- Жена наследника престола – божественный врач Глава 1. Возвращение к одиннадцати годам

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 2. Слишком насыщенный цвет

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 3. Болезненно красивый юноша

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 4. Разорванное свадебное платье

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 5. Лицемерная сестра

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 6. Нечистая совесть

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 7. Секреты в шкатулке из розового дерева

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 8. Тайная связь

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 9. Вежливое приглашение, от которого невозможно отказаться

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 10. Красивый юноша, словно сошедший с картины

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 11. Нож к горлу

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 12. Отправь ее к судье, если она отказывается признаваться

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 13. Подлый план десятидневной давности

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 14. Глазурованная лампа Фэнхуа

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 15. Это имеет какое-то отношение к этому королю?

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 16. Адепт новой техники лазанья по стенам

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 17. И настоятельница монастыря Цзиньсинь, и ее сестра умеют лечить

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 18. Ци Тяньюй блокирует дорогу

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 19. Сяо Сюаньцзы дает ложные показания

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 20. Печать, которую очень трудно найти

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 21. Тайное свидание

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 22. В поисках выхода

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 23. Слабый здоровьем должен рано ложиться спать

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 24. Лицемерная маскировка якобы любящей матери

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 25. Встреча с Шуй Жолань в семейном храме

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 26. Тетя Шуй, это из-за тебя

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 27. Гнев, старая ревность

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 28. Истинное так называемое совпадение

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 29. Обе фракции раздражают и провоцируют

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 30. Хаос, споры на лотосовом пруду

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 31. Значит, это не ты родила меня

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 32. Внезапная болезнь старой мадам

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 33. Кипящий имбирный суп

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 34. Приятные волосы

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 35. Тебе придется заплатить мне своей жизнью

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 36. Мисс Ци уверена, что добьется своего

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 37. Подойти, чтобы лично извиниться

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 38. Громкий скандал и драка

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 39. Большой шрам на руке

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 40. Давай вместе устроим переполох

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 41. Цинь Ваньжу, ну все! тебе конец!

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 42. Скандал между двумя семьями

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 43. Письмо. Хорошая фишка

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 44. Мама, что теперь делать?

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 45. Давай заключим сделку, Шуй Жолань!

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 46. Две служанки, отправленные одна за другой

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 47. Тщательно подобранная горничная

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 48. Насколько он доверял ей в прошлом, настолько же начал подозревать ее в этот момент

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 49. Одна неприятность за другой

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 50. Притворная попытка увести кандидатку в горничные

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 51. С тем же именем, что и в ее предыдущей жизни

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 52. Будут ли проблемы, если позволить им жить вместе?

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 53. На этот раз она не уступит

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 54. Мадам Ди вынуждена уступить

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 55. Решимость

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 56. Это входит обязанности подданного короля

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 57. Кто был бывшим преподобной настоятельницы монастыря Цзиньсинь?

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 58. Старшая сестра задумала разрушить репутацию тети Шуй?

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 59. Так называемая добросердечная старшая мисс Цинь

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 60. Прячась за деревом и подслушивая, кто-то строил свои планы

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 61. Кто будет иволгой?

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 62. Наша юная леди – ваша нанимательница!

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 63. Так неловко свалиться в кучу

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 64. Как все это закончить?

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 65. Разделение мадам Ди и ее дочери

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 66. То, что ты должна этому королю, должно быть возвращено

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 67. Кучер, который отказался признаться

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 68. Вмешательство жены принца-наследника князя

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 69. В поместье генерала не было родной матери

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 70. Обнаружив несправедливость, посторонний принудил к браку

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 71. Суматоха. Три хижины

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 72. Попытка выведать местонахождение гостя из столицы

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 73. Коварный лис