

А как же тогда му Юньфань?

Неужели му Юньфань видит в ней только свою сестру?

Казалось, что все в городе Т думали именно так.

Но согласно мужской интуиции, Лу Шаомин был уверен, что Му Юньфань любит Нинцин, как мужчина любит женщину.

Хотя он не знал, почему му Юньфань не преследовал Нин Цин в течение их 18 лет вместе. Когда му Юньфань вернулся на этот раз, он был полон враждебности к нему.

Я скучала по тебе ... видела бабушку ... пробовала еду тети Ваньцин…

Для Нин Цин все это звучало нормально, но для его ушей это звучало резко.

Каждое предложение было специально произнесено для него му Юньфанем.

О, К сожалению, девушка вокруг этого не поняла.

Наверное, ей было трудно это понять.

Всего несколько ночей назад он просто небрежно спросил ее: “нравится ли тебе твой старший брат Юньфань?” Она была так взволнована, что объяснила, что Му Юньфань был невиновен и чувствовал себя виноватым, поэтому она так защищала его."читайте комиксы на нашем вебновеле.ЖИВЫЕ КОНЦЕРТЫ”

И не возражал ли он, чтобы брат Юньфань поцеловал ее?

Что за глупый вопрос!

…

Юэ Ваньцин сама открыла дверь. Она увидела Лу Шаомина и Нин Цин и была в восторге. - Цинцин, Шаомин, вы пришли поужинать? Бывает, что мама сегодня приготовила очень много блюд.”

- Мама, сегодня мы приведем с собой гостя. Вы с бабушкой будете очень рады его видеть.”

- Кто же это?”

Му Юньфань шагнул вперед. - Тетя Ваньцин.”

Юэ Ваньцин увидел му Юньфань и был удивлен. - Юньфань, почему ты здесь, входи скорее! Тетушка не видела тебя уже три года. Ты становишься все более и более красивым. Бабушка только что упомянула о тебе, когда ей было скучно на днях, сказав, что если бы ты был там, то обязательно сыграл бы с ней пару партий в шахматы.”

Му Юньфань пошел в гостиную, и бабушка вышла из комнаты, услышав шум.

За последние несколько месяцев бабушка перенесла краниотомию, которая успешно восстановила ее память, но она была стара. После того, как она узнала о фальсификации своего сына и Ли Мэйлин, она слишком сильно пострадала от удара и выглядела очень измученной.

- Бабушка, Юньфань пришел повидаться с тобой.- Му Юньфань вышел вперед, помогая бабушке ловко и разумно поддерживать ее за руку.

Улыбка распространилась по всему лицу бабушки, она не могла поверить в это “ " Юньфань, это действительно ты? О Боже, мы с твоей бабушкой были большими сестрами. Бабушка наблюдала, как ты растешь с самого детства. Теперь ты такой красивый. Бабушка уже старая.”

- Бабушка, ты совсем не старая. Ты выглядишь точно так же, как и три года назад, когда я уезжал. Ты выглядишь максимум на 60 лет.”

Бабушка быстро улыбнулась. - Ты единственный ребенок с таким милым ротиком. Цинцин... - бабушка махнула рукой в сторону Нин Цин.

Первоначально Лу Шаомин тайно держал маленькую ручку Нин Цин, когда они вошли в лифт. Они только что поженились, и их нелегко было разлучить.

Нин Цин, с маленьким красным лицом, боялась, что Юньфань увидит, но не хотела отпускать его руку. Она спокойно взяла руку Лу Шаомина и озорно ущипнула ее.

Как ее называла бабушка, Нин Цин быстро отпустила руку Лу Шаомина и шагнула вперед.

Ладонь Лу Шаомина была пуста. Он смотрел, как его маленькая жена вошла в гостиную и встала рядом с Му Юньфанем.

Бабушка смотрела на них обоих и была счастлива независимо от того, как она выглядела. - Когда ты был молод, - пробормотала она, - ты был так близко. Однажды Цинцин пошла в дом семьи му поиграть и случайно разбила любимую вазу дедушки му. Цинцин боялась сказать, что она сломала его, поэтому Юньфань сказал дедушке му, что он сломал его. Дедушка взял кнут и дал юньфань кнут, а Юньфань стиснул зубы, но не издал ни звука.

- Бабушка все еще помнит, что вы, ребята, больше всего любили играть в дом. Цинцин будет одета в розовые платья принцессы, в то время как Юньфань притворялся охранником с драгоценным ножом и был посвящен охране принцессы.”

Слова бабушки вызвали прекрасные воспоминания о детстве Нин Цин. Она застенчиво и ласково улыбнулась и сказала: “Бабушка, это было, когда мы все были детьми. Почему ты все еще говоришь об этом сейчас?”

Му Юньфань посмотрел вниз на нежное лицо Нин Цин и сказал с восхищенным смехом: “бабушка, ничего не изменилось. Цинцин всегда будет моей принцессой.”

“Хороший.- Бабушка радостно взяла за руку му Юньфаня и маленькую ручку Нин Цин. Она хотела сложить эти две руки вместе.

- Мастер Му.- Низкий и мягкий голос Лу Шаомина эхом разнесся по комнате. Он поджал губы и подошел к трем людям, шутя: “вот тут вы ошибаетесь. Если Цинцин-твоя принцесса. И что же это мне дает? Нин Цин теперь моя жена.”

Если он не заговорит сейчас, то когда же он заговорит?

Его задний двор загорелся бы, если бы он не заговорил.

Его” жена " заставила взгляд му Юньфаня застыть, но он мгновенно вернулся к нормальному состоянию.

Лу Шаомин не видел, что он был удивлен. Должно быть, он провел какое-то исследование, прежде чем вернуться домой. Он уже знал об их браке.

Тут бабушка вспомнила про Лу Шаомина. Она погладила себя по голове, рассмеялась и отругала себя. - Посмотри на этого старика, я совсем забыла о существовании Шаомина. Шаоминг, иди сюда.”

Лу Шаомин шагнул вперед, и бабушка отпустила их руки и взяла за руку только Лу Шаомина. - Шаоминг, бабушка забыла тебя представить. Это Юньфань, единственный внук семьи му. Бабушка и бабушка Юньфань-хорошие сестры. У нас в семье Нин нет внуков. Бабушка относится к Юньфань как к моему внуку с самого детства.”

Лу Шаомин рассмеялся, их отношения были довольно прочными.

Тем не менее, выражение его лица оставалось спокойным и сдержанным, и, подняв брови, он рассмеялся: “бабушка, Шаомин все понимает. Поскольку он внук бабушки и брат Нин Цин, Шаомин, естественно, будет относиться к нему как к родственнику в будущем.”

“Это хорошо, очень хорошо.- Бабушка похлопала Шаоминга по руке.

Нин Цин поднял глаза на Лу Шаомина. Когда он разговаривал со своей матерью и бабушкой, он выглядел таким внимательным и дружелюбным.

Его слова и манеры пронизывают стабильность зрелого человека, но не без потери уважения и сыновней набожности. Широкие плечи мужчины были созданы для того, чтобы женщина могла зависеть и полагаться на них, и они были опорой женщины в семье.

Он был главой ее семьи.

Наверное, именно поэтому мама и бабушка так быстро полюбили его.

Изящное личико Нин Цин покраснело, и она посмотрела на Лу Шаомина с большой нежностью.

Люби меня, люби мою собаку.

Самая лучшая любовь в мире.

Му Юньфань искоса взглянул на Нин Цин. Сейчас она была счастливой маленькой женщиной. Затем он посмотрел на руку Лу Шаомина, которую держала бабушка. - Бабушка, тебе так нравится Лу Шаомин, что я завидую. Знаешь, Юньфань сопровождал тебя столько лет.”

Глаза Лу Шаомина вспыхнули. Хорошо, используя время, чтобы занять мое внимание?

- Брат Юньфань, - со смехом сказала Нин Цин. Она застенчиво и быстро взглянула на Лу Шаомина, а затем сказала: “все по-другому.”

Му Юньфань замер.

- Ха-ха.- Юэ Ваньцин подошла к нему. "Юньфань,чему ты завидуешь? Цинцин-это правильно. Это совсем другое дело. Зять и внук имеют разные личности, но бабушка любит вас обоих одинаково.”

“Да, это так.- Бабушка согласилась.

- Ладно, давай перестанем болтать. Давайте поедим. Цинцин, иди и помоги маме.”

…

Все сидели за столом и тихо ужинали. Все они были людьми благородного происхождения. За столом они не разговаривали.

После ужина Юэ Ваньцин убирала посуду. Внезапно она что-то вспомнила и спросила: “Юньфань, ты вернулся в город Т один? А где ты будешь ночевать?”

Му Юньфань сидел на диване с бабушкой. - Тетя Ваньцин, мне пока негде жить. Я хочу проводить больше времени с бабушкой и тетей. Я думаю, что в этой квартире есть много комнат. Может быть, я буду жить здесь?”

Юэ Ваньцин посмотрел на Лу Шаомина. В конце концов, это был дом ее зятя. Она должна была спросить его мнение. - Шаомин, как ты относишься к тому, что Юньфань живет здесь?”

У Лу Шаомина не было никакого мнения. Его свекровь была нежна и учтива, и достаточно уважала его. Вежливость требует взаимности. Он также должен дать ей лицо.

Му Юньфань намеревался дать ему согласие, когда он бросил вопрос.

Между умными людьми не было необходимости в слишком большом количестве слов.

- Мам, этот дом зарегистрирован на твое имя. Вам не нужно мое согласие, чтобы позволить кому-либо жить в нем. Кроме того, я бы меньше волновалась, если бы мастер му жил здесь. Мастер му сможет выручить бабушку.”

“В порядке."Юэ Ваньцин была 11/10 довольна своим зятем.

Его свекровь была удовлетворена. Лу Шаомин беспомощно улыбнулся, надеясь, что он не привел волка в свою конюшню.

…

Юэ Ваньцин и Нин Цин отправились на кухню. Лу Шаомин и Му Юньфань стояли на балконе и разговаривали.

- Мастер му, есть вопрос, который Нин Цин постеснялась бы задать вам. А теперь я спрашиваю о ней. Вы, должно быть, тоже видели новости. Есть ли у вас какое-либо мнение по поводу инцидента, который произошел между вами и Нин Цин три года назад? Почему Нин Цин все еще девственница?”

Му Юньфань посмотрел на далекое небо и ответил: “У меня определенно сложилось впечатление об этом инциденте; это была самая большая вина в моей жизни. В тот день я был пьян и пошел к себе в комнату. Один мой друг сказал, что подарил мне девочку. Я не знаю, почему это был Цинцин. Может быть, я был пьян и физически истощен; я просто пошел спать. После того, как я проснулась, даже я не знала, случилось ли что-нибудь с Нин Цин. К счастью, она не пострадала.”

“О, - Лу Шаомин рассмеялся и лениво сказал. - Мастер му сделал вид, что он ни в чем не виноват.”

Му Юньфань не изменил своего выражения лица, когда спросил “ " молодой господин Лу, скажите мне, где я не невинен?”

“Ты и Нин Цин росли вместе и должны были знать голоса друг друга. Когда Нин Цин была пьяна и лежала в постели, она знала, что это ты, когда слышала, как ты и твои друзья разговаривали. Когда ты ложился спать, Нин Цин так сильно сопротивлялась тебе, избегала твоих поцелуев и называла тебя старшим братом Юньфань. Ты говоришь мне, что не узнал Нин Цин в ту ночь – ты думаешь, я ребенок?”

Лу Шаомин сделал паузу и продолжил: “ты узнал Нин Цин и не прикоснулся к ней, но это не было из твоих благих намерений. Наоборот, это было крайне плохо. Потому что на следующее утро после аварии вы ввели всех в заблуждение и косвенно привели к краху семьи Инь.”

"О, слова молодого мастера Лу можно сказать Цинцин. Посмотрим, поверит ли она им.”

Выражение лица МУ Юньфаня было таким бесстрашным, и он был уверен в 18-летней дружбе Нин Цин с ним.

- Молодой господин Лу, я рос вместе с Цинцин с самого детства. В те 18 лет я не баловал ее напрасно. Если вы хотите оклеветать меня перед ней, я боюсь, что нет достаточных доказательств, поэтому это не сработает.”

Лу Шаомин поднял губы и сменил тему разговора. - Мастер му, есть ли у вас чувство разочарования и слабости с тех пор, как вы вернулись на этот раз? Девушка, которую ты когда-то избаловал, защищает других мужчин перед тобой. - О, Извините, но этот человек теперь ее муж.- А твоя бабушка и тетя Ваньцин, которые так баловали тебя в прошлый раз, тоже начинают принимать сторону своего зятя. Вы, вероятно, не ожидали, что я так быстро вторгнусь на вашу территорию и завоюю всеобщее расположение, но ваш статус не гарантирован; вы стали аутсайдером.”

Красивое лицо му Юньфаня осунулось, и его глаза яростно задергались.

Но он быстро рассмеялся и сказал: “молодой господин Лу, зачем вы так спешите? Я только сегодня приехал. Я еще ничего не сделал. Давай подождем и посмотрим.”

- Хорошо, мастер му, я всегда буду ждать.”

Когда Лу Шаомин понизил голос, Нин Цин выбежала из кухни. - Шаоминг.- Она бежала так быстро, что ударилась коленом и голенью о диван, и ноги у нее вдруг подкосились.

Лу Шаомин подошел к ней со стиснутым сердцем.

Но краем глаза он увидел, что Му Юньфань тоже побежал к Нинцин.

Вместо этого Лу Шаомин остановился.

Му Юньфань поднял Нин Цин, держа ее тонкие руки, и нервно спросил: "Цинцин, что случилось и где боль?”

В это время Юэ Ваньцин также вышла и отчитала ее “ " Цинцин, что ты делаешь в такой спешке? Шаоминг просто стоит там. Никто его у тебя не отнимет.”

Озабоченное выражение лица МУ Юньфаня застыло.

Нин Цин посмотрела на Лу Шаомина с маленьким красным лицом. Мужчина встал и, слегка нахмурившись, посмотрел на нее. Он немного винил ее за это.

Она вдруг стала похожа на ребенка, совершившего ошибку.

- Иди сюда, - сказал Лу Шаомин.

“ОК.- Ответила Нин Цин, отдергивая свою тонкую руку от руки му Юньфаня и направляясь к нему.

Подойдя к нему, Лу Шаомин протянул руку, обхватил ее за мягкую талию и тихо сказал: “Почему ты такой безрассудный, тебе почти 21 год, и ты все еще заставляешь людей волноваться? А зачем, собственно, вы меня искали?”

Нежное личико Нин Цин покраснело, когда она прошептала: “Шаомин, мама попросила меня переночевать здесь сегодня. Я хотел спросить, согласны вы или нет.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 136:Я Пришел Из-За Девушки

Лу Шаомин легонько рассмеялся. - Завтра в пять утра я должен быть в офисе.”

Нин Цин кивнула головой в знак согласия и быстро посмотрела на свою маму. - Мама, завтра в пять утра я должна идти в школу, - громко сказала она. ”

Юэ Ваньцин,“....”

Бабушка засмеялась: "Цинцин, что за чушь ты несешь? Ворота школы не открываются в 5 утра! Да, замужняя дочь похожа на воду, пролитую из дома. Ах, твоя мама попросила тебя остаться на ночь. Глядя на вас обоих, мужа и жену; вы просто так неохотно отделяетесь друг от друга.”

- Бабушка!- Смущенно сказала Нин Цин.

- Хорошо, Шаомин, Цинцин, мы будем ждать, когда вы вернетесь на выходные, чтобы переночевать там. Небо уже потемнело. А теперь поторопись домой!”

“Окей.- Лу Шаомин проводил Нин Цин до двери.

Пройдя два шага, Юэ Ваньцин озадаченно спросил: "Цинцин, что случилось с твоими ногами? Ты только что налетел на него. Почему он все еще дрожит?”

Нин Цин, “…”

- О, мам, Нин Цин недавно занималась спортом. Может быть, она перестаралась, и поэтому ее ноги дрожат”, - спокойно сказал Лу Шаомин без тени румянца на лице, в то время как его пристальный взгляд был сосредоточен на Му Юньфане.

Му Юньфань скривил губы в холодной улыбке.

Нин Цин в шоке дернула Лу Шаомина за рукав. О чем это он говорит? Он становился все смелее и смелее. Упражнение?

- Тренируешься? Цинцин, вы обязательно позаботитесь о своем теле в будущем”, - серьезно сказал Юэ Ваньцин.

“Я все понял, мам. Бабушка, брат Юн Фан, мы уезжаем.- Нин Цин ушла, помахав рукой.

После того, как дуэт вышел из дверей квартиры, Нин Цин использовала свой кулак, чтобы ударить Лу Шаомина в плечо. “Эй, а почему ты только что сказал "упражняться"? Стыдно же!”

Лу Шаомин обхватил ее за талию и повел в лифт. Его глубокий пристальный взгляд был сосредоточен на ней, и он спросил: Вы наслаждались упражнением, пока это происходило.”

Лу Шаомин надул губы, и она встала на цыпочки, чтобы своими маленькими руками обхватить его красивое лицо. “Тебе нельзя ничего говорить! Ты все еще разговариваешь? Ты еще раз осмелишься это сказать?!”

Лу Шаомин позволил ей ущипнуть себя с любящим взглядом в глазах. Юная девушка в его объятиях радостно подпрыгивала и размахивала руками. Она говорила с озорным тоном; это было очень мило.

Именно в этот момент он понял, что женился на студентке, которая была еще очень молода. Она еще не полностью развилась, но он уже начал пожирать ее.

Он заключил ее в объятия и пригрозил потемневшими глазами: "не суетись! Если вы продолжите,мы продолжим заниматься сегодня.”

“А я и не хочу. Я отдыхал только одну ночь. Ты же сказал, что позволишь мне отдохнуть прошлой ночью.- Нин Цин лежала в его теплых объятиях, трепеща глазами и с жалостью глядя на него, пока он пересчитывал ее бледные пальцы.

Ресницы у нее были длинные, как крылья бабочки. Они были сродни перьям, слегка касавшимся его лица. Лу Шаомин крепко обнял ее и поцеловал в щеку. - Женушка, почему ты так меня мучаешь? Так по-детски, как малолетний ребенок!”

“А кто этот ребятишка? Лу Шаомин, тебе лучше все прояснить!- Сказала Нин Цин, громыхая от смеха, когда она ущипнула себя за воротник его рубашки.

В этот момент раздался звонок в дверь лифта.- Лу Шаомин не стал с ней возиться и вышел за дверь.

Нин Цин последовала за ним. Не обращая внимания на прохожих, которые проходили мимо нее в вестибюле, она притормозила и сказала: “Лу Шаомин, подожди меня.”

Она никак не могла догнать Лу Шаомина, который шел широкими шагами. Он вышел из вестибюля и быстро спустился по лестнице.

Нин Цин видела, что он действительно игнорирует ее. Она стояла на верхней ступеньке лестницы и топала ногами, бормоча себе под нос: "Лу Шаомин, если ты не подождешь меня, я пойду наверх спать с мамой.”

Услышав ее слова, Лу Шаомин остановился. Он обернулся, его тонкое пальто элегантно покачивалось на его четко очерченной фигуре. Его глаза мерцали, как темный обсидиан. - А кто сказал, что я не буду тебя ждать? - мягко спросил он. - ты же знаешь, что я буду ждать тебя всю ночь. Я просто спустился вниз по лестнице. Ты что, ждешь, что я понесу тебя на спине?”

- А бедра у тебя не болят? Давай. Мужчина обернулся, его красивая спина слегка наклонилась,позволяя ей пройти.

Вот это уже больше походило на правду.

Нин Цин почувствовала прилив нежности в своем сердце. Глядя на его завораживающую и здоровую фигуру в костюме и рубашке, она почувствовала, как по ее телу пробежала волна тепла.

Как бы она ни смотрела на своего мужа, он был чрезвычайно обаятелен.

- Шаоминг, я иду.- Она развела руками с третьей ступеньки. Мужчина крепко держал ее сзади и поднял на руки.

“У тебя руки холодные? Положи их под мою одежду, - мягко предложил он, продолжая идти. Он едва чувствовал ее вес. Она даже не набрала девяноста фунтов..

Нин Цин обвила руками его шею и положила свое маленькое личико рядом с его решительным лицом. Она толкнула его локтем, ее красные губы обдували горячим воздухом его щеки. - Муженек, тебе холодно?- Она без колебаний положила руку на воротник его костюма, коснувшись сшитой на заказ рубашки высшего качества.

Ее рука коснулась его груди. Его сердце бешено колотилось.

Оно билось в постоянном ритме. Его вибрация заставила ее ладонь онеметь.

Ее маленькие руки были теплыми, а сердце таяло.

“Мне не холодно, пока женушка продолжает крепко меня обнимать.”

“Окей.- Нин Цин крепче прижалась к нему, ее маленькие губки смело чмокали его в щеку. - Муженек, спасибо, что разрешил брату Юньфань жить с мамой.”

Лу Шаомин не переставал улыбаться, он слегка повернулся: “брат Юньфань, брат Юньфань. Вы говорите о нем так интимно! Женушка, Зови меня брат Шаоминг?”

Когда Нин Цин услышала его слова, ее лицо стало пунцово-красным. - Бесстыдно! Тебе уже 30, так что ты намного старше меня. Ты все еще хочешь, чтобы тебя называли братом? К тебе надо обращаться как к дяде!”

“А кто этот бесстыдник? Вы любите тех, кто похож на дядю-фигуру!”

- Это ты!”

- Обними меня покрепче, твой дядя Шаомин заставит тебя летать, хорошо?- Лу Шаомин внезапно ускорил шаг и стрелой метнулся вперед.

- А!- Закричала Нин Цин и крепче сжала его в объятиях. Она рассмеялась, и ее маленькая ручка коснулась его лица. Она чувствовала, что он был теплом в ее зимнем доме.

Когда он был рядом, было очевидно, что все прекрасно.

Юэ Ваньцин была в кипящей воде на кухне. Му Юньфань вошел и спросил: "Тетя Ваньцин, как давно Цинцин и молодой мастер Лу женаты? Почему же я не получил от них приглашения на свадьбу? Разве они не устраивали банкет?”

“Нет, они этого не сделали, - кивнула Юн Ваньцин. - Они зарегистрировали свой брак в здании суда и не собираются устраивать свадебный банкет.”

“А почему они его не организуют? Тетя Ваньцин, разве вы не знаете, что богатые семьи больше всего ценят свадьбы? Это основное уважение к молодоженам. Молодой господин Лу-член высшего общества. Корпорация Lu имеет международное присутствие. Цинцин вышла замуж за члена семьи Лу и стала госпожой Лу. Разве это не должно быть объявлено всему миру? Теперь они прячутся и скрывают это вот так. Это несправедливо по отношению к Цинцину.”

“Этот…”

Му Юньфань увидел нерешительность на лице Юэ Ваньцин и продолжил: “тетя Ваньцин, вы уже встречались с родителями молодого мастера Лу? Его семья богата и могущественна. Нормальные обеспеченные семьи не в состоянии достичь своего уровня, его родители должны иметь жесткие условия, которые они ожидают от невестки. А им нравится Цинцин?”

Юэ Ваньцин был поставлен в затруднительное положение. Вопросы му Юньфаня прекрасно отражали вопросы и тревоги, которые она глубоко похоронила в своем сердце.

Ее это очень беспокоило.

Она не была знакома с родителями Шаомин. По праву они должны были взаимодействовать уже как свекровь.

Му Юньфань был удовлетворен. Лу Шаомин сказал, что он победил всю семью Нин; му Юньфань не думал, что он действительно сделал это.

У каждой связи были бы свои трещины. Ему нужно было только найти эту тонкую трещину и постоянно расширять ее. В конце концов, он превратится во что-то большое, как снежный ком.

Му Юньфань хотел продолжить свою речь, но крик снизу остановил его. - А!”

Юэ Ваньцин и Му Юньфань оба обратили свое внимание, чтобы посмотреть вниз из окна. Они только видели, как Лу Шаомин бежал, неся Нин Цин. Они отчетливо видели, что дуэт был далеко, но они ясно слышали кристально чистый смех Нин Цин, который звенел в воздухе, как колокольчик в ночи, распространяясь по каждому углу города.

Выражение лица МУ Юньфаня мгновенно стало тяжелым.

Юэ Ваньцин удовлетворенно кивнула головой и сказала эмоционально: “времена изменились. Все молодые люди регистрируют свои браки и начинают жить своей собственной жизнью. Что же касается этих тщательно продуманных пышных свадеб, то как такие вещи могут завоевать заботливого и любящего мужа? Я уважаю их и также доверяю Шаоминг. Шаомин очень любит Цинцин; даже я это чувствую. Он будет хорошо относиться к ней до конца их жизни. Кроме того, что касается его родителей, родители не могут победить своих детей. Все, что любит Шаоминг, я думаю, понравится и его родителям.”

Му Юньфань перевел свой пристальный взгляд. Человек был погружен в свои мысли.

Похоже, что недооценил Лу Шаомина.

Этот человек был чрезвычайно компетентен в захвате чужих сердец.

На следующее утро Нин Цин отправилась в школу. Во второй половине дня был урок физкультуры. Это был обязательный класс для девушек на факультете искусств, чтобы укрепить организм и защитить себя.

Дойдя до спортзала, она заметила, что коридор был забит до краев. Девушки непрестанно болтали…

- Ух ты, я и представить себе не могла, что он станет нашим новым инструктором по физкультуре.Теперь маме никогда не придется беспокоиться о том, что я пропущу занятия.”

“Да, я слышал, что он пожертвовал 3 квартала нашей школе. Он такой щедрый, красивый, нежный и богатый. Он действительно является лучшим вариантом среди всех молодых отпрысков общества.”

О ком они говорили, Нин Цин в замешательстве слушала их со спины.

Их предыдущий инструктор по физкультуре был женщиной в возрасте 40 лет.

В этот момент прозвенел школьный звонок, и Нин Цин протиснулась сквозь толпу, чтобы попасть внутрь.

Войдя в класс, она была потрясена. Это был му Юньфань.

Му Юньфань заметил ее пристальный взгляд. Он повернул голову и скривил губы, одарив ее нежной улыбкой.

- Ух ты, он улыбнулся! - Он улыбнулся. Я теряю сознание из-за электричества в воздухе!- воскликнула группа девушек, которые толпились у дверей и окон комнаты.

Нин Цин покраснела. - Она была смущена. Му Юньфань был одет в белый тренировочный костюм. Его прекрасные глаза были слишком красивы и молоды; он был убийцей девочек-подростков.

Нин Цин и не думала о том, чтобы быть столь заметной. Все остальные студенты уже сидели. Она поспешно опустила глаза. Она поспешно побежала к задней двери.

Зачем пришел брат Юньфань?

- Хорошо, все здесь присутствуют, тогда позвольте представиться. Меня зовут му Юньфань. С этого момента я буду инструктором по гимнастике для всех.”

Студенты дружно зааплодировали. Они были взволнованы. - Молодой мастер му, а почему вы решили стать нашим инструктором по фитнесу? Вы происходите из такой привилегированной среды, и за этим должна быть какая-то причина. Нам так любопытно, пожалуйста, дайте нам знать, молодой мастер му.”

“Вот именно, именно так. Пожалуйста, скажите нам молодой мастер му.”….

Му Юньфань, стоявший впереди, не сводил глаз с маленькой фигурки в толпе. - Ну и что? I...am вот тебе и девчонка.”

Сердце Нин Цин бешено колотилось. Ее тонкие руки были подталкиваемы человеком рядом с ней: “Нин Цин, Нин Цин, Молодой Мастер му говорит о тебе.”

Нин Цин подняла голову, все смотрели на нее со всех возможных сторон. Там были зависть и восхищение, и она стала центром внимания толпы.

- Ха, ха-ха... - Нин Цин почувствовала себя неловко и смогла лишь выдавить вымученную улыбку.

Как мог брат Юньфань официально заявить, что он здесь ради нее?

После этого было трудно оставаться в тени.

- Хорошо, давайте начнем. Сегодня давайте практиковать медитацию. Вдыхайте и выдыхайте. Расслабьте свое дыхание.”

Студенты сидели на желтом футоне. Нин Цин тоже села. Следуя инструкциям му Юньфаня, она закрыла глаза и глубоко вдохнула.

В классе было тихо. Все были чрезвычайно сосредоточены.

Му Юньфань сел на футон впереди, чтобы медитировать. Он был воплощением мирной красоты.

Когда Нин Цин открыла глаза, чтобы выглянуть наружу, прошло 40 минут. Снаружи все еще толпились возбужденные девушки.

Они почти истекали слюной на Му Юньфань.

Нин Цин посмотрела на свой телефон, пришло время для увольнения. Было почти 5, Но Му Юньфань не подавал никаких признаков желания уволить их, и студенты тоже не хотели быть уволенными.

Она очень спешила, когда Лу Шаомин привел ее сегодня утром в школу, они заключили договор. Он приедет за ней и попросит ее подождать у школьных ворот в 5 часов.

Лу Шаомин скоро будет здесь, что же ей делать?

В этот момент му Юньфань открыл глаза, он увидел беспокойство на ее лице. Он встал, подошел к ней и наклонился.

- Цинцин, что случилось?- Потому что все были в медитации, в классе было тихо, и когда он заговорил с ней близко, его губы были почти на ее ушах.

Это мягкое ощущение заставило ее замереть, и она отвернулась, не зная, что делать.

Их лица были совсем близко друг от друга. Когда она повернулась, чтобы посмотреть на него, то внезапно врезалась в его глубокие глаза. Их губы были всего лишь на расстоянии листка бумаги между ними.

От него пахло освежающими мужскими духами. Это был приятный запах.

- Ух ты... - воскликнули девочки за пределами класса. "Они близки к тому, чтобы целоваться…”

Остальные одноклассники в комнате открыли глаза, чтобы посмотреть на них.

Лицо Нин Цин было ярко-красным. Она попятилась назад и тяжело опустилась на пол.

"Брат Юньфань, пришло время для увольнения.”

Брат Юньфань заметил ее отчаянный взгляд. Он громко рассмеялся и спросил: “может быть, пора уходить? Теперь все хотят вернуться домой?”

"Молодой мастер му, мы не хотим этого. Давайте еще немного попрактикуемся."Студенты хотели больше времени общаться с ним и все согласились не заканчивать занятия.

Нин Цин застыла и оказалась перед дилеммой.

- Цинцин, все хотят остаться в классе. Если ты хочешь уйти сейчас, то все в порядке. Я буду относиться к тебе по-особому. Но все будут говорить, что я предвзято отношусь к вам в будущем.”

Это заставило ее захотеть уйти. Но она не могла ни уйти, ни остаться.

Му Юньфань встал. Он продолжал сидеть на футоне. Нин Цин посмотрела на часы. - Она прикусила нижнюю губу. Ей оставалось только собраться с силами и вернуться на футон.

Она не хотела особого обращения и надеялась, что Лу Шаомин не рассердится.

Занятия были прекращены через час. Это было 6. Нин Цин покинула класс, не попрощавшись с Му Юньфан, и она побежала как ветер к воротам школы.

Под янтарным дорожным фонарем виднелся знакомый роскошный "Бентли". Лу Шаомин, одетый в черное зимнее пальто, лениво лежал на машине и спокойно ждал.

- Шаоминг.- Нин Цин быстро подбежала к нему. - Простите, я опоздал. Вы ведь очень долго ждали, не так ли?”

Лу Шаомин поднял на нее пристальный взгляд. Она выбежала в спешке. Ее лицо раскраснелось, и она тяжело дышала. - Он мягко покачал головой, - я не стал долго ждать. Садись в машину.”

Он вежливо открыл перед ней пассажирскую дверь.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 137:Извините, Я Был В Плохом Настроении

Нин Цин сидела в машине. Ее маленькое тельце, замерзшее на холодном ветру, быстро согрелось. Автомобиль был отапливаемым и очень удобным.

В ее сердце жило еще одно чувство вины. Он был не из тех людей, которые любят жару. Наверное, он включил обогреватель, потому что боялся, что ей будет холодно, и хотел, чтобы ей было тепло.

Он был таким внимательным.

Лу Шаомин сел на водительское сиденье и не сразу завел машину. - Он слегка наклонился вперед. Он обхватил обеими своими большими ладонями ее бескостные маленькие ручки и держал их.

- А там холодно?- спросил он, потирая ее маленькие ручки и согревая ее. Его ладони были теплыми и уютными.

Нин Цин опустилась в мягкое и удобное кресло. Он нежно гладил ее маленькие ручки, и ей было так тепло, как будто она купалась в теплом солнечном свете. - Шаоминг, ты злишься? Сегодня у меня был фитнес-класс и медитация. Старший брат Юньфань закончил свой урок слишком поздно. Мои одноклассники никуда не уходили. Мне было неловко идти первым, поэтому я опоздал.”

“Ах вот как? Ваш старший брат Юньфань стал вашим новым тренером по фитнесу?"Местонахождение му Юньфаня было сообщено ему, так что Лу Шаомин знал.

“Да.- Нин Цин кивнула. “Мне тоже любопытно. Почему старший брат Юньфань вдруг пришел в нашу школу и стал тренером по фитнесу?”

Лу Шаомин приподнял губу. “А что для тебя странно? Твой старший брат Юньфань, должно быть, пришел за тобой.”

Нин Цин услышал и кивнул: “Да, у старшего брата Юньфаня нет родственников в городе Т, Я единственный. На этот раз он, вероятно, вернулся, потому что хотел меня видеть, поэтому он пошел в нашу школу.”

Лицо девушки было честным и простым; Лу Шаомину нечего было сказать.

Она вообще не могла расслышать намерения в его словах.

Также она не знала, что Му Юньфань намеренно вызвал этот инцидент. Он провоцировал Лу Шаомина.

Ее фраза "хотела меня видеть" была такой простой. Она знала, что Му Юньфань намеренно пытается приблизиться к ней.

В этом мире было так много людей, все они взаимодействовали ради выгоды или выгоды. Она не понимала, что если они не были настоящими братьями и сестрами, то как могла быть настоящая и чистая любовь между ними?

Те, кто был близко вовлечен, не могли видеть ясно.

Это был ее общий недостаток, как только ее близкие были вовлечены, ее IQ стал несуществующим.

- Шаоминг. Увидев, что мужчина молчит, она отняла свою маленькую ручку и обняла его красивое лицо. “Ты действительно злишься?”

“Что ты сделал, чтобы меня разозлить?”

“А не потому ли, что я заставил тебя ждать больше часа? Шаомин, прости меня, это больше не повторится, - тихо сказала Нин Цин, касаясь его холодных жестких коротких волос своей маленькой рукой, уговаривая его, как будто она уговаривала тигра.

Лу Шаомин вздохнул в своем сердце. Она не понимала сути дела.

Его красивое тело приблизилось к ней. Когда он коснулся ее нежного, красивого лица своими большими руками, его глаза то вспыхивали ярко, то темнели. “Ты опоздал больше чем на час, так что постарайся наверстать упущенное сегодня, ладно?”

Маленькое личико Нин Цин покраснело от пронзительного писка,и атмосфера в машине накалилась.

Его свежий и очаровательный аромат стал немного тяжелее. Он все еще умело касался ее лица своими грубыми руками, и воспоминания Нин Цин неудержимо возвращались к ней.

Это была великолепная ночь, и он был полон энтузиазма.

Видя, что девушка так застенчива, она потеряла дар речи. Лу Шаомин приложил кончик своего высокого носа к ее изящному носику и дважды ткнулся в него носом. Его голос был хриплым и сексуальным “ " маленькая леди, я позволил вам сделать перерыв. Вы обещали своему мужу Сегодня вечером, и вы не можете отказаться от своего слова. У 30-летнего мужчины есть потребности. Подарите своему мужу счастье, будьте добры- ”

Нин Цин превратилась в лужицу на своем стуле. Она не могла вынести, как он разговаривает с ней. Как в ту ночь, когда он отнес ее в ванную и положил туда. Она немного зашипела от боли, поэтому он сразу же обнял ее и обхватил ее голову своей большой ладонью. - Извини, детка, подойди и скажи муженьку, где болит…”

Нин Цин растаяла в луже воды.

Она робко посмотрела на него осенними зрачками, чистыми и простыми, как лист простой бумаги. Она нежно кивнула головой, словно собираясь с духом. - Ну ладно!”

Лу Шаомин улыбнулся.

Они слегка подтолкнули друг друга кончиками носов, а затем Нин Цин схватил его за воротник двумя маленькими ручками, глядя на его тонкие губы совсем близко.

Его губы были тонкими и мягкими, с некоторой долей отчужденности. Ее глаза были соблазнительно розовыми, упругими и сексуальными.

- Шаоминг... - выкрикнула она пересохшим ртом.

Лу Шаомин поднял глаза и увидел, что девушка жадно смотрит на его тонкие губы.

- Ах... - его брови поползли вверх, он был очень рад услужить ей. Он обхватил ее лицо обеими руками и медленно прижался своими тонкими губами к ее губам.

Нин Цин закрыла глаза и стала ждать его поцелуя.

Но в это время, Бип! Раздался резкий автомобильный гудок. Нин Цин вздрогнула, проснулась и быстро оттолкнула его.

Лу Шаомин поднял голову, и за окном проехал "Порше".

Му Юньфань.

Нин Цин тоже это заметила. Она смущенно закрыла лицо двумя маленькими ручками. - Ах, теперь уже никто никого не видит.”

Лу Шаомин посмотрел на нежную девушку и снова наклонился, чтобы поцеловать ее.

Нин Цин отшатнулась и пробормотала своими розовыми губами: "Шаомин, ты все еще хочешь поцеловаться? Брат Юньфань уже видел нас. Это так неловко!”

Лу Шаомин нахмурился, немного недовольный тем, что они не могут поцеловаться, но он начал пристегивать ремень безопасности Нин Цин для нее. “Пойдем домой.”

…

Войдя в гостиную виллы, тетя Ян вышла из кухни, чтобы поприветствовать их. - Сэр, мадам, вы уже дома! Ужин уже готов. Может, теперь поужинаем?”

Нин Цин уже собиралась сказать” О'Кей“, когда услышала, как мужчина рядом с ней сказал: "Тетя Ян, приготовьте еще немного куриного супа и медленно варите его на маленьком огне.”

“ОК.- Тетя Ян согласилась и пошла на кухню.

Нин Цин подозрительно посмотрела на него. - Шаоминг, хочешь сегодня куриного супа?”

Лу Шаомин повел ее вверх по лестнице за маленькие изящные плечики и сказал: - Сосредоточься на второй половине предложения и медленно туши его на маленьком огне... у нас будет достаточно времени “…”

Нин Цин вдруг все поняла. - Шаоминг, ты! - А!”

Лу Шаомин перенес ее горизонтально и открыл дверь спальни.

“Что ты там делаешь? Отпусти, отпусти быстро. Я и раньше не замечал, что ты ведешь себя так неприлично. Давай сначала поужинаем” " ее тело стало мягким, когда ее положили на большую мягкую кровать.

Лу Шаомин подавил ее сопротивляющееся тело, закрыл ей рот рукой и притворился злобным: “не кричи, я свяжу тебя, если ты снова закричишь.”

Нин Цин почувствовала угрозу и кивнула, как дятел, чтобы показать, что она не будет кричать.

Лу Шаомин отпустил ее рот.

- Рассердилась Нин Цин. Она покраснела и подошла, чтобы ударить его маленьким нежным кулачком. “Лу Шаомин, ты большой плохой хулиган, у тебя все еще есть лицо, чтобы угрожать мне? Думая о таких вещах без ужина. Ты просто бесстыдница. МММ...”

- Он поцеловал ее.

На этот раз его поцелуй был слишком властным. Он был полон решимости больше не позволять ей говорить. Она и не подозревала, как прекрасно выглядит сейчас, с этими своими красными губами и белыми зубами.

Нин Цин целовалась бессмысленно и не могла вынести его властного президентского темперамента.

Когда он отпустил ее, Нин Цин продолжала тяжело дышать. Мужчина не мог оторваться от ее губ и заговорил совсем близко: - Женушка, из-за тебя я стал таким бесстыдным. Что ты тайно ел в школе, пирожные, сливы? Почему это так сладко у тебя во рту?”

Все тело Нин Цин покраснело, когда она услышала это, она съела торт во второй половине дня. Линь Сюэмэй принес ей поесть, это было очень вкусно.

И он чувствовал ее вкус.

- Шаоминг, давай сначала поедим. Это нехорошо. Такое чувство, что кто-то может ворваться в любое время...” голос Нин Цин был сладким, как мед, и она не могла принять это в своем уме.

Лу Шаомин уткнулся лицом в ее нежную шею и жадно принюхался. “Вот это и делает его захватывающим.”

- Это ты!”

Но мужчина на ней оперся на руки и выпрямился. Его черные глаза были остры. - Нин Цин, от тебя пахнет мужским одеколоном. Откуда же он взялся?”

Мужской одеколон?

Нин Цин была немного смущена.

Позже, после тщательного обдумывания, она почувствовала, что это, вероятно, был запах одеколона на теле старшего брата Юньфаня. Вероятно, это подействовало на нее, когда они были так близко друг к другу.

“Это, вероятно, старший брат Юньфань, мы сегодня разговаривали…”

“Как же его запах попал на вас, если вы только что разговаривали?- Лу Шаомин ущипнул ее за нежную щеку и слабо улыбнулся. - Нин Цин, я потакаю тебе, потому что верю, что ты умна и можешь справиться сама. Ты чувствуешь это?”

Нин Цин не могла этого почувствовать. Она хлопнула его по большим рукам своей маленькой ручкой и нахмурилась. - Шаоминг, ты делаешь мне больно.”

Лу Шаомин отпустил его руку и наклонился, чтобы поцеловать ее в щеку. - Извини, я только что был в плохом настроении. - Ничего не говори. Я буду очень осторожен.”

Нин Цин зарыла свое маленькое личико в подушку и позволила ему поцеловать ее. Она чувствовала волны боли в груди, но не осмеливалась заговорить. Мужчина был зол, и она это знала.

Он всегда был очень добрым, мягким и сдержанным, и она никогда не видела, чтобы он сердился с тех пор, как они встретились.

Нин Цин медленно обвила его шею руками и поцеловала в очаровательные бакенбарды. - Шаомин, я только что сказал пару фраз старшему брату Юньфаню. В то время в классе было тихо, и мы шептали друг другу на ухо. Не будь таким чувствительным.…”

А кто был чувствительным?

Был ли он чувствительным, или она была тупой?

Лу Шаомин не хотел ее слушать, поэтому он открыл рот и накрыл ей губы ладонью.

Температура их тел соответственно повышалась. Нин Цин услышала серию мелодий сотового телефона посреди всего этого. Зазвонил ее сотовый телефон.

Она отстранилась и толкнула мужчину на свое тело. "Шаоминг, мобильный телефон…”

Лу Шаомин взглянул на сотовый телефон на прикроватной тумбочке. На экране мобильного телефона появился “старший брат Юньфань”.

“Неважно.- Пробормотал он.

Нин Цин был погружен в свою полуоткрытую рубашку. Она хотела проигнорировать его, но ее сотовый телефон постоянно звонил. Она снова попыталась вырваться. “Может быть, кто-то ищет меня по какому-то срочному делу.”

Лицо Лу Шаомина было немного темным. Они еще не закончили, и внимание девушки не было сосредоточено, и его настроение было испорчено.

Он повернулся на другой бок и лег на кровать. “Принять его.”

Сегодня вечером му Юньфань не остановится, пока Нин Цин не ответит на ее телефон.

Нин Цин взяла свой сотовый телефон и посмотрела на номер. - Она подняла трубку. - Привет, Старший Брат Юньфань.…”

На другом конце провода раздался встревоженный голос: "Эй, Цинцин, у бабушки сегодня распухли ноги. Теперь у нее немного кружится голова и тошнит, и она очень больна. Мы с тетей Ваньцин привезли бабушку в больницу. Приезжай скорее.”

- Ну и что же?- Нин Цин вскочила с кровати и села. - Хорошо, я приеду прямо сейчас.”

Поспешно повесив трубку, Нин Цин искоса взглянула на мужчину рядом с собой и сказала: “Шаомин, я сейчас еду в больницу. Бабушка находится не в добром здравии и была отправлена в больницу.”

Лу Шаомин сел прямо. - Ладно, давай я тебя отвезу.”

…

В больнице

Нин Цин бросилась в палату. Она толкнула дверь и вошла. Бабушка лежала в постели в сопровождении Юэ Ваньцина и Му Юньфаня.

- Бабушка, что с тобой такое? А где это болит?”

- Ничего серьезного, это просто диабет. Мои ноги немного распухли. Этот ребенок Юньфань увидел это, поднял шум и настоял на том, чтобы отвезти меня в больницу. Я сказал ему не сообщать вам, но Юньфань все равно позвонил вам, ребята.”

Му Юньфань с беспокойством посмотрел на бабушку. - Бабушка, ты все еще говоришь, что ничего серьезного. Ночью у тебя совсем не было аппетита. Ты даже не поужинал. Если вы больны, вы должны прийти в больницу для лечения. Ты просто не мог этого вынести. Кроме того, Цинцинн очень любит бабушку; она определенно должна прийти и увидеть вас, прежде чем она сможет чувствовать себя спокойно.”

- Да, бабушка, брат Юньфань прав. Цинцин хочет, чтобы бабушка жила долго.- Нин Цин сидела у кровати, держа бабушку за руку.

Бабушка смотрела, как ее окружают внуки, и ласково улыбалась.

Юэ Ваньцин счастливо кивнула и посмотрела на Лу Шаомина. - Шаоминг, с бабушкой все в порядке. Ты отвезешь Цинцин домой. Врач посоветовал бабушке остаться в больнице на два дня. Я останусь здесь. Вы заняты своей работой. Возвращайся и отдохни.”

Лу Шаомин мягко улыбнулся. - Все в порядке, мам. Ты одна в больнице с бабушкой. Я буду по очереди сопровождать тебя вместе с Цинцин.”

Юэ Ваньцин хотел отказаться, но тогда му Юньфань сказал: “Молодой Мастер Лу, вы заняты работой, поэтому вам не нужно сопровождать их. Они будут чувствовать себя обузой, если ты останешься здесь. Тетя Ваньцин, я, Цинцин и я – нам достаточно, чтобы сопровождать бабушку.”

Глубокие глаза Лу Шаомина ярко вспыхнули. Все знают, что у бабушки сахарный диабет, и ее ноги были опухшими, и ее аппетит не был хорош. Му Юньфань устроил сегодня грандиозное шоу, используя бабушку.

Кроме того, он не сопровождал бабушку, что он как зять, Нин Цин, и его теща должны были сделать. Какое отношение к этому имеет му Юньфань, посторонний человек?

Му Юньфань вообще не считал себя аутсайдером и вместо этого исключил его.

Какая перемена ролей.

Тонкие губы Лу Шаомина зашевелились, и он хотел что-то сказать, но Нин Цин встала, и ее глаза были полны нежности и сердечной боли. - Шаомин, старший брат Юньфань прав. Если вы заняты своей работой, не принимайте участия в бизнесе сопровождения бабушки. Состояние бабушки не очень тяжелое. Вы быстро возвращаетесь к своему отдыху. Здесь есть мама, я и старший брат Юньфань. - Этого достаточно.”

Глаза Лу Шаомина потемнели, и он молчал в течение трех секунд. Он не собирался говорить то, что изначально хотел сказать в этот момент.

Кивнув и согласившись, он сказал: "Хорошо, спасибо за ваши усилия. Я сейчас вернусь. Позвоните мне, если вам понадобится помощь с чем-то. Кроме того, Нин Цин, ты еще не обедала. Я…”

- Цинцин еще не обедала? Так уж случилось, что никто из нас не ел. Цинцин, давай потом как-нибудь перекусим. Здоровье бабушки очень важно", - сказал му Юньфань.

Нин Цин посмотрела на бабушку и кивнула: "Хорошо.”

Она снова посмотрела на Лу Шаомина. - Шаоминг, я здесь со своей бабушкой, так что не провожу тебя. А ты быстро возвращайся. Ведите машину осторожно по дороге.”

Глаза Лу Шаомина были так глубоки, что не отражали ни единого луча света, но лицо его оставалось спокойным. - Ладно, бабушка, мама, мастер му, я ухожу.”

Лу Шаомин повернулся и вышел.

Когда он уходил, он услышал, как Му Юньфань сказал: "Цинцин, мама останется здесь, чтобы позаботиться о бабушке позже. Давайте сначала поужинаем, а потом возьмем немного еды для мамы и бабушки. Я помню, что ваш любимый ресторан находится на западе города. Я отвезу тебя туда позже.”

“В порядке.- Нин Цин была обеспокоена судьбой своей бабушки и кивнула без всяких угрызений совести.

Лу Шаомин посмеялся над собой и зашагал прочь.

…

На следующее утро.

Юэ Ваньцин вернулась в свою квартиру, чтобы приготовить пшенную кашу для бабушки. Вчера вечером Нин Цин и Му Юньфань по очереди встречались с бабушкой и все еще сопровождали ее в палате.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 138:Чем Больше Вы Балуете Ее, Тем Более Упрямой Она Становится

Му Юньфань вышел из палаты. Бабушка уже спала. Нин Цин аккуратно сложила бабушкины вещи и положила их рядом с изголовьем кровати.

Когда она обернулась, то увидела мужчину, стоящего у двери.

Пришел Лу Шаомин.

На нем было темно-синее пальто и темно-бордовый вязаный свитер. Воротник свитера подчеркивал светло-розовый воротник рубашки. Его наряд был дополнен парой черных форменных офисных брюк.

Ранним утром он был элегантен и красив. Одежда отражала его стройную и подтянутую фигуру, и он был привлекательным и уверенным в себе.

Она не знала, когда он приехал. Он молча стоял у двери.

“Ты здесь, Шаоминг.- Глаза Нин Цин мгновенно вспыхнули, и она побежала к нему.

Взгляд Лу Шаомина был нежен, и он протянул руку, чтобы погладить ее по волосам. “Ты спал прошлой ночью?”

“Да, я так и сделала, - смущенно ответила Нин Цин, хлопая глазами. “Я долго спал, даже когда наступил переход. Брат Юньфань не разбудил меня прошлой ночью, и брат Юньфань заботился о вещах большую часть времени.”

Брат Юньфань, Брат Юньфань…

Он слышал, как она много раз говорила брат Юн Фан рано утром. Лу Шаомин подумал, что это пронзительно для ушей.

Выражение его лица не изменилось. Он поднял брови и передал бумажный пакет и термос с чашкой в руках Нин Цин. “Я попросила тетю Янг приготовить бабушке пшенную кашу. Завтрак в бумажном пакете только для вас двоих. Быстро, съешь что-нибудь.”

Нин Цин открыла бумажный пакет. Кроме изысканного печенья, в нем было молоко тети Ян, смешанное с кусочками фруктов, которые тетя Ян делала себе каждое утро. Это была ее любимая книга.

Лу Шаомин специально принес его для нее.

- Спасибо, Шаомин, - сказала Нин Цин с милой улыбкой на губах.

“Вы только благодарите меня своими словами? - Лу Шаомин слегка наклонился и поднес одну сторону своего красивого лица к ее губам, требуя поцелуя.

Нин Цин покраснела; это была всего лишь одна ночь, когда они не встретились. Она уже была достаточно смущена, чтобы не вступать в интимные отношения. Она покраснела и почувствовала, как учащенно забилось ее сердце.

Они были женаты уже полгода, и теперь чувства молодоженов начали исчезать, но они все еще были влюбленными голубками.

Слаще, чем мед.

Нин Цин бросил взгляд на бабушку. Она все еще спала, поэтому набралась храбрости и на цыпочках подошла к нему, чтобы поцеловать.

Прежде чем она смогла поцеловать его, му Юньфань подошел к ним и сказал: “Вы прибыли, молодой господин Лу.”

Нин Цин была еще более смущена. Она не осмеливалась поцеловать Лу Шаомина и не могла отступить назад, открыв свои раскрасневшиеся щеки.

Лу Шаомин увидел ее действия и нахмурился.

- Молодой господин му, прошлой ночью вам было очень тяжело.”

“Это не было утомительно, забота о бабушке - это моя ответственность."Му Юньфань был одет в желтое пальто, похожее на летнее и хорошо выглядящее.

Во время разговора он посмотрел на бумажный пакет в руке Нин Цин. Он улыбнулся и сказал:,

- Нин Цин, это завтрак, который принес молодой господин Лу? Я действительно проголодался сейчас.”

- Ты голоден, брат Юньфань?- Нин Цин взяла молоко, смешанное с кусочками фруктов, и передала остальную часть пакета му Юньфань. - Ты можешь выбрать все, что захочешь.”

Му Юньфань указала на молоко, смешанное с кусочками фруктов в ее руках, и сказала: “Я выбираю это.”

Нин Цин неохотно согласилась; это то, что принесла ей Лу Шаомин. Она подняла глаза и посмотрела на Лу Шаомина.

Именно тогда му Юньфань взял молоко, смешанное с кусочками фруктов, из ее рук.

“Да, Брат Юньфань!- Нин Цин была расстроена.

Му Юньфань отхлебнул молока и посмотрел на Лу Шаомина с намеком на провокацию. - Благодарю вас, молодой господин Лу. Ай, это будет то, что молодой мастер Лу принес специально для Цинцин? Что же мне делать, ведь это я его выпил. Ты злишься, Цинцин?- Сказал му Юньфань, жалобно глядя на Нин Цин.

Нин Цин неохотно покачала головой и натянуто улыбнулась. - Это ничего, все мое можно дать выпить брату Юньфаню!”

Му Юньфань скривил губы в улыбке, с оттенком зла в его усмешке. “А я действительно могу что-нибудь выбрать? Там должно быть что-то, что я не могу исправить? Что скажешь, молодой господин Лу?”

Му Юньфань украдкой взглянул на пышную грудь Нин Цин.

Выражение глаз Лу Шаомина тут же стало свирепым.

- Ну и что же?- Нин Цин ничего не знала и с любопытством спросила.

В этот момент бабушка слегка пошевелилась на кровати; она проснулась.

Нин Цин быстро подошел к бабушке. - Бабушка, ты проснулась! Может ты хочешь еще немного поспать?”

Нин Цин ухаживала за бабушкой внутри дома. Му Юньфань стоял перед Лу Шаомом. Оба мужчины были примерно 1,8 м ростом. Просто стоять у больничной палаты было само по себе зрелищем.

"Молодой мастер му, я никогда не думал, что вы также будете таким вульгарным и низкопробным человеком. Кажется, у тебя совсем нет чувства стыда.”

“Ха, молодой господин Лу, к чему вы клоните? Я коснулся Цин Цин вульгарно? Цинцин была жертвой, но она не сделала свой собственный выбор? - К чему ты клонишь?"Му Юньфань приблизился к Лу Шаомину и, понизив голос, сказал: “вчера, во время урока физкультуры, мои губы были так близко к ее губам. Это было расстояние в один клочок бумаги. Она смотрела на меня так невинно, ее губы были такими ароматными.”

Лицо Лу Шаомина потемнело. - Нин Цин всегда обращалась с тобой как с братом, - холодно рассмеялся он. Вы воспользовались ее доверием.”

“Ах да, она обращается со мной как с братом. Так что она может понять все, что я делаю, чтобы приблизиться к ней. Если вы так способны, то почему бы не разоблачить, что я за человек перед ней?”

“Неужели ты настолько бесстыден? Если бы я хотел разоблачить тебя, мне бы пришлось ждать до сих пор? Почему вы так уверены, что ваши 18 лет дружбы не будут разрушены некоторыми моими словами? Ты, вероятно, ждешь, что я и Нин Цин поссорятся из-за тебя, а потом мы разойдемся в разные стороны, и тогда у тебя будет шанс завоевать ее сердце.”

“Ах, вот как. Мы оба умные люди. Мы понимаем эту игру с нулевой суммой. Вот почему отношение Нин Цин является самым важным аспектом во всем этом.”

Лу Шаомин посмотрел на спину Нин Цин. Его глаза были острыми и умными. Он улыбнулся и сказал: "Похоже, что вы одержали верх сейчас, но что будет в будущем? Кроме как играть в какие-то неопределенные игры, чтобы спровоцировать меня, как долго вы хотели бы быть братом? Если бы не положение брата, что бы ты мог сделать? Как только Нин Цин узнает о твоих чувствах к ней, примет ли она тебя?”

“Если Нин Цин могла влюбиться в тебя, то почему ты должна была провести 18 лет и все равно потерпеть неудачу? Молодой мастер му, вы все еще кажется, что вы еще не поняли. Ты и Нин Цин не созданы друг для друга.”

Му Юньфань никогда не думал, что его слова не спровоцируют Лу Шаомина, и, скорее всего, в конце всего этого он был высмеян Лу Шаомином.

Впервые он понял, что Лу Шаомин был сильным конкурентом. Он долго хранил молчание. Его глаза были более чем ясны относительно того, что происходит, и он понимал правила игры.

Му Юньфань злобно рассмеялся и сказал: “это нормально, что у нас нет конца. Если я не буду удовлетворен, тогда я попрошу молодого мастера Лу сопровождать меня, я могу остаться здесь, чтобы вызвать у вас тошноту.”

Лу Шаомин многозначительно посмотрел на него и ответил: “Вы уверены?’

Му Юньфань запаниковал, спросив: "что ты имеешь в виду?”

"О, ничего особенного, Молодой Мастер му, казалось, всегда имел контрольную силу. После этого я дам молодому мастеру Лу урок. В этом мире есть только предвзятая любовь, которая может позволить вам действовать без оглядки. Сравнивая любовь Нин Цин к тебе и ко мне, вы всегда недостойны.”

Острый взгляд му Юньфаня сверкнул на мгновение, а затем они услышали, как бабушка сказала: “Цинцин, мне нужно сходить в туалет.”

Му Юньфань быстро повернулся и подошел к бабушке: "Цинцин, я пойду с тобой, чтобы отвести бабушку в туалет. Молодой мастер Лу занят, он должен скоро вернуться в офис.”

Парочка помогла бабушке встать, и когда они подошли к двери комнаты, Нин Цин посмотрела на Лу Шаомина. - Шаоминг, возвращайся к работе. Брат Юньфань здесь. Вы можете сосредоточиться на своей работе.”

Лу Шаомин не ответил, но молча посмотрел на нее и Му Юньфань.

Нин Цин подумала, что выражение лица Лу Шаомина было странным. - Шаомин... - она хотела поговорить с ним, Но Му Юньфань подозвал ее к себе и сказал: - Цинцин, поторопись. Бабушка очень торопится.”

“О.- Нин Цин кивнула головой и подошла, чтобы поддержать бабушку под локоть. Они обе держали бабушку за локти, провожая ее в ванную комнату.

Лу Шаомин посмотрел на три фигуры, которые медленно исчезали из виду

Но после того, как Му Юньфань сделал несколько шагов, он обернулся, чтобы посмотреть на него. Он провоцирующе улыбнулся ему, как бы говоря: “Смотри, ты чужак!”

Лу Шаомин скривил свои тонкие губы в улыбке. Он поставил термос в свою руку на длинную скамью в коридоре. Он сунул обе руки в карманы и уверенно вышел.

Когда Нин Цин помогала бабушке выйти из ванной, она не могла видеть Лу Шаомина в поле зрения. Термос в его руке одиноко стоял на длинной скамье в коридоре.

У Нин Цин было дурное предчувствие. Молчаливый взгляд, который Лу Шаомин бросил на нее у двери, был ясен с намеком на безразличие.

Он никогда еще так не смотрел на нее.

Более того, они вдвоем находились на стадии влюбленной голубки.

Она помогла бабушке вернуться в постель. Нин Цин вышла из палаты и наклонилась, чтобы взять термос.

Термос был холодный.

Когда Лу Шаомин принес его, он все еще был горячим.

Нин Цин достала телефон, чтобы позвонить Лу Шаомину. Он звонил несколько раз, но автоматический женский голос с автоответчика сказал: “Извините, номер, который вы набрали, в настоящее время недоступен.”

У Нин Цин упало сердце. Она была встревожена, как кошка на раскаленной крыше.

Его поведение было ненормальным.

Она была абсолютно уверена, что он ведет себя ненормально.

Нин Цин была крайне расстроена, она набрала несколько номеров, и никто не взял трубку.

Он не отвечал на ее звонки.

Нин Цин осталась стоять на месте. Она была встревожена, не зная, что же она сделала не так, чтобы рассердить его. Сейчас он был в полном порядке, даже просил ее поцеловать его.

Может быть, она не отдала его ему вчера?

“Цинцин."Му Юньфань вошел в этот момент и спросил: “В чем дело? Что случилось?”

Он не успел закончить фразу, как Нин Цин подтолкнула к нему термос, который держала в руках. "Брат Юньфань, я ухожу ненадолго.- Нин Цин побежала к лифту.

Му Юньфань увидел ее удаляющуюся фигуру. Выражение его лица стало холодным.

Нин Цин выбежала из дверей больницы. Ветер был холодный и пронизывающий. Она отчаянно огляделась, но знакомого "Бентли" нигде не было видно.

Лу Шаомин уже ушел.

Она обхватила себя тонкими руками, чтобы согреться, и тут же набрала номер Чжу жуя.

- Здравствуйте, Мадам.- Чжу жуй быстро снял трубку.

Нин Цин ликовала. - Секретарь Чжу, где мой президент? Я только что обзвонил все его номера, но он не ответил ни на один из них.”

- О, президент уже едет в аэропорт. Может быть, он слишком занят и не слышал, как зазвонил телефон.”

- В аэропорт? Он опять собирается в командировку? Как долго на этот раз?”

“Совершенно верно, он в командировке. На данный момент это неподтвержденные. Это может быть 2 дня, или это может быть неделя. Если все пойдет хорошо, он скоро вернется.”

Нин Цин была разочарована; он уехал в очередную командировку.

В прошлый раз, когда он отправился в командировку, она попала в руки серийного убийцы такси. Хотя он этого и не говорил, она знала, что он старается свести свои рабочие поездки к минимуму.

Он всегда был рядом с ней. Если бы существовал международный вопрос, он использовал бы междугородний конференц-звонок, чтобы решить его.

Он уехал в командировку. Это был первый раз, когда он не сообщил ей лично.

- Тогда... тогда он оставил сообщение?”

Чжу жуй молчал несколько секунд. “Нет. Президент обычно говорил мне заботиться о мадам, когда он был за границей. На этот раз он сказал:…”

“И что же он сказал?”

"Президент сказал, что мадам имеет своего брата Юньфаня присутствует. Он может спокойно идти на работу. Президент также сказал, что это было то, что мадам сказала ему лично.”

Нин Цин,”…”

…

Чжу жуй повел машину прочь от больницы. Он воспользовался зеркалом заднего вида, чтобы посмотреть на Нин Цин, которая стояла далеко. Она спустилась вниз в спешке и была одета только в меховую рубашку. Ее маленькая фигурка казалась хрупкой на ветру.

Затем, бросив взгляд на Лу Шаомина на заднем сиденье, он также использовал зеркало заднего вида, чтобы наблюдать за женщиной. Выражение его лица было скрытным, но Чжу жуй уловил слабый проблеск боли во лбу.

- Президент, вы действительно хотите бросить туда мадам? Разве ты не собираешься вернуться?”

- Возвращаешься назад?- Лу Шаомин насмешливо усмехнулся про себя. “И что мне теперь делать? Она ничего не знает. Если мы будем продолжать в том же духе, то однажды поссоримся.”

Он не был великодушным человеком. Он бы не остался равнодушным, глядя, как другие мужчины обнимают и целуют его жену.

Те, кто был достаточно великодушен, могли выбрать именно это.

Но самым невыносимым и беспомощным было то, что его жена не имела ни малейшего представления о том, что происходит.

Все еще называл его братом Юньфань раз за разом.

Лу Шаомин слегка приподнял брови, пряча слезы, закатившиеся в его глазах.

“Тогда, президент, разве ты не боишься?”

“Ах.- Лу Шаомин неторопливо рассмеялся. “А чего тут бояться? Боишься, что она влюбится в МУ Юньфаня? Или боялась, что она будет носить титул госпожи Лу и предаст меня?”

Чжу жуй уверенно покачал головой. - Мадам не относится к этому типу людей.”

“Да, пожалуй, так. Хотя у Му Юньфаня есть мотивы, ему понадобится сотрудничество Нин Цин, чтобы добиться успеха. Тем не менее, если я не уйду, му Юньфань будет колебаться в своих действиях. С моим отъездом, давая им обоим некоторое пространство, я хочу посмотреть, что будет делать му Юньфань. С предпринятыми действиями где-то определенно будет разрыв, если Нин Цин все еще не может видеть через эти промежутки...тогда я…”

Лу Шаомин рассмеялся, он мог только смеяться.

- Да, Президент. Му Юньфань только использует титул "брат", чтобы приблизиться к Мадам. Мадам не позволит ему добиться успеха.”

Лу Шаомин выглянул в окно. Его голос был нежен от любви, когда он сказал: "му Юньфань сопровождал Нин Цин в течение 18 лет. Нин Цин относился к нему даже больше, чем к брату, потому что Нин Цин получала слишком мало любви. Таким образом, она дополнительно лелеяла всех, кто был добр к ней. Как и в случае с Конг Янг, она никого не заподозрит рядом с собой. Если бы не 3 года страданий в индустрии развлечений, ее личность была бы еще более невинной и доброй.

- Нин Цин ничего не понимает. Если бы я действовал, я мог бы сделать больше, но я не хочу. Я хочу использовать сдержанность и ждать, пока она сама вырастет, чтобы научиться решать свои проблемы. Я не хочу, чтобы она грустила. Я не хочу, чтобы она была разочарована.”

- Но ее скорость слишком медленная. Мое терпение быстро иссякает. Я ничего не могу поделать, но толкаю ее.”

30-летний мужчина вел себя не как молодой ревнивый ребенок. Действовать по-детски и неэффективно, и Лу Шаомин не будет этого делать.

У него всегда были свои методы и принципы в отношении того, что он брал на себя.

Но он тоже был мужчиной. Он мог бы сказать, что не возражает, но в глубине души это беспокоило его.

Когда она была близка с Му Юньфань, хотя она только видела му Юньфань как брата, он не мог этого принять.

Он думал, что сможет дать ей еще немного времени, но не мог больше ждать. Он боялся, что позволит му Юньфань исчезнуть с лица этой земли.

Но разве человек, заставляющий му Юньфань исчезнуть, не должен быть Нин Цин?

Это было всего лишь весело.

- Президент, каковы ваши планы?- Спросил Чжу жуй.

Лу Шаомин лениво лежал в кресле. Его тонкие губы сложились в легкую улыбку. - У моей свекрови есть одна знаменитая поговорка, - беззаботно сказал он. - я знаю, что это такое. 'Женщина, Чем больше ты ее балуешь, тем упрямее она становится,’ ха.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 139:Тогда Какого Типа Старший Брат Юньфань Любит

Бабушка была выписана, и Нин Цин пошел в школу.

На утреннем занятии по фитнесу Нин Цин держалась руками за перила, занимаясь танцами.

Она рассеянно смотрела на свой мобильный телефон. Сегодня был уже третий день. Лу Шаомин начал самую длинную деловую поездку в истории и никогда не возвращался.

Она звонила ему много раз, но никто не дозвонился.

Он все еще не отвечал на ее звонки.

Нин Цин открыла свое приложение для обмена сообщениями и сочинила для него короткое сообщение. - "Муж, ты занят? Почему ты не отвечаешь на мои звонки? ]

Составив его, она долго ждала ответа, но так и не получила его.

Нежное личико Нин Цин быстро помрачнело. Она отложила мобильник в сторону и надула розовые губки, полные обиды.

Она действительно не знала, что сделала не так.

Она тщательно припомнила, что произошло на этой неделе. Он был совершенно нормальным, за исключением той ночи, когда почувствовал запах одеколона старшего брата Юньфаня на ней.

Был ли он зол на старшего брата Юньфаня?

Но почему, старший брат Юньфань и она были как брат и сестра.

Если бы что-то случилось между ней и ее братом Юньфань, это случилось бы 18 лет назад. Как он мог ей все еще нравиться?

Нин Цин была очень расстроена, и на какое-то время ее сердце наполнилось горечью. Он вел себя так странно, и он приговорил ее к холодному плечу, не сказав ей, где она ошиблась. У нее даже не было шанса защититься.

Нин Цин опустила глаза, и перед ее мысленным взором возник образ мужчины в темно-красном свитере и темно-синем твидовом пальто. Ее глаза были немного влажными.

Она так по нему скучала.

Впервые в жизни она так сильно скучала по кому-то, что чуть не плакала.

В это время “ " Цинцин.- Подошел му Юньфань. Он посмотрел на подавленное состояние Нин Цин и со смехом спросил: “Что случилось? Ты выглядишь несчастным.”

“Ничего страшного.- Нин Цин покачала головой. Она не хотела рассказывать ему о себе и Лу Шаомине. В конце концов, это было их общее дело.

“Все в порядке. Если у тебя есть что-то на уме, просто скажи брату. Возможно, я смогу помочь вам разделить ваши тревоги.”

Нин Цин все еще качала головой. “Ничего страшного.”

Му Юньфань смотрел на ее нежелание говорить и не принуждал ее, спешка не приносит успеха. - Цинцин, твои движения не соответствуют стандартам-позволь мне научить тебя, - сказал му Юньфань, положив одну руку на перила и подойдя к ней вплотную сзади. Одной рукой он обхватил ее тонкую талию, а другой-плоский живот.

Таким образом, му Юньфань, казалось, обнял ее.

Эти двое никогда не вели себя так интимно. Когда слабый аромат его тела проник в нос Нин Цин, та внезапно одеревенела.

Она чувствовала себя неловко и сопротивлялась в своем сердце.

Она скучала по объятиям Лу Шаомина, который излучал ясную и очаровательную ауру.

Пока Нин Цин была в трансе, рука му Юньфаня на ее нижней части живота медленно двинулась вниз вдоль ее левой ноги. - Сделай глубокий вдох. Медленно вытяните левую ногу назад. Держите свою позу изящной, живот подтянут, ягодицы подняты, грудь наружу…”

Он медленно наставлял ее, шепча ей на ухо и брызгая теплым и влажным воздухом на ее прекрасные волосы, пока говорил.

Это было очень двусмысленно.

Когда Нин Цин была в отчаянии, она посмотрела на окно лестничной площадки перед собой. В окне рука му Юньфаня медленно потянулась к ее ягодицам.

Когда он заговорил с ней, его глаза были устремлены на ее волосы, его взгляд был таким страстным.

- Старший Брат Юньфань!- Паника в глазах Нин Цин, когда она быстро стряхнула его руку и отскочила на несколько шагов в сторону.

- Цинцин, что случилось?- Му Юньфань подошел к ней.

"Старший брат Юньфань, стой спокойно!- Нин Цин отступила еще на два шага. Ее изящная талия уперлась прямо в спортивный инвентарь сзади; она зашипела от боли.

Ее голос быстро привлек внимание других студентов в фитнес-классе, и все посмотрели в их сторону.

Нин Цин была смущена.

- Все в порядке. Продолжайте тренироваться, все”, - хлопнул му Юньфань и громко сказал.

Так что студенты снова начали практиковаться.

- Цинцин, да что с тобой такое? Почему ты только что так агрессивно отреагировал? Я просто учил тебя этим движениям. Где же я ошибся?- Му Юньфань невинно пожал плечами и озабоченно спросил.

Нин Цин увидела, что его глаза были открыты и честны, а страстного взгляда больше не было. Нин Цин подозревала, что она просто неверно истолковала сказанное.

Как мог старший брат Юньфань так смотреть на нее?

Вот как ты смотришь на своего любовника.

- Прости, Брат Юньфань. Я в последнее время плохо сплю, так что могу легко возбудиться, - виновато объяснила Нин Цин.

Му Юньфань снисходительно покачал головой. “Ну и ладно. Возможно, вы слишком устали. Возвращайся и пораньше отдохни сегодня вечером.”

“Да, спасибо, старший брат Юньфань.”

Му Юньфань указал глазами на перила. “Поскольку все в порядке, давай еще раз потренируемся.”

Когда Нин Цин посмотрела на перила, ее сердце все еще колотилось от того, что только что произошло. - Она застенчиво рассмеялась, говоря это. - Хе-хе, забудь об этом, старший брат Юньфань. Я больше не тренируюсь. Дай мне убежать.”

Затем Нин Цин повернулась к беговой дорожке далеко впереди и побежала.

Му Юньфань посмотрел ей в спину, и улыбка на его лице сменилась мрачным взглядом.

…

В полдень Нин Цин отправилась в столовую обедать. Она не могла удержаться, чтобы не вытащить свой мобильный телефон и не позвонить Чжу Рую.

Звонок был быстро соединен. - Здравствуйте, секретарь Чжу, я хотел бы спросить, когда вернется ваш президент?”

“Мне очень жаль, мадам. Меня еще не уведомили. Может быть, через день или два.”

“О, Благодарю Вас, секретарь Чжу.”

- Всегда пожалуйста, мадам. Если это все. - Я положу трубку.”

Чжу жуй повесил трубку.

Нин Цин положила свой сотовый обратно в карман. Держа в одной руке палочки для еды, она принялась ковырять рис в своей коробке для завтрака.

Она вяло ела, когда подошла му Юньфань. - Цинцин, - позвал он.

Он взял коробку с завтраком и сел напротив нее.

- Старший брат Юньфань, ты здесь обедаешь?”

“Да, я увидел вас здесь и сел.”

Нин Цин кивнула и продолжала смотреть вниз, собирая одно за другим зерна риса.

- Цинцин, почему ты так мало ешь? Разве ты не любишь кисло-сладкие ребрышки? Ну же, съешь кусочек.- Му Юньфань взял кусок кисло-сладких ребрышек и поднес их ко рту Нин Цин.

Нин Цин некоторое время была ошеломлена, затем повернула голову набок и начала с неуверенной улыбкой. - Старший брат Юньфань, не корми меня. Все смотрят на нас. Как неловко.”

“Разве мы не были такими раньше? Почему тебя волнует, что думают другие?”

“Это не одно и то же. В то время мы были молоды и невежественны, - сказала Нин Цин, используя палочки для еды, чтобы взять сладкие и кислые ребрышки из его палочек и положить их в свою коробку для завтрака в качестве компромисса.

Му Юньфань не стал продолжать эту тему. После еды в тишине в течение некоторого времени, он небрежно спросил: “Цинцин, я давно не видел молодого мастера Лу. Куда же он пошел?”

- О, Шаомин уехала в командировку.”

- Деловая поездка? Почему я не видел тебя по телефону с ним?”

Выражение лица Нин Цин стало подавленным, и все ее лицо выглядело так, как будто она была в состоянии недомогания.

Му Юньфань увидел ситуацию и сказал: “Цинцин, человек с силой и статусом, как молодой мастер, столкнется с различными видами искушений. Много раз, когда люди меняют свое сердце, это обычно проявляется в мелких деталях жизни. Вы должны обратить на это внимание и внимательно проанализировать молодого мастера Лу.”

ТК! Нин Цин тяжело опустила палочки для еды на стол. Она сильно нахмурила брови и сказала: “старший брат Юньфань, о чем ты говоришь? Шаоминг-это не тот человек. У меня пропал аппетит. - Я ухожу отсюда.”

Нин Цин встала и ушла.

Му Юньфань подождал, пока она отойдет, и посмотрел на сладкие и кислые ребрышки на ее тарелке. Она даже не прикоснулась к ним.

Но когда он сказал "перемена сердца", она ответила так взволнованно. Похоже, что ей действительно нравится Лу Шаомин.

Что же касается прощупывающих действий этим утром, то она отвергла его подход.

Что же ему теперь с ней делать?

Он действительно не хотел причинять ей боль.

…

После школы во второй половине дня Нин Цин ушла из школы одна. Она едва успела сделать два шага, когда подъезд му Юньфаня остановился рядом с ней. - Цинцин, садись. Я отвезу тебя домой.”

“Все в порядке, старший брат Юньфань. Я хочу пройтись одна.- Нин Цин отказалась.

- Ладно, тогда будь осторожен. Увидимся позже.- Му Юньфань не настаивал и уехал на своем Порше.

Нин Цин медленно шла сама по себе. Она снова достала свой мобильный телефон. Один день уже прошел, но Лу Шаомин не ответил.

Подумав об этом, она сочинила еще одно сообщение: [Шаоминг, что я сделала не так? Вы можете сказать мне, что я изменюсь. Пожалуйста, не начинай со мной холодную войну, ладно? ]

Сообщение было отправлено успешно, и она медленно пошла к квартире своей матери.

Вместо того чтобы ехать по обычным оживленным улицам, она выбрала более короткий путь.

Подойдя к дому, она посмотрела на свой мобильный телефон. Лу Шаомин ничего ей не ответил. Она выглядела очень грустной. В этот момент чья-то рука внезапно прикрыла ей рот сзади.

- Угу.- Нин Цин была поражена и боролась обеими руками и ногами.

Но человек в черном позади нее закрыл ей рот и быстро оттащил в сторону от лужайки.

На лужайке стояли двое мужчин.

- Босс, мы уже несколько дней не видели здесь ни одной женщины. Сегодня наш счастливый день. Посмотри на ее кожу. Это красиво и нежно.”

Нин Цин была прижата к Земле. Босс нетерпеливо навалился на нее сверху. Он прижался губами к ее лицу и сказал: “Да, эта женщина заставляет меня терять контроль, просто глядя на нее. Так не пойдет, она слишком много двигается. Помоги мне контролировать ее. Я пойду первым и позволю тебе поиграть с ней, когда я закончу.”

- Да, что бы там ни говорил босс. Двое подчиненных злобно рассмеялись и быстро присели на корточки, чтобы удержать руки и ноги Нин Цин.

Нин Цин была очень расстроена. Ей так не повезло, что она столкнулась с насильниками и бандитами.

Только что она слишком серьезно смотрела на свой мобильный телефон. Она даже не заметила, что кто-то стоит у нее за спиной. Она была слишком беспечна.

Увидев, что двое мужчин пытаются удержать ее, Нин Цин открыла рот и укусила руку, которой босс прикрывал ей рот.

- А!"Босс закричал, когда он быстро отпустил Нин Цин и взорвался. - Эта женщина так свирепа, что мясо на моей руке было почти откушено ею.”

Нин Цин воспользовалась этой возможностью, чтобы пнуть босса в пах. Босс не мог убежать и получил удар ногой.

Раздался еще один крик, когда босс схватился за промежность и от боли покатился по лужайке.

- Помогите, помогите! Именно в это время Нин Цин ловко вскочила с земли и выбежала, крича: “Помогите, здесь разбойники.”

Двое подчиненных только что ухватились за уголки одежды Нин Цин, но она ускользнула. Они быстро погнались за ней. “Не беги, стой!”

Недалеко впереди был жилой дом. Нин Цин изо всех сил старалась бежать. - Помогите!”

Ее глаза засияли, когда она увидела впереди двух прохожих.

Она собиралась быть спасенной.

В этот момент она услышала знакомый голос позади себя. - Что вы тут делаете, ребята? Ты посмел совершить ограбление средь бела дня.”

Нин Цин остановилась и оглянулась. Это был му Юньфань.

“Кто ты такой, как ты смеешь портить наше доброе дело? - В атаку!- Два бандита бросились к Му Юнаню.

Му Юньфань был очень ловок и резок, и он легко снял двух гангстеров после нескольких ходов.

В это время Нин Цин увидела, что босс внезапно выскочил из лужайки рядом с ним. Босс держал в руке палку и собирался напасть на Му Юньфаня сзади.

- Брат Юньфань, будь осторожен!- Воскликнула Нин Цин.

Му Юньфань услышал этот звук и оглянулся. Он вытянул ногу, чтобы ударить босса в грудь. Босс рухнул на землю. Но палка также случайно попала в ногу му Юньфань.

“СТШ.- Нин Цин услышала, как Му Юньфань зашипел от боли.

В это время двое прохожих тоже бросились на помощь. Трое бандитов увидели так много людей, что они быстро встали и убежали, Нин Цин догнал их и сказал: "Стой, не беги!”

Нин Цин хотела догнать их, Но Му Юньфань схватил ее за руку и нахмурился от боли. - Цинцин, не гоняйся больше за ними. Это не будет хорошо для вашей репутации, если все взорвется. У меня болит нога. Помоги мне добраться до дома.”

Нин Цин, обеспокоенный своей травмой, больше не преследовал трех гангстеров. Она посмотрела вниз на ноги му Юньфаня и с беспокойством спросила: “брат Юньфань, как твоя нога? Может мне отвезти тебя в больницу?”

Му Юньфань медленно протянул руку, чтобы обнять мягкую талию Нин Цин, и положил свою голову на ее маленькое изящное плечо. “Все в порядке. Мне не нужно идти в больницу. Это просто немного больно. Мне просто нужно отдохнуть одну ночь.”

Шелковистые волосы Нин Цин слегка благоухали, это был очень приятный запах, му Юньфань закрыл глаза и принюхался.

Вот уже три года он не обнимал ее так крепко.

Они оба обнимали друг друга, и такая интимная поза заставила Нин Цин напрячься.

Он все еще вдыхал аромат ее нежной шеи. Его действия были легкими, но она все еще чувствовала, что он делает.

Лу Шаомин любил это делать.

Образ утреннего фитнес-класса всплыл снова. Он был совсем близко, когда она тренировалась, и она вспомнила выражение его глаз, когда он смотрел на нее.

Этот новый му Юньфань был незнакомцем для Нин Цин.

Быстро оттолкнув его в сторону, Нин Цин помогла ему, держа за руку. Она скрыла свои глубокие мысли, открыла рот и рассмеялась “ " старший брат Юньфань, тогда я помогу тебе вернуться домой.”

…

Когда они вернулись в квартиру, мать и бабушка уже спали.

Нин Цин помогла му Юньфану войти в комнату и усадила его на кровать.

Неожиданно му Юньфань сел слишком быстро. Нин Цин не смогла удержать его в этот момент. Они оба упали на кровать, му Юньфань был внизу, а Нин Цин-сверху.

В комнате было тихо, когда взгляды двух людей встретились, и время, казалось, остановилось.

Нин Цин наблюдала за цветущими персиками глазами му Юньфаня, которые были наполнены нежным светом. Она не встала и ничего не сказала.

Видя девушку, спокойно лежащую на его теле, с яркими осенними зрачками, му Юньфань не мог контролировать свою руку. Он взял ее лицо в свои ладони.

- Цинцин... - он потер ее нежную кожу, и его сердце уже было пьяно. “Я все еще помню, как ты выглядела, когда была ребенком. Ты была похожа на принцессу в розовом, вырезанную из нефрита. Теперь Цинцин еще красивее; ты расцветаешь, как роза.”

Нин Цин нежно подняла свои тонкие губы и кивнула, когда она мягко сказала: "старший брат Юньфань более красив и очарователен. Интересно, сколько девушек уже упало в обморок после тебя.”

Взрослые мужчина и женщина обсуждают такие темы в такой интимной позе. Му Юньфань почувствовал, что его сердце было приласкано перьями, щекочущими и искушающими его сердце.

Она никогда не будет защищаться от него.

- К сожалению, мне не понравилась ни одна из девушек, которые падали в обморок после меня.”

- Ха.- Выражение лица Нин Цин стало ярче, а глаза-еще ярче. Она притворилась чистой и игривой и спросила: “Какой тип нравится старшему брату Юньфань?”

Лицо Нин Цин размером с ладонь было нежным и красивым, как фарфоровая ваза. Ее глаза искрились весельем, а исчезающие маленькие ямочки на щеках теперь были такими же ослепительными, как солнечные лучи.”

Во взгляде му Юньфаня читалось какое-то опьянение. - Цинцин, - пробормотал он, медленно поднимая голову. Он закрыл глаза и подошел, чтобы поцеловать ее.

К сожалению, му Юньфань не смог поцеловать Нин Цин.

Когда он думал, что собирается поцеловать ее, он услышал, как девушка сказала: “старший брат Юньфань, ты пытаешься поцеловать меня?”

Эта фраза разбудила его, как таз с холодной водой. В одно мгновение его сердце, казалось, поняло что-то так же ясно, как зеркало.

Девушка, которая сегодня утром сопротивлялась его прикосновениям, сейчас спокойно лежала на нем.

Он сказал, что когда она была маленькой девочкой, то выглядела такой красивой, как будто была вырезана из нефрита, и она вернулась с тем, как он заставлял девочек падать в обморок после него.

Она испытывала его!

Му Юньфань открыл глаза. Глаза девушки были чисты, как струящаяся весна. Она больше не улыбалась. Она слегка нахмурила брови, отчего ее маленькое личико стало очень суровым. - Старший брат Юньфань, значит, тебе нравлюсь именно я? Когда я тебе начала нравиться?”

- Ха.- Му Юньфань слегка рассмеялся под неотразимым взглядом Нин Цин “ - Цинцин, о чем ты думаешь? Неужели ты думаешь, что я хотел тебя поцеловать?”

Сказав это, Му Юньфань взял лист из красивых волос Нин Цин: “возьми его, я собирался взять это из твоих волос.”

Когда Нин Цин посмотрела на лист, ее лицо покраснело.

Может, у нее галлюцинации?

Старший брат Юньфань не хочет ее целовать, и она ему тоже не нравится?

Однако его пьяное выражение лица сейчас не могло ее обмануть.

Это было то же самое выражение, как и тогда, когда Лу Шаомин поцеловал ее – тоска мужчины по женщине.

Пока ее сердце было в беспорядке, му Юньфань перевернулся и прижал Нин Цин под своим телом. - Цинцин, раз уж ты сказала, что нравишься мне, я не буду сдерживаться.”

Он начал щекотать Нин Цин.

Нин Цин знала, что он играет с ней, но Нин Цин оттолкнула его и слезла с кровати. Они уже вышли из того возраста, когда играют в постели.

- Цинцин, не будь параноиком. Мы вместе уже 18 лет. Если бы ты мне нравился, я бы уже давно тебя преследовал. Я бы не стал ждать до сих пор, когда ты уже замужем.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 140:Красивая Женщина Рядом С Молодым Мастером Лу

- Да, - кивнула Нин Цин, разглаживая руками свою одежду. Она посмотрела прямо на него и спросила: “брат Юн Фан, ты ведь не станешь мне лгать?”

“Конечно, нет.”

- Лучше бы это было правдой. Брат Юньфань, если бы ты солгал мне, мне было бы очень грустно. Эти чужаки не могут причинить мне вреда, когда лгут мне, но ты моя родня.

"Кроме того, брат Юньфань, ты также знаешь, что теперь я госпожа Лу. Мы уже выросли вместе. Это больше не подходит для нас, чтобы участвовать в интимных взаимодействиях. Было бы лучше, если бы мы могли поддерживать дистанцию между собой. Говоря честно, если брат Юньфань любит меня, то будет только один исход. Я люблю Лу Шаомина. Тогда с тобой ничего не будет. Ради нас с тобой я могу только отдалиться от тебя. Ты понимаешь, брат Юньфань?”

После того, как Нин Цин сказала Эти слова, она почувствовала себя более комфортно в своем сердце. На самом деле, она не хотела подозревать му Юньфаня. В конце концов, он был важным другом в ее жизни.

Но его действия в последнее время были слишком необычными, и она чувствовала себя неловко.

Ей пришлось напомнить ему об этом.

- Я все понимаю.- Му Юньфань замолчал на несколько секунд и с усилием изобразил улыбку на своих губах.

Казалось, что он был из Нин Цин слишком долго. За эти 3 года Нин Цин значительно изменилась.

Она всегда была остроумна и блестяща, но этот тон лукавства придавал ей дополнительную остроту.

Она уже повзрослела.

Все говорили, что пары будут похожи по-своему. Она обладала некоторой долей предусмотрительности и благоразумия Лу Шаомина. Она все больше и больше походила на него.

Выйдя из комнаты, Нин Цин увидела, как Юнь Ваньцин наливает себе воды, чтобы попить в гостиной. Она прошла вперед и помахала рукой маме. Она тихо сказала: "Мам, иди сюда.”

Юн Ваньцин подошел к Нин Цин. - Цинцин, в чем дело? Почему ты ведешь себя так тайно?”

“Мама.- Нин Цин сказала шепотом, держась за локоть своей матери, - брат Юньфань только что ушел в свою квартиру?”

У Нин Цин был вопрос в сердце, она встретилась с головорезами на полпути, и это было слишком большим совпадением, учитывая прибытие брата Юньфаня.

Брат Юньфань недавно вернулся из-за границы. Он не был знаком с дорогами, и она выбрала уединенный и извилистый маршрут. С чего бы брату Юньфань туда идти?

- О, Юньфань однажды вернулся. Он увидел, что вы так долго не возвращались, и спросил, какой дорогой вы пойдете. Я указал ему на одну дорогу. А в чем дело, Цинцин?”

Нин Цин покачала головой. - Ничего, Мам. Тебе надо бы поспать.”

Похоже, в последнее время она была слишком подозрительна. Брат Юньфань был невиновен. Она уже давно подозревала брата Юньфаня.

Нин Цин хлопнула себя по голове и вернулась в свою комнату.

Вернувшись в свою комнату, она легла на кровать. Нин Цин отправила сообщение Инь Шуйлиню.

- "Шуй Лин, брат Юньфань вернулся в страну, не хочешь ли ты с ним встретиться? ]

- Быстро ответил инь Шуйлин.

- "А что там смотреть? Это не так, как если бы вы не знали, что наши личности никогда не сливались, даже с нашей юности. Это было только из-за обещания, данного в детстве. Если больше ничего нет, я вернусь к рисованию комиксов. Пока-пока.]

Семьи му, Инь, Сюй и Нин были друзьями на протяжении многих поколений. Все эти четверо детей были влюблены друг в друга с самого детства. Они росли вместе, но Инь Шуйлин и Му Юньфань не сходились во взглядах. Они не захотят лишний раз взглянуть друг на друга. Му Юньфань и Сюй Цзюньси соревновались между собой. У них не было глубоких связей; только у Нин Цин были приятные отношения со всеми тремя из них.

Нин Цин надула щеки. Она хотела еще немного поболтать с Инь Шуйлингом.

Нин Цин продолжала пользоваться своим телефоном. Она открыла его на знакомом номере и не сдавалась. Она послала еще одно сообщение.

- "Муженек, я очень по тебе скучаю. Ты скучаешь по мне? Если вы это сделаете, пожалуйста, ответьте мне.]

Никакого ответа со стороны Лу Шаомина не последовало, даже после целой ночи.

…

На следующее утро, после завтрака, му Юньфань и Нин Цин вместе отправились в школу.

Поскольку у Му Юньфаня было повреждено бедро, он не садился за руль. Нин Цин поддержала его под локоть, и они вместе вышли на главную дорогу, чтобы поймать такси.

- Брат Юн Фан, держись крепче. Я пойду и остановлю такси.- Нин Цин позволила му Юньфану встать на ступеньки. Она вышла на тротуар, чтобы поймать такси.

"Хорошо, будь осторожен Цинцин", - приказал му Юньфань.

Поскольку в настоящее время это был пиковый час, было не так просто вызвать его. Нин Цин окликала множество такси, но никто не останавливался ради нее.

Когда подъехала пустая машина, зазвонил телефон Нин Цин; это был звонок от Чжу жуя.

Глаза Нин Цин мгновенно вспыхнули, когда она быстро сняла трубку. - Здравствуйте, секретарь Чжу, что ... правда? Я сейчас же поспешу туда.”

Нин Цин закончила разговор и села в такси. Она сказала водителю: "водитель, пожалуйста, отправьте меня в Гуан Цин, быстро!”

Такси ускорило ход, и Нин Цин услышала, как кто-то зовет ее сзади: “Цинцин, Цинцин.”

Только тогда она поняла, что оставила му Юньфаня на прежнем месте.

Она опустила стекла и высунула голову из машины. Она сказала извиняющимся тоном: "брат Юньфань, мне очень жаль. Ты сам поедешь в школу на такси. Шаоминг сегодня вернулся. Я иду в офис, чтобы подождать его. Ах да, брат Юньфань, помоги мне подать заявление на один день отпуска.”

Такси поспешно отъехало, и оно исчезло в мгновение ока.

Му Юньфань стоял на земле. - Он сердито сжал пальцы в кулак. Это был первый раз, когда он был отброшен другим, и первый раз, когда Нин Цин полностью проигнорировала его.

Му Юньфань остался в школе, и он увидел Нин Цин на дневном уроке физкультуры.

- Цинцин, в чем дело? Я думал, что вы пошли навестить молодого господина Лу утром? Ты даже попросил меня взять для тебя выходной. А почему ты сейчас здесь?”

У Нин Цин было разочарованное выражение лица. "О, когда я помчался в Гуан Цин, секретарь Чжу сказал мне,что рейс Инга был изменен на дневной рейс, и он не будет здесь до второй половины дня.”

Глаза му Юньфаня стали холодными. Если он изменил свое расписание полетов, то почему не предупредил Нин Цин заранее и не заставил ее напрасно тратить время?

Казалось, что Лу Шаомин делал это специально.

- Цинцин, это ты…”

В этот момент телефон Нин Цин зазвонил снова. Она улыбнулась, как распустившийся цветок. Она быстро ответила и сказала: “Здравствуйте, секретарь Чжу...хорошо, хорошо. Я пойду туда прямо сейчас.”

Нин Цин повернулась, чтобы уйти.

Слова му Юньфаня застряли у него в горле. Его лицо позеленело от зависти. Он чувствовал, как все зло мира накапливается в нем.

Му Юньфань вернулся в квартиру, он думал, что ему все мерещится. Нин Цин тоже сидела в гостиной.

- Цинцин, что случилось на этот раз? Только не говори мне, что рейс Лу Шаомина снова задерживается? Он не будет здесь до вечера?”

“Как ты узнал, брат Юньфань? Рейс шаомина был задержан на 3 часа. Его не будет здесь до вечера.”

Му Юньфань сразу все понял. Он вспомнил, как Лу Шаомин сказал ему: “предвзятая любовь всегда может вести себя без страха.- Лу Шаомин показывал ему это, чтобы он увидел.

Му Юньфань больше не мог его контролировать. Он сказал: "Цинцин, я думаю, что молодой мастер Лу делает это специально. Он просто играет с тобой. Не ходите ночью; даже если вы пойдете, вы не сможете увидеть его.”

Нин Цин быстро поднялся с дивана и с несчастным видом сказал: “брат Юньфань, что за чушь ты несешь? Я не позволю тебе так говорить о нем. Он не стал бы использовать такие детские методы, как задержка рейса, чтобы поиграть со мной. Он уже 4 дня находится в командировке. Работа была такой утомительной, а вы все еще пытаетесь оклеветать его!”

” Я... " - хотел объяснить му Юньфань.

В этот момент телефон Нин Цин зазвонил снова. Это снова был секретарь Чжу, и Му Юньфань почувствовал, что все его тело в одно мгновение стало неудобным.

Нин Цин счастливо улыбнулась, когда ей позвонили. Она зашаркала ногами и побежала к парадному крыльцу, чтобы переобуться. Му Юньфань последовал за ней вплотную “ " Цинцин, сейчас уже ночь. Это опасно для девушки, чтобы поймать такси в одиночку ночью; позвольте мне привести вас.”

Нин Цин все еще злилась на него из-за того, что он только что сказал. Она видела, что его отношение изменилось к лучшему. Она посмотрела на его бедро и с беспокойством спросила:”

“Я могу, пойдем.”

…

Они вдвоем прибыли в Гуан Цин и вошли в вестибюль. В вестибюле располагался ряд из примерно десяти элегантно одетых директоров во главе с Чжу жуем. Рабочие в здании все еще работали на своей смене.

Вошла Нин Цин. “Мадам.- Чжу жуй вежливо пригласил ее войти.

Нин Цин тихо спросил: "секретарь Чжу, когда прибудет Шаомин?”

"Президент только что сошел с самолета, он уже в пути. Ему нужно около 10 минут, чтобы прибыть.”

Сердцебиение Нин Цин ускорилось. Как только она подумала о возвращении Лу Шаомина, она была взволнована и взволнована.

В этот момент она услышала, как кто-то издевается со стороны: “я не думаю, что 10 минут достаточно, Цинцин. Я думаю, вам нужно будет подождать по крайней мере час.”

Это был голос му Юньфаня.

Нин Цин застыла, услышав его слова.

Чжу жуй посмотрел на Му Юньфаня. Он вежливо сказал: "Независимо от того, было ли это 10 минут или 1 час, наш президент не просил мадам подождать.”

Му Юньфань был ошеломлен. Он был в растерянности, не находя слов.

Да, Лу Шаомин не просил ее приходить сюда; все это было волнение Нин Цин.

- Мадам, я думаю, что у юного господина Лу есть неотложные дела. Он не желает ждать здесь. Если это так, мадам и молодой господин му могут вернуться, - сказал Чжу жуй с добрыми намерениями.

“А я и не хочу.- Нин Цин тут же это отвергла. Она повернула голову и увидела холодное лицо му Юньфаня. "Брат Юньфань, ты уже привел меня в Гуан Цин, здесь для тебя ничего нет. Ты можешь идти домой.”

- Нет, я буду сопровождать вас.”

“Я этого и не хочу. Иди домой, брат Юньфань. Посмотри на свое мрачное лицо, как будто кто-то должен тебе несколько сотен тысяч долларов. Шаомин вряд ли обрадуется, увидев это. Возвращаться. Думай об этом, как я тебя умоляю, - мягко попросила Нин Цин.

Му Юньфань был на грани слез. Только из-за его торжественного лица, Нин Цин умоляла его оставить Гуан Цин?

Причина в том, что она боялась, что Лу Шаомин не будет счастлива?

По этой логике, если однажды Лу Шаомин не будет счастлив видеть его рядом, будет Ли Нин Цин умолять его покинуть город Т?

Окей. Этот человек победил. Он узнал об этом, чтобы сравнить его и значение Лу Шаомина в голове Нин Цин; ему этого очень не хватало.

Но это было только временно.

Му Юньфань повернулся, чтобы уйти.

Вскоре после того, как Му Юньфань ушел, роскошный внедорожник остановился перед Гуан Цин. Водитель открыл пассажирскую дверь. Лу Шаомин вышел.

Он был одет в темно-синее пальто. Под ним не было никакого скафандра. Темно-синий жилет, обернутый поверх заказной чистой рубашки ручной работы. Галстука у него не было, а на жилете красовалась Европейская брошь, привлекавшая внимание зевак.

Его черные брюки были безукоризненно выглажены. На них не было ни единой складки. Из-за его тяжелых шагов теперь у него были складки, которые могли отражать его холодные шаги

Его поведение было ясным и очаровательным.

Нин Цин забыла о своем бешено бьющемся сердце. Она следовала за ним так долго, но это чувство все еще не изменилось. Только взгляните на него. Ее так сильно влекло к нему.

Как она могла отвергнуть этого 30-летнего зрелого привлекательного мужчину?

Лу Шаомин начал подниматься по ступенькам. Он вошел в вестибюль. Его темно-синее пальто раскачивалось при каждом движении. Это было очень элегантное зрелище.

Приблизившись к нему, она заметила, что его лицо не выглядело особенно усталым. Казалось, он уже несколько дней не брился. На его сильном подбородке, казалось, пробивалась щетина.

Нин Цин почувствовала, как ее ноги стали мягкими. Ее маленькое личико пылало огнем. В ту ночь она преследовала его губы, желая поцеловать. Он был мастером не давать ей получить то, что она хочет. Его потное лицо уткнулось ей в шею. Он подбородком подталкивал ее один раз за другим и бормотал: “Дорогая, ты хоть понимаешь, что я уже умираю?”

Нин Цин захотелось закрыть лицо руками. О чем он только думал?

- Президент ... - Чжу жуй вышел вперед, чтобы поприветствовать его, и положил перед ним документ. Они оба тихо разговаривали, и Лу Шаомин кивнул в ответ.

Затем Лу Шаомин повел хорошо одетых мужчин в лифт.

Нин Цин застыла. Он вообще с ней не разговаривал. Он только бросил на нее взгляд, когда проходил мимо. Это было очень тонко.

Они не виделись 4 дня, и он так с ней обращался?

Ей так много нужно было ему сказать.

“Мадам.- Чжу жуй остался позади. Он шел рядом с ней. "Мадам, президенту нужно идти на совещание, и это займет час или два. Ты можешь идти домой. Или вы можете отдохнуть в кабинете президента.”

Нин Цин была раздражена. Она надула розовые губки и разочарованно сказала: “Я подожду его.”

Нин Цин заснула, пока ждала его. В течение этих последних нескольких дней он не отвечал ей. Она много думала о нем по ночам и часто не могла заснуть. Даже если бы ей удалось заснуть, она спала плохо.

Она никогда не думала, что заснет здесь.

Открыв глаза, она увидела, что в просторном кабинете воцарилась мертвая тишина. Лу Шаомин так и не вернулся.

Нин Цин посмотрела на часы. Прошел уже час, было семь часов вечера.

Она чувствовала себя неловко. Они не виделись уже 4 дня, и он действительно не скучал по ней ни на йоту.

Ей хотелось разрыдаться. Она воспользовалась своей тонкой рукой и медленно села. В этот момент рубашка, прикрывавшая ее тело, соскользнула до самой талии.

Нин Цин посмотрела вниз и что-то увидела. Слезы в ее глазах мгновенно высохли. - Она громко рассмеялась.

Этот негодяй!

Ее тело было покрыто темно-синим тонким пальто. Это был тот самый костюм, который носил Лу Шаомин.

Он пришел повидаться с ней!

Нин Цин снова легла на диван. Ее белые руки коснулись воротника пальто, и она опустила в него голову, чтобы понюхать его. Хм, запах его тела.

Этот ясный и чистый запах.

Она думала об этом целых 4 дня.

Ее лицо горело, тело обмякло. Его явно здесь не было, но она уже погрузилась в его запах.

Одного его запаха было достаточно, чтобы свести ее с ума.

Нин Цин зарылась нежным нежным лицом в его одежду. Она открыла свои яркие, сияющие глаза. Он тоже скучал по ней, верно?

Хе-хе.

Нин Цин вышла из кабинета. Она оставила записку для Лу Шаомина. На нем были написаны слова: муженек, я еду домой, в наш дом. Я иду домой, чтобы лично приготовить тебе что-нибудь. Возвращайтесь быстро после того, как закончите свою встречу. Скучаю по тебе, XOXO.

…

Нин Цин вернулась на виллу чайного павильона. Тетя Ян увидела, что она вернулась, и сказала: “мадам, Вы вернулись. Сэр придет домой сегодня вечером? Я приготовлю ужин.”

- Не надо, тетя Янг. Приходи и стань моим помощником. Он вернется сегодня вечером. Я буду готовить лично. ”

“Конечно”

Нин Цин включила плиту, и она уже была готова начать готовить, когда зазвонил телефон в ее кармане; это был звонок от Му Юньфаня.

- Привет, Брат Юньфань.”

- Привет, Цинцин, я сейчас пью в баре. Некоторые из моих иностранных одноклассников находятся в городе Т. Мы собрались на встречу, Цинцин ты должен прийти.”

- Я не поеду, Шаоминг сегодня вечером возвращается домой. Я готовлю для него еду.”

Голос на другом конце провода несколько мгновений молчал, а затем рассмеялся. - Цинцин, ты уверен, что молодой господин Лу вернется домой к ужину? Это такое совпадение. Я видел его и в этом баре, а рядом с ним-потрясающая женщина.”

Нин Цин застыла.

…

В баре.

Нин Цин вошла в бар, оглядываясь по сторонам. Она легко нашла столик му Юньфаня. Он пил с несколькими иностранцами.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 141:Видел Тебя Во Сне

Нин Цин вышел вперед и спросил: “старший брат Юньфань, где Шаомин?”

- Цинцин, ты здесь.- Му Юньфань протянул руку, схватил Нин Цин за тонкое запястье и усадил рядом с собой. “Теперь, когда ты здесь, выпей со мной.”

- Брат Юньфань, я не хочу пить.- Нин Цин хотела видеть Лу Шаомина только сейчас.

Когда иностранцы увидели Нин Цин, их глаза заблестели, и они спросили у Му Юньфаня, кто эта красивая девушка, которая свободно говорит по-английски.

Му Юньфань положил руку на плечо Нин Цин и с улыбкой ответил: "Моя подруга.”

Нин Цин была шокирована, и она быстро оттолкнула му Юньфаня и сказала серьезным голосом: “старший брат Юньфань, что ты говоришь? Я…”

Му Юньфань с огромной силой притянул Нин Цин в свои объятия. Он пробормотал: "Цинцин, они мои друзья. Они просто спросили, есть ли проблема с моим телом, так как у меня нет девушки, и мне 23 года. Они хотели познакомить меня с девушками. Я нахожу это раздражающим, поэтому помогите мне отбиться от них.”

- Нет!- Нин Цин тут же отказалась. “Есть много мальчиков в Китае, которым 23 года, и они еще не нашли себе подругу. Старший брат Юньфань, просто объясни им это.- Нин Цин вырвалась из объятий му Юньфаня.

Му Юньфань, однако, не отпустил его и улыбнулся иностранцам, сказав: “моя девушка застенчива.”

Это был бар, где огни были красными, а алкоголь вспыхивал зеленым. Это было самое нормальное место для объятий и объятий. Иностранцы подбадривали их, и люди вокруг тоже смотрели на них.

Сочетание такого красивого мужчины, как Му Юньфань, и красивой девушки, как Нин Цин, было очень привлекательным. Все стучали по своим чашкам и приветствовали их один за другим.

Нин Цин не мог убежать от Му Юньфаня. Ее лицо покраснело от крайнего смущения. "Старший брат Юньфань, если ты продолжишь, я сойду с ума!”

Как только она это произнесла, в ее ухе прозвучал чистый и четкий женский голос. - Эй, президент Лу, это не ваша ли жена Нин Цин?”

Нин Цин подняла глаза сквозь объятия му Юньфаня. Лу Шаомин был одет в синий жилет и стоял там, выглядя как джентльмен. Его благородный и элегантный темперамент был несовместим с этим местом, где вспыхивали красные и зеленые огни, и он был особенно привлекательным.

Позади него стояли несколько мужчин в костюмах и кожаных ботинках, но рядом с ним стояла высокая и красивая женщина.

Красавица была одета в фиолетовое овечье шерстяное платье, которое подчеркивало ее прекрасную фигуру. Ее взгляд излучал уверенность в себе, а туфли на высоком каблуке создавали ауру сильной женщины.

Человеком, который задал этот вопрос, была эта красивая женщина.

Нин Цин наткнулась на темные глаза Лу Шаомина. Его взгляд был спокойным и бесстрастным.

"Президент Лу, это такое совпадение, что мы также можем встретить здесь вашу девушку, но почему ваша девушка держит такого красивого мужчину? Они выглядят очень близко, - прямо спросила красивая женщина, подняв брови.

Один из иностранцев был знатоком китайского языка и ответил: “Эта красивая девушка-моя подруга, подруга Юньфаня.”

Сердце Нин Цин упало, и она поняла, что все плохо.

Лу Шаомин уже холодно обнял ее, и теперь она снова заставила его неверно понять ее.

Нин Цин казалось, что она сидит на булавках и иголках. Она пошевелила своими маленькими плечиками, чтобы сбросить му Юньфаня, но рука му Юньфаня, державшая ее, не сдвинулась с места.

Нин Цин тайком сжала свой маленький кулачок.

“О, все в порядке. Это брат моей девушки, они просто брат и сестра. Вы, вероятно, знаете его, если я представлю его, он-му Юньфань, мастер му”, - сказал Лу Шаомин небрежно, с легким тоном.

- Му Юньфань? О, я помню, значит, это мастер му. Я так много о тебе слышала.- Красивая женщина вежливо кивнула му Юньфань.

Непокорная улыбка му Юньфаня показывала высокомерную холодность. “Привет.”

- Ладно, теперь, когда мы поздоровались, пошли.- Лу Шаомин взглянул на Нин Цин с легкой улыбкой и отвернулся.

Мужчины в костюмах и кожаных ботинках ушли вместе с Лу Шаомом. Когда красивая женщина ушла, она многозначительно посмотрела на Нин Цин. “Я слышал, что мастер му очень любит госпожу Нин. Теперь, когда я это увидел, это действительно так. Мисс Нин, как вам повезло!”

Как могла Нин Цин не услышать скрытой иронии слова "повезло" в ее словах? Она чувствовала себя так, словно ее сильно ударили.

Она всегда была открытой и честной и видела му Юньфань как своего брата, но они выглядели так плохо в глазах других.

И Лу Шаомин, который видел му Юньфань и ее объятия, не выказал никаких эмоций.

Теперь, когда она подумала об этом, ей показалось, что это просто смешно. Лу Шаомин почувствовала ревность из-за запаха одеколона му Юньфаня, и она подумала, что он был слишком чувствителен.

Теперь, когда он не был чувствительным и дал ей свободу, она чувствовала, что было что-то ненормальное между ней и Му Юньфань.

Нин Цин посмотрел на иностранцев и сказал по-английски: “Извините, вы неправильно поняли. Му Юньфань-это всего лишь мой брат. Этот человек сейчас - мой муж.”

После этого Нин Цин посмотрела на Му Юньфаня рядом с собой и сказала: “Отпусти!”

Это был первый раз, когда Нин Цин смотрела на него такими далекими глазами. Руки му Юньфаня разжались, и Нин Цин встала и ушла.

- Цинцин, куда ты идешь? Собираетесь найти Лу Шаомина? Молодой господин Лу вообще не хотел, чтобы вы его сопровождали. У него уже есть красота рядом с ним находится в его руках.”

"Му Юньфань, на этот раз ты действительно подвел меня.- Нин Цин зашагал прочь и пошел искать Лу Шаомина в том направлении, откуда он ушел.

…

Наблюдая за уходом Нин Цин, му Юньфань щелкнул пальцем, и к нему подошел официант.

Официант наклонился и сказал: "Мастер му, я могу вам чем-нибудь помочь?”

“В какой комнате находится молодой господин Лу? Добавьте немного специй в его воду и вино, подготовьте для него красивую женщину и сделайте еще несколько снимков.”

“Да. Официант кивнул:

Му Юньфань сделал глоток вина, и его глаза были затуманены темнотой. Он посадил человека рядом с Лу Шаомином, зная, что тот придет в бар ночью.

Он позвонил Нин Цин, потому что хотел разыграть эту сцену прямо сейчас и вбить клин между мужем и женой.

Даже если бы Нин Цин нашла Лу Шаомина, это было бы бесполезно. Он приказал официанту подсыпать наркотик в напитки Лу Шаомина. Позже, когда он заберет Нин Цин, Лу Шаомин обязательно найдет другую женщину, чтобы решить свою проблему.

Нин Цин развелась бы с Лу Шаомин, если бы он обманул ее в браке.

У него не было выбора. Нин Цин заставила его сделать этот шаг. Прошлая ночная уловка с нанесением себе увечий, чтобы завоевать ее доверие, не только провалилась, но и Нин Цин сопротивлялась его прикосновению, так что он должен был рискнуть.

…

Нин Цин подошла к полуоткрытой двери комнаты, внутри которой горел мягкий белый свет, не похожий на двусмысленные разноцветные огни других комнат.

В комнате не было ни одной красивой женщины, которая бы пела. Мужчины разговаривали о делах.

Нин Цин встала в дверях, достала свой сотовый телефон и отправила текстовое сообщение Лу Шаомину. - "Муженек, я знаю, что ошибаюсь. Сейчас я стою в дверях. Ты можешь выйти на минутку? ]

Рядом со стеной она услышала, как зазвонил его сотовый – должно быть, он получил ее сообщение.

Прошло пять минут, но он не ответил.

Нин Цин опустила глаза, закусила красную губу, собралась с духом и вошла в комнату.

В ложе Лу Шаомин разговаривал с соседним боссом. Остальные люди сидели вместе, и атмосфера была очень гармоничной.

Красивая женщина сидела по другую сторону от Лу Шаомина.

Как только она ворвалась в комнату, все присутствующие подняли на нее глаза.

Нетрадиционный нарушитель.

Нин Цин терпела неловкость и ласково улыбалась человеку, сидевшему на высоком стуле. - Шаоминг, разве ты не отправила мне сообщение и не пригласила меня сюда? Я здесь.”

Все бизнесмены были умны и находчивы. Зная, что Нин Цин была женщиной Лу Шаомина, кто-то быстро рассмеялся и сказал: “Так это Мисс Нин. Лу Шаомин уже давно тебя ждет. Я не видела тебя на каких-либо мероприятиях с тех пор, как ты получила звание Лучшей актрисы. Сегодня мы все должны поблагодарить молодого мастера Лу за то, что он позволил нам увидеть красоту лучшей актрисы.”

- Да, да... - согласились все.

Лу Шаомин снял свое шерстяное пальто и лениво откинулся на спинку дивана. Его длинные ноги были аккуратно скрещены. Он повертел бокал с красным вином в руке и с интересом посмотрел на Нин Цин.

Если он не заговорит, они больше не смогут продолжать разговор, особенно когда Нин Цин все еще стояла, а все сидели.

Те, кто пытался сгладить ситуацию, переглянулись и украдкой взглянули на Лу Шаомина. Они не знали, о чем он думает.

Это заставляло Нин Цин чувствовать себя неловко.

Улыбка на губах Нин Цин не исчезла, когда она грациозно подошла к Лу Шаомину. Она стояла прямо перед красивой женщиной и вежливо улыбалась. - Пожалуйста, отойдите в сторону.”

Она собиралась сидеть здесь.

Лицо красивой женщины напряглось, и она начала копаться в Нин Цин: “разве Мисс Нин не должна сопровождать старшего брата Юньфаня снаружи?”

- Но Шаомин сказала, что я могу сопровождать старшего брата Юньфаня только в течение десяти минут. Остальное время-для него. Вы этого не знаете, но президент Лу всегда ведет себя как хулиган наедине.”

- Ха, Ха-Ха. Ее слова быстро разрядили обстановку, кто – то пошутил: “Мисс Нин, никто не делает этого так, как вы-вы показали нам, как вы любите, ребята, в тот момент, когда вы появились.”

Красивой женщине нечего было сказать. Несмотря на то, что Нин Цин и Му Юньфань были двусмысленны снаружи, Лу Шаомин молчал, поэтому никто не осмеливался говорить.

И их супружеский статус был обнародован. Если она задержится еще немного, то потеряет лицо сама.

Красивая женщина встала, и Нин Цин села рядом с Лу Шаомом.

- Шаоминг.- Нин Цин двумя пальцами схватила его за деловой жилет и тихо позвала.

Берем инициативу в свои руки.

Лу Шаомин искоса взглянул на нее. Его глубокие и мудрые глаза видели насквозь все ее маленькие хитрости. Его молчание было также еще одним видом снисхождения.

“Можно мне выпить чего-нибудь холодного? Пусть кто-нибудь поменяет напиток и принесет чашку теплого сока”, - сказал Лу Шаомин низким глубоким голосом.

- Да, - сказал кто-то.

- Эй, - Нин Цин остановила мужчину и игриво подмигнула Лу Шаомину, когда она сказала. “Я хочу пить пиво. Кто приходит в бар, кто пьет сок? Шаоминг, сделай глоток.”

Лу Шаомин ничего не ответил.

- Ха-ха, вот именно. Молодой господин Лу, вы просто позволили Мисс Нин сделать глоток. Небольшой глоток иногда не повредит ей, - эхом отозвались другие.

- Хорошо, ты можешь немного выпить.- Лу Шаомин наконец согласился.

Он повернулся и продолжил разговор с деловыми людьми вокруг него.

Лу Шаомин говорил мало, но для Нин Цин этого было достаточно. Нин Цин перевела взгляд на красивую женщину. В ее глазах было скрытое послание – Ты не на моем уровне.

Полный самонадеянности.

Красавица не ожидала, что этот, казалось бы, нежный Нин Цин мгновенно изменит ее лицо. Она была так самонадеянна, а красавица совсем рассердилась.

- Мисс Нин, пока мужчины разговаривают. Как насчет того, чтобы мы спели? Давайте соревноваться и посмотрим, кто поет лучше. Мы позволим машине дать нам оценку.”

Глядя в уверенные глаза красивой женщины, Нин Цин храбро ответила: "Хорошо.”

…

Хотя Лу Шаомин разговаривал с другими, его внимание привлекла Нин Цин.

Эта красивая женщина была из индустрии по связям с общественностью и умела петь. Она могла бы набрать 99 баллов в любой песне. Напротив, Нин Цин не была хороша в пении.

Но голос Нин Цин был чистым и ясным. С присущим девушке природным обаянием и теплотой она спела старинную песню Терезы Тен – “сладкая, как мед”.

Она была не самой изысканной певицей, но пела ее от всего сердца. Ее резкий голос был похож на песню Иволги в долине. Его пение звучало нежно и приятно для слуха.

Периферийное зрение Лу Шаомина было заполнено ее сосредоточенным лицом. После того, как я не видел ее в течение четырех дней, ее лицо стало еще более нежным, ее чистое и голое лицо было красивым даже без макияжа. Белый свет сиял на ее красных губах и белых зубах, а глаза были яркими.

Лу Шаомин прочистил горло.

Вспомнив только что полученное сообщение, она сказала, что ошиблась. Не слишком ли поздно признать, что сейчас она ошибается?

Нин Цин закончил петь и набрал 78 очков.

Нин Цин покраснела и слушала, как красивая женщина смеется над ней. - Мисс Нин, я набрал 99 баллов. Ваши 78 баллов все еще намного ниже меня.”

Нин Цин надула розовые губки и мизинцем вцепилась в рукав рубашки Шаомин. "Шаоминг, неужели я так плохо пел, что набрал 78 очков?”

Лу Шаомин снова посмотрел на ее красные губы. Она только что выпила немного пива, и ее губы были нежными от жидкости на них.

“Это совсем неплохо. Но пара строчек была фальшива.”

- Ну и что же?”

Красивое тело Лу Шаомина приблизилось к ней, так как его низкий и богатый голос звучал – в моих снах, в моих снах, я видел в своих снах…

Голова Нин Цин онемела, когда она услышала, как он поет. Электрический ток пробежал по ее конечностям, и она почувствовала жар.

Он... пел!

В чем этот парень не был хорош? Он был сведущ в различных языках, танцах, пении, он даже мог петь золотые песни 1990-х годов с соблазнительно мужским голосом.

Нин Цин вспомнила французскую песню, которую он напевал ей в ухо Той ночью.

Нин Цин почувствовала слабость во всем теле.

- Президент Лу, я не знал, что вы еще и хороший певец.- Все ему льстили и хвалили. В этот момент вошел официант и налил бокал красного вина. Лу Шаомин выпил все это залпом.

Нин Цин видел, как его выдающееся кадык подпрыгивает, и он выглядел таким соблазнительным.

Белые рукава на его руке не были закатаны, красивые большие ладони были длинными и отчетливыми. Его запястье было покрыто чистым и мягким хлопком, и он носил блестящие серебряные пряжки.

Нин Цин в панике отвела взгляд и больше не смела смотреть. Этот человек был настолько изыскан, что она боялась получить кровотечение из носа.

Бросив взгляд в сторону, она увидела, что красивая женщина смотрит на Лу Шаомина с красным лицом, выражением одержимости и восхищения. Нин Цин почти топнула ногой от гнева. Этот человек был слишком заметен, и он все еще не знал, как контролировать свое обаяние.

Она должна предупредить его, когда они вернутся домой. В будущем он сможет только петь ей одной!

В этот момент сильная рука скользнула ей за спину, где она сидела, откинувшись на спинку дивана. - Ладно, давай поиграем сами, - сказал мужчина рядом с ней.

Тело Нин Цин дрожало, а лицо было застенчивым, и она не знала, что он имел в виду, когда протягивал ей руку за спину.

- Хорошо, давайте поиграем сами, пока молодой господин Лу беседует с госпожой Нин. Хаха.- Люди в комнате поняли его намерения и побежали вперед, чтобы спеть. Теперь на диване сидели только Лу Шаомин и Нин Цин.

Нин Цин почувствовала жажду. Она потянулась за напитком и поднесла его к губам.

Мужчина рядом с ней повернул голову, приблизился к ее белоснежной мочке уха и сказал, смеясь: “Это моя чашка.”

Нин Цин была смущена, но ей было неловко поставить его, поэтому она покраснела и смело сказала: “я не могу пить из твоей чашки? Но я хочу его выпить.”

- Она сделала глоток красного вина.

Когда она поставила стакан, мужчина рядом с ней все еще смотрел на нее. “Лу Шаомин, что...на что ты смотришь?…”

Ее голос становился все слабее и слабее, только потому, что темные глаза Лу Шаомина смотрели на ее красные губы. Он бросал на них бессмысленные взгляды.

Он не поцеловал ее, но Нин Цин, казалось, была поцелована.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 142:Цинцин, Я Хочу Только Тебя.

Когда дело доходит до флирта, сотни реплик было недостаточно, чтобы конкурировать с Лу Шаомин.

- Нин Цин уступила и мягко плюхнулась на диван.

Лу Шаомин пошевелился и подошел к ней вплотную. Рука, положенная на спинку дивана, медленно двинулась вперед, обхватив ее за плечо.

Нин Цин только положила обе руки ему на воротник и спрятала свое маленькое личико в его сильных объятиях.

Хм, она очень скучала по нему.

Скучала по каждому запаху его тела, по силе его рук.

- Шаоминг.- Ее водянистые глаза смотрели на него. Она использовала свое выражение лица, чтобы намекнуть, что ей все равно, если кто-то подглядывает; она хотела, чтобы он поцеловал ее.

Лу Шаомин только смотрел на нее и не прикасался.

Нин Цин была так взволнована и застенчива. Она почувствовала, как кровь прилила к ее голове. Она и не подозревала, что ее так легко соблазнить. Когда он не поцеловал ее, она отыскала его тонкие губы и поцеловала.

Лу Шаомин уклонился в сторону,и она смогла только поцеловать его в щеку.

- Озорник! Ты такой плохой!- Нин Цин тихонько прикусила его за ухо. У нее не было сердца, чтобы бить его. Ее маленькая рука не слишком напряглась, и она легонько стукнула его по плечу.

Лу Шаомин не издал ни звука. Нин Цин не знала, что он хмурится, чтобы взять себя в руки. - Он облизнул потрескавшиеся губы.

- Шао мин, что с тобой такое? Я тебе больше не нравлюсь?- Спросила Нин Цин, дотрагиваясь рукой до его груди.

Лу Шаомин схватил ее за руку, как удар молнии. Его ладонь была гладкой и мягкой, он беззаботно потерял контроль над своей силой. Девушка в его объятиях заворковала, и ее нежный голос был невероятно застенчивым. - Ой, Шаоминг. Это больно.”

“Если ты знаешь, что это больно, тогда ничего не трогай!- он прикусил зубы и предупредил.

Нин Цин была смущена. Ее длинные ресницы бешено трепетали, как крылья бабочки. Она использовала свои маленькие руки, чтобы коснуться его широких плеч и закрыла глаза, чтобы почувствовать каждый дюйм тонированного мускула под его рубашкой.

Она легонько чмокнула его в красивое лицо и кокетливо сказала: “муженек, пойдем домой, хорошо? Я так по тебе скучаю, правда скучаю.”

Лу Шаомин сжал кулак, ослабил хватку и снова сжал его. Он повторил это движение несколько раз. Только тогда он мог успокоиться. Думая о своем долгосрочном счастье, он открыл рот: “сегодня я буду работать сверхурочно в офисе. Ты можешь идти домой. Я не приведу тебя; пусть му Юньфань приведет тебя домой.”

Когда он упомянул "му Юньфань", Нин Цин застыла. Она открыла глаза и сказала, нахмурившись:”

“А чего ты не хочешь?”

Она не хотела, чтобы му Юньфань послал ее.

- Я... муженек, ты действительно так занят? Вы можете пойти со мной сегодня вечером? Я ... я буду добра к тебе, - тихо умоляла его Нин Цин.

Смысл ее слов был слишком очевиден. Адамово яблоко Лу Шаомина несколько мгновений качалось вверх-вниз, потом он отпустил ее плечо.

- Веди себя хорошо, не суетись, мне нужно работать. Пусть му Юньфань отправит тебя домой, разве он не твой брат Юньфань? Когда он рядом, я чувствую себя непринужденно.”

Его отношение было твердым, он сделал дополнительный акцент на словах “брат Юньфань”, как будто он был саркастичен по этому поводу. Нин Цин почувствовала разочарование.

В этот момент зазвонил ее телефон. Она достала его, чтобы посмотреть; это был звонок от Му Юньфаня.

- Смотри, твой брат Юньфань зовет тебя. Ты можешь пойти с ним домой.- Тон Лу Шаомина был спокойным, и она не могла обнаружить никаких эмоций.

Слезы, катящиеся по глазам Нин Цин, были на грани срыва. Она решительно встала и вышла из комнаты.

…

Выйдя из комнаты, Нин Цин направилась к входу в бар. Она подняла трубку телефона, " Алло.”

Слова "брат Юньфань" больше не могли слететь с ее губ.

- Привет, Цинцин, где ты сейчас? Давай я отвезу тебя домой.”

“О, в этом нет никакой необходимости. Я уже поймал такси. Тебе нужно поскорее вернуться домой.”

После того, как она заговорила, му Юньфань подошел к ней. Они встретились в тусклом освещении коридора.

Му Юньфань понял кое-что: Нин Цин лгала ему.

Он убрал телефон и посмотрел на слезы, падающие с лица Нин Цин; она плакала.

Му Юньфань ликовала, казалось, что она боролась с Лу Шаомин.

Это было предсказуемо, какой мужчина позволил бы своей жене так близко общаться с другими мужчинами?

Он хитроумно не стал говорить ей о ее лжи. Он встревоженно подошел к ней. - Цинцин, что случилось? А молодой мастер Лу тебя не запугивал? Я буду мстить за тебя.”

Он протянул руку, чтобы вытереть слезы с лица Нин Цин.

Нин Цин раздраженно оттолкнула его руку. - Меня беспокоит не он, а ты. Ты ведь сделал это специально, да? Что заставило Лу Шаомина не понять меня. - Зачем ты это сделал?”

Му Юньфань застыл; прошло уже 20 лет. Это был первый раз, когда Нин Цин заговорила с ним таким сердитым тоном.

- Он невинно пожал плечами. - Цинцин, о чем ты говоришь? И что же я сделал? Я не думаю, что было что-то, что я сделал намеренно неправильно. Разве мы не всегда так взаимодействовали в прошлом?”

- Да, вначале я думал, что все в порядке. Это было потому, что я относился к тебе как к брату, и в течение тех 18 лет ты также относился ко мне как к младшей сестре. Но теперь, когда ты вернулся, все изменилось. Все видят нас по-разному. То, что ты сделал сегодня вечером, было определенно намеренно. Ты нарочно обнял меня, чтобы Лу Шаомин увидел. Он сердится на меня. Он не хочет идти со мной домой.- Нин Цин всхлипнула, и все новые слезы полились из ее глаз.

Что касается му Юньфаня, было много слов, которые она не могла сказать ему из-за своей застенчивости.

За последние 18 лет он действительно баловал ее. Он обнял ее так, как это сделал бы старший брат.Он бы пригладил ей волосы. Но на этот раз она почувствовала, что он изменился.

Впервые за все время, играя с ней, он совершал какие-то неопределенные действия. Он не сознался и вел себя невинно. У нее не было никаких доказательств. Она не должна видеть в нем извращенца; он был кем-то, кого она когда-то считала “братом Юньфань".”

Она стояла прямо, и она не знала, в какой именно момент люди начали смотреть на нее по-другому. Даже Лу Шаомин. Другие считали, что она занимается прелюбодеянием, наслаждаясь временем с двумя мужчинами.

Она не могла объяснить этого, но в глубине души чувствовала себя ужасно.

- Цинцин, как ты можешь обвинять меня в ссоре между вами двумя? У него есть красивая женщина в его объятиях, но он не позволяет вам иметь брата? Он слишком эгоистичен!”

“Я не позволю тебе так говорить о нем! Ты прекрасно знаешь, что ты сделал. Я не хочу тебя подозревать. Давайте в будущем сохранять дистанцию. А теперь я пойду домой."Нин Цин прошел мимо му Юньфаня.

Когда она прошла мимо него, му Юньфань уловил ее приятный запах. Он сделал глубокий вдох; все клетки в его теле начали беспокоиться.

“Цинцин.- Он схватил ее за тонкое запястье и притянул к себе.

"Му Юньфань, что ты делаешь?- Нин Цин очень сопротивлялась его продвижению, и теперь он притянул ее в свои объятия. Она отчаянно боролась, пытаясь вырваться.

Му Юньфань почувствовал, как у него упало сердце. Он хорошо знал свои телесные реакции. О нет, его накачали наркотиками!

Что же там происходит?

Он приказал людям накачать наркотиками Лу Шаомина; как же его накачали наркотиками вместо этого?

Он подумал о страшной возможности.

Он быстро отпустил Нин Цин, болезненно нахмурившись. - Извини, Цинцин, меня накачали наркотиками.”

Нин Цин хотела быстро убежать, но, увидев его боль, остановилась как вкопанная. Это был брат, который баловал ее в течение 18 лет, в конце концов, она не могла оставить его позади.

- Накачали наркотиками? Что это за наркотик? Я отвезу тебя в больницу.”

- Слишком поздно, у меня в организме есть наркотики для свиданий. Мне нужна женщина.”

- Ну и что же?- Нин Цин в страхе сделала шаг назад.

Му Юньфань поднял голову, чтобы посмотреть на нее. Наркотик был слишком сильным. Его глаза быстро покраснели. Он, казалось, потерял сознание и вел себя как зверь, охотящийся на свою добычу.

Нин Цин на всякий случай отступила назад. "Брат Юньфань, что ты хочешь сделать? А теперь я пойду и найду тебе женщину. Возьмите себя в руки на мгновение, это будет быстро.”

Она повернулась и побежала.

Всего через два шага сильная сила притянула ее в объятия мужчины. Му Юньфань с силой поцеловал ее волосы. “Слишком поздно, слишком поздно. Цинцин, я хочу тебя.”

- Брат Юньфань, отпусти меня!- Нин Цин уклонилась от его поцелуя и попыталась привести его в чувство. “Я Цинцин, я твоя сестра, и мы не можем так себя вести. У меня есть муж. Я-жена Лу Шаомина.”

Му Юньфань закрыл глаза, желая подавить жар, исходящий от его тела, но он не мог. Маленькая фигурка в его объятиях слишком сильно заерзала. Каждое ее прикосновение заставляло его терять контроль.

Му Юньфань протянул руку, чтобы закрыть рот Нин Цин, и понес ее на уединенный балкон.

Тонкая спина Нин Цин коснулась холодных перил. Му Юньфань поцеловал ее лицо, мучительно напрягая дыхание. - Цинцин, ты нравишься брату. Я просто хочу только тебя. Отдай себя брату, хорошо? Брат будет относиться к тебе хорошо, даже лучше, чем Лу Шаомин.”

Нин Цин почувствовала себя так, словно ее ударили током. Ее лицо побледнело. Она избегала му Юньфаня и не позволяла ему прикасаться к себе. - Брат Юньфань, ты понимаешь, что сейчас говорят? Я же твоя сестра! Как вы можете иметь такие мысли. Отпусти меня, отпусти меня! Я-женщина Лу Шаомина. Ты не можешь прикоснуться ко мне!”

Слова "Лу Шаомин" пробудили огонь в сердце му Юньфаня. Он схватил ее своими огромными ручищами и грубо дернул за карандашные штанишки Нин Цин. - Цинцин, скоро у тебя не будет никаких отношений с Лу Шаомом. Разведись с ним и стань моей женщиной.”

Брюки-карандаши начали опускаться. Нин Цин была крайне смущена. Она подняла руку и с громким шлепком холодно шлепнула му Юньфаня по лицу.

- Бесстыдно!”

Му Юньфань получил пощечину. Нин Цин воспользовался случаем, чтобы встать на ноги му Юньфаню. Му Юньфань отшатнулся от боли, а Нин Цин бросилась прочь.

- Цинцин, не беги!” Она успела сделать только пару шагов, прежде чем снова оказалась в объятиях му Юньфаня.

Между мужчинами и женщинами существовала разница в силе. Нин Цин была под его контролем. Когда му Юньфань расстегнула свою рубашку, слезы скатились по лицу Нин Цин в отчаянии. Она плакала и восклицала: “Шаоминг, Шаоминг, спаси меня.”

В этот момент сзади неожиданно появились два телохранителя, одетые в Черное. Двое из них быстро схватили му Юньфаня, который был вне контроля, и потащили его обратно.

Нин Цин была свободна. Она обхватила себя руками и побежала.

Когда она начала бежать, то врезалась в кого-то.

Нин Цин подняла голову, чтобы посмотреть; это был Лу Шаомин.

Мужчина, который был в ее мыслях каждое мгновение, появился перед ней вот так.

- Шаоминг.- Она была в шоке. Все ее существо было в полном беспорядке. Теперь же Лу Шаомин смотрел на нее так, как смотрели бы на свою жену, оказавшуюся в беде. Он торопливо подбежал, желая обнять ее.

“А в чем дело? А что ты делал здесь со своим братом Юнганом?- Приговор Лу Шаомина заставил Нин Цин замереть на месте.

Нин Цин полностью остановилась и застыла как вкопанная.

Глядя на ее неопрятную одежду и бросив взгляд на Му Юньфаня, который был схвачен позади нее, его тонкие губы были в торжественном выражении. “То, что вы двое ведете себя подобным образом, может вызвать подозрения у других, но этот человек-ваш брат Юньфань. Нин Цин, я ничего не подозреваю. Не могли бы вы дать мне объяснение, пожалуйста.”

Нин Цин почувствовала, как падает на холодный тротуар. И как она собирается это объяснить?

Как она объяснит, что ее брат Юньфань хочет изнасиловать ее?

Нин Цин покачала головой, и слезы покатились по ее лицу. Она подавила рыдания и сказала “ " Шао мин, все не так, как кажется... его накачали наркотиками, so...so…”

- Ну и что?- Мужчина повысил голос. Он не был сердит, но его тон придал атмосфере особую силу.

Нин Цин дрожала от страха, она не смела больше плакать. “Я...Я…”

В этот момент му Юньфань, которого схватили телохранители, все еще сопротивлялся. Из бара выскочили его помощники. Телохранители отпустили му Юньфаня,и его помощники удержали его.

Му Юньфань все еще хотел броситься сюда. - Цинцин, Цинцин, не уходи. Брату не нужна никакая другая женщина; брат хочет только тебя…”

- Молодой господин, молодой господин, пожалуйста, не говорите ерунды."Помощник нес му Юньфаня и приказал остальным: “идите. Быстро подготовьте чистую цыпочку для молодого мастера.”

- Да, сэр.”

…

Наконец наступила тишина. Нин Цин почувствовала, что сама себя ударила. Она не смела взглянуть на Лу Шаомина. Ее плечи дрожали от страха.

- А, так кто-то накачал твоего брата Юньфаня наркотиками, и ты ему помогала? В мире нет другой женщины, кроме тебя. Нин Цин, ты забыла свой статус госпожи Лу? Ты действительно смелый!”

“Нет, все было совсем не так, он был накачан наркотиками, я...я не хотела ... я не хотела, чтобы он умер.…”

“Его накачали наркотиками, так что он хотел только тебя? Нин Цин, а что будет, если я приду чуть позже? Вы не хотели, но дали ему возможность приблизиться к вам. Му Юньфань-твой брат по крови? Теперь ты чья-то жена, разве ты не знаешь, что нужно держаться на расстоянии от других? О, это было похоже на то, что я отказываюсь. Когда ваш брат Юн Фан впервые вернулся из-за границы, он уже обнял и поцеловал вас. На твоем теле был запах его одеколона. Он окружил бабушку и маму. Вы также приняли его помощь без сомнения. Нин Цин, что у тебя в голове?”

Нин Цин ругали до тех пор, пока она не впала в шок. У нее не было ни единого слова, чтобы отомстить.

Все больше и больше слез катилось по ее щекам; она могла только плакать.

- Шаоминг, я умоляю тебя, Пожалуйста, перестань ругать меня. Я прошу прощения.”

Она также не знала, как все обернулось таким образом.

Лу Шаомин смотрел на плачущую девушку, пока та не осмелилась поднять голову. Втайне вытирая губы, он закашлялся, притворяясь сердитым. - Ладно, перестань плакать, иди в туалет и умойся. Кроме того, посмотрите на свою неопрятную фигуру…”

…

Нин Цин пошла в ванную. Она стояла у раковины и умывалась холодной водой. Затем она посмотрела на свою неухоженную одежду на теле.

В голове у нее был полный бардак. Она не знала, что и думать.

Она слышала, как две девушки разговаривали друг с другом…

"Да, Сяо фан, я слышал, что у вас недавно были близкие отношения с Кай нанем. А вы, ребята, встречаетесь?”

“Что за чушь ты несешь? Кай НАН-мой брат.”

“А какое это имеет значение? Кай Нан-не твой брат по крови. Все возможно. Посмотрите на вас двоих, едущих на велосипеде вместе. Он все еще кормил тебя едой, а ты держала его за локоть. Кай НАН поцеловал твои волосы. У вас двоих есть эти смутные отношения; все в школе заметили это. Если вы скажете, что между вами ничего нет, никто этому не поверит.”

‘Но я выросла вместе с Кай нанем, мы всегда были такими, у меня действительно нет никаких чувств к нему в моем сердце.”

- Айо, молодые времена-это молодые времена. Вам уже 20 сейчас, вы теперь леди! Просто потому, что у вас нет никаких чувств, не означает, что Кай НАН этого не делает. В то время вы были еще молоды и все еще не понимали любви. Теперь он видит в тебе добро и влюбился в тебя. Он играл с тобой с юности. Он всегда хотел погнаться за тобой, но ты был беспечен. Если бы у одного из вас был парень или девушка, что бы подумали другие? Сяо фан, ради всеобщего блага, вы не можете продолжать что-то настолько запутанное и двусмысленное…”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 143:Укрощение Маленькой Дикой Кошки

Маленькое личико Нин Цин вспыхнуло. Она не знала, было ли это потому, что она чувствовала себя виноватой, но она чувствовала, что эти слова были обращены к ней, что они были специально обращены к ней.

На самом деле она была очень беззаботной, но теперь это была ее вина.

Нин Цин, чувствуя себя обиженной, надула розовые губки. Она повернулась и вышла из туалета.

…

Выйдя из туалета, Нин Цин увидела Лу Шаомина.

Он стоял на некотором расстоянии от меня. Рядом с ним стояла высокая красивая девушка. Красивая женщина держала в руках его темно-синее тонкое пальто. Она застеснялась, надевая ему пальто.

Нин Цин застыла, и в ее сердце закипела горькая струя.

Это тонкое пальто было на его теле. Он покрывал ее тело всего несколько часов назад. Она думала, что к этому пальто прикасались только они вдвоем, но теперь к нему прикасался кто-то другой.

Это была такая привлекательная девушка, которая так делала.

Они были женаты уже полгода, и она еще ни разу не видела рядом с ним другой девушки. Человек, который был дисциплинирован и чист, знал, как избежать романтической удачи, которая пришла к нему.

Но что же случилось с ним сегодня?

Может быть, это она не обратила на него внимания?

Нин Цин подняла ноги и подошла к Лу Шаомину.

Когда она приблизилась, та красивая женщина была поражена, когда она посмотрела на Лу Шаомина, и она подняла руки, желая застегнуть пальто для него.

- Подскочила Нин Цин. Она отодвинулась назад и толкнула эту красивую женщину, заставив ее сделать несколько шагов назад. - Шаоминг, позволь мне это сделать.- Она подняла руку, чтобы помочь Лу Шаомину застегнуть пальто.

Эта красивая женщина, в которую он врезался, сразу же уставилась на Нин Цин, и именно в этот момент она почувствовала на своем лице темный и зловещий взгляд. Она подняла глаза, и Лу Шаомин взглянул на нее.

Этот взгляд был очень легким, но взгляд человека высокого положения был высок и глубок. Он лишь мельком взглянул на нее, но этого было достаточно, чтобы она почувствовала угрозу.

Прекрасная женщина сердито отвела взгляд и повернулась, чтобы уйти.

Лу Шаомин перевел свой пристальный взгляд вниз, чтобы посмотреть на девушку, и ее нежные щеки надулись, когда она надулась. Было ясно, что она расстроена.

Он тоже не открывал рта. Он посмотрел на ее маленькую белую руку, которая осторожно застегивала пуговицы. Все, что он мог чувствовать-это аромат ее тела.

Он не прикасался к ней уже 4 дня, но очень хотел этого.

Мужчина ничего не ответил. Нин Цин больше не могла этого выносить. - Разве у тебя нет своих собственных рук? - надменно спросила она. Я не вижу никого, кто помог бы тебе нормально одеться.”

“Хех, а что это за тон ты сейчас используешь? Вы все еще думаете, что вы правы, даже если вы сделали что-то не так?- лениво ответил мужчина.

Огонь во всем теле Нин Цин был потушен им; люди, которые поступают неправильно, обычно находятся в низшей касте общества.

“..Это совсем другое дело.- Она не собиралась уступать.

“А чем же это отличается? О, у вас с Му Юньфань только простые братские отношения. Он-твой старший брат Юньфань, а вы двое чисты и непорочны, и между вами ничего не возникло бы.”

Он что, издевается над ней?

Он определенно это делал!

Поскольку Нин Цин была не в состоянии думать о своем следующем ответе, она услышала, как мужчина, который был выше ее головы, глубоко рассмеялся. Он был в хорошем настроении, когда сказал: “Эту женщину зовут е Тинг. Она является секретарем высокого класса, который окончил Гарвардский университет в Америке. Она пришла на собеседование, чтобы поработать моим личным секретарем. - Миссис Лу, а вы как думаете?”

- Ну и что же?- Нин Цин подняла взволнованные глаза. “А разве у тебя нет Чжу жуя? А зачем вам нужен личный секретарь?”

- Смысл иметь личную секретаршу в том, чтобы она занималась личными делами. Чжу жуй-человек, и многие задачи ему неудобны”, - смело объяснил мужчина.

Заниматься личными делами?

Помогать ему с одеждой, едой и сном?

“Ни в коем случае, я не согласен!”

- А что, миссис Лу, вы сейчас ревнуете? Ты ревнуешь без всякой причины. Разве ты не доверяешь своему мужу? Вы забыли, как ваш муж доверял вам? Му Юньфань обнял тебя и закружился на месте. Он поцеловал твою линию волос. У тебя был его аромат на твоем теле... у меня не было никакого мнения обо всем этом, и теперь ты смотришь на Е Тинг, которая только что надела пальто для меня, и ты не можешь его принять? Миссис Лу, вы слишком чувствительны.”

Нин Цин, " ... " он действовал намеренно!

Он определенно разозлил ее, а также заставил почувствовать себя расстроенной.

Фраза “Вы слишком чувствительны” была тем, что она сказала ему не так давно, и теперь он бросил ее обратно в нее.

В это время му Юньфань обняла ее и закружилась вокруг своей оси. Она спросила, не возражает ли он, и тогда он покачал головой и остался спокоен, но теперь он был слишком разборчив и расчетлив.

Но Нин Цин знала, что она была неправа.

Нин Цин опустила глаза. Она медленно протянула руку, чтобы обнять его за стройную талию. - Муженек, мне очень жаль. Я знаю, что был неправ, и я знал, что совершил ошибку. Я тот, кто не думал о ваших чувствах в то время; я относился ко всему, как к данности.”

“В то время я был слишком эгоистичен. Я только думал, что если бы у меня была чистая совесть, то все было бы хорошо. Я не обратил на тебя внимания. Когда я смотрела на эту е Тинг сегодня, я чувствовала себя неловко. Я посмотрел на нее, стоящую рядом с тобой, и почувствовал ревность. Встав на твое место, я понял, как тебе было неловко, когда ты увидел му Юньфаня, стоящего рядом со мной в тот раз.”

- Муженек, не делай этого со мной. Теперь я признался в своих ошибках, разве этого недостаточно? Ты не имеешь права использовать другую женщину, чтобы запугать меня. Тебе не позволено молча обращаться со мной. Мы ... были молодоженами всего несколько дней. Как ты можешь так со мной обращаться?”

Нин Цин крепко обняла его и повела себя очень мило. Она действительно чувствовала себя оскорбленной. То, что случилось с Му Юньфань, она даже не могла себе представить. Нынешнее положение вещей не было чем-то таким, что она никогда не представляла себе после того, как они были братьями и сестрами в течение 18 лет.

Сердце Лу Шаомина смягчилось, но он протянул руку, чтобы оттолкнуть ее. - Раз уж ты знаешь, что сделала не так, то прощу я тебя или нет, будет зависеть от того, как ты будешь себя вести в будущем. Я не буду вмешиваться в дела, касающиеся му Юньфаня. Вы должны взять на себя ответственность за все, что вы создали. Я больше не буду помогать тебе связывать концы с концами.”

"Также, Что касается вопросов, касающихся е Тинг: мы поговорим в будущем. Я видел, что она хорошо справилась. Если вы не хотите, чтобы я нанял ее, я подожду, пока вы назовете причину, которая может убедить меня сделать это.”

Сказав это, Лу Шаомин даже не удостоил ее взглядом, поднял ноги и надменно удалился.

- Шаоминг.- Нин Цин, оставшаяся позади, в гневе топнула ногой.

…

На следующее утро Нин Цин проснулась в спальне в чайном павильоне виллы. Рядом с ней никого не было, и Лу Шаомин не возвращался всю ночь.

У нее была депрессия, и она пошла в квартиру своей матери.

Это было то же самое. Му Юньфань также не вернулся за всю ночь.

Это были выходные, Нин Цин было нечего делать, поэтому она помогла своей матери вымыть овощи, а затем приготовила обед.

- Цинцин, я так давно не видела Шаомин. Он все еще в командировке?- Спросила Юэ Ваньцин.

Лицо Нин Цин застыло, и она с силой улыбнулась. - Шаоминг вернулся вчера вечером, но он занят работой. Он даже спал вчера в офисе. У него нет времени навестить маму и бабушку.”

“Окей."Юэ Ваньцин кивнула головой и сказала с жалостью: “рабочим людям приходится нелегко. Если вы свободны, вам нужно сопровождать Шаоминг больше. Вы должны заботиться о своем теле. А ты позвони Шаомингу. Посмотрим, успеет ли он вернуться домой к обеду в полдень. Мама приготовит для него полный стол блюд.”

“…Окей.”

Нин Цин пошла в гостиную, чтобы позвонить, и телефон зазвонил 3 раза, прежде чем на другом конце медленно подняли трубку. “Привет.”

Его глубокий и чарующий голос заставил Нин Цин оцепенеть.

Ее белая рука крепко сжимала телефонную трубку. Маленькое личико Нин Цин слегка покраснело, когда она сказала: “Привет, Шаомин, это я. Мама спросила, есть ли у тебя время вернуться к обеду.”

Она слышала, как ручка шуршит по бумаге. Он, вероятно, просматривал какие-то документы и небрежно сказал: “У меня встреча в полдень. У меня нет времени, вы двое обедаете вместе.”

Нин Цин была разочарована. Она все еще хотела что-то сказать, но на другом конце провода сказали: “Если больше ничего нет, я должна повесить трубку. Я немного занят.”

Ду-ду-ду... деловитый тон повторился, и Лу Шаомин уже закончил разговор.

Нин Цин, “…”

….

Внутри президентского кабинета в Гуан Цине Лу Шаомин расписывался на документе своим именем и держал в руках авторучку.

Он лениво откинулся на спинку мягкого кресла. Он взял чашку кофе и сделал маленький глоток.

Чжу жуй встал рядом с ним и с улыбкой спросил: “президент, мадам осознала свою неправоту после того, что произошло прошлой ночью. Теперь она берет на себя инициативу, чтобы признать свои ошибки; почему вы не принимаете это?”

“Сейчас не время принимать это. Я понимаю характер Нин Цин. Было бы трудно сказать, простит ли она му Юньфаня, когда он придет поговорить с ней. Мне все еще нужно держать линию огня наготове. Я должен подождать, пока она построит барьеры в своем сердце и установит дистанцию между собой и Му Юньфан сначала.”

У Чжу жуя были свои сомнения. “Но, президент, характер мадам тоже немного упрямый. Вы же не боитесь, что она...придет в ярость?”

- Хех.- Лу Шаомин скривил губы и поднял взгляд, чтобы посмотреть на Чжу жуя. Он не ответил, но вместо этого спросил его: “ты знаешь, как приручить маленькую дикую кошку?”

Чжу жуй, ” ... ему нужно было усвоить учение президента.

- Это очень просто: заставь ее влюбиться в тебя, но не делай себя легко доступным для нее. Она будет поймана вами на крючок, и она, естественно, будет преследовать вас. Вы получили некоторую тягу, и после того, как вы действуете жестко и говорите мягко, она определенно будет следовать за вами лояльно. Тогда она возьмет на себя инициативу, чтобы найти вас.”

Поэтому он обнял ее вчера вечером в баре, но не поцеловал. Он знал, что она скучает по нему. В ее глазах было желание, и он был почти охвачен всей своей страстью, но он просто не позволит ей получить то, что она хотела.

Она не могла получить то, что хотела, и поэтому хотела этого еще больше.

Чжу жуй посмотрел на своего президента, планирующего и разрабатывающего стратегию, и все понял. Казалось, что мадам проведет остаток своей жизни под строгим контролем президента.

Этот человек был слишком хитер. Внешне он казался добрым, но на самом деле интриговал внутри. Он сделал один шаг, рассчитывая следующую сотню; никто не мог победить его.

"Президент, Му Юньфань уже сделал много звонков, желая встретиться с вами. Когда вы планируете встретиться с ним?”

“Эх, он уже не может усидеть на месте? Разве он не был высокомерен и счастлив, когда впервые вернулся в деревню? Неужели он не хочет бороться со мной за ее благосклонность? Я не делал никаких движений, и это было потому, что я не хотел использовать детскую тактику этого человека. Ему всего 23 года. Он думал, что мы будем в одной лиге?”

"Люди, которых он окружил вокруг меня, он думал, что я не знаю о них? Он думал, что сможет использовать то, что произошло в баре, чтобы вбить клин между мной и Нин Цин, и он хотел заколоть мой напиток. Он не знал — его шансы нанести удар появлялись только тогда, когда я это позволял. Я тот, кто заставил его появиться в баре, и я заставил его показать свое истинное лицо тогда. Я долго подсыпал ему спиртного. Я тот, кто руководил большим шоу для него.

- Пока не обращай на него внимания. Зачем его истинный характер пинать; он станет нетерпеливым. Как только это произойдет, мы сможем использовать его во второй половине дня.”

- Да, сэр. Чжу жуй кивнул головой, не понимая, что опять замышляет его президент.

Но эта фраза: "дерись со мной за ее благосклонность” - надолго рассмешила Чжу жуя. Слушайте, слушайте! Это было на самом деле то, что его холодный босс мог сказать.

Он также сказал, что он был в другой лиге, чем 23-летний мужчина.

Он только боялся, что будет становиться все более и более ревнивым.

Мадам никогда не узнает. Все девушки, болтающие в туалете, были устроены президентом. Даже сценарий был написан от руки самим президентом.

[Катаясь на велосипеде вместе и кормить вас едой; вы держались за локоть Кай Нана, и Кай НАН поцеловал ваши волосы...] ...президент был довольно хорош в том, чтобы заставить других чувствовать тошноту.

"Президент, что нам делать С Е Тинг? Она снова приходила сегодня утром. Она хотела пригласить тебя сегодня на обед. Совершенно очевидно, что она заинтересована в вас, Президент.”

Острый взгляд Лу Шаомина пронзил Чжу жуя. - Напомни ей, чтобы она не забывала, что это всего лишь игра между мной и ею. Если она слишком глубоко погружалась в роль, я приглашал ее покинуть сцену.”

- Да, сэр.”

Лу Шаомин сделал еще один глоток кофе и встал. Он держал папку между двумя пальцами, готовясь идти на встречу. Прежде чем уйти, он обратился к Чжу Жуйю: - Пусть отель пришлет блюдо из морепродуктов моей свекрови. Асо, отмени все мои встречи во второй половине дня; я жду звонка мадам.”

Чжу жуй: "... президент использовал рыбу, чтобы приманить маленькую дикую кошку.

…

Во второй половине дня Нин Цин, мама и бабушка обедали за обеденным столом.

- Цинцин, почему Юньфань сегодня не вернулся к обеду? Кроме того, я уже несколько дней не видела Шаомин, - пробормотала бабушка.

- Бабушка, они оба работают. Они все напомнили вам, чтобы вы ели больше.- Нин Цин утешала бабушку.

Бабушка тут же расплылась в улыбке.

- Цинцин, во второй половине дня у Шао Мина назначена встреча. Мама приготовила немного супа. Принесите ему немного позже.”

Нин Цин посмотрела вниз, когда съела маленький кусочек риса. “О."Она ответила уныло и подумала о звонке, который он бросил в спешке, и она была вялой.

Юэ Ваньцин увидел, что она была несчастна и пожурил ее. - Цинцин, Шаомин занята работой. Вы как жена должны лучше понимать его; не будьте слишком упрямы…”

Неужели она так упряма?

Юэ Ваньцин еще не закончил критиковать Нин Цин, и вдруг: Динь! Раздался звонок в дверь.

“Кто это, я пойду открою дверь?- Нин Цин подошла к двери.

Парадная дверь была открыта, и за ней стояли двое мужчин, одетых в костюмы шеф-поваров. - Жена президента, Президент приказал нам прислать посуду. Это разогретый гигантский желтый квакун в глиняном горшке.”

Нин Цин застыла. Зачем он прислал сюда посуду?

Он был плохим человеком, который даже не потрудился заговорить с ней.

Шеф-повар вошел в столовую, открыл крышку кастрюли и поставил обжигающе горячее блюдо на обеденный стол. Он использовал газовую плиту, чтобы нагреть кастрюлю. - Старая Мадам, мадам, этот гигантский желтый Каркун-это то, что рыбаки с острова Наньао случайно встретили в море. Цену можно сравнить с золотом. Мясо этой рыбы можно считать лекарством, и оно имеет хорошие последствия для диабета старой мадам. Президент специально заказал это редкое блюдо, которое не так просто достать. Он попросил нас принести более 11 фунтов, чтобы позволить вам обоим попробовать, и он желает, чтобы вы наслаждались этим восхитительно.”

Оба повара вышли за дверь.

Нин Цин закрыла дверь,и Юэ Ваньцин улыбнулась, когда она позвала ее. - Цинцин, посмотри на себя. Если у Шаомина есть что-то особенное, он хотел бы поделиться им с вами, но мама сказала вам принести немного супа, и Вы были вялыми, услышав это. Как бы вы сравнили себя с Шаомин?’

“Совершенно верно, Цинцин. Гигантский желтый костоправ? Бабушка никогда не слышала о таком блюде. Мне посчастливилось попробовать это сегодня. Бабушка считает, что Шаоминг на самом деле не так уж и плохо. Он все время думает о тебе.”

Нин Цин скривила губы в сладкой улыбке. У нее было такое чувство, будто ее сердце было покрыто слоем меда. Айя, что же он теперь пытается сделать?

Еще минуту назад он не мог с ней возиться.

- Мама, я вспомнила, что ты приводила бабушку в Китайскую шахматную комнату, чтобы поиграть в китайские шахматы. Не могли бы вы купить немного овощей, когда вы проходите мимо рынка? Когда ты вернешься домой позже, я позвоню Шао мину позже во второй половине дня и попрошу его остаться на ужин.”

…

Во второй половине дня мама проводила бабушку в Китайскую шахматную комнату. У Нин Цин была пружинистая походка, когда она вернулась в свою комнату. Она открыла шкаф, выбрала красное платье на тонком бретельке с V-образным воротником и надела его.

Она повернулась лицом к зеркалу. Она распустила свои волосы, которые были завязаны в узел. На ее лбу лежала тонкая молодая челка.

На самом деле она была изысканной и привлекательной девушкой. Ей не нужна была никакая косметика, и она уже была прекрасна и совершенна, как фарфор.

Она покраснела, достала телефон и набрала номер Лу Шаомина.

“Привет.- На этот раз он взял трубку быстро.

Нин Цин быстро обхватила свой живот и нахмурилась, когда она сказала: "Шаомин, какую рыбу ты послал сегодня днем? Мало того, что это было ужасно на вкус, но это все еще заставляло мой живот болеть! Да, у меня так болит живот!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 144:Молодой Мастер Лу Действительно Достоин Своей Репутации

Нин Цин испугалась, что он не слышит, и дважды повторила: “Айо”.

На другом конце провода на несколько секунд воцарилось молчание. - Его голос звучал просто. “Если у тебя болит живот, иди в больницу. Звонить по моему номеру будет бесполезно.”

Нин Цин застыла. Она топала ногами в гневе, но не смела вспыхнуть. Она испугалась, что он не захочет прийти, и могла только тихо сказать с жалостью в голосе: “Шаоминг, ты даже не беспокоишься, если у меня болит живот. Мама уже вывела бабушку. Я одна дома, лежу на больном диване и не могу стоять. Приходите быстро, чтобы проверить меня.”

Сказав это, она добавила: “Шаоминг, если ты опоздаешь, у тебя больше не будет жены. Вы сами принимаете решение.”

Нин Цин закончила разговор.

Прождав около получаса, Нин Цин, сидевшая на диване, услышала звонок в дверь.

Ее глаза сверкнули, и она быстро подбежала к двери. Выглядывая в глазок на красивого мужчину снаружи-если не Лу Шаомин, то кто бы это мог быть?

Нин Цин открыла дверь” " Шаомин, ты здесь?- Она без дальнейших раздумий бросилась в его объятия.

Лу Шаомин не ожидал этого, видя, как она рухнула в его объятия. Он быстро раскрыл объятия, чтобы принять ее в свои объятия. “К чему такая спешка? Разве ты не боишься упасть?”

Он обнял ее мягкую и изящную фигурку и мягко пожурил.

Нин Цин подняла на него свой пристальный взгляд. На нем не было ни пальто, ни костюма. На нем был только черный шерстяной свитер с V-образным вырезом. Воротничок слегка напоминал полосатую темно-синюю рубашку. Это было по-джентльменски и вызывало его собственный личный стиль.

Как бы хорошо ни выглядел кто-то другой, его стиль был столь же завораживающим.

Ее бледные руки лежали на его воротнике. Она приложила столько усилий, чтобы заставить его прийти, как она могла позволить ему улизнуть? Она надула губы и сказала застенчиво: "я боюсь, что ты уйдешь.”

- ГМ, твой живот больше не болит?- спросил он, держа ее за плечо.

Нин Цин отреагировала мгновенно “ " Ага.- Она мягко упала в его объятия. Ее фарфорово-белые зубы прикусили нижнюю губу, чтобы помочь ей вести себя так, будто ей очень больно, и она украдкой взглянула на него, чтобы увидеть его реакцию. - Шаоминг, Ох, это так больно, так больно, что у меня нет сил ходить. Отнеси меня в спальню.”

Лу Шаомин посмотрел на игру девушки и не стал обвинять ее во лжи. Он наклонился, чтобы сбить ее с ног, и понес в квартиру.

…

Они вдвоем добрались до дивана. Лу Шаомин хотела положить ее на диван, но Нин Цин крепче сжала его шею и не отпускала; она не хотела, чтобы ее отпускали.

“И что теперь?” Он нарочно спросил.

Нин Цин захлопала ресницами, глядя на него, и, казалось, была полна жалости. - Шаоминг, мне очень больно. Теперь даже моя задница болит. Я не могу сидеть на диване. Я хочу сидеть у тебя на коленях.”

Поскольку она взяла на себя инициативу сесть к нему на колени, он будет наслаждаться этим.

Лу Шаомин сел сам на диван и посадил ее к себе на колени.

Взглянув на ее одежду, он заметил, что она была одета в красное платье, сочетающееся с белой вязаной рубашкой цвета слоновой кости. Она была одета очень скромно. Его губы изогнулись в улыбке, и на лице появилось завораживающее выражение. “Сейчас зима, женушка. Вы так скромно одеты, для кого же смотреть?”

Нин Цин увидела его прекрасные счастливые глаза. Он, казалось, был в хорошем настроении, и она подняла голову, чтобы коснуться его губ. - Шаоминг, - ласково сказала она, - здесь нет третьего человека. Конечно, я ношу его для того, чтобы вы увидели.”

- Хм, я уже видел его. Поскольку твой желудок больше не болит, мне нужно уладить кое-какие дела в офисе. - Мне надо идти.” Он уже собрался уходить.

“Да.- Нин Цин была встревожена. Она поспешно использовала его огромную ладонь, чтобы прикрыть свой плоский живот. “А кто сказал, что это больше не больно? Мне больно, не могли бы вы помочь мне немного потереть его?”

“А, Конечно.- Лу Шаомин помассировала ей живот.

Ее 53-сантиметровая талия была полностью прикрыта его ладонью. На нем было немного мяса; прикосновение к нему было теплым и удобным.

Лу Шаомин не смог сдержаться и дважды ущипнул ее.

“Что ты там делаешь?- Нин Цин почувствовала боль и быстро отогнала его ладонь.

Лу Шаомин отнял его руку и обнял ее за тонкую талию, чтобы заставить встать. “Если ты думаешь, что я плохо справляюсь, то я пойду.”

Неужели он не может говорить об отъезде каждую минуту?

- Да, Шаоминг, я могу научить тебя правильно тереть ее.- Светлые мочки ушей Нин Цин были свекольно-красными, ее белые руки задрали юбку и положили его руку внутрь. - Потирать живот вот так было бы лучше.”

Именно она взяла на себя инициативу, но девушка была так застенчива, что закрыла глаза. Ее длинные ресницы безмерно трепетали, как крылья бабочки в весенний день.

Нин Цин была смущена, и ее сердце было слабым. Сначала она думала, что он поймет ее и будет подыгрывать ей. Но мужчина на самом деле серьезно поглаживал ее живот и спросил: “Так будет лучше?”

Не лучше же! Не лучше же!

Когда он успел стать таким джентльменом?

Лучше бы смерть пришла поскорее.

“Да.- Нин Цин почувствовала, как у нее пересохло во рту, губы стали неуклюжими, тонкие ноги несчастно болтались в воздухе. - Поднимись немного наверх.”

- Вот так?- Этот человек был очень серьезен.

“Нет,поднимись еще немного.”

- Вот так?”

Нин Цин хотелось вырвать кровь. Она позволила ему подняться, но он не стал касаться ключевого момента. Его мозолистые пальцы намеренно ползли по ее нежной коже, как будто он хотел затеять драку.

Он просто дразнил ее.

Нин Цин открыла глаза и ударила его кулаком в плечо. - Лу Шаомин, ты делаешь это нарочно!”

“А что именно нарочно?- Лу Шаомин наполовину открыл глаза, придав ей зрелый вид. “Я серьезно потираю тебе живот. Не используй грязные мысли в своем сердце, чтобы оклеветать меня.”

Кто, кто был тот грязный тип?

Он был самым грязным человеком на земле, как он мог говорить такие слова!

Нин Цин тут же села, вырвавшись из его объятий. Даже костный мозг в ее костях был полон гнева! Эти 4 дня молчаливого обращения привели ее в ярость. Она обняла его за плечи и села на колени. Ее маленькие ручки коснулись его уха и потянули за него. Она прикусила зубы и сказала как королева с местью: "Лу Шаомин, я позволила тебе притвориться! Я разрешаю тебе притворяться! Если у вас есть возможность, вам лучше не хотеть этого позже.”

Нин Цин поцеловала его в губы.

На этот раз он не уклонился, поцеловав его в губы, она расслабилась и использовала свой рот, чтобы укусить его наугад. Он не хотел открывать рот, поэтому Нин Цин прямо ущипнула его за подтянутую талию.

Лу Шаомин нахмурился от боли, и его горло издало сексуальное и соблазнительное ворчание.

Нин Цин была удовлетворена. “Тебе ведь больно, правда? Я позволяю тебе действовать дальше; кто просил тебя игнорировать меня? - Хм.- Нин Цин исследовала его рот и смело флиртовала с ним.

- Она прижала мужчину к дивану. Его властные брови слегка изогнулись, спокойно и очаровательно принимая дикую женщину, лежащую на нем сверху.

Она не должна знать, как сильно он любит ее сейчас, немного упрямую и дикую. Всех ее действий было достаточно, чтобы разжечь свой огонь.

От боли, да?

Он не испытывал никакой боли. Этой ее силы хватило бы только на то, чтобы почесаться.

Через минуту девушка совсем выбилась из сил. Она не знала, как смотреть ему в лицо, и это был ее первый раз.

Она была чиста и консервативна, как чистый лист бумаги.

Пока она была встревожена и смущена, мужчина крепко обхватил ее тонкую талию и властно, но нежно заключил в свои объятия. - Глупая девочка, а почему ты до сих пор не знаешь? Закрой глаза, я буду учить тебя.”

Он наклонился, чтобы поцеловать ее.

“Шарм.- Нин Цин мгновенно стала мягкой, как подушка.

Они целовались так яростно, что даже не услышали, как открылась дверь. “А где Цинцин? Почему шторы в гостиной задернуты? Разве сейчас не темно? - А!”

Юэ Ваньцин ясно увидела потрясенный дуэт на диване в гостиной. В этом коротком пристальном взгляде она не понимала, что они делают, но у нее был инстинкт; это было что-то нехорошее.

Юэ Ваньцин закрыла лицо руками и обернулась.Ее первой реакцией было отругать Нин Цин за то, что она все время путается, но она подумала о присутствии Лу Шаомина, своего зятя. Она открыла рот, " я ничего не видела, вы ребята продолжайте, продолжайте."Прочитайте дополнительную главу о vipnovel.com

Нин Цин не думала, что ее увидит мама, это было крайне неловко. Глядя поверх головы Лу Шаомина, она увидела впереди Юэ Ваньцин ... позади нее was...Mu Юньфань.

К тому времени, как она подумала о том, чтобы скатиться с тела Лу Шаомина, мужчина уже схватил ее за тонкую талию. Он осторожно положил ее на диван. Спинка дивана была очень высокой. Это могло бы остановить ее, и она пошла застегивать рубашку дрожащими руками. Она не знала, когда была снята ее верхняя рубашка; она была разбросана по ковру.

По сравнению с нервозностью девушки, Лу Шаомин был намного спокойнее. Его свитер был скатан в комок Нин Цин, когда она не могла его снять. Даже сейчас он не утратил своей природной элегантности и врожденной сексуальности.

- Мама, Молодой Господин Му.- Лу Шаомин улыбнулся, глядя на Му Юньфаня.

- Шаомин, - неловко ответила Юэ Ваньцин. Она решила все объяснить. - Во второй половине дня Цинцин попросила меня вернуться позже. Я не понял, что она имела в виду, я не знал, что ты здесь. Я случайно встретил Юньфаня, когда ходил за продуктами. Я думал, что вернусь раньше, чтобы приготовить ужин. Присаживайтесь, ребята, а я пойду на кухню.”

Юэ Ваньцин быстро пошла на кухню.

Злой цвет лица МУ Юньфаня был на грани срыва. Он искоса взглянул на диван. Спинка дивана была слишком высокой, чтобы он мог ясно видеть, но он видел, как Нин Цин качает головой, и слышал, как она одевается.

Он вспомнил сцену, которую увидел, когда впервые вошел в дом. Нин Цин сидела на бедре Лу Шаомина. Ее руки лежали на его голове, щеки пылали, и она страстно целовала его в щеку и волосы.…

"Молодой мастер му" Лу Шаомин подошел к передней части дивана, его элегантная фигура закрыла му Юньфань от взгляда.

- Ха, - злобно рассмеялся му Юньфань. "Молодой господин Лу, сейчас еще день, насколько вы должны быть голодны?”

Лу Шаомин поднял брови, засунул обе руки в карманы и лениво рассмеялся. “Я на самом деле немного хочу пить, почему молодой мастер му расстроился из-за этого? Может быть, потому что молодой мастер му сказал, что есть что-то, что он не может пить из Нин Цин? Но теперь, когда его выпил я, значит, ты теперь не счастлив?”

Надев свою одежду, Нин Цин встала и замерла от его слов. Это было так, словно ее бросили в огонь, и она была очень смущена.

Неделю назад му Юньфань действительно сказала Эти слова в больнице, но в то время она не могла понять их значения. Теперь, слушая Лу Шаомина,она все поняла.

Му Юньфань, он ... вообще-то…

Тогда она еще не поняла шутку и спросила его как в тумане: “что?” Она была буквально дурой!

Нин Цин посмотрел на Му Юньфаня. Она испытывала смешанные чувства. Она была поставлена в затруднительное положение, но и разочарована.

“Му Юньфань, я никогда не думал, что у тебя есть такие нелепые мысли в твоем сердце. Ты все еще тот брат Юн Фан, которого я знаю? Я чувствую, что больше тебя не знаю.”

- Цинцин, послушай, что я тебе объясню.”

“Тебе не нужно ничего объяснять, объяснять-значит оправдываться.- Нин Цин ушла и вошла в свою комнату, закрыв за собой дверь.

Лу Шаомин и Му Юньфань остались в гостиной. Му Юньфань холодно рассмеялся. “Ты накачал меня наркотиками прошлой ночью? Я должен был знать твой план с самого начала. Ты согласился с планом, дав мне наркотики, а потом намеренно подтолкнул Цинцина ко мне. Заставляя меня идти в твою ловушку. Молодой господин Лу, вы действительно достойны своей репутации.”

“Вы слишком вежливы, молодой господин му. Говоря о притворстве, кто-то не думал, что он был противником молодого мастера му, но кто-то не был талантлив; он был лучшим в раскрытии чужих масок.”

“Ах. Молодой мастер Лу думал, что сможет обмануть меня, поэтому неделю назад он уехал в командировку, заставив Цинь Цинь беспокоиться о нем. Этот ход был на самом деле хорошо сыгран. Хотя ты вернулся вчера, ты действовал до тех пор, пока Цинцин не пришлось ждать тебя трижды, что привело меня в ярость. Вы подтолкнули меня сделать шаг, и Вы были директором всего этого.”

- Это верно, по сравнению с кем-то, молодой мастер Му был занят в течение недели. Зная, что меня не было в стране, Вы предприняли все возможные подрывные действия против Нин Цин. Но к несчастью для тебя, Нин Цин не попалась на удочку. Когда я дразню ее, это потому, что она охотно идет на вечеринку. Когда вы решаете сделать это, это пустая трата энергии. Наши действия нельзя сравнивать одинаково. Ах да, это тебе Нин Цин сказала? Человек, которого она любит-это я.”

Му Юньфань сжал оба своих кулака. Только теперь он понял, насколько страшен был этот человек, Лу Шаомин.

Когда он застрял в этой ситуации, он не стал ждать, когда что-то произойдет, он сделал первый шаг, чтобы покинуть страну в командировку. Хотя он и не был в деревне, но все равно знал о каждом поступке Нин Цин.

Он баловал Нин Цин, но не баловал ее. Он помог ей понять правду, защищая ее, пока она стояла перед вызовом. Это было все равно что планировать победу с расстояния в тысячу миль.

Лу Шаомин подошел к Му Юньфань. - Молодой Мастер му, я больше не буду с вами разговаривать. Нин Цин ждет меня в комнате. Знаешь, ты заставил нас расстаться на неделю, мы молодожены, и она очень скучает по моему...телу.”

Слова "мое тело" были намеренными. У му Юньфаня была искра в глазах, и он почти не мог контролировать печаль в своем сердце. Слезы грозят пролиться.

- Ха-ха.- Лу Шаомин на мгновение рассмеялся, а затем элегантно вышел и вошел в комнату Нин Цин.

В комнату вошел Лу Шаомин. Нин Цин лежала на кровати, ее лицо было полно беспокойства, и она дулась.

Вероятно, из-за дел, связанных с Му Юньфань.

Лу Шаомин шагнул вперед и провел рукой по ее волосам. Он не стал утешать ее и только прямо сказал: “Я не буду здесь обедать, я вернусь в офис.”

- Ну и что же?- Внимание Нин Цин снова переключилось на него. Увидев, что он собирается уходить, она быстро потянула его за рубашку. - Шаоминг, а почему ты уезжаешь, когда только что приехала? Останься и сопровождай меня, хорошо?”

Лу Шаомин посмотрел на нее сверху вниз. - Сопроводить тебя куда-нибудь?”

Нин Цин покраснела, она обеими руками схватила его за шею, и они оба рухнули на кровать. - Шаоминг.- Она поцеловала его.

Лу Шаомина прижали к кровати. Он подхватил ее страстные чувства. Он дважды прикусил ее губы и нахмурился. - Мама на кухне готовит ужин, му Юньфань тоже здесь.”

“Игнорировать их. Я думала, ты сказал, что это было...более волнующе таким образом... - рука Нин Цин скользнула под свитер.

Их дыхание переплелось. Не зная, к какому шагу они пришли. - Цинцин, - раздался снаружи голос му Юньфаня, когда он постучал в дверь.

Нин Цин застыла и увидела, что парень сверху нее хочет встать. Она поспешно вцепилась ему в шею, не давая пошевелиться. “Не уходи, Шаоминг.”

Лу Шаомин увидела, как ее нежное лицо покраснело. Она обнимала его, не отпуская. Она очень хотела его. Лу Шаомин дважды сглотнула и снова наклонилась, чтобы поцеловать ее.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 145:Кто Хочет, Чтобы Вы Хорошо Относились Ко Мне Сейчас

Они только что поцеловались на мгновение, и стук за дверью продолжался. “Цинцин.”

Мужчина отступил и вышел.

Нин Цин села на кровати. Лу Шаомин величественно встал и надел свой шерстяной свитер, который она только что сняла, как подобает джентльмену. Он не смотрел на нее, и его простые брови были слегка подкрашены раздражением.

Это был все еще первый раз, когда он выказал свое раздражение по отношению к ней.

Нин Цин знала, что она снова совершила ошибку. Она робко потянула его за рукав рубашки. - Шаоминг, сейчас ты пойдешь в офис. Когда ты вернешься?”

Лу Шаомин не стал задерживаться, и он убрал рукав рубашки .”Если наша жизнь будет продолжаться в том же духе, а рядом постоянно будет кто-то третий, то мне придется жить в офисе, пока это не пройдет.”

Он ... хочет жить отдельно от нее?

Нин Цин в шоке широко раскрыла свои огромные глаза.

Лу Шаомин оделся и сунул руку в карман брюк. Он бросил на Нин Цин легкий взгляд и продолжил: Я планирую нанять е Тинг во второй половине дня. - У меня нет выбора. Вы не слишком хорошо выполняете роль жены, и вы даже не можете позаботиться о личной жизни своего собственного мужа. Вообще-то мне нужен личный секретарь.”

Нин Цин: “…”

Лу Шаомин сразу же открыл дверь, так как девушка была в оцепенении, а затем пошел огромными шагами.

…

Нин Цин поднялась с кровати. Она подошла к двери, а Му Юньфань все еще стоял снаружи.

- Цинцин, молодой господин Лу ушел? Почему он не остался на ужин? Ах да, я не мог найти пульт от телевизора прямо сейчас, поэтому я постучал в дверь, чтобы спросить вас, куда вы его положили.”

Нин Цин прошла в гостиную. Она наклонилась, чтобы передать ему пульт, который был положен на кофейный столик перед ним, и сказала: “му Юньфань, ты действительно стучал в дверь, чтобы найти пульт? Ты ведешь себя по-детски или обращаешься со мной как с дурой?”

Му Юньфань взял пульт, и у него была нежная улыбка, когда он сказал: “Цинцин, я знаю, что ты все еще сердишься на меня. Я могу объяснить то, что произошло вчера вечером, я был накачан наркотиками в тот момент; я был под контролем лекарств. Цинцин, мы знаем друг друга уже 20 лет. Неужели ты действительно не веришь старшему брату Юньфань?”

Нин Цин без всякого выражения кивнула головой и сказала: “Да, я тебе верю.”

Когда му Юньфань услышал, как она сказала “верь”, его сердце вместо этого упало. Иногда люди не заводятся, потому что им уже все равно; она уже вынесла ему смертный приговор в своем сердце.

“Если ты все еще мой старший брат Юньфань, то я поищу тебе квартиру позже. Ты должен уехать отсюда.”

- Что, Цинцин? Вы прогоняете старшего брата прочь? Старший брат переехал обратно из Сингапура в город Т для вас,и вы бы перенесли это?"Му Юньфань никогда не думал, что Нин Цин действительно сможет сказать эти слова.

У них было 18 лет дружбы между ними.

"Старший брат Юньфань, есть много слов, которые я не могу сказать. Нам не нужно их озвучивать, но мы ясно понимаем эти вещи в своих сердцах. Теперь я жена Лу Шаомина, и я очень его люблю. В моей жизни не было бы другого мужчины, кроме него. Нравится вам это или нет, но вы не участвовали в том, что произошло 3 года назад. За эти две недели вы сделали много вещей, которые заставили меня чувствовать себя неловко, и я не буду искать объяснения; я буду относиться к этому так, как будто ничего никогда не происходило. В будущем, ты все еще мой старший брат Юн Фан. Если бы вы столкнулись с какими-то трудностями, я все равно помог бы вам. ”

Глаза му Юньфаня болезненно сузились, и она действительно подумала о том, что произошло 3 года назад.

Она была умна и находчива. Некоторые вещи нужно только немного намекнуть, чтобы понять, и было бы ясно, что вещи, которые произошли 3 года назад, и он, возможно, любит ее, были связаны друг с другом, и она догадалась об этом.

Но ей не хотелось гадать.

Она попросила его съехать. Эти двое будут держаться на почтительном расстоянии друг от друга. В будущем, если у него возникнут трудности, он сможет отправиться на ее поиски; именно так она теперь понимала их отношения.

Му Юньфань обнаружил, что девушка, стоящая перед ним, теперь выглядит как незнакомка; когда же она стала такой прямой и ясной?

Это был ее старший брат Юньфань.

Нин Цин сказала Все, что хотела сказать. У нее больше не будет угрызений совести, и она пошла в свою комнату.

- Цинцин, я определенно никогда отсюда не уйду!- Твердо воскликнул му Юньфань позади нее, когда она закрыла дверь.

Нин Цин закрыла глаза. Она немного устала.

…

Нин Цин переоделась в новый комплект одежды. Она не стала есть в кондоминиуме и отправилась на поиски Лу Шаомина в Гуан Цин.

Но Чжу жуй сказал, что Лу Шаомин пошел на осмотр объекта, и она ждала внутри офиса.

Она подождала немного, и ей стало скучно. Она вошла в гостиную его кабинета. Она сняла туфли и легла на его кровать, чтобы уснуть.

Все это время она плохо спала.

Она опустила глаза, чтобы понюхать одеяла. Он определенно спал здесь прошлой ночью, и на одеялах чувствовался сильный запах его бодрящего и чистого запаха.

Нин Цин свернулась калачиком, и она переоделась в розовый шерстяной свитер с круглым воротом. Она перевела взгляд вниз и увидела красный засос под ее ключицами.

МММ, она скучала по нему.

Она скучала по нему полностью.

Нин Цин закрыла глаза и покраснела. Подушка была очень мягкой, и она чувствовала исходящий от нее мужской запах. Она зачарованно спрятала свое маленькое личико внутрь.

…

Он услышал, что пришла Нин Цин. Он уже давно предсказывал, что она придет. Он сказал “что у него испортилось настроение, и ему не терпелось поговорить с ней. Она знала, что должна прийти, и Лу Шаомин вошел в комнату.

Он снял свое шерстяное пальто и бросил его на ночной столик. Девушка спала на кровати. Она была всего лишь крошечным свернутым розовым комочком, и никогда не занимала много места.

Янтарный свет падал с изголовья кровати. Она была такой нежной и привлекательной, что никто не мог оторвать от нее глаз. Лу Шаомин посмотрел на нее, и все его сердце растаяло.

Нин Цин проснулась от своего голода. Она не стала ужинать, а только что израсходовала всю свою энергию. Когда она спала как в тумане, то почувствовала запах еды и открыла глаза.

На ночном столике стоял поднос с едой. На подносе с едой было много восхитительных на вид гарниров. Там был густой, жареный рыбный суп, а также миска белого риса.

“Ты не спишь?- Лу Шаомин стоял у края кровати. Он увидел, что она проснулась, помог ей сесть, откинувшись на спинку кровати, и подложил ей под спину еще одну мягкую подушку.

- Блюда только что подали, так что они горячие. Я уже собирался разбудить тебя, чтобы съесть, но не думал, что ты маленький голодный котенок, который сам проснется, когда почувствует запах еды.- Лу Шаомин протянул руку и нежно ущипнул ее за крошечный носик.

На мужчине была только белая рубашка. Он сравнил его с парой обычных брюк цвета хаки. Вся его фигура была долговязой и элегантной. Он принял душ, и на его теле не было никаких следов грязи.

Нин Цин бросила на него два взгляда, и она была так застенчива, что не могла ничего сказать. Он был совершенно другим человеком, чем тот, который хмурился и отчаянно дышал.

Кроме того, он нес ее на руках, чтобы она приняла душ. На ней была хлопчатобумажная пижама с длинными рукавами, и это было очень удобно.

Но она застонала от боли: "Sii.”

“Что случилось, женушка?- Мужчина быстро подошел к ней. Обеспокоенный, его большая рука коснулась ее маленького лица,и он прикусил ее красные губы, когда спросил “”

Нин Цин уже через секунду почувствовала себя не в своей тарелке. Она ударила его своим маленьким кулачком. - Хм, извращенец. Вы всю неделю молчали обо мне, притворяясь, что ничего не можете добиться. Теперь ты хочешь хорошо ко мне относиться? Ты просто хочешь получить мое…”

Нин Цин была смущена, и она не могла продолжать дальше.

- Что ты получил? Женушка, твое тело принадлежит мне. Кроме того, разве эта неделя была моей ошибкой? Вы были в неопределенных отношениях с Му Юньфань. Я-самая невинная сторона во всем этом; я даже ничего не сделал.”

Правильно, Правильно, правильно. Он вообще ничего не делал. Он просто заставил ее гоняться за ним по всему миру.

Нин Цин вдруг почувствовала себя так, словно провалилась в какую-то дыру.

Он был самым невинным участником? Если подумать сейчас, то он был той стороной, которая извлекла из этого наибольшую выгоду.

Одно движение было дальновидным, и он сел, чтобы насладиться плодами своего труда.

Он был слишком плох; он был чрезвычайно компетентен в поддержании хорошего фронта, обладая плохими мыслями под всем этим.

Нин Цин больше не спорила с ним. Но она не могла этого сделать. Все, что касалось му Юньфаня, было на самом деле ее ошибкой. Она вытянула свои маленькие пальчики, чтобы показать на белый рис. “А теперь я голоден. Я хочу есть.”

“Окей.- Лу Шаомин использовала пустую миску, чтобы зачерпнуть половину миски рыбного супа и передать ей. "Сначала выпейте суп, я слышал, что женщинам нужно пить больше рыбного супа после совершения поступка.”

“О.- Нин Цин открыла рот и позволила ему покормить ее. Она послушно пила рыбный суп один раз за другим.

Лу Шаомин использовал палочки для еды, чтобы снять мясо с рыбьего желудка. Он тщательно отбросил рыбьи кости и скормил ей мясо.

Съев половину целой рыбы, Лу Шаомин взяла миску с рисом, чтобы покормить ее рисом. Его голос был нежен, когда он сказал: “Какие овощи вы хотите?”

“Я хочу этот сельдерей, - сказала ему Нин Цин.

Лу Шаомин молча взял на себя роль разносчика еды. Он подал ей половину миски риса и коснулся ее маленького живота. Только когда она была красивой и круглой, он удовлетворенно опустил руку.

Он достал палочки для еды и миски, а мужчина наклонился, чтобы поднять Нин Цин, и повел ее в ванную, сказав: "почисти зубы, умойся. Приготовьтесь лечь спать.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 146:Нин Яо Признается

Нин Цин опустила глаза, не желая смотреть на него.

Они оба сильно почесались. У его хрупкой ключицы был красный шрам, который слегка кровоточил. Она была расстроена, глядя на него.

Но с другой стороны, если бы он был помягче, она бы не потеряла контроль.

Нин Цин взяла зубную щетку одной рукой, а другой сжала зубную пасту. Она изящно прополоскала рот холодной водой, выплюнула ее и медленно почистила зубы.

Лу Шаомин видел ее движения. Прилавок отражал ее нежное лицо, мягкие губы были полны белых пузырьков, а по бокам лица торчали пряди волос. Она была молода и очаровательна.

Глаза Лу Шаомина потемнели, когда он посмотрел на нее, сглотнув слюну.

Нин Цин умыла лицо, и Лу Шаомин отнесла ее обратно в постель. Нин Цин тихо сидела в его объятиях. - Шаомин, мы будем спать здесь сегодня ночью?

“Да, у тебя еще есть ноги, чтобы пойти куда-нибудь еще?”

Отлично, он насмехался над ней.

Не обращая внимания на то, кто привел ее в такое состояние.

Нин Цин лежала на нем, ее маленькая рука касалась его сильного подбородка. - Шаоминг, ты можешь простить меня? Я понимаю, где я был неправ. Я также компенсировал это вам физическими действиями и размышлял над этим. Ты все еще злишься?”

“Да.- Глаза Лу Шаомина были полузакрыты. “В следующий раз тебе нужно только слушать.”

- Ну и что же? Как же мне было не по себе? Не говори ерунды!- Нин Цин протянула руку, чтобы пощекотать его.

Лу Шаомин обнял ее. Он потянулся, чтобы накрыть их обоих одеялом. - Неплохо, похоже, у тебя еще остались силы, женушка. Ещё раз.”

- ... Я не хочу, мне больно. Ты, у тебя уже было это дважды только что.”

- Этого недостаточно, послушай меня, женушка. Отдай себя мне на этот раз.”….

…

Они по-прежнему вели себя как новобрачные. На следующее утро они проспали до тех пор, пока солнце ярко не осветило небо. Их разбудил телефонный звонок.

Нин Цин вытянулась из объятий Лу Шаомина, чтобы взять телефон с ночного столика. Как только она пошевелилась, мужчина последовал за ней и крепко обнял ее сзади.

Нин Цин была полна блаженства, нежась в постели с мужчиной, которого любила. Это было такое расслабляющее занятие.

“А кто звонит?- спросил мужчина сонным голосом.

- Сюй Цзюньси. Муженек, не разговаривай”

Нин Цин приказала ему молчать и ответила на звонок.

- Привет, Нин Цин. Сюй Линь уже признался. Она действовала по приказу Нин Яо. Фотография вашей спальни и Му Юньфань была загружена в интернете Нин Яо.”

- Сюй Линь признался в этом? Почему она так легко призналась? Президент Сюй, что вы с ней сделали?”

“Я попросил каких-то негодяев изнасиловать ее, притворившись, что это приказ Нин Яо. Она была потрясена и в один миг призналась во всем. У меня есть запись звука на руках. Но, Нин Цин, есть много вещей об этом, которые я не понимаю.”

В глубине души Нин Цин все понимала. Сюй Цзюньси мало что знал об этом.

Ее яркие глаза сразу же засверкали, и шестеренки в ее голове начали быстро вращаться. "Ситуация 3 года назад, у меня тоже есть свои сомнения. Как насчет этого, я придумал план. Позволь нам…”

Нин Цин поделилась своим планом, который хранила в своем сердце.

- Хорошо, - согласился Голос Сюй Цзюньси с другого конца провода. Он внезапно замолчал на 3 секунды и мягко сказал: "Цинцин…”

Услышав его слова, Нин Цин почувствовала, как ее тело покрылось мурашками. У нее болела грудь. Мужчина всю ночь не хотел убирать руку с ее груди и теперь щипал ее.

- Ах, - Нин Цин поморщилась от боли.

Сюй Цзюнси услышала ее боль и тут же обеспокоенно спросила: “Цинцин, в чем дело?”

Телефон в руке Нин Цин был выхвачен мужчиной позади нее. "Президент Сюй, беспокоить людей ранним утром не очень приятно, пожалуйста, позвоните в лучшее время в следующий раз.”

Сюй Цзюньси застыла, а Лу Шаомин резко оборвал разговор.

- Шаоминг, что ты делаешь? Если вы вдруг сделаете звук, Сюй Цзюньси будет знать…”

- Знаешь, что ты спала со мной? Нин Цин, не забывай те слова, что я сказал тебе вчера. Будь умницей, ладно? Ты моя жена, держись подальше и от Сюй Цзюнси, и от Му Юньфаня. Если ты посмеешь флиртовать с другими мужчинами, я сначала убью их, а потом буду пытать тебя.”

Нин Цин покраснела и упрекнула его. “Лу Шаомин, ты такой узколобый! Сюй Цзюнси и Му Юньфань ничего мне не сделали; даже если они хотят преследовать меня, как это моя вина? Я от природы привлекательна, разве это моя вина? Тогда я должен носить платок с этого момента?”

Лу Шаомин перевернулся и прижал ее к Земле, закрывая ее алые губы, которые безостановочно стрекотали. - Нин Цин. Я дал тебе немного свободы, а ты уже стал таким смелым? Вам не нужно носить платок, я позабочусь о том, чтобы вы не могли вставать с постели каждое утро!”

Извращенец!

Нин Яо не видел Сюй Цзюньси целую неделю. Со вчерашнего вечера даже новости от Сюй линя перестали приходить. Она жила в постоянном страхе.

В этот момент двери виллы распахнулись. Сюй Цзюньси вошел; он действительно был здесь.

Нин Яо был в приподнятом настроении. Она поспешно подошла к нему, чтобы обнять. - Цзюньси, ты вернулась! Вот это здорово. Я думал, ты не хочешь ни меня, ни ребенка.”

Сюй Цзюньси оттолкнул ее и ущипнул себя за усталую бровь. - Я всю ночь работал в офисе. Теперь я совершенно измучен. Я собираюсь принять душ. Я посплю позже.”

“Конечно, конечно. Нин Яо быстро кивнул, входя в спальню вместе с ним.

Звук плещущейся воды эхом отозвался в ванной комнате. В этот момент зазвонил оставленный на кровати телефон Сюй Цзюньси. Нин Яо пошла проверить, и она была шокирована; это был звонок от Нин Цин.

Она увидела, что Сюй Цзюньси все еще купается, и не обратила на это внимания. Она быстро подняла трубку и вышла на балкон, тайком отвечая на звонок.

- Здравствуйте, президент Сюй, вы не хотите встретиться? У меня в руках есть звуковая запись Сюй линя. Она во всем созналась; все, что она делала, она делала по приказу Нин Яо.”

Нин Яо побледнела в своем тузе. - Ну и что же? Сюй Линь признался во всем этом? Нин Цин, что ты собираешься делать? Почему вы ищете Сюй Цзюньси?”

“Это ты, Нин Яо. Я не хочу с тобой разговаривать. Где находится Сюй Цзюньси? Я хочу поговорить с ним, я расскажу ему, какую роль Вы играли в его жизни все эти годы.”

“Нет.- Нин Яо покачала головой. - Нин Цин, ты не можешь так поступить со мной. Ты погубишь меня вот так. Передай мне запись голоса, отдай ее мне.”

- Передать его тебе? Ах, Нин Яо, кем ты себя возомнил? А что у тебя есть взамен?”

Нин Яо стиснула зубы. - Нин Цин, давай встретимся. Разве ты не хочешь знать, что случилось 3 года назад? Я дам тебе знать. Я обменяю правду в обмен на запись голоса.”

Нин Яо помчался в кафе, Нин Цин уже сидела и ждала ее.

- Нин Цин, где эта запись? Я хочу послушать, чтобы проверить, реально ли это.”

“Конечно.”

Нин Цин достала из сумки ручку-диктофон и открыла ее. Из загона донесся панический голос Сюй линя ” " не убивайте меня, не убивайте, все это было сделано по приказу Нин Яо. Она перевела тонну денег на мой банковский счет и даже пообещала отправить меня учиться за границу.”

- Нин ЯО, как это случилось? Вы подтвердили, если это действительно так?- Нин Цин положила записывающее перо на стол.

- Отдай его мне!- Нин Яо протянула руку, чтобы схватить его.

Нин Цин легко преградил ей путь. “Ты получишь его, если правильно разыграешь свои карты. А как насчет правды? Я хочу услышать это сейчас.”

Нин Яо откинулся на спинку дивана. Ее глаза моргнули, и она выглядела так, словно приняла твердое решение. Она сказала: "3 года назад мама организовала отдельные вечеринки для вас и Цзюнь си. На дне рождения молодого мастера му я подкупила служанку семьи му, чтобы подсыпать вам алкоголь. Вы ушли в ванную, и горничная указала вам дорогу. Ты была как в тумане и вместо этого последовала за ней в комнату молодого мастера му.

“В комнате молодого мастера му была установлена заранее установленная камера. Мы получили фотографии, и там было доказательство того, что вы в постели вместе. Сюй Цзюньси определенно не захочет тебя после этого. Моя мать держала эту фотографию в руках. Прежде чем отправиться в тюрьму, она вручила его мне, чтобы я мог действовать, когда придет время. Вообще-то я все хорошо устроил. Это была война, в которой я был уверен, что выиграю, но я не думал, что у вас будет шанс раскрыть эти детали.

- Нин Цин, у тебя слишком хорошая жизнь. Вы же встречались с Лу Шаомом. Это самая счастливая вещь, которая когда-либо случалась с тобой.”

Нин Цин слушала спокойно, слова Нин Яо имели смысл. Ее авторитет был очень высок. Она посмотрела на хитрое и завистливое лицо Нин Яо и молча задумалась.

Было ли это правдой?

Неужели Нин Яо обманул ее?

Подумав с минуту, Нин Цин вдруг улыбнулась. Она взяла свой телефон и сделала вид, что звонит.

- Нин Цин, что ты делаешь? - Кому ты звонишь? Я уже сказал тебе правду, что ты теперь хочешь делать?- Нин Яо был взволнован.

- Ха, я звоню Сюй Цзюньси. Вы не сказали мне всей правды, вы лжете мне. У меня больше нет времени, чтобы тратить его на тебя.”

- Нет, я этого не говорил, Это правда, Нин Цин...ты…”

“Нин Яо, - перебила ее Нин Цин с холодным взглядом в глазах. - Она холодно хихикнула. - Неплохо, на этот раз твоя история пошла хорошо. Это похоже на правду. Но, ты и твоя мама ли Мэйлин не были бы так приятны. Вы двое толкнете меня к Му Юнфану? А вот это уже шутка!

“В то время семья му занимала более высокое положение в обществе, чем семья Сюй. У них были более тесные связи. Семья му всегда была богатой и влиятельной военной семьей города т. Му Юньфань был красив, и его считали принцем города т. Даже Сюй Цзюньси не мог сравниться с ним. Если твоя мама хотела погубить меня, у нее было много возможностей сделать это. Любой мужчина на вечеринке сделал бы этот трюк. Вы бы потратили столько энергии и взяли на себя такой большой риск, включив му Юньфань в свой план? У вас двоих не было бы таких добрых намерений, чтобы подтолкнуть ко мне парня лучше, чем Сюй Цзюньси.”

Нин Цин увидела, как на лице Нин Яо появился страх. Она уверенно скривила губы в улыбке и сделала маленький глоток кофе. - Нин Яо, основываясь на моих знаниях о тебе и твоей матери, твоей маме, она определенно подсыпала мне наркотик в тот вечер. Вы двое подкупили горничную и, естественно, имели возможность затащить меня в укромное место. Там, вероятно, ждали какие-то грязные, вульгарные мужчины; вы бы хотели, чтобы они изнасиловали меня. После того, как на меня нападали, я, естественно, кричал, привлекая внимание участников вечеринки. Это был бы лучший способ разрушить мою репутацию.”

- Нин Цин, Как ты узнала об этом? Ты... " - Нин Яо был расстроен. То, что случилось три года назад, держалось в секрете, только она и ее мама знали обо всем этом. Нин Цин угадала так точно.

Закончив говорить, она поспешно прикрыла рот рукой. О нет, она признавалась в своих преступлениях косвенно.

Нин Цин посмотрела на Нин Яо. Она была эмоциональна, у Нин Яо не было своего советника, ли Мэйлин, но она все еще осмеливалась выходить и сеять хаос?

- Я не знал об этом три года назад, но я понимаю твою маму. Я понимаю твою маму лучше, чем она сама себя понимает, - рассеянно сказала Нин Цин.

Нин Яо застыла на месте, она запаниковала. Что же ей теперь делать? Что же ей теперь делать?

В этот момент Нин Цин снова подняла трубку телефона. “Поскольку ты все еще не хочешь признаться мне сейчас, я позвоню Сюй Цзюньси сейчас же и позволю ему допросить тебя лично.”

- Не звони ему, я расскажу тебе все, что ты хочешь знать. Ты сам это понял. Моя мама добавила тебе в напиток афродизиак. Но мы не знали, что афродизиак превратится в инкапаситирующий агент. Мы также не знали, как вы вошли в комнату молодого мастера му.”

“Если вы двое не знали, откуда тогда взялись фотографии?- Нин Цин стукнула кулаком по столу, продолжая задавать вопросы.

Нин Цин была потрясена до глубины души. Она постоянно качала головой, говоря: "фотографии были отправлены моей маме по почте, прежде чем она отправилась в тюрьму. Нин Цин, поверь мне; слова, которые я сейчас говорю, все правдивы. То, что произошло 3 года назад, нам тоже было непонятно. Если бы это было не так, мы бы не ждали все это время, чтобы взять вас с собой.”

Нин Цин быстро задумалась: можно ли теперь верить словам Нин Яо?

Если Нин Яо говорил правду, то эта линия доказательств была нарушена.

Что именно произошло 3 года назад?

Она посмотрела на бледное лицо Нин Яо и бросила еще один взгляд на свой четырехмесячный живот, который уже превратился в небольшую шишку. Она взяла записывающую ручку со стола и бросила ее Нин Яо.

Нин Яо была взволнована и быстро положила записывающее перо в свою сумку.

“Нин ЯО, у тебя есть какие-нибудь сожаления? Твоя мама организовывала это всю свою жизнь, и она закончила в тюрьме. И ты всю жизнь строил планы, чтобы заполучить Сюй Цзюньси, но все пошло прахом.”

“Это не будет полностью отменено, если Цзюнь Си поверит, что я невиновен. Основываясь исключительно на шраме на моем лбу, трех годах моей юности, которые я дал ему, и молодой жизни в моем животе, он принадлежит мне. Поэтому вполне вероятно, что он женится на мне и сделает меня госпожой Сюй.”

Нин Цин взглянула на скрытую фигуру за прилавком. Там была долговязая тень. Она сказала со смехом: "госпожа Сюй? Нин Яо, вы действительно любите его как человека или любите его деньги?”

“Мне все это нравится. Потому что он богат, потому что он Сюй Цзюнси, я люблю его. Нин Цин, откуда ты знаешь о бедности? Ты родился с серебряной ложкой во рту! Бедность означает, что нет никакого достоинства, чтобы говорить о нем, и это заставляет всех вокруг вас закатывать глаза. Я не хочу возвращаться в те дни. Я поклялся, что найду богатого человека, на которого можно положиться, а потом встретил Сюй Цзюньси.

- Он был так очарователен и красив. Он был единственным сыном в семье Сюй. У него было хорошее семейное происхождение, и я влюбилась в него с первого взгляда. Но он видел тебя только в своих глазах. Он шел за тобой по пятам, обращался с тобой как с маленькой принцессой. На каком основании? Что у вас есть Нин Цин, чтобы получить благосклонность великих людей, даже не пошевелив пальцем? Как бы я ни старался, я был всего лишь второстепенной ролью. С этого момента я поклялся, что должен был выхватить Сюй Цзюньси у тебя из рук.

"Итак, 3 года назад я появился в парке, в котором вы договорились встретиться. Я спас Цзюньси и даже имел шрам на лбу, чтобы показать это. Я боялась, что он будет тосковать по тебе, поэтому я уехала в Америку, окружила его и позволила ему влюбиться в мои нежные объятия. После возвращения в страну, я придирался к тебе, чтобы позволить Цзюнь Си отомстить за меня. Я позволил Цзюнь Си проложить для меня яркий путь в индустрии развлечений.

- Ха-Ха, Нин Цин. Тот факт, что ты и Сюй Цзюньси оказались в этом состоянии, не мог быть обвинен ни на кого другого. Это была твоя непоколебимая любовь к нему, а Цзюнь Си обманывал слишком легко!”

Нин Цин не могла полностью понять взгляды Нин Яо на многие вопросы. На земле не было ничего, что могло бы прийти без тяжелой работы. Она, Нин Цин, вызывала интерес у многих мужчин, что объяснялось ее привлекательностью как личности. Она никогда никого не провоцировала.

В какой-то момент она тоже жила в нищете. Она также была в центре внимания закатившихся глаз, но вела достойную жизнь. Нин Яо не понимал; достоинство не могло прийти просто с богатством, но оно пришло само по себе.

Достоинство было врожденным.

Но последнее предложение, которое сказала Нин ЯО, было настолько проницательным. Одной этой фразой Она разрушила отношения, которые были у нее с Сюй Цзюньси на протяжении многих лет.

Прошлое уже ушло, осталось только сожаление.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 147:Приходите В Гостиничный Номер, Чтобы Найти Меня

Нин Цин закончила свои слова и встала, повернувшись, чтобы уйти.

Она только что повернулась, и все ее тело застыло. Сюй Цзюньси стоял позади нее.

Он пристально смотрел на нее.

- Нин Цин, ты ... …”

Нин Цин медленно встала и элегантно улыбнулась: “Нин Яо, я не лгала тебе. Вы сказали мне правду, и я дал вам ручку для записи. Это честная сделка.”

Нин Яо рухнула, как только села на диван. Она не осмелилась поднять голову и посмотреть на Сюй Цзюньси; она уже знала, что мертва.

Она действительно устала. Сюй Цзюньси уже узнал об этом.

Теперь он знал все.

Нин Цин подняла ноги и направилась к главным дверям кафе. Она прошла мимо Сюй Цзюньси, и Сюй Цзюньси сказал зловещим тоном: "было ли все, что она сказала, правдой?”

Нин Цин кивнула головой и ответила: ” я думаю, что мы можем доверять ей.”

“Я все понял.- Глаза Сюй Цзюньси потускнели, когда он посмотрел на Нин Яо и ответил ей.

Нин Цин опустила глаза, увидев, что его большая ладонь уже превратилась в кулак, и даже зеленые вены на его лбу вздулись. Вероятно, он не очень хорошо чувствовал себя в своем сердце.

Независимо от того, любил ли он Нин Цин или нет, он был обманут женщиной в течение многих лет, и в конце концов получил строчку “его было слишком легко обмануть”. Ни один мужчина в такой ситуации не смог бы взять это на себя.

Нин Яо был тем, кто изменил ход своей жизни.

Сюй Цзюньси посмотрел на Нин Цин. Его покрасневшие глаза были мягкими, и он сказал хрипло: “Нин Цин, тебе не нужно беспокоиться. Она так долго водила меня за нос и так запугивала тебя. Я не позволю ей жить хорошо, я... …”

- Сюй Цзюньси.- Нин Цин прервала его и продолжила: - Ты ошибся. Меня не волнует то, что произошло между тобой и Нин Яо. То, что произошло в прошлом, повлияло на всех нас троих, и мы все несем ответственность. Я просил тебя наказать ее, потому что только заставив ее потерять все и не оставив ей дома, куда она могла бы вернуться, только тогда она покажет свое истинное лицо.”

Сюй Цзюньси замерла и сказала: "Разве ты не сказал, что ее слова были правдоподобны?”

“Да, они действительно правдоподобны, но мы не можем сбрасывать со счетов тот факт, что она могла скрывать от нас некоторые факты, или что, возможно, она знала, кто послал эту фотографию, что она знала, кто был вдохновителем этого. Ты вынудил ее идти по дороге без возврата. Она обязательно свяжется с этим человеком. Прикажите кому-нибудь следить за ней, и вы получите свой ответ очень быстро.”

Взгляд Сюй Цзюньси был полон восхищения. Девочка перед ним была уже совсем взрослая, и она становилась все умнее и умнее.

“Ммм, я позвоню тебе, когда это время придет.”

- Хорошо, тогда я сделаю первый шаг.- Нин Цин повернулась и ушла.

“Цинцин.- Сюй Цзюньси вцепилась в ее тонкое запястье. Ему действительно было что сказать ей, и теперь он чувствовал себя ужасно в своем сердце. Он хотел, чтобы она сопровождала его еще некоторое время.

- Президент Сюй, какие еще вопросы у вас есть? Если есть что-то еще, Пожалуйста, скажите об этом, и, пожалуйста, отпустите мое запястье.- Нин Цин попыталась отнять свое запястье.

Она обернулась, чтобы посмотреть, и увидела только Сюй Цзюньси, уставившегося на ее запястье. Она была одета в белое платье с расклешенными рукавами. Рукава были широкими, и ее белоснежная кожа на всей ее тонкой руке и запястье были полны синих и черных засосов. Лу Шаомин приложил огромное усилие, чтобы поцеловать все ее тело.

Маленькое личико Нин Цин слегка покраснело. Она собралась с силами, чтобы отнять свою руку, и не повернула головы, когда уходила.

Сюй Цзюньси на мгновение застыла. Он насмешливо скривил губы; чего же он все еще желал? Она уже была женщиной Лу Шаомина.

Но сейчас ее даже не волновала причина, по которой он наказывал Нин Яо. Она полностью его отпустила.

И это тоже было хорошо. Он только хотел посмотреть на нее в будущем и спокойно защитить ее. Это было бы хорошо, пока она была в блаженстве.

…

Сюй Цзюньси поднял пятки и направился к Нин Яо. Нин Яо быстро поднялся с дивана, и она отчаянно объяснила: “Цзюнси, все это было зловеще спланировано Нин Цином. Она обманула меня, сказав эти слова. Я действительно люблю тебя, я люблю тебя искренне.”

- Хех.- Сюй Цзюньси рассмеялся без всякого выражения на лице. “Ты действительно любишь мои деньги или хочешь заменить Нин Цин в качестве моей невесты? Или, может быть, ты любила меня за то, что я был слишком легок в обмане?”

- Цзюньси, не будь такой. Все эти слова, которые я только что сказал, были чепухой. Я прошу тебя не принимать это близко к сердцу.…”

- Нин Яо, я действительно планировал дать тебе большую сумму денег, чтобы компенсировать твою потерянную молодость. Я все еще думал о том, чтобы вырастить ребенка в твоем животе. Но сейчас вы ничего не можете получить. Идите в больницу, чтобы сделать аборт ребенку. Исчезни из города Т, и исчезни с моих глаз!”

Слезы в глазах Нин Яо яростно потекли вниз. - Сделать аборт ребенку? Цзюнси, как ты можешь говорить такие слова? Это твоя плоть и кровь.”

- Есть так много женщин, которые могут родить мне детей, Сюй Цзюньси. Я могу произвести других потомков в будущем. Почему я хочу, чтобы такая злая и хитрая женщина, как ты, была матерью моего ребенка? Нин Яо, ты знаешь, что разрушила всю мою жизнь? Это также нормально, если вы хотите родить этого ребенка, но я не признаю своего отцовства. Я бы не дал ни единого цента. Если вы все еще хотите упорствовать в рождении этого ребенка, который не принесет никакой пользы, тогда я только подарю вам четыре слова: делайте, как вы хотите!”

Сюй Цзюньси повернулся, чтобы уйти, как только он заговорил.

Нин Яо использовала свои руки, чтобы обхватить свое лицо, она уже пошла по пути без возврата?

Нет, так быть не может. У нее все еще есть туз в рукаве.

…

Во второй половине дня Нин Цин получила звонок от своей матери.

На другом конце провода ее мать была вне себя от ярости. - Цинцин, что именно произошло между тобой и Юнь Фан? Вы больше не дети. Зачем вам вдвоем ссориться? Теперь Юньфань говорит, что он хочет съехать, и он сказал, что это вы попросили его сделать это. Бабушка слышала об этом деле, и она была в ярости, бабушка хочет поговорить с тобой…”

Бабушка схватила трубку и сказала: "Цинцин, что случилось с тобой и Юньфан? У юньфаня больше нет родственников в городе Т. На этот раз он вернулся, чтобы навестить тебя! Как тебе удалось его прогнать?”

Нин Цин услышала ее слова и, поддерживая свой лоб, объяснила: "бабушка, я ... …”

Прежде чем она смогла произнести свои следующие слова, она услышала: “бабушка, забудь об этом.- Голос му Юньфаня звучал зловеще, когда его передали с другого конца. “Не заставляй Цинь Цинь чувствовать себя плохо. Цинцин меня неправильно поняла. Это все моя вина. Бабушка, тетя Ваньцин, вы двое позаботьтесь о своем здоровье. Я все равно приеду навестить тебя, когда у меня будет время.”

Нин Цин услышала встревоженный тон своей бабушки и звук дерганья. - Юньфань, не уходи. Как я отвечу твоей бабушке, если ты уйдешь? Мы были друзьями в течение многих поколений, и у нас есть так много лет дружбы…”

- Мама, мама!- Голос бабушки внезапно оборвался, и Юэ Ваньцин громко крикнула: “дела плохи, Юньфань. Бабушка сейчас упадет в обморок. Быстро помоги ей подняться.”

Нин Цин была ошеломлена и крепко держала трубку: “Мама, мама, Что случилось с бабушкой?”

- Цинцин, доктор уже сказал, что у бабушки осталось не так уж много дней. Она не может выдержать больше неудач. Да что с тобой такое? Этот дом в полном беспорядке! Почему бы тебе не сказать ни слова?”

Нин Цин нахмурила брови. Может быть, му Юньфань использовал бабушку?

Он знал, что у бабушки не все в порядке со здоровьем; доктор сказал, что бабушка не может прожить больше двух месяцев, и скоро наступит конец. Он не хотел быть изгнанным, поэтому он превратил это в огромную суматоху и заставил бабушку чувствовать себя неловко. Неужели он действительно использовал это, чтобы контролировать ее?

Только сегодня она действительно поняла, насколько бесстыдна му Юньфань на самом деле.

Она глубоко вздохнула и сказала: "Мама, попроси его продолжать жить дома.”

Убедившись, что с бабушкой все в порядке, Нин Цин закончила разговор, и она достала свой телефон, чтобы отправить сообщение Лу Шаомину –

- "Шаоминг, я уже знала, что сделала не так. Я буду хорошо защищать себя в будущем и поддерживать дистанцию с Му Юньфань. Но он все еще является родственником семьи Нин. У нас все равно будет взаимодействие. Я надеюсь, что вы можете дать мне больше времени и доверия. Я все хорошо улажу. Шаоминг, ты мой муж. В будущем мы будем объединяться и вместе преодолевать препятствия. Это нормально?]

На этот раз Лу Шаомин ответил быстро: [Окей]

Это было короткое слово, и Нин Цин улыбнулась, прочитав его.

Это была лучшая поддержка, которую он дал ей.

…

На следующий день Нин Цин пошла в школу. Когда пришло время для занятий в спортзале, ее одноклассница попросила ее пойти на занятия вместе. - Нин Цин, пойдем вместе.”

Нин Цин обнял своего одноклассника и сказал: “Сяо Мэй, я не буду посещать уроки физкультуры в будущем. Не могли бы вы помочь мне сообщить инструктору тренажерного зала.”

- Нин Цин, почему? Это твой старший брат Юньфань. Вы что, ребята, поссорились?”

“Нет. Я недавно взял на себя постановку сцены. Это первый случай перехода в закулисное положение. В будущем у меня нет времени на занятия в спортзале, поэтому я не буду посещать занятия.”

“Тогда ладно, Нин Цин. Пока-пока.- Одноклассник ушел.

Нин Цин помахала ей рукой, и она сказала про себя, что если му Юньфань знает, как сожалеть, то он заметит, что она отдалилась от него. Она надеялась, что он почувствует ситуацию и прекратит свои выходки.

Покиньте город Т, чтобы жить своей собственной жизнью.

Было много вопросов, и она не хотела быть расчетливой.

Она повернулась и пошла назад. Она прошла по коридору, и два телохранителя преградили ей путь. - Извините, но вы не можете идти пешком.”

“Я не могу идти здесь пешком? Почему? Это единственный способ вернуться в мой класс. Мне не сказали, что он не может быть использован.- Нин Цин почувствовала что-то странное.

В этот момент она услышала тихое мяуканье девушки. Она вытянула свою маленькую головку, чтобы посмотреть, свернула в коридор и увидела там мальчика, который одной рукой опирался на стену, а другой целовал девочку, которая стояла спиной к стене.

Они целовались, не замечая ничего вокруг.

Нин Цин была ошеломлена, когда ее челюсть упала на землю. Это было так, как если бы ее точки давления были поражены. Этот человек носит пальто. У мальчика был красивый вид. Если это был не Му Юньфань, то кто еще это мог быть?

И девушка, которая была у стены, оказалась: "Сюэмэй.- Нин Цин не могла сдержаться, когда она окликнула ее.

Му Юньфань и линь Сюэмэй?

Ее голос прервал их поцелуй, и линь Сюэмэй искоса взглянул на нее. - Нин Цин."Линь Сюэмэй выглядела застенчивой, и она была смущена, когда нырнула в объятия му Юньфаня.

- Цинцин, это ты?- Му Юньфань вцепился в плечи Линь Сюэмэя и полузакрыл глаза, небрежно приветствуя Нин Цин.

Нин Цин все еще была потрясена, когда она сказала: “Сюэ Мэй, что вы...двое делаете?”

- Цинцин, разве ты не видел этого? Мы целовались. Ах да, я забыла тебе сказать, что старший брат сейчас встречается с Сюэмэй.”

- Ну и что же? - Встречаешься?- Нин Цин посмотрела на Линь Сюэмэя. - Сюэмэй,когда вы начали встречаться? А почему я не слышал, как ты об этом упоминал? Вступать в отношения-это большое дело; не будьте слишком опрометчивы.”

Действия му Юньфаня были слишком очевидны. Она просто хотела дистанцироваться от него, и он действительно начал встречаться с ее хорошей подругой Линь Сюэмэй.

Что Му Юньфань имел в виду под этим?

Линь Сюэмэй была хорошей девочкой. Она много раз защищала ее и была особенно наивна. Как он мог воспользоваться чувствами такой хорошей девушки?

Линь Сюэмэй увидел, что у Нин Цин было плохое выражение лица, и она спросила:” Нин Цин, разве ты не счастлива, что я встречаюсь с Юньфань сейчас? Я знаю, что Юньфань всегда относился к тебе как к младшей сестре, чтобы баловать тебя, но сейчас я встречаюсь с ним. Это никак не влияет на то, что вы двое брат и сестра. Нин Цин, у тебя есть какие-нибудь чувства против меня?”

- Я... - Линь Сюэмэй неправильно ее понял.

- Сюэмэй, ты неправильно понял Цинцин. Она просто не может принять то, что мы находимся в отношениях в настоящее время”, - объяснил му Юньфань.

Линь Сюэмэй вышел вперед и взял маленькую руку Нин Цин “ " Нин Цин, на самом деле я влюбился в Юнь фана очень давно, но в прошлый раз у меня была низкая самооценка, он был настолько компетентен, что я не смел признаться ему, я никогда не думал, что он тоже любит меня, все это похоже на сон. Нин Цин, ты желаешь нам добра?”

Нин Цин посмотрела на взволнованное поведение Линь Сюэмэя и подняла глаза на Му Юньфаня. Му Юньфань держал обе руки в карманах, он легкомысленно улыбался, глядя на нее. В ее улыбке было что-то слегка насмешливое.

Нин Цин скривила губы в улыбке и сказала: "Сюэмэй, я желаю вам обоим всего хорошего.”

Во второй половине дня Нин Цин хотела найти возможность поговорить с Сюэ Мэем один на один. Так совпало, что линь Сюэмэй отправил ей текстовое сообщение, [Нин Цин, не могли бы вы принести комплект одежды в класс 302.]

Принести ей комплект новой одежды?

Но что же все-таки происходит?

Нин Цин взяла с собой комплект одежды и поспешила в комнату 302. У дверей класса 302 стояли два телохранителя. Нин Цин бросила один взгляд и поняла, что это Му Юньфань.

Она открыла дверь класса и вошла внутрь. Пол был завален рваной одеждой, и в воздухе стоял тяжелый запах. Нин Цин почувствовала, как ее маленькое личико покраснело, и поняла, что в комнате только что произошел страстный акт.

У му Юньфаня был шерстяной свитер на теле. Его волосы были в беспорядке, он был необузданным и распутным. Он обнимал Линь Сюэмэй в своих объятиях. По лицу линь Сюэмэй текла кровь. Единственное, что прикрывало ее белоснежное тело, была ветровка му Юньфаня.

- Нин Цин, ты здесь. - Передай мне одежду. Линь Сюэмэй застенчиво избегал ее взгляда. Она взяла одежду у Нин Цин и спряталась в маленьком углу, чтобы одеться.

"Му Юньфань, что ты имеешь в виду? Вы, должно быть, делаете это специально. Сюэмэй-это невинная сторона. Как ты мог так ее погубить?- Нин Цин была в ярости и упрекнула его, пытаясь уменьшить громкость.

Му Юньфань скривил губы и приблизился к ней. - Цинцин, почему ты так злишься? Ты же не хочешь старшего брата. Разве я не могу иметь других женщин?”

Говоря это, Му Юньфань использовал свою руку, чтобы слегка коснуться мягкой кожи на маленьком лице Нин Цин.

Нин Цин шлепнула его по большой ладони и использовала свою маленькую руку, чтобы оттолкнуть его с отвращением. - Му Юньфань, ты заблудился. Разве ты не знаешь, что такая жизнь заставляет меня ненавидеть тебя?”

Взгляд му Юньфаня потемнел. Сделав два шага назад, он сразу же оттолкнул Нин Цин к стене класса. Двумя пальцами он обхватил маленький подбородок Нин Цин. Он холодно рассмеялся и сказал: “Цинцин, попробуй еще раз сказать, что ты меня ненавидишь. Неужели ты думаешь, что тот старший брат не сказал Линь Сюэмэй, что ты пытался соблазнить меня, потому что не хотел, чтобы она была со мной?”

“Ты, бесстыдница!- Нин Цин вытянула свою маленькую ручку, готовая ударить его.

Но Му Юньфань удержал ее маленькую руку. Его губы приблизились к ее губам, и Нин Цин нырнула в сторону, чтобы избежать встречи с ним. Он понюхал нежную шею Нин Цин и рассмеялся, сказав: "Цинцин, ты такая душистая.”

Влажные глаза Нин Цин были полны крайнего разочарования “ " му Юньфань, как ты стал таким бесстыдным? Вы родились в богатой семье, красивой и яркой; как же вы позволили себе превратиться в такого человека? Ты действительно разочаровал меня.”

- Разочарован?"Му Юньфань беззаботно рассмеялся и сказал: “Цинцин, в чем ты разочарован? Вы разочарованы, что я сделал эти вещи с Лин Сюэмэй? Мальчики и девочки, которые встречаются, быстро входят в эту стадию. Может быть, вы с Лу Шаомин еще не сделали этого?”

“Я не хочу говорить об этом с тобой. Я только спрошу вас: чего именно вы хотите? Сюэмэй-это невинная сторона!”

“А что я хочу делать? А что хочет сделать старший брат ... Неужели ты, Цинцин, действительно не знаешь? Разве ты уже не дистанцируешься от меня, не посещаешь мои занятия в спортзале? Ты хочешь сбежать от меня?”

"Му Юньфань, я уже жена Лу Шаомина. Это было бы невозможно для нас, чтобы быть вместе.”

“Хех, это правда? Мы узнаем об этом только тогда, когда попробуем. Приходите в отель, чтобы найти меня сегодня вечером.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 148:Он Видит Вас Только В Своих Глазах

- В гостиничном номере? Му Юньфань, даже не мечтай об этом!”

“А ты не хочешь этого? Забудьте об этом, если вы не хотите; я вспоминаю, что не использовал никаких контрацептивов. Я не знаю, забеременеет ли Сюэмэй.- Му Юньфань повернулся, чтобы уйти. Его тон был расслабленным, как будто он говорил о погоде.

Сумасшедший!

Нин Цин проклял ее в глубине души.

- Подожди минутку, - сказала Нин Цин, останавливая его. “Если я приду на встречу, ты порвешь с Сюэ Мэй?”

Му Юньфань медленно скривил губы в улыбке. - Конечно... я так и сделаю.…”

В этот момент дверь в маленькую комнату открылась, и оттуда вышел Линь Сюэмэй.

- Сюэмэй, пошли.- Му Юньфань положил руки на плечо Линь Сюэмэй и повел ее к двери. Перед отъездом он не забыл одарить Нин Цин взглядом, со значением – я буду ждать тебя.

Нин Цин почувствовала, как ее охватывает зловещий холодок.

- Нин Цин, спасибо. Мы уходим отсюда.- Линь Сюэмэй помахал рукой Нин Цин, и они вдвоем вышли из класса.

“Держаться.” В этот момент Нин Цин открыла рот, чтобы заговорить.

Му Юньфань застыл на месте, Линь Сюэмэй обернулся и спросил “ " Нин Цин, что случилось?”

Нин Цин достала спрятанный в кармане телефон, ее бледная рука нажала на кнопку, и зазвучала запись голоса…

Услышав слова “ " конечно, я сделаю это."Линь Сюэмэй была явно шокирована, она выглядела обиженной на Му Юньфаня, который был рядом с ней, и она надула губы, спрашивая: “Юньфань, что происходит? Вы…”

Нин Цин посмотрела на свою хорошую подругу слезами, слезы катились по ее щекам. Она не могла вынести этого, но было лучше просто побороть боль и покончить с ней в одно мгновение, а не растягивать агонию на долгое время.

Она подошла к двери и посмотрела на парочку. В конце концов, она ничего не сказала и вышла из класса.

После нескольких шагов “ " Нин Цин!- Му Юньфань преследовал ее сзади, и он выглядел очень разъяренным.

Нин Цин не хотела иметь с ним дело; она ускорила шаг и побежала.

Он разочаровал ее, и она решила держать себя в руках. Когда Линь Сюэмэй отправил ей сообщение с просьбой принести ей новую одежду, у нее было грубое чувство того, что произошло. Она включила диктофон еще до того, как вошла в класс, и таким образом записала все, что произошло потом.

Он думал, что у нее нет защитной позиции?

Бабушка уже была использована как ее слабость, и она не позволит себе снова стать мишенью.

Нин Цин побежал, а Му Юньфань бросился в погоню. Кто такой му Юньфань? Он был чемпионом в беге на длинные дистанции. Она слышала, как его шаги приближаются все ближе и ближе. Нин Цин быстро повернул и пошел другой дорогой.

С этим поворотом она налетела на кого-то.

Прежде чем она смогла определить, кто это был, она услышала: “Нин Цин”. Му Юньфань, который был позади нее, использовал свою руку, чтобы схватить ее.

Нин Цин подумала, что ее поймали. Она уже думала, как защитить себя, но длинная тень накрыла ее и заблокировала, поставив позади него.

Нин Цин подняла глаза и увидела, что это Сюй Цзюньси.

Человек, с которым она столкнулась, человек, который защищал ее, был Сюй Цзюньси.

Что он здесь делает?

Когда Сюй Цзюнси преградила ей путь, му Юньфань тоже остановился. Они росли вместе, и это была их первая встреча за последние 3 года.

- Юньфань, это было так давно.- Сюй Цзюньси улыбнулся и помахал рукой.

Му Юньфань увидел Нин Цин за плечом Сюй Цзюньси. Эта девушка уже воспользовалась своим шансом и убежала. Он даже не видел ее тени в поле зрения.

- Цзюньси, это было давно. - Почему ты здесь?”

- Ах, Юньфань, причина, по которой ты здесь, - это также и причина, по которой я здесь. За то время, что мы знаем друг друга, я и не подозревал, что тебе тоже нравится Нин Цин.”

Видя, что Сюй Цзюньси сразу переходит к делу, му Юньфань также убрал свою улыбку. Он выпрямился, и в его глазах появился циничный холодок.

“Верно, я тоже не знал, что у тебя есть Нин Цин, а потом ты неожиданно выбрала эту змею, Нин Яо. Только тебе понравится эта поверхностная девушка.”

В глазах Сюй Цзюньси мелькнула боль, но он быстро улыбнулся. - Юньфань, Нин Цин теперь замужем, она Госпожа Лу. Давайте пожелаем ей удачи и спокойно защитим ее от посторонних взглядов. Не пытайся заставить ее быть с тобой. По крайней мере, в моем присутствии я не позволю тебе приблизиться к ней.”

Сюй Цзюньси повернулся, чтобы уйти.

Нин Цин бежала до самого безопасного места, касаясь своей груди, чтобы восстановить дыхание. - Нин Цин.- Сюй Цзюньси погнался за ней.

Нин Цин казалось, что ее голова может взорваться в следующую секунду.

- Президент Сюй, зачем вы пришли сюда?- Вежливо спросила Нин Цин, с улыбкой сохраняя дистанцию между ними.

- О, В конце концов, Сюлин-мой кузен. После того, как я строго наказал ее, я не мог оставить ее одну. Я приехал сюда, чтобы урегулировать некоторые административные процедуры. Я буду готов отправить ее учиться за границу.”

Нин Цин кивнула головой, давая понять, что все поняла.

“О да, Нин Цин, есть новости о Нин Яо.”

Нервы Нин Цин напряглись, это было слишком быстро. - Ну и как это было? С кем Нин Яо связался? Кто был главным вдохновителем всего этого?”

- Нин Яо ни с кем не связывался. Она только пошла искать мою маму.”

Услышав эту новость, Нин Цин помрачнела. Она быстро поняла: Нин Яо не искал истинного вдохновителя. Она просто приняла тетю Сюй как свое последнее прибежище, крепко держась за нее для помощи.

Нин Цин не могла не почувствовать некоторое разочарование.

- Нин Яо пошел искать мою маму. Она уже близка к 5 месяцам беременности. Ребенок в ее животе-это...мальчик. Моя мама была в восторге, когда узнала об этом. Она хотела, чтобы Нин Яо родила ребенка. Теперь Нин Яо вошла в семью Сюй, и под защитой моей мамы я не могу прикоснуться к ней.”

“Окей.- Нин Цин прислушалась к его словам. Она знала, что преступник, стоящий за всем этим, был очень хитер. У нее было дурное предчувствие: этот выдающийся ум так просто не остановится.

Каковы были мотивы этого человека?

В глубине сознания Нин Цин появилось красивое лицо му Юньфаня. Если за всем этим стоит он сам, то каковы же его мотивы?

Чтобы он добрался до него?

Тогда что же ей делать?

Он не хотел отпускать ее; война была неизбежна в будущем.

Нин Цин угнетенно стояла в коридоре. Она не знала, когда на улице начался ливень. Внезапное тепло коснулось ее плеча. Она подняла глаза: Сюй Цзюньси снял свое пальто и накинул его ей на плечи.

"Зимние дожди очень холодные. Не простудитесь после того, как наденете мое пальто, - мягко приказал он.

Нин Цин вдруг захотелось рассмеяться. Она чувствовала, что ее жизнь была такой драматичной.

Что Сюй Цзюнси имел в виду под этим? Может быть, у него были те же самые планы, что и у Му Юньфаня?

Она была не из тех, кто хотел осыпать любовью незаинтересованную сторону. После того, как она была мадам Лу, она уже была замужем...хм. Даже будучи маленькой девочкой, она осознавала, кем была сама. Но после того, как она пережила эпизод с Му Юньфан, она стала чрезвычайно чувствительной.

“Нет нужды, ты его наденешь.- Нин Цин сняла пальто с плеч и вернула ему. Она выбежала под дождь. “Я свободен. Я уже ухожу, пока.”

У Сюй Цзюньси было мрачное выражение лица. Глядя на ее нежную и изящную фигурку, она, вероятно, боялась, что он пойдет за ней; она бежала очень быстро.

Она обращалась с ним, как с каким-то чудовищным зверем.

Ха.

Сюй Цзюньси усмехнулся про себя и скривил губы.

Нин Цин стояла под постом охраны, чтобы укрыться от дождя. Вскоре она услышала, как вдалеке ссорятся две женщины.

“Эй, что ты хочешь этим сказать? Я-официальная подруга Яна. Ты всего лишь его коллега женского пола. Зачем тебе понадобилось отправлять Яну туманные текстовые сообщения. Вы попросили его починить лампочку и заменить газовый баллон. Ты видишь меня в своих глазах? Ты хочешь быть чьей-то любовницей?”

- Сестра Фэн, я действительно так не думаю, вы меня неправильно поняли. Это было не расплывчатое текстовое сообщение, а всего лишь приветствие. Кроме того, он починил лампочку для меня во время собрания персонала. Он сделал это в свое удовольствие! Пожалуйста, не придавайте слишком большого значения этой ситуации.”

"Конечно, вор теперь плачет вором…”

Нин Цин внимательно прислушивалась к разговору двух женщин. Ее вдруг осенило, глаза ее ярко заблестели. Она быстро пошла вперед, шлепнув по плечу узнаваемую подругу. “Вы ведь сестра Фэн, верно? Давайте завершим сделку. Вы поможете мне поставить спектакль, и я дам вам двадцать тысяч долларов.”

…

Через час Нин Цин получил звонок от Юэ Ваньцина. - Цинцин, сегодня кое-кто пришел нас искать. Я думаю, что здесь что-то не так. Может ты скоро придешь?”

- Конечно, Мам.- Нин Цин широко улыбнулась, как распустившийся цветок, соглашаясь на ее просьбу.

Внутри квартиры

Нин Цин сидел на диване, чтобы сопровождать g=бабушку. Юэ Ваньцин рассказала ей, что произошло час назад в мельчайших подробностях.

- Цинцин, я тогда готовила ужин на кухне, а бабушка сидела в гостиной и слушала оперу Хуанмэя. Я услышала, как кто-то постучал в дверь, и пошла открывать. За дверью стояла великолепная девушка. Эта девушка утверждала, что она была девушкой му Юньфаня.”

Юэ Ваньцин посмотрела на девушку. Она была красива и элегантна. Она была счастлива за него. Она тепло сказала: "Девочка, ты здесь, чтобы искать Юньфаня? Он еще не вернулся. Заходите и присаживайтесь.”

Девушка покачала головой и вежливо сказала: "тетя Ваньцин, я здесь не для того, чтобы искать Юньфаня. Я пришла сюда лично, чтобы найти тебя, мама Нин Цин.”

- Ищешь меня?”

- Вот именно. Тетя Ван Цин, я прошу вас попросить вашу дочь Нин Цин удалиться от Юньфаня. Нин Цин уже испортила наши отношения с Юньфанем.”

Юэ Ваньцин слушала в шоке и быстро объяснила: “девочка, ты не можешь так говорить. Наши Цинцин и Юньфань имеют родственные отношения. Эти 20 лет они были невинны и не имели никаких неподобающих отношений.”

Девушка тут же выдавила из себя пару слезинок, и она вытерла их, сморкаясь. - Тетя, вы сказали, что у них есть родственные отношения с сестрами, но никто этому не поверит. Вы не знаете, что в школе Юньфань является инструктором тренажерного зала Нин Цин. Юн Фан прилепился к телу Нин Цин, чтобы научить ее танцевать. Они вдвоем ели в столовой, когда Юньфань накормила ее кисло-сладкими ребрышками. После школы Юньфань отвез Нин Цин домой. Они действовали так интимно. А как насчет меня, его официальной подружки? Я доверяю им, но все мои лучшие друзья утверждают, что что-то было не так с ними обоими. Они используют защиту "быть братьями и сестрами", чтобы действовать неопределенно. Тетя Ваньцин, я прошу вас понять мои чувства. Мне очень неловко от этого.”

Лицо Юэ Ваньцин побледнело, и она не могла произнести ни единого слова. “Это, это ... Я..”

В этот момент на лестничной клетке появился сосед, это был сосед, живущий наверху, и у соседа были хорошие отношения с Юэ Ваньцином. Она остановилась как вкопанная и озабоченно спросила: “Что происходит?”

Увидев соседку, девушка заплакала еще сильнее. - Тетушка, будьте здесь судьей. Брат ее дочери Нин Цин-мой бойфренд. Нин Цин и мой друг на самом деле не связаны кровью, но мой друг больше обеспокоен каждым вопросом, касающимся Нин Цин. Он ставит ее на первое место в своем сердце. Он даже сейчас живет в доме Нин Цин! Я знаю, что их семьи были друзьями в течение многих поколений, но другие, которые не знают, говорят, что одинокая женщина и мужчина, остающиеся в комнате, не будут хорошей вещью. Они находятся в таких неоднозначных отношениях, и они тратят впустую время друг друга. Им обоим уже за двадцать; они уже не молоды. Они должны поддерживать надлежащую дистанцию между женщиной и мужчиной. Кроме того, когда у них обоих есть собственные семьи, что бы подумал их партнер?”

Услышав ее слова, соседка приняла мрачное выражение лица. Она потянула Юэ Ваньцин за локоть и тихо сказала “ " Айо, мама ребенка, как ты даже не остерегаешься этого? Разве у Цинцин уже нет мужа? Если бы этот вопрос был известен другим, как бы Вы позволили Цинциннату предстать перед публикой? У этой девушки есть смысл в ее словах. Девочки и мальчики в свои двадцать лет могут быть братьями и сестрами, но они все еще держатся на расстоянии друг от друга. Сплетни иногда могут быть злонамеренными.”

Позже, в квартире, Юэ Ваньцин сидела на диване, вспоминая этот эпизод, и вздыхала. “Я скажу это красиво и посоветую му Юньфань уйти. Я скажу ему, что дам ей объяснение, когда все уладится. Цинцин, что ты думаешь по этому поводу? Что же нам теперь делать?”

Нин Цин не ответила. Она тут же вцепилась в бабушкин локоть. - Бабушка, что ты думаешь об этом деле?”

Бабушка оказалась перед дилеммой. “Я не знаю, как все обернулось таким образом. Семьи Нин и Му были чистыми и невинными все это время.”

“Да.- Нин Цин сделала вид, что вздыхает, чтобы прервать бабушку. Она опустила свой пристальный взгляд и обеспокоенно сказала: “Хорошо, что Шао мин не знает об этом. Если бы он знал об этом ... …”

Нин Цин в глубине души извинилась. У нее не было выбора. Что касается подобных вещей, то она могла использовать только Лу Шаомина в качестве своего щита.

Услышав ее слова, Юэ Ваньцин быстро сказала: "Мама, я думаю, что мы должны заставить му Юньфань съехать. Шаомина нет дома. Три поколения вместе с мальчиком Юньфанем заставили бы других сплетничать о нас. Мы должны найти другой дом для Юньфаня. Если вы будете настаивать, вы также будете откладывать брак Юньфаня.”

Бабушка на мгновение заколебалась, а потом кивнула головой: Вы позвоните Юньфань позже и предложите его более тонко.”

“Окей."Юэ Ваньцин согласился.

Нин Цин ликовала. Ха-ха, с ее быстрым умом, она наконец-то заставила бабушку и маму согласиться, чтобы Юньфань уехал. Она действительно боялась, что если ситуация обострится в будущем, му Юньфань причинит вред бабушке и маме.

Это заставило ее чувствовать себя более непринужденно.

…

Нин Цин позвонил Инь Шуйлин, чтобы пригласить ее поужинать вечером. Инь Шуйлин согласился,и пара решила встретиться в караоке-зале, чтобы выпить.

Это было то, что две девушки любили делать для удовольствия в прошлом.

Как только Нин Цин вошла в караоке-зал, ей позвонил му Юньфань. Она не была удивлена; он определенно свяжется с ней.

- Привет, Цинцин, это ведь была твоя идея, да? Ты нашла кого-то, чтобы притвориться моей девушкой и устроила сцену. Сколько бы я ни объяснял, это не имеет значения. Выгоняешь меня из дома?”

Не зная, почему, услышав слова " выгнали меня из дома”, она почувствовала себя обиженной. Ее и Му Юньфань отношения, наконец, пришли к этому.

"Брат Юньфань, если ты все еще хочешь быть моим братом Юньфань, тогда я умоляю тебя отойти. У нас нет ни малейшего шанса оказаться вместе. Возвращайся в Сингапур. Вы-единственный сын семьи му; вы поддерживаете надежды семьи му. Я надеюсь, что у тебя все будет хорошо.”

- Ха, Цинцин. Если бы ты действительно думал о моем благе, тебе бы и в голову не пришло загнать меня обратно в Сингапур. 20 лет, которые мы провели вместе, были бессмысленными, так как ты относишься ко мне так холодно.”

Нин Цин устало закрыла глаза. Когда разговор становится кислым, любые дополнительные слова бесполезны.

Если она не отреагирует и позволит ему напасть... он уже пригрозил ей пойти в гостиничный номер, чтобы найти ее. А что он будет делать дальше?

Это он предал их 20-летнюю совместную жизнь.

“Если больше ничего нет, я повешу трубку.- Нин Цин закончила разговор и выключила телефон.

Официант подал ей коктейль. Нин Цин уселась за стойку бара, взяла стакан и залпом выпила его.

Когда она выпила коктейль,то услышала голос Инь Шуйлин. “А почему ты так агрессивно пьешь? Кто тебя спровоцировал? Похоже, у тебя плохое настроение.”

Инь Шуйлин положила свою жемчужную муфту на барную стойку и щелкнула руками, чтобы заказать немного крепкого ликера.

"Шуйлин, му Юньфань вернулся уже столько дней назад. Почему ты не хочешь пойти к нему?”

- С какой целью вы его видите? И Сюй Цзюньси, и Му Юньфань расстроили меня.- Инь Шуйлин приложила свои красные губы к чашке и сделала глоток алкоголя. Выражение ее лица было холодным. “Как вы изменили свое обращение к Му Юньфань? Я думал, что в прошлом ты называл его братом Юн Фаном? Этот человек, му Юньфань, его красивый и яркий внешний вид, Маленький принц города т, он завоевал сердца стольких молодых девушек. Очень жаль, что никто не знал, что у него такое холодное и отчужденное сердце. Наверное, всю свою жизнь он видел только тебя.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 149:Я Немного Расстроен

“Но я всегда думала, что он относится ко мне как к младшей сестре, - пробормотала Нин Цин.

Инь Шуйлин был захвачен врасплох. “Он не видел в тебе младшую сестру?”

Когда она посмотрела на Нин Цин, молча качая головой, Инь Шуйлин слегка хмыкнул. "На самом деле, думая об этом сейчас, это не странно. Му Юньфань действительно способен ждать. Прошло 20 лет, и он фактически контролировал себя все это время и только сейчас показал свое истинное лицо.”

Нин Цин выпила еще глоток спиртного. "Шуйлин, когда семья Му не помогла тебе в то время, ты ненавидел му Юньфань?”

Инь Шуйлин недвусмысленно покачала головой. - Это нельзя считать ненавистью. Слишком много последствий было связано с тем, что происходило в корпоративном мире. У нас нет никакого выбора, чтобы указать на других и обвинить их в том, что они не помогают нам в трудные времена. Это только... - Инь Шуйлин скривила свои привлекательные губы, как она сказала, - вещи, которые произошли 3 года назад, были из-за кого-то, кто столкнул семью Юнь с глубокого утеса. Это ... hate...is они глубоко врезались в мои кости.”

Были люди, которых она должна была ненавидеть.

Сердце Нин Цин болезненно онемело. Шуйлинг взвалила на свои плечи слишком много ненависти и мести, как она собирается быть счастливой до конца своей жизни?

Было 4 человека, которые росли вместе, и они больше не были теми же самыми людьми, которыми они когда-то были.

“Ах да, Нин Цин, а почему я не видела твоего мужа Лу Шаомина последние несколько дней? Может быть, ты нравишься му Юньфану, и он завидует тебе?”

“Да.- Нин Цин разочарованно надула розовые губки и продолжила: - он ревнует. Он также дал мне молчание в течение нескольких дней. Трудно успокоить этого человека, когда он сердится.”

- Ха-ха.- Инь Шуйлин подняла бокал с вином и поднесла его к своему лицу. Она холодно приподняла одну бровь и привлекательно улыбнулась, показав свои красные губы и белые зубы. - Легче всего успокоить человека, когда он сердится. Все зависит от того, знаете ли вы, как это сделать.”

Инь Шуйлин пристально разглядывал пышную фигуру Нин Цин.

Нин Цин протянула руку, чтобы оттолкнуть ее, и с неудовольствием сказала: "Шуйлин, прекрати!”

- Ха-ха. Девочки встретились взглядами и расхохотались. - Ваше здоровье! Забудьте обо всех своих разочарованиях. Мы не вернемся домой сегодня, если не будем пьяны.”

…

Они вдвоем пили больше 10 минут, и в этот момент зазвонил телефон Инь Шуйлин. Она ответила на звонок и дважды сказала “хорошо”, прежде чем повесить трубку.

- Нин Цин, позже ко мне придет мужчина, чтобы встретиться на свидании вслепую. Ты ведь не против, правда?”

Нин Цин чуть не выплюнула спирт, который был у нее во рту. - Что, свидание вслепую? Сколько тебе лет, Шуйлинг?”

Маленькая рука инь Шуйлин заправила прядь волос за ухо, и неоновые огни караоке-зала осветили ее маленькое дерзкое лицо. Она была чрезвычайно привлекательна, и она сказала, растягивая слова: “Мой старший брат, он заблокировал все формы дохода, которые я зарабатывала некоторое время назад. Никто не хотел брать меня на работу, и даже мой домовладелец выгнал меня из дома. У меня не было выбора. Я пошел искать его и переехал в его квартиру.”

“Он не позволяет мне рисовать. Он даже подготовил целый гардероб женских нарядов,и он даже попросил меня правильно встречаться. Вы посмотрите, человек, который собирается прибыть, как говорят, самый красивый юноша в городе T.”

Больше всего Нин Цин ненавидела ее бессердечный тон. - Она протянула руку, чтобы удержать свою маленькую ладонь. Маленькая рука шуйлинга была ледяной, и в ней не было ни капли тепла.

- Шуйлин... - Нин Цин не знала, как утешить ее.

В этот момент: "Мисс Инь.- Приехал человек с того свидания вслепую.

Мужчина был одет в белую рубашку и черные брюки. Он огляделся вокруг 25 или 26, с утонченным лицом. Он родился в богатой семье, окончил престижный университет и вернулся обратно в страну с запада. Он основал собственную компанию и действительно был красивым мужчиной с большим талантом.

- Привет, как дела?- Инь Шуйлин искоса взглянул на меня и улыбнулся. Глядя на этого талантливого, красивого мужчину, она словно сканировала товар на полке супермаркета.

Талантливый молодой человек не возражал против ее взгляда. Он сел рядом с ней и сказал: “Я давно слышал, что президент Инь сказал, что его младшая сестра независима и одинока. Мисс Инь, я много слышал о вас.”

Инь Шуйлинь в городе т-не было никого, кто не слышал бы о ней.

Она жила как принцесса. Она была невероятно красива, и она была в самом расцвете своей юности.

Инь Шуйлин искоса взглянула на бар перед собой. Инь Мучен, он был одет в серый шерстяной свитер с v-образным вырезом. Он выглядел небрежно, но элегантно. Рядом с ним была дочь из богатой семьи с прошлого раза.

- Лю Цзюнь ведь так? Послушай, как сильно мой старший брат беспокоится о тебе! Он уже добрался сюда, хотя у нас свидание вслепую.”

Лю Цзюнь улыбнулся и сказал: "Никто не знает, как президент Инь очень балует Мисс Инь. - Я не возражаю.”

Говоря это, Лю Цзюнь поднял свой бокал в сторону Нин Цин. - Госпожа Нин, то же самое касается и вас. Я много слышал о вас.”

Нин Цин тоже вежливо подняла свой бокал. Она улыбнулась и сказала: “это прекрасно, пока мистер Лю не думает, что я раздражаю его как третье колесо.”

“Как я могла?”

Трио сидело вместе, и атмосфера в зале можно было считать вполне гармоничной.

Нин Цин посмотрела в сторону Инь Мучэня. Его темные мраморные лица тоже смотрели в это время на нее. Инь Шуйлинь сильно изменилась за эти годы, и даже Инь Мучэнь не был тем же молчаливым юношей, которого она помнила в своих воспоминаниях.

Нин Цин подняла свой бокал и приветствовала его: "Большой Брат Инь.”

“Цинцин.- Инь Мучэнь ответила ей, и та дочь из богатой семьи ласково кивнула головой.

- Господин Лю Цзюнь, поскольку мы здесь на свидании вслепую, нам сначала нужно узнать друг друга получше. Я тоже не хочу вас обманывать. Есть кое-что, в чем я должна признаться вам: у меня есть несколько мужчин, и у меня даже был выкидыш, когда мне было 18 лет.”

Рука Лю Цзюня, которая держала спиртное, застыла, он отвел взгляд в сторону и сказал: “Мисс Инь, мы все непредубежденные молодые люди. У нас нет никакой одержимости девственностью, но мне очень любопытно... 18-Это такой прекрасный возраст; это был первый раз Мисс Инь?”

Нин Цин услышала этот вопрос и опустила глаза, чтобы проглотить полный рот крепкого алкоголя ABV. Когда она смотрела на Инь Мучэнь, на нее падали неоновые огни. Этот человек шептался с дочерью из богатой семьи, и выражение его глаз было мягким.

Инь Шуйлин медленно изобразил улыбку. Ее голос был мягким и небрежным, когда она сказала: “Нет. Это было не 18, в тот год я учился в средней школе... и мне даже не было 16.”

Лю Цзюнь “ " ... " ему нечего было сказать. 15 был слишком молод, хотя он был непредубежден, он все еще не мог принять это.

Инь Шуйлин не беспокоился о своих чувствах. Она встала и, держа маленькую ручку Нин Цин, сказала: "Пойдем, Нин Цин. Пойдем потанцуем.”

“Конечно.- Нин Цин кивнула головой. Обе ее щеки были ярко-красными, и она действительно чувствовала себя немного пьяной. Но и она, и Инь Шуйлин были сегодня в плохом настроении, и она позволила себе расслабиться в этот раз.

Она сделает для нее все, что в ее силах.

….

Инь Шуйлин и Нин Цин направились к танцполу. Их прогулка туда уже привлекла всеобщее внимание. Две красавицы из города Т собирались танцевать, и все были взволнованы.

- Ух ты... - все собрались у края сцены; сегодня это будет настоящий праздник для глаз.

Инь Шуйлин вышел на сцену. На сцене танцевали две модели-мужчина и женщина. Инь Шуйлин использовал руку, чтобы оттолкнуть женскую модель и выстрелил подмигиванием в мужскую модель. Когда вся толпа разгорелась, они зааплодировали, и она сняла свою зеленую ветровку. Под ней была красная кружевная рубашка, а на ногах-обтягивающие кожаные штаны. Ее фигура золотого сечения была подтянута, а кожаные брюки подчеркивали привлекательные прямые ноги.

Она страстно танцевала на сцене. Инь Шуйлин прилепилась к мужской модели и начала танцевать. Девушка, похожая на Розу, зажгла сегодня вечером огонь юности. Каждое выражение ее глаз было холодным и в то же время высокомерным, как смертельный опиум.

Знаменитая маленькая мегера из города т.

- Мучен, а почему Сюйлин так танцует? Быстро, попроси ее остановиться. Вы посмотрите, как эти люди смотрят на нее. Эта мужская модель использует ее в своих интересах.- Дочь из богатой семьи потянула Инь Мучена за локоть.

Инь Мучэнь стоял у края сцены. Обе его руки были засунуты в карманы. Его темные глаза заставили девушку чувственно танцевать на сцене. Его кадык закатился, а уголки губ изогнулись в тонкой улыбке. - Пусть она танцует. Она отдалась мужчине, когда ей было всего 15 лет. Она не будет такой сдержанной, как ты.”

Инь Шуйлин услышал его голос. Она скривила губы и вдруг перестала танцевать.

Все взволнованно смотрели на нее, и они были ошеломлены, когда она внезапно остановилась.

“старший брат.- Застенчиво позвала инь Шуйлин и двинулась на своих тонких ногах, направляясь к Инь Мучэнь.

- Эй, прекрасная леди, не уходите!"Мужская модель заперлась на запястье Инь Шуйлинга, когда он был очарован заклинанием.

Инь Шуйлин нахмурился и застенчиво посмотрел на Инь Мучэня. - Старший брат, мне очень больно.”

Инь Мучэнь увидел привлекательную внешность девушки. Он слегка нахмурился, и его темные, похожие на мрамор глаза выглядели так, словно они были на грани слез. Он уставился на мужскую модель, и его тонкие губы зашевелились. “Пошли отсюда!”

Инь Шуйлин вырвалась из его рук и подняла ноги, чтобы спуститься по ступенькам.

Когда толпа набрала в легкие побольше воздуха, Инь Мучэнь сделал шаг вперед и раскрыл объятия, чтобы крепко обнять Инь Шуйлинга.

“Ты пьян, пойдем домой.”

“Хе-Хе, Старший Брат. Ты был так взбешен, когда говорил о том, что случилось, когда мне было 15. Ты ревнуешь, что мужчина, который был у меня в 15 лет, был не ты?”

Инь Мучэнь поджал тонкие губы и ничего не сказал. Никто не знал его эмоций, и он понес Инь Шуйлинга к выходу, делая большие шаги, когда он шел.

…

Уход инь Шуйлинга не повлиял на страсть толпы, так как Нин Цин все еще присутствовал.

Нин Цин не осмеливалась танцевать так, как инь Шуйлин. Она определенно не стала бы так страстно танцевать с мужчиной-моделью, находясь так близко. Она только возбужденно двигала своими маленькими руками и ногами, когда танцевала.

Люди рядом с ней аплодировали, и кто — то смеялся, спрашивая: “Лучшая актриса Нин, вы пришли в танцевальный зал, чтобы танцевать-ваш молодой мастер Лу знает об этом?”

Изящные щеки Нин Цин выглядели так, словно были испачканы цветами вишни. Ее кожа, похожая на яичный белок, была влажной. Она полузакрыла глаза и, рассмеявшись, неопределенно сказала: "молодой господин Лу? Да и зачем с ним возиться? Может быть, у меня больше нет свободы?”

- Лучшая актриса Нин, а ты не боишься, что молодой господин Лу будет завидовать твоей свободе?”

“То, что он ревнует, не имеет...ничего общего со мной. Давайте я вам расскажу, ребята. Мужчины: чем больше вы их балуете, тем более высокомерными они становятся. Я просто не хочу больше показывать ему свое лицо. Хаха.”

У Нин Цин был глупый смех.

В этот момент толпа услышала, как кто-то глубоко вздохнул. Собравшиеся люди автоматически проложили себе дорогу, и высокий красивый мужчина медленно поднялся по ступенькам и остановился перед девушкой, которая все еще танцевала.

Лу Шаомин.

Все быстро замолчали.

Подбородок Нин Цин, направленный вниз, был поднят двумя пальцами мужчины. Его голос был глубоким и мелодичным. - Нин Цин, с кем ты не хочешь встретиться лицом к лицу?”

Нин Цин была наполовину пьяна. Она изо всех сил пыталась открыть затуманенные глаза, чтобы посмотреть на человека перед ней. Да, этот человек похож на Лу Шаомина.

Нин Цин, который был наполовину пьян, не смел дать волю чувствам. Можно было видеть, что власть этого мужа-миллиардера была совсем не такой, какой она должна была быть. Она поспешно остановилась и опустила свою маленькую головку вниз, как маленькая девочка, которая сделала что-то не так. Ее блестящие влажные глаза тайком пробежались по комнате, а затем она тихо сказала “ " Шао, Шаомин, я ничего не говорила... Все эти вещи ... были преподаны мне бесстыдной аудиторией…”

Толпа: "... с нами поступили несправедливо, господин Президент!

Весь ее мир перевернулся с ног на голову. Нин Цин был быстро поднят горизонтально. - Голос мужчины был подобен заклинанию, звенящему над ее головой. - Нин Цин, кто просил тебя выключить телефон? Если бы президент Инь не сообщил мне, как долго вы еще хотели бы танцевать, и когда бы вы решили вернуться домой? Есть ли еще такие жены, как ты?”

Нин Цин протянула руку, чтобы обнять Лу Шаомина за шею. Она спрятала свое маленькое личико в воротнике его пальто. Она была похожа на маленького котенка, слегка подталкиваемого локтем. - Шаоминг, не ругай меня. Я вышла потанцевать, потому что сегодня была немного расстроена.”

Они вдвоем вышли из клуба. Шофер открыл заднюю дверцу роскошного седана, и Лу Шаомин понес ее к заднему сиденью.

Он поудобнее обнял маленькую, мягкую девушку. Одной сильной рукой он обхватил ее тонкую талию, а другой большой рукой обхватил ее маленькое личико. “А почему ты так расстроен? Дайте мне знать.”

Нин Цин полузакрыла глаза, и ее красные привлекательные губы были наполовину надуты. Она выглядела жалкой и хрупкой. “Я заставил кое-кого думать, что она подружка му Юньфаня сегодня, и я пытался выгнать его из дома моей матери.”

В темных глазах Лу Шаомина заплясали горячие огоньки, он приподнял брови и был в приподнятом настроении. Но он намеренно сохранял спокойное выражение лица и кашлял, когда сказал: "Почему, разве му Юньфань не живет хорошо в доме твоей матери? Кроме того, разве он не твой старший брат Юньфань?”

Нин Цин подняла свой маленький кулачок, чтобы ударить его в плечо. Ее сладкий голос был прерывистым, так как она была пьяна. “Лу Шаомин, тебе не позволено хотеть большего после того, как ты получил лучшую часть сделки... ты думал, что я был дураком... я все продумал. Вы намеренно обращались со мной молча, потому что с самого начала знали, что я нравлюсь му Юньфаню. Вы оба были врагами с самого начала. Ты такой негодяй. Теперь вы пожинаете плоды того, что вы замышляли с самого начала.

Лу Шаомин посмотрела вниз и нежно поцеловала ее в крошечный носик: “Ну, ты тоже не могла допустить, чтобы мои планы увенчались успехом. Выбор всегда был в ваших руках.”

Нин Цин поискала его тонкие губы и медленно вплела в них свои. Ее маленькая рука коснулась его густых бакенбард, и она сказала, загипнотизированная: “Лу Шаомин, я люблю тебя.”

Поскольку она влюбилась в него, у нее не было другого выбора.

Во рту у нее стоял ароматный алкогольный привкус. Лу Шаомин наслаждался редким случаем, когда она брала инициативу в свои руки, и его кадык качнулся.

- Шаоминг, неужели ты думаешь, что я дурак? Думая об этом сейчас, му Юньфань только вернулся в город Т, чтобы преследовать меня. Он жил в кондоминиуме и ходил в мою школу. Он имел нечистые намерения по отношению ко мне, желая сломить нас... но я не мог сказать этого с самого начала, и я был так глуп, что всегда относился к нему как к старшему брату.”

Лу Шаомин молчал, он снова и снова гладил волосы Нин Цин и успокаивал ее без слов.

Она была не просто немного расстроена, она была очень расстроена.

Расстроенные люди нуждаются в ком-то, чтобы дать выход.

Он был готов слушать молча.

- Шаомин, все, кто считал меня глупой, думали так, потому что у них не было такого брата, как Му Юньфань. 18 лет-это очень большой срок. По моим первым воспоминаниям, он существовал в моей жизни. Он очень баловал меня, и был один раз, когда я случайно порезал ему палец маленьким ножичком. Я вскрикнула от шока, но он обнял меня, несмотря на то, что сам был в ужасном состоянии. Он ополоснул палец холодной водой и сказал мне, что старший брат совсем не чувствует боли.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 150:Кто Прислал Вам Эти Розы?

“В то время я, брат Юньфань, Шуйлин, Цзюнси; мы вчетвером росли вместе с нашей юности. Сюйлин была замкнутой маленькой принцессой, и никогда не играла с братом Юньфань и Цзюнси. Она всего лишь преследовала своего брата Юнь Мучэня. У меня были хорошие отношения с этими двумя юношами. У меня были чувства к Цзюньси, а также к баловству брата Юньфаня... в то время мы были так невинны и вели такую счастливую жизнь.

"Но за эти 3 года все изменилось. Мы уже не те люди, какими были раньше.

"Шаоминг, эти 3 года без тебя, это было просто как, жизнь лучше всего понять, пройдя через это самостоятельно. Тех людей, которые когда-то хорошо ко мне относились, я мог пересчитать по пальцам одной руки. Сяо Чжоу, Сюэ Мэй, Конг Янг ... Ах, число людей, которые помогли мне, было так мало. Я помню каждую из них в своем сердце. Я хотел бы, когда-нибудь в будущем, я был бы в состоянии отплатить им. Я знаю о благодарности, я хочу прожить жизнь с чистой совестью.

- Никто не знал, что я не люблю драться. Я боролся с Ли Мэйном и Нин Яо, потому что был вынужден это сделать. Бывали времена, когда я чувствовал себя совершенно разбитым. Я страстно желал, чтобы жизнь была более невинной. Мне было всего 20 лет, я представляла себе, как все 20-летние девушки жили своей обычной и простой жизнью. Я хотел бы, чтобы все, кто был рядом со мной, не изменились.”

“Итак, когда брат Юньфань впервые вернулся в страну, он попытался вбить клин между нами. Я даже не могу сказать точно. Я не думал об этой возможности. Хотя теперь я это знаю, моему сердцу трудно принять это. Как я могла ему так понравиться? Почему он должен был вожделеть меня?”

- Шаоминг, скажи мне. Как же мы стали такими?”

Лу Шаомин заключил ее в свои объятия. Он снова и снова целовал ее в теплую щеку и нежно утешал. - Нин Цин, мы не можем контролировать других. Если это неизбежно, что другие меняются, вы просто должны оставаться такими же.”

“Не слишком расстраивайся из-за того, что случилось с Му Юньфань. Вы, конечно же, не подвели му Юньфаня. Я не виню тебя за это. Ты был рядом со мной, когда тебе было 20. Я позволяю вам ошибаться, позволяю вам запутываться. На земле нет совершенного существа. Когда ты совершишь эти ошибки, мое сердце будет болеть еще больше, и я буду любить тебя еще больше в будущем.”

Как она может не жалеть ее?

Он знал, что вопросы, связанные с Му Юньфань, расстроят ее, поэтому, когда му Юньфань решил пойти в rogue, он тонко накачал его алкоголем. Он ни словом не обмолвился об этом происшествии.

Ей и не нужно было этого знать.

Ее жизнь была полна несчастий; он только хотел, чтобы она была счастливее.

Он понимал ее. Он хорошо знал ее и знал, что у нее было невинное и доброе сердце. На Земле существовал некий тип человека; глаза, омытые слезами, были бы еще более чистыми, а ее сердце наполнено тревогой, которая могла бы быть теплой и утешительной.

Она была именно таким человеком.

После битвы с Ли Мэйлин и Нин Яо она была сильна, как женщина-воин, но после снятия доспехов, она была молодой и невинной девушкой.

Кто сказал, что она была милой и глупой? Девушка, которая действительно понимала жизнь, была бы красива внешне, и она столкнулась бы с миром, используя свой ум. Глядя на своего любовника, она должна быть глупой и милой.

Разве девочки не должны быть немного глупыми и милыми? Жена Лу Шаомина определенно могла быть более глупой и в то же время милой, но ему она нравилась такой.

Важно было только то, что она ему так нравилась.

Нин Цин спокойно лежала в объятиях Лу Шаомина. Ее бледная рука скользнула по воротнику его рубашки. - Она глупо рассмеялась. - Шаоминг, спасибо, что утешила меня. Я в порядке, я только ... Ламен. Завтра я выздоровею и снова встану. Поднимись снова! Я знаю, что Му Юньфань не остановится так легко. Тогда давай, я не буду бояться. Я уже победил Сюй Цзюньси, и Му Юньфань не будет исключением.”

Сердце Лу Шаомина болело так, словно его ужалил пчелиный рой. Он поцеловал ее в лоб и тихо сказал: “Нин Цин, на этой земле все изменится. Я никогда не изменюсь, так что не бойся меня здесь. Я всегда буду рядом с тобой.”

“Окей.- Нин Цин кивнула головой. Она подняла свое багрово-красное лицо и поцеловала его в сильный подбородок. - Шаоминг, ты останешься со мной навсегда. Ты отличаешься от них всех. Ты-мой муж, и ты-весь мой мир.”

- Глупая девочка, я никогда не уйду.- Лу Шаомин поцеловал ее привлекательные красные губы.

…

На следующий день Нин Цин пошла в школу. Поскольку вчера она напилась, то, проснувшись утром, все еще чувствовала легкое головокружение. Она вспомнила события прошлой ночи, но все это было как в тумане. Она вспомнила, что именно Лу Шаомин привел ее домой из караоке-бара.

Она все еще помнила, что лежала в объятиях Лу Шаомина и много чего говорила. Она не могла ясно вспомнить содержание слов, которые сказала, но в ее ушах постоянно звенела четкая фраза: "Я не уйду".

Он сказал, что никогда не оставит ее.

Хе-хе.

На самом деле, когда Нин Цин проснулась утром, она боялась, что ее муж-миллиардер будет критиковать ее. Но она не ожидала, что он будет счастливее, чем обычно. Он даже сопровождал ее, когда она завтракала, и даже возил в школу. Перед уходом он обращался с ней, как с маленьким домашним животным, потирая ей голову. Нин Цин была ошеломлена его действиями.

Она пошла танцевать. Он действительно не ревновал?

Это было освежающе!

Войдя в класс, Нин Цин поняла, что ее стол был переполнен многими одноклассниками. Когда она подошла посмотреть, на ее столе лежал огромный букет незабудок.

Голубые и розовые незабудки были маленькими и милыми. Сиреневая обертка была очень элегантной. С свежих цветов все еще капала роса, источая свежий аромат.

Нин Цин была шокирована, кто мог послать ей цветы?

“Ах, Нин Цин, ты здесь. Кто дал тебе эти незабудки? Отправка цветов рано утром, это так романтично!”

“Совершенно верно, Нин Цин. Незабудки имеют два значения во флористике. Во-первых, вечная любовь, во-вторых, вечная защита. Нин Цин, что имел в виду человек, который подарил тебе цветы?”

Девочки толкнули ее под локоть и многозначительно заморгали глазами.Читайте дополнительную главу по теме vipnovel.com

У Нин Цин не было никакого ответа, человек, который подарит ей эти цветы, Нин Цин мог догадаться, кто в одно мгновение.

У цветов была карточка внутри, Нин Цин открыла ее, чтобы посмотреть, ее ожидания были правильными; это был Сюй Цзюньси.

Нин Цин взяла цветы и без колебаний бросила их в корзину.

Она не беспокоилась о том, какое значение он имел в виду. Она в них не нуждалась.

- Ай, Нин Цин, почему ты их выбросила? Это такая пустая трата Нин Цин. Эти цветы не были присланы молодым мастером Лу? Скажи честно, молодой господин Лу когда-нибудь дарил тебе цветы?”

Девушки окружили ее и принялись яростно сплетничать.

Нин Цин сидела на своем месте с застывшим выражением лица. Да, она так долго была замужем за Лу Шаомом, но он еще не подарил ей цветы.

Нин Цин слегка кашлянула, и ее маленькая рука помахала ей. “Обычно он так занят. Он не тот, кто будет дарить цветы. Мне они тоже не нужны.”

- Нин Цин, ты не можешь так говорить. В настоящее время пары смотрят фильмы, дарят цветы и вместе ходят по магазинам, держась за руки. Это все необходимые аспекты взаимоотношений. Теперь ты совершенно беспечен. Подожди, пока не состаришься. Тогда у вас не будет никаких романтических воспоминаний, чтобы оглянуться назад.”

Хм, неужели они действительно должны быть такими?

Нин Цин была немного убеждена. Она и Лу Шаомин даже не встречались всерьез. И она не знала: если бы он подарил ей цветы и был с ней романтичен, как бы это выглядело?

Одна только мысль об этом делала Нин Цин мягкой в своих костях, он был таким завораживающим мужчиной. Нет, что бы он ни делал, этого было достаточно, чтобы очаровать любого.

- Айя, у нас полно романтических воспоминаний, и нам не нужно, чтобы вы все заботились о нас. Иди скорей, иди скорей!” Ей не нужно было, чтобы все эти девушки представляли себе ее мужа в своих головах. Она помахала рукой толпе и разогнала их.

Все ушли, с ослабевшим духом.

Нин Цин была рада, что снова стало тихо. Она достала из сумки книгу и принялась читать. В этот момент перед ней возникла черная тень.

У нее не было возможности поднять глаза, и она услышала, как девочки кричат: “молодой господин му!”

Нин Цин почувствовала, как у нее начинает болеть голова. После Сюй Цзюнси пришел му Юньфань. И какая же удача ей сопутствовала?

У этих двоих была такая толстая кожа.

- Цинцин, это мой подарок. Тебе это нравится?- Му Юньфань раскрыл ладонь. В нем лежало сверкающее золотое ожерелье.

- Ого, Молодой Мастер му, это золотое ожерелье такое красивое. Любой был бы счастлив быть твоей сестрой. Вы так добры к Нин Цин.”

Это не было благословением для Нин Цин. Вокруг было слишком много людей. Она с силой скривила губы в улыбке и использовала свои руки, чтобы толкнуть золотую цепочку перед собой. - Му Юньфань, перестань суетиться! Мне это не нужно. Возьми его с собой обратно.”

Му Юньфань показал боль с его выражением лица. - Цинцин, я знаю, что ты все еще злишься из-за того, что случилось вчера. Ладно, это все моя вина. Ты можешь простить меня?”

Неужели он действительно знал, что сделал не так?

А он-нет!

Он не хотел давать ей никакой альтернативы перед всеми этими людьми.

Как и ожидалось, девушки не были довольны произошедшим. - Нин Цин, Как ты можешь быть такой? Как ты можешь называть молодого мастера му его полным именем? Что плохого сделал молодой мастер му, что позволил тебе так его ненавидеть? Не забывайте, как много Молодой Мастер му баловал вас в прошлом. Вы получили так много, не оценив его!”

Нин Цин, “…”

- Ладно, я не позволю тебе так говорить о Цинцин. Цинцин ведет себя просто как ребенок. Все будет хорошо после того, как я успокою ее. Цинцин, пойдем, брат поможет тебе надеть это ожерелье.- Сказав это, Му Юньфань наклонился, чтобы помочь Нин Цин надеть ожерелье.

- Му Юньфань, не трогай меня!- У Нин Цин были сомнения насчет того, что произошло в баре. Она быстро встала и не позволила ему прикоснуться к себе.

Му Юньфань сразу же выглядел так, как будто с ним обошлись несправедливо. Девочки снова принялись ее критиковать. - Нин Цин, ты ... …”

Внезапно Нин Цин указала на дверь. - Профессор Донг, вы здесь.”

Все повернулись и посмотрели на дверь.

Нин Цин воспользовалась случаем и выбежала из класса через заднюю дверь.

“Ай, А почему Нин Цин убежала? А что именно с ней случилось?- У девушек было много вопросов.

Му Юньфань с мрачным выражением лица посмотрел в ту сторону, куда она исчезла.

Нин Цин не вернулась, чтобы позвонить в течение всего дня. Она не знала, вернется ли Му Юньфань, чтобы преследовать ее.

Она все еще не могла решить, как встретится с Му Юньфанем. Она хотела решить этот вопрос мирным путем, но сейчас это казалось невозможным.

Кроме того, о Сюй Цзюньси, Нин Цин хотел упасть в обморок. Что же он теперь пытается сделать?

После уроков Нин Цин прошла мимо школьных ворот. Она увидела издалека, что там были Lamborghini и Porsche, ожидающие снаружи; Сюй Цзюньси и Му Юньфань присутствовали оба.

Они посмотрели в сторону школы. Похоже, они кого-то ждали.

Будут ли они ее ждать?

Нин Цин тут же развернулась и вышла через задние ворота.

Когда она пыталась уйти, ее хлопчатобумажная рубашка зацепилась за металлическую калитку. Это проделало дыру в ее рубашке. Нин Цин мгновенно почувствовала разочарование от того, что она была в таком жалком состоянии из-за этих двух мужчин.

Она проклинала обоих мужчин в своем сердце несколько сотен раз и вернулась в чайный павильон виллы с ненавистью в сердце.

Они ни за что не смогут продолжать в том же духе. Ей нужно было придумать план, как в одиночку покончить с этими двумя людьми.

Но как она могла все это уладить? Один из них был ее бывшим женихом, а другой-братом Юньфанем. Если с этим не справиться хорошо, это превратится в другое дело для других, чтобы посплетничать.

Она была “лучшей актрисой", и ее муж тоже имел очень высокий статус. Эти двое не могли избежать слухов, которые распространяли о них другие.

Нин Цин чувствовала, что это очень сложный вопрос, требующий решения.

К тому времени, как она вошла на виллу, Лу Шаомин еще не вернулся. Нин Цин переоделась в цветастое платье и надела поверх него бежевый вязаный кардиган.

Она немного посидела на кровати, размышляя о том, что говорят девочки в школе. Она быстро подошла к блокноту и включила компьютер.

Войдя в гостиную, Лу Шаомин уже вернулся. - Шаоминг, ты вернулась!- Нин Цин взволнованно бросилась в его объятия, ее бледная рука помогла ему расстегнуть пальто. На нем был сшитый на заказ черный костюм; он выглядел зрелым и серьезным.

Своей тонкой рукой Нин Цин взяла его пальто, а другой рукой-портфель. Она прикусила свои красные губы и посмотрела на него блестящими глазами. - Муженек, тебе было очень тяжело.”

Ее голос был мягким и нежным, мелодичным для слуха.

Лу Шаомин посмотрела на свой твик.- У него были подозрения в сердце. Должно быть, она ему льстит по какой-то причине.

Одна рука коснулась галстука на его шее и рассеянно бросила его на пальто в ее руках. Его глубокий пристальный взгляд изучал то, что было на ней надето. Она выглядела невинной и милой, как цветок. - Он нахмурился, - тебе не холодно? Зачем тебе нужно носить чулки в доме?”

Ее цветастое платье спускалось до бедер, выше колен. Ее бедра были не такими тонкими, как бамбук. Они были тонкими и длинными, но в то же время загорелыми. Ее 53-сантиметровая талия делала ее пропорции хорошими. Китайские старшеклассники утверждали, что такой тип телосложения хорош для рождения сыновей.

Это было очень сексуально.

Она не носила шорты, только пару чулок ню. Лу Шаомин заметила, что она не часто надевает такой наряд. Когда они впервые встретились, он пошел к ней в общежитие. На ней был розовый полосатый топ с оборками на рукавах и облегающие темно-синие джинсы. Ему понравилось то, что он увидел, и он сделал усилие, чтобы посмотреть еще раз.

Чулки она надевала нечасто. С тех пор как они познакомились, это было всего два или три раза. Лу Шаомин не мог не посмотреть на нее снова. Они сказали, что все мужчины особенно любят чулки, и он сглотнул слюну.

Независимо от того, что она носила, она была привлекательна для него.

“Дома есть кондиционер, там не холодно. Более того ... - Нин Цин обхватила его мускулистые руки и улыбнулась, пытаясь завоевать его расположение. “Я могу видеть тебя только днем дома. Женщины наряжаются для кого-то, кого они любят. Если я не буду носить чулки, чтобы ты их видела, то для кого же я буду их носить?”

Сегодня она говорила так сладко.

Лу Шаомин обхватила ее тонкую и мягкую талию. Он дважды потер ее и подошел, чтобы прижать ее красные губы своими губами.

Звенеть. В этот момент раздался звонок в дверь.

“Здесь кто-то есть.- Нин Цин покраснела и быстро оттолкнула его.

- ГМ, я пойду открою дверь.- Лу Шаомин повернулся и пошел к двери.

Главная дверь была открыта, снаружи стоял посыльный. “Это резиденция Нин Цин, Мисс Нин? Кто-то подарил ей несколько роз. Пожалуйста, распишитесь здесь.”

- Розы?- Лу Шаомин опустил взгляд, чтобы посмотреть на женщину, и его красивое лицо мгновенно помрачнело.

Поставив свою подпись и закрыв за собой дверь, Нин Цин отложил одежду и вышел вперед. - Шаоминг, что это за коробка у тебя в руках?”

Лу Шаомин не имел никакого выражения лица и бросил коробку в ее руки. - Кто-то подарил тебе эти розы.”

Нежное лицо Нин Цин расплылось в сладкой улыбке, и она удивленно сказала: “Ого, розы? Дайте-ка подумать. Кто бы мне это прислал?”

Лу Шаомин увидел, как женщина открыла коробку. Там было 9 росистых роз. Похоже, они ей очень понравились, и она несколько раз пересчитала их своими бледными руками. Она даже носом осторожно понюхала их и улыбнулась с закрытыми глазами “" такие ароматные!”

Кислое красивое лицо Лу Шаомина тут же стало еще хуже. У какого мужчины хватит смелости послать своей жене розы?

“Кто послал тебе эти розы, видя, что ты так счастливо себя ведешь?-Просто сказал он, приоткрыв глаза.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 151:Он Пришел

- Хм?- Маленькая женщина в гостиной потрясенно посмотрела на меня. Ее большие глаза были чистыми и невинными, когда она сказала: “Нет.... Это ты мне подарил, Шаоминг?”

Лу Шаомин: “…”

Нин Цин сразу же выглядела разочарованной. "Так как это не было дано мне Шаомин, то я не хочу этих цветов.- Нин Цин подошла к нему, сунула розы в его объятия и с тоской посмотрела на него. - Она надула свои изящные щеки. - Почему бы тебе не помочь мне избавиться от этих цветов? - расстроенно спросила она. Мне не нужны цветы, которые мне подарил другой мужчина.”

Ее послушное и ребяческое поведение заставило сердце Лу Шаомина растаять. Он сжал ладонями ее маленькое гибкое личико и мягко спросил: “Ты любишь розы?”

Нин Цин кивнула головой и наивно ответила: “мне они нравятся. Есть ли девушка, которая не любит розы?”

Только когда она заговорила, Нин Цин заметила выражение его лица. Она утешила его, сказав: "Шаоминг, я знаю, что ты занят. Вы заняты зарабатыванием денег, чтобы поддержать эту семью. Я могу понять, что ты не даришь мне цветы. Вы не должны чувствовать себя плохо из-за этого.”

Лу Шаомин: ” ... он не сказал, что чувствует себя виноватым; она проецировала свои собственные мысли на этот вопрос.

- Хм, я понял. Я пойду в кабинет, чтобы закончить кое-какую работу.- Лу Шаомин бросил цветы в мусорное ведро и поднял ноги, чтобы подняться по лестнице. Он вошел в кабинет. Пока красивая фигура мужчины не исчезла перед ней, Нин Цин все еще не могла оправиться от своего первоначального потрясения. Что ж, она разыграла такой спектакль, и все, что он сказал, было: “я собираюсь завершить кое-какую работу.”?

Он, естественно, не умел читать подсказки!

…

Лу Шаомин вошел в кабинет и достал телефон. Он открыл только что подписанную накладную и позвонил Чжу Жуйю. - Привет, Чжу жуй, помоги мне отследить заказ.”

Ответ Чжу жуя пришел через две минуты. "Президент, этот букет роз был заказан мадам онлайн полчаса назад.”

- Ладно, я понял.- Лу Шаомин закончил разговор.

Она заказала букет роз для себя?

Эх, какая глупая девчонка.

Он заметил, что сегодня она ведет себя ненормально. Тот, кто не привык лгать, в конце концов будет замечен насквозь. Каждое сказанное ею слово было обращено к нему. Она намекала на него, чтобы он безостановочно доставал ее розы, и думала, что он не может понять ее намерений?

Ее маленькие выходки даже не могли развлечь его.

Он взял свой телефон и снял черный пиджак. Тук-тук. Дверь кабинета была слегка приоткрыта, и рядом с ней стояла Нин Цин.

Девушка была крайне расстроена, и ее лицо размером с ладонь было плотно сжато, и это выглядело так, как будто она была очень разъярена.

“Лу Шаомин, я хочу пойти посмотреть кино.”

Ух ты, она даже обращалась к нему с полным именем.

Лу Шаомин подошел к ней и погладил ее темные волосы, как будто гладил котенка. - Может быть, ты хочешь пойти в кинотеатр? - мягко спросил он. Или вы хотите посмотреть один из них дома?”

Нин Цин не ожидала, что его отношение будет таким хорошим. Ее сердце не могло не смягчиться немного. Если бы она сказала, что хочет пойти в кино, пошел бы он с ней?

Она подумала об этом и решила не рисковать. Если он купит ей билет и попросит посмотреть фильм в одиночестве, насколько это будет неловко?

Она должна была довольствоваться тем, что получила.

Нин Цин стряхнула его большую руку, надменно подняла подбородок и начала щебетать: ” мы будем смотреть Один дома, но я не знаю, как его включить. Ты поможешь мне поставить фильм.”

“Окей."Лу Шаомин кивнул головой и сказал: “что ты хочешь съесть? Разве не все девушки хотят есть попкорн, куриные крылышки и пить кока-колу, когда они идут в театр, чтобы посмотреть фильм.”

Глаза Нин Цин вспыхнули, и ее гнев мгновенно испарился. Она насмехалась над ним, говоря: "хе-хе, это...как я смею беспокоить тебя таким образом?”

- Раз уж ты так смущен ... …”

“Я тоже хочу есть мороженое, - быстро добавила Нин Цин.

Нин Цин с любовью держала его маленькую ручку. Он привел ее в домашний кинотеатр: “пойдемте, все, что вы хотите съесть, будет принесено через минуту.”

…

Парочка вошла в комнату. Лу Шаомин научил ее, как работать с машиной, и Нин Цин нажал на пульт, чтобы выбрать фильм. Выбирая пленку, она краем глаза заметила, как мужчина рядом с ней повернулся и направился к двери. Нин Цин быстро последовала за ним и обняла его за стройную талию: “муженек, я хочу посмотреть фильм о привидениях, но не могу смотреть его в одиночку. - Не уходи!”

“Я никуда не уйду. Просто то, что вы хотите съесть, уже прибыло. Я помогу тебе их достать. Я сегодня не работаю. Я собираюсь посмотреть фильм с тобой.”

- Неужели? - Спасибо, муженек.- Губы Нин Цин быстро сложились в улыбку, она расцвела, как цветок.

Они вдвоем сидели на диване и смотрели фильм. У Нин Цин в руках было ведерко попкорна, и она с удовольствием его съела. Оно было сладким и ароматным.

“А ты не хотел посмотреть фильм про призраков?- спросил мужчина рядом с ней.

- Хе-хе... - Нин Цин посмотрела на романтический фильм, который шел перед ней, и неловко рассмеялась. -Я передумал в последнюю минуту. Это первый раз, когда муженек сопровождал меня, чтобы посмотреть фильм. Я думаю, что для нас было бы более подходящим посмотреть романтический фильм.”

Лу Шаомин искоса взглянул на нее. Его глаза были полны нежной любви.

На самом деле Нин Цин не знала, о чем был этот романтический фильм; она не смотрела его серьезно. Она только хотела хорошо провести время, смотря фильм вместе с Лу Шаомин.

Ее взгляд был прикован к правой ноге мужчины, изящно перекинутой через левую. Его поза была небрежной, но как бы небрежно ни сидел человек, родившийся в богатой семье, спина его оставалась прямой и правильной, а белая рубашка подчеркивала его скульптурно-красивое лицо. Он был элегантен и благопристойен.

Человек, который мог бы быть таким правильным... было два слова, чтобы описать его; он был богом мужского пола!

Сердце Нин Цин было словно задушено слоем меда. Оно становилось все слаще и слаще. Она подвинула свою маленькую попку и придвинулась к нему ближе, а потом еще ближе.

Ее белые пальцы сжали кусочек попкорна, чтобы поднести его к его губам. - Муженек, съешь кусочек.”

Человек, который был сосредоточен на фильме, был прерван. Он отвел взгляд в сторону, посмотрел на попкорн и нахмурился, качая головой. “Я этого не хочу.”

Он не любил сладкой пищи.

Нин Цин не сдавалась. Она покраснела и надула розовые губки, чтобы изобразить застенчивость. - Муженек, просто выпей одну. Особенно уместно есть попкорн во время просмотра фильма.”

Лу Шаомин замер на 3 секунды и опустил голову, чтобы откусить кусочек.

Нин Цин не могла открыть глаза. Она хотела сладко отдернуть руку, но поняла, что ее белые пальцы были укушены им.

Нин Цин была крайне смущена. Она изо всех сил отдернула пальцы и сердито спросила: “Что ты делаешь?”

Лу Шаомин наклонился к ее уху и спросил: “Ты хочешь сесть ко мне на колени?”

- А?- Нин Цин ничего не поняла.

Лу Шаомин протянул руку, чтобы показать на пленку. Нин Цин повернула голову, чтобы посмотреть. Мужские и женские персонажи фильма уже оказались в постели, когда она не обращала внимания, и сцена была страстной.

Нин Цин: “…”

- Нин Цин.- Мозолистые пальцы Лу Шаомина коснулись ее красных губ, и он поддразнил ее, сказав: “Это фильм, который ты хотела, чтобы я сопровождал тебя смотреть? У главного героя была жена, но он не мог забыть свою первую любовь. Однажды он взял набор памятных монет и спросил свою первую любовь, не хочет ли она лечь с ним в постель.”

Когда он сказал "хочу лечь спать", Нин Цин показалось, что весь ее мир перевернулся с ног на голову. Ей хотелось плакать. Она не знала, что этот фильм будет таким ужасным.

Это был хитовый фильм в Китае.

Главное, что это было прекрасно, если у него был ужасный заговор, но это все еще делало ее козлом отпущения.

Она также не знала, что слова “хочу лечь спать”, которые так любили использовать пользователи Сети, были такими отвратительными словами, когда их произносили другие мужчины. Но когда это говорил он, это было так сексуально и привлекательно.

- Муженек, не суетись. Сосредоточься на фильме.- Нин Цин стало жарко, и она быстро оттолкнула его рукой.

Из-за того, что она была в спешке, немного попкорна упало на пол.

Нин Цин поспешно наклонилась и протянула руку, чтобы поднять его.

Когда она подняла два куска попкорна, ее тонкая и светлая икра мягко ударилась о ногу мужчины. Маленькое личико Нин Цин стало пунцово-красным. Этот человек был хорошо образован. Он также был джентльменом в постели и был нежен, и он всегда служил ей и делал ее в конечном счете удобно. Он не дразнил ее так, и она застенчиво сказала: "Шаоминг, почему ты пинаешь меня?”

Мужчина не ответил, и она подняла голову, чтобы посмотреть на него.

Она только видела, как мужчина медленно скривил губы, и его улыбка была хитрой. Он перевел свой пристальный взгляд вниз и поднял брови, в то время как его пристальный взгляд остановился на ее ногах.

Он сказал 4 слова: "вы разоблачили себя.”

Нин Цин озадаченно посмотрела вниз, и когда она хорошенько пригляделась, все ее тело напряглось.

Поскольку она наклонилась к нему спиной, ее цветастое платье обнажило ее. Тонкие чулки не могли скрыть ее белое мультяшное нижнее белье; это было очень мило.

Она была мертва. Должно быть, он думал, что она соблазняет его!

“Лу Шаомин, тебе нельзя смотреть! Разве ты не знаешь о том, что не видишь зла!- Нин Цин мгновенно вскочила и набросилась на него, закрывая ему глаза своими маленькими ручками.

Лу Шаомин обхватил руками ее тонкую талию и заключил в объятия. Его правая рука легла на ее маленькие плечи, и он сказал с нежностью в голосе: “я не знаю, как это сделать. Я только знаю, что должны делать пары.”

А что должны делать супружеские пары?

Мысли Нин Цин то и дело возвращались к рейтинговым сценам; мог ли он быть более бесстыдным?

- Лу Шаомин!- Нин Цин положила руки на свою тонкую талию и приготовилась отчитать его.

Но мужчина вдруг подошел к ней совсем близко. Ее губы были холодны, как в середине ночи. Он был мягким и нежным, и Нин Цин рухнула в объятия этого человека.

Лу Шаомин поцеловал ее, проверяя ее реакцию. Он не стал глубоко целовать ее. Когда он отпустил ее, длинные ресницы девушки сильно затрепетали, и он засмеялся и сказал: “Почему ты только что позвал "Лу Шаомина"?”

Он целовал Нин Цин до тех пор, пока ее разум не затуманился. Он мог чувствовать его чистый аромат между ее зубами. Ее маленькое изящное лицо напоминало большую распаренную креветку. Она была очень красной, и только ее живые глаза ярко сверкали.

Обхаживать. Она должна была умереть, а он соблазнял ее.

Она поставила себя в неловкое положение, решив сегодня вечером пойти в кино.

Нин Цин покачала головой. Ее маленькая рука потянулась за колой. Она робко поднесла ее к уголку его губ и даже не осмелилась взглянуть на него. - Муженек, я только что попросила тебя выпить кока-колы.”

- Хех.- Вот это уже совсем другое дело.

Маленькая штучка даже не знала, где она была после того, как он пожурил ее на мгновение.

Лу Шаомин легонько рассмеялась и позволила своей маленькой ручонке накормить его двумя глотками кока-колы. Он не любил нездоровую пищу. Он сделал два больших глотка и не хотел больше пить.

Нин Цин увидела, что он больше не пьет. Она поднесла кока-колу к своим губам и сделала маленький глоток.

Даже соломинка от бутылки имела его завораживающий вкус.

Лу Шаомин притянул ее маленькую фигурку в свои объятия и сказал: “теперь начинай смотреть фильм серьезно, хорошо? Если нет, то я сделаю тебя здесь!”

О чем это он говорит? Она действительно больше не могла смотреть фильм счастливо.

Но Нин Цин почувствовала угрозу. Она больше не осмеливалась дразнить его. Она тихо лежала в его широких и теплых объятиях, а маленькой рукой наслаждалась мороженым, используя маленькую ложечку, чтобы откусить кусочек.

Сначала она откусила кусочек маленького ароматного цветка клубники, а затем поднесла остальное к губам мужчины: “муженек, ты ешь.”

Лу Шаомин нахмурился и сказал: “Опять даришь мне объедки?- Хотя он и говорил так, но все же послушно открыл рот, чтобы поесть.

Нин Цин почувствовала, как сладость растекается в глубинах ее сердца, она просто продолжала давать ему остатки. Мужья все поступали одинаково в этом отношении.

Они вдвоем спокойно досмотрели оставшуюся часть фильма, и Лу Шаомин оставался с ней все это время. Он держал ее в своих объятиях и подбирал то, что она приносила ему поесть; эти двое были особенно сладкими и любящими.

…

После фильма Лу Шаомин пошел в кабинет работать, а когда вернулся обратно в спальню, Нин Цин уже лежала на кровати. Ее глаза были в тумане, когда она собиралась заснуть.

Лу Шаомин лег на кровать. Он смотрел, как она своей маленькой рукой массирует собственную икру. Казалось, что это было больно, поэтому он использовал свои руки, чтобы помассировать ее икру. Мужчина очень хорошо контролировал свою силу,и когда он массировал ее, Нин Цин тихонько всхлипывала.

Лу Шаомин наклонилась и чмокнула ее в губы. - Женушка, что случилось, у тебя болят ноги? Вы сегодня пробежали длинную дистанцию?”

Нин Цин закрыла глаза и кивнула головой, когда сказала: "Да, я сегодня пробежала большое расстояние, я устала.”

“Поскольку ты устала, то больше не бегай... - пока он говорил, Лу Шаомин использовал свою большую руку, чтобы медленно подняться вверх по ее тонким бедрам. Он пососал ее губы и выдохнул: "женушка…”

После короткого поцелуя он услышал легкое дыхание девушки. Нин Цин уже спала.

Лу Шаомин: “…”

Он использовал свои руки, чтобы накрыть ее одеялом. Лу Шаомин решил принять холодный душ в ванной комнате. Он встал с кровати и случайно увидел пальто, в котором Нин Цин переоделась. В области талии была дыра, которая, казалось, была от крюка.

Лу Шаомин прошел вперед и коснулся этой крючковатой части, а затем повернул свой пристальный взгляд вбок, чтобы посмотреть на маленького человека, который был истощен. Казалось, в его глазах застыло созерцание.

Он достал свой телефон. - Привет, Чжу Жуй. Помоги мне проверить, что Нин Цин делала сегодня в школе.”

…

Нин Цин пошла в школу, она уже собиралась войти в класс, когда услышала: “Нин Цин.”

“Цинцин.”

Му Юньфань и Сюй Цзюньси подошли к ней с обеих сторон.

Нин Цин закатила глаза. Она хотела позвонить в полицию, так как они оба преследовали замужнюю...молодую девушку. Это было действительно хорошо?

Нин Цин не стала утруждать себя ни тем, ни другим. Она подняла ноги и вошла в класс.

- Цинцин, у меня есть для тебя несколько слов. Следуйте за мной.- Му Юньфань держал правое запястье Нин Цин.

У Нин Цин не было времени сопротивляться, и ее левое запястье тоже кто-то держал. - Нин Цин, у меня тоже есть несколько слов для тебя. Следуйте за мной.”

Нин Цин: "... - ей хотелось упасть в обморок.

В этот момент ее одноклассники, проходившие мимо, увидели, что Нин Цин держат двое красивых мужчин, и все вышли посмотреть. - Ух Ты, Нин Цин. Почему президент Сюй и молодой мастер му ищут вас? Похоже, они собираются драться из-за тебя.”

Нин Цин не хотела раздувать это дело. Она сильно нахмурила брови и строго сказала: “Вы оба, отпустите!”

Она хотела использовать силу, чтобы стряхнуть этих двух людей. В этот момент “ " Нин Цин.- Директор школы подбежал к ней и торопливо помахал рукой. - Нин Цин, приезжай скорее. Там есть большой человек, который пришел в школу; приходите вместе со мной, чтобы поприветствовать его.”

Большая шишка?

Му Юньфань и Сюй Цзюнси отпустили ее одновременно, а Нин Цин также не потрудилась упрекнуть их обоих. Она не осмелилась пойти против своего учителя и побежала за директором школы.

Му Юньфань и Сюй Цзюньси оба последовали за ней.

Когда они подошли к главным воротам школы, вокруг них уже толпились люди. Охранники школы уже проложили себе дорогу. Нин Цин последовал за директором школы и пошел вперед, Нин Цин увидел, что директор и совет директоров школы были все присутствующие.

Кто же приезжал сюда, чтобы вызвать такую огромную шумиху?

И что они имели в виду, заставляя ее приехать сюда?

Когда она была озадачена, черный бизнес-седан остановился за воротами. Нин Цин увидела, что на переднем пассажирском сиденье сидел знакомый человек: Чжу жуй!

Чжу жуй встал у задней двери и вежливо открыл ее.

Сегодня этот человек был одет не совсем официально. Он был одет в белую рубашку и бежевый шерстяной свитер. У него был повседневный льняной пиджак, который был обнажен в цвете как пункт назначения. Он выглядел элегантно и по-джентльменски.

Глаза Нин Цин болезненно сузились, и она была ошеломлена. Лу Шаомин действительно пришла в ее школу.

Как только Лу Шаомин вышел из машины, директор пригласил директоров поприветствовать его, и директор был вежлив. Лу Шаомин тепло кивнул ему, и когда он сделал это, у него была утонченная и зрелая аура к нему.

Голова Нин Цин была в огромном беспорядке. Она не могла слышать, что они говорили перед ней. Она только знала...что Лу Шаомин был здесь.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 152:Дарение Цветов

Она подняла глаза и посмотрела на девушек вокруг себя. В этот зимний день у всех девочек были красные раскрасневшиеся лица. Они возбужденно прикрывали рты руками и не смели кричать. Их взгляд был горяч и полон восхищения. Зрелый 30-летний дядя, они очень любили эти типы.

Нин Цин моргнула, подтверждая слова человека, стоявшего перед ней.

В этот момент толпа обратила свое внимание на нее. Лу Шаомин медленно перевел свой теплый взгляд на нее. Лектор тепло помахал ей: "Сяо Нин, Молодой Мастер Лу зовет тебя. Что ты делаешь, стоя там? Идите быстрее!”

Сяо Нин, а не Нин Цин. Это было то уважение и восхищение, которое все испытывали к нему.

Лицо Нин Цин было горячим, даже ее бледные уши покраснели. Он звонил ей, и все смотрели на него. Разве это не слишком ...

Нин Цин сделала несколько шагов вперед и остановилась перед мужчиной.

Две ее белые руки были положены перед ее телом. Ее пристальный взгляд был устремлен куда-то вдаль; она была слишком застенчива, чтобы смотреть на него.

В это время в поле зрения появился большой букет цветов. Мужчина тихо рассмеялся. - Нин Цин, это тебе.”

Нин Цин была потрясена. Это был букет романтических сиреневых цветов. Лепестки имели хрупкие золотые тычинки. Светло-розовая изящная упаковка, аромат природы, доносящийся до ее ноздрей. Нин Цин посчитала. Там было 11 цветов.

Число 11 означает целую жизнь.

Нин Цин подняла глаза и посмотрела на мужчину. Он держал цветы в руках и нежно улыбался ей с нежным выражением лица.

Ее маленькая головка сразу же тряслась; он дарил ей цветы?

Он дарил ей цветы!

Он был высокомерен и дерзок перед этим морем людей у ворот. Нельзя сказать, что он не умел быть романтичным. Когда он был романтиком, он был более романтичен, чем кто-либо другой.

“В чем дело, тебе это не нравится?- Он увидел, что она не принимает букет, и мягко спросил.

Нин Цин сразу же покачала головой, но она поняла, что, качая головой, она выражала, что ей не нравятся цветы. Она тут же кивнула головой и раскрыла свои объятия, принимая 11 сиреневых цветов в свои объятия.

Ее цветы.

- Хех.

Никто не мог их утащить.

Лу Шаомин видел, что девушка ведет себя глупо. Она завязала волосы в высокий пучок. Ее лоб был красиво очерчен, и половина ее нежного лица была спрятана в красном шарфе, который был завязан вокруг ее шеи. Ее водянистые глаза сияли точно так же, как легендарная светящаяся жемчужина в ночи. Она украдкой взглянула на цветы, потом украдкой посмотрела на него. Ее эмоции переполняли пламенем, но она не хотела признаваться в этом.

Типичная 20-летняя девушка.

Простой букет цветов мог заставить ее быть такой застенчивой и ликующей одновременно.

На самом деле, она могла сказать ему прямо все, что хотела. Будь то фильм или букет цветов, как она ему сказала, он мог бы это сделать.

Раньше у него никогда не было серьезных отношений. У него не было интимных контактов с женщинами, и он не знал, что им нравится. Она могла бы дать ему знать; он мог бы учиться шаг за шагом.

Но она была так застенчива и так глупа.

- Молодой господин Лу, что это за цветы? Я еще не видел их раньше” - с любопытством спросил директор. Этот вопрос также поставил в тупик Нин Цин. Она видела много видов цветов и раньше, но никогда раньше не видела этих цветов. Она не знала, что это были за цветы.

Он подарил ей цветы, и она захотела узнать стоящую за ними флориографию. Красные розы символизируют любовь, лилии-добрые пожелания... она любила их обоих...что он пытался ей сказать?

Она была так смущена.

В этот момент директор школы сказал: "Молодой Мастер Лу, директор Ван, я уже видел эти цветы в одном журнале. Их называют карликовыми кувшинками. Это одни из самых драгоценных цветов в мире. Эти цветы цветут только 7 дней в году.”

- Карликовые кувшинки? Хо-хо, молодой господин Лу настолько щедр, что эти цветы нужно было бы вовремя доставить в страну из Грандии, но какая флориография стоит за этими цветами?””

Директор покачал головой с улыбкой на губах и посмотрел на Лу Шаомина, затем снова посмотрел на Нин Цин. - Боюсь, что об этом знает только молодой господин Лу.”

Директор Ван И толпа директоров понимающе улыбнулись.

Нин Цин была такой застенчивой. Айя, что он сейчас делает? Вчера вечером он не смог понять ее любовных чувств, а сегодня побежал в школу только для того, чтобы подарить ей цветы. Дарить цветы-это прекрасно,но почему он так таинственен?

Ей это нравилось, очень нравилось.

- Молодой господин Лу, у вас нет возможности часто бывать в нашей школе. Позвольте мне провести молодого мастера Лу по кампусу, а Сяо Нин будет сопровождать нас, - сказал директор Ван, улыбаясь.

- Конечно, спасибо, директор Ван, - вежливо сказал Лу Шаомин.

Толпа прошла через ворота. Директор школы сидел слева от Лу Шаомина, а Нин Цин-справа. Толпа директоров и Чжу жуй следовали вплотную за ними; их вход был величественным.

Лу Шаомин прошел несколько шагов, прежде чем остановиться. “А разве это не молодой мастер Му и президент Сюй? Это такое совпадение, встретить вас обоих здесь сегодня.”

Нин Цин почувствовала, как у нее упало сердце. Она подняла свой пристальный взгляд, чтобы посмотреть на Му Юньфань и Сюй Цзюньси.

"Молодой Господин Лу”

"Молодой Господин Лу”

У дуэта не было счастливого выражения на их лицах, но они все еще вежливо отвечали.

Лу Шаомин мягко обратился к директору Вану: “директор Ван, школа недавно разрешила посторонним входить в здание без причины? Разве это не было бы опасно для безопасности студентов?”

Услышав его слова, и Му Юньфань, и Сюй Цзюньси мгновенно замерли. Причина, по которой Лу Шаомин пришел сегодня, теперь была им ясна.

У Лу Шаомина не было никаких признаков желания наказать их, но директор Ван был в панике. - Молодой мастер Лу, Молодой Мастер му-инструктор нашей школы по физкультуре, и президент Сюй приехал в кампус, чтобы уладить дела своего двоюродного брата Сюй линя. Они здесь не нарушители.”

“О, - неопределенно ответил Лу Шаомин.

Руки му Юньфаня были в карманах, и он прищурился, когда сказал: “молодой господин Лу, мы здесь по официальным делам. Тогда как насчет тебя? А зачем здесь президент будет? Когда у вас появился интерес прийти в школу на обследование?”

- Молодой мастер му, - быстро объяснил директор Ван, - Молодой Мастер Лу всегда интересовался школой, образованием. Молодой мастер Лу месяц назад подарил нам 2000 гектаров земли.- Директор Ван взволнованно указал на пустырь рядом с учебным корпусом. “Мы будем строить второй блок для факультета медиа и коммуникаций, который будет использоваться совместно со вторым учебным блоком. Молодой господин Лу-наш благодетель, он сейчас здесь, чтобы осмотреть его.”

Как только директор Ванг заговорил, ученики, столпившиеся вокруг них, были шокированы. Крики “Ух ты!- они звенели в воздухе. Нин Цин тоже была шокирована.

Лу Шаомин посмотрел на Му Юньфаня и Сюй Цзюньси; выражение их лиц с каждой минутой становилось все хуже. Он улыбнулся, расслабившись. "Назначить встречу было бы не так важно, как случайную встречу. Раз уж мы собрались здесь сегодня, молодой господин Лу и председатель Сюй, давайте вместе пообедаем сегодня днем.”

“Конечно.- Запах огня в воздухе был ошеломляющим. И Му Юньфань, и Сюй Цзюньси согласились на это приглашение. Нин Цин, которая была позади Лу Шаомина, повернулась, чтобы услышать, как девочки взволнованно обсуждают: "О боже, кто здесь такой красивый дядя? Карликовая кувшинка, 2000 гектаров земли? Даже если бы я пригласил своего учителя математики, я не думаю, что он смог бы сосчитать, сколько метров это будет! Такой властный. Какая наглость!”

“Это друг Нин Цин, лидер корпорации Гуан Цин Молодой Мастер Лу. Как ты можешь даже не знать об этом? Молодой мастер му здесь сегодня, чтобы выразить свою любовь в высоком профиле пути. Вспоминая об этом, Нин Цин вошел в школу месяц назад, молодой мастер Лу уже пожертвовал 2000 гектаров земли тогда.”

Девушки возбужденно перешептывались: "глядя на это сейчас, наш молодой мастер Му и президент Сюй так слабы по сравнению с ними. С приходом молодого мастера Лу сегодня, он выиграл полностью.”

…

Директор Ванг привел Лу Шаомина с собой, чтобы осмотреть школу, и маленькое личико Нин Цин становилось все краснее и краснее.

А зачем он сюда пришел?

Он, должно быть, знал о том, что Му Юньфань и Сюй Цзюньси преследуют ее. Он пришел, чтобы добиться справедливости для нее, и дать пощечину эго двух ужасных людей.

Он пожертвовал 2000 гектаров земли?

Это правда, что она пришла в школу месяц назад. Неужели этот человек пожертвовал ей землю?

Он даже не сказал ей об этом.

Нин Цин крепко обняла цветы в своих объятиях. Ее нос радостно коснулся лепестков, и она дважды понюхала их. Аромат цветов проник в ее сердце, и сладость коснулась уголков ее губ. Ей казалось, что все ее тело плавает.

Украдкой поглядывая на мужчину, Лу Шаомин стоял перед ней. Холодный ветер пронизывал насквозь, обдувая его пальто. Его линия волос была чистой, а тонкое острое лицо-еще более красивым. Он всегда выглядел все более и более красивым.

Директор Ван разговаривал с ним вежливо, и он отвечал ему тихим голосом, выказывая свое уважение к ученому.

У него было разное отношение ко всем, кого он встречал. Точно так же, как манеры, которым учили членов королевской семьи, он был совершенен и не имел никаких недостатков, позволяя другим смотреть на него снизу вверх.

Нин Цин тут же опустила взгляд на землю. Она не осмеливалась смотреть дальше, боясь, что напьется от этого зрелища.

В этот момент налетел сильный порыв ветра. Нин Цин выпустила свет “ " Ах!” и тут же спрятала цветы в своих руках. Ее низкий крик привлек внимание всех присутствующих. Мужчина Впереди подошел к ней и мягко спросил: “Что случилось?”

Нин Цин было негде спрятаться, ее бледная рука заправила волосы за голову за ухо. - Только что был сильный порыв ветра, - тихо сказала она. Я был ... afraid...it сдул бы мои цветы прочь. Шаоминг, можно мне вернуться в класс, я хочу спрятать эти цветы где-нибудь в безопасном месте.”

“Ха-ха, Молодой Мастер Лу, цветы, которые вы подарили Сяо Нину... Сяо Нин так бережно относится к ним. Вы должны позволить ей вернуться в класс, здесь холодно. Тогда мы сможем пообедать вместе в полдень, - со смехом сказал директор Ван.

Нин Цин надула розовые губки. И это было правильно. Кто дарит кому-то цветы и позволяет им нести их, чтобы следовать за ним, чтобы бегать повсюду.

Он, вероятно, никогда раньше не дарил женщине цветов, и у него не было никакого опыта.

- Конечно, вы можете вернуться в класс.- Получив его одобрение, Нин Цин развернулась и убежала прочь.

…

На обратном пути в класс Нин Цин была окружена девочками. - Нин Цин, это карликовые кувшинки у тебя в руках? Может ты позволишь нам взглянуть? Нин Цин крепче сжала цветы в своих объятиях и ответила на ходу: “вы, ребята, можете посмотреть.”

- Ух ты... - хором захохотали девочки. Они хотели смотреть своими руками. Нин Цин хотела, чтобы они смотрели издалека. Есть ли в этом мире девушка более ничтожная, чем она? - Нин Цин, мы так тебе завидуем. Молодой господин Лу слишком добр к тебе. Мы только что чуть не упали в обморок у школьных ворот. Знаете ли вы, что несколько дней назад парень самой красивой девушки на факультете рядом с нами положил море цветов в форме сердца рядом с ее общежитием. Это было так романтично, что я не ожидал, что молодой мастер Лу победит этого человека за секунду. Вы превратились в человека, которому все больше всего завидуют в этой школе.”

Нин Цин подняла голову и очень мило улыбнулась. “Верно, эти другие мальчики слишком ребячливы, их нельзя сравнить с моей Шаоминг.”

“Айо, Нин Цин, что ты имеешь в виду, говоря "мой Шаомин"?’ Будьте честны с нами, как далеко вы зашли с молодым господином Лу?- Девочки использовали свой локоть, чтобы подтолкнуть ее. Нин Цин использовала свою руку, чтобы защитить свои карликовые кувшинки. Она посмотрела вниз; лепестки не падали, и сердце ее было сладко и красиво. Как далеко она зашла с ним? Им следовало бы спросить, чего они еще не сделали.

Молодые девушки, о чем же они знали? Она больше не хотела с ними разговаривать. Нин Цин была в чрезвычайно хорошем настроении, у нее были легкие шаги и она ушла в направлении класса.

В этот момент перед ней один за другим появились два человека. Му Юньфань и Сюй Цзюньси подошли к ней. Нин Цин увидела, как они радостно улыбаются. Она шла впереди Сюй Цзюньси. - Президент Сюй, я получил цветы, которые вы прислали мне вчера. Спасибо, но мне очень жаль,я их выбросила. Потому что у меня аллергия на цветы, конечно, за исключением карликовых кувшинок.”

Услышав ее слова, лицо Сюй Цзюньси стало таким же красным, как помидор. Нин Цин шла рядом с ним и стояла перед му Юньфанем. Она сказала с улыбкой на лице: "му Юньфань, ты сказал, что у тебя есть что сказать мне сегодня утром. Ты можешь сказать это прямо сейчас. После того, как вы говорите, мне нужно пойти сопровождать мой Шаоминг. Он специально приходил в школу, чтобы повидаться со мной.”

Выражение лица МУ Юньфаня потемнело, как свежий асфальт.

Нин Цин посмотрела на них обоих, дуэт не мог даже сказать ни слова. С этим “Хммм!- она оставила дуэт в покое. Она была не из тех людей, которые любят хвастаться или пинать кого-то, пока он лежит, но если она не будет использовать грубые слова, чтобы добраться до них, они продолжат преследовать ее.

Теперь она была госпожой Лу.

- Ай, Нин Цин, иди помедленнее, подожди нас.- Группа девушек последовала за ней, как стая утят. Они следили за каждым ее движением.

…

Послеобеденная трапеза проходила в отдельном номере первоклассного отеля. Нин Цин сидел рядом с Лу Шаомином, директором школы Вангом, директором по образованию и двумя другими профессорами. Даже му Юньфань и Сюй Цзюньси пришли.

“Что ты хочешь выпить?- Спросил ее Лу Шаомин, опустив глаза. Официант налил в бокал белого вина. Сияющие глаза Нин Цин радостно смотрели на него. Она не была застенчивой, и она тихо сказала: “Я хочу пить красную бобовую кашу.”

- Замерзла?- Мужчина нахмурился.

Нин Цин не осмелилась поднять голову, ее белые зубы прикусили нижнюю губу. Она потянула его рукой за рубашку под столом и своими глазами сказала: – Я тебя умоляю.

Лу Шаомин был восприимчив к ее молчаливой мольбе, и ему также нравилось, как она была так застенчива по отношению к нему. Она была совсем как молодая девушка, нежная и слабая. Он опустил брови и посмотрел на сидевшего рядом Чжу жуя. Чжу жуй кивнул и тихим голосом приказал официанту подойти.

Нин Цин сделала несколько глотков Красной фасолиной слякоти, мужчины говорили тихо, и Нин Цин не перебивала их. Это была область мужчин, и ей следовало бы хранить молчание. После завершения их официальных бесед Лу Шаомин посмотрел на Сюй Цзюньси и тихо сказал: “президент Сюй, что касается вопроса о вашем кузене Сюй Лине, я уже признал, что не знаю, почему вы сегодня здесь в школе.”

Нин Цин подумала в своем сердце, что Лу Шаомин был прямолинеен с ним.

Сюй Цзюньси отпил глоток белого вина, нахмурился и сказал прямо: - Потому что в школе есть кое-кто, о ком я беспокоюсь, вот я и решил прийти и посмотреть.”

Нин Цин подумала: "этот человек-не я, это определенно не я!

Лу Шаомин скривил губы в низком смешке. - Президент Сюй, простите меня за столь откровенную речь. Если вы хотите затащить других вниз вместе с вами, вы должны рассмотреть, нуждается ли другая сторона в вашей заботе. Многие люди расстались и больше никогда не смогут быть друзьями. Нет необходимости форсировать события. Даже если вы попытаетесь, вы превратитесь из незнакомца в вредителя. Если вы действительно хотите пожелать им добра, вы можете сделать это от всего сердца, на расстоянии.”

Рука Сюй Цзюньси, лежавшая на бокале с вином, на мгновение замерла. Слова, которые сказал Лу Шаомин, были решающими и по существу. Он думал о чувствах, таившихся в глубине его сердца.

Он был прав, ему хотелось молча пожелать ей всего хорошего, но он не мог себя контролировать. Но он не сдавался. Он хотел быть ближе к Нин Цин.

Но теперь рядом с Лу Шаомом стоял Нин Цин. Она была в полном блаженстве, и все в мире могли это видеть. Она не нуждалась в его заботе. Сюй Цзюньси не произнес ни слова, он опустил голову и залпом выпил вино.

Му Юньфань знал, что Сюй Цзюньси признал свое поражение. Он приоткрыл свои привлекательные глаза и с вызовом посмотрел на Лу Шаомина. - Молодой господин Лу, на этот раз я вернулся сюда ради Цинцина. Причина, по которой я стал инструктором тренажерного зала, была также из-за Цинцина, поэтому, где бы ни был Цинцин, я буду там. Молодой господин Лу не будет возражать против этого права?”

“Конечно.- Лу Шаомин кивнул головой. “У меня нет никакого мнения, но у кого-то есть.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 153:Мужской Бог Профессор, Мы сделаем вид, что не понимаем

“У кого-то есть свое мнение?"Му Юньфань почувствовал, как его сердце упало; у него было плохое предчувствие.

Лу Шаомин улыбнулся и ничего не сказал, и в этот момент раздался мелодичный звонок. У му Юньфаня зазвонил телефон.

Он опустил глаза, чтобы посмотреть на свой телефон, и сказал:- Он быстро вышел из своей комнаты.

…

Му Юньфань вернулся в отдельную комнату через 5 минут. Он выглядел зеленым и сидел на стуле, пристально глядя на Лу Шаомина. - Молодой господин Лу, мне только что звонил отец. Он убеждал меня поскорее вернуться в Сингапур. Может ты знаешь об этом деле?”

Маленькая рука Нин Цин, которая держала палочки для еды, на мгновение замерла. Дядя Му?

Нин Цин искоса взглянула на мужчину, стоявшего рядом с ней. Да, она ничего не могла сделать, если му Юньфань решил досаждать ей. В конце концов, он был ее старшим братом в течение 18 лет. Неужели она действительно может пойти и вызвать полицию?

Этот умный человек, который выглядел спокойным снаружи, на самом деле был злом внутри. Он решил освободить осажденного союзника, напав на Главную базу осаждающих, и поджег задний двор му Юньфаня.

Нин Цин была чрезвычайно тронута в своем сердце. Как она могла не понимать, если Лу Шаомин действительно принял меры, у него были бы методы, чтобы прогнать му Юньфаня и заставить его уйти. Но он этого не сделал, так как знал о ее чувствах.

Он не хотел ее расстраивать.

Он стал ревновать, и он сделал все, поставив ее потребности на первое место. Он изо всех сил старался уменьшить вред, насколько это было возможно.

Как этот человек мог так хорошо обращаться с ней?

Когда Нин Цин почувствовал себя тронутым, Лу Шаомин небрежно сказал: ” У меня была деловая сделка в Сингапуре несколько дней назад. По дороге я также зашел к дяде му. Дядя Му был в восторге, когда услышал обо мне и Цинцин, и даже пожелал нам удачи. У дяди му только один сын, и это молодой мастер му, ты. Он питает огромные надежды и был строг к образованию молодого мастера му. Дядя му велел мне передать молодому мастеру му, чтобы он не тратил ваше время на бесполезные вещи. После того, как вы вернетесь в Сингапур, у дяди му есть много дочерей из богатых семей, из которых вы можете выбрать. Молодой мастер му достиг брачного возраста.”

Му Юньфань крепко сжал пальцы в кулаки, Лу Шаомин, должно быть, рассказал отцу о своем браке с Нин Цин, а его отец был стереотипным бизнесменом. Используя прибыль в качестве прикрытия, он уже сделал звонок, чтобы поторопить его, и даже сказал ему, что прикажет дворецкому приехать и вернуть его в Сингапур.

Лу Шаомин был так жесток.

“Ха-ха, я не думал, что у молодого мастера Лу, президента Сюй и молодого мастера Му были такие хорошие отношения друг с другом. Пойдемте, выпьем немного. Директор Ванг слушал их разговор и ничего не понимал. Он тоже не хотел этого понимать, поэтому поднял бокал, чтобы разрядить обстановку.

Нин Цин увидел, что Лу Шаомин держит бокал белого вина, и выпил его одним глотком. Она все еще в первый раз видела, как он пьет белое вино.

1

Официант подошел, чтобы снова наполнить бокал вином. Нин Цин поспешно потянула его за край рубашки и мягко посоветовала: “не пей так много. Белое вино вредит телу; не напивайтесь.”

Темные глаза Лу Шаомина оглянулись. Он подошел к ней вплотную и мягко сказал: “Расслабься, твой муж не напьется, даже если выпьет тысячу стаканов.”

1

Тысяча стаканов? Он просто хвастался.

Нин Цин использовала свои палочки для еды, чтобы схватить тушеную фрикадельку и положить ее в его миску. - Пейте меньше алкоголя, ешьте больше еды.”

Лу Шаомин слегка нахмурился и ничего не ответил. Он понимал ее приказы, его дорогая жена.

…

Лу Шаомин сопровождал Нин Цин, директора Ван И еще одного профессора, когда они вошли в лифт. Нин Цин прислонилась к стене и встала рядом с Лу Шаомом. Пространство внутри лифта было немного маленьким. Когда она была рядом с этим человеком, то чувствовала его свежий запах на своем теле, а также легкий запах алкоголя.

Нин Цин покраснела. Она украдкой протянула свои маленькие пальчики, цепляясь за его большую ладонь, лежавшую рядом.

В этот момент Лу Шаомин разговаривал с директором Вангом. Он обратил внимание на тонкие действия девушки, а также протянул свою ладонь, чтобы обхватить ее маленькую руку. Он любовно мял ее несколько мгновений, прежде чем соединить свои пальцы с ее.

Рукав его пальто был длинным, и когда он опустился вниз, то прекрасно закрыл обе их руки.

Его ладонь была теплой, и он использовал достаточно силы, чтобы удержать ее руки.

Сердце Нин Цин быстро билось. Перед своим учителем она вела себя так безрассудно, и все потому, что у нее и Лу Шаомина не было шанса встретиться один на один.

Ее мужское божество было рядом с ней, и она испытывала искушение.

Она подняла глаза, чтобы посмотреть в зеркало в лифте, и случайно встретилась с его темными, испытующими глазами. Он мягко посмотрел на нее, и Нин Цин быстро перевела свой пристальный взгляд на что-то другое.

Ему не позволено было искушать ее.

Она действительно не сможет контролировать себя.

В этот момент профессор сказал: "Молодой Мастер Лу, я слышал, что вы были ученым от кого-то на экономическом факультете. Вы дебютировали в своей собственной компании Guang Qing в Лос-Анджелесе, Америка, когда вам было всего 16 лет. Сегодня во второй половине дня у нас будет большая лекция по экономике. Есть ли у молодого мастера Лу время вести этих студентов и читать им лекции?”

- Лекция будет?

Нин Цин моргнула и посмотрела на Лу Шаомина.

Лу Шаомин взглянул на девушку, и она, вероятно, подумала, что это была интересная вещь. Ее глаза блестели и были полны восхищения, когда она смотрела на него, и она молча ждала.

Лу Шаомин улыбнулся и кивнул головой. “Я с радостью приму ваше приглашение.”

…

Во второй половине дня Лу Шаомин провел большую лекцию об экономике в лекционном зале. Лекционный зал был битком набит, и студенты, которые не смогли получить места, были прижаты к окнам, пытаясь заглянуть внутрь.

Инь Шуйлин сидел рядом с Нин Цин. Она увидела, что прелестное личико Нин Цин покраснело, и протянула руку, чтобы подтолкнуть ее. - Нин Цин, перестань смотреть. Этот бог-мужчина, профессор, стоящий на кафедре лектора, - ваш, и никто не отнимает его у вас. Если вы будете смотреть дальше, то у вас потечет слюна.”

Длинные ресницы Нин Цин, которые были такими же длинными, как крылья бабочки, застенчиво затрепетали, и она надула свои розовые губы, говоря взволнованным тоном: ” когда я смотрела на него? Я слушал его лекцию.”

Несмотря на то, что она только что сказала, Нин Цин не могла не украдкой взглянуть на него.

Лу Шаомин снял пальто, и на нем была бежевая рубашка, сочетающаяся с черными брюками. Он выглядел завораживающим и красивым, и его две большие руки были положены на подставку. Его пальцы были длинными и четкими,и он выглядел зрелым.

Его голос был очарователен, и Эхо разнеслось по всем четырем углам лекционного зала. Его голос звучал как сексуальное любовное заклинание. Нин Цин не понимала, что он говорит. Она была глупа, когда речь заходила о математике, но его ученая и элегантная внешность делала его привлекательным, и он выглядел как настоящий лектор, чистый и исключительный.

В лекционном зале было очень тихо. Все девочки обхватили свои лица обеими руками, выглядя пораженными, мальчики слушали и были очарованы, и они были впечатлены его огромными знаниями.

Каждый раз, когда Нин Цин смотрела на него, ее сердце снова начинало бешено биться. У нее были мысли молодой девушки, она была загипнотизирована его впечатляющими знаниями.

- Нин Цин, ты никогда не интересовалась математикой и экономикой. Кого вы обманываете, говоря, что слушали его лекцию? Посмотри на эти маленькие выражения в твоих глазах. Ты ненавидишь, что не можешь прямо сейчас подойти и наброситься на него.”

Ее собственные мысли были просто произнесены вслух кем-то другим. Нин Цин тут же смущенно обернулась: “Шуйлин, не говори ерунды. Я, мы ... …”

Инь Шуйлин дразня толкнул ее локоть и сказал: "А как насчет вас двоих? Вы так долго были мужем и женой. Посмотри, какой ты все еще застенчивый.”

- Айо, это же Китай. Сюйлин, если ты продолжишь шутить со мной, я больше не буду тебя беспокоить.- Нин Цин была застенчива, и она хотела найти нору, чтобы зарыться в нее.

Инь Шуйлин оставался в Соединенном Королевстве в течение 3 лет. Ее образ мыслей стал более либеральным, но Нин Цин все еще была честной маленькой девочкой; она была застенчивой, когда кто-то смеялся над ней.

“ТСК, ТСК.. Инь Шуйлин покачала головой в сторону Нин Цин и продолжила: “я начинаю беспокоиться, видя, насколько ты застенчива. Так как молодой мастер Лу любит именно так, приручая маленькую белую овечку. Мужчины все любят делать такие вещи.”

Нин Цин: “…”

В этот момент Лу Шаомин, сидевший на кафедре лектора, написал формулу на черной доске и попросил одного из студентов ответить.

- Мужской Бог профессор, я знаю, как это сделать.- Все студенты подняли руки.

Лу Шаомин посмотрел на огромное количество поднятых рук: “как насчет этого, я позвоню по вашему студенческому номеру. Кто бы я ни позвал, человек встанет, чтобы ответить, хорошо?”

“Окей.- Студенты согласились.

- Номер 28."Лу Шаомин сказал номер случайно.

Номер 28?

Нин Цин почувствовала короткое замыкание в своей маленькой головке. Этот студенческий номер казался очень знакомым.

В этот момент все ученики осматривали комнату. Все взволнованно воскликнули: "Нин Цин, ваш профессор Лу просит вас ответить на этот вопрос.”

Лу Шаомин посмотрел на девушку. Он уже заметил ее. Она не слушала внимательно в классе, а постоянно обменивалась секретами с Инь Шуйлинем.

В этот момент она была словно в тумане и определенно не знала ответа.

Девушка встала, и ее прекрасные влажные глаза печально смотрели на него, как будто она винила его за то, что он выбрал номер 28.

- Нин Цин, твой профессор Лу ждет от тебя ответа на этот вопрос. Знаете ли вы ответ на эту формулу?”

“Совершенно верно, Нин Цин. Профессор Лу ответил на этот вопрос в самом начале. Ты же его не послушал. А на что ты смотрела?

Инь Шуйлин привела с собой других учеников, чтобы подразнить ее.

Нин Цин прикусила свою гибкую нижнюю губу. О, она больше не хотела жить.

- Ладно, раз она не может ответить, тогда забудь об этом. Садитесь.- Лу Шаомин заметил неловкое выражение лица девушки и помог ей выбраться из затруднительного положения.

- Господин Бог Профессор, вы не можете быть таким, наш профессор Донг накажет любого, кто не сможет ответить на вопрос, заставив его стереть классную доску. Ты сейчас прикрываешь свою девушку. Это несправедливо. Это несправедливо!”

Студенты не хотели пропустить хорошее шоу, и весь лекционный зал превратился в хаос.

Лу Шаомин скривил губы и хотел исполнить желание толпы. У него не было другого выбора, кроме как сказать Нин Цин: “Нин Цин, тогда ты выйдешь вперед и протрешь черную доску.”

Маленькое личико Нин Цин мгновенно покраснело. Она сделала несколько шагов вперед и направилась к кафедре оратора под пристальными взглядами сотен других студентов.

Она поднялась на трибуну, и Лу Шаомин передал ей тряпку. Нин Цин не осмелилась поднять голову, чтобы посмотреть на него, и повернулась, чтобы вытереть классную доску.

В середине протирания доски, она услышала голос Инь Шуйлин смеющийся в воздухе. - Господин Бог профессор, позвольте мне задать вам один вопрос. Знаете ли вы ситуацию, когда 1+1 будет равно 3?”

Нин Цин чуть не задохнулась. Это самая грязная шутка, которую Шуйлин рассказывал ей, когда они были молоды, и Шуй Лин фактически говорил это сейчас.

Она не слышала голоса Лу Шаомина, а слышала только, как студенты еще громче смеются. Инь Шуйлин продолжал говорить “ " мужской Бог профессор, Нин Цин знает ответ, вы можете попросить ее сказать вам ответ Сегодня вечером.”

Нин Цин: “…”

В этот жалкий момент Нин Цин поняла, что это был не самый неловкий момент в ее жизни, но он стал еще более неловким. Ей захотелось вытереть доску и вернуться на свое место. Она усердно работала, чтобы стереть меловые слова на доске на цыпочках, но Нин Цин была недостаточно высокой.

Этот человек был около 5 футов 11 дюймов ростом, и он писал мелом буквы так высоко.

Она изо всех сил старалась приподнять свою маленькую головку, но могла видеть только нижнюю часть его сильных и харизматичных слов.

Что же ей теперь делать?

Добрый студент отправился спасать ее. - Профессор Лу, послушайте. Нин Цин не может добраться до черной доски, почему бы вам не помочь ей?”

Через секунду, две, три высокий красивый мужчина обнял ее сзади. Огромные красивые руки мужчины обхватили ее маленькую ладонь и высоко подняли ее, вытирая черную доску.

Нин Цин подняла глаза. Все, что она могла видеть в своем поле зрения, были закатанные рукава его белой рубашки. На запястье у него были роскошные часы, и он выглядел холодным и завораживающим.

- Посмотри в сторону, - сказал он.

Нин Цин не знала почему, но она послушно повернула голову в сторону. Рука мужчины шевельнулась, и белая меловая пыль поплыла вниз, не падая ей на лицо.

Ноги Нин Цин подкосились, и она упала на землю. Ее чувства уже были измучены его джентльменским и нежным поведением.

Но ее тонкая талия была быстро схвачена мускулистой рукой “ " Что случилось?- Он притянул ее к своей сильной и красивой груди.

Ее чувства мгновенно наполнились запахом мужчины, и студенты возбужденно закричали: —

- Мужской Бог профессор, отпустите девушку быстро, дайте мне сделать это!”

- Мужской Бог Профессор, Мы сделаем вид, что не понимаем, что происходит!”

- Господин Бог Профессор, Мы получили сладости, которые Вы нам дали. Наши сердца сейчас невероятно сладкие.”..

…

После лекции Лу Шаомин вернулся в свой кабинет. Мужчина был занят работой, а Чжу жуй остался и привел ее обратно на виллу.

Вернувшись на виллу, Нин Цин зашла на кухню. Она покраснела и сказала тете Ян: "тетя Ян, я дам тебе выходной на одну ночь. Я сама приготовлю ужин.”

Тетя Ян посмотрела на нерешительный взгляд Нин Цин, и она выглядела восхитительно. Она была особенно довольна, когда сказала: “Конечно, я буду слушать приказы мадам. Тетя Янг все понимает. Вы двое хотите провести некоторое время наедине. Я оставлю тебя с этим.”

Нин Цин была чрезвычайно смущена, когда она отправила тетю Ян из главных дверей виллы, и только тогда она осмелилась поднять свое лицо.

Она взбежала по лестнице и вошла в спальню. Она достала одежду, которую Инь Шуйлин сунула ей в руки после уроков; это была школьная форма.

Хотя ей было всего 20 сейчас и она тоже студентка, надевать школьную форму было нормально, но надевать ее специально дома после школы было...немного…

Она также не знала, что подумает об этом мужчина.

Слова инь Шуйлин звенели у нее в ушах. "Нин Цин, ты определенно будешь милой и романтичной с профессором мужского Бога сегодня вечером. Переоденьтесь в новый комплект одежды и проявите инициативу, мужской Бог профессор определенно хотел бы этого.”

Понравится ли ему это?

Нин Цин прикрыла лицо своей маленькой рукой. Забудь это. Поскольку сегодня он вел себя хорошо, она должна была дать ему что-то взамен. Она просто наденет его.

…

Лу Шаомин вернулся на виллу. В гостиной горел свет. Ни тетя Ян, ни Нин Цин не вышли, и он пошел наверх. - Нин Цин.”

- Хм, я уже здесь.- Нин Цин ответила ему из спальни.

Он услышал ее шаги в спальне. Лу Шаомин с облегчением открыл дверь кабинета и вошел. Он снял пальто и, взяв в руки тонкий Блокнот, положил его на стол.

Дома был ноутбук; это был его рабочий блокнот. Сегодня он пошел в школу, и ему все еще нужно было решить некоторые рабочие вопросы.

В руках у него был стакан с водой, и он выпил полный рот воды. Его высокая стройная фигура стояла рядом с рабочим столом, и он включил компьютер.

В этот момент он услышал, как кто-то постучал. Тук-тук.

“Войти.- Он посмотрел в сторону двери.

Дверь кабинета была распахнута настежь, и девушка держала в руках несколько книг. Она была кроткой и испуганной, и стояла у двери элегантно.

Глаза Лу Шаомина затряслись, и все его тело застыло.

Девушка была одета в бежевую рубашку, а на ее воротнике красовался симпатичный голубой бантик-бабочка. Она сочетала его с красной клетчатой короткой юбкой;это был взгляд студентки университета.

Ее роскошные черные локоны были небрежно заплетены в низкую косу, и пряди волос свисали на ее маленькие плечи. Ноги у нее были длинные и прямые. На ногах у нее были розовые тапочки, и выглядела она очень молодо и по-девичьи.

Лу Шаомин всегда знал, что она молода, но он не думал, что она так молода.

Хотя они были так далеко друг от друга, Нин Цин чувствовала, как горячий взгляд мужчины изучает ее тело. Она прикусила губу и сказала дерзко: “Шаоминг, я пытаюсь сделать тест, но есть несколько вопросов, к которым я не знаю, как подойти. Вы можете провести меня через них?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 154:Моя Собственная Жена Все Еще Лучшая

Выражение лица Лу Шаомина было очень мрачным. Что же касается ее появления, то он уже знал половину причины. - Входите же.- Нин Цин подошла к нему поближе.

Лу Шаомин положил свой блокнот в угол письменного стола и придвинул стул, чтобы она могла на него сесть. - Откройте задание, я посмотрю, что вы делаете и чего не знаете.”

“Окей.- Нин Цин открыла задание, это было задание по экономике. Она была не в состоянии ответить на вопросы, вопросы на бумаге остались без ответа.

Лу Шаомин просмотрел газету, положив обе руки в карманы. Стоя рядом с ней, он был чрезвычайно серьезен и строг, когда сказал: “Сначала вы сами закончите его. Если есть какие-то вопросы, в которых вы не уверены, тогда приходите и спросите меня.- Лицо Нин Цин побагровело. Она пришла не с честными намерениями, а он вел себя как профессиональный лектор. Она не знала, что ответить.

Нин Цин взяла ручку и начала отвечать на вопросы.

Первый вопрос о множественном выборе уже поставил ее в тупик. A, B, C или D; она не знала, что выбрать среди этих четырех вариантов. Пока она размышляла, большая ладонь накрыла ее мягкую спину. - Сядь поудобнее и расправь спину, - раздался в воздухе низкий голос мужчины.”

В этом не было никакого скрытого смысла. Он быстро отдернул руку. Нин Цин почувствовала себя так, словно ее ударили током. Хотя их разделяла тонкая одежда, прикосновение его руки делало ее кости мягкими. Она тут же села, выпрямив спину.

После нескольких молчаливых секунд, Нин Цин, наконец, мягко сказал: "Это, Шаомин, я не знаю, как это сделать. Вы можете мне помочь с этим?”

“Это только первый вопрос, а ты уже не знаешь, как на него ответить? Может быть, вы попросите меня помочь вам завершить всю экзаменационную работу? Могу ли я занять ваше место на экзаменах и помочь вам с экзаменом?”

- Нин Цин смягчила свой тон. Ее ресницы с крыльями бабочки красиво трепетали. “Тогда что же мне делать, Шаомин? Если вы не поможете мне с этим, я не смогу закончить эту статью. Мама сказала, что если я не закончу домашнее задание, то не смогу лечь спать. А сегодня вечером ... - Лу Шаомин сглотнул слюну и шагнул вперед. Он использовал офисный стол как опору. Два его пальца сжали ее маленький подбородок, и он наклонился, чтобы спросить: “тогда сегодня вечером ты не сможешь пойти со мной в постель?”

Нин Цин кивнула, и вид у нее был жалкий. “Вот именно, я хороший ребенок. Я хорошо прислушиваюсь к словам своей матери. Как насчет этого Шаоминга; вы можете помочь мне закончить эту статью? Сегодня вечером тетя Янг в отпуске. Если ты поможешь мне закончить мою работу, я буду готовить для тебя, хорошо? Последние несколько ночей я уже думал о том, чтобы приготовить тебе ужин.”

- Хорошо, - Лу Шаомин приблизился к ней и осторожно подтолкнул ее маленький нос. Кожа у нее была здоровая и пухлая. Ее лицо было полно чистого коллагена, белого, как тонкий фарфор. “Поцеловать меня. Тогда я и подумаю об этом.- Нин Цин почувствовала, как сладость растекается по ее сердцу. Она обхватила ладонями его красивое лицо и громко поцеловала в тонкие губы.

- Этого достаточно, чтобы ответить только на один вопрос.”

Нин Цин снова обхватила его лицо ладонями и повела вперед, прослеживая линии его сексуальных губ. Она целовала его снова и снова. - И этого достаточно?”

“Этого достаточно только для половины вопросов.”

Маленькое личико Нин Цин напоминало нежный лепесток цветка. Она закрыла глаза и крепко поцеловала его.

Лу Шаомин отпустил ее подбородок. Эти двое не имели никакого телесного контакта, и он наклонился, чтобы поцеловать ее с хмурым видом. Нин Цин подняла голову, чтобы слабо принять его. Этот вид поцелуя в воздухе был более привлекательным, чем любой другой, потому что не было никакого контакта, который вызывал большее отчаяние, чтобы прикоснуться.

Наконец Нин Цин не выдержала и наклонила голову, чтобы избежать встречи с ним. Его поцелуй пришелся ей на шею, и он перестал целовать ее. Они оба молча наслаждались этой близостью.

“Что случилось?- В его мягком голосе звучала теплота джентльмена.

- Хорошо, я приготовлю ужин, а ты закончи свои вопросы.” Лучше было сначала сделать главное событие, если нет, то им было трудно разделиться.

Нин Цин была на кухне и готовила ужин. Все ингредиенты были приготовлены тетей Янг. Она включила плиту и начала готовить.

Когда она готовила, ее тонкая талия была подхвачена мускулистой рукой. Все ее существо было заключено в объятия этого человека. Лу Шаомин наклонился к ее уху и спросил: "Что мы будем есть сегодня вечером?”

Нин Цин своей бледной рукой зажала кусочек помидора и поднесла его к его губам. - Сегодня вечером мы едим рис, поданный на железной тарелке. Одна чаша для каждого человека. Это мое самое лучшее блюдо.”

Лу Шаомин открыл рот, чтобы съесть помидор, который она положила рядом с его губами. - Рис подают на железной тарелке? Что это за рис на железной тарелке?”

“Я ем тот, что с фаршем и баклажанами. Вы едите тот, что со свиным брюшком; у мужчин должно быть больше мяса.”

Лу Шаомин крепко обняла ее за талию и поддразнила: "женушка, в какой части моего тела ты хочешь, чтобы я набрала вес? Скажи это, чтобы я услышала.”

У него была фигура модели. Когда он был одет, то выглядел стройным. Когда он снял свою одежду, у него были мускулы. С четко очерченной сильной талией и длинными ногами, которым все завидовали, у него была идеальная фигура.

У него не было никаких причин набирать вес.

Нин Цин похлопала рукой по своей талии и сладко сказала: “Шаомин, ты меняешь свои методы, чтобы услышать, как я хвалю тебя? Вы так поверхностны. Кроме того, вы закончили с вопросами? Прошло всего 10 минут.”

“Я закончил. Вы знаете, кто ваш муж? Эти вопросы не могут поставить в тупик меня, и могут поставить в тупик только тебя, маленькая дурочка."Прочитайте дополнительную главу о vipnovel.com

Нин Цин решила не опускаться до его уровня.

- Шаоминг, почему ты сегодня пришла в мою школу?”

“Я боялся, что если не поеду, то мою маленькую женушку похитит кто-нибудь другой.- Как только Нин Цин услышала его слова, она рассердилась.

- Му Юньфань и Сюй Цзюньси оба чем-то заняты. Они безжалостно идут за мной. Это так раздражает. ”

- Сюй Цзюньси слишком поздно понял твою ценность. Теперь он сожалеет об этом. Он снова хочет ухаживать за тобой. Му Юньфань всегда любил тебя, и он хотел заполучить тебя. Они оба не сумасшедшие; они точно целятся в вас. Маленькая женушка, я вижу, что у тебя много поклонников. Вы оставили огромный беспорядок для вашего мужа, чтобы решить.”

Нин Цин искоса взглянула на него и поцеловала в щеку. - Она счастливо рассмеялась.- Шаоминг, небеса подарили тебе жену, которую все любят. Вы должны отказаться от некоторых вещей, чтобы наслаждаться тем, что вы получили. Поэтому вам не позволено говорить, что вы устали.- Лу Шаомин ущипнула ее за мягкую щеку, - ты хвалишь себя вот так. Разве ты все еще не хочешь держаться за чье-то лицо?”

Она следовала его примеру.

Всего лишь мгновение назад кто-то похвалил его знания.

- Шаоминг, а что за флориография скрывалась за карликовыми кувшинками? Скажи мне, я действительно хочу знать.”

Лу Шаомин поцеловал ее в шею и медленно сказал: “пурпурные лепестки обволакивают золотой пестик: я протягиваю тебе самую нежную часть своего сердца, чтобы ты спокойно спала. Она представляет собой вечную любовь моего сердца, любовь, которая вечна, длится всю жизнь.”

Нин Цин скривила губы в сладкой улыбке. О, он говорил ей, что она была любовницей, которую он вложил в самую слабую часть своего сердца. Оказывается, он мог быть таким милым, без всяких забот на свете.

Нет, она не могла позволить ему продолжать в том же духе.

Нин Цин выключила пламя. - Муженек, давай поужинаем вместе.”

После дневного хаоса Нин Цин, которая готовилась к миске и палочкам для еды, подняли на плечо мужчины, и он вывел ее из кухни. - Муженек, что ты делаешь? Быстро поставь меня на землю.- Нин Цин застенчиво ударила его кулаком в плечо, поскольку ее ноги все еще дико брыкались в воздухе.

На сцене он был ученым и элегантным лектором, но на самом деле он был зверем.

Он сказал это более сжато.

Нин Цин закрыла глаза. Его рука расстегивала пуговицы на ее рубашке. В ее голове мелькнула сцена: он брал мел, чтобы написать что-то на доске. Он держал его правильно, как ручку, показывая свое аристократическое семейное воспитание.

Она не думала, что эти его руки будут вот так использоваться на ее теле.

Нин Цин проснулась в 5 утра, потому что мужчина рядом с ней встал с кровати. Хотя его движения были мягкими, он все же разбудил ее. Она услышала, как в ванной плещется вода. Он принимал ванну и, вероятно, собирался в офис. Нин Цин больше не чувствовала усталости. Она медленно поднялась с кровати. Это была не спальня, а большая кровать в кабинете. Было уже около полуночи, когда они легли спать. В то время она была совершенно измотана. Этот сильный мужчина тоже немного устал и обнял ее, чтобы она уснула здесь.

Его белая рубашка лежала на комоде у кровати. Нин Цин взяла его и надела. Надев розовые тапочки, она не стала заходить в ванную комнату, а открыла дверь и вошла в кабинет.

В кабинете горела желтая лампа. Он был включен все это время. На полу был беспорядок, а ее школьная форма была разбросана на куски вместе с экзаменационной бумагой. Она наклонилась, чтобы поднять его.

Она давным-давно свернула эту бумагу в комок. Прошлой ночью, когда она была в тумане, она схватилась за что-то. - Она схватилась за бумагу. Эта бумага была просто находкой. Она крепко сжала его в руках. На листке было написано его имя и почерк. Он был сильным и уверенным. Он написал ответы рядом с листом бумаги. Нин Цин была расстроена; она больше не могла использовать эту бумагу. Когда она вернулась в школу, ей пришлось переписать его на новый лист бумаги и переписать его ответы на него.

В этот момент ее талию обхватила мускулистая рука. Лу Шаомин был позади нее. Она не знала, когда он пришел, и он крепко обнял ее. “Почему бы тебе не поспать еще немного? Вы так скромно одеты. А ты не боишься простудиться?- Нин Цин оглянулась назад, похлопала его по широким плечам и сказала застенчиво: - я бы хотела носить больше одежды, но вся моя одежда валяется на полу.”

Зная, что она все еще винит его, Лу Шаомин протянул руку, чтобы коснуться ее маленького лица. Он поцеловал ее в губы с закрытыми глазами. - Прости, женушка, я вчера вечером потерял контроль.- Ее вчерашнее поведение промелькнуло у него в голове. Ее яркие красивые глаза скрывали неминуемые слезы. Она смотрела на него застенчиво, как загнанный зверь, жалобно и печально. Их губы снова слегка соприкоснулись. Они не поцеловались, но это теплое и дружеское прикосновение заставило Нин Цин онеметь. Ее сердце мгновенно стало как замазка. Она надула свои розовые губы, чтобы сказать застенчиво: "на самом деле, я не очень виню тебя, вчера вечером... только если тебе нравится…”

“Ха.- Лу Шаомин ткнула ее в маленький носик, легонько рассмеялась и громко поцеловала, словно подбадривая. “Моя жена все еще самая лучшая”

Нин Цин повернулась и вошла в его широкие объятия.

- Шаоминг, ты идешь в офис? Сейчас только 5 утра. Вы проспали меньше 5 часов, разве вы не устали?"Лу Шаомин коснулся ее волос и сказал:" Не устала. Я не сплю, даже если жена выжала меня досуха.”

- Бе, что ты такое говоришь?- Нин Цин тут же зажала ему рот рукой и застенчиво топнула ногой. “Ты не выжал меня досуха,я был ... замучен тобой до смерти.…”

Лу Шаомин поцеловал ее бледный живот, поднял на руки и отнес в ванную комнату. - Ладно, в будущем я буду держать себя в руках, чтобы мы могли состариться вместе. Так как женушка проснулась, мне нужно будет доставить ей неудобства, чтобы помочь мне побрить усы.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 155:Президент, Мадам Была Похищена

Лу Шаомин сидел на длинной скамье в туалете, а Нин Цин встала на цыпочки, чтобы помочь ему побрить усы.

Это был первый раз, когда Нин Цин помогала мужчине побриться. Она намазала его кремом для бритья, намылила немного белой пены и маленькой рукой взяла бритву, чтобы помочь ему побрить усы.

Ее маленькая и нежная рука приподняла его сильную челюсть и повернула его лицо в сторону. Ей потребовалось много времени, чтобы начать, и ее руки дрожали.

“Что ты там делаешь? Не трать время зря.- Лу Шаомин похлопал ее по маленькой попке, чтобы поторопить.

“Я немного боюсь, не пролью ли кровь?”

- Ты не сделаешь этого случайно.- Лу Шаомин взял ее за маленькую ручку и легонько заставил побриться.

Его острый подбородок коснулся лезвия, и холодная твердая текстура была ясно послана в маленькую ладонь Нин Цин. Нин Цин почувствовала, что ее маленькое личико покраснело без всякой причины, и она прикусила губу, следуя его инструкциям, чтобы помочь ему побрить усы серьезно.

На самом деле он с небольшой щетиной был еще более завораживающим.

- Нин Цин, я сегодня уезжаю в командировку. Я вернусь завтра же. Если му Юньфань последует за дворецким, чтобы вернуться в Сингапур, то все дела, связанные с ним, будут закончены. Если он не хочет возвращаться назад…”

Нин Цин продолжил свои слова и сказал: “Если он не хочет возвращаться, тогда ты спровоцируешь его, как это было вчера. Он определенно воспользуется возможностью вашего отсутствия, чтобы принять меры против меня.”

Пока она говорила, Нин Цин наклонилась к ушам Лу Шаомина и что-то прошептала.

Глубокие и темные глаза Лу Шаомина горели горячим огнем. Он протянул руку, чтобы обнять ее и поцеловать. - Моя маленькая женушка такая умная.”

Нин Цин быстро оттолкнула его и сказала: "Сядь как следует. Не закрывай мое лицо пузырьками от твоего лица.- Нин Цин подняла бритву, которую держала в руках. “У меня действительно есть оружие в руках.”

1

Маленькое личико девушки было чистым и привлекательным. Ее темные блестящие волосы свисали на грудь, когда она наклонилась, и было несколько прядей за воротником ее рубашки. Они прилипли к ее изысканной ключице. Это было привлекательно и красиво.

Лу Шаомин почувствовал, как его сердце смягчилось. Он протянул свою большую руку, чтобы коснуться ее лица. Янтарные огни подчеркивали ее прекрасные черты, и там ее мягкий, тонкий слой волос был прозрачным и ярким.

"Нин Цин, если бы я действительно сражался с Му Юньфань, ты бы расстроилась?”

“Если он не остановится на том, что замышляет, то мы должны пресечь эту проблему в зародыше. Мы будем бить, когда железо нагреется. Вот как это происходит между нами сейчас.- Пока она говорила, Нин Цин подняла свой пристальный взгляд, и ее глаза сверкали, как яркая звезда в ночном небе, мерцая все же нежно. “Есть только одна вещь, Шаомин. Пожалуйста, постарайтесь максимально ограничить нанесенный ущерб.”

Постарайтесь не навредить му Юньфань.

В конце концов, когда-то он был ее старшим братом Юньфань.

Лу Шаомин притянул Нин Цин в свои объятия и кивнул. “Окей.- Он согласился.

- Хм, спасибо тебе, муженек.- Нин Цин закончила брить ему усы, и она использовала горячее полотенце, чтобы помочь ему вытереть лицо. Затем она подошла и поцеловала его красивое лицо.

Лу Шаомин обнял ее за талию и поправил ее позу, его большая рука прошла сквозь ее ниспадающие локоны, он обнял ее за затылок и поцеловал.

“Да, Лу Шаомин, перестань меня целовать. Вы должны пойти в офис.- Нин Цин быстро толкнула его в грудь своими маленькими ручками, не позволяя поцеловать себя.

…

Нин Цин пошел в школу, и на этот раз в школе было тихо и спокойно. Ни му Юньфань, ни Сюй Цзюньси не появились.

Нин Цин была умиротворенной и счастливой, но она вдруг подумала о Линь Сюэмэе. Она не связывалась с ней уже несколько дней, и Нин Цин не знала, как у нее дела сейчас.

Нин Цин достала телефон, чтобы позвонить, но Линь Сюэмэй не взяла трубку. Она побежала в класс, чтобы найти ее, но ее одноклассник сказал ей, что линь Сюэмэй недавно околачивался в барах, и она уже много дней не приходила в школу.

Нин Цин была обеспокоена. Она попрощалась со школой и взяла такси, чтобы поехать в бар.

Добравшись туда, она обнаружила Линь Сюэмэя сидящим в баре. Нин Цин подбежала к ней и похлопала по плечу. - Сюэмэй, Сюэмэй, что с тобой такое? - Ты что, пьян?”

Линь Сюэмэй был очень пьян. Она оттолкнула маленькую ручку Нин Цин и сказала с пьяным невнятным бормотанием: "Кто ты? Заблудиться. Мне не нужно, чтобы ты заботился обо мне.”

"Сюэмэй, ты пьян. Я отвезу тебя домой.- Нин Цин помогла Линь Сюэмэй подняться и вывела ее из дверей бара.

Они вдвоем сели в такси, и линь Сюэмэй пробормотала про себя: "Почему, почему му Юньфань хотел обмануть меня? Неужели я ему не нравлюсь? Это был мой первый раз. Я отдала ему свой первый раз.”

Нин Цин почувствовала себя неловко. Хотя му Юньфань играл с чувствами Линь Сюэмэя, она была одной из причин этого, и можно было считать, что она навредила Линь Сюэмэю, попав в это затруднительное положение.

Поскольку Линь Сюэмэй был ее другом, му Юньфань выбрал ее, чтобы завершить свои мотивы.

- Сюэмэй, все будет хорошо. Все будет хорошо.”

…

Они вдвоем отправились в квартиру Линь Сюэмэй, где она жила одна. Нин Цин положила Линь Сюэмэя на кровать,а сама пошла на кухню варить суп, чтобы протрезветь Сюэмэя. Но когда она вошла в гостиную, то почувствовала легкий аромат духов. Она инстинктивно почувствовала, что что-то не так, и протянула руку, чтобы прикрыть рот и нос, но было уже слишком поздно. Ее глаза потемнели, и она упала в обморок на пол.

Когда ее глаза закрылись, она увидела, что дверь туалета открылась, и в поле ее зрения появилась пара черных кожаных туфель ручной работы.

Это был мужчина.

…

Чувства Нин Цин пришли в оцепенение. Она почувствовала, как кто-то осторожно поддерживает ее в темноте, и этот человек положил ее на диван. - Цинцин... Цинцин... - она не знала, кто ее зовет. Она не могла вымолвить ни слова. Она почувствовала, как черная тень приближается к ней; кто-то целовал ее.

Она отчаянно сопротивлялась. Она повернула лицо вбок, чтобы пригнуться, и слезы потекли из ее глаз.

Шаоминг.

Лу Шаомин.

…

- Нин Цин, Нин Цин.- Кто-то мягко ударил по маленькому личику Нин Цин, она открыла глаза в тумане, и перед ее глазами было красивое лицо. Она была очень хорошо знакома с этим голосом; Это был Лу Шаомин.

Лу Шаомин помогла ей сесть, Нин Цин коснулась ее лба, а затем быстро проверила одежду.

- Нин Цин, все в порядке. Все идет по плану. Я вовремя привел сюда людей.- Утешил ее Лу Шаомин.

И только тогда Нин Цин почувствовала облегчение. За дверью этого небольшого кондоминиума стояли 4 телохранителя. Присутствовали и Лу Шаомин, и Чжу жуй.

Нин Цин подумала о паре черных кожаных туфель и нервно спросила: “Кто заставил меня упасть в обморок?”

Лу Шаомин не ответил, и раздался знакомый голос. - Нин Цин, что именно происходит?”

Нин Цин оглянулась. Она была ошеломлена; это оказался...Сюй Цзюньси.

Сюй Цзюньси стоял в гостиной.

Сюй Цзюньси ошеломленно пожала плечами и сказала: “я действительно ехала по дороге и случайно увидела, как ты помог девушке выйти из бара, а затем сел в такси. Я беспокоилась о тебе, поэтому последовала за тобой сюда. Я увидел, что дверь кондоминиума открыта, и вошел в гостиную. А потом я увидел, что ты лежишь на диване один. Я пошел вперед, чтобы позвать вас, и в этот момент молодой господин Лу привел своих людей и вошел.”

Лу Шаомин кивнул головой и сказал: “именно это и произошло. Когда я вошел, президент Сюй окликнул вас.”

- Молодой господин Лу, Нин Цин, что все это значит? Я видел, что вы все пришли подготовленными, что вы двое замышляете сделать?”

Нин Цин медленно встал и пошел впереди Сюй Цзюньси. Она сказала: "в последнее время му Юньфань имеет много намерений по отношению ко мне, и сегодня его дворецкий сопровождает его обратно в Сингапур. Я боялся, что он предпримет какие-то действия, и попросил Шаомина намеренно отправиться в командировку, чтобы всех одурачить. Затем мы будем ждать, когда он начнет действовать. Сегодня я связался с Линь Сюэмэй, и, как я и ожидал, когда я вошел в гостиную ее дома, у меня был запах аромата, и я упал в обморок. Шаоминг бросилась вперед, чтобы поймать этого человека. Я думал, что это будет му Юньфань, но я не думал, что это будешь ты, президент Сюй.”

Сюй Цзюньси сделал шаг назад и сказал: “я уже объяснил, что произошло только что. Нин Цин, я невиновен.”

Нин Цин посмотрел на Сюй Цзюньси, который выглядел паникующим, но искренним. Она повернула голову, чтобы спросить Лу Шаомина о его мыслях.

Лу Шаомин оглянулся, а Чжу жуй пошел вперед и сказал: “Президент, мы только что получили Новости. Му Юньфань уже на пути в аэропорт со своим дворецким.”

Так му Юньфань был готов прекратить свои выходки?

Тогда что же происходит с Сюй Цзюньси?

Он действительно наложил на нее заклятие и хотел ею воспользоваться?

На самом деле Нин Цин понимала личность му Юньфаня. Она уже знала, что Му Юньфань определенно примет меры сегодня, и они с Лу Шаомин работали вместе, чтобы разоблачить его трюки, но они не ожидали поймать Сюй Цзюньси вместо этого.

Сюй Цзюньси заинтересовался ею. Неужели он тоже хочет воспользоваться ее слабостью?

На мгновение Нин Цин заподозрила каждого человека вокруг себя.

- Нин Цин.- Лу Шаомин вышла вперед и обхватила маленькое плечо Нин Цин, чтобы поддержать ее. Он будет доверять ее суждениям.

- Нин Цин, ты должна доверять мне, я не причиню тебе вреда. Я только хочу, чтобы ты была счастлива. После того, что случилось вчера, я уже планировал держаться подальше от тебя и молча желать тебе добра. Это все просто совпадение.- Сюй Цзюньси сам все объяснил.

Нин Цин посмотрел на пару черных кожаных туфель ручной работы, которые были на нем, и промолчал.

- Нин Цин, все в порядке. Не думай больше ни о чем. Давай уйдем отсюда.”

“Окей.- Нин Цин коснулась своего лба. Это было немного больно. Сила этого вещества была очень сильной, и ее лицо было немного бледным. - Позволь мне сходить в туалет и умыться.”

- Конечно, позвольте мне проводить вас туда.”

Лу Шаомин прислонилась к двери и посмотрела, как Нин Цин моет лицо над раковиной. В этот момент Чжу жуй вышел вперед и сказал: "Президент, есть звонок от президента CT.”

Лу Шаомин взял телефон в руки и озабоченно посмотрел на Нин Цин. Нин Цин мягко улыбнулась и сказала: “Все в порядке, Шаомин. А еще мне нужно сходить в туалет. Вам не разрешается подглядывать.”

Нин Цин улыбнулась и закрыла за собой дверь.

Лу Шаомин не уходил. Он встал в дверях, чтобы поднять трубку, и некоторое время просто разговаривал, прежде чем повесить трубку.

Он протянул руку, чтобы постучать в дверь. - Нин Цин, ты закончила?”

Ответа изнутри не последовало.

Лу Шаомин был очень настороже, его глаза стали свирепыми, и он положил свою большую руку на ручку, желая открыть дверь.

Но дверь была заперта изнутри.

- Президент, что случилось?- Чжу Жуй и Сюй Цзюньси заметили, что что-то не так, и все вышли вперед. - Кто-нибудь, быстро откройте эту дверь.”

“В этом нет никакой необходимости.- Лу Шаомин вытянул свои длинные ноги и пнул ногой дверь. Этот мощный удар ногой заставил дверь туалета распахнуться.

Несколько телохранителей вышли вперед, чтобы помочь, и им удалось открыть дверь в течение минуты.

В туалете было пусто.

Нин Цин исчезла.

- Нин Цин? А где же Нин Цин? Глаза Сюй Цзюньси сузились, и он в страхе выкрикнул ее имя.

Лу Шаомин прошел вперед и наклонился, чтобы поднять с пола один плоский белый ботинок. Это было то, что носила Нин Цин, и теперь она была на земле.

- Президент, мадам была похищена."Телохранитель открыл окно в туалете и сказал: “Хотя мы окружили этот кондоминиум, это 14-й этаж, мы не закрывали это окно. Я вижу, что окно внизу открыто. Похитители, вероятно, спрятались в этой уборной и никогда оттуда не выходили, а внизу были их помощники.”

Телохранителю не было нужды говорить это вслух. Лу Шаомин уже знал, что произошло. Он простоял за дверью не более двух минут, чтобы ответить на звонок, и никаких необычных звуков изнутри не доносилось.

Но Нин Цин была похищена.

Здесь могла быть только одна возможность. Это было что-то из тщательно разработанного плана, и он полностью купился на это.

В этот момент Чжу жуй взял трубку и сказал: "президент, дела плохи. Был источник из аэропорта, который подтвердил, что дворецкий сел в машину с телом двойника му Юньфаня. Сам му Юньфань уже исчез.”

- Молодой господин Лу, что именно происходит? Нин Цин был похищен му Юньфанем?”

У Лу Шаомина было спокойное выражение лица, и у него была холодная улыбка, когда он сказал: “му Юньфань использовал вас, чтобы создать ложное впечатление и заставить меня появиться. Затем он спрятался в туалете и показал свои истинные намерения. Он похитил Нин Цин; он хорошо спланировал это.”

"Молодой господин Лу,что именно му Юньфань хочет сделать с Нин Цин? Неужели он обидит Нин Цин?”

Лу Шаомин скривил губы, его темные глаза сверкали и мерцали. Это превратилось во что-то, чего он не мог понять.

…

- Нин Цин, Нин Цин.”

Кто-то разбудил Нин Цин, и она открыла глаза.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 156:Брат Юньфань, Продержись Еще Немного

Нин Цин открыла глаза. Она была в старом, ветхом складе. Она сидела на полу, и обе ее руки и ноги были привязаны к колонне. Перед ней была толпа людей, которые дрожали прямо перед ней. Нин Цин несколько раз моргнула, прежде чем увидела, что это за люди. Зрачки ее глаз сузились, и она слабо сказала: “Нин Яо.”

Нин Яо, с ее большой шишкой, сидела на длинной скамье перед ней. Позади нее стоял ряд татуированных головорезов. У каждого из них были сложенные и крепкие фигуры. Нин Яо увидела, что она проснулась, и удовлетворенно улыбнулась. - Нин Цин, ты наконец проснулась. Я так долго тебя ждала.”

“И что ты собираешься делать?- Нин Цин ничуть не смутилась. Ее холодные глаза имели элегантное, шикарное выражение. Ее отношение было неотразимым. “Нин Яо, разве ты не знаешь, что прямо сейчас занимаешься похищением людей? Это незаконно. Это нормально, если вы занимаетесь незаконной деятельностью, но вы когда-нибудь думали о ребенке в своем животе? Мало того, что он потеряет свою мать, вы превратитесь в пятно в его жизни. Он не мог смириться с тем, что его мать-похитительница.”

Улыбка на лице Нин Яо застыла. Каждое слово Нин Цин всегда было резким и кратким, и она снова ткнула свое больное место. Но с другой стороны, Нин Яо была еще счастливее. Она прищурилась и сказала: "Нин Цин, ты сейчас беспокоишься обо мне? Перестань проливать крокодиловы слезы. Если бы Вы были готовы оставить меня с альтернативным путем и не выставлять меня перед Сюй Цзюньси, тогда мне не нужно было бы идти этим путем сегодня. Ха-ха, ты не позволил мне вести хорошую жизнь, поэтому я не позволю тебе уйти с ней. О, я звонил твоему лучшему другу Инь Шуйлингу, а также твоему брату Юньфань. Я пригласил их всех сегодня. Вы можете повернуть голову и посмотреть.

У Нин Цин упало сердце. Она быстро повернулась, чтобы посмотреть. Неудивительно, что Инь Шуйлин был в трех метрах от нее, привязанный к другой колонне. Шуйлинг медленно приходил в сознание. Му Юньфань был сброшен на землю рядом с Шуйлингом. Он не был связан, и он касался своей головы, замедляя сидение назад.

Нин Цин посмотрела на туфли на ногах му Юньфаня. На ногах у него были синие плоские туфли. Му Юньфань коснулся его головы и застонал от крайнего дискомфорта. Он открыл глаза и огляделся по сторонам. Внезапно он увидел Нин Цин, привязанную к колонне. Он был потрясен. - Цинцин, да что с тобой такое? Кто тебя связал? Подожди меня, брат придет и спасет тебя.”

Му Юньфань хотел встать, но головорезы подошли и толкнули му Юньфаня на землю. Один из них всунул таблетку в горло му Юньфану. Му Юньфань не получил никакого предупреждения, и он проглотил его.

“Му Юньфань, му Юньфань... Нин Яо, что ты ему дал? А что именно ты хочешь сделать?”

- Ха-ха, А что я хочу делать? Конечно, я хочу, чтобы вы, ребята, преуспели. Я накормила му Юнфана афродизиаком.- Зловеще рассмеялся Нин Яо.

Глаза Нин Цин расширились. - Нин Яо, ты действительно сошел с ума.”

“Я не сумасшедший, я только кормил му Юньфань лекарством. Я тебя не заставлял. Разве ты не жена молодого господина Лу? Разве вы не самая чистая и невинная "Лучшая актриса этого поколения", как вы могли иметь отношения с вашим собственным братом Юньфань? Нин Цин, не нервничай; разве я не приглашал сюда также и Инь Шуйлин? Инь Шуйлин и Му Юньфань оба одиноки. Инь Шуйлин спасет молодого мастера му.”

Нин Цин недоверчиво покачала головой, ей было действительно трудно поверить, что у Нин Яо могут быть такие низкие и извращенные мысли. Если бы Сюйлиню не нравился му Юньфань, как бы они оказались втянуты в отношения?

В этот момент Инь Шуйлин полностью проснулся. Услышав эти слова, она медленно скривила губы в холодной улыбке. "Нин Яо, после этих последних трех лет, ты наконец-то раскрыла свою уродливую личность, которая такая же, как и твоя мама. Вы хотите, чтобы я был вместе с Му Юньфань? Конечно, мы когда-то были помолвлены, когда были молоды, и он тоже хорош собой. Если я пересплю с ним один раз, это не будет полной потерей для меня.”

- Сюйлин, перестань болтать.- Нин Цин посмотрела на нее и покачала головой.

Нин Яо хлопнула в ладоши и щелкнула губами, воскликнув: “Я не думала, что 3 года назад, когда семья Инь пережила несколько смертей, это даже не повлияет на дружбу между вами двумя. Нин Цин, ты так счастлива, что у тебя есть такой хороший друг, как инь Шуйлин. Поскольку все обернулось именно так, мне нужны люди. Отпустите веревки на Инь Shuiling.”

- Нет!- Нин Цин закричала, чтобы остановить их. “Нин Яо, человек, которому ты хочешь отомстить-это я, не втягивай Шуйлинга в это; она невинная сторона.”

Нин Яо был вызван на дуэль. - Нин Цин, ты же не хочешь пожертвовать Инь Шуйлинем? Затем, му Юньфань находится в стороне, ожидая женщину, чтобы спасти его. - Что ты хочешь этим сказать? Только не говори мне, что ты хочешь спасти молодого мастера му?”

Нин Цин искоса взглянула на Му Юньфаня. Его красивое лицо было багрово-красным, и ему стало жарко, и он уже снял пальто со своего тела. Му Юньфань посмотрел на нее и мрачно сказал, заставляя себя улыбнуться, успокаивая ее: “Цинцин, Не бойся. Это количество лекарства в брате, Я все равно смогу его контролировать. Мне не нужно, чтобы ты меня спасал. Не попадайтесь в ловушку Нин Яо.”

Лицо Нин Цин было бледно-белым. Она знала, что Му Юньфань контролирует себя, капли пота стекали по его лбу. Его тонкие черты лица были искажены болью, и лекарство подействовало. - Нин Цин, ты уже приняла решение? Молодой мастер Му не сможет контролировать себя через 5 минут. Без женщины он бы полностью сгорел и умер. Может ты просто пожертвуешь Ин Шуйлингом ради него?

Мозг Нин Цин быстро заработал. Что же ей теперь делать? Что же ей теперь делать?

- Нин Яо, зачем тебе понадобилось устраивать сегодняшнее шоу? Что хорошего это тебе даст? В тот момент, когда вы выйдете из этих дверей, Лу Шаомин обязательно пойдет за вами. Вы заставили себя встать на путь безвозвратности. Если бы ты этого не сделал, с ребенком в животе, ты мог бы положиться на тетю Сюй. Может быть, когда ребенок родится, семья Сюй заплатит достаточно, чтобы поддержать вас. Вы все еще молоды и красивы; вы все еще можете выйти замуж в другую богатую семью…”

- Довольно! - Я не хочу тебя слушать. Я не хочу тебя слушать! Нин Цин, ты сейчас пытаешься играть со мной в психологическую игру? Вот что я тебе скажу, у меня было достаточно таких дней. Ты же знаешь, что мама Сюй Цзюньси-старая ведьма. Хотя она позволила мне остаться в резиденции Сюй, она не любит меня. Неужели ты думаешь, что я не в курсе? После того, как мой сын родится, она выгонит меня, и держать меня вне поля зрения. Возможно, она даже решит выгнать меня из города т. Нин Цин, это ты вынудила меня пойти по этому пути без возврата. Я не позволю тебе уйти. Даже если я умру, я утащу тебя за собой!”

- Нин Яо указал на Инь Шуйлин. “Более быстрый. Освободите ее веревки и бросьте ее молодому мастеру му. После того, как молодой мастер му насладится своей долей, я подарю ее тебе. Инь Шуйлин-самая высокомерная и холодная маленькая принцесса города т. Она-мечта всех мужчин. Вам, ребята, сегодня повезло.”

“Да.- Эти головорезы ухмыльнулись, глядя на Инь Шуйлинга, и медленно двинулись к ней.

- Нин Яо, остановись! Отпусти меня, я пойду спасать му Юньфань!”

Голоса инь Шуйлин и Му Юньфаня прозвучали одновременно.

“Ха-ха, Нин Цин, было бы здорово, если бы Вы были так прямолинейны с самого начала. Кто-нибудь подойдите, отпустите веревки на Нин Цин”

Головорезы ослабили веревки на Нин Цин и подняли ее за тонкие руки. Они бросили ее на землю.

“Цинцин.- Глаза му Юньфаня были налиты кровью. Он прижался к ней и использовал одну руку, чтобы удержаться на ее теле. Прикоснувшись к ее маленькому личику, он сказал: "Почему ты такая глупая?”

Нин Цин посмотрела на Му Юньфаня, она использовала одну маленькую руку, чтобы коснуться его воротника и спросила: “брат Юньфань, тебе больно?”

Му Юньфань покачал головой и сказал: “мне не больно.”

Нин Цин кивнула головой “ " Хорошо, тогда брат Юньфань, ты должен продержаться еще немного…”

Му Юньфань почувствовал острую боль в животе, и когда он опустил взгляд, Нин Цин держала в руках небольшой нож, и острое лезвие пронзило его живот.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 157:Быть женщиной старшего брата

- Молодой Господин Му! Нин Яо был ошеломлен и вскочил с длинной скамьи.

"Цинцин, ты..." - му Юньфань недоверчиво уставился на Нин Цин.

Она действительно ударила его ножом?

В руке у Нин Цин был маленький нож. Ее губы изогнулись в тонкой улыбке, когда она сказала: “старший брат Юньфань, Нин Яо, кажется, очень беспокоится о тебе. Почему же это так?”

Нин Яо знала, что ее чрезмерные эмоции позволили кошке выбраться из мешка, и она упала обратно на скамейку.

1

- Хе-хе... - му Юньфань засмеялся и замахал руками вокруг. Он сделал знак похитителям, сидевшим впереди, и прищурился, глядя на Нин Цин. - Цинцин, где я раскрылась и заставила тебя понять, что происходит?”

Нин Цин все еще держала нож, ее маленькая белая рука была испачкана теплой кровью. Это был первый раз, когда у нее была кровь на руках за ее 20 лет на земле, и кровь была от Му Юньфаня, который защищал ее в течение 18 лет…

Ее глаза стали влажными, и она посмотрела на лицо, которое было ей знакомо, но в то же время это было и незнакомое лицо. - Во-первых, эти похитители были сильны и хорошо сложены. Они были высокими и долговязыми, и явно обученными телохранителями. С возможностями Нин ЯО, как она могла найти этих людей? Во-вторых, вы не очень много говорили, но как только вы это сделали, все, что вы сказали, было предательством. Ты так сильно хотел меня заполучить, и если бы у тебя была такая возможность, ты бы сразу набросился на меня.”

Му Юньфань увидел слезы в уголках ее глаз и осторожно вытер их своими руками. Затем он сказал: "Почему ты плачешь? Вы лично создали эту рану. Я не виню тебя, так что Цинцин, не плачь.”

Нин Цин повернула голову вбок, чтобы увернуться от его пальцев. Она выдохнула через покрасневший нос и спокойно сказала: "Раз уж вы пригласили Шуйлинга сюда сегодня, тогда говорите. Что случилось 3 года назад? Как вы сотрудничали с Нин Яо?”

- Сотрудничать?"Му Юньфань хихикнул и сказал: “что за человек Нин Яо? Вы думали, что я заинтересован в сотрудничестве с ней? 3 года назад ее мать Ли Мэйлин подкупила служанку из моего дома. Она попросила ее накачать тебя алкоголем. Я с самого начала знал, что они замышляют.”

Нин Цин холодно рассмеялся и сказал: “Да, ты видел их планы насквозь, но не сказал ни единого слова. Вы даже попросили кого-то изменить афродизиак, который ли Мэйлин хотела дать мне, и вы лично дали мне инкапаситирующий агент. Вы попросили слугу привести меня в вашу комнату, и на следующий день вы намеренно позволили Шуйлингу и тете Инь увидеть, что произошло, а затем вы также намеренно позволили Сюй Цзюнси услышать об этом. Му Юньфань, как ты можешь быть таким злым? Разве ты не знаешь, сколько жизней погубил?”

Му Юньфань не думал, что Нин Цин будет настолько умна, чтобы угадать половину того, что произошло в то время. Неудивительно, что она сказала ему, что предпочла бы не расследовать случившееся в прошлом…

Оказалось, что она именно это и имела в виду; ей хотелось, чтобы он поразмыслил и перевернул все с ног на голову.

Жаль, что было уже слишком поздно.

Он и так уже слишком глубоко увяз.

"Му Юньфань, у меня есть некоторые моменты, которые я не понимаю. Во-первых, раз уж я тебе нравлюсь, почему бы тебе не ухаживать за мной откровенно? Во-вторых, раз уж я тебе нравлюсь, почему бы тебе не воспользоваться мной в постели? В-третьих, поскольку я вам нравлюсь, почему вы не вернулись за эти 3 года ни разу? Тебе пришлось подождать, пока я выйду замуж и стану миссис Лу. Только тогда вы сотрудничали с Нин Яо, чтобы посеять хаос.”

1

Му Юньфань посмотрел на ее маленькое изящное лицо и был поражен. - Цинцин, ты мне нравишься, и я всегда любил тебя. В моих глазах, му Юньфань, я вижу только одну девушку, и это ты. Очень жаль, что прибыль в корпоративном мире всегда связана вместе; семьи Му и Инь имеют слишком много сотрудничества друг с другом. Мой отец всегда был строг и навязчив по отношению ко мне, и я не могла возражать против того устроенного брачного договора, который у нас был в детстве…”

- Хех."В тот момент Инь Шуйлин язвительно рассмеялся и сказал: “так дорогой молодой мастер му, вы нашли хорошую возможность 3 года назад, и когда семья Инь столкнулась с финансовыми трудностями, вы направили эту сцену в постель и позволили моему отцу дать вам жесткую пощечину. Твой отец давно думал о том, чтобы бросить мою семью Инь, и эта пощечина была лучшей причиной того, что отношения между нашими семьями разорвутся.”

"Инь Шуйлин, ты понимаешь это в своем сердце. Этот финансовый кризис был создан самим Инь Мучэнем. У него в руках была слабость твоего отца, и даже если бы моя семья пошла на помощь, это было бы бесполезно. В эти годы человек, которого вы должны ненавидеть и должны ненавидеть на — это должен быть сам Инь Мучэнь!”

Как только Му Юньфань закончил свои слова, слезы в глазах Инь Шуйлин покатились по ее лицу.

Это имя, которое занимало всю ее юность, давало ей прекрасную и великолепную мечту; теперь же оно превратилось в проклятие на всю оставшуюся жизнь.

Она думала, что больше не будет плакать.

Но она уткнулась лицом в колени и горько зарыдала.

Оказалось, что некоторые вещи действительно нельзя забыть, и она тоже не могла их забыть.

Нин Цин видел, как инь Шуйлин всхлипывает так печально. Ей хотелось подойти к ней, обнять и утешить. Но Му Юньфань крепко держал ее, и она не могла пошевелиться.

"Цинцин, в ту ночь 3 года назад, я действительно хотел тебя, Но...” Му Юньфань использовал свои пальцы, чтобы коснуться одной из ее блестящих слез и сказал: “ты плакал так той ночью. Ты назвал меня старшим братом Юньфань, и ты увернулся с большой решимостью, не позволяя мне поцеловать тебя. Цинцин, я так тебя баловала. Я бы не стал заставлять тебя делать то, что ты не хочешь делать.”

Нин Цин использовала свою руку, чтобы вытереть слезы, и она посмотрела на Му Юньфань в глаза и сказала: “Ты не заставишь меня? Хе, му Юньфань, ты смеешь говорить, что не сожалеешь об этом сейчас? Вы смотрели на меня, как на Миссис Лу; вам было так трудно меня заполучить. Разве ты не жалеешь, что не заставила меня напрямую 3 года назад?

- Му Юньфань, ты всегда пытался изобразить себя маленьким принцем — красивым солнечным шаром. Но ваше сердце уже давно испорчено из-за злого воспитания семьи му. Ты не заботишься о жизни других людей. Вы смотрите на других с холодной точки зрения, и вы делаете все возможное, чтобы достичь того, что вы хотите. Вы слишком бесстыдны!”

- Нет, Цин Цин. Я не позволяю тебе так говорить о старшем брате. Старший брат не смог вернуться за эти 3 года ... потому что у меня были некоторые дела, чтобы заняться, так что я не смог вернуться, чтобы искать вас. Когда я нашел тебя, то только тогда узнал, что ты вышла замуж за Лу Шаомина. У старшего брата действительно не было другого выбора, поэтому я отправил фотографии ли Мэйлингу и позволил им создать суматоху. Я и не думал, что вы с Лу Шаомом так быстро успокоились. Вы оба все еще были так любящи, но это ничего не меняет. Ты-старший брат, и старший брат вернет тебя в Сингапур. Это территория старшего брата там.”

- Хех."Нин Цин почувствовала, что ее эмоции успокоились, и ее прекрасные наполненные слезами глаза медленно остановились на Му Юньфане, и она легко рассмеялась: “Ты так уверен, что я твоя?”

Му Юньфань выпрямился и спросил: "что ты имеешь в виду?”

Маленькая белая ручка Нин Цин коснулась ее собственных волос. Затем она достала маленький GPS-трекер. “Ты придумал прекрасный способ показать свое истинное лицо, но разве ты не знаешь, что жаждешь наживы, не подозревая об опасностях, таящихся в тени?”

Лицо му Юньфаня вытянулось, и он сразу все понял. - Оказывается, вы нарочно позволили мне поймать вас. Вы с самого начала знали, что я использовал Сюй Цзюньси в качестве прикрытия и попросил Нин Яо сотрудничать со мной, чтобы начать драму.”

- Совершенно верно, ты прятался в туалете. Я нарочно пошел умыться. Му Юньфань, вы не хотели положить конец своим выходкам. Я мог только полностью порвать с тобой. Шаомин скоро прибудет; вы все будете окружены в одно мгновение. Му Юньфань, тебе нужно только вернуться в Сингапур, и я скажу Шаомин, чтобы она отпустила тебя с крючка.”

Му Юньфань использовал свою руку, чтобы ущипнуть маленькое изящное лицо Нин Цин и злобно захихикал “ " Нин Цин, я признаю, что ты очень умный, но ты также не можешь выиграть, не потеряв некоторых.”

- Я имею в виду, что по дороге сюда подложил бомбу. Как только кто-то наступит на них, они взорвутся с треском. Цинцин, ты уже должен это знать; семья му-лучшая в военном деле.”

- Ты... - в глазах Нин Цин мелькнул страх, и она начала отчаянно сопротивляться. “Ты отпустил меня, ты отпустил меня. Я хочу пойти искать Шаоминг…”

- Уже слишком поздно, Цинцин. Именно ты привел его к этой ужасной судьбе. Все в порядке, старший брат будет баловать вас в будущем.- Му Юньфань поднял Нин Цин горизонтально.

"Му Юньфань, куда ты меня ведешь?”

- Цинцин, все, что я сделал сегодня, было только для того, чтобы добраться до тебя. Поскольку вы не хотите сотрудничать со мной, тогда единственное, что я могу сделать-это принять меры. Подожди, пока я не наложу на тебя свои руки. В будущем твое сердце будет принадлежать мне.- Му Юньфань унес Нин Цин в маленькую комнатку внутри склада.

Лу Шаомин привел своих подчиненных и вышел из машины. GPS-трекер показал, что местоположение склада было в нескольких футах от них, но теперь перед ними была грязная дорожка. Автомобиль не может получить никакого проигравшего, и они могут только идти, чтобы добраться до места назначения.

- Президент, давайте поторопимся спасти мадам."Чжу жуй привел подчиненных, чтобы спуститься по склону.

- Подожди минутку.- Лу Шаомин поднял руку, чтобы остановить Чжу жуя.

“Что случилось, президент?”

Лу Шаомин опустил взгляд, чтобы посмотреть на тонкую серебряную проволоку у ног Чжу жуя. Эта тонкая полоска была в основном незаметна без тщательного наблюдения, и Лу Шаомин увидел, что грязь на нижнем склоне имела следы от вмешательства. Его темные глаза были тверды, когда он сказал: “здесь заложена взрывчатка.”

- Ну и что же? Чжу жуй сделал шаг назад и сказал: “Президент, мы должны связаться с полицейским отрядом по обезвреживанию бомб прямо сейчас? Эта маленькая тропинка-единственный вход, и мы не можем использовать два других утеса, чтобы войти.”

“Мы не можем этого сделать."Сюй Цзюньси отверг его предложение с серьезным тоном, поскольку он сказал:" Если мы будем ждать команду по обезвреживанию бомб, мы потеряем слишком много времени. Кроме того, семья му имеет связи с тайными обществами. Они тайно торговали оружием в течение длительного периода времени. Мы не можем быть уверены, что полиция сможет демонтировать взрывчатку таким образом.”

“Что же нам тогда делать, президент? Мы участвуем в гонке за временем. Му Юньфань взял мадам в заложницы. Мы не знаем, в опасности ли мадам.”

Холодные губы Лу Шаомина были плотно сжаты в одну прямую линию. Он задумался на 3 секунды и быстро принял решение вытащить свой телефон из кармана, чтобы сделать звонок. - Привет, второй младший брат, где ты сейчас?”

- Старший брат, где же мне еще быть? Я нахожусь на базе. Армия недавно набрала новую партию солдат. Я сейчас их тренирую... Ай-яй, кто это? Маленькие негодяи, быстро вставайте. Вы просто пробежали 1000 ярдов, но вы, ребята, уже устали и лежите на полу. Ты хоть немного риса съел?”

Лу Шаомин привык к тому, что Чжоу Яо постоянно ругался в своей речи. Чжоу Яо - он был сыном мэра Чжоу города т. Он был брошен на армейскую базу, когда ему было 18 лет, и теперь он был командиром подразделения коммандос, пламенных сил. Он был начальником 13-го батальона армии, и он был как легенда внутри армии.

Только пожалеть, что он был необуздан и необуздан, а также высокомерен с дурным характером. Никто не мог контролировать его, и было только одно исключение — старый Мастер Чжоу, который взял трость, чтобы дисциплинировать его, когда он был молод, пока он не состарился.

- Второй младший брат, я даю тебе 10 минут, чтобы поспешить. Мне нужно, чтобы вы демонтировали некоторые взрывчатые вещества.”

Проклятия на другом конце провода смолкли, и атмосфера стала серьезной. - Взрывчатка? - Дай мне адрес. Я буду там немедленно!”

Не прошло и 10 минут, как мимо пролетел военный зеленый джип, и когда он двигался, то нес по дороге пылинки пыли.

Передняя пассажирская дверь открылась, и Чжоу Яо вышел из джипа.

Чжоу Яо был ростом 6 футов. У него было сильное, крепкое тело. Выражение его лица было суровым, и он совершенно отличался от Лу Шаомина и Сюй Цзюньси, поскольку они были мягкими бизнесменами. В его поведении было что-то высокомерное.

1

Он был одет в камуфляжную одежду, и камуфляжная рубашка была заправлена в его коричневый пояс на талии. Две его длинные ноги были прямыми и гордыми. На ногах у него была пара сапог для верховой езды. С каждым шагом, который он делал, сапоги для верховой езды оставляли глубокий след в грязи.

У него была идеальная фигура стильного мужчины. Он был полон мужских гормонов, и если бы здесь была маленькая девочка, она бы обязательно закрыла рот и закричала, прежде чем упасть в обморок.

- Старший брат, где взрывчатка? Чжоу Яо стоял рядом с Лу Шаомом, и его единственное веко злобно изучало серебряные полоски проволоки перед ним.

В этот момент маленький солдат, которого Чжоу Яо привел с собой для опыта, взволнованно вышел вперед, и он сказал: “командир, где взрывчатка? Я тоже хочу посмотреть.”

Чжоу Яо увидел, что ноги солдата почти коснулись серебряной полосы, и он использовал одну из своих длинных ног, чтобы ударить прямо маленького солдата, заставляя солдата рухнуть на землю. - Смотри, смотри, смотри. - На что ты смотришь? Ты маленький негодяй с глазами еще не совсем взрослыми. Заблудиться.”

Маленький солдат поднялся с земли и смущенно коснулся своей головы. - Да, я буду слушать все, что скажет командир.”

Чжоу Яо почувствовал, что его это раздражает, и взмахнул руками, чтобы попросить его остаться в одном углу тихо.

- Второй младший брат, сколько тебе нужно времени?- Спросил Лу Шаомин.

Бомба, которая была похоронена в грязи, показала свою голову, Чжоу Яо взглянул, как он сказал: "Вау, это последняя модель взрывчатого вещества, доступного на международном уровне, M-40. Это власть очень сильная. Кто же похоронил здесь это доброе дело?”

Пока он говорил, Чжоу Яо осторожно перешагнул через серебряную проволоку и наклонился. Он взял острый нож, который принес с собой, и рассеянно принялся раскапывать грязь. “Я могу позаботиться об этом за 2 минуты.”

Этот маленький солдат видел, как его командир начал разбирать бомбу. Он был так страстен. Камуфляжные рукава его командира были наполовину сложены, и это обнажало половину его медно-коричневой загорелой руки. Когда он наклонился, чтобы разгрести грязь, он все еще оставался холодным и стильным. Все его тело было полно силы и мощи.

Маленький солдат мечтал, что однажды он тоже станет таким же человеком, как командир. Он был настоящим мужественным мужчиной,и только таким образом не мог подвести страну. Он сможет заставить страну гордиться собой!

Да, он определенно может быть таким же.

Му Юньфань бросил Нин Цин на маленькую старую и потрепанную кровать в комнате. Он вытащил из-за пояса маленький нож и снял ветровку, которая была на нем надета. Он оторвал кусок ткани, чтобы обернуть им свою рану.

Нин Цин держала маленький нож, который он вытащил из-за пояса, и она отступила к изголовью кровати. Оба ее глаза были полны подозрения, когда она сказала: “му Юньфань, тебе нельзя сюда приходить. Если ты посмеешь подойти, я убью тебя.”

- Убить меня?- Красивая фигура му Юньфаня приблизилась к ней, и он схватил ее за запястье, как вспышка молнии. - Цинцин, ты уже ударил меня ножом. Неужели ты думал, что я дам тебе второй шанс? Старший брат не хочет умирать. Старший брат все еще хочет завершить наши отношения.”

Пощечина! Нин Цин использовала свою руку, чтобы дать ему пощечину. - Ублюдок!”

Му Юньфань медленно повернул ту сторону своего лица, которую она ударила. В его глазах было что-то недоброе, и он разразился злым смехом, продолжая: “это зависит от тебя, как ты хочешь меня упрекнуть. Пока ты счастлива, Цинцин. Не сопротивляйся больше, будь женщиной старшего брата. Старший брат будет баловать и любить тебя всю оставшуюся жизнь.”

Пока он говорил, му Юньфань напряг свои силы. Его сила была так сильна, что Нин Цин почувствовала, что ее запястье вот-вот сломается.

Лицо Нин Цин побледнело. Ее маленькая рука разжалась, и маленький ножик упал на кровать.

Му Юньфань одной рукой толкнул маленький нож на пол, а другой прижал Нин Цин ниже себя. Он обхватил ладонями ее маленькое личико и поцеловал слезы. - Цинцин, перестань суетиться. Веди себя хорошо, старший брат не причинит тебе боли.”

Говоря это, он надул губы, и в голосе его звучали невинность и застенчивость. Нин Цин услышала его тон и почувствовала, как по спине пробежал холодок. В этот момент он казался настоящим психом.

Неужели он действительно психически болен?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 158:Вы Ничем Не Отличаетесь От Этих Людей

Нин Цин яростно боролась, чтобы избежать его поцелуя. - Му Юньфань, отпусти меня, - потребовала она, потирая его красивое лицо двумя маленькими ручками. - я не хочу, чтобы ты меня видел. Я-женщина Лу Шаомина. Ты не имеешь никакого права прикасаться ко мне.”

- Цин-Цин, кто тебя поцеловал? Это был Лу Шаомин? Ты-женщина брата. Как может быть метка другого мужчины на твоем теле?- Нин Цин использовала свою силу, чтобы оттолкнуть его. Она холодно выплюнула: "му Юньфань, тебе пора просыпаться. Перестань мечтать. Я-жена Лу Шаомина, это факт. Я люблю его, я отдалась ему добровольно, и мы были помолвлены до полуночи, пока не уснули.…”

- Хватит, хватит болтать!- Му Юньфань яростно уставился на нее. Его лицо было ужасным, и оно дергалось от боли. Одной рукой он схватил Нин Цин за волосы и с громким стуком ударил ее головой об стену! - Цинцин, скажи, скажи, что ты женщина брата.”

Голова Нин Цин была разбита, пока она не увидела звезды. Му Юньфань говорил тяжелым голосом, намекая на злые намерения, и это было похоже на то, что он был совершенно другим человеком. Он действительно использовал свои собственные руки, чтобы ударить ее.

Нин Цин продолжала холодно смеяться. Она стиснула зубы и сказала: “му Юньфань, я-женщина Лу Шаомина. Я принадлежу ему! Даже если ты получишь мое тело, ты никогда не получишь мое сердце. Я буду только больше любить Лу Шаомина и еще больше ненавидеть тебя.”

- Это ты!- Му Юньфань использовал свою руку, чтобы ударить Нин Цин. В этот момент послышался звук чьего-то стука в дверь. Телохранители были в ярости и панике. - Молодой господин, что-то здесь не так, здесь кто-то есть."Рука му Юньфаня, которая была близка к тому, чтобы ударить Нин Цин, мгновенно замерла. Его рассеянное зрение медленно начало фокусироваться. Он увидел, что все еще тянет Нин Цин за волосы, и быстро отдернул руку с быстротой молнии. Он притянул Нин Цин в свои объятия и сказал беспорядочно: “Цинцин, прости, я ударил тебя не нарочно. У тебя болит голова? Прости брата, брат был слишком взбешен только что.”

Он заключил ее в объятия. Она не сопротивлялась, и теплая жидкость потекла по ее лбу. Наверное, у нее шла кровь. Голова у нее кружилась, в ушах звенело, и она чувствовала, как ее тело обмякло.

Пришел шаоминг; Лу Шаоминг был здесь, чтобы спасти ее.

Она знала, что Лу Шаомин не остановится. Кто же он такой? Он был ее мужем-миллиардером. В этот момент она не могла больше провоцировать му Юньфаня. Она смутно осознала, что в сердце му Юньфаня живет злобный монстр. Это было ужасно.

Му Юньфань, казалось, задумался об этом и быстро спустился вниз. Он использовал свой собственный рукав, чтобы вытереть кровь на голове Нин Цин. Его действия были очень нежными, пока он вытирал, он слегка подул ей на лоб. - Цинцин больше не страдает от боли; пусть брат дунет на тебя, как тогда, когда мы были моложе. Брат заслуживает смерти, брат никогда не ударит тебя в будущем. Даже если Лу Шаомин придет, это бесполезно, он не сможет войти. Я сейчас же приведу тебя к нему.”

Нин Цин почувствовала, как у нее упало сердце.

Му Юньфань взял Нин Цин за плечо и вывел ее наружу.

Нин Цин вышла из комнаты, чтобы войти на склад. При первом же взгляде она увидела Лу Шаомина, стоявшего в дверях склада. Рядом с ним стоял высокий солдат в камуфляжной одежде и Чжу жуй.

- Шаоминг.- Нин Цин увидела, как он расплылся в сладкой нежной улыбке. Она шагнула вперед, желая подбежать к Лу Шаомину. - Цинцин, не беги так опрометчиво.- Му Юньфань одной рукой притянул ее к себе, а в другой держал детонационное устройство. Он улыбнулся и сказал: “Молодой Мастер Лу имел эту возможность убежать от моей первой бомбы, но у двери склада есть вторая бомба. Мне очень жаль, но в двери склада есть заплавленная бомба. Мне нужно только нажать эту кнопку; с треском, Все умрут вместе.”

Нин Цин потрясенно посмотрела на Му Юньфаня. В глазах му Юньфаня она увидела упрямство и безумие. До сих пор Нин Цин и не подозревала, что он пойдет на такой безумный шаг. Его не только не волновало, сколько жизней он заберет; он даже не хотел больше жить своей собственной жизнью.

Мрачное выражение лица Лу Шаомина было крайне несчастным. Он увидел пятна крови на лбу Нин Цин и на воротнике рубашки, который был разорван на куски. Он знал, через какую пытку она прошла. Похоже, он недооценил му Юньфаня. Он всегда думал, что чувства му Юньфань и Нин Цин на протяжении 18 лет были искренними, и он никогда не причинит ей вреда.

Похоже, что Му Юньфань был совершенно другим.

С каждой минутой глаза Лу Шаомина темнели все больше и больше. Он искоса взглянул на Чжоу Яо.

Чжоу Яо поднял свои красивые брови и пожал плечами. - Старший брат, не смотри на меня. Этот тип заплавленной бомбы взорвался бы при активации кнопки. Я тоже не могу сбежать.- Пока он говорил, Чжоу Яо тайком дал ему знак, который подразумевал, что у него есть пистолет.

Лу Шаомин нахмурил брови и все понял. На поясе Чжоу Яо висел пистолет, и он был на 100% уверен, что сможет выстрелить в сердце му Юньфаня одним выстрелом.

Но действительно ли они хотели убить му Юньфаня на глазах у Нин Цин? Лу Шаомин покачал головой, это было последнее средство из всех возможных. "Му Юньфань, вы руководили этим шоу Сегодня, вы не сделаете все это только для того, чтобы умереть вместе с нами. Говори сейчас, о чем ты думаешь?- Спросил Лу Шаомин.

Му Юньфань рассмеялся, расслабившись “ " что я хочу сделать? Этот вопрос должен быть направлен в Цинцин. Цинцин, теперь у тебя есть два варианта. Первый выбор: я нажму кнопку, и мы все умрем вместе. Во-вторых: пусть Лу Шаомин уходит, есть черный ход. Я привезу тебя в Сингапур. Цинцин, подумай хорошенько; моя жизнь, жизнь Лу Шаомина и всех, кто присутствует сейчас, их жизни будут в твоих руках. Все зависит от вашего выбора.

Лицо Нин Цин стало еще более бледным. Она посмотрела на злую улыбку на лице му Юньфаня. Ее трясло с головы до ног. Ей стало холодно.

Му Юньфань дал ей два варианта; как она собиралась выбирать?

Она не могла вернуться в Сингапур с ним, она была женой Лу Шаомина, ее дом и ее любовь были здесь, но…

Нин Цин посмотрела на слабого Инь Шуйлинга на полу, Лу Шаомина у двери, Чжу Руя и Сюй Цзюньси-все они были невинными участниками. Могла ли она пожертвовать столькими жизнями только ради своего счастья? Му Юньфань похлопал Нин Цин по плечу и подсказал ей спросить: "Нин Цин, у тебя больше нет времени, скажи мне свой выбор.”

Нин Цин покачала головой и тихо сказала: “я не выбираю ни то, ни другое.”

Пока она говорила, Нин Цин внезапно ловко дернулась и успешно вырвалась из рук му Юньфаня. По дороге она достала из-за пояса телохранителя острый нож. Она надела его на шею и сказала: “му Юньфань, я решила сдаться.”

Раздались голоса му Юньфаня и Лу Шаомина.

Нин Цин медленно посмотрела на Му Юньфаня, ее взгляд был холодным и разочарованным. "Му Юньфань, я не могу вернуться с тобой в Сингапур. Почему ты все еще не понимаешь? Я-мадам Лу, я люблю Лу Шаомина. Без него я умру. Ты действительно хочешь труп? Но ты угрожал мне, Ты отнял столько жизней, чтобы угрожать мне. Я не могу взять на себя такую ответственность, я не могу быть таким эгоистом. Итак, все заканчивается здесь со мной; я позволяю вам взять на себя ответственность!”

“Я убью себя у тебя на глазах, я хочу, чтобы ты навсегда запомнил, что ты меня принудил к смерти. Твоя эгоистичная любовь заставила меня задохнуться. Потому что я не могу быть с тобой, я лучше умру!”

После того, как она перестала говорить, она использовала силу, и острое лезвие быстро оставило след свежей крови в ее мягкой шее, красная кровь сразу же потекла вниз. “Не надо! Не надо, Цинцин!"Му Юньфань потерял контроль и шагнул вперед, он сильно дрожал, используя свои руки, чтобы потянуть его за волосы.

Радужки глаз му Юньфаня сильно сокращались. Каждое слово Нин Цин было вырезано болезненно, как нож, пронзающий его сердце; он был пронзен, и ему было очень больно. Она действительно дала ему такой неожиданный ответ. Она была так сурова к себе, и она была так сурова с ним!

Они знают друг друга уже 20 лет. Раньше он был братом Юньфань, которому она доверяла больше всего, но теперь, она была готова умереть и не следовать за ним. Она даже хотела умереть у него на глазах, и пусть ему будет так больно, что он предпочел бы больше не жить.

Она использовала свою жизнь, чтобы наказать его!

Думать об этом тоже было забавно. У него был нож в животе. Она сама его туда положила. Она была так жестока и даже не пожалела его. Но он не мог просто смотреть, как она умирает, потому что не хотел расставаться с ней.

“Окей. Налитые кровью глаза му Юньфаня подняли детонационное устройство вверх, и он насмешливо рассмеялся. - Цинцин, ты победила. Вы победили, хорошо. Брат будет слушать тебя, брат больше не будет нажимать на детонатор. Если ты положишь нож, не причиняй себе вреда.”

Услышав его голос, Нин Цин вздохнула с облегчением. На самом деле жизнь была похожа на игру в покер, и она делала ставку; она использовала свою жизнь, чтобы поставить на дружбу, которую она имела с Му Юньфань. Она не станет выбирать ни то, ни другое. Она могла только отрезать себе путь к отступлению и желала победить среди сложившихся обстоятельств.

Ей повезло, что она выиграла пари.

- Ладно, тогда сначала выброси детонатор.- Настороженно спросила Нин Цин. Му Юньфань посмотрел на Лу Шаомина у двери и скривил губы: “Цинцин, я могу выбросить детонатор, но у меня есть одно условие: подойди и Поцелуй меня.”

Мрачное выражение лица Лу Шаомина в его глазах немедленно распространилось, как черные чернила. Темнота была бездной, распространяя холод и охлаждая воздух вокруг. Нин Цин услышала это условие и искоса посмотрела на Лу Шаомина. Этот человек нахмурился и внимательно посмотрел на нее. - Он открыл рот. "Женушка”

Он не позволил ей этого сделать.

- Ха, Цинцин, это совсем не трудное состояние. Если вы не согласны, то другого решения нет. Ты умрешь первым, я пошлю этих людей, чтобы они были похоронены рядом с тобой!”

Со стуком нож в руке Нин Цин упал на пол. Она побежала в сторону му Юньфаня.

Му Юньфань раскрыл обе свои руки и заключил ее в объятия. Нин Цин обхватила шею му Юньфаня и поцеловала его в щеку. Му Юньфань на секунду замер. Ее легкое и сладкое дыхание, они были так близко друг к другу. Все, что он видел в своих глазах, была она. Ее кожа напоминала только что вскрытое личи.

Его Цинцин повзрослела; она превратилась в красивую молодую женщину. Му Юньфань обхватил ее затылок и слегка подтолкнул маленький носик. Ее алые губы были прямо перед ним, они были на расстоянии вытянутой руки.

- Цинцин, я хочу поцеловаться. Между мужчиной и женщиной, вы целуете меня в щеку, вы шутите со мной?”

Нин Цин обняла его, слезы катились по ее щекам. Когда ее захлестнуло море слез, она посмотрела на него и сказала: “Брат Юн Фан, ты все еще помнишь, когда мне было 6 лет, и ты привел меня учиться Тхэквондо? Вы сказали, что все девушки должны учиться некоторым боевым искусствам для самообороны. За те 3 года, что тебя здесь не было, я так сильно страдала. Так много мужчин хотели заполучить мое тело, они оскорбляли меня и делали мою жизнь трудной. Они хотели использовать деньги, чтобы вырастить меня своей любовницей. Но я не выполнил их желания, потому что мог защитить себя.”

Му Юньфань никогда не слышал, чтобы она говорила о своем опыте за эти 3 года. Услышав это сейчас, его красивое лицо стало уродливым “ " кто это был? Кто посмел издеваться над моей Цинцин? Скажи брату, брат пойдет убивать их всех.”

Нин Цин покачала своим заплаканным лицом “ " брат Юньфань, ты все еще не понял? Это ты сейчас надо мной издеваешься. Вы ничем не отличаетесь от этих людей!- Му Юньфань услышал ее слова и быстро отпустил Нин Цин. Он покачал головой и сделал несколько шагов назад, он выглядел так, как будто потерял свою душу и пробормотал:…”

Рана на животе му Юньфаня снова начала кровоточить, он использовал свои руки, чтобы обхватить ее, его зрение потемнело, и он потерял сознание, упав на пол.

- Молодой Господин, Молодой Господин!”

Увидев, как Му Юньфань падает в обморок на пол, Нин Цин двумя маленькими руками обхватила свое лицо и всхлипнула. Она чувствовала, как ее теплые слезы текут сквозь пальцы, и ее сердце было разбито. Она действительно была убита горем. Ее брат Юньфань исчез. Неужели это конец ее отношений с Му Юньфанем? Нин Цин плакала слишком яростно. Ее слабые плечи дрожали, и вдруг ладонь прижалась к ее голове, и ее голова оказалась в мужских объятиях.

- Женушка, плачь, если тебе хочется плакать.- Лу Шаомин нес ее на руках, а другой рукой нежно гладил по волосам. Нин Цин взяла ее за руку и обняла за сильную талию. Она спрятала свое маленькое личико в его пальто и глубоко вдохнула завораживающий аромат его тела. Она подняла голову и использовала свою руку, чтобы беспорядочно вытереть слезы с лица. - Шаомин, я в порядке, сейчас не время грустить. Как там Шуйлинг?”

Нин Цин отпустила руку Лу Шаомина и повернулась.

Инь Шуйлин был освобожден от веревок. Чжу жуй держался за нее, помогая встать, но ноги Инь Шуйлинга подкосились, и она снова была готова упасть.

- Шуйлинг.- Нин Цин поспешно пошла ей на помощь.

Но прежде чем ее маленькая рука коснулась Инь Шуйлин, сильный порыв ветра пронесся мимо ее тела. Инь Шуйлин уже была в объятиях мужчины, одетого в серый костюм. Нин Цин открыла глаза, чтобы посмотреть; это была Инь Мучэнь.

Инь Мучэнь нежно погладил рукой лицо Инь Шуйлин и тихо позвал ее: “Шуйлин, Шуйлин.” Только тогда Нин Цин заметила, что Инь Шуйлин выглядит не совсем правильно. Ее маленькое личико было неестественно горячим, глаза наполовину закрыты, а лицо бледно.

“Что тут происходит?” Как раз когда Нин Цин хотела задать этот вопрос, Инь Мучэнь открыл рот. Он, казалось, контролировал свой голос, и голос, исходящий из его груди, был низким и мрачным. Телохранитель, которого пригвоздил к полу Лу Шаомин, быстро поднял голову, и кто-то тихо сказал: "Когда молодой хозяин привел Мисс Нин в комнату…”

Прежде чем человек успел закончить свои слова, Инь Мучен лишь резко пнул его в грудь. Этого сильного и крепкого телохранителя вырвало кровью изо рта, и он лег плашмя на землю. Нин Цин была в шоке. Прошло много лет с тех пор, как она в последний раз видела лицо Инь Мучэня. Инь Мучэн вошел в семью Инь, когда ему было 14 лет, но ранее он был известным гангстером на улицах. У него был вид головореза.

Инь Мучэнь понес Инь Шуйлинга вертикально и направился к двери склада. Нин Цин поспешно преградила ему путь, чтобы он не ушел. - Старший брат Инь, куда ты хочешь привести Шуйлинга ? Шуйлинг была накачана наркотиками, теперь ей нужно идти в больницу.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 159:Муженек, Ты Злишься?

Инь Мучэнь молчал, и он пристально смотрел на Нин Цин.

Нин Цин была потрясена его взглядом и вздрогнула. Его темные, похожие на мрамор глаза были глубоко посажены, и она не могла видеть их дна. Как будто в них текла речная кровь — кровавая и пугающая.

Он использовал это выражение в своих глазах, чтобы говорить — те, кто блокирует меня, они все умрут!

Когда Нин Цин почувствовал страх, Лу Шаомин вышел вперед, обнял свою маленькую жену за плечи и посмотрел на Инь Мучэнь с легкой улыбкой на лице, сказав: “президент Инь, вы напугали мою жену.”

Расстроенное выражение лица Лу Шаомина принесло с собой угрожающую ауру. Инь Мучэнь все понял, но он нахмурился, глядя на Лу Шаомина, и не стал продолжать вежливое подшучивание между деловыми партнерами. Он насмешливо рассмеялся и сказал: “Неужели молодой господин Лу не сказал своей жене, что нет никакого смысла идти в больницу после приема этого лекарства?”

Не было никакого смысла идти в больницу?

Тогда что же ей делать?

Нин Цин была застигнута врасплох, а Инь Мучэнь уже несла Инь Шуйлин на руках, когда он проходил мимо нее.

Нин Цин сразу же подумала о серьезной проблеме. Не было никакого смысла идти в больницу, тогда могло быть только одно решение... это был бы мужчина.

Она тут же развернулась и погналась за Инь Мученом. Инь Мучэнь сделал большие шаги и уже был за дверью склада. Она потянула Инь Мачэнь за рукав и сказала: "старший брат Инь, поскольку нет никакого смысла идти в больницу, то это еще одна причина, по которой я не могу передать тебе Шуйлинг.”

Инь Мучэнь бросил взгляд в сторону, и это принесло с собой холод зимнего холода. “Если я передам тебе Шуйлинг, какое решение ты примешь?”

- Я... - Нин Цин была поставлена на место.

Инь Мучэнь забрал свой рукав назад и привел Инь Шуйлинга с собой, чтобы дойти до роскошного бизнес-седана.

Нин Цин была чрезвычайно взбешена, и она закричала в направлении тени Инь Мучэня. - Старший брат Инь, ты же не хотел Шуй Лин, когда она гонялась за тобой по всему миру. Когда она любила тебя, несмотря на критику со всех концов света, ты не смел, и теперь она использовала 3 года своего времени, чтобы залечить свои раны и позволить себе жить спокойно. Вы снова появились в ее мире; как же вам не стыдно?”

- Инь Мучен. Если Шуй Лин нуждается в мужчине сейчас, то этот мужчина не может быть вами. Сюйлин не сможет принять это, если она увидит вас после того, как проснется!”

У инь Мучэня не было ни единой реакции. Шофер открыл дверцу машины и понес Инь Шуйлинга внутрь. Роскошный бизнес-седан уехал.

Нин Цин в гневе топнула ногой. Она упрекнула Инь Мучен несколько тысяч раз в своем сердце.

- Ладно, не сердись больше. Там нет места для третьей стороны, чтобы прокомментировать отношения. Они оба ясно понимают в своих сердцах, любовь это или ненависть. Даже если он передаст вам Yin Shuiling, у вас также нет лучшего решения для этого. Так что пусть он делает все, что ему заблагорассудится.- Утешил ее Лу Шаомин.

1

Нин Цин надула розовые губки и очень расстроилась. Она оттолкнула Лу Шаомина и фыркнула: "Что ты знаешь? Вы, мужчины, самые непостоянные в любви; те, кто всегда проигрывает, - это мы, женщины!”

Сегодня он пережил целую череду событий со своей женой, и он долго утешал ее, но все, что молодой господин Лу получил взамен, было это предложение. “…”

Он был в растерянности, не находя слов.

В этот момент Сюй Цзюньси вышел и сказал: "молодой господин Лу, Нин Цин, где Нин Яо? Почему я ее не вижу?”

У Нин Цин упало сердце. Сцена была слишком хаотичной прямо сейчас, и она не думала о Нин Яо. “Разве Нин Яо не внутри склада? Затем она, должно быть, убежала через заднюю дверь, когда сцена была хаотичной. Она увидела, что заговор раскрыт, и решила скрыться с места происшествия.”

Сюй Цзюньси сжал кулак и сказал: "Черт возьми, я определенно смогу найти Нин Яо”

Скорая помощь отправила му Юньфаня в больницу. Чжу жуй разбирался с последствиями, а Лу Шаомин отправил Чжоу ЯО к своему джипу.

- Старший брат,что с тобой сегодня? Разве все это не будет сделано, когда Мы застрелим его пулей? А почему ты так затягиваешь это дело? Это не ваше обычное поведение/ вы счастливы, когда смотрите на этого маленького парня, обнимаете сестру в законе и действуете с ней интимно?”

- Второй младший брат, ты не понимаешь. Самое простое, что можно было бы сделать в этом мире, - это заставить его умереть, но человек, который выжил бы, жил бы в сожалении и видел бы кошмары.”

Когда му Юньфань только что потерял сознание на полу. Нин Цин уже так рыдала. Это означало, что Му Юньфань был действительно важным человеком в ее жизни.

Если бы му Юньфань действительно умер у нее на глазах, то Нин Цин, вероятно, каждый день снились бы кошмары.

Он пообещал Нин Цин утром, что сведет к минимуму количество вреда, насколько это возможно.

- Старший брат, я все еще толком не понимаю. Я возвращаюсь на базу.”

Глядя, как Чжоу Яо садится на переднее пассажирское сиденье, Лу Шаомин эмоционально сказал: “Вот почему у тебя раньше не было серьезной подруги, хотя тебе уже 27 лет. Вы все еще не знаете, как любить человека. Ладно, быстро иди и сам ищи себе жену.”

Чжоу Яо глубоко нахмурился, злобно улыбнулся и сказал: “хотеть найти жену очень легко. У меня есть много женщин, чтобы выбрать из. Но зачем мне нужны те девушки, которые любят рыдать и плакать? Чтобы вышить мне подушку? Кроме того, если бы у меня была жена, я был бы вялым и нерешительным, как старший брат. Я был бы связан по рукам и ногам. Для меня лучше быть свободным.”

Лу Шаомин улыбнулся и не ответил, Чжоу Яо встретит такую женщину, и он охотно будет связан всем своим сердцем.

Лу Шаомин сопровождал Нин Цин в больницу, а Му Юньфань обработал и перевязал его раны, но он потерял сознание из-за чрезмерной потери крови. Он все еще спал в комнате, которая была под наблюдением прямо сейчас.

Нин Цин посмотрел через маленькое стеклянное окошко на Му Юньфань, и в этот момент Дворецкий Чжоу, прилетевший из дома семьи Му в Сингапуре, подошел к ней и вежливо поздоровался. - Мисс Нин.”

Нин Цин улыбнулся и сказал: "Дворецкий Чжоу, прошло много времени с тех пор, как мы виделись в последний раз.”

“Совершенно верно, Мисс Нин. Я не видел тебя уже 3 года, и ты стала еще красивее, чем когда-либо. Теперь ты уже взрослая леди.”

“Ха-ха, спасибо дворецкому Чжоу за ваши комплименты. Ах да, Дворецкий Чжоу, ваш молодой хозяин хорошо справлялся в течение этих 3 лет? Он не навещал меня все эти 3 года. Чем же он был занят?"Нин Цин чувствовала, что Му Юньфань был теперь эмоционально неустойчив, и казалось, что он резко изменился.

На складе му Юньфань сказал, что он был занят в течение этих 3 лет, поэтому он не пришел навестить ее. Чем же он тогда был занят?

Дворецкий Чжоу эмоционально ответил: "Эти 3 года семья му эмигрировала в Сингапур, и вначале ситуация была очень нестабильной. Это было в то время, когда мы также пострадали из-за финансовых ограничений семьи Инь. Многие тайные общества выбрали нас своей мишенью, и старый мастер был застрелен в нескольких дюймах от сердца.”

- Что, дядю му застрелили, и его жизнь была в опасности?”

- Старый мастер вовремя пошел в хирургию и победил ее своей сильной волей. Но его здоровье становилось все хуже и хуже. Все в семье Му было передано молодому мастеру, и в течение этих 3 лет Молодой Мастер боролся с сильными ветрами. У него не было времени для отдыха, так как давление на него было слишком велико. Мисс Нин, Молодой Мастер ни на минуту не переставал думать о вас в течение этих последних 3 лет. Всякий раз, когда у него был тихий момент для себя, он вынимал из бумажника вашу фотографию, чтобы посмотреть, но я не ожидал того, что произошло сегодня. Но молодой господин никогда не причинит вам вреда, Мисс Нин. Молодой мастер искренен по отношению к вам.”

Нин Цин помолчала несколько секунд и кивнула головой. “Окей.”

За рулем автомобиля сидел Чжу жуй. И Лу Шаомин, и Нин Цин сидели сзади. Лоб Нин Цин уже был забинтован, и теперь Лу Шаомин снимал повязку для нее, снова применяя лекарство для нее.

Лу Шаомин посмотрела на рану на ее лбу и использовала ватный тампон, чтобы нанести лекарство на рану. Его действия были очень мягкими, но “ " Sii.- Нин Цин все еще чувствовала боль.

“А что, ты тоже знаешь, что такое боль?- Тон Лу Шаомина был неприятен.

Нин Цин подняла на него свой пристальный взгляд. Его красивое лицо было сильно сморщено, и он явно был в плохом настроении. Она тут же схватила его за локоть и застенчиво спросила: “муженек, ты злишься?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 160:Со мной здесь, это человек, которого мама выбрала

“Я вовсе не сержусь.- Лу Шаомин наложил ей на лоб свежую марлевую повязку. Две бледные руки Нин Цин коснулись его красивого лица, и она заметила, что Чжу жуй впереди не обращает на нее внимания. Она тайком поцеловала его в уголок губ. - Муженек, я знаю, что твое сердце болит, потому что мне больно. Вы обвиняете меня в том, что я подвергаю себя опасности, но мне нужно было полностью порвать с Му Юньфанем. Если нет, то он будет просто бомбой замедленного действия, взрывающейся в любой момент.”

Лу Шаомин оставил себе аптечку первой помощи и одной рукой притянул ее в свои объятия. "Нин Цин, тебе нужно было полностью порвать с Му Юньфан, потому что 18 лет родства, которое вы двое делили все это время, были для вас очень важны. Но, если бы не ты, я бы точно заставила его вернуться в Сингапур. Он-бомба замедленного действия, и я могу убрать его с дороги. Но из-за тебя я предпочитаю этого не делать. ”

Лу Шаомин поцеловал ее волосы и сказал: "Ты знала, как я боялся? Му Юньфань заложил взрывчатку на дороге. Я знал, что он будет готов к этому. В то время как вы планировали поймать его в ловушку, он также строил свои заборы вокруг нас. Я боялась, что не смогу прийти и спасти тебя, боялась, что ты сбежишь из моей жизни.”

"Му Юньфань на самом деле осмелился ударить тебя по голове, он все еще хотел поцеловать тебя передо мной. Нин Цин ... " - Нин Цин обхватила ладонями лицо Лу Шаомина и смело поцеловала его. Она знала, она все понимала. Он шел на компромисс ради нее.

Ей, му Юньфань, Инь Шуйлин и Нин Яо нужно было иметь заключение по вопросам, которые произошли 3 года назад, но он этого не сделал. Он был втянут в это только из-за нее. Она знала, что он жалеет ее. Он ревновал, но молча стоял рядом с ней, чтобы поддержать ее. Он позволил ей разорвать отношения, которые она имела с Му Юньфан своими собственными руками.

Он всегда понимал ее; он знал, что Му Юньфань был клином в ее сердце, но он игнорировал свое несчастье, и мог принять то, что она заботилась, и попытаться любить то, что она любила. Это была мужская интерпретация любви, и это была самая тонкая и благородная любовь в мире. Она нежно целовала его с неопытностью. Сдерживаемое разочарование Лу Шаомина внезапно исчезло, и он крепко обнял ее за тонкую талию, желая углубить этот поцелуй.

“Ай! Шаомин... " - Нин Цин оттолкнула его с пылающими щеками. Она указала на Чжу жуя, который шел впереди, что означало – здесь сейчас кто-то есть. Лу Шаомин слегка нахмурился. Хотя он и не хотел этого, но ослабил хватку на губах Нин Цин. Нин Цин слабо лежала в его теплых объятиях.

"Шао Мин, когда му Юньфань сказал мне сегодня, что он подбросил взрывчатку, я был напуган до смерти. Я боялся, что ты не знаешь и наступишь на него неосознанно.- На лице Лу Шаомина была спокойная улыбка, и он ничего не говорил. В этот момент Чжу жуй сказал с улыбкой: "мадам, деловой мир сродни полю битвы. В эти годы президент видел все виды угроз. Политики гораздо хитрее этих гангстеров. Эта взрывчатка не испугала бы президента.”

Когда Нин Цин услышала его слова, у нее защемило сердце. Вспоминая о том, как три года назад она спасла его, когда он потерял сознание, и его живот был заколот ножом; это была ужасная сцена. Нин Цин подняла голову и посмотрела на него с нежностью в глазах. Лу Шаомин знал о ее чувствах. Он наклонился и поцеловал ее в лоб. - Дурак, теперь я больше всего благодарен этим политикам. Если бы они не пришли убить меня, как бы я встретил тебя?”

Сердце Нин Цин, казалось, мгновенно покрылось слоем сладкого меда. Чжу жуй снова заговорил: - Сегодня, хотя план мадам был немного смелым, это был хороший план, который убил двух зайцев одним выстрелом. Му Юньфань и Нин Яо были связаны вместе, и определенно придумали бы план. Кроме того, те события, которые произошли 3 года назад, повлияли на отношения между четырьмя семьями. Она не только не могла быть остановлена, но и становилась еще более запутанной, когда в нее вкладывали заботу. Сегодня мадам быстро приложила нож к этим возможностям. Это был лучший исход для всех.”

Лу Шаомин с любовью погладил волосы Нин Цин. Да, его маленькая жена очень умна. - Сегодня утром, - прошептала она ему в ванной. Она рассказала ему о своих планах на сегодня. Му Юньфань думал, что он мог бы добиться успеха, если бы использовал Сюй Цзюньси в качестве дымовой завесы. Нин Цин ясно видела все в ее глазах. Ее сердце было как чистое зеркало. Му Юньфань хотел поставить на шоу, Нин Цин будет просто сопровождать его, чтобы завершить шоу.

Нин Цин посмотрела на Лу Шаомина, ее глаза ярко сияли. "Хотя мой план был правдоподобным, он должен был быть одобрен Шаомин, только тогда он мог сработать. Шаоминг, спасибо тебе за твою веру в меня.- Сегодня утром он не согласился с ее планом. Он думал, что это слишком рискованно, но она уговаривала и приставала к нему. Она сказала ему, чтобы он поверил в нее, и только тогда он согласился.

Он полностью доверял ей во всем, что происходило сегодня. Она исчезла из туалета и заложила взрывчатку на полпути. Чжоу Яо намекал, чтобы закончить все это с пистолетом, му Юньфань хотел поцеловать ее... он дал ей достаточно уверенности, и она училась расти самостоятельно. Столкнувшись с благодарностью Нин Цин, Лу Шаомин использовал свою руку, чтобы ущипнуть ее маленькое лицо и сказал: “Не благодарите меня, я только хочу, чтобы вы не подвергали себя опасности в следующий раз. Это все.”

“Окей. Нин Цин кивнула головой и сказала: “больше никогда.”

Некоторое время они оба молчали, Нин Цин держал Лу Шаомина за рукав и тихо спросил: “Шаомин, ты веришь тому, что дворецкий Чжоу сказал сегодня?”

“К чему ты клонишь?”

На лице Нин Цин отразилось подозрение. "Сегодня на складе му Юньфань ударил меня по голове. Брат Юньфань, которого я знал, никогда бы не поднял на меня руку, но теперь, похоже, он совершенно другой человек, имеющий дело с экстремальными эмоциями.”

Глаза Лу Шаомина потемнели. “Я давно просил кого-то расследовать местонахождение му Юньфаня за эти последние 3 года. Все было именно так, как сказал Дворецкий Чжоу, не было ничего подозрительного. Но сейчас все это не имеет значения. Я прикажу кому-нибудь следить за му Юньфанем. Мы подождем, пока он придет в сознание, а потом попросим кого-нибудь отвезти его обратно в Сингапур.”

“Окей.- Нин Цин кивнула головой.

Двое из них вернулись к дому Юэ Ваньцин. Сегодня произошло что-то очень важное. Нин Цин беспокоилась о своих собственных бабушке и матери. Войдя в кондоминиум, Нин Цин услышала необычный звук, доносящийся из гостиной. Она позволила Лу Шаомину остаться в фойе, а сама пошла взглянуть на гостиную.

Посмотрев, она была шокирована.

Юэ Ваньцин была прижата к дивану Нин Чжэнго. Их одежда и так была в полном беспорядке. Нин Чжэнго поцеловал Юн Ваньцин, запустив руки под ее одежду. Юэ Ваньцин слегка сопротивлялась и толкнула его. - Чжэнго, отпусти меня.”

- Мам, что вы тут делаете?- Увидев эту сцену, Нин Цин пришла в ярость. Она недоверчиво посмотрела на них и крикнула, чтобы они прекратили разговор.

Дуэт на диване увидел, что Нин Цин вернулась, и они быстро разделились. Нин Чжэнго встал и схватился за свой пояс. Юэ Ваньцин быстро привела себя в порядок. Похоже, они оказались в трудном положении.

- Цинцин, папа вернулся, чтобы навестить вас, ребята, не сердитесь, я... - начал объяснять Нин Чжэнго.

Нин Цин не хотела слышать ни одного из его слов. “Ты только знаешь, как вернуться, чтобы навестить нас. Тогда где же ты был все это время? Может ты забыл, когда ты дурачился с Ли Мэйлин и выгнал мою мать из дома? Вы забыли об этих 3-х годах, когда вам было все равно, жив я или мертв, и вы все еще не хотели платить за медицинское обслуживание моей мамы? Теперь, когда Ли Мэйлин в тюрьме, вы думаете о возвращении к нам? Я думаю, что вы думаете о нас как о центре переработки отходов.”

- Цинцин, папа знает, что тогда он был неправ. Я был обманут ли Мэйлингом, я думал, что это твоя мать столкнула твою бабушку с лестницы. Если бы не это, я бы не развелся с твоей мамой...я …”

- Довольно! Если бы ты не развелся с моей мамой, то все равно планировал бы иметь жену дома,а любовницу вне брака?- Нин Цин даже не захотела взглянуть на Нин Чжэнго. Она указала на дверь и строго сказала: “Ты сейчас же уходи, уходи немедленно. Без тебя наша семья жила счастливо. Помни, что ты бывший муж моей мамы. В следующий раз, когда я увижу, что ты так обращаешься с моей мамой, я вызову полицию!”

- Цинцин... - Нин Чжэнго хотел продолжить разговор, но Юэ Ваньцин подтолкнула его. - Хватит, Чжэнь го, не говори больше, пожалуйста, уходи."Нин Чжэнго видел, что даже Юэ Ваньцин также преследовал его. Ни дочь, ни бывшая жена не хотели его видеть. Он тяжело вздохнул, опустил голову и вышел.

Выйдя в фойе, он увидел Лу Шаомина. Нин Чжэнго вежливо улыбнулся. - Молодой Господин Лу.- Лу Шаомин скривил губы, и он вежливо принял его приветствие. Нин Чжэнго вышел.

- Мам, а что именно произошло сегодня? Вы планируете снова выйти замуж за Нин Чжэнго? Неужели этот ужасный человек причинил нам обоим недостаточно боли? Вы все еще питаете надежду на него?”

Юэ Ваньцин была очень неловкой, и она заикалась, пытаясь объяснить: “Цинцин, я не планирую выходить за него снова, но он все еще твой отец. Он только сегодня пришел посмотреть…”

“А что он пытался разглядеть на диване? Мам, мы уже можем забыть про Нин Чжэнго? Есть много хороших людей, которые не являются им. Я могу порекомендовать их маме. Я не буду возражать, если ты снова выйдешь замуж.”

В этот момент в гостиной с треском зажегся свет! Нин Цин повернула голову, чтобы посмотреть. Ее седовласая бабушка стояла перед своей комнатой. В глазах бабушки стояли слезы.

- Бабушка... - Нин Цин знала, что она была слишком резка в своих словах, Нин Чжэнго действительно ранил и мать, и дочь, но он также был единственным сыном бабушки.

Нин Цин вышла вперед, желая поговорить с бабушкой по-хорошему, но бабушка закрыла дверь.

"Мама" Юэ Ваньцин быстро подошла к двери. Она тихонько постучала в дверь и сказала: “мама, не расстраивайся, у Цинцина нет дурных намерений.”

- Я знаю, что не виню Цинцин, - донесся из комнаты бабушкин голос, - это Нин Чжэнго совершил все эти действия.- Нин Цин сразу же почувствовала себя плохо.

Юэ Ваньцин повернула свою голову к лицу Нин Цин, ее выражение было расстроенным. - Цинцин, бабушка сейчас не в лучшем состоянии. Врачи сказали, что, возможно, она не сможет остаться...до конца месяца.”

- Ну и что же?- До конца месяца оставалось всего несколько дней.

- Цинцин, позволь спросить тебя, если ... бабушка уйдет, ты позволишь своему отцу построить для нее мемориальную доску? Твой отец-единственный сын в семье Нин.”

- Цинцин, не вздумай в будущем знакомить меня с другими мужчинами. Ты думаешь, что я не знаю? У меня была операция по поводу болезни почек, вероятно, мне осталось всего 2 года. Я знаю, что ты смотришь свысока на свою маму, но что ты хочешь, чтобы мама сделала? Я была воспитана в семье бабушкой, когда мне было 6 лет, чтобы стать ее будущей невесткой. Я была ее невесткой в течение 40 лет. Семья Нин - это весь мой мир. Я знаю, что ты не можешь простить своего отца. Я не буду вместе с ним, и поэтому вы можете быть в мире с этим.- После того как Юн Ваньцин закончила свою речь, она ушла в свою комнату.

Нин Цин казалось, что ее сердце находится на дне долины. Думая о том, что бабушка и мама когда-нибудь покинут ее, она была расстроена. Слезы потекли из ее глаз. Она знала, что ее слова ранят сердце бабушки и мамы, но она не ошиблась. Этот ужасный человек, Нин Чжэнго, не был достоин ее и ее матери прощения. Он был недостоин этого.

- Опять плачешь?- Лу Шаомин шагнул вперед и осторожно взял ее за плечо. Нин Цин крепко обняла Лу Шаомина и зарылась лицом в его воротник. Лу Шаомин улыбнулся и взял ее на руки, ведя в комнату.

Нин Цин положили на мягкую кровать. Лу Шаомин лежал на кровати. Его красивая спина лежала в изголовье кровати, и он крепко обнял ее мягкое тело.

- Нин Цин, я знаю, что ты чувствуешь себя обиженной. Нин Чжэнго был слишком жесток к тебе и твоей матери, и он ранил твое сердце. Ты больше не считаешь его своим отцом, верно?”

- Да, - кивнула Нин Цин. Она надула свои розовые губки. Ее бледные руки исследовали пространство под его пальто, чувствуя его тепло.

Лу Шаомин нежно поцеловал ее в лицо. “Вы не ошибаетесь. В вашем восприятии есть только черное и белое, но бабушка и мама тоже не ошибаются; вы должны поставить себя на их место и думать с их точки зрения.

- У бабушки осталось не так уж много времени. Нин Чжэнго-ее единственный сын, вы действительно хотите, чтобы бабушка разорвала с ним связь, и у вас нет никого, чтобы отправить ее? Характер у мамы теплый и добрый. Ей трудно ненавидеть человека. Более того, она была воспитана в семье Нин бабушкой как будущая невестка, и бабушка обращалась с ней как с собственной дочерью. Она также только 6, когда она знала, что Ning Zhenguo будет весь ее мир. Она жила в таком маленьком мире, что вы можете злиться на нее, но вы не можете изменить ее.

- Кроме того, Нин Цин, почему ты хочешь поменять маму? Она не ошибается, у каждого есть свой собственный выбор, и все будет хорошо, пока она счастлива.”

Нин Цин все еще не была счастлива. Надувшись, она сказала: "но, Нин Чжэнго…”

- Нин Цин, не думай слишком много. Мама не сказала, что простит его сразу же. В эти несколько месяцев Нин Чжэнго приходил ежедневно. И он, и мама развивались довольно медленно. Это показывает, что мама тоже проверяет его.”

- Хорошо, - Нин Цин почувствовала себя лучше после того, как он успокоил ее, но она все еще чувствовала, что что-то не так.

- Шаомин, а почему я не знала, что Нин Чжэнго приходит каждый день? Почему ты мне об этом не сказал? Если бы вы сказали мне об этом раньше, я бы ... …”

“Если я скажу тебе раньше, все закончится именно так?- Лу Шаомин наклонилась и нежно прикусила губу.

- Пусть мама сама решает свои дела, не волнуйся, я буду следить за ситуацией вместо тебя. Ning Zhenguo только 45 в этом году, если он хочет играть с женщинами, есть много в компании для него, чтобы сделать это. У него есть искренность и чувства к маме.”

1

Нин Цин хотела продолжить разговор, но мужчина воспользовался этим, когда она открыла рот, чтобы напасть. Нин Цин почувствовала, как ее тело рушится, мягко падая в его объятия. У нее не было времени подумать, и все ее чувства были наполнены его бодрящим и чистым ароматом. После того, как он поцеловал ее, пока она была в трансе, он бросил ее на кровать.

Ее нежное лицо было поправлено его большой ладонью. - Женушка, не волнуйся, позволь мне позаботиться о делах дома. Никто не посмеет запугать твою маму и тебя. Со мной здесь, вопросы, касающиеся Нин Чжэнго, вы можете расслабиться о нем. Это был человек, которого выбрала мама. Если он не подходит, то мы позаботимся об этом.”

Нин Цин почувствовала, как ее сердце смягчилось. Он так долго терпеливо утешал ее. На самом деле, этот дикий человек даже не мог быть обеспокоен этим незначительным вопросом. Потому что, с его точки зрения, именно мама сейчас выбирала мужчину. Нин Чжэнго был лишь одним из них. От поцелуев в таком положении у нее закружилась голова. Она использовала свою маленькую руку, чтобы толкнуть его сильную талию.

- Муженек, мне так неудобно в таком положении. Я хочу лечь спать.”

- Ни в коем случае, оставайся здесь.- Нин Цин услышала звук расстегиваемого у нее за ушами ремня.

Нин Цин почувствовала, как кровь мгновенно прилила к ее маленькому лицу. Какое-то время она боролась, но потом сдалась, крепко ухватившись одной рукой за простыню и выключив свет.

- Муженек, я все еще беспокоюсь о Шуйлинге, как ты думаешь, что с ней случилось?”

“А что с ней будет? Это будет либо Инь Мучэнь, либо другой человек. Когда инь Шуйлин был похищен, я не сообщил об этом Инь Мучэню, но Инь Мучэнь опередил меня всего на один шаг. Он слишком заботится об этой своей сестре, ему будет трудно отпустить ее.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 161:Если Вы Достаточно Умны, То Молчите Вечно

Инь Мучэнь перенес Инь Шуйлинга в роскошный бизнес-седан, и шофер спросил: “президент Инь, куда мы направляемся?”

- Возвращайся на виллу.”

- Да, сэр.”

Инь Мучэнь все это время держал Инь Шуйлин, и вначале Инь Шуйлин послушно лежал в его объятиях. Она не слишком хорошо осознавала окружающее, и тогда ее лицо становилось все более и более красным. Она бормотала: "жарко, это так жарко…”

Маленькая девочка в его объятиях начала двигаться, и она использовала свою маленькую руку, чтобы толкнуть его грудь в попытке вырваться из его объятий.

Инь Мучэнь крепко держал ее за мягкую тонкую талию и не хотел отпускать. Его красивое смуглое лицо было почти мокрым от злых намерений, а темные глаза, похожие на черные шарики, были глубокими и темными. Она не могла догадаться, о чем он думает.

Тело этого человека было подобно стене. Инь Шуйлин не могла убежать от него, и она использовала свою маленькую руку, чтобы натянуть на себя одежду.

Она была одета в тонкий черный вязаный свитер с глубоким v-образным воротником. Она была одета в длинную красную шерстяную юбку и блестящий металлический пояс на талии. Она выглядела молодо и модно.

Ее маленькая рука дернулась, и тонкий вязаный свитер с глубоким v-образным воротником съехал в сторону, обнажив ее маленькое левое плечо.

Водитель, сидевший впереди, почувствовал, что сзади от зеркала заднего вида остался большой участок гипнотизирующей кожи, и инстинктивно пошел посмотреть. Как только он это сделал, то был встречен злобным взглядом мужчины со спины.

“Если ты посмеешь посмотреть еще раз, тогда иди и уничтожь свои глаза по собственной воле!- Тонкие губы мужчины слегка сжались, и каждое произнесенное им слово было чрезвычайно жутким.

“Да, конечно.- Шофер быстро вернулся, чтобы сосредоточиться на вождении.

Только тогда Инь Мучэнь внимательно осмотрел плечи девушки. Ее плечи были хрупкими и мягкими. Это был тип маленьких плеч, которые женщины в прошлом предпочитали бы. Любой, кто посмотрит на них, не сможет оторвать от них взгляда.

Ее кожа была похожа на снег зимой, и она была такой светлой, что это заставляло других чувствовать себя удивленными.

Инь Мучен руками поправил ее вязаный свитер. Она не сильно изменилась за эти 3 года, и она все еще одевала себя во многие красивые юбки, которые имели потрясающий вид, и она красиво одевалась.

Инь Мучэнь посмотрел на ее крошечное личико и вдруг насмешливо рассмеялся над самим собой. Вообще-то, она почти не пользовалась косметикой. Ее маленькое личико было чистым и белым без всякой пудры. Она была естественной красавицей от рождения, и каждая ее черта выглядела так, словно была тщательно нарисована художником. Она была очень привлекательна.

Инь Мучэнь не смог сдержаться и посмотрел на нее еще два раза.

Он не смотрел на нее так уже много лет.

Его рука играла с завязками ее вязаного свитера. Когда его рука уже собиралась уйти, ее маленькая ладошка неожиданно легла на его большую ладонь, и она нахмурилась, говоря: “не уходи! Мне так неудобно... мне так жарко.”

Инь Мучэнь изобразил холодную улыбку и сказал: “у тебя был мужчина, когда ты училась только в средней школе, а потом ты соблазнила своего старшего брата. Эти 3 года в Англии, количество бойфрендов, которые у вас были, даже не могут быть подсчитаны двумя руками, и теперь вы на самом деле не знаете, что теперь делать? - Хех.”

Инь Шуйлин не понимала, о чем он говорит, ей было так неудобно, что она чуть не плакала. Из уголков ее глаз скатилась пара слез.

Yin Muchen saw her tears and was gentle for a moment. With his large hand, he pressed a button in the car. The windows of the luxury business vehicle were immediately covered with a black tint.

The people outside could not see what was happening inside.

“President Yin, Miss would not be able to hold on like this for long. What do you plan to do? What about taking out Miss’s contact list, and look for the number of Miss’s current boyfriend?”

What was he going to do?

In her sorry state, she definitely needs a man, but she had just returned to the country. She did not currently have a boyfriend. Her previous boyfriends were all in the United Kingdom; they could not fly over in time.

Он просмотрел ее контактную книгу и увидел, что там было много записей, сохраненных как мед, но все они были иностранными зарегистрированными номерами. Что за человека он собирается найти для нее?

Неужели он действительно хочет найти для нее мужчину?

Инь Мучэн болезненно нахмурился и с силой выдохнул. Он отодвинулся назад и увидел на ней глубокие следы зубов, как будто его укусил котенок.

На его большом пальце все еще блестела влага; это была ее слюна, которую она оставила после себя.

Глаза инь Мучэня были темны, как бездна. Он ущипнул обе щеки Инь Шуйлинга и зловеще сказал: “Шуйлинг, скажи мне. А кто тебе нравится? С кем ты хочешь переспать? А кого должен найти для тебя старший брат? Вы не можете винить меня завтра утром. Скажи мне!”

Инь Шуйлин не смог ответить. Слезы в ее глазах текли все быстрее и быстрее. Она шлепнула его по большой руке и небрежно вскрикнула: "раздражает! - Уходи! - Не трогай меня! Это больно, очень больно, старший брат. Обними меня, старший брат. Инь Мучень, Ин Мучень…”

Инь Мучень?!

Инь Мучэнь услышал, как она зовет его по имени, и замер.

Красная фигура быстро появилась в его мозгу. В то время она гналась за ним, и она говорила ему снова и снова: “Инь Мучен, Инь Мучен, тебе не позволено убежать от меня. Я больше не хочу обращаться к тебе как к старшему брату; Ты не мой старший брат. Ты мне нравишься! Вы слышали, как я сказал, что вы мне нравитесь?”

После того, как она сказала “Инь Мучен” после этих трех лет, чувства Инь Мучена мгновенно разрушились, и его пристальный взгляд в ее сторону стал чрезвычайно горячим.

Неужели она все еще испытывает к нему такие чувства?

Был ли он тем человеком, которого она хотела?

….

Роскошный бизнес-седан остановился перед виллой в европейском стиле. Инь Мучэнь внес Инь Шуйлин на виллу и пинком распахнул дверь спальни. Затем он положил ее на большую кровать.

Инь Шуйлин чувствовал себя все более и более неуютно. Она держалась за шею му Юньфаня и не отпускала его. Инь Мучэнь не использовала много сил, и он позволил ей затащить себя на большую кровать.

“О, Здесь так жарко. Там очень жарко.”

Инь Мучэнь тяжело дышал. Он обхватил девушку за тонкую талию, чтобы она могла примоститься у него на груди. Он посмотрел на ее красные губы, болезненно зажмурился и поцеловал ее.…

В этот момент Инь Мучэнь уже месяц встречался с девушкой — дочерью из богатой семьи. Фан Юаньюань пришел на виллу, чтобы найти его. На самом деле у нее была назначена встреча с Инь Мучэнем, но он опоздал, и его телефон был выключен, поэтому она пришла искать его на виллу.

Инь Мучэнь никогда не приводил ее сюда. Иногда они приходили в отель, а иногда-в его офис.

Это был его личный адрес, и он никогда не приводил домой женщину.

Она стояла в дверях виллы и заметила, что главные ворота не были закрыты. Она вошла внутрь, огляделась по сторонам и стала подниматься по лестнице.

- Мучен, Мучен... - она увидела открытую дверь и подошла посмотреть.

Как только она взглянула на него, все ее тело, казалось, было поражено электрическим током с головы до ног.

- Сюйлин, старший брат хочет тебя видеть.…”

Сумка в руке фан Юаньюаня с грохотом упала на пол, и она не могла поверить своим глазам.

Этот звук привлек внимание Инь Мучэня, и его темный холодный взгляд устремился прямо на него. “А это еще кто?”

Фан Юаньюань в шоке сделал шаг назад. Его взгляд был чрезвычайно пугающим, как будто она случайно вошла в его тайну, как будто он хотел убить ее, чтобы скрыть это дело.

- Мучен.- Фан Юаньюань прикрыла рот рукой и закричала.

К темным, налитым кровью глазам инь Мучена вернулось зрение, и все его чувства мгновенно вернулись. Девушка все еще висела у него на шее, но он не осмелился прикоснуться к ней и с неимоверной силой вырвался из ее объятий.

Он избегал ее, чтобы не вызывать подозрений.

- Мучен, что происходит между тобой и Инь Шуйлингом? Вы двое ... Сюйлин - это ваша младшая сестра. Ты старше ее на целых 12 лет. Когда вы вошли в семью Инь в возрасте 14 лет, Инь Шуйлин было всего 2 года. Ты же видел, как она росла. - Как ты могла?”

Инь Мучэнь встал с кровати, и он был спокоен и собран. Его сильные руки элегантно застегнули рубашку, и он посмотрел в сторону фан Юаньюаня. Его взгляд был холодным без малейшего намека на тепло. “Если ты достаточно умен, то лучше бы тебе заткнуться навсегда!”

Фан Юаньюань больше не осмеливался говорить.

” О, это жарко... " Инь Шуйлин увидел, что мужчина ушел и быстро схватил инь Мучен за талию сзади.

Инь Мучэнь позволил ей обнять себя. Он взял с ночного столика телефон Инь Шуйлинга и позвонил ему.

- Привет, Шуйлин, а как ты думаешь связаться со мной сейчас? Может быть, ты не скучала по мне? Мы не виделись 3 года, и я так сильно скучала по тебе, ты…”

- Кончай нести чушь, я пришлю тебе адрес. Приходите сюда в течение 5 минут. Я не буду вежлив, если вы опоздаете.- Инь Мучен закончил разговор.

Инь Шуйлин толкнула сложенную спину Инь Мучен своим маленьким личиком. Инь Мучэнь насмешливо скривил губы и сказал: "Шуйлин, отец ребенка, это должен быть кто-то, кто тебе нравится, верно?”

…

На следующее утро Нин Цин открыла глаза. Лу Шаомин уже проснулся.

Перед тем как одеться, она умылась и почистила зубы, а когда ее маленькая ручка легла на дверную ручку, она на мгновение заколебалась. Они были недовольны друг другом прошлой ночью. И бабушка, и мама были расстроены, и она не знала, как их утешить.

Честно говоря, она не думала, что сделала что-то не так, но Шаоминг была права. Она не считала себя матерью и бабушкой. Забудь об этом, позже она признается в своих проступках и будет вести себя скромно.

Да.

Нин Цин вздохнула.

Она открыла дверь и вышла. В гостиной никого не было, и Нин Цин пошла искать свою маму. Она услышала смех, доносящийся из кухни.

- Она подошла к двери кухни. Лу Шаомин давал Юэ Ваньцин маленькую бутылочку духов и сказал: “Мама, Нин Цин знает, что тебе нравится использовать эти гидрозоли нормально. Она расстроила тебя вчера вечером, но ей было неловко извиняться, поэтому она проснулась сегодня утром, чтобы собрать лепестки цветов, и она лично сделала флакон духов для тебя. Это то, что Нин Цин просила меня подарить тебе.”

Юэ Ваньцин радостно улыбнулась и взяла его в свои руки, когда сказала “ " Этот ребенок Цинцин... где мать и дочь будут врагами в одночасье? То, что произошло вчера, также было вызвано моей небрежностью, и я заставил Цинцин чувствовать себя расстроенным…”

Говоря это, она увидела Нин Цин, стоящую у двери. Она быстро помахала рукой, приглашая Нин Цин подойти, и благожелательно улыбнулась. - Цинцин, мы только что говорили о тебе. Мама не винила тебя. Давайте положим конец конфликту, который произошел вчера вечером. Давайте теперь жить счастливо, как одна семья.”

Нин Цин посмотрела на флакон духов в руках своей матери, и она была ошеломлена. Но что же все-таки происходит?

Она посмотрела на Лу Шаомина. Обе руки Лу Шаомина были засунуты в карманы. - Он слегка приподнял брови. Он имел в виду: "я уже вымостил тебе дорогу, не хочешь ли ты поскорее приехать, чтобы порадовать свою мать?

Нин Цин быстро бросилась в объятия своей матери и вела себя скромно, как будто чувствовала себя обиженной. - Мама, я все еще думала, что ты больше не хочешь меня.”

“Что ты такое говоришь, маленький негодяй? Даже если твоя мать захочет это сделать, почему я должен отказаться от нашего Цинцина?”

- Вот именно.- В этот момент бабушка тоже вошла в кухню. “Кто посмеет отказаться от ребенка нашего дома, Цинцин, бабушка будет бороться с этим человеком.”

Нин Цин тут же подошла к бабушке и взяла ее за локоть. Она подтолкнула бабушкину одежду своим маленьким лицом и застенчиво сказала: "Бабушка, ты тоже больше не сердишься на Цинцин?”

Бабушка помахала набором китайских шахмат в своей руке и сказала: “Когда бабушка проснулась сегодня утром, как только я открыла дверь, я увидела новый набор китайских шахмат за дверью. Этот тип китайского шахматного набора является ценным изданием. Бабушка уже давно положила на него глаз. Я не знаю, кто хочет тайно угодить мне, но стесняется это делать.”

Бабушка любовно ткнула Нин Цин в лоб.

Нин Цин была очень смущена. Ей не нужно было думать, и она уже знала, что Лу Шаомин был человеком, который подготовил этот китайский шахматный набор. На самом деле она не сделала ни одной вещи, но она была на другом конце этой благодарности.

Айя, как она могла сделать это без смущения?

Нин Цин моргнула своими прекрасными глазами, прикусила губу и нежно посмотрела на Лу Шаомина.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 162: Попал В Нокаут

Глава 162: Меня Сбили С Ног

- Бабушка, мама, в будущем вы можете позволить...позволить Нин Чжэнго навестить вас обоих. Но решу ли я простить его или нет-это отдельный вопрос. Конечно, независимо от того, на какую стадию отношений ты хочешь перейти с ним, мама, я полностью уважаю твой выбор.”

Глаза бабушки и Юэ Ваньцин заблестели, когда они услышали ее слова. Они обняли ее и сказали: “Наша Цинцин теперь действительно разумна.”

Говоря это, бабушка похлопала себя по груди и провозгласила: “Цинцин, тебе не нужно беспокоиться, то, как мы будем относиться к Нин Чжэнго, будет полностью зависеть от его будущего поведения. Если он все еще не может получить твое прощение, Ваньцин, естественно, не выйдет за него замуж.”

- Да, Цинцин, я согласна с тем, что сказала бабушка.- И бабушка, и невестка хотели, чтобы Нин Цин дала Нин Чжэнго шанс. Глядя на счастливые лица бабушки и мамы, Нин Цин полностью расслабилась. На самом деле держаться за ненависть и любовь-это вторично в жизни. Самое главное в жизни-это жить счастливо. Особенно для здоровья бабушки и мамы.

…

Юэ Ваньцин поставила завтрак на стол. Нин Цин тайком держалась за локоть Лу Шаомина. Она встала на цыпочки и дерзко спросила: "Шаоминг, этот флакон духов…”

“Ты заснул прошлой ночью. Я позвонил кое-кому, чтобы он приготовил его для тебя.”

“Тогда эта партия в шахматы?”

“Это было, когда я ездил в Европу по делам. Я купил его там в антикварном магазине. Поскольку я помнила, что бабушке всегда нравились эти цветочные узоры, я действительно хотела подарить их ей в подарок, но теперь я дарю их тебе, чтобы ты была счастлива.”

Нин Цин чувствовала сладость в каждой клеточке своего тела. Она смягчила свой тон и расслабила свое напудренное белое лицо и сказала: "муженек, ты действительно так хорошо ко мне относишься. Лу Шаомин наклонился и прошептал ей на ухо: “этот подарок был дан тебе за твое хорошее выступление прошлой ночью. В будущем вам нужно только хорошо служить своему мужу, тогда этот дом будет передан вам для защиты.”

Движущиеся глаза Нин Цин были яркими и водянистыми. Она давно поняла, что его плечо-это то, на что она может опереться всю жизнь. Три женщины трех поколений были переданы ему для защиты.

Нин Цин была очень тронута. - Ладно, не будь таким эмоциональным. Пойдем, пойдем завтракать прямо сейчас. Лу Шаомин положил руку ей на плечо и подвел к обеденному столу. После завтрака Лу Шаомин ответил на звонок. Он сказал Нин Цин: "Нин Цин, му Юньфань проснулся. Он сказал, что завтра вернется в Сингапур вместе с дворецким Чжоу. Он хочет видеть тебя сегодня.”

Нин Цин поджала губы и промолчала. “Пойдем, я тебя провожу.- Лу Шаомин помог ей принять решение.

…

В больнице.

Лу Шаомин и Нин Цин вошли в больничную палату. Дворецкий Чжоу вежливо встал у кровати. Доктор осматривал тело му Юньфаня. Прошла всего одна ночь с тех пор, как они виделись в последний раз, Но Му Юньфань казалась очень хрупкой. Его лицо побледнело, а настроение упало, и он сказал: "молодой господин Лу, Цинцин. Вы, ребята, приехали. Му Юньфань отпустил доктора и одарил его невинной и безобидной улыбкой.

- Молодой господин му, как заживают ваши раны?- Вежливо спросил Лу Шаомин.

- Я в порядке, мне ничего не угрожает.- Сказал му Юньфань, глядя на Нин Цин,

- Цинцин, я очень сожалею о том, что произошло вчера, надеюсь, ты сможешь простить меня.”

Нин Цин скривила губы в элегантной улыбке и покачала головой. “Все в порядке, ты не причинил мне вреда в конце концов, я надеюсь, что ты сможешь все отпустить. Завтра, когда вы вернетесь в Сингапур с дворецким Чжоу, живите счастливо и не подведите семью му.”

У му Юньфаня было мрачное выражение лица, хотя Нин Цин сказала, что она не возражает, она явно не хотела больше говорить о том, что произошло. Теперь между ними была дистанция. После всего, что произошло, они, вероятно, даже не смогут быть друзьями в будущем.

- Цинцин, я запомню твои слова. Завтра я возвращаюсь в Сингапур с дворецким Чжоу на своем личном самолете. Я не буду прощаться с бабушкой и тетей Ваньцин. Если в будущем у них появится такая возможность, я приглашаю их приехать в Сингапур и хорошо провести время. Кроме того, Цинцин, я желаю вам и молодому господину Лу всего хорошего.”

“Спасибо. Нин Цин кивнула головой.

Никто не разговаривал, и в палате быстро воцарилась тишина. За этим молчанием скрывался еще один смысл. Это было расстояние и неловкость. Лу Шаомин нарушил молчание, сказав: "молодой господин му, Нин Цин и я сейчас уйдем. Вы заботитесь о своем теле. Завтра нас уже не будет рядом, чтобы проводить тебя.”

“Конечно. Му Юньфань натянуто улыбнулся. Лу Шаомин обнял Нин Цин и вышел.

…

Они вдвоем вышли из палаты. Лу Шаомин потрепал Нин Цин по волосам и мягко спросил:”

Нин Цин покачала головой и ответила: “я больше не чувствую себя неловко. Это лучший конец между мной и Му Юньфанем.

“Окей. Лу Шаомин кивнул головой.

В этот момент зазвонил его телефон. “Нин Цин, мне нужно ответить на звонок.”

- Ладно, иди. Я буду стоять здесь и ждать тебя. Лу Шаомин подошел к лестнице. Нин Цин было скучно, поэтому она стояла на месте, глядя на рекламный плакат в коридоре. Она изучала факты о грудном вскармливании. Плакат изображал множество невинных и милых младенцев, похожих на маленьких ангелочков. Нин Цин чувствовала, что ее сердце тает; дети были так очаровательны. Лицо Нин Цин слегка покраснело. Когда придет время, у Лу Шаомин и у нее тоже будет такой ребенок.

Он хотел девочку или мальчика? Когда Нин Цин подумала об этом, она пришла в восторг. Если бы рядом с ней была мини-версия маленького молодого мастера Лу, на что бы это было похоже? Находясь в трансе, она вдруг услышала чей-то голос. - Нин Цин, пригнись! До ее ушей донеслось тихое ворчание. Нин Цин посмотрела в сторону: к ней на большой скорости приближалась вышедшая из-под контроля тележка с лекарствами. Она не могла не быть настороже. Она тут же нырнула в сторону, но ее левое плечо все еще касалось тележки. Она тут же почувствовала боль в локте.

Ее тонкую талию обхватила сильная рука. Все ее тело было в теплых объятиях мужчины. “Нин Цин, на что ты смотрела? Разве ты не умеешь прятаться, когда есть опасность?- Лу Шаомин был в ярости и не мог удержаться, чтобы не повысить голос.

Пока он отвечал на звонок, она на мгновение скрылась из виду, но когда он снова взглянул на нее, то увидел, что к ней приближается медицинская тележка. Несмотря на то, что он бежал быстро, он все еще был слишком поздно, и она уже задела тележку. Если бы он не окликнул ее, Неужели она так глупо стояла бы здесь, чтобы ее сбили с ног?

Нин Цин прослезилась от боли. Она увидела, что мужчина рассердился, и тут же взяла его за руку, чтобы коснуться красивого лица. - Муженек, не сердись, тебе нельзя меня ругать... мне так больно... - к ней подбежал врач. Лу Шаомин подхватил ее на руки и понес в кабинет врача, чтобы залатать раны. Уже собираясь уходить, он бросил взгляд на плакат, который заставил ее сбиться с мысли. Он остановился как вкопанный, и его поведение смягчилось.

О чем она только думала?

Разве она не хотела родить ребенка?

Доктор перевязал руку Нин Цин, Лу Шаомин притянул ее к себе и с жалостью нахмурился. В этот момент кто-то вышел вперед с записью с камер наблюдения больницы. - Молодой господин Лу, эту медицинскую тележку толкала медсестра. Камера слежения в коридоре показывает, что эта медсестра тайком ослабила тормоз тележки перед поворотом, после чего он толкнул ее в направлении мадам.”

Нин Цин посмотрела на медсестру. На нем был белый халат, а на лице-маска. Изображение не показывало его лицевой стороны, и они не могли ясно видеть его лицо.

- Молодой господин Лу, вы хотите, чтобы мы его арестовали?”

Лу Шаомин посмотрел на Нин Цин. Коснувшись рукой ее маленького личика, он спросил:”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 163:Нин Яо Попался

Глава 163: Нин Яо Попался

Нин Цин задумалась на несколько мгновений и кивнула головой. - Этот смотритель, должно быть, действовал по приказу других. Арестовывать его было бы бесполезно; нам нужно выяснить, кто все это затеял.”

Лу Шаомин скривил губы в улыбке и махнул рукой, отпуская всех присутствующих. Он наклонился к ее уху, чтобы спросить: "тогда кто же, по-твоему, стоит за всем этим?”

Заметив, что вокруг больше никого нет, Нин Цин протянула руки и обняла его за шею. С сияющей улыбкой на лице она сказала: "Шаоминг, ты так раздражаешь. Вы, очевидно, знаете, о ком я думаю, и все еще спрашиваете меня.”

Лу Шаомин поцеловал ее маленькие алые губы и сказал два слова: "Нин Яо?”

“Да. Нин Цин кивнула головой и продолжила: “это не может продолжаться. Мне нужно придумать план, как быстро ее поймать. Сейчас она просто не в себе. Она наверняка придумает какой-нибудь план, чтобы навредить мне.”

У Лу Шаомина была ленивая улыбка на лице, когда он сказал: “Итак?”

- Итак... - Нин Цин кивнула и игриво подмигнула. Она надула свои маленькие розовые губки, ведя себя очень мило. - Муженек, у меня есть план, но я просто не знаю, согласишься ли ты на него?”

- Хех.- Лу Шаомин давно знала, что ее умный мозг уже составил бы план. Она ходила с ним вокруг да около, потому что боялась, что он не согласится.

Она прекрасно понимала ситуацию.

“Ты хочешь пригласить Сюй Цзюньси на чай и ужин? И это заставит Нин Яо явиться тогда? Нин Цин, у тебя такие честолюбивые мечты. Ваш план вчера включал в себя пребывание с Му Юньфань в течение такого длительного периода времени, и теперь вы хотите связаться с Сюй Цзюньси сегодня. Признайся прямо сейчас — с кем ты хочешь связаться завтра? Зачем ты вообще впутываешь меня?- Лу Шаомин намеренно придал своему красивому лицу строгое выражение.

Он уже знал о ее плане?

Ах да, если бы он не знал, тогда это было бы еще более странно.

Такой умный и хитрый человек.

- Муженек, разве ты не согласен? Айя. Нин Цин тут же протянула руку, чтобы дотронуться до раны на локте, и сморщила брови от боли. - Муженек, если ты сейчас не поймаешь Нин ЯО, то потом придешь и укусишь нас. Поймать ее одним быстрым движением было бы лучше, чем предупредить о наших передвижениях. Если вы используете мои методы, то я гарантирую, что это сработает с одной попытки. Почему бы тебе просто не выслушать меня хоть раз? У меня так болит локоть, и муженек, ты не можешь быть рядом со мной каждую минуту моей жизни. Если Нин Яо наймет другого человека, чтобы причинить мне вред, и если я попаду в какую-нибудь опасность, муженек, у тебя больше не будет жены.”

Она вела себя застенчиво и надула губы. Лу Шаомин почувствовал, как все его сердце растаяло, и ущипнул ее за щеку. “Тебе не разрешается близко общаться с Сюй Цзюньси.”

Глаза Нин Цин заблестели, она обхватила ладонями лицо Лу Шаомина и поцеловала его. - Спасибо, муженек. О да, муженек-самый лучший! Он-лучший в понимании!”

“Stop being glib with your tongue.” Lu Shaoming stood up, picked her up horizontally, and walked towards the doors.

В больничном коридоре было много людей, и Лу Шаомин, несущий Нин Цин, быстро привлек внимание многих людей. Нин Цин легко смутилась. Ее две стройные ноги сладко повисли в воздухе, и она сказала: “муженек, отпусти меня. Все смотрят на нас.”

Лу Шаомин никого не принимал близко к сердцу и сказал: “если им нравится смотреть, пусть смотрят. Вчера ты повредил себе лоб и локоть. Я боюсь, что если я сейчас не обращу на тебя внимания, ты снова упадешь, поэтому я несу тебя сейчас.”

Нин Цин чувствовала себя очень сладко в своем сердце.Она вцепилась ему в шею, оглянулась через плечо и увидела группу молодых девушек, прикрывающих рты, сраженных Лу Шаомоном. Ух ты, этот дядя такой красивый…

Нин Цин подняла брови в сторону этих юных леди и еще крепче прижалась к Лу Шаомину. Она говорила: каким бы красивым ни был этот дядя, он мой.

Хм.

Они вдвоем спустились вниз. Лу Шаомин усадил ее на переднее пассажирское сиденье и помог пристегнуть ремень безопасности. “Нин Цин, на что ты так пристально смотрела в больнице?”

Однажды он упомянул об этом. Нин Цин застеснялась и сказала: "хе-хе, ничего особенного.”

- Осмеливаешься снова ничего не говорить? Лу Шаомин двумя пальцами ущипнул ее за маленькую, мягкую, белоснежную мочку уха.

“Hubby, it hurts.” Ning Qing immediately cupped her earlobe and tugged it back, wanting to escape from his evil fingers. “If there’s anything you want to say, then say it properly okay. Don’t use force. I saw some small babies just now. They were very adorable, so I thought, and thought…”

“Ты хотела родить ребенка для меня?”

На маленьком личике Нин Цин появились два красных пятна. Она не возражала и только мягко сказала: ” рождение ребенка для тебя-это всего лишь...вопрос времени. Я собираюсь родить для тебя маленького молодого мастера Лу, но сейчас я еще слишком молода. До Праздника весны остается еще месяц. После этого я вернусь в индустрию развлечений. Я буду заниматься инвестициями за кулисами и производством. Я буду очень занята, поэтому родлю ребенка после того, как мы подождем 2 года.”

Лу Шаомин приблизился к ней и поцеловал в лицо. - Хорошо, я соглашусь на все твои планы. Муженек будет поддерживать всю вашу работу.”

…

Нин Цин позвонила, чтобы пригласить Сюй Цзюньси на свидание, и они встретились на детской площадке.

- Нин Цин.- Сюй Цзюньси подошел к Нин Цин. Девушка была одета в короткую желтую меховую куртку, на поясе у нее висела серебряная пряжка, а ниже-узкие кожаные штаны. Ее маленькое личико было скрыто светло-серым шарфом, и она выглядела привлекательно красивой.

- Президент Сюй. Нин Цин скривила губы в улыбке и поздоровалась с ним.

Перед ними была карусель, и Сюй Цзюньси улыбался, глядя на них. - Нин Цин, ты все еще помнишь это место?”

“Конечно, помню. Раньше я любила кататься на каруселях, и ты каждую неделю привозил меня кататься на них.”

- Хех, это здорово — ты все еще помнишь наше прошлое. Сюй Цзюньси улыбнулся, чувствуя себя успокоенным, и спросил: “Почему ты доверился мне вчера в кондоминиуме Линь Сюэмэя? Вы выставили свою охрану против му Юньфаня, так почему же вы не выставили свою охрану против меня? Может быть, у меня были дурные намерения, когда я подошел к тебе.”

Влажные глаза Нин Цин ярко блестели, когда она сказала: “я не знаю, есть ли у президента Сюя другие плохие намерения по отношению ко мне, единственное, что я знаю, это то, что президент Сюй не причинит мне вреда. Сюй Цзюньси в моих воспоминаниях-большой мальчик, очень застенчивый и теплый.То в тот год, когда мне исполнилось 18 лет, он признался мне и достал розу, которую прятал за спиной с красным лицом. Он заикался, когда говорил мне, что я ему нравлюсь, и просил меня быть его девушкой. Ах, президент Сюй, вы, очевидно, больше не тот человек, но наивность вашего характера не изменилась; вы не заплатили бы кому-то, чтобы заговорить и навредить мне.”

На самом деле Нин Цин сформулировала это немного красиво. Она хотела сказать, что Сюй Цзюньси мог быть одурачен Нин ЯО в течение 3 лет, и он был слишком прост в своих мыслях.

Он никогда бы не додумался до таких коварных планов, да это и не в его характере.

Сюй Цзюньси была покорена ее словами. Он пожал плечами и эмоционально сказал: "Нин Цин, на самом деле в течение 18 лет, которые мы провели как любовники детства, я всегда чувствовал себя очень неполноценным из-за му Юньфаня. Му Юньфань был лучше меня во всех отношениях, и он был красив, как солнечный шар. Он привлекал внимание людей повсюду, и я всегда была в его тени. Он относился к тебе очень хорошо, и ты мне нравилась, и я очень боялась, что он отнимет тебя у меня. Это большая часть причины, почему, когда я услышала, что ты легла с ним в постель, я была так раздражена и взволнована.”

Это был самый большой секрет в жизни Сюй Цзюньси. Это было связано с достоинством мужчины, и он всегда боялся говорить об этом.

Now that he said it out loud, he felt his body relax.

Нин Цин кивнула головой и улыбнулась, глядя на Сюй Цзюньси. “Хотя на бумаге му Юньфань был лучше тебя во всех отношениях, но в то время я видел тебя только в своих глазах. Я чувствовала, что мое сердце бьется только из-за тебя. Если мы живем дальше, разве мы не должны только хорошо вести свою жизнь? Любите других хорошо, и, естественно, вы тоже будете любимы.”

Хорошо ли мы живем?

Это было правильно. Только теперь Сюй Цзюньси все понял. Сравнивать людей было не с чем. Ведите свою собственную жизнь хорошо, и было бы лучше, если бы вы шли по жизни с чистой совестью.

Точно так же, как Му Юньфань, человек, которого он ненавидел и которым восхищался, — разве сейчас он не оказался в ситуации, когда цветы увядают без проточной воды?

Каким бы блестящим он ни был, это было бесполезно.

Только человек, который был могуч и умен, как Лу Шаомин — он был тогда истинным победителем в жизни.

Сюй Цзюньси почувствовал, как его чувства прояснились. Двадцатилетний огромный груз на его плечах наконец-то был снят. Он поднял глаза к небу, и ему захотелось начать новую жизнь.

“Нин Цин, теперь ты счастлива?- Он думал, что это последний раз, когда он может задавать вопросы.

- Да, я счастлива. Маленькие ямочки на щеках Нин Цин были частично видны, а ее улыбка была красивой и завораживающей.

Сюй Цзюньси облегченно улыбнулась; все было хорошо, пока она была счастлива.

- Президент Сюй, вы не совершили большого преступления. Неверные пути, которые вы выбрали, не были слишком фатальными. Хорошо справляйся с делами Нин Яо и живи своей собственной жизнью.”

Сюй Цзюньси кивнул головой. Он так и сделает.

“Нин Цин, Как ты думаешь, Нин Яо появится здесь?”

“Так и будет. Она обязательно это сделает. Она жила в вашем доме и очень сердилась на вашу мать. Му Юньфань, должно быть, дал ей много обещаний, чтобы она помогла му Юньфань выполнить вчерашние дела. Она думала, что это ее единственный выход, но не думала, что потерпит неудачу. Она уже была на грани того, чтобы сдаться в этой жизни. Единственное, что она хотела бы видеть, - это мое несчастье, поэтому она должна быть рядом, следить за мной, если она увидит меня вместе с вами, она, вероятно, будет очень сердита.”

Она хорошо понимала Нин Яо, Нин Яо был чрезвычайно глупым человеком. У нее больше нет ли Мэйлин в качестве советника, и у нее есть ребенок в животе. Ей некуда идти, чтобы спрятаться. Она, должно быть, очень ненавидит Нин Цин и определенно хочет, чтобы та умерла.

Она наверняка примет меры против Нин Цин.

“Окей. Сюй Цзюньси кивнул головой и продолжил: “Нин Цин, давай покатаемся на карусели, раз уж мы здесь. Давайте счастливо продолжим это еще раз.”

“Конечно.- Нин Цин направилась к карусели.

Нин Цин только что села на деревянного коня, и Сюй Цзюньси сказал:…”

- Что?”

“О, ничего особенного. Сюй Цзюньси колебался, не зная, стоит ли продолжать. Он улыбнулся и спросил: "Когда мы закончим с каруселью, куда мы пойдем?”

Нин Цин подняла глаза, чтобы посмотреть на закат в небе рядом с ней, и она улыбнулась, когда ответила:”

…

В уединенном коридоре гостиницы Нин Яо поправила на голове кепку и опустила ее вниз. Она плотно обернула одежду вокруг своего тела и с нетерпением ждала, когда кто-нибудь придет.

Она волновалась, как муравей на раскаленной сковороде. Сюй Цзюньси и Нин Цин вошли в номер гостиницы. Как она могла оставаться спокойной? Она поручила частному детективу сфотографировать место преступления и хотела, чтобы Нин Цин потеряла все свое доверие и достоинство.

Нин Цин очень повезло, что она не была раздавлена насмерть тележкой в больнице, но пока она живет еще один день, Нин Цин не будет жить спокойно.

Пока она ждала, к ней торопливо подошел частный детектив, и Нин Яо поспешно подошла поприветствовать его. - Ну и как это? Вам удалось его достать?”

Частный детектив помрачнел и отвернулся в сторону. С той стороны подошла группа людей.

Нин Цин и Сюй Цзюньси возглавляли стаю.

Глаза Нин Яо сузились, и она повернулась, чтобы бежать.

Но не успела она сделать и двух шагов, как два телохранителя придавили ей локти, и она была поймана.

Нин Цин медленно пошла вперед и сказала со смехом: “Нин Яо, не беги больше. Эти телохранители обладают огромной силой. Подумайте о ребенке в вашем животе.”

Шапочка на голове Нин Яо упала на пол после того, как телохранители коснулись ее, и ее волосы были в полном беспорядке. По сравнению с Нин Цин в ее желтой меховой куртке, она была просто развалиной.

Она знала, что больше не сможет бежать, ей конец.

Нин Яо пытался убежать от телохранителей, как сумасшедший. Ей захотелось броситься к Нин Цин, и она зло упрекнула ее: “Отпусти меня, Нин Цин. Я хочу убить тебя. Вы специально пошли открывать гостиничный номер с Сюй Цзюньси, верно? Вы нарочно соблазнили меня появиться здесь, чтобы задержать меня, верно? Как ты можешь быть таким злым?”

Сюй Цзюньси сделал шаг вперед и встал рядом с Нин Цин, защищая ее. Выражение его лица было решительным, когда он сказал: "Нин ЯО, как ты можешь называть других злыми? Ты самый злой человек, которого я когда-либо встречал! Нин Цин-это не ты. Она уже Миссис Лу, зачем ей заказывать номер в отеле вместе со мной? Не вини других за свою глупость!”

- Ха-ха-ха, Сюй Цзюньси, ты тоже знаешь, что она Госпожа Лу, но ты все еще защищаешь ее вот так. У меня все еще есть твой ребенок в животе, и ты позволяешь этим телохранителям так обращаться со мной? Независимо от того, есть ли у вас чистая совесть рядом с Нин Цин, вы ясно осознаете это в своем сердце. Вы двое-хитрая парочка!”

Сюй Цзюньси посмотрел на Нин Яо, который на его глазах вел себя как псих. Он чувствовал, что теперь едва может узнать ее. Была ли это все еще Нин Яо, которая была нежной и теплой, которая сопровождала его в течение 3 лет, в то время как она полагалась на него в качестве поддержки?

Она действительно так хорошо скрывала свою истинную сущность.

- Заклей ей рот скотчем.- Сюй Цзюньси сказал об этом телохранителям.

- Забудь об этом, - сказала Нин Цин, чтобы остановить Сюй Цзюньси. “Если она хочет нас отругать, пусть делает это сколько душе угодно. Вероятно, в будущем никто не услышит ее слов.”

Услышав ее слова, Нин Яо опешила. Она покачала головой и сказала: “Нин Цин, что ты имеешь в виду?”

Нин Цин медленно подошла к Нин Яо. Она скривила губы и спросила с улыбкой: “ты похитил меня вчера вместе с Шуй Лин и Му Юньфань. Суд обязательно привлечет вас к ответственности, и вы пойдете по стопам своей матери и проведете остаток своей жизни в тюрьме.

“Нет, нет, вы, очевидно, знали, что я делаю все это по приказу му Юньфаня! Он-истинный вдохновитель, именно он должен сидеть в тюрьме!”

“Меня это не волнует.Говори все, что хочешь о му Юньфане, когда будешь давать показания. Только судья решит вашу судьбу.”

Нин Яо была похожа на сдутый воздушный шарик. Все ее существо обмякло, когда она патетически сказала: "му Юньфань не позволил мне ничего сказать. Как я мог пойти против семьи му?”

Улыбка Нин Цин стала еще ярче, когда она сказала: “Ты не можешь победить их, поэтому ты можешь только превратиться в козла отпущения. На самом деле вам ясно, что вы виновны. Человек, которого хочет заполучить му Юньфань, - это я. Что касается тебя, то ты накормил Шуйлин ядовитым лекарством и чуть не убил меня. Вы очень явно виноваты. Хе, Нин Яо, почему бы тебе и дальше не ругать меня? Разве вы не ругали меня сейчас очень взволнованно? Кроме твоего рта, что у тебя еще есть?

“Я живу хорошо. Я госпожа Лу, и, может быть, Сюй Цзюньси будет жить лучше. Он будет искать лучшую девушку, чтобы жениться и привести в семью Сюй. Ребенок в вашем животе назовет кого-то еще мамой. Как же так? Неужели ты думал, что у тебя будет самый жалкий конец?”

Слезы из глаз Нин Яо потекли по ее лицу. Нет, она не хотела попасть в тюрьму. Она не хотела идти в это злое, жуткое место.

Должность госпожи Сюй должна была принадлежать ей.

- Нин Цин, это все твоя вина. Из-за тебя я стал таким.…”

“Неужели это из-за меня ты оказалась в таком затруднительном положении?- Нин Цин прервала ее и продолжила: - Ты сегодня в таком положении из-за своих собственных действий. Все это из-за одного слова: жадность!”

Жадность?

Нин Яо ошеломленно покачала головой. Нет, все было не так.

“Нин Яо, на самом деле, у тебя было много возможностей покаяться. У тебя была такая хорошая жизнь. Твоя мать проложила тебе хорошую дорогу, и ты могла бы стать умной, послушной дочерью, но ты этого не сделала. Вы уехали в Америку на 3 года, и если бы вы не были жадными и не вернулись обратно в страну, вы уже были бы миссис Сюй. Вы вернулись в деревню и использовали шрам на лбу, чтобы удержать Сюй Цзюньси, и вы могли бы полностью гнездиться рядом с ним и сопровождать его, но вы не остановились со своей жадностью, и вы выставили себя напоказ.

- После этого твоя мать попала в тюрьму, и ты забеременела. Сюй Цзюньси больше не хотел тебя видеть. Вы надеялись на наследника мужского пола, и если бы вы хранили молчание и контролировали свою жадность, Вы все еще могли бы жить спокойно. Ты сбежал, когда потерпел неудачу, и если бы ты не думал причинить мне вред, то я не разрушил бы твою жизнь из-за ребенка, который был в твоем животе уже 5 месяцев!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 164:Смерть Нин Яо

Глава 164: Смерть Нин Яо

- Нин Яо, ты делал один неверный выбор за другим. Вы потеряли свои собственные инстинкты, и вы больше не можете повернуть назад!”

По лицу Нин Яо катились слезы. Как же так получилось? Как она могла застрять с таким концом? Она засмеялась, указала на Нин Цин и сказала: "Нин Цин, ты лжешь мне. Я похитил тебя вчера. Даже если я убегу на край света, ты все равно не отпустишь меня. Ты определенно хочешь преследовать меня до самой смерти!”

Нин Цин спокойно посмотрела на шишку у себя на животе. Она закрыла глаза и печально сказала: “мне все равно, веришь ты или нет. Я отдал свою последнюю милость ребенку в твоем животе, но ты упустил свой последний шанс!”

-Душераздирающе воскликнула Нин Яо. Она посмотрела на Сюй Цзюньси. - Цзюньси, Цзюньси, пожалуйста, помоги мне. Когда-то мы были парой. У меня, Нин Яо, действительно был только один мужчина в моей жизни.”

Сюй Цзюньси посмотрел в сторону с абсолютной решимостью. - Нин Яо, мы покончим со всем здесь.”

- Цзюньси, не делай этого со мной. Я следил за тобой 3 года, у меня все еще есть твой ребенок в животе, и ты не можешь быть таким жестоким…”

“Нин Яо, ты все еще пользуешься ребенком в своем животе? Неужели у тебя нет ни капли сожаления и вины? Даже если бы это было для ребенка внутри вас, вы все еще не понимаете? В этой твоей жизни встреча с Сюй Цзюньси была таким блаженным делом. Вы сказали, что его легко обмануть, но быть легко обманутым-это тоже другая форма любви. Эти 3 года он тоже любил тебя и верил в тебя. Но именно вы своими собственными руками положили конец этим отношениям между вами двумя.”

Нин Яо, прислушавшись, отступил назад и спросил: “Цзюньси, это правда? Ты любила меня раньше?”

Сюй Цзюньси с болью посмотрел на Нин Яо и кивнул головой. "Эти 3 года именно ты заполнила пробел в моем сердце. Было время, когда я действительно хотел жениться на тебе.”

Нин Яо опустилась на пол. Сюй Цзюньси подумывал жениться на ней. Она могла бы быть мадам Сюй. Она разрушила свое прекрасное будущее.

Теперь она ничего не стоила.

Сюй Цзюньси посмотрел вперед. Она стояла совсем рядом с ним. Он мог видеть только половину ее нежного, белого лица, и на самом деле, она действительно понимала его.

Она всегда так хорошо его понимала.

Дыра в его сердце постепенно увеличивалась, отчего глаза становились влажными. Возможно, он никогда не узнает, что упустил в своей жизни. - Президент Сюй, Нин ЯО будет передан вам, чтобы вы с ним разобрались. Я ухожу отсюда.”

Увидев, что Нин Яо задержан, Нин Цин повернулась и попрощалась с Сюй Цзюньси.

- Конечно, хорошо, я найду кого-нибудь, кто вернет тебя.- Сказал Сюй Цзюньси.

Нин Цин не возражала и повернулась, чтобы уйти.

Но в этот момент воздух пронзил крик. - А!!- Нин Яо воспользовался ситуацией, чтобы встать и убежать от телохранителей. Она притянула к себе 4-летнюю девочку. Девочка испугалась и горько всхлипнула, не переставая просить маму о помощи.

- Никто из вас, подойдите ближе, не подходите. Если ты посмеешь укрыться, я задушу ее до смерти!- Нин Яо вела себя так, словно лишилась чувств, крепко держась за шею девушки.

“Нин Яо, что ты делаешь? Ты, должно быть, сошел с ума, отпусти девушку поскорее!- Серьезно сказал Сюй Цзюньси, стиснув зубы. Нин Цин обернулась, чтобы посмотреть; у девушки не было сил сопротивляться. Как только Нин Яо проявил немного силы, лицо девушки мгновенно покраснело, и ей стало трудно дышать.

Нин Цин быстро вышла вперед. Она нахмурилась и сказала серьезным тоном: "Нин Яо, человек, которого ты ненавидишь-это я. Какой смысл причинять боль маленькой девочке? А как насчет этого, ты отпусти маленькую девочку, приходи прямо за мной. Если вы хотите уехать, то я позволю кому-нибудь подготовить машину, а затем дам вам некоторую сумму денег.”

- Ха, ха-ха.- Нин Яо дико уставилась на нее, и ее зловещая улыбка сделала ее страшной, - конечно, я могу отпустить эту девушку, Нин Цин, ты приходи. Вы пришли сюда лично, чтобы увезти эту девушку.”

- Нин Цин.- Сюй Цзюньси схватила Нин Цин за локоть и тихо сказала: “Нин Яо сошла с ума, она не предлагала никаких условий и только попросила тебя подойти. Вы будете в определенной опасности, если пойдете туда сейчас.”

Нин Цин медленно убрала локоть. “Не волнуйся, я буду осторожен.”

Нин Цин вышла вперед и шаг за шагом приблизилась к Нин Яо. Она встала перед Нин Яо и раскрыла объятия. “Нин Яо, я здесь. Отдай девочку мне.”

- Конечно, вот она.- Нин Яо закусила губу и швырнула девушку, как тряпичную куклу, в сторону Нин Цин. Нин Цин тут же схватила девушку.

В мгновение ока Нин Яо выхватила из живота острый нож и вонзила его в живот Нин Цин. Нин Цин была готова к этому моменту, она использовала один тонкий локоть, чтобы обнять девушку в своих объятиях, а другая рука схватила запястье Нин ЯО, как молния. Когда она напрягла свои суставы, Нин Яо заскулила от боли, и нож в ее руке свободно упал на пол.

Однажды Нин Цин избежала смерти.

Но в этот момент Сюй Цзюньси тихо проворчал: "Нин Цин, будь осторожна!- и Нин Цин, и маленькая девочка были заключены в объятия Сюй Цзюньси, и еще один нож был воткнут ему в грудь.

Телохранители бросились вперед и прижали Нин ЯО к Земле. Нин Яо действительно спрятал два ножа. Одна не сработала, поэтому она достала другую.

- Сюй Цзюньси, ты в порядке?- Нин Цин быстро опустила девушку на землю и попыталась рукой удержать Сюй Цзюньси от падения.

Нин Яо понял, что она ударила не того человека. Она потрясла ее в трансе. - Цзюньси, Цзюньси, прости меня. Я сделал это не нарочно. Ты хочешь убить Нин Цин! Почему ты заблокировал нож для нее? Почему?”

Кровь свободно текла из груди Сюй Цзюньси. Его лицо было бледным, и он с болью смотрел на Нин Яо. - Этот удар был нанесен не для того, чтобы защитить Нин Цин, но... я отплачу тебе... - это было в обмен на шрам, который она получила, спасая его.

У них больше не было долгов друг перед другом.

- Сюй Цзюньси, не говори больше. Давай поедем в больницу.- Нин Цин приложила ладони к его ране и очень торопилась. Сюй Цзюньси увидел черноту в его глазах, и его дрожащие руки были направлены вверх, он схватил руку Нин Цин, которая была у него на груди.

Он сказал: "Нин Цин, сегодня, когда мы были на карусели, я хотел спросить тебя, если, если 3 года назад, если я не заблудился из-за Нин Яо. Тогда мы…”

Нин Цин замерла и медленно убрала руку. “На этой земле нет никаких "может быть" ... Даже если ты не заблудился из-за Нин Яо, я встретил Лу Шаомина.”

Это была самая прекрасная встреча на земле.

…

В больнице Сюй Цзюньси делали операцию. Этот нож пронзил его достаточно далеко от сердца, чтобы он не был в опасности для жизни. Он все еще спал под наркозом, и его втолкнули в палату для дальнейшего наблюдения.

Нин Цин стояла у двери палаты и заглядывала внутрь. В этот момент тетя Сюй поспешно подбежала: "Цзюньси, где наша Цзюньси?”

Тетя Сюй была переполнена эмоциями и хотела увидеть Сюй Цзюньси, но доктор преградил ей путь.

- Пациенту ничего не угрожает. Он проснется естественным образом после того, как пройдет действие анестезии. Теперь его видеть запрещено. Могу я попросить его семью спокойно подождать снаружи?”

Тетя Сюй увидела своего бледного сына, лежащего на кровати, и ее сердце было разбито вдребезги. Она увидела Нин Цин и яростно спросила: “Нин Цин, позволь спросить тебя, как мой сын получил травму? Это вы взяли нож и вонзили в него? Что плохого сделал тебе мой сын? Нин Цин закатила глаза. Ей было слишком лень вступать в этот бессмысленный разговор, и она отвернулась, собираясь уходить.

Тетя Сюй была недовольна и побежала за ней: “Эй, Нин Цин, что ты теперь делаешь? Вы до сих пор не сказали мне, что случилось с моим сыном!- После того как матушка Сюй заговорила, она увидела нескольких полицейских. Полицейские остановились перед палатой и спросили: “это палата госпожи Нин Яо?”

Нин Яо?

Тетя Сюй услышала и побежала вперед. Она остановилась у двери палаты и заглянула внутрь. Нин Яо лежала на кровати. Она в страхе свернулась калачиком в изголовье кровати. Она уже была вне себя, обе ее руки отчаянно чесались. - Уходите, уходите! - Не трогай меня! Я не хочу идти в тюрьму, я никого не убивал…”

Медсестры заблокировали дверь и сказали: “Извините полицейских, пациентка больше не в здравом уме, она на 5 месяце беременности, и ее эмоции сейчас на высоте. Вот почему у нее идет кровь. Мы должны дать ей лечение, пожалуйста, подождите полчаса.”

- Кровотечение?"Тетя Сюй была шокирована, она схватила за руку медсестру и спросила:" как моя внучка? Вы должны защитить моего внука, это первый потомок семьи Сюй.”

Медсестра стряхнула руку тети Сюй и захлопнула дверь. Тетя Сюй медленно перевела взгляд на полицейских. - Офицер, что сделал Нин Яо? Вы здесь, чтобы арестовать ее?”

- Да, - кивнули офицеры и сказали. - Нин Яо ударил ножом жертву, Сюй Цзюньси, а также организовал вчера похищение на складе. Мы здесь, чтобы арестовать ее сейчас.”

Тетя Сюй отступила на несколько шагов и недоверчиво покачала головой. - Что? Это Нин Яо ударила ножом моего сына? Она так жестока! Нин Цин холодно смотрела на сцену перед собой. Она ничего не сказала и ушла. Свою роль сыграла карма.

Через два шага перед ней возникла знакомая фигура. Му Юньфань вышел из комнаты. Вместе с дворецким Чжоу он переоделся в ветровку. За его спиной стояли два телохранителя. Он выглядел так, словно только что выписался. Нин Цин остановилась как вкопанная. Му Юньфань увидел, что она идет к нему. Его лицо все еще было немного бледным, но на нем играла теплая и нежная улыбка. - Цинцин, почему ты в больнице?”

- О, Сюй Цзюньси ранен, я пришла проведать его.”

Нин Цин не хотела вдаваться в подробности и спросила: “тебя выписали? Во сколько завтра вылет?”

- Это восьмичасовой рейс, - ответил му Юньфань.

Нин Цин кивнула головой и сказала: Она изобразила улыбку и сказала:” Желаю вам счастливого пути, увидимся.”

Нин Цин ушла.

Глядя на фигуру Нин Цин, му Юньфань сжал руки в кулаки. Сейчас ей не хотелось даже говорить ему еще хоть слово.

“молодой господин. Дворецкий Чжоу заботливо подошел, чтобы положить руку на локоть му Юньфаня. Му Юньфань отмахнулся от него, показывая, что с ним все в порядке. Он стоял там, глядя на Нин Цин, когда она уходила, его глаза выражали глубокую долгую холодность.

…

Нин Цин подошла к чайному павильону виллы. Пока она шла, она послала сообщение Лу Шаомину.

[Муженек, Нин Яо был арестован, Сюй Цзюньси ранен и сейчас находится в больнице. Теперь все улажено, я возвращаюсь домой. Жду, когда ты вернешься, чтобы поужинать со мной.]

Прошло всего 3 секунды, и мужчина ответил:

Нин Цин положила телефон обратно в карман. Она подняла глаза, чтобы взглянуть на яркий город вдалеке, и ее сердце было немного тяжелым. У нее, Сюй Цзюньси и Нин Яо, наконец, был конец, но было жаль, что этот конец связан с молодой, невинной жизнью. Нин Цин чувствовала себя странно, это было врожденное шестое чувство женщины, и у нее было плохое предчувствие.

Когда она вернулась на виллу чайного павильона, та была пуста. - Тетя Ян, Тетя Ян.- Она несколько раз позвала тетю Ян, но ее не было на вилле.

Может быть, тетя Ян в отпуске? Нин Цин не возражала.

Она вошла на кухню, где овощи были чисто вымыты. Но они все еще были сырыми. Нин Цин засучила рукава и приготовилась готовить лично. После часового рабства на кухне ужин наконец был готов.

Едва она закончила, как услышала звук подъезжающей к вилле машины. Нин Цин подбежала к двери и остановилась у лестницы, чтобы посмотреть, как Лу Шаомин выходит из "Бентли".

- Муженек, ты вернулся. Нин Цин раскрыла объятия и побежала вниз по лестнице в его объятия. Лу Шаомин осторожно обнял ее и поцеловал в волосы. - Что бы ты делала, если бы я не поймал тебя в свои объятия?”

“Как ты мог не знать?- Нин Цин протянула свой белый палец, чтобы ткнуть его в каменную грудь .

- Муженек самый лучший, он бы обязательно меня обнял.”

Лу Шаомин скривил губы в легкой улыбке. Он подхватил свою женщину и направился к вилле. - Как мускулы вашего мужа? Похоже, я должен продолжать тренироваться каждый вечер.- Нин Цин помолчала несколько секунд, прежде чем поняла, что он имеет в виду.

Она ударила его кулаком и сказала: "Если ты хочешь заниматься спортом, иди в спортзал, тебе нельзя отпускать грязные шутки.”

Лу Шаомин нахмурился, имея в виду-в присутствии жены его тело не должно волноваться!

Нин Цин бросилась в его объятия. Они ласково посмотрели друг другу в глаза и оба улыбнулись. Когда они уже собирались войти на виллу, Нин Цин вдруг вспомнила: "муженек, почему тетушки Ян нет на вилле? Она в отпуске?”

Лу Шаомин остановился как вкопанный. - Тетушки Янг нет на вилле?- В тот момент, когда он произнес эти слова, вспыхнули две яркие фары. Они оба посмотрели и увидели полицейскую машину, остановившуюся перед ними.

Лу Шаомин посмотрел на него и осторожно опустил Нин Цин на землю. Нин Цин была озадачена. “Зачем сюда приезжала полиция?”

Глаза Лу Шаомина потемнели, одна его рука была в кармане, другая на мягкой и тонкой талии Нин Цин, притягивая ее в свои объятия.

4 полицейских подошли, и офицер впереди показал свой значок. - Молодой господин Лу, как поживаете? Я-дежурный сержант. Я должен побеспокоить вас сегодня, потому что ваша жена Нин Цин была обвинена в преднамеренном убийстве.”

- Что?- Нин Цин была потрясена.

Лу Шаомин был спокоен и молчалив. Его рука на ее талии несколько раз ущипнула ее, чтобы успокоить. Он медленно открыл рот. - Моя жена кого-то убила? Где доказательства?”

"30 минут назад Нин Яо, который был в больнице, был убит кем-то таким образом, который выглядел преднамеренным. Две жизни были мгновенно потеряны. У нас есть свидетели и закрытая камера наблюдения, чтобы показать, что это ваша жена убила Нин Яо. Улики говорят против нее.”

“Нин Яо мертв?- Нин Цин пошла вперед, чтобы отрицать это. "Это невозможно, 30 минут назад я был дома. Должно быть, это двойник, кто-то похожий на меня!”

- Мадам Лу, если вы были в это время дома, у вас есть алиби?- вежливо поинтересовались полицейские.

Нин Цин почувствовала, как у нее упало сердце. Дела шли неважно, и тети Ян рядом не было.

Она знала, что кто-то включил ее в свои планы совершить акт убийства. Полицейский показал ордер и сказал: “молодой господин Лу, мне очень жаль. Мы должны действовать в соответствии с законом. Если мадам Лу убила Нин Яо, имея такие веские доказательства ... это ордер,мы должны увезти мадам Лу. Мы просим молодого мастера Лу сотрудничать с нашей работой.”

Лу Шаомин плотно сжал тонкие губы и ничего не сказал. Нин Цин схватила его за рукав и сказала: “Шаомин, я пойду с ними. Я никого не убивал. Я верю, что закон докажет мою невиновность.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 165:Раздвоение Личности

Глава 165: Раздвоение Личности

В полицейском участке комиссар вытер холодный пот с лица рукавом рубашки и поспешно подбежал к нему.

Было уже 10 часов вечера. Он спал дома, и его подчиненный позвонил ему, чтобы сообщить, что в больнице произошло убийство, и подозреваемой в нем была миссис Лу. Он чувствовал, что мир рушится на него. Он был мертв; он случайно достиг конца своего пребывания в должности.

Неважно, кто умрет, но как Миссис Лу оказалась втянутой в это?

Комиссар полиции был озадачен.

- Молодой Господин Лу, Молодой Господин Лу.”

Лу Шаомин был одет в черный костюм и сидел на длинной скамье. Его длинные ноги были изящно скрещены, а четко очерченное Скульптурное лицо сохраняло спокойное выражение. Все его существо пребывало в жутковатом спокойствии, от которого у других по спине пробегал холодок.

Комиссар полиции поспешил ему навстречу.

Лу Шаомин поднял глаза и посмотрел на комиссара. Его холодные тонкие губы были плотно сжаты, и без всякого выражения на лице он сказал: Что именно происходит?”

- Да, конечно.- Комиссар многозначительно посмотрел на своего подчиненного, и тот воспользовался компьютером, чтобы воспроизвести запись с камер наблюдения из больницы.

- Молодой господин Лу, это запись с камер наблюдения, которую мы получили из больницы. Ваша жена поспешно выбежала из больничной палаты Нин Яо сегодня в восемь вечера,и обе ее руки были испачканы свежей кровью. Она выбежала из коридора к лифту и все равно врезалась в многочисленных прохожих по пути. Ваша жена-знаменитость. Прохожие подтвердили, что этот человек, несомненно, ваша жена. В это время доктор почувствовал, что что-то не так, и бросился обратно в палату, чтобы посмотреть. Нин Яо лежала на кровати, и из середины ее живота на пятом месяце беременности торчал нож. Это была смерть одного тела, но двух жизней.”

Лу Шаомин был очень сосредоточен, когда смотрел на записи камер наблюдения. В кадре фигура, которая в панике убегала, действительно была очень похожа на Нин Цин, и даже одежда на ее теле была точно такой же, как на Нин Цин.

Но этот человек не мог быть Нин Цин.

Он был знаком со всеми микро-выражениями Нин Цин, и он мог сказать любую незначительную разницу. Более того, Нин Цин не станет убивать человека!

"Моя жена была внутри виллы в течение всего 1 часа, с 8 до 9 вечера. Хотя этот человек очень похож на мою жену, она определенно не моя жена!”

Полицейский был в затруднительном положении, и он сказал: “мне очень жаль, молодой господин Лу. Вы сказали, что ваша жена была на вилле в течение этого часа, но у нее нет другого алиби. Есть вероятность, что она совершила убийство и поспешила обратно на виллу.”

Лу Шаомин фыркнул и сказал: “убийца на кадрах убил Нин Яо и смело выбежал, а она все еще сбивала прохожих. Очевидно, что она хотела, чтобы весь мир знал, что она была убийцей, так как она привлекла всеобщее внимание. Неужели моя жена так глупа? Может, она кого-нибудь убьет, а потом побежит на виллу и будет ждать, пока вы все ее арестуете?”

- Молодой господин Лу, нам нужны доказательства, когда мы закончим наше расследование. Собранные нами улики показывают, что главным подозреваемым является ваша жена. Молодой господин Лу, вы думаете, что ваша жена невиновна, что она козел отпущения, на которого кто-то напал; тогда есть ли в этом мире вторая Нин Цин? Я бы предложил молодому мастеру Лу разыскать этого человека, или, может быть, вы могли бы предоставить доказательства того, что ваша жена не присутствовала на месте преступления в течение этого часового окна между 8 вечера и 9 вечера.”

Темные глаза Лу Шаомина сверкнули острым блеском, и он окинул полицейского пронзительным взглядом, похожим на острие ножа.

Полицейского больше не было. Он вздрогнул от пристального взгляда Лу Шаомина и инстинктивно опустил голову.

“Не сердитесь, молодой господин Лу.- Главный комиссар полиции обильно вспотел и попытался разрядить обстановку. “Я определенно верю, что миссис Лу-невинная сторона, которую кто-то подставил. Но молодой господин Лу, как сказал мой подчиненный: если вы сможете представить доказательства, только тогда полиция сможет сотрудничать с молодым господином Лу и вернуть госпоже Лу ее невиновность.”

Лу Шаомин сосредоточил свой пронзительный взгляд и ничего не сказал.

“Президент.- Чжу жуй вошел в комнату.

“Ну и как там дела?”

У Чжу жуя было серьезное выражение лица, когда он сказал: "Мадам вернулась на виллу из больницы. Путешествие длилось всего 10 минут. Мадам решила срезать путь. Дорога была уединенной и не имела никаких камер наблюдения на пути, и кадры наблюдения снаружи виллы чайного павильона исчезли. Охранник, отвечающий за поместье, сказал, что он не присутствовал в течение 5 минут, так как был в разгар смены. Очевидно, что кто-то все это подстроил.”

Имелись записи камер наблюдения, на которых Нин Цин входила в поместье, но теперь единственная запись, которая могла определить ее невиновность, исчезла.

Честно говоря, Лу Шаомин давно предсказывал, что это произойдет. Кто-то выдал себя за Нин Цин в больнице, чтобы совершить убийство, и преступник, стоящий за этим, не будет настолько глуп, чтобы позволить настоящей Нин Цин иметь алиби, чтобы доказать свою невиновность.

“А как же тетя Янг?”

- Тетя Ян только что вернулась на виллу и сказала, что встретила маленького мальчика, который потерялся, когда она пошла на рынок за продуктами. Она отослала маленького мальчика домой, и мальчик обошел вокруг 7 или 8 раз, чтобы занять ее. Президент, совершенно очевидно, что кто-то потратил много времени, планируя это. Кто-то выдал себя за Мадам, чтобы совершить преступление, и этот человек уничтожил все улики, которые могут доказать, что мадам не было на месте преступления в то время. Вдохновитель идет за Мадам запертой и заряженной.”

На лице Лу Шаомина появилась холодная, кровожадная улыбка. Он сказал: "Может быть, этот человек идет за мной.”

- Вы имеете в виду президента?”

Лу Шаомин не ответил, и он повернулся, чтобы сказать комиссару полиции: “мой адвокат прибудет немного позже; я хочу потребовать залог для Нин Цин. Я хочу вернуть ее домой.”

“Этот…”

- Комиссар, это не соответствует правилам. У Нин Цин было намерение совершить убийство, и залог за это обвинение не допускается. Кроме того, этот случай в больнице вызвал настоящий переполох в новостях. 5-месячную беременную женщину ударили ножом в живот, придавили к кровати и убили. Само убийство было жестоким и экстремальным. Убийца-Лучшая актриса нового поколения. Она вездесуща в индустрии развлечений, и она является горячей темой среди людей. Она была предметом пристального внимания и споров, и это, безусловно, будет на вершине развлекательных заголовков завтра. Когда эта новость дойдет до граждан, обязательно найдутся журналисты, которые будут внимательно освещать этот инцидент. Если полиция сделает исключение, чтобы дать особое отношение в этом случае, это будет плохо как для нас, так и для репутации молодого мастера Лу.”

Комиссар полиции почувствовал, что у него подкашиваются ноги, и внимательно посмотрел на выражение лица Лу Шаомина. - Молодой господин Лу, давайте временно задержим госпожу на нашем посту. Вы можете быть уверены. Мы будем хорошо обращаться с мадам, и я верю, что с способностями молодого мастера Лу вы, несомненно, сможете найти доказательства. Ха-ха, молодой господин Лу, не так ли?”

У комиссара полиции не было другого выхода, и ему оставалось только умаслить его.

Красивое лицо Лу Шаомина было плотно сжато, а тонкие губы сжаты в холодную прямую линию.

- Президент, для всех будет лучше, если мадам останется в полицейском участке. Мадам-знаменитость, и этот вопрос имеет огромное влияние на ее репутацию. Мы должны сосредоточить наши ресурсы на том, чтобы выследить вдохновителя и доказать невиновность мадам как можно скорее.”

Лу Шаомин понимал всю опасность этого дела. Стоило ему только подумать о том, чтобы оставить Нин Цин одну в полицейском изоляторе, и его сердце начинало болезненно болеть.

Кто посмел замышлять что-то против него?

Отлично, он позволит человеку заплатить болезненную цену!

- Чжу жуй, прекрати это дело. Я не хочу видеть имя Нин Цин в заголовках завтрашних газет.”

- Да, сэр. Чжу жуй кивнул головой.

Они могут подавлять сообщения об этом деле сколько угодно, но слухи наверняка распространятся по городу, как лесной пожар.

Слова человека могут иметь большое влияние.

…

Нин Цин привели в комнату для допросов. Полицейский допросил ее, но она не дала никакого ответа. Она только настаивала на том, что она была невинной стороной.

На самом деле она была невиновна и ничего не знала.

Полицейский дал ей посмотреть видео, и когда она увидела человека, который выглядел точно так же, как она, выходящего из больничной палаты с окровавленными руками, она была ошеломлена. Кто был этот человек?

Этот убийца был очень похож на нее, и даже ее фигура и выражение лица выглядели так, словно они были отлиты из одной формы.

Кто мог причинить ей вред?

После этого полицейский офицер дал Нин Цин несколько фотографий, чтобы посмотреть на них, и Нин Яо был неподвижно прижат к кровати на фотографиях.

Обе ее руки дрожали. Даже если она когда-то ненавидела Нин ЯО, в этот момент она видела печальный путь, который она прошла. Нин Цин почувствовала к ней жалость.

Глаза Нин Яо были особенно широко раскрыты, когда она умерла. Она не хотела умирать и не могла поверить, что умрет именно так.

Из ее округлого живота торчал нож, свежая кровь окрасила простыни в красный цвет и даже капала на пол…

Все тело Нин Цин сотрясала дрожь. Это было так жестоко. Это было действительно слишком жестоко. Ребенок в животе Нин Яо уже был похож на маленького ребенка.

Даже если человек хотел смерти Нин Яо, он не должен был быть таким жестоким и бессердечным.

- Нин Цин, не бойся. Внезапно она почувствовала две большие руки на своих плечах, и Лу Шаомин встал позади нее, чтобы мягко утешить ее.

Она не знала, когда полицейские ушли, и Нин Цин повернулась и обняла Лу Шаомина за стройную талию. - Шаомин, Нин Яо мертва, кто ее убил? Этот человек выглядит точно так же, как я; что именно происходит? Зачем ей понадобилось подставлять меня?”

Лу Шаомин медленно наклонился и двумя большими руками обхватил маленькое личико Нин Цин. Хотя ее лицо было бледным, ее прекрасные глаза не были взволнованы, они были спокойны и ярко светились.

Лу Шаомин поцеловал ее в губы и сказал: “Нин Цин, не волнуйся. Дай мне немного времени. Я быстро доберусь до сути этого дела. Ты пока останешься в полицейском участке, а я скоро отвезу тебя домой.”

“Окей.- Нин Цин решительно кивнула и продолжила: - я покорно останусь здесь. Тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я невиновен, и я верю, что вы расследуете случившееся и раскроете правду.”

- Хорошо, тогда я уйду. Мне нужно уладить кое-какие дела.- Лу Шаомин погладил ее мягкие волосы.

…

Лу Шаомин вышел из комнаты для допросов, и комиссар полиции поклонился, ожидая его прибытия. - Молодой господин Лу, не волнуйтесь. Мое место здесь безопасно; я буду хорошо защищать вашу жену.”

Лу Шаомин бросил на него холодный взгляд и сказал:”

Он пошел прочь большими шагами и повел Чжу жуя за собой, чтобы уйти.

Отослав этого Будду, комиссар полиции быстро выпрямился и скомандовал нескольким полицейским, стоявшим позади него: "все вы заботитесь о госпоже Лу тщательно. Вы должны хорошо служить ей с хорошим жильем и едой. Если она потеряет хотя бы одну прядь волос, тогда вы все можете уйти.”

- Да, сэр. Полицейские дружно закивали головами.

…

Как только они вышли из полицейского участка, Лу Шаомин направился к машине. В этот момент зазвонил телефон Чжу жуя, и он ответил на звонок.

- Президент, - потрясенно воскликнул Чжу жуй, заставив Лу Шаомина остановиться. - Президент, есть новости из Сингапура. То, что Му Юньфань сделал за эти последние 3 года, теперь было ясно исследовано, и Му Юньфань, он…”

…

Лу Шаомин привез Чжу жуя на виллу. Снаружи стояли два телохранителя. “Я хочу встретиться с Му Юньфанем. Скажи ему, что Лу Шаомин хочет его видеть.”

Телохранитель кивнул и открыл главную дверь виллы. - Молодой господин Лу, пожалуйста, продолжайте. Наш молодой хозяин уже давно ждет вас.”

Лу Шаомин вошел на виллу. Му Юньфань был одет в зеленый свитер и сидел на диване, попивая чай, а дворецкий Чжоу стоял рядом с ним.

Лу Шаомин вышел вперед и бросил документы, которые держал в руках, на кофейный столик перед му Юньфанем. Он холодно рассмеялся и сказал: “оказывается, молодой мастер му болен. Если вы больны, вам следует обратиться за лечением. Вы еще не пришли в себя, а уже плетете интриги и заговоры. Это ваша ошибка, молодой господин му.”

Му Юньфань поставил чашку на кофейный столик, и выражение его глаз было расслабленным. На его лице играла улыбка, когда он просматривал какие-то документы. - Это, несомненно, Молодой Мастер Лу, Сингапур-Территория семьи Му, и там есть стена, которая, как видно, сделана из металла. Я вернулся всего лишь на несколько дней, и молодой господин Лу действительно смог так ясно наложить свои лапы на мою историю болезни. Нет сомнения, что вы способны на это.”

- Хех, на самом деле, когда ты вчера ударил Нин Цин по голове на складе, я почувствовал, что твои действия были ненормальными. Оказывается, у вас раздвоение личности, и все эти 3 года вы тайно получали лечение.- Лу Шаомин сел на край дивана и улыбнулся, прищурившись. - Молодой мастер Му был солнечным шаром и красив с самого раннего возраста. Он был маленьким принцем города т. Честно говоря, ваша личность странная и отчужденная. Ты никогда никого в этом мире не видел своими глазами. 3 года назад вы видели, как Ли Мэйлин и Нин Яо холодно приняли меры. Ты даже устроил это злое шоу. Вы не заботитесь о чувствах других, и вы только хотите играть.

“Между тем, что вы говорите, и тем, что вы делаете, существует огромная разница. Вы хотели иметь Нин Цин, но не могли этого сделать из-за семейных обязательств. Вы были высокомерны, и вам не нравились ожидания вашего отца, но вы были сильно под его контролем. Вы не могли контролировать свою собственную жизнь и не могли перестать бороться. Это заставило возникнуть две личности. Первый - это вы на поверхности, теплый и Летний, а второй-это внутренний демон в глубине вашего сердца. Наконец-то ты позволила ему взять себя в руки.

"Похоже, что 3 года лечения были абсолютно бесполезны. Тебя почти поглотил этот темный демон, и ты стал еще более эгоистичным и злым, и твое сердце становилось все более и более извращенным!”

Му Юньфань не был взволнован. Он улыбнулся, пожал плечами и сказал: "Какое значение имеет моя история болезни для молодого мастера Лу? Вы приехали ко мне сегодня, чтобы изучить мою болезнь?”

Лу Шаомин приветствовал его пристальный взгляд и сказал: “молодой господин Му не спал сегодня в 11 часов вечера. Почему вы ждали меня сегодня на вилле? Скажи все это сейчас. Вы попросили кого-то подставить Нин Цин. Что именно ты хочешь от меня?”

- Хе, молодой господин Лу так уверен, что я приказал кому-то подставить Нин Цин?”

“Если это был не ты, то кто же еще? Вы не решили активировать бомбу в последний момент вчера на складе. Я все еще думал, что у тебя все еще есть чувства к Нин Цин, но теперь, глядя на это, это совсем не так. Вчера я окружил склад. Ты знал, что проиграл, и потому признал свои ошибки. Ты ударил, когда наша охрана была слаба. Я могу сказать только одно: Молодой Мастер му слишком хитер!”

Му Юньфань скривил губы и сказал: "Если Цинцин хочет быть моей женщиной и вернуться со мной в Сингапур, то должен ли я был сделать все это? Я отправил ее в тюрьму, потому что хотел, чтобы она была более послушной в будущем. Я хотел, чтобы она перестала идти против моих желаний.”

“Если Нин Цин не станет послушной, то только потому, что она Госпожа Лу, и уже одно это разочарует молодого господина му.”

“Это правда? Му Юньфань прищурился и сказал: "Сейчас она Госпожа Лу, но в будущем может и не стать ею.”

Темные глаза Лу Шаомина мгновенно стали похожи на глаза ястреба в ночном небе. Они были точны и точны, и он холодно рассмеялся “ " Молодой Мастер му наконец-то хочет поговорить о самом главном?”

Му Юньфань щелкнул пальцами и сказал: “Дворецкий Чжоу, пусть молодой мастер Лу посмотрит видео.”

- Да, Молодой Господин.”

Дворецкий Чжоу включил телевизор в гостиной.

По телевизору показывали видео. Там была женщина, которая была одета в сексуальную короткую шею, и девушка танцевала вокруг шеста, и в то время как она танцевала, она принимала много привлекательных и соблазнительных поз.

Выражение лица Лу Шаомина стало мрачным; эта женщина очень походила на Нин Цин. Она была убийцей Нин Яо.

Женщина танцевала, приближаясь к камере, и сцена изменилась. Му Юньфань сел на диван, а эта женщина села на бедра му Юньфаня, поцеловала его и тихо позвала: "старший брат Юнь Фан…”

Затем женщина медленно наклонилась и расстегнула пояс му Юньфаня…

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 166:Один Комплект Документов О Разводе

Лицо Лу Шаомина совершенно потемнело. Му Юньфань был психологически болен. Он был извращенцем по своей сути, и не было никакого способа вылечить его.

Он не мог достать Нин Цин. Поэтому он попросил кого-то сделать пластическую операцию, чтобы выглядеть как Нин Цин, чтобы поиграть с ним. Как только он подумал об этом извращенце, думая о своей жене в течение целых 3 лет, Лу Шаомин пожалел, что не позволил Чжоу Яо убить его одним выстрелом в голову.

Эмоции Лу Шаомина были на пределе, но внешне он сохранял образ абсолютного спокойствия. Он сказал: "Молодой Мастер му, разве это весело-так играть? Ты счастлива?”

Му Юньфань выключил телевизор и покачал головой. - Не весело играть, не радостно. Хотя эта женщина выглядела на 90% как Цинцин, мне пришлось потратить много времени, чтобы воспитать ее в этом. Но этот человек в конце концов не был Цинцин. Мне больше хотелось настоящего Цинцина.”

- Хм! Ты позволил телу удвоиться, чтобы убить Нин ЯО, а потом умереть за тебя! она была готова сделать это?”

“А почему бы ей не захотеть? В нашей семье му есть много воинов, которые не боятся смерти, так же как и тело двойника. Этот двойник тела был полностью предан мне. Если бы я попросил ее спрыгнуть со здания, она бы не колебалась ни секунды.”

Лу Шаомин почувствовал озноб. Му Юньфань, казалось, думал, что это было хорошо. “Тогда скажите, как вы собираетесь выдать эту женщину?- Прямо спросил Лу Шаомин.

Му Юньфань рассмеялся: "один комплект документов о разводе. Молодой господин Лу и Цинцин могут закончить этот брак разводом.”

Лу Шаомин не выказал никакого потрясения на своем лице, но его голос становился все мягче и мягче каким-то жутким образом. “Тогда, что после этого?”

- После этого Цинцин, естественно, станет моей. Я привезу ее обратно в Сингапур. Вам не нужно беспокоиться, я буду обращаться с ней очень хорошо, очень хорошо."Лу Шаомин молчал в течение 3 секунд и спросил: “Если я не соглашусь?”

“Это легко, - рассмеялся му Юньфань, как невинный ребенок.

- То, на что я не могу наложить руки, то, что ты называешь своим, я погублю собственными руками.- Лу Шаомин вовсе не подозревал о словах му Юньфаня. Теперь он был настоящим сумасшедшим.

“Мне нужно некоторое время, чтобы обдумать, Я дам вам ответ завтра.- Лу Шаомин встал.

- Молодой господин Лу, не тяните со мной. Без меня ты определенно не сможешь найти этого двойника.

Из-за того, что вы боитесь долгой ночи, полной снов, молодой господин Лу не желает сейчас соглашаться на мои условия. Я приготовил огромный подарок для молодого мастера Лу.”

Лу Шаомин остановился как вкопанный и спросил: “что вы имеете в виду?”

Му Юньфань поднял чашку с чаем и сделал глоток. Ленивым тоном он сказал: "возвращайтесь в полицейское управление, чтобы посмотреть, если молодой господин Лу поспешит назад во времени, возможно, с Цинцином ничего не случится.”

Темные глаза Лу Шаомина были темны, как бездна. Его ладонь беззвучно сжалась в кулак. - Му Юньфань, если Нин Цин в опасности, неужели ты думаешь, что я не позволю похоронить всю семью му рядом с тобой?”

“Конечно, ты бы так и сделал. Му Юньфань небрежно пожал плечами. - Но что делать... слабость молодого мастера Лу в моих руках. Цинцин все еще ждет, когда я спасу ее. Если я буду играть в эту игру с молодым мастером Лу, то меня точно разыграют до смерти, но я ухватился за вашу фатальную слабость, так что советую вам, молодой мастер Лу, не вздумайте играть с сумасшедшим! Вы не можете позволить себе играть в эту игру!”

Из-за Нин Цин он не мог позволить себе играть и не смел этого делать. Лу Шаомин ничего не ответил. Его высокая фигура быстро скрылась за дверью виллы.

…

Поскольку шеф полиции уделял ей особое внимание, ее не поместили в обычную тюремную камеру. Вместо этого ее задержали в маленькой комнате. Там был полицейский, который вышел вперед, чтобы подать ей ужин: 3 овоща и миску супа. Еда была хороша, но у Нин Цин не было аппетита, чтобы поесть. Она откусила кусочек и положила палочки на стол.

Она лежала на маленькой кровати и думала о своих тревогах.

Комнату охраняли двое полицейских. Время близилось к полуночи, один из офицеров постоянно зевал. Он был совершенно измотан.

Другой офицер сказал: "Вы идите спать, я буду здесь на страже.”

“А это ничего?- Офицер был смущен.

- Конечно, истица-женщина. Она не будет пытаться убежать. Она не сможет сбежать из этого места. Ты можешь лечь спать первым, а мы будем дежурить по очереди.”

- Конечно, тогда я немного посплю.- Тот офицер ушел.

Увидев, что другой охранник съежился в отдалении, другой офицер изобразил зловещую улыбку. Он достал из кармана ключ и бесшумно открыл дверь в комнату. Хотя звук открывающейся двери был очень тихим, Нин Цин все же услышала его. Она села на кровати и увидела вошедшего полицейского. В сердце Нин Цин зазвенели тревожные колокольчики. - Уже так поздно, что ты здесь делаешь?”

В этот момент полицейский лег рядом с ней и одной рукой схватил ее за ноги. - А!! Нин Цин на мгновение оттолкнула его. Она подняла глаза и увидела кровь в уголках рта офицера. Тем не менее, он все еще мог издавать зловещий смех, когда был близок к смерти.

- Ха-ха…”

Нин Цин чувствовала себя так, словно ее укусила ядовитая змея. Она широко раскрыла глаза и забыла, как дышать. - Нин Цин, не смотри!- На ней было тонкое черное пальто. Ее глаза были закрыты огромной ладонью. Ее дрожащее тело было заключено в теплые объятия.

Лу Шаомин погладил ее по волосам, чувствуя к ней жалость, и снова и снова целовал в щеку. Он мягко сказал: "Не бойся, дорогая. Все хорошо, теперь все хорошо. Муженек здесь, муженек защитит тебя.”

Нин Цин была слишком потрясена. Именно тогда она почувствовала знакомый и чистый аромат, который заставил ее прийти в себя. - О, Шаоминг. Нин Цин обняла его за шею и разрыдалась.

- Ладно, теперь все в порядке. Все будет хорошо, как только ты выплачешь все это. Я всегда буду рядом с тобой. ”

…

Нин Цин вошла в другую маленькую комнату. Она лежала на кровати и слышала, как Лу Шаомин разговаривает за дверью. Он явно был зол. Он понизил голос и спросил: Разве вы не говорили, что ваша дивизия самая безопасная? Что случилось с этим полицейским? Я думаю, что вам надоело быть главным комиссаром полиции!”

Комиссар полиции дрожал в панике и сказал: “Лу...молодой господин Лу, я тоже не знал, что случилось с тем полицейским. Он был под моей опекой в течение 6 лет, он был честен и чист, я...я…”

- Ладно, я не хочу тебя слушать. Исчезни с моих глаз!”

“Да, да, теперь я исчезну.”

Лу Шаомин открыл дверь и вошел. Он лег на кровать. Его мускулистая рука обхватила мягкую талию Нин Цин, и он полностью заключил ее в свои объятия. Он прикоснулся к ее маленькому личику и мягко сказал: Я останусь здесь с тобой.- Нин Цин использовала свою маленькую руку, чтобы почувствовать его сильное и ровное сердцебиение. Ее мягкий рот терся о его напряженную нижнюю челюсть, и она вела себя как котенок на его теле. - Муженек, не сердись, я в порядке.”

Она была потрясена и все еще пыталась утешить его? Лу Шаомину было очень жаль ее. “Ты все еще говоришь, что все в порядке, тебе не страшно?- Полицейский не только дотронулся до нее, но и улыбнулся Нин Цин, прежде чем уйти. Это было жутко и пугающе. Му Юньфань был настоящим извращенцем!

“Я не боюсь, моя терпимость к боли и страданиям огромна. И ты тоже не бойся, муженек.- Нин Цин поцеловала его красивую челюсть. “Я нахожусь в полицейском участке и ничего не могу сделать. Тебе было дано так много забот. Я знаю, что вы пришли бы, чтобы помочь мне спасти мое дело, и вы боитесь за мою безопасность. Муженек, тебе было очень тяжело.”

“Окей. Нин Цин уткнулась ему в шею, и он тихо закрыл глаза. Девушка мгновенно уснула. Была уже полночь. Она выглядела измученной и усталой. Лу Шаомин посмотрел на нее, и его мозолистые руки нежно коснулись ее лица.

Нин Цин, му Юньфань был прав, он не мог позволить себе играть. Он не знал, когда она стала его роковой слабостью в жизни. Поскольку он боялся, что ей будет больно, его руки были связаны. Му Юньфань был сумасшедшим. Если он не согласится на развод, то предпримет дальнейшие действия. Му Юньфань постоянно причинял ей вред, чтобы заставить его действовать силой. Лу Шаомин вздохнула и нежно прикусила мягкие губы.

Девушка была потрясена во сне. Она сгорбила плечи и прошептала: “Не трогай меня... Шаомин... спаси меня...” Лу Шаомин крепко обнял ее, на самом деле она была молодой леди, которой было всего 20 лет. Хотя обычно она казалась храброй, сегодня она стала свидетельницей двух кровавых событий, но она также была напугана.

- Дорогая, все в порядке, муженек здесь.- Лу Шаомин погладил ее по волосам и ткнулся острым носом в ее волосы, жадно вдыхая ее сладкое дыхание. Нин Цин, я действительно не хочу отпускать твою руку даже на секунду.

…

Лу Шаомин проснулся в 6 утра. Он стоял у французских окон полицейского участка и смотрел на улицу. Люди спускались по лестнице, и на каждой из их голов была белая повязка, используемая на похоронах. В руках у них были флаги с надписью: “Верните мне Нин Яо и ее ребенка.- Они хотели ворваться в полицейский участок, но рядом с участком их окружил круг полицейских, и они не могли войти.

“Президент.- Вошел Чжу жуй. - Эти люди утверждают, что они родственники Нин Яо. Они требуют справедливости, и они хотят, чтобы мадам отдала свою жизнь в обмен на Нин Яо и ее нерожденного ребенка. Полиция уже дала свои предупреждения, но эти родственники свирепы и высокомерны. Они отчаянно пытаются проникнуть внутрь и заявляют, что если полицейские не убьют их, то поднимут шум, пока мадам не застрелят.

- Президент, хотя мы и подавили это дело, но если эти сумасшедшие будут продолжать поднимать шум, то это дело распространится до точки невозврата.”

- Хорошо, - кивнул головой Лу Шаомин. - Я знаю, му Юньфань нашел эту группу людей. Они такие же, как тот полицейский вчера. Они не заботятся о своей жизни. Даже если мы сделаем шаг назад, даже если мы поселим эту группу людей, следующая группа появится вскоре после этого. Если я не хочу разводиться, он не согласится на меньшее. ”

“тогдашний президент….”

Лу Шаомин обернулся и посмотрел на нерешительного Чжу жуя. Он хотел заговорить, но не осмелился и слегка улыбнулся. “Вы хотите посоветовать мне принимать быстрые решения? Если я схвачу Нин Цин и не отпущу, му Юньфань ответит мне всеми своими злыми планами и махинациями. Он сумасшедший, и у него нет никаких забот. Он мог взорвать полицейский участок в любой день; мы никогда не могли предсказать, когда именно. Есть бесконечные возможности, но я не могу взвалить на плечи ни одного шанса на то, что это произойдет.”

- Да, сэр. Чжу жуй кивнул головой.

Его президент был прямым и ясным человеком. Если он не отпустит мадам, президент и Мадам будут затронуты его решениями. Никто не мог предсказать катастрофу, потому что ни один человек не является богом. Но если случался несчастный случай, он придумывал способ превратить свою неудачу в успех; это было поведение победителя. Битва только началась, и президент не может позволить себе проиграть на старте. Несколько секунд Лу Шаомин молчал, потом поднял голову и увидел нависшие над головой мрачные тучи. Наконец он достал из кармана телефон.

- Здравствуйте, му Юньфань, я согласен на ваши условия, но сегодня я хочу, чтобы ее освободили из-под стражи. ”

Му Юньфань рассмеялся на другом конце провода. - Так как молодой господин Лу согласен на мои условия, то дела Цинцин, естественно, придется решать мне. Но, в знак доброй воли, я передам вам "недостающую" запись замкнутого контура из внешнего чайного павильона. Этого достаточно, чтобы доказать невиновность Цинцина.

- Что касается вопроса о том, когда появится двойник тела, то это будет зависеть от того, когда молодой господин Лу и Цинцин выйдут из бюро гражданских дел. Если Цинцин не хочет разводиться, то я предвижу следующий шаг молодого мастера Лу. Мое терпение ограничено. Не заставляй меня действовать.”

- Ха, - холодно рассмеялся Лу Шаомин. - Му Юньфань, даже если мы с Нин Цин расторгнем наш брак, сможет Ли Нин Цин влюбиться в тебя? Вы все равно ничего не сможете получить.”

“Ты ошибаешься.- Му Юньфань хихикнул. - Я могу заполучить Цинцин как личность, я могу получить ее компанию на всю жизнь.- Лу Шаомин не изменил выражения лица. Его губы изогнулись в загадочной улыбке. “О, в самом деле, тогда мы должны будем посмотреть, как мы идем.”

…

Нин Цин проснулась, когда Лу Шаомин ушел. Затем ей сообщили, что она освобождена из-под стражи. Там было видео, которое доказывает, что ее не было на месте преступления в то время. Чжу жуй оформил для нее документы, и когда они оба сели в машину, Нин Цин с любопытством спросила: "секретарь Чжу, где мой президент? - Почему он не приехал за ней?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 167:Единственный Солнечный Луч В Его Жизни

Чжу жуй взглянул на Нин Цин через зеркало заднего вида. - Мадам, президент ждет вас на вилле.”

“О. Нин Цин захлопала ресницами и застенчиво опустила глаза.

…

В вилле

Нин Цин вошла в гостиную, а Лу Шаомин встал перед французским окном. Он был одет в черную рубашку и черные брюки, и этот черный наряд особенно подходил зрелому 30-летнему мужчине. Тонкий материал его одежды подчеркивал его скульптурную, стройную фигуру.

Нин Цин сделала несколько легких шагов вперед, обхватила его сзади за талию и ласково позвала:”

Лу Шаомин медленно повернулся, и в его темных глазах появилась нежность. “Ты вернулся!”

“Да. Нин Цин кивнула головой и сказала: “полиция сказала, что появились записи с камер наблюдения, которые доказали, что я не присутствовала на месте преступления. Муженек, ты ведь передал видео в полицию, верно? Вы выяснили, кто именно хотел причинить мне вред?”

Лу Шаомин взял Нин Цин за плечи и подвел к дивану в гостиной. Они оба сели на диван, и Лу Шаомин прямо сказал: “вам не нужно беспокоиться об этом; я сам разберусь с этим.”

Говоря это, Лу Шаомин взял тонкий листок бумаги и протянул ей. “Посмотреть на это.”

Нин Цин взяла листок бумаги и мило улыбнулась. “Что это такое? Это сюрприз от муженька?”

Голос Нин Цин резко оборвался из-за двух больших слов на бумаге. “Соглашение о разводе " внезапно появилось в поле ее зрения.

Нин Цин застыла на несколько секунд. Она очень быстро пришла в себя и серьезно занялась изучением содержания договора. Ее белые пальцы коснулись нижней части страницы, где была строка подписи. Имя” Лу Шаомин " было написано авторучкой. Оно было сильным и холодным, и было очевидно, что оно было подписано с большой физической силой.

- Муженек, сегодня не апрельский день дурака. Ты что, издеваешься надо мной? Нин Цин спокойно положила газету обратно на кофейный столик, и ее влажные, блестящие глаза твердо смотрели на Лу Шаомина.

Лу Шаомин избегал ее взгляда и сказал: “Нин Цин, если у вас нет никаких разногласий с содержанием соглашения. Тогда мы пойдем в Бюро по гражданским делам, чтобы завершить наш развод.…”

Он не договорил и услышал, как женщина немедленно согласилась. “Конечно.”

Лу Шаомин замер.

Нин Цин увидела, как он застыл, и быстро рассмеялась. Она обхватила ладонями его красивое лицо. - Шаоминг, смотри. Когда вы услышали, что я соглашаюсь, вы тут же замерли. Как я могу поверить, что ты захочешь развестись со мной, когда ты так реагируешь? Не поднимайте шума, эта шутка совсем не смешная.”

Лу Шаомин медленно поднял лицо и приветствовал ее нежный взгляд. Они стояли очень близко друг к другу, кончики их носов соприкасались, дыхание участилось.

Он только посмотрел на нее, но ничего не сказал.

- Шаомин, мы вместе всего полгода. Мы были молодоженами всего лишь месяц назад. Не говорите, что вы устали от меня или еще какой-нибудь ерунды. Я в это не верю. Потому что я знаю, что ты всегда любил свою маленькую женушку. Шао, Инг, ты забыл, что сказал, что хочешь состариться вместе со мной? Ты сказал, что никогда не покинешь меня. Хотя этот развод-всего лишь шутка, я очень расстроена. Это действительно самое худшее, что ты сделала в нашем браке. Ты заберешь это бракоразводное соглашение обратно, а я буду вести себя так, будто ничего не случилось.”

Лу Шаомин почувствовала тепло на его губах, и оказалось, что слезы из ее глаз скатились на его губы.

- Воскликнула она.

Она явно знала, что он не разведется с ней, но все равно плакала.

Нин Цин легонько поцеловала его в губы, зависла над ними и тихо прошептала: - Шаоминг, у меня есть много предположений о том, почему ты хочешь развестись со мной. Возможно, я был бы эмоциональным и делал бы какие-то бессмысленные вещи. Вы скажете мне причину развода, и я выслушаю вас.”

Лу Шаомин помолчал несколько секунд, убрал свою маленькую руку, которую она положила ему на лицо, и сделал расстояние между ними.

Он посмотрел на ее слезы. Она вытерла слезы своей маленькой рукой и посмотрела на него очень серьезно.

Она ждала его ответа.

Лу Шаомин поднял руку, вытер слезы с ее лица и сказал: “Нин Цин, я надеюсь, что ты сможешь быстро подписать документы, а затем пойти со мной, чтобы завершить развод. Мы покончим с этим мирно, и если ты действительно хочешь спросить, почему я развожусь с тобой, тогда это будет... когда я женился на тебе в прошлом, это было потому, что ты мне нравилась, когда была наивной, но теперь ты изменилась и стала сложной. Я не могу продолжать любить тебя. Хорошо защитите себя после развода и ведите счастливую жизнь.”

Тепло на лице Нин Цин исчезло, и Лу Шаомин встал: “позвони мне, когда захочешь пойти со мной в Бюро по гражданским делам, и еще одно — поскольку мы собираемся развестись, было бы неуместно больше жить вместе. Тогда ты переезжаешь из этого места. Мне еще нужно уладить кое-какие дела в офисе. Я должен идти.”

Лу Шаомин поднял ноги и вышел.

Нин Цин смотрела, как его тень исчезает перед ее глазами, и слезы катились по ее щекам.

…

Лу Шаомин вышел из виллы и сел в "Бентли". Чжу жуй завел мотор и уехал.

"Бентли" выехал на главную дорогу, и Лу Шаомин опустил стекло. Он ничего не выражал, когда увидел роскошный автомобиль, припаркованный на обочине дороги за углом. Му Юньфань сидел в этом роскошном автомобиле. Их взгляды встретились, и Му Юньфань пожал плечами и поднял брови. У него был вид победителя, и Лу Шаомин медленно скривил губы и холодно рассмеялся.

- Молодой господин, А вы не думали, что есть какая-то проблема с причиной, которую молодой господин Лу дал Мисс Нин?- Подозрительно спросил дворецкий Чжоу.

Взгляд му Юньфаня упал на записи камер наблюдения в машине. Он видел, как Нин Цин зарылась своей гибкой фигуркой в диван, и она мучительно всхлипывала.

“С этим не должно быть никаких проблем. Какие трюки Лу Шаомин мог припрятать в рукаве в этот момент?- Сказал му Юньфань и протянул руку, чтобы коснуться Нин Цин на экране. В его глазах была боль. - Цинцин не плачь. Старший брат позаботится о том, чтобы ты больше не проронила ни слезинки в будущем.”

…

Нин Цин плакала 5 минут, а потом вытерла слезы. Она встала и вышла из виллы.

Она не могла плакать, и у нее не было времени расстраиваться.

Почему Лу Шаомин вдруг попросил у нее развода?

Мужчина жалел ее за то, что она провела ночь в полицейском участке, и это не значит, что он не испытывал к ней никаких чувств; он любил ее.

Поскольку это не было проблемой в отношениях, Нин Цин не боялась.

Тогда почему он хочет развестись с ней? Должно быть, случилось что-то плохое.

Что могло произойти на этой стадии сейчас? Если только речь не шла о том, как ее подставили, чтобы посадить в тюрьму…

Она слышала, что видеозапись, переданная сегодня утром, была сделана за пределами виллы чайного павильона, и если эта запись была передана полиции Лу Шаомоном, то почему он не передал ее вчера?

Тогда могла быть только одна причина: вчера у него не было видеозаписи. Он получил видео только сегодня утром.

В глазах Нин Цин вспыхнуло холодное, пронзительное счастье. Кто-то угрожал Лу Шаомину?

И они использовали ее для этого?

Чего хочет этот человек?

Кто был этот человек?

Маленькая голова Нин Цин быстро повернулась. В этот момент она вышла на главную дорогу, и кто-то быстро опознал ее.

Все указывали на нее пальцами и комментировали между собой: "быстро взгляните. Это знаменитая знаменитость Нин Цин; она-убийца.”

- О Боже, посмотри, какая она красивая. Я не ожидал, что у нее такое злое сердце! Она была так жестока. Это была женщина на пятом месяце беременности. Она ударила ее ножом в живот. Это было так кроваво и жестоко.”

Нин Цин не беспокоилась об этих прохожих. Она все еще не доказала свою полную невиновность в их глазах, и дальнейшие объяснения были бы пустой тратой времени. Никто ей не поверит.

- Да, смотри. Она даже не беспокоится о нас. Она такая заносчивая.”

Маленький мальчик подобрал маленький камешек на обочине дороги и бросил его в сторону Нин Цин. - Убийца, убийца.”

Нин Цин увидела, как камешек полетел ей в лоб, она повернулась боком, чтобы пригнуться, но прежде чем она успела пошевелиться, кто-то заключил ее в объятия. Рядом с ее ухом раздался нежный голос: "Цин Цин, будь осторожна.”

Нин Цин повернула голову, чтобы посмотреть. Ее глаза сузились, и она сказала: "му Юньфань?”

Му Юньфань посмотрел на потрясенное выражение лица Нин Цин и с улыбкой на лице сказал: “Цинцин, почему ты так удивляешься, когда смотришь на меня?”

Нин Цин инстинктивно поняла, что ее реакция слишком очевидна, и заправила прядь волос за ухо. Она пошевелилась, высвободилась из его объятий и сделала шаг назад. Она ответила: "О, разве вы не сели на рейс обратно в Сингапур сегодня утром? Я был удивлен, когда увидел тебя здесь.”

“Я собирался уехать сегодня утром, но услышал, что Нин Яо скончался, и вы оказались замешаны в этом убийстве. Как я могу уйти с миром, если ты находишься в таком состоянии?”

“Я никого не убивал. Я невиновен.”

“Да, конечно, я верю, что Цинцин невиновна. Вы даже не осмеливались наступить на муравья, когда были моложе. Я услышала, что тебя спасли, и пришла посмотреть, чем могу помочь. Я видел, как отъехала машина Лу Шаомина. Разве он не должен быть с тобой? Куда ты направляешься в полном одиночестве?”

Нин Цин несколько секунд смотрела в потрясающие, прекрасные глаза му Юньфаня, а затем слегка нахмурилась и надула губы, говоря: “Шаомин, он...хочет развестись со мной. Он также выгнал меня из виллы.- Нин Цин ущипнула му Юньфаня за ветровку и продолжила: - Как ты думаешь, почему Шаомин делает это со мной? Вчера мы были в полном порядке.”

Девушка была подавлена. Она только что плакала, и кончик ее маленького носика Все еще был красным. Она опустила глаза, и ее длинные ресницы, похожие на крылья бабочки, были испачканы блестящими слезами. Ее жалкий вид делал ее похожей на маленького котенка, брошенного хозяином.

Му Юньфань держал маленькую ручку Нин Цин и мял ее хрупкую маленькую ручку в своей ладони. - Молодой господин Лу хочет развестись с тобой? - голос его звучал так, словно он был застигнут врасплох. Почему? Вы находитесь в самом разгаре кризиса прямо сейчас. Вас кто-то подставил и вам срочно нужна помощь. То, что он покинул вас сейчас, - это поступок негодяя. Цинцин, не волнуйся, старший брат защитит тебя.”

В этот момент Нин Цин расстроилась еще больше. “Как ты думаешь, кто меня подставляет? У кого есть такие огромные претензии ко мне, что он убил Нин Яо и хочет, чтобы я был козлом отпущения?”

Му Юньфань погладила ее мягкие волосы, и он утешил ее, сказав: “куда ты теперь хочешь пойти? Вопрос о Нин Яо уже распространился. Сейчас тебе грозит опасность остаться одному.”

Нин Цин подняла глаза и оглядела улицы. Она скривила губы в улыбке и немного насмешливо фыркнула: "правильно, куда я могу пойти прямо сейчас? Шаоминг выгнал меня с виллы, и я не могу вернуться к матери. Я боюсь, что втяну ее в эту историю. Кто еще может принять меня?”

- Цинцин, тогда следуй за мной.”

- Последовать за тобой обратно? Нин Цин посмотрела на Му Юньфаня и задумалась на пару секунд, прежде чем кивнуть. “Тогда ладно.”

…

Они вдвоем приехали на виллу. Нин Цин посмотрела на роскошную обстановку внутри, и улыбка на ее лице стала еще более яркой. Это было то самое место, где остановился человек, который вчера хотел уехать из города Т?

Му Юньфань посмотрел на улыбку на ее лице, и он начал чувствовать себя подозрительно.

Лу Шаомин хотел с ней развестись. Она не плакала и не суетилась, но была очень спокойна. Она была слишком ненормальной.

Более того, вчера она так упорно сопротивлялась ему, но когда он предложил вернуть ее прямо сейчас. Она даже не задумалась на несколько секунд. Вместо этого она поспешно согласилась.

Может быть, у нее есть какой-то трюк в рукаве?

- Цинцин, над чем ты смеешься?”

Нин Цин даже не взглянула на него. Она, естественно, протянула руку, чтобы указать на старое дерево за окном, и эмоционально сказала: "Ты все еще помнишь, когда нам было 10 лет? Я подобрал маленькую птичку под деревом. Маленькая птичка выпала из гнезда на дереве, и я очень расстроился, что маленькая птичка не может найти дорогу домой. В это время вы взяли маленькую птичку в руки и начали взбираться на дерево. Старое дерево было более 10 метров высотой, и вы взобрались на него, упали и поцарапались. И Вы наконец-то вернули маленькую птичку в ее гнездо. Жаль только, что в тот день был день рождения дяди Му, и дядя му увидел, как ты испачкался, и быстро и строго отчитал тебя.”

Когда он слушал, как Нин Цин упоминает о тех счастливых временах, холодное выражение лица МУ Юньфаня мгновенно потеплело. Ему хотелось обнять Нин Цин.

Лу Шаомин был прав: он не мог контролировать свою судьбу с самого рождения. Он не беспокоился ни о ком в этом мире, но единственным человеком, которого он мог видеть в своих глазах, была Нин Цин.

Она была такой наивной, доброй и красивой. Находясь рядом с ней, он чувствовал, что ему тоже стало хорошо, и чувствовал удовлетворение.

Она была единственным лучиком солнца в его жизни, и он отчаянно пытался удержать тепло в своей ладони.

Его Цинцин, как он мог отпустить ее?

Она почувствовала его приближающиеся шаги, и Нин Цин сосредоточила свой взгляд в его направлении. Выражение ее лица было расстроенным, когда она сказала: “старший брат Юньфань, мы знаем друг друга уже 18 лет и были разделены на 3 года. В разгар всего этого я женился и думал, что нашел свое собственное счастье. Я не думал, что когда я столкнусь с трудностями, меня будет сопровождать только старший брат Юньфань.”

Му Юньфань замер. Ему захотелось обнять ее. Он почувствовал, что у него немного разболелась голова, и Нин Цин посмотрела на него с такой наивной уверенностью в своем лице, но что он делал?

Нет, он ничего этого не делал.

Это сделал другой он.

Ему нужно было только спокойно наслаждаться результатами.

- Старший брат Юньфань, как ты думаешь, кто убил Нин Яо? Кто именно хочет меня подставить?- Нин Цин вопросительно посмотрела ему в глаза.

Му Юньфань успокоил свои эмоции, он выдал идеальную, теплую улыбку и сказал: “Цинцин, тебе не нужно обдумывать эти вопросы. Старший брат уже говорил это раньше-старший брат защитит тебя. Пора обедать, пошли. Старший брат попросил кого-нибудь приготовить для вас стол с блюдами. Это все блюда, которые вы любите.”

Му Юньфань взял маленькую ручку Нин Цин и повел ее в столовую.

Нин Цин посмотрела на его профиль и медленно, безнадежно закрыла глаза.

…

У Нин Цин был очень хороший аппетит, когда она съела маленькую миску белого риса. Она улыбнулась и сказала: “старший брат Юньфань, я все еще хочу съесть еще одну миску.”

Дворецкий Чжоу передал пустую миску тетушке, и та поставила еще одну миску риса для Нин Цин.

- Цинцин, у тебя сегодня хороший аппетит.”

- Верно, независимо от того, что мы встретим в жизни, мы должны сначала хорошо накормить себя. У нас будет достаточно энергии, чтобы идти в бой, когда наши желудки будут полны. Старший брат Юньфань, Шаомин хочет развестись со мной, но я не соглашусь на это. У вас есть время сегодня днем или вечером, чтобы привести меня на его поиски?”

Му Юньфань изящно съел полный рот риса и, не колеблясь, кивнул головой, сказав: "Конечно, я попрошу дворецкого Чжоу проверить деятельность молодого мастера Лу позже, и мы приведем вас, чтобы вы его искали.”

- Ура! Спасибо тебе, старший брат Юньфань. Позже, покончив с едой, я пойду вздремну. Разбуди меня, если получишь какие-нибудь новости.”

“Конечно.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 168:Шаомин, не оставляй меня, ладно?

Покончив с едой, Нин Цин вернулась в комнату, которую приготовил для нее му Юньфань. Сначала она пошла в ванную, чтобы принять душ, смыть с себя невезение, а затем легла на кровать. Одеяло было мягким и душистым, она уютно устроилась на нем и закрыла глаза.

Она ни о чем не думала, потому что все поняла. Теперь все, что нужно было сделать, - это сохранить ее энергию.

…

Нин Цин быстро заснула. Когда она проснулась, уже смеркалось. Рядом с ней сидел му Юньфань. Она не знала, когда он кончил, и он ласкал своей огромной рукой ее маленькое личико. - Цинцин, ты проснулась.”

Нин Цин кивнула головой, и на ее лице не отразилось никакого огорчения. Она остановилась на его вилле, может ли она все еще упрекать его за то, что он вошел в ее комнату без предупреждения? Нин Цин молча посмотрела в сторону. Она смотрела в окно и избегала его рук. Она прикрыла рот рукой, чтобы подавить зевок, и лениво спросила: "брат Юньфань, есть новости из Шаомина?”

“Есть такое. Му Юньфань убрал руку и кивнул головой. “Он будет присутствовать на праздничном банкете по случаю Дня рождения старших членов семьи Ге, я приведу тебя туда.”

- Банкет?- Глаза Нин Цин заблестели, и она спросила: - тогда мне не придется надевать вечернее платье? Брат Юньфань, ты приготовил мне какую-нибудь одежду?”

Через несколько минут Нин Цин был представлен ряд вечерних платьев. Му Юньфань улыбнулся, ласково глядя на нее, и спросил: “Какая тебе нравится? Выбирай сам.”

- Спасибо, брат Юн Фан. Нин Цин взволнованно выбрала короткое черное платье с глубоким V-образным вырезом и сказала: “Как насчет этого?”

Му Юньфань нахмурился и был озадачен; Это вечернее платье не было обычным элегантным стилем Нин Цин. Хотя это было чисто и просто, это было также очень сексуально. - Это имеет значение только в том случае, если Цинцин понравится, Иди переоденься в нее в раздевалке.”

Через две минуты Нин Цин вышла. Черное платье подчеркивало ее идеальную фигуру. Талия была втянута, чтобы подчеркнуть ее маленькую 53-сантиметровую талию, ее ягодицы задорные и Прямые, ее стройные ноги прямые и тугие, имеющие сияние молодого прекрасного нефрита. Каждый раз, когда она делала шаг, мужчина не сводил с нее глаз.

Это платье было любимым стилем женщин в индустрии развлечений, но Нин Цин обладала другой атмосферой привлекательности, не теряя при этом элегантности и мощи. Му Юньфань дважды взглянул на нее и инстинктивно выпрямился. Нин Цин дважды обернулась и игриво спросила его, моргая глазами: "брат Юньфань, я красивая?”

“Красивый.- Голос му Юньфаня был немного хриплым. Нин Цин села перед туалетным столиком и взяла щипцы для завивки волос. - С тех пор как я пошла в школу, я чувствую, что мне так долго было скучно. Я уже забыл, каково это-присутствовать на банкете, я немного нервничаю.”

Му Юньфань подошел к ней сзади и с помощью зеркала посмотрел на ее нежное и совершенное маленькое личико. Взгляд его снова потемнел. - Не нужно нервничать, потому что Цинцин определенно будет самой красивой женщиной сегодня вечером.”

“Это правда? Благодарю тебя, брат Юньфань, за твою похвалу.”

…

На банкете.

Нин Цин взяла му Юньфаня за локоть и вошла в банкетный зал. Как только она появилась, Все в зале обратили на нее внимание. Нин Цин не чувствовала себя странно. Хотя Лу Шаомин контролировал распространение новостей, все знали о том, что случилось с Нин Яо, теперь она была главным заголовком. Хотя у всех было разное отношение к ней, другие женщины задавались вопросом – Это Нин Цин? У нее все еще хватает смелости показать свое лицо? Мужчины думали иначе-ого, она так потрясающе красива, неудивительно, что она злая хитрая красавица!

Нин Цин улыбнулась. Она не принимала близко к сердцу чужое мнение о себе. Му Юньфань вывел ее вперед, чтобы поздравить именинника сегодня вечером, а затем она начала искать фигуру Лу Шаомина в толпе. Она нашла его вскоре после первого взгляда. Он был одет в черный костюм и стоял под хрустальной люстрой в центре зала. Несколько мужчин в костюмах разговаривали с ним и улыбались. Он не произнес ни слова. Одна его рука была в кармане, а в другой он держал бокал с вином, который слегка потягивал. Его элегантное и приземленное поведение вызывало уважение и восхищение окружающих. Нин Цин Как в тумане смотрела на него.

Рядом с Лу Шаомоном стояла красивая женщина в длинном сиреневом платье. Нин Цин нашла ее знакомой, вспомнив, что она была той самой Е Тин, которая окончила Гарвард. Она стояла рядом с Лу Шаомоном и хорошо подходила ему. Эта пара состояла из талантливого мужчины и красивой женщины.

Хмм. Нин Цин призналась, что ей было неловко смотреть на это. Она ревновала. Е Тин наклонился и прошептал на ухо Лу Шаомину: Он посмотрел в сторону, чтобы послушать,и дал Нин Цин посмотреть на его скульптурную и завораживающую спину. Возможно, ее взгляд был слишком пронзительным. Нин Цин обернулась, как будто телепатия была в игре. Их взгляды встретились. При первом взгляде мужчины он увидел, во что она одета. Поверх черного платья был накинут красный шелковый шарф, а нижняя часть шарфа была завязана на шее. Свет в холле ярко горел и освещал ее завитые локоны. Она была вне гипноза и заставляла бледнеть даже самые прекрасные жемчужины по сравнению с ней. Он нахмурился и был не слишком доволен. Нин Цин была в хорошем настроении. Она медленно скривила губы и одарила его ослепительной улыбкой.

В этот момент " Цинцин. Му Юньфань подошел к ней и протянул руку, чтобы обнять ее за плечи. Му Юньфань посмотрел на Лу Шаомина. Нин Цин не выказывала никаких признаков желания вырваться из объятий му Юньфаня. Напротив, она протянула свою бледную руку, чтобы схватить му Юньфаня за рукав, и сказала застенчивым тоном: "брат Юнь Фан, смотри! Шаомин привел с собой такую красивую мегеру, что она определенно соблазнила бы Лу Шаомина. Ты можешь привести меня сюда, чтобы отомстить?”

“Конечно. Му Юньфань вывел Нин Цин вперед, положив руку ей на плечо.

Они вдвоем остановились перед Лу Шаомоном, му Юньфань поднял брови и сказал: “молодой господин Лу, Цинцин хотела прийти за вами, поэтому я привел ее сюда.”

Лу Шаомин посмотрел на Му Юньфаня, затем перевел взгляд на Нин Цин, его сильное и острое лицо напряглось, и он спросил, явно расстроенный: “в чем дело?”

Нин Цин вытянула мизинец и сердито сказала, указывая на Е Тин: "Шаомин, кто эта женщина? Неужели она такая бесстыдная любовница?- Е Тин была шокирована, она уже встречалась с Нин Цин в баре раньше, эта женщина еще училась в школе, но уже сделала себе имя в индустрии развлечений как Лучшая актриса. Она была элегантна, и ее действия заставляли ее чувствовать себя прилично и стильно. Она сделала видимые улучшения и позволила ей смотреть на себя снизу вверх. Но сейчас, услышав ее слова, она ничем не отличалась от ревнивой лисицы.

Это было слишком странно. Лу Шаомин услышал и нахмурился. Он пристально посмотрел на Нин Цин: “я отказываюсь отвечать на эти вопросы. Пожалуйста, свяжитесь со мной, когда вы подумаете о подписании документов.- Лу Шаомин ушел.

“Да, Шао Мин.- Нин Цин поспешно схватила его за большую руку и надула розовые губки “ - Шаомин, не оставляй меня, ладно? Она молча провела своей мягкой рукой по его ладони. Это был их интимный акт. Лу Шаомин замер и стряхнул маленькую руку Нин Цин, делая большие шаги, чтобы уйти.

Нин Цин была удовлетворена реакцией Лу Шаомина, но она топнула ногами и сделала разочарованное выражение лица. - Цинцин, не волнуйся. С братом здесь молодой мастер Лу не посмеет запугать тебя. Му Юньфань обнял Нин Цин за плечи.

- Конечно, брат Юн Фан, ты определенно должен мне помочь.”

…

Лу Шаомин стоял в коридоре. Он лениво лежал на стене, и его длинные ноги слегка подогнулись. Одна рука у него была в кармане, а два пальца на другой сжимали зажженную сигарету. Он чувствовал себя неуютно в своем теле. На ладони в кармане остались следы мягкой пульсации. Она была похожа на перышко, скользнувшее по его ладони, и она зажгла огонь, который заставил его кровь закипеть. Он никак не мог выбросить из головы ее застенчивое выражение. Эта проклятая женщина, она все еще не знала, как быть незаметной после того, как переехала на виллу му Юньфаня. Она даже носила такой наряд. Она никогда раньше не носила ничего подобного.

Он знал, что сейчас она ведет себя не совсем нормально. Она всегда была умна и сообразительна и быстро соображала, когда сталкивалась с неприятностями. Он не знал, что она хочет сделать, и почувствовал легкую панику. В этот момент е Тин подошел к нему и сказал: “президент.”

Мужчина не обращал на нее внимания. Он был слишком сосредоточен на курении, и его сексуальные тонкие губы вдохнули дым, а затем медленно выпустили его. Дым, кружившийся вокруг него, придавал мистический оттенок его скульптурному красивому лицу. Поначалу он был элегантным и могучим мужчиной,но теперь он казался ей слишком большим, чтобы она могла его оценить.

Е Тин посмотрел на костюм Лу Шаомина, он был сшит на заказ вручную от Армани. На его слегка согнутых ногах виднелись серые хлопчатобумажные носки. Все его тело было тонким и строгим, не позволяя ни одной мелочи сбиться с пути, и он был чрезвычайно очарователен. Это был прайм-тайм для 30-летнего мужчины, и он, без сомнения, был премиальным продуктом этого пика. Она была любимым Божьим ребенком. Она была красива и талантлива в своей работе. Люди, которые преследовали ее, могли выстроиться в ряд на берегу реки Хуанпу; среди них были богатые и могущественные отпрыски, но именно в него она влюбилась с первого взгляда. Хотя он никогда не смотрел на нее как следует.

Е Тин почувствовала, как ее лицо вспыхнуло, она медленно протянула руку и коснулась сильных плеч Лу Шаомина: "молодой господин л…”

Это было приглашение зрелой женщины зрелому мужчине.

Не беспокоило, что он уже женат, что у него есть жена.

Лу Шаомин бросил на нее быстрый взгляд, но только посмотрел на ее протянутую руку. Е Тин отдернула руку, как будто ее ударила молния. Она чувствовала себя так, словно ее ужалили пчелы. Этот человек был слишком глубок. 14 лет в деловом мире сделали даже одно выражение от него таким сильным и угрожающим чувством. Ему даже не нужно было об этом думать. Хотя он привел ее сюда на банкет без всякой причины, е Тин тоже обладала собственным достоинством. Ее глаза покраснели, и ей захотелось развернуться и уйти.

В этот момент в поле зрения Лу Шаомина появились две фигуры, появившиеся из-за угла и двигавшиеся к нему. Он положил руку на плечо е Тин и прижал ее к стене. Е Тин почувствовал слабость. Чистый и свежий запах этого мужчины был очень ароматным и смешивался со слабым запахом табака, опьяняя ее.

- Президент, это вы.. В глазах у нее потемнело, и мужчина, опираясь одной рукой о стену, наклонился, чтобы поцеловать ее.

Нин Цин, которая была далеко. Му Юньфань удовлетворенно улыбнулся, но сказал, чтобы успокоить ее: “Цинцин, не расстраивайся. Это может быть недоразумение. Прежде чем он успел договорить, девушка, стоявшая рядом с ним, быстро убежала.

…

Нин Цин подбежала к Лу Шаомину и, схватив его за локоть, прижала к стене. - Лу Шаомин, тебе нельзя целовать других, если ты хочешь целоваться, Поцелуй меня.- Она встала на цыпочки и поцеловала его в губы. Е Тин, стоявшая сбоку, еще не пришла в себя, но теперь, увидев, что Нин Цин набросилась на него, она быстро отдернула руку, чтобы прикрыть губы, и отшатнулась назад. Лу Шаомин не думал, что у застенчивой девушки есть такая смелая и дерзкая сторона. Она выхватила мужчину у другой женщины и даже взяла на себя инициативу поцеловать его. Он нахмурился и хотел оттолкнуть ее, но ароматное и мягкое прикосновение к его губам заставило его потерять контроль. Он сглотнул слюну и слегка приоткрыл тонкие губы, чтобы она могла войти.

Она открыла глаза и посмотрела на него. Она не стала их закрывать. Ее прекрасные глаза были нежными и немного игривыми. Она застенчиво посмотрела на него. Лу Шаомин не мог отвести от нее такого взгляда и оттолкнул ее рукой. Нин Цин отшатнулась назад, и ее мягкая спина с грохотом врезалась в стену! Ее шрам на локте едва затянулся, и теперь он снова кровоточил.

- Цинцин! Му Юньфань быстро побежал вперед. Он использовал свой карманный платок от костюма, чтобы надавить на рану Нин Цин, и с беспокойством спросил: Почему это так больно? Скажи брату быстро.”

Нин Цин подняла глаза и посмотрела на Му Юньфаня, сверкающие слезы потекли по ее щекам, и она жалобно прикусила губу, глядя на него.

- Брат Юн Фан, мне больно.- Му Юньфань замер и хотел заключить Нин Цин в свои объятия для нежной любовной заботы. Нин Цин снова посмотрел на стоявшего перед ним Лу Шаомина. Мужчина стоял, нахмурившись. На его тонких бледных губах все еще оставалась ее слюна. - Шаоминг, ты оттолкнула меня своими руками? Ты действительно использовал свои руки против меня? Тебе не нравится мой поцелуй? Тебе действительно нравится эта женщина? Что такого хорошего в этой женщине? Она просто бесстыдная мегера. Она не любит тебя, она любит только твои деньги.”

Глаза Лу Шаомина были темными и глубокими, он смотрел только на нее, не говоря ни слова. Е Тин не мог позволить этому продолжаться дольше и выступил вперед, сказав: “госпожа Нин, пожалуйста, будьте более красноречивы в своих словах. Ты все время повторяешь слово "лисица"; на кого ты ругаешься?”

Нин Цин вырвалась от Му Юньфаня и эмоционально сказала: "Я проклинаю тебя, ну и что с того, что я проклинаю тебя? Лисичка, лисичка, я хочу тебя ударить!- Нин Цин подняла руку, чтобы дать е Тину пощечину. Но ее руку перехватил Лу Шаомин.

- Довольно, Нин Цин. Хватит суетиться!”

- Шаоминг, ты хочешь сказать, что я поднимаю шум? Я не поднимаю шума! Почему ты больше не хочешь меня? Ты меня очень расстраиваешь. Ладно, ты сделаешь выбор между мной и этой женщиной здесь сегодня. Ты хочешь меня или хочешь ее? Лу Шаомин отпустил ее руку и ничего не ответил. Пак! Нин Цин отпустила ее руку и ударила Лу Шаомина.

В коридоре быстро воцарилась тишина, когда Лу Шаомин получил пощечину. Нин Цин закрыла рот рукой и убежала со слезами на глазах. - Хм!”

- Цин-Цин, подожди брата! Му Юньфань посмотрел на лицо Лу Шаомина, которому дали пощечину. Нин Цин использовал много силы, и на его лице были следы крови.

Му Юньфань скривил губы в улыбке и быстро пошел догонять ее Нин Цин. Глядя на двух бегущих, е Тин пришла в себя. Она пошла вперед, чтобы утешить Лу Шаомина. - Президент, с вами все в порядке? Лу Шаомин даже не взглянул на нее и, развернувшись, пошел в противоположном направлении. Он не использовал силу, чтобы толкнуть Нин Цин, это была сама Нин Цин, которая врезалась в стену.

Что она собирается делать сегодня вечером? Лу Шаомин сглотнул слюну и с трудом перевел дыхание. Он вытянул язык, чтобы облизать губы, и проглотил оставшуюся слюну.

…

Нин Цин вернулась в банкетный зал. Она пила, проливая слезы. Му Юньфань подошел посмотреть. Из-за того, что Нин Цин пила в такой спешке, она чуть не поперхнулась. Он поспешно подошел к ней, похлопал по стройной спине и мягко сказал: “Цинцин, не расстраивайся так сильно. Это не стоит того для такого человека, как Лу Шаомин. В будущем появятся лучшие мужчины, которые будут любить тебя."Нин Цин была в его объятиях, и она использовала свою маленькую руку, чтобы удержать его костюм, и сказала жалобно:" но я не хочу расставаться с ним. Я его очень люблю. Как он мог так поступить со мной?”

- Ладно, теперь все в порядке. Ты постепенно забудешь его, и брат позаботится о тебе в будущем. А теперь пойдем домой.”

“Окей. Нин Цин кивнула головой. Они вошли в холл, и в этот момент дорогу им преградила женщина.

“Нин Цин, ты все еще осмеливаешься приходить сюда без капли вины после того, как убила Нин Яо?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 169:Лу Шаомин, Он

Нин Цин посмотрела на женщину, стоявшую перед ней. Она была дочерью богатой семьи. Она была высокомерной и высокомерной, и была большой подругой Нин Яо. Обычно она говорила о ней много плохого.

“Цинцин.- Му Юньфань увидела, что кто-то подошел к ней, и сделала небольшой шаг вперед, защищая Нин Цин, встав перед ней.

- Старший Брат Юньфань. Когда му Юньфань собрался заговорить, Нин Цин мягко оттолкнула его и сделала два шага вперед, чтобы встать перед дочерью богатого семейства.

Она не нуждалась в защите, а Нин Цин могла справиться с ситуацией легко и умело.

Недавно она выпила несколько бокалов красного вина. На изящном лице Нин Цин было два красных пятна. Она была почти наполовину пьяна и слегка приподняла брови, бросив недовольный взгляд на дочь богатого семейства, а ее красные губы сочетались с красивыми зубами. “Эта мисс, вы сказали, что я убил Нин Яо. Кто тебе это сказал?”

Это привлекло всеобщее внимание. Дочь богатой семьи была удовлетворена этим и продолжила: “Нин Цин, вы убили кого-то, как с вещественными доказательствами, так и с очевидцами вокруг. Полиция уже заперла вас в камере. Как я могу не говорить правду?”

“Совершенно верно. Я действительно не думал, что Нин Цин окажется таким жестоким человеком. Она лучшая актриса этого поколения, это действительно слишком неожиданно...” все указывали пальцами на Нин Цин, и их взгляды были недобрыми.

- Хех. Нин Цин прищурилась, медленно оглядывая толпу в Большом зале. - С тех пор как полиция заперла меня в полицейском участке, как я могу все еще стоять здесь сейчас? Это показывает, что полиция доказала мою невиновность, и я только помогал им в расследовании. Эта мисс здесь, вы интерпретируете ситуацию вне ее контекста. Вы собираетесь разрушить мою репутацию или пытаетесь помешать полиции в расследовании? Если здесь есть кто-то, у кого есть веские доказательства того, что я настоящий убийца, тогда я могу предложить им позвонить в полицию, и все присутствующие могут сопровождать меня, чтобы совершить поездку в полицейский участок!”

Последние слова Нин Цин:” спустись вниз " - были ясны и определенны. Она нарочно говорила это, чтобы все присутствующие на сцене услышали. Все приняли ее леденящий и угрожающий взгляд и закрыли рты.

Эта девушка слишком долго отдыхала от индустрии развлечений. Она отсутствовала так долго, что все забыли, как хорошо она владела своими словами, когда стояла перед толпой; они забыли, что она в одиночку победила искательницу внимания ли Мэйлин.

Ее аура на теле даже немного не изменилась.

Дочь богатой семьи видела, что Нин Цин одержала верх в этой ситуации, и не волновалась. - Совершенно верно, убийца Нин ЯО в конце концов будет раскрыт. Только сказать, Нин Цин, ты действительно очень способная. Вы лично отправили ли Мэйлин в тюрьму, а теперь Нин Яо умерла с ребенком в животе. Дуэт матери и дочери совершил много пугающих, вызывающих головокружение поступков, но все они закончились такими жалкими результатами. Да, им действительно так не везет. Два из них вместе взятых не составляют даже одного из ваших пальцев. Нин Цин, ты такая хладнокровная.”

Эти слова были тем, что чувствовала толпа в своих сердцах. Независимо от того, что ли Мэйлин и Нин Яо сделали раньше, ли Мэйлин сейчас был в тюрьме, и Нин Яо встретил жалкую смерть. Они заставили других ужасно жалеть их.

Оглядываясь назад, Нин Цин, которая была в плохом состоянии, использовала эти вещи, чтобы повернуть свое состояние вспять, и была в восторге от того, как все складывалось. Как могли другие не чувствовать себя эмоционально?

Нин Цин использовала много методов в своих битвах, и теперь она стала “хладнокровной” в восприятии других.

- Хех, что за шутка! Нин Цин холодно рассмеялась, и ее острый взгляд прошелся по всем присутствующим, словно нож. “Вы также знали, что ли Мэйлин и Нин Яо делали много вещей, от которых волосы встали дыбом? С тех пор как они совершили ошибки и пошли по ложному пути, они пожинают плоды своего грязного труда!

“А что бы вы хотели, чтобы я сделал? Если бы я знал заранее, что ли Мэйлин окажется в тюрьме полгода назад, то должен был бы сказать: "о, хорошо, тогда я делаю уступку, основываясь на том факте, что вы окажетесь в тюрьме; тогда вы можете с радостью навредить и мне, и моей маме?’ Если бы я знал, что Нин Яо умрет, разве я был бы обязан арестовать этого убийцу, чтобы сказать: "Не убивай ее, если хочешь убить ее, убей меня тогда?’

- Можем ли мы взять на себя ответственность за жизнь других людей? Вы можете это сделать? Ты можешь это сделать? Если вы все не можете этого сделать, то можете ли вы действительно держать эти высокие моральные стандарты против меня?

“Если вы действительно жалеете Нин ЯО, то, пожалуйста, сотрудничайте с полицией, чтобы поймать убийцу. Не приходите вместе, чтобы перемешать горшок из чистой скуки!”

Толпа: "... " их критиковали, и они не находили слов.

Нин Цин была действительно Бойка в своих словах!

Дочь богатого семейства крепко сжала руки в кулаки. Она не была удовлетворена тем, что не смогла унизить Нин Цин. Несмотря на то, что у нее был такой хороший шанс усыпить ее, она была совершенно неспособна исполнить желания своего ревнивого сердца.

Дочь богатого семейства насмешливо рассмеялась и сказала:”Нин Цин, сейчас ты можешь быть только бойкой на язык. Я видел, что молодой господин Лу только что привел с собой красивую женщину; неужели молодой господин Лу больше не хочет тебя?”

От этого скандального рассказа у всех загорелись глаза. Индустрия развлечений так долго молчала в отсутствие Нин Цин.

Даже текущие события были единолично замалчиваемы.

Нин Цин посмотрела на взволнованные взгляды всех присутствующих. Она заправила волосы за ухо. Она направила свои привлекательные, гибкие глаза вниз и посмотрела на богатую дочь сверху, когда она рассмеялась и сказала: “Йо, ты был очень заинтересован моим статусом и статусом Лу Шаомина. - Что тут происходит? Вы давно любите Лу Шаомина? Это такая жалость. Лу Шаомин уже был использован мной, Нин Цин. Кто эта красивая женщина? Она могла только подхватить то, с чем я играл, хе-хе.”

После того, как она заговорила, Нин Цин подняла каблуки и вышла из большого банкетного зала.

Толпа увидела исчезающую фигуру, и все они выглядели взволнованными. Они подняли большие пальцы и прокомментировали: "Нин Цин такая классная!”

Богатая дочь была вне себя от ярости. Она была так зла!

…

Выйдя из банкетного зала, к ней подошел знакомый человек — Сюй Цзюньси.

Сюй Цзюньси только что вышел из машины. Он был одет в белый костюм. Рана в груди от вчерашнего удара сделала его лицо бледным. Он потерял свое обычное упрямство в сердце. После смерти Нин ЯО в его глазах появилась та же нежность, что и 3 года назад, когда он смотрел на Нин Цин. Это была нежность с оттенком застенчивости.

Нин Цин остановилась как вкопанная.

“Цинцин.- Му Юньфань подошел, чтобы обхватить ее маленькие плечи, и решил проигнорировать Сюй Цзюньси. - Тогда давайте вернемся назад.”

“Окей. Нин Цин кивнула головой.

Они вдвоем прошмыгнули мимо Сюй Цзюньси, и кто-то схватил Нин Цин за запястье, и она услышала, как Сюй Цзюньси спросила: “Нин Цин, куда ты идешь? Ты уезжаешь с Му Юньфанем?”

Нин Цин не ответила. Выражение лица МУ Юньфаня стало резким. Он был сосредоточен на своей битве с Лу Шаомоном; он забыл об этом Сюй Цзюньси, этом надоедливом существе, чье присутствие он не приветствовал.

- Цзюньси, отпусти. Молодой господин Лу хочет развестись с Цинцин. Цинцин очень расстроена, и я всегда буду сопровождать ее.- Сказал му Юньфань.

Сюй Цзюньси повернул голову, посмотрел на лицо Нин Цин размером с ладонь, скрытое за ее большими красивыми кудрями, и мягко сказал: “Нин Цин, это не обязательно должен быть му Юньфань. Я могу исполнить эту роль.”

Кроме того, он всегда мог сопровождать ее.

Дыхание му Юньфаня было тяжелым, и когда он не нашелся, что ответить, Нин Цин воспользовалась возможностью заговорить первой. - Президент Сюй, мне очень жаль.”

Она медленно стряхнула его руку.

Му Юньфань отвел свой жуткий взгляд, взглянул на Сюй Цзюньси и велел Нин Цин удалиться.

Сюй Цзюньси посмотрел, как они оба садятся в машину, а затем исчезают у него на глазах. Его большая ладонь, которая всегда была рядом, медленно вытянулась. Нин Цин дала ему записку.

…

На вилле му Юньфань вышел из комнаты и направился в гостиную. Он быстро стер улыбку со своего лица, и это заставило все его существо казаться жутким и хитрым.

- Найди мне эту женщину!- он приказал дворецкому Чжоу.

- Да, Молодой Господин. Дворецкий Чжоу обернулся.

- Подожди минутку. В этом больше нет необходимости. Му Юньфань внезапно встал, поднялся по лестнице и вошел в свою комнату.

Войдя в кабинет, он легонько постучал в стену 3 раза, и стена с треском отворилась, открыв потайную комнату внутри.

Он вошел внутрь.

Потайная комната была ярко освещена, и на большой кровати лежала женщина. Это была женщина, очень похожая на Нин Цин.

Женщина была одета в Красную ночную рубашку, и когда она увидела, что Му Юньфань подошел, она быстро встала, чтобы поприветствовать его, и ласково сказала: “молодой господин.”

Взгляд му Юньфаня потемнел, и он сказал: “Как ты меня назвал?”

Женщина поняла, что совершила ошибку. Она немедленно перестала притворяться застенчивой и сделала вид, что очень похожа на Нин Цин, и сказала: “старший брат Юньфань.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 170:Считается Королем После Победы Над Врагом

Му Юньфань был удовлетворен. “Не делай больше ошибок. Если вы это сделаете, мне придется посмотреть, что я могу сделать, чтобы вылечить вас.”

Эта женщина была очень чувствительна к безумной тактике му Юньфаня. Он прижал ее к себе, сжал щеки и злобно зажал красные губы.

…

После ухода му Юньфаня Нин Цин заперла дверь в ванную и включила душ, чтобы помыться. Она использовала теплую воду, чтобы энергично вытереть губы, желая смыть запах, который оставил на ней му Юньфань. Она чувствовала слабость, потому что хотела, чтобы этот акт казался реальным. Она выпила много красного вина и действительно начала ловить кайф. Приняв ванну, она надела скромную ночную рубашку и легла на кровать, чтобы заснуть. Она не знала, передал ли Сюй Цзюньси содержание записки Лу Шаомину.

Она не хотела спать, потому что знала, что ночью все изменится, но не могла справиться с головокружением. Ее глаза закрылись, и она заснула. Когда она спала, то услышала, как кто-то позвал ее, когда она была еще сонной и неуверенной. “Нин Цин, Нин Цин. Она открыла глаза и увидела перед собой красивого и завораживающего мужчину. Нин Цин подумала, что это ей снится. Она использовала свою маленькую руку, чтобы обхватить лицо этого человека, и она использовала свой холодный нос, чтобы подтолкнуть его и мягко сказала: "Шаоминг, это ты? - Ты здесь? Ты можешь приехать сюда быстрее? Боюсь, я не смогу долго продержаться. У му Юньфаня не так уж много терпения, я боюсь, что он действительно... - Нин Цин замолчала и закрыла глаза, не желая продолжать. - Действительно что?- Мягко спросил человек. Нин Цин покачала головой и сказала застенчиво, как маленькая девочка: "я не смею говорить, ты рассердишься, если я скажу это.”

Этот человек нежно улыбнулся и поцеловал ее. Его губы были из ее воспоминаний, нежные и теплые, слегка прижимающиеся к ее губам. Он открыл ей рот, чтобы поцеловать. Когда ее целовали, она чувствовала себя пьяной и легкомысленной. Все ее чувства говорили два слова - так удобно.

Они долго спорили, прежде чем Нин Цин поняла, что что-то не так; это чувство было слишком реальным. Она внезапно открыла глаза, нежное и совершенное лицо оказалось совсем близко от нее, и он закрыл глаза и с наслаждением поцеловал ее. Нин Цин не знала, спит ли она. Она протянула свою маленькую руку и медленно коснулась его густых ресниц. Прежде чем она успела что-то сказать, мужчина почувствовал, что она теряет концентрацию, и уже открыл глаза. - Ты только что дала мне пощечину, а теперь хочешь выколоть мне глаза? Слезы Нин Цин тут же покатились по ее лицу. Это был он, действительно он! Лу Шаомин был здесь.

Нин Цин вытерла слезы своей маленькой рукой и быстро оттолкнула его. - Шаоминг, почему ты здесь? Это территория му Юньфаня. Как ты можешь подвергать себя такой опасности, чтобы прийти сюда?- Лу Шаомин прижал ладонь к ее подушке и наклонился, чтобы поцеловать ее слезы. “Если я не беру на себя опасность, то как ты можешь это делать? Сколько раз вы принимали решения в своих собственных руках? Ты знал, что у Му Юньфаня были проблемы, но все равно последовал за ним на виллу; ты такой смелый.”

Нин Цин вцепилась в воротник его рубашки и надула губы, чувствуя себя обиженной. “То, что ты развелся со мной и выгнал меня с виллы, было обоими планами му Юньфаня, верно? Если это так, то у него определенно есть навыки, чтобы заставить меня вернуться с ним. Тогда я не буду сопротивляться; я хочу увидеть, что он на самом деле хочет сделать.”

“Значит, ты использовал свою медовую ловушку?- В его голосе не было и намека на эмоции, но Нин Цин все еще дрожала от страха. Она протянула руку, чтобы обхватить его за шею, и уткнулась лицом ему в грудь. Лу Шаомин взял двумя пальцами ее маленький подбородок, желая посмотреть на нее. Нин Цин сопротивлялась ему, не позволяя этого сделать, и тихо сказала:- Она не хотела, чтобы он видел ее раны по краям губ. - То, что не должно было быть замечено, я уже давно видел. Му Юньфань поцеловал и укусил тебя? На сегодняшнем приеме ты была в черном сексуальном платье. Я думал, ты надела его ради меня, но на самом деле ты надела его специально для Му Юньфаня. Ты соблазняла его.”

Нин Цин не знала, что делать. Она запиналась, пытаясь объяснить: "это был лучший план. Он... Он ... - у Нин Цин не хватило смелости продолжать разговор, она сменила тему и сказала: - Он не воспользовался мной, Шаомин. Не сердись на меня. Лу Шаомин опустил глаза и увидел девушку, которая пряталась в его объятиях, свернувшись в маленький розовый пушистый комочек. Ее длинные ресницы, похожие на крылья бабочки, быстро затрепетали, и она не успокоилась.

Своими большими руками он дотронулся до ее шеи. Там был грубый красный шрам. Его темные глаза были суровы, но он старался говорить как можно мягче. “Он ущипнул тебя?”

Нин Цин кивнула: "Да.- Она боялась, что он сжалится над ней, поэтому повернула голову и двумя маленькими ручками обхватила его красивое лицо. Она приподнялась и поцеловала его. “Я не испытываю боли. Я в порядке.”

Лу Шаомин глубоко вздохнула и закрыла рот рукой. Нин Цин слегка пригнулась и быстро оттолкнула его: “Шаомин, не будь таким. Это территория му Юньфаня. Вы…”

Лу Шаомин нежно поцеловал ее в шею и сказал: “Не бойся, всему пришел конец. Это было точно так же, как вы предсказывали; му Юньфань пошел искать этого двойника тела.- И все закончилось? Нин Цин облегченно вздохнула.

…

Му Юньфань вышел из темной комнаты через час. Он застегнул рубашку и был уже в шаге от двери, как вдруг к его лбу приставили пистолет. - Молодой господин Му, не двигайтесь. Му Юньфань прищурился и поднял глаза, чтобы посмотреть. В кабинете стоял ряд одетых в Черное телохранителей. Дворецкий Чжоу был арестован. Чжу жуй стоял рядом с дворецким Чжоу и вежливо улыбался. - Молодой господин му, мы ждали некоторое время.”

Дворецкий Чжоу сказал, дрожа: "молодой господин, все наши люди были убиты. Эту виллу захватил Лу Шаомин.”

- А!” Там была женщина, очень похожая на Нин Цин, ее вытащили из темной комнаты. Чжу жуй сказал телохранителям: "пусть кто-нибудь отвезет ее в полицейский участок. Скажите главному комиссару, что убийца Нин Яо найден.”

- Да, сэр.- Телохранители увели женщину. Грудь му Юньфаня тяжело вздымалась. У его головы был пистолет, а виллу окружили люди Лу Шаомина. Он мог только смотреть, как увозят женщину. В одно мгновение он потерял все. “Где молодой господин Лу? У меня есть многое, чего я не понимаю, и мне нужна его опека.”

- Молодой господин му ищет меня?- Раздался мелодичный низкий голос, и вошел Лу Шаомин с Нин Цин в объятиях.

Му Юньфань посмотрел на Нин Цин. Она была одета в розовое зимнее пальто, ее нежное маленькое личико было обернуто белым шарфом. Она выглядела очень красивой. Ее поле зрения столкнулось с его. Ее прекрасные глаза сверкали привлекательным блеском. Выражение лица МУ Юньфаня сразу же стало гнусным. Он мог сказать, что только что сделала Нин Цин. Лу Шаомин взял маленькую ручку Нин Цин, и они сцепили пальцы вместе. Он рассмеялся и сказал: "Молодой Мастер Му, на то, что вы не понимаете, я отвечу сейчас на все ваши вопросы.”

Му Юньфань посмотрел на их крепко сжатые руки и сказал: “на этой моей вилле повсюду были телохранители; охрана была высокой, но молодой мастер Лу быстро смог напасть изнутри и избавиться от моих людей. Это говорит лишь о том, что молодой господин Лу давным-давно окружил мою виллу, но до сих пор вы не предпринимали никаких дальнейших действий.”

- Ха, Молодой Мастер му, вы так и не поняли, на чьей территории находится город ти. После того, как вы начали жить на этой вилле, вы уже попали в мои руки. Сегодня я чуть не протоптал весь город, но так и не смог найти того убийцу. Я не думал, что молодой мастер Му был таким смелым. Самое опасное место было также самым безопасным, и на этой вилле есть темная комната. Вы не только спрятали убийцу внутри, но и развлекали себя внутри.”

Му Юньфань не рассердился, он скривил губы в холодной улыбке и посмотрел на Нин Цин: “Цинцин, значит, ты подсыпала мне меда, нарочно решив надеть это платье, чтобы я тебя увидел, а потом притворилась пьяной и ввела в заблуждение мои чувства? Вы знали, что я был глубоко очарован вами, но я не мог получить Вас; Вы знали, что я определенно пойду, чтобы найти это тело дважды.”

Взгляд Нин Цин был несколько холоден. "То, как нужно относиться к человеку, зависит от того, что это за человек. Я-слабость Лу Шаомина. Точно так же и я-твоя слабость.”

- Ха, ха-ха. Му Юньфань дважды рассмеялся и захлопал в ладоши. - Хорошо сказано! Я всегда использовал тебя, чтобы угрожать молодому мастеру Лу, но ты все еще использовал другие методы, чтобы отомстить. Только вы использовали медовую ловушку, и молодой мастер Лу пришел, чтобы напасть на виллу. Как вы, ребята, координировали свои действия?”

Нин Цин мягко рассмеялась: "Шаомин хотел развестись со мной, но также не хотел говорить со мной. Все это было ненормально. Я глубоко задумался и пришел только к одному выводу. Вы установили прослушку и следили за каждым его движением. Поскольку я не мог связаться с ним, я подумал о том, как передать ему сообщение... - глаза му Юньфаня заблестели, и он произнес одно слово за другим, стиснув зубы: - Сюй Цзюньси!”

- Да, это был Сюй Цзюньси. Нин Яо скончался, и я вошел в полицейский участок. Он определенно будет очень беспокоиться обо мне. Он услышит, что я была вместе с вами, и когда узнает, что я присутствую на торжественном обеде, он также обязательно примчится туда. Поэтому я передал ему записку, на которой было написано: "Шао мин, медовая ловушка".”

Лу Шаомин продолжал говорить: "после того, как вы двое ушли, Сюй Цзюньси договорился, чтобы кто-то поднял вывеску перед банкетным залом с двумя словами: медовая ловушка. Я увидел это и понял.”

Му Юньфань был в ярости. Его тонкое лицо подергивалось. Он заметил холодность Нин Цин и сказал с улыбкой: “Я действительно не думал, Цинцин, что ты воспользуешься Сюй Цзюньси и моими чувствами к тебе, чтобы играть со мной подобным образом. Ты одурачил нас всех.”

Что за человек был Сюй Цзюньси? Ему также нравилась Нин Цин; он не должен был надеяться, что Нин Цин и Лу Шаомин будут вместе, но в этот решающий момент он действительно помог Нин Цин.

Доминирование Нин Цин над этим человеком повергло его в состояние благоговения. Нин Цин слегка нахмурилась. - Му Юньфань, у тебя есть чувства ко мне? Ты использовал имя любви, чтобы эгоистично властвовать надо мной. Мы обычно называем это "захват силой".’”

- Ха-ха. Му Юньфань не мог удержаться от смеха. - Цинцин, когда ты узнала, что молодого господина Лу заставила я, и что я был вдохновителем всего этого?”

- На вилле Шаоминг вручил мне документы о разводе. Он сказал, что причиной развода было то, что я изменилась и стала сложной, и он не мог продолжать любить меня. Он также попросил меня позаботиться о себе. Ах, я думал о словах Шаоминга, когда вы появились. Когда вы впервые появились, вы были исключительно умны. Шаоминг не развелся бы со мной, если бы кто-то не угрожал ему. Как кто-то может угрожать ему, если только он не использует для этого возможное тюремное заключение?”

Нин Цин больше не питала надежд на Му Юньфаня. Она произнесла эти слова спокойно, как спокойное море. - Только, Му Юньфань, я так долго не узнавал твой злой путь. Нин Яо был также вашим старым знакомым; этот плод был только в 5 месяцев! Ты использовал две жизни, чтобы заманить меня в эту ловушку. У тебя когда-нибудь была хоть капля вины?”

Му Юньфань небрежно пожал плечами. - Такой человек, как Нин ЯО, в моих глазах был мертвым орудием. Она должна благодарить меня; я сделал ее смерть достойной.”

Нин Цин закрыла глаза. Ее брат Юньфань был уже мертв. Лу Шаомин заметил ее подавленное настроение и протянул руку, чтобы обнять ее за плечи. Он сказал му Юньфаню: "молодой господин му, я как-то сказал вам, что мы увидим, когда пойдем. Это было не потому, что я был уверен в победе, а потому, что Нин Цин не была ничьей наградой за победу в этой битве. Она добилась независимости, используя предусмотрительность и интеллект.”

“О, это правда? Му Юньфань спокойно посмотрел на Нин Цин. - Цинцин, победа или поражение-это в глазах смотрящего. Как ты собираешься теперь со мной обращаться?”

“Не мне решать, как поступить с тобой, но похищение на складе и преднамеренное убийство – законы этой страны поступили бы с тобой соответствующим образом, - мягко сказала Нин Цин.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 171:Кончина бабушки

Му Юньфань прищурил свои персиковые глаза. - Цинцин, - бесстрашно сказал он, улыбаясь, - ты собираешься свести со мной свои старые и новые счеты? Вы действительно собираетесь отправить меня в тюрьму?”

- Му Юньфань, даже если ты не окажешься в тюрьме, тебе нужно пройти курс лечения!- Его образ мыслей слишком сильно изменился. Он сумасшедший человек!

Лицо му Юньфаня помрачнело, и он больше ничего не говорил.

Лу Шаомин обнял мягкую талию Нин Цин и тихо сказал: “Нин Цин, я верну тебя. Я буду вести дела здесь должным образом.”

“ОК. Нин Цин кивнула и отвернулась, взглянув на Му Юньфаня.

…

Они подошли к двери, но она услышала, как Му Юньфань говорит позади них: “Цинцин, ты действительно собираешься идти так? Ты даже не хочешь свою собственную бабушку?”

Нин Цин напряглась и быстро обернулась. - Му Юньфань, что ты имеешь в виду?”

Му Юньфань лениво посмотрел на Лу Шаомина. “Разве Лу Шаомин не может просто выяснить, что я имею в виду, проведя расследование?”

Лицо Лу Шаомина было спокойным и безмолвным. Он нахмурился и позвал Чжу жуя. Чжу жуй поспешил к нему после телефонного звонка. - Президент, с тех пор как произошло похищение со склада, я послал кого-то тайно защищать мадам и старую мадам по вашему приказу. Но час назад старая мадам чувствовала себя неважно. Поэтому миссис отправила ее в больницу, но когда старая мадам консультировалась с врачом в больнице, она внезапно исчезла.”

Глубокие глаза Лу Шаомина потемнели, как пролитые чернила, посылая бесконечные холодные волны. Час назад он сосредоточился на том, чтобы разобраться с Му Юньфанем. Его бдительность, естественно, ослабла в квартире тещи, Но Му Юньфань нашел удобный случай и ухватился за него.

- Исчез?- Нин Цин широко раскрыла глаза. Она пробежала два шага вперед и взволнованно сказала: "му Юньфань, где ты держишь мою бабушку? Есть ли у вас человеческая природа? Моя бабушка всегда считала тебя своим внуком. Как ты мог ее похитить?”

Му Юньфань медленно поднял губы и левой рукой оттолкнул пистолет от виска. Он подошел к Нин Цин и вздохнул: "Цинцин, это ты заставила меня сделать все это. Я хотел отвезти вас с бабушкой обратно в Сингапур, а потом найти способ привезти тетю Ваньцин. Я хотел сделать тебя счастливой, чтобы твои родственники были рядом. Но вы не приняли мою доброту.”

- Хватит, му Юньфань, хватит нести чушь – что ты хочешь сделать с моей бабушкой?”

- А, бабушка сейчас в машине. К машине прикреплена бомба замедленного действия. Если мои люди не увидят, как я выхожу из виллы через 10 минут, машина взорвется. Цинцин, у тебя есть 10 минут, чтобы подумать об этом. Поехали со мной в Сингапур.”

- Му Юньфань, даже не думай об этом!- У Нин Цин были красные глаза. Она крепко сжала свои маленькие кулачки. Как еж, она подняла Шипы на всем своем теле и с ненавистью посмотрела на Му Юньфаня.

Му Юньфань усмехнулся и сказал: “Цинцин, ты даже бросишь свою бабушку ради Лу Шаомина? Все верно, бабушке все равно жить осталось недолго. Даже если я разорву ее на куски, твое сердце не будет болеть, не так ли?”

Нин Цин хотелось броситься к нему и разорвать на куски. Она стиснула зубы и спросила: “му Юньфань, у тебя есть хоть капля человечности?”

- Может быть, у меня его больше нет. Кто знает. Если у меня не осталось ни капли человечности, Цинцин, ты можешь ее получить. Давай прекратим это дерьмо. А теперь уходи со мной из этой виллы. Рядом с виллой стоит машина, которая отвезет нас. Я отвезу вас с бабушкой обратно в Сингапур. Я обещаю обеспечить безопасность бабушки.”

Слезы хлынули из глаз Нин Цин. Что же ей теперь делать?

Бабушку взял в заложники му Юньфань. Тело бабушки не выдержало пыток му Юньфаня.

Неужели ей действительно нужно ехать в Сингапур с Му Юнфанем?

- Му Юньфань, ты должен знать, что даже если я позволю тебе забрать Нин Цин с виллы и сесть в машину, ты не сможешь улететь обратно в Сингапур.- Тихо произнес Лу Шаомин.

- Ха-ха, тогда нам придется полагаться на свои способности. Цинцин, прими быстрое решение. Время уходит.- Настаивал му Юньфань.

Нин Цин оглянулась на Лу Шаомина и выдавила: “Шаомин, прости меня. Я ... не могу бросить бабушку.”

Лу Шаомин посмотрел на нее с болезненным выражением лица. Теперь они проигрывали. Если они хотели, чтобы бабушка была в безопасности, Нин Цин могла лишь временно последовать за му Юньфанем.

Лу Шаомин мягко покачал головой, его голос был очень мягким, когда он сказал: “Нин Цин, я скоро найду тебя. Не бойся, подожди меня.”

Это было его обещание ей.

“Да. Нин Цин решительно кивнула. В это время она отдала Лу Шаомину свою жизнь, а также жизнь своей бабушки.

Му Юньфань взял Нин Цин за плечо и повел ее к двери. Он улыбнулся Лу Шаомину и сказал: “Лу Шаомин, больше не шути со мной. Сегодня ты истощил мое терпение. Если я обнаружу, что ваши люди преследуют меня, не вините меня в том, что может случиться.”

Му Юньфань зашагал прочь вместе с Нин Цин.

…

Му Юньфань запихнул Нин Цин на заднее сиденье машины. Машина тронулась. Была уже ночь, и за окном было темно.

Всю дорогу машина ехала по ухабистой дороге, и Нин Цин не знала, в каком направлении они едут. На протяжении всего их путешествия не было видно ярких городских огней; она не знала, куда везет ее му Юньфань.

Машина остановилась почти в полночь, му Юньфань вытащил ее и запихнул в другую машину. Она села на заднее сиденье. “Бабуля.”

Бабушка сидела на заднем сиденье.

Серебристые волосы бабушки были слегка растрепаны, морщинистая кожа сильно побледнела от испуга, а руки и ноги замерзли.

“Цинцин.- Бабушка держала Нин Цин на руках. - Цинцин, кто они? Они поймали меня, а теперь поймали и тебя, что они хотят сделать?”

- Бабушка, не бойся. Все в порядке, Цинцин здесь.- Нин Цин быстро утешила ее.

Затем му Юньфань сел на переднее пассажирское сиденье. Он повернулся к бабушке и мягко улыбнулся. - Бабушка, не бойся. Это я, Юньфань.- Мы с Цинцин собираемся отвезти тебя в Сингапур. Не нервничай.”

Бабушка с подозрением посмотрела на Му Юньфаня. Она покачала головой и хотела что-то сказать. Но Нин Цин быстро перебила бабушку: Она боялась, что бабушка может заставить му Юньфаня, сумасшедшего, сойти с ума.

- Хорошо, бабушка, мы едем в Сингапур. Разве ты не всегда хотела увидеть бабушку му? Ложись спать, а когда откроешь глаза, увидишь бабушку му.”

Нин Цин мягко покачала головой, глядя на бабушку.

Бабушка все больше и больше запутывалась. Она прикрыла голову рукой. Она тяжело опустилась на заднее сиденье. - Цинцин, у бабушки болит голова, - слабо проговорила она.”

Глаза Нин Цин снова наполнились слезами. Сейчас она ничего не могла поделать. Ей оставалось только укрыть бабушку одеялом на заднем сиденье. - Бабушка, не думай ни о чем, и у тебя не будет болеть голова. Идти спать.”

Бабушка закрыла глаза от боли и замолчала.

В это время му Юньфань, сидевший на переднем пассажирском сиденье, спросил татуированного водителя: “как идут приготовления? Лу Шаомин скоро догонит нас.”

Свирепый водитель сказал: "Учитель, неужели Лу Шаомин действительно думал, что на этот раз мы вернулись в город т без каких-либо приготовлений? Молодой господин, пожалуйста, будьте уверены, что после пересечения границы Анхэ наши люди будут ждать вас там. Они являются самыми известными бандами в отрасли и хорошо оснащены оружием и оружием. Мы не можем ждать большой битвы впереди. Вертолет прибудет через шесть-семь часов и увезет молодого хозяина.”

“В порядке.- Прекрасные глаза цвета персика му Юньфаня были полностью погружены в темноту. Он свирепо ухмыльнулся. Он хотел, чтобы Лу Шаомин умер!

Неужели Лу Шаомин думает, что он не готов?

Семья му имеет свои руки как в легальных, так и в нелегальных делах и занимается новейшим оружием, которое не может быть куплено на рынке. На этот раз он нанял самые кровожадные банды в индустрии. Пока Лу Шаомин осмелится прийти, он не позволит ему уйти живым.

- Му Юньфань, тебе лучше остановиться, когда сможешь. Ты шаг за шагом подталкиваешь себя к дороге без возврата. У вас не будет хорошего конца! Нин Цин стиснула зубы и сказала:

Му Юньфань обернулась, и сильная рука ущипнула ее за щеку. Он подтащил маленькое личико Нин Цин к своим глазам. - Цинцин, ты вынудила меня пойти по этой дороге. Я не мог разорвать вас на части, ребята, как бы ни старался. Вы знаете, как я был расстроен? Веди себя хорошо, не создавай никаких проблем. В этой машине есть порох и бомбы. Лу Шаомин не посмел прийти за ним. Лучше дай мне немного покоя. Подожди до границы Анхэ и увидишь, как я тебя накажу!”

Му Юньфань запечатлел яростный поцелуй на красных губах Нин Цин.

Нин Цин толкнула его, но он первым швырнул ее на заднее сиденье. “Ха-ха, - дико рассмеялся му Юньфань. Нин Цин вытерла губы рукавом. Она чувствовала себя грязной.

…

Около шести часов утра машина проехала мимо границы Анхэ-обширной пастбищной территории. Когда Нин Цин вышла, она увидела дюжину хижин, стоящих на лугу. Все патрулирующие туда-сюда люди были свирепы и вооружены.

Нин Цин посмотрела вдаль. Ее зрачки сузились. Три бронетранспортера были оснащены серебристо-серыми пушками и накрыты красной тканью.

Сердце Нин Цин похолодело. Му Юньфань получил пушки. Он был совершенно безумен.

Лу Шаомин.

Нин Цин обернулась и посмотрела туда, откуда они пришли. Ноги у нее дрожали. Она не была уверена, должен Ли Лу Шаомин прийти и спасти ее сейчас.

Здесь было слишком опасно.

Она не хотела, чтобы он пострадал.

На этот раз они смогут вернуться целыми и невредимыми?

- Молодой Господин!- Поприветствовал его главарь банды. Он обменялся несколькими словами с Му Юньфань, а потом кто-то взял бабушку.

- Бабушка! Му Юньфань, куда ты ведешь мою бабушку?”

Подошел му Юньфань. Он схватил Нин Цин за мягкую талию и прошептал ей на ухо: - Вертолет скоро прибудет. Пусть бабушка сначала немного поспит, и мы тоже...немного поспим.”

Поспать немного?

- А!- Закричала Нин Цин. Му Юньфань поднял ее в воздух.

Нин Цин тут же яростно сопротивлялась и била его. - Му Юньфань, что ты хочешь сделать? Отпусти меня, отпусти!”

Му Юньфань был в хорошем настроении и молчал, а бандиты свистели один за другим.

…

Лу Шаомин все еще находился в кабинете виллы, и Цзу жуй принес ему маленький экран. - Президент, по данным радара, му Юньфань пересек границу Аньхэ. Достоверные источники утверждают, что Му Юньфань нанял самую известную преступную организацию в мире. У них в руках самое смертоносное оружие и боеприпасы.”

Лицо Лу Шаомина было спокойным, но его глаза были такими темными, что казались бездонными, и они сияли светом мудрости.

Он достал сотовый телефон и набрал номер.

- Здравствуй, второй брат, приведи свои пылающие силы и приходи скорее. Ваша невестка была похищена и находится на границе с Анхэ.”

Повесив трубку, Лу Шаомин позвонил Оу Ло Си “ " Ло Си, не снимай сегодня фильм…”

Это была тяжелая битва. Он был готов.

Нин Цин, подожди.

…

Му Юньфань бросил Нин Цин на маленькую кровать в палатке. Нин Цин, насторожившись, отступила в шатер. - Му Юньфань, не трогай меня! Если ты посмеешь прикоснуться ко мне, я лучше умру.”

Му Юньфань сорвал с себя пальто, одной рукой оперся на кровать, а другой схватил тонкие запястья Нин Цин и потащил ее к себе. - Цинцин, если ты хочешь умереть, я не стану тебя останавливать, я пошлю твою бабушку сопровождать тебя.”

- Бесстыдно!- Нин Цин замахала руками и хотела дать ему пощечину.

Но ее маленькая рука была заблокирована му Юньфанем. Одна из его длинных ног подавляла две ее худые ноги. Вся его фигура прижалась к телу Нин Цин. Он подошел поцеловать ее маленькое личико и выдохнул: "Цинцин, не сопротивляйся, ладно? Я тебя больше не отпущу. Я уже дал тебе шанс. Я так хотела, чтобы ты была в ванной, но ты не захотела, и я пошла искать твою дублершу. Разве я недостаточно хорош для тебя?”

- Му Юньфань, мне не нужно, чтобы ты был добр ко мне, Я ненавижу тебя, я ненавижу тебя. Нин Цин открыла рот и сильно укусила му Юньфаня за руку.

Му Юньфань зашипел от боли. Он с силой отдернул руку и ударил Нин Цин по лицу.

Все лицо Нин Цин онемело от боли. Ее зрение потемнело, а изо рта потекла теплая жидкость. От его пощечины у нее пошла кровь.

Он ударил ее.

- Цинцин, я хочу предупредить тебя в последний раз, чтобы ты перестала доставлять неприятности. Му Юньфань запустил руку в ее волосы и медленно потянул за них, свирепо ухмыляясь. - Еще одна неприятность, и у меня будут все средства, чтобы справиться с тобой. Я хочу быть нежным с тобой. Не заставляй меня быть грубой, хорошо?”

Нин Цин посмотрела на его ужасное лицо, и ее чуть не вырвало. Она вытерла кровь со рта своей маленькой рукой и усмехнулась: "даже если ты получишь мое тело, ты просто получишь ходячий труп. Лучше молись, чтобы моя бабушка прожила сто лет, а то я сделаю так, что все, что ты сделал, пропадет даром!”

Му Юньфань сжал ее нежную шею. - О, Цинцин, ты мне угрожаешь? Почему ты так медленно учишься?”

И он пошел рвать на ней одежду.

Нин Цин боролась изо всех сил, но это было бесполезно. Ее тело вскоре стало холодным, когда он стянул с нее пуховик и задрал свитер.

Нин Цин побледнела. Она знала, что бороться бесполезно. Она быстро обняла его за шею и поцеловала в губы.

Инициатива девушки заставила му Юньфаня замереть. Нин Цин воспользовалась возможностью вытащить правую ногу и пнула его прямо в пах.

- ТСС” - му Юньфань быстро прикрылся и застонал.

Нин Цин быстро вышел из-под контроля и, спотыкаясь, выбрался из постели. Она выбежала на улицу.

Не успела она сделать и пары шагов, как ее дернули за волосы. Яростная Пощечина снова опустилась на ее лицо, сопровождаемая проклятием мужчины. - Сука!”

Нин Цин упала навзничь, ее хрупкое тело ударилось о деревянный стол в палатке, и на мгновение раздался грохот.

Нин Цин еще не стояла твердо, и Му Юньфань снова надавил на нее: “ты хочешь этого тяжелым путем, не так ли? Посмотри, как я буду играть с тобой сегодня.”

Му Юньфань сняла брюки.

Мозг Нин Цин взревел. Ее переполняла боль. Открыв глаза, она хотела бороться, но не могла заставить себя.

Неужели она не может держаться?

Неужели она не может дождаться прихода Лу Шаомина?

Когда Нин Цин почувствовала отчаяние, " Цинцин.- Раздался бабушкин голос.

Бабушка бросилась в палатку. Когда она увидела, что Му Юньфань мучает ее внучку, она быстро подбежала к ней. Она схватила му Юньфаня за руку и ударила его ладонью. - Му Юньфань, что ты делаешь? Цинцин-твоя сестра. Как ты мог так с ней обращаться? Ты что, чудовище?”

- Бабушка, не надо... - Нин Цин хотела остановить бабушку.

- Уходи отсюда!- Му Юньфань оттолкнул бабушку взмахом руки, но только чтобы услышать звук тяжелого падения, бабушка упала на землю.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 172:Не трогай ее, я встану на колени!

Нин Цин посмотрела на землю, и она превратилась в бурлящее Красное море. - А!! Нин Цин зажмурилась и закричала. Му Юньфань тоже остановился и обернулся.

Бабушка мирно лежала на полу. Ее голова ударилась об острый край скамьи, и из нее хлынула свежая кровь. Му Юньфань был ошеломлен, он отпустил Нин Цин и в панике посмотрел на свои руки. Он отшатнулся и сделал шаг назад. Он покачал головой, как невинный ребенок. “Нет-нет. Я этого не сделал, это был не я.”

- Бабушка!- Нин Цин опустилась на колени рядом с бабушкой и дрожащими руками обхватила ее голову. Крупные жемчужины слез упали на седые волосы бабушки. Она коснулась бабушкиного носа. Бабушка больше не ... дышала.

Нин Цин было очень больно, она издала болезненный крик. Она трясла бабушку за плечо и всхлипывала: "бабушка, Не оставляй Цин Цин. Я умоляю тебя, бабушка. Цинцин боится, не могли бы вы открыть глаза? Бабуля…”

Му Юньфань вышел вперед и сказал: “Цин Цин, не плачь больше. Я... я сделал это не нарочно, это бабушка сама упала ... я ... Я не хотел, чтобы она упала.…”

- Проваливай отсюда!- Нин Цин стряхнула руку му Юньфаня и закричала на него во весь голос. Это ты навредил бабушке и стал причиной ее смерти! Ты-убийца! Вы сумасшедший, вы сумасшедший! Вы даже готовы наложить руки на бабушку, которая наблюдала, как вы растете! Ты даже хуже, чем зверь!”

Му Юньфань схватила Нин Цин за плечо и потянула ее вверх. Он притянул ее к себе и смущенно сказал: "Цинцин, тебе нельзя так говорить. Давайте забудем о том, что случилось с бабушкой. Тебе нужно только знать, что брат любит тебя. После поездки в Сингапур брат будет любить тебя всю жизнь.”

Нин Цин пнула его и открыла рот, чтобы укусить: "уходи, му Юньфань. Если ты потеряешься, я больше не хочу тебя видеть.”

В этот момент кто-то вошел. - Молодой господин, мы выяснили, что задумал Лу Шаомин. Он ведет свой народ в этом направлении. Вертолет уже здесь; молодой господин, берите Мисс Нин и отправляйтесь. Мы останемся здесь, чтобы сражаться насмерть. Они не выберутся отсюда живыми.”

Лу Шаомин? Поскольку смерть бабушки была слишком шокирующей для Нин Цин, ее разум был в беспорядке. Но теперь, услышав имя Лу Шаомина, она снова успокоилась. Она опустила руки и позволила му Юньфань обнять себя. Она холодно поддразнила его: "му Юньфань, Шаомин здесь. Он обязательно отомстит за бабушку. Он поймает тебя.”

- А, Цинцин. У него нет на это времени. Лу Шаомин пришел слишком поздно. Сейчас я доставлю вас на борт вертолета. Кто-нибудь, привяжите ее для меня.”

- Да, Молодой Господин.- Двое телохранителей пришли связать Нин Цин. Выйдя из палатки, Нин Цин увидела, что вертолет медленно приближается, и телохранители заставили ее идти вперед. Му Юньфань притянул ее в свои объятия. - Цинцин, попрощайся с этим местом и попрощайся с Лу Шаомоном.- Нин Цин вырывалась из его объятий. Она была окружена людьми му Юньфаня; она не видела никаких следов Лу Шаомина. Она не хотела садиться в вертолет. Она попыталась встать на ноги.

“Хм, му Юньфань, неужели ты осмелишься ждать Лу Шаомина? Неужели ты посмеешь вступить с ним в драку? Му Юньфань, ты такой трус!”

- Довольно Цин-Цин! Не используй на мне обратную психологию, это бесполезно.- Му Юньфань отнес Нин Цин в вертолет. “молодой господин.” В вертолете был кто-то, кто пришел поприветствовать Нин Цин. Нин Цин посмотрела вдаль. Лу Шаомин, Лу Шаомин, где ты? Я собираюсь уехать. Может быть, мы больше не увидимся?

В этот момент в воздухе раздался звук выстрела. Бах! Пилот самолета выплюнул полный рот крови и лежал мертвый на полу. “Что происходит? Выражение лица МУ Юньфаня потемнело. Его помощники в вертолете выглядели обеспокоенными.

- Дела плохи. молодой господин. Есть снайпер. Снайпер использовал одну пулю, чтобы пробить сердце пилота; пилот мертв.”

- Пилот мертв? Му Юньфань тихо выругался и пнул самолет ногой.

“Тогда кто же будет пилотировать этот вертолет? Это значит, что мы не сможем уехать? - Кто? Кто именно?”

Когда му Юньфань начал терять самообладание, пуля попала ему прямо в голову.

- Молодой господин, будьте осторожны!- Его помощники, одетые в Черное, толкнули его вниз, и он едва избежал смерти.

В этот момент: "братья, атакуйте!"Группа бойцов спецназа, одетых в камуфляжную форму, выбежала вперед. Возглавлял стаю Чжоу Яо, и он все еще был одет в тонкую рубашку, несмотря на то, что была зима. На поле боя его сильное телосложение заставляло его казаться излучающим здоровье и энергию. Взмахнув правой рукой, он указал в трех направлениях, и бойцы спецназа позади него бросились наутек, как будто собирались схватить добычу. Они проникли на вражескую территорию.

Четыре пули были выпущены в один и тот же момент, и Нин Цин увидела, как люди падают один за другим. Это был первый раз, когда она испытала настоящую битву вблизи, и она очень нервничала. - Шаомин” - прошептала она имя Лу Шаомина и огляделась в поисках его тени.

Лу Шаомин прибыл быстро. Он встал рядом с Чжоу Яо и крикнул му Юньфаню: “му Юньфань, отпусти Нин Цин, и на этот раз я сохраню тебе жизнь. Му Юньфань усмехнулся и засмеялся. “Нам еще предстоит решить, кто кого пощадит. Кто-нибудь, идите за мной и привяжите Нин Цин к этой горе.”

- Да, сэр!"Большая группа помощников, одетых в Черное, стояла впереди, чтобы защитить му Юньфаня.

Му Юньфань достал пистолет и притянул Нин Цин к себе. Он направил пистолет ей в лоб. Чжоу Яо проворчал: "старший брат, му Юньфань фактически использует невестку в качестве щита для себя. Он действительно никчемный негодяй. Лу Шаомин смотрел на напряженную битву перед собой. Он мягко обратился к нему: “я оставлю это место тебе и твоим солдатам пылающих сил. Я возглавлю команду, чтобы найти Нин Цин. Эта гора спускается на утес, и Му Юньфань хочет заманить меня туда. Я поеду туда, чтобы свести с ним концы с концами.”

- Ладно, Пожалуйста, будь осторожен, старший брат.- Лу Шаомин привел свою команду и ушел.

Чжоу Яо поспешно вступил в бой, и он использовал пистолет, чтобы ворваться на вражескую территорию. Он держал кусочек травы во рту, и в тот момент, когда он поднял руку, был мгновенный взмах. У этих помощников, одетых в черное, не было возможности вытащить оружие, и они тут же упали на землю. “Босс."К нему подбежал солдат спецназа и сказал:" босс, смотрите быстрее! Они действительно держат в своих руках красную пушку варваров. Это самая последняя гаубица на рынке. Он имеет большой радиус действия и может нанести огромный урон. Что же нам делать? Должны ли мы послать туда пожарную команду, или…”

Чжоу Яо сосредоточился и посмотрел на точку в 10 метрах от него. Красная ткань уже была поднята. Там кто-то разжигал огонь. Глаза Чжоу Яо заострились, и на мгновение выражение его лица стало серьезным. Он отмахнулся от солдата рукой и сказал: "Я пойду…”

- Подожди! В этот момент рядом с Чжоу Яо приземлилась тень, и Оу Луоси бросился к нему со съемочной площадки. На нем была черная ветровка.

- Отпусти меня.”

- Ай!- Этот солдат спецназа видел тонкую фигуру Оу Луоси, которая напоминала рисунок мастера. Его бледная кожа вполне соответствовала прекрасному юноше. Он выглядел так, словно у него не было сил даже на то, чтобы связать цыпленка. Солдат тут же открыл рот, чтобы остановить его, но было уже поздно. ОУ Луокси уже ушел. Этот солдат спецназа широко раскрыл рот, как будто Оу Луокси был призраком. Этому человеку в черной ветровке понадобилось 3, нет, 2 секунды, чтобы увернуться от Красной пушки варваров?!

Солдат спецназа никогда не видел такой огромной скорости. Это было буквально бесчеловечно. Он только почувствовал, как его зрение затуманилось, а Оу Луокси уже был там. ОУ Луокси прибыл, и помощник в черном понял это только через 2 секунды. Когда он собрался двинуться, Оу Луоси поднял правую руку, и острый нож вонзился в шею помощника. Помощник закатил глаза и рухнул на пол. “Кто это? Убейте его быстро, убейте его!- Чтобы поджечь три большие пушки, требовалось больше десяти человек. Все они достали пистолеты и направили их прямо на ОУ Луокси. ОУ Луокси поднял с земли деревянную палку. Он встал, и его тело перевернулось на середину большой пушки. Холодный пронизывающий зимний ветер трепал его ветровку. Его нежное лицо было спокойным, как нежный ручей в горах, захватывающе красивым и приятным.

Деревянная палка, которую он держал в руке, хлестнула по людям, и сильный порыв ветра прошелся по груди помощника. - А!- Помощники выплюнули кровь, и все замертво упали на землю. У этого солдата спецназа рот был разинут так широко, что в него можно было бы втиснуть яйцо. - Босс, кто этот человек? - спросил он как в тумане. Он слишком искусен. Знает ли он китайские боевые искусства? Он буквально звезда боевика.”

Чжоу Яо прищурился и гордо сказал: “Это мой третий младший брат. Возможно ли, чтобы он был обычным человеком? ОУ Луоси, он использует настоящие боевые искусства Шао Линя. В этом поколении техника почти исчезла.”

Глядя на восхищенный взгляд солдата спецназа, Чжоу Яо пнул его ногой в зад. - Убирайся, иди и убей врага. Если вы не можете решить эту проблему за 20 минут, то не думайте о том, чтобы пообедать в полдень!”

Солдат спецназа, " ... " мой командир взвода-тиран.

…

Нин Цин была привязана к деревянному столбу на вершине горы. Она оглянулась. - А! она вскрикнула и быстро закрыла глаза от страха. Там была бездна

яма позади нее. Даже если камень упадет вниз, никто не услышит, как он ударился о дно.

- Цинцин, веди себя хорошо и оставайся здесь, не двигаясь, хорошо? Если вы упадете туда, ваше тело будет разорвано, а кости раздроблены. Мы ждем прибытия Лу Шаомина; я хочу посмотреть, как он собирается драться со мной.”

- Му Юньфань, ты действительно сошел с ума!- У Нин Цин дрожали ноги.

- Му Юньфань!- Лу Шаомин повел свой народ и приблизился.

“О, молодой господин Лу, вы здесь. Вы прибыли довольно быстро. Нин Цин в моих руках. Не шутите со мной, пусть ваши люди держатся на расстоянии и бросают оружие в ваших руках.- Сказал му Юньфань с улыбкой.

Лу Шаомин увидел два шокирующих шлепка на лице Нин Цин. Его холодный и острый взгляд был глубоким. Нин Цин было куда двигаться, хотя она и была привязана к деревянному столбу. Когда Нин Цин двигалась, камни у ее ног скатывались со скалы позади нее. Это было очень страшно.

- Хорошо, я выслушаю тебя. Му Юньфань, не причиняй вреда Нин Цин. Лу Шаомин указал своим помощникам отойти подальше, и тот без колебаний бросил пистолет на землю. Подняв руки, он сказал: "му Юньфань, у вашего вертолета нет пилота. Вы не можете забрать Нин Цин. Мои люди здесь и скоро захватят вашу территорию. Вы определенно проиграете эту битву. Даже если ты похитил Нин Цин, чтобы отомстить мне, я все равно здесь. Так что можешь отпустить Нин Цин, я буду твоим заложником.- Хотя ситуация была опасной, голос Лу Шаомина звучал ясно и спокойно.

- Шаоминг, не надо, у этого сумасшедшего больше нет здравого смысла и морали. Он убил бабушку, он убьет и тебя.”

Нин Цин смотрела на Лу Шаомина, и слезы застилали ей глаза. Она не хотела, чтобы он подвергался опасности. Даже один процент вероятности того, что он пострадает, был слишком велик .

Бабушка умерла? Лу Шаомин посмотрел на девушку с жалостью. Он мягко сказал: "Нин Цин, не плачь. Бабушка ушла, защищая тебя. Ты должен оставаться сильным и жить хорошо. Это самая большая жертва бабушки для тебя, бабушка любит тебя.”

- Конечно, Шаоминг, я не буду плакать. Нин Цин сделала глубокий вдох через свой красный нос и с усилием сдержала слезы. Она не могла отвлечь Лу Шаомина. Она должна быть сильной.

“Ха-ха, - безумно рассмеялся му Юньфань. Он захлопал в ладоши от аплодисментов. “Я не думала, что вы двое будете такими милыми и романтичными. Даже перед лицом смерти вы все равно будете иметь такие сладкие взаимодействия. Неужели я просто труп?- Му Юньфань вцепилась в шелковистые волосы Нин Цин. На бледном лице Нин Цин отразилась боль, но она прикусила губу, не желая издавать ни звука.

- Му Юньфань, не трогай Нин Цин. Я здесь, Если вы хотите что-то сделать, подойдите ко мне.- Сказал Лу Шаомин.

“Конечно. Так как молодой господин Лу готов страдать за Цинцин, то ты встанешь здесь на колени и будешь умолять меня. Я хочу, чтобы ты поклонился мне.”

- Нет! Шаоминг, Не становись на колени. Мужчина должен иметь достоинство и не стоять на коленях. Не преклоняйтесь перед этим сумасшедшим, он недостоин!- Крикнула Нин Цин.

- Заткнись!- Выражение лица МУ Юньфаня было ужасающим. В этот момент он не хотел слышать голос Нин Цин. Она защищала Лу Шаомина и очень переживала за него. Он хотел поднять руку, чтобы дать ей крепкую пощечину.

- Подожди, Му Юньфань. Не трогай ее, я встану на колени! Тихий и жалобный голос Лу Шаомина отдавался эхом, когда он смотрел на маленькое бледное личико девочки, которая отчаянно плакала.

Он медленно опустился на колени. - Нет! Лу Шаомин, не надо!- Нин Цин закричала от всего сердца. Она не могла смотреть на человека, которого любила, стоящего на коленях перед этим сумасшедшим. Кто такой Лу Шаомин? Он был истинным человеком, способным поддерживать и небо, и землю. Он был как милое дитя Божье. Она не позволит ему вынести такое унижение. - Му Юньфань, я не позволю тебе достичь того, чего ты хочешь! Мы придем к концу вместе!"Нин Цин яростно боролась с веревкой, веревка была на самом деле не надежна, когда Нин Цин пошарила, деревянный кол вышел из грязи, и все тело Нин Цин пошло к утесу.

- Цинцин! Глаза му Юньфаня сузились, и он протянул руку, чтобы схватить Нин Цин. Лу Шаомин воспользовался этим шансом, чтобы вытащить из-за пояса острый нож и метнуть его в грудь му Юньфаня. ПУ! В середине груди му Юньфаня торчал нож. Налетел Лу Шаомин. В тот момент, когда Нин Цин собиралась упасть с обрыва, он схватил ее за рубашку, держа за плечо. Раздались звуки выстрелов. Люди Лу Шаомина увидели ситуацию и прибежали. Люди му Юньфаня все были на земле.

- Нин Цин, не делай резких движений. - Не бойтесь. Закройте глаза и не смотрите вниз. Тебе нужно только поверить мне. Отдайся мне, я верну тебя обратно.”

“Окей.- Все тело Нин Цин онемело. Под ней был бездонный Утес; она не осмеливалась взглянуть. Лу Шаомин использовал свою силу и поднял все ее тело, которое даже не весило 45 кг, обратно. Он отпустил веревки и заключил ее в объятия. Лу Шаомин поцеловал ее волосы и успокоил: "Не нужно бояться, Нин Цин. Я здесь. Мы больше не будем отделяться друг от друга.”

- Шаомин ... - Нин Цин жадно вдохнула знакомый свежий и чистый запах его тела и крепко прижалась к нему, громко плача в его объятиях.

Она была всего в одном мгновении от смерти.

Она почти навсегда рассталась с ним.

Они крепко прижались друг к другу, и в этот момент их осветили две яркие фары. Это был му Юньфань. У него был нож в сердце, но он все же сумел приблизиться к ним. “Ха-ха, я хочу забить тебя до смерти. Я хочу, чтобы вы все сопровождали меня в смерти!”

- Осторожнее, Шаомин” - Нин Цин забыла дышать и протянула руку, чтобы оттолкнуть Лу Шаомина.

Но Лу Шаомин давно предвидел ее действия. В прошлом она едва могла оттолкнуть его, он был как Стальная стена. Теперь все было по-другому. Лу Шаомин вытянулся и подтолкнул ее. Машина разбилась. Бах! Нин Цин видела, как ударили Лу Шаомина. Стекло на лобовом стекле разбилось вдребезги, и Лу Шаомин покатился вниз.

Кровь! Повсюду была кровь.

Нин Цин казалось, что весь ее мир наполнился зловонием крови. Она глубоко вдохнула воздух. Ее нервные ощущения заставляют ее мозг рухнуть с треском!

- А! Лу Шаомин!- Закричала Нин Цин.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 173:Действовать В Ближайшее

Нин Цин встала и подбежала к нему.

Она опустилась на колени, желая обнять Лу Шаомина, но не осмеливалась прикоснуться к нему. Большое количество крови текло из его лба вдоль линии красивого подбородка.

- Шаоминг! Слезы Нин Цин падали, как бусинки с оборванной нити, и ее маленькая рука дрожала, когда она касалась его щеки. - Шаоминг, открой глаза и посмотри на меня.”

Услышав зов девушки, Лу Шаомин с некоторым усилием открыл глаза.

Прежде чем Нин Цин почувствовала себя счастливой, му Юньфань, который уже сошел с ума, дал задний ход своей машине. Он снова нажал на акселератор и помчался к ним.

Нин Цин в ужасе отпрянула назад, и ее маленькая рука коснулась земли, она коснулась пистолета.

Пистолет, который выбросил Лу Шаомин.

Нин Цин подняла пистолет и медленно встала, направив дуло на Му Юньфаня в машине.

Она никогда никого не убивала и никогда не держала в руках оружия. Ее маленькая рука с пистолетом дрожала, по щекам катились слезы, но она попыталась открыть глаза. Хрупкая маленькая девочка излучала твердый и холодный воздух.

Она боялась, но старалась быть храброй.

Шаоминг пал. Ей нужно было защитить себя и своего мужчину.

Му Юньфань бросился вперед, Нин Цин разрыдалась и нажала на спусковой крючок.

Но тут окровавленная рука закрыла ей глаза, а в ушах зазвенел мягкий, слабый мужской голос. - Детка, не бойся, закрой глаза.”

Пистолет в ее маленькой руке сжимал Лу Шаомин. С треском! пуля попала в голову му Юньфаня.

Му Юньфань упал, руль повернулся вправо, и машина врезалась прямо в соседний склон холма.

С грохотом! Машина была уничтожена, и начался пожар.

Му Юньфань был мертв.

Нин Цин протянула руку и вытерла слезы. Она обернулась. "Шаоминг…”

Температура на его руке внезапно упала, и Лу Шаомин упал.

- Старший Брат!”

Чжоу Яо и Оу Ло Си бросились к нему.

…

Восемь дней спустя.

Похороны бабушки закончились. Темная туча нависла над семьей Нин. Нин Цин ходила в больницу каждый день. Лу Шаомин был без сознания восемь дней и не просыпался.

В палате Нин Цин вытерла лицо Лу Шаомина теплым полотенцем. Из-за болезни его красивое резное лицо стало намного тоньше, но черты лица стали более глубокими и объемными.

Его твердая челюсть была покрыта свежей щетиной, что придавало ему какой-то странный вид. Нин Цин всегда держала его за подбородок и нежно целовала щетину, когда говорила с ним.

- Муженек, почему ты еще не проснулся? Ты можешь открыть глаза и посмотреть на меня? Муженек, я очень скучаю по тебе. Через несколько дней будет Праздник Весны. Это первый китайский Новый год после нашей свадьбы. Ты можешь проснуться и провести его со мной? Муженек, я люблю тебя.”

Юэ Ваньцин вошла в палату и увидела, что ее дочь сидит у кровати и разговаривает сама с собой. Она была очень расстроена. Поставив термос, она пошла в ванную, чтобы умыться.

Она не может плакать и быть слабой в такие моменты. Когда ее дочь нуждается в поддержке, она должна быть самой сильной опорой для своей дочери.

В этот момент дверь ванной распахнулась, и вошел Нин Чжэнго.

После заключения ли Мэйлин и смерти Нин Яо и бабушки он выглядел намного старше. Он подошел ближе, обнял Юэ Ваньцина и вздохнул: "Ваньцин, не грусти. Вы с Цинцин очень похудели за эти дни. Молодой господин Лу проснется. Давайте будем более оптимистичны.”

“ОК.- Юэ Ваньцин сдержала слезы. Она посмотрела на Нин Чжэнго и мягко сказала: “Чжэнго, ты уже несколько дней не был в офисе из-за похорон бабушки. Нам не нужна ваша помощь в больнице, вам не нужно бегать сюда каждый день. Вы можете пойти в офис и работать.”

- Ваньцин, ты и Цинцин важнее компании. Молодой господин Лу сейчас в коме. Хотя я не могу помочь вам, когда попаду в больницу, я единственный мужчина в семье Нин, и вы с Нин Цин можете положиться на меня. Раньше я была слишком растерянной и ужасной. Пройдя через столько всего, я понял, что больше всего в жизни человеку нужен теплый дом. Я подвел тебя и Цинцин. К счастью, у меня еще есть время, чтобы медленно наверстать упущенное. Ваньцин, пожалуйста, дай мне шанс, и ты, и Цинцин.”

Юэ Ваньцин выглядел печальным. “Я вошел в семью Нин, когда мне было 8 лет. Теперь, когда мама ушла, нас осталось только четверо в семье Нин. Мы могли бы расстаться, когда были молоды, но теперь, когда мы состарились, мы вместе. Это только начало нашего общения и поддержки друг друга. Я уже давно простил тебя в своем сердце, но я перенес операцию по поводу нефропатии и не могу прожить больше двух лет. Чжэнго ты…”

Нин Чжэнго обнял Юэ Ваньцина. - Ваньцин, мне все равно, будет ли это год или два, я всегда буду с тобой. Приведи Цинцин и возвращайся в дом семьи Нин. Молодой мастер Лу находится в коме. О тебе и Цинцин нужно позаботиться. Дом семьи Нин - это ваш дом.”

Слезы потекли из глаз Юэ Ваньцина.

Нин Цин молча слушала их разговор. Ее глаза были влажными. На самом деле, жизнь Нин Чжэнго и Сюй Цзюньси была очень похожа. Они не были изначально плохими, но они сбились с пути истинного.

Иногда ненависть не так уж важна. Важно то, что живые люди счастливы.

Она решила простить Нин Чжэнго.

Она надеялась, что бабушка, которая уже была далеко на небесах, почувствует облегчение.

…

Проводив Юэ Ваньцина и Нин Чжэнго, Нин Цин осталась в палате с Лу Шаомоном. Она готовилась рассказать Лу Шаомину историю. В этот момент она заметила, как за окном мелькнул белый снег.

Шел снег!

Нин Цин сверкнула своей первой ослепительной улыбкой за эти восемь дней. Она выбежала из окна и огляделась. Небо было покрыто белым снегом. Сверкающие и красивые снежинки медленно падали на землю.

Нин Цин вдруг вспомнила свою первую встречу с Лу Шаомоном. В то время было лето. На ней была длинная юбка, но она не ожидала, что время пролетит так быстро. Она все еще помнила все виды сладких и прекрасных переживаний в прошлом, как будто это было вчера, и одно зимнее солнцестояние пришло неожиданно.

Щеки Нин Цин были влажными, когда она дотронулась до них. Слезы сами собой потекли из ее глаз.

Шаоминг…

Когда он сможет проснуться?

Две маленькие ручки Нин Цин держали ее лицо, когда она всхлипывала. Ее крепкий фасад, который она напялила на себя за эти несколько дней, рухнул в одно мгновение. Жизнь без него была тяжелой.

В ее сердце было пусто.

Когда Нин Цин горько плакала, сильная рука обхватила ее мягкую талию, и она упала в знакомые теплые объятия. - О чем ты плачешь, дурак?”

После долгой комы его голос был хриплым, но все еще мягким для слуха. Его голос был так мягок и полон душевной боли.

Нин Цин мгновенно застыла. Она ошеломленно обернулась. Да, мужчина, по которому она скучала, стоял перед ней.

- Шаоминг, Шаоминг!- Нин Цин заплакала еще сильнее. Она бросилась в объятия мужчины и кокетливо потерлась о него. - Шаоминг, ты не спишь? Не говори, не говори, если это сон, пусть я никогда не проснусь. - Всхлипывай, Шаоминг, я так скучала по тебе. Ты снишься мне каждую ночь. Ты держал меня вот так, но все это исчезало, когда я открывала глаза. Ты не просыпалась, и я могла только плакать.”

Лу Шаомин ласково потрепала ее по волосам и наклонилась. Он нежно прикусил ее губу и спросил:”

- Да, это больно.- Воскликнула Нин Цин, кивая и бормоча что-то надутыми прелестными розовыми губками.

Но после недолгих раздумий она почувствовала, что что-то не так. Она почувствовала боль, которая указывала на то, что она не спит.

Нин Цин медленно подняла голову. Ее глаза блестели от слез. Она только посмела робко взглянуть на него. Она протянула руку и коснулась его красивого лица. Это чувство…

- Шаомин” - Нин Цин снова казалась живой, ее тонкое маленькое личико расплылось в яркой улыбке, радостно подпрыгивая и растерянно подпрыгивая, - Шаомин, Неужели это ты, ты проснулась? Ты проснулся!”

Нин Цин обхватила его за шею двумя маленькими ручками и потянула вниз. - Укуси меня еще раз, пожалуйста, укуси еще раз.”

Ее нежное и благоухающее маленькое тельце покоилось в его объятиях, и сердце Лу Шаомина было таким мягким, что он едва мог это вынести. Его маленькая жена, двадцатилетняя девочка.

Лу Шаомин нахмурилась, наклонилась и снова с силой прикусила губу. - На этот раз тебе больно? - тихо спросил он.”

Он не хотел кусать ее, ее губы были ароматными и мягкими, и он чувствовал слабость в коленях, когда кусал ее.

- Да, это больно. Нин Цин продолжала радостно кивать. Она действительно не спала. Лу Шаомин вернулся.

Увидев, что мужчина пытается выпрямиться, Нин Цин быстро обхватила его руками за шею и не отпускала. Она покачала головой и сказала застенчиво и нежно: Муженек, укуси меня еще раз.”

- Ха. Лу Шаомин тихо рассмеялся, обхватил ее затылок рукой и нежно поцеловал.

Нин Цин чувствовала себя пьяной, сладкой во рту и с пузырьками в сердце. Мужчина обнял ее за тонкую талию и обернулся. Его сильное тело прижималось к стене, держа ее в своих теплых объятиях. Он заслонил ей холодный ветер; этот человек был настоящим джентльменом.

- Шаоминг, подожди минутку. Ты только что проснулся. Ты все еще пациент. Я позвоню доктору, чтобы он тебя осмотрел.”

Это слово, "пациент", заставило Лу Шаомина приподнять свои острые брови. Почему она заставила его казаться таким слабым? Он наклонился и поднял девушку горизонтально.

- А! Внезапно в воздухе Нин Цин закричала и обняла мужчину за шею.

- Шаоминг, ты должен меня подвести. Теперь вы-пациент. Ты не можешь нести меня.”

Лу Шаомин положил ее на кровать, поставив коленом на простыню, и потер ее нежную челюсть грубым большим пальцем. Он открыл рот и сказал: "Попробуй еще раз произнести слово "пациент"?”

Маленькое личико Нин Цин покраснело – она только что назвала его пациентом. Почему он так сильно возражал против этого слова?

Она покатилась, как нежный снежок, в его объятиях, вытянула свои тонкие руки и позвонила в колокольчик у кровати.

А вот и доктор.

…

Доктор осмотрел тело Лу Шаомина. У него не было серьезных физических проблем. Доктор попросил его хорошенько отдохнуть.

Когда доктор ушел, Нин Цин положила ему под спину мягкую подушку. Он удобно облокотился на нее. Нин Цин сняла туфли и забралась в постель. Она приподняла одеяло и уютно устроилась в его объятиях.

Наконец-то он проснулся. Это было прекрасно и нереально. Нин Цин боялась, что он снова ускользнет, как сон. Она дотронулась до его прелестного лица своей маленькой ручкой и продолжала тереть его щетину губами.

Ее губы покалывало и зудело, и Нин Цин закрыла глаза.

Увидев, что девушка прильнула к нему, Лу Шаомин с удивлением заключил ее в объятия. Он поцеловал ее в лоб и спросил: “Все ли улажено – му Юньфань, полицейский участок и бабушка?”

Нин Цин открыла глаза, и ее лицо было спокойным, но он уловил намек на меланхолию. - Да, ваш второй брат и секретарь Чжу все уладили. Семья му послала кого-то забрать му Юньфаня. Полицейский участок нашел убийцу и заявил, что я невиновен. По мере того, как все это развивалось... папа занимался похоронами бабушки, и все было улажено.”

“В порядке. Лу Шаомин кивнул. Он знал, что девушке грустно. Четыре жизни прошли за одну ночь, и после всего, что случилось с Му Юньфань, ей нужно было время, чтобы прийти в себя.

Лу Шаомин сменил тему разговора и мягко спросил: “А что, у тебя снова есть отец?”

Нин Цин услышала в его словах насмешливый тон. Она легонько ударила его своим нежным кулачком. Она не хотела продолжать эту тему с ним. - Шаомин, почему ты проспал восемь дней? - спросила она нежным голосом. Я так боялась каждый день, когда ты еще спала.”

Девушка протянула ему две маленькие ручки, протянув восемь нежных пальцев, чтобы показать, как она говорит.

Она выглядела такой расстроенной.

Лу Шаомин поцеловал ее маленькое личико и засмеялся: “мне приснился долгий-долгий сон, в котором маленькая девочка держала в руках книжку и рассказывала мне сказки. Ее голос был так хорош, что мне не хотелось просыпаться.”

Знал ли он, что она рассказывает ему сказки?

Что? Значит, это она виновата, что он проснулся только сейчас.

Лу Шаомин держал в руке книгу рассказов, лежавшую на прикроватном столике. Он пролистал несколько страниц и нахмурился. “Это твое хобби?”

Этот сборник рассказов был очень старым. Он был полон любовных историй о мужчинах и женщинах. Нин Цин любила ее читать.

Но это, очевидно, не было интересно человеку; с его превосходным воспитанием, вероятно, это был первый раз, когда он столкнулся с такой книгой. Его оценка книги была написана на лице – вульгарно.

- Отдай его мне!- Нин Цин схватила книгу, как будто это было ее сокровище. Ее худое лицо покраснело, когда она пробормотала: "не смотрите на эту книгу свысока, вы слушали ее восемь дней и проснулись от нее.”

Глядя на девушку, прячущую книжку под подушку, Лу Шаомин протянул руку, чтобы нежно коснуться ее головы, но прежде чем он смог дотронуться до нее, его зрение потемнело, и у него сильно разболелась голова.

Лу Шаомин нахмурился и осторожно потер виски.

Как только Нин Цин обернулась, она увидела, что мужчина немного устал и страдает от боли. Она была потрясена. Она взяла бледное лицо Лу Шаомина в свои маленькие руки и с беспокойством спросила: “Шаомин, что с тобой и где болит? Не пугай меня.”

Лу Шаомин внезапно открыл глаза, протянул руку и обнял ее. Он поцеловал ее нежную нежную шею и засмеялся “ " может быть, это тоже тебя обманет? Слушай, я тебя поймал.”

Нин Цин вздохнула с облегчением. Она искоса взглянула на него и поцеловала в очаровательные бакенбарды. Она недовольно сказала ему: "Шаоминг, не пугай меня так в следующий раз. Я так боюсь, что с тобой что-нибудь случится.”

“В порядке. Лу Шаомин кивнул. - Будьте уверены, со мной ничего не случится, я всегда буду с вами. Нин Цин, я немного проголодался. Возвращайся и готовь для меня. Я хочу, чтобы ты готовила для меня лично.”

Услышав, что он голоден, Нин Цин быстро отпустила его, поцеловала в губы, и уголки ее рта изогнулись в улыбке. “Тогда жди меня покорно, муженек. Я скоро вернусь.”

…

Нин Цин покинула палату как раз в тот момент, когда появился Чжу жуй. Поздоровавшись с ней, Чжу жуй открыл дверь и увидел своего президента, прислонившегося к кровати и нахмурившегося, сжимая виски.

Чжу жуй поспешил к нему и спросил: “президент, что с вами?”

Лу Шаомин открыл глаза, и он не был слишком взволнован. Он поднял одеяло и встал с кровати. “Ничто серьезное. Просто голова болит. Пойдем сделаем рентген.”

Полчаса спустя пришли результаты, и лечащий врач с серьезным видом сказал: “Молодой Мастер Лу, согласно результатам, у ствола мозга есть очень маленькая тень. Учитывая, что вас сбила машина, вполне возможно, что очень маленький осколок стекла попал вам в голову. Эта ситуация очень опасна, и лучше, чтобы ее прооперировали в ближайшее время.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 174:Новый Год

Чжу жуй прислушался, и выражение его лица резко изменилось. - Доктор, эта операция опасна? Доктор кивнул головой и сказал: “молодой господин Лу, я буду честен с вами, основываясь на стандартах медицинского обслуживания в стране сейчас, если бы мы сделали эту операцию, то был бы 70% - ный фактор риска по сравнению с зарубежными медицинскими технологиями, где они более продвинуты. Я предлагаю вам попробовать изучить зарубежное медицинское лечение. Лу Шаомин слушал и молчал. Он вышел из палаты. Чжу жуй последовал за ним и сказал: “президент, давайте отправимся за границу, чтобы сделать операцию как можно быстрее. Это не может больше тянуться... "Чжу жуй все еще хотел заговорить, но в этот момент:" Шаомин!- Приехала Нин Цин.

Она пошла домой, чтобы переодеться в новую одежду. Это была светло-голубая короткая зимняя куртка в сочетании с белым шарфом. Она надела белые наушники, пришедшие вместе с шарфом. Наушники были мохнатые. Это было то, что носили маленькие девочки. От этого ее маленькое личико казалось особенно молодым и красивым. Одной рукой она держала термос, а другую тайком прятала за спиной. Лу Шаомин многозначительно посмотрел на Чжу жуя: "не говори мадам". Чжу жуй нерешительно кивнул головой.

Лу Шаомин вышел вперед и встал рядом с девушкой. Он протянул руку, чтобы коснуться бледного и чистого лица девушки. Улыбаясь, он сказал: "что ты прячешь в своих руках? Дайте-ка подумать.- Нин Цин застенчиво повела себя и взяла свою маленькую ручку. - Шаоминг, смотри! Я сам сделал это для тебя!- Маленькая рука Нин Цин держала арахис, сделанный из белого снега. Арахис выглядел как живой. Он был сделан очень точно. Глаза Лу Шаомина были полны нежности. Он посмотрел на ее замерзшие красные руки и почувствовал к ней жалость. “Это для меня?- Спросил он. “Да, именно так. Я надеюсь, что арахис сможет защитить вас и обеспечить вам долгую и здоровую жизнь, без болезней и несчастных случаев, - сказала она, моргая глазами и невинно улыбаясь. Чжу жуй, стоявший позади них, видел, что происходит перед ним. Он поднял глаза и сдержал подступившие к глазам слезы. Он повернулся, чтобы уйти.

Лу Шаомин не выказал никакого выражения на своем лице. Он был человеком, которому нелегко было показать свои эмоции. Он положил арахис себе на ладонь. Он обхватил ее за плечи и ввел в палату. - Спасибо, женушка.”

“Не надо меня благодарить, ха-ха.- Лу Шаомин положил арахис на прикроватную тумбочку. Он подошел к кровати, обхватил ладонями холодные и мокрые руки девушки и потер их, чтобы дать ей тепло. Затем он поднес их к щекам.

Почувствовав тепло его лица, Нин Цин сразу же улыбнулась ярко, как цветок. Она убрала свою маленькую руку. Она приблизилась к его красивому лицу и громко поцеловала его в щеку. - Муженек, теперь ты мой пациент. Это я должен заботиться о тебе. Мне не холодно. Вы, должно быть, голодны, я накормлю вас кашей.”

“Окей.- Лу Шаомин поцеловал ее завораживающие красные губы.

Нин Цин открыла термос. Он был полон густой пшенной каши, а также тарелки с освежающим гарниром. Лу Шаомин заметил это и нахмурился. “Это то, что ты лично приготовила для меня?” Он жаловался, что каша была невкусной? Нин Цин поднесла маленькую ложечку к его губам и ласковым тоном успокоила его. - Муженек, мама сказала, что ты болен и можешь есть только простую кашу. Быть хорошим. После того, как вы поправитесь и выйдете из больницы, я приготовлю стол, полный блюд, чтобы помочь вам восстановить силы. А пока будь умницей и ешь свою кашу. Лу Шаомин открыл рот, чтобы откусить кусочек каши. Он наклонился к ее белым крошечным мочкам ушей и тихо сказал: "ты приготовишь суп из кнута?”

- Что? Нин Цин покраснела и пристально посмотрела на него. - Вести себя так неприлично!”

Лу Шаомин посмотрел на нее и мягко улыбнулся. Иногда он по-настоящему завидовал той нежности, которую она дарила ему. Если он решит поехать за границу на операцию и возьмет ее с собой, она, безусловно, будет заботиться о нем деликатно и в меру своих возможностей. Он тоже нуждался в ней. С того момента, как она стала его слабостью, нежностью в его жизни, он начал беспокоиться. Он был низведен до уровня обычного человека в этом мире, боящегося смерти. Он стал слабым. Он боялся, что небеса не дадут ему достаточно времени, чтобы полюбить ее по-настоящему.

Должен ли он сообщить ей о своей болезни? Он жаждал ее сопровождения на протяжении всего процесса. С ней рядом, когда он входит в операционную, первое, что он видит после выхода из операционной, это ее улыбающееся лицо…

Она была его женой. Но забудь об этом. Операция была сопряжена с определенными рисками. Он не хотел, чтобы она ждала его одна, и не хотел, чтобы она плакала из-за него. Это было нормально просто быть таким.

…

Лу Шаомина выписали из больницы, это был 30-й день последнего лунного месяца. Лу Шаомин поехал за семьей из 3 человек, чтобы сходить в супермаркет за новогодними товарами. Нин Чжэнго и Юэ Ваньцин отправились выбирать ингредиенты. Лу Шаомин толкнул тележку и повел Нин Цин за покупками. Нин Цин выбрал большой символ "удачи" и показал его Лу Шаомину. - Шаомин, не купить ли нам "удачу", чтобы наклеить ее на нашу дверь?”

- Конечно, мы получим все, что захочет женушка.- Говоря это, Лу Шаомин протянул руку, чтобы помочь Нин Цин повернуть слово вспять. Нин Цин расхохоталась и сказала: "муженек, ты всегда должен поворачивать символ "удачи", тогда удача придет к нам. Муженек, разве ты раньше не отмечал праздник Весны и не приклеивал на дверь слова "удача"?”

“Мы никогда этого не делали. Наша семья эмигрировала в Соединенные Штаты очень давно. в Америке нет весеннего праздника. Есть только Хэллоуин. Кроме того, в деловом секторе все были заняты. У нашей семьи было мало времени, чтобы собраться вместе, поэтому мы не праздновали праздники, - терпеливо ответил Лу Шаомин.

Нин Цин прислушалась и положила слово в корзину. Она интимно держала Лу Шаомина за локоть и своим маленьким личиком теребила его шерстяной свитер. Чувствуя жалость к нему, она сказала: “муженек такой жалкий. Если бы, если бы я все время знала, что ты будешь моим мужем, я бы обязательно отдала тебе все самое вкусное, что у меня было, чтобы поделиться этим с тобой. И я бы проводил с тобой каждый весенний праздник.”

“Ha. Лу Шаомин рассмеялся и ничего не ответил. На самом деле жалеть его было не за что. Человек, которому оказана такая великая честь, должен испытывать такое одиночество; в семье Лу не было много тепла, и он привык к нему после всех этих лет.

Но теперь рядом с ним была маленькая женушка. Из-за знака” удачи " она смотрела на него с такой нежностью, как будто он был неправ. Она действительно утешала его, как утешают ребенка. “Если бы я с самого начала знал, что ты станешь моей женой, я бы не поехал в Америку. Я куплю дом рядом с твоей семьей. Я буду смотреть, как ты растешь, и сопровождать тебя, когда ты состаришься. Губы Нин Цин изогнулись в сладкой улыбке. Этот человек все больше и больше овладевает языком любви.

Это все из-за ее учения.

Хе-хе.

Они вдвоем обошли вокруг супермаркета. Лу Шаомин спросил Нин Цин: "женушка, у тебя есть что-нибудь, что ты хочешь купить?- Нин Цин украдкой взглянула на стеллаж в передней части магазина. Ее лицо было красным. Ее бледные руки были вытянуты перед собой, сжаты в кулаки. - Муженек, я...я нахожусь в опасном периоде... - Лу Шаомин мгновенно понял, что она имела в виду. Эти несколько дней он не прикасался к ней. Когда они остались одни, он не мог не думать об этом. Но она не желала этого и всегда просила его подождать еще немного. Лу Шаомин поднял брови и оглядел стеллаж. - Тогда иди скорее, - тихо сказал он, - потому что сейчас там никого нет. Иди, выбери то, что тебе нравится.”

Нин Цин огляделась вокруг-никого не было видно. “Окей.- Она обхватила свое маленькое личико и подбежала. Когда она начала просматривать их, то поняла, что что-то не так. Что это было? Разве мужчина не должен прийти сюда, чтобы забрать эти вещи? Как получилось, что он дал ей указание, а она тайком пришла сюда, чтобы купить его? С ней поступили несправедливо. О. Нин Цин выбрала одну и повернулась всем телом. Лу Шаомин все еще стоял в нескольких шагах от нее. Обе его руки были засунуты в карманы. Она видела его фигуру сбоку. Она прикусила губу, чтобы посмотреть на него. Серое пальто и брюки цвета хаки. Фигура у него была здоровая, прямая, высокая и красивая. Яркие огни супермаркета освещали его лицо и хорошо подчеркивали скульптурные черты. Он был завораживающим и обаятельным.

Как будто ее ударили по точке давления, она сжала неловкий предмет в своих объятиях и посмотрела на него как в тумане. И только тогда она поняла, что ее тоже привлекает внешность. Ее привлекала его утонченная внешность.

В этот момент в поле ее зрения появился мальчик. Он был одет в клетчатую рубашку и комбинезон. На вид ему было около полутора лет, и, похоже, он едва научился ходить. Он покачивался из стороны в сторону и подошел к Лу Шаомину. Лу Шаомин смотрел на предмет, который держал в руке. Он почувствовал, как что-то дернуло его за штаны. Когда он опустил глаза, маленький мальчик, мягкий и белокурый, щипал его за брюки маленьким пальчиком. - Большой Брат! Нин Цин увидела, как мальчик поднял голову и открыл рот, обнажив четыре маленьких зуба, и улыбнулся Лу Шаомину глупой улыбкой. Этот человек сурово посмотрел на мальчика и двумя пальцами поиграл с его пухлым подбородком. Он словно гладил маленького пекинеса. После этого мальчик стал еще счастливее.

Нин Цин нашла эту сцену трогательной; она была тронута. Тени взрослого и маленького ребенка отражались на полу. Может быть, именно так он и выглядел бы в роли отца. Молодая мама вышла вперед, чтобы схватить мальчика. Лу Шаомин отвел взгляд и посмотрел в сторону. Он увидел, что его маленькая жена смотрит на него со слезами на глазах. “Что ты там стоишь? Вы закончили с покупками?- Лу Шаомин встал и помахал ей рукой. “Я закончил. Нин Цин покраснела и подошла к нему. Лу Шаомин обнял ее и нежно поцеловал в маленькое личико. Эти двое отошли в сторону. Эту сцену видел Юэ Ваньцин. - Ваньцин, - мягко сказал Нин Чжэнго, - похоже, молодой мастер Лу очень любит детей.”

…

Последним днем лунного года был обед по случаю воссоединения. Нин Цин была на кухне, помогала маме по хозяйству. Юэ Ваньцин посмотрела на счастливое лицо дочери и начала прощупывать почву. - Цин Цин, ты так долго была замужем за Шаомоном. Когда ты планируешь завести ребенка? Руки Нин Цин замерли, и она смущенно сказала: “Мама, я все еще молода. Я поговорил с Шаомоном, и мы договорились, что будем рассматривать его только через 2 года.”

“Какая разница между двумя годами в будущем и сейчас? Цинцин, мама знает, что ты занят своей карьерой, но ты молод, а Шао Мин-нет. Когда вы планируете иметь детей, затем готовитесь к беременности, а затем рожаете детей еще в течение 10 месяцев, это займет еще 2-3 года. Вы планируете рожать, когда Шао мину будет 35 или 36 лет? Каждый человек в отношениях должен учитывать другого. Сегодня в супермаркете мама могла бы сказать, что Шаоминг очень любит детей. Он только делает уступку для вас, но вы также должны оценить, насколько вам повезло. Рождение детей-это большое событие в жизни.”

Нин Цин вспомнила сцену в супермаркете. Она чувствовала, что у нее нет сил даже на то, чтобы вымыть овощи в своих маленьких ручках; сцена была слишком милой.

Если бы такой человек, как он, был отцом ... …

Нин Цин не могла себе этого представить. Мама была права, напомнив ей об этом. Она даже не подумала об этом. Лу Шаомину было почти 31 год; в глубине души он, вероятно, хотел ребенка. Юэ Ваньцин увидел, что Нин Цин была завоевана, и продолжил: “Цинцин, в наши дни есть много молодых матерей. После Нового года возьмите бразды правления в свои руки и займитесь Шаомингом. Мама тоже хочет внука. Более того. Ребенок так одинок сам по себе, поэтому дайте Шао мину еще один или два.- Нин Цин была так смущена, что не могла говорить, но мама была права.

…

В этот момент Лу Шаомин стоял на балконе, чтобы ответить на звонок. На другом конце провода раздался теплый мужской голос: - Шаоминг, я видел снимки твоего мозга. Я сотрудничал с моим профессором медицины, чтобы разработать план. Фактор риска составляет около 20%. Когда вы приедете в Британию? Я организую операцию как можно скорее. Лу Шаомин оглянулся назад, чтобы увидеть Нин Цин, которая была занята своими делами, и ответил: “я буду еще два дня. Я помчусь туда так быстро, как только смогу.”

- Ладно, Шаоминг. Я надеюсь, что вы сможете приехать в Англию как можно скорее. Если вы затянете это слишком долго, с вашей ситуацией, ваше восстановление займет очень много времени.”

- Хорошо, я понял, - закончил разговор Лу Шаомин.

В этот момент Нин Цин, которая улыбалась, как цветок в полном цвету, позвала его: "Шаомин, ужин готов.” Вся семья сидела за обеденным столом, чтобы насладиться ужином воссоединения. Сначала Юэ Ваньцин подала большую миску сладких клецок. Нин Цин ковшом зачерпнула две ложки для Лу Шаомина, а потом дала себе еще две. Она откусила кусочек клецки, и Юэ Ваньцин, который сидел напротив нее, спросил: "Цинцин, какова начинка клецки, которую ты съела? Нин Цин не ответила, но острые глаза Юэ Ваньцин показали, что она знает, и она была взволнована этим. Она улыбнулась и сказала: “Цинцин, мама приготовила Клецку с красным фиником. Его съели вы сами. Видите, это знамение с небес. Мама желает, чтобы вы с Шаомин вскоре родили сына.”

Нин Цин покраснела “ " мама!” Как мама могла говорить такие вещи за обеденным столом? Это было так неловко.

Нин Цин украдкой взглянула на мужчину рядом с ней. Глубокие глаза Лу Шаомина сияли ярко, как обсидиан. Он скривил губы и нежно посмотрел на нее. Сердце Нин Цин екнуло, и она быстро отвела взгляд.

…

После ужина Нин Чжэнго разложил фейерверки и петарды на траве виллы, а затем зажег их зажигалкой. В воздухе зазвенели хлопушки. Разноцветные фейерверки заполнили небо, и наступил Новый год. Нин Цин положила две руки на лестницу в извилистом коридоре, чтобы посмотреть. Лу Шаомин обнял ее сзади и мягко спросил: "Хочешь посмотреть на фейерверк?”

- Да, я их очень люблю.- Нин Цин одной рукой указала на фейерверк, похожий на падающие звезды. - Шао, Инг, посмотрите туда, там действительно так красиво.- Пока она говорила, Нин Цин повернула голову, чтобы поцеловать его в лицо, и наклонилась к его уху. - Шаомин, в этом году фейерверк-самый красивый фейерверк, который я когда-либо видела. Они также мои любимые, потому что ты рядом со мной.”

“Окей.”

Лу Шаомин посмотрел на ее ненормально яркое лицо, освещенное фейерверком. Он засмеялся и спросил: “Нин Цин, у тебя есть какие-нибудь новогодние пожелания?”

Нин Цин не ответила и спросила: “Шаомин, каково твое новогоднее желание?- Две мускулистые руки Лу Шаомина крепко держали ее за 53-сантиметровую талию, и он ущипнул ее.

- Я надеюсь, что эта женушка даст мне немного Нин Цин.- Айя, наконец-то он это сказал. Только что за обеденным столом в его мягком взгляде мелькнула надежда. Он надеялся, что она родит ему ребенка.

Сердце Нин Цин было покрыто слоем меда. Она закрыла глаза, потом снова открыла их, чтобы посмотреть на фейерверк в небе. Ладно, ее новогоднее желание было ... его новогодним желанием. Дайте ему немного Нин Цин или немного Лу Шаомина.

Сначала роди одного, а потом, через несколько лет, она родит для него другого. Она хотела родить ему двоих детей.

…

Посмотрев на фейерверк, Лу Шаомин и Нин Цин вернулись в комнату. Нин Цин пошла в ванную, чтобы принять ванну, затем легла на кровать, чтобы посмотреть рабочий график, который Сяо Чжоу передал ей. После Нового года она официально вернется в индустрию развлечений! После недолгих поисков в кровати обнаружилось углубление. Лу Шаомин принял душ и лег в постель. Он держал в руке фен и помог Нин Цин высушить ее влажные волосы. Теплый ветер, дующий за ее шеей, заставил Нин Цин чувствовать себя особенно комфортно. Она отбросила свое рабочее расписание в сторону. Она была похожа на маленькую белочку, уткнувшуюся своей маленькой головкой в его сильную грудь, и начала спокойно дрейфовать. Ей очень хотелось спать.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 175:Скажите ему, что я приехала из Китая, чтобы найти его

Когда она только что закрыла глаза, Лу Шаомин взял фен и начал щипать ее нежное маленькое личико. - Бессердечная крошка, ты спишь вот так?”

Маленькое сердечко Нин Цин беспорядочно билось в груди. Если бы она сказала, что не знает следующей программы, это определенно было бы ложью.

Но она не могла взять инициативу в свои руки. Она все еще была застенчивой и сдержанной, и у нее было мало опыта.

Она сняла все четыре конечности с его талии и живота, свернулась вокруг кровати в виде маленького нежного шарика и заснула сама.

Внезапно горячая и широкая грудь прижалась к ее стройной спине. Рука Лу Шаомина, обхватившая ее, приподняла его тело и поцеловала половину ее лица, зарывшегося в подушку.

- Сегодня уже Новый год, женушка. Тебе тоже надо повзрослеть.”

Нин Цин не разговаривала с ним, он принимал незаслуженную выгоду как должное. Ей был 21 год, а ему-31. Неужели она не нравится ему за свой юный возраст?

Делает все возможное, чтобы запугать ее.

Нин Цин протянула руку, чтобы выключить свет, но ее маленькая рука была зажата в его ладони. - Не выключай его, женушка. Дай мне хорошенько тебя рассмотреть. Я хочу запомнить твою внешность.”

Нин Цин взмахнула своим маленьким нежным кулачком и ударила его. У девушки был такой очаровательный голос, и она вела себя крайне избалованно. “Хм, если ты не будешь смотреть на меня, ты забудешь меня? Неужели ты не вспомнишь, как я выгляжу в один прекрасный день?”

Она была так полна обид, что никто никого так не обижал, как он.

Она его любит. Она никогда в жизни не забудет его внешность. Она наверняка выделит его из толпы с первого взгляда.

Но теперь, когда он издевался над ней, он говорил такие вещи.

Ей не нравится это слышать.

- Женушка, я тебя не забуду. Я никогда тебя не забуду. Не сердись. Во всем виноват муженек. Не дуйся. У муженька будет болеть сердце.”

Лу Шаомин схватил ее маленькое личико одной рукой и крепко поцеловал.

Его поцелуй был жестким, совсем не похожим на его обычное джентльменское поведение, таким деспотичным и диким, как будто он хотел любовно раздавить ее кости.

Все тело Нин Цин было слабым. Ее маленькие ручки медленно пробрались к его голове, и она застенчиво ответила ему.

Лу Шаомин отпустил ее, и нежные щеки девушки покрылись румянцем, как только что распустившийся цветок персика.

Он протянул руку, чтобы открыть ящик комода, куда она положила то, что купила сегодня в супермаркете.

- Шаоминг!- Нин Цин остановила его.

Глаза Лу Шаомина блестели, и обычно спокойный человек выказал слабую радость. - Женушка, ты собираешься родить мне ребенка?”

Нин Цин не кивнула и не покачала головой. Она спрятала свое маленькое личико у него на груди. Она не осмеливалась взглянуть на него. - Шаоминг, я боюсь ... на самом деле, я не готова стать матерью. Я действительно слишком молода. Я и сам еще ребенок.”

Лу Шаомин коснулся ее изящного носика и поцеловал в красные губы. - Дурак, - снисходительно пробормотал он, - кто просил тебя родить ребенка и вырасти за одну ночь? Будь то ты или ребенок, предоставь все мне. Я позволю тебе расти вместе с ребенком, и я буду поддерживать тебя.”

Многие молодые матери вырастают в одночасье после рождения детей, а те, кто не смог вырасти вовремя, впадают в депрессию. Но есть также много матерей, которые сохраняют свой простой и очаровательный характер в тот день, когда их дети выходят замуж. На самом деле, это была не проблема реальности, а проблема вашего мужчины.

В своей жизни люди были бы счастливы встретить такого человека, как Лу Шаомин. В его глазах жена была большим ребенком. Однажды его большой ребенок родит маленького ребенка. Он будет в полном порядке, если позаботится о них обоих. Его плечи защитят их от ветра и дождя. Он будет защищать их до конца жизни.

Это была действительно самая романтичная вещь в мире.

Сердце Нин Цин щекотало так, словно его щекотало перышко. Она была так тронута, что не могла удержаться и крепко обняла его за шею. Она продолжала вести себя как очаровательная женщина. - Муженек, я хочу родить тебе двух детей, одного сына и одну дочь-это было бы идеально. Это приданое, которое я дам тебе за наш брак. Ты женился на мне, и я устрою тебе хорошую жизнь.”

Один сын и одна дочь принесут хорошую жизнь.

Лу Шаомин страстно поцеловал ее и убрал ее маленькую руку со своей шеи. Он переплел свои пальцы с ее и взял ее за руку. “Тогда я буду ждать хорошей жизни, которую принесет мне моя жена…”

Тело Нин Цин было немного напряжено, и ей было трудно расслабиться. В конце концов, это была ее первая попытка забеременеть.

Лу Шаомин успокаивал ее снова и снова, и его мягкий голос был подобен весеннему ветерку в апреле. - Детка, не нервничай, ты не забеременеешь с первого раза. Если вы сразу же зачнете, тогда это Божья воля.”

…

Через час

Маленькое красное личико Нин Цин уткнулось в руки Лу Шаомина. Лу Шаомин, полураздетый, нащупал сигарету и закурил. Левой рукой он держал ее за плечо, а правой держал сигарету и, сделав глубокую затяжку, стряхнул пепел в пепельницу.

Нин Цин подняла свою маленькую головку, чтобы посмотреть на него, коснулась своей маленькой рукой его выдающегося мужского кадыка и начала спрашивать: “муженек, у тебя были какие-нибудь проблемы в последнее время?”

Все было в порядке, но ее женское шестое чувство всегда чувствовало, что с ним что-то не так.

Лу Шаомин затянулся сигаретой и посмотрел вниз. Он медленно выдохнул дым ей в лицо. - Да... через пару дней я уезжаю по делам в Англию. Это займет у меня около недели.”

Нин Цин глубоко вдохнула дым и быстро поперхнулась. Ее и без того красное лицо стало еще краснее. Он никогда раньше не пускал дым в ее сторону.

Ее маленькая ручка легонько ущипнула его за упаковку пива, и она сказала очаровательным голосом: Ты меня душишь!”

Лу Шаомин знает, что ей не нравится, когда он курит. Сегодня он впервые курил в спальне. Он погасил половину сигареты в пепельнице, обнял ее обеими руками за талию и усадил в свои объятия. В спальне было отопление. Он натянул одеяло и накрыл ее плечо.

“Ты сердишься? Не сердись, женушка. Муженек загладит свою вину позже.”

Нин Цин бросила в него маленький нежный кулачок, и он снова стал неприличным.

Она нырнула в его объятия и уткнулась головой ему в шею. - Муженек, у тебя срочная командировка? Завтра Праздник Весны. Не могли бы вы сопровождать меня еще несколько дней и уехать после пятого дня?”

Лу Шаомин потер свой яркий лоб твердой челюстью. Теплая оранжевая лампа горела в спальне, и он был полон лени после того, как позволил себе уйти. - Ладно, я послушаю женушку и уеду на пятый день.”

- Спасибо, муженек. Глаза Нин Цин изогнулись в улыбке, и она вдруг вспомнила кое-что еще. - Муженек, мы так долго были женаты. Когда ты отвезешь меня к своим родителям? В конце концов, уродливая невестка должна была увидеть своих родителей, так что не затягивай с этим.”

Она много раз говорила ему, что хочет познакомиться с его родителями, но он не принимал это близко к сердцу. Он был очень занят своей работой и всегда говорил, что они поедут, когда он освободится.

Но когда же он освободится?

- Ладно, больше никаких задержек. Когда я вернусь из Англии, я отвезу тебя в Америку, чтобы ты посмотрела на них.”

- Неужели?- Нин Цин немного волновалась. - Муженек, а мама с папой меня не полюбят?”

Лу Шаомин ущипнула себя за изящный носик и сказала с обожанием: Всякий, кто увидит мою маленькую жену, полюбит ее; ты им понравишься. И ты живешь со мной, а не с ними. Мы можем только хорошо выполнять свою часть работы. Мы не можем заставить других любить нас.”

В его словах был глубокий смысл, как будто он делал ей раннюю прививку.

- Муженек, ты можешь быть уверен, что даже если мама и папа меня не любят, я сделаю все возможное, чтобы угодить им, потому что они дали мне такого хорошего мужа. Пока я проявляю свою доброту и сыновнее благочестие, они примут меня.”

Нин Цин была полна уверенности.

Лу Шаомину так понравилась ее симпатичная внешность, что он едва мог это вынести. Он взял ее за затылок одной рукой и поцеловал в губы.

- Детка, найди Чжу жуя, когда меня здесь не будет, если что-нибудь всплывет, хорошо?”

- О, муженек вернулся пораньше.”

“Будем делать.”

…

10 дней спустя.

Лу Шаомин уехал на пятый день весеннего праздника. Нин Цин отвезла его в аэропорт, а потом с нетерпением ждала, когда он вернется, но он не вернулся.

Она все еще могла звонить ему в первые дни его пребывания в Англии, но потом он выключил телефон. Нин Цин спросила об этом Чжу жуя, но Чжу жуй только сказал, что президент занят, и попросил ее подождать спокойно.

Чем дольше Нин Цин ждала, тем больше ей становилось не по себе. Даже если он занят, нужно ли ему все время выключать телефон?

Он никогда так долго не расставался с ней.

Нин Цин волновалась, как кошка на раскаленных кирпичах. Она чувствовала, что Чжу жуй должен что-то знать, но он не сказал ей. Ей пришла в голову идея, и она понесла свою сумку к Гуан Цин.

Она подошла к кабинету Чжу жуя и толкнула дверь.

Чжу жуй был ошеломлен, когда увидел ее. Затем он быстро поприветствовал ее и почтительно сказал: "Мадам, вы здесь, президент еще не определился с графиком возвращения. Когда президент вернется, я вам сразу скажу.”

Нин Цин нахмурилась и торжественно сказала: "секретарь Чжу, как долго вы хотите лгать мне? Бумага не может обернуть огонь, я уже знаю.”

- Что? Мадам, Вы... - лицо Чжу жуя изменилось.

Нин Цин была еще более уверена в своей идее. Ее глаза были красными, и она плакала. - Секретарь Чжу, почему бы вам не рассказать мне, что случилось с вашим президентом? Я его жена. Я имею право знать. Если у него есть какие-то недостатки, я тоже не хочу жить.…”

“Мадам. Чжу жуй прервал Нин Цин и начал убеждать ее: “с президентом ничего серьезного. Вы не должны делать глупостей. Президент прилетел в Англию, чтобы сделать операцию по удалению осколков стекла. На самом деле операция прошла очень успешно, но когда он очнулся, президент потерял часть своей памяти и забыл вас.”

Забыл тебя?

Нин Цин уставилась на него и отступила назад. В ушах у нее звенело. Она едва понимала, о чем говорит Чжу жуй.

Он поехал в Англию не по делам, а на операцию?

Он даже не сказал ей об этом.

Как он мог забыть ее?

Нет!

Никогда!

Нин Цин посмотрела вниз и позволила слезам упасть с ее глаз. - Это было в тот раз, когда его сбила машина и он разбил себе голову? Почему он не взял меня с собой, когда ему делали операцию?”

Неудивительно, что во время весеннего праздника она почувствовала, что с ним что-то не так. Он скрывал свою болезнь.

Чжу жуй не хотел, чтобы госпожа неправильно поняла президента. - Мадам, президент не сказал вам об этом, потому что боялся, что вы расстроитесь. Операция сопряжена с риском. Он знал, что ты не выдержишь, если что-то пойдет не так.”

Нин Цин кивнула. - Секретарь Чжу, где он сейчас? Вы можете сказать Мне его адрес? Я хочу найти его. Как вы можете быть уверены, что он забыл меня? Может быть, когда я появлюсь перед ним и расскажу о нашем прошлом, он вспомнит обо мне. Не будет ли слишком жестоко с твоей стороны приговорить меня к смерти, не дав мне попробовать?”

- Это... - Чжу жуй оказался в затруднительном положении. Он посмотрел в красные глаза Нин Цин и тихо сказал: “Мадам, президент находится в Соединенных Штатах. Он вернулся в дом семьи Лу.”

Снова в доме семьи Лу?

Нин Цин поняла, что он был со своими родителями. Вся его семья обосновалась в Соединенных Штатах. Однажды он сказал, что из-за нее сосредоточил свою работу в городе Т.

Глядя на неловкое выражение лица Чжу жуя и на то, как он прикусил язык, Нин Цин тоже догадалась о проблеме. Лу Шаомин не помнил ее. Она никогда не видела своих родителей. Теперь он вернулся в дом семьи Лу. Вероятно, она даже не могла переступить порог дома семьи Лу.

- Хорошо, секретарь Чжу, спасибо. - Я уже ухожу.- Нин Цин повернулась и ушла.

…

Нин Цин поехала на автобусе в аэропорт. Сяо Чжоу встретил ее в аэропорту и вручил билет на самолет и паспорт. “Нин Цин, это адрес семьи Лу, которую вы просили меня проверить в Соединенных Штатах. У семьи Лу большой бизнес. Они живут в самом роскошном районе Уолл-Стрит в Соединенных Штатах. Они-аристократы финансовой индустрии, поэтому их легко контролировать.”

Нин Цин кивнула и пробормотала: “Сяо Чжоу, мне понадобится несколько дней, чтобы уехать в Соединенные Штаты. Я проведу пресс-конференцию, чтобы официально заявить о своем возвращении в индустрию развлечений, когда вернусь. А до этого жди моего слова.”

“Окей.- Сяо Чжоу обнял Нин Цин. - Нин Цин, ты можешь пойти и спокойно найти молодого мастера Лу. Ваш мужчина важнее всего, ваша карьера может занять второе место.”

…

Нин Цин вышла из самолета в 8 утра по восточному времени США. Она не пошла в дом семьи Лу сразу же после того, как покинула аэропорт. Вместо этого она отправилась в торговый центр, чтобы выбрать несколько подарков.

Было очень невежливо идти с пустыми руками к своим родителям в первый раз, но она не знала, что нравится ее родителям, поэтому не могла решить, что ей подарить.

Семья Лу была очень богата и не испытывала недостатка в подарках. Они смотрели на обычные вещи свысока. Нин Цин прошла половину Уолл-Стрит до четырех часов дня, прежде чем закончить с подарками. Она искала их по адресу с двумя или тремя сумками.

Когда она стояла перед воротами дома семьи Лу, только тогда Нин Цин по-настоящему осознала богатство и статус семьи Лу.

Это была молочно-белая вилла в европейском и американском стиле. Это было классическое поместье на огромной территории.

Помимо шпиля главного здания, на вилле было небольшое бунгало, похожее на замок. Перед главным четырехэтажным зданием располагался коридор с плоской крышей в китайском стиле с тростниковыми креслами цвета клена и огнями в стиле ретро-дворца, исполненными классической элегантности.

Нин Цин в этот момент стояла за резными воротами. Ее взору предстали бескрайние подстриженные лужайки, бледно-желтые мощеные дорожки, зеленые оливковые деревья и фонтаны текущей воды перед воротами виллы.

Такое изображение можно было увидеть только по телевизору или в журналах, но теперь оно ясно предстало перед глазами Нин Цин.

Помимо шока, сердце Нин Цин было слегка разочаровано. Лу Шаомин был похож на Прекрасного Принца, который свалился к ней с неба. Теперь принц не помнил ее, она снова стала Золушкой.

Нин Цин подняла глаза. Даже если бы она угадала ухабы дороги впереди, она, несомненно, смогла бы найти своего возлюбленного в семицветных благоприятных облаках с улыбкой.

Она была женой Лу Шаомина.

Никто не мог этого изменить.

Она любит его.

Даже если бы она сделала тысячу шагов назад, даже если бы он действительно забыл ее, она верила, что его чувства к ней все еще были там.

Нин Цин сделала первые два шага и позвонила в дверь.

Вскоре кто-то пришел на виллу, и добрая старая экономка лет пятидесяти сказала: “Мисс, кого вы ищете?”

Нин Цин вежливо кивнула и улыбнулась. - Здравствуйте, я ищу Лу Шаомина. Пожалуйста, скажите ему, что меня зовут Нин Цин и я приехал из Китая, чтобы найти его.”

Старая экономка посмотрела на Нин Цин и кивнула. - Хорошо, Мисс, подождите минутку. Я дам ему знать.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 176:Обещание Трех Месяцев

Нин Цин ждала 5 минут. Кто-то вышел из виллы. Это была не Лу Шаомин, а элегантно одетая роскошная женщина. У нее была изящная прическа, и она, казалось, хорошо держалась. Ее лицо все еще хранило следы красоты, и она казалась красавицей в молодости. Нин Цин на мгновение занервничала; эта женщина, вероятно, была матерью Лу Шаомина. Ее свекровь. Сон Яцзин.

Сун Яцзин спокойно подошел к Нин Цин. Она не открыла дверь, а встала за ней, чтобы посмотреть на Нин Цин. В ее глазах, казалось, не было ни ненависти, ни благосклонности, и она лишь молча наблюдала за происходящим, но без особой теплоты. Нин Цин чувствовала, что ее воспринимают как товар в супермаркете, и ее с головы до ног сканировал человек.

Она чувствовала себя немного неловко и немного нервничала. Она изо всех сил старалась изобразить теплую и подобающую случаю улыбку и сказала: Наша первая встреча немного неожиданна. Меня зовут Нин Цин, и я жена Лу Шаомина."У Сун Яцзин был зеленый шелковый шарф премиум-класса, она затянула шарф и ответила резким тоном:" Мисс Нин, как поживаете? Оказывается, вы та самая жена, на которой мой сын женился в Китае.”

Слова” жена, на которой женился мой сын в Китае " означали, что она не признает Нин Цин своей невесткой. Она даже не открыла дверь, чтобы впустить Нин Цин в семью Лу. Поэтому они могли говорить только так, когда один человек находился за дверью, а другой-снаружи. Нин Цин предсказала, что это произойдет. Хотя на сердце у нее было очень больно, улыбка не изменилась. - Мама, я знаю, что мы с Лу Шаомоном поженились слишком быстро. В этот период времени мы также не приходили навестить ни вас, ни отца. Это все моя вина, я постараюсь уважать и быть сыновним к вам двоим в будущем. Я прекрасно справлюсь с ролью невестки семьи Лу.”

Сун Яцзин никак не отреагировал на ее слова. Она могла только спросить ее дальше “ " госпожа Нин, вы знаете, что за семья семья Лу? Нин Цин хотела ответить, но Сун Яцзин даже не дала ей возможности заговорить. - Наша корпорация Лу-самый большой конгломерат в деловом секторе на сегодняшний день. Мой сын Лу Шаомин-сын семьи Лу в 9-м поколении. Он дебютировал своей первой компанией Guang Qing на рынке в Лос-Анджелесе, когда ему было 16 лет. Мисс Нин, если бы у вас было такое семейное происхождение и такой сын, которым вы так гордились, как бы вы выбрали невестку?”

Нин Цин больше ничего не говорила, потому что знала, что У Сун Яцзин есть и другие слова. - Мисс Нин, я попросил кое-кого проверить ваше семейное прошлое. Твой отец Нин Чжэнго управлял небольшой компанией, и у него было много скандалов. 3 года назад он выгнал тебя и твою мать из дома. Затем вы вошли в индустрию развлечений и боролись до сих пор. Вы ссорились с мачехой, сводной сестрой и были предметом бесконечных слухов. Вы даже привлекли много неудачливых романтических интересов. Мисс Нин, основываясь исключительно на вашем печально известном имени для себя, вы думаете, что это дает вам право называть меня мамой сейчас?

"Семья Лу не нуждается в каких-либо семейных связях через брак, но невестка семьи Лу должна быть рождена в богатой семье. Она должна быть элегантной, сдержанной и благородной. Какое из этих требований, по вашему мнению, вы выполняете?

“Отступаю на шаг, чтобы сказать: вы женаты на моем сыне уже полгода. От чего ты отказался ради него? Что вы ему дали? Вы привлекли так много несчастливых романтических интересов, но мой сын решил все это за вас. Если он уехал в Англию на операцию и теперь страдает амнезией, значит, это вы повредили его жизни!”

- Мисс Нин, поставьте себя на мое место. В будущем ты станешь матерью. Если бы ваш сын женился на такой женщине, как вы, вы бы хотели и приняли ее?”

У Нин Цин не было слов, чтобы ответить, Сун Яцзин была спокойна и имела смысл. Хотя все перечисленные ею факторы были объективной правдой, стоящей под углом зрения свекрови, такая невестка, как она, на самом деле не была благоприятной. Слова Сун Яцзина не были за бортом.

Но, " мама, мое семейное происхождение и опыт-это не то, что я выбрал для себя. Все эти вещи, которые вы перечислили, были не только моей виной. Я знаю, что, будучи вместе с Шаомоном, он всегда был тем, кто вносит свой вклад в эти отношения. Я не могла быть рядом с ним, когда он уезжал на операцию в Англию, но мама, пожалуйста, поверь, что я люблю Шаоминг. В будущем я буду относиться к нему еще лучше. Я знаю, что я неправ, и я буду работать больше, чтобы исправить свои ошибки в будущем.”

Сун Яцзин не был убежден. - Мисс Нин, - холодно фыркнула она, - жаль, что уже слишком поздно. Мой сын забыл тебя, и у тебя нет ни малейшего шанса исправить содеянное.- Эта фраза задела больное место Нин Цин. - Мама, где Шаоминг? Дай мне хоть раз его увидеть, ладно? Я его жена. Мы женаты. Это факт.”

- Мисс Нин использует свидетельство о браке, чтобы делать все, что ей заблагорассудится? Так как ты-это она, то изложи свои условия. Ваши условия для развода.”

Нин Цин покачала головой и уверенно сказала: "Мама, я бы не развелась с ним!”

- А!- В улыбке Сун Яцзин было что-то оскорбительное, - Мисс Нин, я всегда считал вас умным человеком, так что теперь примите во внимание, что вы все еще держите в руках козырь. Я все еще могу исполнить ваши желания, вы должны воспользоваться этим шансом, когда он у вас есть. Я не склонен предпринимать действия против вас, но как только я это сделаю, вы будете знать, что не сможете противостоять действиям, предпринятым семьей Лу. Если ваша семья или друзья попадут в беду из-за вас, то вы останетесь без семьи или богатства. Тогда будет слишком поздно сожалеть об этом.”

Нин Цин отступила на шаг и не стала подвергать сомнению слова Сун Яцзин. Если бы она захотела поиграть, вся семья Нин и даже ее друзья рядом с ней не смогли бы убежать. Сун Яцзин уже угрожал ей. Теперь, когда Лу Шаомин забыл о ней, Сун Яцзин может стереть ее существование простым предложением. Что же ей теперь делать?

Она была уже не в том опрометчивом возрасте. Она была в проигрыше, и ей нужно было придумать план, как изменить приливы и отливы. - Мама, если ты хочешь поговорить о разводе, то не могла бы ты сначала показать мне Шаоминг?- Она хотела посмотреть, действительно ли Лу Шаомин больше не помнит ее. Сун Яцзин немного помолчала и подняла глаза: “Хорошо, мой сын вернулся. Вы можете взглянуть на него. В этот момент она услышала звук приближающейся сзади машины и повернула голову, чтобы посмотреть.

…

Подъехал удлиненный седан "Линкольн". Нин Цин отступила назад, и старая экономка открыла дверь. Роскошный седан въехал в поместье. Когда они въехали в ворота, из-за присутствия Сун Яцзина машина замедлила ход, и окно с пассажирского сиденья опустилось. Наконец-то Нин Цин снова увидела знакомое лицо. Лу Шаомин сидел сзади, элегантно скрестив длинные ноги в привычной позе. На нем была белая рубашка и темно-синий клетчатый деловой жилет.

Она не видела его уже 10 дней, и он все еще был невероятно красив. - Мама, - сказал Лу Шаомин своим мелодичным голосом. Все было так, как она помнила.

“Да. Сун Яцзин кивнула и посмотрела на Нин Цин, которая стояла за дверью. Она сказала Лу Шаомину: "у меня срочная доставка из Китая, это девушка, которая доставила мою посылку. Нин Цин увидела, что Лу Шаомин смотрит на нее. В тот момент, когда он повернулся к ней, Нин Цин почувствовала, что ее сердце остановилось. Она нервничала, но ждала продолжения.

Мужчина бросил на нее взгляд, медленный и непритязательный. Его глубокий взгляд был незнакомым и холодным, и она не могла найти в нем ни капли тепла. Нин Цин почувствовала, как все ее тело упало в холодную реку. Ему не нужно было говорить. Едва взглянув на него, она поняла, что он действительно забыл о ней. У Нин Цин не было возможности отреагировать, когда "Линкольн" проехал мимо особняка и исчез из поля зрения Нин Цин. Слезы наполнили все лицо Нин Цин.

….

- Мисс Нин, что вы думаете? Вы сами это видели. А теперь скажите мне, что вы решили? Мой сын не узнает тебя. То, что произошло в городе Т – вы можете рассматривать только как сон. Я попрошу людей стереть все следы, и мой сын никогда не узнает, что ты была частью его жизни. Нин Цин обхватила лицо двумя маленькими ручками и почувствовала, как горячие слезы текут сквозь пальцы. Она вдруг вспомнила начало лета прошлого года, когда он внезапно, без предупреждения появился перед ней. Теперь, когда жизнь стала такой же, как сейчас, это было похоже, но в тот момент он снова ушел. Все вернулось в точку А.

Но в то время, какими бы тяжелыми ни были дни, она крепко держалась за свое сердце и сохраняла его. Когда-то она чувствовала себя удовлетворенной, заработав несколько сотен долларов. Теперь ей не нужно было беспокоиться о деньгах, но она чувствовала, что это было так больно и тяжело. Она отдала свое сердце Лу Шаомину, и теперь он принес его с собой. Все ее сердце было опустошено.

Нин Цин вытерла слезы рукой. Она посмотрела на сон Яцзин покрасневшими глазами и сказала: “Мама, пожалуйста, дай мне 3 месяца. Правда, мне нужно всего 3 месяца. Я буду стараться изо всех сил. Я хочу помочь ему восстановить память. Заставь его снова влюбиться в меня. Если он этого не сделает, я отпущу его, и тогда мы разведемся. Глаза Сун Яцзин заблестели, и она сказала: "Мисс Нин, почему я должна давать вам 3 месяца?”

Нин Цин выпрямилась и посмотрела ей в глаза: “Мама, даже если ты используешь тактику, чтобы одолеть меня, я могу показать Шаомину свидетельство о браке. Даже если больше никаких чувств не осталось, он ответственный человек, и он определенно пошел бы, чтобы проследить вещи в прошлом. Он определенно возьмет на себя ответственность за меня. В то время этот вопрос сделал бы и мать, и сына несчастными из-за обстоятельств. Тогда и ваших прибылей будет недостаточно для ваших потерь. ”

- Дайте мне три месяца, и я не скажу ему, что я его жена. Если он влюбится в меня, я попрошу маму дать нам шанс. Если нет, то мы разведемся. Это лучший план для решения этой проблемы.- Сун Яцзин посмотрела Нин Цин прямо в глаза, она могла бы попросить таких условий в такой ситуации сейчас, она также считалась умной леди. Жаль, что она не подходила семье Лу. - Хорошо, значит, три месяца.- Сон Яцзин согласился.

Он определенно не влюбится в нее снова. Она была уверена.

Нин Цин увидела, что Сун Яцзин повернулась, чтобы уйти, она сразу же окликнула ее и протянула ей подарок: “мама, это подарок, который я выбрала для тебя и отца. Пожалуйста, примите это.- Сун Яцзин дал знак старой экономке, и та пришла принять подарок. Двери в семью Лу снова закрылись перед ее глазами.

…

Когда она уже собиралась войти на виллу, старая экономка спросила Сун Яцзин: - Мадам, что нам делать с этим подарком?- Сун Яцзин не удостоила его даже взглядом и вошла прямо на виллу, ее тон был холоден.”

- Да, Мадам.”

…

Лу Шаомин стоял на балконе третьего этажа. Стена балкона была построена с использованием высококачественных нефритовых плиток, а перила балкона были ретро-белыми резными цветами. Она была изящной и изящной. Обе его руки были засунуты в карманы. Подул ветер, и он посмотрел вниз, на огромный лазурно-голубой бассейн внизу. Его мозг внезапно вспомнил о девушке, которая только что стояла у двери. Когда машина проезжала мимо этого клочка травы, он невольно взглянул в зеркало заднего вида. Эта девушка смотрела на его машину со слезами на глазах. Почему она плакала?

Его зрение было предельно ясным. Он ясно видел эти кристально чистые слезы, стекающие с ее нежного лица. Ее лицо напоминало покрытую росой бегонию, и зрелище было чрезвычайно жалким. С чего бы ему думать о случайном незнакомце? Лу Шаомин покачал головой, и внезапно у него заболела голова. Одной рукой он нежно массировал виски. Полмесяца назад он попал в автокатастрофу, но толком не помнил, почему попал в нее. Он не мог думать об этом. Как только он это сделает, у него заболит голова.

Он перенес операцию в Англии. Операция прошла успешно. Ему нужно было медленно восстанавливать силы; это было очень странно. Дни проходили как обычно, но он чувствовал, что в его жизни чего-то не хватает. О, его сердце было пусто и чего-то не хватало. Как будто кто-то отнял у него самое важное в его сердце. Но что они забрали с собой?

Лу Шаомин отвел взгляд в сторону, к главным дверям виллы. Он увидел, как девушка повернулась, чтобы уйти. Она была одета в белый шерстяной свитер с длинными рукавами и черные узкие брюки. На шее у нее был темно-синий шарф. Заходящее солнце делало ее тень очень длинной, и тень этой маленькой девочки на ее спине была одинокой и изолированной. Лу Шаомин приложил руку к своему сердцу. Он нахмурился, и у него защемило сердце. Он чувствовал себя ... убитым горем.

В этот момент на виллу вошла горничная с чашкой кофе в руках-именно такой вкус и нравился Лу Шаомину. Служанка была необыкновенно красива, ее большие, блестящие, водянистые глаза украдкой смотрели на мужчину, стоявшего перед ней. Ее молодой хозяин был одет только в белую рубашку с черными брюками и стоял у изящной массы резных цветов в стиле императорского двора на балконе, точно песочная картина. От него исходило ощущение царственности и элегантности, которое завораживало.

Он действительно был премиальным продуктом среди всех мужчин. Горничная вышла вперед и двумя руками подала кофе, ее голос был мягким и нежным. - Молодой господин, это ваш кофе.- Лу Шаомин взял кофе правой рукой и сделал маленький глоток. Он не взглянул на нее и просто сказал: Горничная была обижена и разочарована, но не посмела пойти против его воли и повернулась всем телом. Когда она подошла к двери, в комнату вошла Сун Яцзин. “Мадам. Сун Яцзин тихонько отмахнулась от нее, и служанка ушла.

…

Сун Яцзин подошел к спине Лу Шаомина и сказал: “Шаомин, только что нам позвонил Дворецкий Чжоу. В этом году вы провели большую часть времени в городе Т. Ты редко возвращаешься. Твоя тетя Чжоу и Чжи Лэй хотят видеть тебя один раз, и они хотят пообедать с тобой. Лу Шаомин опустил глаза. Его густые ресницы, более красивые, чем у женщины, были полузакрыты. Он холодно ответил: "У меня нет времени. Через два дня я должен лететь обратно в Ти-Сити.”

- Что? Шаомин, в городе Т нет родственников. Почему ты всегда хочешь туда попасть? Вы быстро заканчиваете свой бизнес в Т-Сити и переносите свою жизнь и сердце своей карьеры обратно в Америку. Лу Шаомин поднял брови и ничего не сказал.

Сун Яцзин видела, что он не возражает, и знала, что она решила 60% вопроса. В прошлом он оставался в городе Т для Нин Цин. Теперь, когда он забыл о Нин Цин, возвращение в Америку тоже было естественным. Она гордилась своим сыном, который сделал ее счастливой в жизни, но он не слушал ее наставлений с юности – он сам принимал решения в жизни. И все эти годы мать и сын постепенно отдалялись друг от друга. Его мысли были глубоко запрятаны. Она не знала, о чем он думает. Но хорошо, что он был сыновним. Он был будущим наследником семьи Лу. Она возлагала на него все свои надежды.

- Шаомин, в этом году тебе исполняется 31 год. Вам также следует подумать о браке сейчас. Мама ждет, чтобы вы завели семью, чтобы продолжить семейную линию Лу. Мама считает, что Чжи Лэй-хороший выбор. Мы дружим с их семьей на протяжении многих поколений. Мама тоже видела, как рос Чжи Лэй. Вы много общались с Чжи Лэем. Время пришло, и ты можешь жениться на ней прямо сейчас.- Лу Шаомин поставил кофе на балкон. Засунув руки в карманы, он ответил: "Мама, я уже много раз говорил тебе, что не испытываю к ней никаких чувств…”

“Тогда к кому же ты испытываешь чувства?- Спросила его Сун Яцзин. Лу Шаомин промолчал и поднял глаза, чтобы выглянуть за пределы виллы. Там никого не было, и он тоже не знал, о чем думает. Сун Яцзин увидел, что его взгляд упал на то место, где раньше стояла Нин Цин. Ее сердце упало, и она сказала: “Шаоминг, ты должна быть ясна насчет невестки, которую хочет мама. Ваша будущая жена будет будущим матриархом семьи Лу! ”

Лу Шаомин несколько секунд молчал, а потом слабо улыбнулся:- Сун Яцзин вздохнула с облегчением. Этот ее сын был умен не по годам. Он знал, чего хочет с юных лет, но она не знала, что дала ему Нин Цин, чтобы заставить его влюбиться в нее. Она каким-то образом заставила его жениться на ней.

- Хорошо, что ты знаешь. Мама хочет рассказать тебе о Чжи Лэе…”

Лу Шаомин повернулся, чтобы уйти. - Мама, у меня еще есть работа, я пойду в кабинет.- Сун Яцзин был вне себя от ярости.

Нин Цин остановилась на ночь в отеле в Америке. Она проснулась очень рано утром. Она попросила такси подождать у ворот особняка Лу. Около 7 утра удлиненный Линкольн уехал, и Нин Цин по-английски проинструктировал водителя: "следуйте за этой машиной."Через 15 минут "Линкольн" остановился перед роскошным магазином высокого класса. Нин Цин увидела, как Лу Шаомин вышел из машины. Нин Цин заплатила за проезд и тоже вышла из машины. У входа в роскошный магазин стоял телохранитель. Нин Цин не могла войти. Она стояла у французских окон и смотрела на Лу Шаомина, который был внутри.

Вероятно, он пришел на осмотр. За его спиной стояла кучка хорошо одетых бизнесменов, а рядом с ним-подчиненный, который передавал ему какой-то документ. Время от времени он просто кивал головой и задавал какие-то вопросы. Он вошел внутрь, и Нин Цин встала у окна, чтобы идти по его следу. Ее глаза были влажными, и слезы внезапно покатились по щекам. Ей очень хотелось увидеть его и убедиться, что с ним все в порядке. Как прошла операция в Англии? Когда он входил в операционную, думал ли он о ней? Хорошо ли он себя чувствует сейчас?

Сегодня на нем была светло-зеленая рубашка, серый свитер и черные деловые брюки. Хотя он был красив, как всегда, Нин Цин знала, что он снова похудел. Сколько боли он испытывал во время операции? Сколько боли он вытерпел? Но она не знала – она вообще ничего не знала. Он сопровождал ее на Новый год. Она была так счастлива и даже попросила его остаться до пятого дня года, прежде чем позволить ему уехать. Неужели она такая жестокая? Он очень быстро закончил свой разговор. Он сидел на темно-бордовом диване у французских окон, положив мускулистую руку на ручку дивана, и хмурился, массируя виски.

Нин Цин была от него совсем недалеко – не больше метра. Хотя они были разделены французскими окнами, ее бледная рука медленно надавила на стекло, и она провела по нему контуром, нежно поглаживая его. Муженек, ее муж ... должно быть, он еще не совсем оправился после операции. У него болела голова. Он не мог вспомнить ее. Когда он думал о прошлом, которое не мог вспомнить, у него, вероятно, были такие головные боли, как эта.

Он, вероятно, редко улыбался, потому что холодный воздух на его теле был теперь еще более отчетливым, и, глядя на щетину на его четко очерченном подбородке, этот человек, без своей жены, не имел никого, кто помог бы ему сбрить усы. Нин Цин закрыла рот рукой. Она боялась, что издаст какой-нибудь звук, когда заплачет. Ей ужасно хотелось обнять его и разгладить морщины на его лбу, когда он хмурился, как она делала в прошлом. Она также хотела сказать ему, что все в порядке. Бояться было нечего. Нечего было бояться амнезии. Ты защищал меня так долго, на этот раз позволь мне защитить тебя.

Он слегка повернул свою красивую руку. Нин Цин медленно наклонилась и поцеловала его в губы, держа стакан между ними. Слезы наполнили ее глаза, и она сказала в своем сердце : Лу Шаомин, подожди меня, я обязательно найду путь домой для тебя.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 177:Молодой Мастер Лу, Пожалуйста, Останьтесь

Новость о возвращении Нин Цин в индустрию развлечений облетела всю киноиндустрию и рекламную индустрию. Это был первый шаг для 20-летней королевы кино после “пыли и ветра”. Сяо Чжоу получила так много приглашений и просьб об интервью, что она не могла справиться.

Нин Цин вежливо отвергла работы нескольких известных режиссеров и в конце концов решила поддержать известный международный бренд одежды.

Сегодня она делала несколько модных фотосессий. Во время перерыва Сяо Чжоу взволнованно прибежала. “Нин Цин, разве ты не просила меня обратить внимание на то, что делает Гуан Цин? Хорошие новости, капустный шлейф, новый косметический бренд Гуан Цин, вот-вот будет запущен. Они ищут сторонника этого термина, Нин Цин. Я думаю, что эта возможность для вас.”

Нин Цин взяла брошюру капустного плюма. Этот капустный шлейф был разработан внутри страны компанией Guang Qing и продавался в Европе. Теперь он был официально запущен на внутренний рынок.

Нин Цин приподняла губу и встала. - Сяо Чжоу, пойдем.”

Сяо Чжоу последовал за ней. - Нин Цин, куда мы идем?”

- Гуан Цин, мы не должны упускать эту возможность. Я хочу рекомендовать себя.”

…

Гуан Цин.

Портье привел Нин Цин и Сяо Чжоу в VIP-зал. - Мисс Нин, пожалуйста, подождите минутку. Менеджер по маркетингу, отвечающий за капустный шлейф, будет здесь позже.”

- Хорошо, спасибо. Нин Цин вежливо кивнула.

Сяо Чжоу сел рядом с Нин Цин и прошептал: “Нин Цин, сотрудники Гуан Цин теперь называют тебя Мисс Нин? Раньше тебя так не называли.”

Лицо Нин Цин было нежным. Она отхлебнула кофе из чашки и небрежно ответила: "Да, они называли меня женой президента или Мадам. Моя свекровь послала кого-то, чтобы стереть все следы нашего брака в городе ти. Все хорошо знают мои отношения с Шаомингом, но никто не осмеливается сказать об этом, и они относятся к нам как к чужакам. Теперь даже мне иногда кажется, что все это было просто сном.”

Сяо Чжоу знал, что Нин Цин грустит. Она обняла Нин Цин за плечи и успокоила ее. - Твоя свекровь может стереть все следы, но единственное, что она не может стереть, - это твое свидетельство о браке.”

Свидетельство о браке представляет собой отношения, брак.

Нин Цин успокоилась, и ее губы изогнулись в улыбке.

Затем дверь VIP-зала открылась, и вошел менеджер по маркетингу.

Нин Цин посмотрела на этого человека и очень удивилась; она не ожидала встретить здесь такого старого знакомого-е Тина.

Е Тин и она уже дрались раньше.

Неожиданно е Тин стала менеджером по маркетингу Guang Qing, а также отвечала за капустный шлейф.

Нин Цин слегка вздохнула. Ей не повезло.

Е Тин была удивлена, увидев Нин Цин, но она быстро рассмеялась. - О, Мисс Нин. Она сидела на диване напротив Нин Цин, надменно вздернув подбородок. - Интересно, почему Мисс Нин пришла сегодня в офис?”

Сяо Чжоу: так язвительно!

Если она не знала, зачем они пришли, зачем ей понадобилось входить в эту VIP-комнату?

Она напускала на себя вид и демонстрировала свою силу.

Сяо Чжоу хотел поговорить, но Нин Цин сказал: “Привет, менеджер е, мы здесь сегодня, чтобы поговорить с вами о рекламном одобрении капустного плюма.”

“О.- Е Тин, казалось, внезапно понял. Она оглядела Нин Цин с ног до головы прищуренными глазами, с явной иронией и усмехнулась. - Мисс Нин хочет сотрудничать с нами и быть пресс-секретарем звезды капустного шлейфа на этот срок? Но сейчас у меня на руках много кандидатов. Мисс Нин, почему бы вам не рассказать мне, в чем преимущества вашего выбора?”

Сяо Чжоу рассердился на высокомерное отношение е Тина и начал возражать. - Управляющий Е, хотя мы и не знаем, кто ваши кандидаты, можете ли вы сравнить своих кандидатов с нашей Нин Цин? С нынешней славой и статусом Нин Цин она опускает себя, приходя сюда.”

“Зачем Мисс Нин приезжать сюда, если это понизит ее статус?- Быстро возразил е Тин.

- Ты!”

“Сяо Чжоу” - Нин Цин махнула рукой Сяо Чжоу, показывая, что ей не нужно говорить. Нин Цин вежливо рассмеялась и сказала: “менеджер е, я только что получила контракт на должность китайского представителя международного бренда одежды Slly. Как только эта реклама будет запущена, я проведу пресс-конференцию, чтобы официально объявить о своем вступлении в индустрию развлечений. После этого я, безусловно, буду в заголовках газет индустрии развлечений в течение значительного периода времени. Капустный шлейф, как мое второе одобрение тогда, определенно последует за моим импульсом. Если быть откровенным, никто в индустрии развлечений не может принести больше звездной силы капустному плюму, чем я.”

Е Тин смотрела на маленькую женщину напротив нее. Похоже, инцидент с Лу Шаомоном не произвел на нее особого впечатления. Она не проявляла меланхолии или отрицательных эмоций и активно работала над своей карьерой. Надежда, вспыхнувшая в ее осенних зрачках, была еще так прекрасна и светла.

Нин Цин, казалось, не изменилась, но Е Тин все еще чувствовала, что она где-то изменилась.

Она была еще очаровательнее, чем год назад. Она была более раскованной и свободной, чем прежде, и прямолинейной.

Ее слова не были скромными, их можно было даже счесть высокомерными. Говорили, что женщины с карьерой станут более уверенными и обаятельными. Нин Цин была именно такой. Она вернулась в индустрию развлечений, и после того, как находила время, чтобы найти свою собственную территорию, она грациозно и спокойно стояла на вершине и начинала излучать слабый свет по всему своему телу.

Е Тин еще раз взглянул на нее. Может быть, потому, что она вышла в спешке. Она все еще была одета в последнее ранневесеннее оранжевое платье макси от Slly, которое сужалось к талии. Она боялась холода и накрылась зеленым пуховиком военного образца. На самом деле, это была очень небрежная смесь одежды, но когда она носила ее, была невыразимая и прекрасная аура.

Глаза е Тина стали еще холоднее. Честно говоря, она презирала Нин Цин. Она думала, что если покинет Лу Шаомин, то станет никем.

Но теперь она поняла, что ошибалась: женщина все еще была Нин Цин, даже без Лу Шаомина.

Она все еще жила своей лучшей жизнью.

Как она могла так прожить свою лучшую жизнь?

Е Тин ревновал.

Не потому, что у Нин Цин была Лу Шаомин, а потому, что она была такой жизнерадостной женщиной.

- Мисс Нин, даже если вы самая лучшая и подходящая кандидатура, мы, капустный шлейф, не станем вас использовать.”

Е Тин отверг ее одним предложением.

Улыбка Нин Цин не дрогнула, но ее прекрасные осенние глаза стали немного холоднее. - Но почему? Вы же профессионалы. Вы хотите продавать свою продукцию, и это займет половину усилий со мной на борту. Почему ты не хочешь использовать меня?”

“Все очень просто. Почему госпожа Нин пришла сегодня в Гуан Цин? Ваша цель известна всем. Вы хотите быть в выгодном положении и получить льготное отношение. Но как сотрудник Гуан Цин, я обязан помочь нашему президенту отфильтровать женщин, которые намеренно пытаются приблизиться к нему.”

- Значит, ничего нельзя обсуждать? Сяо Чжоу мгновенно вскочил и многозначительно усмехнулся: “некоторые люди действительно бесстыдны. Нужно ли мне вообще говорить, кто намеренно пытался приблизиться к молодому мастеру Лу? Молодой мастер Лу относится к некоторым людям как к воздуху, но она все еще относится к себе как к кому-то важному. Нин Цин, пойдем, попробуем что-нибудь еще.”

Лицо е Тина из красного стало белым. Лу Шаомин долгое время игнорировал ее, так не потому ли, что считал ее воздухом? А теперь кто-то выложил его на всеобщее обозрение.

Она почувствовала себя неловко.

Нин Цин медленно поднялась. Она знала, что больше не сможет вести переговоры с Е Тин, и не было никакой необходимости тратить ее слова впустую. - Сяо Чжоу, пойдем.”

Нин Цин проводила Сяо Чжоу до двери.

В этот момент е Тин ухмыльнулся позади нее и сказал: “Мисс Нин, вы действительно думаете, что можете попробовать другой путь? Есть некоторые вещи, которые не могут быть решены нашим маленьким персоналом. Вы никогда не сможете приблизиться к президенту.”

Нин Цин поняла, что она имела в виду. Кто-то не хотел, чтобы она приближалась к Лу Шаомину. Хотя у Е Тин тоже были такие намерения, ей было приказано сделать это.

Кто был этот человек?

Неужели ей все еще нужно спрашивать? Это была ее свекровь Сун Яцзин.

Два дня назад в Соединенных Штатах ее свекровь пообещала ей трехмесячный срок, но свекровь не признала, что не может попытаться разлучить их.

Лу Шаомин забыл о ней. Для нее было проблемой просто попытаться приблизиться к Лу Шаомину. Свекровь не позволила ей приблизиться к Лу Шаомину. Как она могла заставить Лу Шаомина снова влюбиться в нее?

Нин Цин нахмурила брови и тихо сказала:”

Сяо Чжоу открыл дверь, и Чжу жуй прошел мимо. Чжу жуй увидел Нин Цин. Он вздрогнул и позвал ее: “Ма... Мисс Нин.”

“Мадам “превратилась в”Мисс Нин".

Нин Цин еще больше подтвердила ее догадку. Рука Сун Яцзин протянулась внутрь Гуан Цин, и она будет продолжать создавать препятствия для нее.

Больше она ничего не могла сделать.

Нин Цин рассмеялась. Хорошо, тогда она будет думать о решении, как она продвигается.Прочитайте еще главу о романе v ip. ком

- Здравствуйте, Секретарь Чжу.- Нин Цин вежливо поздоровалась и ушла с Сяо Чжоу.

…

Они вышли из ворот дома Гуан Цин и сели в лимузин. Сяо Чжоу сел на переднее пассажирское сиденье и спросил: “Нин Цин, что нам делать дальше?”

Нин Цин не ответила. Она задумалась.

В это время водитель завел машину. Машина медленно двинулась вперед. Нин Цин подняла голову и случайно увидела проезжавший мимо "Бентли".

- Стой!- Воскликнула Нин Цин.

Водитель резко нажал на тормоз.

“Нин Цин, что с тобой?- Спросил Сяо Чжоу. Она нашла две маленькие ручки Нин Цин у окна и увидела, что та оглядывается. Она проследила за ее взглядом. "Бентли" остановился у входа в дом Гуан Цин, и с водительского сиденья вышла красивая фигура.

Лу Шаомин.

Сегодня на нем был черный костюм ручной работы с белой рубашкой и галстуком. Брюки у него были гладкие и аккуратные. Он был так строг, что морщин не было видно. Его скульптурная красота была безмолвна, как вода. Все его тело было отмечено холодным безразличием, которое говорило: "посторонние держатся подальше.”

Сяо Чжоу посмотрел на него несколько раз, пока Лу Шаомин не исчез в Гуан Цин. Она воцарилась в своем взгляде и увидела Нин Цин, прижавшуюся к окну и тупо выглядывающую наружу.

Сяо Чжоу стало грустно. Она достала салфетку и протянула ее Нин Цин. - Нин Цин, если хочешь плакать, плачь. Я не буду смеяться над тобой.”

Нин Цин медленно повернула голову и протянула свою маленькую руку, чтобы похлопать по бумажному полотенцу, которое передал Сяо Чжоу. Она сказала: "Почему я должна плакать? Шаомин наконец-то вернулся из Соединенных Штатов, я счастлив.”

Сяо Чжоу был удивлен, неужели Нин Цин действительно не хочет плакать?

Нин Цин поджала красные губы и хитро подмигнула. - Сяо Чжоу, сейчас же отправь сообщение секретарю Чжу. Спросите, где Шаомин будет присутствовать на собраниях или мероприятиях.”

Хотя Чжу Жуй и должна была подчиняться приказам свекрови, он помогал ей наедине.

Поскольку Чжу жуй был ее информатором, она не волновалась.

Сяо Чжоу был сбит с толку. - Нин Цин, что ты собираешься делать?”

Нин Цин лениво откинулась на заднее сиденье и рассмеялась: “найди время и место, где появится Шаомин. Я хочу официально провести пресс-конференцию, чтобы создать встречу с Шаомоном. Моя свекровь манипулировала всеми, чтобы держать меня подальше от Шаоминга, но может ли она контролировать самого Шаоминга?”

Сяо Чжоу быстро все понял. Она взволнованно показала Нин Цин большой палец. - Нин Цин, возможности создаются людьми. Ты такой умный. Но…”

Сяо Чжоу не понял: "что ты хочешь делать, когда встретишь молодого мастера Лу?”

Нин Цин не ответила. Она посмотрела в окно и улыбнулась, скосив глаза.

…

На следующий день Нин Цин провела пресс-конференцию в торговом центре в сопровождении телохранителей. Там было полно народу. Все 28 новостных и развлекательных сетей в городе Т присутствовали.

На пресс-конференции репортер спросил Нин Цин, которая была на трибуне: “Мисс Нин, где будет сосредоточена ваша работа после вашего возвращения?”

Нин Цин сказал с вежливой и легкой улыбкой: "я все еще могу принять некоторые хорошие роли в кино и на телевидении или рекламу, но мое внимание будет сосредоточено на том, чтобы уйти за кулисы и преобразиться в продюсера или режиссера, так что у меня будет возможность создать свою собственную студию в будущем.”

Репортер воскликнул: "Мисс Нин, вы были коронованы королевой кино в возрасте 20 лет, и это уже слава, а теперь вы пытаетесь сменить работу и не продолжать свои триумфальные поиски. Это действительно мужественно.”

- Мою славу дарят фанаты, которые любят и поддерживают меня... - Нин Цин махнула рукой восторженным фанатам, которые были заблокированы телохранителями за линией безопасности. - Я надеюсь, что в будущем то, что я дам вам взамен, будет не хорошим персонажем, а режиссером хорошего шоу, которое вы увидите.”

Эти фанаты со всей страны были так тронуты, что кричали: “Нин Цин, мы всегда будем поддерживать тебя.”

Репортеры высоко оценили взаимопонимание Нин Цин с прессой и ее поклонниками. Она никогда не была недостойна своей нынешней славы, так как умела быть благодарной и благодарной всем, кто поддерживал ее.

- Мисс Нин, мы знаем историю о вас и Нин Яо. Что вы думаете о трагической смерти Нин Яо?- Репортер задал резкий вопрос.

В это время Сяо Чжоу вышел, чтобы остановить репортера “ " пожалуйста, задавайте вопросы, связанные с ее работой…”

Нин Цин махнула рукой и остановила Сяо Чжоу. Она великодушно посмотрела на журналистов и вздохнула: "вы спросили меня, что я думаю о смерти Нин Яо. Честно говоря, у меня не было никаких мыслей о ней. Я не помешал ей встать на путь невозврата. Теперь я не имею права ни комментировать ее, ни судить. Покойного больше нет. Надеюсь, она сможет отдохнуть с миром.”

Ответ Нин Цин не был искусственным и фальшивым, и репортер изобразил удовлетворенное выражение лица.

- Мисс Нин, а как насчет тех, что были в прошлом?”

Те, что из прошлого?

Нин Цин посмотрела на вопрошающего. Был ли этот вопрос задан о Лу Шаомине?

Люди задыхались; этот человек осмелился задать такой вопрос? Эта тема стала запретной в городе Т, и теперь никто не осмеливался говорить о ней.

Но люди затаили дыхание в ожидании ее ответа. Сутью развлечений были сплетни. Все с нетерпением ждали ответа Нин Цин.

Осенние зрачки Нин Цин наполнились движущимся светом, и она подняла глаза. Она посмотрела на второй этаж. В коридор второго этажа медленно вышла элегантная фигура. Она изобразила нежную, как вода, улыбку. "В моем сердце никогда не было прошлого, только время прошло, но человек в моем сердце никогда не существовал раньше и никогда не придет снова. Это всегда будет он, полный любви ко мне.”

Нин Цин закончила, и во всем доме воцарилась тишина.

Это было первое публичное признание Нин Цин.

Такой смелый, такой страстный.

В это время Нин Цин, которая была на трибуне, встала, и она вытянула шелковистую улыбку под взглядами всех людей. Ее голос был легким и мягким, когда она сказала: “молодой господин Лу, пожалуйста, останьтесь.”

Молодой Господин Лу?

Репортеры повернули головы, чтобы посмотреть, когда появился человек, о котором только что упоминалось.

Это действительно был Лу Шаомин.

На нем была пара блестящих кожаных ботинок. Он привел нескольких руководителей торгового центра и обсуждал с ними чертежи. Он прошел мимо трибуны, не глядя туда, а просто сосредоточенно рассматривая чертежи.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 178:Наконец-То Пришел В Гуан Цин

Крик Нин Цин заставил его остановиться. Он медленно обернулся. В этот момент в воздухе раздался звук мигающих камер. Нин Цин надела туфли на высоких каблуках и встала на сцену, привлекая всеобщее внимание, а затем медленно подошла и встала перед ним. Мигающие огни средств массовой информации заставили Лу Шаомина расстроиться. Он слегка нахмурился и посмотрел на женщину перед собой. Это та самая девушка, которая два дня назад доставила маме посылку? На ней была светло-розовая полосатая рубашка. Оно было туго стянуто на талии, что подчеркивало ее изящную и изогнутую S-образную фигуру. На ее маленьких плечиках была короткая синяя шубка. Она сочетала его с узкой черной юбкой-карандашом и блестящими туфлями на высоком каблуке с открытым носком. Ее волосы были собраны в простой пучок. Она выглядела милой и не утратила ауры светской львицы.

Лу Шаомин не удержался и дважды взглянул на нее. Его голос был тихим и очаровательным, и он спросил без всяких эмоций:- Его беззаботное поведение заставило репортеров поверить слухам о том, что у него амнезия. В прошлом молодой мастер Лу не мог достаточно баловать Нин Цин, и теперь он не будет так себя вести. Все репортеры посмотрели в сторону Нин Цин и увидели только теплую улыбку маленькой женщины. “О, молодой господин Лу, я недавно видел, что ваша компания дебютировала в косметическом бизнесе под маркой "капустный шлейф". Вы набираете модель для одобрения, поэтому я пошел в вашу компанию, чтобы найти вашего менеджера по маркетингу, желая рекомендовать себя. Но ваша компания не дала мне никакого ответа, и сегодня, по стечению обстоятельств, я встретил здесь молодого мастера Лу. Я хочу знать ваше решение.”

Услышав ее слова, журналисты отчаянно боролись за то, чтобы поставить свои микрофоны перед Лу Шаомоном. Услышав, что эти двое снова собираются сотрудничать, это была взрывоопасная новость. - Молодой господин Лу, ваша компания продвигает бренд "капустный шлейф" к дебюту на китайском рынке? Мы слышали, что этот продукт был бестселлером на европейском рынке.”

- Молодой господин Лу, ваша компания собирается сотрудничать с госпожой Нин?”

- Мисс Нин недавно стала азиатским послом бренда sly. Сегодня она-могучая фигура. Если ваша компания решит стать второй поддержкой Мисс Нин, это создаст огромную прибыль для вашей компании из-за внимания СМИ со стороны знаменитостей. Разве вы не были бы счастливы сделать это?”

- Да, Молодой Господин Лу. Ваша компания не дала Мисс Нин ответа. Можем ли мы спросить, в чем причина этого? Может быть, ваша компания будет относиться к знаменитости, которая искренне хочет работать с вашей компанией, как это?”…

Красивые брови Лу Шаомина слегка нахмурились, и он посмотрел на стоявшего рядом с ним Чжу жуя. Гуан Цин действительно думал о том, чтобы принести капустный шлейф на китайский рынок, но он уже был в Америке. Этот проект только начинался, и он был с ним незнаком. Кроме того, ему не нужно было лично проверять каждый аспект деятельности Гуан Цин. Чжу жуй поймал его взгляд и шагнул вперед. Он наклонился и прошептал на ухо Лу Шаомину: Лу Шаомин кивнул и посмотрел на репортеров. Он элегантно сказал: "Мы еще не начали проект капустного шлейфа официально, и мы не подтвердили, кто будет моделью одобрения... с тех пор.... Мисс Нин искренна в своих намерениях работать с нами, мы добавим ее в наш список и дадим ей ответ, когда придет время.”

- Конечно, Молодой Господин Лу. Тогда мы могли бы ожидать сотрудничества между вашей компанией и Мисс Нин, - взволнованно сказал журналист. Лу Шаомин искоса взглянул на Нин Цин. Его тонкие губы изогнулись вверх. - Мисс Нин, вы удовлетворены? Нин Цин сделала вид, что не поняла смысла его слов, и серьезно кивнула.

- Молодой господин Лу, я искренне хочу работать с вашей компанией. Чтобы молодой мастер Лу лучше понял меня, я подарю вам свою фотокнигу. Я жду ответа молодого мастера Лу.- Сяо Чжоу протянул мне фотокнигу. Лу Шаомин мельком увидел ее фотографию на титульном листе и промолчал. Чжу жуй, стоявший позади него, взял фотокнигу. Лу Шаомин повернулся, чтобы уйти.

…

Пресс-конференция закончилась, И Сяо Чжоу рассмеялся рядом с Нин Цин и сказал: “Нин Цин, ты потрясающая. Я все еще думал, что вы устроили случайную встречу, чтобы соблазнить его и заставить молодого мастера Лу влюбиться в вас с первого взгляда. Но я думаю, что вы заимствуете средства массовой информации, чтобы сказать ему об этом. Вы хотите, чтобы он тщательно изучил этот вопрос, и вы хотите увидеть его реакцию.”

"Сяо Чжоу, влюбленность с первого взгляда не может быть устроена; это может быть оставлено только до истинного совпадения. Если бы он не влюбился в меня с первого взгляда, разве я не делала бы все это просто так? У меня был шанс сблизиться с ним, так что теперь я могу только использовать ситуацию, чтобы позволить ему снова влюбиться в меня.”

“Окей. Сяо Чжоу согласно кивнула головой. Она чувствовала, что план Нин Цин был более долгосрочным, но у нее были сомнения. “Нин Цин, неужели ты думаешь, что молодой господин Лу выберет тебя?”

Нин Цин кивнула головой и сказала: “Почему бы и нет? Все знают, что я лучше всего подхожу для этого одобрения. Репортеры были правы, он должен быть доволен таким исходом. Сяо Чжоу, тебе просто нужно дождаться их телефонного звонка.- Иногда она также надеялась, что Лу Шаомин не выберет ее, потому что, если он не выберет ее, ему все-таки понадобится причина. Теперь она была для него чужой. Какие у него могут быть для нее причины? Ha.

“Это замечательно, Нин Цин. Мы, наконец, преуспели и сделали шаг навстречу молодому мастеру Лу.”

Нин Цин улыбнулась, и в ее голосе послышались нотки самоуничижения. - Хотя мы и добились успеха, я боюсь…”

- Чего ты боишься?”

- Боюсь, что теперь я в его глазах коварная женщина. Он мог бы подумать, что я ничем не отличаюсь от тех женщин, которые обращались к нему со смутными намерениями.”

Он что-то сказал ей. “Теперь вы удовлетворены.”

Сегодня она составила план, чтобы дождаться, когда он сыграет свою роль. Он определенно мог бы сказать, что она не лишена славы, но она опустилась, чтобы завоевать его расположение. Он наверняка догадается о ее мотивах. Он потерял память, но его остроумие никуда не делось. Более того, он не испытывал никаких чувств и был еще более спокоен и собранен в своих мыслях.

Е Тин определенно будет упрекнута, потому что чем больше она делает, тем больше она делает неправильно. Она боялась, что это будет продолжаться и в будущем. Чем больше она будет делать, тем больше Лу Шаомин будет думать о ней. Впервые она почувствовала, как тяжело сражаться с таким умным человеком. Но Нин Цин вдруг почувствовала себя сладко. Она вспомнила, как он нахмурился и окликнул ее: “Мисс Нин.- Она знала, что это не так уж много, но, по крайней мере, он признал ее существование. Это уже кое-что.

…

Лу Шаомин сидел на заднем сиденье роскошного седана. Он посмотрел на Чжу жуя, который сидел на переднем пассажирском сиденье. Он спросил: "Нин Цин только что; знаю ли я ее?- Чжу жуй с самого начала знал, что настанет день, когда президент задаст ему этот вопрос, но он не думал, что это произойдет так быстро. Он не изменил выражения лица и покачал головой. Президент, в чем дело?”

Лу Шаомин выглянул в окно. Высокие здания были ему знакомы, но он все еще чувствовал себя странно. Казалось, он многое забыл. Но кроме причины, по которой он попал в аварию, он не мог вспомнить, что именно забыл. Он загадочно улыбнулся. - Нин Цин готовит мне ловушку. Она хочет работать со мной, но по какой-то причине менеджер по маркетингу не использовал ее для одобрения. Поэтому она воспользовалась этой возможностью сегодня, чтобы сообщить мне об этом деле. Она хочет подтолкнуть меня к этому. Единственное, чего я не понимаю, так это того, что она выглядела очень популярной, и почему она так страстно хотела получить одобрение капустного плюма? Похоже, она не испытывала недостатка в богатстве. Значит, ей не хватает человека.”

Чжу жуй почувствовал беспокойство. Президенту все еще было что сказать. Если бы она была здесь, чтобы обратиться за помощью к кому-то, кто бы это мог быть, кроме Лу Шаомина? Чжу жуй понял, что что-то не так. Мадам выбрала путь, который было трудно выдержать. Но если она не пойдет этим путем, то у мадам не будет другого выхода.

Человек на заднем сиденье больше ничего не сказал. В машине было тихо, и Чжу жуй внимательно посмотрел на него в зеркало заднего вида. Он видел только, как тот элегантно скрестил ноги, и обратил внимание на его изящно вылепленный профиль сбоку. Он слегка приподнял голову и посмотрел в окно. Чжу жуй проследил за его взглядом и увидел это. Торговый центр вдалеке показывал на жидкокристаллическом экране пресс-конференцию Нин Цин. Нин Цин сидела в кресле председателя. Ее прямая спина была красивой и прямой, и она была элегантно открыта для вопросов журналистов. С каждым нахмуренным взглядом и улыбкой она становилась все более привлекательной.

Окно опустилось, и он услышал оживленный шум города. Лу Шаомин отчетливо слышал, как журналист спросил: "А как же человек из прошлого?”

Она сказала:” в прошлом этого не было, так что в будущем она тоже уйдет без... " ее нежные глаза сдерживали слезы. Губы Лу Шаомина изогнулись в тонкую, но насмешливую дугу. Он усмехнулся, и на его холодном лице больше не было ни капли тепла. А, оказывается, у нее был любовник.

Минуту назад он думал об Америке, о ее заплаканном лице... Ах, это была такая шутка.

“А кто теперь менеджер по маркетингу?- Спросил Лу Шаомин.

- Е Тин.- Ответил Чжу жуй.

У Лу Шаомина не было никаких впечатлений от Е Тина.

- Пусть она потом придет и поищет меня в моем кабинете.”

- Да, Президент.”

…

Е Тин постучал в дверь кабинета президента и вошел. Это был ее первый визит сюда. Она нервничала, но в то же время была полна ожидания. Когда она подняла глаза, то увидела, что Лу Шаомин сидит в офисном кресле. Его правая рука взяла ручку, чтобы отредактировать документ. То, как он держал ручку, было очень правильно, указывая на большое образование, которое привело его в корпоративный мир. Это было строго и правильно. Такой человек, как он, особенно подходит для того, чтобы держать ручку. Он был так очарователен. Е Тин вежливо встал рядом с ним.

- Президент, вы звали меня?- Е Тин стоял у своего рабочего стола. “Да.- Лу Шаомин что-то писал на документе. Он не переставал писать. - Его голос звучал небрежно и небрежно. “Хотя я не помню, как я повысил вас до должности менеджера по маркетингу, я посмотрел ваше резюме и отчеты о результатах работы. Это был хороший выбор. Поскольку вы пришли к этому положению своим собственным тяжелым трудом, то в отношении капустного шлейфа вы допустили ошибку или у вас чисто обиды на Нин Цин?- Е Тин замер; он знал обо всем этом?

- Президент, я...я не понимаю, что вы имеете в виду. Рука Лу Шаомина, державшая ручку, замерла. Он перестал писать и напустил на себя вид властной силы.

Е Тин была напугана, и так как она была в панике, она увидела, что Лу Шаомин поднял голову, чтобы посмотреть на нее. В этот момент солнечный свет, струившийся сквозь французские окна, был безупречен и идеально падал на его тело. Мужчина снял скафандр. Под ним была белая рубашка. Он расстегнул две пуговицы, и она мельком увидела его мужественную загорелую кожу. Его взгляд был холодным и строгим. Его глаза казались двумя огромными безднами, и от нежного взгляда на нее она онемела с головы до ног.

“Ты что, не понимаешь? Хорошо, тогда скажите мне, какую знаменитость вы планируете использовать для продвижения капустного шлейфа?”

"...Президент ... я выбрал знаменитую модель, которая дебютировала из четырех дан, Actress...An Руоси ... " Чжу жуй быстро открыл документ на маленьком экране маленького устройства и передал изображение Руоси, чтобы показать Лу Шаомину.

Е Тин украдкой взглянула на нее, и она тут же расстроилась. Чжу жуй определенно сделал это нарочно! На самом деле он выбрал фотографию Руокси в бикини…

“Это она?- Лу Шаомин не казался сердитым, но на самом деле мягко рассмеялся. Ноги е Тина онемели. Во-первых, из-за страха. Во-вторых, из-за мужчины; его аура была слишком сильной и властной. От этого холодного и жесткого взгляда ей захотелось поклониться ему. - Президент, АН Руокси ше…”

“Вы менеджер по маркетингу, вы должны знать, что мы выбираем знаменитостей на основе продукта. Капустный шлейф имеет хорошую репутацию на международной арене. Вы должны выбрать стильную, элегантную и интеллектуальную женщину-знаменитость, чтобы одобрить этот продукт. Что такое Руокси? Полный макияж и все еще скучный! Немодный продукт, это ваш вкус?”

У Е Тина не было слов. Стильно, элегантно и интеллектуально... таково было мнение Лу Шаомина о Нин Цин? Где он это видел в Нин Цин? Она никогда не видела, чтобы он бросал взгляд на другую женщину. Что именно было у Нин Цин? Он все еще предпочитал ее, хотя теперь у него была амнезия! "Секретарь Чжу, пожалуйста, позвольте менеджеру е послушать последние 30 минут развлекательных новостей.”

- Да, Президент. Сегодня Мисс Нин Цин упомянула об одобрении капустного шлейфа нашему президенту на сегодняшней пресс-конференции. Через 5 минут после окончания пресс-конференции Мисс Нин и капустный шлейф вошли в чарты как самые актуальные темы на Байду. Мы все еще не создали собственную рекламу для капустного шлейфа, но одна фраза от Мисс Нин сделала это. Капустный шлейф еще не дебютировал, но уже стал вирусным.”

Лу Шаомин поднял глаза и посмотрел на Е Тина. “Ты знаешь, что тебе теперь делать? Е Тин не посмел возразить и сразу же кивнул “ " я ... я знаю…”

Лу Шаомин снова схватил ручку. Его тонкие губы были лишены эмоций, когда он сказал: “Вы служащий Гуан Цин, все должно быть сделано для блага компании. Вы не можете вкладывать в это личные чувства. На этот раз я не буду поднимать шум, но если будет следующий раз, вы можете собрать свои вещи и уйти.”

“Да, да.- Е Тин в отчаянии вышел.

Чжу жуй увидел, как Е Тин уходит, и, увидев фотокнигу Нин Цин у себя в руке, сказал: “президент, не хотите ли взглянуть на портфолио Мисс Нин?”

“В этом нет необходимости. Лу Шаомин не поднял головы.

“Тогда что же нам с ним делать? Лу Шаомин поднял глаза и указал на кофейный столик, где лежала стопка газет и журналов.

- Оставьте его там, и Вы тоже можете идти. - Да, Президент.”

…

Сяо Чжоу получил звонок из отдела маркетинга Гуан Цин, Гуан Цин хотел работать с Нин Цин. Во второй половине дня Нин Цин привел Сяо Чжоу, чтобы отправиться в Гуан Цин. Е Тин подписал контракт с Нин Цин. "Менеджер е, у нашей Нин Цин нет никаких требований относительно вознаграждения, но только одно, наша Нин Цин хочет участвовать во всем дизайн-проекте и его рекламе. Не могли бы Вы подготовить стол здесь для Нин Цин, наша Нин Цин будет временно работать здесь.”

“Ha.- Е Тин не удивился. “Нин Цин, наконец-то у тебя появился шанс сблизиться с президентом. Теперь, когда вы выиграли дюйм, вы хотите милю сейчас? Нин Цин грациозно приняла провокационный взгляд е Тина и рассмеялась. - Наконец-то ты это сказал. Теперь этот шанс есть; почему я должен упустить его? Если менеджер е думает, что это тяжело для вас, то мы не подпишем это соглашение сейчас. Тогда как бы я сказал СМИ... " Нин Цин угрожал ей!

- Хорошо, я соглашусь на все условия Мисс Нин. После того, как мы подпишем контракт, я прикажу кому-нибудь подготовить для вас кабинет.”

Е Тин быстро приготовил кабинет для Нин Цин, но этот кабинет был простым и занимал менее 10 квадратных метров, и располагался он в узком углу! Даже стекло было разбито.

“Нин Цин, что ты хочешь этим сказать? Она делает это нарочно.- Сяо Чжоу не хотел сдаваться. Нин Цин положила предметы, которые держала в руке, и радостно закружилась. - Сяо Чжоу, наконец-то у нас появилась причина войти в Гуан Цин. Думая о Шаоминге, работающем этажом выше моего, Я дышу тем же воздухом, что и он. Я чувствую себя очень довольным. Что же касается этих внешних условий, то на что еще нам жаловаться?”

- Да, мэм."Сяо Чжоу думал об их высоких устремлениях. - Нин Цин, подожди, пока ты снова не получишь должность жены президента, Первое, что мы сделаем, это уволим е Тина!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 179:Извините

Днем Нин Цин сидела в своем маленьком кабинете. Она написала Чжу жую.

Чжу жуй сказал, что президент хочет выпить кофе. У этого человека был острый язык. Кофейные зерна должны были быть размолоты в кофейный порошок, а затем сварены в кофейнике.

Нин Цин записала соотношение кофейных зерен к воде и, наконец, добавила ложку сахара и два миллилитра молока.

Чжу жуй на другом конце провода спросил: "Мадам, это фаворит президента? Будет ли он слишком легким? ]

Нин Цин ответил: "Не его любимый, но мой любимый]

Чжу жуй ответил тремя точками, […]

На губах Нин Цин появилась сладкая улыбка. Какой придирчивый рот. А все потому, что он был избалован и не привык к этому. Нехорошо пить слишком крепкий кофе. Он полюбит легкий кофе, когда попробует его.

Поэтому Чжу жуй принес кофе в кабинет президента в соответствии с инструкциями Нин Цин.

Лу Шаомин сделал глоток, читая документ, и сделал паузу на 2 секунды. Он поставил чашку на стол и посмотрел на Чжу жуя. “Что это за кофе?”

Чжу жуй должен быть хорошо знаком с его вкусом.

Чжу жуй рассмеялся и сказал: “Президент, это новый способ приготовления кофе, который я недавно прочитал в своей книге, поэтому я попробовал его. Президент, как вам это нравится?”

Лу Шаомин сделал еще один глоток кофе и с легким выражением лица кивнул. “Не плохо.”

Кофе был чуть менее горьким, с привкусом сладости от молока и сладким послевкусием во рту.

Чжу жуй, который получил такую высокую оценку, отправил текстовое сообщение Нин Цин, когда он покинул офис, [госпожа, Президент сказал, что это очень вкусно!]

И с этими словами Нин Цин мило улыбнулась.

По правде говоря, она была очень легко удовлетворяемой личностью. Сейчас ситуация была очень плохой, но она чувствовала себя счастливой, если бы могла просто увидеть его и позволить ему попробовать кофе, который она приготовила лично.

Когда Нин Цин была счастлива, раздался стук в дверь, и вошел е Тин.

- Мисс Нин, это рекламный план капустного плюма, который наш отдел маркетинга Только что обсудил и разработал. Вы можете посмотреть, есть ли какие-либо проблемы.- Е Тин была очень профессиональна, когда это было необходимо. Ей не хотелось собирать вещи и уезжать.

Нин Цин взяла в руки маркетинговую стратегию и пролистала несколько страниц. - Твой план состоит в том, чтобы выйти на сцену "т", а потом снять рекламный фильм. Это ничем не отличается от традиционной рекламы. Он недостаточно инновационный, чтобы привлечь внимание людей.”

Экспертиза е Тина была поставлена под сомнение. Она положила руки на талию и сказала: “Мисс Нин, вы знаете, что такое маркетинг? Как вы хотите быть инновационным? Если вы не понимаете, не комментируйте здесь, Если у вас нет лучших предложений.”

Нин Цин держался за маркетинговый план, спокойно посмотрел на Е Тина и сказал: “Хорошо, поскольку менеджер вы так высоко обо мне думаете, я обязательно придумаю хорошее предложение для менеджера Вы должны слушать.”

- Ха, неважно. Е Тин презрительно рассмеялся и отвернулся.

Нин Цин яростно подняла маленький нежный кулачок позади себя. Не смотрите на людей свысока.

Она определенно придумает что-нибудь получше.

…

Все были свободны от работы, и Нин Цин встала и пошла к лифту.

В лифте было полно народу. Нин Цин решила дождаться следующей партии.

Пока она ждала, несколько девушек Гуан Цин пришли к ней за подписью. - Ух ты, Нин Цин, какая ты красивая. Вы можете дать нам свой автограф?”

“ОК.- Нин Цин расплылась в цветочной улыбке и, взяв ручку, дала им автограф.

Она только что закончила подписывать, когда в ее глазах появилась красивая фигура, она подняла глаза, Лу Шаомин шел к президентскому VIP-лифту с этой стороны.

Он спокойно посмотрел на нее, и, возможно, из-за их деловых отношений, он слегка кивнул ей.

- Молодой Господин Лу. Нин Цин вернула ручку девочке и шагнула вперед. - Лифт слишком переполнен, поэтому я жду. Теперь, когда мне посчастливилось познакомиться с молодым мастером Лу, не могли бы вы подвезти меня?”

Это был всего лишь VIP-лифт, он бы не отказался.

Хорошее воспитание этого человека взяло верх.

“В порядке. Лу Шаомин кивнул и отпечаток пальца открыл двери лифта. Джентльмен впустил ее первым, а потом вошел сам.

Он встал перед ней и закрыл двери лифта.

Когда лифт пошел вниз, никто не произнес ни слова. Нин Цин подняла свою маленькую головку, и пара нежных осенних зрачков бессмысленно задержалась на нем.

Его спина была прямой и прямой, а рука с часами была случайно засунута в карман. Нин Цин могла видеть сексуальный выпуклый кадык мужчины вокруг воротника белой рубашки и его чистую глубокую линию волос.

Он оставался неизменным, изысканным и очаровательным повсюду.

Они были очень близко, примерно в 30 сантиметрах друг от друга. Нин Цин знала, что стоит ей шагнуть вперед, и она сможет крепко обнять его, вдыхая его чарующий аромат, как и прежде.

Но она не могла.

Потому что ... он оттолкнет ее.

Может быть, он вообще не подпустит ее близко.

Было приятно украдкой взглянуть на него вот так.

Лу Шаомин знал, что она смотрит на него. Он посмотрел на нее через стеклянное зеркало в лифте. Она смотрела на него такими преданными и благочестивыми глазами.

- Мисс Нин, вы выходите на первом этаже? Я собираюсь поставить машину на первом этаже. Человек внезапно открыл рот и заговорил низким и глубоким голосом.

Мысли Нин Цина были прерваны; он не повернул головы, когда заговорил, как будто задал случайный вопрос. Нин Цин заправила прядь красивых волос за ухо и ответила, приподняв бровь: "хорошо, я выйду на первом этаже.”

Со звоном лифт остановился на первом этаже.

- Молодой господин Лу, благодарю вас. Пока-пока.- Нин Цин вышла из лифта. Вместо того чтобы обернуться, она остановилась в дверях лифта и помахала ему своей простой светлой рукой.

Лу Шаомин взглянул на нее. На ней был черный кашемировый свитер, Жемчужная водолазка, маленькая винно-красная пышная юбка, джинсы и белые туфли. У женщины была энергичная аура, полная молодости и моды.

Она была очень красива. Ее лицо размером с ладонь было нежным и красивым. С белоснежной мочки ее уха свисала, ярко поблескивая, маленькая серьга.

Свет из холла на первом этаже падал на нее, и ее глаза искривились, чтобы тепло попрощаться с ним.

У Лу Шаомина не было никакого выражения лица. Он слегка кивнул и протянул руку, чтобы закрыть лифт.

Девушка исчезла прямо у него на глазах.

На первом этаже он подошел к машине и открыл дверцу "Бентли". Он слегка откашлялся. Он не знал, когда у него пересохло во рту.

…

Нин Цин стояла на обочине в ожидании машины. Ее лимузин приедет, чтобы забрать ее, но она подумала об этом и отправила текстовое сообщение Сяо Чжоу, чтобы сообщить ей, чтобы она не приезжала за ней.

Как только она схватила сотовый телефон, то увидела приближающийся знакомый "Бентли".

Нин Цин подняла улыбающееся лицо и спрыгнула с придорожных ступенек. Все ее тело стояло перед "Бентли".

Лу Шаомин ехал медленно. Когда "Бентли" ехал по улице, он с первого взгляда заметил Нин Цин, стоящую на обочине.

Он не удивился, что она выскочила, чтобы остановить машину. Это уже было ожидаемо.

Он равнодушно поджал губы.

Нин Цин подошла к окну и сказала: “молодой господин Лу, сейчас нелегко поймать такси. Ты можешь меня подвезти?”

Лу Шаомин кивнул. - Садись в машину.”

Нин Цин открыла заднюю дверь и вошла.

…

В машине все еще стоял знакомый ей запах. Он был похож на запах человеческого тела. Нин Цин подняла на него глаза и увидела, что его костяшки пальцев крепко сжимают руль. Его действия были естественными и плавными.

- Мисс Нин, куда вы идете?- Спросил Лу Шаомин, глядя на нее в зеркало заднего вида.

Нин Цин не смутился, когда поймал ее взгляд. Он, вероятно, догадывался, что она чувствует к нему. Ей не нужно было прятаться.

Нин Цин приподняла губы, и неоновый свет отразился от окна, делая ее нежной и красивой, теплой и трогательной. - Молодой господин Лу, где вы теперь живете?”

Он ее не помнит. Помнит ли он еще виллу "чайный павильон"?

Там были романтические моменты, когда они были одержимы друг другом.

Лу Шаомин посмотрел на машину перед собой и сказал: “живу в квартире.”

Вежливый и отстраненный ответ.

- МММ ... - Нин Цин слегка улыбнулся, он действительно забыл виллу чайного павильона. “Тогда, пожалуйста, отправьте меня на виллу семьи Нин на Синьи-Роуд, молодой господин Лу.”

“В порядке.- Лу Шаомин согласился.

Девушка на заднем сиденье замолчала. Лу Шаомин взглянул на нее. Она смотрела в окно, поддерживая подбородок мягкой бескостной рукой. Она нахмурила брови, о чем-то задумавшись.

Лу Шаомина это позабавило. Чего же хочет женщина, которая явно хочет его соблазнить?

Ее фигура и лицо действительно достаточно хороши, чтобы привлекать мужчин. Она придумала случайную встречу, вошла в Гуан Цин, поднялась с ним на лифте и теперь сидела в его машине. Разве она просто не хотела быть ближе к нему?

Теперь, когда появилась такая возможность, она даже ничего не сказала.

Она не уклоняется от своей одержимости им, но Лу Шаомин всегда чувствовал, что она смотрит на другого человека через него. Неужели он похож на нее “никогда раньше, никогда больше?”

Она искала на нем чью-то тень?

Иначе зачем она пыталась приблизиться к нему, просто чтобы спокойно посмотреть на него?

Лу Шаомин чувствовал себя нелепо. Он прожил 31 год и всегда был гордостью небес. Он был выдающимся человеком и никогда не флиртовал с женщинами. Было много женщин, которые хотели соблазнить его, но он всегда был равнодушен, редко желал их, и он был очень горд.

Но он не ожидал, что теперь его будут использовать в качестве дублера.

- Мисс Нин, какую посылку вы послали моей матери в Соединенные Штаты на днях?”

Она знала, что он задаст этот вопрос.

- О, тетушка хотела получить досье на покойного выпускника. Эта запись-мое личное владение. Я познакомилась с тетей в Интернете. Я случайно поехал в Соединенные Штаты и привез ее ей по дороге.”

“МММ” - ответил Лу Шаомин, не понимая, что он имеет в виду. “Ты меня тогда в первый раз увидел?”

Услышав его вопрос, Нин Цин замерла. Она медленно повернула голову, остроумно взмахнула длинными ресницами, похожими на крылья бабочки, и с улыбкой спросила:”

Их взгляды встретились в зеркале заднего вида. Он ничего не ответил, только приподнял губу и слегка рассмеялся.

Послушай ее, кажется, он слишком много думает.

Девушка молчала. Лу Шаомин начал включать музыку в машине. Это была лирическая и романтичная французская песня.

Нин Цин чувствовала себя очень хорошо знакомой с этой песней. Ее изящный маленький носик покраснел, а глаза наполнились ярким водянистым туманом. Она не хотела, чтобы он видел ее такой, поэтому прислонилась к окну и тихо спросила: “Молодой господин Лу, вам очень нравится эта песня?”

Лу Шаомин не ответил.

Поэтому Нин Цин подпевала знакомой мелодии. Она знала, что не умеет петь. Она не могла говорить по-французски, кроме этой фразы.

После пения она пробормотала себе под нос: "молодой господин Лу, вы знаете смысл этой лирики? Я не понимал этого раньше, но теперь понимаю... с того момента, как я впервые увидел тебя, я был глубоко влюблен в тебя…”

В прошлом году, когда они только поженились, она лежала на большой кровати, полной лепестков роз. Это была песня, которую он пел ей на ухо.

Он был глубоким и сдержанным человеком, не очень способным выражать свои чувства, но он так хорошо умел признаться, как будто использовал французскую песню, чтобы сказать ей, что любит ее с первого взгляда.

Как романтично.

Нин Цин была поймана в ловушку своей печали. Вдруг раздался звук, будто кто-то наступил на тормоз, и по инерции она неожиданно упала вперед.

Прежде чем ее маленькая голова коснулась переднего сиденья, два пальца сжали ее маленькую челюсть. Мужчина обладал огромной силой и прямо подтащил ее лицо к своим глазам. Лу Шаомин тихо спросил: "Кто ты такой?”

Нин Цин не ожидала такой бурной реакции. Она подняла глаза, чтобы посмотреть на него, но слезы упали и затуманили ей зрение.

Ладонь Лу Шаомина была теплой и влажной. Это были ее слезы.

- Она плакала.

Лу Шаомин почувствовал боль, идущую из его сердца. Его глубокие черно-белые зрачки вспыхнули легкой паникой. “Почему ты плачешь?”

Нин Цин глупо посмотрела на него и не знала, что ответить.

Как неловко им было в этот момент. Его изысканное и безупречно красивое лицо было увеличено перед ее глазами, и его дыхание обдувало ее красивое лицо.

Слезы текли все сильнее и сильнее. Нин Цин прикусила нижнюю губу жемчужно-белыми зубами, чтобы не издать ни звука.

Ей очень хотелось обнять его и заплакать.

Он не узнает, что она так сильно скучала по нему в те дни, когда его не было.

Лу Шаомин не мог видеть, как она закусила губу. У него начала болеть голова. Он нахмурился и почувствовал себя неловко. Его грубый палец неудержимо вытирал ее слезы, которые превратились в ласку.

Затем серия мелодий нарушила тишину, когда зазвонил мобильный телефон Лу Шаомина.

Как будто Лу Шаомин внезапно очнулся ото сна. Он молниеносно отдернул руку. - Извините, - сказал он несколько растерянно и раздраженно.

Трубку снял Лу Шаомин.

Нин Цин, не сдерживаясь, откинулся на спинку заднего сиденья. Она вытерла слезы своей маленькой ручкой. Только сейчас она потеряла контроль. Он…

На самом деле он не испытывал к ней никаких чувств.

Ее нежная кожа все еще хранила следы его ласк. Было немного больно и онемело. Его ладони были такими большими, что в два раза превосходили ее маленькое личико.

Лу Шаомин повесил трубку, сказав несколько раз” О'кей". Он снова завел машину. "Бентли" медленно выехал на главную полосу. На его красивом лице не было и следа раздора. Вытянув язык, чтобы облизать пересохшие губы, он медленно произнес: - французская песня только что вызвала у меня знакомое чувство, так что... извини. Сначала я отвезу тебя домой. Позже мне нужно будет кое-кого встретить в аэропорту.”

Нин Цин тоже успокоилась. Она засмеялась и сказала: “Только что я вспомнил кое-что о некоторых прошлых событиях, поэтому мне было немного...грустно. Неожиданно юному мастеру Лу тоже понравилась эта песня, так что мы вполне обречены. Вы едете в аэропорт? Случилось так, что я собираюсь встретить друга в аэропорту. Пойдем вместе.”

Лу Шаомин больше не говорил, и эти волны в его сердце успокоились с “прошлыми событиями Нин Цин".”

Он поднял свою губу с самоиронией и безразличием, Лу Шаомин не будет дублером для кого-либо.

…

В аэропорту

Лу Шаомин пошел забрать свою мать, Сун Яцзин, и рядом с ней стояла очень элегантная и красивая женщина.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 180:О Путешествии В Поисках Любви

Войдя в двери аэропорта, Нин Цин и Лу Шаомин разделились. Теперь Лу Шаомин вышел вперед, чтобы поприветствовать Сун Яцзин, а Нин Цин спокойно стояла рядом и наблюдала. Рядом с Сун Яцзин стояла женщина. Нин Цин узнала ее. Она была единственной внучкой основателя крупнейшей в мире винодельни. Красное вино семьи Чжоу было всемирно известным, у них было множество виноделен под их именем. Семьи Лу и Чжоу дружат уже много поколений. Лу Шаомин и Чжоу Чжилэй можно было считать возлюбленными детства.

Чжоу Чжилэй была красавицей. Она окончила престижный университет с двойным дипломом магистра, после окончания которого поступила на винодельню и добилась блестящих результатов. Она была классной карьеристкой. Нин Цин вспомнила требования Сун Яцзин к своей невестке, происходящей из богатой семьи, элегантной, сдержанной и благородной. Вероятно, она говорила о Чжоу Чжилэе. Стандартный образ дочери из знатного дома и светской львицы в обществе.

“Мама. Лу Шаомин принял багаж из рук Сун Яцзина и искоса взглянул на Чжоу Чжилэя. - Жилей, - тепло сказал он.”

- Брат Мин."Каким бы достойным и сдержанным ни был Чжоу Чжилэй, глядя на Лу Шаомина, ее маленькое личико краснело, а глаза были в конечном счете нежными. Лу Шаомину был знаком такой взгляд, он делал вид, что ничего не замечает, и у него не было никаких эмоций.

- Шаоминг.- Сун Яцзин видела, что чувства Чжоу Чжилэй к сыну были написаны на ее лице. У нее была довольная улыбка. - На этот раз мама здесь, в Ти-Сити. Чжоу Чжилэй тоже пришел сюда намеренно. Я подумал, что это тоже хорошо. Когда вы, молодые люди, будете вместе, вам будет легко развивать свои чувства.”

- Мам, я заказала столик в отеле, давай поужинаем вместе. Лу Шаомин быстро сменил тему разговора и подошел к Сун Яцзину.

Сун Яцзин знала, что у ее сына свой собственный темп. Чем больше она спешила, тем меньше была скорость. Она улыбнулась и похлопала Чжоу Чжилэя по руке, обхватившей ее локоть: "Чжилэй, пойдем, поужинаем всей семьей.”

Ее слова” вся семья " заставили Чжоу Чжилэй застенчиво улыбнуться. Она не могла контролировать себя, и ей пришлось еще раз украдкой взглянуть на Лу Шаомина. Лу Шаомин привык к этому, но Нин Цин заметила это впервые. Она стояла в стороне и смотрела на него, и ее сердце чувствовало себя неуютно, как будто из него лилась кислота.

В этот момент ее муж и свекровь стояли рядом с другой женщиной. Она слышала, что в этом году Чжоу Жилею исполнилось 26 лет. Она провела всю свою юность, ожидая Лу Шаомина, и была по-настоящему влюблена в этого человека. Сун Яцзин подошел к дверям и прошел мимо Нин Цин, которая стояла там. Она посмотрела на отрицательное выражение лица Нин Цин. Она тихо обратилась к Лу Шаомину: “Шаомин, ты должен ясно видеть тех, кто тебя окружает. Что касается тех, кто имеет дурные намерения, и женщин, которые намеренно идут вам навстречу, вам нужно держаться от них на расстоянии. Двери семьи Лу не позволяют просто кому-то войти так легко.”

Лу Шаомин не смотрел на Нин Цин. Его красивая фигура была подобна порыву быстрого и свирепого ветра, пронесшегося мимо Нин Цин. - Да, Мам. Я знаю, что такое правильное поведение.”

…

Нин Цин вышла из дверей аэропорта. Она посмотрела, как Лу Шаомин по-джентльменски открывает дверцы пассажирского сиденья. Сун Яцзин и Чжоу Чжилэй вошли внутрь и сели. "Бентли" уехал в мгновение ока. Нин Цин поспешно остановила такси и сказала: “водитель, следуйте за этим Бентли.”

…

За рулем "Бентли" сидел Лу Шаомин. Сун Яцзин и Чжоу Чжилэй сидели сзади, и он не слышал, о чем они болтали. Что бы они ни говорили ему, это входило в одно ухо и выходило из другого.

Он воспользовался зеркалом заднего вида, чтобы посмотреть на такси, следовавшее за ними все это время. Ему вдруг захотелось узнать, почему девушка преследует ее.

…

Через десять минут "Бентли" остановился перед отелем. Три человека вышли из машины и сели у окна в вестибюле. Официант подал блюда. Поскольку Лу Шаомин был за рулем, у него не было никакого алкоголя, только стакан воды. Когда он поднял стекло, то увидел в окне тень девушки. Она стояла на обочине дороги и смотрела в его сторону как в тумане. Смотрела ли она на него?

Лу Шаомин знал, что она смотрит на него! - Шаоминг, Шаоминг... - окликнула его Сун Яцзин, сидевшая с противоположной стороны. - Что? Он снова сосредоточился и лениво ответил: - Шаомин, Чжилэй и я проделали весь этот путь, чтобы навестить тебя, - печально сказала Сун Яцзин. Почему ты даже не произносишь ни слова? Ты, кажется, отвлекся.”

- Мам, неужели ты не нашла кого-нибудь, с кем можно было бы поболтать? Тогда что еще ты хочешь от меня услышать?”

“Этот ребенок…”

- Тетя, не сердитесь. У брата Мина такая личность. Ах да, тетя, почему дядя не вернулся на этот раз?- Чжоу Чжилэй привыкла к взгляду Лу Шаомина, и она успокаивала Сун Яцзин мягко и мудро.

- Твой дядя занят своей работой. Разве он не говорил раньше, что поедет в Европу с твоим дедом, чтобы присутствовать на каком-нибудь роскошном банкете с красным вином? Характеры вашего дяди и вашего деда очень хорошо совпадают; их отношения подобны отношениям отца и сына.”

Сун Яцзин и Чжоу Чжилэй весело болтали. Лу Шаомин взял палочками кусок копченого бобового творога и положил его на тарелку. У него не было аппетита, и его взгляд не мог не остановиться за стеклянными окнами. Из ниоткуда за окнами начал накрапывать дождь. Лу Шаомин поднял глаза: на улице шел дождь.

Он положил палочки и посмотрел вниз. Эта девушка смотрела себе под ноги. Может быть, ей было холодно. Две ее тонкие руки были обхвачены вокруг талии. Лу Шаомин почувствовал, что его дыхание стало прерывистым. Он поднял руку и приготовился подозвать официанта. Но прежде чем он успел заговорить, девушка за окном была окружена несколькими страстными поклонниками; все приставали к ней за автографом.

Она скривила губы в улыбке, приготовилась раздавать автографы, и поклонник подарил ей зонтик. Она повернулась боком и медленно раскрыла зонтик, светло-фиолетовый с кружевной отделкой сбоку. Какое-то время она стояла неподвижно, не глядя в его сторону, и решила уйти. Пройдя два шага, я увидел придорожный киоск, где продавались пончики. Она достала из кармана несколько монет и купила пончик с клубникой.

Лу Шаомин посмотрел на нее. В одной руке она держала зонтик, а глаза опустила вниз. Несколько прядей волос упали на ее щеки, очерчивая нежное и маленькое личико. Она была похожа на котенка, которого кто-то бросил. Она вытянула язык, чтобы слизнуть сливки с пончика. Пока она ела, по ее лицу катились слезы. Да, она снова плакала. Видение Лу Шаомина было слишком божественным. Он ясно видел, как ее яркие и красивые губы дрожат от печали и беспомощности. Какой-то прохожий толкнул ее в плечо. Она не поднимала головы и плакала, пока ела пончик. Лу Шаомин закрыл глаза и с усилием открыл их снова.

Сун Яцзин, сидевшая напротив него, поняла, что ее сын ведет себя ненормально. - Шаоминг, что с тобой случилось? - с беспокойством спросила она. У тебя опять болит голова?”

- Брат Мин, может, мне позвонить старшему брату? Он ... - Лу Шаомин погладил себя по лбу, и лицо его слегка побледнело. Он встал и сказал: “Мама, у меня болит голова. Вы, ребята, не торопитесь и наслаждайтесь едой медленно. Я должен идти.”

"Шаоминг”

- Брат Мин.”

…

Лу Шаомин сидел в "Бентли". У него действительно разболелась голова, и часть его сердца чувствовала себя так, словно его ужалили пчелы. Большим пальцем он надавил себе на виски. В этот момент зазвонил его телефон-звонил Чжоу Даюань.

Чжоу Даюань был братом Чжоу Чжилэя по крови. У них были хорошие отношения друг с другом. Чжоу Даюань окончил Гарвардскую медицинскую школу. После окончания университета он остался в Англии, чтобы стать врачом. Ему было всего 30 лет, но он уже был профессором медицины. Он был его главным врачом, когда ему сделали операцию в Англии. Лу Шаомин снял трубку и, нахмурившись, сказал: “Привет, Даюань.”

Чжоу Даюань мог слышать его ненормальный голос по телефону. Теплым, чистым голосом он спросил: "Шаоминг, что с тобой случилось? У тебя опять болит голова?”

“Да. Лу Шаомин кивнул головой. “Я уже говорил тебе, что тебе нужно восстановиться после такой болезни. Вы не подходите для того, чтобы сразу же приступить к работе. Кроме того, операция привела к частичной потере памяти. Не заставляйте себя копаться в прошлом.”

Лу Шаомин уныло опустил голову на сиденье. - Даюан, ты можешь сказать мне, что я потерял в этой части своих воспоминаний? Почему я чувствую, что мое сердце было опустошено? Все, кто был рядом со мной, тоже изменились…”

Кроме того, была девушка, девушка, которая заставила его испытать чувство разбитого сердца.

…

Нин Цин подняла голову после того, как съела пончик. Сама того не сознавая, она уже шла к чайному павильону виллы. Поднимаясь по лестнице, она делала шаг за шагом. Она стояла на винтовой лестнице у дверей виллы. На этой винтовой лестнице было много воспоминаний. Раньше она много раз стояла здесь, ожидая возвращения Лу Шаомина, и босиком бежала в его объятия…

Теперь вилла была пуста. На вилле не было теплого света. Поле было холодным, а вилла погружена в темноту. Каждая его часть была мертвенно неподвижна. Ее белая рука касалась каждого дюйма двери из красного сандалового дерева, украшенной резьбой в виде цветов. Когда ей надоело до него дотрагиваться, она села на ступеньки и уткнулась лицом в колени. Ее Лу Шаомин. Когда вернется ее Лу Шаомин? 3 месяца. Времени оставалось совсем немного. Неужели он снова влюбится в нее?

Она призналась, что была глубоко задета сценой в отеле. Трое из них сидели на виду у всех, но она была одна, стоя под дождем. Свекровь не любила ее, и рядом с ним появилась еще одна женщина. Она была очень ревнива. Лу Шаомин, знал ли он вообще? Она была его маленькой женой, он мог принадлежать только ей!

…

Сяо Чжоу вышла из машины и увидела на лестнице человека, съежившегося в маленький комочек. Она поспешно подбежала и сказала: "Нин Цин, что ты здесь делаешь? Я до смерти волновалась, когда не могла ни позвонить, ни найти тебя. Сейчас идет дождь, а ты не пользуешься зонтиком. Твое тело насквозь мокрое! Давай быстрее, садись в машину. Только не простудись.”

Нин Цин медленно подняла голову. Она посмотрела на Сяо Чжоу и сказала: “Сяо Чжоу, я думала об этом.”

- Что?”

“Я придумал лучшую рекламу капустного шлейфа.”

Сяо Чжоу ничего не понял. Она использовала свои руки, чтобы помочь Нин Цин подняться. она коснулась лба Нин Цин. Чувствуя жалость к ней, она сказала: "Нин Цин, у тебя, должно быть, галлюцинации из-за лихорадки! Вы сидели здесь и думали о рекламе капустного шлейфа? Пойдем со мной, быстро.- Сяо Чжоу потянул маленькую ручку Нин Цин и усадил ее в машину.

…

В машине Нин Цин вытерла капли воды с чистых волос и завернулась в шерстяную шаль. Сяо Чжоу передал ей чашку горячего чая с молоком, и Нин Цин отпила глоток. - Очень вкусно, спасибо, Сяо Чжоу. Глядя на бессердечную улыбку Нин Цин, Сяо Чжоу почувствовала, как ее зрение затуманилось от слез. Нин Цин всегда была сильной девушкой. Но когда вокруг никого не было, она запиралась и зализывала раны.

- Нин Цин, если ты расстроена, то можешь просто сказать все как есть. Вы бежали к любовному гнездышку, которое вы с Лу Шаомоном делили в прошлом. Разве не для того, чтобы с нежностью вспоминать минувшие дни? Почему вы говорите о рекламе? Ты меня пугаешь!”

У Нин Цин была невинная и чистая улыбка. - Сяо Чжоу, я действительно подумал о хорошей рекламе. Я хочу, чтобы Лу Шаомин снова влюбился в меня за эти 3 месяца. Но сначала я должна показать ему, во что можно влюбиться. Он не поверхностный человек; он не влюбился бы в меня только из-за того, что мое красивое лицо несколько раз появлялось перед ним. Поэтому мне нужно получить результаты, чтобы заставить его сесть и обратить на меня внимание. Подождите, пока я появлюсь в его глазах, тогда я не буду беспокоиться, что я не в его сердце.”

Сяо Чжоу вздохнул с облегчением, оказалось, что Нин Цин была нормальной. Но ей было любопытно. “Нин Цин,что это за великий план? Нин Цин тайком подмигнула и, держа в руках чай с молоком, удовлетворенно откинулась на спинку сиденья. Лу Шаомин, приготовься отдать свое сердце!

…

На следующий день она отправилась к Гуан Цин. Нин Цин направилась прямо в кабинет е Тина. - Менеджер йе, я придумал лучшую идею рекламного видео для капустного шлейфа.”

“О, это правда?- Е Тин не ожидал, что Нин Цин действительно примет это дело близко к сердцу. Она ответила без особого энтузиазма и продолжила работу.

"Менеджер е, мы изменим модель подиума на сценическую пьесу, а затем вставим рекламу капустного шлейфа в сценическую пьесу.- Е Тин подняла голову, глядя на список проектов. Она удивленно спросила: "Что? Вставить объявление? Нин Цин, о чем ты думаешь? Продакт-плейсмент-это дело, которое делается под столом. Теперь вы хотите использовать метод продакт-плейсмента в спектакле для рекламы капустного шлейфа? Все внимание будет приковано к пьесе; капустный шлейф будет просто вспомогательной ролью. Вы действительно поменялись ролями с этим планом.”

“Как это могло сработать?- Белое и безупречное лицо Нин Цин было полно уверенности. Она медленно объяснила: "Сценарий этого спектакля будет написан лично мной. Эта история определенно начинается с капустного шлейфа. Сценическая пьеса была бы гармонией как современной красоты подиума, так и гибкости сюжета. Мы пригласим популярных королей и королев в индустрии развлечений разыграть эти роли и максимально использовать звездную силу.

"Кроме того, хотя размещение рекламы не является чем-то, что можно сделать на столе, вы не можете отрицать, что размещение продукта свирепствует повсюду. С тех пор начались яростные дебаты. Теперь мы могли бы перенести размещение продукта на сцену и использовать дебаты, чтобы вызвать интерес. Чем более спорным будет вопрос, тем более известным будет продукт. Капуста слива определенно будет хитом на рынке.

"Наконец, в последние несколько лет существует жесткий стандарт использования подиума, дополненный рекламным роликом. Почему бы нам не начать новую тенденцию? Нам нужно смело мыслить, быть нетрадиционными и готовыми экспериментировать. Это то, что нужно рынку прямо сейчас: новая кровь. Мы можем стать лидером стаи и породить новое движение в рекламном мире.- Е Тин слышал ее слова как в тумане. Если быть честной, то вчера она вообще не вкладывала в свое сердце планы Нин Цин, потому что каждый был мастером в своей особой области. Нин Цин не была знакома с этой частью рекламы.

Но она поняла, что ошиблась. Если мне не изменяет память, Нин Цин специализировалась на маркетинговой рекламе и производстве в школе медиа и коммуникаций. Она не могла не согласиться с тем, что ее необычный план был смелым и оригинальным. Почему она об этом не подумала?

Е Тин почувствовал некоторую угрозу. Как гордость Гарварда, ее способности были признаны всеми. Прислушиваясь к планам Нин Цин, она могла предсказать, что реклама театральной пьесы привлечет большое внимание и принесет большую прибыль. Ей всегда подражали другие, и никто не мог превзойти ее.

Будет ли капустный шлейф ее чудом?

Е Тин кашлянул. Скрывая потрясение в своем сердце, она открыла рот, чтобы спросить: "тогда какова же тема рекламы капустного пера? Вы об этом не думали?”

“Да. Нин Цин кивнула и подняла голову, чтобы посмотреть на яркий солнечный свет, льющийся из французских окон. Она сказала с любящей улыбкой: "тема капустного шлейфа на этот раз – путешествие, чтобы найти любовь.”

Е Тин несколько секунд молчал. - Реализация этого плана будет сопряжена с определенными трудностями. Вернитесь, чтобы сделать подробное предложение. После этого мы обсудим это с командой, чтобы увидеть, насколько это правдоподобно.”

- О'Кей! Нин Цин увидела надежду и быстро кивнула в знак согласия.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 181:Мисс Нин, Как Вы Думаете, Этого Достаточно?

Нин Цин провела все утро, разрабатывая план действий. В полдень она отправилась на ланч с несколькими сотрудниками, которые также оказались ее поклонниками.

Когда она вернулась в свой кабинет после обеда, Нин Цин обнаружила, что план реализации, который она положила на стол, исчез.

Нин Цин вышла и спросила нескольких коллег: "вы видели, как кто-нибудь входил в мой кабинет?”

Коллега, которому очень нравилась Нин Цин, прошептал ей на ухо: “Нин Цин, я только что видел, как менеджер е прокралась в ваш офис с документом в руке.”

Глаза Нин Цин вспыхнули; е Тин взяла ее план реализации.

Нин Цин тут же повернулась и побежала в кабинет е Тина, но там никого не было. Ассистентка сказала ей, что менеджер е уехал на совещание. Лу Шаомин лично созвал совещание руководства, чтобы официально запустить проект "капустный шлейф".

Сердце Нин Цин пропустило удар, и некоторые поняли цель е Тина.

Она побежала на собрание.

…

У входа в конференц-зал стояли телохранители. Нин Цин не обладала достаточной квалификацией, чтобы выслушать такое совещание высокого уровня. Она достала мобильный телефон и отправила короткое сообщение Чжу жую.

Итак, загорелся сотовый телефон Чжу жуя в конференц-зале, он переключил свой телефон в беззвучный режим, спокойно посмотрел на текстовое сообщение, затем встал, извинился перед Лу Шаомоном и вышел.

Нин Цин увидела, что дверь открылась. Она стояла у трещины. Когда Чжу жуй вышла, она случайно увидела сцену внутри.

За длинным столом для совещаний сидели все высокопоставленные люди в костюмах. Конференц-зал был оформлен в холодных тонах, и было так торжественно и тихо, что можно было услышать падение булавки, и Е Тин стояла, когда она представляла маркетинговый отчет капустного плюма с компетентностью и уверенностью.

Е Тин сказал: "Мы заменили традиционные Т-сценические шоу и рекламу театральной рекламой и смело создали новую реку в рекламной и рыночной индустрии.”

Нин Цин прислушалась, и ее тут же вырвало. Е Тин не только украл ее план реализации, но и научился говорить, как она. Она была слишком бесстыдна.

Это гордость Гарварда?

Эти высокопоставленные люди внимательно слушали. Они взволнованно слушали прекрасный чертеж е Тина, и их глаза были полны восхищения.

Как только речь е Тина закончилась, зал заседаний наполнился бурными аплодисментами.

Нин Цин посмотрела на человека, сидящего на высоком стуле. Лу Шаомин был одет в белую рубашку и темно-синий полосатый галстук на шее. Он был красив и изящен. Он поднял голову и посмотрел прямо на Е Тина.

“Ты придумал этот план?”

Он действительно был глубоким и замкнутым человеком. Нин Цин заметила, что он смотрит прямо на нее, и в его глазах мелькнула улыбка.

Е Тин также поймал взгляд Лу Шаомина. Это был первый прямой взгляд, который Лу Шаомин бросил на нее с тех пор, как она встретилась с ним.

Е Тин был счастлив. Она сверкнула улыбкой и кивнула. “Да.”

- Президент, маркетинговая стратегия менеджера Йе капустного шлейфа великолепна, она нарушает традиционные условности и занимает непобедимую позицию. Менеджер Йе действительно заслуживает того, чтобы быть гордостью Гарварда.”

- Да... - эхом отозвались сотрудники управления.

Лу Шаомин кивнул. “Да, это действительно хорошо.”

Не каждый мог получить похвалу Лу Шаомина. Е Тин немедленно выпрямилась, пара прекрасных глаз смотрела на Лу Шаомина, не пытаясь спрятаться.

“Что случилось, мадам? Чжу жуй закрыл дверь и тихо спросил:

- Секретарь Чжу, у меня к вам просьба.- Нин Цин сказала несколько слов на ухо Чжу жую.

…

Затем е Тин представил тему пьесы. Лу Шаомин внимательно слушал. В это время в поле его зрения появилась изящная фигурка.

Он слегка скосил глаза: пришла Нин Цин.

Сегодня на ней была длинная черная футболка с мультяшным рисунком и длинная сине-фиолетовая хлопчатобумажная куртка. Хлопчатобумажная куртка была испещрена зелеными точками в швах. Он был прост, но характерен и имел очень раннюю весеннюю ауру.

Хлопчатобумажная одежда прикрывала ее бедра. Ее ноги были обуты в черные кожаные сапоги до колен, которые заканчивались чуть ниже колен, делая ее стройные ноги слишком заметными, в то время как маленькая кожа, открытая от колен до ватника, была светлой и плотной.

Лу Шаомин понимала некоторые причины, по которым она стала представителем бренда Slly в Азии. Девушка хорошо разбиралась в модных элементах и могла подобрать любое платье под свой собственный шарм.

Но зачем она пришла?

Нин Цин держала в руке чайник. Она подошла налить воды и добавить чаю.

Она направилась прямо к Лу Шаомину, предварительно добавив чай в чашку, стоявшую у него под рукой.

Лу Шаомин даже не взглянул на нее. Он поднял глаза и увидел, что люди, стоявшие под ним, были потрясены, увидев Нин Цин. Нин Цин была слишком яркой и красивой. Королева кино этого поколения теперь была в центре внимания. Богиня, которую они могли видеть только по телевизору, появилась здесь. Высокоуровневые люди были в трансе и почти ошеломленно смотрели на нее.

Глаза Лу Шаомина были остры, как у орла, и он спокойно оглядел всех людей.

Все в страхе опустили глаза. Они лишь секунду смотрели на Нин Цин. Почему их президент так разозлился?

Е Тин произносила мощную речь, но она заметила, что люди, которые раньше ценили ее, рассеяли свое внимание. Она почувствовала, что это странно, а потом поняла, что пришла Нин Цин.

Нечистая совесть всегда чувствует опасность. Е Тин запаниковал.

Нин Цин действительно пришла, чтобы наполнить их напитки. Она ничего не ответила. Налив чаю Лу Шаомину, она налила чаю е Тину, сидевшему рядом с ней.

“Я сделаю это сам.- Е Тин нервничала и хотела взять бумажный стаканчик, но запаниковала, и кипяток выплеснулся прямо из стаканчика.

- Управляющий Йе, с вами все в порядке. Нин Цин быстро поставила чайник и вытащила бумажное полотенце, чтобы помочь е Тин вытереть стол перед ней.

Кипяток смочил первую информацию на рабочем столе е Тина. Нин Цин начала было убирать его. Один из материалов, показанных ниже, действительно принадлежал ей. Она написала его в спешке, нацарапала чернильной ручкой и много раз переделывала. Это была рукопись, написанная от руки.

Лу Шаомин взглянул на появившуюся рукопись. Глаза у него были темные. Он медленно вытянул губы и спросил с улыбкой: "менеджер Йе, вы были в спешке, когда думали об этой рекламе драматической пьесы? Вы даже привезли рукопись?”

Выражение лица е Тина было жестким. Она не знала, разоблачили ее или нет. Она могла только рассмеяться и сказать: "ха-ха, да, Президент…”

Она только что сказала это, когда Лу Шаомин швырнул документ в лицо е Тину.

Е Тин не посмел увернуться. Документ представлял собой несколько листков бумаги. Он не причинил ей боли, когда упал ей на лицо. Джентльменское поведение этого человека не позволяло ему причинить боль женщине, но сила бумаги была как острый нож на ее лице.

Это было более неловко для Е Тин, чем несколько пощечин.

Она посмотрела на падающий документ, который был написан ею.

Ее почерк сильно отличался от почерка этой рукописи.

Лу Шаомин увидел это с первого взгляда.

Возможно, Лу Шаомин догадался о половине этого, наблюдая за ее поведением в присутствии Нин Цин.

Выражение лиц старших руководителей изменилось в связи с этим событием. Они понятия не имели, что произошло.

Лу Шаомин встал и сунул руку в карман брюк. Его низкий голос вызвал ощущение силы. - Управляющий йе, я надеюсь, что вы сможете объяснить это дело. Сегодняшнее заседание окончено, все свободны.”

Лу Шаомин встал и вышел.

…

Высокопоставленные сотрудники разошлись, оставив е Тин и Нин Цин в огромном конференц-зале.

Е Тин крепко сжала кулаки и сердито сказала: “Нин Цин, ты сделала это нарочно!”

Нин Цин встретилась с ней взглядом и лениво улыбнулась. “Да, я просто пришел разоблачить тебя. - Что случилось? Менеджер Йе сердится? Какое право имеет менеджер вы злиться? Если вы не просите его, вы крадете его. Если вы наслаждаетесь плодами труда других людей и берете всю честь на себя, как вы можете смотреть в лицо своему китайскому учителю, который научил вас слову "стыд"?”

- Ты... хорошо, Нин Цин, я посмотрю, как долго ты сможешь радоваться.”

- Менеджеру Йе не стоит об этом беспокоиться. Вам лучше подумать о том, как объяснить это вашему президенту.- Нин Цин вышла.

…

Нин Цин вышла из комнаты для совещаний. Когда она повернулась в коридоре, то увидела красивую фигуру, стоящую перед ней. Заметил ее появление. Лу Шаомин медленно обернулся.

Пара глубоких, ярких черных глаз смотрела на ее лицо, когда он слегка приоткрыл свои тонкие губы. “Вы подумали об этой театральной рекламе?”

“Да. Нин Цин сверкнула милой улыбкой и энергично закивала головой.

Неужели он остановился здесь, чтобы подождать ее?

Она была так счастлива.

- Е Тин украл твою идею. Почему вы не разоблачили ее прямо сейчас в конференц-зале?”

- Потому что ... как вы думаете, будет ли уместно, если я разоблачу ее на месте? Нин Цин не ответила, а вместо этого задала ему вопрос.

Его сотрудники украли чужую идею, и на встрече высокого уровня все, включая его самого, похвалили е Тина. Разве это не будет пощечиной для всех, если она разоблачит ее на месте?

Кроме того, на заседание высокого уровня вторгся посторонний человек и попытался бороться за реализацию плана, который никому не был полезен.

Лу Шаомин понял, что она имела в виду. Он не мог не посмотреть на нее еще дважды. Она была девушкой, которая умела держать себя в руках. Эта девушка была полна мудрости.

Смелый и хитрый.

Она разоблачила этого человека после того, как поняла, что ее план реализации был украден, но это было очень искусно и спасло лицо почти для всех участников.

- МММ. Лу Шаомин кивнул. Он поднял свои острые брови. Он был в хорошем настроении, когда спросил: "А что, если я этого не понял?”

Что, если он не заметил, что почерк был другим, и не догадался, что это ее почерк?

Нин Цин улыбнулась и покачала головой. Ее прекрасные осенние зрачки ласково смотрели на него. “Нет, я тебе верю.”

В ее представлении он всегда был могущественным, всемогущим мужем-миллиардером.

“Кого бы вы хотели сыграть в этой пьесе?- Продолжал расспрашивать он.

- Хм... как насчет того, чтобы быть популярным развлекательным ребенком и национальной богиней, Оу Ло Си и Ся Сяофу?”

У нее уже были на примете кандидаты.

Лу Шаомин не сказал, Хорошо это или плохо, он просто сказал: “Хотя это драма, от одежды до освещения, ничего не может быть не так. У вас нет режиссерского опыта, какой режиссер, по-вашему, хорош в индустрии развлечений? Я могу позволить ему помочь тебе.”

Глаза Нин Цин сверкали, когда он слушал. Что он имеет в виду?

- Молодой господин Лу, вы позволите мне поставить эту пьесу?”

“Это твой проект. Почему бы тебе не руководить им?- Возразил Лу Шаомин.

Сердце Нин Цин было счастливо. Она сделала два шага и встала перед Лу Шаомоном. В коридоре никого не было. Она подняла на него свою маленькую головку. Ее голос был нежным и мягким. - Молодой господин Лу, благодарю вас за доверие. Я уверен, что не подведу тебя. Что касается того, как я буду управлять им, я позабочусь об этом, так что не беспокойтесь об этом. Кроме того, позвольте мне заранее заявить, что, хотя эта пьеса была создана для капустного шлейфа, это моя первая работа. Его окончательные авторские права и права на интерпретацию принадлежат мне, и я заберу его.”

Может быть, она обсуждала с ним какие-то условия?

Девушка перед ним доходила ему только до подбородка, даже в туфлях на высоком каблуке. Ее осенние зрачки сверкали ярким осенним водянистым светом. Ее тонкие брови, нарисованные тушью, взлетели и раскрылись, демонстрируя спокойную уверенность в себе, как распустившаяся роза.

Он слышал, что она была самой молодой актрисой, которая была коронована королевой кино в возрасте 20 лет.

Как бы она удивилась, если бы в 21 год стала режиссером собственного фильма?

В глубоких глазах Лу Шаомина появился оттенок признательности, и его голос стал мягким. - Да, я обещаю тебе. Меня не волнуют дела директора, но я позволю отделу маркетинга помочь вам решить ваши проблемы.”

- Хорошо, благодарю Вас, молодой господин Лу. Кроме того, я слышал, что у молодого мастера Лу очень хорошие отношения с ОУ Ло Си, и боюсь, что если бы я пригласил его, он бы мне отказал. Могу ли я попросить молодого господина Лу позвонить Оу Ло Си? Сяофу - мой хороший друг. Я приглашу ее лично.”

“В порядке. Лу Шаомин просто кивнул.

Какое-то мгновение оба молчали. Лу Шаомин посмотрел на нее, а девушка-на него. Лу Шаомин кашлянул и прекратил пристальный взгляд. “Если больше ничего нет, то у меня есть дела.”

Лу Шаомин повернулся и вышел.

- Эй, Молодой Господин Лу!”

Когда он обернулся, рукав его белой рубашки был задран.

Он покосился на нее, и девушка, протянув два маленьких пальчика, робко взяла его за рукав.

У нее были красивые руки, длинные и тонкие, как зеленый лук, пальцы и аккуратно подстриженные шляпки ногтей. У нее не было длинных ногтей или накрашенных ногтей, как у других женщин. В ее блестящих круглых шляпках для ногтей был здоровый розовый оттенок.

Повернув голову, чтобы посмотреть на нее, девочка покраснела. Она была немного застенчива. Она не осмелилась убрать руку. Она боялась, что он уйдет.

- Что-нибудь еще?- Его голос был несколько хриплым.

Наверное, он впервые видел кого-то похожим на такую маленькую девочку.

- МММ. Нин Цин храбро посмотрела в его черные глаза и покраснела. “Ты еще не похвалил меня.”

- Что?- Лу Шаомин был озадачен.

“... На собрании я слышал, как вы хвалили управляющего Е. Эта похвала принадлежала мне.”

Лу Шаомин неудержимо хихикнул, щекочась от ее милого тона. В довершение всего, в конференц-зале она была так умна и проницательна, чтобы вернуть дизайн, который принадлежал ей, но теперь она по-детски просила его похвалить ее.

Незрелый.

Лу Шаомин закатал рукава, не обращая на нее внимания, и пошел прочь.

- Эй, Молодой Господин Лу! Видя, что он не обращает на нее внимания, Нин Цин сердито топнула ногами, подбежала к нему и вытянула две тонкие руки, чтобы преградить ему путь.

Она прикусила ярко-красные губы и, глядя на него, спросила нежным голосом: “Мне все равно. Я придумал такой хороший дизайн для капустного шлейфа. Я хочу услышать, как ты меня хвалишь. Молодой господин Лу, не стоит ли вам кусок мяса, чтобы похвалить меня?”

Это был ее первый раз в качестве режиссера, она нервничала и нуждалась в его похвале.

Он всегда хвалил ее, держа на руках и приговаривая: “моя маленькая жена-самая лучшая и умная.”

Ей все равно. Она хотела это услышать.

В это время они были очень близки. Их одежда терлась друг о друга, ладонь Лу Шаомина в кармане брюк слегка онемела. Ему вдруг стало не хватать вчерашнего прикосновения к ее маленькому личику.

Ее кожа была розовой и нежной. Это было похоже на шелк на юге реки Янцзы. Это было очень деликатно.

Его кадык дернулся.

Лу Шаомин медленно подошел к ней, и его тонкие алые губы приблизились к ее белоснежным мочкам ушей. Он сказал: "Нин Цин, ты великолепна.”

Нин Цин была сразу же тронута. Он потерял память и больше ничего не будет чувствовать и обнимать ее. Но во многом он не изменился. Например, его хвалебный тон.

Он сказал, что она великолепна!

Когда Нин Цин была удовлетворена, мужчина снова спросил с легкой иронией: “госпожа Нин, вы хотите, чтобы я хвалил вас вот так? Как вы думаете, этого достаточно?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 182:У Нашей Сяо Фу Все Еще Есть Ее Первый Поцелуй На Экране, А У Тебя Все Еще Есть Свой?

- Мисс Нин, - сказал он, - как вы думаете, теперь этого достаточно?”

Нин Цин внезапно подняла глаза, и она потерялась в его глубоких, ярких глазах. В его глазах не было ни капли тепла, и он смотрел на нее холодно. - Молодой господин Лу, вы…”

Лу Шаомин повернулся, чтобы уйти.

Нин Цин ошеломленно смотрела ему вслед. Что имел в виду этот человек? Она просто хотела, чтобы одна фраза похвалила ее. Не слишком ли это много? Неужели ему нужно было так оскорблять ее? Она была в ярости! Оооо.

…

Двери в Гуан Цин были забиты битком. Там было море страстных поклонников. С большим трудом охранники в конце концов проделали небольшой путь.

Нин Цин появилась вместе с Сяо Чжоу и встала перед дверью. Фанаты завопили, а Нин Цин улыбнулась, как яркий цветок, и помахала рукой. Будучи знаменитостями, их поклонники смотрели на них как на богов.

Сяо Чжоу был очень счастлив. Она встала позади Нин Цин и сказала: “Нин Цин, я последовала вашим инструкциям и сообщила новость, что вы руководили постановкой пьесы для капустного шлейфа. Как вы и предсказывали, и вы, и капустный шлейф снова стали трендовыми темами. Не только поклонники были в ожидании, но даже магнаты рекламной индустрии и делового мира похвалили ваш дизайн и подняли большие пальцы. С вашей популярностью сейчас, вы вышли на новый уровень, который не был достигнут раньше.”

“Да.- Нин Цин скривила губы в улыбке. "Поскольку я вернулся в индустрию, я определенно попаду в чарты. Актер всегда должен зависеть от молодых поклонников. Хотя мне всего 21 год, я хочу воспользоваться этим золотым веком и воспользоваться своей популярностью. Я хочу не только жить под пристальным вниманием окружающих, но и жить в их воспоминаниях.”

Живя в чужих воспоминаниях, только тогда она сможет стать бессмертной.

Хотя она была далеко от этого шага, она делала шаг за шагом и медленно продвигалась к этой цели. Ее свекровь, Сун Яцзин, презирала свое семейное происхождение. У нее не было никаких средств изменить это. Единственное, что она могла изменить, - это свое будущее. Лу Шаомин был человеком, который был выше всех. Она также надеялась, что настанет день, когда она сможет вырасти до его роста и вместе с ним покорить весь мир.

Настанет день, когда она достигнет в своей жизни достаточно, чтобы переступить порог семьи Лу. К ней будут обращаться с уважением: "госпожа Лу.- Это был ее сон.

- Да!- Сяо Чжоу продолжала с волнением: - в то время как ты и капустный шлейф возглавляли Результаты поиска, я периодически выпускала имена актеров спектакля. Когда все узнали, что двумя главными ведущими будут Оу Луоси и Ся Сяофу, они все сошли с ума! Все знали, что они оба придут сегодня в Гуан Цин, так что это как то, что вы видели. Теперь Гуан Цин кишит поклонниками.”‘

Она предсказала, что это произойдет. ОУ Луоси и Ся Сяофу были на пике своей популярности, если бы не она и Лу Шаомин, эти два человека не участвовали бы в одном проекте. Говоря об этом, она использовала их популярность, чтобы возбудить интерес, хе-хе.

К счастью, все расходы по постановке спектакля были оплачены Лу Шаомоном. В противном случае она бы уже обанкротилась. Нин Цин была в хорошем настроении, и она сказала Сяо Чжоу: “Сяо Чжоу, мы должны быть в лучшем виде. Чем выше нация предвосхищает проект, тем выше ожидания. Если мы все испортим, оскорбления будут только накапливаться. Болельщики уже позволили нам подняться на вершину. Нам нужно стабилизировать положение и взять себя в руки. Сможем ли мы дотянуться до Луны своими руками, будет полностью зависеть от того, как мы это сделаем сейчас.”

Сяо Чжоу кое-что понял. Когда она увидела сверкающие глаза Нин Цин, ее сердце наполнилось жадностью. После долгого пребывания рядом с Нин Цин она поняла, что Нин Цин всегда планировала на длительный срок. Дела будут связаны друг с другом. До того, как все закончилось, она никогда не могла предположить, как Нин Цин удивит ее в следующий раз.

- Нин Цин, а как насчет того, чтобы долететь до Луны?- Немедленно спросил Сяо Чжоу. Нин Цин загадочно, но игриво подмигнула и сказала: “Сяо Чжоу, я могу только сказать, что сегодня мы сделали только первый шаг.- Сяо Чжоу заинтересовалась, услышав это слово, - только и всего.” Когда она собиралась спросить еще что-то, Лу Шаомин привел Чжу жуя.

Нин Цин быстро перевела взгляд на Лу Шаомина. мужчина был одет в голубую рубашку и серые брюки. Теплая голубая рубашка делала его таким нежным и подчеркивала его подтянутое тело еще больше, делая его более привлекательным, чем обычно. На ногах у него были коричневые туфли. Кожаные туфли ступали по блестящему мраморному полу, и каждый шаг был ровным и мощным, принося с собой ощущение оглушительной силы. Это было только вчера, когда он оскорбил ее без всяких эмоций, когда он сказал ей эти вещи. Нин Цин немедленно изобразила нежную улыбку и взяла инициативу на себя, чтобы поприветствовать его. - Молодой Господин Лу.”

Она не ожидала, что этот человек пройдет мимо нее, как призрак. Он даже ни разу не взглянул на нее. Маленькое личико Нин Цин было похоже на цветок. В душе она была вне себя от ярости. Она не знала, что с ним не так, она только вчера хотела услышать от него комплимент! Сегодня он вел себя так, будто она должна ему пятьдесят миллионов долларов, и холодно обнял ее. Негодяй!

Нин Цин мысленно отругала его. Под восторженные возгласы болельщиков два роскошных лимузина остановились рядом. Ассистент открыл пассажирскую дверцу машины слева, и из нее вышел Оу Луокси. ОУ Луоси был одет в зеленый шерстяной свитер и коричневые повседневные брюки. Он сложил концы брюк вдвое и надел пару спортивных ботинок. Он был воплощением моды и стиля. Дверь машины справа тоже открыла ассистентка, и из нее вышел Ся Сяофу.

Нин Цин не могла не улыбнуться. Сегодня ся Сяофу был одет более небрежно, чем обычно. Ее жемчужно-белая рубашка была дополнена зеленым кардиганом того же оттенка, что и свитер Оу Луокси. С белыми брюками, чтобы связать все это вместе, она выглядела освежающей и красивой.

- Ух ты... - хрипло кричали возбужденные болельщики. Если бы не блокирующая их Служба безопасности, они бы уже давным-давно кинулись на стр. В последний раз поклонники видели Оу Луоси и Ся Сяофу вместе на церемонии вручения премии "белые цветы" в прошлом году.

Лу Шаомин спустился по лестнице, чтобы поприветствовать Оу Луоси, а Нин Цин подошла к Ся Сяофу. - Сяофу, я благодарен тебе за то, что ты пришла сюда сегодня.- Нин Цин крепко обняла Ся Сяофу. На привлекательном личике ся Сяофу размером с гусиное яйцо появилась теплая улыбка, и она сказала: “Нин Цин, почему ты так вежлива со мной? Я давно предвкушал сотрудничество с вами, чтобы вместе снять драму!- Пока она говорила, ее сверкающие миндалевидные глаза смотрели на ОУ Луокси. Нин Цин подняла брови и поняла, что Сяо Фу тоже предвкушает съемки драмы с ОУ Луоси.

Нин Цин взяла маленькую ручку Ся Сяофу в свою и дерзко сказала: “Сяо Фу, пойдем. Позвольте представить вам Лу Шаомина.- Лу Шаомин вполголоса беседовал с ОУ Луоси. Она не могла ясно разобрать, о чем они говорили. Ся Сяофу видел только, как каменное от природы лицо Оу Луоси расплылось в улыбке. Это был первый раз, когда Сяофу увидел улыбку Оу Луоси. Оказывается, он действительно умел улыбаться.

Когда он улыбался, казалось, что тонкий художник нарисовал две ямочки на его красивом лице. Его кожа была чистой и белой, и у него действительно был милый и молодой стиль. Когда он улыбался, то выглядел невинным юношей, еще более чистым и невинным, чем новорожденный младенец. Ся Сяофу ошеломленно посмотрела на него.

Крики болельщиков достигли ее ушей. Когда Ся Сяофу подняла свой взгляд, чтобы посмотреть, она заметила небольшую группу молодых фангирл, уставившихся на улыбающееся лицо Оу Луоси, и они не могли контролировать свое волнение. Нин Цин подошла к Лу Шаомину и представила его Ся Сяофу, чтобы они могли лучше узнать друг друга.

Улыбка ся Сяофу была прекрасна, как цветок лотоса. - Молодой господин Лу, как поживаете?- После того как она заговорила, она посмотрела на ОУ Луокси и сказала ему: “Оу Луокси, как ты? ОУ Луокси отреагировал не слишком тепло. Он убрал свою улыбку и посмотрел прямо в глаза Ся Сяофу, холодно кивнув в ответ.

Она видела его безразличное отношение к ней. Ся Сяофу уже привык к этому. Колеблясь из-за большого количества людей вокруг, она могла только смерить его смертельным взглядом. Кто просил тебя быть таким самодовольным, хм!

Все четверо собрались вместе, и в этот момент репортеры и бешеные фанаты были чрезвычайно взволнованы. Некоторые репортеры взяли микрофон, чтобы спросить: "Сяофу, почему ты сегодня встречаешься с ОУ Луоси? Вы двое обсуждали это заранее? Или это из-за телепатии?”

Нин Цин увидела эту ситуацию и хотела решить ее за нее, но Ся Сяофу открыла рот и сказала: “О, оу Луоси и я не обсуждали это заранее. Конечно, мы связаны телепатией. Луокси, что скажешь?”

Ся Сяофу вызывающе подняла брови и радостно посмотрела на ОУ Луоси.

Хм, дай-ка я посмотрю, как ты ответишь?

В ответ на ее слова Оу Луоси только взглянул на Ся Сяофу своими прекрасными темными глазами. Его простое выражение глаз как бы говорило: "то, что вы говорите, зависит от вас; я не буду отвечать".

Ся Сяофу чувствовала себя так, словно пыталась выжать воду из камня, и от злости скрипела зубами.

Нин Цин не могла удержаться от смеха. Последние несколько лет ся Сяофу держалась на низком уровне в индустрии развлечений, но ее популярность и репутация на публике всегда были хорошими. На то была причина. Ей было ясно, как выжить в индустрии развлечений, и она очень хорошо защищала себя.

Но после того, как Ся Сяофу встретила Оу Луоси, она полностью изменилась. Слушая ее своевольный ответ, она не могла не знать, что этот ответ породит слухи между ней и Оу Луокси. Нин Цин поняла ситуацию и шагнула вперед. Она улыбнулась репортеру и сказала: “Сяо Фу просто шутит со всеми. Я стою за подобранными нарядами. Во-первых, это должно удовлетворить ожидания болельщика в отношении этой сценической пьесы. Во-вторых, это хорошо смотрится для новостных камер. После того, как вы вернетесь в офис, пожалуйста, возбудите некоторые слухи между моим Ся Сяофу и Оу Луоси. Если нет, то это будет пустой тратой моих усилий.”

Журналисты дружно закивали головами. Они не только стояли здесь с фанатами, чтобы поприветствовать Ся Сяофу и Оу Луоси. Они искали заголовок для репортажа в развлекательных новостях. Фраза из "Нин Цин" подчеркивала их потребности и желания. И Ся Сяофу, и Оу Луоси были скучны, а вот Нин Цин была интересна. В индустрии развлечений не хватало таких артистов, как Нин Цин.

Журналисты начали расспрашивать Нин Цин. - Мисс Нин, вы смело создали театральную рекламу капустного пера. Вы также обнародовали имена ведущих актеров, но можем ли мы спросить, каково содержание пьесы? Вы не выпустили это, и мы все хотим знать. Нин Цин игриво взмахнула своими длинными ресницами и сказала: “Если я сейчас всем расскажу, как это будет происходить? Если вы хотите знать, что произойдет, то, пожалуйста, подождите еще восемь дней. 21 марта, пожалуйста, сосредоточьте свое внимание на капустном плюме. Я покажу тебе, в чем тут дело.”

Журналисты были в восторге и сказали: “Мисс Нин, вы опять создаете себе рекламу?”

“Да.- Нин Цин была встревожена. “Ты сам догадался. Вы, ребята, слишком умны!”

” Ха-ха... " журналисты были в хорошем настроении, они действительно чувствовали, что разговор с Нин Цин был легким и расслабляющим, а также интересным. - Мисс Нин, мы можем спросить, поскольку вы режиссер этого спектакля, вы удовлетворите пожелания поклонников и сделаете камею? Вы выступали в "ветре и пыли" и претендовали на звание Лучшей актрисы. Вы не появлялись ни в каких других работах. Поклонники все надеются, что вы сделаете камею.”

Нин Цин сделала вид, что задумалась на некоторое время. Она поднесла свою маленькую ручку к губам и послала воздушный поцелуй этим страстным поклонникам. Она громко рассмеялась и сказала: “Спасибо всем, кто не забыл Нин Цин за все это время. Поскольку все так ждут, Я подумаю о том, чтобы сделать камею.”

- Ух ты... - фанаты снова разозлились и громко зааплодировали.

Журналисты толкались между собой, чтобы задать еще несколько вопросов, но Нин Цин одарила Сяо Чжоу выразительным взглядом. Сяо Чжоу быстро пошел вперед, чтобы блокировать всех. - Ладно, на этом сегодняшнее интервью закончится. 21 марта Нин Цин дебютирует в качестве режиссера, и тогда мы увидимся со всеми вами. Пожалуйста, окажите ей всю вашу поддержку.”

Нин Цин и еще четверо вошли в вестибюль Гуан Цин.

…

Когда они вошли в вестибюль, Лу Шаомин встал рядом с Нин Цин и внезапно спросил: “каково содержание вашей пьесы? Почему это так таинственно?”

Темой спектакля был поиск любви, но Нин Цин не раскрывала этого. Нин Цин уже собиралась войти в лифт, но, услышав его слова, прикусила губу. Она была в приподнятом настроении. Ух ты! Он хочет поговорить с ней сейчас? Он хотел вести себя хладнокровно и сдержанно перед ней, но это было невозможно!

Нин Цин заправила пряди волос, упавшие на щеки, за уши. Ее мягкое, изящное тело шагнуло к нему, и она лениво улыбнулась. - А что, молодой господин Лу хочет знать?”

Лу Шаомин посмотрел на хрупкое личико, стоявшее перед ним. Он почувствовал, что у него пересохло во рту, и не ответил. Он не ответил, и Нин Цин не стала его заставлять. Она вошла в лифт и протянула руку, чтобы нажать кнопку. “Если молодой мастер Лу действительно хочет знать, то я буду с нетерпением ждать, когда молодой мастер Лу лично придет на шоу 21 марта.”

Двери лифта закрылись, мешая их обоюдному взгляду.

Лу Шаомин ушел не сразу. Несколько секунд он смотрел на закрытую дверь лифта, потом загадочно скривил губы в улыбке. Он поднял одну ногу и собрался уходить.

…

В репетиционном зале Оу Луоси и Ся Сяофу сидели друг напротив друга и не беспокоили друг друга. Помощник ОУ Луоси, Сяо Дун, сказал Нин Цин: "госпожа Нин, мы идем участвовать из уважения к молодому мастеру Лу. Мы должны быть откровенны; наша Луокси не будет делать сцены поцелуев.”

Помощник Сяо Сяофу, Сяо Ли, услышал его слова. Она быстро кашлянула и сказала: “Здравствуйте, кто такой молодой мастер Лу? Если бы наша Сяофу действительно хотела разочаровать Нин Цин, Как ты думаешь, мы были бы здесь? Она все еще отвергает сцены поцелуев. В последний раз, когда наша Сяофу сотрудничала с этим небесным царем, другая сторона попросила сцену поцелуя в щеку, но наша Сяофу не захотела этого делать. У нашей Сяофу все еще есть ее первый поцелуй на экране, а у тебя все еще есть свой?”

Нин Цин улыбнулась и посмотрела на двух помощников. Этот спектакль еще не начался, но они уже были в плохих отношениях.

Нин Цин вышла вперед и махнула рукой: “все, не волнуйтесь. Это театральная пьеса. Не может быть никаких дерзких или непристойных сцен…”

“Это хорошо. Оба помощника вздохнули с облегчением и отошли в сторону.

Нин Цин замолчала и молча наблюдала за сменой выражений на лицах Оу Луоси и Ся Сяофу. Ся Сяофу села на стул, двумя пальцами ущипнула край своей одежды и подняла глаза, чтобы украдкой взглянуть на ОУ Луоси. А Оу Луокси стоял, прислонившись к стене. Выражение его лица, казалось, не изменилось, но Нин Цин заметила, что он прищелкнул губами. Нин Цин была счастлива в своем сердце, ха-ха.

- Но...это шоу, которое объединяет и подиум, и театральную постановку. Мы просим, чтобы проецируемое изображение было красивым. А также, в кино, они любят создавать темы, используя неопределенные или страстные выражения любви. Мы не можем оставить это без внимания, поэтому я решил добавить закулисный клип, который состоит из поцелуя, когда одного из вас толкают к стене.”

Она, должно быть, шутила, нынешняя звезда индустрии развлечений и богиня нации, работающая вместе, чтобы снять шоу. Если бы она тратила впустую такие хорошие ресурсы, то не была бы Нин Цин.

- Что? Что это за сцена поцелуев за кулисами и у стены?- Два помощника вскочили, чтобы спросить об этом.

Нин Цин была спокойна и собранна. Когда зрители займут места внизу, я поставлю на сцену проектор. Я дам прожектор, и вы двое будете снимать сцену, которая состоит из поцелуя, когда вас толкают к стене. Мне все равно, действительно ли ты целуешься или нет, все, что я хочу, это чувствовать, как мое сердце бьется в груди, когда я смотрю на это!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 183: Тебе Нравится Моя Тонкая Талия?

После того, как Нин Цин закончил, помощники с обеих сторон уставились друг на друга и сказали в тандеме: “это невозможно.”

Нин Цин лениво прищурилась, скользнула взглядом по Сяо Дуну и снова посмотрела на Сяо Ли. - Ее тон был немного серьезным. “Мы снимаем фильм. Молодой мастер Лу пригласил Ло Си, потому что он доверяет Ло Си. я доверял Сяофу, поэтому я пригласил Сяофу. Поскольку они оба согласились, они должны показать свою преданность своей работе. Невозможно? Как же это невозможно? Это просто сцена поцелуя, скажи мне, кто не смог бы этого сделать?”

Помощники с обеих сторон были напуганы внезапной яростью Нин Цин. Оказывается, у Нин Цин тоже бывают серьезные моменты.

Только тогда они увидели в Нин Цин настоящего режиссера.

Ся Сяофу медленно поднялась, посмотрела на Нин Цин и сказала: “Нин Цин, у меня нет никаких проблем, я просто не знаю, есть ли у кого-то какие-то проблемы?”

Сяо Ли был прав. Мало того, что у нее все еще есть ее первый поцелуй на экране, но даже ее настоящий...первый поцелуй все еще был там. Как это может быть потерей для Оу Ло Си, если она снимет сцену поцелуя с ним?

Если бы он сказал, что у него есть проблема, Ся Сяофу решила бросить свой черный пиджак на землю и топнуть по нему несколько раз, когда она вернется домой, чтобы выразить свое разочарование!

Хм.

Этот кто-то снова был спровоцирован.

ОУ Ло Си бросил быстрый взгляд на губы Ся Сяофу. Ее губы были стандартного вишневого оттенка. Она нанесла немного помады. Розовая помада была в градиентном тоне снаружи внутрь, как цветы персика.

Это было очень приятно.

ОУ Ло Си медленно покачал головой и сказал:”

Нин Цин хлопнула в ладоши и сказала: “Хорошо, тогда решено. Вот сценарий. Смотреть на это. Когда вы закончите репетировать, мы добавим дополнительные детали.”

…

Во второй половине дня Лу Шаомин привел Чжу жуя на совещание.

По дороге на собрание они миновали репетиционный зал. Он заглянул внутрь и остановился.

Нин Цин переоделась в танцевальное платье, белую футболку и черные повседневные брюки – очень простая одежда.

Но Лу Шаомин не мог не взглянуть на нее поближе. Белая футболка была узкой, с узкими плечами, которые туго обтягивали талию, очерчивая ее тонкую талию, как тонкое горлышко фарфоровой вазы. Футболка была короткая. Когда она двигается,можно увидеть ее плоский и твердый живот.

Повседневные брюки были завязаны красивым бантом вокруг талии, а ее попка была тугой и упругой. Из-за высокой талии две ее стройные ноги в свободных штанах казались длинными и прямыми.

Он отличался от того, что она обычно носила, но обладал уникальным шармом.

В огромном репетиционном зале все были заняты своими делами. Там было тихо и спокойно. Сяо Чжоу дал Нин Цин доску. Прекрасный голос Нин Цин звучал: “Тик-так, тик-так, тик-так".…”

Одна изящная ножка в белых хлопчатобумажных носках коснулась земли, и ее изящная фигурка десятки раз закружилась.

Ее волосы были свободно завязаны. Когда она повернулась, Лу Шаомин увидел плавающие пряди волос на ее щеке. Было так ветрено.

Нин Цин привлекла внимание всего репетиционного зала, когда она кружилась вокруг него. Когда она совершенно остановилась, раздались аплодисменты. - Ого, директор, вы так хорошо танцуете. Когда придет ваша очередь выступать, вы обязательно оглушите толпу!”

“Совершенно верно, Нин Цин. Ся Сяофу отложила сценарий и побежала вперед. “Ты так хорошо танцуешь. Я не умею танцевать. Я тебе завидую.”

- Ха-ха, - глаза Нин Цин изогнулись, когда она улыбнулась. “А чему тут завидовать? Сяофу, я научу тебя основам движения. Сяо Чжоу, хватай мяч сюда.”

“ОК.- Сяо Чжоу вручил Нин Цин легкий разноцветный шар.

- Сяофу, смотри внимательно.”

Нин Цин наклонилась. Ее светлая правая рука обхватила затылок и сняла с шеи разноцветный шарик. В середине маневра она тихо сказала: "когда наклоняешься, грудь должна быть наружу. Ягодицы должны быть упругими и упругими. Все ваше тело должно быть грациозным. Дышать глубоко. Вытяните правую ногу. Пусть мяч скользит от спины к ноге…”

Под аккомпанемент затаенного ожидания всей аудитории разноцветный шар соскользнул с стройной спины Нин Цин на ее правую ногу. Когда красочный шар должен был упасть, правая нога Нин Цин поймала красочный шар в красивом повороте. Она выпрямилась, ее тонкая талия откинулась назад, а правая нога вытянулась вперед.

- Успокойся, медленно выпусти разноцветный шарик из правой ноги. Пусть мяч соскользнет с вашей ноги. Хорошо! Прижмись к груди, остановись!”

Нин Цин взяла в правую руку разноцветный шарик, скользнувший между ее розовой шейкой, и выпрямилась.

- Ух ты... - восклицания не последовало, потому что все были ошеломлены. В течение короткой минуты Нин Цин позволила красочному шару идеально скользить по всему ее телу.

- Нин Цин, ты проделала прекрасную работу. Я никогда не смогу научиться этому. Я просто должна быть тихой аудиторией, смотреть на это прекрасное зрелище и радовать свои глаза, - нахально сказала Ся Сяофу.

Нин Цин передала разноцветный шар Сяо Чжоу и взяла маленькую ручку Ся Сяофу. - Сяофу, тогда, если мои танцы понравятся твоим глазам, то когда ты будешь сниматься с Ло Си, тебе придется постараться изо всех сил. Вам также придется вернуть мои глаза, чтобы заключить честную сделку.”

- Что?- Ся Сяофу ласково ущипнула Нин Цин за нос. “Ты все еще хочешь честно торговать со мной, учитывая наши близкие отношения? Приходите и судите за нас, все. Не кажется ли вам, что ваш директор слишком любит власть?”

Ся Сяофу моргнула своими абрикосовыми глазами на публику.

Вся публика смеялась и была в хорошем настроении. Работать с богинями было одно удовольствие. Особенно с двумя добродушными богинями. Богини смеялись, а остальные были веселы и счастливы.

ОУ Ло Си посмотрела на двух сестер, которые стояли близко друг к другу, и искоса посмотрела на дверь. Как практик боевых искусств, он заметил, когда Лу Шаомин впервые подошел к двери.

Но Лу Шаомин так сосредоточенно смотрел на Нин Цин.

“старший брат.- ОУ Ло Си встал и заплакал.

Только тогда Нин Цин поняла, что Лу Шаомин стоит у двери. Она посмотрела на него и увидела, что Лу Шаомин приветствует Оу Ло Си с улыбкой на губах.

Он даже не взглянул на нее.

Нин Цин не была безрассудной. Она отпустила Ся Сяофу, поднялась на пару ступенек и великодушно сказала: “молодой господин Лу, вы пришли осмотреть работу?”

Только тогда Лу Шаомин посмотрел на нее, тепло и молча кивнул и ответил: “Да.”

Нин Цин: Да, да, да – такая большая голова. Я спросил, не пришли ли вы осмотреть работу; считаете ли вы себя руководителем?

Нин Цин засмеялась еще счастливее. - Молодой господин Лу, как вам нравится наша работа? Если вы считаете, что это хорошо, я хотел бы сделать дерзкую просьбу для всей группы. Сейчас уже полдень, может ли молодой господин Лу приказать кому-нибудь заказать нам послеобеденный чай? Только когда мы сыты, у нас есть силы работать.”

- Хорошо, наш директор такой заботливый, но я не знаю, готов ли молодой мастер Лу заплатить за это?- эхом отозвалась команда.

Лу Шаомин поднял брови. Раньше он никого не угощал послеобеденным чаем. Кроме того, это была компания, место для работы.

Дело было не в деньгах. Она должна знать, что он никогда не испытывает недостатка в деньгах.

Это был вопрос принципа.

Но, глядя на сияющую улыбку на лице девушки, Лу Шаомин искоса взглянул на Чжу жуя, который кивнул и сделал, как ему было сказано.

“Тогда я сначала благодарю молодого мастера Лу за всех.- Нин Цин мило улыбнулась.

…

Подождав минут пять, принесли послеобеденный чай.

Кофе, чай с молоком, закуски, фрукты, мороженое ... вот все, что вы ожидаете найти.

Нин Цин взяла мороженое. Она увидела, что Лу Шаомин стоит рядом и разговаривает с ОУ Ло Си. “Лу Шаомин,хочешь попробовать?”

Лу Шаомин взглянул на нее и нахмурился. Казалось, выражение его лица говорило: "что это?

Конечно, Нин Цин знала, что он имел в виду. Она грациозно встала, взяла мороженое и лизнула его своим маленьким розовым язычком. Она невинно моргнула и сказала: "Это мороженое. Это очень вкусно. Попробуй на вкус.”

Она бессознательно растягивала слова, демонстрируя кокетство маленькой девочки.

Лу Шаомин посмотрел на крем на ее губах и отвел взгляд.

Нин Цин снова увидела, как он разговаривает с ОУ Ло Си. Он смотрел на нее, как на воздух. Ей было очень грустно.

Она просто хотела, чтобы он съел кусочек мороженого. Такие люди, как он, наверное, никогда в жизни не ели мороженого. Она думала, что это было восхитительно, и хотела поделиться им с ним.

Нин Цин мрачно посмотрела вниз и обернулась.

Но через два шага Нин Цин стиснула зубы. Неужели она не сможет создать себе такую возможность, даже если он проигнорирует ее?

Она не хотела разыгрывать такой обман, но он вынудил ее.

- А! С тихим вскриком Нин Цин притворилась, что растянула лодыжку, и упала навзничь.

Она действительно падала навзничь. За ее спиной стоял Лу Шаомин. Если он действительно не хочет ее ловить и позволит ей упасть на землю, пусть будет так.

И действительно, сильная рука обхватила ее мягкую талию, и Лу Шаомин притянул ее прямо в свои объятия.

Нин Цин ударила его в грудь. Настолько болезненный. Он был все тот же, что и раньше. Он был укреплен медными и железными стенами,и его нельзя было трогать.

Прежде чем она успела почувствовать его запах и температуру в его объятиях, слабый смех мужчины зазвенел у нее в ушах. - Намеренно?”

Он мог видеть сквозь нее.

Нин Цин не поддалась панике. Она прищурилась и рассмеялась. - Молодой господин Лу все еще держит меня, хотя теперь, когда я сделал это намеренно, ты тоже? Нравится ли молодому господину Лу моя изящная талия?”

У него была особая одержимость ее талией.

Ему все еще это нравится?

Сильная рука на ее талии мгновенно исчезла. На этот раз Нин Цин не стояла твердо. Она сделала шаг назад. Ее тонкая рука ударилась о стол, и ей стало немного больно.

Первый преступник даже не взглянул на нее и ушел.

Что он имеет в виду?

Нин Цин в гневе топнула ногой.

Праведность в ее крови проснулась, и она догнала его. Мужчина уже вышел в коридор, когда она сказала: "Эй, Лу Шаомин!”

Нин Цин подбежала к нему, взяла тоненьким изящным пальчиком кусочек мороженого и на цыпочках поднесла к его тонким губам.

Плюх! Чжу жуй, который шел к ним издали, увидел эту сцену и так испугался, что даже бумаги в его руках упали на землю.

Темные глаза мужчины быстро потемнели, посылая бесконечные холодные волны. Он уставился на дерзкую маленькую девочку перед собой. Как она посмела размазать по нему мороженое?!

Ноги Нин Цин были мягкими, когда она смотрела на забавное мороженое на его губах. Сейчас она была так же напугана, как и храбра.

- Прости, прости! Нин Цин кивнула головой, как дятел, признавая свою ошибку, затем достала из кармана бумажное полотенце и торопливо сунула его в его большую ладонь, которая висела рядом с ней. Она в спешке убежала.

Рыдания, все кончено. Она разрушила имидж своего мужа как президента-тирана.

…

Увидев Нин Цин, вбегающую в репетиционную комнату, Чжу жуй быстро шагнул вперед. “Президент…”

Лу Шаомин пошевелился. Он прошел вперед без всякого выражения и посмотрел на нелепую салфетку в своей ладони. Вместо того чтобы вытереть рот, он облизал мороженое.

Что это за вкус? Это слишком сладко.

Лу Шаомин нахмурился.

Это то, что девушка любит есть? Чего она так отчаянно хотела от него?

Это было совсем не вкусно.

Вспоминая, как она убежала, словно боялась, что он ударит ее. Как он мог что-то сделать ей, хотя и был очень зол?

Как правило, последствия его гнева могут быть серьезными.

Но что ему с ней делать?

Он был грациозным и спокойным на протяжении всей своей 31-летней жизни. Но девушка обошлась с ним так плохо, но...дерзко.

Ее лицо было таким нежным из-за ее смущения, и мягкое прикосновение ее указательного пальца, казалось, задержалось на его губах. Она также лизала мороженое перед ним и разговаривала с ним таким кокетливым тоном. Кем она себя возомнила?

Неужели у нее нет стыда?

В девушке не было ни застенчивости, ни сдержанности. Она бросилась в его объятия и даже спросила, нравится ли ему ее изящная талия.

Соблазняла ли она таким же образом других мужчин?

Если бы это сделала другая женщина, он попросил бы ее уйти, но это сделала она.

После того как он узнал, что это она придумала театральную рекламу, его чувства к ней изменились. Она была такой умной и умной в конференц-зале. Сегодня утром она была еще более остроумной, когда столкнулась с прессой. 21-летний новый директор управлял театром организованно. У нее также были хорошие отношения с Ся Сяофу.

Она сказала, что сыграет в пьесе эпизодическую роль. Хочет ли она танцевать в спектакле?

Она была очень красива, когда танцевала. Ее изящная талия была гибкой, как ива, колышущаяся на ветру. Ее маленькое личико размером с ладонь было очень красивым. Она проявляла очарование в любом наряде, который носила, заставляя других чувствовать себя освеженными, и вызывая him...to не могу удержаться, чтобы не посмотреть на нее еще раз.

Что же это за характер такой?

Лу Шаомин закрыл глаза и вспомнил, какой нежной и жалкой она была, когда плакала и ела мороженое; вчера, потянув его за рукав, она покраснела и попросила его похвалы и была так застенчива. В общении с журналистами она была такой уверенной и спокойной. Прямо сейчас…

Только что она так упрямо смотрела на него и дулась.

Лу Шаомин прочистил горло и почувствовал себя так, словно его сердце задело перьями. Она впервые назвала его по имени-Лу Шаомин.

В ее изяществе чувствовался легкий гнев.

МММ, ему это нравилось.

Ему нравилась ее талия, маленькая и изящная, такая мягкая и гибкая.

…

В течение следующих нескольких дней Лу Шаомин постоянно видел оживленную фигуру Нин Цин. Когда он вышел из офиса после работы, она все еще была там, усердно работая.

Он слышал, что она пригласила знаменитого режиссера Ван Аня помочь ей. Однажды он видел, как она смиренно советовалась с не очень добрым стариком Вангом. Она также стояла рядом с оператором, осветителем и визажистом, чтобы обсудить детали спектакля.

Все происходило напряженно, но упорядоченно. Он слышал, что она лично участвовала в каждой части пьесы и делала все лично. Однажды он увидел ее в коридоре. Она склонила голову и что-то обсуждала с Сяо Чжоу. Ее изящные глаза стали ярче, и все ее тело излучало сильный дух упорства и трудолюбия.

Он стоял перед ней, но она не видела его и отвернулась вместе с Сяо Чжоу.

Он также слышал, что она очень молчаливо сотрудничает с отделом маркетинга. Когда капуста плюм официально опубликовала брошюру, она выпустила набор великолепных фотографий пьесы в Тибе. Репутация капустного шлейфа мгновенно облетела всю косметическую индустрию.

За два дня до 21 марта Лу Шаомин не видел Нин Цин в офисе.

Когда Чжу жуй отправил документы в кабинет президента, Лу Шаомин притворился небрежным и спросил: “Почему я сегодня не видел Нин Цин?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 184:Познай Себя И Своего Врага

Услышав, что президент спрашивает о мадам, Чжу жуй улыбнулся и сказал: “в ответ на вопрос президента, у госпожи Нин сегодня назначена встреча за ужином, так что сейчас она не в офисе.”

Встреча за ужином?

Левая рука Лу Шаомина, державшая ручку, не остановилась. Он поднял брови и небрежно спросил:”

- Мисс Нин очень любит эскизы, которые делает лучший художник по костюмам в стране, фан Чэнси. У нее назначена встреча с ним сегодня, потому что она хочет, чтобы он сделал для нее индивидуальный дизайн костюмов.- Лу Шаомин был знаком с Фань Чэнси; он известен в корпоративном мире как знаменитый потомок богатой семьи, звезда Weibo. Его отец владел сетью универмагов и был человеком выдающегося таланта, входившим в список миллиардеров страны. Он сам имеет сильное чутье на дизайн одежды и часто был известен как генеральный директор дизайна одежды.

Только к сожалению, Фань Чэнси ведет нетрадиционный образ жизни. Он любит окружать себя женщинами ежедневно, и однажды провел грандиозную вечеринку с молодыми моделями, когда ему было 20 лет. Его окружала группа красавиц в бикини с кроличьими повязками на голове, которые считали себя императором, а девушек-его наложницами. Он дерзок и упрям.

Те, кто хотел, чтобы он проектировал, могли выстроиться в линию до реки Хуанпу; он был готов только бросить несколько эскизов после того, как он достаточно поиграл и был удовлетворен человеком перед ним, прежде чем двигаться вперед. Упрямство было частью его личности, но всякий раз, когда он создавал статью, это была экстраординарная работа.

Тонкие черты лица Лу Шаомина были напряжены, и тон его голоса понизился. “Разве у нас уже есть бренд, работающий с нами над производством?”

"Да, мы работаем с международным брендом с огромным присутствием, но, к сожалению, Мисс Нин сказала, что их дизайн не соответствует содержанию продукции. Мисс Нин также сказала, что рисунки фан Чэнси изящны и изящны, и имеют прикосновение феи. Она говорит, что его одежда хорошо подходит для кого-то вроде Ся Сяофу. Кроме того, важно отметить, что фан Чэнси имеет огромное количество последователей на Weibo; если бы она могла работать с ним, это было бы только благом для наших усилий.”

Лу Шаомин холодно усмехнулся про себя. Нин Цин не хотела срезать углы. Это ее первая режиссерская работа. Она стоит на пике популярности в индустрии развлечений. Многие на ее месте испугались бы неудачи и предпочли бы не высовываться, набираясь опыта. Всякий раз, когда она находится в центре внимания, она использует этот импульс. Она подписала контракт с двумя актерами, которые сейчас были на пике популярности, Оу Луоси и Ся Сяофу. Она заручилась помощью режиссера Ван Аня, и даже для костюмов она смело хотела использовать творения фан Чэнси.

Ей был всего 21 год. Она не боялась лезть еще дальше. Если бы пьеса на этот раз не удалась, разве падение с такой огромной вершины не причинило бы еще больше боли?

Лу Шаомин почувствовал, что его дыхание стало прерывистым. Он закрыл глаза. Он забыл, что девушка, которой пришла в голову такая мысль о рекламе театрального спектакля, достаточно смела и умна, чтобы взяться за нее. Глядя на это сейчас, кажется, что ее способности не уступают мужским. Лу Шаомин поджал тонкие губы и не смог удержаться, чтобы не фыркнуть: “разве она не боится, что Фань Чэнси не будет беспокоиться о ней?”

Проекты фан Чэнси доступны не только тем, кто их хочет.

Чжу жуй был удивлен, что его президент сказал это. Он вроде как почувствовал, что президент ведет себя ревниво. Чжу жуй рассмеялся и сказал: “президент, хочет ли он возиться с ней, она должна попробовать, прежде чем узнает. Основываясь на слухах, фан Чэнси попросил мисс Нин встретиться в баре и выпить немного. Мужчина, приглашающий женщину выпить с ним, что-то говорит. Шансы на успех уже составляют около 50%, другая половина будет зависеть от того, захочет ли Мисс Нин приложить свои усилия.- Услышав это, Лу Шаомин перестал писать правой рукой. Он понял, что хотел сказать Чжу жуй.

Он устремил свой острый, как у ястреба, взгляд на Чжу жуя.

Чжу жуй даже не взглянул на него. - Президент, почему вы дважды подписали этот документ?”

Услышав слова Чжу жуя, Лу Шаомин опустил взгляд на документ. На самом деле он дважды расписался внизу документа. Там было два “Лу Шаомина”. Лу Шаомин мгновенно пришел в ярость, захлопнул документ на столе и бросил его в руки Чжу жуя со словами: "ты, убирайся!”

- Да, Президент. Чжу жуй принял документ и тайно улыбнулся, выходя. Его президент действительно был чересчур ревнив, так тому и быть, если бы мадам знала об этом, она была бы еще счастливее.

…

Лу Шаомин покинул офис в 6 часов. "Бентли" ехал по дороге и направлялся в сторону кондоминиума. В этот момент зазвонил его телефон. Это был звонок от его матери, Сун Яцзин.

- Привет, Мам.”

- Шаоминг, ты закончил работу? Вы возвращаетесь домой на виллу к ужину? Я говорю, что ты действительно нечто. Что ты делаешь одна в кондоминиуме, почему бы тебе не переехать к нам? Сегодня вечером приедет Жилей. Вы должны вернуться на виллу, чтобы поужинать.”

Лу Шаомин молчал 3 секунды. - Мам, я сегодня работаю сверхурочно в офисе, у меня нет времени.”

“Почему ты всегда говоришь, что у тебя нет времени? Жилей так долго тебя ждала, ей уже 26! Ты не можешь просто оставить ее на задворках. Почему бы тебе не встречаться с ней, чтобы посмотреть, как все пройдет?”

Лу Шаомин разочарованно нахмурился. Кто хотел, чтобы Жилей ждал его? Он вовсе не вел ее к этому. Он довольно ясно дал это понять, но никто, казалось, не обращал на него внимания. Он знал, что в глазах матери его брак был просто материальным соглашением. Какой обед? Мама приготовила ему ужин? Сколько он себя помнил, мать никогда не давала ему тепла. Каждый раз, когда он падал, каждый раз, когда болел, его мама постоянно говорила ему, что он должен научиться быть храбрым сам по себе. Он был единственным внуком семьи Лу, он был будущим наследником семьи, и он не должен был иметь права на обычную жизнь, как обычный человек.

Ничего особенного. Он уже привык к этому.

- Хорошо, я подумаю над этим вопросом. Я приглашу ее на свидание завтра вечером. Я поужинаю с ней, - сказал Лу Шаомин.

- Неужели? Шаомин, ты наконец-то задумался о свидании с Чжилэй? Ладно, мама сейчас расскажет Жилею.- Сон Яцзин прервал разговор.

Лу Шаомин опустил глаза, чтобы посмотреть на красный закат за окном, было уже около 6 или 7 часов. Медленно приближалось самое оживленное время в городе. Люди шли группами, все весело входили в рестораны, люди входили в отели…

Но он сидел один.

Он всегда привык к одиночеству, но сейчас почему-то чувствовал себя еще более одиноким. Это пустое чувство в его сердце снова вырвалось наружу, и он почувствовал себя неуютно. Как будто давным-давно у него была своя теплая маленькая семья. После этого он снова потерял его. Лу Шаомин внезапно ударил по тормозам и повернул руль. "Бентли" резко развернулся и поехал в направлении бара, о котором упоминал Чжу жуй.

….

Лу Шаомин вошел в бар. С первого взгляда он увидел Нин Цин, сидящую в углу на диване. Она и Сяо Чжоу сидели на одном конце дивана. Фан Чэнси был одет в короткую кожаную куртку и сидел на другом конце стола. Двое из друзей Фань Чэнси тоже пришли. Он был далеко, поэтому не мог расслышать, о чем они говорили, но они, казалось, хорошо проводили время, болтая; все смеялись. Сцена была отнюдь не двусмысленной; они наслаждались обществом друг друга. Лу Шаомин сидел за стойкой бара в некотором отдалении. Его место было достаточно незаметным, чтобы его не заметили.

В этот момент он услышал смех Фань Чэнси и сказал: “Нин Цин, ты хочешь обсудить вопрос о моих модных дизайнах. Тогда ты должен сначала выпить! После того, как мы выпьем и будем счастливы, молодой хозяин будет в настроении поговорить.”

- Конечно, молодой господин фан, пьет алкоголь, верно? Это то, что я делаю лучше всего, но после того, как я выпью, Молодой Мастер фан должен обсудить со мной вопросы дизайна, - холодно сказала Нин Цин. - Хорошо, я обещаю тебе.- Фан Чэнси немедленно согласился.

Сяо Чжоу подняла руку, чтобы подозвать официанта. Очень быстро подошел официант. Лу Шаомин посмотрел в сторону, его темные мерцающие глаза светились весельем. Эта Нин Цин на самом деле попросила официанта прислать коктейль, в котором почти не было алкоголя. Мужчина хотел выпить с ней, а она делала вид, что не понимает.

Фань Чэнси и двое его друзей посмотрели на коктейль, и их лица застыли. Нин Цин подняла стакан и выпила коктейль одним глотком. - Послушайте, Молодой Господин Фан. Я выпил все это. Теперь мы можем поговорить о дизайне, верно?- Нин Цин перевернула стакан, давая понять, что в нем ничего не осталось. Молодой мастер фан нахмурился, приблизился к лицу Нин Цин и угрожающе сказал: “Нин Цин, ты играешь со мной?- Нин Цин взяла бокал с коктейлем своими белыми руками и лениво поднесла его к лицу. Она приветствовала взгляд Фань Чэнси своими белыми зубами и красными губами. - Молодой господин фан, вы сказали пить, но не сказали, что это за спиртное и сколько стаканов. Я поставил условие, что вы обсудите все вопросы, касающиеся дизайна, после того, как я допью свой напиток, и вы согласились. Не могли бы вы сейчас отказаться от сделки? Молодой господин ФАН, не будьте так суетливы, если вы заставите меня напиться, как я буду обсуждать с вами официальные вопросы?”

“Ha. Фан Чэнси лениво откинулся на спинку дивана, покачивая в руках бокал с красным вином. Его глаза изучали сексуальную фигуру Нин Цин, и он сказал: “Конечно, тогда мы начнем обсуждать дизайн прямо сейчас. Как насчет этого: Нин Цин, вы начинаете снимать свою одежду прямо сейчас. Количество одежды, которую вы снимаете... Я помогу вам спроектировать те предметы, которые лежат на полу.”

Выражение лица Сяо Чжоу застыло. На Нин Цин было всего 4 предмета одежды, и этот Фань Чэнси явно пытался воспользоваться ею. У этих двух друзей сразу же загорелись глаза, и они сразу же пришли к молчаливому соглашению. - Правильно, богиня Нин, ты хочешь, чтобы наш молодой мастер фан обсудил с тобой этот вопрос. Тогда вы также должны сначала показать свою искренность. Лу Шаомин услышал эти слова и посмотрел на Нин Цин. Он взял на себя роль стороннего наблюдателя; как эта маленькая женщина справится с таким затруднительным положением?

Было много случаев, когда люди не могли быть опрометчивыми. Некоторых людей невозможно было одолеть с помощью маленьких трюков. Каждый должен ясно взглянуть на свои способности, а затем делать то, что ему по силам. Он увидел, как Нин Цин спокойно встала. Она посмотрела на фан Чэнси и спросила: "Молодой господин фан, вы действительно не принимаете во внимание наши прошлые отношения?”

Прошлые отношения? Лу Шаомин слегка нахмурился.

Она И Фань Чэнси…

В этот момент Нин Цин подняла глаза и посмотрела на фигуру, которая только что вошла в дверь. Она помахала рукой и сказала: “Шуйлинг, сюда.”

Инь Шуйлин был одет в светло-фиолетовую хрустальную рубашку, украшенную листьями лотоса. Рубашка была заправлена в белые шорты. Стояла ранняя весна, и на ней были голые чулки и белые туфли на высоком каблуке. Ее длинные ноги были прекрасны и завораживали с каждым шагом, который она делала, привлекая волну внимания.

Инь Шуйлин подошел к ним. "Шуйлин..." - фан Чэнси посмотрела на нее и сказала в шоке. Он забыл, как реагировать. - Шуйлин, ты здесь.- Нин Цин интимно обняла тонкие руки Инь Шуйлин. Инь Шуйлин подняла глаза и посмотрела на фан Чэнси, которая сидела на диване в оцепенении. Она подняла свои высокие каблуки, чтобы ударить его по брюкам, и сказала с улыбкой на вишневых губах: "Привет, фан Чэнси. Почему ты не отреагировал, когда увидел меня? Почему вы не приветствуете меня?”

“Нет, это не тот случай, Шуй Лин. Я просто слишком взволнован, увидев тебя здесь. Шуй Лин, быстро иди сюда и присядь.- Фан Чэнси быстро встал и указал на диван рядом с собой. Но он также боялся, что Инь Шуйлин посчитает это место грязным, поэтому быстро снял с себя кожаную куртку и положил ее на диван: “Шуй Лин, присаживайся.”

- Хорошо, спасибо.- Инь Шуйлин благосклонно принял его предложение.

В этот момент челюсти друзей Фань Чэнси упали на землю. О Боже, неужели это все еще их легкомысленный друг молодой господин фан? Как получилось, что он принял такой подобострастный вид? Они внимательно осмотрели Инь Шуйлин, а затем оба втянули в себя холодный воздух. Посмотрев друг другу в глаза, они кое-что поняли. Это...это та же самая молодая госпожа Мисс Инь, что и 3 года назад…

В те дни юная госпожа госпожа Инь и юный господин ФАН были подвержены множеству слухов о беременности несовершеннолетней. Это было по всему городу, и это было подавлено только тогда, когда Юнь Мучэнь, который делал заголовки для себя в финансовом секторе, вышел, чтобы решить этот вопрос. Они не думали, что встретятся снова сегодня, или что они встретятся снова вот так.

- Шуйлин, почему бы молодому господину Фаню не поприветствовать тебя? Мы только что говорили о тебе ... мы только что говорили о... - Нин Цин не продолжила говорить и посмотрела на Фань Чэнси своими прекрасными глазами. - О чем говорили?- Спросил инь Шуйлин.

Фань Чэнси немедленно сложил обе ладони вместе и дал знак Нин Цин, означающий: "Пожалуйста, отпустите меня с крючка.- Он не хотел, чтобы Нин Цин упомянула о том, что он только что предложил ей снять одежду. Нин Цин мило улыбнулась и сказала: Шуйлин, разве я не говорил тебе, что собираюсь снимать театральную пьесу? Я хочу, чтобы молодой мастер фан разработал для меня несколько костюмов…”

“Разве это не решено простым предложением?- Маленькая рука инь Шуйлин сунула орешек в ее маленький рот. Она искоса посмотрела на фан Чэнси и сказала: “Ай фан Чэнси. Я слышал, что вы были влюблены в девушек и действовали свободно и свободно. Если ты будешь постоянно отвлекаться от конструирования одежды, то заржавеешь. Нин Цин хочет, чтобы ты стал ее дизайнером. Я давно не видел твоих рисунков. Я тоже буду там 21-го числа, не позволяйте мне разочароваться. ”

Глаза Фань Чэнси заблестели, и он сразу же кивнул головой и похлопал себя по груди, говоря: “Шуй Лин, не волнуйся. Предоставь мне разобраться с замыслом Нин Цин. Начиная с ведущих актеров и заканчивая второстепенными актерами, я улажу их все. Я обязательно сделаю так, чтобы вы остались довольны. Инь Шуйлин кивнула головой. Нин Цин был тогда удовлетворен и сказал: “Молодой Мастер фан, Шуй Лин, вы, ребята, медленно болтаете. Я уеду первым, мама позвонила мне, чтобы отпустить домой поужинать.”- Конечно, Нин Цин, будь осторожна по дороге домой.”- Конечно, пока-пока.- Нин Цин взяла с собой Сяо Чжоу и помахала им рукой.

…

Сяо Чжоу шел рядом с Нин Цин, и она была так взволнована, что могла прыгать от радости. - Ух ты, Нин Цин, это здорово! Фан Чэнси фактически согласилась разработать все костюмы для актерского состава. О боже, я даже сама не смею в это поверить. Почему вы не сказали мне заранее, что он и Инь Шуйлин были старыми приятелями? Я был почти уверен, что вы не заключите сделку с Фань Чэнси прямо сейчас.”

Нин Цин рассмеялась и сказала: “Сяо Чжоу, зачем мне идти в битву, в победе которой я не уверена? Если бы фан Чэнси и Шуйлин не были старыми приятелями, я бы не смог получить то, что хотел от фан Чэнси. Я знаю свои способности. Если бы я сделал шаг назад, если бы фан Чэнси и Шуй Лин не были старыми приятелями, я бы не выбрал фан Чэнси. Хотя он способен запустить тренд на Weibo, он слишком опрометчив и не поддается контролю. Что касается каждого человека, с которым вы имеете дело – вы должны знать и себя, и своего врага. Нам не нужно выбирать лучшего человека; мы просто должны выбрать того, кто лучше всего соответствует нашим амбициям.”

Сяо Чжоу не мог перестать восхищаться Нин Цин. Она не могла удержаться, чтобы не дернуть Нин Цин за тонкую руку и не сказать: “Нин Цин, я извлекла больше пользы из одной консультации с тобой, чем из десяти лет учебы. Пожалуйста, прими меня как своего подопечного.”

Нин Цин сделала вид, что ударила ее кулаком. - Сяо Чжоу, если ты еще раз осмелишься говорить со мной, посмотри, как я буду с тобой обращаться!”

- Ах, помоги мне, Нин Цин теперь хочет бить людей. Обе девушки весело смеялись, болтали и выходили из бара, игриво ударяя друг друга.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 185:Если Бы Небеса Обладали Чувствами, Они Бы Тоже Состарились

Лу Шаомин смотрел, как Нин Цин исчезает в дверях бара. Она не замечала его, но он все время наблюдал за ней.

Он слышал все ее слова. Она сказала: "Знай себя так же хорошо, как и своего врага.”

Она также смеялась и играла с Сяо Чжоу, как девочка, и когда она проходила мимо него, она принесла с собой легкий ветерок смеха, похожий на звон колокольчиков.

Он поднял бокал с вином и сделал глоток.

В данный момент он не мог разгадать чувства в своем сердце. Пустая часть его сердца, казалось, была заполнена. Он был очень тронут.

Он был горд видеть, как она так мудро поднимается туда, где сейчас находится. Это было похоже на то, как растут его близкие. Это было так приятно.

Сейчас он все еще думал, что она слишком безрассудна. Оказалось, что он зря волновался.

Она снова произвела на него впечатление.

…

Нин Цин ушла. Фан Сичэн быстро взглянул на двух друзей, и друзья быстро встали и попрощались. - Молодой господин фан, Мисси Инь, нам еще нужно кое-что сделать, так что нам пора идти.”

- Ладно, иди скорее.- Фан Сичэн отмахнулся от них.

Когда все ушли, фан Сычэн искоса взглянул на Инь Шуйлиня и спокойно наблюдал за ним.

Инь Шуйлин пил коктейль. Ее естественные красные губы были очень мягкими, когда они отпечатывались на краю стекла. Ее длинные волосы на левом плече были заправлены за белоснежные уши, которые открывали ему половину ее очаровательного личика.

Глаза Фань Сичэна были зачарованы. Он и Инь Шуйлин превратились из одноклассников в друзей. Она всегда была в центре внимания, самая гордая маленькая принцесса.

Его маленькая принцесса.

Если она захочет, он будет обращаться с ней как с принцессой всю свою жизнь.

- Шуйлин, Инь Мучэнь звонил мне в ту ночь в прошлом году и позже.…”

Инь Шуйлин сделал паузу, пока пил, и сказал: "не упоминай ту ночь!”

“Да, да, я не буду упоминать об этом. Я не буду упоминать об этих несчастных вещах, пока вы счастливы Шуйлин.”

Инь Шуйлин поставила свой бокал с вином. Она придвинулась ближе к фан Сичэну и медленно коснулась его красивого правого лица своими светлыми руками. - Он сильно избил тебя в ту ночь? - спросила она немного извиняющимся тоном. Извини, я опять тебя втянул. Я не осмеливаюсь навестить тебя из страха, что он может что-то сделать с семьей фан.”

Фан Сичэн протянул руку и взял маленькую ручку Инь Шуйлин. Ее глаза Феникса были действительно прекрасны. Ее приподнятые брови придавали им особый вид холодного высокомерия; это заставляло мужчин желать ее, поскольку она была прирожденной соблазнительницей.

К сожалению, только он мог видеть холод в ее глазах Феникса. За последние три года ее характер стал намного холоднее, и ей не хватало жизненных сил.

- С тех пор, как мы познакомились, ты часто таскаешь меня туда-сюда, но я просто не думаю, что этого достаточно.”

Нежное личико инь Шуйлин раскраснелось от красного вина. Она не была пьяна. Она хорошо переносила алкоголь, но у нее был азиатский румянец.

Как только она выпьет, ее лицо покраснеет, как будто она нанесла первоклассные румяна. Цвет был таким же ярким, как роза.

“МММ, - сказала Инь Шуйлин, искренне глядя на фан Сичэн и хлопая длинными ресницами. Вместо того чтобы отдернуть руку, она искренне сказала: “Сичэн, мы знаем друг друга уже десять лет. Я слышал, что вы теперь очень успешны. Вы уже не молоды. Не гоняйся вечно за случайными женщинами. Женись на хорошей девушке.”

“Ха, - сказал Фан Сичэн с легким смешком. Его глаза наполнились теплом. - Шуйлин, я часто видела, как ты рисуешь карикатуры у озера, потому что ты любишь рисовать, поэтому я научилась дизайну одежды. Я обращал внимание на то, что вы делали все эти годы. Ты уехала в Англию три года назад, и я не отпустил тебя. Ты попросила меня убраться и сказала, что больше не хочешь меня видеть, так что я сдержалась и не пошла тебя искать. В прошлом году Инь Мучэнь позвонил мне и попросил приехать. Прежде чем я что-то сделал тебе, он избил меня. Ты снова попросил меня пойти. Ладно, я снова ушел. Но на этот раз я не стану тебя слушать. Я не выйду замуж, пока ты не выйдешь за меня.”

- Выйти за тебя замуж? Инь Шуйлин подняла голову и потрясенно посмотрела на него.

- Да, Шуйлинг. Фан Сычэн обнял ее и нежно поцеловал в волосы. “Я знаю все о твоем прошлом и боли. Я могу терпеть тебя и хорошо любить. Разве ты не устал за эти три года? Приходите ко мне, и вам не нужно будет ни о чем беспокоиться или притворяться кем-то другим. Будь принцессой в моем сердце, зеницей ока. Отпусти Инь Мучэнь и отпусти себя.”

Инь Шуйлин не знала, устала она или нет, но Фань Сичэн действительно тронул ее.

Она также думала о том, чтобы в будущем дождаться смерти своего отца в тюрьме. Она разделается с Инь Мучен ножом. Она отомстит за смерть своей семьи и позволит уничтожить себя.

Но теперь фан Сичэн растрогал ее своими словами: Какое счастье иметь в своей жизни человека, который так сильно любит себя.

Она преследовала любовь Инь Мучэня всю свою жизнь. Она всегда все делала для него. Хотя он никогда не принимал этого, она могла себе представить, как счастливо быть любимым.

Иначе как могла Инь Мучэнь полагаться на свою любовь к нему, чтобы подтолкнуть семью Инь к вечной катастрофе?

Инь Шуйлин медленно протянул руку и взял фан Сичэн. - Спасибо, Сичэн, но ... …”

Прежде чем она успела закончить, в ее ухе прозвучала холодная насмешка: “если ты хочешь жениться на ней, тебе лучше подождать следующей жизни!”

Инь Шуйлин отпустил Фань Сычэня и покосился в сторону: пришел Инь Мучэнь.

Сегодня на нем был серый свитер с V-образным вырезом и белые повседневные брюки. Надо сказать, что Инь Мучэнь был одним из тех мужчин, которые могли носить белые брюки с чистым и элегантным видом. Он был горячим финансовым магнатом, на счету которого десятки миллионов долларов каждую минуту в наши дни, и у него была спокойная и неизменная атмосфера элиты в его темпераменте.

Его темные остекленевшие глаза остановились на интимном жесте двух людей на диване. Он медленно произнес: "Шуйлин, иди сюда!”

“А почему она должна? Не уходи, Шуйлинг!- Фан Сичэн крепко держал Инь Шуйлин. В его глазах Инь Мучэнь был дьяволом и извращенцем.

Выражение искренности и привязанности на лице инь Шуйлин исчезло. Она лениво склонилась в объятиях фан Сичэна и захихикала с очаровательной легкой улыбкой. - О, это старший брат, - сказала она нежным голосом. Брат, ты, кажется, сердишься. Почему у тебя такая бурная реакция, ведь я только что на свидании со своим первым любовником?”

Лицо инь Мучэня не изменилось. - Шуйлин, иди сюда. Не позволяйте мне повторить это в третий раз, потому что я не знаю, кто из вас закричит от боли, если я повторю это в третий раз.”

Инь Шуйлин приподнял ивовую бровь, повернулся, обнял красивое лицо фан Сичэна и поцеловал его. - Сычэн, тогда я вернусь с братом. Давай встретимся в другой раз.”

Фан Сичэн был ошеломлен этим поцелуем. Это было действительно самое близкое, что они были за последние 10 лет.

Пока фан Сичэн был ошеломлен, Инь Шуйлин мягко оттолкнул его, встал и подошел к Инь Мучэню.

Инь Мучэнь взял ее за нежную бескостную руку и увел прочь.

- Эй, Шуйлинг!- Фан Сычэн пришел в себя и позвонил Инь Шуйлиню. Он увидел, как инь Мучэнь зашагал прочь, а Инь Шуйлин, спотыкаясь, бежал за ним с некоторым трудом.

Рот фан Сичэна приподнялся в насмешке над самим собой. Почему Шуйлин поцеловала его? Было ли это ради того, чтобы разозлить Инь Мучэня?

Признайся, Инь Шуйлин, как много ненависти ты теперь представляешь, как много любви ты все еще имеешь; такая гордая девушка все еще будет делать детские вещи для Инь Мучен.

…

Инь Шуйлинь был почти вытащен из двери бара Инь Мученем. Она нахмурилась и деликатно сказала: "Брат, отпусти! Ты снова делаешь мне больно.”

Мужчина, стоявший перед ней, усмехнулся: “Не трать так много сил сейчас; у тебя будет достаточно времени, чтобы почувствовать боль позже.”

При этих словах инь Шуйлин побледнела.

Но Инь Мучэнь все же слегка разжал руки, чтобы не причинить ей боли.

Инь Шуйлин вдохнул свежий воздух на улице. Она очаровательно улыбнулась. - Брат, ты будешь угрожать мне семьей фанатов? Послушай, ты имеешь дело с отцом Сычэна, когда нападаешь на семью Фань, потому что его отец того же возраста, что и ты. Ему уже за 40, а тебе за 30, ты такой старый, но у тебя все еще есть лицо, чтобы похитить первую подружку его сына. ”

Как только ее слова упали, Инь Шуйлин почувствовала боль в спине. Инь Мучэнь схватил ее за мягкую талию и прижал к дверце "Лендровера".

Машина была припаркована на дороге. На обочине было полно прохожих. Он надавил на нее сверху. Некоторое время инь Шуйлин бунтовал. Он просунул длинную ногу прямо между ее ног и удержал ее.

“Ты думаешь, я слишком стар, да? Если ты больше не хочешь называть меня старшим братом, это нормально – поменяй его на дядю или папу. Мне все это очень нравится.”

- Бесстыдница!- Лицо инь Шуйлин покраснело, и она не могла вынести такого сквернословия. Она тут же подняла руку и дала ему пощечину.

Пощечина! Пощечина прозвучала бодро и звонко, и Инь Мучэнь от нее нисколько не спрятался.

После пощечины у него не было никакой реакции. Он медленно повернул голову. Он протянул большой палец, чтобы вытереть красные губы Инь Шуйлин. Она только что поцеловала фан Сичэн!

Его большой палец был шершавым, а сила-огромной. Инь Шуйлинь было так больно, что она скривила брови. В то же время она чувствовала, что это нелепо, и лениво облокотилась на машину. - А я буду чистой, когда ты вытрешь мне губы? Я поцеловал Сичэн, лег в постель и сделал все, что мог. Кроме того, у меня был один, два, три, четыре...дюжина бойфрендов в Англии. Вы же не настолько наивны, чтобы думать, что после спектакля ко мне не прикасались другие мужчины. Инь Мучен, ты...Мммм!”

Инь Шуйлин был поцелован.

Нежное и красивое лицо инь Мучэня расширилось перед ней, и она широко раскрыла глаза, только чтобы увидеть, как он закрыл глаза. Его густые завитые ресницы затрепетали, когда он страстно поцеловал ее.

Прохожие заметили, что под желтым фонарем красивый и зрелый мужчина прижимается к красивой маленькой девочке на роскошном автомобиле.

- Ух ты,-присвистнули прохожие.

Инь Шуйлин протянула руку и толкнула его в грудь, но она не могла ни оттолкнуть его, ни пнуть ногами. Она могла только вытащить свой розовый язычок из его рта и положить две маленькие ручки на его рот, чтобы оттолкнуть его.

Мужчина судорожно вздохнул и отпустил ее. Она была краснолицей и ниже его ростом, и не хотела вдыхать мускусный запах мужчины, поэтому могла только спрятать голову у него на груди.

Инь Мучэнь дьявольски скривил губы “ " Шуйлин, разве твои десятки бойфрендов не учили тебя целоваться? Почему вам не хватает навыков?”

Инь Шуйлин возразил: "брат, разве ты не знаешь, что иностранцы не любят целоваться? Все они сразу переходят к делу.”

- Ах, да? Итак, вы выглядите как соблазнительница, но можете ли вы удовлетворить их, будучи настолько консервативной в постели, что вы ничего не знаете?”

Инь Шуйлин не хотела продолжать обсуждать с ним эту нездоровую тему. Она подняла голову и посмотрела на него холодными глазами. - Брат, я помню, как ты не хотел принимать меня раньше. Я была твоей сестрой, которую ты видел взрослой. Общественное мнение и феодальные идеи были слишком сильны, и вы не могли преодолеть это препятствие в своем сердце. Так было, когда я признался тебе в первый раз. Ты не только отказал мне, но и начал меня отталкивать. Как ты смеешь стоять на улице и целовать меня сейчас?”

Глаза инь Мучэня были темными и глубокими, и в них было что-то вроде намека на... отчаяние, когда он сказал: “Шуйлин, ты заставил меня!”

Он открыл дверцу, усадил ее на переднее пассажирское сиденье, наклонился, чтобы пристегнуть ремень безопасности, и захлопнул дверцу.

…

"Лендровер" был уже на дороге. Инь Шуйлин постепенно понял, что маршрут был неправильным. Это был не обратный путь к его вилле, а путь к дому семьи Инь.

Вилла семьи Инь все еще оставалась нетронутой. Все это осталось нетронутым, и позже она узнала, что он купил его.

Хотя там было так много прекрасных воспоминаний, Инь Шуйлин вообще не хотела туда идти.

Она была там уже несколько раз, и он не брал ее с собой, чтобы предаваться воспоминаниям – он уходил. to...do что-то в этом роде. Это должно было произойти в ее будуаре.

В ту ночь в прошлом году он избил Фань Сычэн и завладел ею.

Инь Шуйлин дрожал всем телом. Она уставилась на него покрасневшими глазами и отругала. - Инь Мучен, ты большой извращенец. Разве ты не чувствуешь себя неловко, когда делаешь что-то со мной там? Моя мать смотрит вниз с небес, и мой отец тоже не отпустит тебя. Ты бесстыдница. Ты разрушил нашу семью. Теперь ты все еще претендуешь на меня, и ты умрешь мучительной смертью.”

Инь Мучэнь ничего не выражал. - Сегодня твой отец снова болен и сидит в тюрьме. Будет ли он проходить лечение, зависит от вашего выступления Сегодня вечером.”

Слезы в глазах Инь Шуйлинь тихо выскользнули, и она пробормотала безучастно: "Инь Мучэнь, как наша семья оскорбила тебя? Почему ты так ненавидишь нас?”

Инь Мучэнь не ответил, он погрузился в мертвое молчание.

Инь Шуйлин в отчаянии откинулся на спинку сиденья. Она медленно закрыла глаза. Инь Мучэнь, знаешь ли ты, что какие бы счеты у тебя ни были с семьей Инь, я уже уладил их для семьи Инь?

В ту ночь, когда ей было 15 лет, ей было так больно. Впервые она сидела на своем столе и была изнасилована пьяным мужчиной. Ее тетрадь с домашним заданием была залита кровью.

В 18 лет она забеременела, и он так и не узнал, что стал отцом ребенка.

Когда-то она так сильно любила его. С 15 до 18 лет она терпела позор и тайно отдавала ему свое детское тело и ум снова и снова для его удовольствия. В ее юные 18-21 годы в ее мире не было цвета. Оставшись одна в Англии, она зализывала раны, которые он ей нанес.

Если бы небеса обладали чувствами, они бы тоже постарели. Она уже потратила на него всю свою красоту.

Но он этого не знал. Он ничего не знал.

…

На следующий день Лу Шаомин пришел в компанию и отправился в свой офис. Он положил руки на дверь, толкнул ее и вошел. “Лу Шаомин... - голос остановил его сзади.

Лу Шаомин оглянулся на женщину лет сорока с нежной и красивой внешностью.

Юэ Ваньцин.

Увидев женщину, идущую к нему, Лу Шаомин был уверен, что не знает ее, но почувствовал необъяснимую близость к ней. Он вежливо сказал: "Вы звали меня?”

Юэ Ваньцин стоял перед Лу Шаомоном. Она поверила словам дочери-ее зять потерял память.

Он тоже не узнал ее.

Сердце Юэ Ваньцин было печально, но она была психологически подготовлена, поэтому не слишком волновалась. Вспомнив, что Нин Цин вчера вечером съела две маленькие миски риса на столе и сказала ей с большим честолюбием: “Мама, я рассказала тебе о потере памяти Шаомин, потому что не хочу, чтобы ты волновалась из-за чего-то. Я постараюсь, чтобы Шаоминг снова влюбился в меня, так что не беспокойтесь об этом. “

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 186:Обнимаю Его Для Тепла

Ее дочь была такой же позитивной и счастливой. Она, будучи матерью, не могла оказывать на дочь дополнительного давления, но все же хотела подойти и посмотреть на своего зятя. - Молодой господин Лу, как поживаете? Я мать Нин Цин.”

Мать Нин Цин?

Сердце Лу Шаомина на мгновение сжалось, и он инстинктивно выпрямился. Он чувствовал себя так, словно они были парнем и девушкой, и он впервые встречался с родителями. Он немного нервничал. - Тетя, как поживаете?- Лу Шаомин тепло улыбнулся. - Как поживаешь? Юэ Ваньцин удовлетворенно кивнула головой и улыбнулась, сказав: “Я слышала, что моя дочь работает с вашей компанией над проектом. Хотя моя дочь умна, иногда она бывает довольно беспечна. Если есть что-то, что она сделала неправильно, я надеюсь, что молодой господин Лу простит ее за это.”

“Не беспокойтесь, ваша дочь чувствует себя очень хорошо.”

“Окей. Юэ Ваньцин протянула термос Лу Шаомину и ласково сказала: “я слышала, что молодой мастер Лу недавно перенес операцию на мозге. Это суп, который я сам варил дома. Если молодой мастер Лу не возражает, то, пожалуйста, возьмите его, пока он горячий.”

Лу Шаомин посмотрел на темно-синий термос, который дала ему Юэ Ваньцин, и был в оцепенении. Судя по его теперешним отношениям с Нин Цин, не была ли мать Нин Цин слишком восторженной в этот момент? Но, глядя на нежное и любящее выражение Юэ Ваньцин в ее глазах, из уважения, он использовал две руки, чтобы принять его и сказал: “Тетя, спасибо.”

“Да. Юэ Ваньцин мягко вздохнул и сказал:” За что тут быть благодарным? Я слышал, что ты один отправился в Англию на операцию. Хирургия слишком обременительна для человека; вам нужен кто-то, кто будет заботиться о вас сейчас больше, чем когда-либо. Вы были одиноки, и у вас не было родственников, которые могли бы позаботиться о вас – как вы преодолели все это? Молодые люди в наше время все стараются быть героями. Если вы не любите себя хорошо, это будет больно для ваших близких. Тогда, если бы ты принесла…”

Слова " Цинцин “еще не слетели с ее губ, когда он вдруг услышал:- Прибежала Нин Цин. “Цинцин.- Окликнула ее Юэ Ваньцин.

- Мама, почему ты так внезапно приехала? Если бы кто-то не сказал мне об этом, я бы ничего не знал. О чем вы говорили с Лу Шаомоном?”

Нин Цин больше всего боялась, что ее мать проболтается раньше времени. Мать до сих пор не знает о делах, касающихся ее свекрови, Сун Яцзин. Она выполнила условие не разглашать свое семейное положение в течение 3 месяцев, как было согласовано с Сун Яцзин. Это был компромисс: если мама вдруг ляпнет об этом, это будет нарушением контракта. Тогда у нее не было бы этих 3 месяцев.

Теперь Сун Яцзин была в деревне, ее ничто не беспокоило, и она вела свою жизнь хорошо. Но она знала, что Сун Яцзин определенно поручила кому-то следить за ней и следить за каждым ее движением. Как только она делала что-то неприемлемое, Сун Яцзин принимала меры. Теперь это было только затишье перед бурей.

Если Сун Яцзин начнет действовать, семья Нин удержит ее. Лу Шаомин потерял свои воспоминания, но, возможно, это была возможность для нее проверить химию и отношения, которые у нее были с Лу Шаомином, чтобы увидеть, смогут ли они пережить шторм вместе.

Более того, даже если она выдержит это, это не имеет значения. Сун Яцзин все еще была ее свекровью. Именно она заставит мать и сына поссориться друг с другом. Она никогда не сможет войти в двери семьи Лу. Более того, она любила Лу Шаомина; она не хотела, чтобы он был клином в их конфликте свекрови и невестки.

На сон Яцзин-сон Яцзин на самом деле мог бы заставить ее исчезнуть при первом контакте, но сон Яцзин согласился на ее обещание на 3 месяца. Она также боялась прямого разрыва с собственным сыном. Теперь она могла только желать, чтобы Лу Шаомин влюбился в нее быстрее. Она надеялась, что ее Лу Шаомин скоро вернется.

“Я ничего не говорил. Я только сварил немного супа для молодого мастера Лу, чтобы он выпил. Нин Цин посмотрела на термос в руках мужчины. Она неловко рассмеялась и сказала: “молодой господин Лу, мне очень жаль. Моя мама слишком увлечена. Она ведь не напугала тебя, правда?”

- Нет, спасибо, тетя.”

- Хорошо, мама, Лу Шаомин принял твою искренность. Позволь мне отвезти тебя домой. У меня еще есть работа, которую нужно закончить позже, и я занят.- Нин Цин схватила маму за локоть и увела Юэ Ваньцин. Лу Шаомин посмотрел на спины матери и дочери. Он не знал, что сказала Юэ Ваньцин. Нин Цин обняла ее за локоть и вела себя скромно. Они прошли некоторое расстояние и оставили за собой теплый след. Подождав, пока они войдут в лифт, Лу Шаомин повернулся и вошел в кабинет.

…

Был уже полдень, когда Чжу жуй вошел в кабинет. - Президент, что бы вы хотели сегодня съесть на обед? Сказать повару в столовой, чтобы он приготовил что-нибудь для вас, или позвать кого-нибудь?- Лу Шаомин занимался делами, связанными с коммерческим блокнотом. Он указал взглядом на термос, стоявший на кофейном столике, и сказал:”

“Окей.- Чжу жуй схватил пару серебряных палочек для еды и чашу из тонкого фарфора цвета вишни. Он наклонился, чтобы открыть термос, и в воздухе повеяло густым супом.

- Президент, это успокаивает нервы и питает мозг супом?- Эта суповая тарелка нуждается и во времени, и в тепле. Сначала нужно сварить суповую основу с китайскими травами, затем положить свиные ребрышки и свинину в фарфоровую кастрюлю и варить до тех пор, пока она быстро не закипит. Затем добавьте лекарство и поместите его в конвекционную печь, чтобы использовать небольшой нагрев, чтобы медленно тушить его. Запах этого супа действительно душистый. Президент, сначала вы пьете суп, а потом работаете.”

Услышав его слова, Лу Шаомин поднял голову от Блокнота. Он встал и подошел к дивану рядом с кофейным столиком, чтобы сесть. Он взял суповую миску из рук Чжу жуя и выпил полный рот супа. Суп был очень вкусный. Внутри термоса был также приготовленный рис и два других зеленых овоща, которые были обжарены вручную. Овощи были свежими и пахли великолепно, не испытывая недостатка и в визуальном отделе.

В мозгу Лу Шаомина вдруг возник образ нежного взгляда матери Нин Цин. Она была так опечалена и пробормотала себе под нос: “я слышала, что ты один поехал в Англию на операцию...” - он вспомнил о времени, проведенном в Англии сразу после операции. Он открыл глаза и тупо уставился на палату. В палате были люди, присутствовали и врачи, и медсестры. Он получал самую лучшую медицинскую помощь. Но сердце его было так пусто, и, казалось, ему чего-то не хватало. Только теперь он понял, что это, вероятно, его родственники.

И мать, и отец знали о его операции, но оба не пришли. Ему был 31 год. Он начал заниматься Гуан Цин, когда ему было всего 16 лет. В глазах родителей он уже давно не нуждается в уходе. Он отвечал за себя сам. Это было странно. Раньше он никогда не беспокоился о родстве и тепле, но теперь он так жаждал их. Может быть, об одном человеке действительно нельзя было заботиться. Когда о нем заботились, в его сердце росло неправильное чувство. Почему мать Нин Цин заботилась о нем? А Нин Цин-нравился ли он ей?

Лу Шаомин нахмурился. Перед его глазами стояла пара мать-дочь, удаляющаяся от него. Нин Цин была такой маленькой и беспомощной в объятиях собственной матери... на мгновение он почувствовал ... его сердце было полно…

…

Отослав Юэ Ваньцин, Нин Цин снова сосредоточилась на своей нервной работе. У входа в репетиционную было много телохранителей. У них не было выбора; актеры в зале были самыми популярными. Кроме того, чтобы помешать журналистам,они должны были предотвратить проникновение сотрудников Гуан Цин. Нин Цин снимала фильм. В этот момент за поворотом коридора притаились е Тин и женщина-служащая. Женщина-служащая была оскорблена. Она сказала: "сестра Е, ты только посмотри, какое внимание сейчас привлекает Нин Цин. Успех должен быть приписан вам, но из-за нее вы были лишены своей должности менеджера по маркетингу и теперь являетесь обычным сотрудником. Я не могу вынести такой несправедливости.”

В глазах е Тина была зависть. Она сжала свои руки, наклонилась к уху служащей и сказала: "сестренка, ты поможешь сестре Йе кое в чем...” та служащая взволнованно кивнула головой и ушла. Е Тин проводила ее взглядом, потом достала телефон и набрала номер: “Здравствуйте, мадам. Все идет по плану.”

….

Во второй половине дня театральная команда была распущена. Сяо Чжоу ушла, потому что у нее были кое-какие семейные дела. После того, как толпа ушла, Нин Цин увидела, что лед, который должен был быть опорой, тает. Она подошла к холодильнику, чтобы взять еще льда. Все служащие Гуан Цин ушли с работы; в коридоре никого не было. Нин Цин поднялась на 12-й этаж и вошла в морозильную камеру. В комнате дул холодный ветер и было очень холодно. Нин Цин шагнула внутрь и задрожала, схватив ее за плечи, потом снова задрожала. Она протянула руку, чтобы выбрать кубик льда, который был красивым снаружи, и приготовилась уйти. В этот момент: "па!- двери в морозильную камеру были плотно закрыты.

Сердце Нин Цин бешено колотилось, она быстро побежала открывать дверь, но это было бесполезно. Дверь была заперта снаружи. “Кто это там снаружи? Кто запер меня в ней? Быстро открой дверь!- Нин Цин протянула руку, чтобы ударить в дверь, и громко закричала. Но за дверью послышались торопливые шаги. Кто-то убежал. Скорее всего, сбежал тот, кто запер ее внутри.

Нин Цин была в ярости. Кто мог шутить с ней таким злым образом? Если бы она знала, кто этот человек, она бы точно его не отпустила. Хм! В этот момент Нин Цин чихнула. Она крепко обхватила себя руками. Морозильная камера была, вероятно, около минус 10 градусов, и она была одета в тонкую одежду. Вероятно, ей не понадобится и 10 минут, чтобы замерзнуть насмерть.

Нин Цин быстро достала из кармана телефон и набрала номер. Лу Шаомину, который ехал по дороге, позвонили, и он ответил. “Привет. Услышав его низкий и мелодичный голос, Нин Цин захотелось плакать. Этот морозильник выдувал холодный воздух, и ситуация была тревожной. Она бы солгала, если бы сказала, что не боится. Ей было так холодно, что она начала заикаться. - Здравствуйте, молодой господин Лу, где вы сейчас? Я заперт в морозилке в офисе. Не могли бы вы позвонить, чтобы кто-нибудь открыл мне дверь? Мне очень холодно.”

- Что? Морозильник? Почему ты заперт там внутри? Она услышала визг шин, когда машина резко остановилась; Лу Шаомин быстро нажал на тормоза.

Поскольку он ехал по оживленной главной дороге, как только он затормозил, машина позади него действительно остановилась вовремя, и другие машины позади этой машины не избежали той же участи... " Пэн! Пэн! Пэн!- Все они разбились один за другим. В этот момент со всех сторон раздались звуки клаксонов, и движение остановилось. Когда все уже были готовы выругаться, Лу Шаомин, виновник всего этого, резко повернул руль, и "Бентли" полетел в сторону Гуан Цин.

Он покинул место происшествия.

Подумав об этом, Нин Цин почувствовала себя обиженной, села на пол и свернулась калачиком у двери, пытаясь согреться. - Вы должны спросить себя, великий президент, молодой господин Лу, что вы скажете о людях в вашей компании? Один из ваших сотрудников запер меня здесь.- Темные глаза Лу Шаомина были остры, как глаза ястреба, летящего по ночному небу.

- Хорошо, я найду их. Я не позволю обидеть тебя без причины.”

“О. Нин Цин надула в ответ розовые губки. Она почувствовала, как все ее тело напряглось, и спрятала свое маленькое личико между колен. Она была как в тумане, и ей очень хотелось спать. Лу Шаомин увидел, что она не говорит, и быстро спросил: “Нин Цин, что ты делаешь? Тебе нельзя спать, ясно? Я уже попросил кого-то из Службы безопасности открыть вам дверь. Вы остаетесь в сознании и упорствуете. Я поговорю с тобой.”

- Поболтать? Нин Цин закрыла глаза и глупо улыбнулась. Она прикусила свои розовые губы и сладко сказала: "молодой господин Лу, я вам нравлюсь? Даже немного, ты когда-нибудь чувствовал это?”

Она спрашивала, нравится она ему или нет.

Ясные глаза Лу Шаомина яростно отпрянули назад, он посмотрел на светофор вдалеке и молчал в течение 3 секунд, прежде чем сказал: “Да.”

Его “Да " не получило ответа от девушки, на другом конце провода раздался звук падающего телефона, и Нин Цин закрыла глаза и действительно заснула. Она не слышала его ответа.

- Нин Цин! Нин Цин!- Дважды окликнул его Лу Шаомин. Этот хорошо образованный человек не смог сдержаться и выругался по-английски. Он выжал педаль газа до предела, и "Бентли" перелетел через дорогу. Люди на дороге видели и не могли удержаться, чтобы не сказать:” о боже, что случилось с этим человеком? Он так быстро едет! Он не заботится о своей жизни.”

….

Охранник открыл дверцы морозильника. В тот момент, когда он открыл двери, Нин Цин была уже заморожена, пока ее тело не стало твердым. Ее тело упало, когда дверь открылась, и она рухнула на пол. - Мисс Нин, Мисс Нин ... - Маленький охранник видел Нин Цин с закрытыми глазами и раздумывал, не вызвать ли ему скорую помощь.

Но в этот момент к нему быстро подошла черная учтивая фигура. Он наклонился, чтобы сбить Нин Цин с ног и увести ее прочь. После того, как человек ушел, как порыв ветра, маленький охранник понял, что это его президент, и он немедленно кивнул и поклонился. “Президент.- Он больше не видел перед собой своего президента.

….

Лу Шаомин отнес Нин Цин в свой кабинет. Он пинком распахнул дверь комнаты отдыха и положил Нин Цин на кровать. - Нин Цин, проснись. Лу Шаомин легонько похлопал ее по нежному бледному лицу. Лу Шаомин включил обогреватель в комнате. Разница в температуре между морозильником и этим местом заставила Нин Цин немного прийти в себя. Она дрожала с головы до ног. Она крепко обхватила себя двумя тонкими руками, перевернулась на бок и свернулась в маленький комочек. Ее маленький подбородок безостановочно терся о мягкое одеяло, пока она искала тепло, и она нахмурилась и пробормотала:- Лу Шаомин коснулся ее маленькой ручки. Ее белая рука все еще могла активно двигаться, ей не нужно было ехать в больницу. Он встал, желая найти еще два одеяла.

Но его большая рука была схвачена девушкой. Она, казалось, искала тепла и положила его большую руку себе на щеку. Она, казалось, была несколько удовлетворена, испустив "Ууу". Лу Шаомин посмотрел на ее красивое лицо. У него потемнело в глазах. Его ладонь сжалась, потом разжалась. Он поднял руку и снял с себя скафандр.

…

Через мгновение Нин Цин получила тепло, которого так хотела. Было действительно очень тепло. Он принес с собой немного обжигающего тепла. Она повернулась и двумя руками обняла крепкую талию мужчины, затем подняла свои стройные ноги, чтобы переплестись с его крепкими бедрами, помещая все свое тело в его объятия.

Лу Шаомин спал рядом с ней. Девушка была похожа на осьминога, который беспокоил его; он не слишком привык к этому, и все его тело было напряжено. Он знал, что ей холодно. Он положил ее стройные ноги между своих бедер и потер ее холодные маленькие ступни. Девушка выиграла дюйм, а теперь хотела фут, возможно, потому, что он был добр к ней. Она издала “Ууу". Ее маленькие ручки нашли путь к пуговицам его рубашки, и она уткнулась своим маленьким лицом в его сильную грудь.

Но этого все равно было недостаточно. Ее маленькая рука исследовала внутренности, и она коснулась его 6-пакового пресса и дважды булькнула от смеха. Лу Шаомин хрипло рассмеялся. Эта девушка, должно быть, не знала, что она обнажила свою извращенную природу во сне.

Давно ли она его возжелала?

Хех.

Лу Шаомин руками приглушил свет у кровати. Ее тело благоухало. Это был не запах химически приготовленного аромата, а запах ее собственного девчачьего тела. Оно было чистым и сладким.

Ее мягкие волосы коснулись его сильной челюсти. Он уловил запах шампуня. Ее волосы были ухожены, и от них исходило ощущение шелка. Лу Шаомин почувствовал себя немного неуютно. В этот момент у всех мужчин должна была быть какая-то реакция. Он не мог не сделать того же самого. Но его рука лишь легла на ее маленькие плечи, сохраняя дистанцию джентльмена.

У него все еще не было женщины. У него было чистое сердце и мало желаний. Он не желал женщину, которую не знал. Если есть такой день, когда он встречает кого-то, кто ему нравится, он хотел бы сначала жениться на ней, а затем вступить с ней в интимные отношения. Он опустил глаза и посмотрел на девушку в своих объятиях. Нравился ли он ей? Его сердце забилось быстрее. Сегодня он также почувствовал сильное побуждение от своего тела. Впервые он испытывал такие чувства к девушке. Это было очень чуждо.

Лу Шаомин дотронулся пальцем до ее маленького носика, который был изящен, как кусочек прекрасного нефрита, и тихо прошептал: “Нин Цин, ты знаешь, как меня зовут? Не ищи на мне его тени; я всего лишь МЕ – Лу Шаомин.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 187:Попробуйте Встречаться И Посмотрите, Куда Это

Нин Цин была обязана не отвечать Лу Шаомину. Хотя она держала тепло в своих руках, ее тело все еще было немного холодным.

Его нельзя было разогреть в одно мгновение после того, как он так долго промерзал в ледяной камере.

Ее длинные ресницы, похожие на крылья бабочки, несколько раз недовольно дрогнули. Он обращался с ней так, словно лелеял ее. Это было похоже на то время, когда он еще не потерял память.

Она надула розовые губки и кокетливо покачнулась всем телом. - Холодно! Мне все еще холодно.”

Лу Шаомин дотронулся до ее лица-оно все еще было холодным.

Ей все еще было холодно.

…

После часа сна все тело Нин Цин согрелось. Она поудобнее устроилась и открыла сонные глаза.

Когда она открыла глаза, то увидела перед собой знакомое нежное лицо. Нин Цин подумала, что это ей снится. Почему она спит с Лу Шаомоном?

Она закрыла глаза и снова открыла их. Боже, она действительно спала с Лу Шаомоном!

Он спал с закрытыми глазами. Его жесткое и резное лицо было немного более ясным и нежным, чем обычно. Он крепко держал ее, и одна рука все еще обнимала ее мягкую талию.

Нин Цин посмотрела на свою одежду. Ушедший.

Он…

Нин Цин не знала, не слишком ли быстро пришло это счастье. Сейчас ей просто хотелось плакать. Пока она спала, он... неужели он не мог подождать, пока она проснется?

У нее еще не было времени насладиться этим!

Она долго ломала голову. Черт, у нее даже нет сладких воспоминаний.

Пока Нин Цин был смущен и зол, мужчина медленно открыл глаза, и их взгляды встретились. Мужчина был спокоен и невозмутим, а девушка ошеломлена.

- Ха-ха, - Нин Цин быстро сжала свои розовые губы и смущенно улыбнулась. Ее маленькая ручка все еще цеплялась за его плечо. Ее жест был слишком двусмысленным. Она спросила: "моя одежда…”

“Я их снял.”

Ну ладно, он был честен.

Нин Цин посмотрела на его расстегнутую рубашку. “Ваша одежда…”

“Ты их снял.”

Ну, хорошо, она это признала.

- Тогда мы ... …”

“Ты замерзла в морозилке. Я отвел тебя назад и снял с тебя одежду, чтобы согреть. Между нами ничего не было. Не беспокойся.”

Не волнуйтесь?

О чем ей беспокоиться?

Неужели они все еще не могут мило поболтать?

Все прекрасные фантазии в сердце Нин Цин были разбиты вдребезги. Она ... она позволила ему держать себя вот так. Неужели он ничего не может сделать? Разве он не мужчина?

Увидев, как изящные щеки девушки надулись от смущения, Лу Шаомин медленно отпустил ее мягкую талию. Ее кожа была нежной и мягкой, а его ладонь-скользкой.

Он не понимал, из-за чего она смущается и злится. Потому что он обнимал ее?

Лу Шаомин усмехнулся про себя и медленно поднялся.

Увидев, что он встает, Нин Цин подняла свою маленькую челюсть и позвала: “Эй, Лу Шаомин!”

Лу Шаомин опустил глаза, и их губы потерлись друг о друга.

Когда их губы встретились, они не закрыли глаз. Нин Цин широко раскрыла глаза. Она несколько раз моргнула своими длинными ресницами, пока ее осенние зрачки не встретились с его яркими черными обсидиановыми глазами, и только тогда она была уверена, что действительно поцеловала его.

Ha.

Лу Шаомин заметил, что в зрачках девушки мелькнуло что-то смешное. Его глаза вспыхнули нежностью, которую было нелегко обнаружить. Он пошевелился и небрежно вытер ей губы. Он немного отступил.

Ее губы были как желе.

Они были хороши на вкус.

Неужели он просто так уйдет?

Нин Цин прикусила нижнюю губу, положила две маленькие ручки ему на шею, открыла вишневый рот и нежно пососала его сексуальные губы.

Человек, который хотел отступить, нажал на спуск. Он положил руки ей на плечи. Дыхание его было неровным. Он серьезно спросил: "Нин Цин, что ты хочешь этим сказать?”

Что это был за вопрос?

Нин Цин остроумно рисовала круги на его груди своими изящными и красивыми пальцами. Она была очень смущена, и ее лицо покраснело, но если она не проявит инициативу, он будет скрупулезно соблюдать этикет джентльмена. Когда же они окажутся вместе?

Разве не проще девушке подойти к мужчине?

Это была хорошая идея, чтобы использовать это как короткий путь.

- Молодой господин Лу, что это за тон, я поцеловала вас, вы сердитесь? - спросила она, не смея поднять на него глаза. Что еще я имею в виду? Я ... ты мне нравишься.”

Когда она понизила голос, его пальцы схватили ее крошечную челюсть, и он заставил ее поднять глаза. Через мгновение он произнес три слова: "Ты серьезно?”

Нин Цин зарылась своим маленьким красным личиком в его мягкую подушку, от которой шел его освежающий аромат. “Да.- Она кивнула.

Мужчина, сидевший на ней, больше ничего не говорил. Пока Нин Цин ждала его ответа, Лу Шаомин встал и встал с постели.

“Я приготовлю тебе ванну, прими ванну.- В его голосе слышалась хрипота.

Принять ванну?

Нин Цин повернулась боком и посмотрела ему в спину. После того, как она призналась ему, и он попросил ее принять ванну.

Что именно он имеет в виду?

…

Несмотря на то, что она была рассержена, она не была побеждена. И неважно, что он не ответил ей взаимностью. Она удвоит свои усилия.

Нин Цин села, завернулась в одеяло и встала с кровати. В комнате стоял изящный шкаф из сандалового дерева. Она открыла ее, и в ней оказались его форменная рубашка и костюм.

Рубашки и костюмы были выглажены без единой морщинки, а одежда прохладного цвета висела в шкафу с элитной холодностью.

Ее маленькие ручки коснулись белой рубашки. Ее голова была полна воспоминаний о его мускулистом теле цвета пшеницы. Раньше, по ночам, они часто упражнялись как муж и жена, и он часто был мокрым от пота. Мужчина сохранил хорошую фигуру. Но теперь, когда у него больше не было этого упражнения, она украдкой взглянула на него, и его фигура все еще была хороша.

Губы Нин Цин изогнулись в улыбке, а ее сердце было покрыто медом.

Когда Лу Шаомин вышел, он увидел, что девушка глупо дергает его за рукав рубашки и хихикает. Он повернул голову и сказал: “иди прими ванну.”

- Хорошо, - сказала Нин Цин, оглядываясь на него. Она была похожа на маленькую жену. “МММ, у меня нет сменной одежды. Могу я одолжить твою белую рубашку?”

Лу Шаомин кивнул.

Мужчина, стоявший у стеклянной двери ванной комнаты, казался высоким и длинноногим, а яркие белые лампы, стоявшие рядом с раковиной, освещали его и делали особенно красивым и обаятельным. Он засунул обе руки в карманы брюк, и рубашка, которую она стянула, была застегнута только на пару случайных средних пуговиц, которые открывали его очаровательные мужские ключицы и мышцы живота.

Нин Цин взяла белую рубашку в свою маленькую руку. Она встала и очаровательно улыбнулась мужчине. - Молодой господин Лу, под этими одеялами у меня ничего нет. Хочешь посмотреть?”

От того места, где она была, до ванной было довольно далеко, если он хотел посмотреть.…

Выражение лица Лу Шаомина было несколько неестественным. Мужчина, который обычно был зрелым и уравновешенным, кашлянул, повернулся и не посмотрел на нее.

Нин Цин положила одеяло на кровать. Она была застенчива, но его характер был налицо. Он никогда не будет подглядывать за ней.

Когда она подошла к мужчине, у Нин Цин мелькнула мысль поддразнить его, и она злобно вздохнула. - Хм, некоторые люди просто любят притворяться, говоря, что они не хотят, чтобы это было на поверхности, но вам действительно нужно было снять мое нижнее белье, когда вы держали меня, чтобы согреть меня? Не потому ли, что вы хотели меня видеть?”

После этого Нин Цин пошла в ванную и закрыла стеклянную дверь.

Лу Шаомин: "... " его лицо покраснело.

Девушка была слишком смелой и не решалась ничего сказать. Она заставила его покраснеть.

Наверное, это был первый раз в его жизни, когда он покраснел.

…

Лу Шаомин застегнул рубашку и заткнул ее за черный металлический пояс. Он не мог не смотреть в сторону. Тяжелое матовое стекло слабо высвечивало очаровательную фигуру с изящными изгибами.

Кадык Лу Шаомина дернулся, и он повернул голову.

Вообще-то, насчет этой...проблемы с нижним бельем: это не он хотел их снять, а она.

Вероятно, она не привыкла спать в нижнем белье. После того как он снял с нее свитер, она сама принялась натягивать нижнее белье. Она не могла оторваться и надула губы в его объятиях, а ее розовые губы тихим голосом пробормотали свое неудовольствие.

Она была такой девичьей.

Казалось, она винит его за то, что он не помог ей.

Поэтому он снял его для нее.

Ему потребовалось много времени, чтобы расстегнуть пуговицы на нижнем белье этой женщины. Он никогда раньше не соприкасался с ней.

Подняв руку и взглянув на часы, он увидел, что уже 7.30. Он повернулся и открыл дверь гостиной.

Случилось так, что дверь кабинета была открыта и вошел Чжоу Чжилэй.

Чжоу Чжилэй увидела Лу Шаомина, рассмеялась и сказала: “Брат мин, ты забыл о нашем свидании? Ты пригласил меня сегодня на ужин. Я жду тебя уже больше часа. Вы еще не приехали, и ваш мобильный телефон снова недоступен, поэтому я пришел в офис, чтобы найти вас. Вы действительно были в офисе.”

Лу Шаомин резко поднял бровь: он действительно забыл об их свидании.

Он ехал на свидание больше часа назад, но с Нин Цин что-то случилось, и он поспешил сюда. Он уложил Нин Цин спать и переключил свой мобильный телефон в беззвучный режим. Он не хотел спать, Но девушка была такой душистой и теплой, что он заснул именно так.

- Жилей, пойдем. Лу Шаомин взглянул на дверь и подошел к Чжоу Чжилэю.

- Хорошо, Брат Мин. Что бы вы хотели съесть сегодня вечером? Китайская еда или западная еда? Вчера мы с тетей ходили по магазинам и нашли хороший ресторан западной кухни…”

Нин Цин, находившаяся в комнате, стояла у двери и слышала счастливый смех Чжоу Чжилэй, когда она выходила из кабинета вместе с Лу Шаомоном.

Маленькие ручки Нин Цин, лежавшие на дверной ручке, слабо опустились. Его рубашка была очень длинной и прикрывала ее маленькую попку. Она стояла у умывальника и хотела бесстыдно стянуть рубашку, чтобы показать ему больше кожи.

Но, похоже, он не хочет этого видеть.

Переспав с ней, он ушел с другой женщиной.

Она подумала, что он все еще испытывает к ней какие-то чувства. Хотя он и не говорил этого, шестое чувство женщины было особенно острым.

Похоже, она себе льстила.

Нин Цин подняла глаза и сдержала слезы обиды. Ей было грустно не потому, что она встретила препятствие, а потому, что он ушел с другой женщиной.

Ей не нравилось, что он встречается с другими женщинами.

У Чжоу Чжилэя были хорошие отношения с матерью. Свекровь не любила ее и смотрела на нее свысока. Это было несколько неловко и грустно в глазах невестки, но у нее не было времени на возражения. Она смотрела, как свекровь знакомит мужа с другими женщинами, но ничего не могла поделать.

Все над ней издевались.

Теперь даже он издевался над ней.

Нин Цин села на кровать и сняла белую рубашку. Она оделась по одной вещи за раз и вышла из комнаты.

Проходя мимо стола, она случайно наткнулась на лежащий на нем документ. Документ упал на землю, и она присела на корточки, чтобы поднять его.

Она взглянула на название документа; похоже, это был рецепт капустного плюма.

Она положила бумаги на место и вышла из кабинета.

Через два шага зазвонил ее сотовый телефон, и она посмотрела на него. Это был линь Сюэмэй, который не связывался с ней в течение долгого времени.

Она ответила: - Привет, Сюэмэй... ты что, в вестибюле моей компании? Ладно, я сейчас спущусь. Подожди меня.”

…

Нин Цин вышла из ворот Гуан Цин, и на улице стояла красная машина. Линь Сюэмэй сидел на водительском сиденье. Это была ее машина.

Нин Цин побежала вперед, открыла дверцу и села на пассажирское сиденье. - Сюэмэй, мы давно не общались. Вы купили машину?”

Линь Сюэмэй был одет в профессиональный костюм. Она рассмеялась и сказала: “Нет, эту машину мне подарила компания.”

- Неужели? Сюэмэй, ты сейчас работаешь? Похоже, что ваше положение довольно высоко, учитывая, что компания даже дала вам автомобиль.”

- Ха-ха, это не большая компания, просто косметическая. Пойдем, Нин Цин. Пойдем выпьем чего-нибудь. Я отвезу тебя домой позже.”

“В порядке.”

…

Лу Шаомин и Чжоу Чжилэй поднялись на лифте и прошли через служебные ворота. Чжоу Чжилэй увидела "Бентли" Лу Шаомина и решила, что он отвезет ее к машине. Но Лу Шаомин сказал: "Чжилэй. Давай сегодня не будем ужинать. Давай просто пройдемся.”

- Ладно, что бы там ни говорил брат мин. Чжоу Чжилэй рассмеялся.

Они вдвоем шли по улице. Голос Лу Шаомина спокойно и мягко произнес: "Чжилэй, я знаю, что нравлюсь тебе. Ты нравишься моей матери, и наши две семьи намерены объединиться браком, но это не мое намерение. У меня нет любви к тебе. Ты можешь быть только сестрой в моем сердце, так что не медли, Найди свою любовь и женись поскорее.”

Улыбка Чжоу Чжилэя застыла. Она заставила себя улыбнуться и сказала: "Брат мин, в этом году тебе уже 31 год! Тетушка уговаривала тебя выйти замуж, а поскольку у брата Мина нет никого, кто бы тебе нравился, то я-твой лучший кандидат. В этом мире не каждый брак будет иметь любовь. Большинство браков между богатыми семьями также могут быть удачными. Брат мин несет ответственность за заботу о семье Лу; я был бы вашим лучшим выбором.”

- МММ. Лу Шаомин кивнул. - Я думал жениться на тебе еще полмесяца назад в Соединенных Штатах, но вернулся в Ти-Сити.…”

“Что случилось после того, как вы вернулись в Ти-Сити?”

- Вернувшись в Ти-Сити, я неожиданно встретил девушку, с которой хотел попробовать встречаться и посмотреть, к чему это приведет.”

ДА. Попробуйте встречаться и посмотреть, к чему это приведет.

Совсем недавно в гостиной, когда она тихо шептала в его объятиях и оставила маленький розовый пузырь на его рубашке, он хотел попробовать встречаться с ней.

Поскольку она относилась к нему серьезно, он тоже хотел попробовать.

Чжоу Чжилэй остановилась и покачала головой. - Брат мин, Кто бы тебе ни нравился, тетушка с тобой не согласится.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 188:Мелочь, Конечно, Я Смогу Контролировать Вас Всех

Лу Шаомин тоже остановился. Он посмотрел на Чжоу Чжилэя и холодно улыбнулся: "если она не согласна, значит, она не согласна. Только я должен быть доволен результатами. Она не очень заботилась обо мне, потому что в ее глазах я не нуждаюсь в ее заботе. Но она не понимает, что люди, которые не нуждаются в заботе, также не нуждаются в ограничении. Теперь я тоже не тот, кого она может контролировать.”

Семейное воспитание предопределило ему стать ответственным и способным человеком. В то же время воспитание сделало его сыновним. Таковы основные требования жизни. Но быть сыновним не значит слепо следовать за ним. В прошлом, когда бы его мать ни заговаривала с ним о браке, он никогда не мстил ей, потому что не встречал никого, кто дал бы ему повод для этого. В этой жизни, если он не встретит кого-то, в кого он мог бы влюбиться, он решил, что будет искать богатую семью, чтобы построить связи через брак. С его личностью, даже если бы у него не было чувств после брака, он также не предал бы брак. Он будет защищать человека всю жизнь, и именно так, по его расчетам, все и обернется. Но теперь все было по-другому.

Он встретил...Нин Цин.

Он не знал почему, но испытывал к ней такие сильные чувства.

Чжоу Чжилэй был потрясен до глубины души. Лу Шаомин продолжил: "Чжилэй, это правда, что мы выросли вместе. Я вовсе не провоцировал тебя. Мое отношение всегда было ясным. Не используй свой возраст и молодость, чтобы шантажировать меня. Я не возьму на себя ответственность, и я не чувствую никакой вины. Ты умная женщина. Не трать на меня больше времени, и эти слова-Последние, что я тебе скажу. У меня есть и другие дела. А теперь я ухожу.”

Лу Шаомин сунул руку в карман и поднял ногу, чтобы уйти. Чжоу Чжилэй ошеломленно смотрел на красивую спину мужчины. Она думала, что он пришел отдохнуть и пообедать с ней. Но, похоже, он был здесь не просто так; он пришел сюда, чтобы сказать ей эти слова.

Он только что произнес эти слова, и его темные глаза были спокойны и собранны. Они были наполнены расстоянием и пренебрежением. Он действительно не испытывал к ней никаких чувств. Если бы не хорошие отношения между двумя семьями, он, вероятно, не потратил бы 5 минут, чтобы поговорить с ней.

Или, может быть, у него уже была девушка, с которой он собирался встречаться сейчас, поэтому он не хотел, чтобы она испытывала к нему более смутные чувства. Теперь он сделает разрыв чистым и ясным. Этот человек был таким непостоянным. Ее чувства, которые она испытывала к нему все эти годы, он не принимал во внимание.

Лу Шаомин снова посмотрел на часы. Он предположил, что девушка, вероятно, уже приняла душ. Она не ужинала, и ее желудок, вероятно, был голоден. Он спустился вниз, чтобы угостить ее ужином. Он не знал, что ей нравится. Он прошел мимо "Макдональдса" и остановился как вкопанный. Он не любил сети быстрого питания. Он никогда не пробовал их раньше, но в тот день ей, похоже, очень понравилось, и она любила сладости, особенно мороженое. Лу Шаомин зашел в "Макдональдс".

Когда он вошел, все взгляды были устремлены на него. Люди, которые вошли внутрь, чтобы поесть, были все молодыми парами. Такой эрудированный человек, как он, редко появлялся здесь. Его рубашка и брюки были немного помяты с тех пор, как он спал с ней, но это не повлияло на его элегантность и деликатность. Две его длинные ноги были прямыми и уверенными. Он держал одну руку в кармане и был похож на высокомерного президента из драмы про идолов.

- Ух ты, откуда взялся этот длинноногий оппа? Он такой красивый.- Несколько молодых девушек подошли к нему и закрыли рты, чтобы закричать. Лу Шаомин привык к этой сцене. Он поднял ногу, чтобы подойти к стойке с заказами, и поднял голову, чтобы взглянуть на меню. Персонал за стойкой смотрел на четкие черты лица Лу Шаомина как завороженный. Этот человек действительно был так красив, особенно когда поджимал свои темно-красные тонкие губы. От него веяло элегантностью и холодностью, к которым трудно было подступиться. Это заставляло женские сердца влюбляться. Такой человек действительно пришел бы и в "Макдональдс".”

Кассирша нервно спросила: "с...сэр, что вы хотите заказать?- Похоже, он не знал, что заказать. - Хм, А что обычно заказывают девушки?- Кассирша ликовала в душе. Его голос был таким мелодичным. Он был низким и очаровательным, а также обладал вежливостью джентльмена;он был так привлекателен.

- Сэр, вы заказываете... для своей девушки? Сколько ей лет? Лу Шаомин слегка нахмурился и взглянул на посох. Он не отрицал словесно этого термина - "подружка".- С ее слов, сколько ей было лет.…

Он не спрашивал заранее.

Судя по ее юной и маленькой внешности, ей должно было быть около 16 или 17 лет, но она была мудрее своих лет, когда имела дело с миром. Ей было, наверное, около 20 лет.

- 20 лет назад.”

- Сэр, нормальные двадцатилетние девушки любят картошку фри, яичные пироги и мороженое. Как это и это, это горячие продукты. Кассирша указала на меню. Лу Шаомин кивнул головой и сказал: “хорошо, Дай мне их.”

…

Лу Шаомин открыл дверь в кабинет. От бумажного пакета, который он нес, у него вспотели ладони. Это был первый раз, когда он купил эти вещи для девушки. Он не знал, понравится ей это или нет. Лу Шаомин вошел в комнату отдыха и сказал: “Нин Цин...” внутри было пусто.

Его белая рубашка лежала на кровати, а Нин Цин уже ушла. Лу Шаомин оглядел комнату, вышел без всякого выражения и вышел из кабинета. Спустившись вниз, он положил бумажный пакет, который держал в руках, в мусорное ведро, сел на "Бентли" и уехал.

…

Хотя Нин Цин была очень расстроена, когда Лу Шаомин ушел с Чжоу Чжилэем той ночью, у Нин Цин не было времени огорчаться. Завтра, 21 марта, должен был состояться дебют спектакля. Но она кричала " Cut” несколько раз, когда ведущие актеры Оу Ло Си и Ся Сяофу разыгрывали свою сцену, где они целовались, когда их толкали к стене.

Самый популярный актер и богиня были известны своим профессионализмом в том, что касается их актерской игры. Каждый раз, когда они репетировали другие сцены, они могли сделать это правильно за один дубль. Но каждый раз, когда это была сцена поцелуя, казалось, что они попали в свою ахиллесову пяту.

Нин Цин хлопнула в ладоши и сказала паре, которая стояла за куском легкого Муслина: "Ло Си, Сяо Фу, я не хочу давить на вас, ребята, но весь актерский состав уже готов. Только эта сцена поцелуя не может пройти мимо цели. Давайте еще раз порепетируем. Ся Сяофу, стоявший за Муслином, легонько прислонился к ширме,и Оу Ло Си медленно поднял руку. Эти двое, казалось, были близки к завершению сцены поцелуя.

Сяо Чжоу ударил по доске и крикнул: "действуй!”

Съемки фильма официально начались.

ОУ Ло Си был на голову выше Ся Сяофу. Его тень приблизилась к ней. Ся Сяофу украдкой взглянула на него. Он не смотрел на нее, и его взгляд был прикован к ее губам, когда он медленно приблизился, чтобы поцеловать ее. Во время съемок подобных сцен поцелуев, поскольку у актеров не было настоящих отношений, они должны были найти способ выразить какую-то теплоту между ними. Эти двое должны были общаться глазами, но было очевидно, что Оу Ло Си отказывается от контакта.

Ся Сяофу почувствовала некоторое разочарование в своем сердце, но румянец появился на ее нежном лице, которое было размером с гусиное яйцо. В его видении, ее мягкие губы имели проблеск мягкости. Он подошел, и Ся Сяофу судорожно закрыла глаза. Его холодные тонкие губы лишь мягко коснулись ее губ. - Ло Си, - Нин Цин не крикнул " режь“, но сказал: - в этой сцене нет никаких линий. Внимание аудитории должно быть сосредоточено на вашем телесном контакте. Я не прошу вас двоих крепко целоваться, но когда вы целуете Сяофу, пожалуйста, подойдите к ней поближе или держите ее лицо. Поцелуй ее губы в замедленной съемке – не будь слишком жесткой.”

Они стояли за муслиновой скатертью. Одна из них лежала на экране, потому что была слишком застенчива. Тело стояло далеко от нее, как будто он избегал ее. Язык их тел был чересчур жестким, и от них не исходило ни капли романтики или красоты. Нин Цин смотрела на них, как на зрителей, и не могла не чувствовать себя неловко.

Оу Ло Си услышал слова Нин Цин. Он сделал шаг вперед и использовал свое длинное и чистое тело, чтобы приблизиться к Ся Сяофу. - Он протянул руку, чтобы обхватить ее маленькое личико. Когда он пришел, чистый запах, пахнущий бамбуком, поплыл вместе с ним. Ся Сяофу почувствовала, как у нее подкашиваются ноги. Ее маленькие руки, которые без опыта возились с одеждой, потянулись к его поясу. От ее движения Оу Луокси застыла. Его руки, лежавшие на ее маленьком личике, замерли, и он сделал шаг назад.

Взятие было приостановлено.

Они все еще не могли этого сделать.

Люди на сцене, которые ожидали этого, вздохнули, Сяо Чжоу разочарованно посмотрел на Нин Цин и тихо сказал: “Нин Цин, что ты скажешь нам делать?- В глазах Нин Цин блеснула искра, и она громко сказала: - Хорошо, Ло Си, Сяо Фу, Вы двое сделайте перерыв.”

…

"Нин Цин, это официальное начало производства завтра, но если Оу Ло Си и Ся Сяофу все еще не имеют искры между ними, что мы должны делать тогда? Они так хорошо смотрятся вместе, но они неожиданно не смогли пройти через сцены поцелуев, - пробормотал Сяо Чжоу. Нин Цин подняла глаза и посмотрела на ОУ Луоси и Ся Сяофу. Они сидели как можно дальше друг от друга. Они оба были в сопровождении своих помощников, Оу Ло Си, казалось, не имел никакого выражения лица. Мужчина выглядел озадаченным. Ся Сяофу держала в руке чашку горячего чая, ее взгляд был устремлен вниз, и ее тонкое маленькое лицо казалось довольно подавленным.

Нин Цин посмотрела на Сяо Чжоу и тихо сказала: "им не хватает искры? Было только 2 или 3 актрисы, которые снимали сцену поцелуя с Ло Си, одна из них была мной. Но когда я снимал сцену поцелуя с Ло Си, мы преуспели на одном дыхании. Когда Сяо фу здесь, Ло Си готов целовать только края губ Сяофу. Есть ли в этом мире человек, который не желает поцеловать нашу национальную богиню Сяофу? Дело не в том, что им не хватает искры, а скорее, он боится, что у них будет слишком много искры, и после того, как они поцелуются, он потеряет контроль.”

- О боже, Нин Цин, неужели ты случайно наткнулась на еще один слух? ОУ Луоси и Ся Сяофу... - Сяо Чжоу, казалось, что-то поняла, но все еще не понимала, - если у них есть чувства, то почему Оу Луоси не хочет сотрудничать? Нин Цин не ответила. - Сяо Чжоу, подойди сюда.- Нин Цин тайком махнула рукой в сторону Сяо Чжоу. Сяо Чжоу взволнованно подошел к ней. - Тихо прошептала Нин Цин ей на ухо.

- Пфф. Сяо Чжоу тут же рассмеялся и сказал: “Нин Цин, ты слишком плох! Ладно,я пойду и все устрою."Глядя на уход Сяо Чжоу, Нин Цин была в своих мыслях и посмотрела на ОУ Ло Си, она вдруг подумала о том, что Лу Шаомин сказал ей в прошлом.

ОУ Луоси был выброшен, когда родился. До 8 лет он рос в храме Шаолинь. Именно тогда он собственными глазами увидел, как сгорели двери храма. В течение следующих 10 лет он провел свою жизнь в глубинах гор и вырос вместе с волками. Ребенок-волк-вот кто он такой.

Сейчас ему 19 лет. Только 2 года назад он снова научился жить по-человечески. Он всегда снимал драмы, потому что съемки драм состояли всего лишь в том, чтобы следовать сценарию, чтобы разыграть его; это было самое простое, что можно было сделать. На самом деле, он, вероятно, все еще не научился жить, так откуда же ему знать, как любить кого-то? Кроме того, Ся Сяофу была невестой его старшего брата. Как она могла ему понравиться?

Сяо Чжоу спросил Оу Луоси, почему он не сотрудничает, потому что люди часто помещают то, что они ценят больше всего, в самые глубокие уголки своих сердец и не могут легко выразить это. Сердце у Луоси было чувствительным и хрупким. Но Нин Цин было любопытно, когда же Оу Луоси влюбился в Ся Сяофу? Такой человек, как он, в тот момент, когда ему понравится девушка, что тогда ждет его в будущем?

…

Отдохнув 5 минут, Нин Цин сказала: "Давайте еще раз порепетируем.- ОУ Ло Си и Ся Сяофу встали и направились к тонкому Муслину. Но Нин Цин рассмеялась и остановила их, сказав: "Сяофу, тебе было тяжело. С этого момента ты можешь отдыхать. Я решил использовать двойника тела для этой сцены.- Пока она говорила, вышла девушка, похожая на Ся Сяофу. Нин Цин представила ее Оу Ло Си, сказав: "Ло Си, ты будешь снимать эту сцену вместе с ней. Теперь мы репетируем один раз, я хочу увидеть эффект. Ся Сяофу застыл на месте преступления. Она посмотрела на тело двойника, затем перевела взгляд на ОУ Ло Си.

ОУ Ло Си не ожидал внезапного решения Нин Цин. Он вообще не смотрел на тело двойника. На этот раз он посмотрел Ся Сяофу прямо в глаза. Изящный носик ся Сяофу уже слегка покраснел, и она сказала Нин Цин: "Нин Цин, почему ... внезапно мы меняемся на двойника тела... я ... Я ... Я ... Я ... Я ... Я ... Я ... Я ... Я ... Я ... Я ... я ... …”

Она не могла продолжать говорить, ее белые руки были сжаты в кулаки. А что ты ожидал услышать от такой девушки, как она? Могла ли она сказать, что хочет снять сцену поцелуя с ОУ Ло Си и не хочет, чтобы Оу Ло Си целовал другую девушку? Она не могла произнести эти слова.

Нин Цин улыбнулась и утешила ее, сказав: "Сяофу, спектакль начинается завтра. Время поджимает. Ло Си и вы не смогли добиться того эффекта, который мы ищем. Мы будем использовать тело двойника, чтобы попробовать его.- Нин Цин дала знак двойнику тела. Девушка вышла вперед и, проходя мимо Оу Ло Си, с восхищением посмотрела на него своими водянистыми глазами.

- Ло Си, входи. Мы начнем репетиции. Нин Цин поторопил Оу Ло Си. Оу Ло Си поколебался несколько секунд, а затем поднял ногу, чтобы идти за тонким Муслином. В этот момент Сяо Чжоу вернулась и сделала знак “хорошо” руками в направлении Нин Цин в темноте. Нин Цин улыбнулась, похлопала по доске и крикнула:”

Затем ся Сяофу посмотрела на тонкий Муслин. Двойник по телу прислонился к экрану, и Оу Ло Си медленно поцеловал ее. Ся Сяофу почувствовала, что ее глаза покраснели, и она убежала в гневе. “Эй, Сяофу, что с тобой?- Помощник ся Сяофу, Сяо Ли, поспешил за ней. ОУ Ло Си, стоявший за Муслином, услышал шум снаружи и отпустил тело двойника. Он вышел и сказал Нин Цин: "отмени эту сцену поцелуя.- ОУ Ло Си вышел. Вся команда в смятении переглянулась. Крысы, две главные нити разбежались; что же им теперь делать? Все с нетерпением смотрели на своего великого директора Нин Цин. Их директор удивленно подняла брови и с довольным видом опустилась на директорский стул. Сяо Чжоу дал ей чашку чая, и она неторопливо сделала глоток. Она сказала в своем сердце-небольшое дело, я определенно смогу уладить вас двоих!

….

Сяо Ли погнался за Ся Сяофу. - Сяофу. Не беги куда-нибудь, не беги так быстро. Что произойдет, если вы упадете или вас собьют с ног? Быстро, остановись сейчас же! Сяофу, не сердись! Использование двойника тела также хорошо, и кто заботится о съемках сцены поцелуя с ОУ Ло Си? Мы пробыли здесь столько дней, что я заметила, что он даже не смотрит тебе в глаза. Он слишком эгоцентричен! Я также слышала, что он любит мужчин ... тебя…”

Ся Сяофу вбежал в раздевалку и сказал Сяо Ли с покрасневшими глазами: “Заткнись, я не хочу тебя слушать. Я не хочу слышать, как ты плохо отзываешься об Оу Ло Си! Я хочу переодеться. Вы спускаетесь вниз, чтобы подготовить машину. Я хочу вернуться, мы вернемся завтра! Ся Сяофу с грохотом захлопнул дверь.”

Сяо Ли была заперта за дверью, и она внезапно почувствовала себя странно. Почему Сяофу защищал этого Оу Ло Си? Она повернулась, чтобы спуститься вниз, но в тот момент, когда вошла в лифт, почувствовала что-то неладное. Она посмотрела на комнату, в которую вошла Ся Сяофу. На ней висела табличка “женская раздевалка”, но она, похоже, отличалась от той, что была утром. Сяо Ли дотронулась до ее головы и спустилась вниз, чувствуя головокружение.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 189:Оу Ло Си, Вам Могут Нравиться Только Женщины

Ся Сяофу вошел в раздевалку. Ее одежда лежала на диване в гардеробной. Она начала снимать свою белую рубашку.

Когда она раздевалась, по ее лицу потекли слезы. Она чувствовала себя так, словно с ней поступили несправедливо.

Она очень много работала, чтобы снять эту пьесу. Сцена поцелуя ... это была не ее вина. Она активно сотрудничала с ОУ Ло Си, но он просто не целовал ее.

В начале сцены поцелуев он не хотел даже целовать уголок ее губ. Он хотел использовать принудительную перспективу, чтобы снять сцену поцелуя, но Нин Цин сказала "нет", поэтому он неохотно поцеловал уголок ее губ.

Когда они стояли рядом, он старался держать их тела как можно дальше друг от друга. Он никогда не прикасался к ней. Она не могла не видеть его отчужденности и безразличия. С ней никогда раньше так не обращались.

А теперь, что он делает? Наверное, целуется с другой девушкой.

Как сказал Сяо Ли: он никогда не смотрел на нее прямо. Она всегда была сама сентиментальна.

Ся Сяофу сняла белый кружевной лифчик. Она с силой вытерла губы. Ей все равно. Она не хочет его целовать.

Плохой человек. Это был ее первый поцелуй.

В ее возрасте она позволяла Оу Цзе только дважды держать ее за руки и несколько раз дотрагиваться до плеч. Она была такой чистой, но он не хотел ее!

- Уа... - печально воскликнула Ся Сяофу. Она плакала и бранила его. “ОУ Ло Си, ты плохой ублюдок. Я ненавижу тебя, ненавижу!”

Затем со щелчком открылась дверь гримерной.

Ся Сяофу была потрясена, когда услышала, как открылась дверь. На ней не было никакой одежды. Она быстро встала и огляделась, прикрывая руками верхнюю часть тела.

Она замерла, когда увидела, кто там был. Человек, которого она только что проклинала, внезапно возник перед ней.

ОУ Ло Си.

ОУ Ло Си тоже был ошеломлен. Он не знал, почему увидел ее здесь. Это была мужская раздевалка. У него было острое чувство направления. Именно в этом направлении он шел сегодня утром; он не мог ошибиться.

Ее гардеробная должна быть рядом.

Почему она здесь?

ОУ Ло Си шагнул вперед обеими ногами. Он положил руку на дверную ручку. Его глаза не могли не смотреть на девушку. Глаза у нее были красные. В ее глазах был хрустальный туман. Она выглядела очень обиженной. Слезы все еще липли к ее изящному и красивому лицу, похожему на гибискус. Она выглядела очень несчастной.

Он посмотрел вниз. Она сняла белую рубашку, и синяя клетчатая юбка свисала с блестящего плоского живота. Ее ухоженные волосы, похожие на водоросли, рассыпались по груди и заслоняли свет.

В данный момент девочка-фея обладала какой-то неоправданной хрупкостью, и ее способ защитить себя был пронизан робостью и страхом. Если бы другие мужчины увидели ее такой, их кровеносные сосуды определенно наполнились бы кровью; даже геи начали бы желать ее.

Но Оу Ло Си просто посмотрел в сторону, и его равнодушное выражение лица не изменилось, когда он сказал:”

Он повернулся, чтобы уйти.

Ся Сяофу был в ярости. Он уже целовал ее раньше, а теперь увидел. Но он все еще был таким, обращался с ней как с призраком.

Сначала она хотела спрятаться, чтобы он не увидел ее в таком неприличном и позорном положении, но теперь передумала.

- Эй, Оу Ло Си, остановись прямо здесь! Ся Сяофу опустила руки и побежала вперед. Прежде чем мужчина вышел, она схватила его за руку и прижала к стене.

Трещина. Ся Сяофу пнул дверь и запер ее изнутри.

Теперь их положение было очень странным. Высокий молодой человек, похожий на ОУ Ло Си, был прижат к стене. Все это время девушка, которая была на голову ниже его, свирепо смотрела на него. - Эй, Оу Ло Си, разве ты не видишь меня в своих глазах? Почему? Я на несколько месяцев старше тебя. Ты должна даже называть меня старшей сестрой, а я дебютировала раньше тебя, и я твоя старшая сестра. Как ты можешь быть таким высокомерным?”

ОУ Ло Си не ответил. Он просто сказал: "Вы должны быстро переодеться. Это мужская раздевалка.”

Что?

Ся Сяофу чуть не подпрыгнул. Это была ... мужская раздевалка?!

…

Ся Сяофу молниеносно переоделась. Она открыла дверь и вышла. Она посмотрела на дверь. Господи ... вывеска с надписью “женская раздевалка”, когда она только что вошла, сменилась на “мужская раздевалка”.

Что же происходит?

- Сяофу.” В это время кто-то из ее окружения окликнул ее по имени. Ся Сяофу повернула голову и увидела, что Нин Цин смотрит на нее с милой улыбкой.

“Нин Цин, это ты?- Ся Сяофу от стыда топнула ногой.

Должно быть, это дело рук Нин Цин.

Нин Цин увидела, что национальная богиня ведет себя как кокетливая женщина, и ее кости ослабли. Она шагнула вперед и крепко сжала ее руку. “Сяофу, вы с Ло Си развиваетесь слишком медленно. Как хороший друг, я должен тебя подтолкнуть. Что случилось? Я только что видел, как Ло Си вышел, а теперь ты вышел следом за ним. Я жду тебя здесь уже полчаса. Что вы, ребята, сделали?”

Она использовала дублера, чтобы заставить ся Сяофу ревновать и злиться, а затем поместила ее и Оу Ло Си в гримерную. Ся Сяофу, одаренная девушка и фея, обладала девичьим характером. Она не могла не сердиться на ОУ Ло Си. кто знает, что случится, когда одинокие мужчина и женщина будут импульсивны; она просто будет ждать хорошего шоу.

Ся Сяофу был слишком застенчив, чтобы говорить. Ее вишнево-розовые губы пробормотали: "Нин Цин, ты слишком плоха. Я больше не хочу с тобой играть.”

Глаза Нин Цин сузились, и она хихикнула. - Хорошо, некоторые люди забывают своих друзей, когда у них есть мужчины. Ничего страшного, если ты не будешь со мной играть. Сяофу, иди поиграй с Ло Си.”

- Нин Цин, ты все еще говоришь об этом!- Ся Сяофу подошел и накрыл ладонью рот Нин Цин.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 190:21 Марта, День Постановки Спектакля 21

Нин Цин захохотала и отшатнулась от нее. - Сяофу, Ло Си отличается от обычных людей. Если он вам действительно нравится, то вы должны понять его воспитание и происхождение. Любовь, которая нужна каждому человеку, различна, и Ло Си особенно не хватает любви. Если вы хотите быть вместе с ним, то сначала порвите с ОУ Цзе.- Ся Сяофу прекратила то, что делала. Ее миндалевидные глаза, которые сверкали, двигались вокруг, и она сказала девчачьим голосом: “я поняла, я собиралась сказать об этом Оу Зе. Нин Цин двусмысленно толкнула ее в плечо и сказала: "тогда Сяофу, ты должна быть согласна на сцену поцелуев вместе с Ло Си для завтрашнего спектакля, верно?”

Услышав ее слова, Ся Сяофу почувствовала, как все ее тело вспыхнуло. Нин Цин эта лисица, она все предсказала, даже знала, что они с ОУ Луоси...даже целовались…

“Нин Цин, почему я подружился с тобой? Ты такой плохой друг. Не смей уходить!- Ся Сяофу сжала пальцы в маленький кулак, желая ударить ее. - Ах, помогите мне!- Нин Цин тут же убежала. По пути они поссорились и, сами того не заметив, оказались в вестибюле. Пол в вестибюле был сделан из мрамора и немного скользкий. Нин Цин немного поскользнулась, и когда она уже собиралась упасть, кто-то подхватил ее за нежную тонкую талию. Нин Цин не нужно было смотреть, потому что она знала человека, который поймал ее. Она почувствовала свежий и завораживающий мужской запах-это был Лу Шаомин.

Нин Цин улыбнулась, подняв глаза: перед ней было увеличенное тонкое лицо мужчины, и это действительно был ее красивый муж-миллиардер. К сожалению, выражение лица ее мужа было не слишком добрым. Он был напряжен и холоден, как в тот раз, когда она попросила его сделать комплимент. Он посмотрел на нее так, словно она была должна ему 10 миллионов долларов или около того. В глубине души Нин Цин чувствовала себя обиженной; она не знала, что сделала не так на этот раз.

Ся Сяофу догнала ее, она увидела, что Нин Цин обнимает Лу Шаомина, и быстро воспользовалась шансом подразнить их. Она слегка кашлянула и сказала с улыбкой: “Нин Цин, я думаю, что ты такой великий режиссер! Особенно, когда вы режиссируете сцены поцелуев-вы так профессиональны. Кто-то же должен был дать тебе весь этот опыт, верно?”

Нин Цин: "... Сяо Фу, подожди, пока я отомщу тебе!

Ся Сяофу замахала руками и в мгновение ока убежала. Нин Цин все еще смотрела на фигуру Ся Сяофу, и в этот момент ладонь на ее талии отодвинулась от нее. Лу Шаомин отпустил ее и направился к лифту. - Молодой Господин Лу!- Подбежала Нин Цин. - Президент!- Чжу жуй, который шел за ним, тоже подбежал. Он хотел сказать: "Президент, мы собираемся посетить собрание. Конференц-зал находится всего в нескольких шагах от отеля. Почему вы едете на лифте?”

Чжу жуй посмотрел на пару, входящую в лифт. Дверь закрылась, и он дважды агрессивно моргнул, глядя на Нин Цин. Нин Цин вообще ничего не видела. Он действительно хотел напомнить своей госпоже, мадам, не глупите, ладно? Разве вы с богиней Ся не подумали, кто научил вас этой технике поцелуев? Говоря такие вещи ... что бы подумал об этом президент, который все еще страдает амнезией? Президент был уже в плохом настроении с того момента, как пришел в офис сегодня утром, как будто он съел бомбу и был готов взорваться в любой момент.

…

Нин Цин стояла по диагонали позади Лу Шаомина. Сегодня на нем была темно-бордовая рубашка с круглым вырезом и серые повседневные брюки. Он выглядел учтивым и красивым. Она всегда считала, что он лучше всего смотрится в бордовом. Мужчина его возраста был похож на бокал коллекционного французского красного вина, и от него уже исходил аромат элегантного выдержанного вина.

- Молодой Господин Лу. Нин Цин открыла рот, чтобы заговорить. - Прошлой ночью” - не успела она закончить фразу, как раздалось: - Динь! Двери лифта открылись, и вошли два сотрудника. Персонал увидел Лу Шаомина и был удивлен. Президент не захотел воспользоваться собственным VIP-лифтом. “Президент. Сотрудники кивнули, поклонились Ему и отошли в угол лифта.

В этот момент, что касается слов, которые Нин Цин хотела сказать – она больше не могла их произнести. Она прикусила розовые губки и с восхищением посмотрела на его чистый и аккуратный затылок. Лу Шаомин воспользовался зеркалом в лифте, чтобы посмотреть на девушку позади себя. Она кусала губы, и на ее мягких и красных губах был красный шрам из-за того, что она их кусала.

Его ладони, засунутые в карманы брюк, сжались в кулаки. Прошлой ночью он только коснулся ее губ. Этот вкус был действительно хорош, но этот вкус уже пробовал другой человек.

Ся Сяофу спросила: "Кто дал ей опыт поцелуев?" Грудь Лу Шаомина слегка вздымалась. Он с самого начала знал, что у нее есть прошлое и своя история. Прошлой ночью он был без ума от нее. Он забыл, что она прибегала к уловкам, чтобы подобраться к нему поближе, забыл, каким был ее взгляд, когда она искала на нем тень другого мужчины, и забыл, что она сказала раньше: “никогда не владела им в прошлом и не вернется в будущем.” За кого она его принимала?

Вчера вечером он сделал все возможное, чтобы купить ей мороженое. Неужели она не может подождать его хотя бы 10 минут? Хорошо, что она ушла, но неужели она не может даже послать ему эсэмэску?

- Мисс Нин, мы нашли человека, который намеренно запер вас в морозилке. Именно Е Тин приказала своему подчиненному сделать это. Мы уволили их обоих и отправили в полицейский участок. Я буду представлять компанию, чтобы извиниться перед вами", - сказал он.

Нин Цин не ожидала, что он заговорит. В лифте находились еще два сотрудника. Он не сказал ей лично, но сделал это профессионально. Он сказал, что это извинение, но даже не повернул головы. Нин Цин молчала, голос Лу Шаомина становился все тише и тише, и в нем слышалось презрение. - Мисс Нин, куда вы ходили вчера вечером?- Он не хотел спрашивать, но ничего не мог с собой поделать. Двое рабочих не могли не обратить на них пристального взгляда. Нин Цин протянула руку, чтобы заправить волосы за ухо, чтобы скрыть свою боль и неловкость. "Вчера вечером я гулял с друзьями..." в этот момент: Динь! Двери лифта открылись. Нин Цин еще не закончила говорить, а мужчина перед ней уже ушел. Двери лифта закрылись у нее на глазах.

…

На следующий день наступило 21 марта. Пресс-конференция "капустный шлейф" собрала профессионалов отрасли вместе с 28 ведущими СМИ города ти. Поскольку это была первая театральная постановка Нин Цин, здесь собрались лучшие магнаты и инвесторы развлекательного круга, не говоря уже об орде поклонников. Место встречи было огромным и помпезным. Это было море людей, и день, которого многие ждали, наконец настал.

Менеджер по маркетингу компании "капуста плюм “вышел на сцену, чтобы взволнованно произнести свою речь:" Спасибо всем присутствующим за то, что пришли на большое мероприятие по запуску компании "капуста плюм". Капустный шлейф выдержал…”

Нин Цин слушала из-за кулис. В гримерной персонал уже полностью подготовился. На вешалке для одежды был ряд костюмов, разработанных Фань Чэнси, приглашая взгляды многих. Ассистент режиссера и режиссер по свету обсуждали, где потом снимать сцену. Атмосфера была нервной. Нин Цин глубоко вздохнула и спросила Сяо Чжоу: "Сяо Чжоу, ты видел молодого мастера Лу? Он все еще не приехал? Сяо Чжоу кивнул и сказал: “я его не видел. Нин Цин, разве ты не заключила договор с молодым господином Лу? Это первая постановка в вашей жизни; разве он не придет взглянуть? За путешествием ради любви стоит особый смысл.”

Лицо Нин Цин потемнело. Вчера после того, как он вышел из лифта, его не было в офисе до конца дня. Нин Цин достала телефон, поискала его контакт и написала ему эсэмэску.

- "Молодой господин Лу, представление вот-вот начнется, вы идете? Я умоляю вас прийти. Пожалуйста, я хочу тебя видеть.]

…

В этот момент Лу Шаомин сидел в своем роскошном многоцелевом автомобиле. Он услышал, как зазвонил телефон, и достал его, чтобы посмотреть – это было сообщение от той девушки.

Лу Шаомин держал телефон и смотрел в окно своими темными глазами. Он не произнес ни слова. Чжу жуй, сидевший на водительском сиденье, взглянул и уже догадался, что это сообщение от его госпожи. Он сказал: "Президент, куда мы теперь идем? Может, вернемся в офис? Человек на заднем сиденье поджал губы и по-прежнему молчал. Все эти годы Чжу жуй работал вместе со своим президентом. Он хорошо знал личность президента. Он не упомянул Нин Цин, но косвенно сказал: "Президент, сегодня пресс-конференция по запуску капустного шлейфа. Этот проект очень важен, отдел маркетинга планировал его на целых 3 месяца. Я думаю, что президент должен пойти и посмотреть. Лу Шаомин несколько секунд молчал, а потом сказал: “Да.”

На лице Чжу жуя быстро появилась улыбка. Он понял, что после того, как президент потерял память, ему становилось все труднее и труднее. Он явно любит мадам, но не сказал бы этого вслух, точно так же, как сейчас он хотел пойти на спектакль мадам, но нуждался в Чжу жуй, чтобы дать ему повод посетить его вместо этого. Угрюмое поведение президента было на самом деле очень мило.

Через 10 минут многоцелевой автомобиль остановился у входа в Гуан Цин, и Чжу жуй последовал за Лу Шаомоном в главный вестибюль. Когда они уже собирались войти в лифт, к ним в спешке подбежал человек и сказал: "Президент, что-то пошло не так! Мы только что получили известие, что наша формула для капустного шлейфа просочилась…”

…

Нин Цин подождал минут 10 или около того, пока менеджер по маркетингу не закончил свою речь и не объявил об официальном начале рекламы спектакля "капуста слива". Лу Шаомин все еще не приходил. Из зала раздались громовые аплодисменты. Нин Цин обуздала свои эмоции, повернулась ко всем и с улыбкой сказала: "Хорошо, теперь нам пора выходить на сцену. Не нервничайте, вы все лучшие. Нам нужно только действовать в соответствии с тем, что мы репетировали, и все будет хорошо.”

Говоря это, она посмотрела на ОУ Ло Си и Ся Сяофу: “Ло Си, Сяофу, мы будем зависеть от вас двоих.”

“Не проблема.”

…

Инь Шуйлин сидел в первом ряду. Она приехала, чтобы присутствовать на постановке Нин Цин. Фан Чэнси пришел как художник по костюмам и тоже сидел в первом ряду. Они не сидели вместе, потому что Инь Мучэнь был рядом с Инь Шуйлинем. Инь Мучэнь сопровождал ее на спектакль.

Все огни на сцене были выключены. Хрустальные красные огни украшали четыре угла комнаты. Они привлекли всеобщее внимание. Занавеси раздвинулись, и актеры вышли.

- Ух ты... - вся аудитория была ошарашена.

Костюмы актеров были выполнены по эскизам Фань Чэнси. Дизайн сочетал в себе китайский стиль каллиграфической вышивки тушью и западное влияние непринужденной элегантности. Аква-синий был главным оттенком, и это был праздник для глаз. Когда Оу Ло Си и Ся Сяофу вышли, благоговейный трепет был ошеломляющим. Инь Шуйлин только слышала, как два старших журналиста в индустрии моды рядом с ней воскликнули: "до этого Нин Цин держала дизайнера костюмов в секрете; я не думала, что она будет использовать дизайн Фань Чэнси! Костюм ся Сяофу был сделан из настоящего шелка, который был напечатан с цветочными узорами и вручную расписан цветочными лепестками! Он был буквально сделан на заказ для нее. Это так красиво, что я готова расплакаться.”

- Вот именно, посмотри, во что одет Оу Ло Си! Это костюм цвета мотыльковых орхидей, сочетающийся с брюками. Цвет-светло-золотой, и все его инкрустации сделаны вручную. Нин Цин воспользовалась подиумом, чтобы открыть производство, и вентиляторы приклеены к своим экранам.”

В холодных глазах инь Шуйлин было что-то теплое. Она искоса посмотрела на фан Чэнси, сидевшего в нескольких креслах от нее. Он тоже смотрел на нее. Когда их взгляды встретились, Инь Шуйлин показала ему большой палец.

Он был великолепен.

В глазах Фань Чэнси была нежность и нежное прикосновение тепла в это время, Инь Шуйлин почувствовала боль в другой руке. Оказалось, что это Инь Мучэнь держал ее за руку. Он напрягал силы и заставлял ее чувствовать боль. Инь Шуйлин знала, что он наказывает ее за то, что она смотрела на Фань Чэнси. Она ничего не выражала, отвела взгляд, яростно отняла свою маленькую руку и сосредоточилась на представлении.

Действие пьесы происходило в эпоху Минго, когда единственный сын известной косметической компании Оу Ло Си пропал в толпе и влюбился в простолюдинку Ся Сяофу. Они были любящими, милыми и встречались до свадьбы. Они были влюблены, неразлучны и испытывали друг к другу глубокие чувства.

После этого Оу Ло Си потерял память после того, как попал в автомобильную аварию. Его забрали собственные родители, и это привело к тому, что он был разлучен с Ся Сяофу. Чтобы снова воссоединиться со своим возлюбленным, Ся Сяофу отправилась в путешествие в поисках любви; она отправилась в столицу. Она стала сотрудницей косметической компании Оу Ло Си. Влюбленная пара вновь воссоединилась и вновь обрела свои чувства друг к другу. Они работали вместе, чтобы создать капустный шлейф успешно.

На сцене находилась мини-научная лаборатория. ОУ Ло Си и Ся Сяофу разыграли процесс, в котором они использовали сущность растительных ингредиентов для успешного создания капустного шлейфа. В этот момент со всех сторон раздались аплодисменты.

- У Нин Цин на самом деле было столько мужества, чтобы перенести процесс выведения капустного шлейфа на сцену. Затем она использовала формат сценической пьесы, чтобы выразить это блестяще. Аудитория смогла принять его и не нашла его скучным; он определенно был первым в рекламном мире – удивительно новаторским.”

- Это верно, желание написать хорошее произведение легко, но быть хорошим сценаристом трудно. Роман и театральная пьеса совершенно непохожи друг на друга, но я не думал, что Нин Цин так хорошо справится с этой задачей в столь нежном возрасте. Неважно. Что касается сценического реквизита, освещения и костюмов, она справилась очень хорошо, заставив меня испытать к ней совершенно новый уровень уважения.”

Эти профессионалы были полны похвал, но фанаты не понимали профессионального жаргона. Они пришли исключительно на представление, и все наслаждались праздником для своих глаз и ушей.

Кто-то в толпе закричал: “О боже, я только что подсчитал, что за 30 минут выступления богиня Ся сменила 7 комплектов костюмов. Даже лабораторный халат в экспериментальной лаборатории был разработан Фань Чэнси, он единственный и неповторимый в этом мире.”….

- Тише, тише, наш Ло Си собирается поцеловать нашу богиню. Аплодисменты быстро утихли; приближалась кульминация представления. Болельщики сложили ладони перед грудью и уставились на сцену.

Нин Цин превратила тонкий Муслин в расшитую бисером занавеску. Маленькие светло-фиолетовые шарики из нефрита с короной маргаритки создавали романтическую атмосферу. Свет сиял изнутри и создавал таинственный туманный эффект. Ся Сяофу легко откинулась на старинную складную ширму, а Оу Ло Си обхватил ее лицо ладонями и медленно поцеловал. Сцена поцелуя продолжалась одну минуту. Болельщики смотрели на него как в тумане. Все кричали от всего сердца. “О боже, они ... целовались!”

…

За кулисами Нин Цин удовлетворенно улыбнулась. Эта постановка шла отлично и приближалась к своему завершению. Ей пора было выходить на сцену. Она повернулась, чтобы переодеться. Но в этот момент Сяо Чжоу поспешно подбежал к ней и сказал: “Нин Цин, что-то не так! Ваша одежда, которую вы собирались надеть на сцену позже, была разрезана кем-то несколько раз! Я думаю, что вы, вероятно, не можете носить их на сцене сейчас.”

- Что?- Нин Цин вошла в раздевалку. Белое платье из органзы, висевшее в раздевалке, было разрезано ножницами несколько раз. - Нин Цин, когда я только что пришел проверить, все было в порядке. Но, взглянув на нее сейчас, она стала такой. Кто-то, должно быть, воспользовался шансом уничтожить его. Что же нам теперь делать, Нин Цин? Вы скоро выйдете на сцену, она уже близится к концу, и мы не можем ее откладывать.”

В это время помощник фан Чэнси также подошел и сказал в шоке: “О боже, это платье-то, что наш молодой мастер фан специально разработал для Нин Цин. Кто был таким злым? Директор Нин, должен ли я позвонить молодому мастеру Фаню, чтобы он придумал план?”

Выражение лица Нин Цин было тяжелым и мрачным, она сразу же махнула рукой и сказала: “Нет, у нас уже нет времени.”

“Тогда что же нам делать?- спросил помощник и Сяо Чжоу.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 191:Подарите Ей Сказочный Цветочный Душ

Нин Цин изо всех сил старалась сохранять спокойствие. Пьеса подходила к концу. Она никогда не допустит ошибок в последнюю минуту.

Нин Цин посмотрела на свою помощницу и сказала: “Почему бы тебе не помочь мне найти розы?”

- Розы?”

“Да. Чтобы сцена была красивой, мне нужны свежие цветы. Мы будем использовать розы, чтобы покрыть порванную часть.”

“Так не пойдет. Когда вы танцуете, лепестки падают, когда падают розы, остается только один стержень. Это было бы слишком некрасиво.”

Нин Цин улыбнулась и посмотрела на Сяо Чжоу. - Сяо Чжоу, позвони светотехнику. Когда я буду танцевать, свет погаснет, и только тусклый и туманный свет будет сиять на сцене. Кроме того, когда вы видите, что лепестки на моем теле начинают падать, начните посыпать лепестками роз всю сцену, чтобы скрыть слезу. Кто бы ни был причиной этого, я подарю ей сказочный цветочный душ!”

- Ладно!- Глаза Сяо Чжоу и ее помощника сверкали.

…

Болельщики, которые были полны возбуждения, внезапно почувствовали темноту вокруг них, когда свет в зале был выключен.

Это поклонники поняли, что после того, как они увидят Оу Ло Си и Ся Сяофу, Нин Цин должна быть на сцене в последний момент.

И действительно, в сопровождении мелодичной музыки Нин Цин появилась перед толпой в белом платье.

Она была покрыта слоями легкого прозрачного материала, из-под которого выглядывали ее слабые ключицы и белые руки с корнями лотоса. Ее шелковистые, чернильно-черные волосы лежали на спине. Она только заплела несколько маленьких косичек вокруг белоснежной мочки уха и на затылке. Ее потрясающая внешность заставила сердца толпы дрогнуть.

Главное, что ее белая кисейная юбка тоже была украшена крупными розами. Нежные цветы делали ее кожу лучше, чем снег, делая ее живой с намеком на соблазнительное очарование.

Вся публика была просто поражена, и прежде чем они пришли в себя, Нин Цин начала танцевать.

Фанаты прикрыли рты руками; наконец они увидели, что Нин Цин снова танцует.

Поклонники были ошеломлены ее грациозными танцами, так как они видели несколько ее дополнительных танцев в “пыли и ветре".”

Нин Цин исполнила классический танец. Она была хороша в танце, особенно в вращении от точки к точке. Когда она повернулась, толпа поняла, что белое платье было рассчитано на слой за слоем и расцветет, как роза, когда она закружится в воздухе и нарисует красивую дугу.

Тогда все думали о стихотворении-цветы ослепляли меня, когда я шел.

Когда она танцевала, на сцену посыпались крупные лепестки роз. Лепестки упали на волосы, платье и юбку Нин Цин.

Это было похоже на сказочный цветочный душ.

После того, как Нин Цин закончила танцевать, огни погасли, свет в зале снова зажегся, занавес на сцене был поднят, и пьеса закончилась идеально.

Пока менеджер по маркетингу не вышел на сцену, люди все еще были поражены танцем. Менеджер по маркетингу улыбнулся, как весенний ветерок, и сказал: "Хорошо, я знаю, что вы все не получили достаточно пьесы, но она закончилась прекрасно. В то же время я благодарю всех вас, кто пришел на наш дебютный капустный шлейф…”

По залу прокатилась буря аплодисментов, и сумасшедшие фанаты восторженно закричали: "Нин Цин, Нин Цин!”

…

Люди за кулисами разразились хохотом. Вся группа радостно обняла друг друга. После 10 дней усилий они, наконец, добились победы.

Нин Цин улыбнулась и помахала рукой: “идеальный финал сегодняшней пьесы был результатом всех усилий. Все усердно трудились. Сегодня вечером я устроил праздничный ужин. Вы все должны присутствовать.”

Люди смотрят на Нин Цин с благодарностью и безжалостностью. В течение 10 дней съемок под руководством Нин Цин у них была спокойная и счастливая жизнь, и они многому научились.

- Директор Нин, без вас у нас не было бы сегодняшнего успеха; вы-наш великий герой. Спасибо вам за предоставленную нам возможность и терпеливое руководство в эти несколько дней. Директор Нин, если у вас есть такая возможность, вы должны найти нас для съемок.”

Нин Цин подмигнула и остроумно кивнула: “я обязательно найду вас, ребята, но тогда вы не сможете повысить свою зарплату в следующий раз.”

Все засмеялись.

Ся Сяофу шагнула вперед, Нин Цин была одета в пальто, но она смутно видела, что на нем не было лепестков роз. На марлевой юбке остался только цветочный шест. Она прикрыла рот рукой и хихикнула: “Нин Цин, это платье было разработано Фань Сичэн для тебя? Как это могло случиться?”

Нин Цин вздохнула. “Это долгая история.”

Говоря это, она обняла ся Сяофу за плечи, посмотрела на ОУ Ло Си, который уже вывел своего помощника, и прошептала: “Сяофу, тебе нужно взбодриться. Если вы столкнетесь с какими-либо трудностями в будущем, пожалуйста, позвоните мне. Я твой эксперт по отношениям.”

Ся Сяофу, покраснев, взглянул на спину Оу Ло Си и застенчиво кивнул. “В порядке. Нин Цин, мне нужно идти.”

“ОК.”

…

Попрощавшись со всеми, Нин Цин переоделась в раздевалке, сняв порванную белую марлевую юбку. Сяо Чжоу взял его и сказал: “Нин Цин, это платье нельзя носить. Это жалость и пустая трата дизайна фан Сичэна. Я его выброшу.”

“Не выбрасывай его пока. Сделайте еще несколько снимков.”

- Фотографировать? Эта юбка такая рваная. Кому мы будем показывать фотографии?”

Нин Цин переоделась и вышла. Она загадочно ткнула указательным пальцем в сторону Сяо Чжоу, приглашая ее подойти.

Всякий раз, когда Нин Цин была такой, Сяо Чжоу знал, что у нее была другая идея.

Сяо Чжоу взволнованно пошел вперед.

Нин Цин рассмеялась. - Сяо Чжоу, ты готов? Когда мы выйдем за эту дверь, мы уже не будем такими, как раньше. Цепной эффект этой пьесы очень значителен. Мы должны воспользоваться этой победой и преследовать ее, а также подняться на более высокий уровень.”

Сяо Чжоу поспешно кивнул, и она счастливо рассмеялась. “Нин Цин, мне все равно. Я просто пойду за тобой. У тебя должна быть идея. Я сделаю то, что ты скажешь.”

“В порядке. Нин Цин кивнула. “Когда мы войдем в эту дверь, редактор индустрии моды обязательно придет к вам. Затем вы пришлете ей фотографию порванного белого платья. Она, конечно, сделает тему, сравнив прекрасную картину моего танца на сцене с этой. Она, конечно, драматизирует мой ум и эстетический вкус, и мы воспользуемся этим. Это первый шаг к тому, чтобы официально войти в модную индустрию.”

- Индустрия моды?- Глаза Сяо Чжоу сияли.

В индустрии развлечений было много красивых и грациозных актрис, но их эстетический вкус не был высок, и они не были квалифицированы для того, чтобы войти в индустрию моды вообще.

Войдя в модную индустрию, они не только привлекут большое количество поклонников, но и получат приглашения с модных показов, таких как парижские и миланские показы мод, которые привлекут представителей многих крупных международных брендов. Так называемый прилив удвоит статус Нин Цин.

- Да, так называемый кризис-это поворот. Теперь я хочу поблагодарить преступника, который намеренно испортил мне юбку. Кто бы она ни была, она оказала мне большую услугу.”

Сяо Чжоу несколько раз кивнул. Похоже, она нашла другой способ сколотить состояние. Ее Нин Цин была красива, имела хорошую фигуру и хороший вкус в одежде. Было бы расточительством не войти в индустрию моды.

Почему она об этом не подумала?

Глупый.

“Нин Цин, ты можешь быть спокойна и предоставить это дело мне. Я позабочусь об этом.”

“ОК. Кроме того, Сяо Чжоу, обратите некоторое внимание на кинопремию " Ока " в ближайшие два дня. Я помню, что скоро будут объявлены кандидаты на кинопремию.”

Сяо Чжоу помолчал и сказал: “Нин Цин, ты хочешь получить кинопремию " Ока " за эту пьесу? Эта премия " Ока " - глобальная награда. Несмотря на высокую репутацию, наши шансы быть номинированными на премию практически равны нулю.”

Нин Цин взяла пальто и надела шляпу. “Кто сказал, что я хочу выиграть приз? Но я только что видел со сцены Конг Джуна, одного из судей кинопремии "Ока". Я думаю, что он немного интересуется мной. Он должен пригласить меня на обед в эти два дня; прими приглашение за меня.”

Как только женщины-звезды в индустрии развлечений становятся известными, приглашения на ужин очень важны, потому что индустрия развлечений была действительно большим красильным Чаном.

Сяо Чжоу был потрясен. “Нин Цин, я слышал, что этот Конг Цзюнь-извращенец. Он часто обманывает популярных женщин-звезд, говоря о выдвижении их на кинопремию "Ока", и использует их в своих интересах. Если вы не хотите претендовать на кинопремию "ока", то зачем принимать его приглашение на ужин?”

Нин Цин невинно рассмеялась и сказала: “Есть много актрис в индустрии развлечений, которые были использованы им, но почему никто не осмелился пойти против него? На этот раз я буду добиваться справедливости от имени небес!”

Приведите в исполнение правосудие от имени небес.

Сяо Чжоу надула губы, она не поверила ей.

Подняв глаза, Нин Цин вышла, И Сяо Чжоу поспешил к ней и сказал: “Нин Цин, куда ты идешь? Теперь ты не можешь бегать. Везде есть репортеры, которые хотят поймать вас для интервью.”

- Не волнуйся, Гуан Цин не позволит этим репортерам прокрасться, чтобы взять у меня интервью. Репортеры, должно быть, ждут меня внизу. Мы сейчас пойдем искать ... молодого мастера Лу.”

…

В это время Лу Шаомин был на совещании. Гуан Цин созвал экстренное совещание высокого уровня, чтобы обсудить утечку формулы капустного шлейфа.

Чжу жуй получил запись с камеры наблюдения из офиса президента прошлой ночью. На видео Нин Цин сидела на корточках и смотрела на Формулу капустного плюма в руке.

Затем в кадре камеры коридора Нин Цин вышла из двери офиса и позвала кого-то. У дверей компании она села в Красную машину.

"Президент, мы проверили, и владелец этой красной машины-менеджер по маркетингу косметической компании GK, тот самый, который украл формулу нашего капустного шлейфа. Ее зовут Линь Сюэмэй. Мисс Нин и она-старые друзья.”

Лу Шаомин отвернулся от видеозаписи. Он посмотрел на говорившего и тихо спросил:”

- Значит, формула капустного плюма была украдена Мисс Нин. Она бизнес-шпион, посланный компанией ГК. Она планировала это с самого начала и обратилась к президенту компании.”

“Невозможный.- Чжу жуй тут же все отрицал. Он посмотрел на Лу Шаомина. - Президент, учитывая нынешний статус Мисс Нин, она не обязана шпионить для ГК. Кроме того, ее старания на капустном шлейфе видны не только нам, но и всем.”

“Хм, А как насчет этого? Будь то из-за человеческих чувств или интересов, мы смотрим только на результат. Президент, это очень трудное дело. Если не справиться вовремя, это приведет к провалу всего нашего проекта капустного шлейфа и повлияет на продажи капустного шлейфа в Европе. Я предлагаю немедленно доложить об этом деле, арестовать Мисс Нин за незаконное воровство и разглашение коммерческой тайны,а затем подать в суд на ГК.”

“Нет, - сказал Чжу жуй вслух. - Мисс Нин отвечает за рекламу пьесы капустного плюма. Теперь пьеса все еще продолжается. Если мы арестуем ее, это не только повредит репутации капустного плюма, но и погубит Мисс Нин.”

- Секретарь Чжу, мы должны ставить интересы компании превыше всего. Почему вы не видите здесь прибылей и убытков? Почему ты все время бубнишь о Мисс Нин? Что за постыдные отношения между вами и Мисс Нин?”

- Ты!”

- Хватит, хватит спорить! Орлиный взгляд Лу Шаомина скользнул мимо них обоих. “Я займусь этим вопросом.”

Чжу жуй вздохнул с облегчением.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 192:Где Находится Доверие Между Двумя Людьми

Чжу жуй вздохнул с облегчением.

- Президент, вы сказали, что согласитесь, но как вы это сделаете? Мы должны немедленно сделать доклад... " - эмоционально сказал высокопоставленный чиновник.

Лу Шаомин посмотрел на высокопоставленного чиновника своим глубоким и жутко холодным взглядом, затем скривил свои тонкие и холодные губы в улыбке и сказал: “Почему, как я хочу решить этот вопрос, также нужно сообщить вам?- Этот высокопоставленный чиновник был напуган и покрыт слоем холодного пота. Руководитель немедленно опустил взгляд и сказал: "Президент, я не смею этого делать.- Лу Шаомин встал и вышел из зала заседаний.

…

Чжу жуй последовал за Лу Шаомоном, и он сказал: “президент, Мисс Нин определенно не украла бы формулу капустного шлейфа. Должно быть, кто-то злословит на нее, я... - Лу Шаомин внезапно остановился и повернулся прямо к Чжу жую. Он рассмеялся, и в его глубоком голосе послышались нотки беззаботности. - Секретарь Чжу, вы хорошо знакомы с Нин Цин? Мне кажется, я помню тот день на собрании, где е Тин украл рисунки Нин Цин. Это вы открыли двери в конференц-зал, чтобы впустить ее. Какие отношения у секретаря Чжу с ней?”

Чжу жуй мгновенно потерял дар речи. Что имел в виду президент? .. Неужели он подозревает, что мадам ему нравится? О боже, с ним поступили еще более несправедливо, чем с Доу Э!

Но думая о том, что президент сделал в прошлом, президент, потерявший память, чувствовал, что они оба были чужими, и он был слишком заботлив и полон энтузиазма по отношению к Нин Цин, которая должна была быть чужой.

- Президент, Я ... …”

В этот момент, " молодой мастер Лу.- Нин Цин подошла к ним.

На ней была горчичная длинная вязаная рубашка, черные шорты, закрывавшие колени, и ярко-желтые туфли на высоком каблуке. Ее маленькое и нежное личико обрамляла вязаная шапочка. Ее глаза были невероятно красивы. Глядя на других своими водянистыми глазами, можно было зацепиться за их души, ее наряд делал ее похожей на кого-то, кто был показан в модном журнале, как одна из тех историй, где девушку замечают по чистой случайности. Нин Цин подошла к Лу Шаомину и, мило улыбнувшись, сказала: "молодой господин Лу”

Чжу жуй ненавидел себя за то, что не может убежать. Он опустил глаза и прошептал про себя: "мадам не может видеть меня, не может видеть меня".…

Нин Цин увидела его и вежливо поздоровалась. "Секретарь Чжу".

Чжу жуй, " ... " это был конец для него. Даже прыгнув сейчас в Желтую реку, он не сможет вернуть себе невинность. В этот момент на Нин Цин налетел порыв холодного пронизывающего ветра. Лу Шаомин поднял пятки и вышел.

- Да, молодой господин Лу, подождите меня!- Нин Цин немедленно пустилась в погоню. Что с ним было не так в последнее время? У него не было никаких джентльменских манер по отношению к женщинам, и его темперамент был еще более непредсказуемым, чем у леди.

Сяо Чжоу посмотрел на дуэт, который медленно исчезал вдали, и спросил Чжу жуя: "секретарь Чжу, что случилось с вашим президентом? Почему он ведет себя так странно?”

- Правильно... президент теперь ревнует.”

- Ревнуешь?- Сяо Чжоу был взволнован. - Ревновать к кому?”

Чжу жуй указал на себя.

Сяо Чжоу разразился легким смехом и сказал: “секретарь Чжу, не шутите со мной. Ваш президент завидует вам?”

Чжу жуй пожал плечами с горькой улыбкой и сказал: “я также надеюсь, что президент прямо сейчас разыгрывает меня.”

…

Нин Цин последовала за Лу Шаомоном в кабинет. Она болтала без умолку, как маленькая девочка, которая показывает родителям, что у нее хорошие оценки. - Молодой господин Лу, куда вы ходили сегодня? Я посылаю тебе сообщение, Ты это видел? Почему ты не пришел посмотреть мое выступление? Я очень долго ждал, когда ты придешь. Позвольте мне сказать вам, что представление закончилось успешно, хе-хе.”

Лу Шаомин выпрямился, сунув руку в карман. Его взгляд был глубоким и темным, когда он смотрел на нее. Другой рукой он передал ей документы и спросил: “Ты смотрела на это?”

Нин Цин получила документы, чтобы посмотреть-это была формула для капустного шлейфа. Нин Цин нерешительно кивнула головой и сказала “ " Я думаю, что видела его раньше... вчера вечером я случайно коснулась документов на вашем столе, а потом, кажется, взглянула на него…”

“Вы действительно только взглянули на него?”

Нин Цин поняла его странное поведение, и она подняла свой пристальный взгляд, чтобы спросить его безучастно: “молодой господин Лу, что вы имеете в виду? Лу Шаомин скривил губы в улыбке и загадочно рассмеялся. - Линь Сюэмэй, она твоя подруга? Сейчас она является менеджером по маркетингу GK Cosmetics. Вы видели формулу капустного шлейфа вчера вечером, а потом сели в ее машину. Это такое совпадение. Сегодня утром формула капустного шлейфа просочилась в ГК.- Нин Цин недоверчиво округлила глаза. - Значит, формула просочилась? Как это могло случиться?- Но она тут же что-то придумала. Затем она сделала шаг назад, чтобы посмотреть на Лу Шаомина, покачала головой и вздрогнула, сказав: “Вы...вы подозреваете, что я...украла формулу, чтобы отдать ее Сюэмэю?”

Темные и яркие глаза Лу Шаомина были покрыты черным налетом. Никто не поймет, о чем он думает, сказал он, “если нет...?”

- А если нет?- Нин Цин чувствовала себя так, словно шла по дороге и случайно попала под удар молнии без всякой причины. Он действительно подозревал, что именно она украла его формулу? Документы в руке Нин Цин упали на пол. Она сделала два шага вперед и протянула руку, чтобы одернуть его костюм. Она улыбнулась и сказала: “Вы, очевидно, знаете, что я не могу украсть формулу, Вы шутите со мной. Что касается утечки в Формуле, мы можем пойти и расследовать это. Я невиновен. Совесть у меня чиста. Мы определенно можем поймать вдохновителя, стоящего за этим. Но не надо меня злить. Какие у вас есть доказательства, чтобы обвинить ее и меня?”

Лу Шаомин слегка поджал губы, не говоря ни слова, и холодно стряхнул ее руку. Нин Цин была оттеснена далеко. Она посмотрела на его холодное лицо, и ее глаза покраснели, а слезы потекли по щекам. Лу Шаомин в прошлом никогда бы так с ней не обошелся. Он так баловал ее тогда.

Нин Цин вытерла слезы своей маленькой ручкой. - Я думала, я думала, что хоть я тебе и не нравлюсь, но ты, по крайней мере, видишь мои усилия и понимаешь мои чувства. Я думал, что ты мне доверяешь, но, глядя на вещи сейчас, это было совершенно не так.”

- Сегодня день моей первой работы. Я так горячо надеялась, что ты появишься. Потому что я нервничал и хотел увидеть тебя, даже если бы ты не говорил, а сидел в зале, это было бы нормально. Но вы не только не пришли, вы теперь подозреваете, что я украл вашу формулу!

“Лу Шаомин, почему ты оказался таким глупым? Если бы я хотел помочь ГК, я мог бы просто пойти и одобрить их продукт; этого было бы более чем достаточно. Почему я выбрал именно тебя? С моим теперешним статусом мне незачем выслуживаться перед тобой. Вы подозреваете меня? Ладно, я покажу тебе в лицо, что я невиновен, и ты пожалеешь об этом.

- Кроме того, что это за дерьмовая компания у тебя? Два дня назад меня заперли в морозильной камере, а теперь кто-то разрезал мою одежду. Я ухожу и никогда больше не вернусь!- Нин Цин произнесла эти слова и повернулась, чтобы бежать.

Лу Шаомин посмотрел на заплаканное лицо девушки. Ее красные губы были надуты, и казалось, что с ней поступили несправедливо. Она оставила его с жалким профилем на спине. Это было похоже на тот день, когда шел дождь, когда она ела свой пончик и плакала. Он не знал, почему его сердце снова заболело.

Неужели он жалеет ее?

Девушка пробежала два шага и остановилась, не оборачиваясь, и притворилась свирепой, крича ему: “Ой, я дам тебе еще один шанс. Ты все еще можешь мне верить. Если ты пойдешь этим путем, я немедленно прощу тебя.”

Лу Шаомин скривил губы ... эта девушка…

Он не хотел говорить. Нин Цин прикусила свои красные губы и опустила взгляд, чтобы посмотреть на свои собственные ноги. “Я действительно не крал твою формулу, неужели ты не можешь хоть раз попытаться мне поверить? Где же доверие между людьми? Неужели ты действительно хочешь причинить мне такую боль?”

Лу Шаомин по-прежнему молчал.

Нин Цин стояла там неловко в течение одной минуты, и в конце концов, она разочарованно топнула ногами и сказала: “Лу Шаомин, я больше не хочу любить тебя.”

На этот раз Нин Цин действительно убежала.

…

Глядя, как Нин Цин выбегает из своего кабинета, этот высокопоставленный чиновник, который все это время прятался в укромном уголке коридора, развернулся и вошел в мужскую ванную. Он тайно достал свой телефон и сказал: “Здравствуйте, менеджер Линь...” этот высокопоставленный руководитель не знал, что его действия были полностью замечены Чжу жуем. Чжу жуй вошел в кабинет президента: “Президент, он проглотил наживку.”

Лу Шаомин медленно подошел к французскому окну. Он опустил свое зрение, чтобы посмотреть. Эта девушка сбежала вниз по лестнице. На ее маленьком личике красовались темные очки, и на нее со всех сторон напирали журналисты. “Окей. Он кивнул в ответ. “Во время сегодняшнего спектакля кто-то пришел разрезать ее одежду? Чжу жуй не расслышал ясно, и он спросил: “Кто?”

Затем Лу Шаомин повернул голову, и его острый и несчастный взгляд пронзил меня насквозь. Чжу жуй вдруг увидел свет.

Речь шла о мадам.

“Я не слишком ясно выражаюсь по этому поводу. Позже я попрошу кого-нибудь проверить это.”

“Нет необходимости. Лу Шаомин покачал головой. “В тот день, во время инцидента с морозильником, мы выяснили, что это была работа женщины-служащей. Я уволил этого человека, и это было воспринято как предупреждение всей компании. Но те, кто хочет причинить ей вред, все еще активно преследуют свои цели. Сейчас этим занимается даже высокопоставленный руководитель компании. Откуда у них такие кишки? Если только нет кого-то, кто обладает еще большей властью, кто приказывает им.”

Чжу жуй ничего не понял. - Вы имеете в виду президента?”

…

Нин Цин спустилась вниз, и на нее напали журналисты, которые долго ее ждали. - Мисс Нин, это ваша первая пьеса сегодня, и она закончилась прекрасно. Это еще одна веха в вашей развлекательной карьере. Можем ли мы спросить, где будет центр вашей работы в будущем?”

- Да, Мисс Нин, мы хотим знать, каков ваш будущий шаг в карьерном росте? Мы все очень любопытны."Телохранители защищали Нин Цин, а Сяо Чжоу блокировал всех журналистов СМИ, говоря:" Извините, наша Нин Цин сегодня устала. Она не будет принимать интервью. Эта пьеса была подготовлена Нин Цин в течение долгого времени; она планирует иметь несколько дней отдыха. Если у нас есть какие-либо обновления, мы сообщим всем, как они развиваются. Спасибо вам всем.”

Сяо Чжоу защитил Нин Цин и сел в лимузин.

Мотор завелся.

Нин Цин, сидевшая на заднем сиденье, сняла солнечные очки. Сяо Чжоу посмотрел в ее красные глаза и спросил: “Нин Цин, что случилось? Лу Шаомин издевался над тобой?”

Нин Цин надула губы и расстроилась. Она не была отрицательной, но приказала Сяо Чжоу сказать: “Сяо Чжоу, не поможешь ли ты мне проверить, когда Линь Сюэмэй вошел в ГК?”

“Окей.”

Через несколько минут у Нин Цин была статистика, чтобы сообщить Нин Цин: "Нин Цин, Линь Сюэмэй поступил в ГК полмесяца назад. Затем ее быстро повысили до менеджера по маркетингу.”

- Полмесяца назад? То есть, когда я вошел в Гуан Цин, она тоже последовала моему примеру и вошла в ГК?- У Нин Цин промелькнула мысль. Это было слишком хорошо, чтобы быть совпадением прошлой ночью, и она попала в ловушку.

Линь Сюэмэй хотел причинить ей вред?

Почему?

“Нин Цин, почему ты этим занимаешься?- С любопытством спросил Сяо Чжоу. Нин Цин положила перед собой две маленькие ручки, переплела их вместе и печально сказала: “Шаомин подозревает, что это я украла формулу капустного плюма и отдала ее Сюэмэю.”

- Что?- Сяо Чжоу чуть не подпрыгнул. Она положила руки на талию и сказала: “Нин Цин, твой молодой господин Лу потерял память, у него тоже был провал в интеллекте? Разве он не использует свой мозг, чтобы думать? Как он может подозревать тебя? Он что, свинья?”

Нин Цин на самом деле была в ярости на Лу Шаомина в своем сердце, но, услышав, как Сяо Чжоу ругает его как “свинью”, она поспешно остановила ее. - Сяо Чжоу, не ругай его. Я не позволяю тебе ругать его…”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 193:Поймай Крота

“Он ... он потерял память. Это нормально, что он подозревает меня. Доверие между людьми не может быть установлено за короткое время, и я не обижен. Забудь это. Я позволяю ему запутаться. Я буду стараться еще больше, когда он узнает, насколько я хороша; он больше не будет обвинять меня без причины.”

Нин Цин совершенно забыла о своих жалобах перед Лу Шаомоном.

Сяо Чжоу наблюдал, как Нин Цин нервно объясняла ей это и говорила о многих хороших вещах о Лу Шаомине. Она улыбнулась и заткнулась. На самом деле она намеренно ругала Лу Шаомина.

Иначе Нин Цин еще долго будет печалиться.

Влюбленные люди были такими странными. Не важно, что с ней поступили несправедливо, она не потерпит, чтобы другие говорили о нем что-то плохое.

- Нин Цин, что же нам теперь делать?”

Нин Цин на мгновение задумалась: "праздничный банкет все еще состоится сегодня вечером. Я позвоню Сюэмэй позже и приглашу ее присоединиться к нам. Тогда давай поймаем крота.”

…

Вечером, в роскошном номере отеля

ОУ Ло Си и Ся Сяофу были заняты, поэтому они не пришли. Это был день рождения старого мастера ОУ, и все они отправились в дом семьи Оу, чтобы поздравить его.

В комнате стояли два стола с едой. Все пили и болтали, и атмосфера была очень оживленной.

Линь Сюэмэй сидел рядом с Нин Цин. Время от времени люди приходили выпить за Нин Цин. Все они называли ее "директор Нин" и были полны уважения и дружелюбия по отношению к ней.

Рука линь Сюэмэя под столом тихо сжалась в кулак. Ее глаза вспыхнули горькой ненавистью.

Нин Цин встала со стаканом в руке. - Все, спасибо вам за вашу тяжелую работу и выдающееся выступление в спектакле. Позвольте предложить вам тост.”

- Спасибо, директор Нин, - ответила группа.

В это время Сяо Чжоу посмотрел на Линь Сюэмэя и рассмеялся. - Мисс Лин, а где вы сейчас работаете? Я не думаю, что тебе нужно работать. Нин Цин теперь режиссер. Ее звездное путешествие только началось. Она будет становиться все более и более известной в будущем. Если вы работаете на Нин Цин, вы сможете заработать годовую зарплату через месяц.”

- Да, госпожа Линь, директор Нин так популярна в наши дни, что вы будете хорошо известны, если случайно покажетесь за ее спиной.”

Нин Цин посмотрела на Линь Сюэмэй боковым зрением. Хотя внешне она улыбалась, ее улыбка была такой вымученной.

Нин Цин поставила бокал с вином, обняла Линь Сюэмэя за плечи и громко рассмеялась. - Ладно, не смейся над моей Сюэмэй. Каким бы успешным я ни был, Сюэмэй все равно останется моим хорошим другом. Это никогда не изменится.”

Сяо Чжоу и Нин Цин переглянулись и продолжили: “госпожа Линь, у вас есть такой хороший друг, как Нин Цин. Это благословение в твоей жизни.”

Линь Сюэмэй опустила глаза, сделала глоток своего напитка и ничего не сказала.

Затем Нин Цин пошатнулась и встала, наполовину пьяная. - Извини, мне нужно в туалет.”

Линь Сюэмэй быстро поднялся, чтобы взять ее за руку и сказал с беспокойством: “Нин Цин, смотри, ты сейчас упадешь. Я отведу тебя в ванную.”

“ОК.”

…

Когда они добрались до ванной, Нин Цин стояла у раковины и мыла руки. Она печально закрыла лицо своими маленькими руками и заплакала.

Когда Линь Сюэмэй увидела, что она плачет, она похлопала ее по стройной спине и спросила: “Нин Цин, что с тобой? Почему ты вдруг плачешь?”

Нин Цин положила голову на плечо Линь Сюэмэя и воскликнула: "Сюэмэй, мне так грустно.”

- Грустно? Ваша карьера сейчас так успешна, о чем тут печалиться?”

“Это поверхностные вещи. Ну и что, если я получу славу и богатство, я потеряю своего любимого мужчину. Он не помнит меня, и я ему так безразлична. Он не пошел на мою пьесу. Он также подозревает, что я украл его формулу. Сюэмэй, скажи мне, что мне делать? Он мне очень нравится. Я люблю его. Без него я не могу жить.”

Линь Сюэмэй усмехнулась, но изобразила сочувствие и сказала: “Нин Цин, не грусти слишком. Теперь ты пьян. Я отвезу тебя домой. Ложись спать, а когда проснешься, тебе не о чем будет беспокоиться.”

- Неужели?”

“Да.”

…

Линь Сюэмэй отвел Нин Цин в гостиничный номер. Они открыли дверь и вошли. - Сюэмэй, где мы? - пьяно спросила Нин Цин. Разве ты не сказал, что отвезешь меня домой?”

Лицо линь Сюэмэя было совершенно холодным. Она щелкнула пальцами, и из ванной вышли четверо здоровенных мужиков.

Мужчины бросились вперед, и кто-то обнял Нин Цин за талию и бросил ее на большую кровать.

Нин Цин села в большой тревоге и свернулась калачиком от страха. “Кто ты такой и что собираешься делать?”

Мужчины неприлично потерли друг о друга руки. - Мисс Нин, королева кино Нин, режиссер Нин, как вы думаете, что мы хотим сделать? Конечно, мы хотим провести с вами какое-то приятное время. Я не ожидал, что мы встретим сегодня такой особенный объект, как вы. Даже если мы не возьмем денег, этого будет достаточно, чтобы наслаждаться жизнью.- Линь Сюэмэй сказал с мрачной усмешкой: "я отдам Нин Цин вам, ребята. Возьмите больше фотографий и видео и отправьте их мне. Позже.”

Линь Сюэмэй повернулся и вышел.

Мужчины бросаются в постель и нетерпеливо прижимают к себе Нин Цин. Нин Цин безудержно закричала на Линь Сюэмэя: "Ах! Сюэмэй, сюэмэй, спаси меня. Как ты можешь так поступать со мной? Зачем ты это делаешь? Я так добр к тебе? Почему ты хочешь причинить мне вред?”

Линь Сюэмэй остановилась, услышав слова Нин Цин, и сказала: "добра ко мне? Ха, ты хорошо ко мне относишься, приглашая на ужин. Позволить мне быть простым зеленым листом для прекрасного цветка, который есть ты? Показываешь мне, насколько ты успешен сейчас?”

- Нет, Сюэмэй. Разве ты забыл му Юньфаня? В прошлом году му Юньфань обманул тебя и использовал. Тогда я тоже помог тебе. Я…”

- Довольно!- Эта фраза сразу же задела больное место Линь Сюэмэя. Она внезапно повернулась, бросилась на Нин Цин и дала ей пощечину. - Нин Цин, заткнись, ты не имеешь права говорить со мной о му Юньфане!”

Нин Цин получила такую сильную пощечину, что ее голова мотнулась в сторону. Она протянула дрожащую ручонку и дотронулась до пощечины. Она слабо взглянула на Линь Сюэмэя. - Сюэмэй, ты ударила меня!”

“Да, я дал тебе пощечину, Нин Цин. Знаешь ли ты, что именно ты причинил мне боль и уничтожил меня? Му Юньфань обратился ко мне из-за тебя. Я невинно стал орудием и проиграл свой первый раз. Я действительно любил му Юньфаня, но почему му Юньфань нравился только ты, а не я?

“Все в порядке. Если ты нравишься только Му Юньфаню, почему же ты не лелеешь его, Нин Цин? Ты такой жестокий! Из-за тебя му Юньфань умер, так и не окочурившись. Ты превратил его в пепел. Ты не проронила по нему ни слезинки! Он умер так печально; Почему вы так преуспели?”

Нин Цин посмотрела на мрачное лицо девушки перед ее глазами и покачала головой в агонии. “Значит, прошлой ночью ты специально пошел к воротам Гуан Цин, чтобы найти меня? Вы намеренно подставили меня за кражу формулы капустного плюма?

Линь Сюэмэй рассмеялся. “Да, я просто хотел, чтобы молодой мастер Лу неправильно вас понял. Я хотел, чтобы он обидел тебя, Нин Цин. Разве ты не хотел вернуть Лу Шаомина? Мечтай. Вы хотите иметь и любовь, и карьеру; я не позволю вам иметь их обоих! Я хочу отомстить за му Юньфаня.”

Нин Цин больше не узнавала стоявшую перед ней девушку. Неужели она все еще Линь Сюэмэй?

Она была сумасшедшей!

- Ты подставил меня и украл формулу, - спокойно сказала Нин Цин. Кто открыл вам настоящую формулу? В Гуан Цине должен быть кто-то, кто сотрудничает с вами. Кто этот человек?”

Когда Линь Сюэмэй увидела внезапное спокойствие Нин Цин, ей стало немного не по себе. Она фыркнула: "ты думаешь, я скажу тебе? Ты никогда не узнаешь. Что вы, ребята, все еще там стоите? Наслаждайтесь популярной большой шишкой режиссером Нин.”

- Да, мэм.- Непристойные люди протянули свои грязные ладони.

Лицо Нин Цин оставалось неизменным, и в ее спокойном голосе слышалась печаль. - Сюэмэй, я не ожидал, что мы дойдем до этого. Вы развили в себе ненависть, потому что не смогли получить то, что хотели, и из-за ревности вы исказили свою природу. Надеюсь, ты сможешь начать все с чистого листа. Каждый должен платить за свои ошибки. Если ты не хочешь говорить мне, кто этот крот, то все в порядке. Я уже доложил об этом деле. Вы можете поговорить с полицией.”

Доложил о случившемся?

Люди в страхе отпрянули назад. - Линь Сюэмэй, что происходит? Правда ли то, что она сказала?”

Линь Сюэмэй тоже был потрясен.

Потом дверь со щелчком открылась, и кто-то вошел.

Нин Цин посмотрела на Линь Сюэмэя. - Сюэмэй, мои люди идут.”

Сяо Чжоу устроил засаду неподалеку.

Но когда она подняла голову, то увидела высокую фигуру. Это был не Сяо Чжоу, а Лу Шаомин, за которым следовали Чжу Жуй и группа телохранителей.

Телохранители вышли вперед и быстро задержали четырех бандитов.

Нин Цин удивилась, увидев Лу Шаомина. “Лу Шаомин, почему ты здесь?”

В это время Сяо Чжоу медленно появился позади Лу Шаомина. Сяо Чжоу посмотрел на Нин Цин, показывая, что он опередил ее.

Телохранители удерживали линь Сюэмэй, и она злобно посмотрела на Нин Цин. - Ладно, Нин Цин, ты нарочно устроила всю эту ловушку и ждала, пока я сам себе вырою могилу. На праздничном банкете ты позволил Сяо Чжоу намеренно произнести эти слова, чтобы спровоцировать меня. Ты притворился пьяным и позволил мне отвести тебя в номер. Вы даже намеренно говорили о му Юньфане, чтобы ранить меня и заставить говорить. Теперь ты присоединишься к молодому мастеру Лу, чтобы поймать меня. Ты такой коварный.”

Нин Цин слегка покачала головой. “Ты угадал все правильно, кроме одного. Я не присоединился к молодому мастеру Лу.”

Нин Цин посмотрела на Лу Шаомина и сказала: “Если я не ошибаюсь, молодой господин Лу намеренно заставил меня уйти в гневе сегодня утром в офисе, чтобы ослабить вашу бдительность. На самом деле, вы и крот, вы, ребята, уже находитесь под контролем Лу Шаомина. В этой комнате должна быть камера. То, что вы только что сказали, было записано и является доказательством вашего преступления.”

Лу Шаомин посмотрел на девушку, и его появление дало ей мгновенное представление обо всей этой истории. Ему не нужно было много говорить. Она поняла это в одно мгновение; она была очень умна.

На самом деле он не был удивлен. Когда он нашел ее помощника Сяо Чжоу, лежащего в засаде, он понял, что совпал с ней. Оба они решили начать с Линь Сюэмэя.

Сейчас он смотрел на монитор. Каждое слово, сказанное ею в постели, провоцировало Линь Сюэмэя. Она знала характер и ненависть Линь Сюэмэя. Она шла все глубже, шаг за шагом, и не торопилась.

Черные глаза Лу Шаомина все еще были глубоко посажены, но в глубине их появился намек на свет. Это был свет ... мужской признательности к женщине.

- Отведите их всех в полицейский участок, - приказал Чжу жуй телохранителю.

- Да, сэр.- Телохранители вывели Линь Сюэмэя.

- Ха-ха, Нин Цин, - с мрачной усмешкой сказала линь Сюэмэй, выходя. Сегодня я проиграл от твоей руки, и мне нечего сказать. Я не ожидал, что у вас будет такое молчаливое взаимопонимание с молодым мастером Лу. Поздравляю, у тебя еще одна большая рыба на крючке!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 194:Разрушительная Критика

“Разве вы не обратились к молодому мастеру Лу с такими намерениями? Теперь пришел молодой господин Лу. Ха-ха, Нин Цин, ты всегда была такой. Вы безостановочно соблазняете мужчин. Сюй Цзюньси, му Юньфань ... они были полностью готовы служить вам, даже если бы им пришлось отдать за вас свои жизни, у них не было бы никаких обид и сожалений. Вы просто бесстыдная мегера, и специально соблазняете мужчин для собственного развлечения. В комнате было тихо, и только Лу Шаомин и Нин Цин смотрели друг на друга. Особенно трудно было расслышать слова линь Сюэмэя. Сердце Нин Цин упало, и Лу Шаомин потерял память. Поверит ли он тому, что только что сказал Линь Сюэмэй?”

- Молодой Господин Лу. Нин Цин подошла к нему на каблуках, желая объяснить ситуацию. Но Лу Шаомин развернулся и в мгновение ока покинул комнату. Нин Цин поняла, что дело неладно, и поспешно подбежала к нему.

- Молодой господин Лу, выслушайте мои объяснения. Линь Сюэмэй ненавидит меня, ее слова были явно со злым умыслом. Она сказала это специально, чтобы вы услышали. Она хотела, чтобы ты меня неправильно понял. Не делай так, чтобы ее план удался.”

На лице Лу Шаомина не отразилось удивления. Его брови даже не дрогнули. Его элегантные и стильные губы изогнулись в улыбке, и он прямо спросил: "мисс Нин, почему Линь Сюэмэй ненавидит вас?”

“Это потому, что ей нравится му Юньфань. Но Му Юньфань ... " любит меня.

“А как же тогда Сюй Цзюньси? Кто он для тебя?”

Нин Цин: “…”

Лу Шаомин подошел к лифту. Он нажал на кнопку рукой и вдруг повернул голову, чтобы посмотреть на Нин Цин. В его холодных глазах не было ни капли тепла “ " Мисс Нин, каково мое положение?”

- Что?- Нин Цин была потрясена. Он действительно задал этот вопрос.

Динь! Двери лифта открылись. Лу Шаомин поднял ногу и вошел. Нин Цин быстро последовала за ним, и двери захлопнулись. Сердце Нин Цин было в полном беспорядке. Она знала, что Лу Шаомин действительно принял близко к сердцу слова Линь Сюэмэя.

Он изначально был таким холодным и стильным человеком. Его личная жизнь была прозрачной и чистой, и он, естественно, не одобрял женщин, которые вели беспорядочную жизнь. Но она не была одной из них! Как она должна отвечать на его вопросы? Строго говоря, он будет ее вторым мужчиной? Она знала, что даже если она скажет “первый”, он все равно не будет счастлив.

Нин Цин прикусила губу, протянула руку и схватила его большую ладонь, висевшую рядом. Она пожала ее, как маленькая девочка-подросток, и застенчиво сказала: "молодой господин Лу, не сердитесь. Я не из таких женщин. А сейчас у тебя есть время? Мы можем поболтать сейчас, я могу рассказать тебе, что произошло в прошлом”

Этот человек скривил губы в саркастической улыбке и сказал: “А что, Мисс Нин тоже так поступает с другими мужчинами? Вы будете держать его за руку или вести себя мило, когда ничего нет, или приветствовать его в своих объятиях?- Он оскорбил Нин Цин. Она отпустила его руку и посмотрела на него с болью в глазах. “Не надо так говорить. Вы должны знать, что я не...не думайте, что я простил вас за то, что произошло сегодня утром. Вы были там misunderstanding....me без остановки. Мое сердце тоже... " красивая фигура Лу Шаомина застыла и в этот момент. Динь! Подъехал лифт, и двери лифта автоматически открылись, но никто из них не вышел.

У лифта их уже ждали люди. Они хотели подняться на борт, но когда они посмотрели на холодную атмосферу, окружающую красивого мужчину перед ними, они заметили, что он пристально смотрит на всех ястребиным взглядом, и он казался таким же сильным, как гора. Люди, которые собирались войти в лифт, застыли на месте, и то, что последовало дальше, было: “хе-хе. Они инстинктивно сделали шаг назад и сказали: “Мы подождем следующего лифта.”

Промолчав 3 секунды, Лу Шаомин повернулся и сделал шаг вперед, чтобы приблизиться к Нин Цин. Нин Цин ожидала, что он внезапно приблизится, и сделала шаг назад. Ее мягкая спина была прислонена к стене. Па! Мужчина положил ладонь на лифт и заключил ее в объятия. Она стояла у стены. Маленький носик Нин Цин слегка покраснел. В поле ее зрения оказалась его белая рубашка без галстука. Своей маленькой белой рукой она ущипнула его за рубашку, чувствуя себя обиженной. “Лу Шаомин, ты мне нравишься, ты мне нравишься только один.…”

Лу Шаомин посмотрел на ее молодую кожу, гладкую, как яичный белок, и спросил: “Почему я тебе нравлюсь? Я думаю, что вы полюбили меня еще в Америке?”

Нин Цин немного поколебалась и сказала застенчивым тоном: “любить человека-значит любить его. Какая тут может быть причина?- Лу Шаомин усмехнулся про себя. Он протянул два пальца, чтобы ущипнуть ее за маленький подбородок. Мозолистые пальцы медленно коснулись дуги ее прекрасных красных губ. У Нин Цин подкосились ноги. Чистый и свежий аромат его тела затопил все ее чувства, а на губах появилось наэлектризованное оцепенение.

- Лу Шаомин.- Нин Цин была мягкой в его объятиях. Она подняла руку на дюйм вверх и потянула за рубашку у него на груди. Ее ресницы, как бабочки, бешено затрепетали. Она хотела, чтобы он поцеловал ее. Мужчина подошел не для того, чтобы поцеловать ее. Холодным, оскорбительным тоном и с вызовом зрелого мужчины он спросил: "кто-нибудь целовал тебя раньше? Нин Цин внезапно открыла глаза, и ее тело замерло.

Она посмотрела на него. В его глазах не было ни капли эмоций, скорее, они были полны оскорбления. Он подошел к ее уху и медленно спросил: "ты спала с мужчиной?- Нин Цин почувствовала себя так, словно ей на голову вылили ведро холодной ледяной воды, и внезапно осознала серьезную проблему. Это была роковая лазейка в трехмесячном контракте между ней и сон Яцзин. Она не могла разглашать информацию об их семейном положении в течение трех месяцев, но без разглашения информации об их семейном положении было бы ложью сказать, что у ее тела раньше не было мужчины.

Может быть, Сун Яцзин давно это предвидел. У нее не было больших ходов, чтобы играть, и она позволила ей быть близко к Лу Шаомину, но Сун Яцзин рано поняла, что это будет самой большой проблемой между ней и Лу Шаомоном. Или, может быть, Сун Яцзин воспользуется этим моментом, чтобы поднять большой шум... что ей делать? Стоит ли ей ехать в больницу на реконструктивную операцию?

Лу Шаомин посмотрел на панику в глазах девушки. Он уже знал ответ. Его глаза были холодными и темными. Его грудь начала трепетать, и он всегда гордился своим самообладанием, но теперь все это ушло. Как только он начинал думать, что раньше она была счастлива под другим мужчиной, он ревновал и чувствовал себя так, словно горел в огне.

Внезапно он отстранился и холодно рассмеялся. - Мисс Нин, откуда у вас такая уверенность? Как, по-твоему, я, Лу Шаомин, мог влюбиться в женщину, которая спала с другим мужчиной?- Пожалуй, это было самое грубое, что он когда-либо говорил ей. Глаза Нин Цин яростно сузились, и она забыла отреагировать, пока была в тумане.

В этот момент двери снова открылись. Динь! Лу Шаомин поднял ноги и шагнул вперед. Но его рука была схвачена нежной и хрупкой маленькой рукой. С красными глазами и тихим голосом девушка сказала: "Лу Шаомин, если бы я сказала, что мужчина, с которым я спала, - это ты, ты бы мне поверил? Лу Шаомин замер, повернул голову и встретился взглядом с ее полными слез глазами. Оскорбление в его глазах стало более очевидным, и он яростно стряхнул ее маленькую руку и осмотрел ее тело с головы до ног.

- Мисс Нин, что вы хотите этим сказать? Почему? Я разоблачил тебя, и у тебя нет выхода. Как ты можешь говорить... как я спал с тобой, ты…”

“Мне нужно учить тебя, как ты спала со мной? Глаза Нин Цин были полны слез, которые тихо, но упрямо катились вниз. Она прервала его слова и перевернула столы, чтобы спровоцировать его, сказав: "молодой господин Лу, прямо над нами есть гостиничный номер. Хочешь освежиться, посмотреть, спал ли ты со мной раньше или нет?”

Лу Шаомин отвел свой пристальный взгляд и сказал: “презрение выше всяких слов!”

Он поднял каблуки и вышел.

…

Глядя на уходящего мужчину, Нин Цин поняла, что ведет себя чересчур эмоционально. Он действительно ушел, и он действительно не хотел больше беспокоить ее. Что она собирается делать?

Послушайте, у него не было никаких воспоминаний. Она знала, что даже если рискнет и расскажет ему, он ей не поверит. Возможно, единственное, что она могла сделать, - это бросить перед ним свидетельство о браке, только тогда он поверит. Но сможет ли она это сделать?

Если она швырнет перед ним свидетельство о браке, это будет означать объявление войны Сун Яцзину. Нин Цин ошеломленно смотрела на мужчину, выходящего из отеля. Она пришла в себя и побежала за ним.

Она стояла у дверей отеля и смотрела, как Лу Шаомин садится в "Бентли". Он повернул руль, и машина выехала на дорогу. Нин Цин вдруг вспомнила о пятом дне лунного года. Она привезла его в аэропорт. В это время она увидела, как его красивый профиль на спине постепенно исчезает из ее поля зрения. После этого она всегда думала, что если бы она последовала за ним в Англию в то время, они не закончили бы так; он не забыл бы ее, и она не потеряла бы его.

Сможет ли она посмотреть, как он уходит, на ее глазах?

Нет!

Она не могла позволить ему снова исчезнуть у нее на глазах!

- Лу Шаомин, не уходи!- Нин Цин закричала во всю глотку и бросилась в людское море.

…

Лу Шаомин посмотрел в зеркало заднего вида. Девушка гналась за его машиной. В это время на улице было много пешеходов и машин, она не беспокоилась и яростно бежала следом, привлекая внимание многих других. Все указывали на нее и обсуждали ее действия, и они смотрели на нее в Новом Свете.

Ночной ветер был особенно холоден весной. Она бежала слишком быстро. Холодный ветер, словно нож, вонзился в ее тонкую рубашку, а волосы разметались по всему телу. Она бежала быстро, обливаясь слезами, когда гналась за ним. Она что-то говорила, и по движению ее губ он догадался, что она зовет его по имени – Лу Шаомин…

Звала его снова и снова.

Преследуя его на каждом шагу.

Но зачем она гонится за ним? Она была такой грязной. До него у нее был мужчина, и она все еще хотела заполучить его. Она должна забыть об этом! Она не могла сказать, почему он ей нравится. А как насчет того, чтобы не нуждаться в причине? Все это было ложью. Она искала на нем тень. Неужели он очень похож на мужчину, с которым она встречалась раньше? Неужели из-за этого она пришла, чтобы заварить для него кашу?!

Сюй Цзюньси, Му Юньфань..Кто были эти люди? Она была так красива и умна; конечно, мужчинам она могла нравиться. Он не поверил бы словам Линь Сюэмэй о том, что она лисица. Но она не знала, как себя вести, почему ведет себя так демонстративно? Даже Чжу жуй испытывал к ней добрые чувства.

Ему не нравилось, что она нравится стольким мужчинам!

Он также знал, что слова, которые он произнес в лифте, были немного резкими, но он не мог контролировать себя. Его джентльменское поведение ускользнуло от него.

Ах, он спал с ней раньше?

Как получилось, что он не знал об этом?

Смешно!

Лу Шаомин нажал на акселератор.

…

Нин Цин смотрела, как "Бентли" уходит все дальше и дальше от нее, пока не исчез среди других машин. Ее сердце наполнилось отчаянием. Если она сегодня не погонится за Лу Шаомоном, будет ли у нее еще шанс встретиться с ним снова?

“Лу Шаомин, о, Шаомин... - кричала Нин Цин до тех пор, пока у нее не перехватило дыхание. Что она собирается делать?

В этот момент к ней подъехал мотоцикл. Мотоцикл набирал скорость и вот-вот врежется ей прямо в плечо. - Девочка, будь осторожна!"Добросердечная тетушка схватила ее, и мотоцикл остановился в 1 см от нее. - Девочка, ты в порядке? Быстро проверь, не попал ли ты ...да! Руки тетушки соскользнули, и Нин Цин рухнула на землю.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 195:Он Укусил Ее. Сосредоточься!

Лу Шаомин исчез.

Он действительно ушел.

Нин Цин села на землю и поджала ноги. Она уткнулась лицом в колени и горько заплакала: “уа... муженек! Муженек, ты действительно больше не хочешь меня? Я твоя маленькая жена.”

Девушка беспомощно заплакала. Ее слабые плечи беспомощно дрожали. Она никогда не думала, что однажды ей придется жить без Лу Шаомина. Она никогда не думала о том, что будет делать.

Ее появление привлекло большое количество зрителей, и все говорили о ней.

В это время кто-то коснулся ее тела. Нин Цин посмотрела в сторону, и в ее затуманенном слезами взоре появилась пара черных блестящих кожаных сапог.

Тусклые глаза Нин Цин мгновенно вспыхнули. Она не могла в это поверить. Она быстро вытерла слезы своей маленькой ручкой. Она протянула руку, схватила мужчину за брюки и робко подняла глаза.

Лу Шаомин, это действительно был Лу Шаомин!

Лу Шаомин вернулся.

Большая рука мужчины была сжата в кулак, и тонкий черный костюм развевался на холодном ветру по яростной дуге. Он уставился на нее и тихо прорычал: “Нин Цин, ты хочешь умереть?”

Он только что нажал на акселератор и уехал, но, взглянув в зеркало заднего вида, увидел, что мотоцикл вот-вот врежется в нее. Инстинкт одолел его, и он нажал на тормоза.

Когда он вышел из машины и подошел к ней, то увидел, что она держится изо всех сил.

Она свернулась калачиком, спряталась в своем маленьком мирке и плакала в темноте.

Нин Цин быстро встала и бросилась в объятия мужчины.

Она потерлась своим маленьким личиком о его дорогой костюм, вдохнула его прохладный росистый запах, заплакала и засмеялась, сказав: "Лу Шаомин, наконец-то ты вернулся! Я знала, что ты не сможешь оставить меня. Лу Шаомин, пожалуйста, не оставляй меня снова. Пожалуйста, не уходи. Если ты уйдешь, я умру, я действительно умру.”

Лу Шаомин позволил ей обнять себя. Он поднял руку и коснулся ее прекрасных волос. Голос его звучал глухо и невнятно. - Нин Цин, Как ты можешь быть такой эгоисткой? И что же мне теперь делать? Что мне с тобой делать?”

Сотни разумных голосов говорили ему: "Лу Шаомин, пойдем, эта женщина тебе не подходит", но он не мог совладать со своим сердцем. Тепло в его руках в этот момент мешало ему отпустить ее.

Она действительно была эгоисткой.

Его одолевает эгоизм.

- Лу Шаомин, я люблю тебя. Ты-единственная любовь в моей жизни. Нин Цин крепко обняла его и вела себя как избалованный ребенок, кокетливо говоря: “Лу Шаомин, не обращайся со мной так плохо, иначе ты пожалеешь об этом. Однажды ты пожалеешь, что так со мной обошелся.”

Когда к нему вернется память, он наверняка будет винить себя. Он так сильно любил ее. Его сердце наверняка будет болеть за нее.

Она перенесла так много обид.

Лу Шаомин медленно протянул руку и обнял ее. Он нежно поцеловал ее волосы. В его сердце звучал голос, который говорил: "Лу Шаомин, тебе не нужно ждать, ты уже пожалел об этом.

Он уже пожалел о том, что сказал ей в лифте.

“Ты на что-нибудь наткнулся? Где это болит?- тихо спросил он ей на ухо.

- Нет боли, нет боли. Пока ты не оставишь меня, мое сердце не будет болеть, и мое тело не будет болеть.”

Ее нежная, нежная внешность заставила глаза Лу Шаомина вспыхнуть нежностью. В этот момент, когда он так тихо обнимал ее, ему казалось, что время тянется вечно.

Ему хотелось, чтобы время остановилось здесь.

…

Они тихо обнялись, и девочка постепенно перестала плакать в его объятиях. В этот момент зазвонил телефон Нин Цин; звонил Сяо Чжоу.

Лу Шаомин отпустил Нин Цин, и Нин Цин ответила на звонок.

- Привет, Нин Цин. Сунь Цзюнь, судья из Оки, звонил, чтобы пригласить тебя на ужин Сегодня вечером. Это прямо в городе. Ты идешь, Нин Цин?- Сяо Чжоу дал ей адрес и стал ждать ответа.

Нин Цин посмотрела на мужчину рядом с ней и мягко кивнула. - Да, я пойду.”

Нин Цин повесила трубку и тихо сказала: “Шаомин, я должна присутствовать на деловом обеде. Ты можешь отвезти меня туда?”

Шаоминг?

Она превратилась из” молодого мастера Лу “в”Шаомина". Это звучало так естественно. Ее голос был мягким и робким, и звучал исключительно приятно.

По какой-то причине Лу Шаомину было знакомо, как она его называла.

“Что за рабочий обед?”

- Ну, судья кинопремии Ока пригласил меня на ужин, так что я собираюсь встретиться с ним. Это будет быстро. Ты можешь идти своей дорогой после того, как приведешь меня туда. Если ты в порядке, то можешь подождать меня в машине, и я скоро спущусь. Нин Цин внимательно и выжидательно посмотрела ему в лицо.

Лицо девушки размером с ладонь все еще было мокрым от слез. Пара чистых осенних зрачков смотрела на него, как ночной котенок, и у него защемило сердце.

Лу Шаомин кивнул. - Пошли отсюда.”

Нин Цин последовала за ним с быстрой улыбкой. Она была похожа на милый маленький хвостик. - Шаоминг, спасибо.”

…

Лу Шаомин остался в "Бентли" и ждал Нин Цин, которая вошла в назначенный номер отеля.

Когда Сун Цзюнь, находившийся в комнате, увидел ее, его глаза заблестели, и он встал, чтобы поприветствовать ее. - Мисс Нин, я не ожидал, что вы придете. Очень приятно с вами познакомиться.”

Нин Цин заправила свои прекрасные волосы за ухо и вежливо улыбнулась. - Судья Сун, для меня большая честь, что вы пригласили меня. Как я посмел не прийти?”

Когда Нин Цин села напротив Сунь Цзюня, она улыбнулась и спросила: “судья Сун, вы собираетесь сказать мне, что моя пьеса была номинирована на кинопремию "Ока"?”

Сунь Цзюнь тут же выдал себя за судью и, махнув рукой, загадочно сказал: “Госпожа Нин, обед только начался, а вы уже пытаетесь получить информацию? Давай сначала выпьем.”

“Окей.- Нин Цин смело пообещала: "я опущу его первой в знак уважения.”

Нин Цин осушила бокал красного вина.

Когда она пила, Сунь Цзюнь смотрел на обнаженную нежную шею Нин Цин, похожую на лебедя, и ярко-красные губы. В его глазах сразу же появилась злая жадность. Он встал со стаканом и сел рядом с Нин Цин. - Мисс Нин, я сегодня ходил смотреть вашу пьесу. По правде говоря, я действительно восхищаюсь талантом Мисс Нин. И твой танец с волшебным цветочным душем так поразил меня, что я до сих пор помню его.

- Благодарю вас за похвалу. Я еще молод, и у меня много недостатков. Надеюсь, вы сможете дать мне еще один совет.”

“Конечно, я дам тебе совет, конечно.- Сунь Цзюнь тихонько дотронулся до маленькой ручки Нин Цин, лежащей на столе. - Мисс Нин, не исключено, что ваша пьеса будет номинирована на кинопремию "Ока".…”

Увидев, что он протягивает свою грязную, неприличную руку, Нин Цин тихо убрала ее, притворяясь, что играет со своими красивыми волосами. Она подняла брови и изобразила женскую застенчивость. “Что имеет в виду судья Сун?”

Сунь Цзюнь сразу же пожалел, что не может дотронуться до руки Нин Цин. Он не верил, что Нин Цин не поняла его смысла. - Мисс Нин, вы хотите, чтобы я выдвинул вашу кандидатуру. Как ты можешь отплатить мне?”

- Отплатить? Как судья Сун хочет, чтобы я отплатил вам?”

Сунь Цзюнь с лихорадочным восторгом посмотрел на изящное личико Нин Цин, на ее изящную и изящную фигурку и вдруг с жаром набросился на нее. - Нин Цин, Спи со мной. Я обещаю, что вы будете номинированы.”

Нин Цин в ужасе вскочила со стула. Она попятилась в угол и насторожилась. - Судья Сун, о чем вы говорите? Выдвижение Оки основано на заслугах. Я не могу продать себя.”

Сун Цзюнь приблизился к ней и двусмысленно рассмеялся. “Она действительно основана на заслугах, но это твоя заслуга в постели, Нин Цин. Не притворяйся. Ты, должно быть, тренировалась после того, как провела с этим человеком полгода. А теперь позвольте мне попробовать жену Юн мастера Лу.”

Нин Цин спокойно смотрела, как он приближается к ней, и не пряталась. Ей хотелось дождаться, когда он подойдет ближе, а потом пнуть его, чтобы покончить с этим старым извращенцем.

Но тут дверь со щелчком отворилась, и на пороге появился Лу Шаомин.

Он прождал в машине несколько минут, но через некоторое время не смог сдержать волнения за нее и пришел проведать. Он не ожидал этого увидеть.

Сунь Цзюнь, естественно, тоже увидел Лу Шаомина. Он был так напуган, что обильно вспотел. - Молодой...молодой господин Лу, все не так, как вы видите. Я ... я невиновен. Это она. Она намеренно соблазнила меня на номинацию "Ока". Я…”

Острые, глубокие глаза Лу Шаомина скользнули по Сун Цзюню. Темные тучи окутали его. Его рот медленно вытянулся в кровожадную дугу, когда он вошел в комнату.

“Ты настолько глуп, что думаешь, будто я такая же дура, как и ты. Неужели ты думаешь, что я не в состоянии понять, соблазняет ли она тебя, или ты хочешь приставать к ней?”

Нин Цин вообще не видела, как этот человек пошевелил ногами. Его сильная, прямая правая нога ударила Сунь Цзюня в пах с силой осеннего ветра, сметающего опавшие листья.

- А! Сун Цзюнь схватился за промежность и закричал.

- Даю тебе три секунды, проваливай!- Мрачно сказал Лу Шаомин.

Бедняга Сунь Цзюнь страдал от потери половины своей жизни, но ему все равно пришлось споткнуться и исчезнуть за три секунды. Сунь Цзюнь отступил.

…

Нин Цин увидела, как Сунь Цзюнь исчез. Она подошла к Лу Шаомину на пару шагов. Лицо мужчины было очень темным. Нин Цин потянула его за рукав и кокетливо сказала: “Шаомин, спасибо, что веришь в меня, и спасибо, что помог мне преподать урок старому извращенцу.”

Он уже делал это для нее раньше. Он избил Сюй Цзюньси и пнул таксиста-маньяка. Теперь он защитил ее.

Лу Шаомин посмотрел на девушку и фыркнул: “ты не могла не знать о мыслях этого человека о тебе, но все же приняла его приглашение на ужин.”

С очаровательной улыбкой Нин Цин сказала: "я сделала это не просто так. Кроме того, я могу защитить себя! Шаоминг, у тебя такое темное лицо. Ты злишься? Ты заботишься обо мне? Хе-хе, на этот раз я тебя поймал.”

Лу Шаомин посмотрел на нее сверху вниз и позволил одному слову слететь с его тонких губ. “Бесстыдный.”

Он повернулся и вышел.

- Эй, Шаоминг! Нин Цин вытянула свою тонкую руку, чтобы преградить ему путь, на цыпочках подошла к нему и поцеловала в нижнюю губу.

После того, как она поцеловала его, мужчина внезапно нахмурился и сказал с холодностью, которая могла бы удержать кого-то за тысячу миль: Вы пристрастились к поцелуям?”

В тот вечер она тоже смело поцеловала его в гостиной.

Нин Цин сверкнула милой улыбкой. Она держала руки за спиной и вызывающе подняла свою крошечную челюсть. - Да, я пристрастился к нему, Шаоминг. Почему бы мне не позволить тебе поцеловать меня в ответ?”

Из-за того, что она только что плакала, ее глаза все еще были немного красными, добавляя оттенок слабости к ее взгляду, и ее провокационный вид с поднятой головой заставил ее чернильно-черные брови приподняться, делая ее красивой и соблазнительной.

Лу Шаомин посмотрел на ярко-красные губы девушки, затем наклонился и поцеловал ее.

Нин Цин не ожидала, что он действительно поцелует ее. Это был первый раз, когда он поцеловал ее с тех пор, как потерял память.

Она думала об этом, когда почувствовала боль в уголках губ. Мужчина нежно укусил ее. - Сосредоточься!”

Сердце Нин Цин наполнилось медом. В этот момент мужчина схватил ее за мягкую талию и прижал к стене, сделав несколько шагов.

Нин Цин не была готова к тому, чтобы ее прижали к стене. Ее хрупкая спина немного болела, когда она ударилась о стену. Она не удержалась и ударила его маленьким нежным кулачком. “Что ты делаешь? Ты делаешь мне больно. Ты так торопишься?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 196:Можешь Ли Ты Попытаться Полюбить Меня?

После того, как она произнесла эти слова, атмосфера застыла. О нет.

Красивое лицо ее мужа-миллиардера потемнело, когда он посмотрел на нее. Его тонкие губы были недовольно поджаты. - Хе-Хе, Шаоминг.- Нин Цин хотела добавить немного нюансов в атмосферу, но ... - Мужчина закрыл ей рот своими губами. Его поцелуй был очень нежным. Его холодные тонкие губы снова слегка коснулись ее ароматных и мягких красных губ. Он поцеловал ее на некоторое время, и его мускулистая рука подняла ее с талии, используя ее плечо как рычаг. Казалось, он сажает на свои сильные плечи маленькую девочку. Он старался, чтобы она не прислонилась к стене. Другой рукой он медленно прижал ее спиной к стене и жалобно потер. - Простите, это здесь так больно?”

Через мгновение Нин Цин стала мягкой в его объятиях. Пока мужчина целовал ее, его голос был хриплым с оттенком сексуальности. Когда они соприкоснулись, его густые ресницы, похожие на кисточку, коснулись ее упругой кожи. Все ее тело было наэлектризовано. Оказывается, ей так этого не хватало. Две маленькие ручки схватили его за рубашку на груди. Она встала на цыпочки и удобно положила голову на его широкие плечи, а одной рукой обхватила его красивое лицо и поцеловала.

Девушка была очень неопытна. У нее не было большой техники, но она брала инициативу на себя. Весь ее рот был между его губами, но это не причиняло боли. Ее сила была как у котенка, царапающего его; чем больше она царапала его, тем сильнее становился зуд.

Лу Шаомин закрыл глаза, осторожно вошел в комнату и нежно прикоснулся губами к ее губам. Это было похоже на замедленную съемку в кино. Он выполнил всю интимность по максимуму. Он сглотнул слюну и уловил ее сладкий запах. Нин Цин была мягкой в его объятиях. Целовать его было одно удовольствие. Это не было утомительно, но каждый раз, когда она целовала его, казалось, что из нее высасывают всю энергию, и она была вся мягкая.

Она искоса взглянула на него и уткнулась своим маленьким покрасневшим личиком ему в шею. “В чем дело? он поцеловал ее маленькое личико и спросил: Почему она не позволила ему поцеловать себя дальше?

Нин Цин не осмеливалась взглянуть на него. Она не могла сказать ему, что он смутил ее своим поцелуем. Она замужняя женщина и очень скучает по его поцелую. Она хотела от него большего, и это желание было очень неловким.

- Нин Цин!- Сяо Чжоу толкнул дверь отдельной комнаты. Эти двое быстро разделились.

…

Сяо Чжоу уже знал, что Лу Шаомин уже прогнал Сунь Цзюня. Она действительно привела телохранителей, чтобы окружить площадь, и ждала сигнала Нин Цин, но она не думала, что Лу Шаомин будет действовать первым.

- Молодой Господин Лу.- Сяо Чжоу вежливо обратился к нему.

Лу Шаомин кивнул головой, большими шагами вышел из комнаты и встал в коридоре, ожидая Нин Цин.

- Нин Цин, Сунь Цзюнь уже убежал. Что же нам делать дальше?- Сяо Чжоу пришла просить ее о следующем задании. Нин Цин шагнула вперед, достала запись из телефона и передала ее Сяо Чжоу. Она приказала: "завтра утром опубликуйте эту запись. Я хочу увидеть это в развлекательных новостях.”

– О'кей, Сун Чжун, этот старый извращенец действительно осмелился подумать о том, чтобы воспользоваться тобой. Завтра мы полностью победим его и увидим, что он впал в немилость. Мы будем добиваться справедливости от имени небес.- Нин Цин протянула руку, чтобы просто коснуться головы Сяо Чжоу. - Осуществление правосудия от имени небес-это определенный мандат. Но вы должны помнить, что ключевым моментом этой новости является не человек Сунь Цзюнь, а Оскаровский судья Сунь Цзюнь.”

“Что вы имеете в виду?”

- Смысл в том, что я уже принял решение участвовать в 13-й церемонии вручения премии "Золотая молния".”

- Премия "Золотая Молния" За Драму? Нин Цин, эта награда не очень хорошо известна публике. Если войти в сценическую постановку, то это было бы сродни использованию кувалды для раскалывания ореха.”

"Поскольку мы используем кувалду, чтобы расколоть орех, то у нас будет 90% шансов на победу. Напротив, вы также сказали, что если мы будем участвовать в номинации на "Оскар", то шансы на победу будут примерно равны нулю. Если это так, почему бы не сделать шаг назад и не стать вожаком стаи? Премия "Золотая молния драмы" может быть неясна сейчас, но разве завтрашние развлекательные новости не вернут мою невинность и не заставят знаменитого оскаровского судью Сунь Цзюня захотеть принять участие в премии "Золотая молния драмы"?

"Мы не можем получить номинацию на "Оскар", но мы можем снизить его популярность. Может быть, премия "Золотая молния" и не пользуется популярностью, но сейчас, когда я сижу за столом, все по-другому. Я могу сделать так, чтобы мы выиграли премию "Золотая молния", и моя сценическая игра будет идти до пика.”

Руки Лу Шаомина были засунуты в карманы, и он лениво прислонился к стене. Он не повернулся, чтобы заглянуть в отдельную комнату, а только прислушался к тихому голосу девушки.

Она всегда была такой умной и всегда взвешивала все " за " и "против", когда у нее был выбор. Она сделала хороший выбор и всегда была очень смелой, молодой и полной энтузиазма. Она знала, что единственный способ выжить в индустрии развлечений-это подняться по служебной лестнице. Она была уверена в своей режиссерской работе, и когда она говорила, ее голос был очарователен и приятен для слуха. Она была сильной и мощной, как жемчуг, попавший в нефритовую тарелку. Он вспомнил, как она выглядела, когда гналась за его машиной по улице. Она даже не хотела больше жить своей собственной жизнью, и у нее не было того хладнокровия и спокойствия, которые были сейчас. Она была мягкой и слабой, как молодая девушка. Но когда дело касалось отношений, она была неопытна.

На самом деле он не был консервативным человеком. Для девушки было естественно иметь прошлое позади, но он не мог принять, он не мог принять даже песчинку, чтобы быть там. Возможно, именно она подошла к нему с определенным мотивом. Это заставляло его чувствовать себя неуверенно. Кроме того, он чувствовал, что она влюбилась в тень, которую нашла на нем, и теперь не любила его всем сердцем. Они едва знакомы; как она могла так сильно любить его?

Хех.

Сяо Чжоу ударила себя по бедру и потрясенно закричала: "О боже, как я об этом не подумала? Нин Цин, это был твой план.- Нин Цин кивнула головой и сказала: - хотя премия “Золотая молния " никому не известна, за этой церемонией стоит долгая история. Она одобрена Департаментом рекламы страны и Министерством культуры как одна из самых мощных художественных наград в отношении сценической игры. Теперь знаменитости, жаждущие славы, делают все, чтобы получить номинацию на Оскар, но есть и другие, которые любят искусство и культуру. Сяо Чжоу, вы знаете, что выделить, чтобы создать шумиху в ближайшие дни?”

Сяо Чжоу немедленно кивнула головой, ее глаза были полны восхищения, и сказала: “Я знаю. Тот, кого вы имеете в виду, - это вы сами. Ха-ха, Нин Цин, ты такая умная. Нин Цин игриво подмигнула и сказала: "что бы я делала, если бы не была умной? Я руководил сценической постановкой. Теперь мне нужно придумать план, как углубить корни, которые я посеял в мире режиссуры. Следующий шаг…”

“Что же нам делать дальше?- У Сяо Чжоу был сильный боевой дух. Нин Цин не дала ей знать. Она подошла к двери и сказала: “сначала уладь все дела.”

…

Нин Цин вышла из отдельной комнаты. Мужчина все еще стоял, прислонившись к стене. - Шаомин, давай вернемся домой.”

Вернуться домой?

От этого слова у Лу Шаомина защемило сердце.

Он посмотрел на девушку. Она мягко улыбалась, и ее брови изогнулись дугой, когда она смотрела на него. Ее прекрасные глаза были его отражением, и он был в них единственным мужчиной. - О'кей, - пробормотал Лу Шаомин и поднялся, чтобы уйти. Мужчина шел впереди. Нин Цин стояла позади него и смотрела на учтивый взгляд собственного мужа. Она улыбнулась ярко, как цветок. Когда она опустила взгляд, ладони мужчины были рядом.

Нин Цин покраснела, она украдкой протянула свою маленькую ручку и понемногу зацепилась за его мизинец. Женщина держала его за мизинец. Лу Шаомин на мгновение замер. Пальцы у нее были тонкие и теплые. Она держалась за него очень легко, и она принесла с собой свою нерешительность. Их тени упали на стены рядом с ним. Эта маленькая девочка была позади него, как маленькая ученица позади своего родителя после школы. Она была очень молода и очень мила.

Лу Шаомин не оттолкнул ее.

Нин Цин мгновенно расплылась в широкой улыбке; он не отказался взять ее за руку! Затем она крепко обхватила его мизинец своей мягкой ладонью. Да, теперь они едут домой. Хотя он был очень жесток с ней сегодня вечером и заставил ее плакать, отношения между ними ускорились и улучшились с молниеносной скоростью, и она сделала еще один большой шаг навстречу ему. Это можно было бы считать шагом вперед, который произошел после неудачи. Ха.

Они сели в "Бентли". Нин Цин сидела на переднем пассажирском сиденье. Лу Шаомин спросил, куда она едет, и она дала ему адрес виллы Нин. До конца путешествия они не разговаривали. Машина быстро остановилась перед виллой Нин. Нин Цин отстегнула ремень безопасности и сказала: “Шаомин, увидимся позже.- Лу Шаомин искоса взглянул на нее, выражение его лица было ясным, глубокие глаза светились тонким слоем света, и он кивнул головой и сказал:”

Нин Цин поджала красные губы. Ее маленькое, мягкое тело внезапно приблизилось к нему. Она обняла его за локоть и дважды встряхнула: "Шаоминг, тебе нечего мне сказать?- Их лица были близко друг к другу. Другая рука Лу Шаомина лежала на руле. Он опустил глаза, чтобы взглянуть на ее нежное лицо, и по-прежнему молчал.

Каждый раз, когда он молчал, Нин Цин не знала, о чем он думает; сегодня он поцеловал ее и даже позволил взять себя за руку. Но он не желал общаться с ней и молчал, как будто она не была ни близка, ни далека. Его поведение было трудно понять, и она не могла понять его.

- Шаомин, я могу объяснить тебе слова Линь Сюэмэя. Я вырос вместе с Сюй Цзюньси и Му Юньфанем. Когда мне было 18 лет, Сюй Цзюньси признался мне, что в то время я был слишком молод и согласился с ним, не подумав ясно. Но мы расстались на первом же свидании. Что касается му Юньфаня, то я относился к нему исключительно как к старшему брату, но он любил меня. После этого, чтобы добраться до меня, он перепробовал все возможные методы и погиб в автомобильной катастрофе.”

“Тоже. Нин Цин опустила глаза, прикусила красные губы и сказала: “я раньше ... влюбилась в мужчину...он и я” - Нин Цин все еще не знала, как это выразить. Она знала, что не сможет долго скрывать это, Сун Яцзин определенно использует этот момент против нее. Вместо того чтобы обманывать его, она хотела бы быть с ним откровенной. Тем не менее она сохранит статус-кво.

- Шаоминг, все это уже в прошлом. Я люблю тебя только сейчас. Не презирай меня, я буду любить тебя всем сердцем. Шаоминг, ты тоже можешь попытаться понравиться мне? Лу Шаомин посмотрел на нее. Он с самого начала спокойно смотрел ей в глаза и видел все ее эмоции под своими глазами.

В машине поначалу было тихо. Она выжидательно ждала его ответа, но через целых три минуты он так и не открыл рта. Атмосфера была напряженной и ледяной. Прекрасные глаза Нин Цин были полны разочарования и печали. Она отстранилась от его холодного взгляда и вернулась на свое место. Она надула розовые губки и расстроенно сказала: "Несмотря ни на что, я не откажусь от тебя. Будьте осторожны, когда едете. Увидимся.- Она протянула руку, чтобы открыть дверцу машины.

Но в этот момент ее тонкую руку поймала огромная ладонь. Мужчина слегка рассмеялся и сказал: "я еще не ответил, А ты уже уходишь?- Красивая фигура мужчины нависла над ней. Она откинулась на спинку сиденья. Его большая ладонь легла ей на затылок, а тонкие губы коснулись ее лба.

“Я подумаю над вашим предложением.”

Подумайте?

Это значит, что тогда у нас может быть шанс.

Нин Цин сразу же ликовала, она протянула свою маленькую ручку, чтобы обнять его за шею, и сказала: Шаоминг, спасибо. Если только вы попытаетесь полюбить меня, я уверен, что вы влюбитесь в меня. Шаоминг, ты не пожалеешь об этом. В будущем вы будете знать, что это было лучшее решение, которое вы когда-либо принимали.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 197:Она Берет Вас В Дублеры

Лу Шаомин отпустил ее и потрепал по волосам. В его глазах промелькнуло обожание. - Давай вернемся.”

- Ладно, Шаоминг, увидимся завтра. Нин Цин запечатлела громкий поцелуй на его красивом лице и открыла дверь, как счастливая маленькая птичка.

Лу Шаомин посмотрел на девушку через открытое окно. Девушка не уходила. Она мило улыбнулась и помахала своей прекрасной рукой. - Шаоминг, пока-пока.”

Лу Шаомин нажал на акселератор.

Когда "Бентли" полностью скрылся из виду, Нин Цин протянула руку и сильно ущипнула себя за бедро. Это больно. На самом деле это был не сон.

Лу Шаомин был готов попытаться понравиться ей. Неужели они собираются начать?

Отличный.

…

На вилле семьи Лу

Чжоу Чжилэй сопровождал Сун Яцзин, пока экономка показывала им видео сцены волшебного цветочного душа Нин Цин в сегодняшней пьесе. - Мадам, я приказал разрезать одежду Нин Цин в соответствии с Вашими указаниями, но у нее был острый ум, и она использовала лепестки роз, чтобы прикрыть белую марлевую юбку, и создала волшебный цветочный танец Душа, вызвав сенсацию по всему городу.”

Чжоу Чжилэй наблюдал за красивым танцем девушки на видео, и ревность вспыхнула в ее глазах. Находчивость. Это была оценка Нин Цин экономкой семьи Лу?

Она искоса взглянула на сон Яцзин, которая смотрела на видео с несколько ошеломленным видом. Да, Сун Яцзин тоже была красавицей, когда была молода. Она прекрасно владела музыкальными инструментами, шахматами, каллиграфией и живописью и очень хорошо танцевала.

Сун Яцзин был также человеком, который любит красоту и дорожит талантом. Сказочный цветочный душ Нин Цин поразил весь мир. Неудивительно, что У Сун Яцзин было такое потрясенное выражение лица.

Чжоу Чжилэй улыбнулся и взял Сун Яцзин за руку. - Тетушка, танец Нин Цин действительно прекрасен. Теперь ее фэндом снова вырастет. Посмотрите на слюну, исходящую изо рта этих людей, особенно мужчин Прямо перед сценой.”

Сун Яцзин тут же протянул руку и отмахнулся от видео. “Хм, для нее это просто маленький трюк, чтобы угодить мужчине. Обольстительные женские уловки; они осквернили мои глаза. Кстати, что случилось с этой Линь Сюэмэй?”

Экономка забрала прибор. - Мадам, я только что получил известие: Нин Цин устроила грандиозный банкет, чтобы поймать Линь Сюэмэя. Молодой господин приказал отправить Линь Сюэмэя в полицейский участок.”

Чжоу Чжилэй был ошеломлен.

- Что?- Сун Яцзин была потрясена. - Черт возьми, похоже, я действительно недооценил эту Нин Цин и позволил ей снова и снова выпутываться из неприятностей.”

Сун Яцзин тоже хотел что-то сказать, но тут в дверь виллы позвонили, и слуга пошел открывать. “Мастер.”

Вошел Лу Шаомин.

Когда экономка отошла, Сун Яцзин посмотрела на Лу Шаомина со своей обычной улыбкой и сказала: “Шаомин, ты вернулся. Вы уже поужинали? Я попрошу слугу разогреть для вас несколько блюд.”

- Нет, я уеду позже.- Лу Шаомин сидел прямо на одной стороне дивана.

Сун Яцзин была ошеломлена, когда увидела, что выражение его лица было неправильным. Чжоу Чжилэй засмеялся и сказал: “брат мин, мы с тетушкой думали, что ковер в Европе хороший. Следующие пару дней…”

- Мама, - сказал Лу Шаомин, не обращая внимания на Чжоу Чжилея. Вместо этого он посмотрел прямо на сон Яцзина. “Почему ты использовал формулу капустного плюма, чтобы подставить Нин Цин?”

Глаза Сун Яцзина вспыхнули, когда он понял, что инцидент раскрыт. Этот линь Сюэмэй был слишком бесполезен. Нин Цин обманом заставила ее раскрыть их заговор. Иначе она не проиграла бы так легко.

- Шаоминг, я не понимаю, о чем ты говоришь. Я также слышал об утечке формулы капустного плюма. Вы подозреваете, что я кому-то приказал это сделать? Я бы не стал сливать эту формулу в ГК.”

Лицо Лу Шаомина было безразличным, в то время как его глубокие черные глаза вспыхнули насмешкой. “А что такое ГК для тебя? Это всего лишь шахматная фигура. Вы только что использовали их, чтобы подставить Нин Цин. Линь Сюэмэй признался, и этот высокопоставленный работник тоже выдал тебя. Мама, тебе не нужно сейчас оправдываться.”

Теперь, когда он все это изложил, сон Яцзин тоже спокойно сидел на диване. - Шаомин, ты был так близок с Нин Цин в последнее время. Мама не любит эту женщину.”

- Но почему? Потому что она не благородного происхождения?”

- Одно дело не быть благородного происхождения, но самое главное-это ее характер. Сун Яцзин положил стопку информации на чайный столик и пододвинул ее к себе. - Шаоминг, ты должен взглянуть на это. Мама послала кого-то разузнать о ней. Я не думаю, что вы знаете о прошлом этой женщины. Вы также должны знать ее истинную цель, чтобы приблизиться к вам.”

Ее прошлое?

Ее настоящая цель-сблизиться с ним?

Лу Шаомин посмотрел на информацию на чайном столике и медленно протянул руку.

Сун Яцзин изобразил намек на улыбку. Нин Цин думала, что победила. Она, вероятно, не знала о своей роковой слабости в трехмесячном соглашении.

Хотя она была на вилле каждый день, она знала о каждом поступке Нин Цин. Ее удивил дизайн рекламы спектакля "капуста плюм". Эта пьеса была хорошо задумана и могла принести капустному шлейфу огромную прибыль. Вот почему она ждала до конца пьесы Нин Цин, чтобы начать действовать.

Ей нужно было использовать Нин Цин, прежде чем она сможет оттолкнуть ее.

Сун Яцзин ждал, что Лу Шаомин откроет информацию, но рука Лу Шаомина остановилась, и он положил ее обратно.

- Шаоминг, почему ты его не читаешь?”

Лу Шаомин поднял голову и спросил: “Мама, ты не можешь сказать мне, если я не буду смотреть? Скажи мне, я слушаю.”

Сун Яцзин увидела сомнение, промелькнувшее на спокойном и безразличном лице ее сына. Его реакция была слишком спокойной и ненормальной.

- Нин Цин выросла с двумя мужчинами, одного звали Сюй Цзюньси, а другого-му Юньфань. Сюй Цзюньси признался в любви Нин Цин, когда ей было 18 лет. Нин Цин согласилась быть с ним. Сюй Цзюньси был ее первой любовью, и семья Нин и Сюй заключила брачный контракт. Сюй Цзюньси был женихом Нин Цин.

- Что Му Юньфань тоже нравилась Нин Цин. Так совпало, что когда Нин Цин было 18 лет, она оказалась в постели с Му Юньфанем, который был хорошо известен в городе ти. Позже му Юньфань похитил других, чтобы заполучить Нин Цин, в чем участвовали легальные и нелегальные партии.”

- Шаоминг, как ты думаешь, понравится ли твоей матери женщина с такой хаотичной предысторией?”

Красивое лицо Лу Шаомина было спокойно, как вода. Он медленно открыл рот и заговорил. “Она не виновата, что другим нравилась. У каждого есть прошлое, и все в порядке, пока оно позади.”

Все в порядке, пока все кончено?

Сун Яцзин был потрясен. Она не могла поверить в то, что только что сказал ее сын.

Кто ее сын? Он получил образование благородное, как королевское, и был элегантен, как джентльмен. Гордость и благородство глубоко укоренились в нем. В противном случае он встретил бы женщину, которая заставила бы его сердце биться быстрее к тридцати годам.

- Шаомин, тебя не волнует, что у Нин Цин была первая любовь, жених, и она потеряла девственность в возрасте 18 лет? Тогда тебе должно быть не все равно, что она замужем!”

Замужем?

Лу Шаомин даже бровью не повел, но лицо его стало холодным.

Эта тонкая разница в эмоциях была запечатлена Сун Яцзин. Сун Яцзин спокойно улыбнулся. - Шаомин, в прошлом году у матери Нин Цин не хватило денег на операцию. Однажды она вышла замуж за богатого человека из-за денег. Этот человек был очень добр к ней. Она была тронута и влюбилась в него.”

Слова Сун Яцзин были правдивы, за исключением того, что она не сказала Лу Шаомину, что богатый человек-это он, потому что она знала, что с мудростью своего сына она будет разоблачена, если солгала ему. Прошлое этой Нин Цин было действительно грязным. Она всегда была связана с мужчинами. Да поможет ей Бог.

Она хотела, чтобы Нин Цин страдала, как дура, молча.

Нин Цин думала, что она так легко добьется своего за эти три месяца?

Неужели Лу Шаомину было так легко снова влюбиться в нее?

Что за шутка!

“А где сейчас этот человек?- Внезапно спросил Лу Шаомин.

- Куда?

Хотя Сун Яцзин была удивлена, что ее сын задал этот вопрос, она была готова. - Этот человек погиб в автомобильной катастрофе.”

Только мертвые не могли быть исследованы.

“В порядке. Лу Шаомин кивнул и медленно встал. “Это хорошо.”

Сун Яцзин тоже встала вместе с ним. Она не поняла, что имел в виду Лу Шаомин. - А что хорошего?”

Лу Шаомин медленно приподнял уголки губ, и его глаза были такими глубокими и черными, что не могли отразить ни следа эмоций и света, за исключением холодной улыбки в уголках рта. “Это хорошо, значит, хорошо, что он умер, чтобы она могла быть спокойна со мной в будущем.”

- Шаоминг, ты!- Сун Яцзин, казалось, был поражен молнией и не мог вымолвить ни слова. Она задрожала и вытянула палец, указывая на Лу Шаомина.

Неужели это все еще ее сын?

- Мама, ты сделала три ошибки в моей компании, в том числе приказала е Тин запереть Нин Цин в морозилке, послала кого-то разрезать ее одежду и этот инцидент с формулой капустного шлейфа. Поскольку вы-моя мать, я не буду преследовать эти три случая, но я не хочу видеть еще один случай. Вот и все. Я ухожу.- Лу Шаомин повернулся и ушел.

- Шаоминг, остановись прямо здесь!- Сун Яцзин сделал выговор Лу Шаомину. “Тебя даже не волнует, что Нин Цин вышла замуж за другого мужчину? Ладно, тебя не волнует, что Нин Цин-это подержанный продукт, но ты должен заботиться о ее цели приблизиться к тебе, верно? Этот богатый человек был очень похож на тебя. Нин Цин на самом деле совсем тебя не любит. Она ищет тень на вас. Она берет тебя в дублеры!”

Лу Шаомин несколько секунд молчал. - А, дублер?- Он смеялся. - Пусть будет так, пока я ей нравлюсь.”

Когда Сун Яцзин услышала это, она упала на диван. Это было чуть больше месяца назад. Неужели он снова влюбился в Нин Цин?

- С вами все в порядке, тетушка? Да что с тобой такое? Брат мин, ты ... …”

Лу Шаомин обернулся. Он посмотрел прямо на Чжоу Чжилэя и равнодушно спросил: "Чжилэй, разве у тебя сейчас нет работы? Почему ты торчишь здесь весь день?”

“Я…”

“Ты можешь приходить сюда сколько угодно. Я не часто бываю на этой вилле. Моя мать действительно слишком скучает; давайте просто примем, что вы ее крестница. Ты хорошо заботишься о моей матери.- Лу Шаомин вышел через парадную дверь.

Чжоу Чжилэй посмотрела на безжалостную спину мужчины и так разозлилась, что стиснула зубы. Она все время приходила сюда, потому что хотела угодить его маме и получить одобрение семьи Лу, чтобы в будущем выйти за него замуж.

Однако он сказал ей, что она делает что-то бесполезное, когда он сказал: “Не часто приходи”, и что “крестница” означала, что он полностью игнорировал ее.

Почему он был так жесток к ней, но так добр к Нин Цин?

Он еще раз освежил ее представление о нем.

Тогда Сун Яцзин погладила маленькую ручку Чжоу Чжилэй и утешила ее, сказав: "Чжилэй, не грусти. Шаоминг загипнотизирован этой женщиной. Тетушка найдет способ. Ты-невестка семьи Лу. Я всегда буду поддерживать тебя.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 198:Выражение Своей Любви Перед Всем Городом

На лице Чжоу Чжилэй появилась теплая улыбка, и она сказала: “Тетя, я выросла вместе с братом Мином. Он у меня только в глазах. Я всегда буду ждать его.”

“Окей. Сун Яцзин удовлетворенно кивнула: это была ее элегантная, благородная, совершенная невестка, которую она мечтала иметь в своем сердце. - Но, тетя, я видела, что брату мину очень нравится Нин Цин. Его не волнует прошлое Нин Цин. Если брат мин узнает что Нин Цин его жена…”

“Не волнуйся, Чжи Лэй. Шаоминг не узнает об этом. Я закрыл все новости и записи. Даже если он пойдет проверять, то ничего не найдет. Кроме того, у него нет никаких воспоминаний. У него никогда не будет причин думать, что Нин Цин станет его женой. Как бы он мог погрузиться в такой поток мыслей? То, что я сказал сегодня, было правдой. Она может пойти проверить все это, и Шаоминг ничего не заподозрит. Если Нин Цин осмелится нарушить наше трехмесячное обещание, то не вини меня за то, что я не был вежлив с ней.”

- Кроме того, Шаомин-мужчина. Не смотрите сегодня на его невыразительную и беззаботную фигуру. Я не верю, что он примет близко к сердцу все, что я ему скажу. Чжоу Чжилэй слушал и испытывал облегчение. Когда Сун Яджин будет рядом, она сможет спрятаться за ней, если что-то случится, и ей не придется делать это самой.

Сун Яцзин была матерью Лу Шаомина. Если Нин Цин хочет быть вместе с Лу Шаомином, она не будет предпринимать никаких действий против собственной свекрови. Все получится, если она ухватится за Сун Яцзин и не отпустит. - Хорошо, тетя, я выслушаю ваши слова. Чжоу Чжилэй скривила губы в сладкой улыбке.

…

Лу Шаомин сидел в "Бентли". Машина медленно двигалась мимо неоновых огней города, и за окнами машины он мог видеть сцену крепкой ранней весны. Но на сердце у него было тяжело. Он верил, что Сун Яцзин не лгала ему, но она определенно добавила свои собственные детали, рассказывая свою сторону истории, точно так же, как и то, что сделала Линь Сюэмэй.

На самом деле он тоже мог пойти на разведку. Если у него есть девушка, к которой он питает чувства, он может пойти и выяснить ее прошлое. Но, как и прежде, у него не хватило смелости открыть документ и он не пошел проверять. У нее определенно было прошлое. Если бы он отправился на разведку, то, вероятно, нашел бы записи о том, что она не очень хорошо закончила отношения с некоторыми мужчинами, ее первой любовью, женихом. А еще ... она была замужем? Хм, на самом деле ничего особенного…

Если у него хватит ума наладить с ней отношения, он постарается принять ее прошлое. Только сейчас, в гостиничном номере, целовать ее было по-настоящему приятно. Закрыв глаза, он все еще мог погрузиться в ее сладкий и ароматный вкус. Он был ясным человеком; поскольку он не мог контролировать, как его тело реагирует на нее, тогда он попробует. Разве человек, которого она любила, не умер? Тогда он станет ее единственным мужчиной в будущем. Это было довольно хорошо. Но его сердце все еще было ужасно, очень ужасно.

Он не знал, отчего у него так скверно на душе. Он чувствовал себя ужасно с каждым словом, которое говорила ему мать. Нин Цин выглядел так, как если бы он шел по улице в случайный день, и вдруг в поле его зрения вбежала красивая и умная девушка и с обожанием посмотрела на него. Она потянула его за руку и сказала: "Шаоминг, я люблю тебя. Пойдем домой.…”

Это чувство было очень нереальным и заставляло его колебаться. Но он жаждал такого рода чувств. Может быть, такова была цена любви. Лу Шаомин набрал номер Чжу жуя и сказал “ " Здравствуйте, секретарь Чжу, я хочу завтра отправиться в командировку в Европу... да, возможно, я вернусь через неделю…”

…

На следующей неделе Нин Цин получила ряд положительных сообщений. Во-первых, “путешествие любви” Нин Цин было официально транслировано на основных веб-платформах, и потребовалось всего 3 дня, чтобы собрать миллиард пятьсот миллионов просмотров. Она оставалась одной из лучших горячих тем Weibo в течение целой недели, и она была чемпионом горячей поисковой диаграммы в реальном времени и поисковой диаграммы Baidu. Нин Цин взяла с собой популярных актеров Оу Ло Си и богиню нации Ся Сяофу, чтобы пробиться через пик популярности в марте, и они добрались до вершины одним движением.

В то же время горячо обсуждался вопрос, касающийся судьи Оскара Сунь Цзюня. Фанаты и пользователи Сети были возмущены несправедливостью, с которой столкнулась Нин Цин. Совет директоров "Оскара" был под давлением и вышел, чтобы принести официальные извинения Нин Цин. Нин Цин великодушно объявила о своем прощении и приложила отредактированную фотографию своего участия в премии "Золотая молния". Она использовала свою популярность, чтобы не обращать внимания на Оскары, и по пути дала вторую весну для премии "Золотая молния".

В конце концов, на церемонии вручения премии "Оскар" Оу Ло Си использовал сценическое представление, чтобы получить награду Лучшего актера. Ся Сяофу получила свою первую “лучшую женскую роль"."Речь пары была полна благодарностей за Нин Цин, и в конце концов имя Нин Цин было подобно кислороду в городе, исходящему через каждый уголок города ти.

Новому директору Нин Цин тогда был всего 21 год. Она была похожа на яркую жемчужину, ярко взошедшую с Востока.

Сегодня вечером состоялась официальная церемония вручения премии "Золотая молния".

Роскошный седан остановился у края красной ковровой дорожки. Сяо Чжоу распахнул двери, и Нин Цин медленно вышла.

На ней было длинное светло-зеленое платье с V-образным воротником. Платье было украшено изящными китайскими вышитыми цветами; большие китайские пионы были в полном цвету. Складки ее платья были очаровательны и нежны, а длинный шлейф лежал на полу, делая ее элегантной и впечатляющей.

Ее локоны были опущены. Ее нежное личико было накрашено специально для этого случая, и она выглядела яркой и красивой. На ее шее было очень тонкое Хрустальное ожерелье. При ее появлении вся толпа громко зааплодировала. Нин Цин медленно ступила на красный ковер. Приветственные крики со всех сторон обрушились на нее: "Нин Цин, Нин Цин!”

Эта церемония вручения премии "Золотая молния" стала сенсацией из-за нее, и теперь она была в центре внимания толпы. От нее захватывало дух на весь город, и она казалась великолепной с головы до ног. Оправдав все ожидания, Нин Цин получила звание Лучшего режиссера за постановку сцены, лучшую постановку и еще 8 наград. Она оказалась величайшей победительницей вечера. Белая рука Нин Цин приподняла ее юбку, пока она медленно шла к столу диктора. Министр культуры города Т лично вручил ей награды.

Ведущий спросил ее: "директор Нин, вы самый молодой режиссер среди ваших сверстников, так что с сегодняшними достижениями кого вы хотите поблагодарить больше всего? Нин Цин держала свой трофей, ее глаза наполнились слезами, и она посмотрела на море вееров внизу. Она медленно улыбнулась и сказала: “я должна поблагодарить болельщиков больше всего, они сопровождали меня в этом путешествии и поддерживали меня все это время, и это привело к моим сегодняшним достижениям. Я люблю вас всех.”

Болельщики под сценой дружно аплодировали. Они пришли из всех слоев общества, и все они собрались здесь сегодня, чтобы взглянуть на Нин Цин. "Нин Цин..." - кричали все вокруг.

В этот момент Нин Цин приложила палец правой руки к губам и прошептала: Жест. Сумасшедшие фанаты увидели это и мгновенно успокоились. Нин Цин все еще хотела что-то сказать. Журналисты были очень взволнованы. Нин Цин никогда не разочаровывала их; то, что она собиралась сказать дальше, было самым ярким моментом.

Нин Цин увидела, что все вокруг затихло. Она положила награду на стол диктора и медленно взяла другую, которая выглядела точно так же. Все это видели, и они начали горячо переговариваться между собой.

Ведущий не мог удержаться от смеха и сказал: “Мисс Нин, если я не ошибаюсь, это, должно быть, первая линия продукта, дебютировавшая в "капустном плюме". А ты кто?"Это был первый раз, когда знаменитость принесла свой собственный одобренный продукт, чтобы выйти на сцену. Нин Цин была выше всяких похвал.

Нин Цин игриво взмахнула длинными ресницами, похожими на крылья бабочки, и в ее блестящих глазах мелькнула искорка света. - Я еще не закончила свою вступительную речь. Следующая часть, которую я собираюсь сказать. Вы, ребята, хотите послушать?”

- Да!- Вся толпа кричала.

"Успех, который я имею сегодня, обусловлен не только любовью болельщиков. Я также должен поблагодарить....Капустный Шлейф. Именно капустный шлейф дал мне такую возможность, и именно Лу Шаомин помог мне добиться успеха.- Она произнесла имя “Лу Шаомин” вслух перед всем городом.

В зале было тихо. Поклонники смотрели на своего кумира с восхищением, и море взглядов было устремлено на нее. Голос Нин Цин был мягким и нежным; он был особенно очарователен. “Я думаю, что в сердце каждого есть кто-то, кого он любит. Когда мы были молоды, мы шли по их стопам и упорно трудились вместе, надеясь, что однажды у нас будет достаточно сил, чтобы встать на их сторону. Точно так же и я верю, что в сердце каждой женщины живет Лу Шаомин. Он нежен, красив и богат, и он соответствует идеальному образу, когда женщина думает о мужчине. Так…”

Ну и что?

Слушавшие его фанаты были растроганы до слез. Теперь Нин Цин замолчала. Они только видели, как маленькая женщина на сцене резко изменила атмосферу. Она игриво подтолкнула бутылку с капустным шлейфом перед камерой. - Так что, девочки, радуйтесь! Купите у меня одну бутылку капустного шлейфа – это даст вам тот Лу Шаомин, который вы хотите, и у вас обязательно будет шанс встретить эту любовь.”

- Ха-ха... - у болельщиков на глазах выступили слезы, и все они встали и оглушительно зааплодировали.

Купите у меня одну бутылку капустного шлейфа, он даст вам тот Лу Шаомин, который вы хотите, и у вас обязательно будет шанс встретить эту любовь…

Одним предложением от Нин Цин капустный шлейф был полностью распродан в течение 2 часов в крупных универмагах и супермаркетах. Капустный шлейф создал новый максимум в косметической индустрии и превратился в легенду.

Нин Цин снова возглавила список самых популярных тем. На этот раз это было из-за ее признания в любви на церемонии вручения премии "Золотая молния".

Да, она призналась в любви Лу Шаомину перед всем городом! Это было так смело и так громко.

Сяо Чжоу подбежала к Нин Цин, переводя дыхание. Она сильно вспотела и сказала: "Нин Цин, наши телефонные линии забиты битком! После вчерашней церемонии вручения премии "Золотая молния" все хотят взять у вас интервью. Было бы нехорошо, если бы вы продолжали отталкивать их, верно? Нин Цин, что именно ты собираешься делать дальше?”

В этот момент Нин Цин стояла перед французскими окнами на высоком этаже. Под ее ногами был самый дорогой участок земли в городе ти. За окном висел горизонтальный рекламный щит. Это было место для фотографий самой популярной знаменитости, и теперь это была она – Нин Цин!

Нин Цин посмотрела на Сяо Чжоу, грациозно улыбнулась и сказала: “следующим шагом будет инвестирование в развлекательную компанию и создание собственной студии.”

- Что? Сяо Чжоу была потрясена, ее глаза ярко сияли, и она сказала: “Нин Цин, теперь мы сами себе хозяева?”

“Совершенно верно, - решительно ответила Нин Цин. “В будущем у нас будет своя студия. У компании будут свои артисты и медиа-работы. Теперь мы здесь хозяева.”

“О боже мой!"Сяо Чжоу услышал ее слова и был очень взволнован. Она едва ли следила за Нин Цин в течение года, но каждый шаг Нин Цин был сродни полету. Она очень любила Нин Цин. Она была похожа на бурлящую речную воду, которая течет неистово.

- Нин Цин, год назад я знал, что, следуя за тобой, не останусь голодным. Но я не думал, что смогу позволить себе морское ушко так скоро!”

Нин Цин подняла брови и согласилась с ней. “В будущем у вас будут еще лучшие ингредиенты, которыми вы сможете наслаждаться.- Вообще-то Сяо Чжоу был в приподнятом настроении. Поступить не на ту профессию было прекрасно; ей нужен был только режиссер, который существовал бы как Бог, и она все еще могла бы взять ее с собой, чтобы летать.

Хаха.

- Сяо Чжоу, успокойся. Морское ушко даже не здесь, я думаю, что твоя слюна уже готова капнуть вниз. Помоги мне позвонить помощнику Сюй Цзюньси. Я хочу встретиться с ним.”

- Познакомься С Сюй Цзюньси? Почему?”

“Ты сейчас как в тумане? Если мы собираемся инвестировать в развлекательную компанию и хотим открыть собственную студию, есть ли у вас опыт? Сяо Чжоу покачала головой, как качалка, и сказала: "Нет.”

“Тогда разве это не нормально? Если у вас нет опыта, вам нужно искать кого-то, кто поможет вам. Это позволит вам встретить меньше тупиков. Глядя на вещи сейчас, Сюй Цзюньси-это лучший актив, который мы можем использовать. Почему мы отпустили его, не воспользовавшись им?”

Сяо Чжоу немедленно кивнула головой и сказала: “Хорошо, я позвоню ему прямо сейчас.”

“Да, возвращайся, Сяо Чжоу. Мне нужно, чтобы вы помогли мне забронировать билет в Европу.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 199:Инвестирование В Медиакомпанию

“Совершенно верно, я иду искать Лу Шаомина. Нин Цин подняла глаза и посмотрела на лазурно-голубое небо и пушистые белые облака за французскими окнами. Лу Шаомин уехал в командировку на целых 10 дней и не вернулся. В мгновение ока пролетело уже полмесяца.

Она очень скучала по нему.

Кроме того, у нее оставалось не так уж много времени, и она могла проехать только тысячу миль, чтобы найти своего мужа.

Сяо Чжоу посмотрела на подавленный взгляд Нин Цин и немедленно вытянула руки, чтобы обхватить ее плечи. - Нин Цин, не грусти. Без сомнения, вы нравитесь молодому господину Лу. Если бы это было не так, Молодой Мастер Лу также не позволил бы Сун Цзюню исчезнуть из города ти. Ждите, когда он вернется, чтобы увидеть, как вы признались в своей любви перед всем городом. Вероятно, он будет очень счастлив.”

“Да. Нин Цин кивнула головой и сказала: “тогда я надеюсь, что это так.”

В последний раз, целуя ее в лоб в машине, он сказал, что хотел бы попробовать полюбить ее, но на следующий день уехал в командировку, не оставив после себя никакого сообщения. Он не отвечал на звонки, которые она ему звонила. Он также не отвечал на сообщения, которые она ему посылала. Она чувствовала холодную отчужденность, которую он испытывал к ней.

Что с ним случилось?

…

Во второй половине дня Нин Цин привел Сяо Чжоу в штаб-квартиру императорской развлекательной группы.

Секретарша Сюй Цзюньси открыла главные двери кабинета, и из него выбежала красивая женщина с раскрасневшимися щеками и прошмыгнула мимо Нин Цин.

Нин Цин подняла брови и подошла с нормальным выражением лица.

Она вошла в кабинет, а Сюй Цзюньси как раз вставал со своего рабочего стула. Он обошел вокруг стола, чтобы подойти к Нин Цин, и тепло улыбнулся. - Нин Цин, ты здесь.”

“Совершенно верно, президент Сюй. Я только что видел красивую женщину, выбежавшую из вашего офиса. Разве я помешал тебе заняться чем-то хорошим?- Нахально спросила Нин Цин.

- А, это она. Она моя девушка, и я чувствую себя довольно хорошо после того, как встречаюсь с ней в течение полугода/ не поймите нас неправильно; она стереотипная дочь богатой семьи, и она даже краснеет, когда мы держимся за руки. Мы ничего не делали.”

Нин Цин поняла, что происходит. Вероятно, это была дочь из богатой семьи, которую ему порекомендовала мать. Он чувствовал, что она не так уж плоха, поэтому встречался с ней.

На душе у нее было спокойно. Похоже, Сюй Цзюньси наконец-то отошел от прошлого.

Они вдвоем сели на диван, и Сюй Цзюньси вручил Нин Цин документ: "это топ-10 лучших медиа-компаний в отрасли с наилучшими перспективами. В какую компанию вы хотите инвестировать? Вы хотите открыть свою собственную студию. Я также устраиваю это для вас. Через несколько дней появится список имен, и вы выберете артистов, с которыми хотите заключить контракт.”

Нин Цин опустила глаза и серьезно пролистала документ. На самом деле она уже начала фокусироваться на медиа-компаниях в прошлом году, и документы, которые Сюй Цзюньси дал ей, были очень профессиональными.

Она чувствовала, что, разыскивая Сюй Цзюньси, он был тем человеком, на которого она могла положиться больше всего.

Она подняла глаза и сказала с улыбкой: “президент Сюй, спасибо. Я не слишком много знаю об этой отрасли. Мне нужно, чтобы ты научил меня, как добиться успеха в будущем.”

- Нин Цин, я чувствую себя очень странно. Вы хотите инвестировать в развлекательную компанию. Может быть, моя развлекательная группа "император" не очень хороша? Так много людей хотят инвестировать в Emperor Entertainment Group. Вы бы проигнорировали отношения, которые у вас есть, и не выбрали бы использовать эти связи?”

Отношения?

Он имел в виду себя?

Сюй Цзюньси хотел, чтобы она вложила деньги в Emperor Entertainment Group.

Это действительно была стабильная инвестиция.

Нин Цин заправила прядь волос за ухо и шутливо сказала: "Императорская развлекательная группа слишком хороша. Многие артисты, которыми вы руководите, - большие шишки, так что новичку вроде меня трудно добиться успеха.”

Пока она говорила, маленькие пальчики Нин Цин указывали на широкоформатные развлекательные медиа на документе и сказали: “президент Сюй, я думаю, что хочу попробовать это. Когда у вас будет время представить меня президенту компании Island Wide Film and Media? Мы можем встретиться и поговорить о том, как я куплю их акции и наши отношения тогда.”

Сюй Цзюньси опустил взгляд, чтобы просмотреть документ. Вкус Нин Цин был очень особенным, этот широкий остров был самым слаборазвитым среди всех 10 медиа-компаний, но у них была лучшая середина в контексте семейного контента на рынке. Если бы она инвестировала в них, с ее популярностью и рыночной властью, цены на акции Island Wide определенно выросли бы и удвоились в течение года.

- Конечно, я позволю секретарю позвонить президенту "широкого острова" позже, и когда будет назначена встреча за ужином, я возьму тебя с собой.- Быстро согласился Сюй Цзюньси.

“Тогда я поблагодарю президента Сюя.- Нин Цин встала и продолжила: - У меня еще есть другие дела. Я сделаю шаг вперед.”

- Нин Цин. Сюй Цзюньси открыл рот, чтобы остановить ее, и сказал: “У вас есть деньги, чтобы инвестировать в островное кино и средства массовой информации? После того, как вы создадите собственную студию и подпишете контракты с собственными художниками, это будет огромная инвестиция.”

В прошлом году она сняла фильм "Ветер и пыль", а затем приостановила свою развлекательную деятельность, чтобы вернуться в школу. И теперь, хотя ее поддержка и постановка принесли ей огромную популярность, у нее, вероятно, не было достаточно денег для инвестиций.

- Нин Цин, Как насчет того, что я вложу деньги в вашу рабочую студию, и я буду отвечать за все ваши средства, и мы разделим прибыль в конце года?”

- В этом нет необходимости, президент Сюй. Ты действительно смотришь на меня свысока. У меня есть деньги…”

“Хех, откуда у тебя столько денег? Нин Цин, все, что случилось в прошлом, осталось в прошлом. Теперь у меня есть своя жизнь, так что тебе не придется специально подводить черту. Бизнес есть бизнес. Я признаю твои способности, так что мы можем зарабатывать деньги вместе.”

Нин Цин все еще отказывала ему. Она с улыбкой покачала головой и сказала: “президент Сюй, у меня действительно есть деньги. Вы забыли, кто мой муж? Шаоминг поможет мне, так что можешь не беспокоиться. Я действительно ухожу. Если у тебя есть время, давай пригласим твою подружку поужинать вместе. Пока-пока.”

Нин Цин вывела Сяо Чжоу из кабинета.

…

Они вдвоем покинули "император Энтертейнмент Груп". Сяо Чжоу не мог удержаться, чтобы не спросить Нин Цин: "Нин Цин, чем ты только что хвастался Сюй Цзюньси? Откуда у тебя деньги? Прошлогодний фильм "Ветер и пыль" - ваша зарплата была невысока, и поэтому, когда вы вернулись в школу, вы не заработали никаких денег. Вы действительно заработали деньги на поддержке slly и Capabule Plume в этом году, но мы окажемся в беде, если инвестируем в нашу собственную студию и развлекательную компанию. Президент Сюй уже сказал, что хочет инвестировать в нашу студию и финансировать нас. Почему вы не согласились на это? Мы были бы так жалки, полагаясь на островные средства массовой информации. кроме того, у президента Сюя уже есть девушка, почему ты сейчас так застенчив? Вы только утомите себя.”

Нин Цин ответила: "Ты не понимаешь.”

“Да, да, я не понимаю. Позвольте мне спросить вас: вы действительно ищете помощи у молодого мастера Лу?”

- Я не буду. - что это была за шутка? У них все еще не сложились устойчивые отношения, и если она пойдет искать его, чтобы попросить денег, что он подумает о ней?

Сяо Чжоу не удержался и вскочил. - Послушай, я так и знала, что ты этого не сделаешь! Вы…”

- Сяо Чжоу. Нин Цин остановилась, чтобы похлопать Сяо Чжоу по плечу, и уверенно улыбнулась “" тогда позвольте спросить вас, кто сейчас самый популярный в индустрии развлечений?”

“Почему ты вообще спросил, конечно же, это ты”, - гордо заявил Сяо Чжоу.

“Тогда разве все не кончено? Я, Нин Цин, сам-золотая вывеска. Не волнуйтесь, я сосредоточусь на работе только после того, как вернусь из Европы. Когда это время придет, ты поможешь мне найти поддержку, и тогда деньги начнут поступать.”

Сяо Чжоу вздохнул. Она обняла Нин Цин за плечи, когда они садились в лимузин, и ворчливо сказала: “Хотя ты так говоришь, тебе придется нелегко, Нин Цин.” На самом деле я знаю, что ты боишься снова иметь неопределенные отношения с Сюй Цзюньси и вызвать недоразумения с молодым господином Лу. Но нам, женщинам, естественно, труднее стать предпринимателями. Вам нужно только иметь чистую совесть, и вы можете позволить себе немного расслабиться.

“Ай, Нин Цин, Как ты думаешь, когда к молодому господину Лу вернется память? Это будет здорово, когда он восстановит свои воспоминания. Он не позволит вам продолжать находиться в таком положении — с одной стороны, сталкиваться со своей тещей, а с другой-работать предпринимателем. Кроме того, вы все еще должны заставить его снова влюбиться в вас. Есть 3 параллельные проблемы под рукой.”

Кончик носа Нин Цин покраснел, и она протянула руку, чтобы обнять Сяо Чжоу за талию, и сказала с покрасневшими глазами: "Сяо Чжоу, спасибо. Ты единственный, кто меня понимает.”

Другие только смотрели на ее высокий статус и большие почести, и только Сяо Чжоу знал о ее трудностях и стрессах.

На самом деле, она не думала, что это было слишком трудно.

Она была только немного расстроена. Лу Шаомин, ее муж, он уехал в Европу на столько дней, и он не дал ей никаких новостей. Он совсем не скучал по ней.

Прошло уже два месяца с тех пор, как он потерял память, но каждый день казался ей годом.

Теперь Лу Шаомин был совсем другим, и она не привыкла к тому, как он себя вел. Его холодность и отстраненность также глубоко ранили ее, но у нее не было времени расстраиваться, так как было обещано 3 месяца, и Сун Яцзин обращался с ней как с врагом.

У нее также не было возможности вести себя скромно или упрямиться; Лу Шаомин, который раньше баловал ее и позволял ей быть скромной по отношению к нему, исчез.

Ее Лу Шаомин-когда он вернется?

Сюй Цзюньси стоял у французских окон и смотрел вниз. Две маленькие девочки внизу обняли друг друга за плечи, когда они садились в лимузин, и лимузин медленно отъехал.

Его секретарша стояла позади него, чтобы спросить: "босс, все в городе Т знают, что Лу Шаомин потерял память; почему он все еще помогает Мисс Нин? Поскольку Мисс Нин не хватает денег, почему она отвергла ваше предложение?”

Сюй Цзюньси насмешливо скривил губы и сказал: “Это потому, что молодой господин Лу теперь потерял память — она боится, что я воспользуюсь этой возможностью, чтобы приставать к ней.”

Секретарша рассмеялась и сказала: “На самом деле Мисс Нин приносит деньги-это только вопрос времени. Учитывая ее популярность сейчас, было бы достаточно получить еще несколько одобрений и снять больше работ. Она должна работать больше и быть более усталой”

На Хрустальном светодиодном экране перед Сюй Цзюньси звучала вступительная речь Нин Цин на церемонии вручения премии "Золотая молния". Это было всего лишь одно вручение премии, но публика на сцене вела себя так, словно это был ее личный концерт…

Это тоже имело смысл. Только из-за ее присутствия награды этого года смогли охватить и вырвать заголовки газет над Сиянием Оскаров.

По сравнению с премией "Золотая молния", премия "Оскар" на этот раз была в основном ничем.

Он предвидел ее нынешний успех. Ее актерская игра была хороша, и когда она получила награду За лучшую женскую роль в прошлом году, он не думал, что это странно. Ее игра была достойна славы. Не все могут делать то, что делает она. Он видел, как она играет на сцене, и был поражен этим.

Она вернулась в школу на 3 месяца, чтобы учиться, и это было так, как будто она превратилась в совершенно другого человека.

Иногда он все еще не понимал ее слишком хорошо. Она не была похожа ни на одну девушку в этом мире. Не повлияла ли на нее потеря памяти Лу Шаомина? Этот удар, вероятно, был бы подобен падению неба на нее, потому что ее мужчина исчез, но она не выказала никакой печали.

Она пошла в Гуан Цин, желая создать рекламу, и в то время как она помогала Лу Шаомину, она также помогала себе. Она значительно улучшила свою актерскую игру и была заинтересована в самосовершенствовании. Она была олицетворением популярности.

Нин Цин в таком состоянии заставила его еще раз взглянуть на нее.

Они знали друг друга уже 20 лет, и он не думал, что она добьется того успеха, который имела сегодня.

Послушать, что она говорила?

Она сказала, что в сердце каждой женщины будет жить Лу Шаомин…

Она использовала свою собственную силу, чтобы признаться в любви перед всем городом.

Она подарила Лу Шаомину любовь целого города.

Если бы он сказал, что не чувствует разочарования и ревности в своем сердце, это было бы ложью. Оказалось, что девушка, которая была в полном расцвете сил, принадлежала ему. Ее любовь, завоевавшая весь город, была и его любовью.…

Но теперь она отдала его Лу Шаомину.

Она не позволяла ему вкладывать деньги, и она безмолвно говорила ему: Сюй Цзюньси, веди свою собственную жизнь хорошо, я буду продолжать защищать своего Лу Шаомина…

Хех.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 200:У Нее Не Было Месячных Больше Месяца

В тот вечер Нин Цин села в самолет, чтобы улететь в Европу. Когда она добралась до места назначения, это было между днем и закатом в Финляндии. Она достала телефон, чтобы проверить адрес, который прислал ей Чжу Жуй, и оказалась перед красивой виллой.

Нин Цин ступила на газон виллы. Она остановилась перед главными дверями виллы и нажала на кнопку звонка. Динь! После того, как он прозвенел три раза, кто-то подошел, чтобы открыть двери. Две маленькие ручки Нин Цин крепко вцепились в ее собственную сумку; она нервничала и была взволнована. В тот момент, когда двери виллы открылись, она мило улыбнулась, напоминая распустившийся цветок, и сказала:…”

Человек, стоявший у двери, был не Лу Шаомин, а... Чжоу Чжилэй.

Улыбка на лице Нин Цин мгновенно застыла. Это был первый раз, когда она напрямую общалась с Чжоу Чжилэем. Может быть, потому, что она была ее соперницей в любви, но эта женщина ей не нравилась.

Зачем ей появляться на вилле Лу Шаомина? Нин Цин посмотрела на Чжоу Чжилэй и бросила на нее быстрый взгляд. Чжоу Чжилэй был одет только в белую мужскую рубашку, и эта рубашка принадлежала Лу Шаомину.

Нин Цин почувствовала, как у нее упало сердце: ни одна женщина не способна быть великодушной перед лицом любимого мужчины. Эта женщина была одета в мужскую рубашку, чтобы появиться перед домом своего мужчины. Это, вероятно, был сюжет мелодраматического романа, но он разыгрывался на ее глазах в реальности. Что же ей делать дальше?

Чжоу Чжилэй стоял рядом с дверью. Из-за ступенек она была расположена выше, и у нее был ясный вид Нин Цин. Она лениво прислонилась к двери, обхватив обеими руками грудь, и спокойно улыбнулась. - Это Мисс Нин? Ты здесь, чтобы искать брата Минга? Может, мне помочь тебе позвонить ему?”

Слова Чжоу Чжилэя были произнесены тоном хозяйки дома. Точно так же, как она заранее знала, что прибыл гость издалека. Нин Цин холодно рассмеялась в душе. Она не верила, что Чжоу Чжилэй не знает, что она жена Лу Шаомина. На что сейчас указывает ее поведение? Неужели она ее провоцирует? Или хвастаться перед ней?

Нин Цин скривила губы в улыбке и сказала: “Мисс Чжоу, тогда я позволю себе позвонить Шаомину. Я пришел сюда, чтобы найти его.- В глазах Чжоу Чжилэй мелькнуло презрение. Она повернула голову и крикнула в сторону виллы: “брат мин, ты закончил мыться? Мисс Нин здесь для вас.”

Выражение лица Нин Цин было нормальным, но ее лицо медленно начало бледнеть.

Через минуту в дверях появился Лу Шаомин. Он действительно только что вышел из душа. Его волосы все еще были влажными, а белая рубашка, казалось, была надета в спешке. Он застегнул только две пуговицы, обнажив свои мужественные, сексуальные ключицы и грудь. На брюках у него не было ремня.

Нин Цин увидела его и почувствовала себя оскорбленной. Она ступила на лестницу, протянула руку, чтобы потянуть его за край одежды, и мягко сказала:…”

“Зачем ты здесь? Мужчина холодно перебил ее: Маленькая рука Нин Цин, которая тянула его за край рубашки, замерла, и боковым зрением она увидела злорадную улыбку Чжоу Чжилэя.

- Шаомин, ты так долго был в командировке, и я скучала по тебе, поэтому приехала тебя искать. Можно мне войти и поговорить? Мне так холодно. Вы не можете позволить мне стоять за дверью?- Она стояла за дверью. Он и Чжоу Чжилэй стояли внутри.

Она действительно была как чужак.

Одна из рук Лу Шаомина была засунута в карман. Другая рука продолжала застегивать пуговицы на его рубашке. Кости больших рук мужчины были четко очерчены. Даже когда он лениво застегивал пуговицы, это производило впечатление элегантности с оттенком лени. Он был очень привлекателен.

Услышав, как она сказала, что ей холодно, Лу Шаомин поднял глаза и посмотрел на нее. На ней было розовое зимнее пальто и черные узкие брюки-карандаш, плотно облегающие фигуру. На ней были плоские ботинки цвета хаки, и она выглядела милой и милой. Ее изящный носик покраснел от холода. Ее маленькое лицо было немного бледным, и она смотрела на него обиженными, слабыми глазами.

Холодное выражение лица Лу Шаомина стало мягким, но морщины все еще оставались напряженными. - Нин Цин, быстро возвращайся домой. Мне нужно кое-что уладить, и у меня нет времени возиться с тобой.”

Неужели он не позволит ей войти?

Нин Цин опустила глаза и посмотрела себе под ноги. В ее простом голосе не было никакого выражения “ " хорошо, вы заняты? Вы так заняты, что за последние 10 дней не успели отправить ни одного сообщения? Вы так заняты, что не хотите позволить мне войти и поговорить с вами? Почему Чжоу Чжилэй находится внутри вашей виллы? Почему она носит твою одежду? Почему ты принимаешь душ днем? У тебя нет времени объяснять мне все это? Я действительно хочу знать. Услышав ее слова, мужчина ничего не ответил.

Подул сильный порыв ломкого ветра. Лу Шаомин повернулся, чтобы войти на виллу.

- Лу Шаомин! Увидев, что он уходит, Нин Цин тут же схватила его за рукав своей маленькой ручкой. Она извинилась с покрасневшими глазами.- Прости, прости! Я знаю, что вы устали от работы. Кроме того, я не вправе задавать вам вопросы. Вы сердитесь, вы думаете, что я поднимаю шум из ничего? Я извинюсь. Я ошибаюсь. Я только ... чувствую себя немного обиженной и не могу себя контролировать. Услышав ее слова, Лу Шаомин перевел взгляд на нее и сказал: “Нин Цин, не серди меня. Возвращайся домой один, хорошо?”

Бах! Лу Шаомин закрыл дверь.

…

В вилле

У Чжоу Чжилэй была глубокая улыбка под глазами. Она представила себе тот момент, когда двери захлопнулись. Нин Цин застыла с отсутствующим выражением лица, и она чувствовала себя такой удовлетворенной. Когда она почувствовала, как ее сердце подпрыгнуло от восторга, она почувствовала холодное и резкое выражение, сканирующее ее тело. Она подняла глаза, чтобы посмотреть, и увидела, что Лу Шаомин только дважды осмотрел белую рубашку на ее теле. Затем он медленно скривил губы и казался немного циничным.

Чжоу Чжилэй покраснел. Она знала Лу Шаомина с юных лет. В нем всегда чувствовалось мужское величие, которое казалось угрожающим. Даже если он не говорил, этого острого взгляда было достаточно, чтобы видеть сквозь других. Чжоу Чжилэй натянуто улыбнулся. - Брат мин, я забыл взять свою одежду, когда только что принимал душ, поэтому одолжил на минутку твою белую рубашку.”

“Значит, ты забыла принести свою одежду в душ, а вместо этого решила взять мою?- В остром взгляде Лу Шаомина, похожем на взгляд ястреба, было холодное удовлетворение. - Жилей, в глазах моей матери ты всегда была самой совершенной дочерью в богатой семье. Я думал, ты никогда не сможешь сделать такую вещь – взять мужскую рубашку без спроса. Мы все взрослые люди. Неужели ты думаешь, что я не понимаю смысла твоих слов?”

Чжоу Чжилэй почувствовала, как ее лицо вспыхнуло болезненным огнем. Несколько простых слов от него были сродни жестокой пощечине. - Брат Мин, Я ... …”

Лу Шаомин посмотрел на свои наручные часы. “Сейчас самое время, иди быстро переоденься. Позже мы пойдем на ужин к Тони. Помните, что нужно делать, и выполняйте свою роль должным образом!- Лу Шаомин быстро поднялся наверх.

Чжоу Чжилэй посмотрела на жестокий профиль спины этого человека и топнула ногой.

…

Лу Шаомин вернулся в свою комнату. С его волос все еще капала вода. Услышав, что Чжоу Чжилэй сказал, что Нин Цин здесь, он выскочил из душа, оделся и спустился вниз.

Он не думал, что она станет его искать.

Под его усталыми глазами виднелись кровеносные сосуды. Он плохо спал целую неделю, и у него возникли проблемы с одной из фабрик в Европе. Его насильно захватил местный гангстер Тони. Последние несколько дней он все время был на фабрике, а на виллу вернулся всего час назад, чтобы принять душ.

Он уладил все проблемы с фабрикой, но Тони похитил жену руководителя фабрики, которая была на шестом месяце беременности. Эта встреча за ужином должна была спасти ему жизнь. Ему еще многое предстояло уладить. У него действительно не было времени беспокоиться о Нин Цин. Нин Цин не должна была приходить. Ее появление сейчас действительно раздувало огонь!

Теперь он был в Финляндии. Он не мог победить местных жителей здесь. Каждое его действие находилось под наблюдением Тони. Ее приезд сейчас – если Тони узнает об этом, она определенно будет в опасности. Тони поймает ее, чтобы угрожать ему. Если она останется с ним, это будет слишком опасно.

Чжоу Жилэй прибыл 3 или 4 дня назад. Когда она пришла на фабрику, Тони случайно увидел ее, и она сказала Тони, что она его девушка. Он не мстил, ему действительно нужна была женщина рядом с ним. Если нет, если Тони дал ему случайную женщину, как он мог отвергнуть его?

Лу Шаомин достал телефон, чтобы набрать номер. - Привет, уведите девушку с моей виллы. Отвези ее в аэропорт. Пусть она немедленно возвращается в деревню. Закончив разговор, Лу Шаомин стоял перед зеркалом и завязывал галстук. Время поджимало. 6-месячная беременная женщина была в опасности в руках Тони. Он вспомнил бледное маленькое личико девушки, а также ее красные глаза, когда она подошла к нему с вопросом. Глупая девчонка, о чем она думает?

Она сказала, что скучает по нему. На самом деле, он тоже скучал по ней.

Он не намеренно игнорировал ее звонки и текстовые сообщения. Он был очень занят и не мог отвлечься. Он боялся, что, связавшись с ней, не сможет контролировать себя. После того как он уладит все эти вопросы, он все ей объяснит.

…

Нин Цин ошеломленно смотрела на плотно закрытые двери. Лу Шаомин действительно запер ее снаружи?

Он действительно хотел это сделать?

Нин Цин никогда не думала, что его поиски обернутся таким образом. то, как он вел себя с Чжоу Чжилэй... какой бы милой она ни была и как бы сильно ему ни доверяла, разве он не должен дать ей объяснение? Он не только ничего не объяснил ей, но и был жесток и нетерпелив по отношению к ней.

Он прогнал ее!

Перед Чжоу Чжилэем.

Слезы в глазах Нин Цин постоянно катились вниз. Она обернулась и в этот момент увидела нескольких телохранителей, приближающихся к ней снаружи. Телохранители указывали на нее и подбегали, чтобы поймать. Нин Цин была потрясена и в мгновение ока убежала. Она не могла воспользоваться главным входом, поэтому побежала к задним дверям виллы. Задняя дверь была заперта. С большим проворством она перелезла через стену и спрыгнула вниз. Когда она приземлилась на землю, ее коленные чашечки врезались в живот.

- А-а-а! Слезы в глазах Нин Цин были подобны жемчужинам, которые оборвались и покатились вниз.

Было больно.

Двумя маленькими ручонками она обхватила живот. У нее сильно болел живот.

Нин Цин вдруг вспомнила, что у нее не было месячных больше 1 месяца. Он был отложен на 2 недели. Ее цикл обычно не был регулярным, и были моменты, когда он задерживался.

Нин Цин прикусила свои розовые губы и зарыдала. Она подумала о 30-м лунном дне Нового года, о том, что мужчина был страстно увлечен ею…

Есть еще одна причина для пропущенного периода. Может ли она быть такой? Нин Цин посмотрела на свой плоский живот. Может быть, она беременна?

В этот момент она услышала, как телохранитель сказал: "сюда, быстро ищи ее. Не дай ей ускользнуть. Нин Цин немедленно встала и спряталась в укромном переулке. Она посмотрела на телохранителей, бегущих вдалеке, и вздохнула с облегчением. Почему ей так не везет? Кого она обидела, что эти люди пришли сюда, чтобы поймать ее?

В этот момент мимо нее проехал роскошный внедорожник, Нин Цин посмотрела в опущенное окно и увидела Чжоу Чжилэя. Она стояла рядом с Лу Шаомоном. Взгляд мужчины был темным и оставил у нее сильное впечатление, которое было подобно ножу на его красивом лице. Нин Цин выбежала на главную улицу и протянула руку, чтобы остановить такси. - Водитель, следуйте за машиной впереди нас!”

…

Такси остановилось перед роскошным отелем. Нин Цин достала из сумки деньги и спросила по-английски: “водитель, сколько стоит проезд?- Водитель был коренным Финном. Он воспользовался зеркалом заднего вида, чтобы посмотреть на ее изящное и красивое азиатское лицо. Он злобно засмеялся и сказал: "это бесплатно.... Он повернулся, коснулся маленькой ручки Нин Цин и сказал: “Девочка, ты продаешь себя? Сколько денег, чтобы переспать с тобой на одну ночь?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 201:Накачивание Наркотиками.

Нин Цин услышала, что он сказал, и швырнула стодолларовую купюру в лицо водителю, когда она закричала: "иди умри!”

Иди умри.

Иди и умри.

Водитель заглянул в окно машины и еще раз окинул взглядом Нин Цин. Он злобно сплюнул слюной в ее сторону и грубо выругался, прежде чем уйти.

Нин Цин посмотрела на этого высокомерного человека и пришла в неописуемую ярость. Вся эта поездка в Финляндию была такой неразберихой. Каждый человек, которого она встречала, издевался над ней.

Нин Цин быстро подняла голову, чтобы посмотреть на небо, и заставила свои влажные глаза оставаться на месте. Сейчас было не время грустить. Она побежала в гостиницу искать Лу Шаомина.

…

В отдельном номере отеля

Тони, который был гражданином Финляндии, привел с собой трех своих подчиненных, чтобы сесть сбоку от обеденного стола, а Чжоу Чжилэй сел рядом с Лу Шаомоном.

Лу Шаомин начал рассказывать о главной причине своего присутствия. - Тони, отпусти эту беременную женщину. Мы можем обсудить ваши условия.”

Тони держал во рту сигарету, и его желтые кудри казались взъерошенными. Он рассмеялся и сказал: "молодой господин Лу, мы будем пить только сегодня вечером; мы не будем обсуждать другие вопросы. Пойдемте, выпьем за вас.”

Тони наполнил бокал Лу Шаомина вином.

Лу Шаомин взглянул на него один раз и не стал пить.

“В чем дело, молодой господин Лу? Вы не доверяете моему характеру? Что за человек этот молодой господин Лу? Хватит ли у меня смелости причинить тебе вред?”

Лу Шаомин поднял бокал с вином, скривил губы в улыбке и залпом выпил бокал белого вина.

“Конечно. Тони зааплодировал и сказал: “Молодой Мастер Лу храбр. Это доказывает искренность молодого мастера Лу. У нас есть возможность обсудить вопрос, касающийся этой беременной леди. Я не думал о том, чего хочу. Как насчет этого, я снял номер в этом отеле для молодого мастера Лу. Молодой господин Лу останется здесь на ночь, а завтра утром я дам вам ответ.”

“Конечно.- Лу Шаомин согласился на его предложение.

…

Чжоу Чжилэй взяла карточку номера в руку и открыла дверь гостиничного номера. Она посмотрела на Лу Шаомина, который держал обе руки в карманах и не входил внутрь. Она открыла рот, чтобы спросить: "старший брат мин, что с тобой?”

Красивое лицо Лу Шаомина слегка покраснело. Он взглянул на Чжоу Чжилэя один раз и сказал глубоким голосом: “Тони подсыпал мне в напиток.”

Чжоу Чжилэй замер, а затем подошел поближе к Лу Шаомину. Она вцепилась в рубашку Лу Шаомина и, встав на цыпочки, поцеловала его в тонкие губы.

Лу Шаомин сделал шаг назад, и его красивая фигура прислонилась к двери, и он наклонил голову вбок, чтобы избежать ее поцелуя. Он слегка нахмурился и спросил:”

Чжоу Чжилэй воспользовался ситуацией, чтобы поцеловать его скульптурный профиль сбоку и мягко сказал: “только что от наших людей поступили новости, что Саид Тони уже приказал своим подчиненным готовиться к отъезду из Финляндии, он подсыпал вам в напиток, потому что хотел задержать вас. Тони обязательно приведет беременную женщину с собой. Этот отель уже окружен нашими людьми, и старшему брату мину нужно только следовать их побуждениям и ждать, пока они выведут беременную женщину. Тогда мы сможем наброситься на них и позаботиться о них.”

Лу Шаомин слегка поджал тонкие губы. Чжоу Чжилэй не сказал ничего плохого, и теперь он должен выполнить их план.

Как только он заколебался, красные губы Чжоу Чжилэй коснулись его щек, и от ее тела исходил аромат. Хотя она была очень элегантной и легкой, но Лу Шаомин все равно неловко нырнул в сторону.

Чжоу Чжилэй прямо протянула обе руки, чтобы схватить Лу Шаомина за шею, и сказала: “старший брат мин, подчиненные Тони все еще смотрят на нас, не заставляйте их думать, что что-то не так.”

Боковым зрением Лу Шаомин заметил подозрительного человека, слонявшегося за поворотом коридора, и украдкой поглядывал в их сторону.

Фигура Лу Шаомина застыла, и он медленно протянул руки, чтобы обнять тонкую талию Чжоу Чжилэя.

Когда он только что обнял ее, в поле его зрения появилась розовая фигура, и он поднял глаза, чтобы посмотреть. Нин Цин стояла на расстоянии примерно 5-6 метров, чтобы посмотреть на него.

Ее маленькое личико застыло. Ее лицо было смертельно бледным, и оба ее глаза смотрели на него в оцепенении.

Сердце Лу Шаомина внезапно сжалось от боли, словно его пронзили иглами. Он оттолкнул Чжоу Чжилэя, желая подойти к Нин Цин.

Но в этот момент из-за поворота к нему подошли Тони и еще трое его подчиненных, и они пронеслись мимо Нин Цин.

Один из них выпил немного спиртного и случайно стукнулся о маленькие плечи Нин Цин. Когда этот человек собирался наброситься на Нин Цин, он взглянул на маленькое личико Нин Цин, и он сразу же опешил. Оба его глаза загорелись, и он сказал: "Откуда взялась эта красивая женщина? Ты действительно слишком красива. Посмотри на свою упругую и влажную кожу.”

Этот человек протянул руку, чтобы коснуться маленького лица Нин Цин.

В этот момент Тони почувствовал ненормальный взгляд Нин Цин и повернулся, чтобы посмотреть на Лу Шаомина.

Лу Шаомин сразу же заключил Чжоу Чжилэя в свои объятия, и через некоторое время они оба вошли в комнату, и когда дверь за ними закрылась, они могли только слышать, как Чжоу Чжилэй кричит: “старший брат мин, иди ко мне полегче.”

Нин Цин пришла в себя и оттолкнула этого отвратительного подчиненного. Ее глаза были холодны, когда она произнесла два слова:”

Нин Цин повернулась, чтобы уйти.

Когда она обернулась, ее слезы полились дождем.

Этот отвратительный подчиненный хотел было броситься в погоню за Нин Цин, но Тони пнул его и отругал, сказав: - Хватит, если ты хочешь играть с женщинами, в будущем их будет еще больше. Это решающий момент, но вы все еще сосредоточены на погоне за хвостом.”

Этот подчиненный смущенно улыбнулся и сказал: “хе-хе, Большой Босс, я думал, что эта дама только что была очень красивой, и не сдержался в тот момент. Большой Босс, о чем ты беспокоишься? Этого молодого господина Лу мы уже накачали наркотиками. Этот наркотик очень сильный. Если он не сделает этого с женщиной в течение часа, он не сможет остановиться. Вы также только что видели, что он и его девушка были так страстны друг с другом.”

“Но мы не можем ослабить бдительность. У этого человека слишком много трюков в рукаве. Трудно сказать, есть ли у него на уме что-то другое, позвольте мне сказать вам... - Тони прошептал несколько слов своим подчиненным.

Нин Цин спряталась за поворотом и широко раскрыла глаза. Что? Лу Шаомина накачали наркотиками?

Потом он и Чжоу Чжилэй…

Что же ей теперь делать?

…

В комнате

Лу Шаомин встал у окна, чтобы позвонить. Его голос был злым и хитрым, когда он медленно упрекнул: "как случилось, что Нин Цин прибежала сюда? Ты даже не можешь удержать девушку. Для чего же тогда я нанимаю парней? Я дам вам еще 10 минут, и если вы все еще не можете забрать Нин Цин, тогда вы все можете уйти.”

Лу Шаомин резко оборвал разговор и вытянул ногу, чтобы пнуть стул.

Одна его рука лежала на талии, а другая теребила галстук на шее. На его красивом лбу пролегли три глубокие морщины, и в этот момент он был очень расстроен.

Неужели она не знает, как избежать этого, когда другие мужчины прикасаются к ней? Обычно она была такой сообразительной. Почему она сейчас в таком оцепенении?

Ее маленькое бледное личико и затуманенные глаза-он чувствовал себя неловко и очень неловко, и он знал, что она неправильно его поняла.

Почему она должна была прийти, особенно в самый ответственный момент его плана?

В этот момент гибкая фигура обняла его сзади. Рука Лу Шаомина, дергавшая его за галстук, замерла. Черт возьми, ему было жарко.

Лекарство подействовало.

Лу Шаомин оттолкнул руки Чжоу Чжилэя. “Я пойду приму душ.”

Он поднял руку и направился к душевой кабине.

Но после того, как он сделал всего два шага, Чжоу Чжилэй побежала перед ним и притянула его в свои объятия. - Старший брат мин, Не позволяй себе чувствовать себя неловко... я согласна.”

Брови Лу Шаомина были очень холодными. Он указал на диван и просто сказал: “Иди и сядь там. Не стой здесь и не расстраивай меня. Я сейчас в плохом настроении.”

Чжоу Чжилэй не упустит этого шанса. Теперь, когда Нин Цин ушла, как только она приложит больше усилий, она сможет заключить сделку с Лу Шаомоном, и тогда Лу Шаомин будет ее!

Она была похожа на угря, когда свернулась калачиком на теле Лу Шаомина, и ее маленькая рука потянулась к его металлическому поясу. - Старший Брат Мин...А!”

В следующую секунду Чжоу Чжилэй был брошен на большую кровать.

У мужчины перед ее глазами были красные ободки глаз из-за действия наркотиков, но у человека, который обычно хорошо владел собой, не было неприятного выражения на лице. Обе его ноги были прямыми и крепкими. Его острый, жестокий взгляд был направлен прямо на нее, когда он сказал: “Чжоу Чжилэй, помни о своем статусе молодой госпожи семьи Чжоу и не делай вид, что ты идешь продавать себя!”

Разум Чжоу Чжилэя взорвался взрывом. Что он сказал? Продать?

Это определенно была самая низкая и самая оскорбительная вещь, которую кто-либо когда-либо говорил ей.

Она сопровождала его в этой опасной миссии. Она отдалась ему, и он описал ее так?

Чжоу Чжилэй хотел что-то сказать, но в этот момент раздался звонок в дверь. Динь! “Обслуживание номеров.”

Лу Шаомин был начеку. Он бросил взгляд на дверь и сделал знак Чжоу Чжилэю, чтобы тот открыл дверь.

В этот момент она могла только отбросить свои личные чувства в сторону. Чжоу Чжилэй встал и пошел открывать дверь.

Лу Шаомин приподнял одеяло и лег на большую кровать. Он выключил свет в комнате и услышал звуки, доносившиеся снаружи.

Снаружи послышалось приглушенное ворчание, как будто чей-то рот был перевязан тряпкой, и он услышал свет.

Темные глаза Лу Шаомина ярко сверкали в темной комнате, словно ястреб, летящий по темному небу. Если он не ошибался, Чжоу Чжилэй был кем-то похищен.

Послышались легкие шаги. Кто-то вошел в комнату, закрыл за собой дверь и направился к нему.

Лу Шаомин закрыл глаза, и ему захотелось увидеть, что этот человек хочет сделать

Неужели они хотят его подставить?

Но, прислушиваясь к этим шагам, они казались похожими на женские.

Пока Лу Шаомин размышлял, небольшая часть большой кровати, на которой он лежал, опустилась. Черты лица этого человека были очень чувствительны в темноте,и Лу Шаомин уловил аромат.

Это был знакомый запах, и это был аромат чистой и непорочной девушки в ее юности.

Чувства Лу Шаомина напряглись. Нин Цин?!

Как она сюда попала?

Зачем она здесь?

Он хотел обладать ею.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 202:Играем По-Настоящему?

Одной рукой Лу Шаомин медленно описывал круги на ее маленьких плечах. Он крепко обнял ее и другой рукой нежно коснулся ее волос, давая ей успокоение. Нин Цин укусила его достаточно сильно и отпустила. Она уткнулась своим маленьким личиком в его шею и взяла кулак, чтобы ударить его. “Если бы я не пришел, ты бы переспала с Чжоу Чжилэем, верно? Как ты мог быть таким плохим? Как ты можешь так со мной обращаться?”

“Лу Шаомин, если бы ты действительно прикоснулся к другой женщине, я бы действительно очень сильно презирал тебя. Я больше не хочу тебя видеть. Ты будешь жалеть об этом до самой смерти. Лу Шаомин вытянул язык, чтобы облизать потрескавшиеся губы. Его нос был полон ее запаха. Глупая девчонка. Кроме нее, он не хотел никого другого.

Нин Цин обхватила ладонями красивое лицо Лу Шаомина. Его тело было горячим. Ей было невыносимо видеть, как он страдает, и она наклонилась и поцеловала его. “Ты чувствуешь себя неловко? Ты скоро поправишься, я здесь.- Нин Цин поцеловала его и заползла на его тело, как маленький питомец…

Лу Шаомин протянул руку, чтобы включить свет, Но девушка остановила его. Голос у нее был мягкий, как у бегонии, и она не могла не застесняться. “Не надо.”

“Ты играешь по-настоящему?- Тихо спросил он.

- Да... Лу Шаомин, ты знаешь, кто я?”

"...Нин Цин”

…

Через полчаса Нин Цин вышла из комнаты. Ее маленькое личико пылало. Ее маленькая рука держалась за стену, и она сделала два шага. Ее бедра дрожали. Она глубоко вздохнула и не смогла удержаться, чтобы не идти быстро, чувствуя дискомфорт. У нее были дела поважнее. Она подошла к гостиничному номеру. Она протянула руку, чтобы постучать в дверь. - Сэр, обслуживание номеров, вот презервативы, которые вы просили.”

Дверь быстро отворилась. Помощник поверенного коснулся маленького личика Нин Цин. “Вы ошибаетесь? Я не просил об этом... - помощник открыл дверь и пробормотал себе под нос. Но когда он увидел Нин Цин за дверью, его глаза сразу стали серьезными. Он закатал рукава для боя и сказал: "Это ты, прекрасная цветочница! Нин Цин посмотрела на нервно бегающие по сторонам глаза помощника. - Простите, сэр, я ошибся номером. Это была не та услуга, которую вы просили.- Она тут же обернулась.

“Да, леди. Раз уж ты здесь, не уходи.- Белый лебедь уже подошел к двери, и не было никакой причины позволять ей улететь. Более того, он был полностью покорен этим единственным взглядом Нин Цин. Он обхватил руками тонкую талию Нин Цин и рывком втащил ее в комнату. Нин Цин слабо сопротивлялась, и, конечно же, в конце концов он затащил ее в комнату. Помощник поверенного швырнул Нин Цин к стене. - Сэр, что вы пытаетесь сделать?- Нин Цин была настороже, когда ее наклеили на стену.

- Быстро откройте дверь, чтобы выпустить меня! Вы занимаетесь незаконной деятельностью прямо сейчас. Если ты меня не отпустишь, я буду звать на помощь.”

- Хе-хе. Помощник поверенного злобно рассмеялся. - Ты можешь попытаться позвать на помощь. Почему бы тебе не попробовать закричать? Вы можете увидеть, если кто-нибудь придет, чтобы спасти вас. ТС-с-с, небеса хорошо ко мне отнеслись. С тех пор как я впервые увидел тебя, я не мог забыть тебя. Я не думала, что ты придешь ко мне сегодня.”

Помощник поверенного схватил Нин Цин за тонкую талию и поспешно бросил на большую кровать. - Ха-ха, Не притворяйся больше. Вы пришли сюда, чтобы продать свой товар. Я не поверю, если ты не продашь свое тело. ТСК-ТСК. Неужели все азиатские женщины так же красивы, как и вы? Дай мне попробовать сегодня вечером.- Рука помощника наперсника чуть не удержала ее.

Как только он опустил руку, Нин Цин быстро достала из кармана розовой зимней куртки пузырек с дезинфицирующим средством. Она указала на его рот и брызнула в него 3 раза подряд. - Вы... - ассистент не думал, что его постигнет такая участь. Он уставился на Нин Цин, и его глаза потемнели, когда он упал в обморок на кровать.

Нин Цин села. Своей маленькой рукой она обыскала карман помощника. Именно этого она и ожидала: она нашла связку ключей. Она встала с кровати, открыла дверь и выбежала из комнаты.

…

Нин Цин нашла склад отеля. Она воспользовалась ключами, чтобы открыть дверь, и вошла. На полу склада сидела беременная женщина с растрепанными волосами. Живот у нее был огромный, как мяч. Казалось, она была на шестом месяце беременности, и она была женой директора фабрики. Нин Цин прошла вперед и наклонилась. - Как поживаешь, не бойся, я Нин Цин. Я...друг молодого господина Лу. Я здесь, чтобы спасти тебя. Сейчас я ослаблю веревки... и возьму тебя с собой, чтобы сбежать отсюда... твой муж ждет тебя снаружи.”

Рот беременной женщины был заклеен скотчем. Ее глаза загорелись, когда она посмотрела на Нин Цин, и она немедленно кивнула головой. Нин Цин помогла ей снять клейкую ленту, и английский язык беременной женщины был точь-в-точь как у местных жителей.”

Нин Цин протянула руку, чтобы помочь ей развязать веревки. Веревки были завязаны очень туго. Развязывая веревки, она посмотрела на живот беременной женщины. У всех женщин было врожденное чувство материнства. Она мягко улыбнулась и сказала: “Разве это утомительно-быть беременной? Я чувствую, что даже ходить с таким огромным животом будет тяжело для тебя, верно?”

Беременная женщина удовлетворенно посмотрела на свой живот и сказала: “Быть беременной естественно утомительно, но это очень блаженно. Нин Цин распутала веревки и быстро протянула руку. - Можно я потрогаю твой живот?- Беременность была чудесной вещью. Когда Нин Цин подумала, что ее желудок может начать новую маленькую жизнь, она почувствовала, что это невероятно. “Конечно, можешь. Беременная женщина взяла маленькую ручку Нин Цин в свою и положила ее себе на живот.

- Девочка, каждая женщина станет матерью. В моем животе живет активный и игривый парень. Я также желаю Вам удачи с беременностью. Нин Цин покраснела. Она только что подумала об этом человеке. Он никогда не мог устоять, когда они были в самом разгаре романа. Он стал действительно диким…

В последний момент он заключил ее в объятия, поцеловал в белоснежные, но пылающие красным маленькие мочки ушей и, выдохнув, хрипло спросил: Она была мягкой, как лужица воды, и быстро кивнула головой. О, он даже не подумал о том, что она может быть беременна?

Нин Цин почувствовала, как все ее лицо вспыхнуло. В этот момент она услышала, как беременная женщина засмеялась и сказала: “госпожа Нин, у вас есть кто-то, кто вам нравится... он...молодой господин Лу? Нин Цин не кивнула и не покачала головой. Она продолжала развязывать веревки, ее глаза лихорадочно метались по сторонам. В этот момент она услышала, как задохнулась беременная женщина. - Мисс Нин, быстро прячьтесь! На заднем дворе кто-то есть. Будьте осторожны.”

Нин Цин была настороже. Она обернулась и увидела, что ассистент, которого она только что накачала наркотиками, проснулся. Он подбежал, вытянул ногу и приготовился пнуть их обоих. Нин Цин могла бы избегать его, используя свои способности, она вполне могла бы. Но она не стала этого делать, потому что внезапно поняла, что если будет избегать его, то беременную женщину, прячущуюся за ее спиной, лягнут.

И также из этого положения, если бы он дал пинок, Он, естественно, приземлился бы на живот беременной женщины; в ее животе был 6-месячный мальчик. Нин Цин сделала свою реакцию. Она полетела к беременной даме, и они вдвоем покатились по полу, но действия помощника были слишком быстрыми, и он тут же нанес удар ногой по талии Нин Цин. Нин Цин было так больно, что она видела звезды. На лбу у нее выступили капли холодного пота. Она обхватила живот своими маленькими ручками и сказала с болью:”

- Мисс Нин, с вами все в порядке?- Беременная женщина хотела помочь Нин Цин, но в этот момент ассистентка безжалостно подбежала снова. Беременная женщина быстро встала и бросилась с ним в бой. “Я буду бороться с этим вместе с тобой.”

- Это опасно!- Как беременная дама может быть противницей сурового мужчины? Нин Цин обхватила руками живот и встала. Она увидела, что на столе рядом с ней лежит деревянная палка. Она поспешно взяла его в руку и яростно замахнулась им в направлении головы ассистента. Из лба ассистента тут же хлынула кровь. Он крепко зажмурился и с глухим стуком рухнул на пол.

Нин Цин отступила. Она сделала несколько шагов назад, пока ее нежная спина не уперлась в стену. Только что он был так близко от бритвы. Беременная женщина тоже оцепенело опустилась на пол. Она побледнела и схватилась за живот. Нин Цин немедленно пошла вперед. Она наклонилась и с беспокойством спросила беременную женщину: Что-нибудь случилось? У тебя болит живот?”

Беременная женщина покачала головой и сказала: “я в порядке, просто у меня онемели ноги. Они не могут приложить много сил. Нам повезло, что это был только один человек. Если бы нападавших было несколько, Мы оба оказались бы в опасности. Выслушав ее слова, глаза Нин Цин открылись, и она сказала: "дела плохи!”

“Что случилось?- спросила беременная дама. - Полчаса назад я слышал, как два человека тайно разговаривали ни с того ни с сего. Один из них ... Тони. Другой-вот этот парень на полу. Тони сказал этому человеку, что он соберет своих людей и уйдет. Он должен был передать ему важную миссию-остаться и присматривать за тобой. Когда я пошел искать этого человека на полу, он был уже один. Это показывает, что Тони уже ушел, и если вы его важный заложник, то почему, кроме этого человека на полу, за вами больше не присматривают телохранители?”

Беременная женщина была в шоке. “Я единственный козырь в переговорах Тони и молодого мастера Лу. Теперь Тони избавился от меня ... если только…”

- Если только ты и человек на полу уже не стали бесполезными. Если я не ошибаюсь, Тони уже закопал бомбу возле отеля. Если кто-то сделает хотя бы шаг из главных дверей отеля, весь отель будет охвачен пламенем. Тони хочет, чтобы все умерли.”

“Тогда что же нам делать? Мы должны поспешить и сообщить молодому господину Лу и моему мужу. Они видели, как Тони ушел, но меня нигде не видели. Они наверняка пустятся в погоню, и тогда мы попадем в его ловушку!”

- Хорошо, давайте быстро уйдем.- Нин Цин помогла беременной женщине встать, но та несколько месяцев боролась и не могла встать. - Я не могу, меня уже несколько дней держат взаперти. Во всем моем теле нет сил. Я буду идти очень медленно. Сейчас для нас важна каждая секунда. Я замедлю всех и приведу к их вреду. Как насчет этого, Мисс Нин: вы бежите, чтобы остановить всех, а я помчусь туда за вами.”

Нин Цин на мгновение заколебалась. Глядя на вещи сейчас, лучшего плана не было. Она уверенно кивнула головой и сказала: “тогда хорошо, я пойду, чтобы остановить всех сначала. Будьте осторожны,и спешите поскорее.”

“Окей. Беременная дама кивнула головой.

Нин Цин встала. Внезапно она почувствовала пронзительную боль в животе и пошатнулась. - Мисс Нин, что с вами? Этот человек только что ударил вас ногой в живот; у вас где-нибудь болит?- Розовые губы Нин Цин слегка побледнели. Она упрямо улыбнулась и покачала головой. “Я в порядке, и у меня просто немного болит живот.”

“Тогда тебе следует немного отдохнуть.…”

“Нет необходимости. Если я приеду чуть позже, Шаомин окажется в еще большей опасности. Я уйду первым.- Нин Цин медленно выбежала.

…

В вестибюле отеля

Подбежала Нин Цин. Лу Шаомин и Чжоу Чжилэй вместе с группой подчиненных и несколькими рабочими фабрики в синей униформе собрались в вестибюле отеля. Один из них был мужем беременной дамы, директором фабрики.

На лице директора была написана паника. Он подошел к Лу Шаомину и спросил: "молодой господин Лу, что именно происходит? Люди Тони все ушли, но я не вижу своей жены. Что делает Тони? Теперь, когда Тони собирается сесть в самолет, чтобы улететь, мы не можем больше ждать. Нам нужно поймать Тони и допросить его.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 203:Перестаньте Поднимать Шум; Будьте Послушны

Одежда Чжоу Чжилэя была помята. Ее волосы были в полном беспорядке, и это придавало ей растрепанный вид. - Старший брат Минг, Тони делает ставку на то, что у него в руках заложник, поэтому мы не будем предпринимать никаких действий против него, чтобы использовать оружие, чтобы поймать его. Он осмеливается быть таким высокомерным, а теперь хочет сбежать. Нам остается только поймать его.”

Лу Шаомин несколько секунд слегка хмыкал, и его тонкие губы шевелились, желая приказать сделать следующий шаг.

В этот момент, " Шаоминг.- Нин Цин подбежала к ним.

Все взгляды в Большом зале сосредоточились на Нин Цин. Нин Цин подбежала к Лу Шаомину и потянула его за рукав, говоря: “Шаомин, ты не можешь идти. Есть опасность!”

В этот момент Чжоу Чжилэй увидела своего врага, Нин Цин, и особенно завидовала ему. Полчаса назад она пошла открывать дверь, и служащий, подкупленный Нин Цин, заткнул ей рот полотенцем, после чего рабочий затащил ее в соседнюю комнату, запер изнутри и только через полчаса позволил выйти.

Когда она вышла и снова пошла искать Лу Шаомина, в комнате горела яркая лампа, а в воздухе все еще витал густой запах, который не рассеялся. На Лу Шаомине не было топа, и он стоял спиной к ней, пока надевал ремень.

Она посмотрела на его красивую и прямую спину, на которой было много царапин. Ей не нужно было гадать, чтобы понять, что произошло сейчас.

Нин Цин была слишком бесстыдна.

Чжоу Чжилэй холодно рассмеялся и сказал: “Госпожа Нин, о чем вы говорите? Разве вы не знаете, что это критическое время? Не говорите глупостей, когда вы ничего не знаете. Если вы потратите хотя бы одну минуту времени старшего брата Мина, беременная женщина будет в большей опасности с течением времени.”

Директор фабрики и несколько рабочих увидели выходящую Нин Цин и пришли ее остановить. Все они вытянули свои пальцы, чтобы указать на нее и упрекнуть ее: “юная леди, мы попросим вас немедленно уйти. Не тратьте наше время, давайте сосредоточимся на нашей работе.”

Нин Цин не принимала близко к сердцу их мнения, и она только посмотрела на Лу Шаомина и сказала: “Шаомин, не уходи. Существует опасность, что беременная женщина была спасена мной.”

- Что, ты спас мою жену? Директор фабрики услышал ее слова и был очень взволнован.

Лу Шаомин опустил глаза и посмотрел на девушку. Он еще ничего не сказал, но Чжоу Чжилэй насмешливо рассмеялся и сказал: “Госпожа Нин, это нормально, что вы сейчас несете чепуху? Вы даже не понимаете, что происходит, и вы также не знаете беременную женщину. Как тебе удалось спасти ее? Ладно, тогда я спрошу тебя. Где же тогда беременная дама, которую ты спас? Почему она не приехала с тобой?”

“Все ее тело ослабело, а шаги были слишком долгими. Ей, вероятно, понадобится еще несколько минут, прежде чем она сможет добраться сюда. Я прибежал первым, чтобы дать вам всем знать. Шаоминг, ты действительно не можешь пойти. Снаружи очень опасно. Тони…”

- Довольно, Мисс Нин, сколько еще вы хотите продолжать лгать? Ты все время просишь старшего брата Мина не уезжать, а на самом деле думаешь о том, чтобы оставить его одного. Мисс Нин, вам не кажется, что вы сейчас ведете себя эгоистично? Сейчас в животе беременной женщины находится 6-месячный ребенок. Если что-то пойдет не так, это закончится двумя смертями в одном теле.”

Директор фабрики и все рабочие посмотрели в сторону Чжоу Чжилэя и сказали: “правильно, юная леди. Мы вам не верим. Вместо этого мы все доверяем Мисс Чжоу. Мисс Чжоу-подружка молодого мастера Лу. Она была со всеми На протяжении всех этих дней и сражалась вместе с нами. Мы просим вас уехать как можно скорее.”

- Вот именно, вы выглядели такой невинной и красивой молодой леди. Я и не думал, что ты такой хитрый. Вы действительно терпите игнорировать беременную женщину и оставить ее в полном одиночестве.”

“Я думаю, что вы здесь, чтобы сражаться за молодого мастера Лу. Мисс Чжоу заслуживает доверия, а все, что ты умеешь, - это сражаться за мужчину. Пожалуйста, уходите скорее, не мешайте нашим усилиям спасти эту женщину…”

Рабочие говорили все больше, и их слова становились все более оскорбительными. Нин Цин решительно потянула Лу Шаомина за рукав и медленно покачала головой: “Шаомин, пожалуйста, поверь мне, Ты действительно не можешь уйти. Я…”

В этот момент телохранитель наклонился к уху Лу Шаомина и прошептал: “молодой господин Лу, если мы не примем меры сейчас, у нас не будет другой возможности сделать это. Тони уже готовится к посадке в самолет.”

“Sii. Нин Цин нахмурила брови и застонала от боли.

Лу Шаомин быстро схватил ее маленькую холодную руку и обеспокоенно спросил тихим голосом: “Что случилось?”

В этот момент Чжоу Чжилэй холодно рассмеялся и сказал: “Госпожа Нин, вы получили достаточно того, что хотели? Ты видел, что не можешь убедить старшего брата Мина остаться, и поэтому выбрал такой дрянной метод…”

Все рабочие снова хотели с ней согласиться.

В этот момент Лу Шаомин посмотрел в сторону, и его холодный и острый взгляд, похожий на взгляд ястреба, осмотрел группу, и толпа только почувствовала, как холодный ветерок пробежал по их спинам устрашающе и задрожала от страха.

Все замолчали и закрыли рты.

Увидев, что он защищает ее, Нин Цин почувствовала тепло в своем сердце, и даже боль в области живота, казалось, значительно уменьшилась. - Шаомин, поверь мне, то, что я говорю, - чистая правда.…”

Лу Шаомин взял ее маленькую руку, медленно стряхнул ее руку с рукава своей рубашки и сказал: “Нин Цин, перестань сейчас суетиться. У меня есть и другие дела, которыми я занят. Разве ваше тело не чувствует дискомфорт? Я попрошу кого-нибудь отвезти вас в вашу комнату, чтобы вы отдохнули. Дай мне немного времени. Я приду, чтобы сопровождать вас, когда закончу заниматься этими делами; будьте послушны.”

Глаза Нин Цин сузились, и она убрала свою маленькую руку, сделав два шага назад. - Шаоминг, даже ты мне не веришь?”

Лу Шаомин посмотрел на ее маленькое бледное личико и потерянные глаза и крепко сдвинул брови. Он не знал, было ли это потому, что он был жесток с ней в комнате только что, но ее маленькие руки были ледяными.

- Молодой господин Лу, давайте быстро приступим к нашим планам. Моя жена все еще в руках Тони, - торопливо крикнул директор фабрики.

Лу Шаомин отвел взгляд от лица Нин Цин и слегка кивнул. “Окей…”

Группа людей приготовилась направиться к двери, и в этот момент они услышали: “дорогая...” беременная женщина подошла к ним.

Директор оглянулся и увидел свою жену. Выражение его лица сразу же стало радостным, и он быстро подбежал, чтобы обнять свою собственную жену, и сказал: “Дорогая, это такое чудо. Откуда ты взялся? Мы все думали, что ты все еще в руках Тони.”

Беременная женщина стряхнула с себя мужа и недоверчиво пожала плечами. “Как это может быть, разве я не просил Мисс Нин прийти и сообщить всем первым? Это все благодаря Мисс Нин. Это она меня спасла.”

Директор замер и медленно повернул голову, чтобы посмотреть на Нин Цин.

Все замерли, и все посмотрели на Нин Цин.

Девушка сказала, что недавно спасла беременную женщину, но ей никто не поверил.

В этот момент девушка стояла в углу в оцепенении, ее лицо было мертвенно-бледным, и свет большого зала освещал ее лицо. Ее кожа ярко блестела без единого следа крови.

Зеленые вены на лбу Лу Шаомина вздулись от гнева, и он сделал шаг вперед, чтобы взять маленькую руку Нин Цин. - Нин Цин ... Извини.…”

Он еще не успел сказать "Прости", потому что девушка отступила на шаг, не позволяя ему прикоснуться к себе.

Ее уклончивость заставила выражение лица Лу Шаомина потемнеть, и он неосознанно стал более тяжелым в своем голосе и с серьезным выражением лица произнес: “Нин Цин.”

Он знал, как сильно девушка принимает его чувства близко к сердцу. Она погналась за ним после того, как они впервые встретились в Америке. Неважно, насколько он был расстроен, как в тот раз в лифте, когда он использовал свои слова, чтобы оскорбить ее, как он остался с Чжоу Чжилэй сегодня, как Чжоу Чжилэй даже поцеловал его... но у нее всегда была улыбка на лице, и ее брови были расслаблены, когда она сопровождала его.

Казалось, раньше у нее не было собственных эмоций, а он был стержнем ее жизни.

Его холодное отношение к ней только заставляло ее работать еще усерднее.

Он думал, что и на этот раз все будет по-другому.

Но хрупкие и влажные глаза девушки только пристально посмотрели на него, затем она решительно повернулась и быстро убежала.

Она убежала.

- Нин Цин! Лу Шаомин поспешно сделал несколько шагов вперед, желая броситься в погоню.

“Президент.- Но его подчиненные позвонили ему и сказали: "Тони вот-вот сядет в самолет, что нам делать дальше?”

В этот момент он был командиром, и все ждали его команды.

Лу Шаомин зловеще нахмурился, и на его твердом лице появилось холодное желание убить. Он выдавил из себя несколько слов и сказал: “Если вы не сможете поймать его живым, то поймаете мертвым.”

- Да, сэр. Подчиненные поняли приказ и направились к главным дверям.

“Да, вы не можете пройти к главным дверям. Беременная женщина быстро побежала вперед. Ее муж-директор последовал за ней, боясь, что она упадет. Беременная женщина пришла в крайнюю ярость: "что с вами происходит? Разве Мисс Нин не говорила вам, что существует большая вероятность того, что Тони подложил бомбы у главных дверей?”

Директор: “….” Да, она хотела это сказать, но не успела, потому что ей никто не поверил.

Лу Шаомин посмотрел на своего подчиненного, тот кивнул и достал телефон, чтобы позвонить.

- Дорогая, что именно происходит? Расскажите нам все быстро!”

“Вот что случилось. Сначала меня привязали на складе отеля, а потом Мисс Нин пришла меня выручать. Она чувствовала, что кроме одного из подчиненных Тони, за мной больше никто не присматривает. Она знала, что я был тузом в рукаве Тони. Все это было очень нелепо, и Мисс Нин догадалась, что Тони устроил нам представление. Он заманил нас всех в ловушку, а потом заложил взрывчатку возле отеля. Как только человек выйдет наружу, взрывчатка взорвется, и все мы умрем!”

Толпа услышала ее слова, и выражение их лиц резко изменилось. В этот момент к Лу Шаомину подошел подчиненный и наклонился, чтобы доложить ему. - Президент, за пределами этого отеля есть взрывчатка, я уже предупредил взрывотехников, чтобы они спустились.”

Толпа: "... " все посмотрели в ту сторону, куда исчезла девушка, и им стало неловко и неловко.

Директор тихо извинился перед Лу Шаомоном и сказал: “молодой господин Лу, кажется, мы ошиблись Мисс Нин. Она не только спасла мою жену, но и раскусила заговор Тони, просто по незначительной детали. Она спасла всех нас, а Мисс Нин очень храбра. Она также очень умна; она обладает и умом, и мужеством.”

- Верно... - хором согласились рабочие, кивая головами.

Беременная дама все еще не знала о том, что произошло ранее, и она подошла к Лу Шаомину и с любопытством спросила: “Молодой господин Лу, куда ушла госпожа Нин? Возможно, вы не знали, но когда Мисс Нин хотела спасти меня, ее пнул подчиненный Тони, и я увидел, что она держится за живот от боли, не в силах встать.”

- Что?- Директор был ошеломлен.

Глубокие глаза Лу Шаомина наконец обрели какой-то цвет, а большая ладонь, которую он держал рядом, была крепко сжата в кулак. Неудивительно, что она стонала от боли, а ее маленькая рука была такой холодной.

На самом деле она была не из тех, кто скажет, что ей больно.

Она никогда раньше не говорила, что ей больно перед ним.

На самом деле она не то чтобы не чувствовала боли, скорее всего, потому, что не решалась на это. Он не был тем, с кем она могла бы испытывать боль.

У нее был такой полный надежды взгляд, что она умоляла его посмотреть на нее прямо сейчас. Почему он не хочет верить в нее?

- Где этот злой подчиненный, я хочу разнести его на куски. Директор фабрики был вне себя от ярости.

- Этот злой подчиненный потерял сознание, когда госпожа Нин ударила его деревянной палкой. Сейчас он все еще лежит внутри склада. Молодой господин Лу, госпожа Нин рисковала жизнью, чтобы прийти и спасти меня. Такая смелая девушка определенно делает это из-за человека, которого она любит. Я думаю, что Мисс Нин, должно быть, очень любит вас, и вы должны хорошо заботиться о ней.”

Толпа услышала ее слова, и все посмотрели на Чжоу Чжилэя.

Разве она не утверждала, что является подружкой молодого мастера Лу?

Толпа вспомнила, что молодой господин Лу только что был так нежен с этой девушкой, и даже велел ей быть “послушной".- Это была интимная беседа между влюбленными.

Оказалось, что этот Чжоу Чжилэй был тем, кто ревновал ко всему.

Когда они думали о девушке, хрюкающей от боли, они говорили так много оскорбительных слов для нее. Если бы не Чжоу Чжилэй, который вел их вперед, они бы так легко не ошиблись в девушке.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 204:Мама, У Меня Болит Живот

Вспоминая болезненные крики девушки и ее жестокие и резкие слова, если бы она не ввела в заблуждение группу, стоявшую сбоку, они не ошиблись бы так сильно в этой девушке. - Молодой господин Лу, мы все поддерживаем вас и Мисс Нин. Когда вернешься в деревню, иди и объяснись с госпожой Нин ну. Все мы были введены в заблуждение другими. Мисс Нин определенно простит тебя.”

В груди Чжоу Чжилэя вспыхнул яростный огонь. На кого ссылались эти люди? Она в гневе стиснула зубы. Впервые в жизни она почувствовала, что ее достоинство попирается ногами другого человека. Она была внучкой короля виноделия мира по крови. Было много желающих приблизиться к ней и добиться ее руки. Но ее сердце было настроено любить только Лу Шаомина, и она была влюблена в него в течение 26 лет.

Она много работала, чтобы быть нежной дочерью богатой семьи. Она жила чистой жизнью, пока ей не исполнилось 26 лет, и никогда раньше не позволяла мужчине прикасаться к себе. Но когда она захотела отдать ему свое тело, он сказал, что она пришла, чтобы “продать” себя. Ах, когда Нин Цин это сделает, ей это сойдет с рук?

Она была в соседней комнате. Она слышала, что происходит в их комнате. Это были не преувеличенные крики женщины, а слабое поскуливание и плач девочки. Она не понимала, почему он так жесток. Девушка кричала от боли... в последний момент он не смог совладать с собой и застонал. Она впервые обнаружила, что мужчина тоже может издавать такой хриплый сексуальный звук. Она только слушала его, но покраснела лицом и ушами.

Почему он сделал это с Нин Цин? Они закончились в спешке полчаса спустя, по сравнению с тем, когда она была с ним на вилле в течение 3 или 4 дней, когда он даже не смотрел ей в глаза в течение всего времени. Теперь она сопровождала его, не зная, выйдет ли жива или мертва, но от начала и до конца его глаза не видели ее, и она все еще была оскорблена этими скромными работниками. Как она могла согласиться на такое?

…

Нин Цин вышла из дверей отеля. Было около 8 или 9 вечера. Ветер был леденящий. Она быстро натянула зимнюю куртку и попыталась согреться. Она остановилась на главной дороге, чтобы поймать такси, и вошла в машину: “водитель, Отвези меня в аэропорт.” Да, она собиралась в аэропорт, она хотела вернуться в Китай, она хотела вернуться домой.

…

Через 20 минут такси остановилось возле аэропорта. Она вышла из машины и направилась в аэропорт. Ей очень повезло: через 10 минут самолет возвращался домой. Она купила билет и одной рукой обхватила свой больной живот. Она стояла в главном холле и ждала.

В этот момент. - Привет, девочка.- Красивый молодой человек с летней атмосферой подошел к ней, желая познакомиться поближе. У Нин Цин не было ни малейшего желания болтать. Она искоса взглянула на него, ласково улыбнулась и опустила глаза.

Мужчина был невозмутим. Он указал на розовую зимнюю куртку Нин Цин и попросил ее оглянуться. Нин Цин чувствовала себя странно. Она оглянулась назад, и ее розовое зимнее пальто было испачкано чем-то красным по краям. Лицо Нин Цин побагровело. Сейчас, когда ее разум был в тумане, она не знала, что и думать. Теперь, чувствуя это более отчетливо, она почувствовала, как снизу хлынула горячая жидкость, и ей показалось, что у нее начались месячные. Неудивительно, что у нее болел живот; это было чувство опущения, которое она испытывает во время месячных. Нин Цин не могла сказать, была ли она разочарована. Она не была беременна.

На 30-й день лунного года ей не удалось сохранить свое семя. Ее идеальный Лу Шаомин теперь исчез полностью, без единого следа. Поскольку кровь не могла быть видна на ее черных брюках, только когда она села, она испачкала ее розовую зимнюю куртку. Нин Цин смутилась. Она в панике посмотрела на время отправления. Она была в чужой стране, которая была ей чужда. Она не совсем ясно представляла себе, куда идти. Она не знала, где можно быстро купить гигиеническую прокладку. Мужчина заметил ее смущение и повернулся, чтобы уйти. Он вернулся через две минуты, держа в руках пачку женских гигиенических салфеток, и передал их ей.

Глаза Нин Цин тут же заблестели. Она не думала, что в своей поездке в Финляндию она будет больше всего взволнована получением пакета гигиенических салфеток. Когда люди оказывались в безвыходном положении, их было очень легко удовлетворить. “Спасибо. Брови Нин Цин изогнулись в улыбке в знак благодарности. Мужчина пожал плечами, что означало-это едва ли стоило ему усилий. Нин Цин посмотрела на вывеску, указывающую на туалет, и побежала, махая рукой мужчине. Впервые с тех пор, как она приехала в Финляндию, ей стало тепло. Она была ему очень благодарна. К тому времени, как она обернулась, слезы уже заливали ее лицо.

…

Когда она вернулась в деревню, была уже вторая ночь, и она вернулась на виллу Нин.

Юэ Вань была на кухне и готовила еду. Она хотела подняться наверх, чтобы попросить Нин Чжэнго, который был в кабинете, спуститься к обеду, но, когда она вошла в гостиную, она поняла, что двери вилл не были закрыты; это было похоже на то, что кто-то только что вошел.

- Цинцин вернулась? Юэ Ваньцин озадаченно закрыла дверь и направилась к комнате Нин Цин. Как она и ожидала, дверь не была закрыта. На кровати, свернувшись калачиком, лежала миниатюрная фигурка. Юэ Ваньцин мягко рассмеялся и сказал: “Цинцин, что с тобой? Почему вы вернулись, не издав ни звука и даже не закрыв дверь? Человек на кровати не ответил ей. Юэ Ваньцин подошла и протянула руку, чтобы потянуть одеяло, которое закрывало маленькое лицо девочки. “Сколько тебе лет? Как получилось, что вы все еще пользуетесь одеялом, чтобы прикрыть голову, чтобы заснуть?- Голос Юэ Ваньцина внезапно оборвался.

Нин Цин лежала на кровати, свернувшись калачиком. Она была миниатюрной, а теперь походила на маленький шарик, который трудно было разглядеть. Любой, кто взглянет на нее, почувствует к ней жалость. Юэ Ваньцин увидела, что две ее маленькие руки плотно прижаты к животу. Ее лицо размером с ладонь было зарыто в мягкую подушку. Волосы у нее на щеках упали перед лицом, закрывая все лицо.

Юэ Ваньцин был потрясен. Она протянула руку, чтобы заправить волосы дочери за уши, открывая половину ее нежного лица. На ее лице и лбу выступили капельки пота. - Цинцин, Цинцин, что с тобой происходит?- Глаза Юэ Ваньцина сурово сузились. Она дотронулась до маленького личика дочери и нервно спросила, Что случилось.

Нин Цин услышала голос матери, когда та была как в тумане. Она протянула свою маленькую ручку, чтобы взять теплую руку матери, и сказала так слабо, что казалось, она вот-вот расплачется: “мама, у меня болит живот.”

Юэ Ваньцин тут же схватил маленькую руку Нин Цин. - Цинцин, почему у тебя такие холодные руки? Расскажи маме, что случилось, почему у тебя болит живот? Мама отвезет тебя в больницу. Нин Цин обняла руку матери и положила ее на щеку. Она была похожа на жалкое маленькое домашнее животное, которое наконец-то нашло теплый дом. Она надула свои белые губы, медленно подтолкнула тыльную сторону ладони матери и сказала застенчивым, девчачьим тоном: “мама, у меня сейчас месячные, поэтому у меня болит живот. Мне не нужно ехать в больницу.”

Нин Цин слегка прикрыла глаза. Она не осмеливалась сказать ... не могла сказать. Она не могла сказать матери, что ее кто-то пнул. Она также не могла сказать своей матери, что она и Лу Шаомин ... были слишком страстны…

В гостиничном номере она уже почувствовала боль. Она не могла расслабиться, и он, вероятно, чувствовал, что это было слишком захватывающе. Первый раз был немного поспешным, а второй раз был тогда началом бесконечного опыта. Юэ Ваньцин нахмурилась и сказала: “Цинцин, мама приготовит тебе пакет горячей воды. А потом я приготовлю тебе коричневую сахарную воду. Она лежала в объятиях матери. Нин Цин вдохнула этот запах коричневой сахарной воды и почувствовала, что ее желудок пуст; ей захотелось блевать.

- Мама, я не хочу это пить. Нин Цин жалобно посмотрела на свою мать. - Ты не можешь этого избежать. Быть хорошим. Пейте его, пока он еще горячий. После того, как вы выпьете его, ваш желудок больше не будет болеть.- Юэ Ваньцин успокаивала ее.

Нин Цин больше не настаивала, она держала мать за руку и делала один маленький глоток за другим. Юэ Ваньцин посмотрела на восхитительный взгляд своей дочери. Ее розовые губы слегка касались края чаши, и она могла сказать, что ей не нравится пить из нее. Она пила его глоток за глотком очень грациозно. Ее длинные ресницы, похожие на два ряда бабочкиных крылышек, опустились вниз, и это прикосновение заставило других пожалеть ее и почувствовать себя неуютно в их сердцах.

Юэ Ваньцин почувствовала что-то странное и спросила: “Цинцин, Разве ты не ездила в Европу искать Шао Мина? Почему? Случилось ли что-нибудь несчастливое? Нин Цин покачала головой и сказала мягким, мелодичным для слуха голосом: “Ничего, я хорошо провела время с Шаомоном, мы хорошо развиваемся. Он принес мне покупки, а также принес мне насладиться ужином при свечах.- После того, как она выпила всю чашу коричневой сахарной воды, Юэ Ваньцин осторожно положила Нин Цин на кровать. Она вздохнула и сказала: “Если это так, то это очень хорошо. Мы также не знаем, когда Шаомин восстановит свои воспоминания. Мы можем сохранять и упорно работать в течение 1 или 2 лет, но что, если это займет 10 или 20 лет? Что бы мы тогда делали?”

Юэ Ваньцин повернулся и поставил чашу на стол. Нин Цин закрыла глаза и повернулась всем телом. Ее тело лежало лицом к стене, пока она спала. Она зарылась своим маленьким личиком в подушку, и ее слезы потекли слишком яростно; она не могла сдержать их. Она плотно прикусила нижнюю губу жемчужными белками и старалась не издавать ни звука, пока рыдала.

Вернулась Юэ Ваньцин. Она села на край кровати, чтобы укрыть Нин Цин одеялом, и спросила: “Цинцин, тебе уже лучше? Нин Цин тяжело кивнула головой и сказала: “Мама, я хочу спать.”

- Ладно, ты вздремни. Я пойду на кухню, чтобы сварить ослиную шкуру, клейкую рисовую кашу. После того, как вы проснетесь позже, вы можете выпить немного. Нин Цин ничего не ответила. Она казалась измученной и заснула. Юэ Ваньцин не беспокоил ее. Она приглушила свет и вышла.

…

Когда мать ушла, Нин Цин наконец позволила себе отпустить нижнюю губу. Во рту у нее был сладкий привкус крови. Она кусала себя до крови. Рыбный привкус крови заставил ее почувствовать себя неуютно. Ее дважды вырвало, но ничего не вышло. Ее глаза были затуманены слезами, которые, казалось, заливали ее лицо.

Рассеянные, но торопливые крики были слишком внезапны. Она дважды подавилась, но боялась, что мать снова войдет. Она сжала руку в кулак, поднесла ее к губам и слегка прикусила. Когда вернется ее Лу Шаомин? Это был первый раз, когда она ощутила укол безнадежности в своем сердце. Ее Лу Шаомин, знал ли он вообще, что в этот момент его маленькая женушка, которую он любил больше всего, находилась в темном месте, где больше никого не было, и ее печаль наполняла реку? На самом деле она так сильно скучала по нему. Честно говоря, она была напугана.

…

Юэ Ваньцин вернулась в комнату Нин Цин. Девушка действительно спала. Она занималась перелетами последние 3 или 4 дня. У нее не было времени закрыть глаза, и она была измучена. “Цинцин.- Юэ Ваньцин слегка коснулась маленького плеча Нин Цин. Девушка сонно перевернулась на другой бок. Ее лицо было очень сухим и без слез. Только нос у нее был красный. Юэ Ваньцин почувствовала боль в сердце и нахмурилась; она хорошо знала свою собственную дочь. С тех пор как Лу Шаомин потерял память, она сильно похудела.

Несмотря на ее веселое и жизнерадостное поведение, она не хотела, чтобы ее семья и друзья волновались. Если она волновалась или испытывала стресс, то тайком скрывала это. Юэ Ваньцин увидела темноту под глазами своей дочери. В конце концов она ее не разбудила. Она дала ей отдохнуть. Уже собираясь уходить, она заметила на пальце дочери кровавое пятно. Она присмотрелась повнимательнее. Ее дочь была одета в черный вязаный топ. Воротник вязаного топа был большим. Она держала себя маленькими ручками, и теперь на вязаном топе было засохшее пятно по краю рукава.

Юэ Ваньцин попыталась слегка закатать рукава, но не смогла этого сделать. Пряжа рукава застряла в ее левой ладони. В ее ладони был поврежденный кусок плоти, как будто она получила травму от какого-то укрепляющего удара.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 205:Никогда Не Надеялся Быть Любимым Так, Как Сейчас

Юэ Ваньцин тут же почувствовала, как у нее защемило сердце. Эта девушка просто отправилась в путешествие по Европе. Как ей удалось получить травму и вернуться в таком виде?

Юэ Ваньцин взяла теплое полотенце и положила его на свой шерстяной свитер. После того, как жесткий шерстяной свитер стал мягким, она открыла аптечку первой помощи и окунула q-наконечник в какое-то лекарство, чтобы вылечить свою травму, используя другую руку, чтобы очистить ее шерстяной свитер.

Девочка, которая спала, почувствовала это и от боли крепко сдвинула брови, а потом мучительно пробормотала:…”

Юэ Ваньцин изо всех сил старалась быть мягкой в своих действиях. Она приложила лекарство и перевязала рану,а затем, наконец, положила свою маленькую руку под одеяло.

Девушка проспала полдня, и на ее теле все еще было мало тепла.

В этот момент Нин Чжэнго толкнул дверь и вошел. В комнате горела теплая лампа, и Юэ Ваньцин хлопотала вокруг своей дочери. Сцена перед ним была очень теплой.

Он понизил голос и с беспокойством спросил: “Цинцин уснула?”

Юэ Ваньцин кивнула головой и сказала: "Да, она только что заснула.- Она достала пакет с горячей водой и продолжила: - Я пойду и принесу еще один пакет с горячей водой для Цинцин. Тело этой девушки очень холодное. Чжэнго, возвращайся в комнату и ложись спать, завтра тебе все равно надо идти на работу. Я буду сопровождать Цинцин сегодня вечером.”

Нин Чжэнго взял у нее пакет с горячей водой и сказал: “Ваньцин, ты была занята целый день, а теперь ложись спать, чтобы сопровождать нашу дочь. Я поменяю для вас пакет горячей воды.”

Юэ Ваньцин не настаивал. Она сняла туфли, легла на кровать и уснула рядом с Нин Цин.

Девушка почувствовала тепло и быстро подошла. - Мама ... - мягко позвала она и положила свою маленькую головку, чтобы спрятать ее в объятиях матери.

Юэ Ваньцин поцеловала ее маленькое бледное личико, протянула руку и нежно сделала круги вокруг ее плоского, поврежденного живота.

Нин Чжэнго вернулся очень быстро, и он передал пакет с горячей водой Юэ Ваньцину. Он приподнял одеяло, позволив матери и дочери оказаться под одеялом.

- Ваньцин, неужели Цинцин придется лечь в больницу, потому что у нее болит живот? Вы не можете избегать врача, если у вас есть болезнь.”

- Это ерунда. Это женская проблема. Ничего страшного. Чжэнго, тебе надо поспать.”

Нин Чжэнго коснулся головы Юэ Ваньцина и сказал:”Ваньцин, это также нормально, если я не пойду завтра в офис. Вы двое спите, А я пока буду сопровождать вас обоих.”

Юэ Ваньцин тепло улыбнулся. Им обоим было за 45 лет, и они прошли через невзгоды, но теперь их жизнь была спокойной и мирной. Они вместе прошли через беды и теперь вместе старели.

…

Нин Цин заснула, и она не знала, что в этот момент внизу был припаркован "Бентли".

Лу Шаомин примчался из Финляндии.

Он припарковал машину у виллы и опустил стекла, чтобы посмотреть наверх. Свет в ее комнате не был выключен, так что она, вероятно, была дома.

Лу Шаомин достал телефон и набрал ее номер.

Но никто не взял трубку.

Он уже много раз звонил ей, но так и не смог дозвониться. Она не хотела отвечать на его звонки.

Лу Шаомин отстегнул ремень безопасности и медленно опустил сиденье, а сам лениво улегся на сиденье.

Он был очень утомлен. Всю неделю он занимался делами на финском заводе. Она уехала вчера, и он обратился к своим подчиненным с соответствующей рабочей нагрузкой и попросил их продолжить работу, прежде чем он сядет на свой частный самолет, чтобы улететь обратно.

Выйдя из самолета, он поехал искать ее.

Лу Шаомин положил локоть под голову, используя его как подушку, и послал девушке текстовое сообщение. - "Возьми свой телефон.]

Это были 4 слова. Он смотрел на свой телефон все это время, его экран был выключен, и он использовал свою руку, чтобы заставить его снова загореться. Он снова почернел, но ответа все равно не последовало.

Он послал еще одно сообщение. - "Нин Цин, ответь на звонок!]

Ответа он так и не дождался.

У него не было выбора, он послал еще одно сообщение, и его тон стал мягким. - "Нин Цин, что с тобой? Вы очень заняты? У тебя даже нет времени ответить на звонок?]

Девушка по-прежнему не отвечала.

Лу Шаомин расстроился, бросил телефон на переднее пассажирское сиденье и повернул голову в сторону. Он посмотрел на теплый свет, льющийся из окна.

В прошлом она всегда была той, кто бежал за ним. Она очень усердно работала над капустным шлейфом. Он знал, что половина ее тяжелой работы была связана с тем, что она хотела привлечь его внимание и заставить его влюбиться в нее.

Она гонялась за ним повсюду, к чему он уже привык, а теперь...она явно игнорировала его. Он почувствовал, что его сердце пусто, и ему стало грустно.

Он уже почти начал думать, что она играет в недотрогу.

Но он знал, что это не так, на этот раз ей действительно было больно.

Она даже не хотела дать ему шанса сказать хоть слово, чтобы оправдаться.

Лу Шаомин закрыл глаза. Он очень устал. Его глаза были налиты кровью, а в бровях чувствовалась усталость. Он чувствовал, что в следующую секунду заснет.

Но он никак не мог заснуть.

Как только он закрыл глаза, все, о чем он мог думать, была она, и это была она в комнате той ночью.

В комнате было очень темно, и в ней не было никакого света. Был только лунный свет, который очень слабо проникал в окно. Она оказалась на его теле и приземлилась в его объятиях, а его рука прошлась по ее затылку, чтобы поцеловать ее. Она была очень мила.

Вероятно, именно потому, что он целовал ее до тех пор, пока она не перестала дышать, она отвернулась от него. Сквозь льющийся в комнату лунный свет он видел ее маленькое нежное личико, раскрасневшееся, как цветок бегонии. На ее остром носу выступили капельки пота. Она не смела взглянуть на него, а когда украдкой поглядывала на него, то была похожа на белый листок бумаги, неопытна и застенчива.

Она была тем, что другие назвали бы премиальным продуктом. Это хороший термин, чтобы описать ее..

Впервые он узнал, что тело девушки может быть таким мягким и гладким. Когда он нес ее на руках, то почувствовал, что не может больше сдерживаться, и подумал о том, чтобы разбить ее вдребезги, как фарфоровую куклу. Это, вероятно, была порочность человека, а также, вероятно, чувство, что его душа очарована.

У Лу Шаомина пересохло во рту. Он нахмурил брови и подавил щекочущее чувство, которое ему хотелось испытать, и медленно заснул.

Она была его женщиной.

Теперь ему было все равно, он будет спать под ее домом.

…

Когда Лу Шаомин снова открыл глаза, яркий солнечный свет падал на его лицо через ветровое стекло. Он поднял наручные часы, чтобы взглянуть на них. Было уже 8 часов утра.

Он сел и посмотрел на виллу семьи Нин. На вилле не было никакого движения. Эта семья из 3 человек, вероятно, легла спать слишком поздно прошлой ночью, и они все еще не проснулись от своего сна.

Он взял телефон, лежавший на переднем пассажирском сиденье, и набрал ее номер.

По-прежнему никто не брал трубку.

Красивое лицо Лу Шаомина слегка осунулось. Она никогда раньше не закатывала истерики, и он не думал, что она будет так упряма, когда это случится.

Чего она хочет?

Неужели она хочет, чтобы он погнался за ней?

В прошлом люди, которые приставали к нему, он знал, о чем они думали. После того, как она стала его женщиной, разве она не должна быть более спокойной и оставаться рядом с ним больше, чем раньше?

Ему никогда не нравились женщины, которые были бы высокомерны после того, как их баловали, и он не любил тех, кто хотел милю после того, как имел дюйм.

Лу Шаомин завел машину и нажал на акселератор, поворачивая руль в сторону Гуан Цин.

….

Всю дорогу он слегка поджимал свои тонкие темно-бордовые губы. Он все еще носил костюм 2-дневной давности, но это не уменьшало его элегантности, которую он имел с рождения. Несчастные брови придавали его лицу еще более холодный и надменный вид, чем обычно. Серебряные запонки на его рукаве ярко блестели, отражая солнечные лучи, а его большие руки на руле были гладкими и суровыми.

Ведя машину, он как бы невзначай бросил взгляд в окно. Знакомое тонкое лицо появилось на жидкокристаллическом дисплее у входа в сеть универмагов.

Он наполовину опустил стекло, и в воздухе зазвучал мягкий и завораживающий голос девушки — я думаю, что в сердце каждой девушки живет Лу Шаомин. Он нежен, красив, богат…

Глубокие глаза Лу Шаомина болезненно сузились,и в воздухе раздался пронзительный звук тормоза. Он с силой нажал на тормоза.

Он недоверчиво поднял глаза и посмотрел на жидкокристаллический монитор. Он не видел ее неправильно. Это была Нин Цин. Наверное, это была какая-то церемония награждения. Она была одета в длинное расшитое платье и выглядела ослепительно и привлекательно.

Она была такой saying...Lu Шаоминг…

Когда она произнесла эти слова, она произнесла его имя так нежно, и ее глаза, сфокусированные на камере, казалось, что она смотрит на него. Ее привлекательные, молодые глаза заставили его растаять.

Лу Шаомин открыл дверцу машины и оказался в центре города. Он медленно поднял голову и посмотрел на хрустальный экран.

В этот момент откуда-то выскочила группа журналистов и полностью окружила его. - Молодой господин Лу, наконец-то вы вернулись. Мы так долго тебя ждали.”

"Молодой мастер Лу, 4 дня назад новый знаменитый режиссер Нин Цин храбро заявила о своей любви к вам на собственной церемонии вручения премии, и она косвенно намекнула, что вы уже давно живете в ее сердце. Что вы можете сказать по поводу этой новости?”

- Молодой господин Лу, директор Нин уже превратилась в чудо индустрии, когда призналась в любви перед всем городом. Мы можем спросить, согласитесь ли вы принять ее?”….

Все, что Лу Шаомин мог слышать в своих ушах, были беспорядочные вопросы журналиста. Девушка выступала в ролике, и когда ей вручили награду, на большом экране за презентационной стойкой было видно, как она танцует, как фея с цветами во время своей сценической постановки. Она кружилась в танце, и ее юбка красиво развевалась.…

Она была талантливым человеком.

В течение 30 лет жизни Лу Шаомина, до того как он встретил Нин Цин, он всегда думал, что будет спокойно одинок, пока не состарится.

Он никогда в жизни не надеялся, что его так сильно полюбит девушка, и никогда не думал, что настанет день, когда девушка признается ему в любви перед всем городом.

Теперь он был в оцепенении из-за шока.

Что она делала, пока он был в Финляндии?

…

Лу Шаомин вернулся к Гуан Цин. Когда он вошел в кабинет, Чжу жуй последовал за ним, и Чжу жуй положил на рабочий стол какие-то документы, которые он держал в руках. "Президент, это цифры продаж капустного шлейфа. Из-за Мисс Нин капустный шлейф получил результаты, которые равняются общему объему продаж всего сезона в Европе всего за неделю…”

“Я понял. Теперь ты можешь идти.- Эти цифры продаж были именно такими, как он и предсказывал.

- Да, сэр.- Чжу жуй вышел.

- Подожди минутку. Помоги мне перенести все мои сегодняшние встречи.- Сейчас он даже думать не хотел о работе.

Чжу жуй понял его приказ и вышел. Лу Шаомин нахмурился на несколько секунд, затем вошел в гостиную.

Сначала он зашел в душ, чтобы помыться, а через несколько минут, выходя из ванной, обмотал вокруг талии банное полотенце. Он стоял перед зеркалом у раковины и смотрел на свое отражение.

У мужчины было четко очерченное красивое лицо, похожее на замысловатую скульптуру. От его изогнутых бровей до волос, его глаз, которые сверкали, как ослепительный обсидиан, его высокий нос, похожий на вершину горы, и сексуальные линии на его тонких губах…

Он никогда не присматривался к себе пристально, а когда присматривался, то и сейчас. Похоже, он действительно был симпатичным парнем.

Это она называла ... красивым?

Многие женщины любили его. Он обладал денежной доблестью и властью от корпорации Лу и императорской группы. 30-летний мужчина был уравновешенным и зрелым, и он был серьезным игроком в корпоративном секторе. Он был похож на самую яркую звезду в ночном небе. Он был выдающимся и неприступным, элегантным и загадочным.

Что ей в нем нравилось? Была ли это его мягкость?

Жаль, что они встретились только сейчас. Его нельзя было считать нежным по отношению к ней. В ту ночь он был немного груб и жесток, и ее белые пальцы лежали на его плече, когда она кричала от боли, как будто больше не могла этого выносить. Тем не менее, он не остановился, и это привело к красным следам, которые она оставила на его теле.

…

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 206:Молодой Мастер Лу, меня зовут Сюй Цзюньси; я первая любовь Нин Цин

Может быть, потому, что он был при деньгах?

Да, он действительно был богат. Он не возражал, если женщины любили его за деньги. Любовь есть любовь, и было бы хорошо, если бы у него были деньги. Лу Шаомин подошел к шкафу. Он вдруг вспомнил ее лицо в ту ночь, когда девушка стояла у шкафа, дотрагиваясь до края его белой рубашки, и смеялась про себя с глупой усмешкой. Его губы изогнулись в улыбке.

Он схватил белую рубашку и черные брюки от костюма. Он медленно надел их и снова встал перед зеркалом. Он уложил волосы гребнем. Когда он закончил, то почувствовал, что этого недостаточно. Он выдавил немного геля для волос в руки и привел волосы в неподвижное положение. Это был первый раз в его жизни, когда он выдумал себя.

…

На вилле Нин

Нин Цин проснулась. Юэ Ваньцин положила ей за спину мягкую подушку. В руках у нее была маленькая миска, и она пила клейкую рисовую кашу из ослиной шкуры ложка за ложкой.

- Нин Цин!” В этот момент Сяо Чжоу бросился в панику. Сяо Чжоу увидела присутствующую Юэ Ваньцин и сразу же кивнула головой и поклонилась, приветствуя ее. - Тетя, как поживаете?”

“Сяо Чжоу, как ты? Вы ищете Нин Цин? Я выйду на улицу. Не торопитесь.- Юэ Ваньцин вышел. Увидев, что Юэ Ваньцин уходит, Сяо Чжоу села на кровать и спросила: “Нин Цин, что с тобой? Где твой телефон? Почему мои звонки не проходят?”

Нин Цин зачерпнула ложкой кашу. Она не подняла головы и лениво опустилась всем телом на спинку кровати. - О, я потеряла свой телефон.” В тот вечер она забыла взять с собой телефон; вероятно, он остался в номере отеля в Финляндии.

- Неудивительно, что я не смог до тебя дозвониться. Я ужасно волновался. Я буду сопровождать вас позже во второй половине дня, чтобы пойти в торговый центр, чтобы забрать новый телефон.”

“Окей. Нин Цин кивнула головой.

Сяо Чжоу заметил ее подавленное состояние. Она много раз помешивала ложку клейкой рисовой каши, но через некоторое время сделала лишь несколько глотков. Озадаченная, она спросила: "Нин Цин, что случилось? Быстро пейте кашу, она остывает.”

У Нин Цин не было аппетита. Может быть, она была расстроена. Она чувствовала себя неважно. ее рвало, и она не хотела ничего есть. “Нин Цин, почему у тебя такое бледное лицо? Что с твоей рукой не так? Вы не пострадали? Разве вы не ездили в Финляндию искать Лу Шаомина? Как получилось, что ты снова ранен? Молодой господин Лу снова тебя расстроил?- Нин Цин съела маленький кусочек овсянки. Она была элегантна и отрицательно покачала головой. “Нет. У меня месячные, и живот болит. Вот почему мое лицо немного бледное. Моя рука повредилась, когда я упал, и это не имеет к нему никакого отношения.”

Сяо Чжоу услышал ее слова и хлопнул в ладоши: “дела пошли плохо. Слышать, что ты говоришь Так, значит, что-то определенно не так. Вы отправились в погоню за молодым мастером Лу в Финляндию. Даже если бы молодой господин Лу был просто другом, он должен был бы хорошо защитить тебя. Позволь мне сказать тебе, Нин Цин: ты слишком хорошо обращаешься с молодым господином Лу. Ты бросился в погоню за ним. Все люди-зло. Чем больше вы будете преследовать его, тем больше он будет гордиться вами. Поверишь ли ты, если я скажу тебе, что если ты будешь игнорировать его в течение нескольких дней, он будет преследовать тебя. Это называется отпускать поводья только для того, чтобы крепче вцепиться в них.”

Нин Цин подняла голову и скривила губы в улыбке. Она сменила тему разговора, сказав “ " Сяо Чжоу, у тебя есть какие-то срочные дела, которые привели тебя сюда искать меня?”

“Ах да, я чуть не забыла о самом главном. Есть новости от Сюй Цзюньси. Они сказали, что собираются встретиться с боссом Islandwide Entertainment Media на обед. Они спросили, есть ли у вас время. Нин Цин, если ты плохо себя чувствуешь, то давай назначим это на другой день…”

“Нет необходимости.- Нин Цин поставила миску на тумбочку и сняла одеяло, чтобы встать с кровати. Она небрежно заправила волосы за уши и сказала ровным голосом: "у меня только месячные. Все в порядке. Работа еще должна продолжаться. Сяо Чжоу, подожди меня немного. Пойду приму ванну и переоденусь. Мы будем присутствовать на встрече.”

…

Приняв душ и переодевшись, Нин Цин села перед туалетным столиком, чтобы высушить волосы феном. Юэ Ваньцин пришел посмотреть и сказал: “Цинцин, ты уходишь? Работа может быть выполнена в любое время. Ваше тело-это самое главное! Мама считает, что вы должны отдохнуть 2 дня дома, прежде чем вернуться на работу.”

- Мам, я в порядке. Мой живот больше не болит, он все еще немного раздут, и через некоторое время все будет в порядке. Я хорошо знаю свое тело. Я не собираюсь пить или что-то в этом роде. Мне нужно только прийти на встречу, чтобы обсудить кое-какие дела."Юэ Ваньцин знала, что она не сможет убедить свою дочь. Она могла только вздохнуть и взять фен в руки, чтобы помочь ей высушить волосы. Нин Цин наслаждалась теплом своей матери и подняла глаза, чтобы улыбнуться, говоря: "Мама, спасибо. Мама, ты всегда должна сопровождать меня и быть рядом. Цинцин очень счастлива, когда мама рядом.”

“Глупая девчонка. Юэ Ваньцин посмотрела на красивое лицо своей дочери и ее глаза, которые были такими нежными, что из них почти текла вода. Она тихо вздохнула и сказала: “мама не может сопровождать тебя всю твою жизнь. Вы должны быстро примириться с Шаомоном. Пара в молодости, но компаньон в старости. Он будет сопровождать тебя, пока ты не состаришься.”

Длинные ресницы Нин Цин, похожие на два ряда крыльев бабочки, тихо затрепетали, и она тихо сказала:"Сяо Чжоу взял пуховку и сказал:" Нин Цин, твое лицо слишком бледное; Я помогу тебе нанести немного пудры. Это заставит вас выглядеть более бодрым.”

“Окей. Нин Цин кивнула головой.

Они кружили вокруг Нин Цин и какое-то время были заняты делом. Когда они закончили, они убрали свои инструменты, и Нин Цин вывела Сяо Чжоу за дверь. Лимузин был припаркован на обочине. Они направились к машине.

Гудок! Это был звук автомобильного клаксона. Перед ними остановился "Бентли". Окна опустились - это был Лу Шаомин! Сяо Чжоу посмотрел на красивое и завораживающее лицо и вежливо поприветствовал его: “молодой господин Лу, это такое совпадение-встретить вас здесь.”

Лу Шаомин кивнул головой и посмотрел на Нин Цин. Девушка спокойно стояла там, одетая в светло-голубую вязаную шерстяную рубашку, узкие белые брюки и пару белых сапог. На плече у нее висела сумка. Сумка была в типичном стиле молодой леди. Он был желтый с зелеными полосками, и на нем висел маленький симпатичный Серебряный медведь. Это придавало ей небрежный, но модный вид.

Она взглянула на него и тут же отвела взгляд. Она не произнесла ни слова и повернулась, чтобы идти к своей нянькиной машине.

Лу Шаомин: “…”

“Да, Нин Цин. Сяо Чжоу увидел, что Нин Цин уходит, и быстро попрощался с Лу Шаомоном. - Простите, молодой господин Лу, наша Нин Цин сегодня неважно себя чувствует. Мы должны идти.- Сяо Чжоу побежал догонять Нин Цин и тоже сел в лимузин.

Лу Шаомин посмотрел, как машина исчезла из его поля зрения. Его красивое лицо было мрачным и угрюмым. Он приложил дополнительные усилия, чтобы одеться, и ждал снаружи виллы более получаса, чтобы создать сцену, которая казалась совпадением. Она едва взглянула на него и ушла?

Почему она так холодна с ним?

Он был ее мужчиной!

Но разве она плохо себя чувствует?

Ее ударили в живот, потому что она хотела защитить эту беременную женщину. Где у нее болит?

…

В лимузине Нин Цин взяла одеяло, чтобы прикрыть бедра. Сама не зная почему, она вдруг почувствовала, что немного испугалась холода. На самом деле ее руки и ноги были очень холодными, и в них не было никакого тепла. Сяо Чжоу передал ей чашку чая с молоком из красных бобов и спросил: "Нин Цин, почему ты ничего не сказала, когда увидела молодого мастера Лу? Вы ведете себя слишком ненормально.”

Нин Цин держала чашку чая с молоком и слегка улыбалась. Ее тон был спокойным и собранным, когда она сказала: Разве ты не говорил, что люди-зло, и не просил меня ослабить поводья только для того, чтобы лучше ухватиться за них?”

“Но ... - Сяо Чжоу был встревожен. - Молодой господин Лу потерял память. Он вас не помнит, а вы все еще должны выполнить свое обещание за 3 месяца. Ваша нынешняя ситуация не подходит для того, чтобы использовать метод ослабления поводьев только для того, чтобы лучше их ухватить.”

Да, она знала об этом.

Она повернулась боком, чтобы посмотреть в окно, и тихо сказала: “Сяо Чжоу, я немного устала. Я хочу позволить себе отдохнуть несколько дней. Иногда мужчины действительно похожи на песок, который вы держите в руках. Чем сильнее вы за них цепляетесь, тем быстрее они улетучиваются. Никто не станет роботом и не пойдет на войну каждый день без отдыха. Сердце каждого человека сделано из мяса; они также были бы расстроены и разочарованы. Так что не беспокойтесь обо мне. После того, как я на некоторое время впаду в депрессию, я очень быстро приду в себя.”

…

В отеле

Нин Цин и Сяо Чжоу вошли в вестибюль отеля. Сюй Цзюньси уже ждал их там.

- Президент Сюй. Нин Цин вышла вперед.

- Нин Цин, ты здесь. Сюй Цзюньси тепло улыбнулся и сказал: “Я слышал, как Сяо Чжоу сказал, что ты ездил в Европу в последние несколько дней. Как прошел маршрут?”

Нин Цин скривила губы в улыбке. Ее улыбка была очень яркой, и она сказала полушутя: “неплохо, но Финляндия-не лучшее место для путешествий. Я не думаю, что вернусь в будущем. Сюй Цзюньси серьезно посмотрел ей в глаза. Они знают друг друга уже 20 лет. Была ли она искренна или нет, он мог сказать с первого взгляда в ее глаза.

Точно так же, как сейчас: хотя внешне она улыбалась, улыбка не коснулась ее глаз. У нее была вымученная улыбка, и она притворялась.

“А почему ты решил сегодня заложить фундамент? Сюй Цзюньси посмотрел на ее щеки. “Я думала, ты обычно не красишься?”

- О, президент Сюй, наша Нин Цин неважно себя чувствует. У нее болел живот, а лицо было немного бледным, поэтому я помог ей наложить немного пудры. Я не думал, что ты заметишь. Позже, за обеденным столом, вам нужно помочь Нин Цин, выпив алкоголь от ее имени. Сейчас она не может принимать холодные вещи…”

- Сяо Чжоу!- Нин Цин закричала, чтобы остановить ее. Сяо Чжоу была в центре пристального взгляда Нин Цин, и она поняла, что совершила ошибку, и высунула язык.

- А, ничего особенного. Сюй Цзюньси рассмеялся и сказал: “Нин Цин, мы все еще друзья. Если вам все еще нужна помощь, дайте мне знать.”

“Это просто необходимо. Как в тот раз, когда я вкладывал деньги в развлекательную компанию, разве я не искал тебя? Президент Сюй, давайте войдем и поговорим.”

“Конечно. Троица удалилась в направлении отдельной комнаты.

Но в этот момент появилась красивая тень, Лу Шаомин сунул руку в карман и направился в сторону вестибюля. Сюй Цзюньси заметил его. Взгляды двух мужчин встретились, и в них вспыхнула какая-то искра.

- Молодой Господин Лу. Сюй Цзюньси остановился как вкопанный и взял инициативу на себя, чтобы поприветствовать его. Лу Шаомин выглядел так, словно у него были дела в этом отеле. Услышав, как Сюй Цзюньси окликнул его, он пошел впереди Троицы. Его блестящие глаза изучали Сюй Цзюньси, а губы изогнулись в холодную дугу. “Так это ты?”

Сюй Цзюньси рассмеялся про себя. Он слышал, что этот человек потерял память. Хм, похоже, он действительно потерял память, но это чувство соперничества было все тем же, что и раньше. Кроме того, хотя этот человек потерял память, он все еще мог притворяться. Хотя он явно пришел сюда за ними, ему все еще нужно было, чтобы Сюй Цзюньси окликнул его, и только тогда он подошел.

Сюй Цзюньси представился и сказал: “молодой господин Лу, как поживаете? Я уже давно жду встречи с вами. Возможно, вы не знали меня как личность, но вы определенно слышали мое имя раньше, я Сюй Цзюньси, первая любовь Нин Цин.”

Нин Цин услышала его представление и не могла не посмотреть на Сюй Цзюньси. Сюй Цзюньси посмотрел на нее с ласковой улыбкой. Все это было подхвачено Лу Шаомоном. Его брови были холодными и собранными. Его острый и пронзительный взгляд изучал их лица во время общения.

Он был Сюй Цзюньси?

Он действительно слышал о нем раньше.

Очень хорошо, теперь он вспомнил его.

Сюй Цзюньси не нужно было смотреть на Лу Шаомина, чтобы понять, что на его лицо устремлены два холодных и пронзительных взгляда. Он небрежно пожал плечами и сказал: “молодой господин Лу, у меня назначена встреча за ужином с Нин Цин. Мы поднимаемся на шестой этаж. Куда вы направляетесь? Не хочешь подняться с нами на лифте?”

- Это такое совпадение, я тоже иду на шестой этаж. Тогда пойдем вместе, - небрежно сказал Лу Шаомин.

…

Четверо из них вошли в лифт. Сяо Чжоу наблюдал за этой сценой и знал, что Нин Цин и Лу Шаомин определенно находятся в середине спора. Она хотела, чтобы они больше общались, поэтому, войдя в лифт, встала рядом с Сюй Цзюньси, позволив Нин Цин и Лу Шаомину встать с другой стороны.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 207: Признаки Ревности

Лу Шаомин стоял поодаль. Одну руку он держал в кармане, а другой нажал на кнопку, чтобы закрыть двери лифта.

Все четверо не разговаривали в "Звезде", но Сюй Цзюньси была достаточно внимательна, чтобы заметить, что у Нин Цин на левой руке была белая повязка. Он тут же обеспокоенно спросил: “Нин Цин, что у тебя с рукой? Вы не пострадали?”

Лу Шаомин повернулся боком, и его красивая спина мягко прислонилась к стене лифта. Он повернулся на бок и увидел, что маленькая рука Нин Цин спрятана в широких рукавах шерстяного свитера. Возможно, она действительно собиралась скрыть это, и ему действительно было трудно это заметить.

Выражение его глаз потемнело. Ему не нужно было раздумывать; он знал, что это, должно быть, травма, которую она получила в Финляндии.

Все, что Нин Цин могла видеть в поле ее зрения, был мужчина рядом с ней, который повернулся, чтобы посмотреть на нее. Она улыбнулась Сюй Цзюньси и сказала: “президент Сюй, это ничего. Я упал и поцарапал себе ладонь. Это небольшая рана, и она заживет очень быстро.”

Говоря это, она молча засунула свою маленькую руку поглубже в рукав.

Сюй Цзюньси было легко видеть сквозь ее тонкие действия. Он слышал, что она отправилась в Финляндию искать Лу Шаомина; может быть, она пострадала из-за Лу Шаомина?

Неужели она скрывает свою рану, чтобы мужчина рядом с ней не мог ее увидеть? Может быть, она боялась, что ему будет плохо?

Сюй Цзюньси посмотрел на Лу Шаомина и сказал: “молодой господин Лу, Нин Цин уехал в Финляндию два дня назад. Я слышал, что Вы тоже там были. Вы видели там Нин Цин? Я думаю, что у тебя не было возможности сделать это, верно? Основываясь на джентльменском поведении и воспитании молодого мастера Лу, даже с позиции друга, вы не позволите женщине пострадать или, что еще хуже, пострадать из-за вас, верно?”

Лу Шаомин слегка поджал губы, не говоря ни слова.

Атмосфера мгновенно стала неловкой.

- Ха-ха, президент Сюй, президент компании Island Wide Film and Media уже ждет вас в отдельной комнате. Насколько вы уверены в нашем партнерстве?- Сяо Чжоу ворвался в комнату, чтобы разрядить напряженную атмосферу.

Сюй Цзюньси вежливо ответил Сяо Чжоу несколькими словами.

Они разговаривали, и девушка молча стояла рядом с ним. Сегодня она казалась особенно молчаливой. Она почти не разговаривала и даже не удостоила его взглядом.

Сердце Лу Шаомина словно сдавила чья-то большая рука, и он слегка запыхался. Ему совсем не нравилось, что она так холодна с ним.

Не повредила ли она руку?

Ему было жаль ее РАН.

Он хотел взять ее маленькую ручку, чтобы посмотреть.

Лу Шаомин украдкой вытащил левую руку из кармана. Правая рука девушки лежала рядом с ним. Он подошел чуть ближе, желая взять ее за маленькую ручку.

Динь! Двери лифта внезапно открылись.

Девушка подняла ноги и вышла из лифта.

Сюй Цзюньси и Сяо Чжоу тоже вышли, и Лу Шаомин остался в лифте один. Лу Шаомин посмотрел на гибкую фигуру девушки, и жалость в его глазах медленно сменилась гневом.

Зачем ей продолжать поднимать шум?

Сюй Цзюньси был ее первой любовью, и она должна была знать, как сильно он заботился об этом.

Но сейчас она все еще сердилась на него.

…

Когда они вышли из лифта, их приветствовал президент компании Island Wide Entertainment Media ли. - Председатель Сюй, госпожа Нин, я ждал вас очень долго. Приятно познакомиться с вами обоими.”

- Президент Ли, Как поживаете? Нин Цин улыбнулась.

- Как поживаете, Мисс Нин? Это правда, что тысяча слов не может соответствовать самой встрече. Я не думал, что новоиспеченный директор Нин будет таким молодым и красивым. Тот факт, что вы заинтересованы в самом острове широкий, действительно является нашей честью. Пойдем, тогда мы пойдем в отдельную комнату и поговорим.”

“Конечно. Группа обернулась.

Но в этот момент из лифта вышел и Лу Шаомин. Президент Ли увидел Лу Шаомина и сразу же обрадовался. Он быстро шагнул вперед и кивнул головой, вежливо поклонившись ему: "молодой господин Лу, это такое совпадение, что мы сегодня встретились здесь, вы здесь по делам?”

Лу Шаомин, засунув обе руки в карманы, невольно взглянул на Нин Цин и ответил: “Нет, я здесь, чтобы поесть.”

Нин Цин услышала его ответ и не смогла удержаться, чтобы не посмотреть на него. Он сказал, что пришел сюда “перекусить”; неужели президент Ли не понимает намерения, стоящего за его словами?

Когда он был настолько свободен, что мог приходить сюда, чтобы проводить время?

Или потому, что она присутствовала здесь?

Как и ожидалось, президент Ли от души рассмеялся и сказал: “Ну, это просто прекрасно! если молодой господин Лу не возражает, не окажете ли Вы нам честь отобедать с нами? Я зарезервировал для нас отдельную комнату, и здесь находятся президент "император Энтертейнмент Груп" Сюй и новый директор Мисс Нин. Давайте все лучше узнаем друг друга.”

“Конечно.- Лу Шаомин тут же согласился.

В этот момент Сюй Цзюньси засмеялся и сказал: "молодой господин Лу, это действительно такое совпадение сегодня, мы пришли в этот отель, и молодой господин Лу тоже пришел сюда. Теперь, когда мы здесь, чтобы пообедать с президентом ли, молодой мастер Лу также здесь, чтобы пообедать с нами.”

Лу Шаомин понял насмешливые слова Сюй Цзюньси. Может, он хотел сказать, что ведет себя как сталкер?

Лу Шаомин держал обе руки в карманах. Обе его ноги были длинными и прямыми. Он был одет в классическую белую рубашку в паре с черными брюками, и это придавало ему элегантный и уравновешенный вид. Его темные и зрелые глаза слегка взглянули на Сюй Цзюньси, и он медленно сказал: Если это не совпадение, то как первая любовь президента Сюя могла стать чьей-то другой женщиной?”

Once he let those words out his mouth, the atmosphere became tense once again.

Xu Junxi glared at Lu Shaoming, and Lu Shaoming boldly stared back at him.

Президент Ли пришел, чтобы успокоить атмосферу, и сказал: "Ха-ха, этого достаточно. Давайте не будем стоять здесь и продолжать болтать. Пойдем, войдем в отдельную комнату.”

….

Войдя в отдельную комнату, Лу Шаомин, естественно, был приглашен президентом ли сесть на главное место. Он прищурился и посмотрел на Нин Цин.

Выражение лица Нин Цин было нормальным, когда она сидела напротив Лу Шаомина. Она была довольно далеко от него, и Сюй Цзюньси и Сяо Чжоу сидели рядом с ней.

Взгляд Лу Шаомина был ледяным. Многочисленные годы элитного образования не могли остановить желание разорвать его на части. Она ведь не могла не знать, что он хочет, чтобы она сидела рядом с ним, верно?

Она все еще настаивала на том, чтобы сидеть вместе с этим раздражающим Сюй Цзюньси, которого он ненавидел.

Что именно она имела в виду? Когда она хотела его, она дразнила и играла с ним, а теперь, когда он был у нее в руках, ей было скучно, и она хотела как можно дальше от него удалиться?

Лу Шаомин с трудом сдерживал гнев.

Официант подал блюда, и Сюй Цзюньси сказал: "Президент ли, мы собрались здесь сегодня, потому что хотим поговорить об инвестициях Нин Цин в островные развлекательные СМИ. С популярностью и ценностью Нин Цин прямо сейчас, она выбрала вашу компанию среди длинного списка других развлекательных компаний, так как она искренне сотрудничает с вами. В то же время, это также судьбоносная возможность сделать это с широким островом.”

“Совершенно верно. Президент Ли немедленно кивнул и продолжил: "директор Нин находится на вершине индустрии развлечений. Если она инвестирует в Island Wide, цены на акции Island Wide определенно значительно вырастут. Я уже поручил своему секретарю подготовить проект контракта, и если директор Нин решит работать с "островом в целом", то условия, которые я дал, являются наилучшими условиями, которые я могу дать во всех аспектах.”

Президент Ли передал контракт Нин Цин.

Нин Цин взяла контракт в руки, и как раз в тот момент, когда она собиралась открыть контракт, в воздухе раздался глубокий голос со смутным счастьем в голосе. - Мисс Нин хочет вложить деньги в "широкий остров"? Это такое совпадение, что у меня тоже есть планы инвестировать в Island Wide.”

При этих словах все присутствующие на сцене застыли на месте.

Президент Ли недоверчиво посмотрел на Лу Шаомина. Если бы он захотел вложить деньги в "широкий остров", с богатством и властью этого человека, если бы он подумал об этом, он мог бы купить "широкий остров" простым предложением.

Нин Цин тоже озадаченно посмотрела на Лу Шаомина; она никогда не думала, что этот человек станет вкладывать деньги в "широкий остров".

Лу Шаомин приветствовал ее взгляд и холодно рассмеялся в душе. Хех, теперь она знала, как смотреть ему в глаза. Весь день она обращалась с ним как с привидением. Что он делает сейчас?

В этот момент Лу Шаомин небрежно сказал: "президент Ли, если бы я инвестировал в широкий остров, я бы подумал, что широкий остров не нуждается в другом инвесторе, верно?”

В его словах прозвучала угроза, и он попросил президента Ли полностью игнорировать Нин Цин.

- Это ... - президент Ли был ошеломлен. Он посмотрел на Лу Шаомина, а затем снова на Нин Цин. Что сейчас делают эти двое? Он оказался перед дилеммой – застрял между ними.

Нин Цин подняла руку, чтобы заправить прядь волос за ухо. Она приподняла брови и сказала Лу Шаомину: "молодой господин Лу, вы хотите инвестировать в "широкий остров", но вам также нужно стоять в очереди, верно?”

- Стоять в очереди? В корпоративном мире нет такого понятия, как чередование. Есть только сама способность. Мисс Нин хочет посоревноваться со мной, хорошо, тогда посмотрим, у кого больше денег. Тогда более богатая сторона сможет получить долю в компании Island Wide.”

Нин Цин замолчала. Она слегка приподняла брови, и ее глаза были холодными и спокойными, когда она посмотрела на Лу Шаомина.

Президент Ли быстро заговорил, чтобы смягчить атмосферу в комнате. - Молодой господин Лу, директор Нин, мы можем обсудить это мирно. Здесь все-друзья. Некоторое время назад молодой мастер Лу все еще выбирал директора Нин, чтобы одобрить капустный шлейф в рекламе. Директор Нин также похвалил молодого мастера Лу во время вручения премии "Золотая молния".…”

- Мисс Нин, те слова, которые вы сказали во время церемонии вручения наград, были ли вы искренни тогда?- Лу Шаомин прервал президента Ли. Он приветствовал спокойный взгляд Нин Цин и прямо задал ей этот вопрос.

Нин Цин знала значение его глаз. Он хотел, чтобы она поклонилась ему, и он хотел, чтобы она взяла на себя инициативу и извинилась перед ним. Он хотел, чтобы она пресмыкалась и говорила, что это правда, чтобы он не участвовал в делах, касающихся средств массовой информации острова.

Да, Нин Цин сказала “да” глубоко внутри. Она всегда была логичным человеком. В такие моменты, если она кивнет головой и скажет, что говорит правду, все будет хорошо.

Более того, мужчина напротив нее был тем, кого она любила. Она всегда считала, что женщины должны выглядеть прилично перед своими мужчинами. Они должны уметь опускать свой фасад и использовать свою мягкость, чтобы завоевать мужскую силу.

Но в этот момент, прямо сейчас, она больше не хотела быть нежной.

Слышал ли он, что она сказала во время церемонии вручения наград?

Это была самая искренняя и теплая любовь, которую она когда-либо дарила ему.

Он мог бы отказаться, но не было никакой необходимости угрожать ей этим на обеденном столе.

Только потому, что она любила его, он не мог поступать так, как ему хотелось.

Нин Цин скривила губы в завораживающей улыбке и сказала: “Молодой Мастер Лу, некоторые части того, что я сказала во время церемонии вручения наград, были искренними, но в основном это было просто для развлечения толпы.”

Лу Шаомин услышал ее слова, и его красивое лицо похолодело. Его большая рука, которую он положил под стол, сжалась в кулак.

В этот момент Сюй Цзюньси сказал: "Поскольку деловая сделка не может состояться, тогда забудьте об этом. Молодой господин Лу, председатель ли, давайте тогда наслаждаться едой” - сказал Сюй Цзюньси, осторожно вложив пару палочек в маленькие руки Нин Цин. Как будто рядом с ними никого не было, он мягко сказал: “Нин Цин, я думаю, что вам следует инвестировать в другие развлекательные компании. Разве мой император не хорош в развлечениях? Я могу защитить и помочь вам на протяжении всего процесса.”

Нин Цин опустила глаза и ничего не сказала. Сяо Чжоу положил хрустящее и ароматное печенье-бабочку в маленькую миску Нин Цин. Нин Цин еще не съела его, и одного лишь дуновения его запаха было достаточно, чтобы кислота в ее желудке начала подниматься вверх, вызывая рвоту.

Она быстро прикрыла рот своей маленькой рукой и проглотила кислоту.

“Нин Цин, что с тобой? Сяо Чжоу заметил, что она ведет себя ненормально, и в панике спросил: “у тебя нет аппетита? В прошлом вы бы взяли два кусочка этого печенья-бабочки. В прошлом тебе это очень нравилось. Почему тебе это не нравится сейчас? Кроме того, что вы выпили немного каши после возвращения в деревню прошлой ночью, вы больше ничего не ели, съели еще немного еды, я заметил, что вы стали довольно худым в последнее время.”

Лу Шаомин поднял глаза и посмотрел на нее. У нее был тональный крем на лице, и теперь даже тональный крем не мог скрыть бледность ее лица. Вероятно, она чувствовала себя очень неловко, и ее длинные ресницы, похожие на крылья бабочки, тихо опускались вниз, а на ресницах, казалось, было пятно от слез.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 208: Драка

Может, у нее слезы на глазах?

Она задохнулась, потому что ее только что вырвало?

Сюй Цзюньси передал салфетку Нин Цин. - Нин Цин. Разве здешние блюда не подходят для вашего вкуса? Может, нам переехать в другой отель?- Сюй Цзюньси нечаянно коснулся маленькой ручки Нин Цин. Он положил ее маленькую руку себе на ладонь и сказал: “Нин Цин, почему твоя рука такая холодная? Лу Шаомин посмотрел на Сюй Цзюньси, держащего Нин Цин за руку. Из его глаз почти вырывался огонь. Он нахмурил брови и изо всех сил постарался подавить чувства в своем сердце.

В то же время его сильное сердце ощутило волну боли. Бледное лицо девушки заставило его немного испугаться. Не слишком ли он перегнул палку? За столом она не обратила на него никакого внимания. На самом деле он был очень зол. Но, глядя на ее хрупкую фигурку, он не мог удержаться от желания побаловать ее в своих объятиях.

Неужели она похудела? Фигура у нее была подвижная. У него были изгибы азиатской леди. Ее маленькая 53-сантиметровая талия заставляла всех мужчин жаждать ее. Хотя ее фигура была худой, она все еще оставалась гибкой. Там, где она должна была быть стройной, она была стройной, и она все еще была полной в других областях. Она была премиальным продуктом в постели. Лу Шаомин сглотнул слюну. Он все время прокручивал в голове, как она выглядела той ночью.

Это чувство заставило Лу Шаомина почувствовать, как внутри него разгорается и горит пылающий огонь. Нин Цин быстро высвободила свою руку из ладони Сюй Цзюньси. Она покачала головой и сказала: “я в порядке, давайте поедим.- После этого Нин Цин ела очень мало. Сяо Чжоу зачерпнул для нее миску сладких ферментированных рисовых клецок. Она съела маленькую миску. На столе стояло блюдо с глазированными лимоном ребрышками, и ей понравился их вкус. Она съела несколько кусочков и съела миску риса.

Президент Ли почувствовал, что атмосфера за столом немного не та. Никто ничего не сказал, и атмосфера была неловкой и затхлой. Девушка ела спокойно. Он слышал, что она обычно была гладкой и ловкой, когда устанавливала социальные отношения. Может быть, она устала от общения сегодня. Она беспокоилась только о том, чтобы поесть. Ее бледная белая рука мягко держала палочки для еды, и она смотрела вниз, пока ела свой рис. Девушка выглядела милой и элегантной, и она заставляла сердца других смягчаться. Сюй Цзюньси и Сяо Чжоу заботились о ней.

Он не знал, о чем думал Будда рядом с ним. Он не видел, чтобы тот держал в руках палочки для еды. Точно так же он сидел там молча. Эта резкая и пронзительная атмосфера не позволяла президенту говорить. Президент Ли также понял, что ленивая Сьюзен на столе не двигалась вообще, и что блюдо с глазированными лимоном ребрышками всегда стояло перед Нин Цин.

…

После ужина Нин Цин первой покинула отдельную комнату. Лу Шаомин вышел вслед за ней и больше не мог видеть ее в поле своего зрения. Он сделал два круга и в конце концов увидел тень девушки в главном вестибюле. Она стояла на лестнице, а под лестницей стояла группа страстных поклонников. Все ждали, когда она даст автограф. Девушка взяла ручку, чтобы расписаться. Она была очень далеко. Лу Шаомин видел, как ее губы тепло улыбаются, и она была так предана каждому поклоннику. Лу Шаомин остановился как вкопанный и медленно остановился на том же месте, чтобы посмотреть на нее. Число поклонников, пришедших за автографом, росло. Болельщики собрались все вместе. Мальчик, который только что научился ходить, появился из ниоткуда. Он протиснулся в толпу.

- Ва...ва... - этот маленький мальчик был окружен группой чересчур рьяных поклонников. Наверное, его ударил какой-нибудь вентилятор, и он плакал от шока. Нин Цин подняла глаза и быстро спустилась по ступенькам. - Все, пожалуйста, расступитесь, там маленький мальчик. Все, будьте осторожны, чтобы не столкнуться с ним; это очень опасно.- Нин Цин протиснулась в толпу поклонников. Когда она сделала это, поклонники были еще более взволнованы, когда она наклонилась, чтобы взять маленького мальчика в свои объятия. Она не знала, кто на нее налетел. - А!- Она вскрикнула, когда почувствовала, что падает.

- Нин Цин!- Лу Шаомин увидел ситуацию и сразу же бросился наутек, чтобы броситься туда. Но там была тень, которая пронеслась быстрее, чем он. Сюй Цзюньси уже крепко держал Нин Цин в своих объятиях. Пришел телохранитель, чтобы разогнать толпу. Лу Шаомин видел, что рука Сюй Цзюньси всегда лежит на тонкой талии Нин Цин. Нин Цин обняла маленького мальчика и нежно утешала его. Там была молодая пара, которая побежала за этим маленьким мальчиком, и прежде чем они ушли, они горячо поблагодарили Нин Цин.

Нин Цин, похоже, очень любила детей. Ее нежный взгляд всегда был прикован к маленькому мальчику. Маленький мальчик послушно лег на плечо отца. Он глупо ухмыльнулся, глядя на Нин Цин. У него не было зубов, и он улыбался, махая рукой. - Старшая сестра, пока-пока.”

“До свидания. После того как мальчик исчез, Нин Цин отвела взгляд. Сюй Цзюньси тоже убрал руку с ее талии.

В этот момент Сяо Чжоу подбежал к Нин Цин и попрощался с Сюй Цзюньси. - Президент Сюй, я ухожу отсюда.”

“Может, мне тебя подбросить?”

“Не надо,я сегодня ездил сюда. Президент Сюй, спасибо вам за сегодняшний день. Спасибо. Выражение лица Нин Цин было ясным, и она вежливо увела Сяо Чжоу, чтобы уйти.

…

Сюй Цзюньси не хотел расставаться, когда увидел, что Нин Цин исчезла. Он обернулся и только тогда понял, что Лу Шаомин незаметно для него стоял у него за спиной. Нин Цин там не было. Взгляды обоих мужчин сразу же стали острыми и высокомерными. Сюй Цзюньси поднял брови и засмеялся, спрашивая: "А что, у молодого господина Лу есть что-нибудь, для чего я ему нужен?- Обе руки Лу Шаомина были в карманах. Выражение его лица было ясным, а глубокие проникновенные глаза темными и опасными, как бездна. Его тонкие губы слегка приоткрылись, и он произнес с некоторой циничной ноткой: “президент Сюй все еще любит ее?”

Сюй Цзюньси не ответил, но спросил его: “разве для молодого мастера Лу имеет значение, нравится она мне или нет? Лу Шаомин почувствовал, как его грудь вздохнула. Одна из его рук мгновенно выскользнула из карманов, и он ударил кулаком прямо в лицо Сюй Цзюньси.

“Ты все еще можешь думать о ней сейчас? Она моя. Она-женщина Лу Шаомина!”

Сюй Цзюньси не думал, что этот элегантный и стильный человек ударит его так внезапно. Как долго он держался за это, он использовал так много силы, когда ударил его только что? Сюй Цзюньси неожиданно получил удар по правой щеке. По краям его губ тянулся кровавый след, который он не стал вытирать. Он выругался, бросился вперед и нанес ответный удар Лу Шаомину.

- Твоя женщина? Ты так обращаешься со своей женщиной? Вы нисколько не смущаетесь, говоря это?- Лу Шаомина сильно ударили в левую щеку, двое из них были членами знатного общества, но они не беспокоились о своих соответствующих образах. Они начали драться в главном вестибюле отеля. Сюй Цзюньси был связан с Лу Шаомоном. - Лу Шаомин, я уже говорил себе, что если бы Нин Цин хорошо вела свою жизнь, я бы отпустил ее. Я бы только смотрел, как она ведет блаженную жизнь, и был бы доволен, но теперь, как вы относитесь к ней? Как давно ты ей нравишься? 2 или 3 месяца? Почему она так похудела? Она гналась за тобой, чтобы ты уехал в Финляндию. Когда она вернулась, то вела себя очень странно. Я знаю ее уже 20 лет. Несмотря на то, что она уже пережила спад в индустрии развлечений, она не закончила так, бледная и изможденная. Лу Шаомин, как ты можешь получить ее любовь сейчас?”

Лу Шаомин перевернулся, схватил Сюй Цзюньси за воротник и прижал к стене. Вдвоем они врезались в вазу с цветами по пути к стене. Грохот! Это был оглушительный звук, и персонал в главном вестибюле и прохожие собрались вокруг, чтобы посмотреть на себя. “Лу Шаомин, что плохого в том, что я прикасаюсь к ней? Если ты еще раз так ее расстроишь, я отниму ее у тебя. Я буду любить Того, Кого ты не любишь.”

- Ты смеешь?”

Они вдвоем оттолкнулись от стены и оказались на полу. Охрана отеля бросилась к ним, чтобы разнять. В их покрасневших глазах было убийство, и они все еще хотели продолжать сражаться.

- Цзюньси.- К нему подбежала нынешняя подружка Сюй Цзюньси. Она увидела, что Сюй Цзюньси избили с черным носом и красным лицом. Она ускорила шаги и достала из кармана белый носовой платок. Ее глаза были полны слез, когда она вытерла лицо Сюй Цзюньси, и она сказала: “Цзюньси, что с тобой случилось? Тебе больно?”

Чувства Лу Шаомина, вышедшие из-под контроля, медленно возвращались к нему. Он холодно посмотрел на Сюй Цзюньси, затем пробрался сквозь толпу и повернулся, чтобы уйти.

…

Выйдя из главных дверей отеля, он направился к "Бентли". Перед ним остановился роскошный внедорожник. - Шаоминг.- Сун Яцзин и Чжоу Чжилэй вышли из машины. Оба увидели, в каком состоянии находится Лу Шаомин, и тут же в шоке прикрыли рты руками. - Брат мин, что с тобой случилось?- Лу Шаомин не испытывал никаких эмоций и только один раз взглянул в их сторону. Он не произнес ни слова. Он открыл дверцу машины, завел мотор, нажал на акселератор, и "Бентли" улетел.

Машина ехала на большой скорости. Когда шины соприкасались с землей, создаваемое ими трение издавало пронзительные для слуха визгливые звуки. Сун Яцзин и Чжоу Чжилэй все еще никак не отреагировали, и их лица были полны пыли.

Они вдвоем: “…”

- Тетя, что случилось с братом Мингом? Он ... с кем-то подрался?- Чжоу Чжилэй не могла поверить своим глазам. Что за человек был Лу Шаомин? Он был кем-то, у кого была золотая ложка во рту в тот момент, когда он родился. Он был членом высшего общества. Он перевернул корпоративный сектор и вызывал всеобщее восхищение. С чего бы ему ввязываться в драку? Человек его социального положения никогда не затеет драку, как бы он ни был зол. Он обладал хорошим самоконтролем и мог контролировать свои действия. Он знал бы, что поднятие кулака было бы ребяческим поступком, который выбрали бы только подростки.

Сун Яцзин тоже был ошеломлен. Она сжала пальцы в кулак и сказала: “С тех пор как Шао мин влюбился в эту Нин Цин, он был словно заколдован дьяволом. Мне кажется, что я его больше не знаю. Посмотрите на него сейчас, он даже не поздоровался со мной! Он ввязался в драку! Он вообще похож на внука семьи Лу? Жилей, ты заключил сделку с Шао Мингом в Финляндии?”

Как только она заговорила об этом, Чжоу Чжилэй немедленно заскрежетала зубами от ненависти, но все еще сохраняла застенчивый и консервативный вид и сказала: “тетя, такого рода дела, я...я не могу этого сделать. Мне все еще нужно, чтобы Лу Шаомин взял на себя инициативу.” Она не настолько глупа, чтобы сказать Сун Яцзину, что взяла на себя инициативу и отдалась Лу Шаомину, но он даже не хотел ее. Она хотела, чтобы Сун Яцзин проложил для нее дорогу.

Сун Яцзин знала, что Чжоу Чжилэй был застенчив. Как могла дочь из богатой семьи иметь лицо, чтобы взять на себя инициативу в этих вопросах? - Чжи Лэй, сначала оставь эти вопросы. Мы не можем делать слишком большие шаги. Если мы это сделаем, Шаоминг начнет подозревать нас. Самое важное сейчас-это как вести себя с Нин Цин. Я вижу, что Нин Цин преуспевает в индустрии развлечений. Сейчас самое время…”

…

"Бентли" ехал по дороге, Лу Шаомин смотрел на тротуары и нигде не видел фигуры Нин Цин. Только сейчас он увидел Сяо Чжоу и лимузин. Нин Цин не села в машину, она уехала одна. Проехав некоторое расстояние, на правой стороне дороги появилась миниатюрная фигурка, Нин Цин шла одна по дороге. Лу Шаомин сбавил скорость и включил поворотник, чтобы подать сигнал направо. Девушка шла очень медленно, и пока она шла, она смотрела на пейзаж у обочины дороги. Он держался на расстоянии 6 или 7 метров от нее, чтобы следовать за ней сзади, используя стекло, чтобы дистанцироваться от нее.

В уголке его губ все еще была кровь. Он вытер ее рукавом белой рубашки и украдкой взглянул в зеркало. Прическа, которую он с таким трудом собрал сегодня утром, теперь была в беспорядке и, вероятно, не могла соответствовать стандартам “красивого” в ее сердце.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 209: Относитесь Ко Мне Лучше; Я Буду Поддерживать Вас

Сейчас он был слишком взбешен, настолько взбешен, что его мозг едва работал. Что Сюй Цзюньси, с его способностями, он действительно мог использовать один кулак, чтобы заставить его закончить на полу, но на самом деле он был настолько слаб, что оба они закончили дракой друг с другом.

Лу Шаомин, ты действительно слишком слаб.

Лу Шаомин посмотрел на крошечную фигурку девушки. Он все еще был немного зол, но его сердце уже было мягким, как вода. Он вспомнил сцену, когда она спокойно ела миску риса. Он смотрел, как она идет одна по дороге, и сердце его разрывалось от боли.

Он действительно жалел ее.

Неужели она не может просто взять инициативу в свои руки и сделать шаг ему навстречу? Если она сделает один шаг вперед, он сделает остальные 99.

Нин Цин, Нин Цин…

Лу Шаомин повторял ее имя в своем сердце много раз. Он думал о той ночи. Его физическое тело было счастливо, и, глядя на то, как она холодно относится к нему сейчас, его сердце разрывалось от боли. Сегодня каждая минута-это пытка.

Что ему с ней делать?

…

Сюй Цзюньси ехал со своей девушкой по главной улице. Он также увидел Нин Цин, включая "Бентли" позади Нин Цин.

Сюй Цзюньси остановил машину на обочине и мягко сказал:”

- Что?- Его подружка была озадачена.

Сюй Цзюньси наклонился вперед. Своими длинными руками он открыл дверцу переднего пассажирского сиденья и сказал: “мне очень жаль, мое сегодняшнее состояние не слишком хорошее, я думаю...я все еще люблю человека в своем сердце. Мне нужно пересмотреть наши отношения.”

Девушка подняла глаза, чтобы посмотреть на Нин Цин, которая была далеко, и сказала мягко и испуганно: “это из-за нее? Я слышал о том, что произошло между вами обоими в прошлом. Несмотря ни на что, Цзюньси, я буду ждать тебя.”

Девушка вышла из машины.

Сюй Цзюньси сейчас был в полной растерянности. Он не смотрел на свою подругу, но нажал на акселератор, проехал перед "Бентли" и остановил машину рядом с Нин Цин.

…

Лу Шаомин узнал машину Сюй Цзюньси, и его лицо стало зловещим. Он нажал на тормоз, глядя прямо перед собой обоими глазами.

- Нин Цин.- Сюй Цзюньси опустил стекло и окликнул ее.

Услышав, что кто-то зовет ее, Нин Цин отвела взгляд в сторону. Она не остановилась на месте, но скривила губы в чистой улыбке и сказала: “президент Сюй, это такое совпадение. Мы снова встретились.”

Сюй Цзюньси продолжал медленно ехать и сказал: “Нин Цин, это не совпадение. Я увидел тебя здесь и поехал сюда. Нин Цин, Лу Шаомин потерял память. Его мать не любит вас, и вы, продолжая быть вместе с ним, будете очень утомительны для вас. Сколько еще молодости нужно потратить на человека, потерявшего память? Если он вообще не восстановит свои воспоминания, что ты будешь делать?”

Теплый весенний ветерок развевал волосы Нин Цин. Улыбка медленно появилась на ее маленьком, нежном лице, и она посмотрела на Сюй Цзюньси и тихо ответила: “я никогда не думала о том, что буду делать, если он не восстановит свои воспоминания. Если я ему больше не нужна, что мне делать? Именно об этом я и думал.”

Сюй Цзюньси замер.

- Президент Сюй, возвращайтесь, - продолжала Нин Цин. Не ходи за мной. Я не нуждаюсь в твоей заботе. Эти слова, Я надеюсь, что это последний раз, когда я их слышу, если нет, мы больше не можем оставаться друзьями.”

После этого Лу Шаомин увидел, как Нин Цин повернула за поворот. Это была пешеходная улица. Он не мог вести туда машину, и ее фигура быстро исчезала из поля его зрения.

Lu Shaoming’s sinister eyebrows slowly dissipated, and he slowly curled up his lips into a smile.

Он просто знал, что у нее не будет неопределенных отношений с Сюй Цзюньси.

В ее сердце жил один человек. Он знал, что она не может дать ему свой первый раз. Все было в порядке. Он позволил ей оставить кусочек чистого листа, чтобы отдать его человеку, который ушел. Было бы хорошо, если бы она сопровождала его в будущем.

Лу Шаомин повернул руль, и "Бентли" умчался прочь.

Сюй Цзюньси тяжело опустился на водительское сиденье. Слова Нин Цин были ясными и четкими. Она была очень прямолинейна. Они никогда не будут вместе.

В этот момент раздался стук в окно его машины. Его подруга стояла на улице, и на ее лице была нежная улыбка, когда она сказала: "Цзюньси, на этот раз ты действительно должен отпустить меня. Есть только два человека, которые любят друг друга. Независимо от обстоятельств, она не в состоянии выдержать комментарий третьей стороны, и вы никогда не войдете в ее сердце.”

…

На следующий день Нин Цин получила второе одобрение, которое требовало, чтобы она сделала рекламу. Это был самый известный корейский сайт онлайн-продаж, который был доступен в Китае. Мало того, что Нин Цин поддерживала их и имела акции в их компании, это также считалось одобрением ее собственного бренда.

Женщина, управляющая модным брендом. Это был самый популярный бренд на рынке прямо сейчас.

Нин Цин сменила много нарядов и сделала много разных снимков. Одна из них была в белой мерцающей юбке с русалочьим хвостом. Она собрала волосы в высокий пучок и встала в позу.

В этот момент в поле ее зрения появилась знакомая фигура. Лу Шаомин привел с собой Чжу жуя, и оба они прибыли на место происшествия.

Мужчина был одет в светло-зеленую рубашку и серые деловые брюки. У мужчины были слишком длинные ноги, и из-за него его деловые брюки выглядели как Бермуды. На ногах у него были черные хлопчатобумажные носки и черные остроносые кожаные туфли. В целом он выглядел изысканно и безупречно.

Это был первый раз, когда Нин Цин увидела человека, одетого в теплый цвет, похожий на светло-зеленый. Из-за этого ему не хватало суровой холодности, которая была у него обычно. Он выглядел красивым и свежим.

Он разговаривал с менеджером сайта, и два пальца на его правой руке были элегантно соединены вместе, чтобы держать документ, оставляя ее видеть половину его красивых и красивых черт.

Чжу жуй тихо беседовал с ним. Только тогда он поднял глаза и посмотрел в ее сторону.

Нин Цин взглянула на него один раз, и на ее лице не было никакого выражения. В этот момент фотограф крикнул: "начинайте снимать сейчас же.- Она откинулась на розовую стену позади себя и стояла там привлекательно, демонстрируя свою фигуру.

Она держала перед собой веер, и ветер беспорядочно развевал пряди волос у ее щек. Одной рукой она приподнимала юбку, а другой чувственно зачесывала назад челку. Ее губы изогнулись вверх, и она выпустила изящную и ленивую улыбку.

- Молодой Господин Лу ... Менеджер сайта заметил, что Лу Шаомин не слушает его слов, а вместо этого направляет свой взгляд на девушку рядом с ним, поэтому он позвал его, но одного раза было недостаточно. Мужчина ошеломленно смотрел на девушку, и его глубокие глаза чем-то напоминали...влюбленность пары во время медового месяца?

"Молодой мастер Лу, Молодой Мастер Лу..." - много раз повторял управляющий сайтом.

Лу Шаомин пришел в себя и спокойно ответил без малейшего намека на неловкость: “да?”

“О, молодой господин Лу, пожалуйста, идите сюда. Я приведу вас, чтобы вы осмотрели универмаг, - вежливо сказал менеджер сайта.

“Конечно.- Лу Шаомин ушел с управляющим сайтом.

Уходя, он услышал, как фотограф сказал: “О'кей”, а затем Нин Цин сказала: “директор Нин, мы отлично закончили нашу сегодняшнюю работу. Какие еще женщины-артистки нуждаются в половине дня, чтобы закончить свою съемку? Директору Нин потребовался всего один час; вы определенно оправдываете свою репутацию.”

- Это не тот случай. От меня одного никакого толку. Мне все еще нужно поблагодарить всю вашу фотографическую команду за то, что вы так профессиональны. Давайте собираться, обед будет за мой счет.”

Сделав несколько шагов, менеджер сайта все еще о чем-то говорил. Лу Шаомин не слушал ни единого слова. Вместо этого он посмотрел на Чжу жуя и сказал: “я вспомнил, что Нин Цин подарила мне фотокнигу раньше?”

“Совершенно верно, президент. Он находится в вашем офисе.”

“Окей. Лу Шаомин кивнул головой и поднял глаза на управляющего стройкой. “Ты, кажется,очень бойко выражаешься. Вы говорите без умолку, хотите, чтобы я перевел вас в отдел продаж?”

Менеджер сайта: "... " он был втянут в беспорядок.

Его понизили с менеджера до менеджера по продажам?

Это было полное понижение рейтинга. Что именно он сделал, чтобы этот президент не был счастлив?

Лу Шаомин слегка поджал тонкие губы и, подняв каблуки, вышел.

Чжу жуй бросил жалостливый взгляд на управляющего сайтом. Его президент сказал, что наблюдает за универмагом. Дело было совсем не в этом, а в том, что все его сердце было сосредоточено на самой девушке.

…

Нин Цин переоделась в новую одежду и сняла макияж. Она села на стул и долго не вставала. Сяо Чжоу заметил, что ее лицо немного побледнело, и она поспешила к нему и спросила: “Нин Цин, что с тобой?”

Нин Цин прикрыла живот своей маленькой рукой и сказала: “мне кажется, я слишком долго стояла перед веером. В животе становится тяжело и неуютно.”

Сяо Чжоу накинула пальто на плечи и сказала: “Нин Цин, почему на этот раз у тебя такие сильные судороги?”

Нин Цин прикусила губу и ничего не ответила. - Я должна пойти в туалет, а ты пойдешь с остальными, чтобы поесть. Я приду через некоторое время.”

…

Нин Цин вышла в коридор, и в этот момент там появился знакомый человек – Лу Шаомин.

Они подошли друг к другу, и Нин Цин мягко скривила губы, чтобы сказать: “молодой господин Лу.”

Видя, что она готова взять на себя инициативу и поговорить с ним, суровое лицо Лу Шаомина мгновенно стало мягким, и как раз в тот момент, когда он хотел заговорить, девушка открыла дверь женского туалета и вошла внутрь.

Лу Шаомин: "... " она что, дурачила его?

Лу Шаомин встал на прежнее место и огляделся. Вокруг никого не было, и он услышал какие-то звуки, доносившиеся из туалета. Поскольку вокруг никого не было, он повернулся и тоже вошел в женскую уборную.

Кача! Он запер дверь изнутри.

Нин Цин встала у раковины, чтобы вымыть руки. Мужчина подошел к ней сзади и встал рядом. Обе его руки были засунуты в карманы. Он действительно был очень близко к ней, и ткань их одежды касалась друг друга.

Эти двое не имели никакого контакта в течение 3 или 4 дней. Взгляд Лу Шаомина с тоской блуждал по ее маленькому личику. Ее лицо было очень бледным. Он был еще бледнее, чем в прошлый раз, когда она выходила из отеля в Финляндии. Лампа перед раковиной освещала ее бледное и гибкое лицо. Оно было белым, как белок глаза. Он видел каждую крошечную жилку на ее лице, и на нем не было ни следа крови.

От ее тела исходил благоухающий аромат. Возможно, это было из-за молока для лица, которым она пользовалась, или из-за запаха ее волос, которые она распустила. Тем не менее, на ней был аромат, и это был чистый и сладкий запах, который принадлежал девушке.

“Ты плохо себя чувствуешь?- Он взял на себя инициативу спросить ее, как она поживает, и в его глубоком и сексуальном голосе послышались нотки хрипоты. “Ты все еще работаешь, когда плохо себя чувствуешь?”

Нин Цин слегка улыбнулась и сказала: “Разве молодой господин Лу не хотел побороться за долю в компании Island Wide Media Entertainment? Вы хотите конкурировать с помощью денег, поэтому, если я не приложу много усилий, чтобы заработать деньги, то я буду разорен.”

Лу Шаомин слегка поджал тонкие губы и сказал: “Ты же знаешь, что я не это имел в виду.”

Ning Qing, who was washing her hands at that time, froze and did not give a reply.

Лу Шаомин закрыл кран рукой. Он медленно наклонился и одной рукой обхватил тонкую талию Нин Цин, прижимая ее к раковине. Он провел другой большой рукой по ее маленькому лицу и сказал “ " Нин Цин, относись ко мне ... немного лучше; я буду поддерживать тебя…”

Он не договорил и убрал руку с ее лица. Она отступила на несколько шагов назад.

Ее огромный отказ заставил выражение лица Лу Шаомина полностью потемнеть, и он сказал: “Нин Цин!”

Нин Цин одной маленькой рукой положила его себе на грудь. Она хотела подавить рвотный позыв, и ее брови были плотно сдвинуты, когда она сказала: “У тебя есть аромат на твоем теле. К какой женщине ты прикасался?”

Глаза Лу Шаомина сверкнули, а уши покраснели.

Он не прикасался ни к одной женщине! Это не был запах женского аромата, but...it это был мужской запах.

По утрам он пользовался одеколоном.

Разве не все женщины любят, когда мужчины пользуются одеколоном? Он использовал некоторые из них, желая, чтобы ей это понравилось, но он не ожидал, что ей это не понравится. Судя по выражению ее лица, она даже презирала его!

Но он никогда не объяснит этого, даже если она его побьет. Он не мог произнести это собственными губами.

Девушка насторожилась и отстранилась от него, словно он был разновидностью вируса, Лу Шаомин почувствовал себя неловко, и в то же время он почувствовал легкий гнев. - Нин Цин, раз ты так меня ненавидишь, я сейчас уйду. После того, как я уйду, даже не думай встретиться со мной снова.”

Лу Шаомин поднял ноги и вышел.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 210: Молодой Мастер Лу, Это Было Трудно

Сделав два шага, он почувствовал, как маленькая бледная рука потянула его за рукав. Лу Шаомин остановился как вкопанный. Он знал, что она не вынесет, если оставит его в таком состоянии. Обе его руки были в карманах, он гордо поднял свой четко очерченный острый подбородок и сказал: “Нин Цин, позволь мне предупредить тебя. Если ты еще раз посмеешь так поступить со мной, у меня больше не будет такого хорошего настроения. На этот раз я позволю ему уйти. Я прощу тебя временно, ты…”

Он искоса взглянул на нее. От этого взгляда он замер. Она смотрела на него со слезами на глазах. Она плакала. Лу Шаомин немедленно запаниковал. Он вынул руки из карманов и хотел вытереть ей слезы, но когда подумал, что она презирает запах его духов, то не смог удержаться. Он не понимал, почему ведет себя так безумно. Почему он одеколоном пользуется? Он никогда не использовал ничего подобного.

В этот момент Нин Цин беспомощно вздрогнула и застучала зубами. Она тихо заплакала и сказала: "Лу Шаомин, ты можешь не запугивать меня так? Я не сделал ничего плохого. Я так устала в последнее время. Мои эмоции переполняют меня, и я очень хочу отдохнуть. Вы можете разрешить мне двухдневный отпуск? Я не хочу гоняться за тобой эти два дня... ты не был таким, как в прошлый раз. Ты был так добр ко мне...Лу Шаомин, куда делось твое прошлое? .. ”

Лу Шаомин замер. Он посмотрел на маленькое личико девушки, и она растерялась. Он взял ладонью нежное лицо девушки и поднес ее к глазам. - Он холодно рассмеялся. “Нин Цин, ты больше не хочешь бегать за мной? Неужели так утомительно быть вместе со мной? Хех, если ты не хочешь гоняться за мной, то не делай этого. Вам нужно мое одобрение на это? Я хорошо живу одна, это ты пришел меня провоцировать, так что не понижай тона и не говори со мной так. Ты выставляешь меня грешницей.

“Теперь вы можете уточнить. Какое прошлое и будущее? За кого вы меня принимаете? Нин Цин, наконец-то ты произнесла эти слова в своем сердце. Вы ищете тень на мне, и вы рассматриваете меня как замену!- Он напрягал все свои силы, и это было тяжело. Он очень сильно ущипнул ее за щеки,и Нин Цин протянула свою маленькую руку, чтобы ударить его большую руку. Она нахмурилась и сказала: Отпустите руки! Это больно…”

“ПФ, Нин Цин, что ты знаешь о боли? Зачем ты притворяешься передо мной? Тебе действительно больно или нет? То время в Финляндии было на самом деле не в первый раз! Ты так долго кричала от боли. Скажите мне. Со сколькими мужчинами ты спала,с кем была первой? Нин Цин услышала его слова и остановилась. Она смотрела на него своими огромными глазами и не могла поверить его словам. “Ты...что ты сказал?”

Лу Шаомин скривил губы в циничной усмешке. Выражение его лица было холодным. Его острый, глубокий взгляд изучал ее тело, а брови выдавали беспечность зрелого мужчины. “Я должен повторить то, что сказал? Разве я плохо послужил тебе в ту ночь, так что теперь ты не хочешь гоняться за мной? Неужели вы думаете, что мне не хватает моих техник? Как мужчина в твоем сердце хотел тебя? Сказать это. Я могу научиться... " па! Нин Цин крепко шлепнула его. Лу Шаомину дали пощечину. Его большая рука была сжата в кулак. Он дважды выдохнул через нос и болезненно нахмурился

Он не хотел произносить эти неприятные слова, но слова сами слетали с его губ, и все обернулось именно так. На самом деле он знал, что сходит с ума от ревности. Тот мужчина, который занял такое важное место в ее сердце, тот мужчина, который отнял у нее первый раз. Он сходил с ума от зависти.

В этом году ей исполнился всего 21 год. Когда она впервые выдала себя? Тот человек, который отнял его у ее юного тела, был ли он джентльменом по внешности, но чудовищем по поведению? В ту ночь в Финляндии она проявила инициативу и была так страстна. Неужели этому ее научил этот человек? На самом деле все это было неважно. Самое главное, что она сказала, что больше не хочет за ним гоняться. Хех. Тогда это было хорошо. Теперь он даже не мог претендовать на замену.

В ванной было очень тихо. Лу Шаомин медленно обернулся. Он посмотрел на бледное лицо девушки и сказал сквозь стиснутые зубы:” хорошо, я буду считать эту пощечину расплатой за ту ночь. У нас не было начала, поэтому мы не можем говорить о конце. Что же касается того, чтобы связать концы с концами, то в ту ночь я не использовал никакой защиты, поэтому я прошу Мисс Нин пойти за лекарствами сама.”

Пока он произносил эти слова, Лу Шаомин элегантно расправил рубашку и сказал: “Госпожа Нин, мы встретимся, если так будет суждено.- Он поднял ноги и вышел.

Она услышала, как шаги мужчины медленно исчезли вдали. Нин Цин упала всем телом на пол, и ее внутренности чувствовали себя неуютно, как бурный океан. Она легла рядом с раковиной, чтобы ее вырвало. Утром она ничего не ела, и теперь ее рвало кислотой. Нин Цин сидела в углу у стены. Она медленно согнула ноги и уткнулась в колени. “Обхаживать.- Она позволила себе громко заплакать. “Лу Шаомин, когда ты вернешься?”

…

Лу Шаомин вышел из дверей универмага. Он сел в "Бентли", резко нажал на акселератор и улетел. Его красивое лицо, похожее на скульптуру, было напряженным и неестественным. Его глубокие глаза смотрели так, словно могли выпустить два огненных потока, и даже зеленые вены на лбу подергивались. Как эта женщина могла быть так жестока к нему? Вернувшись из Финляндии, он все меньше и меньше походил на самого себя. Он ввязался в драку из-за нее. Он хорошо одевался для нее и из-за нее вел такую беспорядочную жизнь.

На самом деле он жил очень хорошо до этого; почему она должна была прийти и перевернуть весь его мир вверх дном? Ничего страшного, если он перевернут вверх ногами. Она не хотела его сейчас. Как она могла быть такой безответственной? Ночь в Финляндии была для нее не в первый раз, но это было для него. Он происходил из хорошей семьи. Он получил хорошее образование. За последние 31 год он никогда не был непостоянен в любви. Его сердце было элегантным и высокомерным. У него не было много желаний, но он также думал, что в этой жизни его желание будет отдано либо женщине, которая ему нравится, либо его будущей жене.

В ту ночь чувства были настолько сильны, что это было невозможно, но в тот момент он не думал об этом. Он думал только о том, чтобы отдать все самой глубокой ее части. Но сегодня она сказала ему, что больше не хочет за ним гоняться.

Чего она от него хочет? Хотела ли она, чтобы он побежал за ней? Это было невозможно!

Лу Шаомин достал телефон и без колебаний выключил его. Он больше не позволит ей связаться с ним. Он вернется в офис. Он хотел уехать в Америку и не хотел возвращаться. Она еще пожалеет об этом. Она определенно придет искать его. Лу Шаомин подумал примерно так и нажал на акселератор. Кости на его руке были четко очерчены. Он нажал на поворотник и повернул, его плавные движения создавали атмосферу холодности и строгости.

…

Добравшись до Гуан Цин, он вошел в кабинет и обратился к Чжу жую. - Помоги мне уладить все оставшиеся дела в стране. Я вернусь в Америку во второй половине дня. Чжу жуй на мгновение растерялся и сказал: "Президент, это решение немного поспешно…”

“А что, вы не можете уладить это дело? Лу Шаомин взглянул на Чжу жуя острым, как у орла, взглядом и почувствовал, как у него мгновенно онемел скальп. Он немедленно кивнул головой и сказал: “Президент, я закончу все это сейчас.- Он поднял ноги и вышел из главных дверей кабинета. Но в этот момент Лу Шаомин остановил его. “Вернуться обратно.”

Чжу жуй обернулся и сказал: "Президент, у вас есть еще какие-нибудь приказы? Лу Шаомин сунул руку в карман и сказал, полузакрыв глаза: “выключите мой личный телефон, скажите всем, кто придет меня искать, что я недоступен. И ты тоже.- Лу Шаомин протянул руку и указал на Чжу жуя. “Вы не имеете права разглашать информацию о моем возвращении в Америку.”

Чжу жуй, " ... " пытался ли его президент инсценировать исчезновение?

Президент был человеком, контролирующим бизнес, имперскую корпорацию, и он никому не позволял связываться или искать его? Не будет ли это слишком упрямо с его стороны? Он был рядом с Президентом много лет и никогда не видел, чтобы тот вел себя так, теряя спокойствие и рассудительность. Кто же так спровоцировал президента? Кроме того, почему он указал только на него? У него не было никаких планов разглашать информацию.

…

Лу Шаомин первым делом отправился в комнату отдыха, чтобы принять душ. Он смыл с себя запах одеколона, обернул полотенце вокруг талии и вышел. Он встал перед раковиной и выбросил в мусорное ведро гель для волос и духи, лежавшие на столе. Он открыл шкаф, взял новую теплую рубашку, которую купил вчера, и бросил ее на кровать. Он планировал попросить кого-нибудь избавиться от него позже.

Войдя в кабинет, он надел белую рубашку и черные брюки и сел на стул. Он схватил документ и приготовился к работе. В этот момент он понял, что рядом с ним лежит фотокнига. Перед ним появилось маленькое личико, которое он меньше всего хотел видеть. Вероятно, потому, что днем он упомянул о фотокниге в разговоре с Чжу жуем. Должно быть, Чжу жуй поместил фотокнигу сюда. На самом деле он хотел взглянуть на нее после того, как вернется днем, но сейчас он даже думать о ней не хотел. Ну и что с того, что она выглядела красивой? Лу Шаомин хотел выбросить фотокнигу в мусорное ведро. Но он замер в воздухе. Передняя крышка фотокниги была сделана из стекла. Девушка в коротком розовом платье без бретелек стояла в травяном поле. Ее волосы рассыпались по плечам. Она прикрыла рукой один глаз и улыбалась, глядя в небо. На ее нежном лице появилась теплая маленькая ямочка. Яркое солнце отражало 5 или 6 цветов света на ее теле; она была так завораживающе красива.

Лу Шаомин медленно положил фотокнигу обратно на стол. Его длинный палец медленно ласкал глаза девушки. На сердце у него вдруг стало кисло. Он не знал, что это было за чувство. Лу Шаомин достал телефон и нажал клавишу, чтобы включить его. Он посмотрел на свои наручные часы. Прошло два часа, а она так и не вышла на связь? Казалось, что нет.

Он не сдавался, он нажал на журнал для своих звонков и текстовых сообщений. Он искал одного за другим. Нет, она действительно не связывалась с ним. Сердце Лу Шаомина внезапно сжалось от раздражения. Он открыл свои сообщения и начал медленно набирать текстовое сообщение – Нин Цин, я вернусь в Америку позже. Сейчас я еду в аэропорт. Если ты все еще хочешь меня, то поторопись. Я буду ждать тебя ...

После того, как он напечатал сообщение, Лу Шаомин внезапно задумался, какую чушь он набирает. Так вот что он написал? Лу Шаомин быстро все удалил.

Он поднял трубку телефона и набрал номер прямой линии, желая связаться с Чжу жуем. Звонок, звонок, звонок... но линия была мертва, и только тогда он вспомнил, что выключил телефон. Несколько секунд он молчал. Лу Шаомин взял телефон, чтобы позвонить кому-то. - Здравствуйте, секретарь Чжу, зайдите на минутку.”

Через две минуты раздался стук в дверь. Звук повис в воздухе. “Войдите, - сказал Лу Шаомин, вынимая документ, чтобы закрыть фотокнигу.

- Президент, вы звали меня?"Лу Шаомин использовал свою правую руку, чтобы держать ручку, чтобы отредактировать документ. - Да, - тихо сказал он. Он небрежно спросил: "кто-нибудь искал меня только что?”

“В ответ президенту, секретарь Лю из отдела планирования и президент Ши из Da Yu Construction, также....- Чжу жуй профессионально выпалил список.

- Этого достаточно.- Лу Шаомин прервал Чжу жуя с расстроенным выражением лица. Он слегка кашлянул и посмотрел на карман Чжу жуя. “У вашего телефона не хватает денег? Почему я не могу дозвониться до твоего телефона прямо сейчас?”

“Как такое возможно? Он не испытывает недостатка в средствах. Чжу жуй достал из кармана телефон и заглянул в журнал вызовов. - Президент, вы мне только что не звонили.”

Лу Шаомин с силой швырнул ручку на стол, плотно сжал губы и ничего не сказал.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 211: Счастливого Пути! Не Торопитесь, Я Не Собираюсь Вас Отсылать

Чжу жуй: "... черт возьми, он так оскорбил президента.

Президент сказал, что он звонил ему, но у него не было никаких записей о звонке в его телефоне, и то, что он сказал положительно, было всеми фактами. У него не было никакого злого умысла,но президент, казалось... он изменился от разочарования к гневу.

Может ли быть ... что президент лжет?

О боже, Чжу жуй даже не смел в это поверить.

- Ха-ха. Чжу жуй неловко рассмеялся и ударился головой, говоря: “Президент, я думаю, что понял, что произошло. Вы, должно быть, звонили мне по телефону, но здесь плохой прием, так что я не отвечал на звонок.”

Только тогда выражение лица Лу Шаомина смягчилось. - Госсекретарь Чжу, хотя я и просил вас никому не сообщать о моем возвращении в Америку, но если другие будут искать меня в большой спешке, вы можете сообщить им об этом.”

Чжу жуй тут же замахал руками и искренне сказал: “президент, не волнуйтесь. Если вы не хотите, чтобы вас беспокоили, то я определенно буду держать рот на замке. Хаха.”

После своей незначительной ошибки, которую он только что совершил, он больше не совершит другой ошибки, но как только он закончил свои слова, острый взгляд Лу Шаомина был направлен на него.

Чжу жуй, ” ... " его снова обвинили по какой-то случайной причине, и он был действительно ранен.

Лу Шаомин был вне себя от ярости. Этот секретарь Чжу выглядел умным, как обычно; почему же он сегодня был таким медлительным?

Обычно он сообщал о своем местонахождении Нин Цин. Неужели он действительно думает, что Лу Шаомин не знает об этом? Нужно ли ему сейчас, чтобы Лу Шаомин научил его этому?

“Тогда ладно. У меня больше ничего нет. За работу, - приказал Лу Шаомин.

В этот момент до Чжу жуя дошло только одно сообщение. Когда президент вошел в кабинет, он сказал ему, чтобы он не разглашал никакой информации другим, но на самом деле он имел в виду мадам.

Теперь, когда он действительно ничего не сказал Мадам, президент забеспокоился?

Чжу жуй рассмеялся про себя. Может быть, президент действительно поссорился с мадам, и у него началась истерика?

Президент хотел, чтобы мадам знала, что он вернется в Америку, и он ждал, что она будет преследовать его?

Пфф, президент закатил истерику, это было сродни поведению молодой девушки. Сейчас он был слишком очарователен.

Чжу жуй постучал по своему телефону, чтобы сменить контактное имя "мадам “на” Нин Цин“, вежливо положил телефон рядом с руками Лу Шаомина и сказал:" Президент, мой телефон, кажется, неисправен, если у президента есть немного времени, не могли бы вы помочь мне починить его?”

Лу Шаомин посмотрел на телефон, и его губы медленно изогнулись в улыбке, но он быстро стер ее с лица и строго сказал: Секретарь Чжу, вы работаете под моим началом уже много лет. Я только что вспомнил, что тебе пора получить прибавку к жалованью. Иди выбери новый телефон, я оплачу счет.”

Глаза Чжу жуя загорелись. Спасибо Вам, Уважаемый Президент!

…

Сяо Чжоу долго ждал Нин Цин в Большом зале универмага, но Нин Цин так и не появилась. Когда она хотела подняться наверх, чтобы найти Нин Цин, она услышала: “Сяо Чжоу.- Подбежал инь Шуйлин.

- Мисс Инь.”

- Да, Мисс Чжоу. Почему я не мог дозвониться до телефона Нин Цин в последние дни? Что с ней не так?”

- О, Нин Цин уехала в Европу несколько дней назад; она потеряла там свой телефон."Объяснив это, Сяо Чжоу мягко сказал Инь Шуйлин:" госпожа Инь, я заметил, что Нин Цин была в плохом настроении в течение этих двух дней. Похоже, она в самом разгаре холодной войны с молодым мастером Лу.”

- Холодная война?- Инь Шуйлин подняла брови. Она прищурила свои прекрасные глаза и сказала: “Мы знаем о ее затруднительном положении прямо сейчас. 2 месяца прошли в 3-месячном процессе. Время быстро уходит. Как же она перенесет потерю секунды прямо сейчас? Что происходит прямо сейчас? Расскажите мне все, что вы знаете о том, что произошло в деталях прямо сейчас.”

“Окей.- Сяо Чжоу привел Инь Шуйлинь наверх, чтобы поискать Нин Цин. Когда они оба поднялись наверх, она рассказала Инь Шуйлин все, что произошло за последние несколько дней.

Они вдвоем стояли в дверях туалета. Сяо Чжоу протянула руку, чтобы открыть дверь, но та была заперта изнутри.

Сяо Чжоу был ошеломлен. Она тут же постучала в дверь и в панике спросила: “Нин Цин, ты сейчас внутри? Что с тобой случилось? Не пугай нас. Выходи скорее. Нин Цин, отнесись к этому так, как я умоляю тебя сделать это прямо сейчас.…”

- Сяо Чжоу, отойди в сторону. Почему ты так нежен с ней?"Инь Шуйлин оттолкнула Сяо Чжоу и использовала свою силу, чтобы ударить в дверь и громко крикнуть “" Нин Цин, я даю тебе 3 секунды, если ты не откроешь дверь, я вышибу ее пинком. Не вини меня, если завтра ты попадешь в заголовки развлекательных газет. Один-два…”

Она еще не произнесла слово "три". Дверь туалета открылась, и перед ними появилась Нин Цин.

Сяо Чжоу немедленно восхитился Инь Шуйлинем. Она нашла решение проблемы.

Но улыбка на лице Сяо Чжоу тут же исчезла. Миниатюрная фигурка перед ней мягко рухнула на пол.

“Да, Нин Цин!- Инь Шуйлин быстро схватила Нин Цин за тонкую талию. “Почему ты падаешь в обморок? Твое тело кажется таким холодным. Вы только что вышли из холодильника?” Вздыхать. - Посмотри, во что ты превращаешься, стоит ли все это ради мужчины?”

Сяо Чжоу немедленно пошла вперед, чтобы помочь поддержать Нин Цин, и она сказала: “Мисс Инь, перестаньте критиковать Нин Цин. Нин Цин, что именно с тобой не так?”

Маленькое личико Нин Цин было бледным. Она открыла глаза, чтобы посмотреть на маленькое привлекательное личико Инь Шуйлин, и протянула руку, чтобы коснуться своего лба. Весь ее лоб покрылся холодным потом, и она слабо произнесла: Может быть, я слишком долго просидел на полу. Когда я услышал, что вы собираетесь выбить дверь, я поспешно встал и почувствовал, что теряю сознание, так как мои глаза потемнели.”

Сяо Чжоу, " ... " угрозы были полезным инструментом.

Инь Шулин ухватилась за тонкие руки Нин Цин, чтобы помочь ей сделать два шага вперед. “Я слышал, как Сяо Чжоу сказал, что ты не ел весь день. Вполне логично, что вы упали в обморок. Посмотри, как бледно твое маленькое личико. Как долго ты уже плачешь? У тебя все глаза опухли. Будь я на месте Лу Шаомина, ты бы мне тоже больше не нравился. Если женщина не заботится о себе, разве можно ожидать, что мужчина полюбит тебя?”

Нин Цин посмотрела на Инь Шуйлин слабым взглядом и сказала: “Шуйлин, ты можешь быть более сочувствующим прямо сейчас?”

- Ни за что! Пойдем. Пойдем поедим.”

Они втроем вошли в лифт, и в этот момент зазвонил телефон Сяо Чжоу. Только что пришло сообщение.

Сяо Чжоу постучал по сообщению, чтобы посмотреть. Это было послание от Чжу жуя. - "Сяо Чжоу, что делает твоя Нин Цин? Почему она не отвечает на звонки и не отвечает на эсэмэски? Мой президент возвращается обратно в Америку; вы определенно должны сообщить ей об этом.]

Сяо Чжоу ответил немедленно. [моя Нин Цин потеряла свой телефон...] что бы ни последовало, Сяо Чжоу пришлось попросить Нин Цин внести свой вклад.

Она передала трубку Нин Цин.

Но пока она это делала, Инь Шуйлин выхватила телефон, и Инь Шуйлин, взглянув на текст, яростно набрала несколько слов и отправила его. После этого она небрежно бросила телефон в сторону Сяо Чжоу.

Сяо Чжоу посмотрел на телефон. Сообщение гласило следующее: "Нин Цин сейчас на свидании вслепую. У нее нет на это времени. Если молодой господин Лу хочет уехать, тогда счастливого пути. Скажите ему, чтобы он не торопился, я его никуда не отправлю.”

Сяо Чжоу: “…”

Динь! Лифт добрался до выбранного этажа, и Инь Шуйлин держала маленькую ручку Нин Цин, когда они выходили. “Пойдем, я принесу тебе поесть. Что значит "нет аппетита"?” Это не проблема отсутствия аппетита, а скорее проблема самих блюд. Кислый, сладкий, пряный и соленый-у вас определенно будет любимый среди них.”

Нин Цин была не слишком взволнована. Она сказала " О " и последовала за Инь Шуйлинем, как послушный ребенок.

Они оба исчезли из поля зрения Сяо Чжоу, и снова Сяо Чжоу не нашелся, что сказать.

…

Они вдвоем зашли в ресторан западной кухни. Официант протянул им меню, и Инь Шуйлин посмотрел на меню и сказал Нин Цин: “Нин Цин, ты обычно больше всего любишь фруктовые пирожные, я закажу одно для тебя.”

Нин Цин покачала головой и сказала: “я не хочу этого, это слишком сладко.”

Инь Шуйлин даже не подняла головы, когда сказала: "Если ты не любишь сладкое, то можешь ли ты на самом деле предпочитать кислое? Нет проблем, я позволю шеф-повару приготовить торт с мандариновой начинкой в середине.”

- Мандарин?- Нин Цин подумала о терпкости цитрусового сока. У нее вот-вот потекут слюнки, и даже желудок заурчал от голода. “Это нормально, что ты так делаешь?”

“А почему бы и нет? Я закажу и тебе бифштекс.”

“Я не хочу этого. Я не хочу есть.”

“Тебе надо поесть. Я использую сок зеленого яблока, чтобы поджарить стейк, а затем сбрызну его кислым томатным соусом. Я гарантирую, что он будет вкусным.”

Нин Цин услышала ее слова и была покорена. Инь Шуйлин провела эти 3 года в Соединенном Королевстве, не только оттачивая свое мастерство в рисунках комиксов, но и значительно улучшив свои кулинарные навыки, и она использовала свое дикое воображение, чтобы создать много вкусных блюд.

Сегодня инь Шуйлин был одет в длинную джинсовую рубашку. Светло-голубой материал придавал ее маленькому личику чарующий и завораживающий вид, а вокруг шеи был повязан шарф. Горчично-желтый шарф небрежно лежал на ее маленьких плечах, а волосы до плеч были прямыми и привлекательными.

Она взяла в правую руку авторучку, чтобы нацарапать меню, и ее красивая прямая спина лежала на мягком диване. Она не поднимала головы, когда говорила, и всякий раз, когда Нин Цин протестовала, она поднимала брови.

У нее были манеры королевы по сравнению с абсолютной мягкостью Нин Цин. Нин Цин моргала глазами и надувала губы; она действительно была похожа на крошечного послушного ребенка.

Они вдвоем обсудили свой ужин и сделали заказ. Нин Цин взглянула: там уже было 7 или 8 блюд.

- Шуйлин, мы можем закончить так много блюд? И вы также записали тонну специальных инструкций. Будут ли они вообще беспокоиться об этом?”

Инь Шуйлин не ответила, и в этот момент подошел официант, чтобы забрать меню, и вежливо поприветствовал Инь Шуйлин, назвав ее “молодой госпожой".”

Нин Цин была ошеломлена. “Шуй Лин, это ресторан старшего брата Иня?”

Инь Шуйлин кивнула головой без всякого выражения на лице: "Да, теперь он подарил мне этот западный ресторан. Я здесь главный. Так что Нин Цин, на этот раз это будет на мне. Если вы хотите иметь его в будущем, вы можете прийти, когда захотите.”

Нин Цин посмотрела на выражение лица Инь Шуйлин и тихо спросила: "Шуйлин, ты и старший брат Инь…”

- Просто спрашивай все, что хочешь знать. Почему ты заикаешься? Между ним и мной, помимо самого свидетельства о браке, мы делаем все, что сделали бы муж и жена.”

Нин Цин: “…”

Инь Шуйлин внезапно подняла глаза и серьезно посмотрела на Нин Цин. “Нин Цин, тебе так нравятся кислые вещи, ты сейчас беременна?”

Услышав это, Нин Цин помрачнела и покачала головой. - Нет, у меня месячные были два дня назад.”

Инь Шуйлин сказал: "о! Если у вас месячные, это означает, что вы не беременны. Тогда почему ваше состояние так плохо во время месячных на этот раз?”

На маленьком бледном лице Нин Цин виднелись следы крови. Она закусила губу и ничего не сказала.

Инь Шуйлин сразу все понял. “Нин Цин, ты преследовала Лу Шаомина всю дорогу до Финляндии. Это все потому, что ты хотела позволить ему спать с тобой? Ты тоже такой неудачник. Позвольте мне сказать вам кое-что: вы преследовали Лу Шаомина все это время. Вы были неправы с самого начала. Вы не можете баловать мужчину. Просто посмотри на свой невинный взгляд-как маленький ягненок. Вы взяли на себя инициативу подойти к его двери. Он возьмет тебя и не возьмет на себя ответственность после этого. Вы…”

- Айо, умоляю тебя, ты можешь больше не разговаривать? Нин Цин приподнялась и протянула руку, чтобы закрыть рот. “Ты все еще критикуешь меня. Учитывая, что ты такой, было бы странно, если бы старший брат Инь не любил пожирать тебя.”

Инь Шуйлин отмахнулась от ее маленькой руки и от души рассмеялась: "мой старший брат... он, он зверь, как только он снимает свою одежду.”

Нин Цин села и вытянула ногу, чтобы дважды пнуть Инь Шуйлиня. Инь Шуйлин посмотрел на нее и увидел, что Инь Мучэнь идет в их сторону.

Мужчина был одет в черный костюм. Премиальный материал ручной работы делал его фигуру особенно красивой. Мужчина, которому в этом году исполнилось 34 года, скрывал все свои эмоции в темных глазах. На правой руке у него были наручные часы, которые он небрежно положил в карман, и каждое его строгое и элегантное движение излучало блеск и очарование магната драгоценных металлов.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 212: Нин Цин, Ты Мне Нравишься, Очень, Очень Нравишься

Черный цвет очень подходил Инь Мучэню. У такого человека, как он, слишком много черных эмоций, о которых никто не знает. Его холодный и элитный вид, который он принес с собой, был видом зрелого человека, который пережил много трудностей за эти годы. Этот тип мужчин, прошедших через тяготы жизни, был самым смертоносным по отношению к женщинам, и он был особенно привлекателен.

Линия зрения инь Шуйлин столкнулась с его. Он выходил из ресторана. Снаружи был припаркован роскошный внедорожник, и его красивая секретарша ждала его снаружи.

“Брат.- Инь Шуйлин скривила губы в улыбке и позвала его томным тоном.

- Старший брат Инь, - обратилась к нему Нин Цин.

Инь Мучэнь слегка кивнул головой и вышел из дверей ресторана.

Нин Цин мгновенно смутилась. “Шуй Лин, нам действительно не следовало говорить на эту тему. Я не знаю, слышал ли это старший брат Инь или нет?”

Он услышал это.

Инь Шуйлин знал.

Потому что в тот момент, когда он отошел от двери, его взгляд был прикован к ее ногам под столом. Ее длинная рубашка спускалась до колен, излучая сияние, напоминающее тонкий нефрит. Она была даже более привлекательна, чем молодая модель…

Официант подавал блюда, и Инь Шуйлин получил текстовое сообщение.

- "Сегодня вечером я буду работать сверхурочно; приходите ко мне в офис.]

Его прислал Инь Мучэнь.

У инь Шуйлин было спокойное и собранное выражение лица. Она холодно усмехнулась про себя. Она не сказала ничего плохого об этом человеке; он действительно был зверем!

…

Под присмотром Инь Шуйлиня желудок Нин Цин был круглым и полным. Она должна была сказать, что после ухищрений Инь Шуйлиня блюда звучали особенно хорошо, и это хорошо соответствовало аппетиту Нин Цин. Нин Цин была сыта, и она чувствовала себя бодрой и веселой. - Шуйлин, ты можешь одолжить мне свой телефон?”

“Я не дам ему взаймы тебя!- Инь Шуйлин решительно отверг ее. Она с ненавистью посмотрела на Нин Цин и сказала: “хочешь позвонить Лу Шаомину? Нин Цин, я угостил тебя едой, утешил и сделал счастливым. Это было не для вас, чтобы иметь энергию, чтобы продолжать преследовать Лу Шаомина. Веди себя тихо и оставайся здесь. На этот раз подождите, пока Лу Шаомин возьмет на себя инициативу и начнет искать вас.”

Нин Цин надула губы, чувствуя себя обиженной, “но... " он не искал ее.

Прежде чем она успела произнести эти слова, " Шуйлин.- Подошел красивый молодой парень.

Инь Шуйлинь немедленно встала и поприветствовала молодого человека, затем повернулась к Нин Цин и сказала: “Нин Цин, это мой одноклассник. Его фамилия Лю, вы, ребята, немного поболтаете. Я пойду на кухню, посмотрю. Я вернусь позже.”

“Да, Шуйлинг.- Нин Цин хотела остановить инь Шуйлинга, но тот уже ушел. Нин Цин неловко посмотрела на молодого человека, сидевшего на диване напротив нее. Она не знала, что задумал Инь Шуйлин, но из уважения улыбнулась и сказала: “Как дела?- У молодого человека был бойкий язык “ - Мисс Нин, как поживаете? Я видел все ваши фильмы и спектакли, в которых вы участвовали. Я ваш преданный поклонник. Вживую ты еще красивее, чем на экране…”

…

Когда Лу Шаомин примчался в этот западный ресторан, он заглянул через французские окна и увидел пару, сидевшую у окон. Этот красивый молодой человек был в середине разговора, и девушка внимательно слушала с нежной улыбкой на лице. Их дуэт состоял из красивого мужчины и красивой женщины, и они выглядели хорошо подобранными. У Лу Шаомина из глаз чуть не вырвались две огненные струйки. Он сидел в офисе, используя телефон Чжу жуя, чтобы сначала отправить ей сообщение.

- Мисс Нин, наш президент возвращается в Америку. Он сейчас на пути в аэропорт, вам нужно догнать его. Быстро! После того, как он отправил первое сообщение, он боялся, что она не придет, поэтому он добавил еще одну строку.

[У нашего президента могут быть резкие слова, но его сердце мягкое, как тофу. Только если Мисс Нин получит его благосклонность и сделает первый шаг, президент обязательно простит вас немедленно.]

В конце концов он прождал полчаса и не получил никакого ответа. Затем он снова воспользовался телефоном, чтобы отправить Сяо Чжоу сообщение, а также использовал слова: "я бы простил вас. Он нервно ждал, а взамен получил только “свидание вслепую” и “уходи медленно, я тебя не отпущу".”

Контроль, которым он гордился все эти годы, мгновенно исчез, и он приказал Чжу жуй следить за ее передвижениями и немедленно бросился туда. Она позволила ему увидеть эту сцену? Он действительно хотел задушить ее до смерти. Лу Шаомин глубоко вздохнул и загадочно поднял брови, а когда открыл глаза, оказалось, что Нин Цин встал, вероятно, чтобы пойти в туалет, а этот молодой человек все еще сидел на диване.

Лу Шаомин скривил тонкие губы в улыбке и поднял ноги, чтобы войти в ресторан. Он подошел к краю стола. Его длинные красивые пальцы несколько раз постучали по столу. Его голос был низким и очаровательным, когда он сказал: Молодой человек поднял глаза и посмотрел на него. Он был вежлив и сказал: “дядя, как дела?”

Лу Шаомин, " ... " Дядя? Кто был твой дядя?

- Дядя, кого ты ищешь?"Молодому парню было около 20 лет. Он моргнул своими наивными глазами и невинно посмотрел на Лу Шаомина.

Лу Шаомин: "... я буду держать себя в руках. “Вы знаете, кто я?”

Молодой человек покачал головой и сказал:”

Лу Шаомин сунул одну руку в карман, а другой потрогал собственный воротник. Он слегка поджал тонкие губы. Следующие слова он произнес с гордостью: "Лу Шаомин”

“О, оказывается, ты и есть Лу Шао.…”

В глазах Лу Шаомина читалось удовлетворение. Слава богу, что у вас есть хоть какие-то знания и опыт. Но молодой человек все еще не договорил. - ...Минг? Дядя Лу, почему вы здесь, чтобы искать меня?”

Лу Шаомин, " ... " кончики его глаз подергивались. Он схватился за кулак и подавил свой неистовый нрав. Он казался элегантным и держался с достоинством. Ну же, Выдави из себя улыбку. Лу Шаомин скривил губы в улыбке и указал на место, куда исчезла Нин Цин. - Нин Цин-моя женщина.”

- Что?- Молодой человек был потрясен, - говорит она.…”

Лу Шаомин кивнул головой и сказал:”

- ...Тетя?”

Какая Тетя? У Лу Шаомина было мрачное выражение лица, и он открыл рот, чтобы поправить его: "старшая сестра.”

“О. Молодой человек понял и кивнул головой. “Раз она все еще не тетя, значит, дядя на ней не женился. Так как вы не женаты, то каждый человек все еще имеет право гоняться за своим собственным счастьем, - серьезно сказал молодой человек, глядя на Лу Шаомина. - Дядя, ты не очень подходишь Нин Цин. Во-первых, вы не принадлежите к одной возрастной группе. Нин Цин в этом году всего 21 год; она даже не достигла своего двойного 2-го. Дядя, ты намного старше ее. Как у вас хватает мужества быть в отношениях май-декабрь? У вас не было бы ничего общего друг с другом, поэтому я предлагаю, чтобы дядя отпустил руку Нин Цин и позволил ей свободно летать в небе.”

Лу Шаомин: "... " он сейчас учится в школе?

Кроме того, какие... отношения между маем и декабрем?

Хотя она была очень молода, это было особенно заметно, когда она лежала в постели. Она была маленьким розовым шариком. Когда ее обнимали, она была нежной и аппетитной. Даже не упоминай...ее аромат…

Лу Шаомин проглотил слюну и избавился от своих грязных мыслей, он пристально посмотрел на молодого парня своими темными глазами и попытался не сердиться, а показать свою силу, вместо этого он использовал выражение своих глаз, чтобы отпугнуть молодого парня. У него это получалось лучше всего.

Но молодой человек не понял этого полностью, он протянул руку, чтобы помахать ею перед Лу Шаомоном. - Дядя, я знаю, что красива. Я самая горячая штучка в университете, но ты не должна так на меня пялиться.”

Лу Шаомин: "... они разговаривали, не общаясь, и он полностью провалился. Он медленно сел на то место дивана, где до этого сидела Нин Цин, а затем вытянул свой правый палец, чтобы согнуть его, показывая молодому парню, чтобы он подошел ближе.

- В чем дело, дядя?”

Лу Шаомин глубоко вздохнул и сказал: “молодой человек, я говорю вам эти слова на том основании, что сегодня мы встретились по воле судьбы. Нин Цин, она ... о ней очень трудно заботиться. Она любит много роскошных сумок, одежды и аксессуаров. Всякий раз, когда она тратит, это около 6 нулей и выше, вы берете Un...дядя воспитывал ее в течение года; я разоряюсь. Теперь она презирает меня и хочет вышвырнуть на обочину, чтобы найти для этого другого человека. Молодой человек, дядя видит, что у тебя есть будущее; никогда не губи его из-за такой тщеславной женщины.”

У молодого парня во рту была буква "О“:" дядя, это правда?”

- Неужели я обману тебя? Позвольте спросить: вы богаты?”

“Нет, это не так.”

“Тогда тебе лучше поскорее уйти. В море еще много рыбы. Молодой человек поднял голову и посмотрел на небо. В этом был какой-то смысл. - Дядя, мне пора идти. Пока-пока.- Молодой человек ушел.

Лу Шаомин посмотрел на молодого человека, и в его глазах было удовлетворение. Уходите быстро, уходите быстро. Хочешь сразиться со мной? Вы еще слишком молоды.

В этот момент в поле его зрения появилась тень, одетая в джинсы. Инь Шуйлин захлопала в ладоши, а она улыбнулась и сказала: “молодой господин Лу определенно бойкий на язык.- Лу Шаомин посмотрел Инь Шуйлиню прямо в глаза. Было совершенно очевидно, что весь разговор между ним и молодым человеком прошел у нее на глазах. Лу Шаомин поднял брови и, казалось, ничуть не смутился. Он медленно встал, и так как он только что сел, то на его длинных ногах появилась складка, похожая на струящуюся воду, которой он гордился. Он скривил тонкие губы и снова принял холодный вид, который обычно носил ежедневно.

- Мисс Инь, это вы назначили Нин Цин свидание вслепую? Инь Шуйлин милостиво приняла глубокий взгляд мужчины и кивнула головой, говоря: “да.”

- Но почему?”

- А почему бы и нет? Как лучший друг Нин Цин, я желаю ей счастья. Поскольку молодой мастер Лу не может принести ей счастья,тогда я помогу ей искать блаженство. Лу Шаомин слегка нахмурил брови и ничего не сказал.

- Молодой господин Лу, - продолжал инь Шуйлин, - когда вы наслаждаетесь женщиной и полны решимости любить ее полностью, вам легко игнорировать чувства другой стороны. Но разве в этом мире человек будет любить кого-то другого, но не захочет получить взамен любовь? На самом деле женщины зависят от своих инстинктов и обоняния. Мужчины всегда думают, что женщины ничего не замечают. Поскольку женщина была так решительно настроена, мужчина жаловался, что они не осознали степень любви женщины, пока не стало слишком поздно.

- Молодой господин Лу, на этой земле нет никого, кто не смог бы продолжать жить после того, как покинул другого человека. Но ты должен был встретить такую девушку, как эта. Она была готова гоняться за тобой по всему миру. Вы не знали, что на самом деле каждый раз, когда вы были холодны к ней, вы подвергали ее боли и сердечной боли. Если она не любила тебя, как ты мог причинить ей такую боль? Так что не вздумай снова использовать жестокие слова, чтобы пронзить ее насквозь, и также не используй свой уход, чтобы принудить ее. Нин Цин теперь подходит для того, чтобы получить любовь от любого выдающегося человека в этом мире.

- Молодой господин Лу, я надеюсь, что слова, которые вы сказали ей сегодня в туалете, будут последними. Если нет, я дам вам знать, что сегодня вы ведете себя как маленький мальчик.- Инь Шуйлин развернулся и ушел с доминирующей силой.

…

Лу Шаомин поехал в ближайший бар. Он сидел за стойкой бара и пил крепкую выпивку чашку за чашкой. В этот момент неоновые огни сияли со всех сторон внутри бара. Красивое Скульптурное лицо мужчины было освещено огнями, и он выглядел элегантно и завораживающе. Он сразу же привлек внимание большой группы женщин, и одна из них, чистая и красивая девушка, подошла поболтать с ним. “Сэр…”

- Проваливай отсюда! Лу Шаомин не повернул головы и заговорил холодным тоном:

Девушка смутилась. Она топнула ногой и ушла. Те женщины, которые смотрели на него, видели, что он не проявляет никакого интереса. Он был таким холодным и отстраненным, и все они в одно мгновение рассеялись. - Угу!”

Лу Шаомин выпил 3 бокала вина, а затем достал из кармана телефон.

Он набирал текст.

- "Нин Цин, я спрашиваю тебя в последний раз, ты все еще хочешь меня?]

Она не ответила.

Лу Шаомин протянул руку, выпил еще один стакан спиртного и продолжил печатать.

- "Нин Цин, давай больше не будем ссориться. Что ты хочешь сделать? Ладно, я признаю, что был неправ. То, что случилось в Финляндии, - это моя вина, я ошибся в туалете. Давайте помиримся.]

[Нин Цин, ты мне нравишься, очень, очень нравишься…]

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 213: Вы Никогда Не Узнаете, Что Я Смотрю На Вашу Версию Сейчас, И Как Сильно Болит Мое Сердце

- "Нин Цин, разве ты не просила меня подумать тогда? На самом деле я уже обдумал и принял решение в тот день сам. Давай встречаться, будь моей девушкой.]…

Его эсэмэски остались без внимания, и девушка не ответила ни на одно эсэмэску, которую он отправил.

Лу Шаомин булькнул от смеха. Инь Шуйлин был прав. Она действительно должна была довести дело до самого худшего из возможных сценариев, и только тогда он пожалеет о своих действиях.

Он поставил бокал на стол и медленно встал. Он направился к двери бара. Он начал с того, что шел пешком, и в конце концов начал медленно бежать.

Он выбежал из главных дверей бара, и за окном моросил мелкий дождик, которого он не заметил.

Несколько капель дождя упали на его тело и намочили рубашку. В этот момент у него в голове была только одна мысль. Нет, так дело не кончится. Он не позволит Инь Шуйлин получить то, что она хочет. Он не отдаст ее другому выдающемуся человеку…

Он хотел погнаться за ней.

…

На вилле семьи Нин

Нин Цин пошла домой, и как только она вошла в гостиную, то увидела, что Нин Чжэнго и Юэ Ваньцин идут к двери. - Папа, мама,куда вы идете?”

- О, Цинцин. Сын твоей старшей тети устраивает сегодня свадебный банкет. Мы с твоей мамой участвуем в банкете, ты хочешь пойти с нами?”

Нин Цин покачала головой и сказала:”

Юэ Ваньцин погладила маленькую головку дочери и сказала: “Цинцин, отдохни дома как следует. Ложись пораньше. Папа и мама могут вернуться домой очень поздно. Есть некоторые блюда, приготовленные, вы можете разогреть их, чтобы поесть.”

- Хорошо, Папа, Мама. Будь осторожен по дороге туда. Нин Цин проводила их обоих до двери.

Нин Чжэнго и Юэ Ваньцин сели в машину, и она исчезла из поля ее зрения. Она легла рядом с дверью и посмотрела на мгновение, и действительно начал моросить дождь снаружи.

Она протянула свою маленькую руку, чтобы почувствовать капли дождя. Она почувствовала, что ей очень холодно, и отдернула руку.

На этот раз ее месячные были очень короткими; они закончились через 2 или 3 дня, и ее тело, казалось, было очень слабым. Она чувствовала, что что-то не так, и все ее тело было ленивым и усталым.

Она закрыла дверь, повернулась, чтобы подняться наверх, и вошла в свою комнату.

…

Войдя в свою комнату, она села на свою кровать, а на прикроватной тумбочке стоял стационарный телефон. Она протянула руку, чтобы медленно снять трубку, и маленькими белыми пальчиками набрала номер.

После нажатия последней цифры, раздался крик, который раздался снизу. - Нин Цин!’

Нин Цин почувствовала, как все ее тело замерло, телефон выпал из ее маленькой руки и упал на пол. Она не знала, не начинается ли у нее галлюцинация, и на самом деле это было так. heard...Lu -голос Шаоминга.

- Нин Цин!”

- Нин Цин!”…

Крики продолжали раздаваться, и это было совсем не галлюцинацией.

Нин Цин почувствовала, что ее глаза сузились, и она быстро вскочила с кровати и подбежала к окну. Она открыла окно и посмотрела вниз. Морось уже превратилась в проливной дождь, и красивая долговязая фигура мужчины стояла прямо посреди проливного дождя. Вся его фигура была мокрой, когда он посмотрел в ее сторону.

Он звал ее: "Нин Цин…”

Нин Цин почувствовала, как все ее тело замерло.…

Дождь хлестал по всей фигуре Лу Шаомина, и в поле его зрения, у окна наверху, стояла девушка, которую он любил, и она смотрела на него своей маленькой головкой.

Он все еще тяжело дышал. Он был наполовину пьян, когда опасно вел машину всю дорогу. Выйдя из машины, он бросился к окну и громко позвал ее:

Ему повезло, что она все еще была рядом.

На самом деле, она присутствовала все это время.

Каждый раз, когда он оборачивался, она оказывалась в том месте, до которого он мог дотянуться.

Он медленно скривил губы в улыбке. Его красивые черты, промокшие под дождем, стали еще более четкими-как у скульптуры. На его лице была нежная улыбка, и после того, как он пережил этот весенний дождь, он принес с собой сильное чувство тепла. Обе его руки были прижаты ко рту, и он кричал: “Нин Цин, не сердись на меня больше, хорошо? Я ошибаюсь. Нин Цин, дай мне еще один шанс. Ты мне нравишься, давай встречаться официально.”

Нин Цин застыла. О чем он говорит?

Она ему нравилась?

Он пригласил ее на свидание официально?

Нин Цин ущипнула себя за бедро; это было больно, и на самом деле это был не сон.

О боже мой.

Нин Цин повернулась и исчезла за окном.

Лу Шаомин не знал, почему исчезла девушка. Она исчезла, не сказав ни слова, и не дала ему ответа. Лу Шаомин опустил глаза и выглядел разочарованным, когда сказал: "Нин Цин…”

Он хотел поговорить, но в этот момент главные двери виллы со скрипом распахнулись перед его глазами. Девушка была одета в тонкое желтое платье. У нее был розовый зонтик, и она медленно шла к нему.

Она вышла под дождь и подошла к нему.

…

Она высоко подняла зонтик, чтобы помочь ему укрыться, и большие капли дождя, которые больно хлестали по его телу, были мягко заблокированы ею. Дождь становился все сильнее и сильнее, но они были очень близки друг к другу, и они спрятались под зонтиком в своем собственном мире.

Лу Шаомин посмотрел на ее крошечное личико и с тоской позвал ее по имени: "Нин Цин…”

Нин Цин держала в руке ручку зонтика. По сравнению с этим весенним дождем туман в ее глазах был ярче и прозрачнее. Ее белые зубы, похожие на свежие ракушки, прикусили красные губы, и она неловко спросила: “Молодой господин Лу, что вы делаете здесь, в моем доме? Разве ты не презирал меня за то, что я не была с тобой в первый раз? Ты даже сказала, что у меня было много мужчин.”

- Нет, это не так."Лу Шаомин быстро объяснил и сказал: “Я действительно был в тумане в ванной сегодня утром, потому что я был так взбешен. Я ... ты сказал, что больше не хочешь за мной гоняться. Я боялся ... мне ясно, что ты за человек. Вы так невинны и умны, и вы никогда не отдали бы свое тело так небрежно. Из-за этого человек, который отнял у тебя первый раз, должен быть человеком, которого ты очень любила. Нин Цин, я никогда не принимал близко к сердцу твое тело, но меня интересует твое сердце.”

С самого начала самым важным для него было то, кто был в ее сердце.

Кончик носа Нин Цин покраснел. Она была так обижена. Он потерял память и не знал, что человек, которого она любила все это время, всегда был им.

Но он уже ничего этого не помнил.

Нин Цин вздохнула через свой маленький красный нос, и она все еще была несчастна. “Ты и Чжоу Чжилэй…”

“Между нами ничего не было, Нин Цин. Я в этом не виноват.”

“Я в это не верю. В ту ночь ваши брюки были расстегнуты, кожаные ремни сняты, и вы целовались у двери. Если бы я пришел чуть позже, вы оба уже были бы в постели.”

Кожаный ремень и молния на брюках были расстегнуты?

Неудивительно, что она прикоснулась к нему в тот момент, когда легла в постель.

В тот момент, когда Чжоу Чжилэй изводил его, может быть, она немного приоткрыла ее.

Лу Шаомин сделал шаг вперед и медленно обхватил ладонями ее маленькое личико. Он не был бы так глуп, если бы сказал, что это сделал Чжоу Чжилэй. Он посмотрел в ее нежные глаза и медленно изобразил на лице улыбку. - Нин Цин, мы не целовались. В этот момент мы делали вид, что стоим у двери. Человек, который расстегнул мой пояс, возможно, и не был женщиной. Меня накачали наркотиками. Я и сам мог бы справиться с ситуацией.”

Маленькое изящное личико Нин Цин стало пунцово-красным. Что он имел в виду? Может быть, он намекает, что собирается действовать собственными руками, но на самом деле она взяла инициативу в свои руки и предложила себя?

Его руки были покрыты холодной дождевой водой, но ладони все еще были очень теплыми. Они принесли с собой комфортную температуру тела мужчины, и Нин Цин закрыла глаза и использовала свое маленькое лицо, чтобы подтолкнуть его широкие ладони, пока она говорила: "Лу Шаомин, что ты кричал под моим окном только что? Я плохо расслышал, не могли бы вы повторить это еще раз?”

Лу Шаомин приподнял уголки губ в улыбке, и его голос был завораживающим, когда он сказал: “Нин Цин, ты мне нравишься. Давай встречаться официально, ладно?”

“Окей. Нин Цин твердо кивнула головой и сказала: “Лу Шаомин, я согласна.”

Она согласилась?

Лу Шаомин принял ее в свои крепкие объятия.

Маленькая рука Нин Цин разжалась, и розовый зонтик упал на землю. Ее одежда мгновенно промокла, и даже глаза промокли от дождя. Она была не в силах открыть глаза. Она шмыгнула носом и спрятала свое маленькое личико у него на груди. В его теле был легкий след алкоголя вместе с четким и ясным запахом, который загипнотизировал ее.

Нин Цин посмотрела вдаль; "Бентли" был припаркован перед дверью виллы. Он спешно спустился вниз, и даже дверца машины не была закрыта.

“Лу Шаомин, ты пил? Нин Цин ударила его своим маленьким кулачком и продолжила: “Ты с ума сошел? Ты выпил и сел за руль.”

Лу Шаомин нежно поцеловал ее в щеку и болезненно нахмурился “ " Нин Цин, я вышел из бара и нажал на акселератор, и только тогда я понял, что был пьян за рулем. Но меня это не слишком волновало. А ты сколько дней меня игнорировал? Я чуть с ума не сошел из-за тебя. В тот момент я думал: если бы со мной произошел несчастный случай, вы бы пожалели меня еще больше?”

У Нин Цин из глаз потекли слезы. Этот человек-он что, сумасшедший?

Просто потому, что она игнорировала его, он на самом деле думал использовать несчастный случай, чтобы привлечь ее внимание.

Он был сумасшедшим человеком.

Нин Цин закричала, сильно ударив его, но не смогла ударить по плечам. Они были тверды, как металл. Она могла только двумя маленькими ручками крепко обнять его за талию и тихо всхлипнуть. Ей хотелось выплакать все чувства несправедливости и обиды за этот период времени.

“Лу Шаомин, ты такой негодяй. Что еще ты можешь сделать, кроме как подчинить себе мою любовь? С каких это пор ты стал таким ребячливым? Ты хоть знаешь, какая ты непослушная? Я ездил в Финляндию искать тебя, но ты сошелся с Чжоу Жилеем! Может быть, вы чувствовали, что между вами ничего особенного не было, но если бы я сделала то же самое с другим мужчиной, вы бы рассердились? Ты даже не подумал о моих чувствах.

“В отеле в Финляндии было так много посторонних. Чжоу Чжилэй тоже присутствовал. Вы мне не поверили и вообще не встали на мою сторону. Вы глубоко ранили мое сердце. Ты хотя бы знал об этом? После того как я вернулся в деревню, у меня очень сильно болел живот. Я хотел вложить деньги в развлекательную компанию, а вы все усложнили для меня. В туалете, когда я почувствовал запах твоих духов, мне захотелось упасть в обморок, а ты все еще говорила мне эти жестокие слова.

- Лу Шаомин, я девушка. А еще я была бы мелочной и ревнивой по пустякам. Почему бы тебе не проявить инициативу и не утешить меня? Если бы вы могли относиться ко мне хоть немного лучше, я был бы вам предан, я был бы готов сделать для вас все, что угодно.”

Лу Шаомин ненавидел себя за то, что не может поставить эту мягкую и маленькую фигурку на свое место, и его сердце действительно болело.

- Нин Цин, ни слова больше. Я знаю, что ошибаюсь. Прости, прости ... это я тебя проигнорировал в Финляндии. Это я не поверил тебе, и когда я думаю о тех обидах, которым ты подвергся, я чувствую себя очень виноватым и виню себя за все это. Второго раза не будет. Давайте будем счастливы вместе…”

Нин Цин вытерла все слезы на своем маленьком личике о его мокрую рубашку, и ее рыдания были вместе с неудовольствием молодой девушки, когда она сказала: “Шаомин, относись ко мне лучше в будущем, хорошо? Относись к этому так, как будто я тебя умоляю, хорошо? Ты никогда не узнаешь, что я сейчас терплю. Ты также не знаешь, как сильно мое сердце болит за тебя, когда я смотрю на тебя сейчас.”

- Ладно, ладно! Нин Цин, я буду хорошо с тобой обращаться. Я отдам тебе всю свою любовь.…”

Нин Цин улыбнулась сквозь слезы. Слышать, как он так говорит...было очень приятно.

Услышав его слова, она почувствовала облегчение.

Нин Цин больше не могла сдерживать желание упасть в обморок. Она закрыла глаза, и ее ноги расслабились. Она упала в обморок прямо в объятия мужчины.

“Нин Цин, Нин Цин. Увидев, что девушка упала в обморок, Лу Шаомин почувствовал, как его глаза сузились. Он поспешно подхватил ее на руки и быстро зашагал к вилле.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 214: Шшш, не говори этого! Это Так Неловко

Лу Шаомин отнес Нин Цин в ее комнату. Их тела были насквозь промокшими. Какое-то мгновение Лу Шаомин не знал, куда ее пристроить.

В комнате был обогреватель, и она была теплой и подрумяненной. Он сел на стул и заключил ее в объятия.

- Нин Цин, проснись.- Лу Шаомин не знала, почему она вдруг упала в обморок. Ее тело было действительно холодным. На нее также подействовала сырость дождя, и холод проник в ее тело.

Он не слишком много думал. Одним локтем он удерживал ее в своих объятиях, а другой рукой потянулся к задней части платья, чтобы найти молнию, и помог ей снять мокрое платье.

Когда он уже собирался снять с нее лифчик, девушка в его объятиях взвыла. - Оооо.- Она не спала.

Девушка открыла глаза, полные слез. Ее черные радужки ярко блестели, и она выглядела очень красивой. Она взглянула на него один раз и опустила глаза, чтобы посмотреть на его большую руку, которая только что лежала на ее лифчике. Ее лицо покраснело, и она сжала своей хрупкой маленькой рукой его большую ладонь. - Шаоминг, что ты делаешь?”

На ее нежном лице было 30% хрупкой мягкости и 70% застенчивости и беспокойства. Она могла только смотреть на Лу Шаомина и чувствовала, что слабеет.

Он и не думал ничего предпринимать.

- Я ...хотела помочь тебе снять мокрую одежду, а потом отнести тебя в душ. Нин Цин, почему ты только что упала в обморок? Я видел, что в последнее время ваше тело стало очень слабым. Скажи, у тебя все еще болит живот?”

Заметив, что у него нет никаких других намерений, Нин Цин облегченно вздохнула и мягко легла в его объятия. Она подняла свою маленькую головку, чтобы посмотреть на него, “у меня были...месячные, так что у меня болел живот.”

Точка?

Лу Шаомин нахмурился и, казалось, смутился.

Нин Цин попыталась выпрямиться, и она послушно положила свою маленькую голову на его широкие плечи. Поскольку она была застенчива, то приложила маленькую ладошку к уголку рта и наклонилась к его ушам, чтобы сказать: “у девочек бывают месячные в течение нескольких дней в месяце. В эти дни их тела слабеют, и они эмоционально неустойчивы. Вероятно, так было и со мной. Кроме того, я только что промокла под дождем, так что, вероятно, из-за этого упала в обморок.”

Лу Шаомин повернул голову, и их носы оказались очень близко друг к другу. Волосы у нее были все мокрые. Они прилипли к ее щекам, и она выглядела так же прекрасно, как цветок лотоса, пробивающийся на поверхность.

Комната была такой огромной, и она нарочно говорила так тихо, что казалось, будто они шепчутся тайком.

Лу Шаомин почувствовал, как его сердце сильно смягчилось. Он смотрел на ее большие влажные глаза, молочно-белую кожу и маленькие губы, похожие на вишни, и ему казалось, что он держит в объятиях маленькую девочку.

У двоих из них разница в возрасте составляла 10 лет. Если бы она назвала его дядей, это было бы приемлемо для общества.

Нижняя часть живота Лу Шаомина замерла. Какое-то странное возбуждающее чувство проникло в его кровь, и он почувствовал, как закипает кровь.

Он тоже понизил голос. Его низкий, мужественный тон был нежным и заставлял других хотеть слушать больше. “В ту ночь, разве ты не пришел?”

“Я так и сделал.- Нин Цин прикусила свои розовые губы, в ее глазах все, что она могла видеть, было его зрелое и красивое лицо. “После той ночи я вернулся сюда из аэропорта.- Пока она говорила, ее нежное личико надулось. Она надула щеки и сердито посмотрела на него. “Ты все еще заставляла меня принимать ... противозачаточные таблетки. У меня уже начались месячные, я бы не забеременела.”

Лу Шаомин посмотрел на ее маленькое личико. Он был ненормально мягким и сердитым из-за ее застенчивости и разочарования. Его голова внезапно наклонилась вперед, и он открыл рот, чтобы поцеловать ее в губы.

“Ах.- Нин Цин была ошеломлена его внезапным поступком. Она все еще сидела на его бедрах и тут же протянула свои тонкие руки, чтобы крепко обнять его за шею. Ее маленькое личико уткнулось ему в спину, и она спряталась от его губ.

- Хе-хе. Нин Цин улыбнулась, изогнув брови, и гордилась своей сообразительностью.

У Лу Шаомина перехватило дыхание. Рядом с его ушами раздавался ее звонкий смех. Когда она заговорила, голос ее был мил и привлекателен; в нем чувствовалась мягкость юной девушки.

Его большая рука еще крепче сжала ее 53-сантиметровую талию. Он понизил тон, чтобы сохранить то, как они говорили, в скрытной манере, и в изнеженной манере сказал: "в ту ночь тебе было больно?”

Нин Цин легла ему на плечо и кивнула головой: “Да... после этого у меня начались месячные, и все болело. Это было так неудобно.”

Лу Шаомин медленно приблизился к ней. Он закрыл глаза и нахмурился, прижавшись тонкими губами к ее маленькому личику и целуя ее кусочек за кусочком. - Извини, на самом деле я не думал, что у меня будет такое быстрое развитие событий с тобой. Я человек, который не хотел бы женщину, прежде чем дать ей статус, в котором она нуждается. Слова, которые я произнес в туалете, были всего лишь словами, брошенными там в пылу гнева. Не принимайте их всерьез. Мне и в голову не пришло попросить тебя принять таблетки…”

- Ш-ш-ш, хватит болтать! Нин Цин протянула свою маленькую руку, чтобы закрыть ему рот. Она покраснела, и ее глаза были полны Блаженного сияния. Другой рукой она нежно коснулась его носа, острого, как горный пик. Она засмеялась и сладко сказала: "Это так неловко.”

Как он мог говорить такие вещи вслух таким правильным и серьезным тоном?

Он был старым человеком, который был тверд в своих доктринах.

После того, как она задела его нос, Лу Шаомин почувствовал, что все его тело дрожит. Ощущение было такое, как у зрелого старика, которого поцеловала дочь, вернувшись домой, и рот у него был полон слюны.

Это чувство было немного загадочным и смущающим.

Кто просил ее быть такой молодой?

Действия маленькой девочки заставили его сердце растаять.

Лу Шаомин несколько раз сглотнул слюну и сказал хриплым голосом: “иди прими душ. Только не простудись.”

- О, хорошо. Нин Цин слезла с его бедер и сказала: “Сначала я пойду искупаюсь. Ты пойдешь за мной.- Она вошла в туалет.

…

Лу Шаомин встал и внимательно оглядел комнату. Это был первый раз, когда он вошел в ее комнату. Это была комната молодой девушки. Комната была отделана в розовых и белых тонах. Занавески были сделаны из золотых кисточек, вышитых в ретро-королевском стиле. У нее была блестящая хрустальная лампа, девчачий туалетный столик, шкаф и диван, и все это было аккуратно прибрано.

Ее кровать не считалась большой. У нее было бело-розовое одеяло и мягкая подушка с милыми кошачьими ушками, а рядом с кроватью лежал маленький медвежонок с ленточкой.

Лу Шаомин дважды взглянул на плюшевого мишку. Он не знал почему, но был уверен, что где-то уже видел этого плюшевого мишку.

Но он не мог вспомнить, где именно.

Убранство комнаты говорило о том, что она была человеком, который придавал большое значение качеству жизни. Она была маленькой женщиной, которая была полна жизни, и самое главное, у нее все еще было сердце молодой девушки, которая еще не созрела.

Лу Шаомин повернулся, чтобы посмотреть на туалет. У нее не было двери в душевую кабину, зато было крепкое матовое стекло. Сквозь стекло он смог разглядеть миниатюрную фигуру с пышными формами.

Он тут же отвел глаза.

В этот момент дверь из матового стекла распахнулась. - Шаоминг, я сейчас выйду, - сладко сказала девушка за дверью. Закрыть глаза.”

На ней не было ночной рубашки, и она только завернулась в полотенце.

“Окей. Лу Шаомин повернулся и закрыл глаза.

Нин Цин бежала мелкими, мягкими шажками. Она тяжело опустилась на кровать. Она была похожа на розовый пушистый шарик, который дерзко перекатился дважды, и она быстро использовала одеяло, чтобы прикрыть свое тело, оставляя открытой только голову.

Закончив свои действия, она повернула два больших блестящих черных глаза к мужчине. Мужчина все еще стоял боком с закрытыми глазами.

Рубашка и брюки насквозь промокли. Сквозь эту тонкую одежду виднелась его широкая, красивая мужская фигура, прилепленная к высокому и красивому телу. Взгляд Нин Цин упал на его Пресс с шестью кубиками на плоской талии. Его белая рубашка была заправлена в брюки, идеально подчеркивая пояс Адониса.

Нин Цин не могла не смотреть вниз. Одну руку он держал в карманах, а на другой висели наручные часы. Его небрежная поза стоя была красивой и завораживающей, а элегантность-чрезвычайно привлекательной.

У Нин Цин был смех на лице, когда она сказала: “Шаомин, я закончила. Теперь ты можешь открыть глаза. Иди в ванную, быстро прими душ.”

Если она не позвонит ему, то не знает, как долго он будет держать глаза закрытыми.

С тех пор как он потерял память, он становился все более и более жестким. Как он только что сказал-у нее нет ни имени, ни статуса. Вероятно, ему было неловко использовать ее в своих интересах.

В тот день в комнате отдыха в офисе она даже заставила его покраснеть.

Он был таким восприимчивым... он был очень милым.

Лу Шаомин открыл глаза. Боковым зрением он видел, что девушка смотрит на него, но не смотрел на нее. Он боялся, что увидит то, чего не должен был видеть, и не сможет контролировать себя.

“Тогда я пойду приму душ.- Он поднял ноги и пошел в ванную.

…

Увидев, что он вошел в ванную, Нин Цин спустилась с кровати и стала искать в шкафу ночную рубашку. Затем она открыла дверь комнаты и пошла в родительскую комнату за одеждой.

Она порылась в новых рубашках и брюках Нин Чжэнго и вошла в свою комнату. Она подошла к стеклянной двери и дважды постучала. - Шаоминг, у меня дома нет твоей одежды. Это одежда моего отца, ты можешь обойтись и без нее.”

Мужчина услышал и высунул голову наружу. Девушка была одета в Красную хлопчатобумажную пижаму с длинными рукавами. Красный цвет делал ее кожу бледной, как снег. Из-за того, что она только что приняла душ, ее маленькое лицо было бледным и полупрозрачным, и на нем были слои легкой пудры. Она была прекрасна, как цветок бегонии.

Глаза Лу Шаомина потемнели, и он протянул руку, чтобы принять приглашение. “Тебе что-то не хватает?”

Лицо Нин Цин мгновенно покраснело.

Ее глаза в панике остановились на Лу Шаомине, и она начала заикаться: size...is”

“Верзила.”

Три слова. Он ответил просто и кратко.

Нин Цин: ” ... " она повернулась, чтобы бежать.

Она снова подошла к шкафу Нин Чжэнго, чтобы найти новое нижнее белье, чтобы дать ему. На этот раз она не осмелилась посмотреть ему в глаза и опустила глаза, чтобы убежать и спрятаться под одеялом.

…

Когда Лу Шаомин вышел, он не мог видеть головы маленькой девочки. Она спрятала все свое маленькое тельце под одеяло.

Лу Шаомин рассмеялся. Он шагнул вперед. Одной рукой она поддерживала кровать, а другой расстегивала одеяло. - Хватит, теперь ты знаешь, как смущаться. Что вы делали заранее? Я не знал, кто тот, кто убрал все для меня в ту ночь в Финляндии. Не задыхайтесь там, высуньте голову наружу.”

Нин Цин услышала его слова, но не подчинилась. Она быстро откинула одеяло и села полностью. Она вытянула свои маленькие белые ножки и пнула его длинные ноги, лежавшие на краю кровати. - Почему вы так об этом заговорили? - спросила она застенчиво. Не принимайте свою незаслуженную выгоду как должное!”

Лу Шаомин выпрямился во весь рост. Он посмотрел вниз, на две маленькие бледные ножки, которые били его по бедрам, а потом поднял глаза и посмотрел на нее.

Глаза мужчины были очень темными. В них все еще чувствовалась какая-то зрелая теплота. Нин Цин быстро заметила, что ее поведение было неуместным. Хотя теперь она была его официальной подружкой, она не могла вести себя так по-детски.

Она нравилась ему только сейчас. Ей пришлось приложить немало усилий, чтобы превратить эти добрые чувства в любовь.

Нин Цин убрала ноги, как молния, и тихо свернулась калачиком на краю кровати.

Мужчина несколько секунд молчал, а потом его голос стал хриплым. “А где вы пострадали в Финляндии? Это твоя рука или спина? Подойди и дай мне взглянуть.”

“О. Девушка послушно вскарабкалась на него. Она опустилась на колени и раскрыла свою маленькую белую ладонь, чтобы он мог видеть. Она нахмурилась и, надув губы, сказала: “Это было, когда тот человек пнул меня, и я упала на пол. Моя ладонь поранилась, но теперь все в порядке.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 215: Я Заеду За Тобой Завтра, Чтобы Отвезти На Работу, Хорошо?

Лу Шаомин сжал ее белые пальцы. Он нахмурился, глядя на рану на ее ладони. Кожа была поцарапана и уже превратилась в струпья. Розовый шрам не был уродливым, но он занимал большую площадь на ее ладони, и это заставляло других жалеть ее. Это навело его на мысль о том моменте, когда она получила травму; она, должно быть, была кровавой и душераздирающей.

Лу Шаомин опустил взгляд и поцеловал шрам на ее ладони, и его глаза были полны жалости и тепла, когда он сказал:”

Маленькое личико Нин Цин стало пунцово-красным. Его тонкие губы поцеловали ее ладонь, и это заставило ее смягчиться. Она прикусила розовые губки и холодно покачала головой. “Это совсем не больно.”

Девочка была очень послушной, вероятно, потому, что боялась, что он сжалится над ней, поэтому она очень энергично замотала головой. Она была очень глупа и наивна.

“Вы еще где-нибудь пострадали?- мягко спросил он.

Нин Цин повернулась всем телом и опустилась на колени. Она задрала свою красную ночную рубашку и обнажила тонкую талию. “Здесь. Этот человек пнул меня здесь. Когда я вернулся домой, я боялся, что моя мать увидит это, и я не осмелился сказать ей. Каждое утро я смотрю на него в зеркало, и там все еще есть фиолетовый синяк справа.”

Лу Шаомин посмотрел в ту сторону, куда указывали ее пальцы. На ее спине был заметен зеленовато-фиолетовый синяк, и это был результат того, что тот человек пнул ее.

Он слышал, как беременная женщина сказала, что в тот момент она не могла встать из-за сильной боли.

Лу Шаомин протянул руку и коснулся ее талии. Она опустилась на колени рядом с кроватью, и в тот момент, когда его тело приблизилось к ней, она упала в его объятия. Он легко поцеловал ее маленькие белоснежные мочки ушей и сказал: “Нин Цин, ты хочешь, чтобы я поцеловал это место? Все будет хорошо, как только я его поцелую.”

Тело Нин Цин застыло, на большом пальце был слой мозолей. Его отпечатки пальцев были очень четкими, и когда он дотронулся до нее, она почувствовала...щекотку.

У девушки была физическая реакция из-за ее неопытности.

“Я не хочу этого делать. Она сжала свои маленькие плечи, чтобы избежать его губ, и отверг его, бормоча:

Она не хотела, чтобы он целовал ее талию.

Лу Шаомин поднял брови и слегка отстранился от нее. “Тогда ты останешься здесь на некоторое время, а я пойду куплю тебе лекарства. Это поможет быстро удалить синяки.”

“Да, Шаоминг. Нин Цин двумя своими маленькими белыми пальчиками потянула его за уголки одежды и сказала: "на улице дождь, не выходи. У меня в комнате есть лекарства. Я купил его тайно, сам. Я буду применять его каждый вечер.”

Эта глупая девчонка. Ей даже нужно было тайно покупать лекарства, и она боялась только того, что заставит свою семью волноваться.

Лу Шаомин очень жалел ее. “А где же лекарство? Я применю его для вас.”

Нин Цин наклонилась, достала из ящика прикроватной тумбочки пузырек с лекарством и вложила его в ладонь мужчины. “Вот оно.”

Она послушно села на кровать.

Лу Шаомин сел рядом с ее кроватью и, открыв флакон с лекарством, принялся наносить его ей.

Ее тонкая талия была действительно прекрасна. Это было похоже на крохотное отверстие бело-голубой фарфоровой вазы, а кожа на его ладони была мягкой и гладкой. Это было то же самое, что и прошлой ночью.

- Тебе больно?”

- Это не больно.”

Действия этого человека были очень мягкими. Нин Цин приоткрыла глаза, и ей стало так уютно, что она почувствовала, что вот-вот погрузится в дремоту.

Она также не знала, сколько времени прошло, когда она почувствовала, что мужчина кладет ее одежду вниз, в то время как она была в тумане. Он тихо прошептал ей на ухо:” Нин Цин, можно я лягу в твою постель?”

Нин Цин была ошеломлена его словами и широко раскрыла глаза от шока. Она посмотрела на него влажными глазами.

Лу Шаомин нахмурился и сказал тоном, показывающим, что он готов обсуждать: “я просто лягу на твою кровать; я не буду спать с тобой. Позволь мне обнять тебя и поговорить.”

На мгновение Нин Цин громко рассмеялась. Он сказал, что хочет забраться к ней в постель, и она все еще думала:…

Неудивительно, что, выйдя из душа, он остановился у ее кровати. Этот человек был слишком джентльмен, и у него было хорошее воспитание. Когда он пришел в ее детскую спальню, он соблюдал правила.

Теперь, когда он хотел лечь в ее постель, ему все еще нужно было сначала получить ее согласие.

Нин Цин надула розовые губки и на мгновение притворилась задумчивой. Затем она сказала: "Хорошо. Она грациозно перекатилась глубже в кровать и освободила для него место.

Лу Шаомин приподнял одеяло и встал рядом с ней. Он лег на спинку кровати и протянул к ней мускулистую руку. Он посмотрел на нее горящим взглядом. “Переходить.”

Подойди и усни в его объятиях.

В тот вечер в Финляндии ему предстояло уладить кое-какие дела. Он выжал все это за те 30 минут. В ту ночь он тоже не мог насытиться, потому что они спешили, и он был озабочен только тем, чтобы сделать свое дело. Он не обнял ее как следует.

Он был не из тех, кто жаден до этого, и ему еще больше нравилось быть вместе с ней.

Долгое и вечное чувство.

На этот раз Нин Цин не вела себя застенчиво, и она сжала губы, чтобы прижаться к мужчине. Он укрыл их обоих одеялом, а одной рукой крепко обнял ее. Он опустил взгляд и поцеловал ее в лоб.

Все существо Нин Цин стало мягким. О, как давно они не были такими!

Все еще оставался аромат, который он принес с собой после душа. Он смешивался с его мужественным и завораживающим запахом, который исходил от него самого, и серая рубашка ее отца была ему немного велика. Он оставил три пуговицы расстегнутыми, и из ее поля зрения она могла видеть все его крепкие и подтянутые мышцы, которые были здорового цвета, и когда он использовал одну руку, чтобы обнять ее, она была полна силы и энергии.

Нин Цин была немного пьяна. Последние несколько дней ее мучили и физически, и морально, и она чувствовала себя так неловко, что ей казалось, что она скоро умрет.

Теперь, когда она снова была во сне, она снова оказалась в его объятиях.

Нин Цин использовала одну маленькую руку, чтобы медленно приблизиться к его красивому лицу. Она погладила его завораживающие бакенбарды и мягко сказала ему: “Шаоминг, я тоже думала об этом в последние несколько дней. Вы были так холодны ко мне в Финляндии, вероятно, потому, что ваша миссия была очень опасной, и поэтому вы не хотели, чтобы я столкнулся с опасностью. Вы не хотели подвергать меня опасности, но вы могли бы втянуть Чжоу Чжилэя в опасность? очевидно, именно я был самым близким человеком для вас. На самом деле, я не боюсь опасности, и я также могу пройти через толстое и тонкое вместе с вами. Не будь вместе с другой женщиной. Пока я могу быть с тобой, я даже готов умереть за тебя.”

Лу Шаомин опустил взгляд и поцеловал ее в красные губы: "тебе не позволено говорить о смерти. Как я перенесу, если ты умрешь? Я совершил ошибку, я не буду вместе с другой женщиной в будущем. Даже если это дело в конечном счете опасно, мы можем пройти через него вместе друг с другом.”

- Ладно, Шаоминг-это так здорово. Нин Цин мило улыбнулась и подняла голову, чтобы принять его поцелуй.

На самом деле все мужчины были странными существами. Было много случаев, когда они нуждались в женской нежности и заботе. Они были в холодной войне уже целую неделю, и он взял на себя инициативу, чтобы сломать лед между ними, поэтому она должна была смягчить свою позицию, пойти в его объятия и поговорить о том, что они сделали неправильно, когда они были в споре.

Были места, где они могли бы совершенствоваться, и были вещи, которых следовало избегать в будущем.

В конце концов, влюбиться было легко, но трудно ужиться друг с другом.

Нин Цин слегка приоткрыла рот, и он воспользовался случаем войти. Большой рукой он схватил ее за мягкую талию, а другой держал за затылок. Он обнял ее и поцеловал.

В поле зрения Нин Цин было красивое лицо мужчины, которое было делом рук богов. Сверкающая люстра отражала свои лучи на его сексуальных коротких волосах, и это заставляло их светиться в завораживающей манере.

Она ступала по облакам, и ей казалось, что она плывет. Он нежно коснулся ее языка, и его запах заполнил весь ее рот.

“Нин Цин, дело не в том, что я не поверил тебе в тот день, но в то время ситуация была опасной для жизни. Я был главнокомандующим. Когда вы хотели, чтобы я поверил в вас, вам нужно было показать и свои способности, и доказательства. Если бы вы могли рассказать мне об особых моментах, связанных с беременной женщиной, или, может быть, если бы вы сказали мне, что кто-то подложил взрывчатку возле отеля, тогда я бы позволил своим людям проверить это. Это было то, что я мог бы решить за 2 минуты. Тебе не позволено быть таким упрямым, и ты не можешь использовать это как инструмент, чтобы проверить, верю я в тебя или нет.”

Нин Цин полузакрыла глаза. Говоря это, мужчина поцеловал ее. Гипнотизирующая хрипотца в его голосе ... в нем все еще был звук плещущейся воды, и это заставляло любого краснеть после прослушивания его.

Нин Цин двумя маленькими ручками потянула его за рубашку, и она испугалась, что утонет в его тепле.

В тот день она действительно сделала что-то не так. Она тоже была сердита. У него были смутные отношения с Чжоу Чжилэй, и она ревновала его к этому.

Поэтому, когда она вошла в главный вестибюль отеля, Чжоу Чжилэй стал расспрашивать ее и все усложнять. Она не использовала свой обычный интеллект и только просила его поверить в нее без всякой причины.

В то же время она не чувствовала себя в безопасности. Она не знала, нравится она ему или нет, и упрямо думала, что уже отдала ему себя, так что она должна быть немного важнее в его сердце по сравнению с Чжоу Чжилэем.

Она отчаянно нуждалась в его одобрении, чтобы определить свою ценность.

Оказалось, что он не обмолвился ни единым словом, но уже видел насквозь все ее тонкие действия.

“Я понял, Шаоминг.- Маленькое изящное личико Нин Цин покрылось красным румянцем. Она взяла инициативу на себя и поцеловала его неопытно, как маленького котенка.

Она использовала свои действия, чтобы показать, что она знала, что совершила ошибку.

Они долго целовались, прежде чем расстаться. Нин Цин зарылась под одеяло и положила свое маленькое личико на место его сердца, и все, что она могла слышать в своих ушах, было сильное и ровное биение его сердца. Слушая, она чувствовала удовлетворение.

Лу Шаомин держал ее за маленькую ручку. Он переплел свои пальцы с ее и сцепил их вместе. - Нин Цин, я не знаю почему, но с того момента, как я впервые увидел тебя, мой взгляд будет притягиваться к тебе, и мои эмоции выйдут из-под контроля. Я никогда не испытывал этого чувства раньше; это было очень грязно и очень плохо…”

Нин Цин услышала его слова и совсем замерла, он ... понравился ей с первого взгляда?

В глазах у нее стоял туман. Она все еще думала, что он ничего не чувствует к ней.

Оказалось, что они оба были влюблены друг в друга.

- Нин Цин, я знаю, что ты любишь человека глубоко в своем сердце. На самом деле я очень ревнива и очень завистлива. На самом деле меня не волнует, что это не твой первый раз, но я очень беспокоюсь о присутствии этого человека.

“Ты, наверное, влюбилась в меня из-за этого человека, так что я немного...боюсь. Поэтому, когда я услышал, что ты больше не хочешь бегать за мной, я был в панике, пока не решил сказать эти слова, потому что боялся, что ты придешь дразнить меня из-за минутного интереса. Я думала, что после того, как ты закончишь дразнить меня, ты просто уйдешь.”

“Нин Цин, ты можешь просто любить меня одну в будущем? В будущем меня не будет волновать твое прошлое. Давайте начнем наши отношения хорошо, и давайте взаимодействовать друг с другом хорошо.”

Нин Цин была тронута им. Она была как в тумане; можно ли считать это признанием его чувств к ней?

Она не думала, что ей так повезет в этой жизни, и она будет дважды любима одним и тем же мужчиной.

Нин Цин обхватила ладонями его красивое лицо и поцеловала. - Шаоминг, я обещаю тебе, что буду любить только тебя. Ты тоже можешь быстро влюбиться в меня? Я хочу, чтобы вы полюбили меня очень, очень глубоко, это была бы такая глубокая любовь, без которой вы не можете жить. После того, как ты полюбишь меня, я отдам себя, семью Нин, всех своих родственников и друзей... я отдам их тебе. Сможешь ли ты тогда защитить всех нас?”

“Окей. Лу Шаомин решительно кивнул и заключил ее в объятия.

Они обнялись на некоторое время, и Лу Шаомин отпустил ее. - Нин Цин, твои отец и мать скоро вернутся. Мне нужно скоро вернуться/ я заберу тебя завтра, чтобы отвезти на работу, хорошо?”

Он уезжает прямо сейчас?

От его последней фразы у нее екнуло сердце. Она и Лу Шаомин не встречались, но они сразу же вступили в супружескую жизнь. Может быть, с завтрашнего дня они тоже будут встречаться, как обычная пара?

Крошечное личико Нин Цин покраснело, и она застенчиво сказала: "я не хочу, чтобы ты забирал меня на работу, потому что завтра я встану очень рано. Завтра утром ты будешь больше спать, а завтра давай поужинаем вместе, хорошо?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 216: У Тебя Все Еще Есть Лицо, Чтобы Вести Себя Молодо Передо Мной

“Окей.- Лу Шаомин обещал ей.

Нин Цин сладко улыбнулась, затем набросилась на него и поцеловала.

Лу Шаомин поймал ее и нежно погладил, притягивая к своему телу. Затем, положив ее плашмя на кровать, он прижался к ней и еще раз поцеловал по-французски.

Когда они расстались, у них перехватило дыхание. Нин Цин хотела встать. - Шаоминг, я провожу тебя.”

- Не надо, ты ложись на кровать, чтобы еще немного отдохнуть. Ухаживайте за своим телом, чтобы быстро восстановить здоровье.- Мужчина использовал свой горячий взгляд, чтобы запереть ее глубоко внутри.

Нин Цин была очень застенчива. Она не знала, действительно ли его последняя фраза была такой, как она думала.

Лу Шаомин укрыл ее одеялом. Ему было невыносимо уходить, и он целовал ее в лоб снова и снова. Он встал, встал с кровати и вышел через главные двери резиденции Нин.

…

Когда он вышел через парадную дверь, весенний дождь за окном уже прекратился, он подошел к "Бентли" и поднял глаза к окну.

Он не знал, когда девушка села у окна. Она смотрела на него сверкающими, как вода, глазами. Теплый свет исходил из комнаты. Ее брови были изогнуты, когда она помахала своей маленькой рукой и сказала: "Шаоминг, езжай медленно. Увидимся завтра.- Лу Шаомин скривил губы в улыбке. В этот момент он почувствовал, что его пустое сердце наконец-то наполнилось.

Может быть, он всегда нуждался в такой женщине.

Такой дом, как этот.

Он нажал на акселератор, и "Бентли" медленно исчез вдали.

Две тонкие руки Нин Цин покоились на подоконнике. Ее маленькая головка лежала на руках, и он с нежностью посмотрел в ту сторону, куда исчез мужчина. На ее лице играла глупая улыбка.

Наконец-то она смогла перевести дух.

Теперь она нравится Лу Шаомингу.

В обещании на 3 месяца остался всего один короткий месяц. Это не имело значения; после сегодняшнего опыта, после того, как она услышала его признание, она была полна уверенности.

Сун Яцзин определенно примет меры за этот короткий промежуток времени в месяц. Она примет меры, соответствующие сложившейся ситуации. Пока она сражается, она будет продолжать встречаться с Лу Шаомоном.

Когда придет время, она скажет Лу Шаомину, что была его маленькой женой.

Все будет хорошо.

Завтра будет лучший день.

…

На следующее утро Нин Цин выпила чашку молока, съела яйцо и попробовала димсум. Юэ Ваньцин смотрела на него, и она не могла скрыть своего счастья, улыбаясь от уха до уха. - Цинцин, в последние дни мне казалось, что ты имеешь дело с ужасной болезнью. Мама ужасно волновалась. Почему ты такой же, как сегодня? Солнце наконец-то светит после дождя; даже аппетит у вас вырос!”

Нин Цин откусила маленький кусочек пирога и одарила маму энергичной улыбкой. - Мама, мне было нехорошо последние несколько дней, с сегодняшнего дня я снова в норме. Теперь я вернулся к своему обычному состоянию. Я вернусь на работу и сделаю все, что в моих силах. Я буду зарабатывать большие деньги в будущем и заботиться о тебе, мама.”

Юэ Ваньцин был в еще большем восторге. “Ты такой милый собеседник.”

После завтрака Сяо Чжоу заехал за ней, и они сели в лимузин. Сяо Чжоу посмотрел на ее лицо, которое светилось красным сквозь бледную кожу, и она была потрясена. “Нин Цин, что с тобой случилось? Вчера ты был еще слаб и болен,а сегодня сияешь!”

Нин Цин нахально подмигнула и сказала: “Сяо Чжоу, позволь мне рассказать тебе. Теперь я официально встречаюсь с Лу Шаомоном.”

- Неужели? Это отличная новость!- Сяо Чжоу был мгновенно удивлен. “Нин Цин, может быть, это Лу Шаомин приходил к тебе вчера? Похоже, что этот человек действительно волшебное зелье; вы заставляете этого единственного человека чувствовать себя смертью.”

Нин Цин тут же ударила Сяо Чжоу по голове и сказала: “Тогда почему бы тебе не пойти и не найти мужчину для свидания?”

“Неужели ты думаешь, что так легко найти мужчину? Сяо Чжоу улыбнулась, передавая документ Нин Цин. - Нин Цин, это официальное дело. Это то, что Сюй Цзюньси отправил в нашу рабочую студию по поводу подписания контрактов знаменитостей. Вы посмотрите на отобранных людей.”

“Окей. Нин Цин схватила документ и внимательно изучила его. Нахмурившись, она перевернула несколько страниц.

- Нин Цин, какого человека ты хочешь выбрать?”

“Это очень просто-кто-то особенный. Если у нас есть особенный человек, я мог бы помочь ему создать специальную торговую марку в индустрии развлечений. Например, Чжан Тао, когда все упоминают его,он является синонимом впечатляющего. Эти типы людей будут легко запоминаемы, и они будут оставаться популярными в течение длительного периода времени.”

Па! Нин Цин закрыла документы, и на ее маленьком личике появилась уверенная и привлекательная улыбка. “Пойдем, Сяо Чжоу. Сегодня мы дадим интервью и подпишем контракт.”

…

Нин Цин беседовала с группой знаменитостей в своем собственном офисе. Она выбрала несколько из них, и один из них был популярным молодым человеком. Он был сродни Богу домоседов, и она была им довольна.

Она была на пике своей славы, поэтому, когда они подписали контракт, они действовали быстро и уверенно, и сделали это чисто и ловко.

Она была занята весь день. Нин Цин вдруг о чем-то задумалась. Она сказала Сяо Чжоу: "Сяо Чжоу, почему в этой куче документов нет певцов?”

Сяо Чжоу был ошеломлен. - Нин Цин, тебе нужны певцы?”

Нин Цин кивнула головой и сказала: После того, как я подпишу контракты со знаменитостями и официально создам свою рабочую студию, я буду снимать фильм. Мы можем выбрать певца, который будет официальным певцом в моих фильмах. Как насчет этого: некоторое время назад я видел программу прослушивания. Там был человек по имени Лю Вэньлун, который казался многообещающим. У него был особенный проникновенный голос. Позвоните ему и пригласите к себе.”

- Лю Вэньлун? Сяо Чжоу немедленно покачала головой. "В последнее время был поток программ прослушивания. Лю Вэньлун был назван чемпионом и после этого действительно наслаждался боем славы, но его развитие после этого было не слишком хорошим. Причина его падения заключалась в том, что он был очень замкнутым человеком. Он не знал, как вести себя в обществе. Были компании, которые хотели заключить с ним контракты, и он фактически отказался от всех коммерческих выступлений. Нин Цин, вы все это время восхищались умными людьми; как получилось, что теперь вы смотрите на чудака?”

Нин Цин скривила губы и, казалось, не возражала. “Если он ненормальный, значит, он ненормальный. Нам остается только искать для него подходящий путь развития в индустрии развлечений. Мне очень нравится его голос. Это просто, но трогательно для уха. Позвоните ему и скажите, что Нин Цин пригласила его прийти сюда сегодня в три часа дня.”

“Да, хорошо.- Взволнованно согласился Сяо Чжоу. Больше всего ей нравилась эта атмосфера уверенности на Нин Цин. Это заставляло других доверять ей и уступать.

Сяо Чжоу встал, посмотрел на часы на стене и сказал потрясенно: “Нин Цин, сейчас полдень. Пора обедать! Что ты хочешь съесть? Я прикажу это сделать.”

- Хорошо... - Нин Цин не стала откладывать работу в сторону и на некоторое время задумалась. - Дайте мне блюдо вареных соленых креветок, пять цветных жареных филе и жареный сельдерей.…”

Сяо Чжоу внимательно слушала, и она была потрясена. - Нин Цин, вы заказали от 7 до 8 блюд. Мы можем закончить их все? Ты сейчас голоден?”

Нин Цин коснулась своего плоского живота и сказала: “я действительно голодна. Не знаю почему, но мне кажется, что сегодня у меня появился аппетит. Ах да, Сяо Чжоу, принеси мне бутылку кислых слив. Мой рот кажется таким простым. Я хочу съесть что-нибудь вкусненькое.”

“Окей. Сяо Чжоу повернулся, чтобы уйти.

…

После ухода Сяо Чжоу Нин Цин была занята работой, держа в руке ручку. В этот момент в воздухе раздался звук туфель на высоких каблуках. Она подняла глаза и увидела незваного гостя, Чжоу Чжилэя.

Чжоу Чжилэй был одет в профессиональный черно-белый костюм. На ней был светло-фиолетовый жилет. На ее красивом лице был тонкий легкий макияж. Она стояла на высоких каблуках и шла с изяществом настоящей леди. У нее был стильный вид деловой женщины.

Она остановилась перед столом Нин Цин и слегка улыбнулась. - Мисс Нин, как поживаете?”

Нин Цин не чувствовала себя странно, что она пришла. Поскольку она была гостьей, Нин Цин подняла брови, медленно встала и улыбнулась. - Мисс Чжоу, как поживаете? Присаживайтесь, что бы вы хотели выпить? Чжоу Чжилэй посмотрел на маленький кабинет и на диван, заваленный газетами. Она слегка скривила губы и сказала: "Мисс Нин, это ваш офис?”

Нин Цин налила стакан воды из-под крана для Чжоу Чжилэя. Она посмотрела на свой стол, заваленный документами, и небрежно сказала: Мой офис все еще находится на ремонте. Мисс Чжоу может подумать, что здесь грязно. Я немного занят сегодня, и у меня еще нет времени, чтобы привести его в порядок.”

Нин Цин протянула стакан простой воды Чжоу Чжилэю.

Чжоу Чжилэй не протянул руку, чтобы принять его. Она посмотрела Нин Цин прямо в глаза и сказала: “Мисс Нин, поскольку я пришла сюда сегодня, я буду говорить прямо. Я надеюсь, что ты сможешь отделить себя от брата Минга. Сколько денег вы хотите? Я дам вам чистый чек; вы можете написать на нем все, что захотите. Вы можете рассматривать это как ... милостыню от меня.”

Милостыню?

Нин Цин не думала, что эта дочь из богатой семьи будет говорить с такой яростью с того самого момента, как она открыла рот. Ее слова было трудно проглотить.

У Нин Цин было простое выражение лица, когда она поставила чашку обратно на стол. Она повернулась, ее мягкое тело лежало на столе, обе руки были прижаты к груди, и она сказала с томным тоном и легкой улыбкой: “Мисс Чжоу, о чем вы говорите? Милостыню? Мисс Чжоу должна знать, что я все еще жена Лу Шаомина. Между нами все еще существуют брачные отношения. Все имущество Лу Шаомина является общей собственностью между мужем и женой. Мисс Чжоу хочет конкурировать со мной, используя деньги. Хех, а ты не переоцениваешь свои возможности сейчас?”

“Ты... - выражение лица Чжоу Чжилэя стало холодным. Это был первый раз, когда она столкнулась лицом к лицу с даром Нин Цин болтать.

“Кстати, о милостыне ... Лу Шаомин-мой человек. Он-мой муж. Ты хочешь, чтобы я ушла от него? Тогда не должна ли Мисс Чжоу сначала умолять меня? Умолять меня дать тебе Лу Шаомина в качестве милостыни? Может быть, я смогу все обдумать?”

Чжоу Чжилэй была в ярости и могла только смеяться. - Хе, Мисс Нин, ну и что с того, что вы жена брата Мина? Можете ли вы войти в большие двери семьи Лу? Тетя меня очень любит. Во время поездки в Финляндию тетя специально приказала мне скрепить сделку с братом Мингом.”

Она хотела использовать Сун Яцзин, чтобы пронзить Нин Цин.

Нин Цин холодно рассмеялась в душе. Сун Яцзин, Чжоу Чжилэй - эти две женщины были стандартными ярлыками богатой семьи, но во всем, что они делали, они не показывали элегантности и уравновешенности женщины из семьи, обладающей большим богатством.

- А?- Нин Цин подняла брови и с интересом спросила: - тогда Мисс Чжоу действительно заключила сделку?”

Чжоу Чжилэй: “…”

Нин Цин щелкнула губами и рассмеялась. - Послушайте, даже если вы готовы отдать ему все, Лу Шаомин не заключит с вами сделку. Я обдумал этот вопрос, и это заставило меня понять. Как бы крепко вы ни держались за мою свекровь, не отпуская ее, это будет бесполезно, если только вы не захотите прожить всю свою жизнь рядом с моей свекровью. И пока Лу Шаомин держит меня в своем сердце хотя бы один день, я буду семьей со своей свекровью. Я думаю, что вы намекнули и сказали много плохого обо мне в присутствии моей свекрови. Это бесполезно, и настанет день, когда ты снова станешь чужаком!”

Чжоу Чжилэй не могла сохранять самообладание образованной дамы из богатой семьи. Она сжала пальцы в кулак и широко раскрытыми глазами уставилась на Нин Цин. Она была здесь, чтобы спровоцировать Нин Цин, но не ожидала, что ее убьют в одну секунду.

Она всегда считала, что в ее власти взять инициативу в свои руки, но после того, как Нин Цин заговорила, она фактически зашла в тупик.

Это было правильно, независимо от того, насколько она выдающаяся, независимо от того, насколько другие благоволят к ней, что толку, если Лу Шаомин не любит ее?

- Мисс Нин, вам не кажется, что с вашим скромным семейным происхождением бесстыдно торчать рядом с братом Мином-это очень неловкое поведение?”

Нин Цин повернулась, обошла вокруг стола и медленно села на свой стул. Она уверенно улыбнулась и сказала: “неловкое поведение? Тогда что же мне делать? Я все еще чувствую, что Мисс Чжоу не знает ни чести, ни стыда. Ты соблазнила чужого мужа. Это бесстыдное поведение, которое игнорирует мораль как третья сторона в отношениях! Кроме того, не обращайся к брату мину как к "брату" и не называй его так интимно. Ты старше меня на целых 5 лет. Исходя из моего возраста, я должна обращаться к тебе как к старшей сестре, а у тебя все еще есть лицо, чтобы вести себя молодо передо мной?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 217: молодой господин Лу, разве вы не знали, что Нин Цин давным-давно потеряла свой телефон

В этот момент Чжоу Чжилэй кипела от гнева, так как все ее тело дрожало с головы до ног.

В этом году ей исполнилось 26 лет, и она всегда считала, что именно в этом возрасте женщина должна быть самой красивой. Это было время между неопытной юностью и зрелой женственностью, как бутон цветка в полном цвету.

Но что сейчас сказала Нин Цин? Она обращалась к нему как к старшей сестре?

Неужели она стара?

Женщины больше всего боялись, что другие назовут их старыми. Чжоу Чжилэй, естественно, чувствовал то же самое.

Чжоу Чжилэй подняла глаза и посмотрела на Нин Цин, которая стояла перед ней. Хотя она и не хотела признаваться в этом, маленькое изящное личико Нин Цин действительно было делом Божьим. Она такая мягкая и влажная. Ее острый маленький носик, ее привлекательные вишневые губы... ее глаза были самой красивой чертой ее лица; они были влажными и блестящими. Ее глаза даже заставляли женщин таять, глядя на нее.

Черты ее лица, как у маленькой девочки, были молоды и красивы, но когда она откинулась на спинку офисного стула. Ее ленивая поза делала ее привлекательной и умной, как маленькую женщину.

Аура, которая была на ее теле, заставляла мужчин сходить с ума больше всего. Она использовала позу маленькой женщины, чтобы завоевать сердце мужчины, а тело девушки делало мужчин неспособными сопротивляться ей.

Хех, неудивительно, что она нравилась Лу Шаомингу.

Оказалось, что все мужчины такие старомодные.

В этот момент Чжоу Чжилэй ревновала, она была полна зависти.

Нин Цин заметила каждую эмоцию, появившуюся на лице Чжоу Чжилэя, и уголки ее губ приподнялись в улыбке. Она взяла авторучку и опустила глаза, чтобы начать работать. - Мисс Чжоу, у вас есть еще какие-нибудь дела? Если вы это сделаете, пожалуйста, дайте мне знать, так как моя рабочая студия официально открывается завтра. Если Мисс Чжоу снова захочет меня найти, вам придется договориться о встрече через моего секретаря.”

Чжоу Чжилэй ненавидела ее так сильно, что у нее защемило сердце, но она не могла взять верх с помощью своих слов, поэтому холодно хмыкнула и сказала: “Нин Цин, давай посмотрим, кому удастся победить в долгосрочной перспективе. Дай-ка я посмотрю, как долго ты еще можешь быть таким высокомерным!”

Чжоу Чжилэй ушла, расхаживая в туфлях на высоких каблуках.

Атмосфера стала спокойной, и Нин Цин от души рассмеялась. Было слишком много людей, которые говорили ей: "посмотрим, кому удастся победить в долгосрочной перспективе", но она прошла через волну за волной, и она все еще стояла на одном и том же месте.

Она навсегда останется в одном и том же месте.

В этот момент Сяо Чжоу принесла коробку бенто, когда она вошла. “Нин Цин, я только что видел эту Чжоу Чжилэй; почему она пришла сюда искать тебя?”

- Она пришла сюда, чтобы похвастаться, но я остановил ее простой пощечиной.”

- Ха-ха, Нин Цин, я просто знал, что ты всегда была лучшей. Приходите и быстро ешьте. Ты ведь уже давно проголодался, верно?"Сяо Чжоу поставил 7 или 8 блюд на кофейный столик.

“Окей. Нин Цин улыбнулась, когда подошла к столу, и села на диван, используя ложку, чтобы сначала съесть суп, прежде чем сказать: “Сяо Чжоу, это черный куриный суп из ягод годжи?”

- Так и есть. Я заметил, что ваш аппетит вырос, поэтому я заказал еще несколько блюд. Ешь побольше и откармливайся.”

“Окей."У Нин Цин был кусочек риса, и она не знала почему, но все, что она ела, было вкусным“, - сказал Сяо Чжоу, после того как я поел. Наверное, потому, что она была в хорошем настроении. “Я собираюсь вздремнуть после обеда. Наверное, потому, что здесь весна. Теперь мне немного хочется спать.”

- Конечно, тогда вперед.”

….

На следующий день, в три часа дня. Пришел Лю Вэньлун.

Нин Цин встала и посмотрела на него. Лю Вэньлун был грубым человеком из района Дунбэй. В этом году ему исполнилось 26 лет, и его черты нельзя было назвать красивыми, но они все еще были правильными. За спиной у него висела гитара, а джинсы делали его похожим на бандита. Его внешность соответствовала хорошему голосу, и он походил на человека, прошедшего через жизненные испытания.

- Директор Нин, как поживаете?- На лице Лю Вэньлуна не было никакого волнения, он просто вежливо поздоровался с ней.

- Мистер Лю, Как поживаете? Присаживайтесь сюда.”

Они вдвоем уселись на диван.

Нин Цин не открывала рта, и Лю Вэньлун прямо сказал: “директор Нин, я слышал, что вы хотите подписать со мной контракт на руководство вашей рабочей студией. У меня есть только одно условие, и это будет то, что я отвечаю только за создание своей собственной музыки. Интервью, выступления и другие события не имеют ко мне никакого отношения.”

Нин Цин подняла брови и улыбнулась, кивнув головой. “Конечно.”

Услышав ее слова, Лю Вэньлун сразу же застыл и сказал: "директор Нин, вы уверены в этом?”

Он дебютировал с программы прослушиваний, и после этого все места, где он хотел развиваться, были встречены многочисленными неудачами. Не было ни одной компании, которая была бы готова подписать с ним контракт, и все потому, что он не хотел участвовать в спектаклях.

На Земле было слишком много людей, которые знали, как петь, и певцы, которые не имели никакого значения для создания заголовков в индустрии развлечений, не могли продолжать.

Это была внутренняя работа индустрии развлечений, и она не была основана исключительно на использовании способностей для определения производительности человека.

- Господин Лю, Я знаю, что вы свободный художник. Искусство не должно быть связано с деньгами. Вы можете выбрать быть чистым, а можете быть высокомерным. Я полностью могу понять вас и могу позволить вам сделать это.- Пока она говорила, Нин Цин получила контракт от Сяо Чжоу и передала его Лю Вэньлуну. “Вы посмотрите на содержание контракта. Я согласился на все ваши условия, и это те преимущества, которые я вам дам.”

Лю Вэньлун посмотрел на абзац, касающийся условий социального обеспечения, и выражение его лица напряглось. - Директор Нин, жалованье, которое вы мне даете, составляет всего ... тысячу долларов?”

Сяо Чжоу услышала его слова и подняла голову, чтобы посмотреть. Нин Цин лично составил этот контракт во второй половине дня, и Сяо Чжоу не знал о его содержании.

Тысяча?

Сяо Чжоу подозревал, что Нин Цин допустила опечатку. Даже ежемесячные расходы студента университета в наши дни были бы выше, чем эта сумма сейчас.

Что он может сделать с простой тысячей долларов?

Глаза Нин Цин заблестели, и она улыбнулась, приветствуя взгляд Лю Вэньлуна. - Господин Лю, Я понимаю вашу ситуацию прямо сейчас. Нет ни одной компании, которая была бы готова заключить с вами контракт. Вы бы каждый вечер таскали гитару в Буск по улицам. Кроме расходов на питание и аренду жилья, вы не сможете заработать и ста долларов. Теперь, когда я покрываю ваши расходы на аренду и питание, я все еще даю вам тысячу долларов дополнительно. Это уже очень великодушно с моей стороны. Более того, Лю Вэньлун, вы изложили свои условия, как только вошли в дверь. Единственным условием, которое у вас было, было бы то, что вы не будете участвовать в спектаклях. Теперь, когда я удовлетворил просьбу быть беззаботным художником, такой высокомерный и чистый господин Лю теперь ведет со мной переговоры о деньгах? Вам не кажется, что сейчас вы ведете себя противоречиво?”

Мужественный мужчина из Дунбэя не отличался бойкостью в выражениях. Слова Нин Цин прозвучали как пощечина, и он поджал губы. Его лицо было багрово-красным.

Сяо Чжоу понял, что имела в виду Нин Цин.

В этот момент Нин Цин подняла глаза и посмотрела на дверь. За дверью стояла девушка. На вид ей было около 22 лет, и в этот момент она направила свой взгляд в их сторону.

Девушка была одета в цветастую рубашку, и это выглядело так, будто она была ручной работы из 90-х годов в горных районах. На ногах у нее были простые парусиновые туфли, и когда Нин Цин взглянула на нее, она быстро улыбнулась. Она была очень застенчивой и очень нежной.

Нин Цин тепло улыбнулась и посмотрела на девушку. Она обратила свои слова к Лю Вэньлуну. “Я видел вашу программу раньше,эта девушка-ваша подруга, ли И. Вы оба выросли вместе в горах и с детства были влюблены друг в друга. Она действительно поступила в хороший университет, но решительно отвергла все это из-за тебя. Вы оба прошли через горы и вошли в город. Вы ездили на автобусах по улицам, и она взяла миску, чтобы собрать для вас деньги.

“Ты стала популярной после прослушивания. Ваши отношения также затронули многих людей, и в то время судья программы дал вам золотое кольцо и попросил сделать ей предложение, и она согласилась на ваше предложение.”

Лю Вэньлун кивнул головой и сказал: Я не хотел этого кольца, и я также планировал вернуть его этому судье, когда я уйду со сцены, но у меня все еще не было возможности вернуть его, и этот судья уже попросил своего помощника забрать его у меня.”

Нин Цин больше ничего не сказала. Она достала еще один контракт и положила его перед Лю Вэньлуном. “Я только что пошутил с тобой, это настоящий контракт. Вам нужно только беспокоиться о создании музыки. Продвижение по службе и выступления будут моей ответственностью.”

Лю Вэньлун посмотрел на премиальные условия, и его лицо стало еще краснее. - Директор Нин, вы…”

Нин Цин медленно встала и сказала: “я только что хотела преподать тебе урок жизни. Люди, сначала должны жить, а потом уже думать об амбициях. Если вы не в состоянии поднять себя, и вы даже не можете защитить своего любовника, то на каком основании вы говорите об амбициях?”

Лю Вэньлун пребывал в оцепенении. У него не было большого образования, и он мало что знал о жизненных уроках.

Он знал только, что то, что происходило за кулисами и под столом во время прослушивания, было первым случаем, когда он узнал о внутренней работе индустрии развлечений. Это золотое кольцо еще больше подорвало его достоинство, и он хотел только заниматься музыкой, не отвлекаясь ни на что. Он ненавидел все эти вещи глубоко, от всего сердца.

Лю Вэньлун подписал документ и встал, чтобы сказать: “директор Нин, спасибо. Я увижу тебя снова.”

Лю Вэньлун встал и вышел за дверь. Он положил руки на плечи Ли И, и лицо мужественного мужчины из Дунбэя тоже излучало нежное тепло.

Ли и застенчиво взглянул на Нин Цин. Она поклонилась и отнеслась к этому как к благодарности Нин Цин.

Нин Цин нахально подмигнула и помахала ей рукой.

Они вдвоем удалились.

…

Сяо Чжоу спросил Нин Цин: "Нин Цин, вначале я думал, что ты использовал тысячу долларов, чтобы угрожать Лю Вэньлуну, но я не думал, что ты на самом деле читаешь ему лекции по своей доброй воле.”

Нин Цин собрала документы на столе и сказала: “я действительно угрожала ему. Я ценю его талант, но его поведение сродни игнорированию окружающего мира. В будущем ему будет трудно найти себе применение. В то же время я читал ему лекции. Поскольку я решил использовать его, я сделаю все, что смогу, чтобы помочь ему.”

Такому человеку, как Лю Вэньлун, было бы трудно выжить в этом мире, если бы он не изменил свои привычки. Нин Цин надеялась, что он осознает этот факт.

Сяо Чжоу кивнула головой и сказала: “Я думаю, что у Лю Вэньлуна и его подруги Ли и такие гармоничные отношения между ними.”

“Совершенно верно. Ли и-хорошая девочка, но она очень наивна.- Нин Цин вынесла окончательное решение и сказала: “Сяо Чжоу, мне нужно в туалет.”

Нин Цин пошла в туалет, и тут зазвонил телефон Сяо Чжоу. Она не знала, кто звонит, и нажала на кнопку ответа, чтобы ответить на звонок: “Алло, кто это звонит?”

“Привет.- На другом конце провода раздался глубокий и очаровательный мужской голос.

- Молодой Господин Лу?"Сяо Чжоу был ошеломлен, и она сказала: “молодой господин Лу, вы ищете Нин Цин? Она просто пошла в туалет, и я передал ей телефон.”

Молодой мастер Лу сидел за рулем, и в ухе у него был наушник. Он нахмурил брови, отвергая ее предложение: "в этом нет необходимости. Почему я не могу дозвониться до ее телефона?”

Он так и не дозвонился, когда она вернулась из Финляндии.

- Молодой господин Лу, разве вы не знали? Нин Цин давно потеряла свой телефон.- Сяо Чжоу был ошеломлен.

- Что?"Лу Шаомин нахмурился, и это заставило 3 сердитые линии пробежать по его лбу. А еще сказать, что она не получала ни одного его сообщения или телефонного звонка? “Где вы двое сейчас находитесь? Я поспешу туда.”

Сяо Чжоу назвал ему адрес, и Лу Шаомин повесил трубку.

Человек в машине несколько секунд молчал, а потом позвонил Чжу жую. - Секретарь Чжу, помогите мне уничтожить телефонный номер.”

Она не получала его смс-сообщений и звонков. Тогда он их уничтожит, хотя и не будет посылать никаких пикантных сообщений, но все же немного..смущающий.

Он так смиренно умолял ее остаться.

…

Нин Цин вышла из туалета, и Сяо Чжоу протянул ей сим-карту. “Нин Цин, ты потеряла свой телефон, но я уже помог тебе вернуть свой номер. Вы не потеряли ни одного сообщения. Я буду сопровождать вас позже, чтобы купить новый телефон.”

Нин Цин взяла карточку в руку, и ее крошечное личико слегка покраснело. “В этом нет необходимости. Я позволю Шаомингу сопровождать меня, чтобы получить телефон позже.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 218: Этот Человек Немного Странный

Когда Сяо Чжоу услышала слова Нин Цин, она тут же толкнула ее локтем. - Айо, ты пренебрегаешь своими друзьями, когда влюблен?”

- А когда я это сделал? Как насчет того, чтобы заняться своими делами?”

“Забыть его. Нин Цин, ты что, думаешь убить меня на электрическом стуле?”

Нин Цин не продолжала говорить, ее маленькие белоснежные мочки ушей уже покраснели. Вчера они решили поужинать вместе; это было их первое официальное свидание.

Сяо Чжоу видел, что Нин Цин застенчива, и все еще хотел продолжать дразнить ее. Но в этот момент ... - Как поживаешь? Вы большой директор Нин Цин?- К ним подошла девушка.

Нин Цин подняла глаза и посмотрела на человека. Ей было около 20 лет, она была одета в горчично-желтое платье и выглядела невинной и красивой.

Нин Цин не удержалась и бросила на нее еще два взгляда. Эта девушка показалась мне немного знакомой. О, оказалось, что она немного похожа на нее.

Сердце Нин Цин было полно волнения. Эта девушка была похожа на Нин Цин 3 года назад. Она выглядела неопытной с оттенком остроумия.

“Так это ты?- Спросила Нин Цин.

Девушка посмотрела на Нин Цин. Ее глаза были прекрасны, и она сказала: “Нин Цин, Как ты? Меня зовут Лю Лин. Я дальний родственник Лю Вэньлуна. Я только что разговаривал с ним по телефону и услышал, что он приехал сюда на собеседование. Вы сейчас подписываете контракты, поэтому я пришел просить вас об интервью. У меня нет никаких требований к работе, поэтому я не боюсь упорно работать. Я надеюсь, что директор Нин даст мне шанс. Я могу начать с второстепенных ролей и работать оттуда.”

Нин Цин посмотрела на Лю Лин и просто улыбнулась. - Извините, но у нас тут полно народу.”

Она использовала одну строчку, чтобы отвергнуть ее.

Глаза Лю Лин потускнели. Она шагнула вперед, чтобы умолять. - Директор Нин, я прошу вас дать мне шанс. Я действительно буду много работать…”

“Мне очень жаль.- Нин Цин сказала, чтобы прервать ее, - мне еще нужно закончить другую работу.- Она повернулась и села на свой собственный стул.

- Мисс, сейчас нам не нужна рабочая сила. Пожалуйста, уходи.- Сяо Чжоу велел прогнать ее.

Лю Лин снова посмотрел на Нин Цин и повернулся, чтобы уйти.

Подождав, пока Лю Лин уйдет, Сяо Чжоу сказал Нин Цин: “Нин Цин, почему ты не захотел подписать контракт с Лю Лином? Она очень красива и похожа на то, как ты выглядел несколько лет назад. Даже если вы позволите ей выступать в роли горничной или красивой фигуры на заднем плане, этого будет достаточно.”

Нин Цин перевернула документ в своей руке и не подняла головы. - Сяо Чжоу, Лю Лин сказала, что она дальняя родственница Лю Вэньлуна, верно?”

“Совершенно верно.”

“Это кое-что говорит о Лю Лин. Даже если она не родом из гор, ее семейное происхождение не должно быть слишком хорошим, но вы посмотрите на ее западный стиль одежды. По сравнению с этим простым и ясным Ли и сейчас, они просто не могут рассматриваться в одной лиге. Она сказала, что могла бы начать с второстепенных ролей, но неужели ты думаешь, что она согласится стать Дворцовой служанкой?”

“В этом есть смысл, ха-ха. Нин Цин, ты все еще тот, кто лучше видит других насквозь.”

Нин Цин вздохнула и сказала: “Сяо Чжоу, управлять командой-это трудная задача. Мы должны сначала подтвердить чистоту команды. Эти люди с коварными сердцами-мы их точно не используем.”

…

Лю Лин вышла в коридор, чувствуя себя обиженной. В этот момент к ней подошел мужчина.

Мужчина был одет в белую рубашку и деловые повседневные брюки. Материал ручной работы премиум-класса из ткани делал мужчину невероятно красивым. Его спокойные и уверенные манеры и походка были безупречны. Его красивое лицо, похожее на скульптуру, казалось зрелым и мужественным.

Лю Лин тут же перевела взгляд на этого красивого мужчину. Феромоны этого человека витали в воздухе; он притягивал взгляды женщин, как магнит, и заставлял трепетать сердца других, когда они случайно встречались с ним. Мужчина подошел и прошмыгнул мимо нее…

Лу Шаомин ее не заметил. В его глазах он, вероятно, не видел никакой другой женщины в мире, кроме Нин Цин.

Он провел последние 31 год, занимаясь именно этим.

Лу Шаомин отошла, и Лю Лин слегка прикусила свои розовые губы. Она была застенчива и услышала, как кто-то тихо обсуждает этого человека. “Это был молодой господин Лу? Ого, он действительно нежный, красивый и богатый. Он является премиальным продуктом среди ТОП-5 алмазных боссов.”

- Верно, тот, в кого он влюбится, будет так счастлив. Даже если она не влюбится в него, иметь возможность общаться с ним интимно было бы в конечном счете блаженным делом.”…

Лю Лин вошла в лифт как в тумане. В этот момент у нее в кармане зазвонил телефон. Она достала его, чтобы взглянуть, и ее тут же охватил благоговейный трепет.

…

Нин Цин обсуждала с Сяо Чжоу вопросы, касающиеся средств массовой информации для развлечений на острове. В этот момент в поле ее зрения появилась красивая фигура. Нин Цин посмотрела в сторону и тут же широко улыбнулась. - Шаоминг, ты здесь!”

“Да.- Лу Шаомин что-то промычал и поднял ногу, чтобы войти внутрь.

- Молодой господин Лу, Нин Цин, мне нужно кое-что сделать.- Сяо Чжоу был очень самоуверен. Она не хотела быть третьей лишней, поэтому взяла свою сумку и ушла.

После ухода Сяо Чжоу в офисе осталось всего 2 человека. Лу Шаомин сидел в кресле у двери и не двигался. Нин Цин взяла инициативу на себя и направилась к нему. - Шаоминг.- Нин Цин протянула свою маленькую руку и потянула его за рукав рубашки.

Мужчина перевел взгляд вниз. Сегодня на ней были белые туфли, и она была ниже его на целый квартал. Его глубокие блестящие глаза спокойно смотрели на нее. В его глазах медленно проступала теплая нежность.

Сердце Нин Цин забилось быстрее, когда она увидела его пристальный взгляд.

Независимо от того, как долго они были вместе, перед ним она всегда была как лист чистой бумаги. Этот 30-летний зрелый мужчина ... у него были деньги, власть и превосходство, и одного взгляда от него было бы достаточно, чтобы перевернуть любого с ног на голову.

Нин Цин еще крепче вцепилась в его рубашку.

Лу Шаомин протянул свою большую руку и медленно коснулся ее маленького, чистого, белого лица. Сегодня ее тело было намного теплее. Ее маленькое личико было нежным и мягким на ощупь. Это было особенно удобно, и он понизил голос и спросил: Может, пойдем перекусим?”

“Окей. Нин Цин кивнула головой и тихо сказала: “Шаомин, я пойду переоденусь. Подожди меня немного.”

“Конечно.”

…

Лу Шаомин стоял в коридоре и ждал девушку. Она была всем, о чем он думал с тех пор, как она подняла голову и посмотрела на него. Ее маленькое личико покраснело, а два глаза были полны благоговения.

Он ей очень нравился.

Его губы незаметно скривились,и он торжествующе рассмеялся. В этот момент мимо прошла парочка. Девушка держала мальчика за локоть и вела себя с ним очень мило. - Дорогая, Поцелуй меня, ладно?”

Мальчик неловко посмотрел на Лу Шаомина. - Дорогая, Не суетись, здесь кто-то есть.”

- Чего ты боишься? - с несчастным видом продолжала девушка. - чего ты боишься? Кто бы не был таким, когда они встречаются? Целоваться и быть близкими, и желать остаться друг с другом на весь день…”

Парочка отошла в сторону.

Лу Шаомин почувствовал, что его лицо слегка покраснело. Он никогда раньше не ходил на свидания. У него не было большого опыта, и он также не знал, будет ли каждая пара похожа на ту, которую он только что видел.

Лу Шаомин откашлялся и почувствовал себя неловко.

В этот момент, " Шаоминг.- Приехала Нин Цин.

Он повернул голову, чтобы посмотреть. Девушка переоделась в белый топ и джинсовый комбинезон. Она сложила концы джинсов и показала свою белую икру и белые туфли внизу. Она заплела волосы в косу из рыбьей кости, свисавшую ниже левой стороны груди, а остальную часть собрала в редкую челку на лбу. Она выглядела чистой и красивой.

Лу Шаомин посмотрел на нее и на мгновение замер. Девушка подошла ближе.

- Шаоминг, пошли.”

“…Окей.”

Они вышли бок о бок.

Нин Цин шла справа от мужчины. Она искоса посмотрела на мужчину и спросила: “Шаоминг, где мы будем есть?- Все, что Лу Шаомин увидел в его глазах, была ее левая рука. В левой руке она держала модную желтую сумочку. Тонкий ремешок был обернут вокруг ее Белого пальца, и это было невероятно привлекательно.

Отвлекшись, он сказал: "Хм, тебе решать.”

Итак, девушка начала перечислять самые вкусные рестораны.

Лу Шаомин тайком вынул руки из карманов брюк и опустил их по бокам. Его правая рука дернулась, желая удержать ее маленькую ладонь.

Не будет ли это слишком, чтобы держать ее за руку, когда они встречаются?

Думая об этом вот так, его правая рука приблизилась к ней, и еще ближе…

Когда он уже собирался прикоснуться к ней, маленькое нежное личико девушки внезапно приблизилось к его глазам и сказало: “Шаоминг, о чем ты думаешь? Я столько раз повторяла твое имя, но ты не отвечал.”

Лу Шаомин быстро убрал руку и украдкой сунул ее обратно в карман брюк.

Он хотел взять ее за руку, но не смог. Он даже чуть не попался ей на глаза. Это было немного неловко для 30-летнего мужчины, поскольку он был типично холодным и резким в корпоративном мире. Внезапно рядом с ним появилась молодая маленькая и нежная девушка, и он почувствовал себя растерянным.

Он боялся, что если он будет слишком строг с ней, она почувствует, что он легкомыслен, но если он будет легкомыслен с ней, это заставит его чувствовать себя неловко, но соблазнительно.

Это чувство было очень неприятным.

- Ничего особенного. Вы уже заказали столик? Лифт уже здесь. Давай поторопимся.- Он сделал большой шаг вперед.

Нин Цин посмотрела ему в спину, и он, казалось, глубоко задумался. Сегодня этот человек вел себя немного странно!

…

Они выбрали ресторан, чтобы перекусить. Официант подавал блюда в отдельной комнате. Нин Цин посмотрела на мужчину рядом с ней и сказала: “Шаомин, я слышала, как Сяо Чжоу сказал, что вы вложили огромную сумму денег в средства массовой информации по всему острову. Тогда вы передали акции на мое имя.”

Лу Шаомин поднял ложку, чтобы зачерпнуть маленькую миску супа и поставить ее перед Нин Цин, и выражение его лица было ясным, когда он кивнул головой. “Да.”

- Шаоминг, ты даешь его прямо мне? Почему?”

Этот человек небрежно взглянул на девушку. Его тонкие губы слегка поджались, когда он сказал:”

Сердце Нин Цин словно окунули в мед. На ее щеках появился теплый румянец. Она набрала полный рот супа, который он поставил перед ней, и сладко сказала: “я уже позволила сотрудникам Island Wide Entertainment Media вернуть вам деньги. До тех пор, пока вы не создадите беспорядок. Завтра я подпишу контракт с компанией Island Wide.”

Рука мужчины, державшая палочки для еды, замерла, и он слегка приподнял брови, чтобы спросить:” Теперь они встречались. Чьи это были деньги-не имеет значения. В будущем она сможет сократить свою рабочую нагрузку, и он сможет позволить себе помочь ей.

Нин Цин посмотрела на мужчину, изогнув брови. Она игриво подмигнула и заскулила: “Шао, Инг,как меня так легко воспитать? Не используй эту маленькую сумму, чтобы подкупить меня!”

Лу Шаомин знал, что она не хочет пользоваться его деньгами.

Эта маленькая, мягкая фигурка обладала собственной независимостью и гордостью, и теперь она имела собственное положение в индустрии развлечений. Она вполне могла позаботиться о себе со своими способностями, поэтому не хотела полагаться на него.

Если бы кто-то работал немного усердно, результаты не обязательно привлекли бы его внимание, но ее решительное отношение к жизни заставило Лу Шаомина смотреть на нее с большим восхищением в глазах.

Была поговорка: те, кто неустанно борются, заслужат уважение других, а женщина, которая так неустанно борется, заслужит еще большее уважение. Последнее относилось и к ней.

Двое из них были образованными людьми. Когда они ели, то медленно жевали и время от времени разговаривали. Атмосфера была хорошей, и Нин Цин использовала свою руку, чтобы очистить краба, и она положила его в свою миску. - Шаоминг, я добавила немного соуса, а ты попробуй и посмотри, хороший ли он.”

Лу Шаомин поднял глаза и посмотрел на нее. Рядом с ее красивыми губами лежал сочный кусочек риса.

“Здесь.- Он указал на нее.

- Что?- Девушка ничего не поняла.

Лу Шаомин отложил палочки для еды. Его сильная рука протянулась вперед, и его большая мозолистая ладонь прямо накрыла ее жалкое маленькое, мягкое лицо.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 219: Лу Шаомин, Посади Меня В Кабедон

Он помог ей вытереть рис с уголков губ и одной большой рукой погладил ее маленькое личико. Он не хотел уходить.

Все, что он мог видеть, были ее маленькие вишневые губы, и поскольку она ела рис, это делало ее губы еще более влажными. Они были покрыты тонким слоем розовой пудры и выглядели более восхитительно, чем все остальное.

Лу Шаомин сглотнул слюну.

Ему хотелось поцеловать ее.

Нин Цин не знала, что он делает, и своей маленькой рукой прижала его большую ладонь вниз. - Шаоминг, это ты…”

Ее глаза потемнели, и мужчина прижался к ней.

Пока он прижимался к ней, в воздухе раздался стук в дверь. Тук-тук. Обслуживающий персонал пришел подавать блюда.

Лу Шаомин нахмурил брови. Было бы ложью, если бы он сказал, что это не испортило его настроения. Он хотел прикоснуться к ней в третий или четвертый раз за сегодняшний вечер, но не смог.

Он встал и мягко сказал: "Нин Цин, я пойду покурю, а ты наслаждайся едой, Не торопись.”

Мужчина вышел.

Выкурить сигарету?

Он редко курил; почему у него возникло желание закурить, когда он сегодня ел?

Нин Цин подумала, что этот человек опять ведет себя как-то странно.

…

Лу Шаомин поставил свою красивую фигуру на стену и двумя пальцами правой руки зажал сигарету. Он на мгновение втянул в себя клуб дыма.

Он почувствовал, что сердце его слегка дрогнуло. Он также не знал, похожи ли на него другие мужчины в отношениях. Он почувствовал легкое беспокойство.

Он хотел съесть ее целиком.

И завоевать ее, чтобы считать своей.

Выкурив половину сигареты, женщина и мужчина свернули за угол в коридоре, и они попали в поле его зрения. Мужчина прижал женщину к перилам, а женщина обняла мужчину за шею. Они страстно целовались.

Красивое лицо Лу Шаомина побагровело. Он не мог удержаться, чтобы не выругаться про себя. Какой сегодня день? Он действительно видел с такой штукой…

В какой-то момент он почувствовал несправедливость в своем сердце.

Почему он не мог получить его,но тогда он должен был смотреть на других, получающих его?

Это было несправедливо!

В этот момент вышла Нин Цин и сказала: “Шаомин.”

- Да?- Мужчина повернул голову.

Нин Цин посмотрела поверх головы мужчины и увидела пару, которая была увлечена друг другом на некотором расстоянии. Ее маленькое личико покраснело, и она перевела взгляд на Лу Шаомина. Человек, который сказал, что собирается курить, проделал весь этот путь только для того, чтобы посмотреть на это?

Лу Шаомин знал, что что-то не так. Она не поняла его. Он выпрямился, выбросил оставшуюся половину сигареты в мусорное ведро и тихо объяснил: Я ничего не видел.”

Он мог бы сказать, что закрыл глаза, когда рядом были два человека? Нин Цин расхохоталась.

Она мгновенно все поняла. Только сейчас, когда он коснулся ее лица в отдельной комнате, оказалось, что он хочет поцеловать ее.

Неудивительно, что сегодня он вел себя так странно.

Нин Цин не стала его разоблачать. Это было мужское достоинство. Она улыбнулась, потянув его за край рубашки, и сказала: "Шаоминг, после того, как мы закончим наш ужин, ты можешь отвезти меня в торговый центр, чтобы купить новый телефон? Я хочу купить новый телефон.”

“Конечно.”

…

Они вдвоем встали у стойки, чтобы взять телефон. Нин Цин толкнула мужчину рядом с собой и сказала: “Шаомин, достань свой телефон, дай мне посмотреть. Я хочу купить ту же модель, что и вы, чтобы у нас были телефоны пары.”

Лу Шаомин достал свой телефон и передал ей. Это был тонкий черный телефон, и это был премиальный продукт от известного бренда из-за рубежа. Его было невозможно купить в самом Китае.

Нин Цин была расстроена. Она надула свои две нежные щеки и посмотрела на мужчину “ " Шаоминг, ты не можешь использовать более нормальные продукты? У них здесь нет этого бренда.”

Лу Шаомин сидел на высоком стуле, который можно было вращать. Его чистые брюки делали его ноги еще более привлекательными, и когда он увидел, что девушка расстроена, он протянул руки, чтобы погладить ее маленькую головку. - Есть два варианта, - мягко успокоил он ее. Первый: вы ждете несколько дней. Я закажу пару телефонов из-за границы. Второе: я выброшу этот телефон. Я куплю новый телефон, чтобы спариться с тобой.”

- Ух ты... - восхищенно выдохнула продавщица за прилавком. - Мисс, ваш бойфренд так нежен и заботлив с вами.”

Нин Цин сразу же снова стала счастливой, она посмотрела на продавца и гордо сказала: "верно? Мой парень относится ко мне лучше всех. Я просто говорю,как бы я мог попросить его действительно выбросить свой телефон? В его телефоне есть много важных деловых деталей, и заказ другого телефона из-за рубежа-это такая морока…”

Лу Шаомин наблюдал, как девушка что-то тихо бормочет себе под нос, сидя на стойке и рассматривая телефоны внизу. Она направила свой взгляд вниз, и несколько прядей волос у ее щек также слегка упали вниз, добавляя больше нежности к ее красоте.

Наконец, ее маленькие белые пальцы указывали на одну из них, и она сказала:”

‘Конечно. Продавец передал трубку Нин Цин.

Нин Цин положила тонкий телефон розового золота и его телефон вместе друг с другом, и у нее была удовлетворенная улыбка на лице, когда она сказала: “Шаомин, ты думаешь, что это похоже на телефоны пары? Как будто они потеряли друг друга раньше, а теперь мы воссоединили их обоих, так что они снова вместе.”

Так же, как она и он.

Лу Шаомин посмотрел на внешний вид двух телефонов, которые действительно выглядели как пара, и искренне кивнул головой. “Да.”

- Хорошо, Мисс. Тогда мне нужен этот телефон, пожалуйста, упакуйте его для меня.”

…

Купив телефон, они вдвоем направились к лифту. Нин Цин сохранила его номер на своем розово-золотом телефоне и нахально улыбнулась ему: “Шаомин, каково мое прозвище, что ты сохранил мой номер в своем телефоне?”

Прозвище?

Лу Шаомин поднял брови; он был не из тех, кого волнуют такие мелочи. - Нин Цин.”

ТС-с, это было так скучно.

Нин Цин не рассердилась и нажала несколько клавиш на телефоне. Она протянула его Лу Шаомингу, чтобы тот посмотрел. Его прозвали Молодой Мастер Лу.

Лу Шаомин смотрел на него, и его лицо осунулось. Он ускорил шаги, направляясь к лифту. “Тогда давайте вернемся.”

Нин Цин посмотрела на красивый профиль мужчины и тайно рассмеялась. Она снова разозлила его.

Они вдвоем вошли в лифт, и Нин Цин остановилась там, где были кнопки. Она протянула руку, чтобы закрыть двери лифта, и улыбнулась, когда спросила: "Шаоминг, на какой уровень мы направляемся?”

Мужчина все еще был расстроен. Он сурово поднял свою сильную челюсть и даже не потрудился взглянуть на нее. - Б1; мы собираемся забрать машину.”

“О. Девушка ответила ему и продолжила: "Шаоминг, у меня болит рука. Не могли бы вы вместо этого подойти и нажать на кнопки?”

Мужчина не придал этому особого значения, и его красивая фигура приблизилась. Его правое плечо нависло над ее маленькой и мягкой фигуркой, когда он потянулся к кнопкам и приготовился нажать B1.

Но в этот момент девушка резко обернулась. Ее мягкая спина была прижата к стене, и она прижала его руку к себе.

Лу Шаомин замер, и они оказались слишком близко друг к другу. Девушка была ниже его плеч, и все, что он мог чувствовать в своих ноздрях, был сладкий и свежий аромат, который, казалось, был на ее теле.

Через несколько секунд она оказалась в его объятиях.

Нин Цин подняла голову. Она посмотрела на него сияющими глазами и застенчиво сказала: "Лу Шаомин, посади меня в кабедон!”

В том положении, в котором они оба находились, он держал одну из своих ладоней на лифте, и он поймал ее в свои объятия.

Они могут не обращать внимания на то, что именно она все это затеяла.

Девушка повторила свое требование слово в слово, и пока она говорила, ее брови были нахмурены. Она все еще была застенчивой девочкой-подростком и дерзкой между ними.

Лу Шаомин поднял брови, и его губы слегка пересохли. Он слегка надул губы и хрипло сказал: "Нин Цин, что ты делаешь?”

Что же она сделала? Она просто дурачилась с ним.

Нин Цин достала розово-золотой телефон и открыла журнал вызовов. - Шаоминг, посмотри сам.”

Ниже его номера значилось не "молодой господин Лу", а ... муженек.

Муженек?

Девочка не отпускала ее и вцепилась в его рубашку своей маленькой ручонкой. Она развернулась по небольшой дуге. Она вела себя застенчиво, и ее голос был очень сладким. - Муженек, смени и свою тоже. Я не хочу, чтобы меня спасли как Нин Цин. Я встречаюсь с тобой. Вам уже 31 год. Ты старше меня на целых 10 лет. Разве ты не знаешь, что ты старик? Другие молодые люди, которые сейчас встречаются, не так формальны, как вы. Другие все звонят своим подружкам.. Малыш. Я тоже хочу, чтобы меня называли малышкой. Измените его в своем телефоне. Разве ты не можешь просто изменить это?”

Лу Шаомин почувствовал, как в его теле закипает кровь. Он прожил уже 30 лет, и это все еще был первый раз, когда девушка вела себя так нежно по отношению к нему.

Особенно когда она потянула его за рукав рубашки. Она выглядела такой жалкой и жаловалась ему, что чувствует себя обиженной. Он был старше ее.

- Муженек, позволь мне хоть раз услышать, как ты называешь меня "малыш".- Девушка не хотела отпускать его.

Лу Шаомин вел себя так, словно находился под ее любовными чарами. Двумя пальцами он ущипнул ее за маленький подбородок, а пальцы мужчины были немного грубоваты. Кожа на подбородке девушки была мягкой и упругой, как яичный белок. Он ласкал ее медленно и нежно и сказал тихим, хриплым голосом:”

После того, как он позвал ее, все его тело почувствовало себя неуютно.

Слава богу, что они оказались в лифте. Вокруг никого не было. В противном случае его строгий и правильный образ, который он обычно имел, был бы разрушен. Он дурачился с маленькой девочкой, которой было всего 20 лет; он даже называл ее “малышка".” Это было немного ... бесстыдно.

Но на душе у него было сладко. Впервые в жизни он испытал это сладкое, тошнотворное чувство.

Вероятно, это было ощущение блаженства.

Нин Цин тут же расплылась в ослепительной улыбке. Она обхватила ладонями красивое лицо мужчины и громко сказала ему “Муах”. - Муженек такой послушный. Я подарю тебе поцелуй в награду.”

Когда девушка отступила. Мужчина тяжело дышал, когда навис над ней.

- А!- Она рассмеялась и прыгнула в угол лифта. Сильные руки Лу Шаомина были удобно прижаты к ее тонкой талии. Его тонкие губы коснулись ее лица, чтобы слегка подтолкнуть.

“Да, Лу Шаомин!- Нин Цин быстро закрыла ему рот своими маленькими ручками, не позволяя поцеловать себя. Она использовала выражение своих глаз, чтобы показать ему: "в лифте есть камера наблюдения.”

Красивое лицо Лу Шаомина потемнело. Она знала, что там есть камера наблюдения, но все же решила подразнить его?

“Нин Цин, ты играешь со мной?”

Оба глаза Нин Цин были ясными и невинными. Она протянула руки, чтобы обхватить его за шею, и рассмеялась, когда спросила: "Шаоминг, позволь мне спросить тебя: ты хотел держать меня за руку сегодня, и ты тоже хотел поцеловать меня?”

“…Да.”

“Тогда почему ты просто не сделал этого, почему так долго колебался?”

Красивое лицо Лу Шаомина слегка покраснело. Он положил свои большие руки ей на талию и крепко прижал ее к себе. Его блестящие глаза на мгновение опустились, и он показал свою мужскую застенчивость. “Мы встречаемся всего один день ... мне стыдно.”

- Что?- Нин Цин однажды ударила его своим маленьким кулачком. “Тогда, некоторое время назад, ты все еще целовал меня, когда толкнул на стену.”

“Тогда мы не были подругой и парнем, мы не были хорошо знакомы друг с другом.”

Все было бы в порядке, если бы он не произносил этих слов, и как только он произнес эти слова вслух, Нин Цин сразу же вытащила палец, чтобы ткнуть его в грудь. “Ты воспользовался мной, когда мы были незнакомы, а теперь, когда мы хорошо знаем друг друга, ты не можешь этого сделать? Лу Шаомин, ты такой дразнящий-холодный снаружи, но теплый внутри.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 220: Что Ты Ел, Твой Рот Такой Сладкий

Кем, по ее словам, он был?

Лу Шаомин поднял брови и сказал: “Нин Цин, если ты осмелишься, то повтори свои слова.”

Она, конечно, не посмела.

Нин Цин оттолкнула его и выпрыгнула из его объятий. Лифт остановился на первом этаже. Она сделала рывок и вышла. - Шаомин, как ты думаешь, если бы ты попросил меня повторить это еще раз, я бы так и сделал? - Нет, не буду. Мне стыдно. Иди и догони меня. Если ты сможешь поймать меня, тогда я скажу это.”

На бегу Нин Цин насмешливо махала ему рукой.

Глядя на бегущую, как маленький зайчик, девочку, Лу Шаомин...не погнался за ней. Вокруг были люди. Все взгляды медленно сфокусировались на них.

Он прочистил горло. Он держал одну руку в кармане, а другой сжимал ключи от машины. Он сделал большие шаги, чтобы догнать ее счастливые шаги.

Они вдвоем сидели в "Бентли". Лу Шаомин искоса взглянул на девушку, которая застегивала ремень безопасности, и тихо спросил: “Нин Цин, куда мы теперь идем?”

Куда они направляются?

Они поужинали, прошлись по магазинам, и теперь пора было отправляться домой.

Нин Цин подняла глаза и посмотрела на мужчину. Взгляд мужчины был глубоким и не выдавал никаких эмоций. Под его глазами плясали два ряда холодного пламени. Он...не хотел бы не привезти ее домой, верно?

Она не хотела, чтобы он этого не делал.

Теперь они были парой. Она не хотела, чтобы ему было так легко.

- Шаоминг, пожалуйста, Отвези меня домой.”

Лу Шаомин кивнул головой и сказал: “Хорошо.”

"Бентли" направился к выходу.

…

"Бентли" ехал по главным улицам города. Нин Цин играла со своим телефоном и вставила внутрь сим-карту, которую дал ей Сяо Чжоу.

Лу Шаомин посмотрел на нее и сказал: “Нин Цин, что это за карта?”

Нин Цин включила телефон, отвечая ему: "О, я потеряла свой телефон в Финляндии. Эта SIM-карта является заменой карты для моего старого телефонного номера. Сяо Чжоу помог мне достать новую карточку.”

Руки Лу Шаомина, лежавшие на руле, напряглись. О нет. Номер телефона был отключен, но сообщения и журналы вызовов все еще оставались.

В этот момент он увидел поток света; ее телефон был включен.

Лу Шаомин немедленно протянул левую руку, чтобы схватить ее телефон, и сказал: “Нин Цин, позволь мне одолжить твой телефон на секунду.”

Увидев, что он хватает ее телефон без ее разрешения, Нин Цин быстро спрятала телефон за спину, надула розовые губки и сказала: “Шаомин, что ты делаешь? Ты, кажется, очень нервничаешь.”

Лу Шаомин: “…”

В этот момент телефон в ладони Нин Цин зазвонил, мелодия вместе с вибрациями долго звенела, и Нин Цин потрясенно пробормотала: "кто прислал мне сообщение? Похоже, я получил много сообщений.”

Лу Шаомин,”....- Девушка рядом с ним уже открыла сообщение.

В салоне мгновенно воцарилась тишина.

Нин Цин некоторое время смотрела на него. У нее было 66 пропущенных звонков и 42 непрочитанных сообщения. Она была ошеломлена. Кто ее искал? Человек, казалось, был в спешке.

Открыв журнал звонков и текстовые сообщения, она увидела, что все они были с номера, который она только что назвала “муж”; это был мужчина рядом с ней.

Она открыла их все, одну за другой.

Нин Цин была ошеломлена, и она была тронута…

Она держала телефон в руке, а "Бентли" уже остановился перед виллой Нин. Лу Шаомин увидел, что девушка не шевелится. Он сдержал смущение и наклонился, чтобы освободить ее ремень безопасности. “ ... Я не знал, что ты потеряла свой телефон. Я думала, что ты злишься на меня и не хочешь больше со мной возиться…”

В тот момент, когда он произнес эти слова, его ладонь была влажной. Слезы из глаз девушки потекли по его рукам.

Лу Шаомин был ошеломлен. Он отпустил ремень безопасности и обхватил ладонями ее маленькое личико. Ее лицо было в слезах, и она всхлипывала. Лу Шаомину стало жаль ее, и он нежно утешил ее. “Что случилось, почему ты плачешь?- Я тоже ничего не посылал. Может быть, в самом начале я был не в лучшем настроении. Не сердись на меня…”

Нин Цин жалобно вздохнула через свой красный нос и сжала пальцы в кулак, чтобы ударить его. - Все еще думаешь, что ты не застенчивый снаружи, а дикий внутри? Это очевидно! Вы выглядите холодным и холодным снаружи, и все еще не беспокоитесь обо мне. На самом деле я тебе так нравлюсь, правда? О, Лу Шаомин, ты такой плохой. Ты так долго меня расстраивала.”

Лу Шаомина она щекотала. Что она имела в виду, говоря, что любит ее так сильно? Разве она не была немного самовлюбленной?

“Да, да, хорошо. Не плачь, не плачь. Я ... я признаю, что я застенчив снаружи, но дикий внутри, хорошо? Теперь все в порядке?- Ему не понравилось это описание. Мужчина с его статусом в глазах других женщин считался сокровищем, как это могло так сильно обесцениваться в ее глазах?

Но он успокоил ее и легонько поцеловал в красные губы.

Нин Цин подняла свою маленькую головку и позволила ему поцеловать ее. Хотя он и потерял память, джентльменство в его костях нисколько не изменилось. Он вел себя не так, как другие мужчины, и грубо целовал ее; он только дважды коснулся ее губ и открыл рот, чтобы понемногу поцеловать ее.

Он был очень осторожен с ней.

Нин Цин закрыла глаза и дважды попыталась ответить взаимностью, хотя и была неопытна.

В те несколько дней она была так расстроена. У него было холодное лицо, когда она видела его, и она думала, что он совсем не заботится о ней. Она не знала, что он может также смягчить свой голос и сказать: “Прости.”

А еще признался, что она ему так искренне нравится…

Этот человек ... когда она уезжала в аэропорт в Финляндии, он никогда не переставал звонить ей, независимо от того, был ли это день или ночь. Он был расстроен из-за нее, и все, о чем он мог думать, была она.

Они немного поцеловались в губы, потом Лу Шаомин оторвался от ее губ и все еще держал ее лицо в ладонях, а потом припал к ее маленькому носу и хрипло спросил:”

- Что?- Она ответила ему, как в тумане.

- Возвращайся немного позже, ладно?”

После того, как он произнес эти слова, ее переднее пассажирское сиденье откинулось рядом с ним. Она лежала ничком, и его длинное, худое тело было прижато к ней. Его левая рука лежала на ее мягкой талии. Правой рукой он держал ее маленькую головку. Вот так свет за окном не мог проникнуть ей в глаза, и она целиком упала в его теплые объятия. Все ее чувства были наполнены его завораживающим, холодным, свежим воздухом.

Он поцеловал ее в губы.

“Ох. Нин Цин хихикнула. Его нежные и заботливые действия заставили ее еще глубже погрузиться в него, не говоря уже о том, насколько комфортно было ее тело в этот момент.

Ее маленькая рука крепко держала его за воротник, она открыла рот и позволила ему войти.

“Что ты ел, почему у тебя такой сладкий рот?- интимно спросил он.

Нин Цин уклонилась от его пытливого языка,и она сказала:- Недавно ей очень захотелось съесть что-нибудь кислое. “Тебе не нравится этот вкус?”

“Мне это нравится.- Он был кислый и сладкий.

Как и она сама, как личность.

Нин Цин закрыла глаза, чтобы насладиться его поцелуем. Когда они целовались, рука мужчины сначала была очень вежливой. Она не знала, когда именно, но рука, которую он держал на ее мягкой талии, дважды сжала ее, а затем начала шарить под одеждой.

Через некоторое время мужчина понял, что на ней джинсовый комбинезон. Одежда не была сделана с учетом легкости доступа. Он сделал паузу на две секунды, и его большая рука медленно потянулась к ремню ее джинсовых брюк.

Он слегка пошарил вокруг некоторое время. Он хотел все исправить, но не смог.

смущенный.

Нин Цин прижалась к его груди, чтобы избежать поцелуя. Она была в его объятиях и заливалась смехом. - Молодой господин Лу, что вы делаете? Ты не хочешь снять с меня одежду?”

Мужчина смотрел на нее, склонившись над ее телом. Эта пара ярких глаз была горячей, а его красивое лицо слегка покраснело.

Она догадалась, о чем он думает.

Хотя желание прикоснуться к ней в первый же день отношений было немного поспешным, он просто не мог контролировать себя.

Чем больше Нин Цин видела его, тем симпатичнее он становился. Кого бы она хотела, кроме своего собственного мужчины? Ее нежное лицо было бледно-красным, как роза. Если бы он захотел, это не было бы невозможно сделать.…

Нин Цин медленно протянула руку, чтобы положить ее на плечевой ремень.

Но в этот момент “Цинцин...” Юэ Ваньцин вышла из виллы.

Они целовались в машине в течение получаса. Ни один из них не мог контролировать это. Они были в самом разгаре событий, и с внезапным появлением Юэ Ваньцина оба пришли в себя.

- Шаоминг, здесь моя мать.- Нин Цин оттолкнула его.

Лу Шаомин не мог совладать с собой. Он воспользовался тем, что ее дочь была в машине, и хорошо, что они все еще были одеты. Если бы они сняли их, это было бы крайне неловко.

Лу Шаомин отстранился, а Нин Цин поправила одежду и быстро вышла из машины.

Лу Шаомин тоже вышел из машины.

“Цинцин."Юэ Ваньцин держала маленькую ручку своей дочери, и она была удивлена, когда увидела Лу Шаомина. - Молодой господин Лу, я видел, как подъехала ваша машина, когда был внутри. Но прошел почти час, а я все еще не видел, как вы вышли из машины. Цинцин, и ты тоже, почему ты не пригласила молодого мастера Лу зайти к нам на чашку чая?”

Лицо Нин Цин было ярко-красным, и она объяснила: “мама, я только что обсуждала это с молодым господином Лу... он не хочет пить, он не хочет пить чай.”

Лу Шаомин слегка откашлялся. В его видении промелькнули влажные красные губы девушки, и он вежливо сказал Юэ Ваньцин: “тетя, я приду навестить вас всех, когда освобожусь в следующий раз. Я должен идти.”

- Хорошо, молодой господин Лу, пожалуйста, ведите машину осторожно.”

Лу Шаомин в последний раз взглянул на девушку. Ее ясные глаза все еще не могли расстаться с ним. Если бы не присутствие матери, она бы непременно крепко его обняла.

Лу Шаомин сел в машину, и "Бентли" медленно тронулся с места.

После того, как "Бентли" скрылся из виду, Юэ Ваньцин придержал Нин Цин и вошел внутрь виллы. Она улыбнулась и спросила: “Цинцин, как сейчас развиваются ваши отношения с Лу Шаомоном?”

“МММ, неплохо.”

Юэ Ваньцин на мгновение почувствовал облегчение и сказал: “это хорошо. Вы с Лу Шаомоном изначально были парой. Мама надеется, что вы оба снова будете в порядке. Ах да, Цинцин, я сегодня приводила в порядок одежду твоего отца и поняла, что двух вещей не хватает. Вы их видели?”

Нин Цин выпрямилась, быстро покачала головой и сказала: “Нет! Мама, ты, наверное, неправильно помнишь, кто сейчас ворует одежду?”

Юэ Ваньцин вздохнул и согласился. “Я тоже так думаю. С возрастом я начинаю кое-что забывать.”

….

Нин Цин официально купила акции Island Wide Media and Entertainment, и она стала официальным ключевым акционером. Обе стороны подписали контракт и приступили к церемонии перерезания ленточки. Цены на акции Island Wide Media and Entertainment мгновенно взлетели вверх.

Нин Цин купил 3-этажный административный офис в центре города Т, и студия Нин Цин официально открылась.

Однажды она провела пресс-конференцию и привезла с собой 12 артистов, которые были хорошо знакомы зрителям. Она представила их как художников, работающих под ее руководством. Сотрудники средств массовой информации были в восторге от такого развития событий.

Нин Цин представила свой следующий проект. Это была драма, которая была адаптирована из веб-любовного романа, действие которого происходило в городе.

Когда пресс-конференция была наполовину закончена, большие двери комнаты открылись. Чжу жуй привел кого-то, чтобы принести цветы. Это были большие соцветия цветов короля Протея, широко известных как цветок Бодхи.

- Ух ты! Толпа журналистов набрала в грудь побольше воздуха.

Чжу жуй выступил вперед и сказал: “директор Нин, эти цветы от моего президента. Он поздравляет вас с вашим торжественным открытием.”

У Нин Цин не было времени открыть рот, чтобы заговорить, прежде чем журналисты яростно столпились вокруг нее и спросили: “директор Нин, цветы короля протеи-это король цветов, отсюда и название. Желает ли молодой господин Лу, чтобы вы расцвели в богатстве и почете и достигли славы и великолепия?”

- Директор Нин, цветы короля Протея обычно известны как цветы Бодхи. Растение Бодхи цветет круглый год. Это значит, что она будет с вами всю жизнь. Неужели молодой господин Лу теперь открыто признается тебе в любви?”…..

Нин Цин одарила его элегантной и Милостивой улыбкой и великодушно сказала: "Поскольку у этого цветка есть два имени, почему молодой господин Лу не может иметь намерения иметь оба значения?”

От ее слов вся толпа пришла в восторг.

Молодой господин Лу прислал цветы. Мало того, что она хотела, чтобы флориография расцвела в богатстве и почете, она также хотела продемонстрировать вечное признание молодого мастера Лу в любви. Перед объективами стольких камер, перед городом ти она была такой искренней и дикой.

Все посмотрели на девушку, сидевшую на председательском месте на сцене. Ей был 21 год, когда она открыла свою собственную студию, которая включала только больших шишек. Она уже начала демонстрировать свое мастерство.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 221: Он Сказал: Если Ты Осмелишься Сделать Это!

После окончания пресс-конференции. Нин Цин вошла в свой личный кабинет и дала Сяо Чжоу задание. "Сяо Чжоу, продолжайте публиковать рекламные фотографии студии во второй половине дня, а также используйте хэштеги наших художников Baidu под фотографиями. Всем будет удобнее ознакомиться с ними.”

“Окей. Сяо Чжоу кивнула головой и спросила: “Нин Цин, когда мы официально начнем снимать?”

Нин Цин посмотрела на документы в своих руках и сказала: “через два дня. Я скоро свяжусь с Луоси и Сяофу. У них обоих на руках новые драмы. Я уже убедил их разрешить нашим артистам иметь мини-камеи в своих шоу. Кроме того, я также отметил Fan Chengsi на Weibo. У него скоро Неделя Моды, и я порекомендовал Лю Вэньлуна пойти туда в качестве певца. После того, как они представят себя публике и познакомят с ними аудиторию, они обретут некоторую популярность. Мы будем ковать, пока железо горячо. Мы начнем съемки в Хенгдяне, и этому делу будет гарантирована уже половина успеха.”

Сяо Чжоу был в полном восхищении от Нин Цин. У Нин Цин было много хороших связей в индустрии развлечений, и на этот раз она использовала свои связи, чтобы привлечь артистов под свое руководство, чтобы позволить зрителям познакомиться с их лицами. Это был хороший маркетинговый прием в современной индустрии развлечений.”

Только Нин Цин может подтолкнуть популярность всей команды.

Это сделало бы фильм популярным еще до его премьеры.

- Несколько дней назад Лю Вэньлун записал народную песню. Какова была реакция на это в интернете?”

Когда она упомянула об этом, Сяо Чжоу был взволнован, когда она сказала: “Нин Цин, у тебя действительно такой глаз на талант. Народная песня Лю Вэньлуна попала на вершину популярных музыкальных чартов в тот момент, когда она дебютировала в интернете. Популярность Лю Вэньлуна сейчас не идет ни в какое сравнение с прежней. Мы только что объявили, что будем использовать его для саундтрека к сериальной драме сегодня, и его популярность будет очень расти.”

“Отличный. Нин Цин кивнула головой и сказала: “тогда приготовь все необходимое, и через два дня мы отправимся в Хендянь.”

“Окей.- Сяо Чжоу вышел из кабинета.

…

Сяо Чжоу вышла, а Нин Цин достала свой телефон, чтобы отправить текстовое сообщение Лу Шаомину. - "Шао мин, я получил твои цветы. Они мне очень нравятся.]

[Окей. Человек ответил быстро и тоже очень прямо.

Нин Цин кусала свои розовые губы, и даже ее пальцы дрожали от сладости. [Журналист спросил меня, что вы имеете в виду, посылая мне цветы.]

- "Разве ты уже не дал ответ?]

Что, ее пресс-конференция только что закончилась, а он уже знает, как она отреагировала?

Он молча следил за ней!

И она снова поймала его за этим занятием.

Хе-хе.

Более того, признается ли он в этом сейчас?

На лице Нин Цин быстро появилась улыбка. Он прислал цветы сегодня, и он хотел использовать эту возможность, чтобы объявить всему городу, что они встречаются. Это была искренность мужчины, который испытывает глубокие чувства к своей женщине.

Нин Цин была очень тронута.

- "Шаомин, послезавтра я собираюсь снимать драму в Хенгдяне.]

- "Как долго ты собираешься отсутствовать?]

- "Ну, режиссеру нужно быть на съемочной площадке, наверное, несколько месяцев, я думаю.]

Она отправила это сообщение, и с тех пор мужчина не отвечал.

Нин Цин нахмурилась. Неужели он снова разозлился?

- "Шаомин, что случилось? Теперь ты меня игнорируешь?]

Мужчина не ответил.

В глазах Нин Цин появился яркий блеск. - Ладно, раз уж Шао мин так меня ненавидит, то я решил сегодня же уехать в Хендянь.]

На этот раз мужчина ответил очень быстро, всего два слова: "ты смеешь!]

Нин Цин положила трубку и лениво откинулась на спинку кожаного кресла. Она обернулась и посмотрела на большие французские окна. В этот момент солнечные лучи ярко засияли в окнах и согрели ее тело. Она медленно закрыла глаза и скривила уголки губ в улыбке. Наконец-то она сделала большой шаг вперед, чтобы осуществить свою мечту.

Нин Цин снова отправила еще одно текстовое сообщение: "Шао, Инг, ты знаешь, как пользоваться WeChat? Это так интересно использовать. После того, как я отправлюсь в Хендянь, мы сможем использовать WeChat, чтобы связаться друг с другом.]

[…Конечно.]

…

Нин Цин взял с собой съемочную группу драмы, чтобы сесть на рейс в Хендянь для съемок. Это была экранизация известного веб-романа. Было много поклонников романа, которые предвкушали его производство, и он уже имел довольно много признания.

Главной мужской ролью был популярный молодой мужчина-Звезда У Сянь, а женская роль была признана лучшей женской ролью в голосовании, проведенном онлайн среди поклонников веб-романов, Инь Моэр. Они оба были отличными актерами, и между ними была хорошая химия, так что съемки проходили очень гладко.

Кроме того, Нин Цин использовала свои связи в индустрии развлечений для их помощи. Она всегда занимала место “самой обсуждаемой женщины-художника", и из-за этого Город Любви был высоко оценен каждым человеком в стране.

После съемок в течение целого дня было 6 часов вечера, и Нин Цин крикнула: "снято!- и она закончила дневную часть на сегодня.

Сяо Чжоу пошла готовить ужин, а Нин Цин сосредоточилась на сценарии, который держала в руках. В этот момент девушка Лю Вэньлуна, Ли и, подошла к ней. Она выглядела застенчивой, и даже ее голос был мягким и нежным, как у Иволги с черным ворсом. - Директор Нин.”

“Хм, Сяо И, что случилось?- Нин Цин очень понравилась эта девушка, поэтому она последовала за Лю Вэньлуном и обратилась к ней со своим прозвищем.

Ли и достала из-за спины куклу и, поджав губы, улыбнулась: “директор Нин, это для вас.”

Нин Цин взяла его в руки. Это была крошечная яркая бамбуковая кукла ручной работы, очень изысканная и интересная. Она никогда раньше не видела таких кукол в магазинах.

Нин Цин внимательно посмотрела на куклу и сказала: “Ли и, ты сделал это сам?”

“Да. Ли и кивнула головой. Она улыбнулась изящно и грациозно. Вероятно, в повседневной жизни она говорила не слишком громко. Помимо ее робкого голоса, даже когда она смотрела на других, она была взволнованной, нервной и очень неопытной. - Обычно мне почти нечего делать, и я люблю делать кукол. Директор Нин, вам это нравится?”

Она с нетерпением посмотрела на Нин Цин.

“Мне это очень нравится."Нин Цин достала свой телефон и сказала:" на самом деле мне нужен аксессуар для моего телефона, Эта кукла так подходит. Спасибо, Сяо И.”

Ли и увидел, что ей это искренне нравится, и тоже расплылся в сладкой улыбке. “Все хорошо, пока директору Нин это нравится.”

Нин Цин повесила куклу на телефон, и ее глаза загорелись. Она вела себя небрежно, когда спросила Ли И “ " Сяо И, я слышала, что ты бросил свое образование из-за Лю Вэньлуна. Теперь, когда Лю Вэньлун начинает медленно строить свою собственную карьеру, вы все еще хотите следовать за ним?”

Ли и сцепила руки вместе, играя ими, и быстро занервничала. Ее маленькое личико слегка покраснело, когда она сказала: "я следила за старшим братом Ах давно, с тех пор как мне было 16 лет. Я не знаю, что еще я могу сделать.”

Нин Цин вздохнула про себя. Она помахала куклой на телефоне и сказала с улыбкой: “Сяо И, кто сказал, что ты ничего не умеешь делать? Ты знаешь, как делать кукол. Поскольку это ваше первоначальное творение, вы должны относиться к нему как к карьере. Вы делаете кукол, а я буду рекламировать их в кино, и после кинопремьер ваши куклы обязательно станут популярными. В это время я подам заявку на авторское право для вас, и тогда мы откроем магазин.”

Оба глаза Ли и ярко вспыхнули, когда она сказала: "Я... я могу это сделать?”

Нин Цин взяла ее маленькую ручку и сказала: “Поверь мне, Поверь в себя. Мы определенно можем достичь этого. Ну же, сначала назови имя своей кукле.”

Что-то вроде "Хелло Китти".

Ли и застенчиво покачала головой и сказала: “я не знаю, как это назвать.”

“Тогда ладно. Я помогу тебе сделать это, назовем это ... большая тряпичная кукла.”

Ли и твердо кивнула головой и сказала:”

Их взгляды встретились, и в этот момент Нин Цин все еще не знала, но у нее было чувство, что эта большая кукла из ткани станет самым классическим и популярным полотном в Америке и Европе. А девушка с гор, стоящая сейчас рядом с ней, Ли и, в будущем она превратится в знаменитого художника; он станет мастером ее ремесла.

Какой смысл сосредотачиваться только на собственных достижениях? Когда вы помогаете другим в достижении их мечты, только тогда ваши действия будут легендарными.

В этот момент подошел Лю Вэньлун с коробкой бенто в руках. - Сяо И, ты снова здесь? Не приходи сюда в будущем. Я здесь работаю. Вы станете отвлекающим фактором, если будете приходить слишком часто.”

Пока он говорил, Лю Вэньлун дерзко коснулся своей головы и сказал Нин Цин: “директор Нин, могу я отдать свою еду Сяо И. Она, должно быть, еще не поела, и мы можем разделить с ней порцию.”

Нин Цин быстро скривила уголки губ и поддразнила его, сказав: “Лю Вэньлун, ты хочешь сказать, что я скупа как босс перед Ли и? Даже если Ли и будет приходить каждый день, наша производственная группа сможет накормить ее.”

- Хе-хе. Лицо мужественного мужчины из Дунбэя было немного красным, когда он сказал: “Вы не можете так выразиться. Сяо И не является вашим сотрудником; она не может есть бесплатно.”

“С сегодняшнего дня Сяо И не ест бесплатно. Послушайте, я собираюсь вложить деньги в эту большую тряпичную куклу.”

Лю Вэньлун посмотрел на него и недовольным тоном сказал Ли И: "Сяо И, как получилось, что ты снова вынимаешь эту штуку? Я же говорил тебе, что людям в городе все это не нравится. Директор Нин богата; она не имеет никакого интереса к этим вещам.”

- Да, Лю Вэньлун, Смотри, Как ты говоришь. Те люди, которые не интересуются куклами Ли и, не имеют вкуса, но я знаю, что это хорошая вещь, когда вижу ее.”

Услышав Нин Цин, Лю Вэньлун потерял дар речи. У Ли и был более мягкий взгляд, когда она посмотрела на Нин Цин. В глубине души, кроме Лю Вэньлуна, Нин Цин была лучшим человеком, которого она когда-либо встречала в своей жизни.

“Тогда ладно. Директор Нин, тогда я приведу Сяо И перекусить.”

“Конечно.”

Они вдвоем ушли, а Сяо Чжоу встал рядом с Нин Цин и сказал: “Нин Цин, у них такие хорошие отношения. Я видел, как Лю Вэньлун откусил несколько кусочков этого бенто, он оставил ребрышки и яйцо для Сяо И, чтобы съесть их, а сам не захотел есть.”

Нин Цин посмотрела в их сторону, а Ли и сидел на маленьком табурете. Она взяла коробку с бенто в руки, пока ела, и Лю Вэньлун присел на корточки перед ли И. Он посмотрел на Ли и с предельной нежностью в глазах, и Ли и взял кусок ребрышка перед Лю Вэньлуном, чтобы тот его съел. Выражение его лица было холодным, так как он не хотел есть, Сяо и откусил два маленьких кусочка и снова дал ему.

“Да. Нин Цин кивнула головой и продолжила: “Если бы они могли продолжать быть такими вечно, это было бы здорово.”

“Нин Цин, что ты хочешь этим сказать? Вы не думаете, что они продержатся долго?- Спросил Сяо Чжоу.

Нин Цин опустила глаза, чтобы разложить документы, и ничего не сказала.

В этот момент: "старший брат Ах Лонг. В воздухе раздался застенчивый женский голос, и появилась Лю Лин, которая пришла в студию Нин Цин для интервью.

Сяо Чжоу был ошеломлен. “Как случилось, что этот Лю Лин снова здесь? Нин Цин, ты прогнал ее на днях, и она все еще преследует нас, как призрак.”

Нин Цин подняла глаза, чтобы посмотреть, и увидела Лю Лин, держащую термос в руках. Она подошла к Лю Вэньлун. Она увидела, что Ли и ест, и быстро сказала: "Ли и, старший брат а Лонг работал утомительно в течение всего дня. Как ты можешь есть его еду? Разве ты не знаешь, что женщины, которые приходят с гор, не могут есть за обеденным столом? Вы должны подождать, пока мужчины закончат есть; только тогда женщины могут начать есть.”

Маленькое личико ли и покраснело, и она не знала, что делать дальше.

Лю Вэньлун посмотрел на Лю Лин и сказал “ " ничего страшного, это я попросил Сяо И поесть…”

- Старший брат а Лонг, ты не можешь так баловать ее. Пойдем, это суп, который я приготовила для тебя. Попробуй на вкус.- Лю Лин открыла термос и передала его Лю Вэньлун.

Лю Вэньлун быстро уклонился от нее и отверг ее, сказав: “в этом нет необходимости.”

Нин Цин продолжала листать документы, которые держала в руках, и не поднимала головы. Она только повысила голос, чтобы сказать: "Сяо Чжоу, попроси охрану прогнать Мисс Лю.”

- Ладно, Охрана!- Громко позвал Сяо Чжоу.

Лю Лин быстро посмотрела в сторону Нин Цин и топнула ногой, говоря: “директор Нин, на этот раз я пришла не для собеседования на должность. Разве я не могу приехать повидаться со старшим братом а Лонгом?”

Нин Цин холодно рассмеялась и сказала: “госпожа Лю, неужели вы действительно не знаете, что женщины с гор не могут показаться посторонним, когда им вздумается? Я учу тебя правилам!”

Лю Лин: “…”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 222: он пришел из Шанхая с телом, полным ветра и дождя

Лю Лин был прогнан прочь. Сяо Чжоу поставил коробку с бенто перед Нин Цин. Нин Цин ела то же самое, что и остальные члены театральной группы. Там были красные тушеные ребрышки, жареный ароматный сельдерей с сушеной кожицей тофу, тушеные кубики тофу в соусе и яйцо.

Нин Цин держала палочки для еды одной рукой, а другой держала телефон, чтобы использовать WeChat. Она нажала на контакт " муж " и отправила голосовое сообщение. - Шаоминг, ты уже поужинал?”

Мужчина быстро ответил: Это было также голосовое сообщение. Раздался низкий и очаровательный мужской голос: "Вы закончили свою работу?”

Нин Цин мило улыбнулась. Почему она услышала его тон? Судя по голосу, он ждал ее очень долго и теперь был очень угрюм.

- Шаоминг, может, сделаем видеовызов?- Она не видела его уже несколько дней и очень скучала.

“Окей.”

Нин Цин отправила запрос на видеозвонок, и он принял его.

В этот момент в кабинете находился Лу Шаомин. На нем была чистая, безупречно белая офисная рубашка. Его скульптурное красивое лицо было освещено теплым светом, и он выглядел нежным, как кусок нефрита. Он засучил рукава и, вероятно, отложил авторучку. Он посмотрел на нее, и в его светлых глазах появилась нежность.

Она не видела его уже несколько дней. Ее мужчина стал еще красивее.

Нин Цин встретилась с ним взглядом и быстро улыбнулась, прищурившись. Она украдкой огляделась по сторонам. Никого не было видно, поэтому она тихо позвала:”

- Что? У мужчины не было никакого выражения лица, кроме слегка приподнятых бровей. Он явно был в хорошем настроении.

- Муженек, что ты скажешь в ответ?- Нин Цин надула розовые губки.

Этот человек не привык к этому, и он также не желал сотрудничать: “я подожду, пока ты вернешься, чтобы сказать это.”

- Не будь такой... - Нин Цин вела себя мило и говорила застенчиво.

Экран на телефоне был очень маленький. Это было совсем не похоже на записную книжку. Нежное лицо девушки заняло его экран. От этого изгибы ее лица казались особенно нежными и красивыми.

Ее юные глаза выглядели жалкими,а вишневые губки все еще были полураскрыты. Если бы он был рядом с ней, она бы двумя белыми пальцами ущипнула его за одежду, как маленького зверька.

Этот жест заставил бы сердце любого растаять.

Теперь ей особенно нравилось вести себя с ним мило.

Лу Шаомин сдался и слегка кашлянул: “...детка.”

- Ай! Нин Цин радостно откликнулась на его слова. Она опустила глаза, чтобы съесть маленький кусочек риса, и воспользовалась телефоном, чтобы он мог видеть ее тарелки. - Муженек, это мой сегодняшний ужин. Это ведь неплохо, правда?”

Лу Шаомин увидел это и был не слишком удовлетворен: “это слишком просто.”

“Как это просто? Это очень вкусно. Я ем по две миски риса каждый день.- Нин Цин взяла палочками кусочек сельдерея и положила его в рот, чтобы пожевать. Ее маленькие маслянистые губы блестели и блестели. Обе ее щеки издавали приятный звук жевания, и казалось, что она наслаждается едой полностью.

Лу Шаомин ласково посмотрел на ее маленькое личико и ничего не сказал.

- Шаоминг, ты мне не веришь? Мне действительно нужно съесть две миски риса сейчас. Мой маленький живот стал больше. Если ты мне не веришь, то поймешь, когда обнимешь меня.”

Обнять ее?

Лу Шаомин посмотрел на ее розовую, молодую кожу и потянул за галстук на шее. Эта девушка говорила, не стесняясь.

- Нин Цин, - позвал ее Лу Шаомин.

- Да?”

Лу Шаомин хотел что-то сказать, но в этот момент услышал: “директор Нин.” Ее кто-то звал.

Нин Цин обернулась, чтобы посмотреть, и сказала Лу Шаомину: - Шаоминг, мне нужно кое о чем позаботиться. Я поговорю с тобой, когда освобожусь. Пока-пока.”

- Нин Цин, сначала доешь!- тихо сказал мужчина, Но девушка уже закончила разговор и ушла на работу.

На Лу Шаомине повесили трубку: “…”

Лу Шаомин бросил телефон на стол. Его красивая фигура откинулась на спинку стула, он вытянул язык, чтобы облизать пересохшие губы, и двумя пальцами ущипнул себя за нахмуренные брови.

Сколько же дней прошло? Каждый день они использовали WeChat, чтобы немного поболтать. Так было каждый раз, когда они болтали, она просто исчезала.

В каждой другой паре. женщины ждут мужчин, и это хорошо работает. Они были полной противоположностью норме.

Эта бессердечная девушка, может ли ее карьера быть важнее ее мужчины?

Лу Шаомин почувствовал, что на душе у него скверно. Это был уже второй раз, когда он испытывал подобные чувства. Он не знал, было ли это тем, что все называли...чувством обиды?

Он действительно сошел с ума.

Наверное, потому, что его так долго не замечали.

….

Нин Цин уладила все дела и принялась за еду. Она вернулась в свою комнату, чтобы поспать. Поскольку через час должна была состояться ночная сцена, ей нужно было немного отдохнуть.

Сяо Чжоу шел позади нее и с любопытством спросил: “Нин Цин, ты не видела молодого мастера Лу уже 10 дней. Как вы двое поддерживаете контакт?”

- Текстовые сообщения, голосовые сообщения, а также видеозвонки, - ответила Нин Цин.

- Только это?- Сяо Чжоу не мог в это поверить. - Нин Цин, другим парам в отношениях на расстоянии приходится труднее всего. Даже если бы вы захотели прикоснуться друг к другу, вы не смогли бы этого сделать. Неужели у вас действительно не было никаких особых указаний на то, чтобы поддерживать между вами свежесть любви?”

- Особые указания?- Нин Цин не знала.

“Айо, Нин Цин, ты действительно не знаешь или притворяешься, что не знаешь? Вы и молодой мастер Лу-оба опытные люди. Неужели он не будет скучать по тебе? Пока она говорила, Сяо Чжоу наклонился к ушам Нин Цин и прошептал ей несколько строк.

- Уходи, ты так дурно влияешь на меня как друг!- С красным лицом она оттолкнула Сяо Чжоу.

…

Нин Цин вошла в свою комнату и приняла душ. Она завернулась в полотенце и вышла. Она стояла перед раковиной и смотрела на себя в зеркало.

Ее кожа была молодой и мягкой, как будто из нее сочилась вода. Ее тонкие и нежные черты были как на картине. Она только что вышла из душа. Как будто на ее теле был тонкий слой пудры. Она даже казалась более яркой и прозрачной, чем самый мягкий и тонкий мех.

Независимо от того, как она смотрела на себя, она была потрясающей.

Она вспомнила, что сказал Сяо Чжоу. В ее глазах появился легкий огонек. Она прикусила свои розовые губы и сдерживала свою застенчивость, пока доставала телефон.

Ее маленькие ручки разжались. Полотенце упало на пол, и ее тонкая рука лежала горизонтально перед грудью. На самом деле ей не нужно было сжиматься. Ее фигура хорошо развилась, и даже если бы она закрыла половину себя, это заставило бы лопнуть кровеносные сосуды других.

- Щелк!- звук раздался в воздухе, когда она выстрелила. Потом она послала его ему.

Она держала свой телефон и почти бегом запрыгнула под одеяло. Все ее тело горело огнем. Она никогда бы не сделала такой бесстыдной вещи.

Она не знала, что он подумает, когда увидит ее.

Ее маленькое личико было спрятано под одеялом, а телефон быстро зазвонил. Динь! Она закрыла глаза и взяла телефон, чтобы посмотреть. Он ответил: "что ты делаешь?]

При этих словах Нин Цин почти захотелось выкопать в земле яму и зарыться в нее. Она представила себе, как он произносит эти слова, нахмурив брови, засунув руку в карман и с серьезным выражением лица.

Неужели он не понимает, что она делает?

Неужели он хочет что-то сделать?

Он не был таким в прошлом.

В прошлом, когда они только поженились, он принимал участие во всевозможных шалостях. Даже с маленьким плюшевым мишкой он мог говорить непристойности. Даже не упоминайте о том времени, когда они видеозванивались друг с другом с помощью компьютера. Он никак не отреагировал, хотя и хотел увидеть ее ... Он не понял намека!

Нин Цин надула розовые губки, с ненавистью выключила телефон и больше не беспокоилась о нем.

…

Проспав полчаса, Нин Цин снова начала снимать. Она была занята до двух или трех часов ночи. Нин Цин записывала сингл с Лю Вэньлуном. Нин Цин наняла профессионального учителя музыки из-за границы.

Нин Цин села на скамью. Ее маленькая белая рука лежала на пианино, перебирала клавиши, а потом она сама заиграла мелодию этого сингла.

Учитель музыки начал с интонации "а", и Лю Вэньлун надел наушники, чтобы тихо напевать.

Другие сотрудники столпились вокруг, чтобы посмотреть. Сяо Чжоу хлопал в такт обеими руками. “Это звучит так хорошо, - сказала она печальным тоном.

Лу Шаомин вошел в дверь и увидел, как разыгрывается эта сцена. Вся группа собралась вместе. Маленькая рука девушки уверенно нажимала на клавиши. Петь она не умела, поэтому дважды нажала клавишу и внесла правку. Она сказала с улыбкой: "Учитель, Вэньлун,как вы думаете, я должна изменить это здесь?”

Учитель музыки нахмурился, услышав это в первый раз, а затем торжествующе улыбнулся и сказал: Директор Нин, вы что-нибудь знаете о музыке?”

Девушка была застенчива, но любезна. Ее лицо слегка покраснело, когда она сказала: “учитель, я не знаю музыки, я глухая, когда пою. Я только рассматриваю перспективу аудитории и чувствую, что эту мелодию все еще можно немного отредактировать. Слух у зрителей всегда самый острый.”

Учитель музыки кивнул головой, и его взгляд был полон восхищения. - Директор Нин слишком скромна. Не все, кто понимает музыку, могут петь. Я слышал, что директор Нин особенно хорошо играет на фортепиано, и я думаю, что у вас есть опыт в отношении партитуры. Как вы можете говорить, что не понимаете музыки, когда у вас есть такие знания?”

- Ха-ха, это верно. Учитель, разве вы не знаете, что наш директор Нин очень талантлив.- Сяо Чжоу прикрыла рот рукой и рассмеялась.

- Верно... - хором согласилась команда.

Было уже за полночь. Актеры и съемочная группа в основном были сейчас не на работе. Даже в студии звукозаписи имелась только белая лампочка. Условия были элементарными и не могли сравниться с профессиональным звукозаписывающим центром. Но все собрались в мягком белом свете, и атмосфера была гармоничной и прекрасной.

Нин Цин скривила губы в улыбке. В этот момент в ее поле зрения появилась высокая, красивая фигура, и она подняла глаза, чтобы посмотреть: "Шаоминг!”

Она встала со скамейки, ее глаза были полны шока и удивления.

Почему он здесь?

Лу Шаомин был одет в строгую белую рубашку и черный костюм. Наверное, он примчался сюда из офиса. Его фигура, казалось, была покрыта слоем пыли. Он стоял высокий и прямой у двери. Он очень спокойно посмотрел на нее. Острые брюки на его ногах, казалось, покрылись складками от долгих странствий. Его тело все еще было холодным от пребывания на улице, и вся его фигура, казалось, пахла Шанхаем.

Как могла Нин Цин не удивляться?

- Молодой Господин Лу.- Люди в драматической группе все направили свои взгляды туда, чтобы посмотреть. Они были не просто удивлены, они были в благоговейном страхе.

Сяо Чжоу ликовал. - Молодой господин Лу, вы пришли навестить Нин Цин на работе?”

Нин Цин тут же широко улыбнулась, как распустившийся цветок.

Ей вообще нужно было спрашивать? Он определенно приехал навестить ее на работе.

Лу Шаомин быстро вошел внутрь и кивнул людям в театральной группе, он был вежлив и имел вид богатого человека, а затем сунул руку в карман и встал рядом с Нин Цин.

“Пошли, пошли скорее на работу. Никому больше не позволено здесь стоять.- Сяо Чжоу прогнал всех прочь.

Увидев, что все уходят, Нин Цин подняла свою маленькую головку. Ее прекрасные, молодые глаза были устремлены на его красивое лицо. - Шаоминг, почему ты здесь?”

Между ними была разница в росте. Она была на голову ниже его. Каждый раз, когда он смотрел на нее сверху вниз, он закрывал все ее небо, и ее глаза видели его только внутри себя.

Глаза Лу Шаомина сосредоточились на его глубоких эмоциях. “Я здесь, чтобы увидеть тебя.”

Наверное, он уже скучал по ней.

Нин Цин тайно рассмеялась в душе.

Она сделала шаг вперед, не беспокоясь о людях, которые тайком наблюдали за ними. Она взяла инициативу в свои руки и протянула свою маленькую ладонь к его большой ладони. - Шаоминг, мне еще нужно закончить кое-какую работу. Это займет около получаса. Ты пойдешь спать в мою комнату . Я приду за тобой позже.”

Лу Шаомин держал ее маленькую руку в своей большой ладони. Он дважды ущипнул ее и фыркнул: "я буду стоять здесь и смотреть на тебя.”

Нин Цин чувствовала себя невыразимо сладко. Она посмотрела на его лицо-упрямое и серьезное, без улыбки. Ей нравилась его завораживающая линия волос, и Нин Цин чувствовала себя пьяной.

Нин Цин взяла его за руку и привела в отделение: “Шаомин, посиди здесь немного. Я пойду приготовлю тебе чашку чая.”

С этими словами она встала на цыпочки и поцеловала его в тонкие темно-бордовые губы.

Передняя часть офиса была сделана из стекла. Все, кто был снаружи, могли видеть, что происходит внутри. Она нырнула в угол и тайком поцеловала его.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 223: Директор Нин

Когда она хотела убрать свою тонкую талию, мускулистая рука прижала ее к полу. Мужчина долго целовал ее и посасывал губы. При этом он использовал дополнительную силу, а затем наконец отпустил ее.

Все 5 чувств Нин Цин немедленно наполнились свежим, здоровым мужским ароматом. Он особенно сильно сосал ее губы, и это заставило ее онеметь и обмякнуть.

После того, как он отпустил ее, она лежала в его объятиях хрупкая, с маленькой головой, прижатой к его груди, и ей не хотелось уходить.

Он опустил глаза, чтобы посмотреть. На его острой и точеной челюсти были крошечные кусочки щетины, которые терлись о ее мягкое и гибкое лицо, и как только она задрожала, обе их линии зрения врезались друг в друга.

Ее сердце бешено колотилось.

Все остальные говорили, что молодожены не выносят разлуки, и теперь им обоим не нужно было говорить; одного глубокого выражения его глаз было достаточно, чтобы полностью загипнотизировать ее.

Ее лицо и уши горели красным огнем.

Внезапно она услышала: "Нин Цин.- Сяо Чжоу вошел внутрь.

Они в мгновение ока отделились друг от друга.

Сяо Чжоу передала документы, которые держала в руках, Нин Цин и сказала: "Нин Цин, это документы, которые нужны для завтрашнего утра. Я забыл попросить кого-нибудь перевести их. Они на русском языке, что же нам теперь делать?”

Нин Цин взяла документы, и ей вдруг пришла в голову блестящая идея. Она посмотрела на мужчину рядом с ней и сказала с улыбкой: “Шаоминг, ты умеешь читать по-русски?”

Лу Шаомин нахмурился и посмотрел на девушку любящим взглядом. - Тогда передай его мне.”

Нин Цин была одновременно шокирована и обрадована. - Шаоминг, спасибо. Она положила документы на рабочий стол, а Лу Шаомин сел в кресло. Она даже лично вложила ручку ему в руку и сказала: “Шаоминг, может, мне пойти приготовить тебе чашку чая?”

“Окей.- Ответил мужчина.

Шаг Нин Цин был пружинистым, когда она шла к двери, и она не могла не оглянуться на мужчину. Рядом с ним горела лампа, и желтый свет делал его черты еще более красивыми и завораживающими.

Он сел на стул. Стул был сделан из дерева, и он не был похож на настоящий кожаный диван, на котором он обычно сидел, но талия мужчины была прямой и высокой, когда он сидел. На запястье руки, держащей авторучку, были роскошные часы, и каждая тонкая деталь была холодной и твердой, как у мастера.

Это было премиальное качество, которое закаляли годы опыта.

Нин Цин больше не осмеливалась украдкой смотреть на него, и она повернулась, чтобы убежать.

…

Лу Шаомин закончил перевод очень быстро, и только когда он поднял руки, чтобы взять вторую книгу, он понял: где же его чай?

Посмотрев сквозь стеклянные окна, она увидела, что девушка, которая первоначально сказала, что приготовит ему чашку чая, слушает музыку в наушниках, и пока она слушала, она обсуждала аккорды и мелодию с Лю Вэньлуном.

Учитель музыки что-то говорил, но Лю Вэньлун не понимал по-английски. Нин Цин бегло переводила, и все трое весело беседовали.

Пока девушка работала, она казалась опытной и непринужденной. Она была точно такой же, как Чжоу Чжилэй, которая также была женщиной в корпоративном секторе, но у нее было не так много выражений по сравнению с Нин Цин. Может быть, Чжоу Чжилэй просто была менее увлечена своей карьерой и не имела мотивации стремиться в своей работе по сравнению с Нин Цин.

В этот момент девушка привлекла к себе внимание, и она ярко сияла, стоя на сцене.

Глаза Лу Шаомина были поражены, отражая его глубокую любовь к ней.

…

Через 10 минут вошла Нин Цин с чашкой чая в руках.

Она осторожно поставила чашку рядом с руками Лу Шаомина, в то время как мужчина был сосредоточен на своей работе. Она встала у него за спиной и протянула руку, чтобы помассировать ему плечо.

- Шаомин, я действительно хотела приготовить тебе чашку кофе, но мы собираемся спать позже, а кофе может повлиять на наш сон. Эти чайные листья не вашего типичного качества, но они были посажены и собраны лично тетей, которая живет поблизости, и она дала их нам. Они очень свежие; дайте им попробовать.”

Лу Шаомин повернулся боком, чтобы посмотреть, и чайная чашка со светло-голубыми цветочными узорами была чистой, а в кипящей горячей воде плавали свежие чайные листья. Ее маленькие нежные ручки приготовили это для него.

Он сделал глоток.

Девушка наклонилась к его ушам и прошептала:”

“Да.- Он кивнул головой.

Девушка получила комплимент и рассмеялась, как будто в воздухе зазвенели колокольчики.

Он продолжал рассматривать документы, а она спокойно продолжала массировать его плечи. Сила в ее руках, которые она использовала на его плечах, была идеальной, и это было потому, что она часто массировала плечи своей матери.

- Шаомин, сколько языков ты знаешь? Похоже, ты знаешь все.- В мягком голосе девушки слышалось восхищение.

"Да, около 10 языков или около того. Они часто используются в деловых отношениях, - небрежно ответил мужчина.

Глаза Нин Цин загорелись, и она взгромоздилась на плечи мужчины. Она улыбалась до тех пор, пока не смогла открыть глаза. - Муженек, как ты можешь быть таким блестящим? Есть ли что-нибудь, чего ты не знаешь?”

Лу Шаомин не любил слушать комплименты, но комплименты, которые исходили из ее уст, все еще могли заставить его чувствовать себя комфортно. Они означали восхищение женщины, которую он любил, и это очень удовлетворяло тщеславие мужчины.

Он закрыл документ одной рукой, другой обхватил ее тонкую талию и притянул к себе.

- Шаоминг, ты закончил с переводами?”

“Да. Лу Шаомин кивнул головой.

- Ого, это действительно слишком быстро. Это был всего лишь такой короткий промежуток времени. Я видел, как другие переводили в течение целого дня, и они все еще не могли закончить его! Девушка указала на него своими маленькими белыми пальчиками и тихо сказала:

Большая рука Лу Шаомина лежала на ее мягкой талии, и он несколько раз ущипнул ее. Затем он положил руку ей на затылок и заставил наклониться. Он поцеловал ее в красные губы и сказал: “Нин Цин, сколько тебе нужно времени? Я должен поспешить, чтобы вернуться в город Т завтра утром.”

Поездка из города Т заняла 6 часов. Сейчас был уже предрассветный час, и пора было ложиться спать. У него было немного усталое лицо.

Нин Цин жалобно обхватил ладонями свое красивое лицо. Он примчался из города, чтобы навестить ее, но у нее не было времени сопровождать его. - Шаоминг, почему бы тебе сначала не вернуться в мою комнату, чтобы принять душ, я сначала приведу себя в порядок здесь, и я приду через 5-6 минут.”

“Окей. Лу Шаомин закрыл глаза и приблизился к ее ароматному рту, чтобы пососать ее губы, а затем сказал: “Я подожду тебя в комнате.”

Он встал, чтобы уйти.

…

Лу Шаомин пошел в комнату, а сам пошел в ванную, чтобы принять душ. У Нин Цин не было никакой мужской одежды, поэтому он повязал полотенце вокруг талии и вышел.

Его тело тоже устало, и он очень быстро заснул.

В этот момент дверь комнаты тихонько приоткрылась, и в комнату прокралась миниатюрная фигурка.

Женщина спокойно стояла у кровати и смотрела на лежащего мужчину с жадностью в глазах. Мужчина обнажил свою сильную грудь, и его мускулы имели здоровый оттенок кожи; они были сексуальными линиями, бегущими по ним. Его Пресс с шестью кубиками и идеальный перевернутый треугольник, составлявший пояс Адониса, выглядывали из-под банного полотенца.

…

Нин Цин и Сяо Чжоу закончили работу в производственной группе, и они вдвоем вернулись обратно в отель.

Нин Цин стояла в дверях и махала рукой Сяо Чжоу, прощаясь с ней. - Сяо Чжоу, я иду спать.”

Сяо Чжоу двусмысленно затрепетала глазами и сказала: “Иди скорее, иди скорее. Молодой господин Лу, должно быть, долго ждал.”

Нин Цин недовольно посмотрела на Сяо Чжоу, открывая дверь комнаты.

Но тут раздалось “Ах!- Из комнаты донесся женский крик.

- Нин Цин, что случилось? Сяо Чжоу поспешно последовал за Нин Цин в комнату.

Она включила свет, и на ковре в комнате была разбросана женская одежда. В изголовье кровати, свернувшись калачиком, лежала женщина, которая прикрывала свое прекрасное тело одеялом.

Лу Шаомин стоял у окна, надевая пояс, и было очевидно, что он надевает свою одежду, которую носил раньше.

Сяо Чжоу был потрясен этой сценой и сказал: "молодой господин Лу, вы…”

Лу Шаомин услышал ее слова и обернулся. Его красивое лицо было напряжено, а выражение глаз-холодным и свирепым. У него было выражение ястреба, когда он смотрел на Сяо Чжоу, а затем он посмотрел на Нин Цин и сказал: “Нин Цин, тогда объясни.”

Нин Цин, которую позвали: “…”

Это были он и еще одна женщина, появившаяся в ее комнате в неопрятной одежде. Она была единственной, кто узнал об этом. У него даже не было объяснений, но он хотел получить их от нее?

Что она должна сказать?

Сяо Чжоу бросился вперед и указал на женщину, когда она упрекнула ее: "Кто ты? Поднимите голову, кто дал вам смелость вторгаться в чужую комнату? Говори! Что ты замышляешь?”

Женщина всхлипнула и подняла голову.

Сяо Чжоу взглянула на него и сказала: “Это ты, Лю Лин!”

Нин Цин посмотрела на Лю Лин и ничего не сказала.

Лю Лин вытерла слезы и с жалким и испуганным видом сказала: "директор Нин, старшая сестра Чжоу, вы не можете винить меня в этом, я действительно хотела найти Ли и, потому что недавно спала с ней, но я пошла не в ту комнату. Свет в комнате не горел, и когда я легла на кровать, то почувствовала себя плохо. grabbed...by молодой господин Лу. Он поцеловал меня и даже назвал вашим именем, директор Нин.

- Я отчаянно сопротивлялся, и молодой мастер Лу включил свет, он увидел, что это действительно я, и, вероятно, потому, что я был похож на директора Нина. Молодой господин Лу ... вы все еще путаете меня с директором Нин…”

- Директор Нин, я действительно сделал это не нарочно! Я жертва, я невиновен, и это все еще был мой первый раз. Если вы не верите в это, посмотрите на это…”

Лю Лин приподняла одеяло, и на кровати появилось кроваво-красное пятно.

Глаза Сяо Чжоу расширились, и она посмотрела на мужчину, который стоял у окна с мрачным выражением на лице, затем повернула голову, чтобы посмотреть на Нин Цин. - Нин Цин, что же нам делать?”

Нин Цин подняла глаза и посмотрела на мужчину. На лице этого человека не было особого выражения, и его красивый лоб пересекали три глубокие морщины. Даже его тонкие губы сжались в холодную прямую линию, и он свирепо уставился на нее.

Например, если она скажет что-то не то, даже если он не разобьет ее на куски, он тут же повернется и уйдет.

Нин Цин глубоко вздохнула и сделала несколько шагов, чтобы подойти к Сяо Чжоу. Она указала на нос Лю Лин и пожурила ее. “Откуда взялась эта лисица? Ты действительно осмеливаешься лгать нам здесь? Ты думал, я поверю твоим словам? Что за человек мой Шао мин? Будет ли он интересоваться и смотреть на такого человека, как вы?”

Лю Лин застыла.

Нин Цин продолжала говорить. “Ты думал, что, немного похожий на меня, ты и есть я? Почему бы тебе не взглянуть в зеркало? Достойны ли вы этого? Я знаю, что вы уже давно положили глаз на мой Шаоминг. Вы пришли сегодня вечером, желая извлечь выгоду из проблемной ситуации. Мой Шаоминг не коснется тебя. Вы думали, что, снимая с себя одежду и лежа рядом с ним в попытке подставить его, Неужели вы думали, что я поверю именно так? Пфф, проваливай. Возвращайся туда, откуда пришел! А также за это пятно крови на простынях ... что это за кровь, куриная кровь? Это так грязно!”

Сяо Чжоу был потрясен до глубины души. Она работала с Нин Цин уже 2 года, и это был ее первый раз, когда она увидела, как Нин Цин упрекает кого-то, и она выглядела довольно свирепо.

Лу Шаомин посмотрел на девушку. Хотя он все еще чувствовал себя очень расстроенным, девушка продолжала повторять слова “мой Шаоминг”, которые заставили его губы медленно изогнуться в улыбке.

Она знала, что он сердится.

Если она заподозрит его, он действительно немедленно уйдет!

- Директор Нин, вы должны мне поверить. Молодой господин Лу действительно спал со мной, я не лгу тебе, - заявила Лю Лин, дергая Нин Цин за рукав.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 224: Айо, Муж Мой, Сегодня У Тебя Все Хорошо

Нин Цин прекратила свои насмешки, и в ее глазах появилась резкая холодность. Она наклонилась и сказала Лю Лин: “ты такой странный организм. Если бы вы действительно спали с молодым мастером Лу, вы бы не хотели компенсации, но вы только хотите, чтобы я поверил, что молодой мастер Лу лег с вами в постель. Как насчет того, чтобы сказать это сейчас? Каковы ваши мотивы?”

Лю Лин замерла и вдруг поняла, что слишком торопит события, и ее слова выпустили кошку из мешка.

Сяо Чжоу понял, что происходит. Она протянула руку, чтобы схватить Лю Лин за волосы, стащила ее с кровати и сказала: “это хорошо. Держу пари, что вы подумали о создании шоу для Нин Цин, чтобы заставить ее неправильно понять Лу Шаомина. Ты действительно хочешь, чтобы они расстались? Ты такой смелый! Говори, кто за тобой стоит?”

Лю Лин накрыла свое тело одеялом и яростно затрясла головой. “У меня нет, у меня нет денег. То, что я говорю, действительно правда, директор Нин, вы должны мне поверить…”

- Сяо Чжоу, вытащи ее. Передайте ее сотрудникам Службы безопасности, чтобы они отправили ее в полицейский участок.”

- Да, мэм.- Сяо Чжоу потащил Лю Лин прочь.

Пока Лю Лин действительно не вытащили за дверь, она не могла поверить, что ее просто так исключили!

Нормальная женщина, столкнувшаяся с такими проблемами, даже если бы она могла доверять своему мужу, не была бы так спокойна. Нин Цин не кричала и не суетилась; она произнесла только 3 строчки за весь процесс.

Первые две строчки, казалось, ругали ее, в каждой строчке были слова "мой Шаоминг", и это было очевидно, потому что...она хотела остаться в хороших книгах этого человека.

Последние слова должны были раскрыть ее план, но она также не спросила, есть ли у нее за спиной вдохновитель, и позволила Сяо Чжоу утащить ее прочь.

Эта Нин Цин вела себя невероятно.

…

Дверь закрылась, и Нин Цин подошла к мужчине сбоку. Она потянула его за рукав и сказала: "Шаоминг, ты в порядке? Эта женщина воспользовалась тобой? Лу Шаомин посмотрел на ее изогнутые брови и нежный взгляд. Он стряхнул ее маленькую руку и повернулся к ней спиной. Он холодно проворчал: "Нин Цин, я примчался сюда ночью. Когда я пришел на съемочную площадку, вы сказали мне меньше 10 предложений, а потом, когда я вошел в комнату и уже собирался заснуть, внезапно появилась женщина. Вот как ты со мной обращаешься?”

Нин Цин знала, что он сердится. Она подошла ближе и протянула свою тонкую руку, чтобы обнять его сзади за талию, и вела себя очень мило. - Ладно, Шаоминг, это все моя вина. Я проглядел тебя. Не сердись. Я уже помог тебе преподать женщине урок.”

Человек молчал и ничего не говорил.

- Муженек, муженек, не сердись, ладно? Тебе нелегко меня видеть. Поговори со мной хорошо. Я скучаю по тебе.- Нин Цин продолжала говорить сладким тоном.

Лу Шаомин не выдержал ее мягкого и нежного тона и медленно повернулся. Девушка смотрела на него сверкающими молодыми глазами. Выражение его лица все еще было расстроенным, но он все же объяснил: “Она лгала, я ее не трогал. В тот момент, когда я закрыл глаза. Я почувствовал, что кто-то пришел. Я подумал, что это ты, и на мгновение обнял ее. Когда она оказалась в моих объятиях, я почувствовал, что что-то не так, и отпустил ее. А потом, после того, как вы приехали.”

- Ладно, я тебе верю. Нин Цин встала на цыпочки и поцеловала его красивое лицо.

Его поцеловали ее мягкие, благоухающие губы. Стиснутое лицо Лу Шаомина сразу же стало нежным, и одной рукой он обхватил ее тонкую талию и спросил: "Нин Цин, ты мне так доверяешь?”

Он действительно был зол. Не говоря уже о тех 10 днях, когда она не замечала его, когда он просто засыпал, он думал, что она пришла, а потом обнял ее. Он не думал, что обнимет не того человека.

Это было на ее территории и в ее комнате, когда он встретился с этими вещами. Можно ли считать это ее обязанностью?

Если она все еще подозревает его, то не растратит ли он впустую свои глубокие чувства к ней?

Но она была такой умной девушкой. Она верила ему и знала, что он сердится. Поэтому, когда она упрекала этого человека, она произносила все эти слова, чтобы завоевать его расположение.

Это подействовало на него.

“Конечно, я тебе доверяю. Нин Цин мягко обняла его и сказала: “Будет ли муженек по-прежнему интересоваться другими женщинами, если у него есть я? Ну и что с того, что она похожа на меня? Она-это не я сам. Мой муж не опустился до той стадии, когда он будет спать с заменой. Это должно быть связано с тем, что мой муж был слишком выдающимся. Он слишком привлекателен, и поэтому есть так много людей, которые жаждут его. Не бойся, муженек, я превращусь в самку тигра, чтобы прогнать их всех.”

Лу Шаомин скривил губы в улыбке, и гнев в его сердце тоже исчез вместе с ее мягким и дерзким тоном. Он протянул руку, чтобы крепко обнять ее. Он страстно поцеловал ее в лоб и рассеянно спросил: “Откуда появилась эта женщина? Что она хотела сделать?”

Откуда она появилась?

Вероятно, это был кто-то, кому ее свекровь Сун Яцзин или Чжоу Чжилэй приказала прийти.

Нин Цин коснулась его красивого лица и подняла свою маленькую головку, чтобы коснуться его подбородка. - Эта женщина определенно хочет увидеть щель и воткнуть иглу. Она хочет украсть моего мужа. Муженек, мы должны оставаться такими же хорошими. Мы должны поддерживать этот уровень добра между нами. Ты любишь только одного человека-меня, и я тоже люблю тебя. Если между нами нет зазора, то где им взять место, чтобы воткнуть иглу?”

Лу Шаомин кивнул головой и сказал: “Хорошо...если есть что-то, что вы не можете решить, дайте мне знать. Я помогу тебе решить эту проблему.”

Нин Цин вздохнула с облегчением. Независимо от того, что Сун Яцзин хотел сделать дальше, только если их отношения были сильнее золота, тогда никто не мог прийти, чтобы разрушить хаос.

- Муженек, разве ты сейчас не сердился? Ты расстроилась, что я не заметила тебя, когда была занята работой. Сейчас я начинаю как предприниматель и могу быть немного занят после этого периода времени. Когда все пройдет гладко, тогда я буду более расслаблен. Тогда я смогу проводить с тобой больше времени, хорошо? Мне нужна не только моя карьера, но и мой муж. Напротив, мой муж слишком выдающийся человек. Я хочу быть сильнее, и только тогда у меня будут способности и квалификация, чтобы встать на вашу сторону. Муженек, ты определенно должен понять и поддержать меня. Я люблю тебя.”

Лу Шаомин почувствовал, как его сердце смягчилось. На самом деле, она знала его чувства, и она всегда знала их.

Она должна была заниматься своей карьерой и в то же время заботиться о нем. В глубине души она боялась. Она боялась, что он рассердится и больше не будет с ней возиться.

Поэтому, когда она ругала человека и так старалась завоевать его расположение, она смотрела на его вклад и тяжелую работу. Она не только не стала гордой после того, как завоевала его баловство, но и не стала высокомерной или своенравной. Она будет лелеять его еще больше.

Перед актерским составом она была режиссером. Когда она шла рядом с ним, она была всего лишь маленькой женщиной, и она знала, как переключаться между своими ролями.

Это была глубокая демонстрация того, как влюбленные люди взаимодействуют друг с другом. Началом любых отношений, безусловно, будет любовь, но как продолжать любить и даже говорить о глубокой любви, будет полностью зависеть от способностей человека.

Ее сердце было таким живым и прозрачным.

Он не знал, как познакомился с ней. Лу Шаомин возненавидел себя за то, что не может иметь ее все время, и сказал: “Я не сержусь и не буду сердиться в будущем. Я всегда буду поддерживать тебя. Детка, я люблю тебя.”

Ребенок?

Это был первый раз, когда он взял на себя инициативу назвать ее " малышкой”

Количество раз, когда он называл ее малышкой, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Он сделал это только тогда, когда она заставила его сделать это, и он даже не хотел этого делать. У старика была тонкая кожа на лице; он не мог вести себя как молодой человек.

Но теперь он так естественно называл ее "малышкой".

Нин Цин подняла взгляд и сосредоточилась на его груди, моргая своими большими яркими и очаровательными глазами. - Эйо, муженек, ты сегодня отлично справляешься.”

Она знала только, как ответить ему.

Лу Шаомин поднял брови и опустил взгляд, чтобы посмотреть на ее красные губы. Его взгляд медленно опустился вниз. “Что означала фотография, которую вы прислали сегодня?”

Когда он заговорил об этом, Нин Цин смутилась и пошевелилась всем телом, протиснулась в его объятия и не позволила ему увидеть этот кусочек: “не смотри.”

Как этот человек мог позволить ей достичь своих целей? Его большая ладонь легла на ее маленькие плечи, чтобы увеличить расстояние между ними. Он настоял на том, чтобы посмотреть. “Теперь ты знаешь, ЧТО ТАКОЕ застенчивость? Как получилось, что вы не знали об этом, когда отправляли письмо? Ты дразнил меня, и это заставляло меня чувствовать себя неловко. Я даже примчался из города т, а теперь ты не даешь мне посмотреть?”

Нин Цин быстро убежала “ " правильно, я не позволю тебе смотреть.”

Прежде чем она успела сделать шаг назад, ее потащили в его объятия. Мощная хватка мужчины заставила ее рухнуть. Он поцеловал ее маленькое личико. Его большие руки тоже не заботились о правилах. Мужчина начал хватать ртом воздух, его низкий и хриплый голос завораживал ее чувства. - Детка, не двигайся. Дай мне почувствовать это на мгновение, только на одно мгновение.”

Что чувствуешь?

Была определенная разница в силе мужчины и женщины. Маленькое плечо Нин Цин было повернуто им, он обнял ее и сделал несколько шагов назад. Она стояла у стены рядом с окном на балконе.

Она все еще хотела бороться. Две ее маленькие ручки были спрятаны за спину его большой ладонью. Из-за этого положения она не могла выпрямить талию. Тонкий свитер только подчеркивал ее грациозность. Свитер был коротким, и с боков он мог видеть ее белый подтянутый живот.

Два с половиной месяца. На животе у нее была небольшая выпуклость.

Нин Цин ничего не заметила. В последнее время у нее был хороший аппетит, и она думала, что растолстела.

- Муженек, будь помягче. Из-за тебя у меня болела рука...Ууу!- Ее красные губы были прикрыты в доминирующем движении.

Все тело Нин Цин скользнуло вниз. Обе ее ноги были мягкими, и она едва могла стоять. Он держал ее за руку только одной рукой, а другая была занята. Он знал, что она скользит вниз, и на этот раз он не был джентльменом. Его длинные ноги прижались к ее тонким ногам, удерживая ее на ногах.

Маленькое личико Нин Цин слегка покраснело. Она не была уверена, было ли это вызвано ее гневом или застенчивостью.

Она нырнула в сторону, чтобы увернуться от его поцелуя, и на этот раз его поцелуй был подобен грозе. Появилась низменная часть этого человека. Она спровоцировала его, и он хотел жестоко помучить ее.

Кто позволил ей быть похожей на фарфоровую куклу?

После того как он потерял память, он сильно изменился. Когда он встречался, у него было много границ. Он хотел прикоснуться к ней, но был слишком застенчив, чтобы сделать это. Сегодня она дразнила его первой, у него был шанс начать действовать, но он был похож на торопливую обезьяну; он был в такой спешке.

В ту ночь в гостинице в Финляндии он тоже был таким же. Она никогда не говорила этого, но на самом деле ему действительно не хватало правильной техники.

Ресницы Нин Цин, похожие на крылья бабочки, тяжело трепетали. В такие моменты она также скучала по Лу Шаомину, который не терял своей памяти.

Лу Шаомин из прошлого всегда дарил ей самую джентльменскую теплоту. Что бы она ни делала с ним, ей всегда было удобно. Она лежала на кровати и не шевелилась. Одного его зрелого выражения было достаточно, чтобы она рассыпалась в прах.

Она была прервана в своих мыслях, Нин Цин не знала, что она закончила тем, что сидела на окне у балкона. Мужчина все еще не хотел отпускать ее, и когда она соскользнула вниз, он наклонился к ней и не остановился.

Он издевался над ней, и у нее было только такое узкое пространство. От интенсивного движения языка и губ между ними у нее на мгновение перехватило дыхание. - Лу Шаомин!- Она была смущена и расстроена, когда окликнула его по имени.

В этот момент “ "Си". Занавески на окнах были разорваны и упали. Самым важным моментом было то, что бамбуковый прут на занавеске упал с глухим стуком, ударив человека по голове.

Лу Шаомин замер.

Его черные глаза мгновенно утратили затуманенность. Он был немного не в себе, и теперь, когда его ударили, он сразу же смутился. Он замер, и его красивое лицо тоже было расстроено.

- Пфф. Нин Цин увидела его ошеломленный взгляд и не смогла удержаться от смеха. - Шаомин, ты опять будешь так спешить? Если ты еще раз будешь так издеваться надо мной, небеса тоже накажут тебя.”

Лу Шаомин отпустила ее маленькие ручки. Он увидел ее влажные губы. Они немного распухли от его поцелуев. Он слегка нахмурился и выровнял свое прерывистое дыхание. Он сказал тихим голосом:”

Нин Цин грациозно обвила руками его шею и слегка подтолкнула его своим маленьким личиком. - Все нормально.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 225: Распускаются Грязные Слухи

Лу Шаомин посмотрел на изящную маленькую девочку. Под глазами у нее были темные круги, а в глазах-легкая усталость. Она была измучена.

Его тонкие губы шевельнулись, когда он сказал:”

Нин Цин была немного ошарашена. Он просто так ее отпустил?

Лу Шаомин поднял девушку горизонтально и мягко спросил: "хочешь принять душ?”

Нин Цин лениво лежала у него на груди. Она на мгновение закрыла глаза и только тогда поняла, что очень устала и не может открыть их снова. “Я уже приняла душ, если муженек мне не верит, то муженек, понюхай; я благоухаю и приятно пахну.”

Девушка в его объятиях, казалось, вот-вот уснет. Ее голос был мягким и ленивым, и она закрыла глаза. Она надула свои красные губы, когда заговорила с ним. Она говорила тоном юной девушки.

- Постель не чистая. Спи сегодня на диване.- Мужчина бросил девушку на мягкий диван.

“Окей.- Ответила Нин Цин, а потом добавила: - муженек, в шкафу лежит новое одеяло. Ты берешь его, чтобы прикрыться.”

Лу Шаомин повернулся, чтобы взять одеяло, и накрыл ее одеялом. - Нин Цин, может, мне сегодня спать на полу?”

Он не мог контролировать себя, пока они целовались. На самом деле он и не думал ничего с ней делать.

Они не были женаты, и он не мог сесть в автобус, не купив билет. Это был не путь джентльмена.

“Не делай этого.- Нин Цин держалась за его руку, как в тумане. Ее маленькое тело еще глубже погрузилось в диван, когда она сказала: - Муженек, давай спать вместе, ладно? Я не занимаю много места. Диван достаточно большой для нас обоих, ты не упадешь.”

Поскольку она так сказала, Лу Шаомин тоже перестал быть вежливым. Он лег рядом с ней и протянул мускулистую руку. Девочка лежала на его руке, как маленький котенок.

Лу Шаомин облегченно вздохнул, и он почувствовал на своей шее чистое и сладкое дыхание девушки. Он чувствовал, что все его сердце наполнено и удовлетворено.

Он никогда не отпустит тепло своих объятий до конца своей жизни.

Он крепко обнял ее, поцеловал в лоб и закрыл глаза.

…

Сяо Чжоу вытащила Лю Лин и передала ее охранникам. Поскольку на Лю Лин не было никакой одежды, она яростно сопротивлялась, накрываясь одеялом. - Старшая сестра Чжоу, вы позволите мне сначала одеться?”

“Хм, И только теперь ты кое-что знаешь о том, как одеваться? Почему вы без колебаний сняли свою одежду несколько минут назад? Перестань нести чушь. Если у вас есть возможность забраться на кровать другого человека, то вы должны иметь возможность выставить себя на всеобщее обозрение. Охрана, сдайте эту бесстыдную женщину в полицейский участок!”

“Окей.- Охранники схватили Лю Лин.

Сяо Чжоу повернулся, чтобы уйти.

Охранники ввели Лю Лин в лифт, и оба охранника посмотрели на обнаженную светлую кожу Лю Лин и насмешливо сказали: “выглядит очень красиво, я не думал, что у нас будет такая бесстыдная женщина. Привет, красавица, у тебя есть интерес сопровождать обоих старших братьев сюда, чтобы немного поиграть сегодня вечером?”

- Пфф.- Лю Лин тут же сплюнула и посмотрела на этих двоих в форме охранников. Она посмотрела на них сверху вниз и сказала: “даже не думайте об этом, я далеко от обеих ваших лиг.”

- Ты!- Один из телохранителей пришел в ярость и собирался дать Лю Лин крепкую пощечину.

Но в этот момент из темного пятна появились еще два телохранителя, которые быстро закрыли охраннику рот и потащили обоих прочь.

Мужчина взял комплект одежды и передал его Лю Лин, а заодно передал ей телефон.

- Здравствуйте, Мадам. Мне очень жаль, что наш первый план провалился. Сейчас я приведу в действие второй план…”

…

После записи сингла Лю Вэньлун и учитель иностранной музыки заказали немного алкоголя, и когда он вышел в коридор, то почувствовал, что его голова расплывается, а все тело нагревается.

Он вошел в свою комнату и случайно встретился с Ли и, который принес ему ужин. - Старший брат а Лонг, ты закончил свою работу? Я приготовила для тебя миску лапши. Приходите и получите их быстро.”

Ли и положил лапшу на стол, а палочки аккуратно положил рядом.

В этот момент горячее тело схватило ее сзади, и Лю Вэньлун поцеловал ее в лицо. - Ли и, отдайся мне сегодня ночью. Я начинаю нервничать.”

В глазах ли и был страх, и она оттолкнула его от себя, чувствуя себя взволнованной, и сказала: “старший брат Лонг, отпусти меня. Мы не можем этого сделать. Мы еще не женаты.”

- Сяо И, почему ты всегда используешь эту причину, чтобы отвергнуть меня? Вы были вместе со мной в течение 8 лет. Я уже твой жених, но до сих пор даже не целовал тебя в губы. Я люблю тебя, и ты должна была стать моей давным-давно, после того как я заработаю немного денег и смогу вырастить тебя, я выйду за тебя замуж.”

- Нет, я не хочу..- Ли и, который всегда был похож на послушного маленького ягненка, был крайне озадачен. Она также не знала, откуда взялась ее сила, но она вырвалась из объятий Лю Вэньлуна и убежала.

Выбежав из комнаты, она случайно столкнулась с Сяо Чжоу. Сяо Чжоу увидел слезящиеся глаза Ли И и поспешно подошел к нему, чтобы осторожно спросить: "Сяо И, что с тобой не так?”

Ли и не слышала, что сказал Сяо Чжоу, и, закрыв рот рукой, побежала в ванную.

Сяо Чжоу почувствовал, что Ли и ведет себя не совсем нормально. Обычно ли и был чрезвычайно вежлив и никогда никого не игнорировал. Она поспешила за ней и вошла в ванную.

Она увидела, что Ли и, свернувшись калачиком в углу ванной, тихо всхлипывает. Девушка с гор была чрезвычайно женственна, и даже ее маленькие плечи, обтянутые простой рубашкой, были такими хрупкими и слабыми. Она выглядела так, словно ее унесет ветром.

Сяо Чжоу подошел и похлопал Ли и по плечу. - Сяо И, ты…”

Ли и быстро подняла голову, и потому что она была в страхе, все ее тело дрожало, и она сказала “ " Уходи, не трогай меня, я умоляю тебя не трогать меня…”

…

Лю Лин, которая пряталась, увидела, как Ли И И Сяо Чжоу вошли в ванную, и быстро подошла к комнате Лю Вэньлуна.

Когда она вошла в дверь его комнаты, то встретилась с главным женским персонажем "Города Любви" Инь Моэр, и Инь Моэр была со своим помощником, когда они шли в ее направлении.

Лю Лин была ошеломлена, и она быстро перевела взгляд вниз, поспешно вошла в комнату Лю Вэньлуна и заперла дверь.

Ассистент нашел это странным и сказал: “Моэр, почему эта женщина выглядит странно? Сейчас уже середина ночи. Зачем она вошла в комнату Лю Вэньлуна? Одиноким мужчинам и женщинам легко создавать слухи, когда они одни. Кроме того, у Лю Вэньлуна уже есть девушка.”

Инь Моэр бросила взгляд на плотно закрытую дверь и ускорила шаги, сказав: Индустрия развлечений очень сложна. Давайте не будем слишком беспокоиться о проблемах других людей; мы можем запутаться в проблемах других людей.”

….

Находясь в комнате, Лю Вэньлун не понимал, что с ним происходит. Вся кровь в его теле кипела, и тело было напряжено, так как он чувствовал себя очень неуютно.

Он увидел, что Ли и выбегает, и хотел броситься в погоню, но, когда он побежал, то на мгновение прижался к стене, чтобы отдышаться, а когда он покачал головой, оба его глаза были в оцепенении.

Он не хотел принуждать Ли И и никогда не поднимал на нее руку за все годы, что они были вместе. Он хотел оставить все самое лучшее до той ночи, когда они поженятся. Отношение людей в горах было консервативным и старомодным, и его ценности не отличались.

Но его тело чувствовало себя очень неуютно, и он не мог удержаться, чтобы не сделать эти бесстыдные вещи.

В этот момент: Ка-Ча! Дверь, казалось, была заперта, и он поднял глаза, чтобы посмотреть. Перед ним стоял Лю Лин.

- Лю Лин, почему ты здесь?”

Лю Лин стояла перед ним прямо и прямо, скривив губы в завораживающей улыбке. Она подняла руку и сняла с себя одежду.

Лю Вэньлун сразу же почувствовал, что все его тело взрывается. Он жестоко повернул голову и сказал: “Лю Лин, что ты делаешь? Быстро одевайся и выходи. Я всегда относился к тебе как к младшей сестре, Если Ли и увидит это, она будет очень расстроена и неправильно поймет ситуацию…

Лю Лин подошел к нему и сказал: "старший брат а Лонг, разве твое тело не чувствует дискомфорта? Старшая сестра Ли и не хочет отдавать себя тебе, поэтому я отдамся тебе вместо нее. Не волнуйся, это будет только сегодня вечером. Я никому не скажу, и это секрет между нами обоими. Никто ничего не узнает.”

“Ни за что, я не могу этого сделать! Проваливай!”

Лю Лин обеими руками обхватила лицо Лю Вэньлуна и захлебнулась смехом: "старший брат а Лонг, открой глаза и посмотри на меня. Я могу гарантировать, что я намного сильнее, чем старшая сестра Ли И. Пока ты этого хочешь, я могу сделать тебя счастливым.”

Слова Лю Лин были подобны заклинанию, которое управляло мозгами Лю Вэньлуна. Он поднял глаза, чтобы посмотреть, и тело молодой девушки засияло, когда слабый луч солнца отразился на ее теле.

Он глубоко вздохнул, обнял Лю Лин, и они вдвоем перекатились на кровать.

…

На следующий день

Нин Цин отослала Лу Шаомина с тяжелым сердцем, а сама посмотрела, как "Бентли" исчез из поля ее зрения. Нин Цин все еще стояла на своем прежнем месте и смотрела на него глупым взглядом.

- Нин Цин. В этот момент Сяо Чжоу выбежала из комнаты, и выражение ее лица резко изменилось, когда она сказала: “Нин Цин, дела плохи. Там сейчас большой переполох!”

Нин Цин обернулась и, нахмурившись, спросила: "Что случилось?”

- Лю Вэньлун попал в беду…”

Нин Цин последовала за Сяо Чжоу в гостиничный номер, и Сяо Чжоу объяснил по дороге туда: “Нин Цин, запись сингла прошлой ночью была очень успешной. Сегодня день отдыха Лю Вэньлуна, поэтому утром мы не обратили на него внимания, но как раз сейчас сюда примчалась группа журналистов…”

Нин Цин махнула рукой и прервала слова Сяо Чжоу.

В этот момент журналисты окружили дверь в комнату Лю Вэньлуна, и коридор был заполнен представителями средств массовой информации. Море черных голов должно было насчитывать не менее 50 или 100 человек.

Половина медиаиндустрии в Т-Сити была здесь.

Лю Вэньлун все еще был одет в ту же одежду, что и вчера, его одежда была измята, а волосы растрепаны. Он выглядел растрепанным, и все журналисты передали ему свои микрофоны—

- Мистер Лю, пожалуйста, расскажите нам, что именно произошло. Почему в твоей комнате появляется другая женщина? Кто была та женщина, которая только что убежала?”

- Господин Лю, мы все видели, что женщина открыла дверь, а вы лежали на кровати без одежды. У вас были отношения с этой женщиной?”

- Господин Лю, пожалуйста, скажите нам, где ваша подруга Ли и? Два года назад, когда вы участвовали в программе прослушивания, и вы, и ваша подруга Ли и прославились. В глазах ваших поклонников и ваш голос, и ваш образ хорошего человека взаимосвязаны друг с другом. Почему ты разрушил свое будущее?”

- Господин Лю, как всем известно, ли и бросила учебу из-за вас. Она растратила впустую свою молодость и сопровождала вас, пока вы оба бродили по улицам. Она отдала тебе лучшие годы своей юности. Можем ли мы спросить, какой менталитет у вас был, чтобы думать об измене ей? Как ты можешь забыть о чувствах, которые она испытывала к тебе, как ты можешь отвечать ей прямо сейчас?”

Вопросы журналистов становились все более и более резкими, и ситуация вокруг них была очень шумной. И Вдруг “ " А! С криком Ли и появился в конце коридора.

Она зажала уши обеими руками, лицо ее было мертвенно-бледным, она смотрела на них затуманенными глазами и недоверчиво качала головой. Она не могла остановиться и сделала несколько шагов назад.

- Сяо И!- Лю Вэньлун увидел, как появилась ли И, и хотел догнать ее, но как он мог пересечь это море людей? Там был сообразительный журналист, который вышел вперед, желая взять интервью у Ли И, но Ли и развернулся и убежал, как порыв ветра.

“Сяо Чжоу, - быстро сказала Нин Цин. Она продолжала: "пошлите кого-нибудь следить за Ли и, никогда не позволяйте ей попасть в беду.”

“Окей.- Сяо Чжоу понял ее приказ.

Нин Цин заговорила, и все журналисты смотрели на нее. Все были взволнованы и не могли быть обеспокоены Лю Вэньлуном, и все они бросились к нему.

К счастью, вокруг нее были телохранители, но это не могло остановить возбужденные вопросы журналистов.

- Директор Нин, наконец-то вы появились. Мы ждали вас очень долго. Ваша студия только началась, и ваш первый фильм также находится в процессе производства прямо сейчас. Лю Вэньлун-художник под Вашим руководством, которого вы потратили много усилий, чтобы обучить, и теперь, когда он сейчас в скандале, можем ли мы спросить, что вы об этом думаете?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 226: Кризис Доверия, Которого Раньше Никогда Не Было

- Директор Нин, пожалуйста, дайте нам знать, когда вы подписывали контракт с Лю Вэньлуном, вы полностью оценили его талант? Разве вы не знали заранее о его характере? Зачем вам работать с таким человеком?”

- Директор Нин, это место-место ваших съемок, а также ваша территория. Ваша комната была на том же уровне, что и Лю Вэньлун, как он посмел допустить эти дела под вашим наблюдением?”

- Директор Нин, после всего, что произошло, вы официально расторгнете его контракт? Как вы будете решать этот вопрос? Пожалуйста, дайте нам знать Ваше мнение. Пожалуйста, скажи что-нибудь.”

Нин Цин ничего не ответила. Она отвернулась и ушла под охраной телохранителей.

….

В кабинете присутствовали Нин Цин, Сяо Чжоу и Лю Вэньлун, которые выглядели совершенно подавленными.

Через пять минут новость о том, что Лю Вэньлун занимается прелюбодеянием, попала в первые полосы развлекательных новостей. Через полчаса он одновременно пробился в топ результатов поиска по темам чатов Baidu и Weibo. Более серьезное дело состояло в том, что каждый заголовок развлекательных новостей был написан так: “художник, подписанный под студией Нин Цин, обнаружил, что он занимается прелюбодеянием”. В заголовках даже не упоминалось имя Лю Вэньлуна, а репутация Нин Цин была разбита вдребезги. Вместо этого она стала мишенью.

Первая кинопродукция студии Ning Qing Work, "Город Любви", уже попала в заголовки СМИ и была чрезвычайно ожидаема горожанами. Эта уродливая новость сразу же превратила Нин Цин из центра внимания прессы в козла отпущения, которого все обсуждали.

Те усилия, которые они прилагали, чтобы поддержать ее в прошлом, теперь использовались для критики.

Weibo Нин Цин подвергся резкой атаке со стороны подавляющего большинства пользователей Сети. Пользователи Сети все комментировали, подвергая сомнению их веру в нее.

Во-первых, Нин Цин теперь плохо знала этого человека, но она действительно подписала контракт с Лю Вэньлуном. Он был таким "ужасным человеком", но она также потратила больше усилий на воспитание его таланта, и она пыталась ввести в заблуждение массы.

Во-вторых, Нин Цин не обладала способностью учить и руководить. Артисты, находившиеся под ее опекой, занимались прелюбодеянием на ее собственной площадке, у нее на глазах.

В-третьих, пользователи Сети начали подозревать съемочную среду Города Любви. Неужели Нин Цин молча соглашалась на такие вещи, как покупка секса, и позволяла этим вещам происходить?

Пользователи Сети давили друг на друга и требовали, чтобы Нин Цин вышла, чтобы сделать заявление о текущих событиях.

В то же время пользователи Сети начали бурю комментариев в адрес Лю Вэньлуна, ругая его за поведение. Взаимодействие Лю Вэньлуна и Ли и на протяжении многих лет анализировалось очень подробно. Ли и было всего 16 лет, когда она последовала за Лю Вэньлуном бродить по улицам. Это было уже на 8-м году ее жизни. Все пользователи Сети жалели эту наивную девушку, пришедшую с гор. Они упрекали и критиковали Лю Вэньлуна за прелюбодеяние.

В конце концов, это дело было похоже на снежный ком. Чем дальше он катился, тем больше становился. В индустрии развлечений и в Т-Сити это вызвало волну жарких дискуссий.

Массы ненавидели Лю Вэньлуна, а также подвергали сомнению Нин Цин, рабочую студию Нин Цин и этот фильм "Город Любви". С тех пор как она дебютировала, Нин Цин никогда раньше не сталкивалась с таким нарушением доверия и не попадала в такой кризис.

Можно сказать, что Нин Цин уже стояла на высокой башне, и падение на этот раз было таким же тяжелым, как и высота, с которой она стояла.

Каждая ее частичка стала мишенью.

У Сяо Чжоу было серьезное выражение лица. - Нин Цин, мне уже много раз звонили. Все инвестиционные партнеры города любви захотели вывести свои инвестиции.”

“Окей.- Нин Цин обхватила себя руками за грудь. Выражение ее лица все еще считалось спокойным. Она задумалась на несколько секунд, а затем сказала: “скажи им, скажи им, чтобы они подумали хорошенько. Инвестиции всегда сопряжены с риском. Сейчас это выглядит рискованной инвестицией, но прибыль в будущем будет самой высокой. Если они все еще упорствуют и не хотят инвестировать в меня, то я также не буду заставлять их делать это. Я соглашусь на их вывод средств, но никогда не буду работать с ними в будущем.”

“Будем делать.- Сяо Чжоу немного успокоился. В это критическое время Нин Цин все еще могла твердо стоять на ногах.

- Кроме того, объявите средствам массовой информации, что съемки фильма "Город любви" будут официально приостановлены.”

"Нин Цин, Как только вы прекратите съемки, это не только будет стоить больших денег, но и приведет к худшей критике со стороны пользователей Сети…”

“Если я продолжу снимать это, пользователи сети прекратят свою критику? Такие вещи, как прелюбодеяние, употребление наркотиков и тому подобное, всегда считались деликатными в индустрии развлечений. Если она будет подхвачена средствами массовой информации, то в конечном итоге будет только наводнена критикой.”

“Тогда, Нин Цин, Как ты собираешься уладить это дело? Вы уже находитесь в центре критики; все смотрят на вас и оказывают на вас давление. Человек, который популярен, будет иметь много слухов о них, и есть ненависть, когда вы популярны. Если мы не решим этот вопрос надлежащим образом, то мы будем разорены."Сяо Чжоу вообще не хотел говорить эти слова, но теперь это была спешка для каждой секунды времени. Каждую минуту, пока Нин Цин не объявит о своей позиции, пользователи сети будут продолжать нападать на нее.

Нин Цин молчала. Она была спокойна, а ее глаза смотрели уверенно и твердо. Но ее лицо постепенно становилось все бледнее и бледнее.

Она была под большим давлением.

Нин Цин обернулась и посмотрела на Лю Вэньлуна, который сидел в углу. Он все время молчал, и она подняла ноги, чтобы подойти к нему.

- Лю Вэньлун, что случилось прошлой ночью? Я хочу услышать ваше объяснение.”

Лю Вэньлун медленно поднял голову. Выражение его лица было простым и мрачным. Его глаза казались пустыми, и он сказал: “директор Нин, мне очень жаль. Я причинил тебе вред.”

- Кое-что уже произошло. Не говори таких вещей, как "прости", это бесполезно. Вы не сделали мне ничего плохого. Вы обидели и Сяо И себя!”

- Сяо И ... Губы Лю Вэньлуна на мгновение дрогнули, и он понял, что не увидит ее до конца своей жизни. - Директор Нин, после вчерашней записи я немного выпил с учителем музыки. После этого я почувствовал, что все мое тело было очень горячим. Я думаю, что меня накачали наркотиками.”

- Накачали наркотиками? Сяо Чжоу услышал его слова и пошел вперед. - Нин Цин, мы можем воспользоваться этим и начать наше расследование. Мы должны объяснить массам, что он находился под контролем наркотиков…”

“А что было потом?- Нин Цин прямо отрезала Сяо Чжоу.

- После этого я вошла в свою комнату и увидела Сяо И. Я ... обнял ее, но Сяо И не захотел. Она выбежала из комнаты. Я хотел догнать ее, но почувствовал слабость. Затем Лю Лин вошла внутрь. Она ... она сняла свою одежду, и я не мог контролировать себя. На следующее утро, когда я проснулся, Лю Лин уже была одета, и когда она открыла дверь, все журналисты были снаружи, тогда вы видели, что произошло после этого.”

- Директор Нин, на самом деле я сделал это не нарочно. Я действительно не хотел предавать Сяо И. Мы с Сяо И уже столько лет вместе. Я люблю только ее. Я хочу жениться на ней. Я был под контролем наркотиков... - сбивчиво объяснил Лю Вэньлун.

Нин Цин не купилась на слова Лю Вэньлуна. Она холодно рассмеялась и сказала: “Это правда, что вы были одурманены, но эти наркотики могли только контролировать ваше тело. Могут ли они контролировать твое сердце? Лю Лин-всего лишь женщина. Если ты не хочешь, то можешь открыть дверь и попросить меня о помощи. Или ты можешь пойти принять холодный душ, чтобы все уладить. Она все еще может заставить тебя сделать это? Поэтому не пытайтесь использовать наркотики, чтобы объяснить свои действия. Вы совершили такие ошибки и не заслуживаете прощения на всю оставшуюся жизнь!”

Когда Нин Цин заговорила, она посмотрела на Сяо Чжоу:” не упоминай о том, что тебя снова накачали наркотиками. Массы не приняли бы этого объяснения, и мы также не можем найти никаких доказательств этого. Я видел учителя музыки сегодня утром, почему у учителя музыки не было никаких проблем, а у Лю Вэньлуна были? Это дело имеет слишком много глаз на него, так что не разыгрывайте 8-часовую мелодраму для других.”

Сяо Чжоу потерял дар речи. Эта дорога была действительно не тем путем, по которому следовало идти.

“Нин Цин, мы не знаем, где сейчас находится Сяо И. Наши люди не могут найти ее. Может, она попала в аварию?”

- Директор Нин, я хочу пойти поискать Сяо И, я... - сказал Лю Вэньлун.

Нин Цин посмотрела на него и сказала: “Ты знаешь, где Сяо И?”

Лю Вэньлун замер и покачал головой. “А я нет.”

Нин Цин медленно скривила губы в холодной улыбке и сказала: “тогда ты знаешь, куда пойдет Сяо И?”

Лю Вэньлун продолжал качать головой: "Сяо И никогда не покидал меня. Она всегда следовала за мной по пятам…”

- Хех. Нин Цин слегка рассмеялась и перебила его: - Лю Вэньлун, я просто знал, что ты не знаешь, где будет Сяо И. Вы также не сможете угадать, куда она отправится. Вы, после вашего дебюта в программе прослушивания, независимо от того, насколько сложной была индустрия развлечений, вы полностью могли бы ослабить свое уверенное поведение. Вы могли бы пожертвовать небольшим достоинством ради зарплаты, которая считалась бы высокой. У тебя определенно была способность не позволять своей собственной женщине следовать за тобой по улицам и терпеть лишения, но ты все равно заставил ее следовать за тобой!

- Почему все пошло именно так? Это потому, что ты был эгоистом!

“Чем более высокомерным ты становился, тем больше проявлял свой комплекс неполноценности! Можете ли вы отрицать, что Сяо И, со всем вашим опытом вместе и всей ее помощью, как соучастник? Можете ли вы отрицать, что, когда Лю Лин сняла перед вами всю свою одежду, вы не почувствовали никакого трепета? Лю Вэньлун, я восхищался твоим талантом, но ты из тех, кого можно контролировать просто желаниями своего тела. Я думаю, что вы не можете считаться мужчиной!”

Сяо Чжоу все понял. Когда она вчера спросила Нин Цин, почему она не видит будущего между Лю Вэньлуном и Ли и, вероятно, она думала, что это будет ответом.

Лю Вэньлун почувствовал, как его лицо вспыхнуло от боли. Каждое слово Нин Цин глубоко запало ему в душу, и она пронзила его ахиллесову пяту. Он болезненно опустил голову и медленно опустился на пол.

“Сяо И, Сяо И... я был не прав, поступив так с тобой.…”

Нин Цин почувствовала, как у нее слезятся глаза. Она подняла глаза и выпрямилась. - Лю Вэньлун, ты останешься здесь на несколько дней. Не выходите на улицу в течение следующих нескольких дней. Ты не можешь уйти, ты теперь объект всеобщего презрения. Кроме того, не ходите искать Сяо И. Она-девушка, которая относилась к тебе как к небу, и ей больше некуда идти. Ты предал ее, и я предполагаю, что она не захочет смотреть на тебя снова до конца своей жизни.”

Нин Цин повернулась, чтобы уйти.

…

Нин Цин вышла в коридор. Сяо Чжоу последовал за ней, и она нерешительно сказала: "Нин Цин, у меня есть кое-что, о чем я не знаю, стоит ли тебе рассказывать.”

“Что случилось?”

“Может быть, я слишком много думаю об этом, но я все еще думаю, что Сяо И вчера вел себя не совсем нормально. Знаете ли вы, когда Сяо и выбежала из комнаты Лю Вэньлуна, она врезалась в меня. В то время она выглядела так, будто переживает сильный стресс, а потом спряталась в ванной, чтобы поплакать в одиночестве. Я подошел, чтобы прикоснуться к ней, и она была потрясена, пока не задрожала с головы до ног. - Умоляю вас, не прикасайтесь ко мне.’”

Нин Цин резко остановилась. Сяо Чжоу не смог вовремя затормозить, и она чуть не врезалась в нее. Она еще не успела встать на ноги, как услышала, как Нин Цин серьезно спросила:”

- Я... Сяо И, кажется, очень боялась, что мужчины прикоснутся к ней... - Сяо Чжоу произнесла то, о чем догадывалась в глубине души.

Нин Цин закрыла глаза и сделала глубокий вдох, чтобы подавить гнев в своем сердце. Она тут же приказала: “Иди и разберись для меня. У этого прослушивания, вероятно, есть проблема. Пойди проверь через трех судей.”

- Вас понял.- Сяо Чжоу принял ее заказ, но она все еще не уходила, и было похоже, что она все еще хотела что-то сказать.

“Сяо Чжоу, в чем дело? Если есть что-то, тогда скажите, Я в состоянии взвалить это на свои плечи.”

- Нин Цин, я только что видел записи камер наблюдения из коридора. Вчера вечером, когда Лю Лин вошла в комнату Лю Вэньлуна, она прошла мимо Инь Моэра. В то время у ее помощника были свои подозрения, но Инь Моэр боялась, что она будет замешана в этих делах, поэтому она решила поспешно уйти.

Выражение глаз Нин Цин потемнело. Инь Моэр и Лю Вэньлун были художниками, подписавшимися под ней. Когда Инь Моэр встретилась со своим коллегой в беде, она предпочла закрыть на это глаза.

У нее не было достаточно времени, чтобы по-настоящему собрать команду. У них не было химии и взаимодействия между ними, и они не понимали, что они связаны друг с другом, когда у кого-то есть слава, они все будут знамениты, и когда у кого-то будут неприятности, все они тоже попадут в неприятности.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 227: Я Буду Поддерживать Вас

“Я понял."Нин Цин подсчитала годы, которые она провела в индустрии развлечений; прошло уже 5 лет. Встретив такую огромную мать, она умела держать себя в руках, и выражение ее лица было спокойным и собранным. Но в ее прекрасных глазах был ледяной холод. "Объявите, что мы прекратим съемки фильма "Город Любви", и мы прекратим всю деятельность всех артистов. Скажите им всем, что когда мы уладим вопрос с Лю Вэньлуном, тогда мы все возобновим работу.”

После этого Нин Цин добавила: "есть много уроков, которые они еще не понимают. Позвольте мне воспользоваться этим шансом, чтобы позволить всем им полностью усвоить этот урок!”

“Окей.- Сяо Чжоу понял ее указания и ушел.

Нин Цин вернулась в свою комнату, встала перед раковиной, чтобы умыться холодной водой, и не стала вытирать капли воды с лица. Обе ее маленькие ручки были прижаты к раковине и слегка побелели.

Студия только что была создана, и ее карьера только начинала прогрессировать, но теперь, когда она столкнулась с таким огромным препятствием на пути. Все ждали от нее разумного объяснения, и если она не справится с ним, то подольет масла в огонь.

Индустрия развлечений была таким местом, где люди были безжалостны и жадны. Легко было получить известность в одночасье, и так же легко было все испортить в одночасье.

Что же ей теперь делать?

Сегодня утром у нее в кармане зазвонил телефон, и это был номер, который она не узнала. У Нин Цин сверкнули глаза, и она догадалась, кто это был.

- Привет, Мам.”

Это была Сун Яцзин.

На другом конце провода послышался легкий смешок: "Нин Цин, Как ты меня называла? Я признала твой статус? Не могли бы вы обращаться ко мне "мама"?”

- Мама, независимо от того, принимаешь ты меня или нет, я все еще жена Шаомина. Ты навсегда останешься моей мамой.”

Сун Яцзин больше не настаивала, и она сказала: “Нин Цин, то, что ты должна делать сейчас, это не называть меня мамой прямо сейчас, то, что ты должна делать прямо сейчас, должно быть связано с Лю Вэньлуном. Теперь, когда все в городе смотрят на тебя, что ты собираешься делать?”

- Мама, ты сама спровоцировала события, которые произошли с Лю Вэньлуном?”

“Да."Сун Яцзин честно признался им и продолжал говорить: ” два месяца назад, когда вы вошли в Гуан Цин, чтобы выслужиться перед Шаомоном, я признаю, что у вас были небольшие трюки в рукаве в индустрии развлечений. Теперь, когда я разрушил вашу карьеру, и вы не можете поднять голову в индустрии развлечений, будет ли Шаоминг по-прежнему любить вашу версию прямо сейчас? Что у вас есть в руках, чтобы произвести впечатление на Шаоминга?”

Нин Цин посмотрела на свое бледное лицо в зеркале. Она взмахнула длинными ресницами, похожими на крылья бабочки, и медленно произнесла: Кто знает, кто станет окончательным победителем. Я не склонюсь только из-за этого. Я докажу вам, что Шао Мин сделал правильный выбор.”

- Хех.- Там женщина на другом конце фыркнула. - Конечно, тогда я посмотрю, на что ты способен.”

Сон Яцзин прервал разговор.

Нин Цин схватилась за телефон и вдруг почувствовала боль в животе. Ее маленькая рука коснулась живота, который стал больше, и она почувствовала, что вот-вот упадет в обморок.

Она повернулась, чтобы вернуться в свою комнату. Ей захотелось забраться на большую кровать и полежать там некоторое время, но она даже не успела подойти, как перед глазами у нее потемнело, и она рухнула на пол.

Интимного прикосновения, которое она представляла себе с ковром, не произошло, так как мускулистая рука обвила ее тонкую талию, и все ее существо было охвачено таинственным теплом, которое окружало ее.

Ее ноздри наполнились знакомым чистым и свежим ароматом, который загипнотизировал ее. Лу Шаомин?

“Нин Цин, что с тобой? Ваше тело чувствует дискомфорт? Низкий и чарующий мужской голос звенел у нее над ухом, принося с собой ощущение тепла и заботы.

Нин Цин немного поколебалась и подняла глаза, чтобы посмотреть на мужчину. В ее глазах были красивые черты этого человека, ее Лу Шаомин действительно вернулся!

- Шаоминг, почему ты вернулся? Разве ты не вернулся в Ти-Сити? Мне показалось, что я сейчас сплю.”

“Глупая девчонка.- Светлые глаза Лу Шаомина были полны беспокойства, а голос звучал мягко и нежно. “Ты не спишь, я действительно вернулся. Машина стояла на шоссе, когда я услышал новости о развлечениях, и я подумал, что в это время тебе, вероятно, понадобится моя помощь, поэтому я вернулся.”

Глаза Нин Цин на мгновение увлажнились, и она протянула свои маленькие ручки, чтобы крепко схватить его за шею, и она толкнула его грудь своим маленьким лицом.

- Шаоминг, - мягко позвала она.

Лу Шаомин поднял ее и положил на большую мягкую кровать. Она обняла его за шею и не хотела отпускать, а он положил свою большую руку на ее тонкую талию. Другой рукой он осторожно прикрыл челку у нее на лбу и аккуратно зачесал ее назад. “Это всего лишь мелочь. Если вы не можете справиться с этим, вы можете просто уйти из индустрии развлечений; я буду поддерживать вас в будущем.”

Нин Цин медленно подняла свой взгляд, и она была похожа на поросенка, когда она использовала свой собственный маленький нос, чтобы подтолкнуть высокую переносицу его носа, когда она сказала: “Шаомин, ты действительно поддержишь меня?”

Лу Шаомин посмотрел на ее нежные влажные глаза, которые были яркими и искрящимися, и у него был мягкий смех, когда он сказал: “Почему? Вы боитесь, что я не смогу поддержать вас, или вы не хотите, чтобы я поддерживал вас?”

“Ты так раздражаешь меня, что, очевидно, понимаешь, что я не это имела в виду.- Нин Цин ударила его кулаком в плечо.

На сердце у нее было очень-очень сладко. Ее свекровь Сун Яцзин все еще ждала, что она превратится в шутку, и она также ждала, что Лу Шаомин бросит ее, но ее Лу Шаомин не только остался рядом с ней, но даже сказал, что собирается поддержать ее.

Лу Шаомин положил свою большую ладонь на ее маленькую руку. Он опустил глаза и поцеловал ее белокурые кончики пальцев.

Он редко целовал ей руку. До потери памяти, когда они были страстны в постели, у него тоже бывали моменты, когда он был безрассуден, и у нее появилось новое значение того, что она знала как стыд.

Но после того, как он потерял память, этого больше не было. По ее мнению, это было нечто более интимное, чем поцелуй, и ее сердце не выдержало, поэтому она в шоке отдернула руку.

Глядя на застенчивый взгляд девушки с бешено бьющимся сердцем, Лу Шаомин наклонился, чтобы поцеловать ее в губы, и сказал:”

У нее были собственные независимость и свобода, поэтому он никогда не прерывал ее работу, но если она не могла справиться с ними, он определенно помог бы ей связать концы с концами.

Его женщине нужно было только летать, а когда она уставала, то могла примоститься на его плече, чтобы отдохнуть. Если у нее возникнут какие-то проблемы, он сам с ними разберется. На самом деле, все мужчины и женщины были очень просты; это было именно так.

“Мне не нужна твоя помощь, я сам придумал план. Я так давно работаю в индустрии развлечений, так как же я могу прийти к такому печальному выводу? Никто не может подойти и посмотреть на меня сверху вниз, включая тебя.- Нин Цин ткнула его в грудь своими маленькими бело-розовыми ручками.

“Я не смотрю на тебя свысока, но не слишком напрягайся. Этот вопрос вызвал много фанфар, и есть много людей, обсуждающих его. Это очень деликатная тема. В это время, чем больше вы делаете, тем больше может пойти не так, - мягко напомнил ей мужчина.

- Я знаю.- У Нин Цин заблестели глаза, когда она сказала: - Шаомин, раз уж ты здесь, есть две вещи, в которых я хотела бы попросить тебя помочь мне.”

“Говорить.”

- Во-первых, я хочу найти Лю Лин. Во-вторых, помогите мне найти Ли И.”

Лю Лин определенно была в руках Сун Яцзина. Найти ее будет трудно, а Ли и спрятался. Ей нужно было найти ее быстро.

С этими двумя вещами она легко справится, но ей понадобится некоторое время. Если бы Лу Шаомин пришел на помощь, это было бы делом нескольких секунд.

Теперь же она желала только одного — поскорее!

Это была ситуация, когда все рушилось в одну сторону, и ей нужно было действовать быстро.

- Ладно, давай я с ними разберусь.- Мужчина согласился.

Нин Цин все еще была немного обеспокоена, когда сказала: “Шаомин, Ли и исчез. Я не знаю, куда она пойдет. Вероятно, будет трудно найти ее, вы…”

“Не волнуйся, пока она жива, я найду ее очень быстро.- Этот человек говорил твердо и ясно.

Нин Цин удовлетворенно обняла его. Ее красные губы коснулись его шеи, когда она сказала: "Шаоминг, спасибо. Спасибо, что ты сейчас рядом со мной.”

…

В поисках Лю Лина быстро развивались события, и Нин Цин привел Сяо Чжоу, чтобы проверить его.

Они вдвоем едут в лимузине, и Сяо Чжоу, выглянув в окно, говорит: “Нин Цин, за нами следят журналисты.”

Нин Цин надвинула вязаную шапочку на голову пониже и рассмеялась, сказав: “Сяо Чжоу, ты знаешь, кто главный герой дела, связанного с Лю Вэньлуном?”

“Ну конечно! Это Лю Вэньлун, значит, это ты.”

- Ошибаешься, главный герой - это ... журналисты! Итак, если они не будут преследовать нас, как это будет продолжаться?”

…

В этот момент Лю Лин находилась в роскошном кондоминиуме. Она была под контролем Сун Яцзин, и она не позволяла ей выходить, но днем она была голодна, и она не хотела готовить еду сама, поэтому она набрала номер доставки.

Очень быстро раздался звон! и тут в комнате раздался звонок в дверь.

- Он здесь.- У Лю Лин была маска на лице, так как она боялась быть узнанной другими, и она пошла открывать дверь.

Когда она открыла дверь, улыбка на ее лице застыла. За посыльным прятались еще двое-Нин Цин и Сяо Чжоу.

Лю Лин была взволнована и хотела немедленно закрыть дверь.

“Лю Лин, ты все еще думаешь о побеге?- Сяо Чжоу бросился вперед и толкнул Лю Лин вниз. Затем она потянула ее за волосы и потащила в гостиную.

Нин Цин достала из сумки стодолларовую купюру и изящно бросила ее курьеру, который был потрясен до глубины души. - Это чаевые, тебе не нужно искать мелочь.”

Нин Цин с грохотом захлопнула главные двери.

Курьер: "... женщины действительно были способны сражаться. Он был ошеломлен и потрясен.

…

Лю Лин втащили в гостиную, и голова у нее болела от дерганья. - Директор Нин, старшая сестра Чжоу, что вы двое хотите сделать? Это был Лю Вэньлун, который спал со мной. Я тоже жертва.…”

Услышав ее слова: па! Нин Цин дала Лю Лин крепкую пощечину.

Лю Лин была в оцепенении после пощечины. Ее левая щека сильно болела, и она немного онемела. Было ясно, что Нин Цин использовала огромное количество силы: “директор Нин, вы действительно осмеливаетесь ударить меня?”

Нин Цин бросила сумку, которую держала в руках, на диван. Уголки ее губ изогнулись в тонкой улыбке, и она закатала рукава. У нее была поза босса, когда она сказала: "если бы я кого-то ударила, то это был бы ты. Такую женщину, как ты, надо бить. Сколько бы я тебя ни бил, этого все равно недостаточно!”

После того, как она заговорила, Нин Цин жестоко дала Лю Лин еще одну пощечину.

Лю Лин была в ярости. Кроме того, ее было нелегко сломить, и она сказала: “Если вы двое посмеете ударить меня, подойдите, я покажу вам, насколько я хороша.”

Лю Лин было наплевать на боль в голове, когда она в мгновение ока поднялась с пола. В прошлом она была гангстером и никогда не проигрывала в драке.

Она побежала вперед и сразилась с Нин Цин. Они вдвоем перекатились на диван, и длинные ногти Лю Лин оставили длинную рану на лице Нин Цин. Она держала Нин Цин за локоть, и выражение ее лица было свирепым, когда она сказала: "Нин Цин, почему ты должна прийти и ударить меня? Разве ты не купаешься в том, что нравишься молодому господину Лу? Мы оба работаем в индустрии развлечений. Мы даже так похожи друг на друга. Почему я не могу получить в свои руки то, что вы могли бы получить? Вы большой режиссер Нин, за которым все гонятся, а я подхожу только на роль второстепенного персонажа?”

Сяо Чжоу пошел вперед, чтобы оттащить Лю Лин, Нин Цин дважды кашлянула, когда она подошла к Лю Лин, и она начала непрерывно шлепать Лю Лин, говоря: “Лю Лин, ты извращен в своем сердце? Как ты можешь сравнивать себя со мной? Что ты имеешь, чтобы сравнивать себя со мной? Ты действительно такая шутница.”

Три женщины закончили свою борьбу через полчаса. Какой бы сильной ни была Лю Лин, она все равно не могла одержать верх, когда их было так много, поэтому Лю Лин легла в гостиной, покрытая ранами. Нин Цин вывела Сяо Чжоу за дверь.

Они вернулись в лимузин, и Сяо Чжоу рассказала Нин Цин о новостях, которые она только что получила. - Нин Цин, мы кое-что выяснили. В последние два часа финального конкурса программы прослушиваний судья, подаривший Золотое кольцо Лю Вэньлуну, тайно вошел в комнату Ли И и час спустя вышел оттуда в неопрятной одежде.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 228: Первый раз Королева растет

Нин Цин слушала и закрывала глаза. - Ладно ... давай сначала вернемся в отель.”

…

Когда она вернулась в отель, Лу Шаомин получил известие. Ли и вернулась в Ти-Сити и находилась в маленькой комнате, которую в прошлом снимала вместе с Лю Вэньлуном.

Нин Цин вздохнула с облегчением. Лу Шаомин нашел ли и раньше, чем Сун Яцзин.

Сун Яцзин, должно быть, тоже искала ли Йи, и если она была той, кто нашел ли Йи первой, то ли Йи определенно была в опасности. Теперь, когда Лу Шаомин нашел ее и послал людей следить за ней, Нин Цин почувствовала облегчение.

На протяжении всей саги самой невинной частью всего этого был ли И.

Лу Шаомин, Нин Цин и Сяо Чжоу сели в частный самолет, чтобы вернуться в город ти.

Нин Цин села в самолет и погрузилась в глубокий сон. Прошлой ночью она спала всего 4 часа, а сегодня произошло так много событий, что ее тело устало и было напряжено до предела.

Лу Шаомин был рядом с ней, и она положила свою маленькую голову ему на бедра, как подушку. Она спала с облегчением и теплом.

Проснувшись, она поняла, что они прибыли в аэропорт ти-Сити. Это было на следующее утро, и дело, касающееся Лю Вэньлуна, продолжало гнить.

Сяо Чжоу сообщил о движении в индустрии развлечений за последние 12 часов и передал информацию Нин Цин.

Все развлекательные заголовки были написаны примерно так-Нин Цин сердито дала хозяйке пощечину. Фотографии, сделанные журналистами, были сделаны из кондоминиума напротив через стеклянные окна. Она закатала рукава и не стала беспокоиться о своем имидже, когда они с Лю Лин ввязались в кулачный бой. Хотя картинки были нечеткими, каждое движение было очень четким.

Благодаря действиям Нин Цин это вызвало волну в интернете, и она получила поддержку и признание многих.

Пользователи Сети начали комментировать, что Нин Цин всегда была элегантной и умной богиней в их сердцах, но они не думали, что она будет такой прямолинейной и властной в решении этого вопроса. То, как она дала хозяйке пощечину в гневе, чтобы отомстить за Ли и, заставило всех почувствовать удовлетворение.

- Нин Цин, это действительно хорошая новость. Нам удалось сделать шаг вперед, и можно считать, что мы вернули себе некоторых сторонников.”

На лице Сяо Чжоу отразилась радость.

Когда Нин Цин увидела новости, она не выглядела удивленной; все шло так, как она ожидала.

Она встала и посмотрелась в зеркало. На левой щеке у нее была кровавая ссадина, и когда она спала прошлой ночью, Лу Шаомин приложил к ней небольшое лекарство.

- Сяо Чжоу, передай мне солнечные очки.”

- О'кей, - Сяо Чжоу передал Нин Цин солнцезащитные очки и сказал: - Нин Цин, когда ты выйдешь из аэропорта, тебе обязательно преградят дорогу журналисты. Не воспользоваться ли нам другим путем, чтобы избежать встречи с ними?”

Нин Цин надела солнечные очки, поправила одежду и просто сказала: “Не нужно. Пришло время встретиться с журналистами.”

Говоря это, она обернулась и посмотрела на Лу Шаомина: “Шао мин, мы пойдем разными путями. Я пойду навстречу журналистам, Вы меня не догоните.”

Лу Шаомин кивнул головой и сказал: “Хорошо, оставайтесь в безопасности.”

Нин Цин взяла с собой Сяо Чжоу и вышла из самолета.

Лу Шаомин увидел опытный и уверенный профиль девушки. Его губы медленно изогнулись в теплую дугу. То, как она справилась с этим делом, было сделано исключительно хорошо.

Она не проводила пресс-конференцию и не принимала никаких других мер. Она только искала Лю Лин и лично подошла к ней, чтобы сразиться.

Она сделала это, потому что знала, что этот вопрос вызвал дискуссию. Ключевым моментом в этом деле было то, что у Лю Вэньлуна была хорошая китайская подруга ли И.

Были тысячи мужчин, которые регулярно совершали прелюбодеяние, и только Лю Вэньлун не мог этого сделать.

Поэтому она дала Лю Лин пощечину от гнева и заставила замолчать гнев масс.

Никаких опасных мер она не предпринимала. Ее было достаточно. Он беспокоился, что она поедет в аэропорт, чтобы встретиться с прессой и журналистами, но теперь он был полностью уверен, что она сможет хорошо защитить себя. Он только needed...to послушайте ее распоряжения.

Он полагал, что в этом вопросе ее стратегия только начинает разворачиваться.

…

Как она и ожидала, Нин Цин попала в засаду моря журналистов в зале ожидания аэропорта — " директор Нин, прошло уже 24 часа с тех пор, как был раскрыт вопрос о Лю Вэньлуне. Вы еще не сделали никаких заявлений, пожалуйста, ответьте на несколько наших вопросов и выразите свою позицию.”

Нин Цин остановилась как вкопанная. Там было 5 или 6 телохранителей, чтобы блокировать чрезмерно усердную толпу. Она была с Сяо Чжоу, и она медленно посмотрела на толпу с ее широкими солнцезащитными очками и сказала: "Хорошо, все, пожалуйста, дайте мне ваши вопросы.”

Когда журналисты услышали, что Нин Цин готова объявить о своей позиции. Они все начали расспрашивать ее — " директор Нин, теперь самый горячий заголовок в интернете-о том, как вы вчера в гневе ударили госпожу Лю Лин. Можем ли мы узнать, что вы чувствовали в своем сердце, когда решили дать ей пощечину?”

“О.- Нин Цин холодно рассмеялась, и ее тон был небрежным, но в то же время акульим, когда она сказала: “Это очень легко. Любовница-это тот, кого все хотели бы видеть ударившим. Лю Вэньлун-художник, подписанный под моим руководством. Она соблазнила моего художника, и я, очевидно, должен был уступить ей свою позицию. Ли и-мой друг. Она издевалась над моим другом, и, конечно, я имею право сердиться. В будущем, если кто-то посмеет сделать меня несчастным, я убью их всех.”

Журналисты дружно вдохнули холодный воздух. То, что Нин Цин говорила под ее словами, было то, что Лю Лин начала беспорядок для нее и сделала ее несчастной, поэтому она ударила ее.

Журналист не ожидал, что Нин Цин, которая не высказывала никаких мнений в течение последних 24 часов, что-нибудь скажет. Когда она объявила о своей позиции, это было так...высокомерно. Она была окружена врагами, изолирована и без посторонней помощи. Нормальные художники, испытывающие нечто подобное, только извинялись бы и извинялись, но она была изгоем.

Она умела привлекать внимание популярных артистов, и это было похоже на то, что говорили пользователи Сети... она была прямолинейной и властной в том, как она делала вещи.

Журналист внимательно посмотрел на нее. Сегодня Нин Цин была одета в черную зимнюю куртку в корейском стиле и черные брюки-карандаш. На ее нежном белом лице были темные очки. Они не могли разглядеть выражение ее лица, но она выглядела серьезной. Ее голос был чистым и холодным, что несколько напоминало поведение зрелой королевы.

- Директор Нин, тогда как насчет трех пунктов, которые пользователи сети имеют против вас? Как бы вы на это отреагировали?- умно спросили журналисты.

Выражение лица Нин Цин не изменилось, и она прямо сказала: “Во-первых, я не знала Лю Вэньлуна так долго, как его знает ли И. Если бы я мог предсказать, что это произойдет, тогда Ли и не было бы так больно, как сейчас.”

Журналисты согласились, и в отношении этого пункта, “незнакомого с человеком”, ответ Нин Цин был вполне уместен.

Ли и, который с детства был влюблен в Лю Вэньлуна в течение 24 лет, не думал заранее, что он совершит прелюбодеяние; как бы Нин Цин узнала об этом?

- Второй и третий пункты. Нин Цин несколько секунд молчала, а потом медленно оглядела толпу. "Все направляют свое внимание на меня из-за того, что произошло с Лю Вэньлуном. Что касается студии Ning Qing Work Studio, а также моей первой постановки "Город Любви", то все они вызвали у меня сомнения. Мне нечего сказать по этому поводу.”

Журналисты были ошарашены, Нин Цин-нет.…

Нин Цин продолжала говорить: "Я работаю в индустрии развлечений уже пятый год. Многочисленные поклонники всегда сопровождали меня в этом путешествии, а что касается тех, кто меня любит, то мне не нужно объяснять. Что же касается тех, кто меня не любит, то я могу сказать только одно. Я прошу прощения.

- Мне очень жаль, что я пренебрегла своими художниками, которые находятся под моей опекой, и это вызвало беспокойство в вашей жизни. Поэтому, что касается вопросов, касающихся Лю Вэньлуна, я возьму на себя ответственность от его имени.”

Журналисты были впечатлены, четкий ответ Нин Цин расколол пользователей Сети на два лагеря. Она сначала "признавала" тех, кто всегда защищал ее, как своих поклонников, а затем милостиво принимала все критические замечания и вопросы тех, кто имел что-то против нее.

Это уже было странным событием в индустрии развлечений. Если художники студии были вовлечены в какие-то дела, художнику обычно приходилось брать на себя ответственность.

Собственно, что она вообще сделала не так?

Сегодня она произнесла эти слова без страха и двусмысленности; она была такой властной!

Она знала, что после этого интервью окажется в совершенно новом мире. Она была сильно ограничена, когда дело вспыхнуло, но этого больше не будет.

Нескольких простых фраз от нее было достаточно, чтобы проложить себе дорогу.

- Директор Нин, мы можем спросить: после этого дела вы расторгнете контракт с Лю Вэньлуном?”

Этот пункт всегда был чем-то, что интересовало всех. Как бы Нин Цин справилась с Лю Вэньлуном, человеком, которого считали плохим художником, у которого был очевидный порок?

Нин Цин ответила не сразу. Она вздохнула и сказала: “я не буду расторгать контракт.”

Журналисты снова были взволнованы. Если бы Нин Цин была достаточно умна, она бы полностью избавилась от Лю Вэньлуна, чтобы он больше не смог ее одолеть.

- Директор Нин, почему? Почему вы приняли такое иррациональное решение?”

“Потому что, если я откажусь от него сейчас, его жизнь будет разрушена с этого момента... - после того, как она заговорила, Нин Цин ушла в сопровождении своих телохранителей.

- Директор Нин, пожалуйста, скажите больше ... директор Нин…”

Нин Цин направилась к главным дверям аэропорта. Журналисты все еще хотели пуститься в погоню, но их остановили телохранители. Толпа смотрела на красивую фигуру, стоявшую в дверях аэропорта. Он появился, когда они этого не заметили. Он стоял прямо, и у него был мягкий взгляд, пока он спокойно ждал.

Маленькая женщина подошла к нему, затем мужчина обнял ее за тонкую талию, и они ушли вместе.

Лу Шаомин.

…

Кто будет иметь дело с тем, кто оставит их позади?

Через несколько лет на международной премии “Золотой мяч", как первая китайская певица, ставшая лучшей певицей, ведущий спросил: "господин Лю, этот момент-самый прекрасный момент в вашей жизни?”

Лю Вэньлун покачал головой перед экранами всего мира “ " нет, самый прекрасный момент в моей жизни был, когда я был в самом низком периоде моей жизни, был человек, который не отпускал меня.”

…

Нин Цин вышла из крошечной арендованной комнаты. Лу Шаомин встал в дверях и сказал мягким голосом: “Нин Цин, ты войдешь. Я буду ждать тебя здесь. Когда мои люди нашли ли и, она пыталась перерезать себе вены в попытке самоубийства. Она очень эмоциональна. Будь осторожен, не дай ей причинить тебе вред.”

- Ладно, не волнуйся. Нин Цин открыла дверь и вошла внутрь.

Арендуемая комната была очень маленькой, около 20 квадратных метров. Внутри была кровать и очень старый телевизор. Но внутри было очень чисто. На стенах с белыми и серыми пятнами висело множество мягких игрушек. У них также были фотографии Ли И и Лю Вэньлуна вместе. Видно было, что у них здесь много счастливых воспоминаний.

Ли и сел на кровать. Ее волосы были растрепаны и растрепаны. Они боялись, как бы она не наделала глупостей, поэтому телохранители связали ей руки. Она тихо закрыла глаза и не пошевелилась.

Нин Цин почувствовала боль в сердце и пошла впереди ли И. Она протянула руку, чтобы поправить волосы на щеках и заправить их за ухо. На этом нежном лице, казалось, не было никаких следов крови, но ее глаза были красными и опухшими. Контраст красного и белого делал все ее существо жалким, и она казалась чем-то вроде Призрака.

Голос Нин Цин был хриплым, когда она сказала: "Сяо И, Я помогу тебе развязать веревки. Но не причиняй себе больше вреда.”

Ли и промолчал.

Нин Цин помогла ей высвободить свои маленькие ручки.

Когда она отпустила их, Ли и, которая была на кровати, выскочила, как проворный гепард, она побежала к стене, желая ударить ее головой.

У Нин Цин не было времени преследовать ее. Она немедленно встала и сказала громким, свирепым тоном: "Сяо И, если ты хочешь умереть, тогда умри сейчас. Нет никого, кто мог бы остановить тебя, кроме меня. Кто будет плакать о тебе после твоей смерти, кроме меня?”

Сяо И был в 1 сантиметре от стены. Она резко остановилась и не двинулась дальше.

Через некоторое время она сказала хриплым голосом, который не был похож на человеческий: На самом деле ты такой же плохой, как Лю Вэньлун!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 229: Познакомила Меня С Самым Прекрасным Человеком В Моей Жизни

Нин Цин посмотрела на слабый профиль девушки. Она медленно покачала головой и сказала: "Сяо И, ты, очевидно, знаешь, что это не так. Никогда не подозревайте весь мир только из-за одного человека.”

Это была страшная мысль,и она могла погубить ли И.

Та, которая верит, что в мире нет любви, проведет остаток своей жизни в одиночестве.

Ли и больше ничего не сказал. Нин Цин посмотрела на плечо девушки, которое снова начало трястись, маленькая рука, которую она крепко сжимала в кулак, била себя снова и снова, и она всхлипывала.

Нин Цин подошла и обняла девушку за плечи. - Ли И, если тебе хочется плакать, выпусти все это.”

Ли И снова повернулась к Нин Цин, когда она подняла глаза, но слезы в ее глазах не могли остановиться. Худшее время в жизни-это когда надежды больше нет. Слезы, казалось, высохли в предыдущую секунду, но в следующую секунду слезы снова начинают падать вниз.

- Директор Нин, что вы...сказали? Как это возможно he...do это для меня? Что я сделал не так? Он действительно ушел...я никогда его не прощу.”

Девушка испустила рассеянный крик, и она плакала слишком тревожно, не в силах совладать с собой. Даже слова, которые она хотела сказать, были написаны кубиками.

Нин Цин все поняла. Чем наивнее человек, тем более жестоким он становится, когда его сердце ожесточается.

- Сяо И, ты спросил меня почему. Тогда позволь мне ответить тебе, потому что ты не понимаешь мужчин и не умеешь любить. Ты бросила учебу из-за мужчины, и ты отказалась от лучшего времени своей юности, чтобы сопровождать его на улицах. Вы думали, что это дает ему лучшую любовь? Это неправильно, вы не любили его. Вы занимались теорией игр.

“Ты проиграл в своей стратегии в этой игре, так что ты остался ни с чем. Ты отказалась от себя из-за мужчины. Вы все еще не научились любить себя хорошо и позволять мужчине любить вас. Что нужно для того, чтобы полюбить кого-то другого?

- Сяо И, никогда не забывай: прежде чем полюбить мужчину, ты должна сначала полюбить себя.”

Ли и услышал ее слова и начал безудержно рыдать. Она медленно повернулась и обняла Нин Цин, говоря: "директор Нин ... директор Нин…”

Она покинула горы и последовала за Лю Вэньлуном в этот чужой город. Восемь лет ее верности и любви к нему были обменены на незнакомца, которого она знала всего полмесяца.…

Ее жизнь была такой неудачной.

Нин Цин была права. Она никогда по-настоящему не любила себя.

Нин Цин нежно погладила ее по волосам и сказала: "Сяо И, не плачь больше. Так как вы не в состоянии простить его, то начните все сначала, и не позволяйте ему стать гостем в вашей жизни. Не все отношения на Земле имеют успех и в конце концов приносят плоды. Жизнь похожа на поездку в отпуск на автобусе. Вы никогда не узнаете, сможете ли вы встретить лучшие пейзажи в своей жизни на следующей остановке.”

Ли и покачала головой и сказала: "Этого не будет, этого больше не может быть. Никто из вас не знает, что я был actually...in прошлое…”

- Ш-ш-ш, не говори так. Нин Цин мягко прервала ее слова, и слезы выступили у нее на глазах, ее голос был нежен, как весенний ветер. - Сяо И, не говори этого вслух. Относитесь к этому как к тайне в глубине вашего сердца. У людей сейчас более либеральные мысли. Многие вещи связаны именно с этим слоем плоти. Не погрязайте в жалости к себе и не бойтесь, нам никогда не придется признавать себя виновными за преступника. Пока вы достаточно храбры, чтобы идти дальше, пока вы закрываете глаза, боль пройдет в одно мгновение. После того, как вы снова откроете глаза, жизнь все еще продолжается, и у вас все еще есть ваша собственная свобода. Никто не может использовать свой собственный моральный компас и взгляд, чтобы похитить вас.

- Тот человек, которого вы когда — то любили, - вы много работали, и люди, которые еще не влюбились в вас, не будут возражать против этого. Пока ваше сердце чисто, у вас есть свежее будущее в этом мире.”

Ли и рыдал без слов. В течение двух лет ей каждый день снились кошмары. Она не смела позволить старшему брату а Лонгу прикоснуться к ней и боялась, что он поймет, что она больше не чиста.

Люди с гор были консервативны в своих взглядах, и такую девушку, как она, бросили бы в свинарник.

Она не была уверена в себе, и ей было страшно. Она никак не могла очнуться от кошмара.

В этот момент она почувствовала облегчение и свободу.

И все же это было так больно.

Ли и отпустила Нин Цин и вытерла собственные слезы. - Директор Нин, что мне теперь делать? Я перерезал себе вены, пытаясь покончить с собой. Я чувствовал, что действительно чуть не умер. Теперь я больше не хочу умирать. Я вдруг понял, что в прошлом жил такой бедной жизнью, но я жил так в течение последних 24 лет. Я не знаю, как еще жить.”

Нин Цин протянула руку, чтобы вытереть слезы с лица, и медленно приподняла уголки губ. У нее была нежная улыбка на лице, когда она сказала: "Сяо И, тогда отправляйся за границу. Оставьте это печальное место позади, и пусть боль в вашем сердце растворится со временем, и хотя вы несете свой груз с собой, вы можете начать все сначала. Вы еще молоды, у вас еще есть время.”

- Едешь за границу? Взгляд ли и был ошеломлен, когда она сказала: "Это самое далекое место, где я когда-либо была. Могу ли я это сделать?”

- Ехать за границу будет очень тяжело. Ли И, ты боишься пройти через трудности?”

Ли и покачала головой и сказала: "Когда я была вместе с...нам обоим было тяжело вместе, только то, что я сделала это для него в прошлом. Могу ли я на самом деле сделать это для себя прямо сейчас?”

Нин Цин кивнула и достала из сумки огромный конверт: "Сяо И, это билеты и паспорт. После того, как вы отправитесь в Англию, там будет человек, который примет вас. Я приготовил для вас место, где вы остановитесь, и все, что вам понадобится, например, одежду и еду. После того, как вы поселились там и поступили в университет, усердно работайте над изучением иностранного языка. Разве тебе не нравится делать кукол? Никогда не забывай наш сон о большой тряпичной кукле. Я верю, что вы можете это сделать.”

Слезы ли И снова покатились по ее щекам. На этот раз, это было потому, что она была тронута. Она взяла конверт в руку и решительно кивнула. - Я так и сделаю. Директор Нин, спасибо.”

…

Нин Цин отправила ли и в аэропорт. Когда они вошли в главные двери аэропорта, Сяо Чжоу наклонилась к ушам Нин Цин и прошептала несколько слов.

Нин Цин посмотрела на крошечное личико Ли И и сказала: "Сяо И, Лю Вэньлун не послушал моих инструкций и тайно прилетел сюда. Он уже едет сюда, хочешь взглянуть на него в последний раз?”

Ли и застыла, и ее глаза быстро стали пустыми. Это был человек, которого она любила 24 года.

“В этом нет необходимости. Ли и покачала головой и подошла к Нин Цин, чтобы обнять ее. “Нин Цин, можно мне так к тебе обращаться?”

Нин Цин мягко и мило улыбнулась и сказала: “Конечно, ты можешь.”

Ли и помахала конвертом в руке и сказала:” Нин Цин, я не могу выразить свою благодарность словами.- Я надеюсь, что настанет день, когда я смогу отплатить вам, и мне все еще нужно поблагодарить вас еще раз. А теперь я ухожу.”

- Хорошо, я подожду тебя. Но сначала вы должны привести свою собственную жизнь к лучшему, что вы можете.”

Ли и кивнула головой: "конечно, буду!”

Ли и повернулся, чтобы уйти.

В этот момент большая группа журналистов ворвалась в аэропорт снаружи, и Лю Вэньлун был в середине группы журналистов. Лю Вэньлун бросился сюда.

- Сяо И!- Лю Вэньлун стоял в главном зале и кричал от всего сердца, глядя в профиль ли И. - Сяо И, куда ты идешь? Ты больше не хочешь меня?”

Ли и остановилась как вкопанная.

В этот момент журналисты столпились вокруг Ли И, и все передали ей микрофон: "Мисс ли, что касается того, где Лю Вэньлун был пойман за интрижкой, не могли бы Вы нам что-нибудь сказать?”

Слезы кружились в глазах Ли и. Она сложила руки вместе и склонила голову. - Я надеюсь, что всему придет конец. Я уже все отпустил. Кроме того, это дело привело меня к встрече с самым красивым человеком, которого я когда-либо встречал в своей жизни. Нин Цин, спасибо. Мы еще встретимся, если судьба решит.”

Ли и быстрым шагом направился к таможне, и охрана аэропорта заблокировала всех остальных снаружи. Ли и исчез из виду.

Лю Вэньлун увидел, что Ли и не хочет смотреть на него, прежде чем уйти, и человек, который был 5 футов 7 дюймов, с громким стуком опустился на колени в главном зале, и он использовал обе руки, чтобы закрыть свое лицо. Он жалобно плакал.

Журналисты наблюдали за происходящим, и все переглянулись. Этот крутой парень из Дунбэя безудержно рыдал, и это все объясняло. Им больше не нужно было допрашивать его.

Все посмотрели вдаль. Нин Цин стояла в углу главного зала. Рядом с ней было 6 или 7 телохранителей, а Сяо Чжоу стоял позади нее. У нее были манеры большого босса.

На ее лице все еще были большие солнечные очки. Обе руки она держала по бокам, а тонкая талия была прямой и прямой. Она спокойно посмотрела на Лю Вэньлуна, который стоял на коленях, и ничего не сказала. Дотошный журналист заметил мокрые следы на лице Нин Цин.

То количество времени, которое Лю Вэньлун проплакал. Нин Цин сопровождала его, чтобы постоять еще немного, и журналисты тоже ждали вместе с ними.

Примерно через 10 минут Лю Вэньлун перестал плакать. Он встал, чувствуя себя потерянным, и медленно направился к Нин Цин.

Нин Цин повернулась и увела Лю Вэньлуна, не сказав ни слова.

Журналист издали наблюдал за Нин Цин, и после того, как она повернула, все, что осталось журналистам, - это ее холодный, опытный ветер, который дул в их сторону ее рукавом.

Они не могли сказать, какая часть Нин Цин изменилась. Вероятно, это была последняя фраза, которую произнесла Ли и, обращаясь к самому красивому человеку, которого она когда-либо встречала в своей жизни, или же это был Лю Вэньлун, следовавший за ней без единого слова. Возможно, дело было в ее грациозном и спокойном поведении, а может быть, в воздухе, окружавшем ее, как у королевы.…

Новый режиссер, открывший собственную студию, менялся с каждым днем. Она была похожа на красивую розу и медленно распускалась.

…

Лю Вэньлун сидел на заднем сиденье лимузина. Нин Цин и Сяо Чжоу сидели впереди, а Лу Шаомин временно вернулся к Гуан Цин.

Сяо Чжоу, сидевший впереди, спросил Нин Цин: “Нин Цин, Как ты думаешь, сможет ли Ли и приспособиться к жизни за границей и вести хорошую жизнь?”

Нин Цин сняла солнечные очки, и ее глаза покраснели, когда она посмотрела в окно. Она кивнула головой и сказала: "определенно может. Такой человек, как Сяо И, чем более наивна она в своем мышлении, тем более прямой она была бы. После того, как она примет решение, она сломает свои границы и сможет начать все заново.”

“Да. Сяо Чжоу кивнула головой и эмоционально сказала: "в то время я все еще очень ревновала Лю Вэньлуна и Ли И. Я думал, что они хорошо сочетаются друг с другом. Я не думал, что такое может случиться. Ли и приняла свои собственные решения так быстро и определенно; она даже не хотела видеть Лю Вэньлуна в последний раз. Я думаю, что это лучшее наказание для Лю Вэньлуна.”

Нин Цин покачала головой и сказала: "Нет, ли и все еще любит Лю Вэньлуна глубоко в своем сердце. Не видеть его-это лучший вид скрытой любви, которую Ли и может дать ему.”

“Почему ты так говоришь?- Сяо Чжоу не понял.

Нин Цин медленно произнес: "такой человек, как Лю Вэньлун, живет с самим собой как с центром мира в течение последних 20 с лишним лет. Как гордая и высокомерная фигура, я считаю, что если бы Ли и сказала ему, что она обменяла свое тело, чтобы сделать его чемпионом программы прослушивания, Лю Вэньлун был бы разорен.”

Сяо Чжоу все поняла, и она вздохнула. - Несмотря ни на что, Нин Цин, мы, кажется, хорошо решили этот вопрос. Следующее, о чем мы должны думать, - это как вернуть себе репутацию. Нин Цин, что ты собираешься делать?”

Нин Цин некоторое время смеялась, а потом, уткнувшись в мягкую спинку сиденья, сказала: Подождите, пока я вам сообщу.”

“Окей."Сяо Чжоу была полна уверенности, когда она сказала:" тогда Нин Цин, мы должны возобновить съемки?”

“В этом нет необходимости. Мы не те, кто должен спешить. Давайте подождем, пока другие придут искать нас, прежде чем думать о нашем следующем плане.”

“Тогда, Нин Цин, куда ты хочешь пойти сейчас?”

- Хм, я так устала после того, как была так занята последние несколько дней. Отведи меня к Гуан Цин. Я хочу пойти поискать Шаоминга.”

…

Когда Нин Цин отправился в Гуан Цин, Лу Шаомин был в середине совещания. Когда она ждала его в кабинете, ее клонило в сон, и она свернулась калачиком на диване, чтобы поймать сорок подмигиваний. В конце концов она заснула.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 230: Я Не Говорю, Что Не Позволяю Тебе Целовать Меня

Лу Шаомин вернулся в свой кабинет и увидел розовый шар, свернувшийся калачиком на диване. Свет в кабинете не резал глаз, и это придавало девушке теплое сияние на всем ее теле.

Он на мгновение замер. Он привык быть одиноким, и оказалось, что когда тебя кто-то ждет, это так...хорошо.

Он подошел к ней и медленно наклонился. Он положил документ, который держал в руке, на спинку дивана. Он парил в воздухе, чтобы посмотреть на девушку, которая была в глубоком сне.

Из-за сонливости ее маленькое белое лицо было покрыто тонким слоем пудры, и свет пробивался сквозь молочно-белую кожу. Ее кожа все еще сияла влажной молодостью. Он ничего не мог с собой поделать, у него хватило духу подшутить над ней. Он поднял указательный палец левой руки и легонько ткнул ее в маленькое личико.

Он сделал небольшую вмятину, но она тут же отскочила назад. Он был похож на сахарную вату — невероятно эластичный.

Лу Шаомин скривил губы. В его темных блестящих глазах на мгновение появилась нежность. Усталость от этих нескольких дней мгновенно исчезла совсем, и все его сердце наполнилось радостью.

Когда девочка спала, во рту у нее все еще пузырились маленькие розовые пузырьки. Ее вишневые губы были испачканы прозрачной влагой, что делало ее молодой. Она была похожа на спелый персик и заставляла других пускать слюни.

Как маленькая девочка, которой еще только предстоит повзрослеть.

Он перевел взгляд вниз и поцеловал маленькие пузырьки в уголках ее губ.

После того, как он поцеловал ее, он понял, что делает что-то неуместное. Что же он делает? Может, он ест... ее слюну?

В голове Лу Шаомина мгновенно всплыло воспоминание. Похоже, он делал это уже не в первый раз, как в прошлом, он тоже целовал ее вот так.

Он почувствовал, что у него разболелась голова. Он хотел вспомнить дальше, но его мозг был полностью отключен, и у него не было никаких других воспоминаний об этом.

Лу Шаомин покачал головой, взял девушку на руки и понес в комнату отдыха.

…

После того как он осторожно положил девушку на кровать, она продолжала спать. Ее маленькие розовые губки надулись и издали какой-то звук, она перевернулась на другой бок и продолжила спать.

На лице Лу Шаомина появилось выражение нежной любви. У нее не было никаких мер предосторожности, когда она спала, а что, если кто-то продаст ее? Что же ему теперь делать?

Он поднял руку, чтобы снять черный пиджак, обнажив под ним белую рубашку. Он подошел к кровати и прислонился к изголовью. В правой руке у него был документ, и он сосредоточился на чтении, чтобы оценить его.

Но он не мог сосредоточиться, потому что девушка была такой буйной. Он не знал, что с ней не так. Она плотно сдвинула брови и одной рукой прикрыла живот. Она не могла перестать ворочаться в постели. Лу Шаомин отложил документ и прижался к ее хрупкой фигурке сзади. - Детка, что случилось? У тебя болит живот?”

Его большая рука медленно оторвалась от края ее одежды, и он положил ладонь на ее плоский живот.

Шершавый указательный палец мужчины мягко описывал круги на ее мягком животе и давал нежнейшее утешение. Брови девушки медленно опустились, и на лице появилась умиротворенная улыбка.

Лу Шаомин приподнял локтем свою голову и посмотрел на нежную половину ее маленького лица. Его глаза слегка потемнели, и он облизнул пересохшие губы.

В такой ситуации ни один мужчина не смог бы сдержаться, верно?

Два дня назад, в гостиничном номере, он умудрился дотронуться до нее.

Он очень скучал по ней.

“Детка.- Он нахмурился и поцеловал ее маленькие белоснежные мочки ушей.

Малыш — ему не особенно нравился этот термин. Если бы она не заставила его сделать это, он не называл бы ее так. Он чувствовал, что” малыш " больше подходит для его вкуса.

Его большая ладонь продолжала подниматься вверх, и девушка, погруженная в глубокий сон, медленно открыла глаза.

Лу Шаомин замер.

Нин Цин открыла глаза, потому что ее тело чувствовало себя не слишком комфортно. Она чувствовала, как что-то шершавое ласкает ее кожу, это было больно, но щекотно.

Она опустила голову, чтобы посмотреть. Все, что она могла видеть, - это большая рука. Она медленно повернула голову и увидела нежное и совершенно красивое лицо мужчины. Ее влажные глаза были мутными и пустыми, как после пробуждения, и даже голос был застенчивым и девичьим. - Шаоминг, что ты делаешь?”

Лу Шаомин: “…”

Лицо старика мгновенно утратило самообладание. Хотя она была его девушкой, он решил действовать, когда она спала. Как будто он использовал ее в своих интересах, когда она была уязвима.

Главное было то, что она все еще смотрела на него с таким невинным и расплывчатым выражением в глазах, как будто он был...вульгарным дядей.

Лу Шаомин молниеносно отдернул руку. Его красивое тело откинулось назад к спинке кровати, и он взял документ и сделал вид, что он был небрежен и беспечен. Он ответил: "я видел, что у тебя, кажется, болит живот. Я помогала тебе массировать живот.”

“О. Нин Цин медленно просыпалась. Она села, легла на широкую грудь мужчины и потерла заспанные глаза.

Он не думал, что ее так легко обмануть; она казалась особенно глупой.

Лу Шаомин был в хорошем настроении, когда он обхватил ее тонкую талию одной рукой, а затем притянул ее в свои объятия.

- Это для тебя.- Он принес тарелку с фруктами, которую поставил перед ней на тумбочку.

Нин Цин подняла глаза, чтобы посмотреть. Ее глаза заблестели. Только сейчас она все еще чувствовала легкую тошноту. Ей хотелось съесть что-нибудь кислое, и вот теперь это кислое подоспело.

На тарелке лежали сушеный черный чернослив, плоды боярышника, фиолетовые полоски сладкого картофеля и лакомые кусочки, консервированные в меду…

Это было все, что она могла придумать.

Двумя маленькими розовато-белыми пальчиками она сжала толстый кусок кислой сливы и положила его в рот. Нин Цин расплылась в счастливой улыбке и, обхватив его красивое лицо руками, громко поцеловала его. Муах! - Шаоминг, спасибо. Откуда ты знаешь, что я хочу съесть что-нибудь кислое?”

“Разве ты не ела что-нибудь подобное в прошлом?” В ту ночь в машине, когда он поцеловал ее, ее губы были такими сладкими, и если бы она хоть раз что-то сказала, он бы это запомнил.

Он приказал Чжу жую приготовить его. Он приказал ему приготовить закуски, которые так любили есть девушки.

Он опустил глаза, чтобы посмотреть на девушку, которая одним уголком рта посасывала кислую сливу. Ее нежная правая щека распухла. Она выглядела чрезвычайно очаровательно и была особенно довольна.

“Ты очень любишь закуски?- спросил он.

Нин Цин уютно устроилась в его объятиях. Она с энтузиазмом кивнула и сказала: “Да, они мне очень нравятся. Девушки любят перекусывать, но мне кажется, что в последнее время я ем слишком много. Хаха.”

Она прикрыла рот рукой и смущенно рассмеялась.

Лу Шаомин ласково погладил ее маленькую головку. - если тебе это нравится, можешь съесть немного. Но вы все равно должны сократить его; он не имеет никакой питательной ценности.”

- Ладно, я знаю. Девушка послушно согласилась.

Лу Шаомин вложил ей в руки документ и сказал: “Это тоже для тебя.”

“Что это такое?- Она взяла документ и перевернула его, чтобы просмотреть.

- Около 5 дней назад на счет Лю Лина поступило несколько переводов. Другая сторона была очень осторожна. Мало того, что он был переведен из-за границы, он даже стер все детали, связанные с этими сделками. Но мне все-таки удалось его отследить.”

Глаза Нин Цин заблестели, она закрыла документ, обняла мужчину за шею и крепко поцеловала. - Шаоминг, я искренне благодарен тебе.”

“Окей.- Лу Шаомин улыбнулся, наслаждаясь тем, что она взяла инициативу в свои руки. Он тихо хмыкнул и спросил: “Что ты собираешься делать? Тебе нужна моя помощь?”

Глаза Нин Цин были покрыты слоем густого тумана. Они были очень яркими. Она посмотрела в глубокие глаза мужчины и нахально рассмеялась. - Шаоминг, разве ты не знаешь, что я собираюсь делать дальше?”

В глазах Лу Шаомина появился жар. То, что она думала, он понимал, и то, что он думал, она понимала. У них обоих была такая замечательная химия.

Находясь рядом с такой умной девушкой, ему не нужно было много говорить.

В некоторых случаях достаточно было одного выражения лица.

“Ты не можешь сделать это сам, я могу найти кого-нибудь для тебя.”

“Нет необходимости. Нин Цин подняла брови, и ее маленький палец указал на его острый нос. - У меня нет такого богатства и господства, как у вас, и в каждом секторе те, кто обладает опытом, естественно, знают лучше. Если говорить о связях в индустрии развлечений, у вас было бы больше, чем у меня? У меня есть много друзей, которые являются большими шишками.”

Ее Палец дразнил его, и у него защекотало сердце. Он посмотрел на ее маленькое личико, похожее на яичный белок, нахмурился и спросил хриплым голосом: Разве ты не нравишься всем этим людям?”

Характер определял все. Она была гладкой и ловкой в установлении социальных отношений. Деньги и власть помогают любому человеку в любой профессии. От нее можно было ожидать хороших связей.

Дело было только в том, что индустрия развлечений была коррумпирована. Те люди, которые дружили с ней, особенно мужчины, — сколько из них страстно желали ее маленького личика или даже ее саму как личность?

Честно говоря, Лу Шаомина это не слишком беспокоило.

Нин Цин не знала, о чем он думает в глубине души. - Да, у меня есть немало хороших друзей, таких же, как этот небесный царь Оу Луоси и великая царица Ся Сяофу. Они все мои хорошие друзья ... Ах!”

У нее болел указательный палец. Оказалось, что за мизинец, который она положила ему на нос, кто-то потянул, и он сунул его в рот, чтобы укусить.

- Больно же! Что ты делаешь?- Девушка хотела убрать руку.

Но на этот раз он не отпустил ее руку и поднял глаза, чтобы посмотреть на ее красное лицо. Застенчивость и отчужденность дико сверкали в ее глазах. Она никак не отреагировала, и мужчина повел себя так, словно его подбодрили, и поцеловал ее Палец еще более тщательно.

Нин Цин мгновенно почувствовала, что она-вода, и легла в его объятия. Она дважды мягко отвергла его, как жужжание комара, и сказала:” Не надо", но даже ей казалось, что она отвергает его только словами, но приветствует своим телом.

После женитьбы они с Лу Шаомин почти не занимались этим. Он лелеял ее тело и не занимался им каждую ночь. Но каждый раз, когда они это делали, это гарантированно имело как качество, так и количество, и они были связаны друг с другом на всю ночь.

Однажды она сделала это с этим Лу Шаомоном, но это не считалось счастливым воспоминанием. Она не знала, было ли это из-за того, что он был накачан наркотиками, но он просто использовал свою грубую силу и был очень груб.

Она едва могла принять это.

Когда она погрузилась в свои мысли, мужчина поднял ее, и она села в его объятиях, обхватив двумя большими руками ее маленькое личико. Он не мог больше ждать и поцеловал ее.

Она только что проснулась. Каждый вдох девушки приносил с собой мягкую сладость и аромат. Маленькое личико в его руке было теплым и гладким, а губы все еще были испачканы сладостью кислой сливы.

Он дважды поцеловал ее в губы.

Нин Цин быстро почувствовала, что не может дышать. Чем больше она пыталась увернуться от него, тем сильнее он целовал ее, заставляя чувствовать онемение. - Ву...Ву... - она сжала пальцы в кулак, чтобы ударить его дважды, желая оттолкнуть.

Но как она могла оттолкнуть его? Фигура мужчины была похожа на стену, и она была не из тех, кто может разрушить ее.

Она была непреклонна в своем сердце и дала ему кусочек.

Мужчина почувствовал боль и отпустил ее.

- Детка, что случилось?- Он отпустил ее, и девушка тут же смягчилась, словно лишилась костей. Лу Шаомин запаниковал и обхватил ладонями ее маленькое личико, чтобы проверить, как она там.

Нин Цин судорожно глотнула свежего воздуха. Она вдыхала его здоровый и завораживающий мужской аромат. Ее маленькое личико было ярко-красным, и она не могла не чувствовать себя обиженной. - Что ты там делал? - застенчиво спросила она. Я почти не мог дышать. Где твоя нормальная джентльменская аура? Вы были так торопливы.”

Лу Шаомин хватал ртом воздух. Он нахмурился и уставился на нее, не говоря ни слова.

Нин Цин заметила, что он расстроен. В последний раз, когда он хотел поцеловать ее, он прижал ее к стене, и она сказала то же самое в прошлый раз. В то время выражение его лица тоже было не слишком добрым.

Это задевало его мужское достоинство.

Нин Цин немедленно протянула свою тонкую руку, чтобы обхватить его за шею,и использовала свое маленькое лицо, чтобы мягко подтолкнуть его. - Шаоминг, не сердись... Поцелуй меня медленно, хорошо? Это не значит, что я не позволю тебе поцеловать меня...” Лу Шаомин внимательно посмотрел на выражение лица девушки, и он также винил себя за грубость и неопытность. Он боялся, что она оттолкнет его. Эго человека не позволит ему признать, что он неопытен.

Ему повезло, что девушка только мягко и нежно ткнулась ему в лицо.

После того, как она заговорила, ее медленно положили обратно на кровать, и красивая фигура мужчины приблизилась к ней.

- Извини, я не знаю, что со мной не так. Когда я прикасаюсь к тебе, я не могу контролировать себя. Я постараюсь изо всех сил ... - он нежно поцеловал ее и провел мозолистым пальцем по маленькому личику.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 231:Дядя, Кажется, Недоволен Мной

- Детка, ты голодна? В комнате отдыха их было только двое, и она услышала его низкий,хриплый голос; его тон был очень нежным.

Нин Цин спрятала свое крошечное, пылающее лицо под воротником его рубашки. Она не осмеливалась взглянуть ему в глаза. Она кивнула головой, мяукнула, как маленький котенок, и ответила:”

“Тогда пойдем ужинать? Куда ты хочешь пойти на ужин?”

“Везде.”

- Это вредно для здоровья-постоянно ходить куда-нибудь поесть. Может быть, мы... - глаза мужчины потемнели, и он продолжил: - ... поедим дома?”

“Дома?- Нин Цин была озадачена. - Какой дом?”

Тепло на ее теле исчезло, и Лу Шаомин встал. Он встал с кровати и повернулся к ней спиной. Его четко очерченная рука разгладила рубашку. “Тогда давай просто поедим.”

Был ли он расстроен прямо сейчас?

Нин Цин была смущена его действиями.

Совсем недавно он вел себя прекрасно.

Ее маленькая головка резко повернулась, и Нин Цин вдруг подумала-Неужели он на самом деле ... хочет вернуть ее в кондоминиум, в котором сейчас живет?

Он хотел ... жить вместе с ней?

- Пфф... - Нин Цин не смогла сдержаться и громко рассмеялась.

Этот сложный старик…

Услышав ее смех, мужчина обернулся. Белая рубашка, в которой он был одет, делала его плечи широкими, а талию стройной. На поясе у него был металлический пояс, а на запястье-роскошные часы известной международной марки, скромные, но роскошные. Складки на брюках подчеркивали его стиль, и он выглядел элегантно и завораживающе.

Он держал одну руку в кармане и хмурился, глядя на нее. Его простой тон не мог скрыть нежных чувств, которые он испытывал к ней, когда сказал:”

Нин Цин спрыгнула с кровати на землю. Она бросилась в его объятия босыми ногами, надув губы и ведя себя застенчиво по отношению к нему. - Шаоминг, ты встречаешься со мной так долго. Не хочешь сегодня вечером прийти ко мне на ужин?”

В темных, сверкающих глазах мужчины горели два ярких огонька, и он скривил губы, кивая головой. “Окей.”

…

Они вдвоем вышли из офиса и сели в "Бентли". Машина медленно выехала на ярко освещенные главные улицы, и Лу Шаомин повернул голову, чтобы спросить: “Нин Цин, вы знаете, кто является вдохновителем дела, связанного с Лю Лин? Кто хотел причинить тебе вред?”

Выражение лица Нин Цин было нормальным, когда она булькала от смеха. “Я сейчас так популярен в индустрии развлечений, что есть слишком много людей, которые хотели бы причинить мне вред. Я не знаю, кто это сейчас. После того, как я пройду через это трудное время, я пойду, чтобы выяснить, кто это.”

“Окей. Лу Шаомин кивнул головой. “Если тебе нужна моя помощь, так и скажи.”

“Окей.” В будущем ей определенно понадобится его помощь.

Нин Цин увидела, что дорога перед ней не была дорогой к дому семьи Нин. Она была озадачена, когда спросила: "Шаоминг, куда ты меня ведешь?”

“Мы идем в универмаг за подарками. Я впервые встречаюсь с твоими родителями, как же я могу уйти с пустыми руками? Это было бы очень невежливо.- Ответил мужчина.

Нин Цин почувствовала сладость в своем сердце. Это был необходимый шаг при знакомстве, знакомстве с родителями друг друга.

Хех.

Он очень ценил ее родителей, и это показывало, как сильно он ее ценил.

….

Они вдвоем вошли в универмаг, и Лу Шаомин взяла ее за маленькую ручку. Они держали друг друга за руки, когда ходили по магазинам вокруг универмага.

Девушка была очень взволнована на протяжении всего путешествия. Ей хотелось дотронуться до всего, что она видела. Это было поведение молодой девушки; она была веселой и жизнерадостной.

- Нин Цин, а что любят твои родители? Мы уже целый час ходим по магазинам и еще ничего не купили. Мы должны поторопиться.- Мужчина поторопил ее.

- Шаоминг, разве шопинг-это не просто прогулка? О какой скорости ты говоришь? Обычно у тебя нет времени сопровождать меня по магазинам. Нам нелегко ходить по магазинам. Просто терпеливо сопровождай меня на этот раз, хорошо?- Нин Цин потянула его за рукав рубашки, изображая милую девушку.

Лу Шаомин ущипнул ее за маленькое гибкое личико и спросил: "Разве ты не взрослая? Почему ты все еще ведешь себя как маленькая девочка?”

- Разве маленькая девочка не хороша? Я все еще должна родить девочку для тебя в будущем.”

“Ты не умеешь стесняться. Мужчина сунул руку в карман и опустил глаза, чтобы посмотреть на нее. Его высокомерное выражение лица было таким, как будто он говорил: "Кто хочет иметь от тебя ребенка?

Но в его глазах был намек на счастье, как звезды в ночном небе, сверкающие и притягательные.

Теперь она вела себя как его дочь. Если в будущем она родит ему дочь, то у него будет две дочери, о которых нужно будет заботиться.

Лу Шаомин поднял брови и внезапно почувствовал, что это, вероятно, тоже довольно хороший план.

Он будет баловать их обоих.

Нин Цин хмыкнула и сладко сказала: "Если у кого-то есть такая способность, то он не может делать некоторые неловкие вещи со мной.”

Лу Шаомин еще сильнее сжал ее маленькую руку, мягкую и почти бескостную. Они были в универмаге, и он пригрозил ей, чтобы она больше не повторяла того, что сказала.

Нин Цин улыбнулась, как распустившийся цветок, и положила свою маленькую головку на сильное плечо мужчины. Это было так блаженно, что ей захотелось остаться с ним на долгое время.

Они вдвоем еще час ходили по магазинам,и Нин Цин выбрала два небольших подарка для Лу Шаомина. Пока она ждала, она обернулась и увидела, что позади нее находится ювелирный магазин.

В шкафу ювелирного магазина было много парных колец разных типов.

Она подошла ближе и коснулась сверкающего стекла. Оба ее глаза были яркими и блестящими, когда она смотрела на разные кольца. Она вдруг почувствовала сожаление: у них с Лу Шаомоном не было обручальных колец.

Лу Шаомин не дал ей ни одного.

На самом деле, она очень этого хотела.

Женщины все любили украшения и аксессуары. Кроме того, она была очень старомодна, поэтому, естественно, ей тоже нравились эти вещи.

Рядом с ней стояла пара, которая выбирала кольца, и мужчина выбрал кольцо и надел его на палец женщины. - Женушка, это выглядит очень мило.”

Женщине очень понравился узор, но на ее лице была улыбка, когда она сняла его, и она тихо сказала недовольным тоном: “это так дорого. Давайте сначала выберем маленькую. После того, как у нас будут деньги в будущем, мы обменяем их на большие.”

Нин Цин смотрела на них с завистью в глазах. Самая обычная форма блаженства в этом мире - быть влюбленным в кого-то и сопровождать друг друга рядом.

- Нин Цин.- Лу Шаомин подошел и окликнул ее с заднего сиденья.

Нин Цин обернулась, и мужчина одной рукой нес бумажный пакет, а другой стоял прямо и красиво. Его блестящие черные глаза мягко остановились на ней, когда он спросил:”

Маленькое личико Нин Цин покраснело, и он понял, что она смотрит на кольца. Она не знала, захочет ли он купить ее для нее, если попросит сейчас.

Белые, как ракушки, зубы прикусили розовые губы. Ее две маленькие белые руки были перед ней, в то время как они были переплетены друг с другом, “Шаоминг, кольца здесь такие красивые.”

Ее намек был совершенно очевиден.

“Окей. Мужчина хмыкнул и протянул ладонь, чтобы взять ее маленькую ручку. “Пойдем скорее, не заставляй своих родителей ждать слишком долго.”

Лицо Нин Цин застыло, а выражение ее глаз потемнело. Он не хотел покупать его для нее.

Он не был мелочным человеком, и уж точно не из-за денег он не купил его для нее. Может быть, кольца означали брак, а он все еще не собирался жениться на ней.

Он не хотел жениться на ней, потому что еще не любил ее так сильно, и Нин Цин это знала.

…

В доме семьи Нин

Нин Чжэнго и Юэ Ваньцин увидели, что пришел Лу Шаомин, и оба были счастливы и успокоены. Двое старших с радостью приняли его подарки, и Юэ Ваньцин занялась приготовлением целого стола блюд. Нин Цин пошла на кухню, чтобы помочь.

Нин Чжэнго и Лу Шаомин сидели на диване в гостиной и болтали друг с другом.

На самом деле Нин Чжэнго ничего не хотел сказать. Он нервничал, у него не было большого общения с этим важным молодым мастером Лу, и обе их статуи и позиции были далеко друг от друга. Каждый раз, когда он украдкой поглядывал на него, тот выпрямлялся. Обе его ноги были изящно сложены вместе, а блестящие туфли ручной работы имели V-образную форму. Каждое его движение было элегантным и образованным-поведение человека, выросшего в богатой семье. ИИТ заставлял других смотреть на него с восхищением.

- Молодой господин Лу, пожалуйста, выпейте чаю. Нин Чжэнго неловко рассмеялся.

- Хорошо, Спасибо, дядя. Лу Шаомин схватил чашку с чаем и сделал маленький глоток, он посмотрел на Нин Чжэнго и спросил его: ” дядя, какими проектами в настоящее время занимается ваша компания?”

То, как он обратился к нему, заставило холодный пот скатиться со лба Нин Чжэнго. “Ха-ха, молодой господин Лу, все это мелкие сделки в моем бизнесе. Все они не стоят вашего интереса. Недавно мы участвовали в торгах на строительство здания Ши цзин.”

Красивые брови Лу Шаомина приподнялись, и его глубокий голос был чрезвычайно вежлив, когда он сказал: “Я слышал о проекте строительства Ши цзин, я дам знать секретарю завтра, чтобы помочь дяде обеспечить эту деловую сделку.”

“Нет, в этом нет необходимости. Я должен поблагодарить молодого господина Лу за ваш добрый жест.- Нин Чжэнго быстро отверг его.

Хотя его дочь Цинцин не рассказала ему о том, что произошло между ней и Лу Шаомином, он знал больше, чем Юэ Ваньцин, и обе семьи Лу и Нин не подходили друг другу. На дочь ГИС Цинцин, вероятно, давило ее собственное семейное происхождение.

Он ничем не мог помочь как отец, а также не хотел идти через заднюю дверь, используя Лу Шаомина и пользуясь им. Он не мог позволить другим смотреть на его дочь свысока и сплетничать.

После того, как он пережил события, связанные с Ли Мэйлин и Нин ЯО, только тогда он понял, насколько грязной была первая половина его жизни, и теперь он хотел только жить ясной, ясной жизнью.

Увидев, что Лу Шаомин нахмурился, услышав его отказ, Нин Чжэнго быстро объяснил: Потому что в глубине души он боялся, он сказал, не думая: “я... ха-ха, молодой господин Лу, у семьи Нин есть только одна дочь Цинцин. На ее плечах лежит огромная ноша. Этот строительный проект Ши цзин не является обязательным ... ха-ха, в будущем собственность семейных компаний Нин окажется в руках моей дочери и зятя. На самом деле в свое время Цинцин действительно подумывала о том, чтобы найти зятя, который женился бы в семье…”

После того, как Нин Чжэнго закончил свои слова, Лу Шаомин еще больше нахмурился.

Этот человек, проработавший в корпоративном секторе более 10 лет, принес с собой сильную и острую ауру. Если он хмурился, то казалось, что на него обрушилась целая гора.

Нин Чжэнго только хотел начать разговор, и он безрассудно говорил то, что не знал, что еще сказать.

Он крикнул в сторону кухни: "Ваньцин, ужин готов? Он встал и продолжал говорить: ” молодой господин Лу, присаживайтесь. Я пойду на кухню и посмотрю.”

Нин Чжэнго проскользнул на кухню.

…

Нин Чжэнго пошла на кухню, а Нин Цин, выходя, держала в руках блюдо с фруктами. Она села на диван и увидела, что лицо мужчины слегка напряглось. Она не могла удержаться, чтобы не спросить: "Шаоминг, что с тобой?”

Лу Шаомин посмотрел на нее ясным взглядом, слегка поджал тонкие губы и, поколебавшись, сказал: “дядя, кажется...он не слишком доволен мной.”

Что?

Нин Цин застыла на месте.

Лу Шаомин продолжал говорить: "дядя не принял моей доброй воли. Он, кажется, подводит черту подо мной. Дядя даже сказал, что хочет помочь тебе найти зятя, который бы женился и вошел в семью.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 232: Пара колец для нас.

Нин Цин расхохоталась. Что за чушь он несет? Ее отец, вероятно, нервничал, глядя на Лу Шаомина; как он посмел презирать его?

Она не знала, о чем они говорили, чтобы он пришел к такому выводу.

- Шаоминг, не расстраивайся. Я пойду, чтобы завоевать своего отца. Ты определенно понравишься моему отцу.”

“Окей. Лу Шаомин кивнул головой, повернулся к кухне и тихо сказал: "просить меня быть зятем, который останется с семьей, очевидно, нереально, но зять-это наполовину сын. Что бы ни делал зять, оставшийся с семьей, я могу сделать то же самое.”

Нин Цин сорвала зубочисткой маленький кусочек яблока и отдала его Лу Шаомину.

Человек не протянул руку, чтобы взять его. Он посмотрел на ее маленькую ручку, что означало — накорми меня.

Маленькое личико Нин Цин покраснело. Она посмотрела на кухню и сказала: “Шаоминг, не суетись. Мои родители здесь.”

Лу Шаомин поджал губы и промолчал.

Нин Цин почувствовала, что он ведет себя странно. С того дня, как они начали встречаться, и до сих пор он не просил ее кормить его. На этот раз они были в гостях у ее родителей, что считалось формальным поводом. С чего бы это he...be так слащаво?

Куда делись его утонченное образование и манеры?

Нин Цин медленно приблизилась к нему. Она воспользовалась случаем, когда родителей не было рядом, и быстро поднесла маленький кусочек яблока к его губам, а он открыл рот, чтобы откусить его.

…

Семья из четырех человек закончила ужин, Нин Чжэнго и Юэ Ваньцин проводили Лу Шаомина до двери. Нин Цин проводила его до "Бентли", припаркованного у обочины.

Один за другим они подошли к "Бентли". Нин Цин махнула своей маленькой ручкой и сказала: “Шаомин, езжай медленно по дороге; увидимся завтра.”

Лу Шаомин посмотрел на ее нежное личико и не стал садиться в машину.

- Нин Цин, хочешь сесть в машину и остаться со мной на некоторое время?- спросил он.

Нин Цин покачала головой и сказала: - Нет, моя мать определенно будет стоять у двери и ждать меня. Мне нужно вернуться сейчас же.”

Когда она заговорила, его сильные руки обхватили ее тонкую талию. По спине у нее пробежал холодок, а он уже сел в машину.

Нин Цин быстро протянула свою маленькую руку, чтобы подтолкнуть его. Это была улица, и по ней проезжали машины. Как ему не стыдно делать с ней такие вещи?

Неужели он бесстыдник?

- Шаоминг, что ты делаешь? Другие смотрят! Отпусти меня быстро.”

Лу Шаомин протянул два пальца, чтобы обхватить ее маленький подбородок, и его мозолистые пальцы любовно коснулись ее мягкой и упругой кожи. Девушка слишком много двигалась. Он нахмурился и сказал: “Нин Цин, тебе не позволено холодно относиться ко мне!”

Если ее родители были недовольны им, он не позволял ей молчать из-за этого.

Он очень нервничал сегодня вечером, это был первый раз за 31 год, когда он официально пошел на встречу с родителями своей подруги, и когда он болтал с ее отцом, он изо всех сил старался сохранить прямую позу, и он пытался завоевать его расположение, чтобы открыть ему заднюю дверь. Он так старался, но ее отец совсем не интересовался им.

Ее отец, должно быть, высокомерен. Ее отец был определенно первым человеком, который дал такое лечение, когда он так старался попасть в свои хорошие книги.

За свою жизнь он повидал многое:встречи на высшем уровне в городе, экономические дискуссионные форумы... Он был красноречив и элегантен и представлялся человеком уравновешенным и порядочным.

Но он не ожидал, что упадет здесь.

На самом деле он тоже чувствовал себя обиженным. Обычно он гордился своим благородством и добродетелью. Он никого не видел в своих глазах, и женщина, которую он любил, была именно этим человеком перед ним.

Но он чувствовал себя еще более ... небезопасно. Он мог сказать, что она была сыновней и уважительной к своим родителям, и он боялся, что она будет находиться под влиянием своей семьи, а затем дистанцируется от него.

Поэтому он хотел, чтобы она накормила его яблоком. Он хотел положиться на нее, хотел найти безопасность и чувство принадлежности к ней.

“Где я отдалился от тебя, Шаоминг? Отпускать. Вам не позволено поднимать шум из ничего. Если ты не отпустишь меня, я рассержусь.”

Она все еще чувствовала себя обиженной. Он не купил ей кольцо, он не хотел жениться на ней, и теперь он даже издевался над ней на улицах. Люди, проходившие мимо, были ее соседями в этом поместье. Что бы она сделала, если бы об этом судачили между собой?

К ее губам внезапно приклеилось что-то нежное, что принесло с собой ночной холод. - мужчина поцеловал ее.

Он поцеловал ее слишком неожиданно. Нин Цин не закрывала глаз, и в ее поле зрения были два ряда длинных, сочных и красивых ресниц мужчины. Его глаза были закрыты, и он страстно целовал ее. Сердце Нин Цин смягчилось, и она потянула его за воротник рубашки, слабо и застенчиво принимая его.

Нин Цин не сдавалась. Он дважды поцеловал ее, прежде чем отпустить. Маленькое, ярко-красное личико Нин Цин уткнулось ему в грудь, и она спросила тихим и нежным голосом:” Шаомин, ты хочешь вернуть меня в свою квартиру?”

Мужчина замер; она могла сказать?

В комнате отдыха он действительно думал об этом.

“Я не вернусь с тобой. Моя мать сказала, что не разрешает мне встречаться с мужчиной до замужества. Если только ты ... - Нин Цин надула розовые губки и испугалась, что он не поймет. Она сдержала свой стыд и тихо сказала: "мне очень понравилось кольцо, которое мы видели сегодня вечером…”

Он не хотел жениться на ней, если однажды узнает, что она уже его жена, это не будет сюрпризом, но окажется...шуткой.

Если в универмаге Лу Шаомин не мог распознать ее чувства, то теперь он полностью их поймет.

Она…

Лу Шаомин обхватил ладонями ее маленькое личико и нежно поцеловал в лоб. - Хорошо... я пойду. Ты рано ложишься спать. Спокойной ночи.”

Мужчина снова поцеловал ее в губы, отпустил и сел в машину.

"Бентли" медленно отъехал.

Нин Цин встала на прежнее место и отослала его взглядом. Она так очевидно подсказала ему, но он просто ответил "Хорошо"?

Нин Цин чувствовала себя немного подавленной.

Да, возможно, ему все еще нужно время.

Битва еще не увенчалась успехом. Ей нужно было работать усерднее.

…

Лу Шаомин повернул руль и сделал разворот. Он не отводил взгляда, пока девушка не скрылась из виду.

Кольцо, на которое она смотрела в универмаге, — он знал.

Было бы две ситуации, когда женщина смотрела бы на кольца. Во-первых, эта женщина просто любит украшения на нормальной основе. Во-вторых, эта женщина подумывала о замужестве.

Он мог бы сказать, что чувствует в своем сердце. Она тихонько прислонилась к стойке. Свет в магазине падал на ее белоснежную кожу, освещая ее. Это было похоже на сияние заката. Ее маленькие розовато-белые пальчики медленно касались стеклянной стойки. Она была глубоко сосредоточена и так искренна.

На самом деле он хотел жениться на ней.

В этом году ему уже исполнился 31 год. Он мог встретить в своей жизни такую девушку, которая заставила бы его ценить ее, нежно любить и быть одержимым ею, и он очень дорожил ею.

Как раз когда они начали встречаться, он подумывал о женитьбе.

Но он не мог угадать ее чувства. Он еще ни разу в жизни не ходил на свидания, поэтому не знал, зачем ей понадобилось смотреть на кольца.

Не важно по какой причине, поскольку она любила украшения, тогда он подарит ей их.

В это время он взглянул на марку ювелирного магазина. Это была не очень известная марка.

Было много ювелирных марок под Гуан Цин. Все они были роскошными ювелирами из Италии. Они хвастались ведущими модными дизайнами на международном уровне. Тогда он предпочел промолчать, потому что хотел дать ей все самое лучшее.

Он пошьет ее специально для нее.

Она не знала, что значит быть рядом с таким стариком, как он. Если бы она указала, что ей нужно, он мог бы дать ей самые лучшие материальные блага.

Но прежде чем он сел в машину, она сказала: “выходи замуж.”

Наконец-то он понял. Когда она смотрела на кольца, это было потому, что она хотела выйти за него замуж.

Она хотела быть его "госпожой".”

Не обращая внимания на отношение родителей, она уже подумывала о том, чтобы выйти за него замуж.

Лу Шаомин медленно скривил губы в улыбке. В его темных глазах было что-то ласкающее. Глупая девочка, разве мужчина не должен предлагать ей выйти замуж? Может быть, она не хотела его ... предложения?

Лу Шаомин достал телефон и набрал номер. - Привет, Дэви, помоги мне сделать набор парных колец.…”

…

На следующий день Нин Цин продолжала охотиться за заголовками развлекательных новостей.

Дело резко изменилось.

Во-первых, профессиональные пиар-команды в индустрии развлечений высоко оценили то, как Нин Цин урегулировал вопрос относительно Лю Вэньлуна. Она могла превратить кризис в благоприятную возможность. Нин Цин вообще не защищалась, но она взяла на себя стресс, навалившийся на нее гражданами, и быстро заняла позицию и разрешила этот кризис. Она свела последствия к минимуму.

Она не использовала никакой пиар-тактики, развернутой во время кризиса. Она справилась со всем сама.

Кроме того, в то же самое время сотни ее хороших друзей в индустрии развлечений вышли поддержать ее на Weibo. Они не только подтвердили ее характер, но и похвалили за профессиональное отношение к делу. Затем за каждым постом Weibo последовало сумасшедшее количество репостов, и он стал самой горячей трендовой темой.

Все, что касалось этого вопроса, будь то ее Пощечина Лю Лин в гневе или то, как она обращалась с прессой в аэропорту со своим спокойным и уравновешенным поведением, было воспроизведено в замедленной съемке. При открытии Baidu имя Нин Цин сопровождалось ярлыками типа " элегантность, доминирование.”

Ее поклонники на Weibo выросли за одну ночь с 37 миллионов до 68 миллионов. там было такое же количество лайков, чтобы подавить тех, кто задавал ей вопросы, и она получила волну похвалы.

В этой битве она одержала полную победу.

Во второй половине дня появился еще один шанс все изменить. На большом счете в Weibo была сенсация, показывающая фотографию банковских операций Лю Лина, связанных с большими суммами, и пользователи Сети снова начали спекулировать.

Большинство пользователей Сети начали подозревать, что Лю Лин действует по чьему-то приказу. Преступник, стоявший за этим, разработал заговор, и одной из причин этого было причинение вреда Нин Цин.

Все пользователи Сети прокомментировали, что им жаль Нин Цин, и они сильно упрекнули преступника за все это. Все они сказали: "отпусти эту девушку, если ты хочешь что-то сделать, иди к нам.”

Сторона Нин Цин не участвовала ни в каком обсуждении. Они решили не стоять на своем, и во второй половине дня студия Ning Qing Work выпустила группу рекламных трейлеров для City of Love.

Трейлеры имели высокую зрительскую аудиторию через час. Нин Цин использовала свой талант режиссера, чтобы идеально воссоздать этот знаменитый онлайн-роман "Город Любви". Она сокрушала любого, кто задавал вопросы и имел злобные комментарии для Города Любви, и все это без единого слова.

В то же время все пользователи Сети прокомментировали: “это здорово смотреть!"Они все еще внимательно наблюдали за большими тканевыми куклами внутри, и многие СМИ и спонсорские бренды связались с рабочей студией Нин Цин, чтобы попытаться заказать их.

Студия Ning Qing Work сделала официальное заявление. Объявление было ясным-извините, этот дизайн исходит от Ли И, и только у нас осталось только воспоминание о ней.

После того, как эти слова прозвучали, все пользователи Сети вспомнили, что Ли и в последний раз сказал о Нин Цин — самому красивому человеку, которого я встречал в своей жизни... пользователи Сети задыхались от слез и не находили слов.

В этом вопросе Нин Цин не только использовала умное и спокойное отношение к вещам, но и преувеличивала особое и драгоценное сияние всего своего существа.

Она могла принять комментарии и давление на нее. Ее вполне устраивало, что ее обижают. Она ничего не объяснила. Она не притворялась и полностью подавила в себе злой умысел. Она взяла на себя ответственность и за себя, и за других.

Она всем говорила, что ее зовут Нин Цин.

Единственный и неповторимый в этом мире.

В комнате Нин Цин откинулась на спинку своего офисного стула. Сяо Чжоу помог ей сфотографировать хризантему на балконе. Нин Цин загрузила его в Weibo. Это был первый раз, когда она сказала что-то через 5 дней после инцидента с участием Лю Вэньлуна — " Выращивание хризантем ... спасибо... Город Любви будет нашим обещанием друг другу…”

Хризантема олицетворяет благородную и чистую жизнь, спокойствие и простоту жизни. Спасибо, спасибо за каждого человека. Из-за них она могла оседлать это дело, чтобы достичь пика своей развлекательной карьеры. Она также напомнила всем не забывать о городе любви, и что они будут продолжать обещать друг другу.

Этот пост в Weibo набрал несколько миллионов лайков. Пользователи Сети все комментировали, что Нин Цин использовала свой высокий эквалайзер, чтобы преодолеть эту проблему. Нин Цин также завершала вопрос, касающийся Лю Вэньлуна.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 233: Ваша Мать Попала В Автокатастрофу

Сяо Чжоу испустила огромный вздох облегчения и с улыбкой на лице сказала: “Нин Цин, это отличная новость. Мы наконец-то решили этот вопрос. Слава богу, что в конце концов ничего плохого не случилось.”

“Да. Нин Цин кивнула головой. “Это правда.”

- Нин Цин, когда мы возобновим съемки фильма "Город Любви"? Ваша свекровь очень помогла нам в этот раз, и Город Любви привлек к себе много внимания, еще до его премьеры. Просто взглянув на трейлер, все уже дали ему количество просмотров полного фильма, и главный актерский состав "города любви" сейчас очень встревожен, особенно Инь Моэр. Все стоят за дверью, и все хотят встретиться с вами.”

Нин Цин подняла брови и фыркнула. - Впусти их всех. Мы игнорировали их целую неделю. Они должны были обдумать свои действия; настало время поговорить с ними.”

“Конечно.- Сяо Чжоу радостно распахнул дверь в кабинет.

…

За длинным столом для совещаний собралась толпа. Все с тревогой посмотрели на Нин Цин, которая сидела в кресле председателя, и она тоже была их большим боссом.

Честно говоря, до того, как они подписали свои контракты, они хорошо развивались в индустрии развлечений, поэтому, когда они пришли подписывать контракт с Нин Цин, их привлекла ее слава. Тем не менее, в глубине души Нин Цин была намного моложе их. Это была молодая девушка. Она выглядела изысканно и красиво. Хотя она была элегантна и опытна, она выглядела далеко не так, как обычно выглядит босс, и ей не хватало авторитета и власти.

Но на этот раз, поскольку у Лю Вэньлуна был роман, это действительно заставило их совершенно по-другому взглянуть на Нин Цин. Нин Цин была резка и решительна в своих действиях, и ее быстрое и ясное решение вопроса удивило их всех.

Они наконец-то увидели истинное мастерство Нин Цин.

Она смогла превратить давление со стороны всех граждан в силу, чтобы помочь ей, и она играла с индустрией развлечений. Кроме Нин Цин, кто еще мог это сделать?

А кто же еще?

Перед тем, как они пришли, они услышали, что Нин Цин инвестировала в островные медиа-развлечения, и в эти 3 дня цены на акции продолжали расти. Цена утроилась при одном взгляде на Город Любви. Такая сила и мощь. Этот фильм еще не был премьерой, и только с его трейлером он уже превзошел другие фильмы.

Способности этой 21-летней девушки были слишком обширны. На самом деле она ничего не делала, но она контролировала все, что происходило, и она была причиной всего, что произошло потом.

Она даже игнорировала их целую неделю. Ладно, они признали, что ей удалось запугать их.

С таким боссом, как она, им повезло.

- Директор Нин, мы знаем, что вы игнорировали нас, потому что мы допустили ошибку в вопросе, касающемся нашего старшего. Мы пришли к пониманию своих ошибок.”

Нин Цин подняла голову от документов, на которые смотрела. Она медленно приподняла уголки губ и обвела взглядом толпу перед собой. - О, все вы знаете, что совершили ошибку. Позвольте узнать, где вы допустили ошибку?”

Инь Моэр покраснела от смущения. - Директор Нин, это я допустила ошибку. В ту ночь я видел, как Лю Лин вошла в комнату старшего Лю, но я не остановил ее, и я также не сообщил об этом никому другому, и это заставило старшего Лю встретиться с этим вопросом.

"Директор Нин, с самого начала индустрия развлечений была слишком захудалой, поэтому я хотел защитить себя, но после того, как испытал это дело, я думаю, что понял, что старший Лю и я находимся в одной команде. Он попал в беду, и Город Любви не смог избежать этой беды. Вы также не могли избежать этого. Более того, мы не можем закрывать на это глаза. Мы все художники под Вашим руководством. Как кто — то однажды сказал-Когда приходит слава, вся команда получает славу вместе, а когда приходит разлад, пока мы работаем как команда и помогаем друг другу, пока мы действительно относимся к этой студии как к большой семье, только тогда мы можем преодолеть его.”

В глазах Нин Цин читалось удовлетворение. Хотя выражение ее лица все еще оставалось холодным, ее ясный голос разнесся по комнате и пронзил сердца всех присутствующих. “С тех пор как я подписал контракты со всеми вами, ваши доходы связаны со мной. Независимо от того, насколько захудалой является индустрия развлечений, у меня, Нин Цин, будет план, чтобы проложить жизнеспособный путь для всех вас, чтобы выжить. Пока ты следуешь за мной, что бы ни случилось дальше, я никогда не откажусь ни от одного из вас. Команда-это как игра в перетягивание каната, она требует усилий каждого, и только тогда у нас будет шанс победить.”

- Директор Нин, теперь мы все понимаем, - сказали ей все.

Нин Цин кивнула головой и сказала: “это дело подошло к концу. Это не может произойти во второй раз. Если будет второй раз, я никогда больше не приду, чтобы обнять его.”

- Хорошо, директор Нин, мы будем следить друг за другом. Если есть кто-то, кто осмелится сделать это снова, мы позволим этому человеку уйти в отставку.”

Только тогда Нин Цин была удовлетворена: "Город Любви возобновит съемки завтра. Съемочная площадка будет в городе Т, и завтра там появятся рекламные фотографии всей съемочной группы. Каждый должен быть готов к этому. Заседание объявляется закрытым.”

- Да, Директор Нин.- Все вежливо встали и вышли из зала заседаний.

В зале заседаний было тихо, и только Нин Цин и Лю Вэньлун остались.

Лю Вэньлун не уходил. Одежда на нем была чистой и свежей, но лицо болезненным и очень бледным.

- Директор Нин, мне очень жаль. И еще ... я должен еще раз поблагодарить тебя.”:

Нин Цин посмотрела на человека, склонившего голову. - Если ты действительно чувствуешь, что подвел меня, и хочешь поблагодарить, тогда используй всю свою энергию, чтобы продолжать работать над музыкой, которую ты так любишь. Может быть, реальность действительно оказала на вас большое давление, но вас это не волнует, верно? Если бы это было не так, вы бы не жили так, как хотели все эти годы.”

Лю Вэньлун услышал легкий насмешливый тон, когда Нин Цин заговорила. Нин Цин чувствовал, что он недостоин ли И.

Он приносил плоды своего труда и сам готовил себе справедливые десерты.

Он медленно кивнул головой и сказал: “Сяо И оставил меня. У меня осталась только музыка. Я буду хорошо работать с музыкой. В конце концов, даже ли и уехала за границу, чтобы начать свою жизнь заново, какая еще причина у меня продолжать быть в упадке? Вы упрекали меня с правильными намерениями. Я совершенно не мужчина. С этого момента я хочу снова стать мужчиной. Сначала я буду хорошо вести свою собственную жизнь. Если есть шанс в будущем ... я постараюсь вернуть ли И.”

Нин Цин знала, что он действительно сожалеет о своих действиях. То, что он говорил, было правдой. Человек должен сначала хорошо прожить свою жизнь; только тогда он сможет полюбить кого-то другого.

Это было похоже на женщину. Сначала она должна полюбить себя, и только тогда сможет по-настоящему полюбить человека, которым глубоко восхищается.

- Ладно, Лю Вэньлун, несмотря ни на что, я все еще верю в твой музыкальный талант. Я, Нин Цин, никогда никого не недооценивал,так что теперь работай усердно.”

- Директор Нин, благодарю вас.”

…

Лю Вэньлун вышел, а Сяо Чжоу взял несколько документов, чтобы обсудить следующее коммерческое одобрение с Нин Цин. Это был самый известный длинноногий оппа, сотрудничавший с ней, чтобы одобрить самую роскошную сумку в мире.

Нин Цин кивнула головой и сказала: “тогда мы выберем это одобрение.”

- Да, я составлю расписание позже.- Пока она говорила, Сяо Чжоу о чем-то задумалась, и она сказала: “Нин Цин, на этот раз ты не только взяла на себя опасность и превратила ее в возможность, ты даже воспользовалась шансом показать свои собственные способности. Твоя свекровь, должно быть, прямо сейчас кипит от гнева, верно?”

Нин Цин подняла брови, и у нее было хорошее настроение. Она ответила: "Да, тот телефонный звонок в тот день, я действительно сказала, что покажу свои способности. Моя свекровь, наверное ... сейчас смотрит на меня по-другому.”

- Мечтай дальше.- Сяо Чжоу постучала по своей маленькой головке. “Если бы с твоей свекровью было так легко иметь дело, это было бы хорошо. Не говори глупостей в такое важное время.”

Нин Цин взяла Сяо Чжоу за руку и сказала: “я поняла, я просто шучу с тобой. Моя свекровь, наверное, сейчас кипит от гнева. Должен ли я ... позвонить ей, чтобы успокоить ее?”

“Конечно. Сяо Чжоу кивнула головой.

Нин Цин взяла телефон в руку и уже собиралась набрать номер, но в этот момент зазвонил телефон. Вместо этого ей позвонили.

Нин Чжэнго.

- Привет, Папа.”

- Привет, Цинцин. Когда ты вернешься домой? Ногу твоей матери задел мотоцикл, когда она ходила за продуктами. Она сейчас в больнице.”

- Что? Нин Цин вскочила со своего места.

…

В больнице

Нин Цин бросилась в больничную палату, а Юэ Ваньцин лежала на больничной койке, пока ей делали капельницу, а Нин Чжэнго давал ей воду.

- Мама, что с тобой случилось? Нин Цин вошла внутрь и с тревогой осмотрела раны на ногах матери.

Юэ Ваньцин замахала руками и сказала: "Цинцин, не нервничай. Маме ничего не грозит, я просто оцарапал часть ноги. Врач сказал, что после того, как я закончу капельницу, я уже смогу вернуться домой.”

Нин Цин посмотрела на левое бедро матери, покрытое толстым слоем белых бинтов, на которых виднелось небольшое кровавое пятно. Нин Цин почувствовала, как у нее защемило сердце, а из глаз потекли слезы. - Мам, дай - ка я посмотрю, насколько велика рана. Это должно быть очень больно, да?”

- Глупая девчонка, почему ты все еще плачешь, когда уже так стара? С мамой все в порядке. Рана небольшая, и мне тоже не больно. Быстро вытри слезы."Юэ Ваньцин взяла салфетку, чтобы дать ее дочери, чтобы вытереть ее слезы.

Нин Чжэнго посмотрела на дуэт матери и дочери и утешила их, сказав: “Цинцин, не плачь больше. Если так будет продолжаться и дальше, твоя мать будет плакать вместе с тобой. Разве она сейчас не в порядке? Давайте приберемся и пойдем домой.”

“Окей. Нин Цин кивнула головой.

Нин Цин пошла оплачивать медицинские расходы, а Сяо Чжоу остался в больничной палате, чтобы сопровождать Юэ Ваньцина. В этот момент к ней подошел Нин Чжэнго: "Цинцин.”

Нин Цин знала, что отец хочет что-то сказать ей, поэтому они оба отправились на уединенную лестницу поболтать. - Папа, а как именно мама попала сегодня в аварию?”

Нин Чжэнго вздохнул и сказал: “Твоя мать пошла днем на рынок, чтобы купить овощи, и когда она шла по главной дороге, из-за поворота показался мотоцикл. Он врезался прямо в твою мать, и она упала. Твоя мама не кричала от боли, но у нее была ссадина на бедре и рана размером с ладонь, и рана сильно кровоточила. Цинцин, на земле не так уж много совпадений. На улице было так много людей, и я подозреваю, что мотоциклист намеренно врезался в вашу мать.”

Сердце Нин Цин ушло в пятки, и они с Нин Чжэнго подумали об одном и том же.

- Цинцин, твоя мать может и не знать некоторых вещей, но твой отец понимает их. Папа знает, что тебе было тяжело одному. Семья Лу ... - Нин Чжэнго колебался с тем, что он хотел сказать, и он мог только вздохнуть, когда сказал: - Папа не может помочь тебе, но мама и папа будут поддерживать тебя вечно. Мы будем хорошо защищать себя в будущем, и вы можете пойти и сделать то, что правильно сами.”

Глаза Нин Цин были очень влажными. За этот год Нин Чжэнго стала намного старше и слабее, и она с сожалением сказала: “Папа, прости меня. Я слишком эгоистична...но я никогда не откажусь от Шаоминга.”

“Окей. Нин Чжэнго погладил мягкие волосы своей дочери и сказал: "Папа знает обо всем, так что не слишком сомневайся в будущем. Наш Цинцин вырос. Папа верит, что у тебя есть возможность вернуть молодого мастера Лу.”

- Спасибо, папа.- Нин Цин была тронута.

…

После того, как Нин Чжэнго ушел, Нин Цин несколько минут молчала, и она достала свой телефон, чтобы позвонить.

- Здравствуйте, Мисс Нин.- На другом конце провода раздался элегантный голос, как будто она ожидала, что Нин Цин позвонит ей.

- Привет, Мам. Этот мотоциклист был заказан вами, верно? Ты подстрекаешь кого-то сбить мою маму с ног? Мама, ты забыла о нашем обещании на 3 месяца? Вы идете против контракта прямо сейчас!”

- Ха-ха, Мисс Нин, когда вы говорите, у вас должны быть доказательства. У тебя есть доказательства, что это я нанял кого-то, чтобы сбить твою мать с ног? Если вы хотите переложить вину на меня, вы также должны обладать этой способностью.”

Нин Цин приподняла бровь. Сун Яцзин не признавался в этом?

У нее была холодная стрела за спиной, и она была высокомерна и уверена, что Нин Цин не сможет собрать никаких доказательств против нее.

И она была права. Как могла Госпожа из семьи Лу оставить после себя хоть какие-то следы, если она решила заняться своими планами? Если бы она была неосторожна, Лу Шаомин смогла бы отследить крупную сумму денег, которую Сун Яцзин приказала кому-то передать Лю Лин.

…

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 234: Может Быть, Ей Пора Было Его Порвать

Нин Цин глубоко вдохнула воздух. Теперь ее эмоции были действительно спокойны, и она прямо спросила: “Мама, что ты хочешь сделать? Разве то, как я вел дела с Лю Вэньлуном, сделало тебя несчастным?”

- Ха. Сун Яцзин холодно рассмеялся и не стал отрицать этого. - Мисс Нин, сейчас я дам вам совет. Молодые люди не стараются быть настолько заметными. То, что ты такой, действительно заставляет других ненавидеть тебя.”

Заставляет других ненавидеть ее?

Нин Цин подняла глаза, сдерживая слезы в глазах.

- Мисс Нин, в нашем обещании на три месяца осталось всего 10 дней. Мы официально начнем обратный отсчет. А вот что: если Шаомин действительно влюбится в тебя, пусть он приведет тебя ко мне, и пусть он официально скажет мне, что хотел бы жениться на тебе и позволить тебе войти в семью Лу. Если вы не можете этого сделать, то через 10 дней уходите сами. Если вы этого не сделаете, сегодняшний день будет только началом.”

Сон Яцзин прервал разговор.

Маленькая рука Нин Цин, державшая телефон, медленно опустилась рядом с ней. Она опустила глаза, и на них навернулись слезы.

Лу Шаомин, ах, Лу Шаомин ...

Ты знаешь, что твоя мать так издевается надо мной?

- Нин Цин, если ты хочешь плакать, то плачь. Я не буду смеяться над тобой.- Сяо Чжоу подошел к ней, когда она этого не заметила, и она протянула руку, чтобы обнять ее за плечи.

Нин Цин повернулась и положила свою маленькую головку на плечо Сяо Чжоу. - Сяо Чжоу, я действительно расстроена... прошло так много времени. Я так много работала. Во-первых, я хотел, чтобы Шаоминг снова влюбился в меня. Во-вторых, я хотел использовать свой собственный тяжелый труд, чтобы завоевать одобрение и уважение моей свекрови, но сегодня я понял, что ошибался. Чем больше я работаю, тем больше моя свекровь думает, что я даже...раздражаю ее.

- Почему она ненавидит меня? Это все потому, что как бы я ни старался, я не могу изменить свое семейное происхождение. Она смотрит на меня свысока ... потому что ненавидит меня, поэтому она так небрежно использует мою мать, которую я люблю больше всего, чтобы начать угрожать мне…

- Почему ее сердце так трудно согреть? Разве не хорошо, что есть другая женщина, которая любит своего сына так же, как она? Я ее уважаю. Я так много ей уступил. Я не хочу с ней драться. Я искренне хочу быть ее семьей. Я хочу обращаться к ней как к матери, потому что она родила такого хорошего сына Лу Шаомина и отдала его мне. Поэтому я хочу быть с ней по-сыновьи, но... …”

“Но это не имеет никакого значения, это действительно бесполезно.

Сяо Чжоу легонько похлопал Нин Цин по спине. Она не знала, как утешить Нин Цин. Она не была Нин Цин, и она не могла понять давление, которое Нин Цин выдерживала прямо сейчас.

- ...Нин Цин, все будет хорошо.…”

Нин Цин немного поплакала, потом подняла голову. Она высморкалась и вытерла слезы. “Теперь я в порядке. Я в порядке после того, как выкрикнула Это ... Сяо Чжоу, пойдем, давай вернем мою мать домой…”

Сяо Чжоу последовал за Нин Цин и обеспокоенно спросил: "Нин Цин, ты действительно в порядке? Вы…”

Выражение лица Нин Цин было нормальным. Только глаза ее не могли скрыть печали. Она легко рассмеялась и сказала: “я в порядке, никто не может заставить меня упасть. Мы вступили в обратный отсчет обещанных трех месяцев. Моя свекровь, вероятно, нервничает больше, чем я. Если нет, она не нападет прямо на мою маму.”

- Нин Цин, что нам делать дальше?”

“Что же нам делать? Нин Цин пожала плечами и сказала: “Мы будем следовать желаниям моей свекрови.”

- Что? Следовать желаниям своей свекрови означало бы отпустить Лу Шаомина. Нин Цин, ты что, шутишь со мной?”

Нин Цин рассмеялась и промолчала.

Сяо Чжоу ненавидел ее намеренно загадочный взгляд. Она не могла удержаться, чтобы не спросить с любопытством: "Нин Цин, почему бы нам не рассказать молодому мастеру Лу? По крайней мере, мы можем сказать молодому господину Лу, что его мать запугивает и угрожает вам. Она даже пугает тебя. Только молодой мастер Лу может защитить вас и вашу семью.”

“Да. Нин Цин кивнула головой и сказала: “я тоже думала об этом, но, если есть какие-то разногласия между свекровью и ее невесткой... умная невестка не станет прямо говорить мужчине, что его мать хочет причинить ей вред. Она должна позволить мужчине осознать это самостоятельно. Во-первых, это позволит ему узнать, что с вами поступили несправедливо, а затем полюбить вас еще больше. Во-вторых, он будет думать, что его мать-зло. Хех.”

Нин Цин рассмеялась про себя. Многие люди, когда вы доброжелательны к человеку, человек вместо этого относится к нему, как к слабому и милостивому. Может быть... ей тоже стоит начать рвать его на части…

….

За рулем сидела Нин Чжэнго, а Нин Цин сопровождала мать на заднем сиденье. Ее телефон зазвонил, и она получила текстовое сообщение.

Она открыла сообщение; это было сообщение от Лу Шаомина.

- "Давай поужинаем вместе сегодня вечером.]

Нин Цин взглянула на сообщение и убрала телефон обратно в карман.

Юэ Ваньцин был озадачен и спросил: “Цинцин, это сообщение из Шаомина? Почему ты не отвечаешь?”

Нин Цин положила свою маленькую головку на плечо матери, изображая застенчивость, и сказала: “Мама, я не буду отвечать. Я никуда не поеду в ближайшие дни, я буду сопровождать маму.”

“Глупая девчонка. Юэ Ваньцин была недовольна, но ее губы не могли не улыбнуться, и она протянула руку, чтобы взять дочь на руки.

…

Троица вернулась на виллу Нин. Нин Цин положила мать на кровать, телефон в ее кармане не переставал звонить, и у нее было много сообщений WeChat.

Она вышла из комнаты матери и направилась в гостиную, чтобы взять телефон и посмотреть, что там происходит. Этот человек отправил множество сообщений в WeChat.

- "Что случилось?]

- "Почему ты не беспокоишься обо мне?]

- "Ты все еще занят? Я заеду за тобой на машине.]

Поскольку она не дала никакого ответа, он послал много вопросительных знаков после этого. Затем он приложил фотографию. Это была фотография маленького мальчика, у которого не было зубов, прикасающихся к его голове с наивной улыбкой. Он напечатал: "детка..."]

Нин Цин скривила губы в улыбке. В ее глазах появилась легкая рябь. То, как он напечатал "детка", было похоже на то, как он мило вел себя с ней. Он умолял ее ответить на его сообщения.…

Нин Цин прикусила свои розовые губы. Она приготовилась убрать телефон, но в этот момент раздался телефонный звонок.

Мужчина не мог больше ждать и позвал ее.

Она нажала на клавишу, чтобы ответить.

- Алло... - раздался на другом конце провода низкий и чарующий мужской голос. Он был очень нежным и принес с собой какое-то затяжное тепло.

Нин Цин подняла глаза, одного его “Привет” было достаточно, чтобы напомнить ей обо всех ее обидах.

Она не хотела говорить.

Человек на другом конце провода был резок и заметил ее ненормальное поведение. Он тихо спросил: "Нин Цин, что с тобой? Скажите мне. Я сейчас еду, я еду, чтобы забрать тебя. Где ты сейчас находишься?”

Нин Цин надула розовые губки и сказала: “...я в порядке, тебе не нужно меня забирать. Днем мою маму сбил мотоцикл. Она не подвижна, мне нужно оставаться дома, чтобы заботиться о ней…”

Она не договорила и услышала динь-динь-тон оборвавшейся линии.

Мужчина повесил трубку.

…

Через 5 минут раздался звонок в парадную дверь

Нин Цин пошла открывать дверь, а Лу Шаомин остался снаружи.

Мужчина был одет в белую рубашку от Армани, сшитую на заказ, и черные брюки. Он был красив и очарователен, рукава рубашки были сложены в несколько раз, обнажая бронзовую руку. Двумя пальцами левой руки он небрежно сжимал ключи от машины, а в другой руке держал корзину с фруктами.

Этот человек примчался сюда. Нин Цин увидел, что его мощная грудь все еще слегка задыхается. Он принес с собой чистую и чистую ауру, которая была леденящей.

Ее мать была больна. Он не забыл принести подарок. Он принес с собой корзину с фруктами.

“Почему ты здесь?- Спросила Нин Цин, глядя на мужчину.

Когда девочка обычно смотрела на него, она была похожа на маленького котенка, который видит свою любимую еду. Ее глаза будут блестеть, когда она будет стучать по нему, издавая " Мяу!” в процессе работы.

Несмотря на то, что они встречались больше месяца, это восхищение и свежесть не исчезли ни на йоту.

Но когда она увидела его сегодня, то не удивилась и не обрадовалась. Вместо этого она нахмурилась, и мне показалось, что... она не совсем приветствовала его.

Лу Шаомин слегка приподнял свои красивые брови “ " Нин Цин, разве ты не приветствуешь меня здесь? Вы позволите мне войти и поговорить?”

“О.- Нин Цин встала сбоку и позволила ему войти.

Когда он вошел, девочка легонько положила маленькую ручку на ручку двери. Она опустила глаза и не смотрела на него. Выражение глаз Лу Шаомина потемнело, и когда он вошел внутрь, то сразу же использовал свое левое плечо, чтобы врезаться в нее.

Тело Нин Цин пошатнулось, и она повалилась на левый бок. Она изо всех сил старалась сохранить равновесие и смотрела на мужчину влажными глазами. Она имела в виду — что ты делаешь?

Одна из рук Лу Шаомина была засунута в карман. В его блестящих черных глазах было что-то от необузданной зрелости мужчины. Он прищурился, чтобы рассмотреть фигуру девушки, и его смысл был таким: "я в тебя врезаюсь".

Нин Цин была ярко-красной. Она безжалостно развернулась и закрыла дверь, не глядя на его злой и игривый вид.

Он ... становился все более непослушным.

Именно потому, что теперь никто этого не сделает, этот молодой хозяин богатой семьи тоже научится вести себя на улицах как маленький гангстер, и он ударил плечом девушку.

Легкомысленный.

- Молодой господин Лу, почему вы здесь? Входите скорее.- В этот момент вышел Нин Чжэнго.

Лу Шаомин вынул руку из кармана и выпрямился, чтобы восстановить равновесие. Он шагнул вперед, и его губы изогнулись в полуулыбке, которую можно было принять за классическую вежливую улыбку. - Дядя, как поживаете? Я слышала, как Нин Цин сказала, что тетю сбила машина, и пришла навестить ее.”

- Молодой господин Лу слишком вежлив.”

Он и Нин Чжэнго обменялись несколькими любезностями, затем господин Нин привел его в комнату, чтобы посмотреть на Юэ Ваньцина. Убедившись, что Юэ Ваньцин не сильно пострадал, только тогда Лу Шаомин вышел.

Как только он вышел, то увидел девушку на кухне. Кухня в доме Нин была наполовину открытой концепцией кухни. На девушке был фартук, и она варила суп.

Нин Чжэнго увидел, что взгляд Лу Шаомина остановился на его дочери, и сразу же улыбнулся, сказав: “молодой господин Лу, останьтесь сегодня на ужин в моем доме. Сегодня вечером Цинцин будет готовить лично. Хотя ее навыки не слишком хороши, она все равно сделает что-то едва проходимое. Молодой господин Лу может судить об этом.”

Брови Лу Шаомина расслабились, тонкие губы зашевелились, и он хотел сказать: "я приму это предложение".

Но прежде чем он успел это сделать. - Отец, молодой господин Лу уже пообедал, так что тебе не придется уговаривать его остаться. Молодой мастер Лу занят своей работой; он скоро уедет.- Нин Цин высунула свою маленькую головку из кухни.

Лу Шаомин услышал ее слова, и его лицо потемнело.

- Ха-ха.” Среди этих троих самым неловким человеком был Нин Чжэнго. Он уже знал, что его дочь и зять находятся в разгаре холодной войны. Он дважды неловко рассмеялся и сказал:” молодой господин Лу, тогда присаживайтесь. Я вернусь в комнату, чтобы позаботиться о матери Цинцин.”

Нин Чжэнго быстро покинул место происшествия.

Нин Цин недвусмысленно посмотрела на красивое лицо мужчины, а затем убрала свою маленькую головку и продолжила варить суп.

Лу Шаомин поднял руку, чтобы расстегнуть две пуговицы на рубашке, и поднял ноги, чтобы пройти на кухню.

…

Самая теплая часть дома - это либо спальня, либо кухня. Как бы ни был зол Лу Шаомин, в этот момент он не мог продолжать. Девушка была одета в розовое платье. Он был обтягивающим снизу, с короткой юбкой, открывающей ее две тонкие, но подтянутые, длинные ноги. Ее мягкие белые пальцы были скрыты под горчично-желтыми туфлями. Она была проворной, но соблазнительной и имела вид юной особы.

Горловина фартука была перевязана тонким ремешком. Голубой фартук с цветочной каймой был элегантным и женственным.

Он все еще в первый раз видел ее кухарку. Он замер на несколько секунд и был немного увлечен ею.

Он не мог оторвать от нее взгляда.

Он подошел и встал у нее за спиной. Он понимал, что ведет себя вульгарно, но не мог удержаться, чтобы не опустить глаза и не взглянуть на ее короткую юбку и тонкие ноги. Он сглотнул слюну и пошел вперед: “Нин Цин, я все еще не поужинал.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 235: Почему Ты Игнорировал Меня? Назови Мне Причину.

Он намеренно смягчил свой тон, и это принесло с собой намек на баловство, а также... застенчивость.

Девушка не стала с ним возиться.

Мало того, она даже сделала несколько шагов к стеклянной стойке и отодвинулась от него подальше.

Лу Шаомин посмотрел на прилавок. Там были красиво нарезанные ломтики картофеля, грибы на изысканном подносе для еды... и овощи в корзине для овощей, вермишель ...

В глиняном котелке кипел костяной суп,и от него исходил густой ароматный запах. Своими маленькими белыми ручками она помешивала жидкость в котелке парой палочек для еды, и этот аромат мог возбудить аппетит любого.

Ее отец сказал, что ее кулинарные способности были просто средними... и он был абсолютно скромным.

Похоже, ее кулинарные способности были очень хороши... по его мнению, их было достаточно для него.

- Нин Цин. Он вынул свою большую руку из кармана брюк и медленно положил ее на ее маленькую мягкую талию. “Я голоден...я ... ”

Я голоден…

Нин Цин тайно громко рассмеялась в своем сердце. О чем он говорит? Произнесет ли он эти слова вообще? Она все еще думала, что он был бессмертной богоподобной фигурой.

Нин Цин поджала свои розовые губы и все еще продолжала игнорировать его.

Лу Шаомин дышал немного торопливо. Две его большие руки были прижаты к ее мягкой талии, и он медленно, но сильно обнял ее. Он коснулся тонкими темно-бордовыми губами ее маленьких белоснежных ушей, и его голос смягчился еще больше. - Детка, позволь мне поужинать в твоем доме, хорошо? Я хочу попробовать блюда, которые вы приготовили.”

“Что ты делаешь? Отпускать. Нин Цин боролась в его объятиях, когда она сказала: "Почему ты должен есть в моем доме? Мы не являемся частью одной семьи. Мои кулинарные навыки должны быть оставлены для моего будущего мужа, чтобы попробовать.”

Лу Шаомин положил свою большую ладонь в собственный карман, и там была жесткая коробочка в форме сердца, которую он крепко держал в центре своей ладони.

Он не знал, как сказать ей?

У него не было никакого опыта.

На самом деле он приготовил ужин при свечах сегодня вечером.

Но ситуация сейчас и в локации сейчас, а также Этот маленький человек в его объятиях, который быстро выходил из-под контроля. Она уже вышла из-под его контроля…

Сейчас было не самое лучшее время.

Он снова протянул свою большую руку и медленно погладил половину ее маленького лица. - Детка, что с тобой? Почему ты так холодно игнорировал меня? Назови мне причину.”

Какая причина ему нужна?

Только что, снова напомнила она ему, и он действительно не хотел жениться на ней так сильно?

- Лу Шаомин, отпусти меня быстро. Мои родители увидят нас, и если ты будешь продолжать в том же духе, я рассержусь.”

Ее маленькое плечо было прижато двумя большими ладонями мужчины, и она повернулась, ее нижняя часть спины лежала на холодном стеклянном столе, и это заставило ее чувствовать себя...не слишком неудобно. Она ударила его своим маленьким кулачком “ " Лу Шаомин, что ты делаешь? Есть ли кто-нибудь вроде тебя, кто так обращается со своей девушкой? Оказавшись здесь, ты начал прикасаться ко мне то тут, то там…”

Она безрассудно вертелась в его объятиях, и во рту у него все время пересыхало. С самого начала он мог сдерживаться, но теперь она вела себя как дикий котенок. Она возбудила его, и его большая ладонь скользнула вниз по ее талии. Он приподнял ее зад и притянул к своему телу.

Это положение заставило маленькое личико Нин Цин покраснеть, она не знала, когда он отреагирует, и ударила его обеими руками и ногами. - Лу Шаомин, не будь таким. Это мой дом. Мои родители действительно увидят это ... УФ.”

Он сразу же протянул руку, чтобы закрыть ее маленький рот.

- Ш-ш-ш, не шуми, ты действительно хочешь привлечь сюда своих родителей? Ты же знаешь, что здесь твой дом. Мне и в голову ничего не приходило. Не приходи и не заставляй меня. Ну же, скажи мне, ты сейчас злишься? Кто тебя разозлил? Скажите мне. Я пойду и преподам этому человеку урок от твоего имени. Я ведь не сделал ничего плохого, правда? Весь день я думал только о тебе... я пришел повидать твою мать, неужели я даже не могу пообедать у тебя дома?”

Кухня здесь была наполовину открытой концепцией. Он также боялся, что ее родители случайно наткнутся на них, поэтому он наполовину обнял и отнес ее к холодильнику, а затем прижал ее к холодильнику.

Между мужской и женской силой существовала разительная разница. В разгар их борьбы маленькое бледное личико Нин Цин покрылось очаровательным слоем румянца, а две ее маленькие ручки ударились о его большую ладонь. Ее прекрасные глаза сурово смотрели на него.

Лу Шаомин не выдержал ее взгляда и одной большой рукой легко завел обе ее маленькие ручки за спину. Затем он ущипнул ее за обе щеки. “Все в порядке, если ты не будешь разговаривать со мной или разрешишь поесть, но позволь мне поцеловать тебя.”

Он наклонился и поцеловал ее.

Нин Цин была по-настоящему взбешена. Он снова был таким грубым, и в последний раз в комнате театральной труппы он также заломил ее маленькие ручки за спину.

Она покачала головой, как качалка, не позволяя ему поцеловать себя. Мужчина не хотел причинять ей никакого вреда, и ему оставалось только поцеловать ее в лицо, а затем спуститься вниз и поцеловать ее нежную шею.

…

Обе ноги Нин Цин обмякли. На спине у нее болталась лямка фартука, и теперь мужчина несколько раз грубо целовал ее.

“Лу Шаомин, ты извращенец.…”

- Ладно, ладно, раз малышу это нравится, значит, я извращенец.”….

В этот момент: па! Из гостиной донесся звук падающей на пол стеклянной чашки.

Оба их действия прекратились, и когда они направили свои взгляды, чтобы посмотреть, Нин Чжэнго застыл в гостиной, как статуя, и первоначально он планировал вылить воду.

Лу Шаомин мгновенно отпустил Нин Цин: "дядя, позволь мне объяснить…”

Нин Чжэнго повернулся и быстро побежал к комнате. Все, что он слышал, отдавалось эхом в его ушах: “я извращенец.”

Он не мог смириться с этим.

Был ли это все тот же молодой мастер Лу, который мог создавать облака одним движением руки, а дождь-другим?

Он ничего не слышал и не хотел, чтобы его убили, чтобы скрыть это.

Лицо Лу Шаомина тут же потемнело. Никогда в жизни он не испытывал такого смущения.

Он никогда раньше не издевался над дочерью другого человека в чужом доме.

Нин Цин сделала несколько шагов вперед и привела в порядок свою одежду. Она посмотрела на выражение лица мужчины и нашла его забавным. Так ему и надо! Кто просил его не жениться на ней, но все же воспользоваться ею?

- Лу Шаомин, проваливай.- Нин Цин вытолкала мужчину за дверь и с грохотом захлопнула ее.

Лу Шаомин: “…”

…

Лу Шаомин вернулся в свой собственный кондоминиум, и всю дорогу туда он думал, что девушке лучше не попадаться ему в руки, иначе она не получит его от него.

Он гарантировал, что будет запугивать ее до тех пор, пока она не сможет этого вынести.

Он в ярости распахнул дверь кондоминиума, и там было холодно и тихо. До встречи с ней он наслаждался этим чувством одиночества, а теперь, когда она была у него, ему вдруг пришла в голову опрометчивая мысль вернуть ее домой.

Сегодня он видел, как она надела фартук и готовила на кухне. Было так тепло, и ему вдруг захотелось иметь с ней маленькую семью.

Но эта девушка не хотела, чтобы он попробовал ее стряпню.

Хм, как мелочно.

Темнота в его голове мгновенно стала яркой, и гостиная в его квартире была ярко освещена. Он вошел внутрь, и Сун Яцзин привел Чжоу Чжилэя.

- Шаоминг, ты вернулся.”

- Старший брат мин, это прекрасно, что ты вернулся. Вы, наверное, еще не обедали, верно? Мы с тетей принесли тебе поесть. Чжоу Чжилэй поставил изысканные блюда на обеденный стол и сказал: “старший брат мин, это то, что тетя приказала поварам дома приготовить специально для тебя; это твое любимое блюдо.”

Лу Шаомин держал в руках ключи от машины и не смотрел ни на обеденный стол, ни на Чжоу Чжилэя. Его черные глаза ясно смотрели на Сун Яцзин: "мама, чего ты хочешь?”

- Ничего особенного. Я просто хотел подойти и посмотреть на тебя. Шаомин, и ты, и Чжилэй…”

“Теперь, когда ты меня увидел ” - Лу Шаомин повернулся и сделал умоляющий жест руками. - Раз уж вы меня увидели, можете уходить. Мне еще надо закончить работу.”

- Шаоминг, ты!”

- Мама, когда ты уйдешь, Закрой за собой дверь. Спасибо.- Лу Шаомин пошел прямо в свою спальню.

Сун Яцзин в гневе закусила губу, и Чжоу Чжилэй неловко застыл на месте.

…

Лу Шаомин пошел в ванную, чтобы принять душ. Он обернул полотенце вокруг талии и вышел. Он встал на колени, опираясь одной ногой на кровать, и взял телефон в ладонь, чтобы посмотреть; сообщений не было.

Лу Шаомин поднял брови. Эта девушка…

Он набрал номер.

- Здравствуйте, секретарь Чжу, помогите мне разобраться, что сегодня делала Нин Цин и с кем она встречалась. Кроме того, расследуйте мотоциклиста, который сегодня сбил мать Нин Цин.”

Закончив разговор, он бросил телефон на кровать и схватил темно-синий вязаный шерстяной свитер из шкафа рядом с кроватью вместе с парой черных повседневных брюк. Он утратил резкость и холодность своего обычного официального наряда, и это еще больше подчеркивало его элегантное и образованное поведение.

Он стоял у стойки и наливал в бокал французское коллекционное красное вино "Шато Лафит". Он сунул руку в карман брюк. Другой рукой он держал бокал с вином, стоя перед окном. За сверкающими яркими стеклами окон был весь город, освещенный бесконечными огнями.

Он встряхнул бокал и лениво наклонил его под углом 45 градусов, чтобы посмотреть на красное вино под наклоном. Иногда женщины похожи на красное вино. Они требовали статуса и способности, чтобы мужчина мог почувствовать их вкус.

Все, что он мог представить в своем воображении, было ее крошечное изящное личико. По ее телу непрерывно текла энергия. Она была такой свежей и упрямой. Она притягивала его взгляд и завораживала.

Он никогда в жизни не думал, что встретит девушку, которая выйдет из-под его контроля.

Он сделал маленький глоток красного вина и поставил бокал на стойку. Он снова взял телефон в руки, нажал на WeChat Бэби и отправил сообщение. - "Я действительно голоден.]

Нин Цин, которая сопровождала свою мать, получила от него сообщение о том, что он голоден, и ее красивые красные губы медленно изогнулись в улыбке…

Лу Шаомин, который находился в кондоминиуме, не мог получить никакого ответа от девушки, и он несколько раз обошел вокруг комнаты. Неужели она действительно сердится на него?

Тогда ладно, он действительно не будет есть сегодня вечером!

Маленький негодяй!

В этот момент-Динь! в квартире раздался звонок: кто-то звонил в дверь.

Его глаза заблестели, и он быстро пошел открывать дверь, чтобы открыть главную дверь.

Но за дверью никого не ждало, и девушки там тоже не было.

Лу Шаомин взглянул на посыльного за дверью. У него был глиняный горшок, наполненный водорослями и черным куриным супом, миска белого риса и еще два освежающих гарнира.

- Сэр, вам доставили еду.”

Лу Шаомин покачал головой и сказал: ” я ничего не заказывал.”

“Это правда? Мог ли я ошибиться? Курьер что-то тихо пробормотал себе под нос и обернулся: “может быть, я действительно ошибся. Это было заказано девушкой.”

Лу Шаомин, который готовился закрыть дверь, услышал его слова и быстро крикнул, чтобы остановить этого человека: “кто это приказал?”

- О, это была девушка. Ее голос был особенно легок на слух.”

Лу Шаомин скривил уголки губ, и в его глазах появился намек на удовлетворение, когда он сказал: “тогда это правильно. Тогда отдай его мне. Это то, что моя подруга заказала для меня.”

Он закрыл дверь, и Лу Шаомин сел на стул в столовой. Он открыл приложение WeChat и отправил сообщение. -Хорошо, тогда, хотя я только что был очень зол, не пообедаешь ли ты со мной завтра?]

Нин Цин не ответила, и она сунула телефон под подушку, затем закрыла глаза и заснула.

…

На следующий день, в кабинете президента в Гуан Цин

Чжу жуй передал документы, которые держал в руках, Лу Шаомину и сказал: “Президент, я выполнил ваш приказ и расследовал этого мотоциклиста. Проблем было не так много, и это было просто обычное дорожно-транспортное происшествие, а также Мисс Нин не вела себя ненормально. Она вернулась к своей обычной работе. Ее мать попала в дорожно-транспортное происшествие, и она поспешила в больницу, а затем отправилась домой.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 236: Лу Шаомин, Ты Бесстыдник

“Так вы говорите, что не смогли ничего обнаружить?- Спросил Лу Шаомин.

- Да, Президент. Все нормально.”

Лу Шаомин рассмеялся таинственным тоном: "это ненормально, потому что это слишком нормально... что Нин Цин делает сегодня?”

- Сегодня Мисс Нин снимает рекламный ролик с длинноногим оппой, известным в Корее. Президент, они снимают рекламу в небоскребе, который находится под управлением Гуан Цин.”

Лу Шаомин взглянул на свои роскошные наручные часы. Было уже около полудня, и она также не отвечала на его сообщения в WeChat прошлой ночью. Он встал и сказал: “Пойдем посмотрим.”

Лу Шаомин привел с собой Чжу жуя, чтобы тот помчался к небоскребу. Нин Цин снимал рекламный ролик с корейским ОПП. Она была одета в травянисто-зеленый чонсам.

Лу Шаомин почувствовал, как его глаза сузились, и на несколько секунд испугался.

Это был его первый раз, когда он увидел ее одетой в чонсам.

Травянисто-зеленый чонсам идеально подчеркивал ее пышную фигуру, а вдохновленный ретро воротник-мандарин дополнял нежную шею. Чонсам была длиной до колен, с разрезами по бокам, и ее красивые ноги были едва различимы.

Ее волосы были уложены в прическу. В середине ее волос была украшенная бисером цветочная заколка. В руке у нее был серо-зеленый бумажный зонтик, и она беззаботно смеялась. Ее прекрасная фигура покачивалась, как лотос, плывущий по поверхности пруда. Она была текучей, грациозной и совершенно потрясающей.

Первой реакцией Лу Шаомина было проглотить слюну.

Он с самого начала знал, что она красива, но никогда не замечал, насколько она молода.

Очень быстро Лу Шаомин снова нахмурился, потому что корейский мужчина-знаменитость стоял рядом с Нин Цин. Он слышал от Чжу жуя, что сейчас это самый популярный и горячий длинноногий оппа в Корее. Каждый раз, когда он приезжал в Китай, он поднимал огромные фанфары.

Лу Шаомин разразился холодным смехом. Он почувствовал презрение и оглядел этого художника с головы до ног... лицо у него было красивое, фигура тоже неплохая, а ноги определенно длинные…

Но был ли он так же хорош, как он?

Он не входил в индустрию развлечений. Если да, то есть ли у этих людей вообще шанс выжить?

Взгляд Лу Шаомина снова остановился на фигуре девушки. Чем больше он смотрел, тем глубже хмурил брови.

Это были поразительные позы, в которых корейский художник сидел на стуле, а Нин Цин держала зонтик. Она наклонилась, и одна тонкая рука легонько легла ему на плечо. Их поза была интимной…

Лу Шаомин: держи себя в руках.

Затем ассистентка забрала зонтик. Съемочная группа сделала кучу пузырей. Они стояли лицом к лицу, ее маленькая белая рука держала пузырчатую палочку, и она улыбалась ярко, как цветок, когда пускала пузыри в направлении этого человека…

Он стоял так далеко, но все еще слышал смех дуэта.

Лу Шаомин: мне все еще нужно держать себя в руках.

Он держал его в себе, и прошел один час. Наконец оператор крикнул:- Съемки рекламного ролика официально завершились успехом.

Сяо Чжоу принесла Нин Цин шаль. - Нин Цин, молодой господин Лу здесь. Он очень долго стоял и смотрел на тебя. Все это время у него было расстроенное выражение лица.”

Нин Цин кивнула головой, показывая, что она получила сообщение. В это время подошел кореец оппа, она наклонилась и скривила губы в сладкой улыбке и использовала дрянной корейский, который она только что научилась говорить: “оппа, тебе было тяжело.”

Корейский оппа обнажил ряд сверкающих белых зубов. Он был в хорошем настроении, произнося длинный список слов.

Его ассистент помог перевести и сказал: “Госпожа Нин, наш Сю Цзе похвалил вас, сказав, что вы самая красивая и профессиональная художница, с которой он работал в Китае. Наш Сю Цзе сказал, что это сотрудничество было очень приятным, он давно слышал о ваших навыках режиссера. Он надеется, что у него будет возможность работать с вами, чтобы снять фильм в будущем.”

Нин Цин широко улыбнулась и сказала: “в будущем у нас определенно будет шанс.”

После того, как она заговорила, помощник снова заговорил “ " госпожа Нин, наш Сю Цзе хочет показать вам волшебный трюк.”

- Магический трюк?- Глаза Нин Цин заблестели.

После этого корейский оппа протянул обе руки. На руках у него ничего не было, но, перевернувшись несколько раз в воздухе, он вытащил из-за спины розу. Он по-джентльменски наклонился и отдал розу Нин Цин.

“Вау….- Весь персонал был в оцепенении, и все они прикрыли рты, чтобы воскликнуть. “Он такой красивый.”

“Спасибо. Нин Цин протянула руку, чтобы взять цветок.

Но прежде чем она успела это сделать, перед ней проплыла красивая фигура, и большая ладонь с четко очерченными костями помогла ей принять цветок.

Лу Шаомин.

Нин Цин посмотрела на мужчину. Глубокие и черные глаза мужчины были устремлены на корейца оппа. У него было нежное выражение лица. Его тонкие темно-бордовые губы сексуально шевелились, и он свободно говорил по-корейски.

“Вау. Некоторые молодые женщины возбужденно обсуждали за ее спиной: "оппа, которого я только что видел, был так красив, но теперь я чувствую, что молодой господин Лу еще красивее.”

- Верно, молодой господин Лу говорит по-корейски, и это звучит так хорошо! Он мгновенно украл гром оппа.”

Нин Цин опустила глаза, ее сердце наполнялось сладостью волна за волной.

Сяо Чжоу сказал, что у него было “расстроенное выражение лица все это время.- Этого она и ожидала. У него всегда было сильное желание доминировать, и ему никогда не нравилось, что она слишком часто общается с другими мужчинами.

Но каким бы расстроенным или ревнивым он ни был, выражение его лица оставалось спокойным. Он стоял рядом с ней и элегантно беседовал с корейским оппой. Он был воплощением джентльмена с плаката. На самом деле, он был незнакомцем с этим корейским оппой, и у него не было никакой необходимости общаться. Он сделал это только из-за нее, взяв на себя роль ее бойфренда.

Это было зрелое очарование 31-летнего мужчины; он стоял рядом с вами, чтобы дать вам чувство безопасности.

Более того, он изначально был в центре внимания толпы. Он был чистым и незаурядным человеком. Как только он появится, он всегда будет центром внимания всех присутствующих.

Когда он говорил по-корейски, это звучало очень мелодично. В прошлом, когда она слышала, как он поет французскую песню, она была совершенно загипнотизирована. Теперь она чувствовала, что все, что она сейчас слышит, похоже на оркестровую партитуру.

Маленькое, покрасневшее личико Нин Цин быстро взглянуло на его наряд. Он был одет в темно-синюю полосатую рубашку и серые брюки. Под тонкой тканью скрывалась его крепкая и крепкая грудь. Черный металлический пояс подчеркивал его идеальный пояс Адониса.

Нин Цин всегда считал, что он-тот человек, который проявляет лучшую сущность человека, одетого в рубашку и брюки.

Лу Шаомин и корейский оппа немного поговорили, затем корейский оппа посмотрел на Нин Цин с дружелюбной атмосферой и помахал рукой, чтобы попрощаться.

Персонал тоже ушел.

….

Лу Шаомин выпрямился и посмотрел Нин Цин прямо в глаза. На ее лице больше не было улыбки. Он нахмурил свои красивые брови и спросил: “Тебе нравятся розы, которые другие дарят тебе?”

У Нин Цин не было возможности ответить. - Ты!- Роза была аккуратно выброшена в мусорное ведро.

Нин Цин сердито топнула ногой и сказала: “Лу Шаомин, что ты делаешь? Почему ты не позволяешь мне принять розу, подаренную другими?”

Она все еще не боялась спросить?

“Нин Цин, разве ты не знаешь, ЧТО ТАКОЕ розы?”

- Я знаю. Я все еще думал, что молодой мастер Лу не знает. Если нет, то, учитывая наше нынешнее положение в отношениях, почему ты никогда не дарил мне роз?”

Лу Шаомин был озадачен.

“Ты не можешь говорить правильно? Нин Цин надула розовые губки и сказала расстроенным тоном: "потому что ты не осознаешь этого подсознательно. Откуда такому старику, как ты, знать, что такое романтика?”

Мужчина поджал губы и ничего не сказал.

Нин Цин повернулась и не стала с ним возиться “ " Сяо Чжоу, пойдем. Пойдем поедим. Мы все еще должны вернуться на съемочную площадку во второй половине дня.”

Сяо Чжоу: "... драка есть драка, но, пожалуйста, отпусти меня.

Нин Цин не сделала ни шагу вперед, потому что мужчина схватил ее за тонкую руку.

Лу Шаомин посмотрел на Сяо Чжоу и смерил ее взглядом. Сяо Чжоу сказал: "Нин Цин, у меня болит живот, мне нужно в туалет. Я поищу тебя позже.”

Сяо Чжоу убежал.

- Сяо Чжоу!- Нин Цин хотела погнаться за Сяо Чжоу.

Но у мужчины была крепкая хватка. Она тут же упала в объятия мужчины. Ее хрупкое плечо все еще билось о грудь мужчины. Это было одно слово: боль.

“Лу Шаомин, что ты делаешь? Почему ты такой грубый? Как только ты увидишь меня, что еще ты умеешь делать, кроме как прикасаться ко мне? Другие не ведут себя так, как вы, когда они встречаются, без роз, без ужинов при свечах, а также без обещания поклясться в вечной любви. Ты просто хочешь воспользоваться мной.”

Лу Шаомин крепко обнял ее. Он никогда раньше не утешал девушку. Глядя на то, как она так агрессивно порхает вокруг, он нахмурил брови и серьезно сказал: “Нин Цин, не суетись, ладно?”

Но его слова не возымели действия. Девушка все еще суетилась. Он был в отчаянии и не мог не смягчить своего тона. - Ладно, детка. Что ты хочешь, чтобы я сделал? Я пойду учиться, как это делается. Тогда все будет в порядке? Романтика? Я способен на это, не презирай меня. Кроме того, я не использую вас в своих интересах, но просто в тот момент, когда я смотрю на вас, я не могу контролировать себя. Я не верю, что другие пары не такие.”

Нин Цин украдкой скривила губы. Она быстро стала невыразительной и нахмурилась, говоря: "Ты действительно хочешь учиться? Вы должны смотреть корейские драмы, смотреть, как другие делают романтику.”

Корейские драмы?

За 31 год жизни Лу Шаомина он ни разу не слышал этого слова. Ему было всего 16, когда он сделал свой мощный вход в корпоративный мир, и он использовал каждую минуту и секунду, чтобы броситься вперед.

И ему никогда не было так скучно, чтобы смотреть сериал.

“Ты не будешь смотреть его? Ты сказал, что пойдешь учиться. Ты опять меня обманываешь.”

Центр красивого лба Лу Шаомина был сжат вместе, и три линии пересекали его лоб. Он пошел на компромисс и сказал: “Хорошо, хорошо. Пойду посмотрю корейские драмы. Будет ли все улажено, когда я пойду смотреть на них?”

- Вот это уже больше похоже на правду. Отпусти меня, быстро.”

Лу Шаомин поднял обе руки, признавая свое поражение, и отпустил ее.

Маленькое личико девочки слегка покраснело. Она надулась, надула свои нежные щечки и все еще сердилась. Она по-прежнему не обращала на него внимания, подняла ноги и повернулась, чтобы уйти.

- Нин Цин, куда ты идешь?”

“Я собираюсь пообедать. Я очень занят днем, молодой господин Лу, до свидания.”

Лу Шаомин: "... " он был готов пойти на компромисс, но она все еще игнорировала его?

Нин Цин сделала два шага, и внезапно весь ее мир закружился. Ее подняли и посадили на плечи мужчины.

Его плечи были исключительно крепкими. Когда они ткнули ее в живот, Нин Цин почувствовала слабую боль. Она протянула руку, чтобы ударить его. “Лу Шаомин, что ты делаешь? Мне больно....”

Он открыл дверь и швырнул ее прямо в комнату.

Нин Цин не устояла на ногах. Все ее существо находилось на длинном столе для совещаний. Вероятно, это была комната для совещаний.

Она хотела встать, но мужчина положил свою большую руку ей на талию. Хотя он не использовал много сил, она не могла встать.

- Лу Шаомин, отпусти меня. Это чье-то другое место; кто-то придет в любое время…”

Ее нежные щеки были прикрыты большими ладонями мужчины. Он подошел сзади, и в его низком очаровательном голосе прозвучала дерзкая грубость. Он произнес четыре слова: "это место мое.”

Это была его территория.

Нин Цин, “…”

- Нин Цин, говори. Что именно произошло? Почему ты вдруг так со мной обращаешься? Ты больше не хочешь встречаться со мной? Или тебе кто-то угрожает?”

Нин Цин молчала 3 секунды и отрицала это. “Нет.”

“То ли никого нет, то ли ты не осмеливаешься сказать? Скажи мне, дело, связанное с Лю Вэньлуном, когда твою маму ударили... когда она положила на тебя глаз? Что она хочет сделать? Она хочет, чтобы ты ушел от меня?”

- Нет, Лу Шаомин. Отпусти меня.”

“Вы говорите неправду, не так ли? Детка, почему ты такая упрямая? Ты знаешь, что из-за тебя мне очень хочется тебя ударить?- Сказал Лу Шаомин, поднимая ее чонсам и используя силу, чтобы потянуть. Па! Он крепко шлепнул ее по упругой попке.

Нин Цин было так больно, что у нее выступили слезы. Этот грубый человек. Но это делало ее еще более застенчивой и смущенной.

Ее маленькая рука потянулась к спине, чтобы натянуть защитные шорты. Она хотела прикрыться и вести себя прилично. Ее голос дрожал, и она плакала, ругая его. “Лу Шаомин, ты совершенно бесстыден!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 237: Переговоры

Услышав ее упрек, он только тогда понял, что его действия были неуместны.

Он опустил глаза, чтобы взглянуть. Его тело мгновенно напряглось, и он сглотнул слюну.

- Лу Шаомин, отпусти меня.- Нин Цин подошла, чтобы отмахнуться от его большой ладони.

Мужчина замер на несколько мгновений, и Нин Цин воспользовалась случаем, чтобы отпустить его руку, и снова натянула свои защитные шорты. Ее маленькая попка болела так сильно, что его пощечина была слишком сильной, и теперь на ней, вероятно, остались красные отметины.

Нин Цин встала.

Она еще не встала, а мужчина уже прижимал ее к земле сзади “ "детка..." его голос был невероятно грубым. Он обхватил ее тонкую талию одной рукой и подошел, чтобы поцеловать.

Мужчина торопливо поцеловал ее, и воздух, исходивший от кончика его носа, прошелся по ее упругой коже. Было так жарко, что Нин Цин растерялась.

“Лу Шаомин, что ты делаешь? Не будь такой... - Нин Цин сопротивлялась, и она повернулась всем телом, желая вырваться из его объятий, но мускулистая рука мужчины на ее мягкой талии крепко прижала ее к Земле. Как будто он хотел разбить ее вдребезги.

Маленькое изящное личико Нин Цин стало пунцово-красным. Она не могла дышать слишком хорошо, и ее живот болел из-за давления. Она подошла, чтобы убрать его руки.

Дотронувшись до его руки, она нащупала ее под тонкой рубашкой. Она чувствовала, как кровь течет в его руках из-за его огромного желания, и он пытался держать его под контролем. Кровь текла яростно и злобно, она была полна энергии зверя.

“Лу Шаомин ... а... - он был действительно очень груб,и он надавил на ее талию одной рукой, удерживая ее.

Радужки Нин Цин сузились. Этот человек…

“Лу Шаомин, если ты будешь продолжать в том же духе, Не вини меня за невежливость!- Нин Цин пнула мужчину своим тонким острым каблуком, и тот съежился от боли. Он ослабил хватку, и Нин Цин воспользовалась шансом обернуться. Она согнула правое колено и врезалась прямо в его ключевое место.

“Sii.- Лу Шаомин не был настороже и от боли отступил на несколько шагов назад.

Его красивые черты лица были плотно сжаты, а в черных глазах был слой красного. Она напала на него, и он не мог не рассердиться на нее. - Нин Цин, ты хоть понимаешь, что сейчас делаешь? Будьте осторожны, не разрушайте нашу жизнь в будущем.”

Он добавил дополнительный акцент, когда произносил слово "жизнь".

Выражение лица Нин Цин было не слишком приятным, и, глядя на то, как он выглядел сейчас, он так торопился, что не расстегнул ремень, а сразу же принялся расстегивать молнию на брюках, как будто не прикасался к женщине уже несколько сотен лет.

“Лу Шаомин, кто хочет жить с тобой? Кто ты для меня? Я собираюсь оставить себя ради мужа. Если ты не хочешь жениться на мне, то не трогай меня. Кого бы вы ни хотели любить, идите и живите с этим человеком.”

Нин Цин повернулась, чтобы уйти.

Дверь с грохотом захлопнулась.

Лу Шаомин лежал на стене и торопливо дышал. Он никогда раньше не попадал в такую переделку, и самообладание, которым он всегда гордился, исчезло где-то в тот момент, когда он встретил ее.

Его тело все еще ощущало дискомфорт, и когда он закрыл глаза, все, что он чувствовал, - это ее сопротивление в его объятиях. Она никогда раньше не сопротивлялась ему. Иногда, когда он целовал ее, она, хотя и была застенчива, молча позволяла ему это делать.

Всякий раз, когда он хотел что-то сделать в течение месяца, что они встречались, она не могла убежать от этого.

Но со вчерашнего дня все начало меняться.

Она отдалялась от него.

Он терпеть не мог, когда она отдалялась от него.

Что она сказала? Он не хочет жениться на ней?

Лу Шаомин сунул большую руку в карман и достал жесткую коробочку в форме сердца. Он открыл коробку, и в ней оказалась пара обручальных колец.

…

Нин Цин провела вторую половину дня на съемочной площадке. Ее телефон был очень тихим. Лу Шаомин больше не посылал ей никаких сообщений.

В шесть вечера она ушла с работы и отправилась домой.

Она не села в лимузин, а предпочла идти домой пешком.

Когда она повернула и зашла в укромный уголок, рядом с ней внезапно появился внедорожник, и из него выскочили трое страшных мужчин, одетых в Черное. Один из мужчин прикрывал рот Нин Цин влажным полотенцем.

- Помоги, у... - Нин Цин отчаянно сопротивлялась, но не могла сравниться с ним в силе. Мужчина затащил ее в машину.

- Стойте, ребята, кто вы такие? Внезапно у входа в переулок появилась группа людей.

Человек, одетый в Черное, увидел эту группу и быстро отпустил Нин Цин. Экипаж поспешно сел в машину. Они нажали на акселератор и в мгновение ока уехали,

“Не убегай. Быстро гонитесь за ними, - приказал Чжу жуй группе телохранителей позади него.

- Секретарь Чжу ... - в этот момент ноги Нин Цин подкосились, и она упала на землю.

Чжу жуй быстро протянул руку, чтобы схватить тонкую руку Нин Цин, и Нин Цин схватилась за ее грудь, наклонилась, и ее неудержимо вырвало.

- Мадам, с вами все в порядке? Прекратите погоню. Быстро, доставьте мадам в больницу.”

- Да, сэр.”

Нин Цин рвало до тех пор, пока из ее глаз не потекли слезы. Она подняла глаза и сказала Чжу жую: “в этом нет необходимости, секретарь Чжу. Я не знаю, что со мной происходит в последнее время. Меня всегда тошнило, и только сейчас, когда я почувствовала странный запах полотенца, меня вырвало. Я в порядке. Ах да, секретарь Чжу, как вы оказались здесь с этой группой людей?”

- Мадам, это президент беспокоится о вас. Он просил нас прийти и защитить тебя. Не волнуйтесь, мадам. В будущем вам не придется беспокоиться о проблемах, связанных с безопасностью, вокруг есть президент.”

“Тогда где сейчас Шаоминг?”

- О, президент уже уехал домой, чтобы встретиться с мадам.”

“Окей. Нин Цин милостиво кивнула и сказала: "я в порядке. Я просто немного устала. Мой дом не так уж далеко. Тогда Отвези меня домой.”

“Конечно.”

…

Лу Шаомин вернулся на виллу семьи Лу. Сун Яцзин и Чжоу Чжилэй были на вилле, и у них недавно сложились хорошие отношения, как у дуэта матери и дочери, которые не могут быть отделены друг от друга, и они оба готовились к обеду.

- Шаоминг, а почему ты вернулся именно сейчас? Почему вы не позвонили нам заранее? Это такое совпадение. Тогда давайте поужинаем вместе” - воскликнула сон Яцзин, улыбаясь.

У Лу Шаомина было нормальное выражение лица, и он кивнул головой. “Окей.”

Чжоу Чжилэй увидела, что он хочет остаться на ужин, и на ее лице быстро появилась улыбка, когда она сказала: “старший брат мин, присаживайся.”

Все трое сидели за длинным обеденным столом, и горничная подавала блюда.

Лу Шаомин спросил: "Мама, когда папа возвращается в Ти-Сити?”

- Возможно, ему понадобится еще один или два месяца. Сун Яцзин была озадачена, когда она сказала: "Шаомин, почему ты спрашиваешь о своем отце прямо сейчас? Когда тебе исполнилось 16 лет, ты сам принимал все решения. Ты никогда не полагался на своего отца. У вас есть какие-нибудь важные вопросы, которые вы хотели бы обсудить с вашим отцом?”

- Да, разве брак считается чем-то большим?”

- Что?- Сун Яцзин и Чжоу Чжилэй замерли.

Свет в столовой освещал красивое лицо мужчины и придавал ему завораживающий блеск. Лу Шаомин схватил правой рукой пару палочек для еды и не поднял глаз. Он изящно вытер уголки губ салфеткой, лежавшей на обеденном столе, и с непринужденной улыбкой сказал: “Мама, я влюбился в девушку, я хочу на ней жениться. Вы также знаете этого человека. Она-Нин Цин.”

Сун Яцзин резко шлепнула палочками по столу: "я не согласна!”

Темные глаза Лу Шаомина были темными и не могли отразить в них ни единого луча света, а его губы изогнулись в легкую дугу, когда он сказал: “Мама, тогда кого бы ты одобрила? Ее? Лу Шаомин взглянул на Чжоу Чжилэя, который сидел напротив него, и у него не было особого выражения лица, когда он сказал: “Все в порядке, она может быть вашей невесткой. Очень жаль, что вам придется искать другого сына, чтобы это произошло.”

Чжоу Чжилэй положила обе руки под стол. Она втайне сжала их в кулаки. Этот человек был так жесток и равнодушен к ней. Они были влюблены друг в друга с самого раннего детства, но с годами он относился к ней все более и более холодно.

- Ты!- Спокойное выражение лица Сун Яцзин наконец начало давать трещину.За последние несколько дней все условия, которые она дала Нин Цин по телефону, Лу Шаомин теперь выполнила.

Он прямо сказал ей в лицо, что собирается жениться на Нин Цин.

За короткий промежуток времени в 3 месяца он действительно влюбился в нее снова.

- Мама, если ты не хочешь найти нового сына, то мой сегодняшний визит должен поставить тебя в известность. Это не переговоры.”

- Шаомин, я уже показал тебе грязное прошлое Нин Цин. Она в самом деле не влюблена в вас; почему вы должны интересоваться ею?”

- Кто это сказал?"Лу Шаомин нахмурился, и его красивый лоб был оборонительно напряжен, когда он сказал: “Она, она сердилась на меня в течение последних 2 дней. Вчера вечером она не позволила мне поужинать у нее дома. Сегодня утром мне все еще приходилось утешать ее, и она заставила меня посмотреть корейскую драму. Я хотел прикоснуться к ней, но она пнула меня ногой и повернулась, чтобы уйти... но я просто влюбился в нее. Как будто я нахожусь под ее чарами, и я только хочу быть вместе с ней.”

Сон Яцзин широко раскрыла глаза и недоверчиво покачала головой. - Это безумие... Лу Шаомин, ты действительно так баловал женщину? В это невозможно поверить…”

- Ха, мам, два дня назад она была совсем не такой. Она была послушна и слушала меня. Но пару дней назад ее мать сбил мотоцикл. У нее всегда было расстроенное выражение лица, когда она смотрела на меня. Она презирала меня и отдалялась от меня. Как будто она больше не хотела встречаться со мной. Мам, а ты знаешь, почему?”

Сун Яцзин замерла и холодно фыркнула, прежде чем спросить: Она тебе на что-то жаловалась?”

Лу Шаомин пожал плечами и сказал: “Мама, она ничего не сказала. Неужели ты не можешь признаться, что угрожал ей и заставил ее уйти от меня? Может быть, она и может оставить меня, но я не могу оставить ее; мне будет очень больно. Мы оба знаем, что происходит, так что не причиняй ей больше вреда, ладно? Я все объясню; не пытайте меня в будущем, хорошо?”

Лицо Сун Яцзина было одновременно красным и белым, и она никогда в жизни не видела, чтобы он так разговаривал. Она никогда раньше не слышала ничего подобного. Оказалось, что любовь может быть такой.

Это было действительно так странно.

Она выросла в богатой семье с юных лет, и она вышла замуж в семью Лу, когда обе семьи устроили брак в надежде на дальнейшее сотрудничество. Она подумала о доходах, которые могла бы получить ее семья. Какое там место для романтики? Что такое любовь?

Она не стала утруждать себя этим.

Но в простом тоне сына она услышала твердую решимость в его словах, и эта фраза: “Сейчас я тебе все расскажу...” - прозвучала скорее как угроза по отношению к ней.

Он действительно говорил с ней так только из-за этой женщины? А как же его воспитание?

Сун Яцзин был вне себя от ярости. У Лу Шаомина зазвонил телефон.

Он поднял трубку и сказал:”

Услышав, что сказал человек на другом конце провода, Лу Шаомин повесил трубку, не сказав ни слова.

Он повернул голову и посмотрел на сон Яцзина. Если секунду назад выражение его лица можно было считать теплым и простым, то теперь оно было острым и свирепым, как у ястреба, когда он сказал: “Мама, Лю Вэньлуна недостаточно. Тебе мало матери Нин Цин, а теперь ты приказал кому-то похитить Нин Цин?”

Сун Яцзин застыла, и она сказала: “я не знаю, о чем ты говоришь.”

Лу Шаомин глубоко вздохнул и, подняв брови, выплюнул 6 слов: “это будет в последний раз.”

- Что?- Сун Яцзин ничего не понял.

“Это последний раз, когда я буду терпеть твои действия.”

Глаза Сун Яцзин вспыхнули, и взгляд ее стал острым.

Лу Шаомин приветствовал ее взгляд и поднял брови. Он медленно улыбнулся и сказал: “Мама, неужели ты думаешь, что я не могу оставить семью Лу? Или это из-за того, что семья Лу не может оставить меня?”

Глаза Сун Яцзин сузились. Он…

С тех пор как появился этот человек, он вообще не смотрел ей в глаза, но Чжоу Чжилэй слушала и чувствовала, как ее лицо краснеет, а сердце учащенно бьется. Да, это было именно такое чувство. Этот человек, имевший высокий статус в обществе, обладал природной дикостью и высокомерием, и она полностью преклонялась перед его сильной и могущественной аурой.

Лу Шаомин был как сын с небес. С юности он совершил невероятные подвиги в корпоративном мире, и когда он создал Guang Qing, когда ему было 16 лет, это создало ударные волны на Уолл-Стрит в Америке. Он был самым замечательным потомком семьи Лу за всю ее историю, и он заставил их гордиться своими достижениями.

Не было никого, кто мог бы сравниться с ним.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 238: Мадам, Мисс Нин, Кажется, Беременна.

Все его сегодняшние достижения были основаны на его собственной мудрой и дальновидной стратегии. Он был способен достичь этого уровня величия шаг за шагом; это не имело ничего общего с семьей Лу.

Лу Шаомин лениво откинулся на спинку стула. Он не нахмурился. Его темные глаза были глубокими и угрожающими, когда он сказал: "Мама, на самом деле есть много братьев, поддерживающих семью Лу. Успех как имперской корпорации, так и территорий Лу был ошибочно приписан. Этот успех всегда был в центре внимания для других, чтобы соперничать за него на поверхности. В то время, когда ты вышла замуж за папу, ты уже была матриархом всей семьи Лу? Нет. Неужели папа всегда мог так небрежно путешествовать по миру со стариком Чжоу? Мог ли он так небрежно оценивать картины и наслаждаться музыкой? И тоже нет.

“Ты настаиваешь на том, что вы с папой можете стоять на вершине богатства Лу и получать одновременно восхищение и уважение, и поэтому действуете так опрометчиво. Это все потому, что у тебя есть сын, и его зовут Лу Шаомин! Кто научил вас вести себя так высокомерно по отношению к человеку, на которого вы полагаетесь?”

Сун Яцзин дрожала всем телом. “Вы….”

Лу Шаомин продолжил с улыбкой и сказал: "Мама, честно говоря, ты успешная мать. Вы с юных лет возлагали на меня большие надежды. Я исполнил их все. Я прямолинеен и конфронтационен в корпоративном секторе, и я могу производить облака одним поворотом руки и дождь другим. Разве это не все, чего ты хотела? Мама всегда была умным человеком. Почему вы не понимаете, что такой человек, как я, преуспевающий человек в возрасте 31 года, все еще нуждается в ком-то, чтобы вмешиваться в мой брак или мою жизнь?

Пока он говорил, Лу Шаомин медленно поднялся. - Мам, ты все тщательно обдумываешь. Статус сына семьи Лу-если вы хотите, чтобы я взял его на себя, я это сделаю. Если вы не хотите, чтобы я это делал, я тоже не слишком заинтересован в этом. Отношения между нами как матерью и сыном всегда были поверхностными. Если вы настаиваете на том, чтобы оттолкнуть меня, тогда я буду ждать вас до того дня, когда вы нуждаетесь во мне, чтобы обеспечить вашу пенсию. Я вернусь только тогда.

Лу Шаомин направился к главным дверям, не оборачиваясь. “Вся жизнь, которую мать вела до сих пор, была основана на том, что ты можешь получить. Я надеюсь, что ты сможешь правильно взвесить свои силы. Моя последняя фраза была бы: "Нин Цин-это мой итог, я надеюсь, что ты больше не прикоснешься к ней!"”

- Бах!- Главные двери виллы были закрыты.

Сун Яцзин была вне себя от ярости и почти не могла отдышаться. - Нефилиальный сын ... этот нефилиальный ребенок, чем эта женщина его околдовала? Он даже не хочет больше иметь собственную фамилию!”

- Тетя, не сердитесь слишком. Это нехорошо для тебя. Чжоу Чжилэй быстро подошел к ней, чтобы успокоить.

В этот момент подошел старый дворецкий семьи Лу. “Мадам.”

Сун Яцзин была эмоционально расстроена, она ударилась о поверхность стола и спросила его: “что не так с сегодняшним днем? Кто именно приказал кому-то похитить Нин Цин?”

Она действительно никому не приказывала похищать Нин Цин.

Личность Лу Шаомина была холодной и спокойной. Он всегда был настороже. Она приказала кому-то ударить Юэ Ваньцина только для того, чтобы дать небольшое предупреждение Нин Цин. Она не осмеливалась прямо прикоснуться к Нин Цин.

Как сказал Лу Шаомин. Он имел огромное влияние в семье Лу, а также был преемником всей корпорации Лу.

Старый дворецкий, казалось, колебался, и он сказал: “Мадам, я уже попросил кое-кого расследовать это дело. Фургон, который намеренно похитил Нин Цин, покинул переулок и растворился в воздухе. Его следы кажутся крайне подозрительными.”

Сун Яцзин прислушался к его словам и на мгновение замолчал. Она посмотрела на старого дворецкого и сказала:…”

Старый дворецкий кивнул головой и сказал:…”

Па! Сун Яцзин ударилась о поверхность стола. В ее глазах горел огонь. Она стиснула зубы и сказала: "Такой хороший ход — подставить кого-то другого! Этот Нин Цин, оказывается, тот, кого я не могу недооценивать!”

В этот момент зазвонил сотовый телефон. Кто-то звал ее.

Сун Яцзин взглянул на номер. Она успокоила гнев в своем сердце и ответила на звонок. - Здравствуйте, Мисс Нин…”

- Привет, Мам.- Нин Цин стояла на балконе своей виллы. Одна ее рука была в кармане, и она смотрела на прекрасный ночной вид города издалека.

- Мисс Нин, те люди, которые похитили вас, были наняты вами. Ты хотел подставить меня за это?”

- Хех. Нин Цин медленно скривила губы в улыбке. Оба ее глаза сверкали ярче, чем звезды на ночном небе. Под искрами было что-то ледяное. - Мама, о чем ты говоришь? Я не понимаю? Этот прием притворства немым и немым... мама научила меня этому.”

Сун Яцзин приказала кому-то ударить ее мать. Когда она позвонила ей по телефону, чтобы задать вопрос, она ответила этой строкой, и теперь она давала ей попробовать свое собственное лекарство.

Сун Яцзин закрыла глаза и глубоко вздохнула. Оба глаза были на грани стрельбы огнем. - Мисс Нин, то, как вы сейчас разрушаете наши отношения, вы когда-нибудь думали о последствиях?”

Нин Цин пошевелилась, и у нее был легкий смех, когда она сказала: “я обдумала это. Разве Шаоминг не пошел тебя искать? Мама хотела причинить мне вред. У меня определенно нет способности защитить себя, но у меня есть Шаоминг. Он любит меня, поэтому я полагаюсь на его любовь ко мне.”

- Мисс Нин, вы используете его таким образом.…”

“Мама. Нин Цин прервала ее слова и сказала: "Никогда не говори, что я использую его. Если бы не он, я бы до сих пор не принимал твоих бесчисленных препятствий и оскорблений. Я люблю его, поэтому, как бы тяжело это ни было, я не откажусь от него. Он любит меня. То, что он делает прямо сейчас, - это то, что он должен делать. Я, Нин Цин, достоин той любви, которую он питает ко мне.”

Сун Яцзин тихо выдохнула через грудь и сказала: “значит, этот твой призыв-продемонстрировать свою силу?”

“Если мама думает, что я демонстрирую свою силу, значит, так оно и есть. После всего этого мама должна понять, что, что бы ни случилось со мной сейчас, Шаоминг будет винить во всем тебя. Так как мать не может принять меня, тогда мы придем к соглашению. Никогда не причиняйте вреда моей семье или друзьям, и я не причиню вам неприятностей.”

- Ты!”

- Мама, я все еще надеюсь, что мы сможем быть счастливой семьей. Заставляя Шаоминга выбирать между нами... неужели ты совсем не жалеешь его?”

Она так жалела его, что от всего сердца относилась к Сун Яцзин как к родной матери.

На другом конце провода было тихо, потом она услышала знакомый гул. Сун Яцзин закончила разговор.

…

- Чудовищно! Сун Яцзин сердито швырнул телефон на землю.

- Мадам, мы хотим... - дворецкий попросил разрешения.

- Хочешь сделать что? Разве ты не слышал, что сказал мне Шаоминг? Мы должны начать молиться, чтобы Нин Цин не столкнулась с какими-либо неприятностями отныне. Если она это сделает, я не знаю, что еще Шаоминг сделает для этой женщины.- Сун Яцзин был вне себя от ярости.

Чжоу Чжилэй почувствовала, как у нее упало сердце. Она знала, что Сун Яцзин идет на компромисс.

Это было правильно. Слова, которые произнес Лу Шаомин, пронзили ахиллесову пяту Сун Яцзина. Независимо от того, насколько выдающейся была Сун Яцзин, остальная часть ее жизни, будущее семьи Лу — все это по-прежнему лежало на плечах Лу Шаомина.

Этот невероятно выдающийся человек обладал способностью заставить любого на земле бояться последствий своего перехода.

В будущем Сун Яцзин никогда лично не пойдет против Нин Цин. Она хотела одолжить Сун Яцзин, чтобы избавиться от Нин Цин, и эта задача становилась все труднее и труднее.

Она определенно была ужасна; эта Нин Цин была слишком хитра!

Она сама не сделала ни одного движения, но использовала план, чтобы позволить Лу Шаомину выйти и атаковать вместо этого.

Она использовала смелую и хитрую стратегию.

Чжоу Чжилэй вдруг вспомнил слова, которые только что произнес Лу Шаомин. Он сказал ... - "Она, она злилась на меня последние два дня. Она не разрешала мне обедать в ее доме. Сегодня утром она хотела, чтобы я утешил ее, и заставила посмотреть корейскую драму. Даже когда я хотел прикоснуться к ней, она пнула меня и ушла.]

Чжоу Чжилэй рассмеялась про себя. Она не знала, что такой холодный и грозный мужчина, как он, может любить женщину и при этом быть таким нежным.

Как они вели себя друг с другом, когда оставались одни?

Он хочет поужинать в ее доме? Что там было так вкусно поесть?

Смотреть корейскую драму? Удивительно, что он вообще мог подумать об этом!

Он хотел прикоснуться к ней?

Сердце Чжоу Чжилэя учащенно забилось.

Если бы он мог так обращаться с ней, она была бы готова умереть за него.

- Мадам, я все еще чувствую, что здесь что-то не так, поэтому сообщаю вам об этом, - осторожно сказал дворецкий.

“В чем дело?”

- Мадам, у Нин Цин в последнее время появились признаки тошноты. И особенно она любит есть кислое. Я не знаю, может быть, она ... беременна?”

“Что ты сказал? Выражение лица Сун Яцзин быстро изменилось, и она мгновенно встала.

Па! Чашка с водой в руке Чжоу Чжилэя упала на землю.

…

На вилле Нин

Лу Шаомин нажал на кнопку звонка, и Нин Чжэнго подошел, чтобы открыть дверь.

- Молодой господин Лу, вы здесь.”

- Дядя, как поживаете? Нин Цин дома?”

“Так и есть. Нин Чжэнго горячо приветствовала его и сказала: "Нин Цин не чувствовала себя слишком комфортно после того, как вернулась. Она была в своей комнате и спала. Может быть, молодой мастер Лу пойдет проведать ее?”

“Конечно. Лу Шаомин поднял ноги и пошел наверх.

В этот момент он увидел Юэ Ваньцина, входящего в дверь. Юэ Ваньцин увидел его и ликовал. - Молодой господин Лу, вы здесь, чтобы искать Цинцин? Останься сегодня на ужин в моем доме. Я пойду готовить блюда!”

- В этом нет необходимости, тетя. Я уйду после того, как взгляну на Нин Цин. Сегодня в офисе еще много дел. Тетя,ваши ноги чувствуют себя лучше?- Вежливо спросил Лу Шаомин.

- Они гораздо лучше. Это только кожа глубокая. Видите, я теперь даже могу ходить...” - говоря это, Юэ Ваньцин сделала два шага вперед и благожелательно улыбнулась. - Молодой господин Лу, даже если у вас есть дела в офисе, вы все равно должны поужинать. Молодые люди должны любить и лелеять свое тело, не стесняйтесь, дома есть посуда.”

Лу Шаомин посмотрел на Юэ Ваньцина и почувствовал тепло в своем сердце. В детстве он не наслаждался материнской любовью. Он думал, что ему это не нужно, но на Юэ Ваньцин он мог видеть тени того, какой должна быть мать, и он чувствовал себя тронутым.

- Спасибо, тетушка.”

“За что ты меня благодаришь? В будущем мы станем семьей. Молодой господин Лу, пойди взгляни на Цинцин.- Юэ Ваньцин спустилась вниз.

Семья…

Услышав эти слова, Лу Шаомин почувствовал, как его эмоции прояснились. До встречи с Нин Цин он никогда не мечтал о теплом доме.

Теперь то, что он хотел, было прямо перед его глазами.

Он взглядом отослал Юэ Ваньцина на кухню, а сам открыл дверь в комнату Нин Цин.

…

Он вошел в комнату и увидел, что девушка спит в постели.

Внутри мягкого розового одеяла свернулся симпатичный маленький шарик. Ее волосы лежали на подушке, и это придавало ей ленивую красоту.

Лу Шаомин почувствовал, как его сердце смягчилось. Он поднял ноги, чтобы подойти к кровати. Она спала, отвернувшись от него. Ее лицо, погруженное в глубокий сон, было размером с ладонь, и она выглядела чистым, невинным ангелом.

“Нин Цин, - тихо позвал он, наклоняясь.

Девушка надула розовые губки и больше не обращала на него внимания. Она повернулась и заснула.

Неужели она не спит?

Лу Шаомин улыбнулся и ласково посмотрел на нее. Она действительно могла притвориться спящей, но сейчас она приняла позу “я очень сердита”, и то, что она имела в виду за этим, было — Иди и утешь меня быстро.

Он опустился на колени на кровати. Он положил правую руку ей на бок и заключил в объятия. - Детка, прости меня. Я не очень хорошо тебя защищал, я все уладил. Никто больше не причинит тебе вреда, обещаю.”

- Хм. Девушка надула вишневые губки, взмахнула ресницами, похожими на крылья бабочки, и не обратила на него внимания.

“Что касается того, что случилось днем, я знаю, что сделал это не нарочно. Вы вели себя именно так. В таком положении ни один человек не сможет контролировать себя. Разве ты тоже не дал мне пинка? Это мне было неудобно!”

“У тебя хватило смелости сказать, что... - Нин Цин перевернулась и легла ничком. Она ткнула его в грудь своей бело-розовой рукой и сказала: “Ты думаешь, что все мужчины в мире такие же извращенцы, как и ты?”

Лу Шаомин взял ее маленькую ручку и опустил глаза, чтобы поцеловать.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 239: Глупый, Ты Знаешь, Что Беременна

Нин Цин сжала другую руку в маленький кулак, чтобы ударить его по плечу, и дважды съежилась от боли.

Она не закрывала глаз и смотрела на его изысканные черты, которые были увеличены в ее поле зрения, тонкие черты мужчины напоминали греческую скульптуру, они были одновременно размерными и глубоко посаженными, и они были очень точеными, и он был самым красивым мужчиной, которого она когда-либо встречала.

По сравнению с тем, что было до потери памяти, он оставался все тем же человеком, но всякий раз, когда он прикасался к ней, ему нравилось хмуриться. У других мужчин на лицах было спокойное выражение, когда они развлекались, и только он, казалось, был одновременно и доволен, и смущен.

Но ей просто нравится, что он так себя ведет.

В нем было что-то от зрелого мужчины мужского пола.

Они целовались некоторое время, и Лу Шаомин отпустил ее, и он использовал свой большой палец, покрытый мозолями, чтобы погладить ее губы, которые были немного красными и опухшими, и он опустил свой взгляд, чтобы вдохнуть сладкий и ароматный аромат, который исходил из ее носа: “ты больше не сердишься?”

“Да. Нин Цин кивнула головой, и в ее прекрасных глазах появился слой тумана, и это дало намек на привлекательность маленькой женщины.

“В будущем, если у тебя что-то есть, ты можешь просто сказать это вслух. Вам не позволено молчать по отношению ко мне, и более того, вам не позволено использовать других мужчин, чтобы разозлить меня. Я запомнил все, что ты требовала сегодня, и буду учиться медленно, я знаю, что после того, как ты сошлась со мной, ты была обижена слишком много раз, но есть и хорошие моменты знакомства с пожилым мужчиной, и в будущем я буду баловать тебя.”

У него была щетина на подбородке, вчера вечером она не обратила на него внимания, а сегодня утром он не сбрил усы.

Когда он дотронулся до ее кожи, это было очень больно для нее, и она использовала свою маленькую руку, чтобы оттолкнуть его красивое лицо, она ныряла во все стороны, и потому, что мужчина чувствовал себя плохо для нее, ее голос стал более застенчивым и сладким, когда она сказала: “Лу Шаомин, уходи. Ты заставил меня почувствовать боль.”

- Где это болит? Дай мне взглянуть.- Он двумя пальцами ущипнул ее за маленькую симпатичную челюсть, и на ее светлой белой коже появились красные пятна из-за того, что он толкнул ее локтем, и мужчина уже нахмурился, когда сказал: “я даже не использовал никакой силы, почему твоя кожа уже вся красная, а?”

В глазах Нин Цин появился слой влаги, обе линии их видения столкнулись друг с другом, и она быстро посмотрела в другую сторону. Затем она сосредоточилась на изящных ключицах мужчины в его рубашке и, надув губы, сказала:”

- Конечно, я соглашусь на все, что вы скажете. Мужчина одной рукой прижимал его к ее мягкой талии, а другой обнимал за плечи. Он уговаривал ее, когда она была в его объятиях, и он чувствовал, что его сердце болит за нее, когда он обнимал ее в своих объятиях.

Нин Цин взгромоздилась ему на плечо, и ее глаза сощурились в одну прямую линию, а маленькое личико расцвело, как маленький цветок.

Что же ему теперь делать, если она опять не умеет стесняться?

Чувство, что она снова стала отцом, вернулось к ней.

На самом деле она только сегодня днем говорила чепуху, она действительно не хотела, чтобы он это делал, в прошлом Лу Шаомин никогда не согласился бы на те условия, которые она перечислила сегодня.

Она не ожидала, что он сейчас действительно согласится.

Нин Цин обвила руками его шею, и оба ее глаза ярко блестели, и ее голос был сладким и застенчивым, когда она сказала: “муженек, могу я научить тебя быть верным бойфрендом?”

“Что это такое?”

- Это просто парень, который очень хорошо слушает свою девушку.”

“Окей.- Мужчина поджал губы, и в его глазах был горячий взгляд, когда он смотрел на нее “ - конечно, тогда это будет зависеть от того, как вы будете тренировать меня тогда. Разные люди нуждаются в разных методиках обучения, особенно те, кто уже очень зрелый, что касается тех, кто в жару, вы знаете, что вы должны дать мне больше... стимулов.”

Нин Цин быстро закрыла ему рот своей маленькой рукой и сказала: "что ты говоришь , ты опять отпускаешь грязные шутки.”

Лу Шаомин наклонился, чтобы поцеловать ее “ " я просто сделаю это, что ты можешь сделать со мной?”

Нин Цин услышала его слова и быстро набросилась на него, и все ее существо заключилось в его объятия, когда она подошла, чтобы пощекотать его: ” ты все еще смеешь продолжать? Ты боишься или нет?”

Они вдвоем дурачились, когда дважды перекатывались.

Юнь Ваньцин жарила овощи на кухне, и вдруг она заметила бутылку кислых слив на стеклянной стойке, и она была ошеломлена, когда спросила: “Чжэнь го, кто ест эту бутылку кислых слив?”

Нин Чжэнго вынимал овощи из холодильника и говорил: "о, это Цин Цин их ест.”

- Цин Цин? Цин Цин любит есть только сладкое, она никогда не любила есть кислое, почему ее вкусовые рецепторы так внезапно изменились? Подожди минутку... " Юнь Ваньцин подошла к Нин Чжэнго, и она взглянула на холодильник, там были свежие апельсины, лимоны внутри холодильника. Просто глядя на них, он уже мог заставить других пускать слюни из-за своего кислого вкуса фруктов.

- Ван Цин, что случилось? Если Цин Цин любит их есть, пусть она так и делает…”

Юнь Ваньцин была недовольна, когда она взглянула на него один раз, прежде чем сказать: “о чем знает такой человек, как ты? Я ненавижу есть острую пищу больше всего, но когда я была беременна Цин Цин, я выбирала острую пищу только для еды.”

Нин Чжэнго застыл в своих действиях и сказал: "что ты имеешь в виду?”

Юнь Ваньцин была в восторге, когда сказала: ” я все еще не могу быть слишком уверена... эта девушка виновата, она снимала в течение последнего месяца, и только сейчас я поняла, что ее вкусовые рецепторы изменились, если она действительно беременна прямо сейчас, это ее первый ребенок вместе с Шао мин, ее тело очень хрупкое и драгоценное прямо сейчас.. Чжэнь го, ты поможешь мне посмотреть на огонь, а я пойду наверх и посмотрю.”

- Конечно, тогда иди скорее.- Нин Чжэнго тоже был взволнован.

…

Юнь Ваньцин стояла в дверях комнаты, она подняла руку, чтобы постучать в дверь, но прежде чем она успела это сделать, она услышала чистый смех девушки в воздухе, когда она сказала ” " Шао мин, Не поднимай шум... папа и мама увидят это…”

“Не будут, я заперла дверь изнутри.”

Юнь Ваньцин покачала головой, если Цин Цин действительно беременна, как эти двое могут продолжать так дурачиться?

- Тук-тук. Она постучала в дверь и сказала: “молодой господин Лу, Цин Цин, обед готов, выходите и быстро обедайте.”

Этот звук заставил двух людей на кровати замереть: "Шао мин, это моя мать, уходи скорее.- Нин Цин своими маленькими белыми ручками толкнула его в грудь.

Нин Цин поспешно встала, привела в порядок свою одежду, и все, что она могла видеть боковым зрением, был несчастный взгляд мужчины, стоящего на коленях на кровати.

Она тут же наклонилась к его уху и мягко утешила его: “Ладно, ладно, забудь об этом на сегодня. Завтра... разве ты не всегда хотел вернуть меня в свою квартиру?”

Темные глаза Лу Шаомина загорелись, и его взгляд на мгновение стал горячим, он быстро взглянул на девушку и спросил хриплым голосом:”

- Да, правда.”

Лу Шаомин обхватил ладонями ее маленькое личико, и он был в хорошем настроении, когда поцеловал ее в уголок губ: “все равно моя собственная женщина лучше.”

Нин Цин использовала свою маленькую руку, чтобы ударить Хм, и ее глаза закатились, когда она сказала: "перестань болтать языком, быстро иди обедать.”

“Я буду подчиняться твоим приказам, дорогая крошка. Они оба расплылись в улыбке, и они были сладко влюблены, и романтика между ними была выше всяких слов.

….

Двое из них спустились вниз, и в этот момент зазвонил ручной телефон Лу Шаомина, он поднял трубку и сказал: “дядя, тетя, в компании есть срочное дело. Я уйду первым, спасибо за ужин, я приду в следующий раз.”

- Молодой господин Лу, обед уже готов, поешьте перед уходом.- Нин Чжэнго и Юнь Ваньцин пытались убедить его не уезжать.

- Нет, спасибо. Лу Шаомин отверг их, Но девушка, стоявшая рядом с ним, дернула его за рукав, и та, надув маленькие розовые губки, жалобно посмотрела на него. Она сказала: "Шао мин, поешь сначала, прежде чем идти на работу, тебе не нужно много времени, чтобы съесть лук риса, я зачерпну его для тебя, после того как ты закончишь, ты можешь быстро уйти.”

Взгляд Лу Шаомина смягчился, и он, не решаясь отвергнуть ее, кивнул головой.

Нин Цин радостно провела его на кухню.

Она лично зачерпнула миску риса для него, и положила пару палочек для еды в центр его ладони, они оба не пошли к обеденному столу, и Юнь Ваньцин подал вкусные блюда на стеклянную стойку. Нин Цин зачерпнула для него миску супа, и они вдвоем встали, пока ели.

Человек ел очень быстро, и была проблема, которая возникла в проекте от компании, и ему нужно было спешить обратно как можно скорее.

Но как бы быстро он ни ел, его элегантная и уравновешенная манера держаться нисколько не изменилась, он не издавал ни звука, когда ел, и держался левой рукой за миску, и каждая минута, проведенная им за едой, была похожа на учебник.

Нин Цин поднесла куриный суп к его губам и сказала сладким и застенчивым тоном: "муженек, возьми в рот этот суп.”

“Окей. Лу Шаомин отхлебнула из ложечки, которую держала в маленькой руке, почувствовала, что она очень вкусная, и снова опустила взгляд, чтобы выпить остаток супа, который был у нее в руках.

Услышав, как он сглотнул своим сексуальным кадыком, Нин Цин расплылась в улыбке, изогнув брови: "муженек, ты все еще хочешь большего?”

“Я больше не хочу. Лу Шаомин покачал головой.

Он никогда в жизни не ел так, как сейчас, стоя на кухне, чтобы поесть, но он чувствовал, что это было тепло и сытно, тарелки на стеклянной стойке были полны того, что подавали Нин Чжэнго и Юнь Ваньцин, и оба они благосклонно приказали ему съесть еще, а затем ушли, позволив ему и Нин Цин иметь некоторое пространство.

Свет в кухне был светло-желтый, и он освещал изящное маленькое личико девушки, придавая ей изысканный и теплый вид, и она, встав на цыпочки, кормила его супом и тихо звала: “муженек.”…

Все, казалось, были наполнены чувством дома.

Покончив с едой, Лу Шаомин передал свою миску Нин Цин и сказал: "Теперь я сыт.”

Хотя этот человек был уравновешен, но он никогда не тратил впустую ничего хорошего, миска была очень чистой, и в ней не осталось даже одного зернышка риса. Другие мужчины могут съесть по две миски риса.”

- Я больше не буду пить. Сегодня я немного поела у мамы.”

“О. Нин Цин посмотрела в сторону гостиной и быстро поцеловала его в тонкие губы, а потом сказала: “тогда быстро уходи, муженек. Будьте осторожны по пути туда.”

“Окей.- Лу Шаомин попрощался с двумя старейшинами и сел в "Бентли".

Когда машина завела двигатель, он все еще мог видеть девушку, стоящую у двери и смотрящую на него из зеркала заднего вида, и восхищение в ее глазах было очевидным, когда она провожала его взглядом.

Лу Шаомин чувствовал, что все его существо было погружено в слой мягкого сияния, он искал повсюду в течение этих нескольких лет, и оказалось, что он хотел такую девушку, как она.

Она заставляла его чувствовать себя удовлетворенным.

И заставляла его чувствовать себя таким ... блаженным.

…

"Бентли" исчез в поле ее зрения, и только тогда Нин Цин с тоской закрыла дверь.

Она вошла в столовую, и Юнь Ваньцин взял миску рыбного супа, когда она вышла: “Цин Цин, быстро выпей свою миску рыбного супа.”

- Мама, что это?- Нин Цин почувствовала рыбный запах супа и на мгновение почувствовала, что ей нехорошо, она быстро подбежала к мусорному ведру, наклонилась и схватилась за грудь, когда ее вырвало.

После того, как она закончила рвать, ей передали бутылку кислых слив, глаза Нин Цин загорелись, и она протянула руки, чтобы взять ее: “мама, как ты узнала , что я хочу это съесть, Спасибо, мама.”

Но Юнь Ваньцин убрала свою руку, и она посмотрела на Нин Цин с неудовольствием в глазах, когда сказала “ " глупое дитя, ты знаешь, что беременна?”

Глаза Нин Цин сузились, и она выпрямилась: "мама, о чем ты... говоришь?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 240: хотя еще и двух месяцев не прошло, он доставил вам неприятности

- Цинцин, мама сказала, что ты беременна! Юэ Ваньцин уверенно кивнула головой.

По глазам Нин Цин было видно, что она в растерянности. Она посмотрела вниз. Маленькая белая рука понемногу коснулась ее живота, и она, не смея поверить, покачала головой. - Мама, не может быть...у меня были месячные в прошлом месяце. В этом месяце я ничего не делал с Шаомингом…”

- Цин-Цин. Юэ Ваньцин взяла маленькую ручку дочери и сказала: “мама не ошибется в этом. Вы на 100% беременны. Когда женщина находится на первой стадии беременности, у нее будет небольшое кровотечение. У вас было немного в прошлом месяце, и это закончилось через 2 дня. Тогда вы сказали, что у вас болит живот. Мама тоже не обратила на это внимания.”

Пока она говорила, Юэ Ваньцин дважды коснулась живота Нин Цин. - Послушай, даже когда я прикасаюсь к нему, мне кажется, что твой живот стал больше. Это все еще немного трудно. Когда я отсчитываю назад, кажется, что ты уже на третьем месяце беременности.”

Нин Цин не знала, что она сейчас чувствует. Она опустила глаза и посмотрела на свой маленький животик, который немного выпячивался. Она только что подумала, что растолстела.

В последнее время она была сонной, голодной…

Может ли это быть?

В глазах Нин Цин отражалась вода. Неужели сейчас в ее желудке действительно живет маленькая жизнь?

Отсчитывая назад количество дней, этот ребенок, вероятно ... был зачат на 30-й день лунного года. Это был его — Лу Шаомин.…

- Цинцин, завтра мама поедет с тобой в больницу на УЗИ. Беременность-это большое дело; вы должны особенно усердно заботиться о своем первом ребенке.”

- Мама, твои ноги не подвижны. Завтра я попрошу Сяо Чжоу сопровождать меня. Не волнуйтесь, я дам вам знать результаты в первую очередь.”

…

На следующий день, в больнице

Доктор посмотрел на диагностический отчет и улыбнулся. - Поздравляю, Мисс! Ты беременна. Сегодня 11-я неделя. Прошло уже почти 3 месяца.”

“О боже мой!- Сяо Чжоу недоверчиво прикрыла рот ладонью.

Сегодня Нин Цин была одета в свободное платье. На ней были остроконечные блестящие туфли на плоской подошве, и она ласкала живот своей маленькой рукой. Она нервно улыбнулась и сказала: “доктор, 2 недели назад у меня было небольшое кровотечение. Хотя это было не так уж много, мой желудок сильно болел. В это время кто-то пнул меня в спину. Мой муж и я, возможно...мы могли бы слишком волноваться... мой ребенок в порядке, не так ли? Здоров ли он?”

…

Впервые став матерью, Нин Цин сообщила доктору все свои подробности, и как только она вспомнила о том, что произошло в Финляндии, ей захотелось умереть от сожаления.

Она уже была беременна и все еще подвергала себя опасности. Этот человек дал ей мощный пинок в спину. В гостиничном номере она и Лу Шаомин все еще вели себя так же…

Он был сверху, и это было немного глубоко.

Конечно, она чувствовала боль.

Это был ребенок, которого Шаомин оставила ей, но она не была компетентной матерью.

Доктор утешил ее улыбкой и сказал: “Теперь об обследованиях. Ребенок очень здоров. Ваше личное здоровье также соответствует стандартам. И ваша ци, и кровь хороши. Ясно, что вы жили хорошо в течение этого периода времени. Беременность отличается от человека к человеку. Некоторые люди подвергаются незначительному кровотечению на начальных стадиях. Такого рода события обычно длятся один или два дня. Если продолжительность слишком велика, то мы беспокоимся, что это выкидыш, нужно защитить ребенка тогда.

- Что касается боли в животе. Это определенно связано с тем, что вас пинают в спину, а также с вашей деятельностью с мужем. Этот шаг слишком опасен. Легко кончить с выкидышем. У меня большой опыт общения с беременными женщинами. Многие беременные женщины делают несколько шагов, чтобы дойти до берега, и в конечном итоге у них случается выкидыш. Есть так много таких, как вы, прыгающих вокруг и попадающих в опасные ситуации, но все они в порядке. Говоря об этом конкретно, беременность-это чудесная вещь. Как мать, вы должны помнить о судьбе ребенка.

- Ты и судьба твоего ребенка тесно переплетены. Он, вероятно, полагается на вас. Возвращайся и хорошенько отдохни. Что касается отношений между парой, то вы можете сделать это соответствующим образом через 3 месяца, но для вас двоих неразумно быть слишком страстными.”

Нин Цин встала и сказала: “доктор, спасибо.”

…

Они сидели на длинной скамье в больничном коридоре. Сяо Чжоу погладил живот Нин Цин и сказал: “Нин Цин, я все еще не могу поверить, что ты действительно беременна. Внутри есть маленький молодой мастер Лу или маленькая Нин Цин! О боже мой. Вы оба так хорошо выглядите и умны; как же будет ваш ребенок? Я так рада это знать.”

Нин Цин осторожно коснулась своего живота и сказала: “Сяо Чжоу, у меня есть инстинкт, что это будет маленький молодой мастер Лу.”

- Маленький Молодой Господин Лу, Маленький Молодой Господин Лу ... - Сяо Чжоу обошел вокруг живота Нин Цин и посмотрел направо и налево. Она была очень взволнована. - Нин Цин, сейчас самое главное-позаботиться о маленьком юном господине Лу. Подожди, пока я вернусь. Я помогу Вам изменить Ваше расписание. Кроме съемок фильма, Не принимайте больше никаких рекламных роликов и выступлений.”

“Окей. Нин Цин кивнула головой и сказала: “ребенок идет первым. Я определенно должен уменьшить свою рабочую нагрузку. Но усталость-это нормально, доктор сказал, что в последнее время я живу хорошо.”

‘

- Айо, Нин Цин, у тебя есть молодой господин Лу, этот питательный суп для души. Посмотрите, как вы двое были так милы в последнее время. Ваши чувства были хорошими, и вы так много едите. Конечно, ребенок будет хорошо воспитан... " Сяо Чжоу внезапно остановилась. Она заметила, что кто-то подозрительно ведет себя на углу коридора, и этот человек смотрел в их сторону. - Эй, кто ты такой? Не убегай!”

Сяо Чжоу хотел броситься в погоню.

“Да, Сяо Чжоу.- Нин Цин протянула руку, чтобы схватить ее, и ее тон был спокоен. “Не гоняйся за ней, эта особа-агент моей свекрови.”

“Твоя свекровь?- Сяо Чжоу ударила себя по бедру и поняла всю ситуацию. Она встревоженно топнула ногой и сказала: “Ты беременна уже 3 месяца, но эти 2 месяца ты была только вместе с этим молодым мастером Лу. Как бы мы это объяснили? Время выбрано не совсем удачно, и это может привести к недоразумениям.”

Нин Цин слегка рассмеялась. Она спокойно откинулась на спинку сиденья и сказала: “правильно, это вопрос, который даже ты можешь придумать. Разве моя свекровь не воспользуется этим моментом? Я не могу сказать Шаомингу, что я его жена, и он подумает, что этот ребенок не его.”

Она думала об этом факторе со вчерашнего вечера.

- Нин Цин, - Сяо Чжоу легонько похлопал Нин Цин по плечу и успокоил ее, сказав: - чего ты боишься? Теперь ситуация изменилась, так как вы беременны. Если дело дойдет до худшего, мы можем просто нарушить обещание на 3 месяца. Неужели молодой господин Лу действительно не хочет тебя и ребенка?”

Нин Цин скривила губы в улыбке. Она дотронулась до своего живота, и в ее голосе прозвучала нежность молодой матери. - Детка, может быть, многие другие люди скажут, что ты приехала не вовремя, но мама считает, что это правильно. Ты пришел в то время, когда папа и мама очень хотели, чтобы ты пришел. Разве ты не лучший подарок, который небеса преподнесли папе и маме? Не волнуйтесь, с мамой Здесь, права и привилегии, которыми вы пользовались бы, как маленький молодой мастер Лу, не будут лишены. Пока папа не вернулся, мама будет хорошо тебя защищать.”

Сяо Чжоу услышал ее слова, и в ее глазах появился блеск. Все эти годы она следовала за Нин Цин. Между ними была какая-то химия. “Нин Цин, ты уже придумала свое решение, верно?”

- Хех! Что касается решения, Разве ты не сказал это только что, Сяо Чжоу?”

…

Гуан Цин, рядом с кабинетом президента

- Мадам, президент занят работой. Сначала я пойду доложу ему... - Чжу жуй вежливо загородила собой Сун Яцзин и старого дворецкого.

Но он не мог этого сделать. Сун Яцзин протянула руку, чтобы открыть дверь кабинета.

Лу Шаомин сидел на офисном стуле и просматривал какой-то документ. Менеджер отдела продаж стоял у своего стола и негромко докладывал Лу Шаомину.

Услышав, что кто-то ворвался в комнату, Лу Шаомин поднял глаза и нахмурил брови.

“Я должен разобраться с этим.”

- Да, Президент.- Ушел менеджер отдела продаж. Когда он встретил Сун Яцзин на выходе, он поклонился и поприветствовал ее: "госпожа.”

Сун Яцзин махнула рукой, и управляющий вышел за дверь.

Чжу жуй в отчаянии посмотрел на Лу Шаомина. Лу Шаомин посмотрел на него, и Чжу жуй понял, что он имеет в виду, и закрыл дверь кабинета.

В кабинете остались только мать с сыном и старый дворецкий.

- Мама, зачем ты меня так срочно ищешь? Неужели ты не можешь подождать хотя бы минуту? Лу Шаомин медленно встал и подошел к Сун Яцзин.

Сун Яцзин принял документы из рук старого дворецкого и передал их Лу Шаомину. - Шаоминг, ты сам посмотри.”

Лу Шаомин не взял документ. Он сунул руку в карман и спокойно сказал: “Мама, если тебе есть что сказать, то говори. Вам не нужно ходить вокруг да около. У меня много работы.”

"Нин Цин беременна, прошло уже 11 недель и почти достигла 3 месяцев.”

Сун Яцзин сказала это прямо, и пока она говорила, она наблюдала за выражением лица Лу Шаомина.

Но она была разочарована.

Потому что выражение лица Лу Шаоминса не изменилось. Он нахмурил брови, скривил губы в загадочной улыбке и сказал:”

“Ты что, не понимаешь? Когда ты легла в постель с Нин Цин? Даты не совпадают. Ребенок в ее животе-ваш ребенок? Шаоминг, я с самого начала говорил тебе — у нее было несколько мужчин до тебя, и она не любит тебя всем сердцем. Послушай, ее оплодотворил кто-то другой. Не обманывайся ею. Семья Лу не могла принять ребенка с неясными корнями.”

“Мама.- Лу Шаомин нахмурился, когда он прервал ее. “Кажется, вы знакомы с моими делами? Разве я не знаю, что ребенок в животе Нин Цин-мой? Не говоря уже о том, когда у мамы появился интерес приказывать кому-то вторгаться в частную жизнь других людей?”

Сун Яцзин на мгновение застыла. Она примчалась, как только услышала о беременности Нин Цин. 3 месяца. Ей было легко догадаться, когда был зачат этот ребенок. Небеса также были на ее стороне. Слова, которые он произнес, наполовину угрожая ей, стали оружием, обязывающим ее предпринять дальнейшие действия. И теперь небеса создали для нее другую дорогу.

Ей нужно было только сказать ему, что Нин Цин беременна уже 3 месяца. Ни один мужчина на земле не смог бы принять женщину, которую они любят, с ребенком другого мужчины в животе.

Он определенно возненавидит Нин Цин и оставит ее.

Если он покинет Нин Цин из ненависти, что еще может сделать Нин Цин, чтобы сразиться с ней?

Но все вышло совсем не так. Реакция Лу Шаомина была слишком ненормальной; она совершенно отличалась от того, что она себе представляла.

- Шаоминг, неужели ты не понимаешь, что говоришь? Вы впервые встретились в Америке. Вы не знаете друг друга уже 2 месяца. Не говори глупостей…”

- Мама, я попрошу тебя только об этом. Сколько месяцев Нин Цин была беременна?”

Все тело Сун Яцзин на мгновение замерло, и у нее появилось неприятное предчувствие в сердце, которое беспокоило ее. “Что ты такое говоришь?”

Вдруг: Кача! Дверь комнаты отдыха в кабинете открылась, и в дверном проеме появилась Нин Цин. Она выглядела так, словно только что проснулась. Она была как в тумане со сном в глазах, когда сказала: "Шаоминг.”

Все трое одновременно посмотрели на Нин Цин.

Нин Цин посмотрела на Сун Яцзин. Ее расслабленное поведение сразу же стало настороженным. Ее тело замерло, и в глазах промелькнул страх. Она вежливо поклонилась и поприветствовала ее: "тетя ... Нет, мадам.”

Песня Яцзин: “…”

Лу Шаомин не мог видеть, как она боится. Он быстро подошел и обнял ее за плечи. Он поцеловал ее в лоб, как будто рядом никого не было, и сказал нежным голосом: Разве ты не устал?”

Пока он говорил, его большая рука скользнула по ее животу. Его голос был абсолютно нежным, когда он сказал: "хотя прошло еще два месяца, он доставил вам неприятности?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 241 - Детка, Тебе Нравится Папа?

Меньше двух месяцев?

Сун Яцзин почувствовала, как у нее зазвенело в ушах. Она, казалось, ничего не понимала.

В больничном отчете четко черным по белому было написано, что она на 11 неделе беременности. Почти три месяца.

Теперь продолжительность беременности сократилась на месяц?

Сун Яцзин сердито посмотрела на Нин Цин. Никто не осмеливался лгать перед ней, тем более обманывать ее ложью!

Нин Цин осторожно посмотрела через плечо мужчины на Сун Яцзин и увидела ее свирепое лицо. Нин Цин в страхе отпрянула назад. Она отпрянула, избегая прикосновения Лу Шаомина. - Шаоминг, не делай этого. Мадам здесь. Она ... кажется несчастной.”

Лу Шаомин увидел, что ее слабые, хрупкие плечи дрожат. Она не знала, что делать, и он нахмурился еще сильнее, когда две ее белоснежные руки легли на живот.

- Мама, ты можешь вернуться, если у тебя ничего нет.- Он открыл рот и велел ей уйти.

Сун Яцзин был в ярости. Она стиснула зубы и уставилась на Нин Цин. “Нин Цин, сколько месяцев ты беременна? Теперь тебе лучше прояснить свои слова. Это ваши отчеты из больницы. Ты беременна уже три месяца, но ты лжешь Шаомингу и говоришь, что ты всего на втором месяце беременности. Каковы ваши намерения?”

Бах! Мягкая спина Нин Цин ударилась прямо о дверь гостиной, когда она в страхе попятилась назад, она побледнела и затрясла головой, как гремучий барабан. “Нет, я не лгал Шаомингу.…”

- Нин Цин!- Лу Шаомин зарычал, схватил тонкую руку Нин Цин и заключил ее в свои объятия. Он погладил ее по спине своей большой ладонью и спросил с большим огорчением: “Скажи мне, куда ты ударилась? Скажи мне, где болит? Ты беременна. Почему ты все еще так беспечен?”

- Шаомин” - Нин Цин взяла его за руку и выглядела очень грустной. - Шаоминг, я действительно не лгал тебе. Поверь мне. Я привыкла терпеть то, что мадам делала со мной, но как она могла сказать, что... ребенок в моем животе на самом деле твой ребенок. Если вы мне не верите, подождите, пока я не буду на четвертом месяце беременности, мы сделаем прокол околоплодных вод, чтобы проверить его ДНК на месте…”

- Нин Цин, - Лу Шаомин обнял ее, посмотрел на ее волосы, поцеловал и бросился уговаривать. - Ладно, детка, не волнуйся, не обижай нашего ребенка. Я тебе верю. Я действительно верю, я верю всему, что ты говоришь, Я люблю тебя, детка…”

Нин Цин была в объятиях Лу Шаомина. Она искоса взглянула на сон Яцзина, подняла бровь ивы, а затем изобразила гордую и вызывающую улыбку.

Сун Яцзин, получив такие провокации, просто подумала, что ее оскорбили. Ее грудь яростно вздымалась и опускалась. Она бросилась вперед, указала на нос Нин Цин и закричала: “Нин Цин, Как ты смеешь разыгрывать передо мной спектакль? Неужели ты не веришь, что я заставлю тебя исчезнуть из этого мира?”

Нин Цин ждала, что она скажет. Как могла хозяйка семьи Лу, которая всегда занимала высокое положение, не впасть в ярость после таких обид?

“Госпожа, госпожа, я ошибаюсь” - Нин Цин оттолкнула Лу Шаомина и бросилась к Сун Яцзин. - Мадам, я знаю, что не могу драться с вами. Не причиняйте вреда моей семье и моему ребенку. Может, мне встать перед тобой на колени? Хорошо, я признаю, что нахожусь на третьем месяце беременности, и этот ребенок не принадлежит...Шаомингу. ”

- Довольно!- Лу Шаомин взял мягкую и бескостную девушку в свои объятия. Его орлиный взгляд метнулся к Сун Яцзин, когда он сказал очень недобрым тоном: "мама, убирайся!”

Сун Яцзин едва не вырвало кровью. - Шаомин, не обманывайся ею, она ... …”

- Секретарь Чжу!”

Дверь кабинета распахнулась, и на пороге появился Чжу жуй. “Президент.”

- Позови охранника и выгони этих двоих, - холодно приказал Лу Шаомин.

- Что... что, - глаза Сун Яцзин расширились, когда она отступила на несколько шагов. - Шаоминг, ты меня выгоняешь? Я думаю, что ты действительно был соблазнен этой женщиной. Ах!”

Несколько охранников ворвались внутрь и схватили Сун Яцзин, когда они вытаскивали ее.

Сон Яцзин чувствовала себя как во сне. За все эти годы она никогда не была такой жалкой. Она всегда была благородной и элегантной Миссис Лу.

Она была так ошеломлена, что не могла среагировать, и дверь кабинета захлопнулась перед ней.

…

Когда в кабинете снова воцарилась тишина, Нин Цин обеспокоенно спросила: "Шаомин, твоя мать рассердится еще больше, если ты это сделаешь?”

Она только что сказала это, когда мир закружился вокруг нее. Мужчина обнял ее.

Он вошел в гостиную, закрыл дверь своими длинными ногами, осторожно положил ее на кровать и положил свою большую ладонь ей на живот. В его глазах появилась теплая, удивительная улыбка. “Неужели здесь действительно наш ребенок?”

Нин Цин быстро рассмеялась и обхватила его шею двумя маленькими ручками. Она нежно поцеловала его красивое лицо. - Шаоминг, а у тебя нет сомнений, что этот ребенок может и не быть твоим?”

Лу Шаомин поцеловал ее в уголки рта, и его голос был низким, мягким и притягательным. “Если не моя, то чья же еще? Не задавайте таких глупых вопросов в будущем, ребенок рассердится, если услышит их.”

Нос Нин Цин сморщился, а глаза стали влажными.

Она не хотела, чтобы ее ребенку причинили зло, но бабушка ребенка…

“Почему ты плачешь?- Лу Шаомин обхватил ее маленькое личико и в панике вытер слезы большим пальцем. С тех пор как он узнал, что она беременна, он не мог выносить, когда она была даже немного несчастна.

“Это из-за моей матери? Извините, я не могу изменить ее мнение, но вы можете полностью игнорировать ее. Я буду хорошо любить тебя и ребенка в будущем, и я не позволю тебе страдать немного обиды.”

- МММ. Нин Цин фыркнула своим красным носиком и послушно кивнула головой.

Лу Шаомин вздохнул с облегчением. Он опустился на колени, и его нежный поцелуй скользнул от ее нежной шеи к низу живота. Он приподнял ее рубашку и приподнял ее, обнажив красивый пупок и маленький округлый животик. - Голос мужчины был очень мягким. - Детка, я твой отец. Тебе нравится папа? Подвинься немного, если тебе нравится папа.”

Нин Цин хихикнула и легонько стукнула его по плечу своей маленькой ручкой. “Что ты делаешь? Ребенок еще совсем маленький. Он должен быть в четыре месяца, чтобы двигаться.”

“О.- Сказал мужчина, затем потянул ее платье вниз и поцеловал живот сквозь мягкую ткань. - Мама говорит, что у папы колючая борода, поэтому папа может поцеловать тебя только через ткань рубашки, чтобы ты не ушиблась. Ты должна быть хорошей, Не позволяй маме слишком уставать.”

Нин Цин удовлетворенно вздохнула. Она запустила свою маленькую руку в его короткие волосы и наслаждалась его долгим и обожающим поцелуем. Она улыбнулась и спросила: “Шаоминг, ты помнишь, как мы забеременели этим ребенком?”

“Конечно, помню. Мы сделали это только один раз, в финском отеле…”

- О, Шаомин, - перебила его Нин Цин с легким смешком. - Это было в канун Нового года. Ты хотела ребенка, но я боялась. Поэтому ты уговорил меня и сказал, что позаботишься и о ребенке, и обо мне.Ты сказал, что позволишь нам расти вместе в твоих объятиях. Вы также сказали, что невозможно зачать сразу после первого раза. Если я забеременела, значит, такова была воля Божья.”

Мужчина на ее теле внезапно напрягся и медленно поднял глаза.

Девушка под ним уже была полна слез.

…

Нин Цин вышла из ворот Гуан Цин. Снаружи стояла роскошная машина. Лу Шаомин приготовил его для нее.

Она села в машину, и водитель спросил: “Куда вы едете, мадам?”

Нин Цин посмотрела в окно и ничего не ответила. И тут зазвонил телефон. Кто-то звонил.

Сон Яцзин.

Нин Цин приподняла губы и улыбнулась, затем ответила на звонок: "Привет, мама…”

- Мисс Нин, вы теперь свободны? Давай поболтаем.- Ее тон был очень жестким.

Нин Цин заправила прядь шелковистых волос за ухо и спокойно кивнула:”

…

Она зашла в кафе. Сун Яцзин ждал в уединенном месте. Нин Цин подошла и села напротив нее.

Сун Яцзин был зол. Она посмотрела на Нин Цин и сразу перешла к делу: “Почему ты солгала ему?”

- Мама, ты же знаешь, я ему не лгала. Это ты ему солгала.”

- Хм. Сун Яцзин спокойно сказал: "Ты на третьем месяце беременности, но ты сказала ему, что ты на втором месяце; разве это не обман?”

“Нет никакой разницы между двумя и тремя месяцами. Ребенок в моем животе-его, а этот ребенок-мамин внук.”

Глаза Сун Яцзина были полны сдерживаемого презрения. "Семья Лу никогда не испытывала недостатка в женщинах, которые могли бы иметь детей для нас, но почему это должна быть ты?”

Нин Цин посмотрела в ее надменные глаза и медленно улыбнулась. “Это потому, что он просто хочет иметь от меня детей. Однажды он сказал, что не очень любит детей, но они ему понравятся, если я их рожу. Мама, почему ты не можешь быть более терпимой? У меня в животе твой первый внук.”

Глаза Сун Яцзин вспыхнули, и она слегка сжала кулак.

Это правда, что благородные семьи считают своих отпрысков важными, но еще важнее было то, кто их породил.

Статус Нин Цин был явно недостаточно высок.

Но у нее был момент транса. Это был первый ребенок Шаомин и ее первый внук.

Нин Цин лениво откинулась на спинку дивана и посмотрела в окно. Ее нежное личико было так полно боли, когда она пробормотала себе под нос: "когда мне было 18 лет, я встретила его. Один политик пытался убить его. Он упал на обочину дороги и был спасен мной. Позже мы поняли, что полюбили друг друга с первого взгляда.

“В прошлом году, когда я был на самом дне своей жизни, он снова спустился с неба. Он спас меня. Я вышла за него замуж и стала его женой. Он обнимает меня, любит, старается любить все, что я люблю. Большая часть времени, проведенного с ним, была подобна песку, плотно сжатому в моих руках, скользящему сквозь кончики пальцев; он исчез прежде, чем я смогла насладиться его вкусом.

“Он попал в аварию из-за меня. В голове у него были осколки стекла. Я отвез его в аэропорт. Он уехал в Англию на операцию, а потом... - по ее лицу катились блестящие слезы. Нин Цин укусила свой светлый палец и продолжила, сдерживая боль в сердце. - Тогда он ... не мог вспомнить меня.

“В Соединенных Штатах я стоял у вашего дома и смотрел, как он смотрит на меня, как на незнакомца. Я последовал за ним в роскошный магазин. Он ... он сидел на диване, держась за лоб, как будто у него болела голова. Я была так расстроена, что сказала себе, что никогда не отпущу его руку. Я привезу его домой.

- Мама, мы с тобой договорились на три месяца, что он снова влюбится в меня, но теперь все по-другому. У меня уже есть его ребенок, разве ты не можешь дать нам Свое благословение?”

Лицо Сун Яцзин было спокойным, и она решительно покачала головой. - С ребенком или без него, но пока я здесь, Шаоминг не узнает, что ты его жена.”

Нин Цин вытерла слезы своей маленькой ручкой и мягко улыбнулась: “о, он не будет?”

Позади нее появилась сильная черная фигура.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 242: Лу Шаомин, Я Твоя Жена

Сун Яцзин посмотрела на приближающегося к ней человека. Ее глаза яростно сузились, и она встала, поняв ситуацию в одно мгновение. “Нин Цин, ты нарушаешь свое обещание!”

Нин Цин медленно встала и одной маленькой рукой прикрыла живот. - Мама, я этого не делала, - любезно ответила она. Тот, кто нарушил ее обещание-это ты. Вы сами только что сказали Шаомингу, что я его жена.”

Сун Яцзин сделала шаг назад и недоверчиво покачала головой, только что... казалось, она действительно сказала это, но Нин Цин использовала слово “он” вместо его имени. Сун Яцзин разразился хохотом. - Хе-хе... - она оглядела Нин Цин с головы до ног и сказала: - Нин Цин, ты действовала всю ночь и устроила мне ловушку.”

“Можно и так сказать."Нин Цин милостиво призналась в этом и сказала: “Итак, мама, наше 3-месячное обещание официально заканчивается. Вы проиграли. Я надеюсь, что мама согласится признать поражение и перестанет мешать мне быть вместе с Шаомин.”

Сун Яцзин, " ... " это был первый раз в ее жизни, когда она не могла подобрать слов. Она недооценила своего противника.

Она даже не заглянула ей в глаза. Несмотря на то, что между ними было обещание на 3 месяца, она все еще думала, что сможет легко завоевать ее, но она ошибалась.

Нин Цин действительно был бесстрашным противником.

С того времени, как она была в Гуан Цин ответственной за капустный шлейф, она постоянно доставляла ей неприятности, но не только успешно справлялась с ними, но даже добилась благосклонности Шаомина.

В вопросах, касающихся Лю Вэньлуна, она была прямой и властной. Ее мать была ранена, и она повернула это назад. Она знала, как хорошо вести этого человека, и знала, как не быть слишком заметной. Она была подготовлена в своей стратегии.

Сегодня…

Она определенно знала, что Сун Яцзин воспользуется разницей во времени, чтобы спровоцировать Шаомина, поэтому вела себя именно так в офисе. Она хотела спровоцировать ее и привести в ярость, тем самым заставив прийти и поговорить с ней.

Этот разговор был частью ее плана. В течение всего этого времени она контролировала его скорость и содержание, и наконец она смягчила свой голос, чтобы умолять ее, и она побудила ее сказать эти слова…

Эта Нин Цин действительно заставила ее взглянуть на себя в Новом Свете.

Сун Яцзин глубоко ненавидела ее, и ее сердце было неудовлетворено ею.

В этот момент мужчина медленно подошел к ней. Маленькие холодные руки Нин Цин были обернуты большими теплыми ладонями мужчины, и он ясно посмотрел на Сун Яцзин и держал маленькую руку Нин Цин, когда они уходили.

Нин Цин посмотрела на бесстрастное, решительное лицо мужчины и послушно последовала за ним.

- Нин Цин. Сун Яцзин успокоилась и вдруг заговорила: “Тебе еще предстоит решить одну проблему. Кого именно ты любишь?”

Нин Цин застыла на месте.

“А кто это точно? Тот ли это Лу Шаомин, который не утратил своих воспоминаний, или теперь Лу Шаомин?”

- Нет никакой разницы “…”

“Ха-ха, неужели нет никакой разницы? Нин Цин, не обманывай себя и других. Лу Шаомин, который не потерял своей памяти, и нынешний Лу Шаомин-это два разных человека! Вы любите Лу Шаомина, который не потерял своих мемуаров. Вы были глубоко очарованы нежностью и теплой защитой, которую он дал вам. У вас обоих было много прекрасных воспоминаний и первых раз, которые запечатлены в вашем сердце и вырезаны в ваших костях. Из-за того, что вы были так влюблены, вы не сдались и не покинули Лу Шаомин сейчас. Вы были готовы принять все мои препятствия и возражения. Вы отправились за тысячу миль, чтобы найти своего мужа, и вы хотели помочь Лу Шаомину, который потерял свои воспоминания, найти дорогу домой.

“Но, Нин Цин, можно ли когда-нибудь снова найти этот дом? Вы когда-нибудь задумывались, что будете делать, если Шаоминг никогда не восстановит свою память?

“Только не говори мне, что ты очень доволен тем Шао Мин, который у тебя сейчас есть, потому что, хотя Шаомин сейчас рядом с тобой, всякий раз, когда ты упоминаешь об этом Шаомине из прошлого, ты не можешь сдержать свои эмоции и плачешь. Ребенок в вашем животе - это также плод любви между вами и этим Шаомингом. Но теперь этот Шаоминг совершенно забыл о любви, которая у вас когда-то была.”

Выражение лица Нин Цин было немного потерянным и застывшим. В этот момент она чувствовала только боль в своей маленькой руке. Оказалось, что мужчина показывал свою силу и жестоко щипал ее маленькую ручку.

- Си... - крикнула она с болью.

Лу Шаомин не остановился на полпути. Он тут же выволок ее из кафе, и они сели в "Бентли".

…

Машина ехала по главной дороге. Нин Цин искоса взглянула на мужчину. Половина его лица была четко очерчена. Его короткие волосы были гладко и холодно зачесаны назад. Его черная рубашка идеально подчеркивала привлекательность зрелого мужчины. Сквозь окно просачивалась Радуга, высвечивая его таинственную ауру.

Хотя прошло уже так много времени, Нин Цин все еще была так легко очарована им.

- Шаомин, Я ... "Сегодня она нарушила обещание на 3 месяца, объем информации был немного слишком большим, и ему, вероятно, было трудно принять это. Он казался немного смущенным, и она хотела объяснить ему это.

- Значит, ты беременна уже 3 месяца? Тонкие темно-бордовые губы мужчины были слегка поджаты, и он выплюнул фразу.

“Да. Нин Цин кивнула головой и сказала: “прошло уже 3 месяца.”

- Вы зачали его на 30-й день лунного года? Губы мужчины изогнулись в загадочной дуге. Его брови были спокойны, и он сказал: "считая дни, которые должны быть до того, как я уеду в Англию на операцию... Ах, он не боялся, что возникнут проблемы с операцией, и когда придет время, вам придется растить ребенка самостоятельно....”

- Шаоминг, о чем ты говоришь? Нин Цин нахмурила свои красивые брови и перебила его: “Не говори таких зловещих слов, ты теперь хорошо живешь…”

- Разве я живу?- Лу Шаомин искоса взглянул на нее. Его черные глаза были похожи на пролитые чернила. Они были невероятно мрачны и не могли отразить ни одного луча света. “Но на самом деле я просто не он. Нин Цин, скажи честно, ты хочешь, чтобы я восстановил свои воспоминания?”

“….Я делаю.- Она ответила честно.

- Хех. Мужчина загадочно рассмеялся и отвел взгляд.

- Шаоминг, что с тобой? Ты принял близко к сердцу то, что только что сказала Мама? Я хочу, чтобы ты восстановил свои воспоминания, потому что…”

- Мама?- Губы мужчины насмехались над ней. “Учитывая наши теперешние отношения, как ты можешь называть мою мать мамой?”

Он не привык к тому, как она обращается к нему. Когда он услышал его, то почувствовал, что это было особенно неловко, и это было чрезвычайно неудобно.

Нин Цин быстро повернула голову и посмотрела в окно. Ее глаза внезапно увлажнились. Она думала, что после того, как он узнает правду, он будет эмоциональным, счастливым и взволнованным, но это было не так.

Он вел себя так эксцентрично.

Он не позволял ей обращаться к его матери "Мама". Она знала. Она всегда знала-он не собирался жениться на ней, но теперь она стала его женой.

Он не удивился, но был в шоке.

В салоне машины воцарилась тишина. - Куда мы едем? - неожиданно спросил мужчина.”

- Верни меня домой.- Она тоже была немного сердита.

- Вернулся домой? Возвращаясь в какой дом? Разве ты не моя жена? Где вы останавливались с ним в прошлом? Мы поедем туда.”

…

Машина остановилась перед виллой чайного павильона, дуэт вышел из машины, и Лу Шаомин посмотрел на эту прекрасно оформленную виллу в европейском стиле. Его разум...был совершенно пуст.

Он не мог найти никаких воспоминаний.

Он был как в тумане. Девушка нежно взяла его за огромную ладонь, и Нин Цин повела его шаг за шагом вверх по лестнице, и они оказались перед украшенными цветами парадными дверями.

Замок состоял из их обоих отпечатков пальцев, Нин Цин взял его за большой палец и нажал на него. Динь! Главные двери открылись.

Нин Цин вошла и включила свет на вилле с помощью па!

На вилле ничего не изменилось. Она все еще помнила, как маленькая белая рука Нин Цин медленно скользила по стене рядом с ней. Она стояла в фойе, и воспоминания нахлынули на нее подобно цунами.

Здесь было много сладких воспоминаний. Казалось, в каждом уголке дома звучал их смех. Каждый день он возвращался домой поздно, она стояла босиком на лестнице и бросалась в его объятия, которые приносили с собой прохладу ночного воздуха, но были еще теплыми…

Он поднимет ее горизонтально. У него не было времени переобуться и обнять ее, чтобы сесть на барную стойку в фойе, и он обнял ее, целуя.

Он повторял снова и снова с тихим ворчанием: "маленькая женушка…

Маленькая женушка ...

“Ты что, плачешь? Низкий мужской голос прервал ход ее мыслей, и когда она пришла в себя, то поняла, что ее лицо мокрое.

Она действительно плакала.

Она вытерла слезы своей маленькой рукой. Она обернулась, и мужчина позади нее оказался очень близко. Обе его руки были засунуты в карманы,и он пристально смотрел на нее.

В сердце Нин Цин горел огонь. Она сжала пальцы в кулак, чтобы ударить его. “Лу Шаомин, что ты делаешь? Почему ты ведешь себя так странно по отношению ко мне? Разве я не должна плакать? Разве я не могу попросить тебя восстановить память? Может быть, я любила другого мужчину? Человек, которого я люблю, всегда был тобой; я твоя жена!”

Лу Шаомин нахмурил брови и схватил ее маленькую руку. Одной рукой он поднял ее выше пояса, поднялся по ступенькам и поднялся на второй этаж.

Он слегка замер на месте. - В какой комнате спальня? - хрипло спросил он.”

Нин Цин была погребена в его объятиях, когда она сказала:”

Лу Шаомин пинком распахнул дверь и быстро подошел к кровати. Нин Цин осторожно положили на кровать, и сразу после этого мужчина накрыл ее своей красивой фигурой.

Нин Цин нервничала. Она нервно отстранилась и сказала: “Шаоминг, ребенок.”

Он ущипнул ее за нежные щеки. До ее ушей донеслось тихое ворчание мужчины, и это вызвало легкий насмешливый смех. - Нин Цин, неужели я могу причинить вред ребенку? Если бы это был он, вы бы тоже напомнили ему об этом?”

“Лу Шаомин, ты можешь больше не упоминать о нем? Он - это вы, вы-это он. Из-за чего ты так нервничаешь?”

Рука Лу Шаомина лежала рядом с ней. Он наклонился и поцеловал ее в губы. “Он тоже так тебя целовал? Где вы были в 30-й день лунного года? Это было на этой кровати?”

“Нет.- Нин Цин использовала свою силу, чтобы оттолкнуть его. Она была честной девушкой, которая никогда не лгала. - Это было в моем доме, в моей комнате.”

- Хех.- Через мгновение дыхание мужчины стало хриплым. Он приподнял ее юбку своей большой рукой, и его действия нельзя было назвать мягкими.

- Шаоминг.- Нин Цин действительно испугалась. “Не будь таким. Я все еще беременна…”

“Разве ты не моя жена? Почему ты не можешь удовлетворить даже собственного мужа? Разжигать мой аппетит вот так-это очень весело, а?”

Нин Цин не могла избавиться от его силы, и она также боялась, что это повлияет на ребенка. Она кивнула и сказала: “Хорошо, хорошо, я удовлетворю тебя. Вы идете легче с вашей силой... доктор сказал, что мы не можем сделать это раньше, чем через 3 месяца, мы ... ”

Мужчина покинул ее тело и встал перед ней в воздухе. Он вытянул язык, чтобы облизать пересохшие губы, медленно расплылся в улыбке и сказал: “Если доктор сказал "нет", то почему вы должны удовлетворять меня? На самом деле я не собирался прикасаться к тебе, я только проверял твой результат. Теперь, когда я это проверил, у вас нет ко мне никакого отношения. Получается, что вы можете принять меня без всяких условий, но почему? Нин Цин.

"Версия меня сейчас может быть очень раздражающей. Послушай, тебе тоже не нравится, когда я прикасаюсь к тебе, но ты можешь сдержаться, потому что ты любила его, поэтому ты всегда держала его вот так.

“Нин Цин, трехмесячное обещание между тобой и моей мамой, должно быть, было очень трудным, не так ли? Я знаю, это должно быть тяжело.

- Мужчина, который так сильно любил тебя в прошлом, мгновенно превратился в незнакомца. Моя мама не позволила тебе войти в Гуан Цин. Вы придумали план, как войти в Гуан Цин. Е Лин украл твой дизайн для капустного шлейфа. Тебя заперли в морозилке. В день самой постановки твой костюм был разрезан ... каждый шаг, который ты делал, был на тонком куске льда, но когда ты подошел, ты все равно должен был привлечь мое внимание и заставить меня снова влюбиться в тебя.

“Ты была беременна, когда последовала за мной в Финляндию. В ту ночь в гостиничном номере я потерял над собой контроль. Тебя кто-то пнул, и ты уехал из страны один. Я был холоден и оскорбителен по отношению к тебе. Тебя сильно рвало…”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 243: Почему я не могу вернуть себе память

- Моя мать создавала для тебя препятствия. От Гуан Цин до ... Лю Вэньлуна ты сражался с ней, используя свой ум и мужество.

“Твою мать сбил мотоцикл из-за моей матери, так что ты намеренно оскорбил меня. Вы наняли людей, которые вас похитили, не так ли? Ха, ты даже сохранил темперамент моей матери, и ты взял на себя инициативу ударить первым, чтобы одержать верх, и просчитал все шаг за шагом — во время беременности, не меньше.”

Глаза Нин Цин расширились. Она не ожидала, что Лу Шаомин уже все понял.

Она обвила руками его шею и нервно объяснила: - Шаоминг, послушай меня. Я не хотел подшучивать над тобой и мамой, но у меня не было выбора.”

Лу Шаомин наклонился и поцеловал ее в губы. Его нахмуренные брови выражали боль. “Нин Цин, почему ты все объясняешь, вместо того чтобы чувствовать себя обиженной?”

“Я…”

“Если он сейчас вернется, ты даже не подумаешь об этом. Ты наверняка бросишься в его объятия и заплачешь. Ты обязательно расскажешь ему о своих обидах. Ты будешь винить его за то, что он так долго отсутствовал. Ты расскажешь ему, как тяжело тебе пришлось эти три месяца. Ты будешь кокетничать с ним.”

Нин Цин потеряла дар речи. Она вообразила, что если он захочет восстановить свою память, то непременно это сделает.

Но память к нему так и не вернулась.

Ситуация была иной.

“Нин Цин, он очень любит тебя, не так ли? Из твоих слов я знаю, что он сказал, что позволит тебе и ребенку расти вместе в его объятиях. Он сказал, что хотел бы только детей, которых ты родила для него. Ты тоже его любишь? Ваше стремление ко мне и ваша терпимость к моей матери говорят мне, как сильно вы любите его каждую минуту с реальными действиями.”

- Шаоминг, не будь таким, ладно? Ты пугаешь меня, говоря “он " и "он".” Ты и есть он. В мире есть только один Лу Шаомин.”

“Но я все-таки не он.- Лу Шаомин болезненно покачал головой. - Извини, я действительно не могу вспомнить ни единого кусочка нашего прошлого. Я совсем забыла наш первый раз. Если бы я был на его месте, всего, что случилось за эти три месяца, не случилось бы, и я не позволил бы тебе вытерпеть немного обиды.”

Глаза Нин Цин были очень влажными. Ее маленькие ручки с увлечением коснулись его твердого бокового лица. - Шаоминг, этого твоего предложения достаточно... Мммм!”

Мужчина накрыл ее губы своими.

Мужчина целовался очень крепко. Он дважды поцеловал ее в губы и направил свой язык прямо в ее город, чтобы атаковать. Пока она была в его объятиях, он с силой посасывал ее рот, и слабый металлический привкус наполнил их рты.

Он целовал ее до крови.

Нин Цин не отказала ему. Его поцелуй выразил ей всю его тревогу. Одной рукой она держала его голову, а другой расстегивала рубашку. - Шаоминг, не сегодня. Есть еще неделя-три месяца, вы должны это вытерпеть. Я воспользуюсь другими способами.”

Ее маленькое личико покраснело, когда она выгнула изящную нежную шею и позволила ему поцеловать себя.

Лу Шаомин схватил ее блуждающую маленькую ручку, оторвал от губ и поцеловал в горячее личико. - Нин Цин, я тоже тебя люблю.”

Мужчина отстранился.

- Шаоминг.- Нин Цин быстро поднялась, чтобы догнать его, увидев, как мужчина выходит из комнаты. - Шаоминг, куда ты идешь?”

Едва она вышла из комнаты, как услышала " БАМ!". Мужчина уже покинул виллу. Машина тронулась, и "Бентли" умчался прочь.

Он уехал?

Нин Цин в гневе топнула ногой, не понимая, что он имеет в виду. Неужели он действительно оставил ее здесь?

Эта фраза “Я тоже тебя люблю " эхом отдавалась в ее ушах. Нин Цин не могла этого понять. Она действительно не могла понять, почему он соревнуется с самим собой.

Полгода спустя, когда у Нин Цин начались роды, когда она снова полетела с ним в Англию на лечение, только тогда она поняла, что “тоже".”

…

В "Бентли “Лу Шаомин набрал номер и сказал:" Здравствуйте, секретарь Чжу, помогите мне кое-что организовать. Я хочу улететь в Англию! Да, прямо сейчас, немедленно!”

Лу Шаомин бросил наушник Bluetooth в ухо на переднее пассажирское сиденье и искоса посмотрел в окно. Вены на его лбу бешено вздулись.

Почему?

Почему он потерял память?

Он помнил все остальное, кроме нее?

Что же делать? Что же ему делать? Костяшками пальцев он крепко сжимал руль. Его ладони вспотели. Что ему делать, если он не может восстановить свою память?

Низкий смешок вырвался из его горла, и он подумал, что это смешно. После трех месяцев ревности он начал ревновать к самому себе.

Это “никогда раньше, никогда больше” тоже было его.

Но он уже не был прежним человеком.

Она так страстно надеялась, что он сможет восстановить свою память, но он пытался вспомнить до тех пор, пока его голова не заболела и не раскололась на части, и ни один фрагмент его памяти не вернулся к нему. Ему было так больно, так мучительно.

Как он мог забыть ее?

Если случится самое худшее, если он действительно не сможет восстановить свою память, как он встретит ее разочарование? Как он мог победить его?

Тень, скрытая внутри него.

Внезапно он вспомнил унижение, которое она испытала в лифте больше месяца назад. Он спросил, сколько мужчин целовали ее и сколько мужчин спали с ней. Он был таким придурком.

Сколько обид она перенесла?

Неудивительно, что она сказала тогда: "Лу Шаомин, ты будешь жалеть об этом до самой смерти.- Он сожалел о своей девушке, о своей жене... он позволил ей бродить в одиночестве эти три месяца. Он позволил ей принять все давление и издевательства, даже ребенка. В ту ночь он был таким придурком,и даже позволил другим пнуть ее.

Как он мог сравниться с этим парнем?

Ха, неудивительно, что она его любит.

…

Лу Шаомин прибыл в Лондон на следующий день. Он сразу же отправился в больницу. Красивый мужчина шел по коридору. Даже за границей его обороты составляли 100%.

Старший брат Чжоу Чжилэя, Чжоу Даюань, разговаривал с пациентом в белом халате. Лу Шаомин встал у двери и постучал.

Чжоу Даюань искоса взглянул на него и удивленно сказал: “Шаомин, почему ты здесь? - Подожди минутку. Сначала я поговорю с пациентом.”

Пациент тоже посмотрел на Лу Шаомина. Лу Шаомин пристально посмотрел на него. Его алые губы были тонкими и слегка бледными. - Пожалуйста, дайте нам минуту.”

Воспитание этого человека требовало, чтобы он говорил “Пожалуйста”, но его слова не были просьбой. За этим светлым взглядом скрывалось жестокое, убийственное намерение.

Терпеливый взгляд на человека, который выглядел состоятельным во всем и не смел его провоцировать, он в панике вскочил и выскользнул за дверь.

- Шаоминг, что с тобой?- Чжоу Даюань встал.

Лу Шаомин вошел в кабинет, посмотрел на Чжоу Даюаня и прямо спросил: "Почему я потерял память?”

Чжоу Даюань сдвинул очки на переносицу. Будучи ведущим доктором медицины в Лондоне, он был нежен и элегантен. - Шаомин, почему ты снова задаешь этот вопрос? Я уже объяснял тебе это, потому что у тебя в голове осколки стекла. Операция вызвала некоторую небольшую травму области…”

“О. Лу Шаомин рассмеялся. “Это правда? Так почему же я помню все остальное, но не могу вспомнить одну женщину? Не слишком ли это совпадение?”

Чжоу Даюань был удивлен. - Женщина?”

- Да, моя любимая женщина.”

Чжоу Даюань нахмурился и положил информацию в свою руку на рабочий стол. - Шаоминг, значит, ты пришел сюда потому, что ... сомневаешься во мне? Только потому, что я старший брат Чжилэя?”

Лу Шаомин посмотрел в глаза Чжоу Даюаню. Его взгляд был очень открытым и честным. С первой же фразы он был спокоен и не казался ненормальным.

Лу Шаомин поднял брови.

- Шаоминг, ты только что забыл женщину? Многие медицинские совпадения не поддаются объяснению…”

“Ты хочешь сказать, что нет никакого способа восстановить мою память?”

- ...Строго говоря, нет. Шаоминг, неужели ты не можешь просто найти женщину, которую забыл? Это не влияет на вашу нормальную жизнь.”

“Ты, мать твою, несешь чушь! Глаза Лу Шаомина покраснели, когда он выругался. - Вы знаете, что операция разделила меня на двух человек? Я мог бы полностью завладеть любовью этой девушки, но почему ее не хватает сейчас? Я действительно хочу вспомнить эту часть моей памяти. Я хочу знать, как мы познакомились и полюбили друг друга. Я хочу стать им, тем человеком, который позволяет ей любить безоговорочно! ”

- Шаомин, не волнуйся.…”

“Как ты хочешь, чтобы я был спокоен?- Лу Шаомин пнул ногой стул и подошел к Чжоу Даюаню. Он схватил его за воротник и прижал к стене. Мужчина тяжело дышал. “Вы сказали, что потеря памяти никак не влияет на мою жизнь. Позвольте мне сказать вам, что это не влияет на мою жизнь; это полностью меняет ее!

- Ее любовь была моей, но я слышу только, как она зовет мою мать “Мама”, и это звучит резко для моих ушей. Глядя на нее, когда ее маленькие ручки так беспомощно касались каждого дюйма стены виллы, глядя, как она со слезами зависти упоминает этого человека, я не могу утешить ее, потому что у меня нет памяти. Я вовсе не он.

- Но я наслаждалась всем, что дал мне этот человек. Знаете ли вы, как я колебался, как был убит горем, как раскаивался, как ревновал? Я даже надеялся, что она полюбит другого мужчину вместо тени, которая спит в моем теле. По крайней мере, тогда я не был бы так расстроен и не ненавидел бы себя так сильно!”

…

После того как он взбесился, Лу Шаомин вышел из больницы и улетел обратно в Соединенные Штаты.

Приехав ночью в Соединенные Штаты, он в одиночестве дошел до угла Уолл-Стрит, засунув руки в карманы брюк. Он не знал, куда идет. Он просто хотел пройтись. Он слышал, что она уже бывала здесь раньше.

Три месяца назад она приехала сюда, чтобы найти своего Лу Шаомина.

Каково же было ее настроение?

Пройдя мимо, он подошел к роскошному магазину и вошел внутрь.

Лавочник был удивлен и обрадован, увидев его. - Босс, ты вернулся?”

“Да. Лу Шаомин кивнул. Он неторопливо прошел вперед и посмотрел на освещенное Луной окно на лестничной площадке. С закрытыми глазами он мог представить себе, как она шла за ним всю дорогу из окна, смотрела на него всю дорогу и плакала всю дорогу.

Шаги остановились у дивана, на котором он сидел. Примерно в таком положении она поклялась вернуть его домой.

Лу Шаомин стоял в оцепенении. В голове у него был полный беспорядок, и он не знал, что и думать. В конце концов, он ничего не помнил о ней, кроме тех трех месяцев.

Ха.

Лу Шаомин в одиночестве обернулся. Внезапно его взгляд упал на окно в стене. В витрине было много картин.

Его зрачки резко сузились, когда он энергично зашагал вперед.

В углу окна висела картина. Девушка на фотографии была одета в длинный белый свитер и синий шарф вокруг шеи. Половина ее маленького лица была мягкой и нежной. Было уже около сумерек. Яркий свет ударил в окно лестничной площадки и отразил лучи яркого ореола света.

Девочка стояла боком, ее маленькие ручки мягко прижимались к окну лестничной площадки, когда она печатала свои красные губы на стекле. По ее щекам катились блестящие слезы.

Это была Нин Цин три месяца назад.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 244: Вы не можете так баловать свою жену, вы будете так баловать ее.

Лу Шаомин протянул руку и медленно коснулся фотографии. Его пальцы любовно касались глаз девушки, пока слезы не выступили у нее на щеках…

У него заныло сердце.

Он снова почувствовал боль в сердце.

Три месяца назад, когда он увидел ее в первый раз, это было похожее чувство.

Испытывал ли человек, спрятанный в глубине своего сердца, душевную боль?

Менеджер магазина посмотрел на своего собственного босса, уставившегося на эту фотографию, поэтому он начал объяснять: “босс, эта фотография была сделана одним из моих сотрудников случайно. Эта азиатская девушка была великолепна, и мы не знали, с чем она встретилась, но она отчаянно плакала и была глубоко расстроена. Она чувствовала себя беспомощной, поэтому мои сотрудники сделали эту фотографию, и я повесил ее на окно, за последние несколько месяцев было много тех, кто пришел попросить контактную информацию этой девушки…”

Управляющий пошутил:

Лу Шаомин протянул руку, чтобы сорвать фотографию, а затем положил ее в свой карман. Он повернулся и пошел к главным дверям.

- Босс, вы ... ”

“Она моя жена.- Мужчина бросил ему фразу и вышел за дверь.

Рот управляющего магазином был в форме буквы "О": О боже, это действительно была леди босс?

Леди босс казалась очень молодой.

…

Роскошный седан курсировал по улицам города. Обе руки Лу Шаомина лежали на руле. Он покосился на фотографию, лежащую на переднем пассажирском сиденье.

Он нашел ее версию трехмесячной давности.

В его голове промелькнула мысль об их первой встрече в Америке. Она обернулась со своей одинокой фигурой, и закат сделал ее тень очень длинной…

Человек, скрытый в его сердце, если бы он заранее знал, что эта жена будет так одинока и будет бродить по улицам одна, поехал бы он все же в Великобританию, чтобы пойти на операцию?

Почему он не взял ее с собой на операцию?

Лу Шаомин покачал головой от боли. В ушах у него вдруг резко зазвенело, а голова разболелась.

Динь! В этот момент раздался звук автомобильных клаксонов. Посмотрев в зеркало заднего вида, он увидел, что из-за поворота к нему приближается машина и прямо на него несется.

Лу Шаомин бросил быстрый взгляд на дорогу справа от него, но там не было ни одной машины, и он повернул руль, чтобы сменить полосу движения.

Но когда он собрался это сделать, то замер. Он слышал, что потерял память из-за автомобильной аварии.

Если…

Бах! Две машины столкнулись друг с другом. На оживленных улицах Уолл-Стрит произошло дорожно-транспортное происшествие.

Мужчина и дверца машины упали на землю. По его лбу стекала теплая кровь. Все его тело пронзила боль, и он с трудом открыл глаза.

Толпа людей узнала его. “Разве это не молодой господин Лу? Вызовите скорую, быстро!”

Чувства мужчины были в тумане. Он только использовал свою руку, чтобы держаться изо всех сил.

В его руке была ее фотография.

- Нин Цин…”

…

Внутри виллы Нин Юэ Ваньцин готовилась ко сну, но услышала крик из комнаты дочери. - А, Шаоминг…”

Юэ Ваньцин быстро вбежала в комнату дочери и увидела Нин Цин, свернувшуюся калачиком на ее кровати. Сегодня она легла спать очень рано, и ей снился кошмар.

Она не знала, о чем мечтает. Нин Цин дрожала с головы до ног. Крупные слезы потекли из ее глаз, и подушка намокла.

Она безостановочно качала головой и бормотала что-то невнятное: "нет, Шаоминг... Не оставляй меня... не оставляй меня здесь".…”

- Цинцин, Цинцин... - Юэ Ваньцин был явно шокирован. Она протянула руку, чтобы погладить маленькое личико дочери, и нервно сказала: “Цинцин, проснись. Вы находитесь в середине кошмара. Не бойтесь, будьте осторожны, чтобы не навредить ребенку.”

Услышав, как она сказала “Малыш”, Нин Цин медленно открыла глаза. Ее наполненные слезами глаза смотрели на мать как в тумане. На несколько секунд она растерялась. “Мама….”

Из-за того, что она плакала, ее голос был немного хриплым.

Юэ Ваньцин почувствовала, как ее сердце разрывается, когда она помогла ей сесть, и она взяла мягкую подушку, чтобы положить ее за спину. Подойдя к кровати, она взяла свою руку, чтобы вытереть слезы, и сказала: "Цинцин, что тебе приснилось? Не кричи так громко в будущем, ты только что напугал маму. Не забывайте, что вы-тот, кто вот-вот станет матерью. Обратите внимание на ребенка.”

Нин Цин положила свою маленькую головку и легла в объятия матери. Она протянула руку, чтобы дотронуться до собственного живота, и почувствовала теплый, чистый запах материнского тела. Только тогда она почувствовала себя в безопасности. - Мама, мне приснилось, что Шаоминг попал в автомобильную аварию. Все его тело было залито кровью, и он выкрикивал мое имя.”

- Ладно, это был всего лишь сон. Разве Шаоминг не ездил в Англию по делам? Если вы беспокоитесь, то позвоните ему. Мужчины заняты своей карьерой. Вы должны хорошо заботиться о себе и ребенке; не позволяйте Шао мину волноваться.- Юэ Ваньцин успокаивала ее.

Говоря об этом, Нин Цин чувствовала себя обиженной. Она узнала о том, что он уехал в Англию по делам, после того как позвонила Чжу жую. Чжу жуй сказал, что он уехал в спешке, и оставил свой телефон в машине.

Что? Если она действительно была в его сердце, разве он не знал, что нужно сообщить ей какие-то Новости? Прошла уже целая неделя.

Это был великолепный молодой мастер Лу. Расстояние между ними никогда не превышало расстояния телефонного звонка.

Нин Цин надула розовые губки и забеспокоилась, что ее мать будет волноваться. Она изобразила нежную улыбку и сказала: “Мама, я знаю. Я позвоню Шаомингу немного позже. Не волнуйся, мама. Я больше не буду упрямиться, я буду хорошо защищать маленького молодого мастера Лу внутри моего живота.”

Юэ Ваньцин ласково ткнул Нин Цин в лоб и сказал: "Ты еще не родила его, так откуда же ты знаешь, ЧТО ЭТО сын? Неважно, будет ли это маленький мальчик или маленькая дочь, вы родите еще двоих. После того, как ты родишь их, Я помогу тебе заботиться о них.”

Нин Цин нырнула в объятия матери и застенчиво подтолкнула ее локтем. - Ладно, Мам. Я обязательно буду рожать еще и позволю тебе растить их в будущем.”

Юэ Ваньцин улыбнулась, обнимая дочь.

В комнате было тепло.

…

В американском госпитале

- Молодой господин Лу, проснитесь. Ты меня видишь? Сколько там пальцев?- Доктор в белом халате вытянул четыре пальца.

“Четыре.- Голос Лу Шаомина был хриплым.

- Это великий молодой господин Лу! Наконец-то вы проснулись. Доктор помог Лу Шаомину провести ряд проверок и вежливо поклонился человеку, сидевшему на диване и читавшему газеты. - Господин Лу, с телом молодого господина Лу все в порядке. Он будет выписан после двух дней отдыха.”

“Окей. Лу Динхуа кивнул.

Доктор взял с собой медсестру и ушел.

В этом году Лу Динхуа исполнилось 55 лет. Он был одет в серую рубашку и черные брюки. Он был одет как представитель высшего класса американской королевской семьи, и при ближайшем рассмотрении черты лица Лу Шаомина были унаследованы в основном от его отца. Этот человек уже много лет был погружен в корпоративный мир, но держался хорошо. Вид у него был серьезный и элегантный, а на вид ему было всего около 45 лет.

Обе его ноги были элегантно скрещены. У него был экземпляр американской финансовой газеты. Он оторвал взгляд от газеты, посмотрел на сына, лежащего на кровати, и небрежно спросил:”

Лу Шаомин лежал на кровати. Он был в коме целых 4 дня. Это сделало все его существо немного слабым, но он не замедлил с ответом. Его черные глаза светились прошлым, и он смотрел в потолок спокойно и пристально. Его тонкие бледные губы слегка поджались, и он произнес одно слово:”

Лу Динь Хуа продолжал читать газеты, смеясь и говоря: "там ничего нет?”

Лу Шаомин медленно закрыл глаза. Его голос слегка дрожал, когда он сказал: “ ... У меня нет никаких воспоминаний.”

Рука Лу Динь Хуа, лежавшая на бумагах, замерла, и он поднял взгляд, чтобы посмотреть на кровать. В его глазах был страх, а в уголках глаз сына появилась влага.

Он закрыл газету и встал. Он подошел к кровати и сказал: “полиция сказала, что дорожно-транспортного происшествия можно полностью избежать. Только если бы вы повернули руль в сторону правой полосы, тогда все было бы в порядке. Шаоминг, почему ты не избежал этого?”

Лу Шаомин открыл глаза. Если не считать влаги в уголках глаз, выражение его лица было нормальным. Он поднял голову, чтобы посмотреть на своего отца, и медленно расплылся в улыбке. Этот маленький инцидент не будет стоить мне жизни. Я не умру, и я также не могу вынести смерти.”

У него остались жена и ребенок.

Он не мог этого вынести.

Лу Динхуа слушал и хмурил брови.

В этот момент пришла первоклассная сиделка, чтобы помочь Лу Шаомину сесть. Воспитательница хотела положить ему под спину мягкую подушку, и Лу Шаомин протянул руку, чтобы остановить ее.

Он приподнял одеяло и сел на край кровати. Его ноги сделали два шага. Сначала он почувствовал легкую головокружительную слабость, но уже через два шага смог нормально ходить. Он махнул рукой, чтобы сиделка ушла.

Он встал у окна и протянул руку, чтобы открыть его. Внутрь ворвался свежий холодный воздух. Он сделал два глубоких вдоха и сказал: “Папа, ты вернулся из Европы. Где дедушка Чжоу?”

Если бы можно было сказать, что Лу Шаомин когда-либо испытывал хоть каплю семейной привязанности, то это был бы дед Чжоу Чжилэя, всемирно известный босс виноделен. Чжоу Хэн дал ему это.

У него были хорошие отношения с дедушкой Чжоу.

- Здоровье бабушки Чжоу не слишком хорошее, ее старая болезнь вернулась. Дедушка Чжоу поспешил обратно, чтобы позаботиться о ней.”

“О. Лу Шаомин кивнул головой, повернулся боком, посмотрел на Лу Динхуа и сказал: “Папа, а как же моя фотография? Вы его взяли?”

Когда он попал в аварию, он продолжал держать его в своей ладони.

Лу Динхуа достал фотографию. Фотография была скомкана, но красивое лицо девушки все еще было хорошо видно. Лу Динхуа был не слишком удовлетворен, когда он покачал головой “ " это то, на что ты влюбился, будучи 30-летним мужчиной? Почему она так молода?”

- Хех. Лу Шаомин рассмеялся и слегка приподнял брови. “Что я могу сделать, если она так молода? Папа может посмотреть еще несколько раз, это твоя невестка.”

- Шаомин, если ты хочешь жениться, то должен жениться на добродетельной жене. Мужчины в семье Лу никогда не женились на той, которая им больше всего нравится, но они женились на самой подходящей. Мужчины не могут быть связаны женщинами. Глядя на тебя особенно, ты даже не хочешь своей жизни в любой данный момент из-за этой женщины. Честно говоря, мне не нравится эта невестка.”

Выражение лица Лу Шаомина не было шокированным. - Папа прав, что не любит ее. Где в мире свекор может быть похож на невестку? Моя жена нуждается только в том, чтобы я любил ее, и этого уже достаточно, включая ребенка в ее животе.”

Он сделал акцент на словах “жена” и “ребенок”, и смысл этого напоминания был очевиден.

Лу Динхуа посмотрел в глаза Лу Шаомину. Взгляды мужчин встретились. Лу Шаомин был спокоен и собран. Даже когда он упоминал о жене и ребенке, его красивые брови выглядели явно избалованными.

Наконец Лу Динхуа пожал плечами и сказал в отчаянии: “хорошо.”

Лу Шаомин достал телефон, чтобы позвонить. - Здравствуйте, секретарь Чжу, я сегодня возвращаюсь... да, подготовьте мне предложение, типа того, что нравится девушкам…”

Лу Шаомин закончил разговор.

- Шаоминг, разве ты не говорил, что она уже твоя жена? Что ты предлагаешь? Ты не можешь так баловать свою жену, ты будешь баловать ее вот так, - сказал Лу Динь Хуа, стоявший позади него и смеявшийся.

- То, как я балую свою жену, не имеет к тебе никакого отношения, папа. Хотя она и моя жена, это совсем другое. После того, как я сделаю ей предложение, она станет моей в будущем.”

Лу Динхуа рассмеялся и сказал: “ты соревнуешься сам с собой?”

Лу Шаомин положил телефон обратно в карман. Он поднял ноги, подошел к Лу Динхуа и протянул руку, чтобы выхватить фотографию.

- Папа, ты возвращаешься в Ти-Сити?”

- Так и есть. Пойдем вместе. Мой сын женится на своей жене, я должен пойти посмотреть, несмотря ни на что. Твоя мама в последнее время часто ворчит. Я слышал, что твоя жена боролась с твоей мамой, пока та не сошла с ума. Знание кого-то по его репутации не может сравниться с личной встречей с ним. Я пойду ей навстречу.”

…

Нин Цин закончила свои съемки на съемочной площадке. Сяо Чжоу передал ей приглашение и сказал: “Нин Цин, семья Оу организует благотворительный гала-концерт в Фестивальном городе. Здесь присутствует каждый влиятельный человек из высшего общества. Вы хотите присутствовать?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 245: Смущение

- Твоя семья?- Нин Цин приняла приглашение. “Я давно не видел Сяофу и Ло Си. У меня сегодня ничего не происходит. Пойдем, посмотрим на них.”

…

Вечером, в городе Шэнши

На Нин Цин было короткое платье без рукавов. Платье было простым и элегантным, оно облегало талию ниже груди. Плиссированная юбка прикрывала ее живот. Это был корейский стиль.

Эта юбка не была выдающейся по фасону, но цвет был ярко-желтый, расшитый драконьими тотемами. Нормальные люди не могли бы носить такие яркие и яркие цвета, но у Нин Цин были изысканные черты лица и кожа, светлая, как снег. Как будто это платье было сшито специально для нее. Он делал ей комплимент, делая ее еще более красивой и сияющей, и привлекал много внимания, как только она появлялась.

Журналисты потянулись к ней, и было сделано несколько снимков Нин Цин. В это время она услышала: “Нин Цин.- Пришел инь Шуйлин.

Нин Цин мгновенно удивилась. Она не ожидала встретить ее здесь.

- Шуйлинг.- Она подбежала трусцой.

Инь Шуйлин быстро схватил ее маленькую ручку и оглядел с ног до головы. - Нин Цин, не бегай, когда беременна. Будьте осторожны со своим ребенком.”

Нин Цин прикрыла рот рукой и улыбнулась “ " Шуйлин, почему ты такая же, как моя мама и Сяо Чжоу? Я больше не могу двигаться. Они просят меня быть осторожным с ребенком каждый раз, когда я двигаюсь.”

“Конечно. Ребенок очень уязвим. Инь Шуйлин посмотрела вниз на свой живот и медленно протянула руку, чтобы коснуться живота.

Но она отдернула руку прежде, чем смогла прикоснуться к ней.

Однако ее маленькая ручка была поднята в воздух Нин Цин. Она подняла голову, глаза Нин Цин были изогнуты в улыбке, когда она посмотрела на нее с теплым лицом и сказала: “Шуйлин, потрогай его, если хочешь.”

Нин Цин положила свою маленькую руку на живот.

Инь Шуйлин посмотрела вниз и почувствовала выпуклость под своей рукой, где зрела невинная маленькая жизнь.

Внезапно кончик ее носа скривился. Она быстро отдернула руку и обернулась.

Ее глаза начали наполняться неудержимыми слезами, и она подняла голову.

Краем глаза она увидела мужчину, Инь Мучэня. Одну руку он держал в кармане брюк, а в другой-кубок. Он был окружен группой людей, которые относились к нему с уважением. Он говорил, опустив глаза, как элегантный джентльмен.

Он даже не взглянул на нее.

Маленькие плечи инь Шуйлин внезапно обнялись. Нин Цин обняла ее за плечи и тихо рассмеялась. - Шуйлин, с прошлым покончено. Тебе всего 21 год, и в будущем у тебя будут другие дети.”

“Да. Инь Шуйлин моргнул на две секунды и снова поднял голову с томным, холодным взглядом. Она взяла маленькую ручку Нин Цин. - Нин Цин, пойдем, я принесу тебе вкусной еды. Только что я нашел два вида вкусных закусок. Они вам понравятся.”

Нин Цин съела печенье из бобов мунг, которое Инь Шуйлин сунула ей в маленькую ладошку, и огляделась по сторонам. - Шуйлин, ты не видел моих хороших друзей Ся Сяофу и Оу Ло Си?”

- ОУ Ло Си? Он не придет на такие мероприятия. Но я видел Ся Сяофу. Только что Оу Цзе, старший сын семьи Оу, казалось, ссорился с ней. ОУ Цзе сказал что-то о помолвке. Ся Сяофу был очень зол. Она также спросила его, не понимает ли он слов. Они уже расстались.”

“О.- Нин Цин слегка нахмурилась, немного обеспокоенная.

В этот момент в ее маленькой руке появилось нежное печенье, и Инь Шуйлин указала на свой светлый мизинец у виска, говоря: “Нин Цин, ешь свою еду. Вы можете также беспокоиться о себе, если хотите беспокоиться о других. Ты уже на третьем месяце беременности. Где Лу Шаомин?”

Нин Цин в гневе топнула ногой. - Шуйлин, ты можешь перестать говорить о плохом?”

Инь Шуйлин закатила глаза, но вместо того, чтобы сказать “нет”, как раньше, она сказала: “Хорошо, ради твоей беременности я пока не буду упоминать об этом.”

Нин Цин: спасибо.

…

Нин Цин съела два пирожных. Она хотела найти Ся Сяофу. Потом у двери произошла сцена. Аристократы города Т собрались у дверей, и к ним бросились журналисты.

- Какой важный человек придет? Он создает такую сцену. Инь Шуйлин рассмеялся.

Пока они разговаривали, вошли два человека, и камеры щелкнули одна за другой.

Зрачки Нин Цин сузились. Одну из них она знала, и знала очень хорошо. Ее свекровь, Сун Яцзин.

А другой человек, она знала, кто это был, просто взглянув на ее лицо, это была Конг Лань, мать Чжоу Чжилэя. Конг Лан был ухожен и элегантен в одежде и речи. Она вошла вместе с Сун Яцзин. Они были как сестры.

Нин Цин давно слышала, что семьи Лу и Чжоу были друзьями семьи, и у них было много чувств друг к другу.

Вошли Сун Яцзин и Конг лань, и первые лица города Т почтительно поклонились. - Госпожа Лу, Госпожа Чжоу “…”

Сун Яцзин и Конг Лан улыбнулись.

В это время журналисты в шутку спросили: “госпожа Лу, госпожа Чжоу, это ваше первое совместное появление в городе ти. Эти две семьи не только могущественны и влиятельны, но и очень близки. У вас, должно быть, очень хорошие отношения.”

Сун Яцзин кивнул и рассмеялся. - Да, семьи Лу и Чжоу уже много лет поддерживают хорошие отношения. Мой Шаомин и Чжилэй тоже росли вместе в детстве. Они-возлюбленные детства.”

“Какого хрена. Инь Шуйлин взял тонкую руку Нин Цин и усмехнулся: "Нин Цин, что значит твоя свекровь? Хочет ли она что-то предложить или сделать что-то публичным перед всем городом Т? Куда она поместила тебя и ребенка в твоем животе?”

Нин Цин слегка нахмурила брови. Она посмотрела на двух дам в центре толпы и ничего не сказала.

Конг Лань нежно взял Сун Яцзина за руку и сказал: “мой Чжилэй всегда восхищался молодым мастером Лу. Послушайте, эта девушка ждала 26 лет и потратила впустую всю свою молодость. Я верю, что молодой мастер Лу будет хорошо относиться к Жилею моей семьи.”

“Конечно.- Сун Яцзин небрежно перевела взгляд на Нин Цин. Она намеренно указала: "семья всегда рассматривала Жилей как нашу невестку. Любой женщине, которая имеет злые намерения и хочет стать Фениксом, выйдя замуж за Шаомина, я советую не бредить. Врата семьи Лу-это не то, на что она может взобраться.”

Конг Лань тоже оглянулась, хотя это была ее первая встреча, она была полна презрения и презрения к Нин Цин. Она взглянула на Нин Цин. - Верно, если у кого-то все еще есть чувство стыда, он должен скоро проснуться.”

Нин Цин поняла, что ее свекровь не сможет победить ее тайно, и теперь она нападает на нее публично.

Ее свекровь присоединилась к Конг Лан, чтобы разорвать ее на части, верно?

Они хотели унизить ее перед городом ти и заставить потерять лицо.

В конце концов, с точки зрения статуса, сотня Нин Цин была им не ровня.

Развлекательным новостям тоже больше всего нравились такого рода споры. Какая-то знаменитая актриса пытается прилепиться к богатым и влиятельным.

Если так, то они выполнили свою миссию. Все эти высокопоставленные лица с рынка смотрели на нее странным взглядом, в то время как репортеры безумно фотографировали, и все перешептывались.

Вскоре кто-то ответил: “Ха-ха, Молодой Мастер Лу из корпорации Первой Империи и внучка короля мирового виноделия-это брак, заключенный на небесах.”

- Да, молодой господин Лу и госпожа Чжоу похожи на влюбленных птиц. Никто не может их разлучить. У этих актрис из индустрии развлечений много других намерений. Большинство из них хотят выйти замуж в благородную семью, но она даже не задумывается о том, насколько высок порог семьи Лу. Может ли она вмешаться?”

- Да, только госпожа Чжоу может сравниться с молодым господином Лу. Другие люди могут просто уйти.”

Дворяне заговорили один за другим. Несмотря на то, что они фотографировали, репортеры не задавали никаких вопросов. У Нин Цин была хорошая репутация в индустрии развлечений. У нее был бойкий язык, и она легко давала интервью и давала пресс-конференции. Особенно после инцидента с Лю Вэньлуном в прошлый раз, многие из 28 медиа-компаний в городе Т были впечатлены властным отношением и мужеством Нин Цин, поэтому у Нин Цин были хорошие личные отношения с журналистами.

Кроме того, все знали, что Нин Цин-настоящая госпожа Лу.

Но даже в этом случае никто не осмеливался встать на сторону Нин Цин, потому что никто не осмеливался оскорбить двух благородных дам.

Итак, зал разделился на две части. Сун Яцзин и Конг Лань были окружены людьми, в то время как Нин Цин и Инь Шуйлин стояли в одиночестве.

Сун Яцзин презрительно взглянула на Нин Цин и взяла Конг Лана за руку. - Пойдем, ты живешь в Соединенных Штатах и, должно быть, не знаком с городом ти. Я познакомлю вас с некоторыми старейшинами.”

“В порядке.- Конг Лан ушел.

Инь Шуйлин стиснула зубы “ " Нин Цин, твоя свекровь издевалась над тобой и пыталась запятнать твой имидж. Ты все еще собираешься терпеть их? Посмотрим, как я с ними справлюсь.”

Инь Шуйлин закатала рукава и бросилась вперед.

Но ее тело было заблокировано тонкой рукой, и люди в зале услышали резкий и приятный голос. “Мама.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 246: Тепло

Когда она сказала "мама", все присутствующие на сцене изменили выражение своих лиц. Толпа замерла на месте и повернулась, чтобы посмотреть на девушку, которая сказала это, Нин Цин.

Они видели только ее маленькую руку, почему-то положенную на живот. Другая рука была рядом с ней, и ее тонкие брови были точь — в-точь как на картине-спокойные и собранные. Ее глаза были яркими и завораживающими.

Она не была взволнована или смущена. У нее было нежное выражение лица, когда она смотрела на Сун Яцзина.

Сун Яцзин и Конг Лан остановились как вкопанные. Сун Яцзин слегка фыркнула и сказала: “Мисс Нин, к кому вы обращаетесь как к маме?”

Она не признавала своего статуса.

Нин Цин подняла брови и убедилась, что все в порядке. Она медленно скривила губы в улыбке и сказала: “Мама, там 200 человек, а здесь 180. Если вы признаете меня, то в тот момент, когда вы это скажете, вы скажете всем здесь, что я жена Лу Шаомина.”

Все глубоко вздохнули. Брак был скрыт в течение 3 месяцев. Это была скрытая тайна города ти, и теперь Нин Цин провоцировала госпожу Лу открыто и громко объявила о браке. МММ, она была такой храброй!

На лице Сун Яцзин не было приятного выражения. Она уже не в первый раз сталкивалась с бойким языком Нин Цин. Ужасно, но она снова оказалась в невыгодном положении!

В этот момент Конг Лан холодно рассмеялся и продолжил: “Мисс Нин, называть ее “мама” было бы не для кого, чтобы сделать это небрежно. Кто-то с вашим статусом может не знать, что брак в богатой семье включает в себя множество факторов. Если вы хотите войти в главные двери семьи Лу, по крайней мере, вам также придется завоевать благосклонность своей будущей свекрови.”

Неужели она наступила на свою родословную?

- Госпожа Чжоу, могу я попробовать спросить, если я не могу обращаться к ней как к маме, кто сможет это сделать? Мы с шаомин уже получили свидетельства о браке. Я его законная жена. Закон гарантировал мне мои права. Госпожа Чжоу, вы говорите так потому, что хотите оспорить законы в нашей стране?”

- Ты!- Конг Лан не находил слов.

- Опять же, госпожа Чжоу говорила о браке в богатой семье, который включает в себя много других факторов. Вы напоминаете мне о браке между двумя богатыми семьями, чтобы улучшить отношения? Говоря об этом, я, Нин Цин, не могу сравниться с происхождением семьи Мисс Чжоу, но если мадам Чжоу действительно хочет рассматривать этот брак как аукцион, а вместо этого выигрывает тот, кто больше заплатит, то есть много женщин, имеющих происхождение Мисс Чжоу и происходящих из богатых семей. Почему Шао мин должен был выбрать Мисс Чжоу? Позвольте мне напомнить госпоже Чжоу — я думаю, что было бы неразумно обращаться с собственной дочерью как с продуктом. Сделав шаг назад, чтобы сказать, независимо от того, насколько велик продукт, если нет никого, кто готов его купить, то разве это не было бы довольно неловко?”

Конг Лан была в такой ярости, что заскрипела зубами.

“Это было так просто!- Инь Шуйлин захлопала в ладоши и указала на Сун Яцзин. “Эта мадам Лу, о чем вы говорили раньше? Лететь в огонь, чтобы стать Фениксом...?”

В этот момент журналисты впитывали атмосферу и взволнованно напоминали ей: “госпожа Лу только что сказала, что директор Нин хочет полететь в огонь, чтобы стать Фениксом, и она все еще советовала директору Нин не мечтать наивно. Большие двери семьи Лу-это не то, о чем директор Нин может мечтать.”

- Правильно... - согласились между собой журналисты.

Лицо Сун Яцзин потемнело. Эта Нин Цин была исключительно хороша в том, чтобы волновать сердца других. Только что эти люди боялись Сун Яцзин, но теперь они все защищали Нин Цин.

Она посмотрела назад и оглядела людей. Когда толпа снова затихла, в зале поднялась небольшая суматоха.

Инь Шуйлин ударилась головой и сказала: "О, на самом деле эти слова были сказаны, но что нам делать? Наша Нин Цин теперь одной ногой стоит в дверях семьи Лу. Она превратилась в Феникса. Госпожа Лу, вашему сыну нравится наша Нин Цин, и он сказал, что не женится ни на какой другой женщине, кроме Нин Цин.”

Инь Шуйлинь развела руками и сделала жест, означающий, что она очень сожалеет.

Журналисты и почетные гости были щекочены Инь Шуйлинем, и они начали прикрывать рты, чтобы скрыть свой смех.

В этот момент телохранитель наклонился к уху Сун Яцзина, чтобы тихо сказать ему несколько слов. Сун Яцзин с презрением посмотрел на Инь Шуйлин и сказал: “птицы из перьев действительно собираются вместе. Оказывается, это семейство собак.”

Инь Шуйлин услышала слова, которые она ненавидела больше всего. Выражение ее глаз тут же стало резким, и ей захотелось заговорить. Но в этот момент ее маленькие плечи были прижаты огромной ладонью, и все ее существо упало в широкие объятия.

Инь Мучэнь держал одну руку в кармане. Он скривил губы, и его глаза, похожие на черный мрамор, ясно посмотрели на Сун Яцзина. - Мадам Лу, о ком вы только что говорили?”

Сун Яцзин узнал Инь Мучэня. Этот человек начал все с нуля. За последние четыре года в финансовом секторе он поднялся по корпоративным стенам и стал самым популярным банкиром на Уолл-Стрит. Он действительно большая шишка в финансовом мире.

Он был популярной шишкой в финансовом секторе.

У него не было никакого прошлого, и он также не был из богатой семьи. Но в этом было и его преимущество перед другими.

Ему удалось закрепиться в финансовом секторе, и он сделал себе имя. Помимо остроумия, у него были и другие методы, не свойственные простым людям.

Этот тип людей часто был самым холодным и жестоким.

Сун Яцзин не хотела связываться с ним. Она знала, что если у нее будут плохие отношения с ним, он причинит ей неприятности, с которыми она не хотела бы иметь дело. - Оказывается, это младшая сестра президента Иня.”

- Госпожа Лу, вы слишком вежливы, - ответил Инь Мучэнь, и оба они, казалось, снова были в хороших отношениях.

Инь Мучэнь поднял глаза и легонько взглянул на высоких гостей, сидевших напротив него. Когда почетные гости встретились с ним взглядом. У него был холодный взгляд, и все они в страхе склонили головы.

Нин Цин посмотрела на Инь Мучэня и одарила его благодарным взглядом.

В этот момент из толпы напротив нее протиснулась белая фигура. - Нин Цин. Ся Сяофу, одетая в белое платье, вошла в зал. Все уставились на нее, и она подошла к Нин Цин.

“Нин Цин, я не видела тебя в саду за домом, поэтому пришла тебя искать. Когда я пришел сюда, то заметил, что здесь все втиснуты. Почему ты меня не позвал?”

- Сяофу. Нин Цин держала маленькую ручку Ся Сяфу, и она слегка покачала головой, показывая, что Ся Сяфу не следовало подходить.

Сегодня вечером был благотворительный вечер семьи Оу. Независимо от статуса отношений Сяо Фу с ОУ Цзе, ее присутствие было неловким, и она не должна была приходить.

Более того, родители Сяофу тоже принадлежали к высшему классу города ти. Она отличалась от Инь Мучэнь, которая начинала с нуля. Семья Ся также колебалась из-за власти, которой обладали семьи Лу и Чжоу. То, что она сегодня будет стоять рядом с Нин Цин, окажет давление на ее собственную семью.

- Сяофу.- ОУ Цзе бросился за ней, но Оу Цзе остановился как вкопанный и встал рядом с Конг Ланом.

ОУ Цзе посмотрел на Ся Сяофу, желая отчитать ее. Он помахал ей рукой и сказал: “Сяофу, иди сюда.”

Ся Сяофу не стал с ним возиться.

В этот момент Сун Яцзин нахмурила брови и воскликнула: “Оу Цзе, отношения между семьями ОУ и Лу хорошие. Что происходит? Разве это не твоя невеста стоит на противоположной стороне?”

- Тетя, послушай, что я тебе объясню ... ”

- Мадам Лу. Ся Сяофу прервал Оу Цзе и спросил: "Как дела? Я ся Сяофу, но я не невеста Оу Цзе; мы расстались.”

Все присутствующие ахнули. Те журналисты, которые искали сплетни, нашли еще одну шокирующую новость, и все они подняли свои камеры, чтобы сделать фотографии. Щелк-щелк!

Ся Сяофу игнорировал этих людей. Она посмотрела прямо на Конг лань и сказала: “госпожа Чжоу, когда я только что вошла в дверь, я услышала, как вы произнесли эти слова: "Честь и позор."Хех, теперь этот мир перевернулся с ног на голову. Нин Цин-жена молодого господина Лу. Ваша дочь является третьей стороной в отношениях с этой парой. Она оставалась незамужней в течение 26 лет; разве это достойно похвалы? Мне действительно очень жаль. Я только думаю, что она очень жалкая.

- Кроме того, я не знаю, что госпожа Лу и госпожа Чжоу делают здесь сегодня. Они выгоняют законную жену, чтобы поддерживать и обслуживать третью сторону?

” Это верно... " богини нации не было здесь раньше, и когда она пришла, ее слова были такими резкими. Элиты и журналисты начали перешептываться между собой, и сцена вышла из-под контроля.

Конг Лан сжала пальцы в кулак. Выражение лица Сун Яцзин было ошеломленным. - Мисс Ся, вам лучше не нести чепуху.”

- Сяофу ... - родители Сяофу стояли в толпе и слегка качали головами, глядя на Сяо Сяофу.

Нин Цин знала, что Сун Яцзин подала предупреждающий знак. Предупреждение дошло до родителей Сяофу. Она потянула Сяофу за рукав и сказала: "Сяофу, больше ничего не говори. Имейте в виду, что из-за ваших слов может произойти катастрофа…”

Миндалевидные глаза ся Сяофу увлажнились, когда она рассмеялась и сказала: “Нин Цин, я знаю. Вы все еще не хотите разрушить свои отношения со свекровью. Если бы не это, вы бы проявляли свое обычное доминирование. То, что вам неудобно говорить, я скажу от вашего имени. Не беспокойся о моих родителях. Если случится худшее, после того как придет молодой господин Лу, ты поможешь мне попросить его об одолжении.- Ся Сяофу нахально подмигнул.

Нин Цин знала, что Сяофу не хочет, чтобы на нее давили. Вот почему она так сказала. Ее мысли путались. Она быстро прижалась к груди и наклонилась, чтобы ее вырвало.

- Нин Цин…”

Инь Шуйлин и Ся Сяофу подошли, чтобы похлопать ее по спине. Сяо Сяофу не знала, что она беременна. Инь Шуйлин вздохнул и громко сказал: "Нин Цин, не сердись, если ты сейчас повредишь свое тело, что ты будешь делать? Вы уже на 3-м месяце беременности. Не волнуйтесь, публика знает, что такое справедливость. Кто-то хочет украсть вашего мужа, отца вашего ребенка. Молодой мастер Лу не позволит им добиться успеха.”

- Что? Беременна? Толпа разразилась болтовней. Журналисты больше не суетились и бросились к Нин Цин.

- Директор Нин, с вами все в порядке? Вы должны заботиться о своем теле. Вы должны знать, что ваш фильм "Город Любви" очень ожидается всеми. Ваши 70 миллионов поклонников беспокоятся о вашем здоровье с каждой минутой.”

- Да, директор Нин, мы все знаем вашу личность и трудности. Разве у директора Нина нет известной поговорки? - Те, кто понимает меня, знают, а те, кто не понимает меня, им нет нужды понимать.’”

Нин Цин была тронута. Когда ее резко критиковали, рядом с ней были две ее лучшие подруги, а также журналисты, которые больше не боялись власть имущих, и поклонники, которые всегда поддерживали ее. Она была очень довольна.

Но она чувствовала себя неуютно в животе, когда ее рвало, она чувствовала, как слезы текут из ее глаз. Где же мужчина, в котором она нуждалась больше всего?

И снова его не было рядом с ней.

Сун Яцзин и Конг Лан выглядели крайне расстроенными. С одной стороны, было тепло и забота, а с другой стороны, у каждого было торжественное выражение лица, когда они смотрели друг на друга. Было холодно и неловко. Люди из высшего общества смотрели вниз, то ли от страха, то ли от смущения.

В этот момент Конг Лан невольно выглянул за дверь. Один за другим вошли два человека. Она мгновенно ликовала, когда сказала: "Шаомин, Чжилэй, вы двое здесь!”

В этот момент все присутствующие обернулись и посмотрели на дверь.

Нин Цин поддерживали две ее лучшие подруги. Она выпрямилась и перевела взгляд на дверь. Послышался застенчивый голос: "брат мин, подожди меня.”

Красивый мужчина быстро вошел в дверь, и Чжоу Чжилэй, который шел за ним, не успел затормозить. Она врезалась прямо в мужчину. Она тут же ухватилась за левый локоть мужчины и блаженно улыбнулась: “брат Шаоминг, разве мы не обещали прийти вместе? Как вышло, что ты меня бросил?”

У Лу Шаомина не было никакого выражения лица. Как только он переступил порог, он начал прочесывать все четыре угла. Он нашел девушку, которую держали в нескольких метрах от него.

Взгляд Нин Цин встретился с его взглядом.

- Шаоминг, ты здесь!- Сун Яцзин и Конг Лан перешли на сторону своих сыновей и дочерей. Глядя на это так, они действительно казались любящей семьей.

- Это ... - журналисты с этой стороны не знали, что сказать, и все внимательно посмотрели в сторону Нин Цин.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 247: Больше Не Сердишься? Больше Не Игнорируешь Меня?

На мгновение в благотворительном зале воцарилась тишина, и все посмотрели на Нин Цин.

Нин Цин была предметом всеобщего внимания, их взгляды были полны... жалости, сострадания.

Она была его женой. Она была беременна и только что завоевала сердца людей. Она побила свою свекровь, но что это значит? Лу Шаомин и Чжоу Чжилэй были вместе.

Сон Яцзин и Конг Лан смотрели на Нин Цин презрительно и вызывающе. Инь Шуйлин не смог удержаться и выпалил: "Какого черта, Нин Цин. Что же это за человек, которого вы нашли?”

Нин Цин смотрела на мужчину, который был так красив, что она не могла отвести взгляд. Одна секунда, две секунды. Потом спокойно обернулся.

Не говоря ни слова, она повернулась и вышла.

- Директор Нин, вы ничего не хотите сказать?- спросил репортер.

Шаги Нин Цин не прекращались. Она изящно изогнула губы. “Нет. Если вы хотите спросить, вы должны спросить молодого мастера Лу. Все зависит от того, что он скажет. У меня нет никакого мнения.”

Когда она закончила фразу, репортеры замолчали. То, что она имела в виду, было... даже если молодой мастер Лу и Чжоу Чжилей соберутся вместе, ей нечего будет сказать?

Все посмотрели на спину девушки. Ярко-желтое платье придавало ей суровый и красивый вид. Она не выражала слишком много эмоций. Даже в этой сцене, ее поведение было все еще шикарным и властным.

Прикосновение сердечной боли мог почувствовать каждый.

В глазах Сун Яцзина вспыхнуло торжествующее удовлетворение. Прошло всего несколько секунд, и девушка вышла на лужайку перед домом.

Лужайка была украшена огнями. Повсюду были развешаны хрустальные светильники, а посередине-сад с фонтаном. В фонтане брызнула вода.

Снаружи дворяне ти-Сити все еще выходили из своих машин и шли к залу. Где бы ни появлялась девушка, она привлекает к себе много внимания. Конг Лан бросил взгляд на одного из дворян, и тот кивнул.

Нин Цин вышла, протиснувшись мимо нескольких человек. Она была рассеянна. Кто-то стукнул ее по плечу. Ее шаги были неустойчивы. Она споткнулась на пару шагов и чуть не упала в фонтан.

- Нин Цин…”

Кто-то закричал.

В ту же секунду Нин Цин прикрыла живот своей маленькой рукой. Вода в фонтане была неглубокой и не опасной, но она боялась, что ее ребенок замерзнет. Ее единственной мыслью было защитить ребенка.

Но она не упала в воду, потому что ее тонкую руку обхватила большая ладонь. Как только мужчина схватил ее, она упала в его широкие теплые объятия.

Нин Цин ошеломленно подняла глаза: это был Лу Шаомин.

Мужчина не смотрел на нее сверху вниз. Его челюсть была сжата, когда он держал ее одной рукой. Другая большая рука быстро схватила дворянина, который намеренно врезался в Нин Цин. Он повернул свою большую ладонь и прижал руку аристократа сзади. Он услышал щелчок, когда кость аристократа вывихнулась, а затем баам! за этим последовал горький крик. Лу Шаомин пинком отправил дворянина в фонтан.

Поскольку они стояли на краю бассейна, вода брызнула вверх, когда аристократ упал в фонтан. Мужчина отодвинулся в сторону, чтобы преградить ей путь, и поднял другую руку, чтобы закрыть ей уши.

В это время все люди в зале собрались у двери и закрыли рты, говоря: “ого, молодой господин Лу действительно так красив.”

Мужчина был одет в светло-голубую рубашку и серые брюки. Девочка в его руках казалась совсем маленькой. Сзади его рубашка и брюки были забрызганы водой, что добавляло непринужденности его мужественной фигуре.

Когда все стихло, Лу Шаомин поднял маленькое личико девочки. Он оглядел ее с ног до головы и нервно спросил: “Нин Цин, ты в порядке? Вы были разбрызганы или испуганы?”

Нин Цин посмотрела вниз и пошевелила своей маленькой головкой. Она хотела избавиться от его большой руки.

- Нин Цин, что случилось?- Ее сопротивление заставило его тяжело дышать.

К этому времени люди, которые шли с дворянином, были шокированы. Все они с трепетом склонили головы и поясницы. - Молодой господин Лу, нам очень жаль…”

Лу Шаомин был человеком, который редко сердился. Он всегда держался благородно и элегантно перед всем миром. Но теперь он тяжело дышал, и его орлиные глаза скользили по людям. Его голос был яростным, когда он сказал: "ваши извинения полезны? А что, если моя жена упадет и ребенок пострадает? Ты ведь не можешь идти, правда? Тогда зачем тебе ноги?”

Ноги мужчин были мягкими, когда они кричали “ " молодой господин Лу, мне очень жаль, но мы не знаем, как он столкнулся с госпожой Лу…”

Один из самых умных подошел к Нин Цин и несколько раз нагнулся. - Миссис Лу, простите, мы действительно не хотели. Надеюсь, госпожа Лу будет любезна и скажет От нашего имени несколько любезных слов молодому господину Лу.”

- Да, Миссис Лу, пожалуйста, простите нас.- Все они стояли перед Нин Цин, склонив головы и согнувшись пополам. Они почти опустились на колени.

Она не должна винить невинных людей. Эти люди были замешаны в чем-то, к чему они не имели никакого отношения. Сердце Нин Цин не могло вынести их наказания, и она не хотела, чтобы Лу Шаомин причинил им вред от ее имени.

Но ей не хотелось разговаривать с этим человеком, поэтому она прижала руку к животу и зашипела.

- Нин Цин!- Зрачки Лу Шаомина сузились. Его большие ладони быстро накрыли ее маленькие ручки,а брови нахмурились. “Где болит, говори скорее…”

Нин Цин надула розовые губки, но по-прежнему не поднимала глаз. - Очень шумно, пусть все расходятся.”

Лу Шаомин смотрел, как она надулась, и его сердце почти растаяло. Он искоса взглянул на мужчин, и его тон был жестким, когда он сказал:”

- Да, благодарю Вас, молодой господин Лу и госпожа Лу.- Люди бежали, спасая свои жизни.

В это время телохранитель вытащил аристократа из фонтана. Выражение лица аристократа было как мертвый пепел. Тонкие и холодные губы Лу Шаомина изогнулись в холодную дугу. “Я не хочу больше видеть его в городе Т.”

- Да, Президент.- Телохранители уволокли аристократа.

Все таращились на них. Они не ожидали, что ситуация разрешится таким образом. Сановники города Т смотрели на девушку, которую тщательно охранял Лу Шаомин. Мужчины в сфере бизнеса больше всего боялись, что ими будут управлять женщины. Но стоило девушке сказать хоть слово, и мужчина все бросил.

Может быть, девушка не знала, что этот человек только что заявил всему миру, как сильно он ее любит.

Люди невольно поглядывали на Чжоу Чжилэя и двух благородных дам. Выражение их лиц было одинаковым, жестким и мрачным. Чжоу Чжилэй, почти обезумевший от ревности, выглядел особенно мрачным.

Один из телохранителей протянул им черный плащ. Лу Шаомин схватила его и перекинула через плечо. Нин Цин подняла руку, чтобы остановить его. Нет.

Лу Шаомин был полон такой душевной боли за нее. Он мягко уговаривал ее: "Нин Цин, не делай этого, не ссорься со мной. Ты можешь наказать меня так, как захочешь. Здесь холодно. Вам с ребенком не должно быть холодно.”

Нин Цин повертела платье в нижней части живота маленькой рукой. Он все еще знал о ребенке?

Ее глаза покраснели, а из уголков глаз потекли слезы.

Ее плечо было теплым. Черное пальто было накинуто на ее тело. Ее холодное личико снова оказалось в его ладони, и грубый палец мужчины нежно вытер ее слезы. - Нин Цин, почему ты плачешь? Моя мать опять тебя запугивала?”

Люди смотрели на только что упомянутого Сун Яцзина, и Сун Яцзин застыл.

“Разве я уже не говорил, что ты можешь просто игнорировать ее? Что такое семейные Врата Лу? Без меня у семьи Лу даже ворот не будет. Нин Цин, мы не будем беспокоиться об этом, хорошо? Я, Лу Шаомин, принадлежу к благородной семье.”

Толпа ахнула.

Игнорировать Сон Яцзин?

У семьи Лу нет ворот без него?

Он, Лу Шам, из благородной семьи?!

Эти три фразы были действительно слишком безудержными, слишком грандиозными, слишком властными.

Сун Яцзину нечего было сказать. Она была в такой ярости, что ее чуть не вырвало кровью.

- И что Чжоу Чжилэй ... я пошел искать тебя после того, как вышел из аэропорта, но мне сказали, что ты здесь, поэтому я сразу же пришел сюда, но встретил ее у двери. Она прилипла ко мне, как кусок жвачки, так что в коридоре произошла сцена. Ладно, я знаю, что ты злишься. Я не позволю ей прикасаться ко мне в будущем. Никогда, ясно?”

Толпа потеряла дар речи.

Было ли действительно уместно использовать кусочек жвачки для описания внучки короля величайшей в мире винодельни?

Чжоу Чжилэй был потрясен. Ее кровь кипела от ярости.

После его объяснений Нин Цин была тронута. На самом деле, она не сомневалась в нем, но все еще была немного обижена. Он уже знал, что она его жена, но в ту ночь он исчез из чайного павильона виллы после того, как был так эксцентричен по отношению к ней в течение целой недели. Она так по нему скучала.

Ребенок в ее животе тоже скучал по нему.

Хотя ребенок все еще не понимает, э-э... она решила, что ее ребенок тоже будет скучать по нему.

Но он прилепился к Чжоу Чжилэю, как только тот появился. Раньше она не имела ничего общего с корейским Оппой, но он был так ревнив.

Он вообще не думал о ней.

Нин Цин нанесла ему нежный маленький удар, но каждая часть тела мужчины была такой твердой. Болела только ее маленькая рука. Она со слезами оттолкнула его и сказала: “Отпусти меня, держись от меня подальше. Человек, который издевался надо мной-это ты! От тебя пахнет духами других женщин. Пахнет ужасно. Меня сейчас вырвет.”

Видя ее эмоциональное возбуждение и говоря, что она хочет вырвать, Лу Шаомин нахмурился, отпустил ее, поднял руки в знак капитуляции и несколько раз уговаривал: “хорошо, я отпущу. Не волнуйтесь. Будьте осторожны с ребенком…”

С этими словами Лу Шаомин понюхал правую руку, за которую держался Чжоу Чжилэй, и действительно почувствовал слабый аромат духов на его рубашке. Чжоу Чжилэй привык пользоваться духами.

- Нин Цин, пойдем домой, а потом я приму душ и переоденусь. Вы терпите это некоторое время.- Он потянулся к ее плечу.

Нин Цин отступила назад и не позволила ему прикоснуться к себе.

У Лу Шаомина больше не было никаких идей. Он посмотрел на сверкающий фонтан. “Нин Цин, раз ты меня так не любишь, может, мне спрыгнуть вниз и смыть этот запах?”

Нин Цин ничего не расслышала. Что?

Лу Шаомин не колебался. Он поднял ногу и ступил на ступеньки фонтана. Он уже собирался прыгнуть внутрь.

Толпа была ошеломлена. Молодой господин Лу, вы серьезно? Ты собираешься прыгать просто так?

- Эй, Лу Шаомин!- Ответила Нин Цин, быстро дернула мужчину за рукав и уставилась на него своими нежными надутыми щеками. “Что ты делаешь?”

Лу Шаомин поднял свои острые брови, он знал, что она не вынесет его.

Он протянул руку и сжал ее маленькую ручку, коснулся ее маленького лица другой большой рукой и счастливо сказал: "Нин Цин, больше не игнорируешь меня? Больше не сердишься?”

Нин Цин стряхнула его руку, и еще один слой нежной обиды затопил ее осенние радужки. Она задала вопрос, который был подавлен в ее сердце “ " Лу Шаомин, ты так добр ко мне сейчас из-за ребенка в моем животе? Я знаю, что ты несчастна. Ты не можешь принять это, потому что ты вообще не собирался жениться на мне, но теперь, когда я твоя жена, ты избегаешь этой проблемы.”

Лу Шаомин не знал, смеяться ему или плакать. Когда это он дал ей такое дико неверное представление?

Он сунул правую руку в карман, взял жесткую коробочку и вытащил ее.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 248: Нин Цин, Выходи За Меня Замуж

Нин Цин увидела, что он достает изящную пурпурную коробочку в форме сердца, и ее маленькое сердечко екнуло. Он….

Лу Шаомин посмотрел на девушку. Она, казалось, была в каком-то оцепенении, и в его темных глазах было нежное выражение. - Нин Цин, я приготовил эту коробку полмесяца назад. Я всегда хотел подарить его тебе, но у меня не было возможности сделать это, когда я летел домой, я подготовил церемонию предложения для тебя. Я купил яхту и хотел взять тебя с собой в море, чтобы посмотреть на фейерверк... но я не знал, как ты все неправильно понял. Поскольку это так, нет лучшего времени, чем сейчас; это идеальное время. Я не хочу продолжать ждать, я боюсь, что снова упущу время…”

Лу Шаомин очень медленно опустился на одно колено и открыл коробочку в форме сердца. В коробке лежало кольцо с бриллиантом.

“Вау….- Толпа у дверей была ослеплена блеском бриллианта, и все они говорили, что молодой хозяин был незаметен, но в то же время роскошен. Но что касается этого бриллиантового кольца, то оно не было низким, скорее, оно было в конечном счете роскошным.

В этот момент Нин Цин все поняла. Ее движения были как в тумане, и она смотрела на кольцо, когда отключилась…

Она не верила, что этот человек может подарить ей что-то подобное. На первый взгляд кольцо выглядело как корона, кольцо было сделано из 20-каратного золота в форме сердца, и оно было обернуто по бокам 99 маленькими водяными бриллиантами. Он сверкал и привлекал внимание.

- Нин Цин, тебе нравится это кольцо? Я знаю, что все девушки любят драгоценности. 99 маленьких водяных бриллиантов означают вечность и вечность. Драгоценный камень короны означает, что вы добавляете драгоценный камень короны к любви. Это то, что я придумал сам. Он был лично изготовлен Джоном. В будущем вы можете показать его другим. Это только один и единственный в своем роде во всем мире.”

Все слышали о Джоне раньше, он был создателем роскошного ювелирного дома в Италии.

Толпа была загипнотизирована. Молодой господин Лу, если вы предлагаете, то предлагайте. Зачем вам думать о том, как ваша жена будет хвастаться в будущем? Кто посмеет сравниться с мадам Лу? Кто посмеет это сделать?

- Нин Цин, ты же понимаешь, я потерял память. Это можно считать моей первой встречей с вами в Америке. Хотя это был всего лишь краткий взгляд, я все это время смотрел, как вы уходите с верхних этажей. Хотя я не знал, на что смотрю, возможно, я смотрел на дорогу, по которой вы шли раньше.

“После этого, в Гуан Цин, вы одобрили капустный шлейф. Я видел ум и сообразительность, которые вы проявили в своей работе. Вы были молоды и страстны в отношении того, как вы жили. Я начал терять способность контролировать свои собственные глаза. Я хотел посмотреть на тебя. После того, как я увидел тебя, мне захотелось смотреть на тебя еще больше, как будто я был околдован.

“В то время я еще не знал, что ты моя жена. Я догадался, что кто-то живет в твоем сердце. Я был ревнив и завистлив, и я не мог контролировать свои эмоции. Я чувствовала, что веду себя как сумасшедшая, но когда ты погнался за моей машиной, я закрыла глаза и решила забыть обо всем этом. Я относился к этому, как к тому, что был должен тебе в прошлой жизни. Если бы ты искал чью-то тень на мне, тогда было бы нормально, чтобы я был заменой, пока ты был рядом со мной.

“Когда я встречалась с тобой, я чувствовала, что мое сердце переполнено, и я хотела быть с тобой всегда. Я бы расстроилась, если бы ты игнорировала меня, чтобы сосредоточиться на работе. Я не могла смотреть, как ты дуешься, и не могла смириться с тем, что ты ведешь себя мило по отношению ко мне. Мне казалось, что я стою перед изящной фарфоровой куклой, и если я приложу слишком много сил, то боюсь, что тебе будет больно. Если бы я был ослаблен силой, я был бы не в состоянии контролировать себя.

“Нин Цин, хотя мы общаемся уже 3 месяца, я люблю тебя! Это чувство любви пришло ко мне само собой, и оно никогда не прекращалось, даже на мгновение.

- Нин Цин, выходи за меня замуж, будь моей женой. Давай состаримся вместе.”

Нин Цин прикрыла рот своей маленькой ладошкой. Сверкающие слезы застилали ей глаза, и она не могла ясно разглядеть мужчину, который стоял перед ней на коленях.

Хотя она уже знала, что он великолепен, сейчас этот мужчина был самым красивым и завораживающим, каким только мог быть.

Любил ли он ее?

Она была такой потерянной и подавленной в прошлом. Она не понимала, что он держится от нее на расстоянии, и ее сердце было глубоко ранено тем, что он игнорировал ее и снова и снова причинял ей боль.

Но, услышав его слова, она узнала и поняла его; он всегда любил ее.

Она споткнулась и наткнулась на препятствия на своем пути к любви. Он также яростно боролся со своими собственными демонами, в течение последних трех месяцев они оба страдали от боли.

Но он был похож на нее. Он никогда не уходил! Он хотел сопровождать ее и состариться вместе.

Это были самые романтичные слова на свете.

“Нин Цин, что ты делаешь в таком оцепенении? Быстро соглашайся с ним.”

Видя, что Нин Цин была в глупом оцепенении и только умела плакать, Инь Шуйлин и Ся Сяофу были одинаково встревожены и не могли не громко напомнить ей об этом.

Нин Цин посмотрела в ее сторону, слезы застилали ей глаза. У двери стояла толпа черноволосых людей. Здесь были все элиты и представители высшего класса Т-Сити, а также каждое из 28 средств массовой информации Т-Сити…

Нин Цин отчасти понимала его мысли. Мужчина хотел подарить женщине самую лучшую любовь, и это было-статус.

Он говорил всему миру, что она его Госпожа Лу. Она уже была в прошлом, но теперь ее титул был еще сильнее.

Время не могло остановить его изнеженную любовь к ней, и он не хотел расставаться с ней. Это чувство становилось все более и более сильным с каждым днем.

Лица этих людей выражали зависть, глубокое душевное движение и поздравления. Присутствовали ее лучшие подруги Инь Шуйлин и Ся Сяофу. Они были свидетелями ее величайшего блаженства.

Что же касается ее свекрови, Чжоу Чжилэй, Конг Лань...

Она решила временно игнорировать их пренебрежение. Ну же, пусть отныне ревность будет еще сильнее.

“Окей. Нин Цин энергично кивнула и сказала: “Лу Шаомин, я согласна с тем, что ты сказал.”

Темные блестящие глаза Лу Шаомина были похожи на звезды в небе, и он медленно надел кольцо с драгоценным камнем на безымянный палец ее правой руки. Он встал и заключил девушку в объятия.

“….Женушка, - нежно прошептал он, целуя ее волосы.

Услышав от него слово “женушка” впервые за долгое время, Нин Цин безудержно расплакалась. Она сжала пальцы в кулак, чтобы ударить его, но слова, которые она произнесла, были благодарными. “Лу Шаомин, спасибо тебе за то, что ты ... не бросил меня.”

- Молодой господин Лу, целуй, целуй!"Инь Шуйлин начал вести за собой, чтобы все начали аплодировать.

Нин Цин вытерла свою слизь и слезы о дорогую рубашку мужчины, и она застенчиво уткнулась своей маленькой головкой ему в грудь, не позволяя поцеловать себя.

Но мужчина опустил голову и стал искать кончик ее губ, а затем крепко поцеловал.

Маленькая белая рука Нин Цин потянула его за рубашку. Ее чувства были наполнены запахом его здоровья и свежим мужским ароматом, и она слегка повернула свою маленькую головку и позволила ему поцеловать себя целиком.

Обхаживать.

Он целовал ее с такой силой.

Ее бедра размякли, и она тут же онемела, а в следующее мгновение весь ее мир перевернулся с ног на голову. Мужчина поднял ее горизонтально. Он сказал: "женушка, пойдем домой.”

- Ух ты... - раздались громовые аплодисменты со стороны двери.

“Да, Шао Мин.- С тревогой спросила Нин Цин. Она застенчиво посмотрела на красивое и завораживающее лицо мужчины и сказала мягким голосом: “тебя не было здесь только что, Сяофу помог мне.”

Лу Шаомин поднял брови и понял, что она имела в виду. Его темные глаза скользнули в сторону двери, взгляд остановился на паре Лу, и он слегка кивнул в их сторону.

Супруги Лу были потрясены, когда сказали: "молодой господин Лу.”

Ся Сяофу вздохнул с облегчением. Когда Лу Шаомин кивнет головой, у ее родителей не будет никаких проблем. В последнее время отношения между ней и семьей Оу были напряженными, и она заставила своих родителей волноваться. Она не хотела, чтобы из-за нее у ее родителей были неприятности.

Это было бы по-настоящему некрасиво с их стороны.

Лу Шаомин держался за Нин Цин и большими шагами уходил.

…

Ожидая, пока они скроются из виду, толпа не сводила с них глаз. Инь Шуйлин сложила ладони вместе. Ее тон был ленивым, когда она улыбнулась и сказала: “Айо, только что молодой мастер Лу пришел вместе с кем-то. Мы все еще не поняли молодого мастера Лу. Мы не думали, что молодой господин Лу будет так увлечен Нин Цин. Несмотря на то, что он потерял память, они все еще любят друг друга. Я так тронут.”

Журналист присоединился к разговору, сказав: "правильно! То, что предложил молодой мастер Лу, было действительно интереснее, чем драма с идолом. Завтра все заголовки снова будут посвящены директору Нин.”

Инь Шуйлин похлопала по плечу журналиста, сидевшего рядом с ней. Ее глаза намеренно устремились в сторону Чжоу Чжилэя, когда она сказала: "Ты должен написать это правильно. Посмотрите, как молодой мастер Лу балует Нин Цин. Они блаженны, как семья. В ее животе живет маленький молодой мастер Лу, заставляющий других ревновать. Если этот кто-то все еще хочет ее достоинства, если она знает, как написать слова Честь и стыд, то этот человек не должен мечтать наивно. Будет лучше, если она уедет как можно дальше.

Конг Лан почувствовала, как все ее тело взорвалось. Уста инь Шуйлин были злыми, и она снова использовала все слова, которые они обращали к Нин Цин.

Неудивительно, что они были лучшими друзьями.

Конг Лань ненавидела, что не может подойти и разорвать Инь Шуйлинь на части, но, глядя на Инь Мучэнь, стоящую рядом с Инь Шуйлинем, она боялась последствий. Наконец она стиснула зубы и сказала: “Мисс Инь, о ком вы говорите?”

Инь Шуйлин прямо проигнорировал кислое и злое выражение лица Конг Лана. Она протянула маленькую руку, чтобы поправить свое красное платье. Ее слова были медленными и холодными “ " О, у кого есть нечистая совесть? Я бы говорил об этом человеке. Вообще-то, мне тоже очень любопытно. Кто эта дешевая подделка, от которой молодой мастер Лу не может избавиться? Он уже говорил об этом человеке.”

Говоря это, инь Шуйлин улыбнулась и повернулась, чтобы уйти вместе с Инь Мученем.

- Ты!- Конг Лан был вне себя от ярости.

- Мама! Чжоу Чжилэй протянула руку, чтобы ухватить Конг Лана за локоть, и она покачала головой со значением — забудь об этом, они и так уже потеряли слишком много достоинства сегодня.

Конг Лан подняла глаза и огляделась. Она видела только, что журналисты и представители элиты смотрят в пол. Они улыбались, болтая между собой. Она хотела взорваться, но эти люди быстро разошлись.

Конг Лан был недоволен. Это было крайнее унижение.

Рука Чжоу Чжилэя, лежавшая рядом с ней, была сжата в кулак. Ее длинные ногти впились в ладонь, но она не чувствовала боли.

Сегодня Лу Шаомин жестоко растоптал всю ее гордость и достоинство. С завтрашнего дня она станет посмешищем всего города.

Выражение лица Сун Яцзина тоже было плохим. Эти слова, сказанные Лу Шаомином, с каждой минутой все больше смущали ее. Наконец-то она поняла, что ее сын вырос, и она больше не может заставлять его оставаться рядом с ней.

- Госпожа Чжоу, Чжилэй, сегодня во всем виноват сын Шаомин. Не волнуйтесь, Шаоминг только на мгновение околдован. Я верю, что он сможет пробудиться от своего транса.”

- Проснуться? Госпожа Лу, неужели молодой господин Лу действительно проснется?- Спросил Конг Лан.

- Это ... - Сун Яцзин не был уверен в себе.

В этот момент подошел телохранитель и, наклонившись к уху Сун Яцзина, тихо прошептал:

Сун Яцзин поспешно попрощался, сказав: "госпожа Чжоу, Чжилэй, мы встретимся снова в другой день. Мне нужно кое о чем позаботиться, так что я ухожу.”

Сун Яцзин удалился.

- Госпожа Лу! Конг Лан дважды окликнул ее, но Сун Яцзин даже не повернула головы. Она села в роскошный автомобиль.

- Хм!- Конг Лань взмахнула рукавом, прямо вцепилась в руку Чжоу Чжилэя и в припадке отошла.

Заметив, что толпа разошлась, Ся Сяофу сказала своим родителям: “Папа, Мама, давайте тоже пойдем домой.”

- Сяо Фу. ОУ Цзе взял ся Сяофу за тонкую руку и сказал: “Давай поговорим немного.”

Ся Сяофу стряхнул его руку и сказал: “то, что должно быть сказано, я уже говорил вам много раз, я не хочу снова ссориться с вами. Я надеюсь, ты сможешь принять тот факт, что мы уже расстались.”

- Сяо Фу, неужели тебе обязательно быть таким жестоким и бессердечным? Только из-за Оу Ло Си? Что такого хорошего в ОУ Ло Си? Он похитил невесту собственного брата! Он бесстыден и презрен.”

“ОУ Цзе, я не позволяю тебе ругать его. Я ему не нравлюсь. Я гонялся за ним целых два месяца, а он даже не удостоил меня взглядом. Это у меня проблема, Оу Зе, отпусти меня.”

Ся Сяофу уехала с родителями.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 249: Лу Шаомин, Ты издеваешься надо мной

Сун Яцзин сидел в роскошном автомобиле, а водитель вел машину. Она посмотрела на мужчину на заднем сиденье и удивилась. “Динь-Хуа, ты вернулся! Почему ты мне ничего не сказал?”

Лу Динхуа ущипнул себя за переносицу. “Я вернулся с Шаомингом, видел, как он вошел и вышел с девушкой на руках.”

Говоря об этом, Сун Яцзин рассердился. “Ты этого не знаешь, Динь Хуа, но Шаомин только что сделал предложение Нин Цин на банкете. Нин Цин не благороден и уже много лет околачивается в индустрии развлечений. Я очень недоволен ею, и я не знаю, как она соблазнила Шаоминга так сильно, что он должен был жениться на ней. На банкете шаомин не удостоил ни госпожу Чжоу, ни Чжилея взглядом. Я как раз собирался кое-что объяснить, когда вы приказали мне выйти.”

- Ха, - рассмеялся Лу Динхуа. “Ты знаешь, почему я попросил тебя выйти?”

- Но почему?- Спросила Сун Яцзин.

“Потому что тебе не нужно ничего объяснять, я знаю, что только что произошло в банкетном зале. Пользуясь твоими словами, Шаомин должен был жениться на Нин Цин.”

Сун Яцзин был напряжен. “Динь-Хуа, ты хочешь сказать, что...ты признала личность Нин Цин?”

Глубокие глаза Лу Динхуа скользнули мимо нее. - А если нет? Смотреть на тебя. Ты вернулся в город Т и несколько раз дрался с Нин Цин. Когда это ты ее бил? Возьмем, к примеру, только что состоявшийся банкет; разве вы не видите, что Нин Цин позволяла вам побеждать повсюду? Она направила огонь на семью Чжоу, она даже приняла во внимание средства массовой информации и Шаомин, поэтому она не сказала Ничего слишком уродливого, иначе слова ее лучшей подруги были бы сказаны Нин Цин.

“Более того, люди смотрели Ходячие шутки — мать и дочь семьи Чжоу. Почему никто не критиковал тебя как злую тещу, которая пыталась разлучить влюбленных птиц? Нин Цин придавала тебе лицо. Она не хочет встречаться с тобой лицом к лицу. Это все для того, чтобы ты не смутился.

Тон Лу Динхуа был довольно резким, и Сун Яцзин не нашелся, что сказать. Действительно, этот Нин Цин был очень сильным противником.

“Динь-Хуа, как ты думаешь, что нам делать?”

“На этот раз я вернулся в Китай, чтобы увидеть Нин Цин. Я хотел посмотреть, насколько сильна эта девушка, которая пленила Шаоминга. После этого события я сохраняю нейтральное отношение к Нин Цин.”

- Что? Сун Яцзин недоверчиво покачала головой. - Дингхуа, статус Нин Цин несовместим с благородством семьи Лу. Кроме того, Шаоминг теперь в ней души не чает. Мужчины в деловом мире больше всего боятся эмоций, а это значит, что теперь у него есть фатальная слабость.”

Лу Динхуа не стал ничего опровергать, он просто тихо сказал: “Яцзин, после того шума, который ты только что устроил, было несколько звонков со стороны семьи Лу, и все они спрашивали о ситуации здесь.”

Зрачки Сун Яцзин сузились. Лу Шаомин был прав. Было много ветвей семьи Лу. Между ними переплетались их интересы. Было слишком много людей, которые охотились за семьей Лу. Она не ожидала, что новости дойдут до них так быстро.

Лу Динхуа медленно вытянул губы и рассмеялся. - Яджин, Шаоминг только что что-то сказал. Без него нет врат семьи Лу. Этот мальчик говорит все более и более высокомерно, но он также попал в точку. Мне это нравится. Ты, подумай о последствиях, прежде чем что-то делать. Чтобы контролировать Шаомин, вы должны иметь капитал в первую очередь.”

Лу Динхуа расслабился в своем кресле и вздохнул, сказав: “что касается этой Нин Цин, хотя она немного моложе, она может отступить и продвинуться в нужное время. Она спокойна и сдержанна; я думаю, что с ней все в порядке.”

- Динь-Хуа, она…”

Лу Динь-Хуа откинул голову на спинку стула и небрежно взглянул на Сун Яцзина. - Яджинг, не думай больше о браке между дворянами. Семья Лу в этом не нуждается. Кстати, о личности, это Чжоу Чжилэй, внучка дедушки Чжоу? Ее отец был всего лишь приемным сыном дедушки Чжоу.”

Эта фраза заставила Сун Яцзин нахмуриться.

- Хорошо, отдохни и понаблюдай несколько дней. Нин Цин все еще нуждается в тестировании в будущем, чтобы увидеть, подходит ли она для того, чтобы быть невесткой семьи Лу.”

…

"Бентли" остановился у чайного павильона виллы. Когда они вышли, Лу Шаомин взял Нин Цин на руки и вошел в дом.

Две маленькие ручки Нин Цин обвились вокруг его шеи, когда она нежно обвила его своими тонкими ножками. - Шаоминг, тебе надоело меня держать? Я могу идти сама.”

Открыв дверь виллы, Лу Шаомин отвел ее в спальню и осторожно положил на кровать. Он лежал рядом с ней, не смея прижаться к ней. Одной сильной рукой он оперся о кровать и поцеловал ее маленькое личико. - Я не устал.”

Говоря это, он положил свою большую ладонь ей на живот, и глаза его были полны нежности. - Ребенок беспокоил тебя, пока меня не было целую неделю, ты устала?”

Нин Цин подняла свой маленький нежный кулачок и ударила его по плечу. Она надула розовые губки и промурлыкала: “ты же знаешь, что тебя не было целую неделю. Вы все еще можете отправить мне сообщение, независимо от того, насколько вы заняты на работе. Мы с ребенком скучали по тебе.”

- Извини, я больше не буду этого делать. Я буду с тобой все время. Лу Шаомин поцеловал ее в губы и медленно спустился к животу.

- Шаоминг.- Белокурые пальчики Нин Цин легонько коснулись ее живота. “Его зовут Маленький мастер Лу, а я-малыш.’ ”

Она вовсе не была застенчивой. Она и маленький мастер Лу боролись друг с другом за любовь.

- Ха-ха. Низкий смех мужчины пронесся по воздуху, и он поцеловал ее в живот.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 250: Начнем Заново, Создавая Воспоминания Вместе

После того, как воздух затих на несколько секунд, Нин Цин мягко улыбнулась и спросила: “Шаомин, ты закончил принимать душ?”

Она отвела взгляд и положила фотографию обратно в карман его брюк. Она подняла пятки, чтобы подойти к бамбуковой корзине, и положила туда его одежду.

В этот момент сзади появилась красивая фигура, и Лу Шаомин обнял ее сзади. Одна огромная ладонь защищала шишку на ее маленьком животе, пока он целовал ее маленькое личико и говорил: "ты голодна? В доме нет никакой тети. В будущем вам не разрешается прикасаться к маслу или курить; не пойти ли нам поесть?”

Нин Цин покачала головой и сказала: “я не хочу, ресторанная еда не может быть часто съедена беременными дамами. Шаомин, может, нам вернуться домой и поесть? Моя мама определенно сделала много блюд; она недавно заставила меня растолстеть.”

“Окей. Лу Шаомин кивнул головой и сказал: “Конечно, пойдем домой, поедим.”

Услышав его согласие, Нин Цин хотела вырваться из его объятий, но мужчина крепко держал ее и не отпускал. От мужчины исходил легкий аромат после того, как он вышел из душа. Когда он коснулся ее кожи, его волосы все еще были влажными, и все его тело все еще не было сухим.

- Ты голоден?- снова спросил он.

- Что?- Она ничего не поняла.

“Вы не могли бы подождать еще немного, прежде чем мы пойдем домой ужинать? Я вспомнила, что ты уже на 3 месяце беременности.”

Нин Цин почувствовала, как все ее тело охватило пламя, смысл его намека был очень очевиден.

Ее белые, как ракушки, зубы прикусили розовые губы, и она застенчиво сказала: "я съела только два маленьких десерта на ужин…”

“О.- Ответил мужчина и поцеловал ее волосы, отпустив, чтобы обернуться. - Позвольте мне сначала переодеться, прежде чем мы уйдем.”

Но он не мог сделать и шага, потому что его маленький пальчик был крепко зажат в ладони девушки. Он обернулся, чтобы посмотреть; девушка смотрела на него своими блестящими глазами, когда она сказала: Хотя я съел совсем немного, я не голоден.”

Взгляд Лу Шаомина мгновенно стал влюбленным. Он быстро подошел, взял девушку на руки и осторожно положил на кровать.

Обе руки мужчины были прижаты к ее боку, и он смотрел на ее маленькое, нежное лицо.

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

После того, как она забеременела, ее кровообращение значительно улучшилось. Ее нежная, светлая кожа была покрыта здоровым розовым налетом. Ее лицо оставалось маленьким, оно даже не было размером с его ладонь.

“Как он обычно обращается к тебе в такие моменты? Женушка?”

Нин Цин была застенчива, и она не осмеливалась взглянуть на него, но она могла помочь, но тайно открыла щепку своих глаз, чтобы посмотреть. Он лежал на ней сверху и смотрел сверху вниз на ее особенно четкие черты. Он только что вышел из душа. Усталость покинула его, тело было свежим и чистым. Это делало его еще более молодым и красивым.

Ее длинные ресницы тяжело затрепетали. Ее ресницы были крыльями бабочки, и они дополняли ее прекрасные глаза, привнося мистическую вибрацию в ее красоту.

- ...Маленькая Женушка.”

- Она выплюнула эти два слова.

- Хех. Мужчина хрипло рассмеялся и сказал: “он спрятал маленькую женушку в своем доме, он знает, как наслаждаться жизнью слишком много.”

О чем это он говорит?

“Где ты была всю неделю?”

Лу Шаомин застыл на месте и ничего не ответил.

На самом деле Нин Цин уже знала ответ. Хотя она не знала, как была сделана эта фотография, она, вероятно, была сделана в Америке.

Из Великобритании в Америку…

Нин Цин догадалась, что именно это и было причиной его исчезновения на всю неделю.

Он отправился на поиски своих воспоминаний?

Нин Цин обхватила его красивое лицо своими маленькими ручками и приподнялась, чтобы поцеловать его глаза. - Шаоминг, мне кажется, ты все еще чего-то не понимаешь. Мне нравилась твоя прежняя версия. Но я люблю тебя прямо сейчас, потому что когда я думаю о человеке, у которого есть память, я знаю, что в твоем теле спрятан еще один Лу Шаомин, и это заставляет меня любить тебя еще больше.”

Ясные и сверкающие глаза Лу Шаомина сузились. Он думал, что потерял память, а ее любовь раскололась пополам. Одна половина была отдана его старому "я", а другая-ему самому.

Когда она сравнила их, стало очевидно, что она полюбит его прежнего.

Но теперь она говорила ему, что это не так.

- Шаомин, я всегда хотел, чтобы ты восстановила свои воспоминания, но это было не потому, что я хотел, чтобы ты стала другим человеком, а скорее, я просто хотел, чтобы у тебя были воспоминания, которые принадлежат тебе. Лу Шаомин прошлого - это часть ЛУ Шаомина настоящего. Помните об этом, вы не разделены на две части, но теперь два человека навалились на ваше тело. Шаоминг, не соревнуйся с самим собой. Тебе нужно только знать, что человек, за которого я вышла замуж, - это ты. Все мои первые шаги были отданы тебе. Мой маленький молодой господин Лу тоже твой, Ты мой единственный и неповторимый.”

Только теперь она поняла, почему он продолжал говорить о "нем", у него не было никаких воспоминаний, и прошлое было для него чистым листом бумаги, и он чувствовал, что все, с чем он сталкивался, не было похоже на реальность.

Он действительно завидовал самому себе.

Он долго соперничал с самим собой, и это привело к его упрямству.

А его упрямство было страшной психологической болезнью.

Лу Шаомин был в растерянности. Его голос был хриплым, когда он сказал: “Это правда? Но Нин Цин, может быть, до конца своей жизни я не смогу вспомнить эти воспоминания.”

Он даже пытался попасть в автомобильную аварию, но у него ничего не вышло.

Нин Цин нежно поцеловала его в губы и сказала: "Шаомин, если ты не можешь восстановить эти воспоминания, тогда не беспокойся об этом. Самое главное, что мы теперь вместе. У нас есть много времени, чтобы провести вместе в будущем. Давайте начнем все заново и создадим воспоминания, которые принадлежат нам.”

Лу Шаомин не был уверен, когда сказал: "Можно?”

- А почему бы и нет? Нин Цин приподняла свое тело, взгромоздила половину себя на его тело и сказала: “С этого момента чувствуй меня как следует. Я твой, и я принадлежу только тебе.”

Выражение глаз Лу Шаомина потемнело, и он быстро прижался к ней всем телом.

- Ай!- Нин Цин толкнула его в грудь и не дала ему преуспеть.

“Что случилось на этот раз?- В хриплом голосе мужчины слышалась торопливость.

- Дай мне взглянуть на твою руку. Нин Цин схватился за левую руку, чтобы посмотреть, и увидел только глубокую и длинную рану на его мускулистой руке. Хотя это уже был струпок, он все еще выглядел зловеще.

Наверное, потому, что он слишком долго обнимал ее; в центре раны было немного крови.

Нин Цин почувствовала, как ее сердце сжалось от жалости к нему. Она опустила взгляд, нежно поцеловала его зловещий шрам и сказала: “Шаоминг, тебе больно? Я не позволю тебе пострадать в будущем, хорошо? Ты больше не одна, и малыш, и я нуждаемся в том, чтобы ты нас кормила.”

Ее желеобразные губы поцеловали его руку, и она оказалась теплой и скользкой. Лу Шаомин сглотнул слюну, сразу же прижал ее обратно к кровати и сказал: Не дергайся, я больше не могу ждать.”

Нин Цин,“.... Если бы в будущем, когда он придет в себя, она не знала, что он подумает об этих торопливых словах: "я больше не могу ждать.

…

Заголовки развлекательных газет на следующий день были явно забиты Нин Цин. Весь развлекательный отдел был полон похвал за это предложение, и после того, как он выдержал эти 3 месяца, весь город знал, что Нин Цин теперь мадам Лу.

Отныне каждый раз, когда они упоминали имя "Нин Цин", это сопровождалось завистью и ревностью всех женщин в городе.

Ее кольцо, которое означало добавление короны к любви, уже было подтверждено профессионалами в этой отрасли, что оно стоит более 100 миллионов долларов.

И он действительно был единственным в своем роде в этом мире.

Съемки фильма "Город Любви" быстро закончились через месяц. Нин Цин устроила праздничную вечеринку и лично участвовала в нескольких пресс-конференциях.

Она умело и легко проводила пресс-конференции, снабжала прессу заголовками и сенсациями. На вопросы, обращенные к ней, она отвечала изящно и любезно, гладко и ловко.

Конечно, после этих нескольких пресс-конференций нашлись люди, которым посчастливилось увидеть мужчину в костюме. Он оставил после себя холодную и таинственную тень для толпы. Он лично отвез свою беременную жену, а потом привез ее домой.

Эта пара вступила в любовную стадию отношений.

Нин Цин ударила, когда железо было горячим. Это был жаркий и душный день, когда Город Любви официально дебютировал шестого июня. В день своего выхода он побил кассовые сборы с 30 миллионами долларов продаж,а через неделю после выхода он преодолел отметку в 400 миллионов долларов. Это побило новый рекорд в истории продаж билетов в кино.

Карьера Нин Цин поднялась на новую высоту в течение недели. Цена акций Island Wide Media and Entertainment непрерывно растет в 6 раз. Ее активы успешно выросли, чтобы попасть в список знаменитостей СМИ Forbes, и она возглавила этот список.

Мало того, она была выбрана жюри, чтобы стать самой влиятельной женщиной-знаменитостью в Китае, и она представляла Китай как первую знаменитость, которая появилась на обложке журнала Milan Fashion Week. Слава и почести нахлынули вместе.

Нин Цин сейчас и Нин Цин из прошлого нельзя было назвать одним и тем же человеком.

В этот день Сяо Чжоу, который был в возбужденном состоянии, был прерван кем-то. “Как ты, я хочу спросить, это ли мастерская Нин Цин? Я ищу Нин Цин.”

Сяо Чжоу подняла глаза, чтобы посмотреть. Это был мужчина средних лет, одетый безукоризненно, с осанкой необыкновенного человека. - Могу я спросить, кто вы? - вежливо спросила она.

Лу Динхуа рассмеялся и сказал: “Я отец Лу Шаомина.”

Сяо Чжоу был в шоке и сразу же вышел вперед, чтобы поприветствовать его. “Оказывается, это отец нашей Нин Цин. Как поживаете, как поживаете? Нин Цин сейчас в кабинете, я отведу тебя к ней.”

Сяо Чжоу подвел Лу Динь Хуа к двери кабинета, где Нин Цин разговаривала с Инь Моэр, художницей, работавшей под ее руководством.

- Нин... - Сяо Чжоу хотел окликнуть ее.

Но Лу Динь-Хуа замахал руками. Его жест означал, что, поскольку он уже был там, он был готов ждать и слушать.

Нин Цин села на стул, а Инь Моэр начал говорить. - Директор Нин, вчера я получил приглашение на обед от большого босса индустрии развлечений. Я не знаю, стоит ли мне идти.”

Нин Цин подняла взгляд, чтобы посмотреть на нее, и она скривила губы в улыбке и сказала: “Город Любви успешно превратил тебя в А-Листер среди женщин-знаменитостей. В будущем вы будете получать все больше и больше приглашений. Я не могу вмешиваться в вашу личную жизнь. Если вы идете на деловой обед, вам нужно сначала подумать о своей прибыли. Вы можете пить, но сможете ли вы стоять и принимать прикосновения и спать с ними?”

В этом году инь Моэр было только начало ее двадцатилетия, и она, очевидно, не могла принять резкие слова Нин Цин. Она покраснела и помахала рукой. - Директор Нин, я не это имел в виду ... ”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 251: С тех пор как я вышла замуж за Лу Шаомина, я первая невестка семьи Лу

“Что вы имеете в виду?- Прямо перебила ее Нин Цин. “Тебе легко найти причину отказаться от развлечений старейшин, когда они приглашают тебя, но ты поддался искушению. Вы думали, что, возможно, могли бы получить лучшую возможность развития со старшим, но вы боитесь и не хотите платить. Проще говоря, вы хотите все и ни за что.”

Лицо инь Моэр было красным, и она стала одной из четырех популярных актрис в "городе любви", но перед Нин Цин она все еще будет нервничать и беспомощна.

Нин Цин могла видеть людей насквозь с первого взгляда.

Нин Цин было всего 21 год, но ее рост в индустрии развлечений и ее личный рост можно было бы назвать удивительным.

- Моэр, ты хочешь воспользоваться мужчинами, а мужчины хотят воспользоваться тобой. Никогда не оставляй все на волю случая. Вы еще молоды, и в будущем у вас будет много вариантов. Я не могу принять решение за вас, но я могу сделать метафору для вас. Это как актриса, которая становится знаменитой, потому что она сыграла определенную роль, например, Леди. Тогда люди, которые хотят, чтобы она играла роль леди, будут приходить один за другим. Некоторые люди, сделав первый шаг, уже никогда не смогут вернуться назад.”

Глаза инь Моэр заблестели, и она кивнула: “директор Нин, я понимаю. Спасибо.”

- Ладно, можешь идти. Нин Цин слегка улыбнулась и продолжала смотреть на документ, который держала в руке.

Когда Инь Моэр вышла, Лу Динь Хуа услышал, как она сказала своему помощнику: “помоги мне отклонить приглашение на ужин и больше никогда не присылай мне подобных приглашений.”

Лу Динхуа посмотрел на девушку, сидевшую в кабинете. Как бы он ни смотрел на нее, он чувствовал, что она очень молода, но то, как она справлялась с этой проблемой, вовсе не было “молодым”.

Она использовала очень хорошую метафору, чтобы сказать Инь Моэр, что быть человеком-это все равно что играть. Как только она отправится на ужин и позволит им прорваться через линию обороны, найдется много мужчин, которые будут желать ее. В индустрии развлечений не было никаких секретов. Она не могла повернуть назад.

Человек столкнется в своей жизни со многими вариантами выбора. Все дороги ведут в Рим. Не нужно было брать никаких так называемых”коротких путей".

Девушка была спокойна, объективна и умна, когда сталкивалась с проблемами.

В глубоких глазах Лу Динхуа мелькнуло удовлетворение.

В это время: тук-тук! Сяо Чжоу постучал в дверь: “Нин Цин.”

Нин Цин подняла голову и с первого взгляда увидела Лу Динхуа. Глядя на человека, похожего на Лу Шаомина, Нин Цин переменилась в лице и быстро встала.

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

Она сделала несколько шагов, поджала губы и вежливо улыбнулась. “Ты...папа?”

Лу Динхуа подошел и вошел в кабинет. Он посмотрел на выпуклый низ живота Нин Цин и кивнул. “Да.”

Вопрос Нин Цин имел двойной смысл. Его "да “уже ответило ей:" папа.”

- Принеси чаю, Сяо Чжоу.- Нин Цин подмигнула Сяо Чжоу-подавай хороший чай!

- Да, мэм.”

Нин Цин вернулась на диван и села лицом к Лу Динь Хуа, протянув руку, не стирая улыбки с лица. Нин Цин улыбнулась с искривленными глазами и сказала: “Папа, когда ты вернулся? Мне никто не сказал, и я не пошел к тебе навстречу. Это было слишком невежливо с моей стороны.”

Лу Динхуа посмотрел в глаза Нин Цин и с глубокой улыбкой сказал: “я вернулся домой месяц назад, но Шаомин не сказал тебе. Ха, этот парень все еще ненавидит свою мать за то, что она все усложняет для тебя. Он действительно планирует не возвращаться к семье Лу из-за тебя.”

Лу Динхуа, казалось, говорил мягким тоном, но в его словах таились острые ножи. Он имел в виду, что мой сын откажется от своих родителей ради тебя.

Он обвинил ее, как только приехал сюда.

Нин Цин была спокойна и сдержанна. Она улыбнулась и ответила: “Папа, о чем ты говоришь? Мама просто неправильно меня поняла. Она ничего мне не усложняла. В этом мире все родители думают одинаково. Мама просто хочет того, что хорошо для Шаомина, а Шаомин всегда будет потомком семьи Лу. Никто не может отнять это у него. Я вышла замуж за Шаомина, поэтому я также невестка семьи Лу; мы все являемся частью семьи Лу.”

Лу Динхуа поднял брови и был очень доволен непоколебимым ответом Нин Цин. Затем Сяо Чжоу принес чай. Нин Цин лично принял его и передал Лу Динхуа. - Папа, выпей чаю.”

Лу Динхуа не принял его.

“Нин Цин, раз уж я пришел сюда сегодня, то сразу перейду к делу и скажу прямо. Честно говоря, я не очень доволен тобой, не из-за твоего рождения, а потому, что Шаоминг слишком сильно тебя любит. Но из-за любви Шаомина к тебе я вынужден принять тебя. Более того, ребенок в вашем животе-потомок семьи Лу. Но принятие не означает признания. Независимо от того, сможете ли вы стать невесткой семьи Лу или главной матерью семьи Лу в будущем, я все еще должен проверить вас.”

Нин Цин больше всего нравился такой освежающий и прямолинейный человек. Он не будет пытаться создавать ей препятствия, как Сун Яцзин, но он позволит вам говорить о ваших достоинствах.

Нин Цин никогда не испытывала недостатка в достоинствах.

- Да, папа, я пройду твой тест.- Нин Цин согласилась.

“В порядке.- Лу Динь-Хуа взяла чашку с чаем в руку и слегка отхлебнула.

Тонкие, как тушь, брови Нин Цин радостно приподнялись. Ее свекор пил чай своей невестки.

“Нин Цин, через два дня в наш дом придут старейшины семьи Лу. Это званый обед. Шаоминг знает об этом. Я позвонил этому парню, но он отказался отвечать на мой звонок. Очевидно, он отказывается присутствовать.”

“Папа.- Нин Цин быстро сказала: "Вы можете быть уверены, что мы с Шаомоном поедем. В глазах посторонних мы всегда будем семьей, которая любит друг друга.”

“В порядке.- В глазах Лу Динхуа было удовлетворение. Нин Цин была умной девушкой, и ему не нужно было тратить много времени на то, чтобы объяснять ей, что делать.

- Он встал. “Тогда я пойду.”

- Хорошо, папа, я провожу тебя.”

Нин Цин лично проводил Лу Динь Хуа вниз, а затем стоял у ворот и смотрел, как отъезжает лимузин.

Сяо Чжоу рассмеялся и сказал: “Нин Цин, хорошо. Отец молодого господина Лу ушел. Тебе больше не нужно быть такой вежливой, чтобы угодить ему.”

Нин Цин взглянула на Сяо Чжоу и вздохнула, когда лимузин исчез. “Сяо Чжоу, что ты знаешь? Разве я не могу быть таким вежливым? Вступление в благородную семью равносильно погружению в глубокое море; путь старшей невестки в благородной семье очень труден.”

Более того, для старейшин эта любезность все еще была необходима.

Сяо Чжоу не согласился. “Нин Цин, чего ты боишься? Молодой господин Лу души в вас не чает и очень любит. Вам не нужно входить в эту благородную семью, которая похожа на глубокое море.”

Нин Цин нежно улыбнулась ей и вздохнула: “Сяо Чжоу, если мужчина любит тебя и обожает, должна ли ты просто наслаждаться его любовью с легкостью? Неужели у вас действительно хватит духу увидеть, как он не входит в свой собственный дом и не признает своих родителей за вас? Кто в мире не нуждается в любви своих родителей? Шаомин получил очень мало любви с тех пор, как он был ребенком, поэтому все думают, что он не нуждается в ней. Но мы забыли, что чем меньше люди получают, тем больше они желают. Шаомин также хотел бы иметь теплый дом и жить как обычные люди.”

- Кроме того, - Нин Цин мягко положила маленькую руку ей на живот, когда ветер медленно подул, обдувая несколько прядей прекрасных волос вокруг ее щеки. “Я вышла замуж за Шаомина, так что я первая невестка семьи Лу. В будущем все, что принадлежит семье Лу, включая Корпорацию Лу, будет принадлежать моему Шаомину. пока Нин Цин находится в семье, то, что принадлежит семье Лу, будет принадлежать нам.”

Сяо Чжоу был потрясен. Она с восхищением посмотрела на Нин Цин. “Нин Цин, значит, твоя следующая цель-это…”

Нин Цин улыбнулась и кивнула. - Да, семья Лу.”

…

Вечером, в чайном павильоне виллы

Тетя Ян приготовила куриный суп. Нин Цин выпила две миски и съела больше половины миски риса, набив свой маленький животик.

Тетя Ян рассмеялась. - Мадам, у других беременных женщин либо кружится голова, либо их рвет. Мадам реагирует очень мало и имеет хороший аппетит. Похоже, что молодой хозяин в желудке мадам очень хорош.”

Глаза Нин Цин прищурились, когда она улыбнулась. - Да, тетушка Ян, Мой Маленький господин Лу слишком хорош. Вчера я ходил на обследование. Врач сказал, что плод должен двигаться в эти два дня. Но он даже не пошевелился.”

“Не беспокойтесь, мадам. Рано или поздно будут какие-то движения плода, это произойдет сегодня вечером.”

Нин Цин быстро прикрыла рот рукой и рассмеялась. - Неужели? Если это действительно сегодня, я дам тете Ян большой красный пакет.”

Тетю Ян позабавила Нин Цин. Они громко рассмеялись, и в комнате воцарилась гармония.

Лу Шаомин вытащила бумажное полотенце и с усмешкой вытерла уголки рта. В последнее время девушка очень любила смеяться. Ее хорошее настроение всегда так легко заражало окружающих.

Лу Шаомин приподнял свой рот и тихо сказал: "С тебя хватит? Я возьму тебя на прогулку, если ты сыт.”

Вчера доктор сказал ей, чтобы она больше ходила, так как это поможет гладким родам.

“Нет. Нин Цин позволила ему вытереть ей губы. Она надула розовые губки и потерла свои тонкие ножки белокурыми руками. “Я сегодня много гуляла. Я очень устал. Я хочу принять ванну и поспать.”

Лу Шаомин знал, что она оправдывается, потому что говорила ему об этом целый месяц.

Другие знали, что нужно изменить свою ложь, но она всегда говорила одно и то же каждый день.

Она знала, что он ничего не может сделать.

- Хозяин, забудь об этом, мадам все еще на ранней стадии, и еще не поздно прогуляться, когда она на восьмом или девятом месяце беременности. Кроме того, она все еще работает. Она устала больше, чем обычная беременная женщина. Тело беременной женщины более лениво, чем обычно. Особенно после ужина вечером, она просто захочет лежать в постели. Пусть она примет ванну и рано ляжет спать, - посоветовала тетя Ян.

“Да, - сказала Нин Цин, кивая головой с надутыми нежными щечками. Она моргнула своими жалкими, невинными глазами и сказала мягким и нежным голосом: "Шаомин, тетя Ян знает, как любить меня. Не люби меня так сильно.”

Как только она заговорила, ее подхватил мужчина и понес наверх.

Тетя Ян хлопала в ладоши и смеялась у нее за спиной. - Мадам, вы все еще утверждаете, что ваш муж не любит вас?”

Маленькое личико Нин Цин покраснело, и ее белокурый указательный палец сильно ткнул его в грудь. “Что ты делаешь? Тетя Янг здесь. Как ты можешь держать меня вот так?”

Как неловко.

Лу Шаомин с нежностью посмотрел на нее. “У тебя не болят ноги и ты не хочешь идти? Я буду держать тебя в своих объятиях.”

Сердце Нин Цин вдруг оказалось вымазано горстью патоки. МММ, он баловал ее все больше и больше. Он собирался избаловать ее вот так.

…

Когда они вернулись в свою комнату, Лу Шаомин пошел в ванную и поставил в нее бассейн с горячей водой. Затем он взял пижаму и протянул ей. - Принять душ?”

Глаза Нин Цин быстро повернулись. Заметив что-то необычное в его словах, ее ивовые брови приподнялись, когда она ласково спросила его: “муженек, конечно, я бы приняла душ сама? Почему вы спрашиваете меня, а не говорите утвердительным тоном?”

Мужчина сунул руку в карман и нахмурился. “Когда ты тяжелая, разве мне не придется тебя мыть?”

Нин Цин немедленно дала ему легкую пощечину и сказала: “Пуй, я не пингвин. Что значит тяжелая? Мечтай дальше!”

С громким стуком Нин Цин закрыла дверь ванной.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 252: Женушка, Это Пренатальное Воспитание

Нин Цин вошла в ванную. Пол в ванной комнате был покрыт толстым слоем мехового ковра. Даже стенки раковины были обернуты толстой воздушной подушкой, и все опасные места были обработаны человеком. Он гарантировал, что независимо от того, как она ударит или ударится в них, она не пострадает.

Нин Цин прикусила розовую нижнюю губу маленькими белыми зубками. Ее сердце было сладким и полным, она слегка повернулась и положила свою маленькую ручку на дверную ручку. Она тихонько приоткрыла дверь, оставив лишь крошечную щель, и посмотрела на мужчину, стоявшего снаружи.

Мужчина отвечал на звонок, и ей было нетрудно догадаться, что он улаживал рабочие дела. Он явно сократил время, которое проводил на работе в последнее время, так как всегда сопровождал ее.

Кончики его брюк слегка промокли, но мужчина не обратил на это особого внимания. Его красивая, долговязая фигура лениво откинулась на подоконник, и вся его фигура выглядела изящной и надменной.

Маленькое, нежное, розовато-белое личико Нин Цин было покрыто красным налетом. Этот человек в данный момент, особенно когда он занимался делами, выглядел точно так же, как и до потери памяти.

Каждое движение отражало его прежнее поведение.

Но откуда ей знать, что этот человек будет так ... так ... разбираться в таких вещах…

Месяц назад он принял во внимание, что она была на третьем месяце беременности. Оба они ограничивали себя. Крупные капли пота яростно катились по его лбу, капая на ее светлую кожу ...

Каждая секунда была мучительной и долгой. Она не смела пошевелиться и умоляла его, рыдая.

Он был нерешителен с ней, и это продолжалось непрерывно.

Она была в ярости. Он так энергично вертелся вокруг, и она не знала, как это вышло из-под контроля, и наконец он уткнулся в ее нежную шею... хм.

Этот человек действительно умел хмыкать.

Она не могла точно определить, что чувствовала, но это заставляло ее чувствовать себя...застенчивой.

Когда он отнес ее в ванную, чтобы принять ванну, она была погружена в его объятия, и она смотрела поверх его плеч на кровать. Половина кровати была мокрой.

И поделом тебе, что ты так долго здесь торчишь.

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

Нин Цин почувствовала, что ее лицо становится все более горячим, она опустила взгляд вниз и не знала, о чем думает. В этот момент мужчина схватился за телефон и перевел взгляд на меня. В дверях он увидел девушку. Он скривил брови и сказал: “Нин Цин, о чем ты думаешь? Если вы будете долго ждать, чтобы искупаться, вода остынет.”

Нин Цин внезапно отвела взгляд. У нее не было времени избавиться от застенчивости во влажных глазах. Ее глаза столкнулись с его глубоким и темным взглядом, и она замерла.

Лу Шаомин увидел, что она покраснела, и ее эмоции были не в порядке. Он поднял брови и большими шагами направился к ней. Подойдя ближе, он расстегнул пуговицы на рубашке и сказал: "хочешь принять душ вместе со мной, а?”

- А! Нин Цин в шоке закрыла дверь и громко отчитала его за то, что он такой негодяй.

Лу Шаомин, человек, которому только что отказали во въезде, скривил губы в улыбке и тихо сказал: “Не волнуйся, я не буду тебя запугивать…”

Поскольку издевательства над ней были слишком восхитительны, он не хотел, чтобы они заканчивались, и был жаден.

Как и в ту ночь, он длился 30 минут.

Когда все закончилось, она упрекнула его и назвала чудовищем. Он не отрицал этого, и он действительно был одним из них.

…

Нин Цин удобно устроилась в горячей ванне. Закончив, она вытерлась, надела пижаму и легла в постель.

Когда она легла спать, пришел мужчина. Он принял душ в соседней комнате. Он был одет в настоящую темно-бордовую шелковую пижаму, а на талии болтался свободный пояс.

Нин Цин особенно нравилось видеть его в темно-бордовой шелковой пижаме с рисунком, потому что этот тип пижамы подчеркивал его зрелую, элегантную осанку до максимума и был особенно завораживающим.

Лу Шаомин держал в руке фен. Он лег на кровать, и девушка послушно перевернулась, положила свою маленькую головку ему на ногу и позволила ему помочь ей высушить волосы.

- Шаомин, после того как я родлю маленького молодого мастера Лу, я сделаю завивку и сделаю большие кудри, хорошо?- Спросила Нин Цин, удовлетворенно закрыв глаза.

- Но почему?”

- МММ, потому что после рождения маленького молодого мастера Лу я стану матерью. Матери должны быть очень зрелыми,а все зрелые женщины получают завивку.”

Лу Шаомин не обратил на это особого внимания. Ему нравилось, когда она каждую ночь лежала у него на коленях и болтала на разные темы. Это была обычная семейная жизнь, и они весело болтали. Голос девушки был мягким и нежным, и когда он отдавался эхом в его ушах, его сердце наполнялось теплом.

Его пальцы скользили по ее мокрым, скользким волосам, и он нежно помогал ей обдувать волосы теплым воздухом сушилки. Он рассмеялся и сказал: “все зависит от тебя.”

Нин Цин продолжала говорить и сказала: “муженек, мы уже так долго женаты. Когда ты официально пригласишь меня навестить твоих родителей? В прошлый раз, когда я ездил в Америку искать тебя, я даже не смог войти в двери твоего дома.”

Лу Шаомин на секунду замолчал. Он опустил глаза и посмотрел на нее. Она только что вышла из душа. Ее упругая белая кожа была действительно идеальной. Ее маленькое личико размером с ладонь обрамляли черные растрепанные волосы. Она выглядела великолепно, и ее маленькие розовые губки все еще были слегка надуты. Она выглядела так, словно ее обидели.

Лу Шаомин сглотнул слюну, и на его лице не было никаких признаков удивления, когда он сказал: “Нин Цин, мой отец искал тебя?”

“Ммм, да. Нин Цин милостиво кивнула головой. Такие вещи от него не скроешь. Она открыла влажные глаза и подняла на него яростный взгляд, затем сказала: - Папа сказал, что через пару дней будет семейное собрание. Он хотел, чтобы ты привел меня. Муженек, почему ты мне об этом не сказал? Может быть, ты не хотел возвращать меня домой? Наш маленький молодой мастер Лу также нуждается в том, чтобы его дедушка и бабушка любили его.”

Глаза Лу Шаомина были немного темными, и он использовал свои мозолистые большие пальцы, чтобы надавить на ее мягкие губы, когда сказал: Ты же понимаешь.”

Нин Цин схватила его большую руку, поцеловала ее и сказала: “тогда муженек тоже знает, что я пытаюсь сказать. Ты тоже это понимаешь.”

Нин Цин нахмурила брови и продолжила говорить: “МММ, на самом деле, глядя с другой точки зрения, есть также причина, почему мама меня не любит. Мама все еще не знает о моих хороших качествах, поэтому она может неправильно понять меня. Теперь отец дал мне шанс выступить, так почему бы мне не постараться изо всех сил? Даже если я потерплю неудачу, по крайней мере, я дал ему шанс, так что я не буду сожалеть в будущем.”

Лу Шаомин положил фен и заключил ее в объятия. Он покосился на нее, поцеловал в гладкое и нежное личико и сказал: “женушка, прости меня.”

Он сожалел, что не может дать ей полноценный дом. Он также сожалел, что их маленький молодой мастер Лу мог на самом деле лишиться любви своих дедушки и бабушки.

Это было не то, что Нин Цин и ее сын должны были вынести с самого начала.

- Муженек, ты не должен извиняться. Для меня встреча с вами-это самое прекрасное счастье, которое я когда-либо имел в своей жизни. Если вы не попытаетесь, вы не узнаете, сожалеете ли вы об этом. Приведите меня через пару дней в ваш семейный дом; я по праву ваша госпожа Лу.”

“Окей. Лу Шаомин кивнул и поцеловал ее в губы.

Нин Цин была погружена в его аромат, и она собиралась открыть рот, чтобы впустить его. В этот момент у нее свело живот. - А!- воскликнула она, затем недоверчиво опустила глаза.

Большая ладонь Лу Шаомина была также прижата к ее маленькому животу. Это была его любимая позиция в последний месяц. Он обнял ее одной рукой, а другой большой ладонью накрыл маленького молодого мастера Лу.

Так что с этим ударом маленького молодого мастера Лу он почувствовал его прямо в центре своей ладони.

- Муженек, ты только что это почувствовал? Маленький молодой мастер Лу движется. Он дал мне пинка! Нин Цин обняла его за шею и была счастлива и взволнована.

Обычное спокойное выражение лица Лу Шаомина тоже стало пустым, он посмотрел на центр своей ладони, и она онемела. Удар маленького молодого мастера Лу был очень сильным.

Это был его первый раз, когда он мог так ясно чувствовать, что это была молодая растущая жизнь, и его кровь была передана следующему поколению.

“Я почувствовал: маленький молодой господин Лу движется.- Лу Шаомин нагнулся и уселся на маленький животик Нин Цин. Его большие, четко очерченные ладони полностью обхватили ее маленький живот, и он мягко успокаивал его, говоря: “маленький молодой мастер Лу, ты можешь снова двигаться? Папа и мама ждут тебя.”

Дуэт затаил дыхание в ожидании,но ... маленький молодой мастер Лу остановился.

Брови Нин Цин изогнулись, когда она улыбнулась и сказала: Наш маленький молодой господин Лу так молод, но он уже так высокомерен. Он не беспокоится о тебе.”

Лу Шаомин встал, обнял ее за плечи и усадил обратно. - Женушка, маленький молодой господин Лу не беспокоится обо мне, так как насчет того, чтобы ты позволила мне пойти поздороваться с ним сегодня вечером?”

Нин Цин потребовалась минута, чтобы понять, что он имел в виду. Она взяла мягкую подушку в руки, швырнула ее в направлении его красивого лица и сказала: “Лу Шаомин, тебе не стыдно отпускать грязные шутки перед маленьким молодым господином Лу?”

Мужчина схватил ее за тонкое запястье и улыбнулся, целуя в губы. - Женушка, это пренатальное воспитание.”

Нин Цин: "... Бесстыдно! Он развращает ребенка!

…

На следующий день Нин Цин была в студии. Сяо Чжоу вышел вперед, чтобы сказать: “Нин Цин, секретарь молодого господина Лу Чжу только что прислал вам факс.”

- Факс? Что это за содержание?”

Сяо Чжоу передал факс Нин Цин и сказал: “Это подробная информация о большой шишке китайской индустрии развлечений, Сун Цзине.”

- Сун Цзинь? Глаза Нин Цин просветлели, и она сказала: “Эта Сун цзинь пользуется процветающей репутацией. У него под началом множество развлекательных компаний. В этом году его инвестиции в финансовые акции позволили ему размять мышцы и показать свою доблесть. В этом году ему всего 50 лет, и его можно считать легендой.”

“Совершенно верно, Нин Цин. Наш фильм показал отличные результаты в прокате, и после этого нам придется подумать, в каком направлении продолжать инвестировать и как мы будем развиваться дальше. Молодой мастер Лу помогает вам приобрести связи. Он просит вас инвестировать в развлекательные компании? Вы должны знать, что эта Сун цзинь-большое дерево, на которое нелегко взобраться.”

Нин Цин молчала.

В этот момент зазвонил ее телефон. Это был Лу Шаомин.

Нин Цин дважды сказала "Хорошо" и закончила разговор.

- Нин Цин, что сказал молодой господин Лу?”

- О, Шаомин пригласил меня на ленч ... вместе с Сун цзинь.”

“Вау.- Сяо Чжоу была потрясена, когда продолжила: - О боже, Нин Цин, Как только молодой мастер Лу что-то делает, он совершенно другой лиги. Этот Сун Джин чрезвычайно скрытен, и возможность пообедать с ним, по сравнению с другими игроками в индустрии, - это то, что только вы могли бы сделать.”

Нин Цин положила документы на стол и села в свое офисное кресло. - Ладно, раз у меня есть такая хорошая возможность, мы должны работать усерднее и достигать новых высот.”

Сяо Чжоу не мог сдержать любопытства. “Нин Цин, после "Города Любви" ты всегда неохотно раскрывала, на чем сосредоточишь свое дальнейшее развитие. Ты можешь просто сказать это? На какой этаж ты хочешь пойти?”

Нин Цин смотрела на документ и не поднимала головы. Она сказала: "Сяо Чжоу, иди заканчивай свою работу. Вам нужно только знать, что вы никогда не будете вести себя неправильно, когда следуете за мной!”

…

Днем Нин Цин примчалась в роскошный отель и вошла в отдельный номер. 50-летняя Сун цзинь уже сидела на диване.

Рядом с диваном на кофейном столике лежало несколько дорогих импортных сигар. Он не курил, но у него была осанка богатого человека, когда он скрестил ноги, и в его мутных глазах был особый острый взгляд бизнесмена.

Нин Цин вышла вперед и вежливо улыбнулась. Она сказала: "президент сон, я не думала, что вы приедете так быстро. Вы, должно быть, долго ждали. Молодой мастер Лу сказал, что у него есть кое-какие дела. Он будет здесь всего через 10 минут. Давайте сначала закажем.”

“Хе-хе, в этом нет необходимости. Сун цзинь посмотрел на свои наручные часы и взмахнул руками, говоря: “Присаживайтесь, Мисс Нин. Мое время ограничено. Давайте поговорим о бизнесе, если он у вас есть.”

Нин Цин ожидала от него такой прямоты. - Конечно, если время Президента Сонга драгоценно, то вежливость-это выслушивание ваших пожеланий. Я буду следовать указаниям президента Сонга.”

Нин Цин грациозно уселась на диван рядом с ним.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 253: Нин Цин, Сколько Вы Заработали За Последние Шесть Месяцев?

- Мисс Нин, я прочитал вашу информацию. Вы очень быстро поднялись в индустрии развлечений в этом году. “Город любви " включил вас в список богатеев Forbes. Честно говоря, хотя мне очень нравится ваш потенциал, вы все-таки слишком молоды. Теперь, когда молодой мастер Лу представил вас, я скинусь и куплю несколько акций. Мы вместе открываем развлекательную компанию.”

Нин Цин рассмеялась и убрала прядь шелковистых волос со щеки за ухо своей маленькой светлой рукой. - Президент сон, я не хочу открывать с вами развлекательную компанию.”

Поскольку его время было драгоценным, она сразу перешла к делу.

- А?- Сун цзинь проявил некоторый интерес. - Мисс Нин, вы первая, кто отказал мне за все эти годы. Почему?”

- Цитирую президента Сонга, хотя я очень оптимистично отношусь к общей силе президента Сонга, сон Цзун все-таки слишком старомоден. Я боюсь быть обманутым вами и заработать меньше денег, открыв с вами развлекательную компанию.”

- ...- Сун цзинь сделал паузу, а затем рассмеялся, глядя прямо на Нин Цин, - откуда Мисс Нин знает, что я обману тебя?”

Пара осенних глаз Нин Цин сверкнула: "открывая развлекательную компанию, с моим статусом и влиянием в индустрии развлечений сейчас, она неизбежно будет знаменитой и популярной, президент Сун всегда хочет использовать мою славу, но все же сказал, что это из-за молодого мастера Лу, вы полагаетесь на свой возраст, чтобы запугать молодое поколение, если это не обманывает меня, то что же это такое?”

Сун цзинь сидел и внимательно смотрел на Нин Цин. “Это немного интересно! Какова цель приезда Мисс Нин сегодня?”

- Президент сон, я хочу следовать за вами в финансовых инвестициях, биржевых спекуляциях.”

Сун цзинь рассмеялся и сделал глоток чая из чашки на чайном столике, небрежно сказав: “Мисс Нин действительно принимает желаемое за действительное. Все знают, что я бог богатства в инвестировании и спекуляции акциями. Куда бы я ни инвестировал, компания, безусловно, будет прибыльной, но вы ничего не знаете об инвестировании и спекуляции акциями, как вы хотите сотрудничать со мной?”

- Президент сон, вы знаете Инь Мучэня?”

Сун цзинь поставил чашку на стол. “Конечно, я знаю.”

Нин Цин кивнула. Она откинулась на спинку дивана, ее глаза были полны агрессии. “У меня хорошая дружба со старшим братом Инем. Если я хочу инвестировать в акции, я могу просто следовать за ним, но я предпочитаю искать вас, потому что Большой Брат Инь специализируется на бизнесе, в то время как президент сон инвестирует в индустрию развлечений. Поскольку это индустрия развлечений, как президент сон может просто сказать, что я ничего об этом не знаю?”

“Я вложил деньги в кинематограф Хуан Ченга. С моей личной славой и большой продажей “Города Любви” президент Сун может оценить, насколько поднялась цена Хуань Чэна. Только представьте себе, сколько вы можете заработать, если президент сон знал об этом заранее, или если бы Я раскрыл эту новость президенту сон, Прежде чем инвестировать в какой-либо фильм? За God of Wealth President Song должна стоять профессиональная команда по управлению инвестициями и финансами, но как они могут быть лучше, чем Новости моих инсайдеров? Я могу дать президенту Сонг информацию из первых рук, пока моя слава все еще там.”

Это был типичный случай превращения славы в индустрии в скользящие прибыли за кулисами. До тех пор, пока они будут молчаливо сотрудничать, это будет беспроигрышная ситуация.

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

Сун цзинь больше не смеялся. Он задумчиво посмотрел на Нин Цин. После 30 секунд молчания он спросил: "мисс Нин, почему вы хотите инвестировать в акции вместе со мной?”

“Все очень просто. Мне нужны деньги.”

- Ха... ха-ха ... - сон Цзинь был в хорошем настроении. - Мисс Нин росла быстро и неуклонно с тех пор, как пришла в индустрию развлечений. Ваше видение является одновременно точным и далеко идущим. Пока мы сотрудничаем, ваш статус, безусловно, поднимется на новый уровень.”

- Ничего подобного, президент сон зарабатывает большие деньги. Я подбираю за тобой всякие мелочи. Я хотел бы, чтобы президент сон мог стать Буддой раньше здесь.”

Не бог богатства, а Будда.

Сун цзинь было очень приятно чувствовать себя польщенной этим льстецом. Он похлопал по чайному столику и сказал:”

Нин Цин сверкнула теплой улыбкой. - Президент сон, завтра я пришлю к вам адвоката, чтобы он окончательно оформил контракт. Я надеюсь, что мы сможем счастливо сотрудничать.”

Нин Цин протянула свою маленькую ручку.

Сун цзинь медленно пожал ей руку. - Мисс Нин, очень немногие женщины пожимали мне руку. Ты первый, кто так молод.”

“О, неужели? Благодарю вас за вашу похвалу. Нин Цин рассмеялась.

В этот момент раздался стук в дверь, и вошла красивая фигура. Прибыл Лу Шаомин.

- Шаоминг, ты здесь? Нин Цин встала и пошла ему навстречу.

Лу Шаомин взял маленькую ручку Нин Цин и посмотрел на Сун Цзиня. Он крикнул: "дядя!”

Глаза Нин Цин расширились. “Что, Ун ... дядя?- Нин Цин была очень удивлена. Она вдруг подумала, что ее свекровь тоже носит фамилию Сун. Она задала очень глупый вопрос: "он ваш биологический родственник?”

Лу Шаомин протянул руку и погладил ее по волосам, но ничего не ответил.

Сун цзинь рассмеялся и сказал: “Нин Цин, я действительно его дядя, биологический брат твоей тещи. Шаоминг, у тебя хороший глаз, когда выбираешь себе жену.”

Сун цзинь показал Лу Шаомингу большой палец.

Нин Цин тут же смутилась. Она смущенно опустила глаза и пробормотала: - Дядя, я только что несла чепуху, иначе... может, мне открыть с вами компанию развлечений?”

Сказав это, она почувствовала, что это прозвучало неправильно. Это звучало так, словно она давала сон Чжину шанс разбогатеть.

На этот раз Сун цзинь рассмеялся еще громче. Лу Шаомин обнял ее за плечико и прижал к себе девочку, чье лицо в его объятиях покраснело, как у Омара.

- Шаомин, Нин Цин, у меня еще есть ужин, так что я пойду первым.”

- Ладно, дядя, иди помедленнее.- Они отослали Сун Цзиня.

…

После того, как Сун цзинь ушла, Нин Цин подняла свой маленький розовый кулачок и ударила мужчину. - Шаоминг, почему ты не сказал мне раньше и не заставил меня обидеть его?”

“Если бы я сказал Это раньше, ты бы отпустил меня? Речь идет о бизнесе. Не стоит слишком беспокоиться. Кроме того, - Лу Шаомин поцеловал ее красивые волосы.- А дядя тебя не очень любит?

Нин Цин была немного горда. Она напевала и гордо вздергивала свой маленький подбородок. “Совершенно верно. Кто твоя жена?”

- Перестань выглядеть таким довольным! Поднимите подбородок еще выше, и вы подниметесь к небу. Грубые пальцы мужчины погладили ее крошечную челюсть.

Потом подошел официант, и Нин Цин в панике оттолкнула его. “Что ты делаешь? Даже не глядя на то, где мы находимся.”

Лу Шаомин заметил, что она выглядит застенчивой, как маленький белый кролик. Она была так мила, что он взял ее за маленькое душистое плечо и сел с ней за стол. “Ты так долго кричала, чтобы я вышел и поел, что же ты теперь будешь есть?”

Глаза Нин Цин ярко заблестели. Может ли она выйти и поесть?

Когда она ела дома, мама и тетя Ян готовили для нее рецепты, все эти здоровые супы и питательные супы приходили круг за кругом, она устала от них.

Официант протянул ему меню. Нин Цин подтолкнула его прямо к нему. - Муженек, можно мне миску горячей и кислой лапши с Раками?”

Красивые брови Лу Шаомина нахмурились, когда он бросил на нее острый взгляд.

Не питательно.

Белокурые пальчики Нин Цин тихонько теребили его рубашку, покусывая розовые губки и бросая на него жалостливый взгляд.

Лу Шаомин прочистил горло и отвел взгляд, " хорошо”

Он сказал, что все в порядке.

Если бы не официант, Нин Цин действительно крепко обняла бы его. Она поняла хорошие стороны этого человека после того, как он потерял память. То есть у него не было никаких принципов.

Он просто сказал " Нет " раньше, но с небольшими кокетливыми словами от нее. Он выслушает ее.

В прошлом Лу Шаомин не баловал ее так сильно.

Ха.

Лу Шаомин заказал еще несколько блюд. Через несколько минут официант обслужил их всех.

Нин Цин набрала полную рот горячего и кислого супа маленькой ложечкой, и это было так вкусно, что слезы почти бежали по ее щекам. - Муженек, ты хочешь его съесть?”

“Нет.- Мужчина надел перчатки и очистил раков для нее, а затем положил очищенное мясо раков на рис.

Глядя на аппетит девушки к горячей и кислой лапше, Лу Шаомин снисходительно спросил: "Нин Цин, зачем тебе столько денег?”

- Муженек, кто вообще ненавидит деньги? Жемчужно-белые зубы Нин Цин деликатно откусили от горячей и кислой лапши.

- Давай, съешь немного риса.- Лу Шаомин взяла ложкой кусок риса и поднесла его ко рту.

Нин Цин открыла рот и послушно съела рис. Ее нежные щеки были полны слез. Ее розовый рот с наслаждением прожевал рис и принялся за лапшу.

Лу Шаомин вытерла рот миской в одной руке и бумажным полотенцем в другой. “У меня есть деньги, и я могу содержать тебя.”

Нин Цин повернулась, чтобы съесть рис, которым ее накормил мужчина. “Это другое дело. Я все тщательно обдумал. В течение последних шести месяцев я ставил пьесы, открывал студии, вкладывал деньги в кино-и телекомпании, снимал фильмы. Они достигли моих собственных ожиданий, и все они хороши.”

- Муженек, я вышла за тебя замуж. Мама тоже не любит, когда я много работаю в индустрии развлечений. В будущем, когда маленький мастер Лу родится, я подарю тебе второго ребенка. Так что мое внимание будет сосредоточено на семье. Я хочу оставить студию Сяо Чжоу, чтобы управлять ею позже. Я удалюсь за кулисы и буду контролировать ход операции. Я действительно хочу начать свой собственный бизнес.”

- Хорошо, - сказал мужчина с улыбкой на губах, подавая ей ложку риса. - Разве индустрия развлечений - не твоя карьера? Нин Цин, скажи мне, куда ты хочешь расширить свою карьеру?”

- Хех, - красивый осенний зрачок Нин Цин расцвел ярким и ослепительным светом, - сколько бы денег я ни зарабатывала в индустрии развлечений, я не смогу войти в глаза матери. На самом деле, я не пошел в индустрию развлечений, потому что это была моя страсть. Мне это просто нравилось, потому что я был в нем. Люди не могут быть уверенными в себе, они могут только соответствовать обществу и жизни и не быть устраненными, муженек, теперь, когда я Миссис Лу, я действительно войду в благородную жизнь в будущем.”

Лу Шаомин поднял свои острые брови. - Значит, ты…”

“Так что я еще не решил, что делать. Сейчас я пытаюсь зарабатывать деньги. Только когда у меня есть материальная основа, я могу говорить о своих идеях.”

Сяо Чжоу спросил ее, на какую ступеньку она хочет подняться, и не то чтобы она не хотела отвечать, просто она об этом не подумала.

Красивые черты лица Лу Шаомина были пропитаны мягким светом, он поставил чашу, положил сильную руку на спинку ее стула, и его длинное тело приблизилось к ней. - Нин Цин, сколько денег ты заработала за последние шесть месяцев? - тихо спросил он, как будто ему было очень интересно.”

Они были мужем и женой, все домашние расходы оплачивал он, она не была претенциозной, но ее карьера была явно разделена с ним, она не получила от него ни пенни, поэтому, естественно, он не знал, сколько она зарабатывает.

По правде говоря, он не слишком задумывался о ее доходах.

Но теперь он хотел знать.

Нин Цин отложила палочки, наклонилась и посмотрела на него. - Муженек, ты действительно хочешь знать?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 254: Не создавай мне проблем

“Да. Лу Шаомин кивнул головой, и волнение между его бровями становилось все более и более очевидным.

Девушка откашлялась, вынула крепко сжатые кулаки и медленно разжала пальцы.

Один палец, два пальца, до восьмого пальца.

Мужчина бросил на него быстрый взгляд и, рассмеявшись, сказал: “Десять миллионов? МММ, не так уж и плохо.”

Он не мог вылить холодную воду на ее энтузиазм и протянул руку, чтобы нежно погладить ее волосы.

“Это неправильно, я ошибся.- Нин Цин в панике топала ногами, почему она была такой глупой? Она развернула другой палец и сказала: “добавь еще один палец.”

Большая ладонь мужчины, ласкавшая ее волосы, на секунду замерла, и в глазах его мелькнуло удивление, когда он сказал: Он прижал ее маленькую головку к своим губам, наклонился к ее уху и прошептал: "Ты так много заработала за полгода, ты такая удивительная.”

Она действительно была очень удивительной.

Нин Цин схватила его за воротник рубашки одной маленькой рукой. Ее маленькое личико коснулось его шеи, и она тихо сказала: Она протянула еще 3 пальца и сказала: “Есть еще 3 пальца.”

Темные глаза Лу Шаомина заблестели, и он сказал с некоторым недоверием: "как получилось, что их так много?”

Нин Цин рассмеялась, как серебряные колокольчики, и сказала: "я инвестировала в группу Ханьду. Это глобальный веб-сайт, но у них все еще нет физического магазина в стране. Я открыл магазин в Т-Сити, чтобы попытать счастья. Результаты все еще неплохие, поэтому я открыл 148 франчайзинговых магазинов в стране непрерывно в течение полугода.”

Улыбка Лу Шаомина стала еще шире. Его большая ладонь обхватила ее маленькое личико, и он использовал кончик своего носа, чтобы подтолкнуть ее маленький нос, вдыхая ее сладкое дыхание.

"В течение этого полугодия цены на акции Island Wide Media and Entertainment выросли в 6 раз, и, кроме премиальных дивидендов, выплачиваемых акционерам, я использовал все свои активы для спекуляций на биржевых котировках. Теперь, когда кассовые сборы "Города Любви" составили один миллиард пятьсот миллионов долларов, деньги, которые я вложил в студию и медиа-работы, удвоились. Два дня назад я все это подсчитывал, и мне кажется, что речь идет именно об этой цифре.”

Лу Шаомин поцеловал ее в губы и тихим и трогательным голосом сказал: "У меня есть жена, которая так превосходно зарабатывает деньги. Сейчас я чувствую стресс.”

Посетите наш комический сайт Webnovel.ЖИВЫЕ КОНЦЕРТЫ

Лицо Нин Цин было похоже на распустившийся цветок. Ее маленькая головка наклонилась, и она не позволила ему поцеловать себя. Она тут же уселась ему на плечо, и ее маленькая рука ухватилась за арахисовые слойки, о которых он и не подозревал. Она бросила одну ему в рот, и ее глаза засверкали, когда она засмеялась. - Прекрати, тебе нельзя смеяться надо мной!”

Эта маленькая сумма денег, которую она заработала, не идет ни в какое сравнение с ним; он просто знал, как шутить с ней.

“Кто это с тобой шутит? Девушка облокотилась на его плечо, чтобы съесть арахисовую слойку, и хрустящие звуки эхом отдавались у нее изо рта. Лу Шаомин почувствовал, как из-за нее у него зачесалось сердце. Вся кровь в его теле была горячей и беспокойной. Он схватил ее за мягкую талию своей большой рукой и сказал: “что ты ешь? Дай мне одну.”

Он подошел, ища ее мягкие губы, чтобы остановить ее.

- Муженек, не суетись. Нин Цин отступила в свое кресло, и недовольный мужчина крепко сжал ее руку. Его красивые брови были удобно сдвинуты, и он действительно хотел съесть арахисовые чипсы в ее рту.

Маленькое личико Нин Цин было ярко-красным. Это был человек, который обращал внимание на гигиену и вкус. Он ... почему он ведет себя так сейчас?

Девушка не могла идти дальше. Каждый раз, когда она целовала его, она слышала звук слюны, шумящей между их ртами и языками. Она будет стесняться полдня.

- Иди ешь свою собственную! Ее маленькая белокурая рука взяла хрустящий арахис и сунула ему в рот, а другой маленькой рукой она оттолкнула от себя его красивое лицо.

Она чувствовала, что этот человек снова приблизится к ней. Девушка покраснела и сердито посмотрела на него. Ее красные и белые губы были яркими и живыми, когда она сказала: "Я собираюсь съесть свою лапшу; вам не разрешается беспокоить меня.”

Она использовала свои палочки для еды, чтобы продолжать есть миску сладкой и кислой лапши.

Лу Шаомин выпрямился и обиженно отдернул руку. Он ел арахисовые чипсы, которыми она его кормила. Он был в перчатке и продолжал помогать ей чистить креветку, а потом не смог удержаться и тихо сказал: - Маленькая лисичка, после того как ты родишь ребенка, подожди и увидишь, как я с тобой разберусь!”

Нин Цин:" ... - Уходи, грубый человек!

На самом деле в сердце Лу Шаомина сумма заработанных денег была второстепенной. Что ему нравилось больше всего-то, чем он был одержим, - это ее прилежное отношение к жизни.

Выйдя за него замуж и столкнувшись лицом к лицу с семьей Лу, она испытала много обид, но ни разу не пожаловалась. Она также не была заинтересована в том, чтобы отомстить, но она только спокойно и логично рассекала этот вопрос. Она была логична и изящна в своем подходе.

Она с легкостью приняла тот факт, что между семьями Лу и Нин существовала разница в статусе. Она не только не чувствовала себя неполноценной, но и усердно трудилась, чтобы преодолеть пропасть, возникшую из-за того, что она не родилась в богатой семье.

У нее всегда было страстное отношение к жизни, и она хотела постоянно совершенствоваться. Находясь рядом с ней, вы никогда не узнаете, что происходит в ее умном и сообразительном уме. Она мило улыбнулась тебе и смогла преподнести сюрприз, когда обернулась.

Иногда Лу Шаомин чувствовала, что она была прикосновением сияния и цвета в мирской жизни. Для него она была как бабочка-воздушный змей, Танцующий в небе, и она передавала нить, которая управляла ее судьбой, в вашу руку, а затем дерзко говорила: "муженек, беги за мной".

Это была, вероятно, самая умная женщина на земле, и ее IQ и эквалайзер были выше всяких похвал.

Она отдала себя мужчине, дала ему надежный дом, затем крепко прижалась к мужчине и сделала себя всем миром в его жизни.

Хорошо было сказано одно предложение: хорошая женщина-это книга, которую нельзя закончить. Лу Шаомин знал, что Нин Цин была одной из них.

…

В этот день Лу Шаомин привел Нин Цин обратно в дом Лу. Нин Цин была одета в сиреневое платье средней длины, которое она сочетала с тонкой бежевой рубашкой. Она выглядела элегантной и грациозной, и это принесло с собой тепло дома.

Горничная подошла, чтобы открыть дверь, и когда пара вошла в гостиную, 7 или 8 старейшин семьи Лу уже присутствовали. Все собрались в гостиной и болтали.

Нин Цин взглянула на него. Это определенно был плакат с изображением богатого собрания. Они не шумели, когда болтали, у каждого во рту была сигара, и они скрестили ноги, выглядя как кучка больших боссов.

Сун Яцзин не было видно, но Лу Динь Хуа присутствовал.

Все видели, как пришел Лу Шаомин, и все они встали и сказали: “Шаомин, ты здесь!”

Нин Цин чувствовала себя великолепно. Что касается возраста, то Лу Шаомин был младшим. Но он сумел заставить этих хитрых старых родственников, которые оценили бы ситуацию, встать и поприветствовать своего младшего таким образом. Она могла только представить, какое влияние имел Лу Шаомин.

Лу Шаомин взял инициативу в свои руки. Он взял маленькую ручку Нин Цин и представил ее по отдельности. “Это мой старший дядя, это второй дядя... это моя жена, Нин Цин.”

Все посмотрели на Нин Цин с головы до ног, и в их глазах появилась какая-то резкость. Нин Цин милостиво приняла их взгляды с легкостью, и она использовала свою превосходную память, чтобы взять на себя инициативу и проследить, как Лу Шаомин обращается к ним. - Старший Дядя, Второй Дядя…”

“Окей. Толпа поджала губы и сказала: “Шаоминг, эта девушка выглядит молодо, но она добра и внимательна. У тебя неплохой вкус. Динь-Хуа, тебе пора удалиться и обнять своего внука.”

Лу Динхуа бросил взгляд на Нин Цин. У него было довольное выражение в глазах, и он от души рассмеялся и сказал: “Я не должен беспокоить всех вас, чтобы беспокоиться о моем внуке. Он уже в желудке моей невестки. О да, перед беременной женщиной каждый должен потушить свои сигары и некоторое время держать себя в руках.”

Все услышали его слова и устремили свои взгляды на живот Нин Цин. Нин Цин была одета в свободное платье, но при ближайшем рассмотрении она действительно выглядела несколько беременной.

Богатые семьи придавали большое значение своим потомкам. Более того, он был старшим внуком в семье Лу. Старейшины прищурились, но в душе у них были другие мысли, и все они послушно затушили сигары.

Атмосфера была теплой.

- Папа, а где мама?- Спросила Нин Цин у Лу Динхуа.

- О, твоя мать занята на кухне.”

- Тогда все мои дяди садятся первыми. Я пойду на кухню, поищу маму и посмотрю, чем смогу помочь, - сказала Нин Цин, улыбаясь.

Лу Шаомин в этот момент бросил на Нин Цин взгляд, и тот был крайне расстроен — не ходи приглашать обидчика.

Нин Цин подмигнула и сказала: "все будет хорошо".

Глядя на девушку, входящую в кухню, брови мужчины были изнеженными, но беспомощными. По дороге к дому Лу она уже приказала ему выслушать ее, когда они вошли в дом Лу, и попросила его не создавать ей проблем.

Не создавайте ей проблем?

Прислушайтесь к ее тону.

Она действительно была избалована им.

К нему подошел старейшина. Лу Шаомин небрежно ответил ему, и в тот момент, когда старший ушел, Лу Шаомин бросил взгляд в сторону кухни и услышал, как его собственный отец поддразнивает его. “Учитывая сегодняшнее событие, чего ты боишься?”

Лу Шаомин посмотрел на него и сказал без всякого особого тона в голосе: “я боюсь, что ваша жена будет запугивать мою жену.”

1Лу Динь Хуа: "... этот сопляк!

…

На кухне Сун Яцзин готовила блюдо с фруктами. На самом деле, богатые семьи были строги и суровы к женщинам в них. Истинная матриарх должна была не только принимать участие в приеме гостей, но и быть хорошей кухаркой.

Глядя на это таким образом, Сун Яцзин была компетентна в своей роли.

- Мама, я здесь. Вы готовите блюдо с фруктами? Позвольте мне помочь вам; это то, что я делаю лучше всего.- Нин Цин взяла фруктовый нож в руку помощника.

“Мадам. Помощник вежливо обратился к ней и вышел из кухни.

Сун Яцзин увидела, что Нин Цин так смело вошла в дом. Она не сдерживалась и действительно относилась к этому дому, как к своему собственному, и не могла не прийти в ярость. Она фыркнула и сказала: “Не думай, что ты победил. Если бы не настойчивость Динхуа, я бы не позволил тебе войти в дом Лу.”

Нин Цин разрезала яблоко фруктовым ножом и мило улыбнулась. - Мама, говорить об этом сейчас бесполезно. Я уже вошел в большие двери дома Лу. Я только что встретился со старейшинами. Почему ты не слушаешь? Даже слуги обращались ко мне "мадам". Мама, даже если ты не примешь его, очевидно, что я победил.”

- Ты!- Сун Яцзин была в ярости и стиснула зубы.

- Мама, не сердись, Возьми яблоко.- Нин Цин своими белокурыми пальцами сорвала кусочек яблока и положила его рядом с губами Сун Яцзин, а она, взмахнув длинными ресницами, мягко напомнила ей: - Мама, снаружи кто-то смотрит на нас.”

Сун Яцзин выглянула наружу, и там действительно было 3 или 4 старейшины, смотрящих в ее сторону.

Сун Яцзин вежливо улыбнулась им и отвела взгляд.

- Нин Цин, ты довольна?”

Заметив, что ей не хочется есть яблоко, Нин Цин небрежно положила кусочек яблока себе в рот. Он был одновременно кислым и сладким, что было восхитительно. Она прищурилась и лениво сказала: "Мама, когда мы с Шаомин вошли в гостиную, эти старшие внимательно наблюдали за мной. И они также тщательно сосредоточились на моем животе в течение длительного времени. Теперь старшие смотрят на нас, свекровь и невестка. Я не знаю, ждут ли они шоу, чтобы произойти? Говоря о том, чтобы быть удовлетворенным, если бы мама не решила вмешаться в наши отношения на благотворительном вечере ou family два дня назад, как бы я привлек внимание стольких людей?”

Сун Яцзин не нашелся, что сказать. Она действительно была опрометчива во время благотворительного гала-концерта семьи Оу. Она выставила себя и Нин Цин на всеобщее обозрение.

- Мам, не важно, сколько ты будешь бороться со мной. В конце концов, мы все еще семья. Давайте не будем бороться за то, чтобы другие смеялись над нами. Более того, мы не можем позволить другим выиграть из-за наших различий.”

- Хм!- Сун Яцзин не знала, что эта девушка так ясно мыслит и так ясно все понимает. Она бросила фрукты, которые держала в руках, на стеклянный прилавок и сказала: “Ты ведь поможешь мне расставить фрукты? Затем вы организуете это и не торопитесь, пока вы этим занимаетесь.”

Сун Яцзин повернулся и вышел.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 255: Открытая Борьба И Скрытая Борьба

Глядя на удаляющуюся фигуру Сун Яцзин, Нин Цин высунула розовый язычок и скорчила ей рожу.

Когда служанка увидела прекрасную внешность Нин Цин, она рассмеялась и сказала: “госпожа, позвольте мне разрезать фрукты.”

- Нет, я действительно хорош в этом. Нин Цин покачала головой в хорошем настроении. Она вырезала сердцевину из яблока и сделала пустую коробку из-под яблок.

Затем она положила немного драконьих фруктов с вишнями и поставила красивое блюдо с кроликом, покрытое слоем йогурта.

- Ух ты, - с обожанием посмотрела на нее служанка. - Мадам, ваше блюдо прекрасно, оно похоже на те, что готовят пятизвездочные повара.”

- Правильно? Я специально тренировался в этом. Нин Цин улыбнулась, скосив глаза. Она протянула блюдо с фруктами слуге. “Можешь принести это блюдо с фруктами на чайный столик.”

- Мадам, а вы сами не хотите его принести?”

Нин Цин надула розовые губки, " нет, разве моя мать не просила меня все время оставаться на кухне и не выходить оттуда. Я не смею ослушаться ее. Когда это блюдо удовлетворяет мою мать, и она говорит мне выйти, только тогда я решаюсь выйти.”

“В порядке. Слуга кивнул.

…

В гостиной Лу Шаомин и его дядя стояли у окна и разговаривали о делах. Лу Динхуа и Сун Яцзин сидели на диване со своими старшими и болтали. Слуга принес блюдо с фруктами, и у всех загорелись глаза. Они не могли не похвалить его: “Яджин, твоя семья снова сменила повара. Такое расположение блюд немного интересно.”

Сун Яцзин напряглась, очевидно, это был шедевр Нин Цин.

Только что, когда Нин Цин резала яблоки на кухне, она заглянула туда. Девушка хорошо владела ножом.

- Нет, это устроила наша мадам.- Почтительно отозвался слуга.

Посетите наш комический сайт Webnovel.ЖИВЫЕ КОНЦЕРТЫ

“О, - сказал один из старейшин с некоторым интересом, - почему ваша госпожа не выходит? Блюдо с фруктами устроено так, что она должна выйти поболтать. У нас редко бывает возможность увидеть ее.”

- Мадам сказала, что, когда мадам сон проверит блюдо с фруктами, она осмелится выйти только после того, как Мадам сон будет им довольна.”

Старейшины по очереди посмотрели на Сун Яцзина.

Сун Яцзин искоса взглянул на слугу, которому было уже за двадцать и который ничего не знал. Он не знал, что сказать или не сказать.

“Ха-ха, я просто сказал это небрежно, я не ожидал... Нин Цин воспримет это всерьез... - сон Яцзин быстро сгладил ситуацию.

Лу Динхуа взял Сун Яцзин за плечо и похлопал ее по плечу. - Это нормально-учить свою невестку, как тещу, но нельзя быть слишком жестокой. Ты напугаешь эту девчонку Нин Цин. Иди и пригласи ее на свидание.”

Пригласить ее на свидание лично?

Сун Яцзин взглянул на Лу Динхуа. Выражение лица Лу Динхуа не изменилось, но он держал ее за плечи с большой силой, с некоторой долей сдержанности.

Сун Яцзин неохотно поднялась и пошла на кухню.

В это время старейшины засмеялись: “Дингхуа, я не ожидал, что в твоей семье будет невестка, твоя жизнь наполнена таким весельем, говорят, что свекровь и невестка были естественными врагами, но я вижу, что твоя семья очень гармонична, невестка очень сыновняя и послушная.”

“Конечно.- Лу Динхуа согласился.

…

Сун Яцзин стояла у кухонной двери. Нин Цин притворилась, что оглядывается, и случайно увидела ее. - Мама, почему ты здесь? Что ты хочешь, чтобы я сделал?”

- Хм, хватит притворяться, выходи!”

Нин Цин слегка улыбнулась, но не стала притворяться ласковой. Она отложила фруктовый нож и последовала за сон Яцзин в гостиную.

Она была втайне довольна, ведь она так много потеряла со своей свекровью, и, наконец, настала очередь ее свекрови проиграть ей.

Ха, если она не сделает что-то хорошее, ее свекровь все равно будет относиться к ней как к вегетарианке.

Кто просил ее издеваться над ней!

Войдя в гостиную, Нин Цин села на край дивана, и старейшины ласково улыбнулись: "девочка, скажи своему дяде правду, твоя свекровь издевалась над тобой? Не бойтесь. Сегодня здесь собрались все дяди. Даже если вы будете жаловаться, мы все вас поддержим.”

“Это ... - Нин Цин заколебалась и посмотрела вниз. Ее маленькая невестка выглядела так, словно перенесла много обид. - Мама очень добра ко мне, совсем чуть-чуть.…”

Нин Цин намеренно остановилась здесь, первоначальная атмосфера гостиной внезапно стала тихой.

Выражение лица Сун Яцзин было не очень хорошим. Лу Динхуа был спокоен. Глаза Нин Цин скользили по лицам старейшин, занятых своими мыслями. Потом она хихикнула “ " мама не любит смеяться,она всегда строит мне гримасу.”

Говоря об этом, Нин Цин имитировала выражение лица Сун Яцзин, сжав губы и нахмурив брови. Она была родом из актерского класса, и она живо подражала ему.

Теперь, " Ха-Ха. Лу Динь-Хуа громко рассмеялся, и все старейшины засмеялись, и один за другим, помедлив на мгновение: “ха-ха...” - они небрежно рассмеялись.

На их испытание девочка легко ответила.

Люди неизбежно смотрели на Нин Цин прямо, она выглядела молодой и миниатюрной, они не ожидали, что она также была интриганкой и трудным характером, чтобы иметь дело с ней.

Нин Цин усмехнулась про себя, пытаясь сделать тему, используя ее, используя ее как мишень, подождать до следующей жизни.

- Мам, иди сюда и съешь кусочек яблока. Нин Цин взяла еще одно яблоко и поднесла его к губам Сун Яцзина.

Сун Яцзин, заметив присутствие всех людей, поджала губы и рассмеялась: "Не нужно…”

- Мам, съешь это.- Нин Цин не удержалась и положила нарезанное яблоко прямо в рот Сун Яцзину.

Этот грубый жест, казалось, говорил: "Мама, если я попрошу тебя съесть это, тебе лучше съесть это!"

Песня Яцзин, “…”

- Ха-ха, - Лу Динхуа похлопал по подлокотнику дивана. - Послушайте, теща и невестка прекрасно ладят друг с другом. Они похожи на мать и дочь.”

“Конечно, конечно. Старейшины скрыли свое разочарование и просто согласились.

В это время: "мистер Лу, Миссис Лу.- В дверях появились два человека. Конг Лань приехала со своей дочерью Чжоу Чжилэй.

Нин Цин была очень взволнована, когда увидела приближающихся мать и дочь. Пока они приходили, она все еще боялась, что они не придут.

Очевидно, и мать, и дочь видели, как она только что накормила Сун Яцзин кусочком яблока, особенно Чжоу Чжилэй, который обиженно смотрел на нее.

- Госпожа Чжоу, Чжилэй. Ты здесь? Садитесь, пожалуйста.- Мать и дочь не были приглашены на этот семейный обед, но две семьи Лу и Чжоу были довольно близки, поэтому Сун Яцзин вежливо и с энтузиазмом сказала:

- Миссис Лу, извините меня. Конг Лань высокомерно вздернул подбородок и шагнул вперед вместе с Чжоу Чжилэем.

Нин Цин встретилась взглядом с Конг Лан и промолчала. Она просто посмотрела на слугу вокруг себя и открыла рот. Ее элегантный голос был ясен. - Иди сюда, подай чай госпоже Чжоу и госпоже Чжоу.”

- Да, мадам.- Почтительно отозвался слуга и отступил на шаг.

Глаза Конг Лана и Чжоу Чжилэя сильно изменились. Только что их маленькая самонадеянность была жестоко отброшена назад Нин Цин.

Нин Цин посмотрела на них и рассмеялась. Смех означал – " как ты смеешь быть таким безудержным после того, как пришел в мой дом, не видишь, кто я теперь?

Молодая госпожа из семьи Лу.

Жена Лу Шаомина.

Все присутствующие были представителями элиты. Как они могли не видеть сквозь эту открытую борьбу и завуалированную борьбу, что сердце Сун Яцзина все еще было склонено к Чжоу Чжилэю? Она рассердилась, увидев, что Нин Цин намеренно напустила на себя вид хозяйки дома. Она хотела взглянуть на Нин Цин, но не смогла. У старейшин, сидевших на диване, прежнее разочарование улетучилось, и они с интересом посмотрели туда один за другим.

Сун Яцзин вдруг вспомнила фразу, сказанную Нин Цин, - посмотреть спектакль.

Ее глаза потемнели, брови слегка изогнулись, а энтузиазм по отношению к Конг Лан и Чжоу Чжилэй уменьшился вдвое.

- Госпожа Чжоу, Чжилэй. Теперь, когда ты здесь, подойди и сядь, - сказал Лу Динхуа.

- Да, благодарю Вас, мистер Лу.- Мать и дочь перешли на другую сторону.

…

Усевшись, эти старцы, естественно, сделали несколько вежливых замечаний матери и дочери. Конг Лань рассеянно ответил, затем посмотрел прямо на Нин Цин. - Мисс Нин, мы встречались однажды, но я ничего не знаю о семье Мисс Нин и о том, чем занимается ваш отец.”

Нин Цин рассмеялась про себя. Этот Конг Лан был нетерпелив. Она начала нападать на нее, как только та приехала. И еще он заметил ее слабость.

В это время ее маленькое благоухающее плечо было защищено большой ладонью, Лу Шаомин прибыл без ее ведома и стоял позади ее дивана, это была настоящая поддержка для нее.

- О, мой отец управляет компанией. Он невелик, но он хороший бизнесмен, который подчиняется правилам и правилам.- Честно ответила Нин Цин.

“Чем занимается ваша мать, из какой вы знатной семьи и какое высшее образование получили?”

- Ну, моя мать выросла в сиротском приюте и была привезена в семью Нин моей бабушкой в возрасте 8 лет в качестве невесты ребенка. Моя мать нежная, хорошая мать и всегда была моей гордостью.- Нин Цин рассмеялась уголками рта, не униженная и не возвышенная.

Лу Динхуа слушал и удивленно поднимал брови. Он посмотрел на стоящую перед ним Нин Цин. Девушка ответила честно, но она была слишком честна.

Насколько он знал, у нее был изысканный характер. Она могла бы умело избежать вопроса о проверке своего семейного прошлого, но не сделала этого.

Она все еще отвечала очень послушно.

Лу Динхуа снова посмотрел на жену и увидел, что ее лицо застыло, а выражение лица говорило: "Я не согласен с этим.

Рот и глаза Лу Динхуа взорвались смехом. Это Нин Цин.

Ее семейное происхождение всегда находилось в руках Сун Яцзина и топталось у нее под ногами, Сун Яцзин даже унизил ее с Конг Ланом. Сегодня у нее появился шанс отомстить.

Сегодня она приехала как Миссис Лу. Тот, кто заставил ее потерять лицо сегодня, был равнозначен тому, чтобы поставить в неловкое положение всю семью Лу.

Она показала Сун Яцзин, каково это-поднять камень и бросить его себе на ноги. Она заставила Сун Яцзин чувствовать себя хуже, чем когда она проглотила муху.

Глядя на заинтересованный вид этих старейшин, можно было подумать, что они почувствовали запах крови, которую давно не видели, и не могли дождаться начала кровопролития.

- Мисс Нин, вы хотите сказать, что вы не из благородной семьи?- На лице Чжоу Чжилэй появилась довольная улыбка, Нин Цин всегда была умна и бойка на язык, на этот раз она смутила ее перед этими старейшинами, и она чувствовала себя очень счастливой.

“Да, - великодушно кивнула Нин Цин, - я, конечно, не такая благородная, как Мисс Чжоу.”

Мать и дочь семейства Чжоу были довольны. В это время старейшины не могли не наблюдать за игрой и не присоединяться к ней. - Ах, Лесси Нин, я не ожидал, что ты родом из такой семьи, но все в порядке. Никто не спрашивает героя о его происхождении, пока вы с Шаомоном живете хорошо. Всего два дня назад, когда я читал новости, я также увидел, что Яцзин и госпожа Чжоу посетили благотворительный вечер и унизили вас. В чем дело, девочка Нин? Разве ваша свекровь не довольна вами?”

Вся аудитория затаила дыхание, ожидая ответа Нин Цин.

Нин Цин ответила не сразу. Она просто поставила белую чашку с водой на чайный столик и сделала из нее глоток. Наконец, она улыбнулась сон Яцзин и игриво подмигнула. - Мама, все спрашивают, не доволен ли ты мной. На самом деле, я также хочу знать, научит ли меня мама, как отвечать.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 256: Гармония

Песня Яцзин: “…”

Эти старые твари видели ее юный возраст и воспользовались возможностью задать ей острые вопросы. Но она не была ни взволнована, ни сбита с толку, и она была спокойна и собранна, когда отвечала на эти вопросы.

Сун Яцзин глубоко вздохнула и поняла, что Нин Цин определенно делает это нарочно!

В этой ситуации, при таких обстоятельствах, мог ли у нее быть какой-то альтернативный ответ?

Сун Яцзин милостиво улыбнулся и сказал: “Все это недоразумение. Наши Шаомин и Нин Цин уже женаты. Нин Цин тоже моя ... невестка. Я очень доволен ею.”

Выражение лица старейшины стало ясным в их глазах, и пара мать-дочь семьи Чжоу почти не могла понять и направила свои ошеломленные взгляды на Сун Яцзин. Этот вопросительный взгляд, который был у них в глазах, как будто говорил: "Может быть, мы сражаемся не на одной стороне?

Эмоции Сун Яцзин бушевали повсюду. В обычные дни она хвалила дуэт мать-дочь Чжоу, и они не думали, что она заставит их чувствовать себя так неловко в такой важный момент.

- Госпожа Чжоу, Чжилэй, выпейте чаю.- В голосе Сун Яцзин послышалось легкое раздражение.

Конг Лань все еще хотела что-то сказать, но Чжоу Чжилэй уже почувствовала отношение Сун Яцзин и потянула мать за рукав.

Нин Цин увидела, как на ее глазах происходят тонкие действия между матерью и дочерью, и от души рассмеялась. - Госпожа Чжоу, госпожа Чжоу, кажется, что после того, как вы вошли в дверь, вы обратились ко мне как госпожа Нин. То, как вы обращаетесь ко мне, не слишком уместно. Это мой дом, и я Миссис Лу.”

Чжоу Чжилэй и Конг Лань были в ярости и скрипели зубами. Они уставились на Нин Цин. Но их взгляды были неуверенными из-за человека, стоящего позади Нин Цин. Мужчина засунул руку в карман, и его глубокие глаза были холодны, когда он смотрел на них прямо.

Этот человек не мог допустить, чтобы другие смотрели на его жену со злыми намерениями.

Дуэт мать-дочь был поставлен в тупик. Они видели, что все были здесь, и никто не защищал их действия, поэтому они стиснули зубы и сказали: “госпожа Лу.”

- Да, и госпожа Чжоу, и госпожа Чжоу слишком вежливы, - небрежно ответила Нин Цин и лениво откинулась на спинку дивана.

Конг Лань, Чжоу Чжилэй: “…”

В этот момент раздался взрыв смеха, сопровождаемый аплодисментами. Кто-то подошел к двери. Нин Цин узнала его-это была Сун цзинь.

- Старший брат, ты здесь!- Сун Яцзин увидела своего старшего брата и ликовала. Это был кто-то из ее собственной семьи, и она подошла поприветствовать его.

- Яджинг, я здесь уже некоторое время. Когда я только что был в дверях, я видел, как шло великолепное представление. Пока Сун цзинь говорил, он перевел взгляд на Нин Цин и произнес два слова: “отличная работа.”

Нин Цин встала и сказала с застенчивой улыбкой: “Спасибо, дядя, за комплимент.”

Толпа снова погрузилась в светскую беседу, Сун цзинь обладал высоким статусом в индустрии, поэтому в тот момент, когда он прибыл, он сел прямо рядом со старейшиной, который был самым старшим — вторым по значимости местом.

Лу Динхуа улыбнулся и сказал: “старший брат, кажется, ты уже встречался с Нин Цин раньше. Вы, ребята, знаете друг друга?”

Сун Яцзин тоже посмотрел в их сторону.

“Я не только знаю Нин Цин, но и сейчас мы с ней в партнерстве.”

Старейшины были ошеломлены и сказали: “президент Сун, должно быть, шутит, Нин Цин сейчас так молода. Кроме того, что она знает о финансовых инвестициях и спекуляции на ценах акций? Как она будет сотрудничать с вами?”

Сун цзинь взмахнул руками и сказал: “Вы все не знаете, хотя Нин Цин молода по возрасту, она является первым человеком в индустрии развлечений, который достиг кассового рекорда в один миллиард пятьсот миллионов долларов. Сейчас она тоже директор класса "А". За короткий промежуток времени в полгода она создала собственную студию, вложила деньги в развлекательную компанию и сняла фильм. Она преуспела как в индустрии развлечений, так и в инвестиционном секторе. Она не упустила ни одного фактора, и сегодня она взлетела до списка Forbes богатых знаменитостей в Китае, и она является лучшим миллионером среди них. Тебе не кажется, что эта девушка потрясающая?”

Все старейшины обратили свои потрясенные взгляды на Нин Цин, и они были ошеломлены. “Хе-хе, мы все еще не знали, что Нин Цин была такой способной. Она выглядит так молодо, и ей всего около 20 лет. Президент Сонг, не пытайтесь с нами связываться.”

Никто ему не поверил.

Честно говоря, все богатые семьи судят о ком-то по своему семейному происхождению. Семейное прошлое Нин Цин они изучили заранее. В то время они все еще смеялись над ней в частном порядке, и семья Лу была запятнана такой невесткой, которая так сильно понизила их социальное положение.

Любая невестка или внучка, которую они выберут из своего класса, легко сокрушит Нин Цин.

Старейшины не думали, что у Нин Цин будут такие великие достижения, и они все еще придерживались этой единственной линии. Она была всего лишь молодой девушкой около 20 лет. Она была слишком молода и нежна.

Сун цзинь рассмеялся и сказал: “Если вы все мне не верите, можете пойти и проверить это сами. Я, Сун цзинь, не стану выдумывать ложные новости. Честно говоря, вначале я действительно восхищался этой молодой девушкой, поэтому хотел открыть с ней развлекательную компанию. Но знаете ли вы, как Нин Цин, эта девушка, ответила мне?”

Старейшины были взволнованы и спросили: “что она сказала?”

"Эта девушка Нин Цин сказала:" С моей популярностью и положением в индустрии развлечений, как Нин Цин сегодня, если я открою компанию развлечений, она определенно будет популярна. Чем вы располагаете, чтобы говорить о партнерстве со мной?’”

"..."Старейшины замерли, а затем последовал их смех. - Какой властный тон!”

“Да, в то время я был очень расстроен. Итак, эта девушка Нин Цин сказала, что хочет следовать за мной, чтобы узнать об инвестициях и спекуляциях на фондовых биржах. Я фыркнула, и у меня был такой же взгляд, как и у всех здесь. Я сказал, что она ничего не знает. Что вы имеете в виду, говоря о партнерстве между нами? Но я не ожидал, что она скажет: "президент Сонг, все ваши инвестиции и спекуляции на фондовых биржах сосредоточены в индустрии развлечений. Нет ничего, что я, Нин Цин, не знал бы об этой отрасли.’”

"..."Старейшины дважды взглянули на Нин Цин и прокомментировали:" как дико!”

Она была так молода, но так свирепа.

Сун цзинь был взволнован, когда говорил, на самом деле он был человеком, который прошел через многое. Он был ясен и собранен, когда вспоминал историю, и он заставлял других интересоваться тем, что он должен был сказать. “В конце концов, я решил стать партнером этой девушки Нин Цин. В этот момент Шаоминг пришел только в последний момент. Шаоминг открыл рот и обратился ко мне как к дяде, и с тех пор эта девушка пребывала в оцепенении. Вы знаете, что она сказала?”

- О, что она сказала? Аппетиты зрителей были возбуждены, и они с нетерпением ждали его ответа.

- Эта молодая девушка сказала: "мне очень жаль, но я знала, что вы его дядя. А как насчет этого, позвольте мне открыть развлекательную компанию с дядей, ха-ха...”

Старейшины засмеялись и сказали: “Эта девушка Нин Цин дает милостыню президенту Сун.”

“Верно, мы не ожидали, что президент сон прошел через все эти годы и в конце концов проиграл жене своего собственного племянника. Хаха.”

Старейшины все смеялись, и пока они смеялись, они использовали свой взгляд, чтобы снова просканировать Нин Цин. Нин Цин молчала. Она улыбалась, глядя вниз, и выглядела по-девчачьи застенчивой.

Высокий длинноногий мужчина стоял позади нее и дважды гладил ее волосы. Она обернулась и улыбнулась ему.

В этот момент атмосфера в гостиной стала еще более шумной. Некоторые старейшины засмеялись и сказали: “Дингхуа, Яцзин, посмотрите, как хороши отношения между Шаомин и этой девушкой Нин Цин. Вы ребята даже ничего не сказали и заработали такую способную и послушную невестку в семье; у вас очень дурной вкус.”

Лу Динхуа взглянул на Нин Цин. Хотя ей был всего 21 год, она была грациозной и уравновешенной. Она знала, как вести себя подобающим образом в зависимости от обстоятельств; она была ловкой и умной.

- Ха-ха, мы не достойны такой похвалы. Это все из-за хорошего вкуса моего сына. Лу Динхуа громко рассмеялся и, смеясь, подтолкнул Сун Яцзина, который вел себя как деревянный чурбан.

Сун Яцзин смутилась. Честно говоря, она не верила, что Нин Цин была настолько способной. Если бы кто-то еще так хвалил Нин Цин, она бы им не поверила. Но это был не кто-то другой, а ее родной брат по крови.

Все женщины в богатых семьях хотят укрепить свой статус. Мало того, что они хотят иметь сильные способности, они также нуждаются в поддержке своих собственных семей, поэтому она всегда была послушной и послушной по отношению к Сун цзинь.

На протяжении всех этих лет брат и сестра поддерживали друг друга и сделали это сегодня. Их отношения даже нельзя было сравнить с теми, что были у нее с Лу Динь Хуа.

Сун Яцзин не могла не посмотреть на Нин Цин официально, и она увидела, что ее сын и невестка бросают друг на друга влюбленные взгляды. Она неловко рассмеялась и последовала примеру Лу Динь Хуа, сказав: "Да, это было бы хорошо, если бы у них были хорошие отношения друг с другом.”

В этот момент сердца Конг Лана и Чжоу Чжилэя были опрокинуты, они оба были полны ревности и гнева, но все же смущены. В тот момент, когда появилась Сун цзинь, вся сцена полностью перевернулась. Люди в гостиной были полны похвал Нин Цин и даже заставили Сун Яцзин пересмотреть свое отношение к Нин Цин.

Нин Цин стала центром внимания толпы, и дуэт мать-дочь сидел в углу дивана. Никто не обращал на них внимания. Каждый был семьей, и они были как сироты, которых бросили. Все остальные заставляли их чувствовать себя неловко и полностью игнорировали их.

В этот момент Сун цзинь стер с лица улыбку. Он прищурился и перевел взгляд на Конг Лана и Чжоу Чжилэя. - Это зависит от самого человека, - неопределенно сказал он. - нельзя все основывать на его семейном происхождении. Некоторые люди происходят из большого прошлого, но имеют плохие личности. Он подобен золоту и нефриту снаружи, гниению и разложению внутри.”

“Да, да. Президент сон имеет смысл в своих словах.- Старейшины согласились с ним.

Было очевидно, что его слова были обращены к паре мать-дочь, Конг лань и Чжоу Чжилэй. Эти слова прозвучали как пощечина и заставили их лица покраснеть. Когда он поднял свой взгляд, чтобы посмотреть на них, эти старейшины могли различить насмешливый тон в голосе Сун Цзиня, и они ждали большого шоу, чтобы разыграться, наблюдая за этой сценой.

Конг Лань хотела тут же закатить истерику, но Чжоу Чжилэй решительно дернула мать за рубашку. Они не могли позволить себе оскорбить Сун Цзиня. Как только они это сделают, это положит конец всем возможностям ее вступления в семью Лу.

В этот момент Нин Цин встала, и с ее изящным поведением, она была любезна, когда она изогнула брови и улыбнулась, говоря: “дядя, вы хвалили меня с того момента, как вошли в дверь. Ты, наверное, хочешь пить. Позвольте мне пойти и сделать вам чашку чая.”

Старейшины услышали ее слова и не обрадовались. Они все дразнили ее, говоря: "Нин Цин, эта девушка, ну, как только твой дядя сделает тебе комплимент, ты сделаешь ему чашку чая. Мы также похвалили вас, почему вы ничего не сделали для нас? Посмотрите на нее: эта девушка пристрастна.”

Нин Цин подмигнула и нахально улыбнулась, сказав: “Я сделаю, я приготовлю чай для всех. Даже если бы я одолжил 10 жизней, я бы не осмелился забыть здесь всех дядюшек.”

Нин Цин повернулась и пошла на кухню.

Лу Шаомин посмотрел на маленькую тень своей жены. Его глаза были полны глубокого удовлетворения, и он с самого начала знал, что она способна справиться с любыми ситуациями, но сегодня, придя в дом Лу, он все еще был очень осторожен. Он боялся, что они обидят ее, но она была проворна. Она не только заставила Сун Яцзин полностью уступить ей, но и сделала всех этих хитрых лисиц такими счастливыми.

Иногда делать что-то хорошее было легко, но как быть хорошим человеком, это полностью основывалось на самом знании.

В этот момент Конг лань и Чжоу Чжилэй встали, чтобы попрощаться. Старейшины вежливо попрощались с ними. Сун Яцзин попрощалась, и она не стала уговаривать их остаться еще.

Ни один из них даже не вышел за дверь, и они услышали мелодичную болтовню, доносящуюся из гостиной. Они совершенно не принимали их обоих близко к сердцу, и этот дуэт мать-дочь был в ярости. Это было так, как будто они съели бомбу, и они выбежали за дверь.

…

Они поужинали вместе. Все это место было наполнено шумом и возбуждением, и после того, как они вышли из-за стола, Лу Динхуа привел Лу Шаомина и Нин Цин, чтобы они встали вместе у двери, чтобы отослать гостей. Сон Яцзин стояла в одиночестве, провожая своего старшего брата сон Чжина.

Водитель открыл дверцу, Сун цзинь сел сзади, и стекла опустились. Он убрал улыбку с лица, а во рту у него была сигара. Его взгляд был глубоким и острым, когда он посмотрел на Сун Яцзин, которая стояла снаружи. - Сестра, старший брат считает, что Нин Цин действительно хороша.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 257: Найти биологическую внучку Чжоу Хенга

Когда Сун цзинь хвалила Нин Цин в гостиной, Сун Яцзин все еще могла расценивать его слова как вежливую беседу, но она была очень удивлена, что ее старший брат использовал фразу “очень хорошо” наедине.

- Старший брат, позволь мне сказать тебе, что я очень недоволен Нин Цин. Во-первых, у нее плохое прошлое. Во-вторых, Шаомин очень ласков с ней, что нехорошо для мужчины.”

Сун цзинь курил сигару и стряхивал пепел одной рукой за окно. - Сестра, ты уже несколько дней как вернулась. У вас были некоторые контакты с Нин Цин и Шаомин. Каков же результат?”

Говоря об этом, Сун Яцзин был не очень доволен. Она не произнесла ни слова.

“Ты ведь никогда не выигрывал, правда? Послушай, теперь тебе не победить Шаомина или даже Нин Цин. Я думаю, что сердце Динхуа предвзято относится к вашей невестке, поэтому держите свое недовольство при себе в будущем, потому что вся семья Лу будет игнорировать его.”

Сун Яцзин застыла, демонстрируя некоторую панику.

- Сестра, на самом деле, у женщин на каждом этапе должна быть своя специфическая миссия. В вашем возрасте вы должны понимать, что статус матери повышается вместе с сыном; чем лучше Шаоминг в будущем, тем лучше вам будет. Любовь шаомина к Нин Цин настолько глубока, что никто в городе Т не знает об этом. Я думаю, что только вы не знаете об этом. Не допустите, чтобы инцидент на семейном благотворительном обеде Оу повторился. Вы даете себе свой собственный статус.”

- Брат, я вижу. Сун Яцзин кивнул.

“В порядке. Только тогда Сун цзинь удовлетворенно посмотрел на нее: “сестра, мы пережили бури все эти годы как брат и сестра; когда это старший брат вел тебя неправильно? Старший брат всегда очень точно судит о людях, эта Нин Цин, я думаю, она хороша.”

Зрачки Сун Яцзин слегка сузились, и она с недоумением посмотрела на старшего брата.

Сун цзинь продолжал с сигарой во рту: “Я уже давно стою у ворот. Что это за товар-пара мать и дочь из семьи Чжоу? Разве ты не видишь, что семья Чжоу, короля мирового виноделия, находится в упадке? Впрочем, неудивительно, что Чжоу Хэн начинал с нуля и обзавелся дочерью только в зрелом возрасте. Она была зеницей его ока и унаследовала талант Чжоу Хэ в красном виноделии. В возрасте трех лет она уже чувствовала вкус ингредиентов, содержащихся в красном вине. В возрасте шести лет она сделала свою первую бутылку вина, которая потрясла красную винодельческую индустрию. К сожалению, в индустрии красного вина сложилась неожиданная ситуация. Этой дочери было семь лет, когда она заблудилась на улицах Соединенных Штатов, и ее так и не нашли.

“Что толку в приемном сыне Чжоу Хэ? Он бесполезен. Я только что видел Конг Лана и Чжоу Чжилэя. Они всего лишь посредственные женщины. Однако Чжоу Юанда, брат Чжоу Чжилэя, - гений. К сожалению, он гений в области медицины. Я не могу понять, что тебе действительно нравится в семье Чжоу.”

Сун Яцзин не могла говорить. Она была женщиной и, естественно, не видела проблему так глубоко, как мужчина.

Докурив сигару, Сун цзинь погасил ее в пепельнице автомобиля. Он отряхнул одежду и посмотрел на сон Яцзина. - Ладно, возвращайся, сестра. Помните, вам было нелегко все эти годы оставаться в положении хозяйки и матери семьи Лу. Не разрушай себя снова. Кроме того, не думай об этом Чжоу Чжилэй; найди биологическую внучку Чжоу Хэн, если сможешь.”

Лимузин умчался прочь.

…

Старейшины уже ушли, и слуги убирались на вилле. Лу Шаомин взял маленькую ручку Нин Цин. - Папа, Мама, мы едем домой.”

Сун Яцзин замолчал после предложения Сун Цзиня. Лу Динхуа рассмеялся и сказал: “Шаомин, ты помнишь день рождения своей матери?”

День рождения?

Лу Шаомин посмотрел на сон Яцзина, который тоже был ошеломлен. Семья Лу никогда не праздновала дни рождения. Они были очень удивлены и задавались вопросом о намерениях Лу Динь Хуа в данный момент.

- Да, через полмесяца у мамы день рождения, - ответил Лу Шаомин.

Лу Динхуа похлопал Лу Шаомина по плечу и сказал с облегчением: “парень, так ты все еще помнишь день рождения своей матери? Я думал, что у тебя есть жена и ты забыл свою мать. Как насчет этого: это также первый день рождения вашей матери после того, как мы приняли невестку в семью Лу. Пусть Нин Цин планирует праздничный банкет.”

Лу Шаомин нахмурился и не согласился. - Папа, Нин Цин беременна уже четыре с половиной месяца.…”

Глаза Нин Цин засияли, и она быстро открыла рот, чтобы прервать Лу Шаомина. Она рассмеялась и сказала: “Папа, Мама, спасибо, что доверили мне так много и поручили такое важное задание, но... я только недавно вошла в семью Лу, и это мой первый раз, когда я принимаю такой большой банкет. Я боюсь, что мой опыт будет недостаточным и недостаточно вдумчивым. Это может огорчить маму.”

Лу Динхуа с улыбкой посмотрел на Нин Цин. Хорошая девочка, она попросила его об амнистии еще до того, как все началось.

Она быстро соображает.

- Нин Цин, будь то большой или маленький банкет, это все равно твои добрые намерения как невестки. Кроме того, твоя мать все равно будет счастлива.”

“Что ж, тогда я принимаю это задание. Папа и мама, вы можете быть уверены, что через полмесяца у меня будет запланирован прекрасный банкет по случаю Дня Рождения Мамы.”

- Хорошо, - Лу Динхуа взглянул на Лу Шаомина. - Послушай, твоя жена лучше тебя. Нин Цин, я попрошу экономку помочь тебе с этим банкетом. Банкет не так легко спланировать. Там будет много тривиальных вещей. Приходите завтра домой; я позволю экономке научить вас этому процессу.”

“ОК. - Спасибо, папа.”

…

Они покинули дом семьи Лу. Сегодня они не ездили на машине. Пока они шли, Лу Шаомин взял Нин Цин за маленькую ручку.

Летние ночи были самыми оживленными. В городе среди неоновых автомобильных огней шумела толпа. Все шутили и смеялись, и это была шумная сцена.

Маленькая рука в его ладони была мягкой и бескостной. Лу Шаомин не мог устоять. Он осторожно сжал ее и посмотрел в сторону. Под ногами у них лежали квадратные кирпичи с крестами. Девочка была в хорошем настроении и прыгала по квадратным кирпичам.

Это было очень по-детски.

- Нин Цин, не прыгай, будь осторожна с нашим маленьким учителем Лу.- Этот человек был полон нежности и задавался вопросом, все ли беременные женщины похожи на нее. Прыгали вокруг и были полны энергии. Все время беспокоит его.

- Муженек, все в порядке. Я не сильно прыгнул. Доктор сказал, что беременные женщины должны заниматься спортом в умеренных количествах, - сказала Нин Цин с милой улыбкой.

У Лу Шаомина не было другого выбора, кроме как сунуть руку в карман, потакая ей.

В это время по обочине дороги шли пешеходы, и все оглядывались. Этот человек был слишком ослепителен. Он был одет в светло-голубую рубашку, коричневые узкие брюки, и сквозь тонкую рубашку они почти чувствовали его сильные лопатки. Две его гордые ноги были обтянуты модными брюками, и они покачивались немного томно и спокойно; от него исходил запах Шато Лафит 1982 года; это был сильный запах зрелого мужчины.

А девушка, которую он держал на руках, выглядела очень молодо. Ее маленькое увлажненное личико было покрыто слоем здорового розового цвета-определенно молодая девушка.

Прохожие понимали, что в паре со старым мужем мужчина обязан баловать свою молодую жену больше, чем обычно.

- Муженек, теперь я знаю, почему ты нашел сон Чжина. Это действительно хороший план, чтобы убить двух зайцев одним выстрелом. Во-первых, она должна проложить путь к моей карьере. Во-вторых, это подавление мамы. Я вижу, что моя мать очень зависела от дядиных советов и была очень послушной. В этом мире у каждого есть свой победитель.”

Лу Шаомин усмехнулся. В тот вечер она сказала, что пойдет на семейный ужин. Он выслушал ее.

Поскольку она должна была приехать, он должен был составить для нее план.

Без полной уверенности он не вернет ее в семью Лу.

- Да, - Лу Шаомин протянул руку и погладил маленькую головку девочки, как любимую зверушку. "Хотя я нашел сон Цзиня, женушка-это тот, кто обладает навыками и может убедить сон Цзиня.”

Получив похвалу, Нин Цин перестала прыгать. Она улыбнулась, как распустившийся цветок. Две тонкие руки обхватили его за плечи, и она положила свою маленькую головку ему на плечо. Она гордо прищурилась и сказала: Кто твоя жена?”

После этого упражнения реденькая и аккуратная челка девушки прилипла ко лбу, а на изящном кончике носа блестели капельки пота.

Лу Шаомин обнял ее, вынул из кармана брюк большую ладонь и осторожно вытер ей пот. Он нежно баловал ее. - Да, женщина, которая нравится мне, Лу Шаомин, действительно искусна.”

Нин Цин хихикнула и очень счастливо рассмеялась.

“Нин Цин, почему ты обещала организовать праздничный банкет? Сейчас ты беременна, и тебе не следует слишком напрягаться.”

Когда мужчина заговорил, он потерся твердым подбородком о ее блестящий лоб. Его мягкий манящий голос резонировал в ее ушах, и Нин Цин сузила глаза от удовольствия.

- Муженек, я официально вошла в семью Лу после сегодняшнего семейного ужина. Папа попросил меня спланировать праздничный банкет; это было равносильно тому, чтобы объявить всему миру, что я невестка семьи Лу. Это очень хорошо. Более того, с папиным приказом об амнистии мама не посмеет суетиться и смущать меня.”

В тот день Лу Динхуа сказал, что проверит ее, когда они будут в студии. Она знала, что сегодня ей это удалось.

Этот праздничный банкет был вторым испытанием. Если она снова добьется успеха, то действительно станет старшей невесткой семьи Лу.

- Да, - Лу Шаомин опустил глаза и поцеловал ее в лоб. - Мама не смеет смущать тебя, когда я рядом.”

Услышав его слова, Нин Цин подняла свою маленькую головку. Ее сверкающие осенние зрачки красиво смотрели на него. - Муженек, я сама могу управлять мамой. Не доставляй мне никаких хлопот. Знаете ли вы, что свекровь и невестка-естественные враги, потому что они оба любят мужчину одновременно? Если вы сейчас предвзято относитесь ко мне, это равносильно тому, чтобы позволить мне стать занозой в глазах мамы. Муженек, не будь зажат между нами, просто молчи.”

Лу Шаомин не одобрил ее замечания, но, взглянув в полные ожидания нетерпеливые глаза девушки, поднял бровь и кивнул. “Окей.”

- Хороший Муженек. Нин Цин протянула руку и коснулась его красивого лица. - Муженек, спой маме песню С днем рождения на праздничном банкете?”

Лу Шаомин слушал и хмурился. И это означало...?

Он был слишком стар, чтобы петь поздравления с Днем рождения другим. Как по-детски и эмоционально. Просить его, 31-летнего мужчину, спеть песню на день рождения своей матери, с которой он не был близок... этот образ был просто немыслим.

- Муженек, мама будет очень тронута, когда ты ей споешь. Я обещаю, что это будет лучший подарок на день рождения, который она получила. Муженек, спой хоть разок. Мне больше нравится слушать, как ты поешь.”

Лу Шаомин крепко сжал ее плечи и отверг предложение. - Нин Цин, этот вопрос не подлежит обсуждению.”

Услышав решительный тон этого человека, Нин Цин вздохнула. Она больше не поднимала эту тему.

Проходя мимо, она увидела кафе-мороженое. Ее светлая рука схватила мужчину за край одежды. -Муженек, - сказала она, указывая на него своей маленькой ручкой, - я хочу съесть мороженое.”

“Нет, она слишком холодная и может заморозить нашего маленького мастера Лу.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 258: Посмотрите на него, она пойдет за ним, это его дело, и желает ему добра.

Нин Цин услышала и осталась недовольна. Некоторое время назад он был против пения и решительно отверг ее. Она могла смириться с этим, но не могла смириться с тем, что он не позволяет ей есть мороженое.

Это было связано с ее собственными принципами.

Нин Цин остановилась как вкопанная, стряхнула руку мужчины и, надув свои нежные и женственные щеки, сказала: Лу Шаомин, все, что ты сейчас говоришь, касается маленького молодого мастера Лу; я просто знал, что ты любишь только его, но больше не любишь меня.”

От сердитого взгляда девушки кости Лу Шаомина обмякли, а сердце разлилось потоком тепла по всему телу. Внезапно ему захотелось бросить ее...в постель.

Жестоко выжать ее досуха и запугать.

Он сглотнул слюну и ответил: “хорошо, оставайся здесь. Я иду и покупаю его для тебя.”

Мужчина поднял ноги и вошел в кафе-мороженое.

Нин Цин чувствовала, что ее сердце счастливо, как распустившийся цветок. Он не хотел принимать ее в хорошем настроении, дурачащейся с ним, поэтому ей пришлось прибегнуть к крайним методам, чтобы заставить его сотрудничать.

…

Мужчина быстро вернулся. В руках у него был рожок с мороженым. Глаза Нин Цин заблестели, и она взяла в свою маленькую ладошку, а затем радостно начала есть мороженое.

Лу Шаомин держал ее за маленькие плечи. Он думал о сцене, когда она ела мороженое в одиночестве на обочине дороги, пока она плакала 3 месяца назад.

Сначала он чувствовал себя скованно и неуютно, но теперь все его тело болело.

Он перевел взгляд вниз, и девушка не выдержала и откусила кусочек мороженого. Она вытянула язык, чтобы облизать края мороженого. На ее маленьких, похожих на вишню губах было несколько капель, и она была очень довольна, поедая их.

Он не понимал, почему она любит есть такие вещи.

- Это хорошо?- хрипло спросил он.

- Это хорошо... - у девушки не было времени возиться с ним, но она также боялась, что он не позволит ей съесть его снова в будущем, поэтому она добавила: - Я буду есть медленно. Я расплавлю его во рту, а потом проглочу. Таким образом, я бы не стал замораживать нашего маленького молодого мастера Лу.”

Лу Шаомин слегка наклонился, и его сексуальные тонкие губы коснулись ее ушей. - Наш маленький молодой господин Лу не любит есть такие вещи. Как насчет этого — после того, как он расплавится, ты скормишь его мне.”

Нин Цин, которая ела мороженое, замерла, подняла глаза и посмотрела в горячие и темные глаза мужчины.

Он поднял брови, глядя на нее, и почувствовал себя взрослым мужчиной.

Нин Цин почувствовала, как ее лицо покраснело, и она не могла не рассердиться на него, когда сказала: Ты такой бесстыдный…”

Лу Шаомин крепче сжал ее плечи и сказал: “Нин Цин, завтра я должен уехать в командировку. Я вернусь только через неделю. Последний раз это было уже месяц назад; уместно ли такое поведение по отношению к вашему мужу? Вы не боитесь, что я буду слишком долго сдерживаться, а потом отправлюсь на поиски других женщин?”

- Ты смеешь!”

- Осмелюсь я или нет, зависит от того, как поведет себя сегодня женушка."Лу Шаомин был в хорошем настроении, и он держал маленькую руку девушки, когда они шли домой.

Шаги мужчины были огромными. Нин Цин, которую он держал до этого момента, осталась позади, и она покраснела, украдкой взглянув на его прямую и красивую спину. Она больше не чувствовала вкуса мороженого во рту.

Этот плохой человек, о каком спектакле он говорил?

Он был лжецом.

…

Лу Шаомин уехал в командировку, а Нин Цин отправилась на виллу Лу. Дворецкий передал ей толстую стопку документов и сказал: “Мадам, это список имен для приглашений на банкет, меню для еды, а также украшения и дизайн банкетного зала. Мадам, пожалуйста, примите решение, и я прикажу кому-нибудь приготовить их.”

Нин Цин чувствовала себя немного озадаченной; их было так много.

Только когда она действительно увидела количество деталей, входящих в банкет, она поняла, что Лу Динь Хуа имел в виду под мелкими вопросами, которые были такими скучными. Ей нужно было определиться с каждым фактором.

- Хорошо... - Нин Цин перешла в боевой режим, достала ручку и пометила 1, 2, 3 на документах....

Дворецкий был озадачен ее действиями и спросил: “Мадам, что вы сейчас делаете?”

- О, я располагаю эти документы в порядке срочности. Например, оформление банкетного зала может быть отложено на 2 дня, и моя сегодняшняя миссия будет заключаться в том, чтобы сначала подтвердить список гостей для приглашений. Для этого достаточно полмесяца. Многие родственники семьи Лу находятся за границей, и было бы лучше позвонить им раньше, чтобы пригласить их к себе, чтобы они могли соответствующим образом организовать свое расписание.”

Дворецкий понимающе кивнул. Хотя эта мадам была молода, она была педантична и спокойна в решении вопросов. У нее была осанка человека из влиятельной семьи.

- Ах да, дворецкий, - спросила Нин Цин, пока она была занята. “Какое вино мы будем пить на этот раз?”

"На банкетах семьи Лу всегда будет использоваться вино из семьи Чжоу.- Говоря это, дворецкий пытался проверить ее. “Конечно, если мадам не хочет использовать вино из семьи Чжоу, мы можем использовать и другие вина.”

- Переодеться? Почему мы должны его менять? Они большие шишки в виноделии. Вина семьи Чжоу не только известны, но и имеют хороший вкус; они соответствуют нашей семье.”

Старый дворецкий увидел маленькое нежное личико их Госпожи и улыбнулся еще ярче. Чтобы достичь великих свершений, нужно сначала четко разграничить общественные и частные дела. Мадам была милостива в этом отношении.

- Батлер, какой сорт красного вина из "Чжоу" мы всегда употребляли? Ты дашь мне бутылку,чтобы я принесла ее домой и попробовала. Моя мать особенно любит пить красное вино.”

“Конечно.- Дворецкий согласился.

В этот момент Сун Яцзин спустилась вниз. Она была одета официально и выглядела так, словно собиралась выйти на улицу.

“Мама. Нин Цин немедленно встала, чтобы поприветствовать ее, и она сердечно улыбнулась и спросила: “Мама, куда ты идешь?”

Хотя Сун Яцзин не выглядела слишком счастливой, ее отношение изменилось на 180 градусов по сравнению с предыдущим. Она прислушалась к предостережениям Сун Цзиня и временно ничего ей не сделает. Она решила сначала понаблюдать за Нин Цин некоторое время, прежде чем планировать свой следующий шаг.

Кроме того, ее сын Лу Шаомин уехал в командировку. Нин Цин приходила сюда каждый день. Ей нужно было поприветствовать ее хорошей едой и напитками. Если бы она столкнулась с каким-нибудь инцидентом в доме Лу, Динхуа и Шаомин не пощадили бы ее.

Она была не настолько глупа, чтобы поднять камень и снова ударить себя по ногам.

Статус, который она имела сегодня, дался ей нелегко.

“Я собираюсь кое-кого принять. Ты покорно останешься здесь, чтобы уладить свои собственные дела” - сухо сказала Сун Яцзин и вышла за дверь.

Нин Цин посмотрела на профиль своей свекрови и высунула язык. Чем тут можно было гордиться? Настанет день, когда я смогу убедить тебя.

Хм.

…

Сун Яцзин вернулась днем и привела с собой молодого и красивого мальчика.

Мальчик был одет в белую цветастую футболку и рваные джинсы, а на лице у него были огромные солнцезащитные очки. У него также была пара наушников в ушах. Он выглядел модно и модно, и выглядел как избалованный сын богатой семьи.

Сун Яцзин с большим энтузиазмом отнеслась к мальчику. - Инцзе, входи скорее. На этот раз тебе придется остаться в доме тети надолго.”

Сон Инцзе?

Нин Цин уже видела эти документы. Она знала о Сун Инцзе. У семьи Сун был один сын и две дочери, Сун цзинь был старшим братом, а Сун Яцзин и Сун Яшу-сестрами. К сожалению, после того, как Сун Яшу вышла замуж и встретила трудную беременность с Сун Инцзе, она потеряла слишком много крови, когда рожала его, и она умерла в процессе этого. Сун Яцзин очень баловал своего племянника, потерявшего мать с самого рождения.

“Мама. Нин Цин вышла вперед и с дружелюбной улыбкой посмотрела на Сун Инцзе, говоря: "Инцзе, как дела?”

Сун Инцзе снял солнцезащитные очки и оглядел Нин Цин с головы до ног, Прежде чем сказать: “Вы жена брата Шаомина?- Следующую строчку он не произнес вслух — Ты просто такая нормальная.

Нин Цин почувствовала, что у нее разболелась голова. Он выглядел как человек, с которым трудно находиться рядом.

- Ладно, не стой здесь больше. Пойдем, пришло время обеда. Давай пообедаем.”

…

Троица уселась за обеденный стол, чтобы перекусить. Слуги поставили глиняный горшок рядом с Сун Инцзе. Нин Цин заглянула внутрь и увидела вермишель с утиной кровью.

Рис во рту Нин Цин мгновенно стал безвкусным. Она украдкой бросила взгляд в сторону кухни и даже подумала, что слуги подадут ей еще одну миску, но в конце концов этого не произошло.

Сун Яцзин сказал: "Инцзе, сегодняшние блюда-все твои любимые. Есть больше. Когда вы были молоды, разве вы не любили есть вермишель с утиной кровью? Тетя специально приказала кому-то приготовить его для тебя. Вкус очень аутентичный, попробуйте сами.”

Нин Цин посмотрела на шипящий глиняный горшок. Сверху плавали зеленые овощи, жареный бобовый творог и кусочки ламинарии ... все выглядело просто восхитительно.

Ей тоже хотелось перекусить.

Она снова взглянула на сон Инцзе, который ел, вставив в ухо наушник, а палочками для еды отправил в рот немного риса. Он выглядел неряшливым и не был ни теплым, ни холодным по отношению к Сун Яцзин, и он даже не взглянул на глиняный горшок.

Нин Цин подумала про себя: "какая пустая трата природных ресурсов!

Даже такая беременная женщина, как она, не могла наслаждаться особыми блюдами, приготовленными специально для нее. Если он не хочет есть, можно дать ей поесть.

Нин Цин тоже чувствовала себя странно. Впечатление, которое Сун Яцзин произвела на нее до сих пор, состояло в том, что она всегда была строгим человеком, с которым было нелегко сблизиться, но на самом деле она была так добра к своему собственному племяннику.

Но этого следовало ожидать. Глядя на отношение Сун Яцзин к своему старшему брату Сун Цзину, было легко понять, что она особенно хорошо относилась к тем, кто был из ее собственной семьи.

Раз уж все так обернулось, неужели она не может лучше относиться к Лу Шаомину?

Может ли быть кто-нибудь дороже ее собственного сына?

Нин Цин вздохнула про себя.

Но она также почувствовала некоторое облегчение. Похоже, У Сун Яцзин все еще оставалась совесть, и у нее все еще был шанс исправить ее. Ha.

Когда Нин Цин пришла в восторг, Сун Инцзе, сидевший напротив нее, внезапно поднял голову и сказал:”

Нин Цин застыла. Она подняла голову в изумлении и указала на себя, говоря: "Ты зовешь меня?”

Сон Инцзе закатил глаза и сказал: “Здесь есть кто-нибудь еще?”

Нин Цин: "... "ее не называли "ой".” Он был таким грубым ребенком.

Нин Цин рассмеялась и спросила: “Инцзе, зачем ты меня позвала?”

- О, ничего особенного. Разве вы не знаменитая знаменитость Нин Цин? Не могли бы вы дать мне несколько автографов?”

У Нин Цин не было возможности ответить, и Сун Яцзин сказала ласковым тоном: “Инцзе, тебе сейчас всего 20 лет, и ты все еще учишься в школе. Никогда не следуй за другими и не гоняйся за звездами.”

- Тетя, Я не поклонница Нин Цин, но многим моим друзьям-мужчинам нравится Нин Цин. Они наклеивают фотографии Нин Цин на стены общежития. Фотографии, которые они загружают в свои телефоны, тоже ее. Если им нечего делать, они будут смотреть на ее фотографии и при этом пускать слюни. Они буквально одержимы. Они услышали, что жена брата Шаомина-Нин Цин, и попросили меня раздобыть для них несколько автографов. Они также завидовали брату Шаомину за то, что он женился на такой богине; он так блажен!”

Нин Цин знала, что этот озорной парень делает это нарочно. Она заметила, как потемнело лицо свекрови.

Ее свекровь всегда обижалась, что она работает в индустрии развлечений. У нее якобы были любовные отношения с разными мужчинами, и этот озорной парень должен быть здесь, чтобы разоблачить ее недостатки.

Нин Цин милостиво улыбнулась и сказала: "Инцзе, разве это не просто несколько автографов? Это легко сделать. Я подпишу тебе несколько позже. Сейчас у меня 70 миллионов поклонников, и среди них много страстных. Как и в прошлый раз, была 4-летняя девочка, которая использовала все свои деньги в своей копилке, чтобы купить милую куклу Барби, чтобы подарить ее мне. Она все еще поощряла меня, сестра Нин, не беспокоиться о мнении других людей обо мне. Она сказала мне, что я должен продолжать оставаться самим собой, и эта маленькая девочка сказала, что у каждого на Земле есть свои хорошие и плохие стороны. Если бы чье-то сердце не было чистым, то он увидел бы весь мир темным и жутким, а что касается этих нечистых людей, то мы можем только смотреть на них, оставим их в покое. Дай им свободу и пожелай им добра ... Инцзе, что ты думаешь?”

В этот момент старый дворецкий стоял у обеденного стола. Он услышал слова Нин Цин и не смог сдержать улыбки.

Он слышал, как Сун Инцзе усложняла ей жизнь, но эта мадам была бойкой на язык и несколькими фразами заставила Сун Инцзе растеряться.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 259: Она Была Глубоко Погружена В Заговор, Но Не Осознавала Этого

- Хм!- Сон Инцзе уставилась на него и замурлыкала.

- Ладно, хватит болтать и ешь, - сказала Сон Яцзин.

Нин Цин была счастливой девочкой, маленьким ребенком. Как она могла не успокоить его?

Нин Цин была в хорошем настроении, протянула руку с палочками для еды и достала большую барабанную палочку.

Но голень была схвачена другой парой палочек для еды. Прежде чем она успела напрячься, Сун Инцзе положила ножку в его миску.

Он посмотрел на нее, ухмыляясь и кусая куриную ножку.

Нин Цин: "... моя голень!

…

Сун Яцзин нашел Сун Инцзе аристократическую школу здесь, чтобы компенсировать свои занятия во время летних каникул, поэтому Нин Цин редко видел Сун Инцзе дома, но они действительно стали врагами.

В первый же день Нин Цин поняла, что список сырья, который она приготовила на своем столе, пропал. Она явно положила его на стол, но все равно не могла найти.

- Вы не видели, чтобы кто-нибудь трогал мой список?”

- Отвечая госпоже, сегодня утром мне показалось, что мастер Инцзе приходил еще до того, как ушел в школу.”

Нин Цин знала, что это должен быть он. Она достала сотовый телефон и набрала номер сон Инцзе, но он не ответил.

Этот плохой мальчик осмелился не ответить на ее зов.

- А! В это время раздался крик. Нин Цин посмотрела в сторону. Оказалось, что брюки служанки задели стул, когда она его чистила, и застряли.

Нин Цин посмотрела вперед. На стуле стоял запах липкого клея. Она была прозрачной, и ее нельзя было заметить, не посмотрев на нее внимательно.

И именно на этом стуле она должна была сидеть.

Хорошо, значит, этот плохой парень хотел ее прикончить?

Сун Инцзе!

Нин Цин сжала кулак.

Когда Сун Инцзе вернулась домой после школы, Нин Цин быстро догнала его и спросила: “Эй, Сун Инцзе, я тебя не обидела, так почему же ты продолжаешь меня разыгрывать?”

Сун Инцзе посмотрел на нее и закатил глаза, что означало — "ты мне просто не нравишься".

Нин Цин: "Ты…”

Потом вышла Сун Яцзин. “Инцзе, Нин Цин, о чем вы говорите?”

- Тетя, - сказала Сон Инцзе, недовольно надув губы. Он указал на Нин Цин и сказал: "она только что отругала меня. Она сказала, что это дом семьи Лу, а не песни, и прогнала меня.”

- Нин Цин! Ты это сказал?- Сун Яцзин сразу же стал строг.

Нин Цин быстро выпрямила свое маленькое тело. Она нахмурила брови и сказала: “Мама, кто бы это ни сказал, это щенок.”

Песня Яцзин: “…”

…

Поскольку список покупок сырья больше не был доступен, Нин Цин пришлось работать сверхурочно и поспешила сделать еще один, заставив ее спать поздно ночью.

На следующий день пошел дождь. Она вылезла из лимузина и побежала на виллу, но ее волосы все еще были мокрыми.

Слуга протянул ей фен. - Мадам, позвольте мне высушить ваши волосы.”

Глаза Нин Цин искривились, она улыбнулась и взяла фен. “Спасибо. Я сама его высушу. Вы можете заняться своими делами.”

Слуга ушел.

Нин Цин нашла кнопку на фене, нажала на нее, и из нее вырвался желанный теплый ветерок, а также струя муки.

Маленькое личико Нин Цин мгновенно стало белым, как снег.

Фен соскользнул с ее руки на землю, и Нин Цин замерла. В этот момент Сун Инцзе, которая собиралась в школу, увидела ее и бессердечно рассмеялась.

Нин Цин чувствовала злобу, исходящую со всего мира. Она вскочила, чтобы догнать Сун Инцзе. - Глупый мальчик, остановись прямо здесь!”

- Ха-ха.- Сун Инцзе скорчила гримасу Нин Цин и побежала в машину.

Нин Цин в гневе стиснула зубы и оглянулась, но увидела, что слуги семьи Лу тайно смеются над ее забавным видом.

Нин Цин: “…”

…

На третий день Нин Цин уже не могла выносить шалостей Сун Инцзе. Этот парень определенно был одним из худших людей, которых она когда-либо встречала.

После напряженного дня Нин Цин хотелось спать. Она отправилась в свою комнату для гостей в 5 часов вечера, чтобы вздремнуть, что продолжалось до 7 часов вечера.

Нин Цин видела прекрасный сон. Ей снилось, что вернулся Лу Шаомин. Она бросилась в теплые и широкие объятия мужчины. Лу Шаомин целовал ее.

- Муженек... - Нин Цин надула свои сочные красные губы, сладко и кокетливо вскрикнула и медленно открыла глаза.

Она открыла глаза и сразу увидела увеличенное красивое лицо. Сон Инцзе.

И семьи Лу, и семьи Сун имели хорошие гены и врожденные преимущества во внешности. Сун Инцзе, которой в этом году исполнилось 20 лет, не была исключением. Черты его лица были необычайно красивы.

Нин Цин только что проснулась и все еще была немного смущена. Она поняла, что ее тонкие руки обвились вокруг шеи Сун Инцзе. Она, вероятно, думала о нем как о Лу Шаомине.

Сун Инцзе наклонилась, положив обе руки на кровать, очевидно, в пассивном положении. Их лица были очень близко, у обоих были длинные вьющиеся ресницы, как будто они могли коснуться друг друга в мгновение ока.

- Эй, глупый мальчик, почему ты в моей комнате?- Спросила Нин Цин.

Сон Инцзе посмотрел на маленькое личико, которое было так близко от него. Их возраст не сильно отличался друг от друга. Голос девушки был немного хриплым, так как она только что проснулась, и она была также немного властной в очаровательной манере.

Впервые он так близко соприкоснулся с девушкой. Его уши потеплели по неизвестной причине.

- Эй, сон Инцзе, ты покраснела?- Нин Цин, похоже, открыла для себя новый мир. Она отпустила его шею и рассмеялась “ " Так ты тоже покраснеешь, глупый парень. Я думал, у тебя пуленепробиваемая кожа.”

Только тогда Сун Инцзе встала. В одной руке он все еще держал собачий хвост. Он, вероятно, собирался пощекотать ей нос; он был слишком ужасен.

Нин Цин медленно села. Она встала с кровати и увидела, что мальчик стоит неподвижно. Она спросила: "Эй, Сун Инцзе, что ты пытаешься сделать? Теперь твоей тети здесь нет, есть только мы. Скажи мне: где я тебя обидел? В этом году тебе уже 20 лет. Как ты можешь врываться в комнату девушки по собственной воле? Кроме того, я все еще твоя невестка. Вы заставите других понять это неправильно.”

Сказав это, Нин Цин подошла к двери и хотела открыть ее.

Но ее тонкое запястье было поймано, и мальчик прошептал:”

- Что? Нин Цин удивленно оглянулась.

И тут ей в ухо донесся голос из гостиной: Это была Сун Яцзин. “А где мадам? Почему Инцзе тоже исчезла? Я вышел за чем-то, а они оба ушли?”

Разум Нин Цин пылал огнем. Она посмотрела на сон Инцзе, не веря своим глазам.

В комнате не было света, только белый лунный свет лился в окно. Мальчик стоял спокойно, с ясными черными глазами.

Он вовсе не был похож на плохого человека.

- Сун Инцзе, ты понимаешь, что делаешь?- Зрачки Нин Цин сильно сузились, и даже голос ее задрожал. “Я думал, ты просто бунтующий подросток, который любит доставлять неприятности, подшучивать над другими. Это не имеет значения. Я могу терпеть тебя. Мы все-одна семья. Но теперь вы сделали это намеренно, верно? Вы нарочно вошли в мою комнату и ждали, когда вернется ваша тетушка. Что ты хочешь, чтобы твоя тетя поняла неправильно?”

Сун Инцзе ничего не ответила. Он выпрямился.

Нин Цин стряхнула его руку. “Я думаю, ты сошел с ума. Я невестка твоей тетушки. Жена твоего брата Шаомина. Какая разница между тобой и белоглазым волком?”

“Вовсе нет! Сун Инцзе сжал кулак и посмотрел на Нин Цин. - Ты не нравишься моей тетушке. Даже если брат Шаомин влюблен в тебя, ты просто охотишься за деньгами семьи Лу. Какая настоящая любовь может быть у такой женщины, как Вы, которая работает в индустрии развлечений? Ты не заслуживаешь семьи Лу.”

Только тогда Нин Цин осознала серьезность проблемы. Эту песню Инцзе приготовила заранее. Если быть точным, кто-то за кулисами должен контролировать его.

Кто-то, должно быть, внушил ему эту мысль, поэтому он был враждебен к ней.

Кто же это был?

Кто же на самом деле подстрекал племянника Сун Яцзина?

Кто был тот, кто хотел причинить ей вред?

- Снова раздался голос Сун Яцзина. Она открыла дверь комнаты Сун Инцзе. “Инцзе ... О, где Инцзе? Я спрашиваю вас, в какой комнате спит мадам?”

Сердце Нин Цин упало, но было уже слишком поздно. Она повернулась и побежала к двери.

Но через пару шагов ее талию обнял стоявший позади мальчик. Она не осмеливалась яростно сопротивляться, боясь причинить боль ребенку в животе. Так что мальчику это удалось. Он взял ее на руки и подошел к кровати.

- Мама... Мммм... - Нин Цин хотела позвать на помощь, но Сун Инцзе первой прикрыла рот рукой.

Они оба забрались на кровать, и сон Инцзе прошептала: “Нин Цин, перестань кричать. Тетушка приехала, и никто не может изменить того, что произойдет сегодня вечером. Если тетушка откроет дверь и увидит нас вместе, она наверняка решит, что это вы меня соблазнили. Я тоже так скажу. Это считается кровосмешением между нами, и это самое табу среди благородных семей. Даже если брат Шаоминг вернется на этот раз, он не сможет защитить тебя.”

Сун Инцзе говорила, дергая Нин Цин за платье. Они были связаны вместе. В этой суматохе губы Сун Инцзе коснулись маленького личика Нин Цин.

Он замер, удивленный.

Тогда Нин Цин воспользовалась случаем и яростно ударила его. - Сун Инцзе, что ты делаешь? Я твоя невестка. Ты смеешь целовать меня?”

- Я... - Сун Инцзе, очевидно, не имел большого опыта в этом отношении и тоже был смущен, поэтому застыл.

Нин Цин быстро оттолкнула его и встала. Сун Инцзе подошла, чтобы остановить ее. В этот момент дверь загремела, когда Сун Яцзин попытался открыть ее, но она была заперта изнутри. Они услышали, как Сун Яцзин тихо приказывает слуге: "Иди и принеси запасной ключ от комнаты. Интересно, почему она заперла дверь изнутри?”

Сердце Нин Цин похолодело. В этот момент в ее голове промелькнуло слишком много мыслей.

Как только дверь откроется, она будет безвозвратно отмечена.

Целомудрие женщин было очень важно не только для знатных семей, но и для обычных семей. Такого рода вещи были скандальными. Это не может быть раскрыто, это не будет расследовано. Никто не сможет узнать правду. Они будут заниматься этим тайно только для того, чтобы спасти лицо знати.

Личность Сун Инцзе была совершенно особенной. Если с ним не справиться должным образом, это приведет к войне между семьей Лу и Сун. Она не могла соперничать с Сун Инцзе, поэтому ее можно было только принести в жертву.

Лу Шаомин поверит в нее, но все ее усилия пойдут насмарку. Семья Лу никогда больше не примет ее. Шаомин расстанется с семьей Лу ради нее.

Кто же был за кулисами?

Она была публичной фигурой и была как солнце в индустрии развлечений. Если этот закулисный посланник разоблачит ее, она погибнет.

Чем больше Нин Цин думала об этом, тем больше пугалась. Жизнь, которую она считала мирной, на самом деле гноилась под ней.

Она была глубоко вовлечена в заговор, но не знала об этом.

Что за дурак!

Люди снаружи все еще пытались открыть дверь. У нее было меньше минуты, чтобы среагировать. Подняв глаза, Сун Инцзе снова бросилась к ней.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 260: Вдохновитель, Стоящий За Всем Этим

Сун Инцзе остановился как вкопанный, и в его глазах была паника. Он протянул руку, чтобы помочь Нин Цин подняться “ " Нин Цин, что с тобой? У тебя сильно болит живот?”

Вы не говорите!

Он, вероятно, имел в виду, что если ей не больно, может ли она продолжать действовать вместе с ним?

Похоже, у него еще оставалась совесть.

Когда он подошел к ней, Нин Цин встала. Двумя маленькими ручонками она ухватилась за плечо мальчика, правое бедро согнулось и сразу же ударило его по попе.

Это была обычная техника при встрече с извращенцем.

- А! Мальчик жалобно вскрикнул, обхватил обеими руками зад и опустился на колени.

В ушах зазвенел звук поворачиваемых ключей, Нин Цин повернулась и побежала в душ. Она взяла ведро холодной воды и вылила его прямо на мальчика, промочив его с головы до ног.

Когда Сун Яцзин открыла дверь и вошла внутрь, она услышала только звук льющейся воды, и ведро покатилось у ее ног.

Она подняла глаза и увидела только своего племянника, стоящего на коленях перед девушкой, а та ударила племянника подушкой по плечу.

Девушка была очень эмоциональна и вела себя так, словно не заметила, как кто-то вошел в комнату. Она ударила его, сказав: "Сун Инцзе, ты знаешь, какой ты негодяй? Ты действительно посмел прокрасться в мою комнату, чтобы подставить меня! Вы когда-нибудь задумывались о последствиях, сможете ли вы ответить кому-нибудь подобным образом?”

Сун Яцзин услышал и опешил. Она тут же оглядела одежду, которую носили оба. Слава богу, что все было по-прежнему прилично и пристойно.

На самом деле, когда она открывала дверь, она подумала об этой возможности. Хотя Нин Цин была женой Шаомина, они с Сун Инцзе были примерно одного возраста, и когда они оставались одни в комнате, ей было трудно поверить, что между ними ничего не произойдет.

Если бы Нин Цин сказала иначе, у нее определенно были бы свои подозрения. Но Нин Цин использовала одну строчку, чтобы положить конец своим подозрениям. В этот момент она скорее верила, чем подозревала ее.

Инцзе действительно осмелилась…

- Сон Инцзе, у тебя с юных лет не было матери. Все эти годы твоя тетушка не могла этого вынести и отдавала тебе всю свою материнскую любовь. Вы думали, что она не знает, что вы бунтарь? Ты думал, она не знает, что ты все эти дни подшучивал надо мной? Но твоя тетя так балует тебя; неужели твои поступки теперь действительно соответствуют ее любви к тебе?

“Я жена Шаомина и сейчас на пятом месяце беременности. Когда вы пришли, чтобы причинить мне вред, вы когда-нибудь думали о последствиях? Если произойдет инцидент с ребенком в моем животе, вы думаете, что когда Шао мин вернется, это будет касаться только вас? Муж твоей старшей тети сейчас в командировке за границей. В доме полный бардак из-за твоих шуток. Первым человеком, которого спросит муж вашей тети, будет ваша старшая тетя!

- Сун Инцзе, тебе тоже сейчас 20 лет. Вы когда-нибудь думали за свою старшую тетю? В течение всех этих лет вы когда-нибудь дорожили положением, которое ваша тетя занимает в семье Лу? Она не легко добралась до этого положения. Вы знаете, что произойдет, если я попаду в аварию, сколько проблем возникнет у семей Лу и Сун?”

Говоря это, Нин Цин резко дернула Сун Инцзе за ухо своей рукой.

Сун Инцзе было больно, но в этот момент у него не было никаких возражений против резких слов, которые были направлены на него. У него болело ухо. Эта девушка использовала все свои силы, чтобы сделать это. Она действительно знала, как действовать, и она использовала публичный театр, чтобы отомстить за личные проступки!

“Нин Цин, ты... - хотела заговорить Сун Инцзе.

В этот момент Нин Цин отбросила подушку, быстро приложила свою маленькую руку ко лбу и сделала вид, что слегка спотыкается, отступая на несколько шагов назад.

Сун Яцзин был потрясен. Она немедленно приказала слугам, сказав: "быстро идите и поддержите мадам.”

Слуга тут же подошел и помог Нин Цин сесть на кровать.

Сун Яцзин сразу же обратила свое внимание на девушку, сидящую на кровати. Каждое ее слово имело абсолютный смысл. Она все еще говорила со своей точки зрения, чтобы сказать слова, которые она хранила в своем сердце все эти годы, и услышав их, Сун Яцзин была тронута до слез.

Эта девушка выглядела юной и невинной, и у нее был ясный взгляд на вещи, происходящие в этом мире.

На самом деле, она прямо не выставляла сон Инцзе, чтобы сказать, что он пришел в ее комнату, желая иметь с ней какие-то отношения, но она только подразумевала, что он хотел причинить ей вред, спасая лица присутствующих.

Сун Яцзин резко изменил свое отношение. Только когда человек сталкивается с трудностями, он может показать свою истинную личность.

И теперь она искренне верила словам своего старшего брата Сун Цзиня.

В этот момент Нин Цин подняла голову, и только тогда она поняла, что Сун Яцзин была там. Ей сразу же захотелось встать, и она сказала: “Мама, почему ты здесь?”

Сун Яцзин шагнула вперед и остановила ее рукой. - Нин Цин, если тебе неудобно, не вставай. У тебя болит живот? Может быть, попросить доктора приехать?”

Это был определенно первый раз, когда Сун Яцзин хорошо относился к ней. Нин Цин была втайне счастлива в своем сердце, но выражение ее лица оставалось расстроенным. Она покачала головой и сказала: “Мама, я в порядке. Мне нужно только попросить у тебя прощения. Я не спрашивал твоего разрешения и дважды ударил Инцзе. Я могу быть слишком грубой рукой.”

Теперь У Сун Инцзе появилась возможность высказаться. - Большая тетя, она...пнула самую дорогую часть моего тела.”

- Заткнись! Сун Яцзин резко пожурила его и, протянув руку, чтобы дать ему пощечину, сказала: “маленький негодяй, твоя старшая невестка сродни твоей матери. Нин Цин была права, ударив вас; вы создали беспорядок и все еще достаточно наглы, чтобы открыть рот, чтобы заговорить. Быстро извинись перед своей невесткой!”

“Почему я должен извиняться? Я не буду, - неохотно ответила Сун Инцзе.

Сун Яцзин вытянула ногу, чтобы ударить его по ягодицам, и сказала: "Все эти годы это было потому, что я не могла хорошо тебя воспитывать, и ты почти создал беспорядок. А теперь быстро извинись перед своей невесткой и попроси ее не признаваться в своей ответственности.”

Нин Цин поняла смысл ее слов. Извинения были фальшивыми, и Сун Яцзин хотела скрыть этот инцидент.

Сун Яцзин действительно искренне любила своего племянника.

“Мама.- Забудь об этом, - сказала Нин Цин, - я думаю, что Инцзе просто слишком игрив, он не слишком много думал. Теперь я тоже в порядке. Не раздувайте это дело и не беспокойте этим Отца и Шаоминга.”

Все присутствующие были умны. Сун Яцзин была удовлетворена тем, что сказала Нин Цин.

- Послушай, маленькая негодница, твоя невестка очень любезна. Если ты не извинишься, то увидишь, как я с тобой поступлю.”

- Мама, забудь уже об этом инциденте. Только я боюсь, что характер Инцзе сейчас трудно изменить. Если он снова решит подшутить и сумеет причинить мне боль, тогда... - Нин Цин не решалась продолжать.

Сун Яцзин ударила ее в грудь и сказала: "Если Инцзе снова посмеет пошутить, ты прямо упрекнешь его на месте. Я поддерживаю вас в этом вопросе; я дам вам полномочия сделать это.”

Нин Цин хотела, чтобы она сказала это. - Конечно, Мам.”

Сун Яцзин приказал слугам помочь Сун Инцзе спуститься вниз. Когда он собрался уходить, Сун Инцзе уставилась на Нин Цин. Нин Цин высунула язык и ответила ему нахальным взглядом.

Песня Инцзе: “…”

…

В комнате стало тихо, и только тогда Нин Цин почувствовала облегчение. Ситуация сейчас была действительно опасной. Каждое ее слово и фраза были тщательно обдуманы.

Она понимала характер Сун Яцзин. Она всегда была подозрительна, и если бы Нин Цин не говорила правду, Сун Яцзин определенно заподозрила бы ее.

По сравнению со своим собственным племянником Нин Цин даже не имела никакого веса.

К счастью, все разрешилось благополучно.

Нин Цин достала телефон, чтобы позвонить “ " Здравствуйте, секретарь Чжу, помогите мне проверить одного человека-Сун Инцзе.”

…

На следующий день у дверей элитной школы остановился роскошный внедорожник. Нин Цин сидела сзади, и Чжу жуй передал ей документы, которые держал в руках.

- Мадам, я тщательно изучил эту песню Инцзе. Мать Сун Инцзе, Сун Яшу, вышла замуж в престижную семью Чжу. Супруги любили друг друга и жили в гармонии. К несчастью, Сун Яшу умер из-за осложнений при родах, поэтому отцу Чжу не нравился этот человек, укравший жизнь его драгоценной жены. После этого отец Чжу снова женился и родил еще одного сына и дочь. Поскольку семья Сун имела сильное влияние, к Сун Инцзе относились очень хорошо, но за пределами видимости он был подвергнут остракизму всей семьей Чжу, и поэтому он начал бунтовать.

“Когда ему было 16 лет, он познакомился с Чжоу Чжилэем. В то время над ним кто-то издевался. Чжоу Чжилэй сняла с себя одежду, чтобы дать ему ее надеть, и даже угостила его едой, так что у него были хорошие чувства к Чжоу Чжилэю.”

“Окей. Нин Цин просмотрела документ и кивнула, сказав: "оказание помощи, когда кто-то находится в трудную минуту, оставило бы после себя огромное тепло и благодарность. Это определенно то, что он никогда не забудет, будучи мальчиком, которому с юных лет не хватало любви. Сун Инцзе тогда было 16 лет, а это означало, что это было 4 года назад. Именно тогда я впервые встретил Лу Шаомина. Возможно, в глазах других людей Лу Шаомин и Чжоу Чжилэй были парой, поэтому Сун Инцзе всегда относился к Чжоу Чжилэй как к своей будущей невестке.

- Этот Чжоу Чжилэй тоже доведен до отчаяния, в последний раз во время семейного собрания Лу я получил признание старейшин семьи Лу, и теперь отношения между мной и моей свекровью постепенно потеплели, так что она не могла больше терпеть, но решила использовать эту карту туза. Сун Инцзе все это время относился ко мне как к врагу из-за моего внезапного появления, и вместе с подстрекательством Чжоу Чжилэя его повели по ложному пути. В его глазах я воспринималась как плохая женщина, которая вовлечена в индустрию развлечений, поэтому то, что произошло, было результатом всего этого.”

Чжу жуй улыбнулся и сказал: “Мадам, к счастью, вы вчера были сообразительны. Если нет, Чжоу Чжилэй использует этот козырь, чтобы взорвать его и, следовательно, застать всех врасплох.”

Получив комплимент, Нин Цин почувствовала себя великолепно и подняла брови.

- Мадам, может быть, мы отправим Сун Инцзе туда, откуда он пришел?”

Пока он говорил, Нин Цин положила документы рядом с собой. На ее маленьком нежном лице были огромные солнечные очки. Розово-красная юбка-трапеция прикрывала ее маленький круглый живот, и она выглядела элегантной и уравновешенной.

Она вздохнула и посмотрела в окно. - Сон Инцзе-это ребенок, который еще не вырос. Если вы отправите его обратно в удушающую семью Чжу, что он будет делать в будущем?”

- Мадам, у каждого своя жизнь. Президент приказал перед уходом: мадам должна поставить маленького молодого мастера Лу на первое место и не слишком беспокоиться о делах других.”

Нин Цин разразилась быстрым смехом, когда сказала: "Кто говорит о делах других? Сон Инцзе-любимый племянник моей свекрови. Я пытаюсь спасти его и в то же время добиться благосклонности моей свекрови прямо сейчас. Более того, - продолжила Нин Цин серьезным тоном, - характер Сун Инцзе неплохой. Он достоин того, чтобы я дал ему шанс.”

“Но оставить здесь Сун Инцзе означало бы навредить безопасности мадам. То, что произошло прошлой ночью, определенно не может произойти в другой раз.”

“Не волнуйся, он всего лишь негодяй. Я позволил ему валять дурака всего два дня, и вы видели, как я с ним обращался.”

Говоря это, она увидела, как Сун Инцзе вышел из дверей школы и сел в красный седан, припаркованный снаружи.

- Мадам, это машина Чжоу Чжилэя. Чжоу Чжилэй пришел забрать Сун Инцзе. Наши люди следуют за ними; они, вероятно, собираются пообедать вместе.”

“Окей. Нин Цин кивнула головой.

- Мадам, если вы хотите дать ему шанс, что вы хотите сделать?”

Нин Цин посмотрела на багажник красного седана, и там лукавый луч света вырвался из ее глаз.

…

Вечером Сун Инцзе была уволена из школы и отправилась домой. Он вошел на виллу, и слуга снял с его плеч мешок и дал ему переодеться в домашние туфли.

Сун Инцзе снял спортивную обувь и надел тапочки.

В этот момент он почувствовал под ногами что-то странное. Он перевел взгляд вниз, и по одной его ноге ползло множество сороконожек.

- А!- Сун Инцзе был потрясен, когда закричал. Насекомых он боялся больше всего на свете.

“Что случилось, что случилось? В этот момент Нин Цин услышала его крик и бросилась вон.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 261: Моей Женщине Нужно Только Прятаться За Моей Спиной

“Там сороконожка! Сун Инцзе закрыл лицо рукой и указал на свои ботинки, которые он отбросил далеко в сторону.

Нин Цин наклонился и вытащил сороконожку из своих ботинок. Она моргнула и рассмеялась. “Ты об этом говоришь?”

Когда Сун Инцзе присмотрелся повнимательнее, он понял, что это подделка.

- Ты! Ты сделал это!”

“Ха, ты так и сказал, но я в этом не признаюсь. Я даже не знал, что наш надменный молодой хозяин боится сороконожек. Ты слишком робок, ха-ха. Нин Цин безжалостно рассмеялась над ним.

Сун Инцзе так разозлился, что побежал наверх. “А где моя тетушка? Я хочу рассказать об этом тетушке.”

Мальчик сердито прошел мимо нее, и Нин Цин упала рядом с ней, а слуга подхватил ее. “Что с вами, мадам?”

Сун Инцзе повернул голову и посмотрел на девушку, которая только что смеялась, как цветок. - Быстро позови свою госпожу и скажи, что молодой господин Инцзе не только напугал меня фальшивой сороконожкой, но и налетел на меня.”

- Да, Мадам. Слуга обернулся и крикнул:

- Эй, эй! Сун Инцзе недоверчиво уставилась на нее. Шутить с другими всегда было его специальностью, а теперь кто-то отнял ее у него? - Эй, что ты имеешь в виду? Ты явно использовал эту сороконожку, чтобы напугать меня. Я на тебя не натыкался! Ты не только нагло лжешь, но еще и жалуешься после того, как связался со мной!”

Нин Цин все еще держалась за живот, но она вызывающе улыбнулась Сун Инцзе. - Ну и что? Разве я не такая женщина в твоих глазах? Глупый мальчик, я хочу, чтобы ты извинился за то, что так много раз подшучивал надо мной на днях.”

Сун Инцзе фыркнул, высокомерно вздернул подбородок и сказал:”

Нин Цин тут же рухнула на диван рядом с ней. Она легла на спину и застонала от боли. “Это так больно. Это так больно ... вызовите скорую. Позвоните мадам и скажите, что кто-то пытался меня убить…”

- Эй, да ладно тебе! Перестань притворяться передо мной…”

- Ты извиняешься!”

Сон Инцзе в отчаянии схватила его за волосы. Она была такой шумной. Только с женщинами и злодеями трудно иметь дело. - Мне очень жаль.…”

Нин Цин быстро села на диван и сказала: “больше не нужно ей звонить. Она махнула рукой, останавливая слугу, грациозно пригладила свои растрепанные волосы, встала и подошла к Сун Инцзе. Она сжала плечо мальчика своей маленькой светлой рукой. - Глупый мальчишка. Все было бы давно улажено, если бы ты просто извинился. Не веди себя высокомерно передо мной в будущем, хорошо?”

“Вы…”

- Ладно, хватит болтать, пойдем ужинать. Нин Цин махнула рукой и пошла в столовую.

Когда еще Сун Инцзе страдала от такого гнева? “Я не буду есть.”

Шаги Нин Цин не прекращались. “Если ты не будешь есть, я попрошу слугу оставить тебе тарелку. Сегодня ты останешься голодным.”

Сун Инцзе посмотрела на девушку. Она уже сидела в кресле. Слуга подал лапшу с утиной кровью. Девушка махнула рукой: "куда вы их везете? Молодому господину Инцзе это не нравится. Дай-ка я попробую.”

- Да, Мадам.- Слуга поставил перед Нин Цин лапшу с утиной кровью.

Нин Цин сделала глоток супа ложкой. - Ух ты, как вкусно.”

Поэтому Сун Инцзе наблюдал, как вкусная еда, первоначально приготовленная для него, попадает в желудок девушки, и он видел, как снисходительно она ест, как будто пытаясь досадить ему.

Сун Инцзе кипела от злости.

Его профессиональные шалости не были превзойдены в течение стольких лет, Но девушка уже превысила предел, который он мог принять.

- Эй!- Его тон был отрицательным.

Нин Цин откусила маленький кусочек риса, но не подняла глаз. “Кого это ты зовешь " Эй!’ У меня есть имя. Вы можете называть меня свояченицей или старшей сестрой, если не хотите называть меня по имени.”

- Хм. Сун Инцзе закатил глаза. - Разве тебе подобает так издеваться надо мной, когда моей тети нет дома?”

Услышав это, Нин Цин быстро встала. - Она похлопала себя по круглому животу. - Глупый мальчишка. Как вы можете запугивать беременную женщину и ребенка, который еще не родился, пока ваша тетя дома? Это уместно?”

Сон Инцзе: "... отлично, ты такой умный и Бойкий. Я...поднимаюсь по лестнице.

Слуга подошел, чтобы подать еду. Всем понравилась мадам, поэтому он сказал несколько искренних слов: “мадам, молодой господин Инцзе приходил "поиграть" несколько раз. Каждый раз мы несчастны. Я действительно не видел никого, кто мог бы контролировать его; мадам действительно лучшая.”

“Конечно. Нин Цин откусила еще кусочек лапши из утиной крови и сразу же почувствовала, что жизнь снова хороша. - Наказывайте зло и поощряйте добро. Мы должны упорствовать в борьбе с силами зла.”

…

Вечером сон Инцзе проголодалась. Он несколько раз прошелся по комнате и сыграл несколько партий. Он настаивал до 11 часов вечера, когда уже не мог больше терпеть голод. Он выбросил наушники и спустился вниз, чтобы найти еду.

Дверь как раз открылась, когда вошел слуга с тарелкой. - Молодой господин Инцзе, вот что госпожа велела нам приготовить для вас. Мадам сказала, что вы не сможете выносить голод всю ночь.”

Неужели он не сможет вынести свой голод?

Сун Инцзе нахмурилась. Это было похоже на то, что сказала бы девушка.

Он посмотрел на тарелку. На столе стояла миска с лапшой из утиной крови, маленькая миска риса и тарелка с мясом и овощами.

- Молодой господин Инцзе, попробовав лапшу из утиной крови, госпожа почувствовала, что ей не хватает какого-то вкуса, и приказала нам добавить какой-то ингредиент.”

- Ингредиенты? Какие ингредиенты?”

“Укроп. Мадам говорила, что только добавленный фенхель может напомнить людям о вкусе, которого им не хватало в молодости.”

Сун Инцзе застыл, жуя жвачку. Иногда сердце человека так легко растрогать одним словом.

Самым лучшим человеком в семье Чжу была его бабушка. Когда он был ребенком. Бабушка часто брала его с собой перекусить. Больше всего он любил лапшу с утиной кровью.

Позже бабушка умерла, и никто больше не был добр к нему.

На самом деле, когда он был ребенком, как он мог помнить вкус лапши из утиной крови, чего ему не хватало, так это счастливых времен.

Сун Инцзе посмотрела на улыбающееся лицо слуги. Он уже несколько раз бывал в доме семьи Лу. Слуга никогда не смеялся в его присутствии. Они были похожи на роботов.

“Вам очень нравится ваша мадам?- небрежно спросил он.

- Да, мадам веселая, живая и добросердечная. Мы все можем быть счастливы, когда мы с ней. Кроме того, у мадам и молодого господина очень хорошие отношения. Наш молодой хозяин всегда очень холоден, но когда он смотрит на Мадам, его глаза так нежны, что из них сочится вода.”

Сун Инцзе послушала, а потом потянулась за тарелкой. - Молодой господин Инцзе, госпожа сказала, что если господин не голоден, то вы можете есть три раза вместо двух, но пока он ест один раз, он должен есть правильно. В дальнейшем помните о чувстве голода. Не тратьте впустую пищу, фермерам нелегко выращивать все эти культуры.”

Сун Инцзе: "... " дверь с грохотом захлопнулась.

Он поставил поднос с едой на прикроватный столик, а затем упал на кровать, чтобы все обдумать. Перед его мысленным взором возникло маленькое нежное личико. Она была прекрасна, признал он.

И она всегда смеется. Она глупо смотрела на него, когда он разыгрывал ее, но выглядела умной, когда обманывала его сегодня.

Так раздражает. Почему она отличалась от того, что говорила сестра Чжилэй?

Он сел, схватил ложку и сделал глоток супа. МММ, суп с лапшой из утиной крови и укропом действительно был другим.

Она не разрешила ему есть за столом только для того, чтобы он почувствовал голод?

Сон Инцзе взяла миску, чтобы поесть. Когда он положил палочки, миска была пуста.

В нем не осталось ни зернышка риса.

Даже он был удивлен.

…

Вечером Нин Цин вернулась на виллу чайного павильона. Лу Шаомин отсутствовал. Тетя Ян хорошо о ней заботилась. Мать тоже часто навещала ее. Она выпила полстакана куриного супа и, наевшись до отвала, поздоровалась с тетей Ян и пошла наверх.

В ванной комнате Нин Цин приняла удобную горячую ванну и легла спать, вытирая волосы сухим полотенцем в руке.

И тут что-то зазвонило. Рядом с подушкой лежал белый тонкий айпад. Он купил ее для Wechat video call или просмотра фильмов, когда ей было скучно.

На лице Нин Цин мгновенно появилась милая улыбка. Пока он был в командировке, была разница во времени, но он всегда проводил время, болтая с ней по видеосвязи, прежде чем она ложилась спать.

Ее белокурый мизинец принял видеовызов. Подбородок мужчины был четко очерчен, и в ее глазах появилось его драгоценное, неотразимое и красивое лицо.

Он использовал свой ноутбук, чтобы позвонить ей. Он должен был просто вернуться в офис после совещания. Своими точеными пальцами он снял черный костюм и обнажил под ним стильную белую рубашку. Он закатал рукава и сел в черное кожаное офисное кресло.

Их глаза встретились, и осенние зрачки Нин Цин заблестели прерывистым ярким светом. - Муженек, - сказала она сладким восковым голоском.”

Лу Шаомину нравилось, что она зовет его. Его блестящие черные глаза переместились с ее маленького лица, которое только что было вымыто и выглядело особенно красным, на выпуклый низ живота. Голос мужчины был тихим, и он мягко улыбался. - Женушка, а маленький мастер Лу в последнее время вел себя прилично?”

“Да. Нин Цин энергично кивнула. - Маленький мастер Лу очень хорош. Каждый день, за исключением того, что он пинает меня несколько раз, он не причиняет других неприятностей. Он знает, что его мать занята.”

Лу Шаомин поднял брови и сказал: “Я слышал об Инцзе от секретаря Чжу. Не пытайся быть храбрым. Если вы не можете справиться с ним, вы можете отправить его обратно.”

“Нет.- Нин Цин надула розовые губки. - Я справлюсь, муженек, сегодня я многому научила этого глупого мальчишку. Не волнуйся, муженек, мама сказала, что поддержит меня. Я буду стоять на своем. Я обнаружил, что люди из семьи Сун все такие. Тебе незачем быть с ними вежливым. Ты должен быть немного свирепым.”

Девушка была полна жизненных сил, когда говорила, а красивые глаза Лу Шаомина были полны снисхождения и обожания.

Чжу жуй рассказал ему обо всем, что произошло. Он всегда знал, что ее интеллекта достаточно, чтобы справиться со всеми трудностями без него. Его девушка могла не только дать ему двойное удовлетворение телом и разумом, но и не согласиться с ним и стать его сильной опорой.

Он мог спокойно ездить в командировки. Она могла бы дать ему теплый и надежный дом.

- Муженек, - сказала Нин Цин с улыбкой, внезапно вспомнив что-то. “Если бы я не справился с этим делом вчера вечером и меня поймала бы мама, вы бы меня неправильно поняли?”

Лу Шаомин нахмурился. “А ты как думаешь? Неужели ты оставишь меня в покое и выберешь 20-летнюю обезьяну без всего? Женушка, не тяготись, ладно? Моя женщина, даже если ты ошиблась или была неправильно понята другими, тебе не нужно ничего делать, просто тихо спрячься за моей спиной.”

Он отпустил ее, потому что даже любовник нуждается в некоторой свободе и пространстве. Она все еще была молода и взрослела.

Но только потому, что он не спросил, не значит, что он ничего не знает.

Как только она откроет рот, он тут же подлетит к ней и поможет все уладить.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 262: План Чжоу Чжилэя

Семья Сонг никогда не была проблемой.

Конечно, он победил. Этот человек, не умеющий сладко говорить, уже успел намочить ее в кувшине с медом, и сердце ее было полно сладости.

- Муженек, я отплачу тебе тем же, раз ты так добр ко мне. Тогда ты сможешь спокойно отправиться в свою деловую поездку, предоставив мне и младшего брата, и мать. Я обещаю, что к тому времени, как ты вернешься, я их завоюю.”

У Лу Шаомина не было особых эмоций, и он просто сказал: “Если вы не можете убедить их, это тоже прекрасно.”

Нин Цин сердито посмотрела на него и надула губы, ворча: “ты такой упрямый! Кто бы не пожелал спокойной и красивой семьи?”

Лу Шаомин промолчал. Мирная и красивая семья?

У него никогда такого не было.

Поэтому, когда он вошел в дом Нин, когда он увидел, что все трое счастливо общаются друг с другом, и особенно когда ее мать была доброжелательна к нему, он почувствовал тепло.

“Так что ты собираешься делать с Чжоу Чжилэем?- Лу Шаомин сменил тему разговора.

- МММ. Нин Цин задумалась на мгновение и сказала: “Теперь я знаю коварные планы Чжоу Чжилэя, так что я контролирую ситуацию. На самом деле, у меня есть много решений, но я хочу подождать некоторое время.”

“Чего же ты ждешь? Подождать, пока ты убедишь Инцзе?”

Нин Цин не ожидала, что он сможет угадать ее мысли, и она высунула свой розовый язык и застенчиво улыбнулась, говоря: “муженек, если бы я сказала "Да", ты бы подумал, что я использую твоего младшего брата?”

“Конечно, вы используете его. Если нет, то что же это может быть?- Человек без колебаний дал определенный ответ.

“О. Нин Цин надула свои нежные щеки и опустила голову.

“Но если ты проигнорируешь такой хороший выбор и не воспользуешься обстоятельствами, тогда я буду смотреть на тебя свысока!”

Нин Цин тут же подняла голову, и ее глаза ярко заблестели: “муженек. Благодарю вас за то, что вы смогли понять меня, на самом деле я все еще сомневаюсь, потому что боюсь, что вы меня неправильно поймете.”

“В чем я могу вас не понять?”

“Вы неправильно поймете, что у меня есть скрытые мотивы.” Он уже упоминал, что она действовала очень расчетливо и тщательно.

- Нин Цин, если у человека нет скрытых мотивов, то он не обладает базовыми навыками, необходимыми для выживания в современном обществе. Вы используете мотивы, потому что хотите получить положительный результат для нужных людей. Важно только, чтобы у вас была чистая совесть, когда вы это делаете.”

“Окей. Нин Цин энергично закивала головой.

Лу Шаомин посмотрела на нее своим очаровательным мягким и розовым взглядом. Он перевел взгляд вниз и тихо сказал: “подними рубашку, дай мне взглянуть на маленького молодого мастера Лу.”

“Конечно.- Нин Цин положила айпад на тумбочку и опустилась на колени. Затем она приподняла свою ночную рубашку, позволяя ему увидеть ее круглый живот.

- Муженек, прошло всего несколько дней с тех пор, как ты видел его в последний раз, но мой маленький молодой господин Лу немного вырос, верно? Тебя здесь не было, но я упорно трудился, поглощая пищу.…”

Нежный голос девушки донесся до ушей Лу Шаомина, и ему оставалось только представить себе свою беременную жену и маленького молодого господина Лу, ожидающего его в городе ти. Это превратило его сердце в лужу.

Любовь была действительно удивительной. По натуре он был одиночкой, но теперь у него была жена. Его жена дала ему дом, и он чувствовал себя удовлетворенным и полным.

Неужели все беременные женщины похожи на нее? Если не считать слегка выпирающего к пяти месяцам живота, ее фигура все еще оставалась стройной и подвижной, и даже кожа оставалась светлой и упругой, как у новорожденного ребенка.

Но места, которые должны были быть хорошо закруглены, стали еще более круглыми. Когда она стояла боком на коленях на кровати, у нее была соблазнительная S-образная фигура, которая чрезвычайно привлекала внимание.

Примечательно, что, когда она возбужденно болтала и не обращала на это внимания, она приподнимала свою ночную рубашку, а под ней были только розовые хлопчатобумажные мультяшные шорты.

Он знал, что у нее было много других сексуальных взглядов, точно так же, как в тот раз, когда она носила чонсам.

Человек, сидевший напротив нее, не произнес ни слова. Нин Цин почувствовала, что что-то не так, поэтому она обернулась, чтобы посмотреть, и когда она это сделала, то увидела, что мужчина дергает за галстук на своей шее.

Сегодня он участвовал в совещании высокого уровня и был одет очень официально. Галстук у него на шее был классический в черную полоску.

Он дважды дернул ее, и галстук небрежно лежал на шее, добавляя еще один слой сексуальной привлекательности зрелому мужчине, который занимал высокий статус в обществе.

Нин Цин почувствовала, как ее лицо стало пунцово-красным. В конце концов, она все еще была молодой девушкой. Она не могла сопротивляться сильным флюидам дяди, которые он излучал, и ей захотелось стянуть с себя ночную рубашку.

“Не двигайся, дай мне взглянуть получше. Я не видел его уже несколько дней, и я вижу его только один раз.”

Нин Цин почувствовала, как у нее екнуло сердце. Только теперь она поняла, что ее поза была неправильной, ее тело излучало тепло, и она не знала, что он имел в виду, когда сказал: “Посмотри получше".- Она не знала, имеет ли он в виду маленького молодого мастера Лу или смотрит на нее ...

Девушка в видеозвонке тут же замерла. Она собиралась стать матерью, но, глядя на нее сейчас, он понимал, что может так легко заставить ее застесняться.

Лу Шаомин закурил сигарету. Он не курил с тех пор, как она забеременела, но его тело было напряжено и напряжено, и он нуждался во вкусе никотина, чтобы онеметь.

- Мадам, Вы тоже были с ним в таком состоянии? Он не мог дотронуться до тебя в постели, и как только он это делал, ты плакала... а ты все еще не позволяла ему смотреть, вцепившись в чью-то шею и не отпуская ее…”

В этот момент она была в его объятиях. Они обнимались. Две его руки были прижаты к ее бокам, и он хотел встать, но она не позволила ему этого сделать. Она крепко обняла его за шею и с неопытностью поцеловала в щеку.

Она не позволила ему посмотреть.

Не смотреть было бы прекрасно. Ее маленькое, мягкое личико напоминало котенка, который тычется ему в шею. От этого толчка ему стало не по себе, и ему ничего не оставалось, как посмотреть ей в лицо.

Вся ее шея была пунцово-Красной, как будто она была пьяна, и она была загипнотизирована его ароматом и силой. Ее изящно очерченные брови, нарисованные каллиграфическим почерком, были в конечном счете очаровательны.

Увидев, что он приближается, она оттолкнула его лицо, спрятала свое маленькое личико глубоко в мягкую подушку.

Больше всего на свете он не мог вынести ее в таком виде. Она была подобна цветку под утренней росой, и людям с дурными намерениями было легко погубить ее.

Нин Цин почувствовала, как вся кровь в ее теле устремилась к мозгу, и поспешно взглянула на мужчину. Два пальца в его правой руке были зажаты на кончике сигареты, и в дыму черты его лица выделялись еще более отчетливо. Его указательный палец держал сигарету, когда он подошел к пепельнице, чтобы стряхнуть пепел, и чистое выражение лица мужчины указывало на нее.

- Ты...Ты... Ты... - Нин Цин растерялась, взмахнув длинными ресницами, и даже запнулась на полуслове. Кроме того, что она несколько раз сказала “Ты”, она действительно не знала, что еще сказать, и она могла только упрекнуть его, сказав: “мошенник!”

Он уже давно не упоминал этого “его”. Когда он упоминает "его", это потому, что он думает о таких вещах. У этого человека были джентльменские манеры, но его сердце было таким нездоровым внутри; он был абсолютно грязным!

- Хех. Лу Шаомин скривил губы и улыбнулся. - Он понизил тон, и в его голосе послышалась нежность. “Все еще смеешь мне перечить? Вы сами об этом думаете. Могу ли я все еще ошибаться в вас обоих? Ты забеременела всего один раз; как удивительно он чувствовал себя на твоем теле?”

Нин Цин нечего было возразить ему. Ее бедра были мягкими, и она думала о молодом Мастере Лу, и у нее было много воспоминаний с этой версией его. Честно говоря, он был ее первым учителем.

Он многому ее научил.

Нин Цин была застенчива и ненавидела то, что не могла сделать себе нору, чтобы спрятаться. Она прикусила свои розовые губы и, казалось, смотрела на него, но в то же время она не была им. “я больше не хочу с тобой разговаривать. А теперь я хочу спать.”

- Женушка, если ты ляжешь спать, что будет с твоим мужем? - И вы не беспокоитесь о нем? Если я выйду вот так, то гарантирую, что привлеку внимание многих других девушек.- Он показал на свои брюки.

Нин Цин больше всего боялась, что другие женщины будут вожделеть его. Куда бы ни пошел преуспевающий человек, он всегда будет в центре внимания. Теперь она была беременна. Сказать, что она не сожалеет, было бы неправдой. Как женщина, как жена мужчины, она знала, каковы ее обязанности, но она была беспомощна, потому что то, что она могла принять, было так мало, и она не хотела отпускать больше.

“ ... Тогда чего же ты еще хочешь?- Она поняла, что он будет использовать других женщин, чтобы угрожать ей, и оказалось, что она мягкосердечна и легко поддается запугиванию.

Лу Шаомин ждал, что она скажет. Он медленно встал и сунул сигарету в рот. Две его большие руки лежали на поясе.

Нин Цин не могла себе представить, о чем он думает, но инстинкты подсказывали ей, что это нечто такое, чего не видят другие. Она вскрикнула, закрыла свое маленькое личико и спряталась под одеялом.

- Женушка. Человек на другом конце провода смеялся: "Открой глаза, я видел твои рекламные объявления о продуктах, которые ты одобрил, и я видел твои танцы. Эти движения были гибкими, так что дайте несколько поз для вашего мужа, чтобы посмотреть.”

Нин Цин: "... " Лу Шаомин!

…

На следующий день Сун Инцзе пошла в школу. Перед школьными воротами он увидел красный седан Чжоу Чжилэя.

- Сестра Жилей.- Сун Инцзе вышла вперед.

Чжоу Чжилэй сидела на водительском сиденье, она опустила стекла, тепло улыбнулась и сказала: “Ты здесь, Инцзе! Это для тебя.”

Чжоу Чжилэй дал Сун Инцзе небольшой мешочек с лекарствами.

Сун Инцзе взял его в руки, и его лицо застыло, он поднял глаза и спросил: "сестра Чжилэй, what...is вот это?”

- Это парализующее средство. Разве мы не договорились об этом вчера вечером? Ваш план провалился, так что давайте найдем еще один шанс нанести новый удар. Завтра мы с мамой отправимся в дом Лу. Спайк Нин Цин ест и ждет, пока она упадет в обморок, а потом идет с ней. Это будет такое совпадение, когда мы увидим эту сцену. Этого должно быть достаточно, чтобы прогнать ее.”

- Но ... - сон Инцзе покачал головой и сказал: - Есть много способов прогнать ее; почему вы должны использовать лекарства? Она на 5 месяце беременности. Это также повредит ребенку.”

Чжоу Чжилэй услышала его слова, и выражение ее лица изменилось. Она оглядела сон Инцзе с головы до ног и сказала, нахмурившись: “Ин Цзе, что с тобой? Вы действительно выступаете за Нин Цин? Разве сестра не говорила тебе уже, что Нин Цин не любит твоего брата Шаомина искренне? Она создает большой переполох в семье Лу, и чтобы мы не дали твоему брату Шаомину влюбиться в эту роковую женщину, тебе нужно принять меры. Кроме того, Инцзе, разве ты всегда не хотела, чтобы я стала твоей невесткой?”

Сун Инцзе опустил глаза и ничего не сказал.

Чжоу Чжилэй взял его за руку и мягко сказал: "Я знаю, что у тебя доброе сердце и ты не хочешь причинить боль ребенку. Не волнуйтесь, этот парализующий агент не повредит ребенку; он только заставит беременную женщину упасть в обморок. Вы не должны чувствовать себя плохо.”

- Неужели?- Подозрительно спросила Сун Инцзе.

Чжоу Чжилэй уверенно кивнула головой и сказала: "Инцзе, разве я когда-нибудь лгала тебе? Поверьте сестре Жилей, мы пойдем по первоначальному плану.”

Сун Инцзе не кивнула и не возразила,и он сказал: “Сестра Чжилэй, мне нужно идти в класс.”

Он повернулся, чтобы уйти.

Чжоу Чжилэй увидела, как он уходит, и ее губы изогнулись в холодной хитрой улыбке. Она нажала на акселератор и помчалась прочь.

…

Сун Инцзе вошла в главные ворота школы. Прогуливаясь, он почувствовал скуку. Он перевел взгляд на землю, пнул ногой зеленый камень под ногами и глубоко задумался.

В руках он все еще держал маленький мешочек с лекарствами, который дал ему Чжоу Чжилэй. Он держал его очень крепко, и его рука уже вспотела.

В его сознании всплыло маленькое личико Нин Цин. Прошло целых 5 дней с тех пор, как он вернулся в город т. Время, которое они провели вместе до сих пор, было очень небольшим, но все ее эмоции глубоко укоренились в глубинах его разума.

Она была девушкой, которая легко передавала свою энергию другим. Трудно было выразить это чувство, но казалось, что на ее теле была магия.

Он все еще ел вермишель из глиняного горшка с утиной кровью, которую она приготовила для него вчера вечером.

Сун Инцзе остановился как вкопанный и сжал в руках маленький мешочек с лекарствами. Он повернулся, чтобы бросить его в мусорное ведро рядом с собой, затем повернулся и побежал в направлении главных ворот.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 263: Сеяние Раздора

Он хотел сказать своей сестре Чжилэй, что независимо от того, что за человек Нин Цин, они могут использовать другие способы, чтобы прогнать ее. Не было никакой необходимости причинять ей такую боль.

Любой наркотик подействует на нее. Ребенок был невиновен.

Ребенок все еще был ребенком брата Шаомина.

Сун Инцзе выбежала за ворота. Красная машина все еще стояла на прежнем месте. В машине кто-то разговаривал. Сон Инцзе замедлила шаг и подошла ближе, чтобы послушать.

- Раздался из машины голос Чжоу Чжилэя. Через окно Сун Инцзе также смутно видела знакомую фигуру Чжоу Чжилэя. В этот момент он увидел, что на переднем пассажирском сиденье сидит человек, и заметил, что они разговаривают.

- Жилей, - прошептал мужчина. Неужели это вещество действительно не влияет на плод?”

Чжоу Чжилэй усмехнулся: "этот вид рисового лекарства очень силен. Как только Нин Цин выпьет его, даже если у нее не будет выкидыша, ребенок станет инвалидом.”

“Почему ты только что солгал сон Инцзе?”

- Что ты знаешь, Сун Инцзе-важная шахматная фигура в моей руке. Я хочу использовать его, чтобы победить Нин Цин. Сам мальчик очень прост. Он верит в то, что я говорю. Не будет ли напрасной тратой времени не обмануть его самого?”

- Сон Инцзе верит тебе, потому что четыре года назад ты дала ему тепло. Он всегда считал тебя своей будущей невесткой.”

“Ха, если бы я не была его будущей невесткой, ты бы подумал, что я буду так бездельничать, спасая случайных людей на улице? Именно потому, что он был старым Сун Инцзе и самым любимым племянником Сун Яцзина, я создал случайную встречу и спас его. Я хотела, чтобы однажды он мне пригодился.”

- Жилей, ты действительно бессердечен. Сун Инцзе все еще учится. Он ничего не знает о делах богатых и могущественных. Он не знает, что, как только план удастся, он и Нин Цин будут пойманы на совершении инцеста, и ребенок в желудке Нин Цин пострадает, и он будет вовлечен в водоворот. Вся семья Сун будет вовлечена в это дело из-за него. Молодой господин Лу очень любит Нин Цин. Мало того, что семья Лу будет разорвана на части, но он также убьет своих дядю и тетю, которые любили его больше всего.”

Чжоу Чжилэй смеялся. - Никто в городе Т не знает о любви старшего брата Мина к Нин Цин. Как только завтрашний план увенчается успехом, брат мин не отпустит Сун Инцзе и всю семью Сун. Пусть дерутся. Пусть они поднимут шум. Чем больше суеты, тем лучше. К тому времени Нин Цин будет опозорена, и мы выиграем в тени. Какая битва не нуждается в жертве или двух? Все это потому, что Сун Инцзе слишком проста, и эта чертова Нин Цин. Почему она могла получить любовь брата Мина, в то время как я ничего не получал? Я не хочу признавать свое поражение. Положение миссис Лу должно быть моим!”

“Да. Ну, пока мы держимся за Сун Инцзе, Жилэй, ты можешь воплотить свою мечту в реальность, ха-ха…”

Из машины донесся взрыв смеха.

Сун Инцзе услышал эти слова в своих ушах. Его руки, висевшие вдоль тела, были сжаты в кулаки, а глаза горели алым огнем.

Он уставился на фигуру Чжоу Чжилэя через ветровое стекло позади себя. Грудь его сильно колыхалась. В этот момент он был похож на зверя. Ему хотелось броситься к Чжоу Чжилэю и разорвать его на части.

Оказалось, что сестра Жилей, которой он всегда доверял, на самом деле была презренной личностью!

Почему?

Сон Инцзе хотел броситься вперед, чтобы громко задать вопрос, но его ноги, казалось, приросли к Земле. Он не мог сдвинуть их с места. Наконец он повернулся и бросился в школу.

…

Когда он быстро шел по школе, навстречу ему шли несколько богатых мужчин с желтыми волосами, они обычно следовали за Сун Инцзе и тусовались с ним.

Кто-то похлопал сон Инцзе по плечу. - Инцзе, куда ты сегодня идешь? Я слышал, что там есть хороший бар. Вино там очень вкусное. Девушки, которые танцуют на шесте, хорошенькие. Давай пойдем туда и расслабимся?”

- Проваливай!- Рявкнул Сун Инцзе, отбрасывая руку мужчины.

Когда его прогнали, мужчина сердито отдернул руку. Они не посмеют оскорбить принца семьи Сун. Группа ушла.

Сун Инцзе хотел войти в классную дверь, но тут услышал, как люди позади него говорят: “за кого, черт возьми, он себя принимает? Мы обычно идем вместе с ним, так что он думает, что он босс? Если бы не песня с его фамилией, нам бы все равно пришлось идти за ним? Честно говоря, он всего лишь старший сын семьи Чжу, который не в фаворе. Он проклял свою мать до смерти при рождении и был ребенком, которому не хватало любви.”

Сун Инцзе обернулась и спросила: "Эй, о ком ты говоришь?”

Группа тоже обернулась. Один из желтоволосых парней выглядел уважительно, но его глаза были очень высокомерными: "Инцзе, мы говорим не о тебе…”

Сун Инцзе бросился вперед на несколько шагов и ударил кулаком по большому лицу желтоволосого придурка.

Желтоволосый мужчина упал на землю. Он прикоснулся к губам. Джэ потерял передние зубы, а рука была вся в крови.

Он выругался и приказал своим людям: "чего вы ждете, бейте его!”

Завязалась потасовка.

…

На вилле семьи Лу

Нин Цин сидела в своем кресле и просматривала информацию, касающуюся банкета по случаю Дня рождения. Прошло пять дней, и она сделала хороший шаг вперед. Она нашла способ, став более опытным организатором вечеринок.

Зазвонил ее сотовый. В правой руке у нее была ручка, а левой она взяла трубку.

- Здравствуйте, мадам, все идет так, как вы и ожидали. Мы послали кого-то притвориться, что он говорит, как Чжоу Чжилэй, и пусть Сун Инцзе услышит это.”

“В порядке.- Ответила Нин Цин, отмечая данные.

- Мадам, этот план кажется простым, но есть два аспекта, которые я не могу понять.”

“В чем дело?”

- Во-первых, как Мадам догадалась, что Сун Инцзе вернется, чтобы найти Чжоу Чжилэя? Во-вторых, откуда мадам знала, что Сун Инцзе в конце концов не бросится расспрашивать Чжоу Чжилэя? Если бы один из двух аспектов плана пошел не так, то план был бы раскрыт.”

Нин Цин приподняла губы и улыбнулась. “Я сказал, что У Сун Инцзе неплохая натура. Потому что это не плохо, он не принял бы лекарства, которые дал ему Чжоу Чжилэй. Он определенно вернется, чтобы найти Чжоу Чжилэя. Если бы все пошло наперекосяк и Сун Инцзе не вернулась, чтобы найти Чжоу Чжилэя, тогда нам не нужно было бы спасать этого человека, и мы могли бы реализовать второй набор планов.

- Что касается второго вопроса: Сун Инцзе не будет задавать вопросов Чжоу Чжилэю, потому что чем более мятежен человек, тем более чувствительно и хрупко его сердце. Сестра, которая жила в его сердце четыре года, внезапно изменила свое отношение. Он не решался идти вперед, потому что боялся услышать еще более обидные слова.

- Точно так же, поскольку он не осмеливался идти вперед, он никогда больше не упомянет об этом в будущем. Это навсегда останется тайной его сердца. Чжоу Чжилэй станет занозой в его сердце.”

Глаза Чжу жуя сияли. У него было ощущение, что мадам стала более зрелой и компетентной, чем в прошлом году, когда она дралась с Ли Мэйлин и Нин Яо. Она убедила его.

- Мадам, что вы хотите, чтобы я сделал, когда завтра мать и дочь семьи Чжоу посетят семью Лу?”

Нин Цин посмотрела на информацию и нахмурилась, увидев что-то непонятное. - Не надо, у меня есть планы на завтра.”

- Хорошо, я подожду уведомления мадам.- Чжу жуй повесил трубку.

Положив трубку, Нин Цин серьезно посмотрела на непонятную ей информацию. В этот момент к ним подбежала экономка. - Мадам, только что позвонили из школы и сказали, что молодого господина Инцзе отправили в полицейский участок.”

- Что? Нин Цин отложила перо и повернула голову.

- Молодой мастер Инцзе подрался с группой людей в школе. Некоторые студенты набрали 999. Сегодня у госпожи сон и благородных дам деловая встреча. Я не могу дозвониться до их мобильных телефонов. Я думал об этом, и я думаю, что мадам должна справиться с этим.”

Нин Цин встала и направилась к двери. - Подготовьте машину и позвоните адвокату.”

- Да, Мадам.- Экономка всю дорогу следовала за Нин Цин.

…

В полицейском участке

Нин Цин лично поговорил с директором полицейского участка. Кстати, Нин Цин и директор были старыми знакомыми.

- Госпожа Лу, пришел молодой господин Инцзе. Госпожа Лу может быть уверена, что мы знаем личность молодого господина Инцзе и относимся к нему мягко.”

Нин Цин проследила за пальцем директора и увидела сон Инцзе, одиноко сидящую в кресле. На земле сидела группа желтоволосых людей.

Это лечение было совсем другим.

Увидев, что прибыл Нин Цин, Сун Инцзе, покрытый синяками и шрамами, холодно фыркнул и повернул голову. Он явно не хотел с ней разговаривать.

В ответ на то, что Сун Инцзе считает ее воздухом, Нин Цин ... пнула его в тот момент, когда она подошла к нему. - Глупый мальчик, ты не учишься на хороших вещах и не смеешь сражаться с другими. И ты даже оказался в полицейском участке. Скажи мне, почему ты дрался?”

Сун Инцзе оглянулась на Нин Цин и сказала: “Не твое дело.”

Сразу после того, как он сказал это, Нин Цин покрутил ушами и выругался: “глупый мальчик, ты сам закончил так и осмелился противостоять мне? Позвольте мне сказать вам, что я терпел вас долгое время. Теперь, когда твоя тетушка уехала, тебе лучше быть со мной поласковее, иначе я преподам тебе урок!”

Директор Департамента полиции был потрясен, увидев, как элегантный и сдержанный директор Нин, также известная как госпожа Лу, в одно мгновение превратилась в сильную женщину, “…”

Старая экономка была потрясена, когда услышала, как Нин Цин сказала: “твоей тети здесь нет.”

Когда желтоволосые парни увидели, что Сун Инцзе закрывает уши и стонет от боли, они тоже были потрясены.

Женщина все еще ругала Сун Инцзе. “Смотреть на тебя. Разве это не просто драка? Почему бы тебе не отшвырнуть одного человека пинком, если ты такой способный, вместо того чтобы ушибиться всем телом? Поторопись и скажи мне, почему ты дрался? Если вы не дадите объяснений сегодня, то можете просто остаться здесь на ночь.”

Сун Инцзе была загнана в угол Нин Цин. Он вдруг встал, стряхнул руку Нин Цин и закричал: "потому что они сказали, что я был маленьким проклятием, потому что я убил свою мать. Вы удовлетворены?”

Сун Инцзе смотрела на Нин Цин алыми глазами, дрожа всем телом.

После его вспышки в полицейском участке воцарилась тишина. Это была боль, которую мятежный мальчик глубоко прятал в своем сердце. Сегодня он наконец-то отважно дал ей волю.

В отличие от волнения мальчика, Нин Цин спокойно взглянула на мальчика и сказала: “я разберусь с тобой позже.”

Она повернулась к Желтоволосым парням.

- Кто это сказал?- спросила она.

Желтоволосый босс немедленно встал и сказал: Ну и что? Разве это не так? Все знают, что его мать умерла при родах. Он немного сглазил.”

Пощечина! Нин Цин отвесила желтоволосому парню крепкую пощечину.

В полицейском участке было так тихо, что можно было услышать, как упала булавка. Громкий, хрустящий шлепок мгновенно отозвался эхом в каждом углу.

Кто-то ахнул. Люди смотрели на девушку с маленьким животиком. Ее шелковистые волосы были собраны в пучок. На ней было белое платье без рукавов с двумя жемчужными серьгами, и она выглядела яркой и красивой.

Желтоволосый босс закрыл лицо руками и не мог поверить своим глазам. - Ты, ты ... …”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 264: Я Одолжу Тебе Свое Плечо, Чтобы Поплакать На Нем.

Глаза Нин Цин сверкали холодным, острым блеском. Ее голос был тверд, и каждое слово звучало властно. - Это факт, что все знают, что его мать умерла, когда рожала его, но вы не можете так говорить! Ваши матери родили вас, и вы оба родились здоровыми и здоровыми. Его матери не повезло, и она умерла. Его мать не только отдала ему свою бескорыстную любовь, но и отказалась от собственной жизни. Если бы его мать на небесах узнала, что сын, за которого она отдала свою жизнь, был ежедневно помечен вами как маленькая злая звезда, как сильно расстроилась бы его мать?

“Кто позволил вам жестоко издеваться над ребенком, у которого никогда не было возможности насладиться любовью своей матери? Кто позволил тебе использовать чужую боль как свое собственное развлечение. Какое ты имеешь право так говорить о бедняге? Прежде чем открыть рот, чтобы заговорить, сначала подумайте о том, кто вы есть.”

После того как Нин Цин заговорила, в зале воцарилась мертвая тишина.

Все только и могли, что ошеломленно смотреть на девушку. Она говорила очень резко, и каждое ее слово было сильным и властным.

Нин Цин обернулась и посмотрела на Сун Инцзе. Мальчик тоже посмотрел на нее, и его глаза стали еще краснее, а в глазах появился тонкий слой тумана.

Некоторые слезы грозили пролиться, но они не могли.

Нин Цин медленно надела темные очки. Она направилась к двери и на ходу сказала: “Иди, иди и скажи им. Ты должен извиниться и сделать первый шаг, потому что ты наследный принц как семьи Сун, так и семьи Чжу. Иди попрощайся с ними.”

Толпа: “…”

Нин Цин исчезла за дверью.

…

Когда Сун Инцзе вышел, Нин Цин стояла у машины и ждала его. В этот момент он увидел, что ее эмоции были сложными. Он опустил глаза и молча пошел вперед.

Они вдвоем сидели на заднем сиденье. Старый дворецкий сидел на переднем пассажирском сиденье, а водитель вел машину.

- Мадам, куда мы теперь едем?”

Нин Цин посмотрела на уже темное небо, смягчила тон и сказала: “Верни меня в дом Нин. Мама ждет, когда я вернусь домой, чтобы поужинать.”

…

Машина остановилась у виллы семьи Нин. Нин Цин посмотрела на Сун Инцзе и сказала: “маленький негодяй, вылезай из машины. Похоже, тебе нужна помощь.”

Сун Инцзе несколько секунд молчал, а потом послушно вышел из машины.

Двое из них вошли на виллу.

- Цинцин, ты вернулась!"Юэ Ваньцин услышала звук открывающейся двери и быстро вышла вперед, чтобы поприветствовать ее.

- Да, Мам. Я вернулся. Сегодня я привел с собой гостя, Сун Инцзе. Он родной племянник моей свекрови и младший двоюродный брат Шаомина. Добавьте еще пару палочек для еды и миску; он будет обедать в нашем доме.”

- Конечно, Чжэнго, принеси еще пару палочек и миску.- Крикнула Юэ Ваньцин изнутри. Затем она потянула сон Инцзе за локоть и сказала: “Инцзе права? Вы, кажется, очень молоды. Ты ведь все еще студент, верно? Входите, входите. Эйо, что у тебя с лицом? Вы что, подрались? Садись сюда, тетя достанет аптечку и поможет тебе с ней справиться.”

Сун Инцзе подвели к дивану. Он огляделся вокруг. Это была не первоклассная Вилла, но бежевый, белый и синий были прохладными цветами, и даже тонкий открытый цветочный Муслин, который покрывал кофейный столик, был привлекательным. Он был просто элегантным и домашним.

Человек, стоявший в столовой, вероятно, был отцом Нин Цин. Он взял миску и палочки для еды, мягко и благожелательно посмотрел в его сторону, затем опустил голову, чтобы расставить посуду.

Сун Инцзе не могла не посмотреть на него еще раз. Это был первый раз, когда он увидел человека, прикасающегося к посуде.

В этот момент подошла Юэ Ваньцин, открыла аптечку и села рядом с ним. Сначала она использовала ватный тампон, чтобы промыть раны на его лице.

- Тебе больно? Скажи тете, если будет больно. У тебя такое красивое лицо; если бы на нем был шрам, он бы уже не выглядел хорошо. Вам следует избегать драк в будущем.”

Сун Инцзе смутился и поджал губы. Он никогда никого не подпускал к себе близко. Эта тетушка была очень нежной, и от нее все еще исходил запах мыла.

Там было очень тепло и пахло домом.

- Мама, не жалей этого маленького негодяя. Он только знает, как попасть в беду...” в этот момент Нин Цин чистила апельсин в своей руке, и она ела его, пока шла.

Юэ Ваньцин была раздражена, когда она бросила на нее взгляд и спросила: Говорите правильно, не то чтобы у него не было имени. У тебя нет хороших манер.”

Сун Инцзе поднял глаза и увидел, что девочка послушно сидит рядом с матерью. Она положила свою маленькую головку на плечи матери и улыбалась, изогнув брови, глядя на него.- Инцзе.- она окликнула его.

Сун Инцзе замер и тут же перевел взгляд вниз.

Обрабатывая раны Сун Инцзе, Юэ Ваньцин сказал: "Цинцин, твоя свекровь вернулась. Когда ты договоришься, чтобы наши семьи встретились друг с другом? Это основной этикет для данной ситуации. Более того, вы были женаты так долго, но семья Лу-богатая семья; я не знаю, довольны ли они вами?”

Нин Цин съела апельсин и улыбнулась, сказав: "мама, Шаомин в командировке. Мои родители тоже заняты, вы это прекрасно понимаете. Это богатая семья. Я устрою вам всем встречу. Мои родители довольны мной, особенно моя свекровь. Она обращается со мной, как с собственной дочерью.”

Услышав ее слова, Сун Инцзе поднял глаза и посмотрел на Нин Цин. Эта девушка лгала своей собственной матери. Ее маленькая белая рука очищала кусочек апельсина, чтобы засунуть его в маленький рот, и она с наслаждением ела его.

“Это правда? Юэ Ваньцин счастливо улыбнулся и сказал: “тогда вы должны быть очень благодарны. Твоя свекровь-это твоя вторая мать. В будущем тебе нужно быть с ней по-сыновьи. Всякий раз, когда вы сталкиваетесь с проблемой, вы должны сначала думать о Шаоминге, а затем действовать в соответствии с его потребностями. Вы, ребята, все одна семья.”

- Мам, я знаю.”

Услышав это, Юэ Ваньцин почувствовал облегчение. Она перевязала рану для сон Инцзе и убрала аптечку. - Инцзе, пойдем, мы пойдем и поужинаем.”

Впереди шла Юэ Ваньцин. Нин Цин медленно поднялась, а Сун Инцзе подошла к ней и тихо сказала:”

Нин Цин пристально посмотрела на него и сказала: “что ты вообще знаешь, маленький негодяй? Независимо от того, как плохо с вами обращаются на улице, после того, как вы вернетесь домой, сделать вашу семью счастливой-это ваша ответственность.”

…

Роскошный автомобиль семьи Лу был остановлен перед виллой семьи Нин на все время. Старый дворецкий вышел из машины и остановился на лужайке. Через большие окна кухни он мог ясно видеть четырех человек, сидящих вокруг обеденного стола, Сун Инцзе сидела рядом с Нин Цин, а Юэ Ваньцин подавала еду в миску Сун Инцзе.

В семье Лу, как бы ни было шумно, они не могли взять блюдо и положить его в чужую миску.

Сун Инцзе ничего не сказал и только наклонил голову, чтобы поесть, но это было, вероятно, самое формальное, что он делал, и он, казалось, наслаждался этой едой больше, чем любой другой едой, которую старый дворецкий видел, как он ест.

В этот момент зазвонил телефон старого дворецкого-это была Сун Яцзин.

- Здравствуйте, Мадам.…”

- Привет, Дядя Фук. Где же Инцзе? Как получилось, что дома никого не было, когда я приехал?”

- Отвечая госпоже, молодой господин Инцзе сейчас обедает с госпожой в семье Нин.”

- Что, семья Нин? Может ли Инцзе приспособиться к еде в семье Нин? Быстро, верните его!”

Старый дворецкий помолчал несколько секунд и сказал: “Мадам, просто позвольте молодому господину Инцзе поесть здесь. Молодой господин Ин Цзе прекрасно относится к еде.”

Сун Яцзин была ошеломлена и сказала: "Дядя Фук, ты...”

…

Они поужинали вдвоем и покинули дом Нин. Нин Цин вернулась на виллу чайного павильона, а Сун Инцзе-в дом Лу. Они ехали вместе.

Двигатель завелся, и сон Инцзе посмотрела в зеркало заднего вида на двух пожилых людей, стоящих у двери. Он был как в тумане.

Машина сделала поворот, и оба исчезли из виду. Нин Цин видела, что он все еще был в оцепенении и не отводил взгляда. Она засмеялась и спросила: “Тебе нравится моя семья?”

Сун Инцзе пошевелилась и выглянула в окно. Он слегка кивнул головой и сказал: “Здесь очень тепло, и в прошлом... когда моя бабушка была еще жива, когда я ходил в школу, она всегда стояла у двери и махала мне рукой...я никогда не видел бабушкиной спины, обращенной ко мне.”

В машине было тихо. У Нин Цин была спокойная улыбка на лице, и она сказала эмоционально мягким голосом: “но моя семья не всегда была такой теплой. У моего отца есть любовница вне брака и даже незаконнорожденная дочь. Четыре года назад мой отец официально женился на своей любовнице и выгнал нас обоих из дома. Эти несколько лет были самыми тяжелыми в моей жизни. Маме нужны были деньги на операцию. У меня не было денег, и я занял немного у отца, но он действительно пытался отдать меня мужчине средних лет.”

Сун Инцзе повернул голову и в шоке посмотрел на Нин Цин.

Нин Цин посмотрела ему в глаза, пожала плечами и сказала: “в то время меня сильно избил этот мужчина средних лет. Мне было трудно сбежать, и я встретил Шаоминга возле отеля.”

Нин Цин говорила с завистью. - Послушай, тебе все равно было лучше. Ты был старшим сыном в семье Чжу, когда родился; у тебя Также есть фамилия Сун. У тебя была привилегия всю жизнь оставаться упрямой и непокорной, потому что и твой дядя, и старшая тетя всегда будут защищать тебя.”

Сун Инцзе слушал без особого выражения на лице. Он снова повернул голову и посмотрел в окно.

“Но.- Твой дядя и старшая тетя когда-нибудь состарятся, - снова сказала Нин Цин. Что бы вы тогда сделали?”

Эта фраза достигла самых глубин сердца Сун Инцзе. Его глаза были влажными, и слезы, которые он прятал, катились по лицу.

Плечи юноши дрожали, и он выглядел таким хрупким и беспомощным. - Но почему? Почему так мало людей, которые любят меня? Даже те, кому в конце концов придется покинуть меня... почему они все дурачат меня и используют? .. ”

Нин Цин своей маленькой белой рукой похлопала себя по плечу и сказала: Я подставлю вам плечо, чтобы вы могли прилечь на минутку. На этот раз я точно не буду смеяться над тобой.”

Сун Инцзе действительно пошевелился; он тайно всхлипывал.

Нин Цин сразу же протянула руку, чтобы прижать его голову к своему плечу.

- Инцзе, ты думаешь, что это тебя выбросило небо? Хех, но на земле так много людей. Кто вы такой на самом деле? Зачем небесам беспокоиться о тебе? Число людей, которые вас любят, слишком мало? Он не слишком маленький. Твой дядя и твоя старшая тетя дали тебе все, и они ничего не упустили. Твоя бабушка и мать, которые умерли, очень любили тебя. Посмотрите на эти сверкающие звезды в небе; это они смотрят на вас сверху.”

Сун Инцзе взгромоздилась на плечо Нин Цин и выглянула в окно. Ночное небо сегодня было по-настоящему красивым, и в нем сверкали многочисленные звезды.

“Это действительно бабушка и мама?- пробормотал он ошеломленно.

“Они у тебя в сердце, поэтому они всегда здесь. Но на твоем месте у меня не было бы лица, чтобы увидеть их. Твоя мать потеряла свою жизнь, когда принесла тебя в мир, в то время как твоя бабушка возлагала на тебя большие надежды и хотела, чтобы ты поддерживал всю семью Чжу в будущем. Но вы жили так беспорядочно, и вы не оправдали всех их ожиданий.”

Сун Инцзе прикрыл ладонью свое красивое лицо. В машине было слышно, как он всхлипывает.

Старый дворецкий воспользовался зеркалом заднего вида, чтобы посмотреть назад. Нежная красота девушки освещала эту темную каюту.

Ее голос был действительно мелодичным, как звуки природы в ночном небе.

“Вы спросили меня, почему так много людей обманывают вас, используют вас. Ответ на самом деле прост; это потому, что вас легко обмануть и хорошо использовать. В этом году тебе исполняется двадцать лет. Есть твой сводный брат, который мог бы повлиять на твое положение в семье, но ты ничего не знаешь о соперничестве за прибыль между богатыми семьями. Прошлой ночью, когда ты пробрался в мою комнату, ты даже не подумал о том, что может случиться. Вы не думали, что этот шаг нанесет сокрушительный удар по дяде и старшей тете, которые любят вас больше всего. Тебе уже двадцать. Даже если вы не понимаете соперничества между богатыми семьями, это прекрасно. Вы все еще не любите учиться, вы ходите на вечеринки и устраиваете беспорядки, когда вам нечего делать, у вас есть куча сомнительных друзей рядом с вами; кто захочет заботиться о вас?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 265: Покорить Тещу

“Не вини тьму мира за простоту твоей жизни. Жизнь всегда была похожа на плавание против течения. Если вы не пойдете вперед, то отступите. Чья жизнь совершенна? Зайдите в интернет и найдите мое имя, Нин Цин. Я дебютировал в возрасте 18 лет и участвовал в бесчисленных битвах, маленьких и больших. Я боролась с мачехой, разорвала брата на части, выгнала гребаного мальчишку и замучила сучку. Сколько же бед ты навлек на меня с тех пор, как вернулся домой? Не то чтобы мне не было грустно, но жизнь такова. Если бы я хоть немного расслабился, то не смог бы добраться до того места, где нахожусь сегодня.”

Сун Инцзе прислушалась и пробормотала: “ты, должно быть, не очень любишь мою тетушку.”

- Конечно, нет, - усмехнулась Нин Цин. Ты думаешь, я мазохистка? Это не мое хобби-прижиматься горячим лицом к холодной ягодице, ясно?”

Старый дворецкий: “…”

Сун Инцзе поднялась с ее плеча. Если бы она сказала, что любит его тетушку, он подумал бы, что она лицемерит, но она сказала правду.

Нин Цин схватила несколько салфеток и дала ему, чтобы он вытер слезы. “Но Инцзе, я же твоя невестка. Твоя тетя - моя свекровь, мы семья. Мы не можем добиться всеобщего благосклонности в этом мире, но если мы попытаемся, и если мы будем усердно работать, все будет хорошо, пока у нас есть чистая совесть.”

Сун Инцзе повернулась и посмотрела в окно. Он понял, что она имела в виду. Она говорила о его отце.

- Сон Инцзе, надеюсь, ты плачешь в последний раз. Люди проливали кровь и пот, но не слезы. Расти. Если вы продолжите бунтовать так просто и глупо, то пострадают ваши родственники и выиграют ваши враги. Все в семье Чжу принадлежит тебе, и твоя мать оставила это для тебя. Даже если вы боретесь за любовь, вы должны только выиграть, а не проиграть.

- Твои дяди и тети состарятся. Когда вы были молоды, именно они защищали вас. Когда вы станете старше, вы должны защищать их. Я по-прежнему говорю, что вы несете ответственность за то, чтобы ваши родственники были счастливы.

- Мир слишком мрачен и жесток. Не относитесь к этой тьме и жестокости милосердно. Чтобы выжить, мы можем выжить только будучи сильнейшими, устраняя слабых и подавляя насилие с помощью насилия. Сильная жизнь никогда не нуждается в объяснении. Реальное и долгосрочное счастье нуждается в планировании. Не мечтай получить что-нибудь бесплатно в этом мире, потому что это будет только ловушка. Если вы не суровы в своем теперешнем положении, вы умрете несчастной смертью в будущем.”

Сун Инцзе посмотрела на яркие осенние зрачки девушки. Машина проезжала мимо центральной площади, и яркие огни ярко освещали девушку.

“Я понимаю.- Он кивнул.

…

Лимузин остановился перед виллой семьи Лу, и в него вошли старая экономка и Сун Инцзе.

Сон Яцзин все еще не спал. Она сидела в гостиной и смотрела на документы. Когда они вернулись, она подняла глаза и подошла к Сун Инцзе. - Инцзе, ты вернулась. Я слышал, что вы обедали с семьей Нин. Тебе было достаточно? Что бы вы хотели съесть? Тетушка попросит слугу приготовить его для вас?”

“Нет необходимости.- Сун Инцзе посмотрела на Сун Яцзин. - Тетя, я иду наверх.”

Он поднялся наверх.

Сун Яцзин увидела рану на лице Сун Инцзе. Ее лицо изменилось. - Инцзе, что у тебя с лицом? Кто над тобой издевался? Скажи тете, я пришлю кого-нибудь.…”

- Тетя, со мной все в порядке. Я иду спать. Сун Инцзе вернулся в свою комнату и закрыл дверь.

Сун Яцзин тут же повернула голову и посмотрела на дядю Фука. Ее лицо было суровым, и она тихо спросила: "Дядя Фук, что случилось сегодня? Вы были с семьей Лу в течение 40 лет. Это был первый раз, когда ты пошел против моей воли, когда я попросил тебя вернуть Инцзе. Какие преимущества дала тебе Нин Цин?”

Дядя Фук почтительно поклонился. - Мадам, молодая мадам ничего мне не дала, но я думаю, что молодой господин Инцзе будет счастлив с молодой мадам.”

- Что?”

- Мадам, сегодня молодой хозяин подрался в школе и был отправлен в полицейский участок. Молодая мадам подняла его и вернулась. Остальные называли молодого господина Инцзе маленьким сглазом…”

- Кто это?- Этот термин был табу для Сун Яцзин, поэтому она крепко сжала кулаки, когда холодные осколки Света вспыхнули в ее глазах. “Я хочу, чтобы этот человек исчез.”

- Мадам, молодая Мадам уже разобралась с ними. В это время они находились в полицейском участке. Молодая мадам сказала:…”

Дядя Фук тихо пересказал слова Нин Цин Сун Яцзину.

Зрачки Сун Яцзин сузились, и ее лицо затуманилось. Она положила одну руку на диван и медленно села. “Она ... правда так сказала?”

“Да. Дядя Фук кивнул. - После ужина в доме семьи Нин она вернулась к машине и что-то сказала молодому господину Инцзе. Вот что она тогда сказала…”

Фабер повторил все это.

На этот раз Сун Яцзин замолчал, прислушавшись. В Тихом холле виллы не было слышно ни звука. После долгого молчания сон Яцзин тихо рассмеялся. Она повернулась к дяде Фу: “дядя Фук, неужели ты действительно считаешь Нин Цин молодой госпожой от всего сердца? Послушай, это сильная сторона Нин Цин. Она сказала Эти слова Инцзе, потому что хотела, чтобы вы их услышали; она хотела использовать Инцзе, чтобы завоевать расположение и завоевать сердца людей.”

Дядя Фук не был ни смиренным, ни высокомерным, когда говорил: “Мадам, как я могу не видеть этих мыслей молодой мадам? Но именно поэтому я думаю, что она хорошая молодая мадам. Даже вы не могли справиться с молодым господином Инцзе все эти годы, но молодая госпожа могла. Она не только научила его, но и завоевала твое расположение. Мадам также считает, что молодая мадам храбра и находчива, не лишена мудрости и изобретательности, и только такой человек, как она, может занимать высокое положение главной матери семьи Лу.

"Мадам, я работаю в семье Лу уже 40 лет. Никто так не желает добра семье Лу, как я. Мадам также хочет, чтобы семья Лу была здорова. Если мы все так думаем, почему мадам так упряма?”

…

Сун Яцзин открыла дверь и вошла в комнату Сун Инцзе.

В комнате не было света. Сон Инцзе лежал на краю кровати и спал с закрытыми глазами.

Сун Яцзин тихо сидела у кровати. Она начала накрывать сон Инцзе одеялом. Потом она вздохнула и сказала: “Инцзе, ты ведь еще не заснула, верно? Тетя хочет поговорить с тобой.”

В темноте сон Инцзе открыл глаза. Он не двигался и не говорил.

- Самое простое и счастливое время в жизни тети было в семье Сун, где я росла вместе с братьями и сестрами. В то время наш отец сказал нам, что, поскольку мы родились в благородной семье, наш брак и жизнь не могут быть выбраны нами самими в будущем, но мы, как братья и сестры в семье Сун, всегда должны быть едины, потому что семейные отношения никогда не изменятся.

"Позже, когда я женился на семье Лу, в семье Лу было бесчисленное множество открытых сражений и завуалированных драк. Мужчины есть мужчины, как же у них может не быть кокетливого прошлого? Я уже оцепенел. Позже у меня был Шаоминг. Этот сын-моя гордость и Надежда. Может быть, потому, что его фамилия Лу, мы никогда не были близки друг с другом.

“Но ты совсем другой. Ты сын моей сестры. Моя сестра ушла так рано. Жаль, что я не могу восполнить всю твою пропавшую материнскую любовь. Инцзе, тетушка искренне надеется, что вы будете здоровы и успешны.”

Сун Инцзе долго молчала.

Сун Яцзин вернула себе печальное выражение лица и коснулась лба Сун Инцзе. - А теперь спи.”

- Она встала.

Но ее рука была вытянута, и движения застыли. Сон Инцзе медленно повернулась, и он положил голову ей на ногу.

Сун Яцзин дотронулся до его лица и понял, что оно полно слез.

Сун Яцзин на мгновение подняла глаза. Ее глаза были влажными. Если в ее сердце и было что-то мягкое, то только для семьи Сун.

…

На следующий день

Нин Цин приехала на виллу семьи Лу. Сегодня сон Инцзе не пошла в школу. Слуги готовили фруктовую выпечку и приветствовали гостей.

- Мама, я здесь.- Нин Цин обратилась к Сун Яцзин, которая стояла в гостиной.

“В порядке. Сун Яцзин дал редкий ответ.

Нин Цин поприветствовала ее, потому что Сун Яцзин просто проигнорировала бы ее, но сегодня Сун Яцзин ответила ей.

Глаза Нин Цин заблестели. Это было очень хорошее начало.

Нин Цин подошла к Сун Яцзин и спросила: "Мама, сегодня придут какие-нибудь почетные гости?”

Сун Яцзин посмотрела на информацию, которую держала в руке, не поднимая глаз, но терпеливо ответила: “Да, госпожа Чжоу и Чжилэй приедут сегодня в гости”, а Сун Яцзин посмотрела на Нин Цин и сказала: “Хотя ты теперь жена Шаомина, дружба между семьей Лу и семьей Чжоу существует уже много поколений и не может быть нарушена, особенно с тех пор, как дедушка Чжоу помог семье Лу в трудные времена. Чжилэй и Шаомин-тоже друзья детства.”

Глаза Нин Цин прищурились, когда она улыбнулась. Редко и странно было слышать от свекрови эту фразу: “Теперь ты жена позора”.

Неужели она победила эту упрямую свекровь?

Это было так трудно для нее!

- Да, мама, ты можешь быть уверена, что семьи Лу и Чжоу-это друзья семьи. Эта дружба будет продолжаться всегда. Я буду хорошо ладить с Мисс Чжоу.”

Сон Яцзин ободряюще кивнул.

Нин Цин рассмеялась про себя. Как они могли поладить?

Что сегодня у Жилеи наверняка припрятаны какие-то хитрости.

С этой бомбой замедленного действия отношения их свекрови и невестки могли взорваться в любую минуту. Их отношения только что улучшились; они не могли противостоять провокации Чжоу Чжилэя.

Но между семьями Лу и Чжоу существовала глубокая дружба. Если она будет обращаться с ним неправильно, то сожжет себя.

Нин Цин была глубоко погружена в свои мысли, когда услышала, как слуга позвал “молодого господина Инцзе”, а Сун Инцзе спустилась по лестнице.

Нин Цин подняла глаза и увидела, что сегодня сон Инцзе сменил свою обычную модную одежду. Он был одет в чистую белую рубашку и джинсы, в ушах у него не было наушников. Он сунул руку в карман и спустился по лестнице. Челка на его лбу, закрывавшая глаза, мягко затрепетала. Он выглядел кротким, но на его лице не было никакого выражения. Нин Цин почувствовала, что он стал еще более молчаливым, чем прежде.

- Доброе утро, Инцзе.- Нин Цин великодушно поприветствовала его.

Сун Инцзе посмотрела на нее, но ничего не сказала, а вместо этого пошла в столовую.

Нин Цин: "... глупый мальчик!

…

Около десяти часов утра в дверь виллы позвонили. Слуга пошел открывать дверь. Конг Лань вошел вместе с Чжоу Чжилэем.

- Госпожа Чжоу, Чжилэй, вы здесь! Пожалуйста, садитесь.- Сун Яцзин приветствовал их.

Когда мать и дочь увидели ее, казалось, что из их глаз вот-вот вылетят серебряные иглы, Нин Цин спокойно улыбнулась и сказала: “госпожа Чжоу, госпожа Чжоу, добро пожаловать. Я приготовлю тебе чай.”

Она повернулась и пошла на кухню.

Мать и дочь семьи Чжоу сидели на диване с Сун Яцзин. Чжоу Чжилэй бросил взгляд на Конг Лана. Конг Лань расхохотался и сказал: “Госпожа Лу, два дня назад я говорил с Чжилэем о поездке в Санью на каникулы. Может быть, миссис Лу хочет поехать с нами? Мы ведь давно не встречались, правда? Молодой Мастер Лу в командировке? Тогда давай попросим его пойти с нами вместе.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 266: Госпожа Чжоу, Вы Думали, Что Моя Свекровь Была Дурой

После семейного собрания со старейшинами семьи Лу отношение Сун Яцзин немного изменилось. В последние несколько дней мать и дочь постоянно звонили ей, чтобы попросить ответа, а Сун Яцзин ходила вокруг да около и отказывалась отвечать.

И мать, и дочь были похожи на кошек на раскаленной крыше, и они просто хотели знать, была ли дата, которую они назначили в начале, все еще действительна?

Сун Яцзин скривила губы в улыбке и сказала: “Забудь об отпуске. Нин Цин сейчас беременна,и ей неудобно передвигаться. Шаомин, вероятно, не успеет уйти.”

Эти три фразы прояснили ее позицию.

Она уже признала Нин Цин своей невесткой в семье Лу.

Выражение лица команды Чжоу резко изменилось.

- Мадам Лу, вы…”

В этот момент вышла Нин Цин с чашкой чая в руках и сказала: “госпожа Чжоу, госпожа Чжоу, пожалуйста, выпейте чаю. Чайные листья привез отец, когда ездил в Европу. Вы можете попробовать и посмотреть, подходит ли он вашему вкусу.”

Дуэт мать-дочь видел в ней врага и завидовал ей. Нин Цин вела себя так, словно ничего не замечала. Она наклонилась и лично вручила им чай.

Конг Лань протянула руку, чтобы взять чашку с чаем, и она любезно улыбнулась, сказав: “У госпожи Лу теперь такой большой живот. Не становись на колени. Быстро, вставай.”

Нин Цин мысленно рассмеялась. Эта госпожа Чжоу вела себя так любезно, хотя в глубине души явно ненавидела ее.

- Благодарю Вас, госпожа Чжоу, - ответила Нин Цин, наблюдая за действиями Конг Лана. Как и следовало ожидать, когда она собиралась взять чашку в руки, Рука Конг Лан намеренно наклонилась в сторону, пытаясь свалить вину за инцидент на Нин Цин.

Если бы чай выплеснулся из чашки, и мать, и дочь наверняка обвинили бы ее в том, что она плохо справилась с заданием. Точно так же и свекровь будет презирать ее в глубине души.

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

Нин Цин жестоко посмотрела на Конг Лана. Она хотела использовать этот трюк, чтобы пойти против нее?

У нее уже был опыт общения с Ли Мэйлин и Нин Яо, и она кое-чему научилась на этом опыте.

Но об этом тоже странно говорить. Эта Конг лань была так глупа, как же она выжила в богатой семье?

Она слышала, что всемирно известная Красная винная шишка Чжоу Хэн начинала с нуля, и у семьи Чжоу, естественно, было много друзей, таких как семья Лу. Они также не боролись и не строили козни друг против друга. У Чжоу Хэн был только один сын, Чжоу Лэй. Конг Лан была его невесткой. Со стороны казалось, что семья Чжоу Лэя была теплой и гармоничной, как семья.

Окружающая среда, в которой человек вырос, также повлияла на его образование.

Когда чайная чашка наклонилась, Нин Цин вскрикнула. “Ya!- Она неожиданно швырнула всю чашку чая в тело Конг Лана, и ее глаза были широко открыты, и она выглядела в огромном шоке, когда отступила в страхе.

- А!"Чашка была полностью наполнена кипящей горячей водой, Конг Лан обожглась этой летающей чашкой, и ей было больно, когда она почувствовала, что ее кожа горит.

Она тут же встала и подпрыгнула на месте, как обезьяна: “Ах, это так жарко, я просто обожглась. Моя кожа была просто омоложена, когда я пошла в Спа, чтобы расслабиться…”

Служанки на вилле увидели реакцию Конг Лана, и все они прикрыли рты, чтобы украдкой рассмеяться, Чжоу Чжилэй немедленно достала бумажную салфетку, чтобы помочь вытереть капли воды с ее собственной матери. Она указала на Нин Цин и упрекнула ее, сказав: "Нин Цин, ты делаешь это нарочно, верно? Ты хочешь причинить вред моей матери!”

Нин Цин сразу же побежала, чтобы спрятаться за Сун Яцзин, и она протянула руку, чтобы потянуть Сун Яцзин за рукав, и тихо сказала: - Мама, Мисс Чжоу сейчас такая свирепая, я так боюсь.”

Сун Яцзин всегда нравился сдержанный и добродетельный образ Чжоу Чжилэя, но теперь она заметила, что Чжоу Чжилэй смотрит на нее так свирепо и жестко, что ее глаза чуть не вылезают из орбит. Она подняла брови и не смогла удержаться, чтобы не покачать головой.

Всякий раз, когда человек замечал в себе недостаток, он начинал замечать его все больше и больше.

На последнем собрании старейшин семьи Лу Чжоу Чжилэй слишком сильно разочаровал ее.

Только тогда Чжоу Чжилэй осознала, что обнажила свою уродливую сторону. Она тут же откашлялась и невинно посмотрела на сон Яцзина. - Тетя, мы только что ясно видели: Нин Цин нарочно швырнула чашку в сторону моей матери.”

Нин Цин тут же открыла рот, чтобы заговорить. Она даже не взглянула на Чжоу Чжилэя, но тихо сказала Сун Яцзин: “Мама, ты должна решить за меня. Если бы госпожа Чжоу не пролила чай нарочно, я бы так бурно отреагировала из-за ее действий, потому что боялась? Теперь я не просто один человек; если что-то пойдет не так с ребенком в моем животе, кто возьмет на себя ответственность? Шаомин возвращается через 2 дня.”

Сун Яцзин нахмурилась еще сильнее. Она привыкла к тому, что женщины в богатых семьях сражаются за благосклонность, и когда этот Конг Лан намеренно наклонил чашку чая, как она могла этого не заметить?

Она повернулась и посмотрела на Нин Цин. Она знала, как вести себя невинно после того, как выплеснула кипящую чашку чая в лицо другого; эта девушка была слишком непослушной.

- Хе-хе."Нин Цин смущенно высунула язык в сторону Сун Яцзин и сказала сладко и как будто застенчиво по отношению к ней: “Мама..”

Сун Яцзин почувствовала себя неловко, услышав ее сладкий голос, зовущий ее, и она сказала: "Хорошо, не суетись. Кто-нибудь, подойдите, приготовьте набор чистой одежды и лекарства для госпожи Чжоу.”

Чжоу Чжилэй был в ярости. Эта Сун Яцзин явно была предвзята к Нин Цин, и она хотела уладить ссору.

Нин Цин подняла брови и обрадовалась, взглянув на Чжоу Чжилэя. Она имела в виду: "Смотри, Как я могу вывести тебя из себя!

Чжоу Чжилэй: “…”

Конг Лан был самым неудобным человеком. Если выражение глаз могло убить человека, то выражение ее лица в данный момент уже могло пробить множество дыр на теле Нин Цин. Пока она смотрела на нее боковым зрением, она увидела, как появилась молодая и долговязая фигура. Сун Инцзе стояла, облокотившись на перила лестницы, и смотрела на нее.

Конг Лан не мог понять, что означает выражение его глаз. Выражение лица юноши было глубоким и мрачным, и в нем было много эмоций.

Конг Лан был ошеломлен. Сун Инцзе не была помощницей своей дочери. Она встречалась с ним всего пару раз, и он выглядел невинным и неспособным предать ее.

Теперь, глядя на вещи, он, казалось, полностью изменился.

Когда Конг Лан бросил на него еще один взгляд, глаза юноши прояснились, и темнота, которая только что была там, уже полностью исчезла.

Конг Лан моргнула и заподозрила, что ослепла.

…

Сун Яцзин привел Конг Лана и Чжоу Чжилэя переодеться. Нин Цин вошла в столовую, и в этот момент Сун Инцзе подошла и встала у нее на пути.

Он подошел внезапно, и Нин Цин чуть не врезалась в него, так как едва успела остановиться. Она подняла глаза и спросила: Почему ты преграждаешь мне путь?”

Сун Инцзе достал из кармана какой-то предмет и передал ей. - Это для тебя.”

Нин Цин присмотрелась внимательнее: это была маленькая бутылочка с лекарством.

Нин Цин фыркнула и сказала: "маленький негодяй, ты что-то перепутал? Я не пострадал, вы должны отправить это лекарство наверх.... Эй!”

Сун Инцзе держала ее за тонкое запястье левой руки.

Только тогда Нин Цин заметила, что ее левая рука обожжена и покрыта волдырями. Наверное, потому, что она не успела пригнуться, и на нее пролилось немного воды.

Волдырь был очень маленький. Она ничего не чувствовала, поэтому ничего и не заметила.

“А здесь не больно?- Сун Инцзе нажал на нее указательным пальцем.

Рука юноши разительно отличалась от руки Лу Шаомина. Он всегда жил в роскоши. У него были длинные и красивые пальцы, и он вполне мог соперничать с девичьей рукой.

- Эй, почему ты так себя ведешь? Это на самом деле не больно, и теперь вы делаете это больно, нажимая на него. Нежное белое личико Нин Цин сжалось в комок, а губы слегка надулись, словно она хотела убрать свою маленькую ручку.

Сун Инцзе посмотрела на то, как она выглядела. Он расслабил свои сильные руки, достал иглу и тихо сказал: “Я помогу тебе проткнуть волдырь, а затем применю какое-нибудь лекарство; так он хорошо заживет.”

“О, тогда мне придется вас побеспокоить.”

Сун Инцзе осторожно потыкал волдырь для нее, и пока он делал это, он подул на него и мягко спросил:”

“Это не так.”

Когда старый дворецкий вошел в дверь и случайно увидел это зрелище, он заметил, что мальчик был высок и выше девочки на целую голову. Они вдвоем стояли против полуденного солнца, и под ними был слой света.

Выражение лица старого дворецкого изменилось, он вышел вперед и вежливо сказал: “молодой господин Инцзе, Я помогу Вам справиться с раной мадам. У тебя нет такого опыта.”

Сун Инцзе поднял глаза. Его длинные вьющиеся ресницы дрогнули, и он медленно отпустил маленькую руку Нин Цин.

Нин Цин ничего не заметила. Она поблагодарила сон Инцзе и сказала: “маленький негодяй, ты сегодня хорошо поработал. Тебе нужно продолжать в том же духе, хорошо? Кроме того, когда вы увидите меня в будущем, вам не разрешается грубить мне. Вы должны обращаться ко мне как к невестке.”

Сунув руку в карман, Сун Инцзе скривил губы в насмешливой улыбке и сказал: “Ты всего лишь на несколько дней старше меня.- Он повернулся, чтобы уйти.

Нин Цин крикнул в сторону своей тени и сказал: “Почему тебя волнует, насколько я старше? Я жена вашего старшего брата, поэтому вы должны обращаться ко мне как к невестке; это элементарная вежливость.”

Но мальчик уже скрылся из виду.

…

Мирно поужинав, Нин Цин занялась своими документами. В этот момент Чжоу Чжилэй подошел и сказал: "Нин Цин, теперь ты в восторге?”

Нин Цин подняла руку, чтобы заправить волосы за ухо и улыбнулась, прежде чем сказать: “если я скажу, что не в восторге, разве это не сделает меня лгуньей? Мисс Чжоу всегда издевалась надо мной в присутствии моей свекрови. Вы хотите получить выгоду в качестве третьей стороны. Я всегда говорила, что мы с тещей-семья. Я сказал, что настанет день, когда ты снова станешь чужаком, и вот этот день настал.”

Чжоу Чжилэй загадочно рассмеялся и сказал: “Ты так уверен, что победил? Пока продолжается дружба между семьями Лу и Чжоу, у меня все еще будет шанс встать между тобой и твоей свекровью, и я могу испортить твои отношения с ней. Все, что мне нужно, - это пошевелить губами.”

“ОК. Нин Цин держала в руках документ и подошла к Чжоу Чжилэй, затем понизила голос и сказала: “госпожа Чжоу, не переоценивайте себя. Неужели вы считаете мою свекровь дурой?”

Чжоу Чжилэй рассмеялся и сказал: “глупа она или нет, мы увидим после того, как попробуем. Твоя свекровь видела, как я рос. Дружба между семьями Лу и Чжоу не может быть разрушена так легко.”

Нин Цин все еще хотела что-то сказать, но вдруг услышала чей-то голос. “Нин Цин, Чжилэй, о чем вы тут болтаете?- Пришла Сун Яцзин.

У Чжоу Чжилэй сразу же выступили слезы на глазах. - Тетя, Я знаю, что миссис Лу не любит меня, и она не хочет меня видеть. Поскольку это так, я попрощаюсь с моей матерью. Чтобы госпожа Лу не поняла нас неправильно в будущем, семьи Лу и Чжоу должны держаться на расстоянии.”

После ее слов Чжоу Чжилэй выбежал из комнаты.

- Жилей! Сун Яцзин тут же схватила Чжоу Чжилэй за рукав, и она повернула голову назад, чтобы посмотреть на Нин Цин, и свирепо спросила: “Нин Цин, что ты сказала Чжилэй?”

Нин Цин: "Я…”

“Забыть его. Тетя, ты оставляешь мне немного достоинства. Мне нравится брат Шаомин, и я ждал его 26 лет, я знаю, что слишком низко пал! Миссис Лу правильно выразилась.”

Нин Цин: “ ... ” это она употребила слово "слишком низко наклонилась", хотя в глубине души Нин Цин думала о ней именно так.

- Нин Цин! Сун Яцзин долго смотрел на Нин Цин, а затем повернулся, чтобы успокоить Чжоу Чжилэя. - Чжилэй, не слушай чепуху Нин Цин, тетя тебя понимает. Пойдем, присядем на диван.”

Сун Яцзин привела Чжоу Чжилэя в гостиную.

Чжоу Чжилэй почувствовала себя намного лучше. Она гарантировала, что до тех пор, пока она жива, она не перестанет делать жизнь Нин Цин трудной, и она никогда не позволит ей жить в мире.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 267: У Меня Есть План, И Мне Нужно Ваше Сотрудничество

Только что, в гримерной, Сун Яцзин почти ничего не говорила, но ясно выражала свои слова. - Госпожа Чжоу, Шаомин уже взрослый и знает, чего хочет. Нин Цин - его жена, и никто не может изменить этого, включая меня. Жилей, ты уже не молод. Тебе надо жениться.”

Просить ее выйти замуж?

Она не могла смириться с этим; она ждала Лу Шаомина все эти годы и потратила впустую всю свою прекрасную молодость.

Кроме того, она любила такого прекрасного и зрелого мужчину, как Лу Шаомин. Кто еще в мире может соответствовать его стандартам?

- С большим негодованием подумала она, когда в ее боковом зрении появилась фигура. Она подняла голову. Наверху Сун Инцзе прислонилась к двери и спокойно посмотрела на нее.

Чжоу Чжилэй быстро сверкнул теплой улыбкой и подал ему знак, означавший, что все идет по плану.

Сун Инцзе помолчал несколько секунд и кивнул головой.

Чжоу Чжилэй рассмеялся про себя. О, у нее была сон Инцзе в качестве шахматной фигуры. Хорошие дни Нин Цин подходят к концу.

Нин Цин спокойно наблюдала за их разговором. Настроение у нее не изменилось. Она взяла в руки книгу и пошла наверх.

Она хотела пойти в кабинет, поэтому ей пришлось пройти мимо Сун Инцзе. Когда они оказались рядом, Сун Инцзе заговорила с ней. Его голос был негромким, но достаточно громким, чтобы она услышала его:”

Нин Цин подняла глаза и улыбнулась. Она посмотрела на подростка блестящими осенними глазами и спросила:”

Сун Инцзе посмотрела вниз через плечо девушки. Чжоу Чжилэй смотрел на них.

Сун Инцзе протянула руку и схватила Нин Цин за тонкую руку, затащила ее в свою комнату и закрыла дверь.

Глаза Чжоу Чжилэя блеснули светом. Ладно, ей оставалось только дождаться звонка сон Инцзе.

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

…

В комнате

Сун Инцзе отпустила Нин Цин, которая выпрямила свою тонкую талию и улыбнулась молодому человеку, стоящему перед ней. - Скажи, чего ты хочешь, прося меня войти?”

- Чжоу Чжилэй попросила меня дать тебе наркотики, а потом она приведет мою тетушку и поймает нас с поличным.”

- Что?- Нин Цин притворилась шокированной и быстро спросила: - Инцзе, что ты собираешься делать? Чжоу Чжилэй-не очень хороший человек. Она использует тебя, чтобы иметь дело со мной. Только что она сказала мне, что вы и ваша тетушка-полные идиоты. Она тебя не обманет.”

Эти “полнейшие дураки " были выдуманы ею. Прости, Чжоу Чжилэй, что позволил тебе взять вину на себя. Ха-ха!

“Я уже знаю, что Чжоу Чжилэй использовал меня. Она уже давала мне указания делать все это раньше. Нин Цин, мне очень жаль, - искренне сказала Сун Инцзе.

“Все в порядке. Все совершают ошибки. На этот раз я прощаю тебя.- Нин Цин смело похлопала мальчика по плечу. “А как же план Чжоу Чжилэя?”

- На лестнице я сделал вид, что киваю ей. Она ждет моего звонка.”

- Ладно, Инцзе, ты хочешь отомстить? У меня есть план, и мне нужна ваша помощь.”

“Какой у нас план?”

Нин Цин загадочно помахала рукой Сун Инцзе.

Сун Инцзе наклонилась и прислушалась.

Нин Цин прошептала несколько слов. Сун Инцзе на мгновение задумалась, потом кивнула в знак согласия.

Глаза Нин Цин изогнулись, когда она улыбнулась. Она посмотрела на большую кровать мальчика. Потом она подошла и села на него. “Тогда я притворюсь, что теряю сознание. Вы пошлете Чжоу Чжилэй сообщение и попросите ее прийти сюда позже.”

Глядя на девушку, уютно спящую в его постели, красивое лицо Сун Инцзе слегка покраснело. Хотя он был мятежным и своенравным богатым молодым господином, в последние годы он не общался с девушками.

Не говоря уже о том, что у него в постели была девушка.

Он даже не смотрел на девушек, которые были робкими и слабыми перед ним. Его сердце было одиноко, и никто не мог войти.

Нин Цин положила книгу в руку рядом с подушкой. У нее был острый глаз. Внезапно она обнаружила рядом с подушкой DVD, на котором была скудно одетая звезда женского пола.

- О, сон Инцзе, ты смотришь на все это!?”

Сон Инцзе увидел, что она взяла его DVD, и быстро подбежал. Он протянул руку и схватил ее. Он очень рассердился и сказал: “Нин Цин, отдай его мне; это не то, что ты думаешь! Ты нарушаешь мою личную жизнь.”

- Ты все еще оправдываешься, глупый мальчик; я из индустрии развлечений. Я знаю эту третьесортную звезду с первого взгляда; вы учитесь плохим вещам!”

Нин Цин обернулась. Ее маленькая рука держала диск очень высоко. Сун Инцзе потянулась за ним. В этот момент их лица были так близко друг к другу.

В этот момент Сун Инцзе застыла.

Черты ее лица были очень нежными. Ее кожа была такой гладкой, как будто из нее в любой момент можно было выжать воду. От нее приятно пахло. В ту ночь, когда он лежал с ней в постели, он почувствовал запах девушки.

В тот вечер он случайно поцеловал ее в лицо и получил от нее пощечину.

Думая об этом, Сун Инцзе опустила глаза на губы девушки. Ее прекрасные вишнево-розовые губы были влажными, как будто она нанесла блеск для губ.

Сон Инцзе быстро отдернул руку и выпрямился. Он объяснил угрюмым тоном: Это от моих одноклассников. Я его вообще не смотрел.”

Нин Цин положила диск обратно на подушку. - Глупый мальчик, такие вещи иногда можно увидеть. Возьмите его как источник знаний, но не можете сделать это хорошо? Знаете ли вы, что такие вещи можно делать только с теми людьми, которые вам нравятся, и вы должны нести ответственность за тех, к кому прикасаетесь? Это самая главная ответственность мужчины.”

“Я понимаю. Сун Инцзе кивнула.

…

Внизу Чжоу Чжилэй с тревогой ждала сообщения Сун Инцзе, потому что не знала, как долго ее мать Конг Лань сможет держать Сун Яцзин занятой.

В это время она услышала звон! о мобильном телефоне. Чжоу Чжилэй смотрел на него с радостью.

Сообщение было немного неожиданным, посланное Сун Инцзе — все изменилось, пришло.

Что-то изменилось?

Зрачки Чжоу Чжилэя сузились. Она пару раз огляделась, потом взбежала по лестнице, открыла дверь комнаты Сун Инцзе и вошла.

- Инцзе, в чем дело и что изменилось?- Как только Чжоу Чжилэй вошла, она начала расспрашивать Сун Инцзюэ, а когда увидела, что Нин Цин спит в постели, сразу же улыбнулась и сказала: “Инцзе, разве это не успех? Нин Цин упала в обморок в твоей постели. Вы быстро снимаете одежду и производите ложные впечатления. Я позову кого-нибудь, - сказал Чжоу Чжилэй и выбежал из комнаты.

Но ее запястье было сжато, и она услышала голос мальчика позади себя. Его голос был таким тихим, что он спросил с удивлением: "Ты пойдешь и позовешь кого-нибудь, а потом что?”

Чжоу Чжилэй повернула голову и серьезно посмотрела на Сун Инцзе. - Инцзе, что с тобой? Тогда Нин Цин будет изгнана из семьи Лу, и я смогу стать твоей невесткой.”

- Ха, - уголки губ сон Инцзе медленно приподнялись, и его черно-белые глаза были ясны, когда он сказал. “Нет, ты говоришь о последствиях потаскухи. А как насчет меня как предателя? Когда все прояснится, смогу ли я выбраться невредимым?”

Чжоу Чжилэй никогда не видел Сун Инцзе в таком состоянии. Он всегда слушал ее и называл сестрой Жилей.

- Инцзе, твоя фамилия Сун. Чего ты боишься? Да что с тобой такое? Разве мы уже все не спланировали? Это... что тебе сказала Нин Цин? Она что, испортила наши отношения?”

Сун Инцзе слабо улыбнулась. Он прижал Чжоу Чжилэя ближе к углу комнаты. БАМ! Он положил одну руку на стену, а другую на плечо Чжилэя.

Сегодня на ней была юбка с тонкими бретельками. Сон Инцзе осторожно приподняла ремни одним пальцем. Чжоу Чжилэй почувствовала, как ее плечо похолодело, и обнажилась правая половина ее благоухающего плеча.

- А! Чжоу Чжилэй вскрикнула и быстро прижала руку к груди. Ей и в голову не могло прийти, что Сун Инцзе может так поступить с ней.

- Инцзе, мы можем просто поговорить! Скажи мне, что случилось, ты меня неправильно понял? Я могу объяснить это, если ты скажешь мне, что случилось.”

Неправильно поняли?

Улыбка Сун Инцзе становилась все более ослепительной. - Мое самое большое недоразумение заключается в том, что я когда-то думал, что ты хороший человек, один из немногих людей в мире, которые были добры ко мне.”

…

Сун Яцзин и Конг Лан вошли в гостиную. В гостиной никого не было. Сун Яцзин спросил слугу: "где молодой господин Инцзе, молодая госпожа и госпожа Чжоу?”

В эти два дня она часто оборачивалась, и кто-то исчезал. Ее веки подскакивали, и она чувствовала, что вот-вот что-то произойдет.

“В ответ на вопрос Мадам я только что увидел, как молодой господин Инцзе втащил мадам в комнату, а потом Мисс Чжоу открыла дверь и вошла.”

Что?

Сердце Сун Яцзин упало. Она все еще беспокоилась о том, что случилось пару ночей назад. Почему Инцзе затащила Нин Цин в комнату?

- Мисс Чжоу тоже вошла в комнату молодого господина Инцзе?- Неуверенно спросила Сун Яцзин. Когда отношения между Инцзе и Чжоу Чжилэем стали такими близкими и таинственными?

Слуга посмотрел на Сун Яцзин и спокойно ответил: "Да, и госпожа Чжоу не вышла.”

Глаза Сун Яцзин мгновенно потемнели от понимания. Она всегда чувствовала, что что-то не так. Хотя Инцзе немного взбунтовался, когда вернулся в город Т, как он мог испытывать такие жестокие чувства к Нин Цин?

Инцзе был ее любимым племянником и легкой мишенью для тех, кто нуждался в Пешке. Больше всего она ненавидела, когда другие приближались к Инцзе со злым умыслом. Это было запрещено ею!

Теперь ей казалось, что кто-то уже начал строить заговоры у нее за спиной.

Сун Яцзин подошел к лестнице.

- Миссис Лу.- Конг Лан поспешно схватил Сун Яцзина за рукав. “Если дети играют наверху, не будем их беспокоить.”

Она согласилась со своей дочерью Чжоу Чжилэй. Когда планы будут приведены в действие, она отведет Сун Яцзин наверх.

Но план не включал в себя Жилея. Почему она вошла в комнату Сун Инцзе?

Сун Яцзин изначально был человеком, полным сомнений, особенно когда речь шла о Сун Инцзе. Она очень заботилась о нем. Теперь было очевидно, что Сун Яцзин сомневается.

Слуга тоже говорил сейчас каким-то странным тоном. Как он мог так отчетливо доложить, когда все трое вошли в комнату один за другим? Было также использовано слово “тянуть”.

Если не…

Чем больше Конг Лан думала, тем больше ей становилось страшно.

Ей казалось, что она падает в водоворот.

Сун Яцзин обернулась и с первого взгляда увидела панику Конг Лана. “Мы можем пойти и посмотреть, не играют ли дети наверху. Почему госпожа Чжоу хочет остановить меня? Теперь, когда я думаю об этом, у госпожи Чжоу был разговор со мной, который только что длился полчаса. Я не уверен в твоих истинных намерениях.”

“Я…”

Сун Яцзин стряхнула руку Конг Лана и быстро пошла наверх.

…

Дверь была не заперта. Сун Яцзин положила руку на ручку и осторожно повернула ее. Дверь открылась.

Когда она увидела все, что было в комнате, зрачки Сун Яцзин резко сузились.

В углу комнаты спутались мужчина и женщина, оба в неопрятной одежде.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 268: Чжоу Чжилэй, Ты Проиграл

Сун Инцзе целовала Чжоу Чжилэя. Целуя ее, он тяжело дышал. Он понизил голос, и он был глубоким и хриплым, когда он сказал “ " старшая сестра Чжилэй, я выслушал ваши приказы и заставил Нин Цин упасть в обморок. Ты всегда говорил мне, что Нин Цин была плохой женщиной; она не подходила брату Шаомину и семье Лу. Ты просил меня вернуться в город Т и пытать Нин Цин, поэтому я вернулся. Я вернулся в Ти-Сити и стал подшучивать над Нин Цин. Два дня назад я даже пробрался в ее комнату.

- Старшая сестра Жилей, ты спасла меня 4 года назад. Я всегда относился к тебе как к своему благодетелю. Что бы ты ни хотел от меня, я всегда был готов это сделать. Я заставлю Нин Цин упасть в обморок, и в это время я буду спать рядом с Нин Цин, чтобы создать ложный образ. Тогда после того, как вы приведете мою тетю, чтобы она пришла и застала нас с поличным. Это погубит Нин Цин.”

Сун Яцзин почувствовала, как вся кровь в ее теле устремилась к мозгу; рука, которая была рядом с ней, была крепко сжата в кулак, и она яростно задыхалась.

Чжоу Чжилэй?

Что за план, Чжоу Чжилэй!

Конг Лан услышал ее слова и был ошеломлен: что же они там разыгрывают?

О чем говорила Сун Инцзе?

План не должен был быть таким, где все пошло не так, те, кто должен был быть связан друг с другом, должны были быть Нин Цин и Сун Инцзе. Как изменилось то, что она стала ее дочерью?

Конг Лан не стал раздумывать. Бах! Сун Яцзин яростно распахнула дверь.

Сун Инцзе услышал этот громкий звук и сразу же повернул свой взгляд, чтобы посмотреть. Когда он увидел Сун Яцзин, выражение его лица полностью изменилось, и он сказал: “Тетя, почему ты здесь?”

Сун Яцзин стиснула зубы и строго посмотрела на него, чего никогда раньше не делала. “Если бы я не приехал прямо сейчас, как бы все это переросло в драку? Сун Инцзе, ты точно знаешь, что делаешь?”

“Тетя.. Чжоу Чжилэй воспользовалась шансом вырваться из объятий Сун Инцзе и побежала вперед, но в этот момент поняла, что ее юбка разорвана в клочья. Она быстро прикрылась рукой, чтобы прикрыться одеждой.

Сун Яцзин увидела, в каком состоянии раздет Чжоу Чжилэй. Она стиснула зубы от ненависти и сказала: "Чжоу Чжилэй, ты всегда была классной и элегантной дочерью богатой семьи в моем сердце, так что же ты делаешь прямо сейчас? Соблазнять моего племянника? Использовать моего племянника? У тебя такое коварное сердце.”

Конг Лань взял кое-какую одежду, чтобы прикрыть Чжоу Чжилэя. Чжоу Чжилэй немедленно покачала головой и объяснила: "тетя, послушай, что я тебе объясню…”

В этот момент с кровати донеслось чириканье. Нин Цин, лежавшая на кровати, проснулась.

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

В этот момент Сун Яцзин очень боялась, что Нин Цин попадет в беду. Она взмахнула руками, подзывая двух слуг, и те, взяв Нин Цин за локоть, помогли ей подняться.

Нин Цин погладила себя по лбу и как в тумане огляделась вокруг. - Почему вокруг так много людей? Мама, у меня болит голова.”

Сун Яцзин немедленно пошла вперед и наклонилась, чтобы спросить Нин Цин: “у тебя болит голова? У тебя тоже болит живот? Кто - нибудь, подойдите, вызовите врача!”

“Мама. Нин Цин потянула Сун Яцзин за руки и покачала головой: “ничего страшного, мне сейчас не больно. Только сейчас ... я вспомнила, как Сун Инцзе втолкнул меня в комнату, и когда я уже собиралась спросить его, что он делает, он крепко хлопнул меня по шее, и я упала в обморок…”

Пока она говорила, Нин Цин встала и протянула руку, чтобы указать на Сун Инцзе, и она была взволнована, когда сказала: “Сун Инцзе, насколько сильно ты меня ненавидишь? Снова и снова вы пытались причинить мне боль. Теперь я беременная женщина! Мам, что ты скажешь насчет этого? Ты больше не можешь продолжать защищать Инцзе.”

В этот момент они услышали телефонный звонок, Нин Цин достала свой телефон, чтобы посмотреть; это был звонок от Лу Шаомина.

Сун Яцзин увидела зов, и выражение ее лица полностью изменилось. Она быстро сказала: "Нин Цин, послушай меня. Инцзе был использован в своих интересах Чжоу Чжилэем. Все это было спланировано Чжоу Чжилэем.”

Нин Цин не сразу ответила на звонок и спросила: “Что? Она широко раскрыла глаза и посмотрела на Чжоу Чжилэя. “Это был ты?”

Теперь Чжоу Чжилэй все понял. Сегодня все было шоу, поставленное Нин Цин, и сон Инцзе была полностью куплена Нин Цин.

Глядя на то, как эта женщина заставляла его казаться таким реальным сейчас, она определенно соответствовала титулу лучшей актрисы.

- Тетя, послушайте меня, все не так, как кажется. Я не…”

- Мама, Мисс Чжоу говорит, что она невиновна. Это значит, что все это было делом рук Сун Инцзе. На этот раз я действительно не могу простить его снова. Мне нужно сказать Шао мину…”

Нин Цин бросила взгляд на Сун Инцзе, и та опустила глаза, желая ответить на звонок.

- Нин Цин!- закричала Сун Яцзин, чтобы остановить ее.

- Нин Цин, позволь мне сказать тебе. Все эти розыгрыши были сделаны мной. Ты показался мне неприятным в моих глазах.- Сун Инцзе сделала большой шаг вперед и подошла к Чжоу Чжилэю. Он протянул руку, чтобы обнять ее за плечи, и сказал: “Это не имеет никакого отношения к старшей сестре Чжилэй.”

- Сун Инцзе! Сун Яцзин почувствовала, как ее голова раскололась надвое. Она крепче сжала кулак и свирепо уставилась на Чжоу Чжилэя, во всем виновата она сама!

Чжоу Чжилэй встретила полный ненависти взгляд Сун Яцзин и быстро протянула руку, чтобы стряхнуть Сун Инцзе. - Инцзе, не думай, что я не знаю! Вы вступили в сговор с Нин Цин, чтобы устроить это шоу. Отойди от меня!”

Сон Инцзе ударился о стену, и он не мог в это поверить. Он был в конечном счете задет, когда посмотрел на Чжоу Чжилэй: "старшая сестра Чжилэй, почему ты должна так говорить? Как ты мог подтолкнуть меня к этой плохой женщине Нин Цин? Я знаю, что вы обвиняете меня в том, что я плохо выполняю ваши приказы. Старшая сестра Чжилэй, дай мне еще один шанс.”

Сун Инцзе подошла и обняла Чжоу Чжилэя.

Чжоу Чжилэю захотелось вырвать кровь. Великий Нин Цин. Нин Цин привязала ее к Сун Инцзе, и теперь все, что она скажет, будет бесполезно.

Чжоу Чжилэй оттолкнул Сун Инцзе, и в этот момент Нин Цин потрясенно спросила: "Инцзе, тебе нравится Мисс Чжоу? Как такое могло случиться? Мисс Чжоу всегда нравился ваш брат Шаомин.”

- Что? Сун Инцзе обернулась и свирепо посмотрела на Нин Цин. - Заткнись! Я не позволю тебе разжигать споры о моих отношениях со старшей сестрой Жилей. Старшая сестра Чжилэй любит меня. Она пришла в мою школу только для того, чтобы посмотреть на меня. Она купалась в моем туалете и показала мне свое обнаженное тело. Она сказала мне, что если я послушаюсь ее, то она отдастся мне.”

- Чжоу Чжилэй побледнела и сделала шаг назад, а Конг Лань протянула руку, чтобы поддержать ее.

Чжоу Чжилэй была вне себя от ярости и вся дрожала. Ей было 26 лет, и она все еще была чистой, но эта Нин Цин была такой злой. Утверждение о наготе и соблазнении Чжоу Чжилэя на самом деле было словами Нин Цин. Эти бесстыдные слова ... она действительно посмела разрушить свою невинность?

Но это должна была быть Сун Инцзе, говорящая эти слова, и Сун Яцзин определенно полностью поверит в него.

Наконец-то она попробовала свои десерты.

Нин Цин увидела выражение лиц матери и дочери и с болью посмотрела на Сун Инцзе. - Инцзе, почему ты такая глупая? Разве ты не знаешь, что госпожа Чжоу хочет выгнать меня из семьи Лу, потому что хочет выйти замуж за твоего брата Шаомина?”

Пока она говорила, Нин Цин прикрыла рот рукой и тихо и застенчиво сказала: "Вы с Шаомин тоже можете считаться братьями. Эта женщина обслуживает двух мужчин…”

Глаза Сун Яцзин болезненно сузились, и она немедленно прервала Нин Цин. "Хм, семья Лу не имеет такого блаженства, но мы все равно пригласим Мисс Чжоу искать связи более высокого статуса с другой семьей.”

- Нет, Тетя! Послушай меня... - Сун Инцзе все еще подливала масла в огонь.

“Тебе лучше заткнуться. Кто-то пришел и запер молодого хозяина в комнате. Без моего приказа никто не имеет права выпускать его.”

- Да, Мадам.- Два телохранителя увели Сун Инцзе.

- Госпожа Лу... - начал было Конг Лан.

Но Сун Яцзин посмотрел прямо на эту пару и холодно сказал: "госпожа Чжоу, госпожа Чжоу, семьи Лу и Чжоу были друзьями на протяжении многих поколений. Даже если мы не можем быть семьей по закону, я все равно всегда буду ценить двоих из вас как почетных гостей. Мы все разумные люди. То, что Мисс Чжоу сделала сегодня, было эгоистичным и бесстыдным, и это нарушило бы процветание семей Лу и Сун. Я не буду уточнять дальше; все ясно в своих сердцах. Я не буду усложнять ситуацию. Мисс Чжоу воспользовалась нашей Инцзе и была неправа в этом. В будущем, я надеюсь, что все будут принимать это за чистую монету. Такие вещи могут произойти только один раз, а не два. Не бросай вызов моим ограничениям. Кто-нибудь приходите, уведите гостей.”

Сун Яцзин ушла, тряхнув ее за рукав.

- Тетя... - Чжоу Чжилэй все еще не терял надежды и все еще хотел догнать ее, чтобы объяснить.

- Мисс Чжоу.- Нин Цин крикнула, чтобы остановить ее. Она пошла вперед, и на ее лице была улыбка, “я советую Мисс Чжоу остановиться сейчас, пока все еще в порядке. Может быть, ты не можешь сказать? Моя свекровь не хочет тратить на тебя еще одно предложение! Я думаю, тебе следует держаться за то лицо, которое у тебя осталось.”

“Нин Цин, это был ты. Это ты причинил вред моей дочери. Просто подожди и увидишь, как я с тобой справлюсь.- Конг лань была в ярости, и она немедленно закатала рукава, желая броситься вперед, чтобы избить Нин Цин.

Нин Цин сделала вид, что шокирована. Обе ее маленькие ручки были прижаты к груди, и она сделала шаг назад.

Протянутую руку Конг Лана уже крепко держали телохранители. Сила телохранителя была очень велика, и Конг Лан почувствовала, что ее запястье вот-вот сломается. Она беспомощно вскрикнула: "ах, боль! Откуда у тебя такая смелость? Я госпожа Чжоу, я драгоценная гостья семьи Лу. Ты смеешь хоть пальцем меня тронуть?! Быстро, отпусти меня!”

Чжоу Чжилэй хотела пойти вперед, чтобы помочь своей матери, но другой телохранитель преградил ей путь.

“Нин Цин, что именно ты пытаешься сделать? Попроси их отпустить мою мать, быстро!”

Нин Цин нахально захлопала глазами и медленно пошла вперед. Она мягко рассмеялась и сказала: “Мисс Чжоу, теперь вы знаете, как умолять меня? Я не знаю, все ли вы легки или глупы. В моем доме, ребята, вы все еще можете издеваться надо мной?”

- Ты!”

Нин Цин махнула рукой, и телохранитель отпустил Конг Лана.

- Мам, ты в порядке?- Чжоу Чжилэй выступил вперед, чтобы поддержать Конг Лана. И мать, и дочь были глубоко ранены, их одежда была порвана и изодрана в клочья. Им не хватало элегантного и надменного блеска, и они, похоже, находились в трудном положении.

Они подняли глаза и злобно уставились на Нин Цин.

Нин Цин подняла брови и подошла к Чжоу Чжилэй, затем она понизила громкость и сказала: “Мисс Чжоу, я думаю, что одна фраза действительно подходит вам. ‘Не пытайся быть слишком умным, иначе ты в конце концов подумаешь о том, чтобы покончить с жизнью Цинцин.’”

Грудь Чжоу Чжилэй тяжело дышала, когда она сказала: "я все еще не понимаю, когда Сун Инцзе стала твоей личностью? Он всегда был послушен мне! Теперь кажется, что он полностью изменился. Наверное, случилось что-то такое, о чем я не знал.”

- Хех. Нин Цин слегка рассмеялась и сказала: "Мисс Чжоу, вы хотите знать?”

Чжоу Чжилэй кивнула головой.

“Я не просто не дам тебе знать. Я скорее позволю тебе умереть из любопытства.”

- Ты! Чжоу Чжилэй почувствовала, как вся кровь в ее теле закипела. Она смотрела на это маленькое сияющее личико Нин Цин и ненавидела себя за то, что не может сейчас разорвать ее на части.

Нин Цин встретила пристальный взгляд Чжоу Чжилэя и сказала: “Мисс Чжоу, вам нужно только знать, что Сун Инцзе уже полностью раскусила вас. Он больше не будет использоваться вами! Ты хочешь использовать его, чтобы разрушить мою невинность. теперь, когда я в чистоте, твоя невинность была разрушена вместо меня. Не сопротивляйся больше. Я гарантирую, что пока Инцзе здесь, моя свекровь больше не будет беспокоить тебя.

- Потому что в глазах моей свекрови Ты не только женщина, которая пыталась соблазнить своего племянника, но и бесстыдно пыталась разлучить семьи Сун и Лу. Чжоу Чжилэй, пришло время взглянуть правде в глаза. На этот раз ты проиграл полностью, и я сделал так, что ты никогда не сможешь изменить ход событий!”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 269: Лу Шаомин, тебе не стыдно?

Никогда не переломит приливы и отливы?

Чжоу Чжилэй была так взволнована этими словами, что у нее закружилась голова. Она знала, что проиграла здесь с Сун Яцзин; она проиграла полностью.

“Ха, - усмехнулся Чжоу Чжилэй, - Нин Цин, давай посмотрим, кто в конце концов победит.”

Чжоу Чжилэй помогал Конг Лань, когда они уходили.

Нин Цин стояла наверху и смотрела на спины матери и дочери. Ее осенние зрачки были ясными и яркими. Наконец-то планы Чжоу Чжилэя были пресечены в зародыше.

Теперь с ней был еще один человек, который “хотел посмотреть, кто победит в конце концов”, но было слишком много людей, которые сказали ей это, так что слова Чжоу Чжилэя были незначительными.

В это время ее мобильный телефон все еще звонил, это был звонок Лу Шаомина.

Сладкая улыбка мелькнула на губах Нин Цин, когда она нажала кнопку, чтобы поднять трубку. - Привет, Муженек.”

Там, должно быть, ночь. Предполагалось, что мужчина спит. Его низкий магнетический голос был хриплым и манящим, когда он сказал:”

- Да, мы обо всем позаботились, муженек. Я очистила для тебя весь дым и чуму в твоем гареме, - гордо сказала Нин Цин.

Мужчина смеялся. Откуда взялся “гарем"? - Спасибо, женушка. Ты молодец.”

Нин Цин улыбнулась так широко, что не смогла закрыть рот. Она прикрыла мобильник своей маленькой рукой. - Муженек, не надо об этом. Возвращайся в постель. Разве мы не договорились, что вы можете просто позвонить мне, когда придет время; вам не нужно отвечать на него.”

Только что она рассчитала время и попросила Лу Шаомина позвонить ей заранее, чтобы психологически надавить на Сун Яцзина.

Лу Шаомина здесь не было, но он все еще был сдерживающим фактором.

“Я беспокоилась о тебе, поэтому хотела услышать твой голос.”

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

Глаза Нин Цин заблестели. Ее маленькое личико покраснело, все тело ослабло, а яркие осенние зрачки метались вокруг нее. Там никого не было. - Муженек, - тихо спросила она, - когда ты вернешься?”

Она не должна торопить мужчину по делам, потому что это заставило бы ее казаться недостаточно скромной, а она не хотела казаться навязчивой.

Но ей все равно хотелось спросить.

Человек на другом конце провода был в хорошем настроении и спросил: "женушка, когда ты хочешь, чтобы я вернулся?”

Хм!

Почему он снова задал ей этот вопрос?

- Хм, муженек, тебе не нужно спешить. Работа важнее.”

- Ха-ха, почему женушка ответила так официально?- Боясь рассердить ее, он наконец добавил: - Я возвращаюсь завтра.”

Глаза Нин Цин радостно заблестели. - Ладно, муженек, я жду тебя с маленьким мастером Лу.”

…

Они с любовью повесили трубку. Нин Цин подошла к двери, за которой была заперта Сун Инцзе.

Тук-Тук. Она постучала в дверь. - Инцзе.”

Дверь была заперта, и ее нельзя было открыть. Сун Инцзе встала у двери и ответила: "Да?”

- Инцзе, спасибо тебе за сегодняшний день. Можете быть уверены, что завтра мама вас отпустит.”

Сун Инцзе помолчала несколько секунд, а потом сказала: “Нин Цин, ты тоже так жила раньше? Как будто жизнь-это поле битвы?”

“Да. Нин Цин кивнула. “Есть слишком много плохих людей, которые хотят причинить мне вред. Мне нужно быть сильным и сбивать их одного за другим. Вы тоже это видели. Если я не сбью их с ног, они обязательно подкрадутся ко мне в конце концов. Инцзе, ты должна быть такой же, как я; ты должна защищать себя и защищать свое счастье. Сегодня только начало. Вы проделали хорошую работу.

- Понимаю.”

- Хорошо, Инцзе, я сейчас вернусь. Я так устала в последнее время, что хочу спать.- Она была физически перегружена и в последнее время очень занята.

“В порядке.”

Сун Инцзе прислонилась к двери и прислушалась к шагам девушки. Несколько лет спустя, стоя на вершине своей власти, он часто вспоминал эту сцену. Сегодня девушка привела его к первой битве в его жизни.

…

Нин Цин вернулась на виллу чайного павильона. Был только полдень, а ей все еще нужно было работать. Но она хотела взять полдня отпуска, потому что эта неделя была слишком утомительной. У нее уже появились темные круги под глазами. С ребенком ее энергия уже не была такой высокой, как раньше.

Она вернулась в спальню, чтобы принять ванну, легла в постель в пижаме, посмотрела на две подушки на кровати, медленно подвинула свою маленькую головку к подушке мужчины и заняла его место.

На подушке все еще стоял чистый и освежающий запах мужчины. Нин Цин шмыгнула носом и сладко зажмурилась.

Наконец-то вернулся ее муж.

Вскоре Нин Цин заснула. Во сне она услышала, как кто-то зовет ее: “Нин Цин.”

Нин Цин открыла сонные глаза и увидела красивое лицо со скульптурными чертами.

“Муженек…”

Нин Цин захлопала длинными ресницами, похожими на крылья бабочки, и пробормотала: Похоже, ее муженек здесь.

Лу Шаомин наблюдал за ней в полусонном состоянии. Ее осенние зрачки были ясными, но с детской растерянностью. Ее маленькое раскрасневшееся личико было похоже на нежное яблоко; любой, кто видел это, хотел бы подойти и откусить кусочек.

- Женушка... - произнес он тихим голосом, скривив губы.

Нин Цин подумала, что это ей снится. Рейс Лу Шаомина был завтра. Как он может быть здесь сейчас?

Он все еще был за границей, когда только что говорил по телефону.

МММ, она слишком устала в последнее время.

Она зевнула, медленно повернулась, закрыла глаза и продолжила спать. Во сне она тоже надула розовые губки и обиженно пробормотала: "муженек, почему ты каждую ночь приходишь ко мне во сне? Я так по тебе скучаю! Мне так хочется спать. Веди себя хорошо, муженек, мне еще надо поспать.”

Лу Шаомин не знал, смеяться ему или плакать. Он не видел свою маленькую жену всего неделю, и его глупая жена уже не могла отличить сон от реальности.

Сев рядом с кроватью, он протянул большую руку и погладил ее нежное личико. Он ничего не мог с собой поделать и слегка ущипнул ее. - Женушка…”

Боль на ее лице заставила спящую девушку внезапно открыть глаза. Она обернулась и посмотрела на мужчину, стоящего над ней в шоке. Одна секунда, две секунды, три секунды…

- Муженек? Муженек, ты вернулся?”

Она тут же протянула свою тонкую руку и схватила мужчину за шею. Ее розовый рот продолжал тереться о его красивое лицо.

Лу Шаомин слегка улыбнулся, обхватил талию девушки двумя большими ладонями и с легкостью поднял ее с одеял.

Он встал, поддерживая ягодицы девушки своими большими руками, позволяя ее ногам лежать на его тонкой талии, затем обнял ее, когда он развернулся.

Он уговаривал ее, как маленькую девочку.

- Женушка, ты не спишь? Это не сон. Это я. Я действительно вернулся.”

На Нин Цин была темно-фиолетовая ночная рубашка с v-образным вырезом. Она взглянула в зеркало. В зеркале она увидела маленький нежный шарик, который нес мужчина. Он развернулся, когда нес ее. Ее красивая юбка закружилась в круге счастья и сделала сладкие дуги в воздухе.

Нин Цин крепко обняла его, прижалась губами к его уху и выдохнула, сказав: У меня кружится голова, потому что мы кружимся. Это действительно похоже на сон, муженек, я очень, очень, очень, очень скучаю по тебе.…”

Люди говорили, что воссоединение после короткой разлуки так же сладко, как медовый месяц. На этот раз он так долго отсутствовал в командировке.

Она чуть с ума не сошла, скучая по нему.

Лу Шаомин отнес ее и положил на высокий подоконник. Окно приоткрылось в щель. Медленно дул прохладный летний ветер. Золотая вуаль танцевала на ветру, открывая сказочный мираж города т. Все было так прекрасно.

Он обхватил ее одной рукой за талию и понес на руках. Большой палец другой руки медленно приблизился к ее красивым красным губам и потер их.

Когда их глаза встретились, они больше не могли быть разделены. Между ними был электрический ток.

Его блестящие черные глаза были полны нежности и эмоций. Его высокое тело наклонилось, и девушка, которую он хотел обнять даже во сне, наконец оказалась в его объятиях. Он потер ее нежную кожу своим высоким горным носом и понюхал ее мягкий, сладкий аромат, который она почувствовала, только что проснувшись.

Ничего не было достаточно.

- Женушка, я тоже по тебе скучал. Я очень, очень, очень, очень скучала по тебе.”

Копируя тон ее голоса, он сказал "правда" еще раз, потому что он определенно скучал по ней больше, из-за маленького мастера Лу.

Ему не хватало двух человек одновременно.

Его низкий, богатый магнетизмом голос проник в ее барабанные перепонки, как электрический ток. Нин Цин задрожала и быстро растаяла в его объятиях, как вода.

Он не мог до нее дотронуться. Как только он прикоснется к ней, она почувствует слабость.

Две ее маленькие белокурые ручки крепко вцепились в его рукав. От него исходил запах здорового и зрелого мужчины, в которого она была влюблена.

- Муженек, чего ты ждешь? Она прикусила розовую губу и произнесла два слова: “поцелуй меня!... Мммм!”

Он поцеловал ее.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 270: Тогда Мы Поцелуемся В Следующий Раз

Они долго держались вместе, прежде чем расстаться. Лу Шаомин закрыл глаза и успокоился.

Он протянул руку, чтобы привести в порядок ее ночную рубашку, и перенес ее на кровать. Он повернулся, чтобы взять рулетку, и снова вернулся к кровати.

Нин Цин прикрыла грудь маленькой рукой. Ее маленькое тело горело. Юбка ночной рубашки была немного коротковата. Он не мог прикрыть ее защитные шорты сбоку, и она по-женски натянула юбку, чтобы прикрыть его, не позволяя ему смотреть.

Он знал только, как запугать ее.

Человек вернулся. Наверное, он поспешил обратно. На нем была вчерашняя одежда, белая рубашка была заправлена в брюки под металлическим ремнем, и теперь одна сторона рубашки была полностью выжата. Он выглядел грязным и диким.

Она посмотрела вниз и увидела, что на нем были хорошо сшитые брюки. От него исходил сильный запах зрелого мужчины, а его длинные ноги были согнуты в прохладную, мягкую дугу. Он был особенно завораживающим.

Он наклонился и снова приподнял ее ночную рубашку. - Лу Шаомин!- Она была застенчива,когда отказалась от его предложения.

Лу Шаомин поднял глаза и посмотрел на него. На его губах играла плутоватая улыбка, и он сказал: “женушка, я хочу измерить твой живот. Ты отвергаешь меня вот так, но с таким радушием. О чем ты мне напоминаешь?”

Кто отвергал его приветственными действиями?

Нин Цин не нашлась, что сказать, и отпустила свою маленькую ручку, как он и хотел.

Лу Шаомин приподняла ночную рубашку, приложила рулетку к маленькому животу и измерила его окружность.

Мужчина увидел номер и нахмурился. Выражение его лица было серьезным, когда он сказал: “Нин Цин, я был в командировке целых 7 дней; почему же ты не располнела, а наоборот похудела? Разве ты не ел?”

Узнав, что она беременна, он каждый вечер измерял ей живот с помощью рулетки. Он делал заметки и знал, когда она станет тяжелее или похудеет.

Нин Цин испугалась, что он рассердится, и тут же протянула свою маленькую ручку, чтобы схватить его за шею, и сказала: “муженек, не будь таким жестоким по отношению ко мне, хорошо? Я действительно ела, но в последнее время была занята и, возможно, немного похудела. Муженек, ты даже не жалеешь меня; ты только знаешь, как быть жестоким по отношению ко мне.”

Лу Шаомин держался за рулетку и продолжал стоять на коленях. Он поднял глаза, чтобы рассмотреть ее маленькое личико. Она выглядела энергичной,и ее маленькое личико тоже сияло. Ее белая кожа светилась здоровым розовым сиянием.

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

Но под ее красивыми глазами были темные круги, вероятно, из-за усталости. Он почувствовал, как его сердце невероятно смягчилось. Он протянул руку, чтобы сжать ее упругие щеки, и объяснил: "женушка, я знаю, что ты много работала в последнее время. Ты была занята с моей матерью, Инцзе и Чжоу Чжилэй. Я не веду себя жестоко по отношению к вам, я только жалею вас.”

- Вот это уже больше похоже на правду. Нин Цин поцеловала его в губы и не отступила. Она мило подтолкнула его локтем и сказала: “муженек, это не было трудно для меня. Это наш дом. Защищать его-моя обязанность. Разве я не стала немного стройнее? Теперь ты вернулся. Разве не будет хорошо, если ты потакаешь мне прямо сейчас? Я так соскучилась по тебе, теперь тебе нельзя иметь строгое лицо. Улыбнись мне.”

Ее большие молодые глаза затуманились. У маленькой беременной женщины было больше вкуса. Она бросила на него лишь один случайный взгляд. Не зная, была ли она недовольна им или нет, этого было достаточно, чтобы все его тело почувствовало боль.

Лу Шаомин медленно скривил губы и нежно улыбнулся ей.

Нин Цин удовлетворенно поцеловала его.

Нин Цин не знала, как долго они целовались, пока не оказались на кровати. Нин Цин обняла его, в то время как ее мысли были повсюду, и мужчина внезапно остановился и положил себя на нее сверху. Его глаза были немного красными, а голос очень хриплым, когда он спросил: Я пойду приму душ и переоденусь. Тетя Ян, наверное, пошла за продуктами. Что ты хочешь съесть? Я приготовлю позже.”

Глаза Нин Цин заблестели, и она мягко спросила: "Ты тоже умеешь готовить?”

Мужчина поднял брови и спустился с ее тела. - я никогда не готовил, но могу научиться.- Он подошел к шкафу, чтобы взять пару черных повседневных брюк, и сказал: Если вы научите меня хорошо, я могу подтвердить, что смогу сделать это хорошо”

Он пошел в ванную.

Дверь в туалетную комнату не была закрыта. Холодный воздух изнутри просачивался в соседнюю комнату. Он принимал холодную ванну.

Нин Цин лежала на кровати боком. Ее маленькое личико было багрово-красным,и она была всего на пятом месяце беременности. Что он будет делать в будущем?

Жемчужно-белые зубы прикусили розовые губы. Она хотела войти, но, подумав об этом, все же решила не делать этого. В последний раз, когда они общались по видеосвязи, он действительно сделал ее ... неспособной контролировать себя.

Это было так неловко.

Так вот, они делали это примерно раз в месяц, и каждый раз им нужно было записаться на прием. Ему был 31 год, когда у него родился первый ребенок. Несмотря на то, что он так говорил, он был особенно нервным и осторожным по отношению к этому ребенку, и он не смел обидеть мать или сына.

Он не осмеливался быть безрассудным, но иногда ему не хватало этого вкуса, и он тоже обнимал ее. Это было труднее всего вынести ночью. Она не могла позволить ему прикоснуться к себе. Он был на взводе, и она тоже была на взводе.

Она не знала, должны ли они спать в разных постелях?

Она лихорадочно соображала, и мужчина вышел. На нем были только шорты. Верхняя половина его тела была обнажена, а на коротких волосах еще оставались капельки воды. Влага на его теле делала его еще более красивым и молодым.

Нин Цин не осмеливалась взглянуть на него. Она прикрыла глаза своими маленькими белыми ручками.

Лу Шаомин видел, что она ведет себя как маленькая девочка, и чувствовал, что это смешно. Он подошел и погладил ее маленькую головку, потом подошел к шкафу, чтобы взять серую рубашку и надеть ее.

Нин Цин не могла контролировать свои собственные глаза. Она тайком приоткрыла глаза, чтобы взглянуть на него. Его спина была обращена к ней, и когда он надел рубашку, его лопатки были сильно увеличены, полные его мужской силы.

Это не было преувеличенным расширением, скорее, оно было деликатным.

Пока она смотрела, мужчина внезапно обернулся.

Его большие руки с четко очерченными костями застегивали рубашку. Рубашка не была заправлена за пояс, а пуговицы застегнуты не до конца. Они были застегнуты только на 3 верхние пуговицы.

- А! Нин Цин вскрикнула и тут же закрыла оба глаза.

Она ничего не видела.

Она ничего не видела!

В следующее мгновение ее тело приподнялось. Ее маленький зад держали большие ладони мужчины, и поскольку он двигался слишком резко, она боялась упасть вниз. Она тут же протянула руку, чтобы обхватить его за шею, и ее стройные бедра сомкнулись на его сильной талии.

- Хех. Мужчина тихо рассмеялся, и его брови были глубокими и ясными. - Женушка такая приветливая?”

“О чем ты говоришь?- Нин Цин смутилась и уселась на его широкие плечи. Она была слишком застенчива, чтобы взглянуть на него.

Лу Шаомин одной рукой поддерживал ее зад, а другой касался головы. - Женушка, если ты хочешь посмотреть на меня, то посмотри сама. Нет нужды скрывать это. Я-твоя. Никто не будет смеяться над вами за это.”

Он сказал, что никто не будет смеяться над ней; ему нравилось дразнить ее.

Нин Цин уткнулась ему в шею. Она была похожа на поросенка, который теребит свои короткие мокрые волосы. От него исходил приятный запах, и холодный душ придавал ему бодрящую атмосферу вместе с ароматом ванны.

…

Они вдвоем вошли в кухню, и Лу Шаомин, как ни в чем не бывало, схватил мягкую подушку и положил ее на стеклянную стойку, а затем поднял ее и усадил на нее. - Женушка, хочешь поесть?”

- МММ.- Нин Цин задумчиво надула розовые губки. - В холодильнике есть бифштекс. Муженек, ты достаешь его и жаришь для меня, чтобы помочь мне наполнить мой желудок. Мы подождем, пока тетя Ян вернется, чтобы приготовить ужин. Муженек, учись шаг за шагом. Сначала изучите простые вещи.”

Лу Шаомин не выпендривался. Кулинарные навыки не были чем-то, что можно было освоить за один день, и она также была придирчива к своей еде. О ней было нелегко заботиться.

Он достал из холодильника бифштекс. Внутри лежал пакетик с приправами. Лу Шаомин закатал один из своих рукавов и опустил взгляд вниз, чтобы следовать инструкциям на пакете.

Он зажег плиту и разогрел сковороду. Он спокойно открыл упаковку, и глаза Нин Цин наполнились маленькими розовыми пузырьками. Он, естественно, был суровым режиссером высокого уровня. Она не ожидала, что он вернется домой и сможет спокойно сидеть на кухне. Он был хладнокровен, собран и точен с каждым шагом.

Как говорят люди, нет ничего, что нельзя было бы освоить, это зависит только от человека, хочет ли он учиться.

Нин Цин посмотрела на его руку, которая обычно держала авторучку, и теперь он использовал ее, чтобы медленно жарить стейк. Он готовил для нее, наполнял ее желудок и кормил маленького молодого мастера Лу. Эта мысль принесла ей много блаженства.

Лу Шаомин взял паузу, пока жарил бифштекс, и посмотрел на куриные яйца свободного выгула на стеклянной стойке. Когда он дотронулся до них, они были теплыми, и он вытащил одно яйцо и медленно очистил его.

Очищенное яйцо было передано девушке, и он увидел, что ее глаза полны слез. Она смотрела на него с восхищением, Лу Шаомин выпрямился и сунул руку в карман. - Нин Цин, если ты посмеешь снова соблазнить меня своими глазами, то не вини меня за то, что я не был вежлив с тобой.”

“Что ты такое говоришь? Нин Цин качнула ногами, которые были в воздухе, и протянула свою маленькую руку, чтобы взять яйцо. Она откусила маленький кусочек и надула губы, выглядя обиженной, затем сказала: “Мои глаза должны быть сосредоточены на тебе. Я не могу это контролировать. Муженек, разве ты не слышал, что говорят мои глаза? Лу Шаомин, не соблазняй так людей, ладно?”

На самом деле это он соблазнял ее.

Этот человек был абсолютно красив.

Лу Шаомин скривил губы в ласковой улыбке. Он был жив в течение 31 года и не слышал, чтобы кто-то говорил с ним так. Он услышал дерзкие слова девушки о любви.

Он не мог не протянуть руку, чтобы сжать ее маленькое личико и сказать: "Нин Цин, если ты не в состоянии контролировать это, тогда я готов позволить тебе наброситься на меня.”

Нин Цин не стала с ним возиться. Она беременна, как же она набросится на него?

Своими маленькими ручками она разделила яйцо на две части. Она съела желток и отдала ему белок. - Муженек, это тебе на обед.”

Лу Шаомин нахмурился. “Ты не можешь даже доесть яйцо, почему ты так придирчива к еде?”

Нин Цин хотела возразить ему. Она указала на свой собственный живот и смело сказала: "муженек, это не я разборчива в еде, а маленький молодой господин Лу. Маленький молодой господин Лу тайком рассказал мне кое-что. - Мама, я не люблю есть яичные белки. Пусть папа поможет их закончить’ , так что муженек просто возьмет его.”

Теперь она искала оправдания, и это ей удавалось все лучше и лучше.

Лу Шаомин был беспомощен. Он подошел и открыл рот, а она положила ему в рот яичный белок.

Бифштекс был быстро готов, Лу Шаомин достал его и положил на тарелку. Затем он использовал нож и вилку, чтобы разрезать стейк на маленькие кусочки.

То, как мужчина разрезал бифштекс, было очень элегантно. Он опустил взгляд, и его сосредоточенный взгляд сделал его скульптурные черты еще мягче. Он не застегивал верхние три пуговицы на рубашке, открывая мужественные, скульптурные ключицы.

Нин Цин зачарованно наблюдала за происходящим. Он принес тарелку и накормил ее бифштексом. - Это хорошо?”

Нин Цин некоторое время жевала. Вкус был восхитительным, и она тоже была голодна. Она быстро проглотила его и обожглась в процессе, поэтому она использовала свою маленькую руку, чтобы обмахнуться. “Это так хорошо. Я хочу большего.”

Лу Шаомин накормил ее еще одним кусочком и, глядя на ее острый нос, который от жары покрылся испариной, мягко сказал: “Ешь медленно! Никто его у тебя не отнимет.”

С этими словами он повернулся и направился к микроволновке. Он вынул из нее подогретое молоко, налил в чашку и дал ей полный рот молока.

Он так хорошо заботился о Нин Цин. Она удовлетворенно закрыла глаза, а мужчина все еще спрашивал: Может, мне пойти приготовить тебе пасту?”

“Нет.- Забудь про лапшу. Ему будет трудно приготовить их, так как он все еще готовил в первый раз. - Муженек, я не ожидала, что ты так хорошо готовишь, хотя это твой первый раз. Муженек потрясающий, как и ожидалось!”

Она не скупилась на комплименты.

Мужчина рассмеялся и обнял ее за тонкую талию мускулистой рукой. Молоко было поставлено сбоку от стеклянной стойки. Он наклонился и поджал губы. - Женушка,тогда давай поцелуемся?”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 271: Маленький Мастер Лу Здесь; Держи Себя В Руках

Она любила использовать интернет-сленг, например: Мамми, попс, эпик и так далее. Когда она произносила эти слова, то произносила их вслух, и ее прелестный девичий голос звучал чрезвычайно кокетливо.

Возможно, потому, что он баловал ее. Она знала, что такому тупому и суровому старику, как он, понравится ее кокетливое обаяние.

Ее тело и сердце слились воедино.

Нин Цин не ожидала услышать слово "Кисси" из его уст после того, как он поцеловал ее. Она покраснела и спряталась от него. - Нет, мне все еще нужно пить молоко.”

Она пошла за молоком.

Но высокий мужчина держал в руке чашку с молоком. Он сделал глоток прямо у нее на глазах и, держась пальцами за ее крошечную челюсть, придвинулся ближе, чтобы накормить ее.

- Лу Шаомин, нет!"Это было за пределами психологической выносливости девушки, и это было то, что она никогда бы не сделала.

Она пнула его своей маленькой ножкой, отталкивая от себя.

Однако мужчина успел схватить ее за маленькую ножку. Его грубые пальцы ощущались глубоко текстурированными. Когда он потер ими ее нежные ступни, стало щекотно.

- Лу Шаомин, я боюсь щекотки! Не надо меня так запугивать. Нин Цин оторвалась от него и вскарабкалась по блестящей столешнице, как настороженный кролик. Она поползла в угол с задорной задницей в воздухе, уходя далеко от него.

Лу Шаомин проглотила молоко и огляделась, почувствовав облегчение после того, как убедилась, что нет ничего, что могло бы причинить ей вред. Он сосредоточился на ее изящной фигурке в фиолетовой ночной рубашке, и так как ночь была еще молодой, он внезапно встал и озорно остановил ее.

- Нин Цин, спускайся. Я пойду наверх, если ты не спустишься!- Он схватил ее за маленькую ягодицу и легонько шлепнул.

Место, куда он ударил ее, горело огнем, и Нин Цин отругала его. “Лу Шаомин, ты волк в овечьей шкуре. Я не хочу пить молоко, которым ты меня кормишь. Ты уже совершенно бесстыдна.”

“Нин Цин, я Вольфи, так что ты моя Вольни. Я достаточно мила, чтобы кормить тебя молоком. Если ты будешь лишать меня этого слишком долго, я заставлю тебя пить мое молоко.”

Нин Цин едва понимала, о чем он говорит. Он был так возмутителен.

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

- Лу Шаомин, я больше не хочу с тобой дружить, - прошипела она, закрывая уши двумя маленькими ладошками. Я собираюсь рассказать маме.”

Лу Шаомин протянул свои сильные руки и притянул ее к себе. Он склонился над ее дрожащим ртом и начал яростно целовать ее. Он тяжело дышал. - Женушка, небо высоко, а император далеко. Я уже сожру тебя, когда мама придет тебя спасать.”

Нин Цин надула свои нежные щеки и забарабанила по нему молотком. “Лу Шаомин, почему ты все время думаешь об этих вещах? Маленький мастер Лу здесь; держи себя в руках.”

“Тогда ладно.- Лу Шаомин наклонился и положил ее на подушку. “Мы просто сделаем это и не будем говорить об этом.”

- Ты! Мужчина уже наклонился и накрыл ее красные губы.

…

На следующее утро, на вилле семьи Лу

Песня Инцзе была выпущена компанией Song Yajing. Он спустился вниз и огляделся, но Нин Цин нигде не было видно.

Было уже 8 утра, Нин Цин никогда еще не опаздывала так поздно.

Сун Инцзе увидела слугу и спросила: “молодая госпожа уже спустилась?”

“Нет. Слуга кивнул. - Молодая мадам еще не спустилась.”

- Инцзе.- Сун Яцзин спускалась по лестнице. Она читала лекции Сун Инцзе всю ночь и все еще не успокоилась. - Инцзе, ты слышишь, как тетя разговаривает с тобой? Чжоу Чжилэй просто использовал тебя. Ты должен прекратить причинять неприятности и использовать свой мозг в будущем, - упрекнула она.

- Тетушка, я знаю. Сун Инцзе нахмурил брови и был немного раздражен.

В этот момент мимо окна на лестничной площадке проехала машина. Сун Инцзе подняла голову. Это была не та роскошная машина, которая забирала Нин Цин, а "Бентли".

Водительская дверь открылась первой, и оттуда вышла красивая фигура. Это был Лу Шаомин.

Лу Шаомин обошел машину и открыл пассажирскую дверцу. Он положил одну руку на дверь, а другой держал маленькую ручку Нин Цин, когда выводил ее.

Мужчина закрыл пассажирскую дверь. Сун Инцзе увидел, что Лу Шаомин собирается обнять девушку за плечи, но сверкающие осенние зрачки девушки застенчиво смотрели на него, как будто она кокетливо отчитывала его. Она не позволила ему прикоснуться к себе.

Поэтому Лу Шаомин лишь мягко улыбнулся.

Сун Инцзе была несколько шокирована. Впервые за все эти годы он увидел улыбку Лу Шаомина. В глубине души Лу Шаомин был похож на короля, идущего в авангарде новой эры. Он был рожден для того, чтобы на него смотрели снизу вверх — факт, дополненный изысканным костюмом, обернутым вокруг его тела, и превосходными, холодными манерами.

Но сегодня, как и все мужчины в мире, этот человек посмотрел на свою жену и снисходительно улыбнулся.

Когда Сун Яцзин увидела, что Сун Инцзе застыла на месте, она проследила за его взглядом и снова вздохнула, увидев мужчину и женщину за окном лестничной площадки. “Я наконец-то понял: в этом мире Нин Цин, вероятно, единственный, кто может контролировать твоего брата Шаомина. Я не знаю, что за дьявол вселился в твоего брата Шаоминга.”

Сун Инцзе подумал про себя, что это, возможно, магия любви. Честно говоря, в эту девушку мужчинам было очень легко влюбиться.

Нин Цин вошла на виллу первой и увидела, что они стоят там вдвоем. Она быстро изобразила милую улыбку и энергично сказала: - Доброе утро, мама, Инцзе.”

Ее улыбка была слаще вчерашней: женщины, вскормленные любовью своего мужчины, будут полны счастья внутри и снаружи. Нин Цин была одной из таких женщин.

“Привет. Ты здесь, - ответила сон Яцзин.

В это время вошел Лу Шаомин. Он остановился рядом с девушкой. Благодаря высокому и суровому телу мужчины девушка казалась еще более хрупкой. - Мама, Инцзе.”

Сун Инцзе почувствовал себя очень виноватым, когда увидел Лу Шаомина. - Брат Шаомин! - воскликнул он извиняющимся тоном.

Лу Шаомин подошел к нему, поднял руку и похлопал по плечу. Он мягко сказал: "Инцзе, тебе сегодня 20 лет. Вы должны уметь отличать добро от зла. Вы должны нести ответственность за свои слова и поступки в будущем.”

- Брат Шаомин, я знаю. Сун Инцзе кивнула.

Нин Цин и Сун Яцзин посмотрели на двоюродных братьев с чувством удовлетворения. Лу Шаомина окружала аура успешного и зрелого мужчины. Сун Инцзе всегда слушала его.

Лу Шаомин убрал руку. “Мне нужно в офис. Нин Цин, я заеду за тобой сегодня вечером.”

- Хорошо, - сказала Нин Цин, глядя ему вслед.

"Бентли" исчез вдали. Нин Цин отправилась собирать информацию. Банкет состоится послезавтра. Она уже обо всем договорилась.

Оставалось только одно, о чем она хотела спросить Сун Яцзин. - Мама, приглашения уже разосланы, но как мне отправить их семье Чжоу? Госпожа Чжоу и госпожа Чжоу сейчас находятся в Китае. Может, послать им приглашения?”

Сун Яцзин тоже был озадачен. После вчерашнего вечера ее впечатление о Чжоу Чжилэй было крайне плохим, и поэтому она, естественно, не хотела бы видеть ее на банкете по случаю Дня рождения, но дружба между семьей Лу и Чжоу была очень слабой…

В это время Сун Инцзе сказала: “тетя, конечно, пожалуйста, пусть сестра Чжилэй придет. Я думаю, что у меня есть недоразумения с сестрой Жилей, если она объяснит мне это ясно, я смогу простить ее.”

Как только Сун Яцзин услышала это, ее лицо поникло, и она сказала прямо Нин Цин: “пошлите приглашение мастеру Чжоу в Соединенные Штаты. Забудьте о паре мать-дочь. Вам не обязательно приглашать их на банкет. А ты, Сун Инцзе, держись подальше от неприятностей.”

Сун Яцзин вышел.

Увидев, что Сун Яцзин яростно топает прочь, Сун Инцзе посмотрела на Нин Цин. Глаза Нин Цин искривились, когда она посмотрела, как Сун Инцзе, и показала ему большой палец, что означало — ты молодец.

Старая экономка наблюдала за происходящим. На самом деле он уже пригласил мать и дочь семьи Чжоу на день рождения по телефону. Как бы Сун Яцзин ни ненавидел Чжоу Чжилэя, на публичных банкетах этикет между богатыми и могущественными все равно требовал соблюдения.

Но молодая мадам предпочла снова заговорить на эту тему. Сун Инцзе использовала метод агитации, чтобы взволновать Сун Яцзин, заставив ее ожесточить свое сердце и разорвать семейные отношения с этим дуэтом мать-дочь.

Если бы они не пригласили мать и дочь семьи Чжоу на банкет по случаю Дня рождения, то больше не было бы никаких возможностей для частных встреч.

Молодая мадам пресекла все возможности в зародыше и сделала быстрый и точный ход.

- Юная мадам, - почтительно произнесла старая экономка. “Если мы не пригласим мать и дочь семьи Чжоу на банкет по случаю Дня рождения, будем ли мы по-прежнему пить их красное вино? Я боюсь, что они будут недовольны и не позволят нам использовать их красное вино.”

- Зачем им это делать?- Ответила Нин Цин со спокойной улыбкой. "Хотя Чжоу Чжилэй немного потерпела неудачу как личность в своей жизни, она действительно была сильной и способной женщиной в винном бизнесе все эти годы. Банкет семьи Лу с использованием красного вина семьи Чжоу дает им лицо, и она не будет настолько глупа, чтобы испортить эту возможность бренда. Другими словами, если она не хочет, чтобы мы ее использовали, пусть так и будет. Красное вино доступно везде, ее семья не монополизирует его.”

“Да, юная госпожа, - ответила старая экономка.

…

После обеда Сун Инцзе села рядом с Нин Цин и принялась изучать ее. Нин Цин учила его английскому языку.

Ее маленький воздушный пальчик указал на английское слово: семья. Она уже несколько раз учила его произносить это слово, но Сун Инцзе всегда читала его как “ФА-му-лай”.

Нин Цин была раздражена. - Сон Инцзе, я уже столько раз это говорила. Это произносится семья, а не”ФА-му-лей". Вы одержимы Дэн Чао?”

Сун Инцзе тоже была раздражена. Он оттолкнул книгу обеими руками и сказал: “Я больше не учусь.”

- Эй ты, тупица!- Нин Цин покрутил ухом. “Ты собираешься учиться?”

Сун Яцзин была очень расстроена, когда увидела эту сцену. Она хотела подняться наверх и посоветовать Нин Цин быть нежной, но старая экономка остановила ее и сказала: “мадам, посмотрите еще раз.”

И действительно, слово "семья" прозвучало на безупречном английском.

Сун Яцзин с облегчением покачала головой, глядя на спину Нин Цин. Она не знала, что случилось с этими людьми. Они будут только слушать дисциплину Нин Цин.

Сун Яцзин поднялась наверх со слабой улыбкой на лице.

Нин Цин стала сонной после того, как некоторое время преподавала английский язык. Лето было временем для сонливости. Она положила свою маленькую головку на стол, закрыла глаза и пробормотала: “Инцзе, я собираюсь спать. Вы должны продолжать учиться и не лениться.”

Сун Инцзе искоса взглянула на нее. “Почему ты сегодня такой сонный? Вы вчера поздно легли спать?”

Маленькое личико Нин Цин мгновенно покраснело, и она в панике закрыла глаза. - Дети не должны спрашивать о делах взрослых!”

Сун Инцзе: "... он уже не был ребенком!

Девушка рядом с ним быстро заснула. Сладкое и ровное дыхание девушки мягко проникло в уши Сун Инцзе. Уголок его нижней губы приподнялся, когда он перевернул страницу книги.

В это время девушка зашевелилась. Она коснулась его руки и, вероятно, почувствовала, что она очень мягкая, поэтому положила свою маленькую головку ему на руку и заснула.

Сун Инцзе напряглась и мгновенно выпрямилась. Он не хотел двигаться из страха разбудить ее.

Искоса взглянув на него, она увидела только затылок. Он был высок и мог видеть нежное лицо девушки, скрытое ее красивыми шелковистыми черными волосами.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 272: Я Только Хочу Спрятать Тебя Тайно

Сун Инцзе смотрел на него несколько секунд, а затем отвел взгляд.

В этот момент: "молодой господин Инцзе.- Вошла горничная, чтобы подать чашку кофе.

“ТСС.- Сун Инцзе сделала жест, означавший, что она должна молчать, и махнула рукой, чтобы отослать ее.

Служанка увидела, что Нин Цин спит, и поняла, что молодой господин Инцзе не хочет будить госпожу. Горничная обернулась и подумала: "молодой господин Ин Цзе очень добр к госпоже.

…

Лу Шаомин пришел в 5 за Нин Цин. Он вышел из машины и, бросив взгляд в окно, увидел, что Нин Цин и Сун Инцзе сидят бок о бок.

Нин Цин все еще спала, и она спала боком, положив свою маленькую головку на локоть Сун Инцзе.

Лу Шаомин поднял брови, и выражение его лица было спокойным и невозмутимым. Он широко шагал на своих длинных ногах и вошел на виллу.

- Инцзе.- Он встал сбоку от стола и позвал Сун Инцзе.

Сун Инцзе поднял голову и заговорил тихим голосом: - Брат Шаомин, ты здесь. Нин Цин все еще спит.”

Выражение глаз Лу Шаомина было мрачным. Он скривил губы и внезапно подумал, что, говоря о старшинстве, Нин Цин на самом деле была невесткой Сун Инцзе, но Нин Цин была похожа по возрасту на Сун Инцзе.

Они должны были быть в одной возрастной группе.

Лу Шаомин вышел вперед, одной большой ладонью поддержал маленькое личико Нин Цин, и все тело Нин Цин наклонилось влево. Лу Шаомин наклонился и поймал ее, позволив наклониться в его объятиях.

Это движение разбудило Нин Цин. Ее влажные глаза все еще были в оцепенении, и она огляделась вокруг, как в тумане, нахмурила брови и тихо сказала:…”

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

Лу Шаомин тут же наклонился и мягко спросил: “Где болит?”

Разговаривая с Нин Цин, он боковым зрением заметил, что Сун Инцзе встала. Вероятно, потому, что он услышал, как Нин Цин вскрикнула от боли, он поспешно встал. Стул отодвинули назад, оставив большое пространство.

Пол был покрыт высококачественным ковровым покрытием, и оно не производило никакого скрипучего шума.

Но Лу Шаомин знал, что он слишком остро реагирует.

Нин Цин надавила на собственную икру одной рукой и сразу же сказала, где болит. - Муженек, у меня онемела нога, мне так неудобно..”

Лу Шаомин двумя большими ладонями осторожно приподнял ее тонкую икру,а затем начал массировать ее. “Ну что, стало немного лучше?”

“Да, становится намного лучше. Спасибо, муженек.- Нин Цин мило улыбнулась.

Лу Шаомин встал, взял ее за тонкие руки и помог встать. Затем он взял ее за плечи и заключил в объятия. Он поднял голову и посмотрел на Сун Инцзе. Правая рука Сун Инцзе онемела, и это ощущение прошло через половину его тела. Помощник подошел к нему и потер локоть.

- Инцзе, что с тобой случилось?- Нин Цин все еще не знала, что она гнездилась на его локте.

Сун Инцзе покачал головой и сказал: “ничего страшного.”

Помощник улыбнулся и сказал: “Мадам, вы спали почти 2 часа, и все это время вы отдыхали на локте молодого мастера Инцзе. Молодой господин Инцзе не смел даже пошевелиться. Он боялся, что разбудит тебя, и теперь его тело совершенно онемело.”

- Я... - Нин Цин широко раскрыла свои затуманенные глаза, желая что-то сказать.

Но мужчина рядом с ней заговорил: Его тон был теплым и ясным. Она не могла различить никаких эмоций в его голосе. - Инцзе, с тобой все в порядке? Два часа не так-то легко пережить, надо было разбудить невестку.”

Сун Инцзе посмотрела на Лу Шаомина. Глубокие, темные глаза мужчины были теплыми и острыми, когда он изучал его лицо. Его взгляд мог открыть все, что было в его сердце.

Сун Инцзе избегала его взгляда и направила его взгляд вниз. “Я понял.”

Лу Шаомин перевел взгляд на помощника. Его тон был несерьезным, но холодным и чистым, поскольку в нем чувствовалась свежесть и властность человека высокого положения. - Мадам сейчас беременна. Может ли она взгромоздиться на стол, чтобы поспать 2 часа? Хорошо, если мадам упряма, но разве вы все не знаете, как посоветовать ей вернуться в свою комнату и лечь спать? Если она простудится, кто возьмет на себя ответственность?”

Это был первый раз, когда помощник получил упрек от Лу Шаомина. Лу Шаомин жил деликатно. У него был свой вкус, он не полагался на помощников и обычно не обращал на них внимания. Обычно он был снисходителен к помощникам, как и подобает истинному джентльмену.

Это был первый раз, когда он кого-то так упрекал.

Помощница была так напугана, что дрожала всем телом. Она немедленно поклонилась и признала свои ошибки, сказав: “молодой господин, это была моя вина. Я приму это к сведению в будущем.”

Нин Цин в шоке посмотрела на Лу Шаомина. Она не знала, что с ним сегодня не так. Почему он суетится из-за пустяков? Она осторожно потянула его за рукав рубашки.

Лу Шаомин бросил взгляд на Сун Инцзе и мягко скривил губы в улыбке, сказав: “Ин Цзе, мы уходим. Ты много работаешь над учебой.”

Лу Шаомин держался за Нин Цин, когда они уходили.

Сун Инцзе стоял у французских окон, провожая взглядом "Бентли". В этот момент в воздухе раздался голос старого дворецкого: "Молодой господин Инцзе, есть некоторые отношения, которые не могут быть достигнуты в этом мире. Вы должны оставить его в своем сердце и постепенно забыть о нем. Ваши статусы чувствительны, и путь мадам к ее нынешнему положению был нелегким. Не создавай ей больше проблем.”

Сун Инцзе несколько секунд молчал, а потом кивнул и сказал: “Хорошо.”

…

Сидя в "Бентли", Нин Цин бросила беглый взгляд на мужчину, сидевшего за рулем. Она взмахнула длинными ресницами и открыла рот, чтобы спросить: "Шаоминг, что с тобой сейчас было не так? Я устал, поэтому немного поспал за столом. Я не думал, что просплю;почему вы обвиняете помощника?”

Лу Шаомин поднял свои красивые брови и небрежно взглянул на нее своими темными глазами, сказав “ " Нин Цин, ты сказала, что у тебя онемели ноги. Мне было жаль тебя, поэтому я был в плохом настроении. Разве это не нормально?”

Нин Цин на мгновение рассмеялась. Она прикусила свою розовую нижнюю губу и была недовольна им, когда сказала: Почему ты так хорошо умеешь лицемерно льстить?”

Лу Шаомин протянул руку, чтобы ущипнуть ее за маленькое гибкое личико, и сказал: “Нин Цин, когда ты сможешь повзрослеть? Неужели ты все еще будешь такой молодой, когда я стану старше?”

Маленькое личико Нин Цин расцвело, как цветок. Она повернулась к нему боком, обняла его за правое плечо и по-птичьи чмокнула в красивое лицо. - Муженек, ты только после того, как женился на мне, понял, сколько ты на этом зарабатываешь? Все мужчины любят брать с собой молодых красивых девушек, когда они выходят на деловые встречи. Я никогда не поставлю тебя в неловкое положение. Почему ты все еще хочешь, чтобы я так быстро повзрослела? Люди все завидуют тебе.”

Лу Шаомин опустил глаза и поцеловал ее в лоб. Его голос был низким и глубоким, когда он сказал: "Я не хочу, чтобы другие завидовали мне. Я только хочу спрятать тебя тайно.”

Нин Цин заливалась звонким смехом. Она сжала пальцы в кулак и ударила его. “Лу Шаомин, почему ты меня прячешь? Другие могут видеть меня, но не трогать. Я принадлежу только тебе.”

Правая ладонь Лу Шаомина легла в ее маленькую мягкую ладонь, и он сцепил свои пальцы с ее. Он почувствовал, что этого недостаточно, и поцеловал кончики ее пальцев. Нин Цин убрала руку и выпрямилась. - Веди машину серьезно.”

Лу Шаомин заметил застенчивость в ее действиях и посмотрел в сторону окна. - Впредь держись подальше от Инцзе. В этом году Инцзе исполняется 20 лет. Он в том возрасте, когда его легко привлекают девушки, - сказал он медленно и небрежно.

Нин Цин чуть не поперхнулась собственной слюной и уставилась на него своими огромными глазами. Она не могла поверить его словам и ответила: “Лу Шаомин, что происходит у тебя в голове? Я невестка Инцзе. Я вижу в нем озорного негодяя, которому еще только предстоит повзрослеть.”

Лу Шаомин знал, как она думает. Она была его женой, поэтому вела себя естественно, как старшая, но не упомянула, что ей всего 21 год.

Ему не слишком нравилась эта тема, и его красивые брови были неодобрительно нахмурены. Он повернулся, чтобы посмотреть на нее, и четко очерченные дуги мужчины были прекрасно освещены заходящим солнцем. - Женушка, веди себя хорошо. Послушай меня, не серди меня.”

“Я понял. Муж имеет смысл, поэтому я буду слушать муженька. Нин Цин кивнула и подчинилась.

Лу Шаомин погладил ее по голове, как любимого щенка, а затем жестом указал на заднее сиденье. - Взгляните, это подарок, который я привез с собой.”

Нин Цин посмотрела назад и заметила, что там был изысканный подарок.

Глаза Нин Цин горели, и в глубине души она была уверена, что Лу Шаомин не из тех, кто покупает подарки. Даже если это был какой-то особый случай, он знал только, как дать ей свою кредитную карточку и попросить потратить ее по своему усмотрению; в общем, он был скучным человеком.

Она действительно не думала, что у него будет время купить подарок.

Нин Цин повернулась к нему спиной и протянула пакет: “муженек, это подарок, который ты получил для меня, когда ездил в командировку?”

- Да! Я хотела увидеть тебя, когда вернулась вчера вечером, и забыла его вынуть. Мужчина мягко улыбнулся.

Нин Цин открыла пакет и сначала достала маленький флакончик, похожий на флакон духов. Упаковка была великолепна, и Нин Цин не стала ее открывать. - Муженек, это подарок для моей мамы?”

“Совершенно верно. Разве мама не любила собирать цветы, чтобы сделать цветочную воду? Это последняя цветочная вода из Европы. Маме это определенно понравится.”

Нин Цин обернулась и громко чмокнула его в щеку. Муах “вы приложили так много усилий.”

Она могла отличить сердце этого человека от его подарков. Он любил ее, а значит, любил и то, что любила она. Поскольку он любил ее, он также поставил членов ее семьи в важное положение.

Совсем как она. Поскольку она любила его, она придумывала всевозможные решения, чтобы добиться признания Сун Яцзина, так как хотела дать ему теплый дом.

Нин Цин достала еще один предмет. Это была трубка для табака, и, похоже, за ней скрывалась долгая история. Я был сделан из дерева шиповника, и на нем были выгравированы цветы и слова. Один взгляд-и она поняла, что это вещь высшего класса. Вероятно, он был куплен на антикварном аукционе.

- Муженек, это ведь дорогого стоит, правда?”

“Да.- Подтвердил Лу Шаомин и добавил: - Все хорошо, пока папе нравится.”

То, как он согласился, означало, что это действительно стоит много, потому что он не упомянул бы небольшую сумму.

Нин Цин снова повернулась и хотела поцеловать его в лицо, но мужчина повернулся боком и внезапно поцеловал ее мягкие, ароматные губы.

Из-за того, что он вел машину, он не осмеливался быть безрассудным, поэтому через мгновение отпустил ее.

Маленькое личико Нин Цин слегка покраснело, но подождите минутку... Нин Цин просмотрела пакет. Он был пуст?

На самом деле он был пуст!

Нин Цин сердито топала ногами и, подняв брови, жаловалась ему: “муженек, где мой подарок? Ты что, забыл обо мне?”

Машина уже добралась до лужайки у дома семьи Нин. Вчера вечером он вернулся из своей деловой поездки, и Юэ Ваньцин позвонила ему, чтобы пригласить их домой на ужин.

Лу Шаомин остановил машину и выключил двигатель. Он скривил губы в улыбке и сказал: "Мадам, мы уже пожилая пара. Какой подарок вы хотели бы получить? Разве мое возвращение домой не будет лучшим подарком для тебя?”

“Это... это не одно и то же, ладно... Лу Шаомин, ты слишком плох! Я больше не хочу тебя любить, Хм!- Нин Цин была очень расстроена, и ей захотелось открыть дверцу машины и выйти оттуда.

Но ее тонкая рука была сжата. В руки ей сунули толстую модную книгу в стеклянном переплете. Нин Цин направила свой взгляд вниз, чтобы посмотреть, и все еще не была удовлетворена. “Что это такое?”

Она небрежно пролистала его, и ее сердцебиение тут же ускорилось. Она поспешно закрыла книгу своими маленькими ручками и, держа ее в объятиях, одарила его девчачьим взглядом. Ее лицо пылало, и она прикусила свои розовые губы, чтобы спросить его: "Лу Шаомин, что ты пытаешься сказать?”

- Женушка, нам пора устраивать свадьбу.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 273: Мама, давай откроем винный завод (включая небольшую театральную пьесу)

Что он сказал?

Женушка, пришло время устроить нашу свадьбу?

Лу Шаомин посмотрел на смущенное лицо девушки. Он поднял руку и потрепал ее по волосам. - Но почему? Разве ты не хочешь пойти со мной к алтарю и надеть свое свадебное платье?”

Изящные глаза Нин Цин вспыхнули от радости, когда она обняла застекленную книгу, которую он только что дал ей. Она продолжала кивать, как дятел — - да, да, да!

Лу Шаомин рассмеялся и сделал вид, что задумался. - Хм, давай не будем устраивать свадьбу. Разве кто-то только что не сказал, что я ей не нравлюсь?”

“Нет, мне нравится, Лу Шаомин! Ты мне нравишься.- Нин Цин пыталась объяснить. Ее осенние зрачки блестели, когда она подошла к нему и снова поцеловала.

Лу Шаомин закрыл ее ладонью и ущипнул за изящный носик. Он приблизился к ее губам и тихо сказал: "Теперь это будет не так приятно целоваться. Давай подождем до вечера. Поцелуй меня хорошенько и сделай меня счастливой. Тогда я куплю тебе любое свадебное платье, которое ты захочешь, любые украшения, любую китайскую или Западную свадьбу, которую ты захочешь.”

Нин Цин была так счастлива, и ей не было стыдно. - О'Кей!- Она кивнула головой.

…

Они вместе вошли на виллу семьи Нин. Нин Цин побежала наверх. Она толкнула дверь в свою комнату и спрятала застекленную книгу под подушку.

Она так дорожила этой книгой.

Внизу Лу Шаомин разговаривала со своим отцом, Нин Чжэнго. Они сидели на диване в гостиной. Лу Шаомин набил трубку табаком, чиркнул зажигалкой и зажег отцовскую миску.

- Папа, помни, что трубка отличается от сигареты. Курят трубку. Сначала сделайте вдох, а затем медленно вдохните аромат табака. Ну да, именно так.”

Нин Чжэнго удобно откинулся на спинку дивана и, следуя указаниям зятя, сделал глоток дыма, наслаждаясь им так сильно, что его глаза сузились.

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

Благоговение и страх, которые он обычно испытывал перед Лу Шаомоном, исчезли. Обращаясь к нему, Нин Чжэнго сразу же изменил “молодой мастер Лу” на “Шаомин”. - Шаоминг, это действительно хорошо. Неудивительно, что трубка всегда была любимицей джентльменов и аристократов. Глядя на эту трубку, я бы сказал, что прошло уже несколько лет. Антиквариат?”

Лицо Лу Шаомина было спокойным, когда он сказал: - Да, я купил его на аукционе, когда был в Европе. Это из династии Цин. Я подумала, что папе это может понравиться, и взяла его.”

Нин Чжэнго услышал, что это” из династии Цин", и внимательно посмотрел на трубку три раза. Выражение его лица говорило-о боже, это действительно сокровище!

- О Боже, Шаоминг, папа понимает твою сыновнюю набожность, но не покупай больше ничего в будущем... как это дорого. Если в будущем Цинцин родит для вас футбольную команду, этого будет достаточно, чтобы компенсировать это.”

Теперь Нин Цин увидела, как на лице ее мужа расцвела улыбка, а зять и тесть рассмеялись, но ничего не сказали.

Маленькое личико Нин Цин покраснело. Богатый зять купил своему тестю дорогой и роскошный подарок, который ослепляет глаза. Поэтому тесть подтолкнул свою любимую дочь вперед, чтобы польстить зятю. Двое мужчин так тихо смеялись.

Так родилась революционная дружба.

В этот момент из кухни вышла Юэ Ваньцин. Она видела, как ее зять прекрасно ладит со своим тестем. Она засмеялась и спросила: “о чем ты так счастливо говоришь? Пойдемте, вымойте руки и приготовьтесь к обеду.”

“ОК. Лу Шаомин встал и посмотрел на Нин Цин. Он подошел и взял ее мягкую руку.

Их глаза встретились, и между ними пробежала неописуемая нежность и нежность.

Нин Чжэнго, стоявший позади них, все еще не решался убрать трубку. Он держал его в руках, как ребенка, а затем вытащил свой мобильный телефон, чтобы позвонить: “Эй, Лао Лю, приходи завтра поиграть в маджонг, у меня есть кое-что интересное, чтобы показать тебе! Да, мой зять купил его. Конечно, это молодой мастер Лу, разве это не данность? С каких это пор у меня появился второй зять?”

Услышав за спиной хвастовство отца, Нин Цин покраснела. Она внимательно посмотрела на мужчину рядом с собой, и его освежающий аромат окутал ее, когда он прошептал ей на ухо: “Ты не должна рожать мне футбольную команду, просто роди двух детей, двух сыновей, двух дочерей или одного сына и одну дочь. Они мне все понравятся.”

Нин Цин чувствовала себя так сладко, что ей казалось, будто ее тело превратилось в груду зефира. “ОК. Пока вокруг никого не было, она энергично закивала головой. Она пообещает ему это. Она обещала ему все, что угодно.

До тех пор, пока ему это нравилось.

Затем снова вышла Юэ Ваньцин. - Шаоминг, сходи в кладовку и принеси красного вина. Это тот самый, который Цинцин привезла в прошлый раз. Тебя тогда не было дома, так что мы его не пили. Ты вернулся сегодня, и все счастливы, так что давай хорошо проведем время и выпьем немного красного вина.”

“В порядке.- Лу Шаомин пошел за красным вином.

…

Семья из четырех человек сидела за столом. Нин Цин заметила, что перед тремя людьми стоят бокалы с красным вином, но она была несчастна, потому что перед ней стояла только миска супа.

Он пнул мужчину под столом и бросил на него жалостливый взгляд — муженек, я тоже хочу пить.

Лу Шаомину было невыносимо видеть ее такой кокетливой. Он поднял свой бокал с красным вином и хотел дать ей глоток.

Но как они могли скрыть свои маленькие действия от Юэ Ваньцина, который был напротив них? - Цинцин, беременные женщины должны воздерживаться от алкоголя. Ты не можешь его пить. Вы должны терпеть это ради маленького мастера Лу в вашем животе. А ты, Шаоминг, я не хочу тебя пилить, но я столько раз это видел! Каждый раз, когда Цинцин ведет себя немного кокетливо, вы берете ее, чтобы съесть все это барахло. Она разборчива, но вы бы ее баловали и баловали? Как ты можешь быть таким легко поддающимся влиянию отцом? Разве маленький мастер Лу или твоя жена более драгоценны? Не порть плохого человека, иначе маленький мастер Лу сказал бы, что его отец легко поддается влиянию слов и слушается только мать.”

Юэ Ваньцин был прав насчет этого. С тех пор как три месяца назад Нин Цин обнаружила, что беременна, если бы она захотела съесть омара или мороженое, если бы она немного надула губы, у Лу Шаомина заболело бы сердце, и он позаботился бы о том, чтобы она могла его съесть.

Она также была разборчива, когда дело касалось еды. То, что она не хотела есть, было отдано Лу Шаомину. Она выбирала только то, что ей нравилось есть. Лу Шаомин также будет следовать за ней, чтобы накормить ее.

Юэ Ваньцин не могла продолжать видеть это; он слишком избаловал ее.

Как они могли быть такими безответственными родителями? Издевается над маленьким мастером Лу, так как он еще не родился…

Лу Шаомин смутился и сделал глоток красного вина, держа бокал в руке. - Мама, Цинцин всегда очень хороша. Она была такой капризной всего раз или два.”

Юэ Ваньцин посмотрел на них. “Некоторое время назад я видел, как ты чистил крабов для Цинцин. Сколько раз я говорил тебе, что маленький мастер Лу будет пускать слюни, если ты съешь крабов? Вы, ребята, меня не слушаете. Это нормально. Через пять месяцев мы увидим, будет ли маленький мастер Лу пускать слюни или нет.”

Лу Шаомин: “…”

- Мама, как ты можешь говорить обо мне плохое? Я твоя биологическая дочь? Нин Цин нахмурила брови и сказала тонким голосом: "хм, если ты не дашь мне пить красное вино, так тому и быть. Я все еще чувствую его запах. Это красное виноградное вино, изготовленное путем брожения сушеного изюма и лаванды.”

Лу Шаомин удивленно посмотрел на девушку, сидевшую рядом с ним. “Нин Цин, ты уверена, что не читала этикетку?”

Нин Цин надула розовые губки и почувствовала себя несчастной. Ее маленькая рука под столом нащупала его бедро и ущипнула. “Лу Шаомин, что ты говоришь? Ты смотришь на меня сверху вниз?”

Лу Шаомин спокойно взял ее маленькую ручку и, глядя на нее с обожанием, сказал: "Нет.”

В это время Нин Чжэнго засмеялся и сказал: “Шаомин, ты, наверное, не знаешь, Ваньцин изучал красное вино с детства. Она любит делать свое собственное красное вино. Цинцин, вероятно, была незаметно под влиянием, и вполне вероятно, что у нее есть острое обоняние для этих ароматов.”

Красивые черты лица Лу Шаомина смягчились, когда он сказал: - Неудивительно, что Нин Цин сразу чувствует запах любого одеколона, который у меня есть.”

С тех пор как они познакомились, от него пахло сразу двумя духами. Один раз это было сделано для того, чтобы доставить ей удовольствие, а в другой раз-из-за Чжоу Чжилэя. Каждый раз Нин Цин сразу же осознавала это.

Нин Цин отдернула свою маленькую ручку, сморщила носик и что-то промурлыкала мужчине. - Так что тебе следует быть осторожным в будущем. У меня очень острый нос.”

Лу Шаомин поднял свои острые брови, что означало — как ты смеешь?

Юэ Ваньцин посмотрела на милое общение дочери и зятя и счастливо рассмеялась. Она сделала глоток красного вина, потом еще один. В конце концов, она не могла не похвалить их. - Цинцин, чье это красное вино ты мне рассказывала в прошлый раз? На вкус он чистый.”

Нин Цин выпила суп маленькой ложечкой. Она искоса взглянула на Лу Шаомина и сказала: “Шаомин, моя мать спросила, чье это красное вино. Я не слишком хорошо с ними знаком. Ты самый подходящий человек, чтобы представить их друг другу.”

Лу Шаомин быстро одарил ее взглядом, в котором читалась мольба о пощаде. Во-первых, он боялся, что она слишком много об этом думает. Во-вторых, он больше боялся, что его мать и тесть не поймут друг друга.

Нин Цин снова замурлыкала, потом опустила глаза и выпила суп.

- Мама, это вино Чжоу Хенга, короля винодельческой промышленности. Его красное вино очень чистое. Он стал мировым хитом всего за 10 лет.”

- МММ, - ответила Юэ Ваньцин, кивая головой. Она снова осторожно попробовала красное вино и изогнула брови. “Мне всегда казалось, что этому красному вину не хватает вкуса. Лаванда-это маленький пурпурно-голубой цветок, обладающий очень романтичным чувством, но вкус этого вина слабый и недостаточно насыщенный.”

Лу Шаомин был немного заинтересован. Все эти годы никто не мог критиковать красное вино семьи Чжоу. - Мам, как ты думаешь, чего не хватает?”

“Ждать.- Юэ Ваньцин встала и пошла на кухню. Она достала маленькую бутылочку и налила полмиллилитра красного вина.

Нин Цин захотелось пускать слюни, когда она почувствовала его запах. - Мам, ты добавила китайский ликер: Эр го ту.”

- Да, это масло из лепестков роз с росой, которое я собирала утром, смешанное с Эр Гоу Тоу. Шаоминг, попробуй это после того, как я смешаю вот так.- Юэ Ваньцин налила еще одну чашку для Лу Шаомина.

Юэ Ваньцин был знатоком красного вина, но когда дело доходило до вина, Лу Шаомин говорил больше всех.

Выросший в богатой, знатной семье, он пробовал почти все лучшие в мире красные вина. Только настоящий джентльмен мог распознать настоящий вкус красного вина.

Лу Шаомин сделал глоток и с восхищением сказал: “Этот алкогольный запах Эр Гоу Тоу стимулировал вкус лаванды, делая его сильнее и насыщеннее. Мам, красное вино из семьи Чжоу будет лучше после того, как ты его подмешаешь. В следующий раз, когда я встречусь с мистером Чжоу, я расскажу ему вашу формулу, интересно, что он подумает об этом?”

Юэ Ваньцинь скромно улыбнулся. - Разве господин Чжоу не король мировой винодельческой промышленности? Я просто классный дурак перед ним; это нормально, чтобы не упоминать об этом.”

“Мама.- Маленькая головка Нин Цин повернулась, когда ей пришла в голову превосходная идея. - Мам, может, откроем винодельню?”

Когда эти слова прозвучали, все трое были ошеломлены.

Смех Нин Цин становился все громче и громче. Ее осенние зрачки сверкали ярким и трогательным светом. - Мама, давай откроем винодельню, а потом у нас будут наши луга и виноградники, розы, вишни, лилии... когда мы откроем двери в будущем, нас встретит море цветов. Давайте сделаем наше собственное вино, вино, которое принадлежит семье Нин!”

P. S: небольшая театральная пьеса включена.

Когда маленькому мастеру Лу было два года, он побежал к дому Сяо Хуа, который был его соседом, чтобы признаться в своей любви. - Сяо Хуа, ты мне нравишься, будь моей девушкой.”

Сяо Хуа с отвращением посмотрел на маленького мастера Лу. - Эй, возвращайся ко мне, когда не будешь пускать слюни.”

Дверь с грохотом захлопнулась.

Маленький мастер Лу вытер сверкающий уголок рта и вернулся домой в меланхолии. Мать была на кухне, а отец сидел на диване в гостиной и читал газету. Маленький мастер Лу спросил: "Папа, почему я не могу перестать пускать слюни, хотя мне уже два года?”

Лу Шаомин поднял голову от газеты, поднял брови мечом и тихо ответил: “Спроси свою мать.”

Маленький мастер Лу упер руки в бока и сказал: “Папа, да ладно, неужели ты думаешь, что я не знаю? Это потому, что вы с мамой всегда хвастаетесь своей любовью передо мной, мучая меня, одинокую собаку.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 274: Я Буду Слушать Женушку Целиком И Полностью

Лу Шаомин посмотрел на Нин Цин. Каждый раз, когда Нин Цин была в таком состоянии, ей приходили в голову великие идеи. Все ее существо будет сиять ярче, чем бесценная жемчужина.

Это сияние делало его еще более загипнотизированным ею.

- Открыть винодельню? Юэ Ваньцин кивнула в ответ и сказала: "Цинцин, мама знает только, как варить красное вино. Я всего лишь домохозяйка и ничего не смыслю в управлении винодельней.”

“Совершенно верно, Цинцин. Управлять винодельней не так-то просто. От производства до рекламы, до реальных продаж - это длинная цепочка операций. У вас нет никакого опыта в этом отношении; это было бы обременительно для вас”, - сказал Нин Чжэнго.

Нин Цин скривила губы в улыбке и сказала: “Папа, мама, начать любой другой бизнес было бы так же трудно. Если вы не сделаете первый шаг, чтобы попробовать, вы не сможете сделать прорыв. Мама, тебе все еще нужно думать только о том, как приготовить красное вино, а остальное можешь передать мне. Кто ваша дочь? Нин Цин. Я могу небрежно создать узнаваемость бренда щелчком пальцев. Более того..- Нин Цин улыбнулась, глядя на мужчину рядом с ней. “У нас есть самый сильный резерв. Шаоминг, ты меня поддержишь?”

Лу Шаомин очень хотел погладить ее по голове, но в присутствии своих родственников он мог только подавить это желание. У него не нашлось других слов, чтобы сказать глупость, и он просто кивнул головой и сказал:”

Чего бы она ни хотела достичь, чего бы она ни хотела достичь в прекрасном возрасте своей юности, ей нужно только приложить усилия. Он всегда будет поддерживать ее в ее начинаниях. Нин Цин мило улыбнулась.

“А как насчет этого, Цинцин? Теперь ты беременна. Даже если у вас есть какие-то идеи, вы должны подождать, пока маленький молодой мастер Лу родится первым. Маленький молодой мастер Лу-самый важный из них. Он на первом месте. За эти пять месяцев вы можете последовать за мамой, чтобы научиться варить вино. Ты от природы талантлив, и у тебя это получится лучше, чем у меня, когда ты научишься”, - предположила Юэ Ваньцин.

Нин Цин на мгновение задумалась и согласилась, сказав:”

…

Семья поужинала, а потом Лу Шаомин и Нин Цин остались там ночевать.

Войдя в комнату, Нин Цин первым делом отправилась в душ. Удобно устроившись на кровати, она надела хлопчатобумажную пижаму, достала книгу в стеклянном переплете и пролистала все страницы.

Книга была полна рисунков свадебных платьев. Это были знаменитые модели известного дизайнера свадебных платьев. Он был полон тюля, и это было очень романтично.

А также для оформления украшений, от диадемы до браслета, было изобилие жемчуга и Агата — чрезвычайно ослепительно для глаз.

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

Пока она возбужденно листала книгу, мужчина забрался на кровать. Поскольку теперь она была беременна, ей приходилось избегать электронных продуктов, поэтому Лу Шаомин держал в руке полотенце, чтобы помочь ей высушить волосы.

Ее живот был огромен, и она уже не могла лежать на животе, поэтому она сидела боком, и ее маленькая рука листала книгу. Лу Шаомин стоял позади нее, помогая ей высушить волосы.

- Муженек, когда ты все это приготовил?”

“Тебе это нравится?”

“Конечно, знаю. Мне нравятся все эти платья от этого дизайнера. Я хочу носить его каждый день. Что касается драгоценностей, то я хочу их все. Хе-хе, муженек, я очень старомодна?- Нин Цин была смущена, когда повернулась, чтобы посмотреть на него.

Лу Шаомин сел на кровать. Одна из его больших рук лежала на ее боку. Он наклонился и поцеловал ее в розовые губы. - Ничего страшного, если ты старомоден, пока мне это нравится, все в порядке. Пока тебе это нравится, мы можем устраивать свадьбы каждый год. Тебе только 21 год в этом году, мы можем держать его каждый год, пока тебе не исполнится 81; ты навсегда останешься моей невестой.”

Нин Цин вцепилась ему в шею своими маленькими ручонками. Она была полна блаженства и сказала: "муженек, тебе становится лучше от сладких разговоров и сладких слов.”

Лу Шаомин погладил ее маленькое личико и закрыл ей рот.

- Ай!- Нин Цин рассмеялась и нырнула прочь. Она повернулась боком и продолжила листать застекленную книгу. “Нам надо серьезно поговорить!”

Лу Шаомин положил полотенце и лег. Одна из его мускулистых рук обвилась вокруг ее маленького живота, и он притянул ее в свои объятия. Он был на своей собственной голове. - Какой дизайн вы выбрали?”

- Вот этот. Нин Цин кивнула головой. Сейчас она просто дурачилась. Каким бы великолепным ни был дизайн, у нее был один, в который она влюбилась с первого взгляда.

Она указала на рисунок и сказала: “Я хочу свадебное платье от тебя, Тан, и украшения определенно должны быть сделаны Шелли.”

Лу Шаомин не чувствовал тревоги. Вы, Тан и Шелли, знамениты уже больше века. Они представляли собой воспоминания целого поколения, и теперь это стало классикой. У его маленькой женушки действительно был хороший вкус.

“А почему именно эти?”

- Потому что я недавно читал историю о президенте. Автор ГУ Санер настоятельно рекомендовал их внутри него”

Лу Шаомин нахмурился. ГУ Санер? О чем это она говорит?

- Муженек, мы определенно должны подождать, пока маленький молодой мастер Лу родится первым, прежде чем мы проведем нашу свадьбу. В то время я хотел бы вернуть себе хорошую фигуру. Я уже подумала о подружках невесты: Шуйлин и Сяофу. Если мы задержимся, и маленький молодой мастер Лу сможет научиться быстро ходить, маленький молодой мастер Лу может стать нашим маленьким цветочником.”

- Ладно, все зависит от тебя. Лу Шаомин протянул руку, чтобы закрыть застекленную стеклянную книгу. Одной большой рукой он расправил ее маленькие плечи, затем снова подошел и коснулся губами ее губ. - Женушка, ты действительно хочешь открыть винодельню?”

- Но почему? Разве ты не хочешь этого?- Нин Цин сжала пальцы в кулак и ударила его по плечу. “Вы боитесь, что я превзойду престиж молодой леди из семьи Чжоу?”

Лу Шаомин взглянул на ее юное лицо, которое, казалось, было наполовину правдивым. Он сглотнул слюну. Его губы немного пересохли, и он открыл рот, чтобы проследить за красивым контуром ее губ:” женушка, ты ревнуешь?”

Она должна понять его чувства. Она общалась с Сун Инцзе всего одну неделю, как она могла создать ему проблемы?

Она принадлежала только ему и могла нравиться только ему.

Он был очень ревнив!

“Хм, ты такой ревнивый монстр! Нин Цин отвела взгляд в сторону и с силой укусила его за руку, лежавшую на ее плече.

Глаза Лу Шаомина потемнели, а нижняя часть живота стала жесткой и прямой, позволяя ей укусить его.

Она приложила лишь немного силы и не смогла по-настоящему укусить его. Это было больше похоже на щекотку.

Нин Цин уже достаточно укусила его и посмотрела на маленькие следы зубов на его руке. Она подняла брови и сказала в восторге: "Запомни эту боль; если найдется другая женщина, которая полюбит тебя, я укушу тебя снова!”

Лу Шаомин прижал большой палец к ее маленькому подбородку. Его мозолистый палец прижался к ее красным губам. В его глазах вспыхнули два огонька, нечаянно испустив злую вибрацию. - Женушка, вместо того чтобы кусать меня, как насчет того, чтобы потратить некоторое время на то, чтобы удовлетворить меня?”

Он напрягал большую силу большим пальцем. Ее губы сразу же онемели, и она подняла глаза, чтобы посмотреть на него, уставившегося на ее губы; он намекал на что-то.

Маленькая голова Нин Цин взорвалась, когда она подумала об этом. Она вытянула свои маленькие ножки, чтобы ударить его по четко очерченным ногам, и сказала: "Лу Шаомин, ты не человек!”

Она все еще была беременна! Только этот негодяй мог думать о таких вещах.

Она пнула его ногой. Хотя это и не причинило ему боли, но заставило его прийти в себя. Девушка была по-настоящему рассержена и смотрела на него затуманенными глазами с выражением человека, который хочет пожаловаться.

Лу Шаомин почувствовал, что его лицо слегка покраснело. Он даже не понял, что сказал это вслух. Сегодня он испытал волну эмоций. Кто-то еще любил ее, и она хотела открыть винодельню. Он боялся, что она выйдет из-под его контроля.

В этом году ей исполнился всего 21 год. Только когда женщине исполнится 25-30 лет, она будет в полном расцвете сил, а когда это время придет, он, вероятно, уже будет старым.

На самом деле он был мужским шовинистом. У него было сильное желание контролировать ситуацию. С одной стороны, он позволил ей выйти и полететь, но с другой стороны, он хотел, чтобы она никогда не ускользала от его хватки.

Да, этот старик…

“Огорченный.- Он не знал, что еще сказать. Некоторые вещи лучше не говорить. Лу Шаомин извинился, затем выпрямился и сказал: “Я пойду приму душ.”

Мужчина быстро спустился с кровати.

Нин Цин не думала, что он уйдет просто так; обычно он долго успокаивал ее в своих объятиях.

Нин Цин почувствовала волнение в своем сердце. Она поспешно встала и обняла его сзади. - Муженек, что с тобой? Вы.. Я тебе больше не нравлюсь? Я знаю, что не так хороша в последнее время. Я не в состоянии удовлетворить вас, и я сделал вас очень неудобным. Все говорили, что самое легкое время для мужчины обмануть в своем браке будет, когда его жена беременна в течение 10 месяцев, вы...хотите найти другую женщину?”

Лу Шаомин сел на край кровати и, услышав ее слова, резко обернулся. Нежное лицо девушки было полно слез, и она всхлипывала, чувствуя себя обиженной и разочарованной.

В последнее время он очень избаловал ее, и теперь она не могла принять от него ни одного грубого слова.

Две большие ладони обхватили ее маленькое личико, и он поспешно объяснил: "женушка, о чем ты говоришь? Неужели мужчины, которые изменяют своим женам во время беременности, все еще считаются мужчинами? Ваш муж не животное, у него не будет течки, когда он увидит другую женщину. Я люблю женушку, поэтому у меня будут желания по отношению к ней, и я хочу быть близким с вами. Женушка-самая красивая жена на свете, если вы мне не верите, я еще не поцеловал вас, но просто взглянув на вас, я уже…”

Нин Цин быстро прикрыла ему рот своей маленькой рукой, не позволяя говорить. “Ты говоришь правду? Я все еще красива, и ты тоже любишь меня?”

- Да, клянусь!”

На самом деле Лу Шаомин презирал тех мужчин, которые клялись и обещали своей женщине без всякой причины. Правда это или нет, но в их сердцах все будет ясно.

Не было нужды говорить такие суеверные вещи, да и давать обет не обязательно.

Но он делал это прямо сейчас.

Нин Цин надула свои маленькие розовые губки. Она протянула свои тонкие руки, чтобы обнять его, и коснулась его лица своей заплаканной щекой. - Муженек, я знаю, что ты на взводе. Вы только что пошли принять ванну, а теперь собираетесь помыться во второй раз ... просьба, о которой Вы упомянули…”

- Женушка, я вел себя как негодяй, не беспокойся обо мне.- Этот человек был полон грязных намерений. Ему нравились женщины, которые отдавали все, что у них было, не сдерживаясь ради своих мужчин.

Нин Цин выдохнула через свой маленький носик и поцеловала его завораживающую линию волос. Она подошла к его уху и тихо сказала: "муженек, не презирай меня, ладно? Я знаю, что в этом аспекте я недостаточно хорош. Иногда я ... really...am смущен…”

Лу Шаомин крепко обнял ее, прижался к ее нежной шее и поцеловал. Нет, он не презирал ее.

Как бы он ни овладел ею, ему этого было недостаточно.

Он знал, что она смущена, и потому лелеял ее еще больше. У него не было много требований, поэтому было достаточно хорошо, что она была готова сотрудничать.

- Муженек, на самом деле все не так уж плохо... - Нин Цин была совершенно смущена. Рука, которой она цеплялась за шею мужчины, не отпускала ее, и она не осмеливалась взглянуть на него.

Лу Шаомин почувствовал, как его глаза сузились. Его большая ладонь сомкнулась на ее тонкой талии. Он хотел оторвать ее от себя и серьезно посмотреть на ее маленькое личико, но она не позволила ему этого сделать.

Она нарочно не хотела, чтобы он смотрел.

“Для этого есть одно условие. Через два дня у мамы день рождения. Я хочу, чтобы ты спела "с Днем рождения". Я потрачу много сил на банкет и обязательно смогу сделать маме сюрприз. Ты можешь просто сотрудничать со мной? Вы пели для меня в прошлом.”

Лу Шаомин с силой обхватил ее маленькое личико и потянул вниз. Ее маленькое личико пылало, а ресницы, похожие на крылья бабочки, были опущены вниз. Она выглядела очень смущенной и хрупкой.

- Женушка, какой сюрприз ты приготовила?- Его голос был хриплым.

“Я тебе не скажу. Муженек, обещай мне. Если вы обещаете мне, я тоже обещаю вам.”

"Глупая девчонка” - это была всего лишь его мать…

Лу Шаомин осторожно положил ее на кровать и медленно вложил свою большую ладонь в ее маленькую ладонь. - Я обещаю тебе, что выслушаю все, что скажет жена.”

Он страстно поцеловал ее.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 275: Банкет По Случаю Дня Рождения

Два дня спустя, это был банкет в честь Дня рождения семьи Лу.

На бескрайней лужайке были установлены молочно-белые палатки, на деревьях висели хрустальные люстры, а на длинных столах были разложены разнообразные деликатесы.

Перед виллой были припаркованы ряды роскошных автомобилей, и прибыло большое количество знатных мужчин и женщин в костюмах и платьях. Лу Динхуа приветствовал их.

- Мистер Лу, я заранее поздравляю Миссис Лу с Днем рождения.”

- Благодарю вас, благодарю вас.”

- Мистер Лу, Миссис Лу никогда раньше не устраивала банкетов по случаю Дня рождения. Я не ожидал, что в этом году будет такой грандиозный банкет.”

“Конечно, мой сын Шаомин женат, а у семьи Лу теперь есть невестка, так что, естественно, все по-другому. Посмотрите-ка, моя невестка сама организовала и организовала этот праздничный банкет.”

- А? Говорят, что госпожа Лу-новый и будущий директор в индустрии развлечений; ее зовут директор Нин. Директор Нин всегда был элегантен и грациозен. Ее первый праздничный банкет также недвусмыслен. Президенту Лу всегда завидуют люди.”

“Ничего подобного, ничего подобного.”

- Мистер Лу, а где сегодня именинница, Миссис Лу? Почему она до сих пор не появилась?”…

Сегодняшняя именинница, сон Яцзин, была наверху в своей комнате. У нее и Нин Цин возникли некоторые проблемы.

- Мам, это вечернее платье, которое я попросила сшить для тебя фан Чэнси. Мама, пока ты его наденешь, я гарантирую, что ты всех удивишь, - сказала Нин Цин с улыбкой.

Сун Яцзин посмотрела на платье цвета озера, фасон которого был не слишком открытым, но у нее были свои сомнения. “Нин Цин, посмотри на это, у взрослого есть расщепленный конец, как я могу носить это с моим статусом?”

- Мама, разрез не слишком высокий, только до колена. Фан Чэнси скроил его для вас в соответствии с вашим темпераментом. Это тебе очень идет. Одежда, которую вы обычно носите, изящна и роскошна. Принятие нового стиля в свой день рождения сегодня, несомненно, удивит всех.”

Подробнее читайте в главе о vipnovel.com

- Нет!- Сун Яцзин отказалась, и не было места для обсуждения.

Нин Цин нахмурила брови, и ее тон стал решительным. - Мама, папа возложил на меня всю ответственность за праздничный банкет, включая твое платье. Неважно, что мама не может принять это сейчас. Я собираюсь. Пусть слуга сообщит мне, когда мама сможет принять его.”

“Нин Цин, ты!- Нин Цин намеревалась держать ее взаперти, если она не наденет это платье. Да как она смеет!

Нин Цин повернулась и ушла.

- Эй, Нин Цин, вернись.- Сун Яцзин ничего не могла с собой поделать. Сейчас было не время сердиться. Сегодня она была именинницей. Это был вопрос лица для семьи Лу. Она поставит их всех в неловкое положение, если заставит гостей долго ждать. Нин Цин могла быть инфантильной, но она должна была думать об общей ситуации.

Нин Цин, шутливо подмигнув, направила слугу. - Вы, ребята, идите и помогите мадам переодеться.”

Песня Яцзин: “…”

Переодевшись, Сун Яцзин собралась уходить. Нин Цин усадила ее перед туалетным столиком. - Мама, поскольку ты уже переоделась сегодня, мы должны также изменить твою прическу и макияж. Дай мне 10 минут. Я помогу тебе сделать это сам.”

Сун Яцзин закатила глаза на Нин Цин и отчитала ее. - Нин Цин, банкет по случаю Дня рождения-это просто шоу. Почему ты так серьезно к этому относишься?”

Нин Цин помогала Сун Яцзин причесываться. - Мама, как может банкет по случаю Дня Рождения быть шоу? Если это шоу, то почему мы устраиваем банкет по случаю Дня рождения? Развлекать других? Сегодня ты звезда дня рождения. Вы должны быть счастливы.”

Сун Яцзин не согласился. “Нин Цин, ты слишком молода, чтобы понять это.…”

Видя, что она собирается сделать ей выговор с помощью этих жестких догм, Нин Цин быстро взмолилась о пощаде. - Мама, хорошо, хорошо, ты каждый день читаешь мне на ухо сутры, у меня почти отваливаются уши.”

- Ты!”

- Мама, успокойся, забудь, что сегодня ты Миссис Лу. Дядя, Шаомин, Инцзе и, самое главное, папа внизу. Сбросьте все тяготы и станьте прекрасной сестрой, матерью, тетей и женой. Поскольку мама так молода, ты должна наслаждаться своей молодостью.”

Сун Яцзин снова закатила глаза, глядя на Нин Цин, но она спокойно подняла губы. “Нин Цин, я понимаю, что ты мне очень льстишь.”

Все женщины любят слушать похвалы и лесть, и Сун Яцзин не была исключением, но бремя быть госпожой Лу все эти годы заставляло ее терять себя.

Внезапно она почувствовала острую боль в голове. Нин Цин намеренно потянула Сун Яцзин за прядь волос, Сун Яцзин рассердилась. - Нин Цин, ты специально это сделала?”

В зеркале она увидела, как Нин Цин улыбнулась и развела руками, невинно пожимая плечами. - Прости, мам, я не хотела. Я просто хотел тебя поправить. Я не льщу, но сладкоречив, понятно?”

Песня Яцзин: “…”

…

Гости в банкетном зале нетерпеливо ждали. Они болтали, глядя наверх. Ни одна из двух дам семейства Лу еще не появилась.

Лу Динхуа не мог уйти, так как он принимал и развлекал гостей. Лу Шаомин посмотрел на часы и шепнул слуге: “поднимись наверх и посмотри, почему госпожа и молодая госпожа еще не спустились.”

- Да, сэр. Слуга поднялся по лестнице.

В это время оттуда торопливо выплыла фигура, одетая в Голубое озеро. Вероятно, ее вытолкнули люди, стоявшие позади.

Лу Шаомин взглянул на него, и выражение его лица изменилось. Впервые за много лет он увидел свою мать в таком наряде.

Озерно-голубая юбка была очень элегантной, с неглубоким V-образным вырезом и бретельками на плечах. На Сун Яцзин был накинут белый шелковый шарф. Ее волосы были собраны в аккуратную прическу, как обычно. Кончики ее волос были завиты в большие локоны и свободно рассыпались. Будучи 55-летней женщиной, она была принаряжена и выглядела на 10 лет моложе. Этот наряд и прическа придавали 45-летней интеллигентной женщине немного грациозной сексуальности.

Сун Яцзин хотела бы оглянуться и посмотреть на Нин Цин, которая толкнула ее, но она поняла, что все глаза были прикованы к ней, поэтому она спокойно улыбнулась.

Лу Динхуа принимал гостя, но гость, которого он принимал, внезапно застыл. Посмотрев наверх, он вздохнул. - Миссис Лу сегодня очень красива, мистер Лу.”

Лу Динхуа повернулся и посмотрел наверх, не обращая на это особого внимания. Тогда, когда он женился на Сун Яцзин, он уже знал, что эта женщина годится на роль Госпожи Лу, но как женщина она была несколько слабой, так как была несколько пресной.

Но теперь, увидев сон Яцзина, его зрачки быстро сузились, и он был ошеломлен.

Наконец, это была Сон Чжин, которая дразнила его. - Мой шурин, почему ты так удивлен? Вы ведь уже муж и жена, не так ли? Яджинг в туфлях на высоком каблуке спускается по лестнице. Неужели шурин не знает, как ей помочь? Хаха.”

Почетные гости в зале посмеялись над Лу Динхуа и сказали: “Господин Лу, у нас еще много возможностей увидеть ее в будущем. Почему бы тебе не пойти и не помочь Миссис Лу?”

Лу Динхуа улыбнулся. Он великодушно поднял ноги и взял Сонг Яджинг за руку, стоя на лестнице. - Мадам, Вы сегодня такая красивая.”

Почетные гости в зале рассмеялись.

Сун Яцзин, напротив, был несколько сдержан. С годами у нее появились сильные, умелые манеры. На нее смотрели с благоговением, но никогда не дразнили.

Глядя на своего мужа, с которым она была замужем уже более 30 лет, и на то, как ярко сияли его глаза, она вспомнила, что Лу Динхуа смотрел на нее так же, когда они впервые встретились, когда она была молода.

Со временем этот взгляд медленно угас.

Когда они спустились по лестнице, Лу Шаомин поднял ноги и пошел наверх. Кто-то пошутил и сказал: “мистер Лу, Лу Шаомин более внимателен, чем вы. Директор Нин, вероятно, спускается вниз, поэтому Лу Шаомин пошел за ней.”

Все взгляды снова устремились наверх.

Когда Лу Шаомин поднялся наверх, появилась Нин Цин. На ней были балетки, но слуги старательно поддерживали ее. Сегодня здесь было много людей, поэтому они боялись, что она упадет и покалечит ребенка.

Нин Цин подняла глаза и посмотрела на Лу Шаомина. Увидев ее, мужчина посмотрел на нее с некоторым удивлением. Затем его лицо быстро потемнело.

Нин Цин почувствовала себя обиженной. Она не знала, чем обидела его.

Лу Шаомин отмахнулся от слуг, взял ее маленькую правую руку в свою правую руку и повел ее шаг за шагом вниз по лестнице, обняв за талию.

Все ахнули, увидев Нин Цин. Все знали, что у первой светской львицы в городе т было тонкое маленькое личико, но оставшееся неизменным после пяти месяцев беременности, за исключением ее выпирающего живота... она была первым человеком, достигшим этого подвига.

На красивом и нежном личике девушки не было и следа косметики, но черты ее лица выглядели так, словно были вырезаны из камня. Ее прекрасные волосы свисали вниз, а косы с рыбьим хвостом начинались с обеих сторон головы и заканчивались на затылке. Она выглядела чистой и красивой.

На ней было платье, украшенное сверху светло-золотыми кристаллами ручной работы. Плечевые ремни от ее изящных плеч до тонких рук были особенно приятны глазу. Внутри были плотно облегающие подтяжки и пушистая вертикальная красная юбка, открывавшая ее миниатюрные белоснежные икры, от которых невозможно было отвести взгляд.

В это время кто-то не удержался и воскликнул: “Я не ожидал, что директор Нин будет такой красивой на пятом месяце беременности. Директор Нин собирается заставить кучу будущих матерей плакать Вот так.”

- Да, господин Лу, молодой господин Лу, госпожа Лу и молодая госпожа Лу сегодня изумительны. Семья Лу действительно благородная семья, и семья процветает.”

Лу Динхуа быстро рассмеялся и сказал: “Вы нам льстите. Спасибо, что пришли сегодня на банкет по случаю Дня Рождения моей жены. Всем приятного аппетита.”

Сегодня был день рождения Сун Яцзина. Поскольку ее родители были здесь, Нин Цин, естественно, не нуждалась в том, чтобы развлекать гостей. Ей просто нужно быть умной и послушной невесткой.

Каждый должен знать, как действовать в различных контекстах, и каждый должен знать, чтобы взять на себя различные роли в зависимости от случая.

Нин Цин подняла губы, чтобы выразить свою добрую волю гостям. Они медленно разошлись. Нин Цин посмотрела на сон Цзиня и сон Инцзе, которые были в отдалении, и сказала: “муженек, дядя и Инцзе там. Пойдем поздороваемся.”

Лу Шаомин держал маленькую ручку Нин Цин и не отпускал ее. Лицо мужчины было холодным и жестким, тонкие красные губы приоткрыты. Он с отвращением посмотрел на ее юбку. “Нин Цин, что на тебе надето? Ты совсем не похожа на беременную женщину.”

Другие беременные женщины носили белую или серую хлопчатобумажную и удобную одежду. Обычно он терпел ее, но сегодня здесь было так много людей, и она все еще не знала, как сдержаться.

Нин Цин посмотрела на свою одежду. Никаких проблем не возникло. - Муженек, что с тобой? Я так хорошо одета. Я ничего не раскрываю.”

Лу Шаомин промолчал.

Нин Цин посмотрела в сторону кухни. - Муженек, у меня нет времени обсуждать это с тобой. Не забудь о нашем соглашении.”

Нин Цин вырвалась из его хватки и побежала на кухню, поднимая платье.

Лу Шаомин: "... он был покинут!

…

Сун Яцзин подошел к Сун цзинь. Сун цзинь, держа в руке красное вино, закончил разговор с друзьями и посмотрел на Сун Яцзина. Он засмеялся и сказал: “сестра, ты сегодня прекрасна.”

Сун Яцзин посмотрел вниз и улыбнулся. - Брат, в этом году мне исполняется 55 лет. Почему я должна заботиться о том, чтобы выглядеть красивой? Даже ты дразнишь меня!”

Сун цзинь посмотрел на стоявшего неподалеку Лу Динхуа. “Динь-Хуа тоже тебя дразнит?”

Сун Яцзин проследила за его взглядом и увидела, что Лу Динхуа развлекает гостей, но его взгляд, казалось, случайно упал на нее. Его глаза были яркими и горящими. Ее юбка была разрезана с правой стороны. Она уже давно не носила туфель на высоком каблуке и чувствовала себя немного неловко. Но взгляд Лу Динь-Хуа несколько раз скользнул от ее туфель на высоких каблуках к разрезанному платью.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 276: Оказывается, Мама Хочет, Чтобы Папа Накормил Ее Тортом

Независимо от того, насколько сильной женщиной была Сун Яцзин, когда Лу Динхуа посмотрел на нее так, она начала краснеть.

Она отвела взгляд и посмотрела на старшего брата.

Сун цзинь отпил глоток красного вина и эмоционально сказал: "младшая сестра, я знаю, что образование семьи Сун позволило тебе занять стабильное положение госпожи Лу. Но в то же время ты потеряла СЧАСТЬЕ БЫТЬ ЖЕНЩИНОЙ. Разве так не лучше? Вы можете начать медленно наслаждаться жизнью. Отпусти поводья и передай эту семью Нин Цин. Она-великая наследница, это видно уже по самому банкету.”

На этот раз Сун Яцзин не стала возражать ему, но на ее лице появилась слабая улыбка.

В этот момент в холле зазвонили напольные часы. Дон, дон ... он ударил в общей сложности 8 раз. Сун Яцзин родился точно в 8 часов, когда зазвонили колокола.

Па! Свет в холле погас, и дверь кухни открылась. Мерцающие огоньки свечей сразу же привлекли внимание всех присутствующих на сцене.

‘

Все обернулись, чтобы посмотреть, и увидели только Нин Цин, держащую двумя маленькими ручками красивый торт, когда она выходила. Торт был украшен зажженными свечами.

Сун Яцзин увидела, как девушка медленно идет к ней, и в тени, отбрасываемой свечами, она увидела отражение девушки, улыбающейся ярко, как цветок.

Она застыла, и в этот момент в зале раздался низкий и чарующий голос, который пел. - С Днем Рождения тебя! С Днем Рождения тебя! С Днем Рождения дорогая мама…”

Сун Яцзин посмотрел в ту сторону, откуда доносился звук. Ее сын Лу Шаомин стоял среди людского моря и хлопал в ладоши, когда пел ей поздравительную песню.

Голос мужчины был похож на мелодичную виолончель, играющую в ночи. Он был низким и глубоким, говорил с подлинным английским произношением и мог заставить любого утонуть в его голосе.

Сун Инцзе тоже начал хлопать в ладоши, и он последовал за ним, чтобы спеть: "с Днем Рождения тебя…”

Поначалу пел один человек, но за ним последовало много других, а затем это стало объединенным хором всех поющих. Сон Яцзин стоял в оцепенении и забыл, как реагировать. Она почувствовала тепло, исходящее от ее талии; Лу Динь Хуа обнял ее за талию и встал рядом.

Нин Цин положила торт на стол. На ней все еще был повязан фартук. - Мама, я поздравляю тебя с Днем рождения, - мягко и нежно произнесла девочка.”

Сун Яцзин не знал, что сказать. Наверное, это был уже второй раз, когда у нее был день рождения. Первый раз это было в доме семьи Сонг. Она и ее сестра, сон Яшу, были дома. Ее старшему брату было всего 12 лет. В руках у него был торт, а трое братьев и сестер собрались вокруг стола и радостно запели happy birthday.

То время было слишком давно, и ее воспоминания о нем были расплывчатыми.

За эти годы она посетила множество банкетов, торжественных и величественных мероприятий. Многочисленные изысканные вина и восхитительные спреды, и постоянное море лиц, которые были замаскированы и действовали со скрытыми целями... она медленно оцепенела.

В этот момент ее сердце было мягким, как песок, как будто что-то вошло внутрь, и от этого случая ее глаза наполнились слезами.

- Мама, ты сегодня именинница. Приходите и загадайте желание, а затем быстро задуйте свечи. Нин Цин встала рядом с Сун Яцзин и нахально подмигнула ей.

Загадать желание?

Сун Яцзин нерешительно посмотрела на Нин Цин.

- Правильно, Загадай желание.- Нин Цин потянула Сун Яцзин за руки и научила ее складывать их вместе. - Мам, закрой глаза.”

Сун Яцзин поспешно закрыла глаза, и ее движения были немного скованными. Было очевидно, что в своей жизни она никогда по-настоящему не испытывала ничего подобного.

Ее разум был в беспорядке, и она не знала, о чем думать, а потом... она надеялась, что все будет хорошо как для семьи Лу, так и для семьи Сун.

Сун Яцзин открыла глаза, а Нин Цин рассмеялась и сказала: “Хорошо, тогда мы сейчас задуем свечи. Папа, дядя, Шаомин, Инцзе, давайте дунем вместе с мамой.”

“Конечно.”

Лу Динь Хуа держал Сун Яцзина за талию, и они наклонились и задули свечи вместе с толпой.

В это мгновение свет в зале снова зажегся, и пузыри и воздушные шары над их головами были проколоты, осыпая посетителей вечеринки разноцветными серпантинами.

Бах! Лу Шаомин открыл бутылку шампанского. Он вылил жидкость из 18-этажной башни красного вина, чтобы достичь дна. Лу Динхуа взял стакан и передал его Сун Яцзину. - Дорогая, я поздравляю тебя с Днем рождения. Ну же, давайте повеселимся.”

- Мадам Лу, мы поздравляем вас с Днем рождения. Ваше здоровье!- Толпа поздравила ее.

Сун Яцзин перевела взгляд с лица Лу Динхуа на Сун Цзиня, затем с Лу Шаомина на Сун Инцзе. Затем она быстро оглядела присутствующих на сцене. Она улыбнулась, и это была улыбка из глубины ее сердца.

Ей было так тепло.

Наконец она взглянула на девушку, сидевшую рядом с ней. Девушка протянула ей нож и сказала: “Папа, Мама, вы, ребята, разрежьте торт вместе. Этот торт был испечен лично мной. Это мой первый раз, когда я делаю торт; если он не очень вкусный, пожалуйста, извините меня, отец и мать.”

Лу Динь-Хуа взял Сун Яцзин за руку и разрезал торт посередине. Он рассмеялся и сказал: “Нин Цин, нам не нужно пробовать этот торт, чтобы знать, что он определенно хорош.”

“Совершенно верно. Директор Нин, этот торт полон вашего сыновнего благочестия и любви; он определенно будет вкусным.”

Лу Динхуа отрезал первый кусок, и слуга, который пришел, чтобы разрезать торт на более мелкие кусочки. Лу Динь-Хуа взял маленькую вилку и отправил кусочек в сторону губ Сун Яцзина. - Йаджинг, откуси кусочек.”

Сун Яцзин покраснела. Все присутствующие смотрели на него. В сумме им обоим было больше ста лет, и они все еще кормили друг друга на глазах у всех.

Она протянула руку, чтобы взять торт, но Лу Динхуа убрал свою руку, не позволяя ей сделать это.

Нин Цин смеялась позади них, и она сказала: “Мама, сегодня твой день рождения. Ты сегодня самый важный. Папа накормил тебя кусочком торта, а ты уже отказываешься; это значит, что завтра тебе придется накормить папу еще одним кусочком торта.”

“Совершенно верно, мадам Лу. Вы были женаты с президентом Лу более 30 лет; мы не думали, что вы двое все еще будете так любить друг друга. Толпа хлынула вперед.

Сун Яцзин хотела обернуться и посмотреть на Нин Цин. Она вела себя так грубо, и она посмела дразнить ее?

Но в следующее мгновение она почувствовала, что падает, и оказалось, что Нин Цин, стоявшая позади нее, толкнула ее, и она неожиданно врезалась в объятия Лу Динхуа. Лу Динь-Хуа удобно ухватился за нее.

“Мама.- Нин Цин направила две свои маленькие руки, чтобы прикрыть глаза. - О, оказывается, мама на самом деле хотела, чтобы папа обнял ее, когда кормил тортом. Мне неловко смотреть на это.”

Сун Яцзин: "... " она хотела отступить.

Но она услышала тихий смех Лу Динхуа над своей головой. Мужчина обхватил ее за талию, рассмеялся и сказал: “Йаджинг, откуси кусочек. - Он поднес торт к уголкам ее губ.

При этом движении все засмеялись.

Вокруг было так много людей. Все лицо Сун Яцзина было багрово-красным. У нее не было выбора. Она подняла глаза и увидела только лицо Лу Динь Хуа, который мягко улыбался, глядя на нее.

Они были женаты так много лет, и ее сердце вдруг забилось быстрее.

Она открыла рот и откусила кусочек от руки Лу Динь Хуа.

- Мам, а что ты думаешь о вкусе? Лицо Нин Цин было полно предвкушения, когда она смотрела на Сун Яцзин; это действительно был ее первый раз, когда она пекла торт.

Лу Динхуа отпустил ее, Сун Яцзин отступила на шаг, и она попробовала его на вкус. Выражение ее лица застыло, но она быстро улыбнулась. Она похвалила Нин Цин и сказала: “Ммм, это хорошо.”

- Неужели?- Нин Цин тут же пришла в восторг.

Каждый получил кусок пирога и попробовал его на вкус. Выражение лица у всех было такое же, как У Сун Яцзина, и после того, как они замерли на некоторое время, они обменялись напряженным смехом между собой. - Ха-ха!”

- Директор Нин лично испекла этот торт, он определенно отличается от остальных. Этот вкус не может быть найден в другом месте. Мы все здесь сегодня имеем честь попробовать благодаря госпоже Лу.”

Нин Цин улыбнулась еще ярче.

Внезапно в зале зазвучала музыка. На вечеринке по случаю Дня Рождения всегда звучала музыка, но эта музыка была другой. Она началась со звуков трубы, затем к ней медленно присоединились пианино, барабаны ... Банкетный зал был наполнен романтической атмосферой из мелодии французского шансона романтической эпохи.

Толпа посмотрела в сторону сцены. Занавеси были подняты, и на сцене играл французский оркестр.

В этот момент кто-то воскликнул: “О боже, это действительно была группа Stven! Эта группа исполняет французскую классическую музыку и создала новую волну по всему Китаю в прошлом веке. Они завоевали много женских сердец. Stven Band - это воспоминания целого поколения. Им уже за 60! Они были в отставке в течение десятилетий и существовали только в воспоминаниях людей. Кто их сюда пригласил? Этого нельзя было добиться одними деньгами!”

Все посмотрели на Нин Цин.

Главный певец Ствена уже пел. Зазвучала знакомая мелодия, и прекрасные воспоминания того поколения нахлынули потоком, Сун Яцзин в шоке посмотрела на сцену.

“Папа.- Нин Цин указала на Лу Динхуа. Яркие и красивые глаза девочки сверкали, как звезды на небе “ " что папа сейчас там делает?”

Лу Динь-Хуа все понял, отвел взгляд, по-джентльменски наклонился и протянул руку к Сун Яцзину. - Дорогая, могу я пригласить тебя на танец?’

Сун Яцзин взглянула на Нин Цин. Нин Цин ярко улыбалась, изогнув брови. - Мама, забудь о своей ноше и наслаждайся временем!”

Сун Яцзин медленно скривила губы в улыбке и кивнула в сторону Нин Цин. Затем она протянула руку Лу Динхуа.

Они вместе танцевали.

…

Лу Динхуа держал Сун Яцзин за талию, и они вдвоем танцевали. Лу Динь Хуа посмотрел на группу Stven на сцене и спросил мягким голосом: "тебе нравится Stven? Когда ствен был популярен, тебе тогда было всего 18 лет; я не ожидал, что ты будешь гоняться за звездами.”

“Правильно, в то время мне было всего 18 лет! Я был в возрасте восстания. Внешне я вела себя как чопорная и порядочная дочь богатой семьи, как того требовали от меня родители. Но я прогуливала занятия и ходила с младшей сестрой Яшей перелезать через стены, чтобы тайком смотреть концерты СТВ. Я не решился купить билеты, так как боялся, что мои родители узнают об этом. Поэтому мы с сестрой спрятались снаружи и стали наблюдать. Это был холодный зимний день. Наши ноги и руки замерзли, но мы были так счастливы.”

Иногда музыка может опьянить человека сильнее, чем бутылка красного вина. Все воспоминания Сун Яцзин вернулись к тому прекрасному времени ее юности. Она сняла маску с лица и улыбнулась той улыбкой, которая была у нее с детства.

Лу Динхуа серьезно посмотрел ей в лицо и улыбнулся, продолжая молчать.

Сун Яцзин отпустил его руку и сказал: “Динь-Хуа, мне никогда не нравились такие светские танцы. Ты, наверное, не знаешь об этом, но до того, как я вышла за тебя замуж, я научилась танцевать. В то время мы с младшей сестрой слушали песни Ствена и танцевали под эту музыку.”

Сун Яцзин двигала своими конечностями и танцевала 4 маленьких шага.

- Мама, ты так здорово танцуешь!- Нин Цин издалека захлопала в ладоши от аплодисментов. Лу Шаомин обхватил ее за плечи и тоже перевел взгляд на свою мать.

Сун Яцзин почувствовала, что краснеет. Она заправила завитые волосы за уши. Лу Динь-Хуа увидел, что она так себя ведет, и снова заключил ее в объятия. Движения дуэта были продуктом их богатого воспитания, и они были правильными и стандартными. Но с тех пор двое из них не танцевали подобающих па, и они небрежно обнимали друг друга.

“Что еще ты можешь мне сказать?”

“Есть еще один секрет. Когда я пошла с тобой на свидание вслепую, ты мне на самом деле не понравилась.”

- Но почему?”

- Потому что в то время я была влюблена в одного парня в школе. Он очень хорошо пел песни Ствена. Но мой отец и мой старший брат сказали, что Лу Динхуа был моим единственным выбором.”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 277: Нин Цин, Спасибо

“Так ты женился на мне?- Тихо спросил Лу Динхуа.

- Да, - кивнул сон Яцзин, - я женился на тебе.”

Некоторое время они молча танцевали. Лу Динхуа протянул руку и коснулся волос Сун Яцзин. - Яджинг, я уже второй раз вижу четыре маленьких шага, которые ты только что сделал.”

Сун Яцзин была погружена в музыку Стэвена, но внезапно напряглась, услышав его.

“В первый раз я видел, как ты танцевала возле танцевальной студии. После этого я побежал домой и сказал маме: “Мама, эта девушка по имени Сун Яцзин-моя Госпожа Лу.”

Сун Яцзин недоверчиво поднял глаза. “Вы…”

Лу Динхуа улыбнулся. “В то время я хотел жениться только на тебе, поэтому оттолкнул всех этих благородных дам и выбрал семью Сун. К сожалению, после того, как я вышла за тебя замуж, ты перестала танцевать.”

Песня Яцзин: “…”

“За эти годы у меня было несколько женщин, которые были рядом со мной на улице. Я знаю, что ты не ревнуешь и не обращаешь на них внимания. Если бы вы обратили на них внимание, то поняли бы, что они так или иначе очень похожи на вас.”

Сун Яцзин услышал это и быстро протянул руку, чтобы ударить его.

Лу Динь-Хуа заключил ее в объятия. “Не поймите меня неправильно, пока мужчина из семьи Лу женится на своей жене, он будет иметь только эту женщину в своей жизни. Яджин, мы женаты уже 35 лет; дай мне немного женской нежности.”

…

Глядя на своих родственников в отдалении, Нин Цин была действительно смущена. Лу Шаомин обхватил ее плечи руками. Она уткнулась лицом в грудь мужчины и прошептала: “муженек, я не знала, что у мамы с папой такие хорошие отношения. Мне так стыдно смотреть на них.”

Лу Шаомин обернулся вместе с ней. - Я тоже впервые вижу их так близко, женушка. Это все благодаря тебе.”

Нин Цин быстро подняла голову. Из-за разницы в росте она могла смотреть только на его сексуальный кадык и твердый подбородок. Она вовсе не была скромницей и улыбалась. “Совершенно верно, муженек. Твоя жена-самая лучшая. Все сердца людей сделаны из плоти. У нас с мамой нет никаких конфликтов интересов, и мы тоже семья. Пока я отношусь к ней с искренностью и сыновней набожностью, мама примет меня, когда увидит, насколько я хорош.

- Я понимаю маму. Иногда окружающая среда решает жизнь человека. Мама была миссис Лу слишком много лет. Она забыла, что у нее есть другое имя-Сун Яцзин, и она может быть самой собой. Пока я нахожу мамину мягкость, а потом постепенно снимаю с нее личину, мама будет счастлива, и моя будущая жизнь будет комфортной.”

Лу Шаомин с обожанием погладил ее по волосам и спросил: “Откуда ты знаешь, что маме нравится ствен?”

- Инцзе мне сказала.”

Лу Шаомин замер на полушаге. Он быстро убрал свою большую ладонь с ее плеча, и его тонкие красные губы вытянулись в несчастную прямую линию. Он уже собирался уходить.

- Эй, Шаоминг! Нин Цин быстро схватила его за руку. Ее белокурый, тонкий, маленький указательный палец спокойно поднялся к кончику его носа и потер его, когда она сказала: “я солгала, дядя сказал мне. Муженек, я наконец-то поняла, что ты ревнуешь меня к Инцзе! Ты действительно завидуешь этому маленькому ребенку. Вы, должно быть, смущены! ”

Она держалась за него. Девушка смеялась над ним. Она потерлась своим мягким телом о его руку, как очаровательная женщина. Его сердце немного смягчилось, а лицо слегка покраснело.

Он проигнорировал ее и пошел дальше.

Нин Цин следовала за ним, как маленький хвостик. Когда они подошли к стойке с тортами, Нин Цин гордо улыбнулась. - Муженек, видишь, как популярен торт твоей жены? Каждый съел все это, не тратя впустую.”

Лу Шаомин нахмурился. - Почему я не попробовал его на вкус?”

В первый раз жена испекла торт не для него. Он был не первым, кто попробовал его на вкус. А теперь он даже не успел его съесть.

Нин Цин посмотрела на выражение его лица и хихикнула: “муженек, разве ты не ненавидишь десерты?”

Лу Шаомин: "... " я проигнорирую ее.

Нин Цин взяла его за большую руку и повела на кухню. На застекленном кухонном столе лежал маленький кусочек торта. Нин Цин подняла его и протянула мужчине. “Когда я только что разрезала пирог, то велела слуге оставить тебе кусочек. Как мог мой муж не съесть кусочек? Попробуй, муженек?”

Лу Шаомин взял торт и посмотрел на нее с выражением “так-то лучше”.

Лу Шаомин нахмурился, когда вилкой отправил в рот кусок пирога.

Нин Цин нервно посмотрела ему в лицо и тихо спросила: “муженек, разве это не восхитительно?”

Лу Шаомин взяла кусочек и поднесла к губам. - А ты попробуй.”

“ОК. Нин Цин открыла рот.

Но она не могла съесть его, потому что Лу Шаомин убрал руку и положил пирог в рот.

Нин Цин быстро рассмеялась и положила ему на плечо маленький нежный кулачок. - Муженек, дай мне кусочек. Я еще не пробовал своего ремесла!”

Лу Шаомин не исполнил ее желания и вскоре прикончил маленький кусочек пирога.

Нин Цин в гневе топнула ногой. Ее нежные щеки сердито надулись, затем она яростно повернула голову с “хм".- Она даже не взглянула на него.

Лу Шаомин с тихим смехом подошел к ней и обнял сзади. - Зол? Поскольку навыки жены слишком хороши, мужу пришлось съесть немного больше.”

“Но ты не можешь не дать мне немного, - сердито сказала Нин Цин.

- Женушка, я тебе кое-что оставил. Лу Шаомин протянул левую руку, и его указательный палец был покрыт хлебом из пирога.

Мягкое тело Нин Цин изогнулось в железных руках мужчины, когда она увидела хлебные крошки. Она запротестовала: "что это? Я хочу попробовать немного крема.”

- Сливки исчезли. Съешь немного хлеба.- Лу Шаомин крепко поцеловал ее в маленькое личико.

У Нин Цин не было другого выбора. Лучше иметь немного, чем совсем ничего. Она открыла рот и съела хлеб с пальцев мужчины.

Хлеб попал ей в рот, мягкий и вкусный. Нин Цин была удовлетворена, но быстро нахмурила брови, так как мужчина не убрал указательный палец от ее рта.

- Лу Шаомин! Маленькое личико Нин Цин покраснело, и она вырвалась из его объятий. Она спряталась в углу с настороженным взглядом. - Ты!” Что ты делаешь?”

Лу Шаомин откашлялся. “Нин Цин,ты ведь не забыла о сегодняшнем обещании?”

Нин Цин избегала его взгляда. Ее встревоженный и застенчивый вид был как у молодой девушки: "нет…”

Ему незачем постоянно напоминать ей об этом. Она будет нервничать.

Лу Шаомин подошел к ней на своих длинных ногах. - Хорошо, это просто чтобы помочь тебе привыкнуть.”

Нин Цин хотела просверлить дыру в земле и исчезнуть. Чистый и гнетущий запах мужчины приближался. Ее маленькие ручки крепко вцепились в края платья. Она очень нервничала.

Она боялась, что он будет издеваться над ней, не заботясь об этом случае.

В это время она услышала: “юная госпожа.- Слуга уже приходил. Она не ворвалась в кухню без приглашения, а осталась стоять у двери. - Юная мадам, экономка попросила вас прийти и обсудить кое-что о банкете.”

Как будто Нин Цин была амнистирована. Она толкнула его в грудь своей маленькой белокурой ручонкой и тут же выбежала.

Лу Шаомин был очень обеспокоен тем, как она бегала так небрежно. Она была уже на пятом месяце беременности, но ее тело все еще было таким подвижным. Она любила частые пробежки, и он боялся, что в конце концов она упадет и покалечится.

Лу Шаомин встал у кухонной двери, посмотрел на слугу и тихо спросил: "Вы уверены, что сахар сегодня не перепутали на кухне?”

Маленький слуга украдкой взглянул на своего молодого хозяина. Мужчина был одет в черную рубашку и брюки, а на запястье у него висели скромные роскошные часы. Его скульптурное красивое лицо было скрыто в темноте, и он казался более благородным и спокойным. Обаяние зрелого мужчины было на нем необыкновенным.

Лицо слуги побагровело. Она быстро прошла на кухню и достала коробку с сахаром. После того, как она попробовала его, выражение ее лица изменилось. - Молодой господин, возможно, кто-то ошибся. Сахар был смешан с солью.”

“Иметь смысл.- Лу Шаомин что-то промурлыкал и вышел.

Маленькая служанка вдруг подумала: "О нет, пирог молодой госпожи сделан из этого сахара. Неужели все пирожные соленые?”

…

Банкет по случаю Дня рождения подошел к успешному завершению, и важные персоны постепенно разошлись. Семья из четырех человек стояла у двери, провожая оркестр Ствена.

Нин Цин стояла рядом с Лу Шаомоном. В это время она все еще чувствовала себя неполноценной. Ее муж и даже свекор свободно говорили по-французски, но она не понимала его.

Она чувствовала себя неловко.

Сон Яцзин разговаривал с вокалистом группы Stven. - Вы, ребята, ушли из музыкальной индустрии около 20 лет назад. Я не ожидал, что вы встретитесь сегодня на моем банкете по случаю Дня рождения. Благодарю вас за чудесные воспоминания, которые вы мне принесли. Я отлично провела время сегодня вечером!”

Вокалист посмотрел на Нин Цин и с улыбкой сказал: “Ты должен поблагодарить эту прекрасную девушку. Мы не собирались приезжать, но девочка несколько раз подходила к нашим дверям и говорила, что хочет сделать маме самый лучший подарок на день рождения. Она приготовила для нас специальный самолет и даже пригрозила привезти нас сюда, даже если ей придется связать нас и похитить. С правильным количеством силы воли вы можете достичь чего угодно. Мы были тронуты ее искренностью. Мы ничего не могли поделать. Мы уже здесь.”

Нин Цин примерно знала, что они обсуждают ее. Она сложила руки вместе и поклонилась. Она подмигнула и смущенно сказала по-английски: “Я очень сожалею, что так дерзко прервал вас. Спасибо вам за ваше замечательное пение. Спасибо.”

Лу Динхуа и Лу Шаомин обменялись с ними еще несколькими словами, после чего группа ствен уехала на своей личной машине.

На вилле слуги убирали и наводили порядок. Все четверо стояли у двери и разговаривали. В глазах Сун Яцзин не было обычной суровости, и она стала очень нежной. Она посмотрела на Нин Цин и сказала: “Нин Цин, спасибо.”

Она попросила ее сбросить с себя бремя, стать красивой женщиной и наслаждаться временем, которое принадлежит ей. Сегодня она была по-настоящему счастлива.

Это было все равно, что вернуться на много лет назад. У нее была возможность сбросить доспехи и расслабиться.

Нин Цин сверкнула милой улыбкой. - Мам, не за что. Сегодня твой день рождения. Пока мама счастлива, все хорошо.”

Сун Яцзин была тронута до глубины души, но она не была человеком, который мог быть сентиментальным, поэтому она спросила о серьезных вещах. - Шаомин, Нин Цин, где вы сегодня спите? Ты хочешь ... спать дома?”

Говоря о том, где спать, Нин Цин чувствовала себя немного виноватой.

Она не знала, сделал ли это Лу Динь Хуа бессознательно или намеренно, но она увидела, как рука Лу Динь Хуа на плече Сун Яцзин скользнула вниз к ее талии.

Нин Цин сразу же почувствовала себя неловко. Может быть, она случайно заметила намек свекра своей свекрови?

Подняв сверкающий взгляд на мужчину рядом с собой, она ждала, что он откроет рот.

Именно тогда он должен был заговорить.

- Папа, мама, сегодня уже слишком поздно. Все устали. Мы вернемся в чайный павильон виллы. Тебе тоже надо лечь пораньше.”

Лу Динхуа тут же открыл рот и сказал: “Хорошо, тогда веди машину осторожно.”

Лу Шаомин взял Нин Цин за маленькую ручку и повел ее к "Бентли". Машина тронулась. Нин Цин посмотрела в зеркало заднего вида. Сун Яцзин стоял у двери и смотрел, как они уходят. Лу Динхуа сразу же схватил ее за талию и пояс и пошел наверх.

Сун Яцзин был немного неловок и слегка подтолкнул Лу Динхуа, прежде чем подняться по лестнице. Губы Лу Динхуа коснулись ее лица, как только они оказались наверху.

Нин Цин быстро отвела взгляд. Ее дыхание участилось, и она подумала — Нет, она не должна этого видеть. Не стоит этого видеть... у нее будет хлев в глазу.

Ее осенние глаза случайно встретились с блестящими черными глазами мужчины.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 278 - Он Будет Использовать Оценивающий Взгляд, Чтобы Посмотреть На Меня

Их взгляды встретились. Маленькая голова Нин Цин взорвалась с треском!

Она быстро замахала руками и сказала: “я ничего не видела.”

Лу Шаомин обернулся и посмотрел прямо перед собой. Большая рука, державшая руль, плавно повернула, и "Бентли" выехал на главную дорогу. Он скривил губы в улыбке и беззаботно рассмеялся, когда спросил: “женушка, за что ты так виновата? Разве я сказал, что ты что-то видел?”

Нин Цин: “…”

Она была немного взволнована. Ее собственный муж видел ее насквозь, и это было абсолютно неловко.

И они возвращались на виллу чайного павильона…

Фу.

Она повернула свою маленькую головку к окну. Ее маленькое личико было красным, как яблоко. Ее глаза ярко блестели, и она заморгала. Это было похоже на звезды в небе.

Через несколько секунд она поняла, что мужчина тоже смотрит на нее искоса. В отражении окна машины был глубокий взгляд мужчины, и он смотрел на нее с нежной улыбкой на лице.

Ее маленькую головку ласкали. - Не надо стесняться, подумай о себе.”

Нин Цин: "... что было не так с этой ночью? Двое мужчин из семьи Лу должны были выбрать Сегодня вечером?

….

Рядом с виллой семьи Лу стоял роскошный седан. Чжоу Чжилэй сидел на водительском сиденье.

Ее глаза пристально смотрели на исчезнувший "Бентли". Она еще раз взглянула на яркий и роскошный вид на виллу семьи Лу.

Праздничный банкет уже закончился. Она просидела в машине целых 3 часа. Она слышала доносившиеся изнутри звуки Ствена, а также веселье и радость происходящего.

Но она не могла даже пройти через главные двери.

Они не пригласили ее на праздничный банкет!

Чжоу Чжилэй тяжело дышал. Почему? Она была всего в шаге от того, чтобы стать Миссис Лу, но из-за этой проклятой Нин Цин, которая появилась из ниоткуда, один шаг превратился в миллион миль.

Она не могла смириться с такой судьбой.

Она достала телефон, чтобы позвонить. - Привет, Старший Брат. Мне нравится Шаоминг. Он мне действительно нравится. Старший брат, я умоляю Тебя помочь мне; я твоя младшая сестра по крови…”

…

В чайном павильоне Вилла

Когда они вошли в гостиную, Лу Шаомин держал Нин Цин за маленькую ручку. Тетушка Ян вышла поприветствовать их и сказала: “сэр, мадам, вы оба вернулись. Я сварил немного супа. Мадам,пожалуйста, выпейте чашку.”

“Конечно.- Сегодня вечером она ела только десерты и отказалась от своей обычной порции питательного супа. Хотя иногда она бывала упрямой, чтобы маленький молодой господин Лу окреп, Нин Цин каждый день пила суп.”

Она вошла в столовую и схватила миску с супом. Она сделала маленький глоток.

- Нин Цин.- Мужчина стоял на лестнице и смотрел на нее. - Сегодня у меня не так много.”

Нин Цин застыла, и она услышала, как тетя Ян рассмеялась и сказала: “Сэр, почему вы просите у мадам меньше? Обычно сэр хотел бы, чтобы мадам могла выпить две чаши.”

Лу Шаомин держал одну руку в кармане, и его темные глаза случайно взглянули на молодую мать, которая даже не осмелилась поднять глаза. “Это потому, что я боюсь, что ей будет неудобно немного позже.”

Мужчина поднялся наверх.

Нин Цин: “…”

…

Прежде чем подняться наверх, Нин Цин немного пошарила вокруг. Она вошла в спальню. Лу Шаомин стоял у стойки, наливая красное вино в бокал. Увидев, что она входит, он сунул одну руку в карман, а в другой держал бокал с вином. Он элегантно повернулся, медленно подошел к дивану и сел.

- Нин Цин, иди сюда.- Голос мужчины был низким и глубоким.

Нин Цин подошла к нему маленькими шажками. Ее красная тюлевая юбка упала к его ногам.

Он вынул из кармана большую руку и похлопал себя по бедрам. - Я хочу, чтобы ты сидела в моих объятиях. Разве это неудобно в таком положении?”

Маленькое личико Нин Цин покраснело. Ее маленькие ручки были сложены на груди, она подняла глаза, посмотрела на него и вернулась в спальню. Он пошевелил руками, чтобы расстегнуть несколько пуговиц на рубашке. Поскольку она стояла, то могла ясно видеть его завораживающую скульптурную грудь.

На его черных брюках не было ни единой складки. Под тонкими брюками виднелись крепкие мускулистые бедра; он был чрезвычайно мужествен.

Эта мужская привлекательность мучила Нин Цин, и у нее кружилась голова. Он держал ее маленькую руку, и она приподняла юбку, когда забралась в его объятия, чтобы удобно устроиться у него на коленях.

Лу Шаомин крепко обнял ее. Его красивая спина откинулась на спинку дивана. Девушка расслабилась и ослабила напряжение в своем теле. Она была мягкой и уютно устроилась в объятиях мужчины.

“Сколько супа ты выпила?- спросил он.

Влажные глаза Нин Цин сурово посмотрели на него. У него еще хватило смелости спросить?

Он поднялся наверх, но тетя Ян долго ворчала на нее. У нее не было лица, чтобы отказать ей. Она больше не могла этого выносить, поэтому поспешно сделала два глотка и поднялась наверх.

“… Немного.”

- МММ. Лу Шаомин поцеловал ее в лоб и сказал: “Разве ты не хотела выпить красного вина? Поскольку мамы здесь нет, я позволю тебе сделать два глотка. Содержание алкоголя не очень высокое.”

Глаза Нин Цин заблестели, и она сказала: "Да, да! Она уверенно кивнула в его объятиях.

Мужчина очень жалел ее, и он использовал свою руку, чтобы накормить ее двумя маленькими глотками.

Красное вино попало ей в рот. На нежных щеках Нин Цин появилась пара маленьких довольных ямочек.

- Это хорошо?”

“Это хорошо... - тихо ответила Нин Цин. Когда он снова захотел покормить ее, она протянула свою маленькую ручку, чтобы помешать ему. Ее маленькая головка уткнулась ему в шею, и она нежно подтолкнула его локтем. “Я больше ничего не хочу. Я прекрасно выпью немного. Если у меня будет еще что-то, маленький молодой мастер Лу пнет меня.”

- Хех. Мужчина улыбнулся и залпом выпил оставшееся в бокале красное вино. В крошечных ушах Нин Цин эхом отдавались звуки, издаваемые человеком, глотающим жидкость, и покачивание его адамсова яблока.

После этого мужчина снял с ее затылка хрустальную заколку. Ее волосы упали вниз. Четко очерченная большая ладонь мужчины медленно погрузилась в ее волосы. Он повернул голову и поцеловал ее в мягкие губы.

Все чувства Нин Цин были наполнены запахом его тела. Его свежий и чистый аромат смешивался с ароматом красного вина.

Это может загипнотизировать женщину.

Нин Цин открыла глаза и посмотрела на него. Ресницы мужчины были похожи на две кисточки. Двойная линия век мужчины была очень глубокой после того, как ему исполнилось 30 лет. Когда он целовал ее, нахмурившись, по его лицу пробегала рябь-признак зрелости мужчины.

Нин Цин открыла рот. Ее маленькие ручки легли ему на плечи, и она выпрямилась. Она обняла его за голову, прижала к дивану и взяла на себя инициативу поцеловать его без всякого опыта.

Через некоторое время они расстались. Лу Шаомин открыл глаза и увидел, что маленькая женщина кусает свои красные и распухшие губы. Она выглядела так, будто хотела посмотреть на него, но боялась, вместо этого предпочитая украдкой поглядывать на него.

Она была живой и яркой.

Лу Шаомин крепко обнял ее. Он держал на руках маленькую девочку, которую любил. - Детка, почему ты такая милая?”

Нин Цин ответила на его объятия, и она, естественно, отклонила вопрос. - Муженек, почему ты разозлился во время банкета по случаю Дня рождения?”

Лу Шаомин задрала юбку и сказала: "мне это не нравится.”

- Но почему? Это очень красиво.”

- Это потому, что он слишком красивый! Разве вы не видели, как все присутствующие на сцене мужчины уставились на вас?”

Нин Цин расхохоталась. Она обхватила ладонями его красивое лицо и нежно прикусила уголок губ. - Муженек, почему ты все время ревнуешь? Люди, естественно, бросают на что-то красивое второй взгляд. Ваша жена такая красивая, что вы можете с этим поделать? Другие просто смотрят, и они не имеют в виду ничего другого.”

Лу Шаомин поднял свои сильные брови и сказал: “Это правда?”

Тогда что она скажет по поводу торта?

Его мать была тронута ею. Он пожалел ее и не дал ей понять, что пирог соленый.

Но точно так же, как она сказала, все присутствующие гости съели торт, и они даже не потратили его впустую. Если он не был вкусным, они могли бы полностью откусить, чтобы показать свои усилия, но эта элита и светские люди никогда не заботились так сильно о торте. Однако торт, который испекла Нин Цин, вероятно, был другим.

Они слышали, что его жена была светской львицей номер один в городе Т, и что она также была богиней нового поколения. Он никогда не обращал внимания на такие вещи, и теперь, когда он думал об этом, он был довольно ревнив.

Похоже, она всем нравилась.

Даже если это была не любовь, она умела создать хорошее впечатление, которому трудно было сопротивляться.

Нин Цин увидела его ревнивое выражение лица и в глубине души обрадовалась. - Муженек, ладно, не ревнуй. Я приму это к сведению в будущем. Я не планирую иметь сексуальный образ в будущем. Когда я иногда появляюсь на гала-концертах, я обычно элегантен в своем вкусе. Тебе не позволено быть резким со мной. Все женщины любят быть красивыми. Если ты будешь контролировать меня так, как я буду это терпеть в будущем?”

Лу Шаомин услышал ее слова и почувствовал, что что-то не так. Он не хотел контролировать ее. Он, Лу Шаомин, не опускался до уровня тех мужчин, которым необходимо контролировать своих женщин.

“А раньше он не ревновал?”

Еще один он.

- Да... - Нин Цин немного подумала и добавила: - По-моему, он редко ревновал. Когда я надевала одежду, пока она не открывалась, он не сердился. Более того, когда я надевала красивую одежду, он бросал на меня оценивающий взгляд.”

- Неужели?- Лу Шаомин ей не поверил.

“Действительно. Нин Цин задумалась и сказала: “ ... Я думаю, что однажды, когда я снимала, Сюй Цзюньси вошел в мою комнату, и мы попали в скандал. В это время он примчался из города ти.”

Лу Шаомин скривил губы в улыбке и сказал: “Это тоже называется не ревновать?- Этот человек никогда не говорил, что ревнует, но он похоронил это в своем сердце. Он был из тех людей, которые внешне кажутся мягкими, но внутри строят козни.

Нин Цин обняла мужчину за талию и маленькими губками слегка коснулась его красивого лица. - Муженек, я приму это к сведению в будущем. Вы также должны быть более любезны. Тебе нужно хорошо меня побаловать. Это было твое обещание, когда ты сделал мне предложение.”

“Окей. Лу Шаомин кивнул головой и опустил взгляд, чтобы найти ее красные губы, а затем нежно поцеловал ее.

Поцеловав ее некоторое время, он отпустил ее и поцеловал в волосы. - Женушка, прежде чем я встретил тебя, я думал подождать несколько лет, чтобы найти подходящую женщину для брака. Брак по договоренности между богатыми семьями для укрепления отношений был приемлемой перспективой. Разве не все так живут? Сколько людей могут по-настоящему встретить свою настоящую любовь?

“С самого рождения я никогда не испытывал семейной любви. То же самое было и с семьей Лу. У нас в семье никогда не было веселого смеха, мы были холодны и суровы. Но после того, как ты вышла за меня замуж, все изменилось. Сегодня, на банкете по случаю Дня рождения, мама была очень счастлива. Она не была молода телом, которое поддерживала, но скорее ее сердце стало на десять лет моложе. Мой отец использовал это выражение в своих глазах, чтобы посмотреть на мою мать.. Вы знаете, с точки зрения ребенка, нет ничего лучше, чем смотреть на своих родителей в любви и видеть любовные выражения, которыми они обмениваются. Нет ничего лучше, что могло бы заставить человека почувствовать тепло, потому что это своего рода...чувство безопасности.”

- Нин Цин, спасибо. Моя жизнь так изменилась благодаря твоему присутствию.”

Нин Цин мило улыбнулась и сказала: “муженек, ты не должен меня благодарить. Вы относитесь ко мне так же, вы очень хорошо относитесь к моим родителям.”

“Это совсем другое дело. Ты-женщина. Ты отдалась мне, и поэтому очень важно, чтобы я хорошо относился к твоим родителям.”

Нин Цин толкнула его в грудь своими маленькими ручонками. Она покраснела и ударила его кулаком. “Ты говоришь так, как будто не отдаешься мне.”

Глаза Лу Шаомина потемнели. Он быстро поднял девушку и отнес ее на мягкую кровать.

- Лу Шаомин, выключи свет!”

- Женушка, ты уверена, что хочешь выключить свет? После того, как я выключаю свет, все погружается в темноту. Вы уверены, что не поцелуете не того человека?”

Нин Цин: “…”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 279: Не стану ли я тогда третьим колесом?

Время летело. Прошло два месяца. Нин Цин была уже на седьмом месяце беременности.

За эти два месяца Сун Инцзе сначала улетела обратно в Соединенные Штаты, а затем Нин Цин успешно сотрудничала с Сун Цзинем.

Фондовый рынок совпал со вторым бычьим рынком. А благодаря уникальному видению Нин Цин, когда она инвестировала в индустрию развлечений, ее собственный капитал вырос в восемь раз всего за два месяца. Она стала настоящим миллиардером-директором в индустрии развлечений.

Отношения между Нин Цин и Сун Яцзин также быстро улучшались. Сун Яцзин постепенно оставила дела семьи Лу и путешествовала с Лу Динхуа, наслаждаясь второй весной своей жизни.

В тот день Нин Цин была на вилле семьи Лу. Она сидела на диване в гостиной и болтала с сон Яцзин. Сяо Чжоу протянул ей приглашение.

"Ning Qing, Ellow, основатель Samp;W, бренда роскошной одежды в Англии, приглашает вас посетить их показ мод. Нин Цин, ты хочешь пойти?- Спросил Сяо Чжоу.

- Samp;W?- Нин Цин повторила имя и посмотрела на Сун Яцзин. - Мам, я помню, что видела, как ты носишь Samp;W.”

Сун Яцзин кивнул. Она посмотрела на приглашение и сказала: “Да, я ношу бренд Samp;W. благородный дизайн этого бренда очень отличителен. К сожалению, Samp;W всегда в дефиците. Только несколько важных персон могут наслаждаться сделанными на заказ товарами.”

Нин Цин подняла губы и сказала: "Мама, это легко, если ты хочешь, чтобы твоя одежда была сшита на заказ. Я позвоню Эллоу позже.”

“Вы знаете ЭЛОУ?- Удивилась Сун Яцзин.

Сяо Чжоу улыбнулся и ответил: “Госпожа Лу, индустрия развлечений связана с индустрией моды. Особенно крупные бренды одежды за рубежом, они любят находить известных звезд и художников в Китае. Несколько фильмов, в которые вложил деньги Нин Цин, сотрудничали с Samp;W, и сотрудничество было очень приятным. Поэтому Нин Цин была приглашена принять участие в показе мод в этом сезоне Ellow's fashion show.”

Сун Яцзин посмотрела на Нин Цин. В ее подсознании звезды индустрии развлечений, особенно звезды женского пола, были людьми, которые имели дело со скрытыми правилами и не были открыты, что бы они ни делали. Для нее они были на самом дне общества.

Она понятия не имела, что индустрия развлечений будет иметь дело и с высшим классом.

Это разрушило ее давнее предубеждение против Нин Цин.

Нин Цин, естественно, знала, о чем сейчас думает Сун Яцзин. Она засмеялась и сказала: “Мама, индустрия не благородна и не дешева. Все зависит от людей. Точно так же, как в глазах обычных людей ваш круг-грязное слово.”

Сун Яцзин кивнула, выражая свое одобрение. “Иметь смысл.”

Нин Цин рассмеялась.

Сяо Чжоу посмотрел, как хорошо ладят свекровь и невестка, и порадовался за Нин Цин, которая покорила свою свекровь всего за несколько месяцев.

- Нин Цин, пойдем на этот раз на показ мод?”

- Да, я пойду. Тот, кто получает этот дар, продает свою свободу. Мама, тебе не нравится Samp;W? Пойдем со мной. Я познакомлю тебя с ЭЛОУ. Он может позаботиться о вашей одежде на все четыре сезона в будущем.”

Все женщины любят быть красивыми. Сладкие слова Нин Цин прямо поразили сердце Сун Яцзин. Сун Яцзин расхохотался. “Хорошо, Нин Цин, я пойду с тобой. Ты беременна. Я тоже могу позаботиться о тебе по дороге. Когда мы уедем, я попрошу экономку подготовить личный самолет.”

Сяо Чжоу сказал: "Госпожа Лу, на этот раз Samp;W послала за нами личный самолет, сопровождаемый сопровождающими всю дорогу. Рейс будет во второй половине дня.”

Сун Яцзин был ошеломлен. Личный самолет Samp;W?

было ясно, что Samp;W придавало большое значение Нин Цин.

Сон Яцзин выглядел все более и более удовлетворенным. - Ладно, пойдем сегодня днем... - говоря об этом, Сун Яцзин заколебалась и спросила: - Нин Цин, уже почти полдень. Шаоминг придет домой на обед?”

Как только чье-то мышление изменится, многие аспекты также изменятся. Сун Яцзин много думал за последние два месяца. В конце концов, корпорации Лу и семье Лу в будущем придется полагаться на Шаомина и Нин Цин. В ее возрасте, она должна отпустить и искать семейный мир и гармонию.

Лу Динь Хуа сказал, что за все 35 лет их брака у нее никогда не было ни грамма нежности женщины. Так как же она могла иметь хоть каплю материнского сострадания и доброты к своему сыну по отношению к Лу Шаомину?

Все это время она была не права.

Она хотела облегчить отношения с Лу Шаомоном, но после всех этих лет она была пассивна в своих эмоциях. Лу Шаомину был 31 год. Он, вероятно, не хотел позволить ей взять на себя инициативу и выйти из этого места. Между матерью и сыном был барьер, и ни один из них не мог приблизиться друг к другу.

Нин Цин смеялась про себя. В последние два месяца ее свекровь все чаще упоминала о Лу Шаомине. Но когда Лу Шаомин действительно приехала, она, как мать, не знала, что сказать.

Вздыхает ... эта неловкая мать и сын.

- Мама, Шаоминг говорит, что он не вернется к обеду. В офисе назначена встреча.”

“О. Сун Яцзин разочарованно опустил глаза.

- Мам, ты можешь позвонить Шаомингу и спросить его. Если мама лично попросит Шаомина прийти домой на обед, Шаомин вернется.”

Сун Яцзин махнула рукой. “Забыть его. Его работа очень важна.”

Нин Цин нахмурила брови. Отношения матери и сына были натянутыми. Похоже, ей самой приходилось кое-что делать.

Она должна была найти хороший план.

Давай подождем, пока они вернутся из Англии.

- Сяо Чжоу, ты можешь вернуться в студию. Это было тяжелое время для тебя.”

- Нин Цин, это не проблема. Тогда я пойду. Миссис Лу. До свидания.- Сяо Чжоу ушел, попрощавшись.

- Мам, пойдем наверх. Во второй половине дня мы едем в Англию. Я помогу тебе выбрать одежду.”

…

Переодевшись, они спустились вниз. На Сун Яцзин была белая рубашка с темно-синими блестками и шарф с леопардовым принтом на шее. Она посмотрела на свои обнаженные ноги ниже колен и спросила: “Нин Цин, это будет слишком откровенно?”

- Мам, это не так. В наши дни, кто все еще закутывается? Как расточительно для мамы иметь такую хорошую фигуру и не носить такую одежду.”

“Я не в форме.”

- Мамина фигура в хорошем состоянии. После того, как я рожу маленького мастера Лу, я возьму тебя танцевать со мной. Я настоящий эксперт, когда дело доходит до танцев.”

Сун Яцзин была в восторге, когда услышала это. Она вспомнила тот сказочный цветочный душ для капустного пера. В то время она была в благоговейном страхе. Ее сердце было искушено. - Хорошо, тогда у нас будет дружеское соревнование. Если ребенок будет дочерью, все три поколения из нас смогут танцевать вместе.”

Эти двое разговаривали и смеялись, когда дверь виллы открылась и вошел Лу Динхуа.

Лу Динь Хуа увидел, как одета Сун Яцзин, и с нежной улыбкой на лице бросил еще пару взглядов.

Нин Цин посмотрела на свою свекровь. Сун Яцзин, казалось, покраснел. Ее свекровь тоже была уникальной женщиной. До этого она была строгой, мрачной и догматичной. Она только сейчас осознала всю сладость любви. Личность Миссис Лу все эти годы делала ее темперамент грациозным и благородным. Теперь, когда она добавила немного застенчивости к своему благородству и грациозности, она была очень мила.

- Папа, ты вернулся. Мама только что сказала, что это платье не очень красивое. Папа, подойди и прокомментируй это, - крикнула Нин Цин.

Лу Динхуа посмотрел на Сун Яцзина. “Какая прелесть! Мадам хорошо выглядит во всем, что на ней надето.”

Теперь Сун Яцзин смутилась.

Нин Цин иногда думала, что Лу Динхуа действительно джентльмен. Честно говоря, Лу Шаомин не был джентльменом. Настоящий джентльмен - это такой человек, как Лу Динхуа, который излучает нежные и романтические чувства от своих костей.

В течение последних двух месяцев Лу Динь Хуа не сводил глаз с Сун Яцзин. Его взгляд не выходил за борт, но когда его взгляд мягко задерживался на одном человеке, он мог заставить других покраснеть.

Сун Яцзин посмотрела на Нин Цин и спустилась по лестнице. “Динь-Хуа, Нин-Цин и я сегодня днем летим в Англию на показ мод.”

“Тогда я пойду с вами, ребята, - сказал Лу Динхуа.

Нин Цин быстро прикрыла рот рукой и хихикнула. - Папа, мама, а разве я не буду третьим колесом?”

Сон Яцзин покраснел, а Лу Динхуа поднял брови. “Я только что вспомнила, что у меня сегодня важная встреча и я не могу пойти с вами, ребята. Нин Цин, вы не будете третьим колесом, но не забывайте, что вы беременная женщина. Я дам тебе больше телохранителей, позаботься о своей безопасности.”

Сказав это, Лу Динхуа обнял Сун Яцзин за плечи и тихо сказал: “Позвони мне, когда будешь в Англии. Я доверю тебе Нин Цин и маленького мастера Лу.”

Сун Яцзин кивнул. “Не волнуйся.”

Они втроем пообедали. Нин Цин достала сотовый телефон, чтобы позвонить Лу Шаомину, но звонок не прошел. Вероятно, он был на совещании.

- Папа, я не могу дозвониться до телефона Шаоминга. Пора садиться в самолет. Мы с мамой должны уехать. Дай знать Шаомингу за меня.”

- Ладно, можешь идти. Я дам ему знать, - пообещал Лу Динхуа.

…

Когда во второй половине дня они прилетели в Англию, эллоу, основатель Samp;W, оказал им теплый прием. Днем они принимали участие в показе мод, а вечером Эллоу лично развлекал их.

- Мисс Нин, я очень рад, что вы здесь. Я думала, что не смогу пригласить тебя. В конце концов, вы полностью перестали работать с тех пор, как забеременели.”

Нин Цин нежно держала Сун Яцзин за руку. - Эллоу, я привез с собой свою мать. Моей маме всегда нравился дизайн вашего бренда. Я надеюсь, что ЭЛОУ сможет разработать какую-нибудь одежду для моей матери лично.”

Эллоу посмотрел на сон Яцзина и почтительно поклонился. - Здравствуйте, Миссис Лу. Какое счастье, что у тебя такая сыновняя и компетентная невестка.”

Сун Яцзин посмотрела на Нин Цин и ответила:”

Что сказала ее свекровь?

Это правда?

На лице Нин Цин тут же появилась ослепительная улыбка.

- Мисс Нин, Миссис Лу, сюда, пожалуйста. Я сниму с тебя мерки. Я буду шить последнюю моду для миссис Лу в течение следующих четырех сезонов. Я уверен, что миссис Лу будет ими довольна.”

Они втроем вошли в VIP-зал. Эллоу и его помощник сняли мерки с Сун Яцзина.

Нин Цин почувствовала, что здесь душно. Она открыла рот и сказала Сон Яцзин: "Мама, я не думаю, что здесь свежий воздух. Я хочу выйти и передохнуть.”

- Давай, не уходи слишком далеко. Возьмите с собой двух телохранителей. Будь осторожен, - посоветовала сон Яцзин.

“В порядке.- Нин Цин вышла.

…

Выйдя за ворота, Нин Цин вдохнула свежий английский ночной воздух. Она стояла на улице и смотрела на уголки Англии. В этот момент ей вдруг стало очень не хватать Лу Шаомина.

Англия была тем местом, где он перенес операцию; именно там он потерял свою память.

Она привычно потянулась к мобильному телефону, но вдруг вспомнила, что платье, которое она надела сегодня, было без карманов. Ее сотовый телефон лежал в сумке, она не взяла его с собой.

Она обиженно убрала руки. Нин Цин выпрямила свою стройную спину и небрежно посмотрела на процветающую ночную сцену.

Внезапно в ее ушах раздались крики “Вааа". Оглянувшись, симпатичная и изящная маленькая девочка выбежала на середину улицы и нежным голосом закричала: “Мама, я хочу маму.”

Прямо перед маленькой девочкой мчалась машина.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 280: Похищение

Глаза Нин Цин болезненно сузились. Машина мчалась очень быстро и в мгновение ока оказалась совсем рядом с маленькой девочкой.

Он чуть не врезался в нее.

Это был вопрос одного мгновения.

Тихий плач маленькой девочки доносился до ее ушей и непрерывно звенел, когда она кричала: "Мама, где ты, мама? Я хочу маму”

Когда Нин Цин пришла в себя, она поняла, что бежит и громко кричит по-английски. - Привет, детка!”

Два телохранителя находились на небольшом расстоянии от Нин Цин. Нин Цин не любила, когда они подходили слишком близко, поэтому, когда телохранители поняли, что что-то не так, выражение их лиц сильно изменилось, когда они закричали. - Мадам!”

Нин Цин выбежала на главную улицу и одним движением заключила девочку в объятия. В глаза ей ударил яркий свет, такой яркий, что она не могла открыть глаза.

Она обняла маленькую девочку и сказала: “Детка, закрой глаза. Быть хорошим. Не бойтесь..”

В какой-то момент Нин Цин показалось, что машина вот-вот врежется в нее. Она не могла спрятаться, но другого выхода не было. Такова была человеческая природа; она не могла вынести, когда маленькая жизнь исчезала у нее на глазах.

Резкий визг пронзил ее уши, и машина остановилась.

Нин Цин открыла глаза, чтобы посмотреть. Перед ней стоял мужчина. Мужчина широко раскинул руки и храбро встал перед машиной.

Машина резко затормозила.

Хозяин машины открыл окна и по-английски выругался: “кто вы, ребята? Не хочешь больше жить?”

Нин Цин видела, как этот человек подошел к окну и обменялся несколькими словами с владельцем машины. Лицо водителя успокоилось, и он повел машину прочь.

Нин Цин отвела взгляд и через мгновение рухнула на пол. Она тяжело хватала ртом воздух. Она никогда не испытывала страха, но теперь ей стало по-настоящему страшно.

ШС использовала свой маленький, чтобы погладить ее живот. Она почти…

Девочка перестала плакать и посмотрела на Нин Цин своими большими влажными глазами. - Старшая сестра, что с тобой? Как получилось, что вы упали на пол?”

Нин Цин дотронулась до мягких волос девочки и сказала: “старшая сестра в порядке, и просто мои ноги стали мягкими. Ты никогда больше не выбежишь на середину дороги, хорошо? На дороге только машины, а мамы там нет.”

“О. Девушка кивнула головой, как будто поняла, о чем идет речь.

Внезапно Нин Цин услышала: "Ты в порядке?- Перед ней остановилась пара белых кожаных туфель ручной работы.

Нин Цин подняла глаза и увидела перед собой красивого дворянина. На нем был белый полосатый шерстяной свитер в паре с коричневыми повседневными брюками, и он производил впечатление теплого, чистого человека.

Нин Цин улыбнулась и сказала:” я в порядке. Спасибо вам за все, что вы только что сделали.”

Мужчина подошел к ней и протянул руку, чтобы поддержать ее локоть. - Вы готовы пожертвовать двумя жизнями в обмен на спасение маленькой девочки. Тогда почему бы мне не сдаться в обмен на 3 жизни?”

Нин Цин рассмеялась; этот человек был весел.

В этот момент подбежал телохранитель и сказал: “Мадам!- Кто-то пришел помочь Нин Цин подняться.

“Не двигайся! Она растянула лодыжку.”

После того, как мужчина заговорил, Нин Цин внезапно поняла, что ее правая лодыжка была растянута. Она застонала от боли и побледнела.

"Ты не можешь прыгать, когда ты на седьмом месяце беременности. Теперь вам нужно подойти к длинной скамейке у дороги и сесть. Позволь им перенести тебя. Мужчина отпустил его руку.

Один из телохранителей вышел вперед и подхватил Нин Цин.

Мужчина взял девочку за руку, чтобы подойти к краю длинной скамьи, затем поднял девочку и помог ей сесть рядом с Нин Цин. Он наклонился и взял правую ногу Нин Цин в ладонь. “Тебе придется потерпеть немного боли. Я помогу тебе помассировать его некоторое время.”

Нин Цин почти не чувствовала боли. Движения мужчины были очень мягкими и опытными. Нин Цин посмотрела на его длинные, красивые пальцы, которые могли бы соперничать с женскими, и спросила:”

Только врачи могли обладать такой парой рук.

“Совершенно верно.”

Немного помассировав ее, мужчина отпустил правую ногу Нин Цин, и та упала на пол. Нин Цин немного подвинула его, и он действительно больше не болел.

В этот момент мать девочки пришла ее искать. Девочка тут же бросилась в объятия матери. Мать поблагодарила мужчину и Нин Цин и ушла.

Нин Цин встала и искренне улыбнулась. “Я очень благодарна тебе за сегодняшний вечер. Если бы тебя здесь не было, последствия были бы ужасны. Ах да, я все еще не знаю вашего имени?”

- Нин Цин! В этот момент из здания выбежала Сун Яцзин.

“Мама.”

Сун Яцзин посмотрела на мужчину и удивилась, когда сказала: “Даюань, что ты здесь делаешь? Я так давно тебя не видел. Сегодня такое совпадение.”

- Тетя, как поживаете?”

- Мам, вы знакомы друг с другом?”

“Совершенно верно. Нин Цин, это старший брат Чжоу Чжилэя, Чжоу Даюань. Даюань, это жена Шао Мина, Нин Цин.- Их познакомила Сун Яцзин.

Нин Цин услышала имя "Чжоу Чжилэй “и подняла брови, а затем открыла рот, чтобы сказать:" оказывается, это господин Чжоу. Как твои дела?”

Чжоу Даюань посмотрел на маленькое изящное личико Нин Цин. Его черные глаза за стеклами очков в золотой оправе выглядели удивленными, когда он сказал: “Мисс Нин, почему вы нахмурились, услышав, что я старший брат Чжилэя?”

Он действительно заметил?

Она слышала, что все врачи очень дотошны.

Выражение лица Нин Цин не изменилось, и она любезно сказала: "я была слишком удивлена. Мистер Чжоу и Мисс Чжоу выглядят так по-разному. Более того, старший брат Мисс Чжоу на самом деле врач. Я потрясен этим фактом.”

- Да, у Шаоминга такая молодая жена. Я тоже в равной степени ошарашен.”

Нин Цин расслабленно изогнула брови. Ощущение, исходившее от этого человека, было очень приятным, и он заставил водителя немедленно успокоиться. Его характер, вероятно, был очень мягким.

Сун Яцзин увидел, что они весело болтают, и сказал: “Даюань, мы здесь, чтобы принять участие в показе мод. Раз уж мы встретились, Может, поужинаем сегодня вместе?”

- Тетя, в этом нет необходимости. Мне еще нужно закончить операцию сегодня вечером. Я просто пришел кое-что купить и случайно встретился с Мисс Нин. Мне нужно вернуться в больницу. Теперь я попрощаюсь с вами.- Чжоу Даюань повернулся, чтобы уйти.

Нин Цин посмотрела, как исчезает Чжоу Даюань, и в этот момент Сун Яцзин потянула Нин Цин, чтобы осмотреть ее с головы до ног. - Нин Цин, ты в порядке? Я только что не видел тебя и был очень шокирован.”

Нин Цин дала знак двум телохранителям, чтобы они не говорили ей об этом.

Телохранители тоже боялись, что Сун Яцзин их отчитает, а их работа может оказаться под угрозой, поэтому они послушно смотрели в землю.

Нин Цин подошла к Сун Яцзин, взяла ее за локоть и сказала: “Мама, я в порядке. Я просто вышел прогуляться, а потом встретил Чжоу Даюаня. Мама, я хочу есть. Пойдем ужинать.”

“Окей.- Парочка направилась к задней двери.

- Мам, А разве Чжоу Даюань не внук старика Чжоу? Как получилось, что он не унаследовал винодельню и вместо этого стал врачом?”

- Да юань с юных лет любил медицину. Красное вино его не интересует. У него есть склонность к занятиям медициной, поэтому старик Чжоу позволил ему это сделать. С юности его отношения с собственными родителями и Чжоу Чжилэем были отдаленными. Он был совсем один в Англии, когда получил докторскую степень по медицине, и теперь, когда ему исполнился 31 год, он стал самым молодым профессором медицины в мире. У да юаня и Шаомина всегда были хорошие отношения, и у них много общего.”

Нин Цин внимательно слушала, особенно когда узнала, что у него хорошие отношения с Шаомоном. Добрые чувства, которые она испытывала к Чжоу Даюаню, стали глубже в ее сердце. Пернатые птицы слетаются вместе. Любой друг Шаомина гарантированно будет иметь хороший характер.

Как этот профессор медицины в Белом лабораторном халате. Даже если он снимал белый халат, все его тело излучало благожелательность, которую он использовал, чтобы спасти и спасти других. Этот человек обладал самым великолепным типом вселенской любви.

Когда Чжоу Даюань заблокировал машину, чтобы защитить ее и маленькую девочку, его доброжелательный характер стал очевиден.

Она не думала, что такая женщина, как Конг Лань, может родить такого сына, как Чжоу Даюань. Чжоу Даюань и Чжоу Жилэй действительно не походили на братьев и сестер. Это были два разных человека из разных слоев общества.

…

На следующий день Нин Цин и Сун Яцзин улетели обратно в город ти.

Выйдя из самолета, они вошли в зал ожидания аэропорта, и Нин Цин включила телефон. Динь-Динь! На телефоне Нин Цин появилось множество сообщений. Все они были из Лу Шаомина. На лице Нин Цин появилась милая улыбка, и она приготовилась открыть послание.

Но в этот момент зазвонил ее телефон. Это был Лу Шаомин.

Этот человек определенно был в ярости.

- Мама, это звонок из Шаоминга. А еще я хочу сходить в туалет. Почему бы тебе не подождать меня в машине?”

Сун Яцзин кивнула головой и сказала: “Хорошо.”

Нин Цин вышла в коридор и направилась в сторону туалета. Она нажала кнопку, чтобы ответить на его звонок. - Привет, Муженек.…”

- Нин Цин, ты становишься все смелее и смелее. Вы проделали весь путь до Англии и даже не обсуждали это со мной? Ты уже на седьмом месяце беременности! Почему ты все еще бегаешь по всему дому?- Встревоженный тон мужчины был очень ясен.

- Муженек, не сердись. Я хотел обсудить это с тобой, но не смог дозвониться.…”

“Если вы не можете дозвониться, не могли бы вы подождать минутку? Вчера днем я специально ушел с работы пораньше, чтобы забрать тебя. В конце концов папа сказал мне, что ты просила его сообщить мне, что уехала в Англию.”

Нин Цин: "... этот папа не был хорошим коммуникатором.

- Ладно, Муженек. Не ругай меня по телефону. Теперь я вернулся. Подожди, пока я вернусь домой. Я напишу письмо-размышление. Ничего, если я признаю свои ошибки?- Нин Цин умоляла его о прощении.

Человек на другом конце провода замолчал на несколько секунд, и его тон все еще был несчастным. - Нин Цин, забудь об этом на этот раз. Следующего раза не будет. В будущем вы можете обсудить это со мной. Куда бы вы ни пошли, я буду сопровождать вас.”

Он имел в виду, что может сопровождать ее в Англию.

На ее лице быстро расцвела улыбка. Она громко поцеловала телефон. - Мой добрый муж... муженек балует меня больше всех.”

- МММ, перестань быть легкомысленной. Где ты сейчас находишься? Я уже еду в аэропорт. Дай мне немного времени. Я пойду за тобой.”

Сердце Нин Цин словно окунули в банку с медом. Вообще-то машина уже стояла у аэропорта, но она вернулась домой, и муж хотел лично приехать за ней.

Это чувство было прекрасным и особенным.

- Хорошо, муженек, я подожду тебя.- Эти двое неохотно прервали разговор.

Нин Цин убрала телефон. Она открыла дверь туалета и вошла внутрь. Внезапно она почувствовала невыносимую боль. Кто-то сильно ударил ее в спину. Ее глаза потемнели, а разум погрузился во тьму.

Сун Яцзин, который долго ждал у входа в аэропорт, не видел Нин Цин. Она почувствовала, что что-то не так, и поспешно направилась в ванную.

Когда она вышла в коридор, возле туалета стояли два телохранителя. Она спросила: "где мадам?”

Телохранители указали на дверь туалета и вежливо ответили: “леди, мадам пошла в туалет и еще не вышла.”

Сун Яцзин почувствовала некоторое облегчение. Она толкнула дверь туалета и вошла.

“Нин Цин, Нин Цин.- Сун Яцзин окликнул ее, но ответа не последовало.

Она на что-то наступила. Она посмотрела вниз и увидела, что это телефон Нин Цин.

Сун Яцзин почувствовала, как ее сердце сжалось, и в этот момент у нее появилось дурное предчувствие. Ей хотелось позвать телохранителей.

Но вдруг кто-то подошел к ней сзади. Этот человек протянул руку и закрыл ей рот теплым полотенцем. Сун Яцзин какое-то время сопротивлялась, но на полотенце было какое-то опьяняющее вещество, и она сделала два вдоха и наконец закрыла глаза.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 281: Ты В Порядке?

“Нин Цин, Нин Цин…”

Нин Цин услышала, как кто-то зовет ее в темноте, и медленно открыла глаза.

Где это было?

Нин Цин огляделась. Он был похож на маленький обшарпанный домик.

Она хотела пошевелиться, но не смогла, потому что была привязана к стулу.

Все тело Нин Цин было холодным. У нее была только одна мысль. Ее похитили!

- Нин Цин.- Ей кто-то звонил. Нин Цин посмотрела в сторону и поняла, что это была Сун Яцзин.

- Мама, почему ты тоже здесь? С тобой все в порядке?”

Сун Яцзин тоже был привязан к стулу. Ее волосы были растрепаны, она была немного смущена, и она больше не выглядела как благородная леди.

“Я в порядке, Нин Цин. С тобой все в порядке? У тебя болит живот? Сун Яцзин нервно посмотрела на выпирающий живот Нин Цин.

Лицо Нин Цин было немного бледным. - Она покачала головой. - Нет, это не так, мама. Не беспокойся. Наш маленький мастер Лу-самый сильный. Мы выживем.”

“Да. Сун Яцзин кивнул.

В это время раздался смех, и к ним подошла группа людей в черном. Впереди шел босс со шрамом на лице. Он аплодировал и смеялся: “сцена поощрения между вами, ребята, действительно трогательна. Я никогда не видел никого, кто был бы так спокоен после похищения.”

Сун Яцзин привык ко всяким ситуациям и не впадал в панику при таких обстоятельствах. Она посмотрела на босса и усмехнулась: Кто послал тебя похитить нас? Какова ваша цель? Деньги?”

“Конечно, нам нужны деньги, неужели ты думаешь, что мы похитим тебя просто ради забавы?”

Босс рассмеялся вместе со своими людьми.

- К сожалению, боюсь, что после того, как ты получишь деньги, у тебя не хватит сил тратить их. Вы так дерзки, что осмелились похитить нас. Вы знаете, кто мы такие? Ты смеешь вредить членам семьи Лу? Я гарантирую, что ты не сможешь летать даже на крыльях.”

“Хм, ты не сможешь летать даже с крыльями?- Босс вытащил острый нож и поднес его к лицу Сун Яцзина. “Ты все еще такой самонадеянный, хотя и находишься в наших руках. Ты веришь, что я могу просто изуродовать твое лицо сейчас? Семья Лу? В мире так много семей Лу. Как я могу знать, о ком вы говорите? Почему бы тебе не сказать, что ты Вдовствующая Императрица Цыси, и мы тоже преклоним перед тобой колени? Ты думаешь, мы испугались?”

При этих словах нож в руке босса метнулся к лицу Сун Яцзина.

- Прекрати это!- Нин Цин быстро окликнула его, чтобы остановить. - Если ты хочешь получить деньги в обмен на нас, то лучше убери свой нож.”

Теперь все взгляды были прикованы к Нин Цин.

- Нин Цин!- Сун Яцзин тайком покачала головой в сторону Нин Цин. Она знала, что Нин Цин крикнула, чтобы отвлечь всеобщее внимание, опасаясь, что босс причинит ей боль.

Но Нин Цин подвергла себя опасности.

Нин Цин посмотрела на Сун Яцзин с успокаивающей улыбкой. - Мама, перестань говорить и волновать их. Эти люди отчаянно нуждаются в деньгах. Это бесполезно.”

- Ц-ц-ц... - они внимательно посмотрели на маленькое личико Нин Цин и рассмеялись один за другим. - Босс, я думал, это просто беременная женщина. Я не ожидал увидеть такую красивую беременную женщину. Мы еще не видели такой красивой женщины.”

“Это правда.- Один из мужчин не удержался и дотронулся до маленького личика Нин Цин. - Босс, посмотрите, какая у этой женщины светлая и гладкая кожа. Прикосновение к ней, должно быть, очень волнует душу. Отец этого ребенка действительно умеет радоваться жизни. Если бы это были мы, мы тоже были бы готовы умереть под цветами пиона, ха-ха.”

Эти люди произносили грязные слова один за другим. Босс подошел к Нин Цин, ущипнул ее за подбородок и заставил поднять глаза. - Она действительно особенная. Я играл со многими женщинами в своей жизни, но я еще не играл с такой красивой... беременной женщиной…”

Когда Сун Яцзин увидела Нин Цин в окружении этих людей, она была потрясена. - Перестань трогать мою невестку! - крикнула она. - я не хочу, чтобы ты ее трогал! Мой сын не отпустит тебя, когда приедет.”

Выражение лица босса стало свирепым. Он поднял руку и сразу же подошел к Сун Яцзин, чтобы дать ей пощечину.

- Прекрати это! Не трогай мою маму. Разве ты не хочешь просто поиграть со мной? Мы всегда можем это обсудить” - спокойно сказала Нин Цин.

Босс рассмеялся, убрал руку и сказал: “Послушай, твоя невестка такая разумная. Мудрый человек подчиняется своим обстоятельствам.”

Босс вернулся к Нин Цин.

- Нин Цин!- Печально воскликнула Сун Яцзин, глядя на Нин Цин.

- Маленькая красавица, что ты думаешь? Хочешь поиграть с кем-нибудь из наших приятелей? Я обещаю, что пока ты заставляешь нас чувствовать себя хорошо, мы проявим к тебе милосердие.”

- Ха. Нин Цин мягко улыбнулась. “Но что ты можешь сделать? Я беременная женщина. Если ты прикоснешься ко мне, я истеку кровью. Ваш работодатель не хочет видеть кровь, верно?”

Босс напрягся.

Один из мужчин дотронулся до его подбородка и сказал: “босс, эта женщина выглядит знакомой.”

Нин Цин посмотрела на подчиненного и одарила его похвальным взглядом. “Хорошее зрение. Разве ваш хозяин не сказал вам, что меня зовут Нин Цин?”

Подчиненный ахнул. - Боже мой, это Нин Цин, новая богиня в индустрии развлечений. Неудивительно, что она чувствовала себя такой знакомой. Босс, эта женщина-самая известная актриса с самым высоким капиталом в индустрии развлечений в настоящее время. Говорят также, что она замужем за знатной семьей мирового класса, семьей Лу…”

Его слова внезапно оборвались.

Толпа побледнела.

Лицо Нин Цин было бледным. Ее выпирающий живот был обвязан веревками. Она не испытывала боли, но это вызвало некоторое затруднение дыхания. Она терпела неудобства и смеялась. “Теперь ты знаешь, кто мы с мамой. Если вы достаточно умны, вы не должны тратить время впустую. Как только вы получите деньги, отпустите нас. Если с моей мамой или со мной случится несчастный случай, ты не сможешь убежать, даже если у тебя есть крылья. Это не пустая угроза.”

Его люди были напуганы яростным напором Нин Цин. - Босс, кого это мы похитили? Семью Лу нельзя провоцировать. Что же нам с этим делать?”

Босс сильно пнул своего подчиненного и выпалил: "смотрите на них внимательно. Я пойду позвоню.”

…

Нин Цин вздохнула с облегчением, когда кризис, наконец, был снят,и она смотрела, как эти люди расходятся.

Она поняла, что ее лоб покрыт потом. Только что она была в ужасе. Она была не одна. Ей нужно было защитить маленького мастера Лу и ее свекровь.

“Нин Цин, Нин Цин, с тобой все в порядке?- Тут же спросила Сун Яцзин, увидев, как Нин Цин обессиленно опустилась на землю.

Нин Цин подняла свою маленькую головку и успокоила ее. - Мам, со мной все в порядке. Не бойтесь. Подождите еще немного, Шаоминг придет.”

Сейчас, в этой ситуации, она все еще утешала ее и просила не бояться.

Сун Яцзин потерял дар речи. Теперь, вспоминая все те жестокие вещи, которые она делала с ней раньше, она чувствовала стыд.

Нин Цин посмотрела вдаль. Босс разговаривал по телефону и казался взволнованным. Похоже, что работодатель скрыл их личности.

Что касается статуса семьи Лу, то они ни в коем случае не были теми, кого эти бандиты и гангстеры осмеливались провоцировать.

Только тогда босс осознал всю серьезность ситуации.

Нин Цин задумалась. Кто мог хотеть похитить ее, и каковы были их мотивы?

Зачем похищать и Сун Яцзин тоже?

Она была погружена в свои мысли, когда босс прервал телефонный разговор и бросился к ней. Нин Цин увидела лицо босса и поняла, что дела плохи. Босс знал, что ему некуда идти, и мог сражаться только до конца.

“Кто-нибудь, подойдите сюда и отведите их к утесу, - приказал босс.

“Босс…”

- Хватит бездельничать. Молодой господин Лу уже едет сюда. У нас нет выбора. Как ты думаешь, молодой господин Лу отпустит нас? Хватит мечтать. А теперь давай заключим пари. Если мы выиграем Пари, то сможем уехать за границу с деньгами. Мы будем счастливы до конца наших дней.”

- Да, сэр, - ответили мужчины.

Они ослабили веревку и подняли Нин Цин и Сун Яцзин со своих стульев. - У тебя все еще есть выбор, - крикнула Нин Цин. Если ты сейчас отпустишь нас, я скажу своему мужу, и он оставит тебя в живых.”

Босс вытолкал Нин Цин из каюты и разглагольствовал: “вы можете обманывать детей только такой ложью. Даже если молодой господин Лу оставит нас в живых, нас отправят в тюрьму. Мы не хотим попасть в тюрьму.”

Нин Цин подтолкнули к краю обрыва. Она поскользнулась и опрокинула ногой маленький камешек. Камень упал со скалы без эха.

Если кто-то упадет, это будет верная смерть.

Нин Цин вдруг вспомнила, как Му Юньфань привязал ее к скале в прошлом году. Лу Шаомин пришел, чтобы спасти ее, и в результате потерял память.

Ее нынешняя ситуация была до жути схожей.

Сможет ли она выжить?

Руки и ноги Нин Цин были связаны. Нин Цин зашипела от боли и притворилась, будто у нее болит живот.

После паузы подчиненная посмотрела на свой живот и спросила:”

Нин Цин покачала головой. “Со мной все в порядке.”

Мужчина продолжал завязывать веревку.

Связав ей веревку, они пошли связывать Сун Яцзин.

Кровь отхлынула от лица Сун Яцзин, когда она увидела такой крутой утес. Нин Цин увидела, что ее ноги ослабли, и быстро рассмеялась, сказав: “Мама, я не ожидала, что мы умрем вместе. Раньше ты меня так ненавидела. Если я твой спутник в загробной жизни, ты не можешь бросить меня или презирать.”

Сун Яцзин искоса взглянула на Нин Цин. “О чем ты говоришь? Глупая девчонка, с нами все будет в порядке. Верьте в Шаомин.”

Нин Цин тут же улыбнулась, скосив глаза. - Мама, когда я так разговаривала дома, мама ругала меня, как ты. Мама, ты мне очень нравишься. Спасибо, что подарили мне такого хорошего Лу Шаомина.”

Глаза Сун Яцзин внезапно наполнились слезами. Она отвела взгляд. “Ты умеешь только льстить другим.”

- Мама, это неправильно.”

Сун Яцзин кивнул. - Ладно, ты сладкоречив.”

Свекровь и невестка посмотрели друг на друга и улыбнулись.

…

Они как раз были привязаны, когда вдалеке раздался резкий звук торможения. Нин Цин оглянулась и увидела, что "Бентли" остановился в отдалении.

Лу Шаомин был здесь.

Мужчина был одет в белую рубашку и черные брюки. Здесь дул сильный ветер. От удара тонкая одежда мужчины превратилась в холодную и острую дугу. Его черные глаза были похожи на пролитые чернила; взгляд от него был еще опаснее, чем от края утеса.

Босс достал пистолет и направил его в голову Лу Шаомина, затем встал рядом с Нин Цин. - Молодой господин Лу, вы здесь, мы долго ждали, - сказал он с улыбкой.

Лу Шаомин нес в одной руке чемодан. Он бросил чемодан на землю. - Вот что тебе нужно. Освободите мою жену и мою мать.”

- Шаомин” - закричали Нин Цин и Сун Яцзин.

Лу Шаомин посмотрел на Сун Яцзин, и его взгляд, наконец, остановился на Нин Цин. Его глубокие черные глаза скользнули по ее животу, и его голос был мягким, когда он спросил:”

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 282.Я принадлежу тебе(求月票）

Я Принадлежу Тебе.

Беспокойство и страх, которые она чувствовала в деревянном доме, исчезли, когда мужчина спросил: Она решительно кивнула головой и сказала:”

Он приехал, и она почувствовала облегчение.

У него всегда был мужчина, которому она могла полностью доверять.

Большой босс сделал знак глазами. Его помощник открыл кожаную шкатулку, и в ней оказалась куча золота.

Глаза большого босса загорелись, и он осмотрел все вокруг, чтобы убедиться, что находится в безопасности. Лу Шаомин скривил губы в улыбке, и на его лице была холодная улыбка, когда он сказал: “Я пришел один; отпусти их. Я позволю вам уйти, ребята.”

“Почему молодой господин Лу так спешит? Я сказал, что как только вы принесете деньги, вы получите человека обратно. Но я не сказал ни того, ни другого.”

Взгляд Лу Шаомина стал острым, и он спросил: “что ты имеешь в виду?”

“Я имею в виду, что между твоей матерью и твоей женой ты можешь выбрать только одного из них.”

У Нин Цин и Сун Яцзин упали сердца, и они посмотрели на большого босса.

Большой босс громко рассмеялся и продолжил: “молодой господин Лу, я дам вам немного времени. Приходите к решению быстро. Если молодой мастер Лу не выберет ни одного, то я могу только…”

Большой босс коснулся спины Нин Цин и слегка подтолкнул ее.

Руки и ноги Нин Цин были связаны. Ее тело наклонилось вперед. Глядя вниз, она видела только бездонную пропасть. Когда ей показалось, что она вот-вот упадет, большой босс снова потянул ее за руку.

Холодный пот с ее лба стекал горячими струйками. Ее яркие зубы прикусили нижнюю губу, чтобы не закричать.

Она не могла больше давить на Лу Шаомина.

Лу Шаомин посмотрел на ее маленькое бледное личико. Ее живот в 7 месяцев уже был огромным, и она больше не бегала повсюду, как в 5 месяцев. Каждое утро, просыпаясь, она касалась своей маленькой мягкой рукой собственного живота. Хотя она и не упоминала об этом, он знал, что ее тело начинает чувствовать усталость.

Но теперь она была в их плену.

Лицо мужчины было глубоко нахмурено. Его глаза были полны греха, когда он посмотрел на большого босса. Его губы изогнулись в кровожадную дугу, слово за словом, он выплюнул: “ты определенно заплатишь за то, что сделал.”

Большой босс был встревожен в своем сердце, но у него не было никакого пути отступления, и он мог только выбрать храбрость в своем рискованном поиске богатства.

- Молодой господин Лу, перестаньте нести чушь. Твоя мать или твоя жена. Принимайте решение быстро. Я буду отсчитывать от 10. 10…”

- Шаоминг. Сун Яцзин быстро открыла рот и сказала: “Шаомин, быстро выбирай Нин Цин! Она-твоя жена. В ее животе есть плоть и кровь семьи Лу. Используй мамину жизнь в обмен на две жизни. Мама считает, что это того стоит.”

- Нет, не надо. - Нин Цин покачала головой и продолжила: - Шаомин, выбери маму. Если вы пожертвуете жизнью матери в обмен на меня и безопасность ребенка, я не буду счастлива в течение следующей половины своей жизни. Папа до сих пор не пришел, как бы ты ему это объяснил?”

Они оба продолжали говорить, а большой босс все еще вел обратный отсчет. - Девять...восемь ... семь “…”

Лу Шаомин сжал кулак рядом с собой. Он закрыл глаза и тихим голосом сказал: Все вы, замолчите!”

Сун Яцзин закрыла рот, и в этот момент Нин Цин посмотрела в глаза Лу Шаомину. На ее губах играла теплая улыбка. Ее голос был мягким и нежным, когда она успокаивала его. - Муженек, послушай, что я тебе скажу. Ты должен выбрать маму ... поверь мне, муженек. Я умоляю вас поверить мне на этот раз…”

Говоря это, она посмотрела на большого босса, стоявшего рядом с ней.

Лу Шаомин увидел прекрасные глаза Нин Цин, чистые, как вода. Она так искренне смотрела на него…

“Два…”

Лу Шаомин открыл рот и сказал: “...Я выбираю свою маму.”

“Лу Шаомин, ты!- Сун Яцзин был в ярости.

Большой босс сделал знак руками, и помощник ослабил веревки, которыми была связана Сун Яцзин. “Маленькая красавица. У меня нет выбора. Твой муж не выбирал тебя. Я могу только отправить тебя туда, откуда ты пришел.”

Большой босс протянул руку, чтобы подтолкнуть Нин Цин.

Но он не успел оттолкнуть ее, Нин Цин проворно наклонилась к ее талии, чтобы увернуться от его толчка. Большой босс и его помощник замерли. Затем они поспешили догнать ее. Маленькая рука Нин Цин, связанная за спиной, высвободилась. Толстая веревка была быстро развязана у всех на глазах. Раздался болезненный крик отчаяния,и все быстро закрыли глаза. - А!”

Никто не знал, когда Нин Цин освободилась от веревок, связывающих ее маленькие руки.

У Нин Цин не было времени на вторую реакцию. Ее маленькая, мягкая фигурка уже была в объятиях мужчины. Ее маленькую головку держала большая ладонь. Ей ничего не оставалось, как присесть на корточки, и мускулистая рука легла ей на затылок. Рука уверенно закрыла ей уши, и она услышала, как Лу Шаомин сказал: "Мама, присядь на корточки!”

Бах! В воздухе раздались выстрелы.

У большого босса и его помощника не было ни единого шанса сопротивляться. В них уже стреляли несколько раз.

Нин Цин быстро подумала и быстро вырвалась из объятий мужчины. - Муженек, не дай им умереть.”

Как только она заговорила, ее снова заключили в объятия мужчины. Сильный мужчина грубо целовал ее волосы. - Не разговаривай!”

Сколько уже времени? Она все еще думала о том, чтобы не убивать их.

Думала ли она когда-нибудь о собственной безопасности?

Нин Цин не могла убежать. Через 2 минуты звуки выстрелов прекратились. Ее поддерживал мужчина, поддерживавший ее за талию. Все похитители были мертвы.

- Мам, ты в порядке? Нин Цин посмотрела на Сун Яцзина, который был далеко от нее, а Сун Яцзин все еще сидела на корточках на земле.

“Я в порядке. Сун Яцзин медленно поднялся.

Но в этот момент кореш, который все еще не встал/ в его руках был камень, и он бросил его в направлении Сун Яцзина.

- Мама, Берегись!- Нин Цин громко вскрикнула.

Рядом с ней было холодно, Нин Цин посмотрела на Лу Шаомина, который бросился к ней и прикрыл собой Сун Яцзин. Когда они оба приземлились на землю, Лу Шаомин лежал под ней. Нин Цин почти сразу же услышала, как его голова ударилась о землю.

В этот момент Кореш был сбит полицейским издалека, и он упал на землю.

Сун Яцзин была взволнована. Она встала и обняла голову Лу Шаомина, спрашивая: "Шаомин, Шаомин! Ты ранен?”

Нин Цин слышала, как быстро бьется ее собственное сердце. Обе ее ноги стали мягкими, и она очень испугалась. В прошлый раз он потерял память, чтобы спасти ее. Она боялась, что произойдет еще одно несчастье.

Она медленно подошла к мужчине. Лу Шаомин лежал в объятиях Сун Яцзина. Он нахмурился и лежал с закрытыми глазами, вероятно, потому, что где-то чувствовал боль.

Наверное, у него болела голова.

Ладонь Сун Яцзин нащупала что-то теплое и влажное. Она протянула руку, чтобы взглянуть, и увидела, что она вся в крови.

- Шаоминг!- Сун Яцзин дрожала всем телом. - Быстрее, быстрее! Вызвать скорую помощь.”

Нин Цин почувствовала, как ее мир потемнел, и ей почти захотелось упасть.

“Мадам.- Телохранитель вышел вперед, чтобы поддержать Нин Цин.

Нин Цин взмахнула длинными ресницами, похожими на крылья бабочки. Она не смела открыть глаза и не смела больше смотреть на затылок Лу Шаомина.

Ее лицо было мокрым, и слезы вот-вот должны были пролиться.

Внезапно ей захотелось заплакать, но большая рука внезапно обхватила ее запястье. Она открыла глаза. Ее сверкающие слезы капали, когда она смотрела в глаза Лу Шаомину.

Мужчина посмотрел на нее и сказал: “женушка, я кое о ком подумал.”

- ...Кто?”

- Му Юньфань.”

…

В больнице

Лу Шаомин сидел на больничной койке. Доктор перевязывал ему голову. Девушка рядом с ним безудержно рыдала. Глаза у нее были красные и опухшие, как маленький персик.

- Молодой господин Лу, серия проверок показала, что ваш мозг не пострадал. Эта поверхностная травма требует, чтобы вы избегали воды. Она должна быстро зажить.”

“Но почему мой мозг заполнен смутными воспоминаниями из прошлого? Теперь, когда я думаю об этом более кратко, я все еще не могу вспомнить”, - спросил Лу Шаомин.

“Чтобы найти ответ, я предлагаю молодому мастеру Лу связаться с врачом, который сделал операцию на мозге. Он лучше понимает ваше состояние.- Доктор вышел из комнаты.

Дверь палаты закрылась, и Нин Цин быстро нырнула в объятия мужчины. Она крепко обхватила шею мужчины своими тонкими руками и вытряхнула все свои слезы и слизь на рубашку мужчины. - Муженек, ты меня так потряс. Я думал, ты серьезно ранен. Я думала, ты больше не вспомнишь обо мне.”

Лу Шаомин обхватил ладонями ее маленькое личико и легонько поцеловал слезы. - Глупая девочка, я не позволю причинить себе боль. И ты, и маленький молодой господин Лу нуждаетесь во мне. Я больше не потеряю память. Я никогда не забуду тебя, никогда.”

- Да, муженек, я тебе верю.- Нин Цин поцеловала его в красивое лицо.

Лу Шаомин откинулся на больничную койку и одной рукой притянул ее к себе. Одной рукой он прикрыл ее маленький круглый животик и сказал: “Нин Цин, прости. Кое-что промелькнуло у меня в голове, но было неясно. Теперь, когда я изо всех сил стараюсь думать о них, я не могу удержать их…”

Нин Цин посмотрела на его красивое лицо. По его лбу проходила глубокая складка, разделенная на три линии. Она тут же выпрямилась и двумя маленькими белыми ручками помассировала ему виски. Она нежно поцеловала его в лоб и сказала: "муженек, у тебя болит голова? Если у тебя болит голова, то больше не думай об этом. Это нормально, если вы не можете вспомнить. Мы счастливы именно так. Я тоже очень доволен.”

Лу Шаомин взял ее за маленькую ручку и заключил в объятия. - Нин Цин, я вспомнил му Юньфаня, и было много мимолетных клипов, которые пролетели мимо. Ты нравишься этому человеку, и он отнял тебя у меня.”

Тон мужчины был не слишком удовлетворенным.

Нин Цин захлебнулась смехом. Она подняла свою маленькую головку, чтобы поцеловать его сильную челюсть, - все это в прошлом, не волнуйся о прошлом. Теперь и в будущем я принадлежу тебе навсегда.”

Лу Шаомин ущипнул ее за маленькое податливое личико и тихо рассмеялся, сказав: "такое отношение, когда ты признаешь свои ошибки, очень хорошо.”

Нин Цин нахально высунула розовый язычок.

На самом деле, если она нравится другим мужчинам, разве это ее вина?

Но что касается дела му Юньфаня, то это действительно была ее вина.

- Муженек, теперь, когда ты можешь вспомнить кое-что из прошлого, я думаю, это хорошее предзнаменование. Я слышала, как мама говорила, что твою операцию в Англии сделал Чжоу Даюань. Если вы свободны, позвоните ему и спросите, что происходит.”

“Окей. Лу Шаомин опустил глаза и поцеловал ее в лоб.

За дверью стояла Сун Яцзин. Она смотрела на то, что происходило внутри через маленькое стеклянное окошко на двери. Пара крепко держала друг друга на кровати, и это было в конечном счете сладко.

В этот момент большая ладонь легла ей на плечо. Она обернулась и увидела, что к ней подбежал Лу Динхуа.

- Динь-Хуа.”

Лу Динхуа протянул руку, чтобы коснуться ее лица. - Я слышал о том, что случилось с вами, ребята, - сказал он с озабоченным выражением лица. Ты ранен?”

“Нет. Шаомин и Нин Цин защищали меня. Я не пострадал.”

- Ладно, а как насчет Шаомина и Нин Цин?”

- Они внутри палаты.- Сун Яцзин указала на дверь.

Большая рука Лу Динхуа уже лежала на ручке двери, готовая открыть ее. “Да, Дингхуа. Сун Яцзин схватила его за руку и покачала головой.

С того места, где стоял Лу Динь Хуа, он не мог видеть, что происходит внутри, но слышал, как девушка мяукает. Они целовались вдвоем.

Лу Динхуа нахмурился. Это было в больнице. Один был ранен, другой-беременной женщиной, и оба они застряли друг на друге в неподходящей обстановке.

Но он отпустил ее. Такие вещи он не мог сказать как отец.

В этот момент изнутри донесся шум разговора. Эти двое, вероятно, отделились друг от друга. - Нин Цин, ты знаешь, что ты сегодня сделала не так? Если бы вы не бегали повсюду, вас бы не похитили эти плохие парни. Если бы случилось несчастье, что бы вы хотели, чтобы я сделал?”

Нин Цин знала, что этот человек наконец-то расплатился с ней по долгам

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 283: Наконец-то можно есть мамину еду

Нин Цин уютно устроилась в объятиях мужчины, глядя на него невинными глазами. - Муженек, не сердись. Если бы я заранее знал, что меня схватят плохие люди, я бы не осмелился бегать, но у меня нет способности предсказывать будущее.”

“У тебя все еще есть уважительная причина? Лицо мужчины было мрачным.

Нин Цин кокетливо потерлась о него. “Разве мы все не в порядке? Даже если случится несчастный случай, ты можешь просто жениться на другой жене. Вы, как молодой господин Лу, не можете испытывать недостатка в женщинах.”

Не успела она договорить, как на маленькую ягодицу Нин Цин тут же обрушился шлепок.

- Муженек, мне больно... - Нин Цин пнула его ногой и надула розовые губки.

Лу Шаомин наклонился и прикусил губы Нин Цин. “Не дуйся. Сейчас кокетничать бесполезно. Жениться на другой женщине? Если это так, то почему ты просто не нашел другого мужчину, когда я тогда потеряла память? Есть так много мужчин, которым ты нравишься.”

Последняя фраза была полна ревности.

Нин Цин не могла справиться с этим человеком. Должно быть, он все еще беспокоится о му Юньфане в своем сердце. Он был слишком мелочным.

“Это не одно и то же. Ты мой муж, мой единственный и все для меня. Когда я узнал о вашей амнезии в Соединенных Штатах в то время, я почувствовал, что небо падает. Но я знала, что мой муж все еще любит меня в глубине своего сердца. Тебе наверняка будет больно потерять меня. Мое сердце болело, когда тебе было так больно, поэтому я должна была заставить его снова влюбиться в меня. Никто не может заменить тебя.”

Лу Шаомин слушал ее ласковые слова, и его мрачное настроение вдруг стало ярким и солнечным. Хорошо, он признал, что она была необычайно хороша в том, чтобы уговаривать людей.

Он отказался отпустить ее губы после того, как прикусил их. “Нин Цин, я чувствую то же самое к тебе. Без тебя я предпочел бы умереть в одиночестве.”

Это было его худшее признание в любви. Нин Цин закрыла глаза и позволила ему поцеловать себя.

Лу Динхуа, Сун Яцзин: “…”

Когда они расстались, Лу Шаомин крепче обнял ее. "Нин Цин, когда похититель попросил меня выбрать, мой ум быстро работал в течение этих 10 секунд. Полиция пряталась за моей спиной. По моему сигналу они снесут голову похитителю. Но вы с мамой были слишком близко к обрыву. Я не осмеливался рисковать. Я пытался придумать план без всякого риска. Но у меня его не было…”

- Хорошо, я твоя жена. Я могу догадаться, о чем ты думаешь с одного взгляда. Вы не выбрали за эти 10 секунд, потому что в вашем сердце мать и жена одинаково важны.”

Сун Яцзин, стоявшая за дверью, расплакалась, и Лу Динь Хуа, положив руку ей на плечо, обнял ее.

Лу Шаомин погладил девочку по голове. “Я не буду выбирать. Вы двое должны жить. Если случится несчастье, пусть мама живет. Я понесу тебя и маленького мастера Лу на руках. Наша семья будет жить и умирать вместе и никогда не будет разлучена.”

Нин Цин коснулась его красивого лица. Из-за его слов она была готова умереть за него.

- Муженек, в те десять секунд я была похожа на тебя. Я не думал о том, как выбирать. Я думал о том, как мне спастись. Почему я должна выбирать, кто должен умереть между мамой и мной? Я не сдамся. Даже если кто-то должен умереть, это должны быть те плохие люди.”

Лу Шаомин посмотрела на свои яркие осенние зрачки и тихо рассмеялась. “Так как же ты ослабил веревку?”

Говоря об этом, Нин Цин была горда. - В это время меня связывал подчиненный. Я притворился, что у меня болит живот. Когда этот человек пришел проверить, как я себя чувствую, я намеренно зажал между запястьями небольшой кусок веревки, чтобы, когда он меня связывал, она была свободна. Когда они сосредоточились на деньгах, я изо всех сил пытался освободиться от веревки.”

“МММ, моя жена такая умная.”

- Муженек тоже очень умный. Я так боялась, что ты не послушаешь меня и не поверишь в меня. Я так волновалась.”

Лу Шаомин рассмеялся. “Конечно, я верю в свою жену. В то время я доверил тебе твою жизнь, Жизнь маленького мастера Лу, жизнь моей матери и свою собственную.”

Нин Цин вознаградила его, поцеловав в глаза.

- Женушка, на самом деле у тебя есть еще один выбор. Каждый будет эгоистом, когда столкнется со смертью. Ты мог бы попросить меня выбрать тебя между матерью и тобой.”

Нин Цин постучала его по голове своей маленькой ручкой. “Как ты думаешь, я такой человек? Если бы вам действительно пришлось сделать выбор, то больше всего страдали бы вы сами. Как я мог позволить тебе сделать выбор? Хотя вы с мамой не слишком близки, это связано с характером и окружением. Кровь гуще воды. Мама любит тебя, и ты тоже любишь маму. Никто не может этого отрицать. Как я могу пожертвовать матерью, чтобы жить с маленьким мастером Лу? Что будет делать отец, если мать умрет? Как вы можете жить с самим собой в будущем? Наша семья должна быть счастлива и жить счастливо вместе. Никто не может нас разлучить.”

“Да. Лу Шаомин пристально посмотрел на девушку. В это время он задавался вопросом, почему Бог позволил ему встретиться с ней.

Должно быть, именно из-за долгих лет одиночества Бог начал заботиться о нем.

Нин Цин вдруг о чем-то задумалась. - Муженек, как ты думаешь, кто хотел похитить нас с мамой? Кто настоящий работодатель? Этот работодатель довольно странный, даже придумал неэтичный план попросить тебя выбрать между мамой и мной. Шаоминг, я думаю, что за этим стоит большой заговор, и они нападают на нас с тобой.”

Лу Шаомин взглянул на нее и ласково ущипнул за ноздрю. - Кого вы подозреваете? Чжоу Чжилэй?”

“Да. Нин Цин кивнула. - Шаомин, мама ничего не знает о характере Чжоу Чжилэя. Разве ты еще не знаешь? Когда она была в Финляндии, она взяла на себя инициативу соблазнить тебя и использовала Инцзе, чтобы иметь дело со мной. Однажды она даже лично сказала мне, что мама-дура. Даже если я войду в семью Лу, она все равно сможет разрушить отношения между мамой и мной.эта женщина так хотела быть миссис Лу, что сошла с ума. Она способна придумать все виды злых трюков. Эй, я просил тебя оставить кого-нибудь в живых, но ты этого не сделал, так что теперь мы не можем расследовать это дело, даже если бы захотели.”

Неужели она жалуется на него?

Лу Шаомин рассмеялся. “Я уже послал кое-кого проверить Чжоу Чжилэй, но она чиста и не дала никаких улик.”

Значит, они могли только позволить Чжоу Чжилэю выйти сухим из воды?

Нин Цин была несчастна. Она протянула свою маленькую ручку и постучала его по голове. - Посмотри, какие большие неприятности ты мне причинил, а ты все еще упоминаешь му Юньфаня. Хм! Я собираюсь игнорировать тебя.”

Девушка повернулась к нему плечом.

Лу Шаомин обнял ее сзади и ласково и снисходительно стал уговаривать. - Ладно, детка, Это все моя вина. Я пошлю кого-нибудь, чтобы взять на заметку Чжоу Чжилэя; это больше не повторится.”

“Значит, ты все еще собираешься выставлять себя напоказ?”

Как засвидетельствовал Бог, он никогда не выставлял себя напоказ.

Только однажды, чтобы понравиться ей, он купил много одежды и одеколона, но, конечно, ничего ей не сказал.

- Прости меня, детка. Я больше не буду выставлять себя напоказ, хорошо?”

“Так-то лучше. Нин Цин рассмеялась и бросилась в объятия мужчины.

- Не двигайся, женушка, дай мне посмотреть на маленького мастера Лу.…”

…

Лу Динхуа закрыл дверь и увел Сун Яцзин, обняв ее за плечи.

У Сун Яцзин потекли слезы. Она закрыла рот руками, чтобы не было слышно, как она плачет.

Говорили, что время раскроет сердце человека. Только после этих трудностей она обнаружила, что Нин Цин была такой хорошей девочкой.

Она всегда знала, что Шаомин обожает Нин Цин. После того, как она увидела их вместе сегодня, это было правдой, что Шаомин действительно обожает Нин Цин, но это потому, что Нин Цин была настолько достойна того, чтобы ее обожали.

- Яджинг, не плачь, ладно? Ты уже такой старый, но все еще плачешь, как ребенок.- Лу Динхуа протянул руку, чтобы вытереть слезы Сун Яцзин.

Сун Яцзин глубоко вздохнула и положила голову на грудь Лу Динь Хуа. - Динь-Хуа, я ошибся? Я так ошибаюсь, - сказала она эмоционально.

“Перед отъездом в Англию ты сказал мне, что доверил Нин Цин мне, но когда мы были привязаны в каюте, именно Нин Цин заботилась обо мне и поощряла меня. Раньше я очень не любил Нин Цин, но на краю обрыва она сказала, что я ей очень нравлюсь, потому что я дал ей лучший Лу Шаомин.

“Я видел усилия Нин Цин на этом пути. Она гладкая и умная, и она может понять ключевой момент из маленькой детали. У нее тонкий ум. Она спасла Инцзе и помогла мне открыть свое сердце. Она научила меня быть по-настоящему квалифицированной женщиной. У нее также есть такое глубокое понимание и отношения с Шаомоном. Нет такой девушки, как она, которая могла бы заставить Шаомина так счастливо и своевольно смеяться на солнце.

“Но что я сделал за эти годы? Я не отдала ни капли материнской любви. Я неверно верил в Чжоу Чжилэя и пытался разлучить Шаомина и Нин Цин. Я действительно дурак.”

Лу Динхуа сжал плечо жены и тихо сказал: “Яцзин, тебе еще не поздно проснуться. Шаомин и Нин Цин не покинули вас. В будущем ты будешь хорошей женой, хорошей матерью и хорошей бабушкой.”

Сун Яцзин кивнул. - Да, еще не поздно. Они готовы дать мне шанс наверстать упущенное.”

…

После того, как Лу Шаомин получил капельницу, они вернулись из больницы после полудня, после того как закончили изображать влюбленную голубку. Однако они не вернулись на виллу чайного павильона, потому что Сун Яцзин попросил их вернуться на виллу семьи Лу к обеду.

Войдя в гостиную виллы, Лу Динхуа как раз выходил из кабинета наверху. - Шаомин, Нин Цин, вы вернулись! Вы в добром здравии?”

- Папа, все в порядке. А где мама?- Спросила Нин Цин.

В этот момент из кухни вышла Сун Яцзин. Теперь она не стала аккуратно подвязывать волосы. Несколько дней назад Нин Цин сопровождала ее, чтобы завить волосы. Теперь она просто небрежно приколола его. На ней был фартук, и она поставила блюдо на стол.

- Шаомин, Нин Цин, вы вернулись? Иди помой руки и приготовься к ужину.”

Нин Цин уставилась на него и разинула рот. Она вошла в столовую и удивленно спросила: "Мама, ты сегодня готовила? Я никогда не пробовал мамино мастерство. Выглядит очень аппетитно.”

Лу Динхуа подошел и сказал с улыбкой: “Нин Цин, ты не только никогда не пробовала его, но и я тоже никогда его не пробовал. Я попробую его на вкус благодаря вам, ребята.”

“Хотя я никогда раньше не готовила, мои навыки вполне приемлемы, - сказала Сун Яцзин, глядя на Лу Шаомина, который все еще стоял в гостиной. Она мягко улыбнулась и помахала ему рукой. - Шаоминг, что ты все еще здесь стоишь? Иди сюда и попробуй блюда, приготовленные твоей матерью.”

Нин Цин оглянулась. Лицо мужчины почти не дрогнуло, но он чувствовал себя неловко. Нин Цин поспешила взять его за руку и потащила в столовую. Она улыбнулась с искривленными глазами и сказала: “Мама, Шаоминг слишком тронут. Должно быть, он плачет и рыдает в своем сердце. Наконец, он может попробовать блюда, которые его мать приготовила сама.”

Сун Яцзин это позабавило. - Ты остроумная девочка.”

Лу Шаомин тихонько ущипнул девочку за маленькую ручку, показывая-кто тебя просил так говорить!

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 284-Я Отвечаю За То, Чтобы Быть Богатым; Вы Отвечаете За То, Чтобы Обращаться Со Мной Должным Образом

На лице Нин Цин появилась дерзкая улыбка. - Хе-хе.”

Лу Динхуа прищурился, глядя на веселое семейство. Он сказал: "Яджинг, быстро подавай блюда. Мы все голодны.”

“Конечно. Сун Яцзин улыбнулась, войдя в кухню.

…

Слуги подали блюда, а Сун Яцзин лично подал миску супа. - Нин Цин, я сварила суп, тушеный с ребрышками и грибами. Он имеет преимущества для беременных женщин.”

Нин Цин тут же взяла маленькую ложечку, чтобы попробовать. Ее маленькие розовые губки чмокнули, и она похвалила ее, сказав: "мама, это действительно вкусно.”

Сун Яцзин бросила взгляд на Нин Цин, что означало: "только ты такая милая".

- Шаоминг, это суп, который мама сварила для тебя. Сун Яцзин поставила еще одну миску супа рядом с рукой Лу Шаомина.

Лу Шаомин посмотрел на тарелку с супом рядом с собой и сказал: “Мама, мне не нужно это пить.”

Руки Сун Яцзин замерли.

Нин Цин посмотрела на ситуацию и быстро сказала: "Почему тебе это не нужно? Шаоминг, у тебя сегодня кровь из головы пошла. Мама жалеет тебя и хочет помочь тебе питать свое тело. Этот суп - для тебя. Попробуй на вкус.”

Нин Цин положила ложку рядом с его рукой.

Лу Шаомин посмотрел на девушку, улыбающуюся ярко, как цветок. Он схватил ложку и набрал полный рот супа.

Сун Яцзин нервно спросила: "Шаомин, это хорошо?”

Лу Шаомин кивнул головой и сказал: “Да, это хорошо.”

С его словами атмосфера за столом стала бурной.

- Мама, ты должна приготовить еще супа, чтобы Шаоминг его выпила. Шаомин так стар, но все же это первый раз, когда он ел суп, который вы лично приготовили для него. В будущем вы должны сделать это до Шаоминга.”

Сун Яцзин взглянула на сына. В ее глазах стояли слезы, и она тут же кивнула головой и сказала:”

Лу Шаомин элегантно ел свою еду. Услышав, что говорит девушка, он пнул ее ногой под столом.

Нин Цин не возражала. Она действительно беспокоилась о нем. Она смешала суп с рисом и стала снисходительно есть. У нее был хороший аппетит.

В этот момент Лу Динхуа сказал: "Нин Цин, откуда ты знаешь, о чем думает Шаомин? Знаешь, о чем я сейчас думаю?”

Нин Цин моргнула и сделала вид, что размышляет, а потом сказала: “Папа сейчас думает, Дорогая, почему у них обоих есть суп, но у меня его нет.”

Лу Динхуа замер, а затем разразился громким хохотом.

Сун Яцзин покраснела и недовольно посмотрела на Нин Цин. “Я даже не могу закрыть тебе рот едой. Ах да.- Сун Яцзин вспомнила о важном деле. - Нин Цин, ты так долго была замужем за Шаомоном. Когда твои родители будут свободны? Мы должны навестить их.”

“Совершенно верно. Лу Динхуа сурово заявил: "в то время я бы позволил секретарю забронировать отдельный номер в отеле. Все должны собраться за трапезой. Маленький молодой мастер Лу вот-вот родится. Обе бабушки еще не встречались друг с другом, так не может продолжаться.”

Глаза Нин Цин заблестели. Ее родственники собираются встретиться с родителями?

Отлично! Наконец-то все зашло так далеко.

- Папа, Мама.” В данный момент, - сказал Лу Шаомин, - вам не нужно заказывать отдельный номер в отеле. Когда у моих родителей будет время, я все устрою. Мы отправимся прямо в дом Нин. Моя свекровь хорошо готовит. Мы поужинаем в их доме.”

Нин Цин почувствовала сладость в своем сердце, эти слова были неподходящими для невестки. Лу Шаомин мог бы говорить на эту тему и иметь больше доверия.

В этом отношении он никогда не обижал ее.

“Это тоже прекрасно. Мы будем ждать вас, чтобы сообщить нам. Лу Динхуа кивнул головой.

…

Лу Шаомин поел и поднялся наверх. Он достал телефон, чтобы найти нужный номер, и позвонил.

- Привет, Даюан.”

- Привет, Шаоминг.- С другого конца провода послышался теплый голос Чжоу Даюаня. “Что случилось?”

- Сегодня я упал на землю и ударился головой об пол. Потом у меня мелькнуло прошлое, но когда я захотел подумать о нем более кратко, то ничего не смог вспомнить. Что происходит?”

Этот конец молчал в течение 2 секунд, а затем он сказал: “Шаоминг, вы организуете некоторое время, чтобы приехать в Англию на некоторое время. Я проверю твой мозг.”

“У меня есть шанс восстановить память?”

“Шао мин, ты хочешь восстановить свою память?”

Лу Шаомин поджал тонкие губы и остановился на верхней ступеньке лестницы, глядя вниз на столовую. Девочка с чистеньким личиком осторожно держалась за миску, понемногу глотая суп.

У ее щеки лежал небольшой пучок волос. Она подняла руку, чтобы заправить волосы за ухо, и улыбнулась, изогнув брови. Он не знал, что она говорит его матери, и его мать, которая была строгой и правильной, расплылась в непринужденной улыбке.

В столовой горел янтарный свет, и в комнате было тепло.

“Да”. Он кивнул головой и сказал:”

- Хорошо, мы поговорим, когда ты приедешь в Англию. Я работал с известным мастером, известным в этих краях тем, что занимался гипнозом, одним из его новейших методов использования гипноза для восстановления памяти. Я чувствую, что это очень многообещающе.”

“Конечно.- Лу Шаомин закончил разговор.

…

Они провели ночь в доме Лу. Сун Яцзин приказал кому-то отремонтировать комнату, и она превратилась в спальню Лу Шаомина и Нин Цин.

Нин Цин вошла внутрь. Комната площадью в восемьдесят квадратных футов была просторной. Светло-золотистые тона интерьера были немного ретро-роскошными, и она, раздвинув шторы, увидела, что за окном горит свет.

Ее мягкое тело держал мужчина, стоявший позади нее. Лу Шаомин наклонился, чтобы поцеловать ее маленькое личико, и сказал: “о чем ты думаешь?”

Нин Цин прижалась к его широкой груди и сказала: “Я думаю, что семья моего мужа действительно богата. Это не участок земли в центре города, но отсюда я могу видеть сверкающие огни города. Этот пейзаж, окружающий эту виллу, очень красив. Это место должно обладать хорошей геомантией, и, вероятно, потребуется большая сумма денег, чтобы купить его.”

- Да, - лениво ответил мужчина. “Это собственность семьи Лу.”

Нин Цин повернула голову, чтобы поцеловать красивое лицо мужчины.

Лу Шаомин расхохотался и сказал: "Почему ты поцеловал меня?”

- Потому что ты богат.”

Лу Шаомин посмотрел на ее губы, пораженный тем, что она взяла инициативу в свои руки. - Ты целуешь меня, потому что я богат?”

- Да, высокий красивый мужчина, богатый. Какой женщине он не понравится?”

Лу Шаомин схватил ее за плечи и развернул к себе. Он схватил ее за затылок одной большой рукой и сказал: “тогда в будущем я отвечаю за то, чтобы быть богатым; вы отвечаете за то, чтобы обращаться со мной должным образом.”

Он подошел и поцеловал ее в губы.

Нин Цин булькнула от смеха и нырнула прочь. - Муженек, не валяй дурака. Тебе не разрешается целовать меня по ночам. Если вы это сделаете, вы снова будете на грани.”

Лу Шаомин нахмурился и уткнулся лицом в ее розовую шею. С того момента, как она официально вступила на 7-й месяц беременности, у них двоих не было никакой жизни.

Это был его первый ребенок. Он, естественно, будет лелеять его. Кроме того, это была такая маленькая девочка, и он не мог вынести ее мучений. Он всегда боялся, что произойдет несчастный случай.

Он мог просто держать его внутри.

“Нин Цин, почему мы должны сегодня спать здесь? Мы можем вернуться на виллу чайного павильона, чтобы поспать.”

Нин Цин расхохоталась и обхватила его лицо своими маленькими ручками. Она ущипнула его за руку. - Муженек, что не так с твоим тоном? Я не просил тебя ночевать в доме моих родителей; Почему ты чувствуешь себя обиженным?”

Лу Шаомин слегка прикусила свои красные губы и сказала: “я действительно хочу спать в вашем доме.”

Нин Цин покраснела. Ему действительно нравилось спать в ее доме. Особенно когда они спали на кровати. Она даже не пошевелилась, но он должен был отреагировать.

Было время, когда она была примерно на 6 месяце беременности. Он продолжал приставать к ней, а Юэ Ваньцин не было дома, они целовались из кухни всю дорогу до комнаты, а потом ... …

Ее мать вернулась на середину комнаты и окликнула их из гостиной. Он закрыл ей рот и не давал говорить.

- Пробормотала мать, направляясь на кухню. Она была застенчива и не смела произнести ни звука. Она боялась, что мать услышит ее. Ее чувства были напряжены, и это делало его абсолютно захватывающим. Они оба были мокры от пота, и ее маленькое личико покраснело, когда она посмотрела на него. Он наклонился к ее уху и тихо сказал: Это комната твоего детства, и она вся пропитана твоим запахом.”

Она никогда не относилась к этому человеку несправедливо. Он был человеком внешне холодным, но глубоко страстным внутри.

Поскольку это была комната, в которой она жила с детства, когда он вошел в нее, он почувствовал, что это было абсолютно захватывающе.

Особенно ему нравилось трогать вещи из ее юности, а в то время большое количество девушек с удовольствием складывали бы морских звезд. Она положила маленькое розовое зеркальце в свой ящик, там была маленькая кукла в платье принцессы…

Сейчас, вспоминая его эрудированные манеры-он был высок и красив, стоя у ее туалетного столика — - она все еще чувствовала возбуждение.

Нин Цин встала на цыпочки и обняла его за шею. Она была застенчива и осмеливалась говорить с ним только очень тихо. - Муженек, позволь мне открыть тебе один секрет. Ты знаешь, где я хочу спать больше всего? Америка-в твоей комнате. Я также хочу спать с Лу Шаомоном из его юности.”

В тот раз, когда она уехала в Америку искать его, он стоял на молочно-белом ретро-балконе, украшенном резьбой в виде цветов. Элегантная и изысканная стена и фон делали его еще более красивым.

Раньше он был таким выдающимся и неприступным.

Лу Шаомин хлопнул ее по заднице, и его голос был хриплым “" ты знаешь, что мне было бы неудобно, и ты все еще обсуждаешь эту тему со мной?

Нин Цин застенчиво вошла в его объятия.

Лу Шаомин погладил ее маленькую головку и сказал: “Ммм, после рождения маленького молодого мастера Лу давайте устроим свадебную церемонию. Я привезу тебя на медовый месяц в Америку. Я обязательно исполню ваши мечты.”

Нин Цин крепко обхватила его живот и сладко улыбнулась. “Конечно.- Она продолжала говорить. - Муженек, мама очень изменилась. Семья Лу начинает разминаться. Не будь таким серьезным, мама пытается подойти к тебе.”

Лу Шаомин молчал и ничего не говорил.

Нин Цин подняла голову из его объятий и сказала: “муженек, почему ты молчишь? Только не говори мне... сегодня мама готовила сама; разве ты не чувствовала никакого блаженства?”

Было бы ложью, если бы он сказал, что не чувствует никакого блаженства. У него сложилось впечатление, что его мать всегда была строгой и требовательной, и она никогда не обращалась с ним мягко. Семья Лу всегда была холодной и ледяной, поэтому он редко возвращался домой.

Он и представить себе не мог, что настанет день, когда мать будет так нежно улыбаться ему, как сегодня. Ему и в голову не приходило, что семья Лу может с удовольствием пообедать вместе.

Однако Лу Шаомин посмотрел на девушку, и выражение его лица было немного неестественным, когда он сказал: “тебе не кажется, что это немного...неловко?”

Неловко?

Нин Цин расхохоталась, вцепилась в шею мужчины и сильно толкнула его локтем. - Муженек, неужели тебя так долго пытали, что теперь ты получаешь удовольствие от пыток? Или сказать, что ты стар и стесняешься принять любовь своей матери? Эйо, муженек, мама меня не презирает. Вы можете соответствующим образом вести себя мило по отношению к нам. Ребенок, который любит плакать, будет пить молоко.”

- Вести себя мило?” На лице Лу Шаомина было написано отвращение, что означало: "разве притворство не является твоей специальностью?

“Нин Цин, ты думаешь, что все такие, как ты? Так претенциозно!

Претенциозно?

Нин Цин мгновенно рассердилась. Она подняла руку, потянула мужчину за ухо и сказала: “Лу Шаомин, ты посмеешь сказать это в другой раз? Разве я не сделал все это для тебя и для этого дома?”

Лу Шаомин отступил на несколько шагов, не позволяя ей прикоснуться к себе.

Девушка была встревожена. Она прыгнула прямо к его телу. Лу Шаомин с улыбкой на губах обнял ее быстрым движением, и они несколько раз обернулись. Они оба перекатились на большую мягкую кровать. - Женушка, я знаю, что тебе было тяжело, этой семье есть за что тебя благодарить, и я сейчас очень, очень счастлив.”

Лу Шаомин нежно поцеловал ее.

Table of Contents

Мой Опасный Муж Миллиардер Рекомендую свой проект)

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 1-Спасая чью-то жизнь

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 2-Спасая чью-то жизнь ч.2

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 3-Три года спустя

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 4-Позволь мне удовлетворить тебя

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 5-Сюй Цзюньси, не оскорбляй себя!

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 6-Пьяный в баре.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 7-Встреча с развратником

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 8-Молодой Мастер Лу

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 9-Это она, девушка, которая спасла его три года назад

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 10: Ворвавшись в комнату незнакомца

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 11: Помни меня

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 12: Сон После Усталости От Плача.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 13: Женщина, которую ты ищешь, находится в моей комнате

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 14: Часы, оставленные молодым мастером Лу

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 15: Посещение мамы в больнице

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 16: Нин Яо Вернулась

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 17: Что это за отношение, Нин Цин?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 18: Чувство присутствия

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 19: Она Изменилась

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 20: Цзюньси, Бабушка передаст Цинцин тебе.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 21: Яояо, извинись перед Цинцин.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 22: Контратака.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 23:Сюй Цзюньси, давай отменим помолвку.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 24: Двое мужчин дерутся из-за нее.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава:25:Нин Яо это все, что у тебя есть.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 26: Сегодня вечером я останусь?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава:27:Телефонный звонок молодого мастера Лу.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 28: Она снова польстила себе.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 29:Как Мужчина Смотрит На Женщину

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 30:Тебе Больно?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 31:Или ты все еще хочешь сесть мне на колени?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 32:Он принадлежит ей.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 33:Нужен Один Миллион.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 34:Кастинг.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 35: Сплетни.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 36:Если Бы У Них Что-То Было.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 37: Подражание Чжао Фэйянь.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 38:Танцы На Хрустальной Пальмовой Посуде.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 39:Молодой Господин Лу Ревнует.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 40:Я буду красивой, пока все вы будете завидовать.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 41:Даже если бы это была не Яояо, то почему это была бы ты?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 42:Подойди сюда, если тебе нужен миллион

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 43 Взять эти грязные деньги с собой и уйти к чертовой матери!

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 44:Я не могу с этим смириться.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 45:Женщине Нужно Только Покорить Мужчину

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 46: Мисс Нин, Тебе Не Уйти.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 47:Нет...Помогите!

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 48:Спасибо, Что Спасли Меня

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 49:Почему ты убежала, когда увидела меня?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 50:Отпусти Меня

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 51:Извини, Я Опоздал

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 52:Поцелует, не поцелует...

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 53:Ты была тем, кто воспользовался мной

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 54:Красавица, Я не могу ждать

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 55:Нин Цин, Вы Зависимы?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 56:Принесите Свою Домашнюю Регистрацию И Удостоверение Личности

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 57:Получение Свидетельства О Браке

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 58:Режиссер Ван Пригласил Вас На Кинопробы

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 59:Сцена Поцелуя

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 60:Знаете ли вы каких-либо влиятельных чиновников в сфере финансов

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 61:Верните мне мой Цинцин

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 62:Почему Ты Так Сильно Плачешь?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 63: Шаомин, это ваша первая встреча с мамой

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 64:Не трогайте

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 65:Поцелуй Здесь

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 66:Почему вы не носите одежду

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 67:Этот медведь женского или мужского пола?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 68:Позвольте Мне Показать Вам Волшебный Трюк

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 69:Я никому не скажу, что у вас есть маленькая птичка

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 70:Соревнование

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 71:Комната 902

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 72:Сорвите Его Лицом К Лицу

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 73:Битва умов

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 74:Президент Лу Находится Здесь

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 75:Отыграть Вдвое Больше Суммы Президент Сюй Выиграл

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 76:Ждите Звонков И Определите, Насколько Сильно Вы Меня Любите

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 77:Спасибо, Женушка

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 78:К ней летит пуля

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 79:Какой приятный термин, называющий меня сестрой

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 80:Битва слов на пресс-релизе (разоблачение ли Мэйлин впервые)

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 81:Битва умов 2 (полностью дискредитирована)

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 82:Лу Шаомин, Что Вы Смотрите?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 83:Осмелитесь ли Вы присутствовать в качестве Миссис Лу?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 84:Сохраните Свой Первый Танец Сегодня Вечером Для Меня

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 85:Она Дала Свой Первый Танец Оу Ло Си

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 86:Молодой Мастер Лу, Могу Я Пригласить Вас На Танец?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 87:Лу Шаомин, Вы Тиран!

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 88:Подождите Минутку ...

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 89:У Мамы Есть Несколько Друзей, Которые Хотели Бы Встретиться

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 90:Нин Цин, я на десять лет старше тебя. Ты думаешь, я стар?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 91:Он лучше меня?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 92:Носите его дома, вы хорошо выглядите в нём

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 93:Скажите мне, что сегодня не так?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 94:Приведите Ее В Дом Семьи Нин И Действуйте Без Ограничений

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 95:Приведение Бабушки На Короткое Время

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 96:Ты мой заместитель

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 97:Не волнуйтесь, это подделка

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 98:Сюй Цзюньси, Отпусти Ее

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 99:Извлечение Бабушки

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 100:Подбадривание

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 101:Что Ты Хочешь Сделать, Нин Цин?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 102:Она Ударила Молодого Мастера Лу

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 103:Прости Меня, Женушка

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 104:Шаомин, Теперь Все Хорошо?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 105:Выслушать признание Нин Цин в любви?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 106:Они бросают жадные взгляды на моего мужчину; неужели они думают, что я не существую?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 107:Три Года Назад Именно Она Заставила Меня Упасть С Лестницы

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 108:Генеральный директор Сюй, ваша свадьба проходит так, как планировалось?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 109-Вы не голодны?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 110:Почему Ты Ударил Меня, Когда Вернулся?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 111:Самое Неподходящее, Самое Неподходящее

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 112:Нин Яо беременна

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 113:Прощай, Ли Мэйлин (Li Meiling Finale)

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 114:Стала Королевой В Возрасте Двадцати

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 115:Какого Рода Прошлое Она Скрывала?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 116:Сражался За Оу Ло Си

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 117:Сюйлин, вы вернулись

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 118:И Все Же Горный Дождь Пролился

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 119:Унизительное прошлое Нин Цин

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 120:Я Хочу Предложить Каждому Из Вас Заткнуться

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 121:Это плохо; мадам ушла

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 122:Непредсказуемость

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 123:Но , я действительно вызвал проблемы в этот раз

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 124:Вам Легко Узнать Ответ

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 125:Ее Комиксы, 27-Летний Лу Шаомин

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 126:Возвращение Нин Цин

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 127:Она Была Невиновна

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 128:Это Все Предначертано

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 129:Сегодня Или Завтра Вечером...

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 130:Сделала Аборт 18

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 131:Забрать Девочку Из Школы В Первый Раз

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 132:Я Люблю Тебя, Дорогой

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 133:Назначено

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 134:Му Юньфань

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 135:Молодой Мастер Лу, Подождите И Увидите

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 136:Я Пришел Из-За Девушки

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 137:Извините, Я Был В Плохом Настроении

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 138:Чем Больше Вы Балуете Ее, Тем Более Упрямой Она Становится

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 139:Тогда Какого Типа Старший Брат Юньфань Любит

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 140:Красивая Женщина Рядом С Молодым Мастером Лу

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 141:Видел Тебя Во Сне

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 142:Цинцин, Я Хочу Только Тебя.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 143:Укрощение Маленькой Дикой Кошки

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 144:Молодой Мастер Лу Действительно Достоин Своей Репутации

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 145:Кто Хочет, Чтобы Вы Хорошо Относились Ко Мне Сейчас

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 146:Нин Яо Признается

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 147:Приходите В Гостиничный Номер, Чтобы Найти Меня

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 148:Он Видит Вас Только В Своих Глазах

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 149:Я Немного Расстроен

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 150:Кто Прислал Вам Эти Розы?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 151:Он Пришел

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 152:Дарение Цветов

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 153:Мужской Бог Профессор, Мы сделаем вид, что не понимаем

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 154:Моя Собственная Жена Все Еще Лучшая

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 155:Президент, Мадам Была Похищена

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 156:Брат Юньфань, Продержись Еще Немного

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 157:Быть женщиной старшего брата

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 158:Вы Ничем Не Отличаетесь От Этих Людей

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 159:Муженек, Ты Злишься?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 160:Со мной здесь, это человек, которого мама выбрала

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 161:Если Вы Достаточно Умны, То Молчите Вечно

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 162: Попал В Нокаут

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 163:Нин Яо Попался

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 164:Смерть Нин Яо

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 165:Раздвоение Личности

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 166:Один Комплект Документов О Разводе

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 167:Единственный Солнечный Луч В Его Жизни

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 168:Шаомин, не оставляй меня, ладно?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 169:Лу Шаомин, Он

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 170:Считается Королем После Победы Над Врагом

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 171:Кончина бабушки

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 172:Не трогай ее, я встану на колени!

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 173:Действовать В Ближайшее

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 174:Новый Год

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 175:Скажите ему, что я приехала из Китая, чтобы найти его

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 176:Обещание Трех Месяцев

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 177:Молодой Мастер Лу, Пожалуйста, Останьтесь

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 178:Наконец-То Пришел В Гуан Цин

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 179:Извините

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 180:О Путешествии В Поисках Любви

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 181:Мисс Нин, Как Вы Думаете, Этого Достаточно?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 182:У Нашей Сяо Фу Все Еще Есть Ее Первый Поцелуй На Экране, А У Тебя Все Еще Есть Свой?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 183: Тебе Нравится Моя Тонкая Талия?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 184:Познай Себя И Своего Врага

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 185:Если Бы Небеса Обладали Чувствами, Они Бы Тоже Состарились

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 186:Обнимаю Его Для Тепла

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 187:Попробуйте Встречаться И Посмотрите, Куда Это

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 188:Мелочь, Конечно, Я Смогу Контролировать Вас Всех

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 189:Оу Ло Си, Вам Могут Нравиться Только Женщины

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 190:21 Марта, День Постановки Спектакля 21

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 191:Подарите Ей Сказочный Цветочный Душ

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 192:Где Находится Доверие Между Двумя Людьми

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 193:Поймай Крота

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 194:Разрушительная Критика

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 195:Он Укусил Ее. Сосредоточься!

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 196:Можешь Ли Ты Попытаться Полюбить Меня?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 197:Она Берет Вас В Дублеры

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 198:Выражение Своей Любви Перед Всем Городом

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 199:Инвестирование В Медиакомпанию

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 200:У Нее Не Было Месячных Больше Месяца

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 201:Накачивание Наркотиками.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 202:Играем По-Настоящему?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 203:Перестаньте Поднимать Шум; Будьте Послушны

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 204:Мама, У Меня Болит Живот

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 205:Никогда Не Надеялся Быть Любимым Так, Как Сейчас

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 206:Молодой Мастер Лу, меня зовут Сюй Цзюньси; я первая любовь Нин Цин

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 207: Признаки Ревности

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 208: Драка

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 209: Относитесь Ко Мне Лучше; Я Буду Поддерживать Вас

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 210: Молодой Мастер Лу, Это Было Трудно

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 211: Счастливого Пути! Не Торопитесь, Я Не Собираюсь Вас Отсылать

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 212: Нин Цин, Ты Мне Нравишься, Очень, Очень Нравишься

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 213: Вы Никогда Не Узнаете, Что Я Смотрю На Вашу Версию Сейчас, И Как Сильно Болит Мое Сердце

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 214: Шшш, не говори этого! Это Так Неловко

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 215: Я Заеду За Тобой Завтра, Чтобы Отвезти На Работу, Хорошо?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 216: У Тебя Все Еще Есть Лицо, Чтобы Вести Себя Молодо Передо Мной

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 217: молодой господин Лу, разве вы не знали, что Нин Цин давным-давно потеряла свой телефон

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 218: Этот Человек Немного Странный

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 219: Лу Шаомин, Посади Меня В Кабедон

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 220: Что Ты Ел, Твой Рот Такой Сладкий

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 221: Он Сказал: Если Ты Осмелишься Сделать Это!

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 222: он пришел из Шанхая с телом, полным ветра и дождя

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 223: Директор Нин

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 224: Айо, Муж Мой, Сегодня У Тебя Все Хорошо

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 225: Распускаются Грязные Слухи

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 226: Кризис Доверия, Которого Раньше Никогда Не Было

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 227: Я Буду Поддерживать Вас

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 228: Первый раз Королева растет

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 229: Познакомила Меня С Самым Прекрасным Человеком В Моей Жизни

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 230: Я Не Говорю, Что Не Позволяю Тебе Целовать Меня

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 231:Дядя, Кажется, Недоволен Мной

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 232: Пара колец для нас.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 233: Ваша Мать Попала В Автокатастрофу

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 234: Может Быть, Ей Пора Было Его Порвать

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 235: Почему Ты Игнорировал Меня? Назови Мне Причину.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 236: Лу Шаомин, Ты Бесстыдник

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 237: Переговоры

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 238: Мадам, Мисс Нин, Кажется, Беременна.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 239: Глупый, Ты Знаешь, Что Беременна

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 240: хотя еще и двух месяцев не прошло, он доставил вам неприятности

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 241 - Детка, Тебе Нравится Папа?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 242: Лу Шаомин, Я Твоя Жена

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 243: Почему я не могу вернуть себе память

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 244: Вы не можете так баловать свою жену, вы будете так баловать ее.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 245: Смущение

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 246: Тепло

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 247: Больше Не Сердишься? Больше Не Игнорируешь Меня?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 248: Нин Цин, Выходи За Меня Замуж

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 249: Лу Шаомин, Ты издеваешься надо мной

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 250: Начнем Заново, Создавая Воспоминания Вместе

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 251: С тех пор как я вышла замуж за Лу Шаомина, я первая невестка семьи Лу

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 252: Женушка, Это Пренатальное Воспитание

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 253: Нин Цин, Сколько Вы Заработали За Последние Шесть Месяцев?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 254: Не создавай мне проблем

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 255: Открытая Борьба И Скрытая Борьба

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 256: Гармония

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 257: Найти биологическую внучку Чжоу Хенга

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 258: Посмотрите на него, она пойдет за ним, это его дело, и желает ему добра.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 259: Она Была Глубоко Погружена В Заговор, Но Не Осознавала Этого

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 260: Вдохновитель, Стоящий За Всем Этим

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 261: Моей Женщине Нужно Только Прятаться За Моей Спиной

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 262: План Чжоу Чжилэя

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 263: Сеяние Раздора

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 264: Я Одолжу Тебе Свое Плечо, Чтобы Поплакать На Нем.

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 265: Покорить Тещу

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 266: Госпожа Чжоу, Вы Думали, Что Моя Свекровь Была Дурой

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 267: У Меня Есть План, И Мне Нужно Ваше Сотрудничество

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 268: Чжоу Чжилэй, Ты Проиграл

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 269: Лу Шаомин, тебе не стыдно?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 270: Тогда Мы Поцелуемся В Следующий Раз

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 271: Маленький Мастер Лу Здесь; Держи Себя В Руках

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 272: Я Только Хочу Спрятать Тебя Тайно

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 273: Мама, давай откроем винный завод (включая небольшую театральную пьесу)

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 274: Я Буду Слушать Женушку Целиком И Полностью

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 275: Банкет По Случаю Дня Рождения

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 276: Оказывается, Мама Хочет, Чтобы Папа Накормил Ее Тортом

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 277: Нин Цин, Спасибо

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 278 - Он Будет Использовать Оценивающий Взгляд, Чтобы Посмотреть На Меня

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 279: Не стану ли я тогда третьим колесом?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 280: Похищение

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 281: Ты В Порядке?

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 282.Я принадлежу тебе(求月票）

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 283: Наконец-то можно есть мамину еду

Мой Опасный Муж Миллиардер Глава 284-Я Отвечаю За То, Чтобы Быть Богатым; Вы Отвечаете За То, Чтобы Обращаться Со Мной Должным Образом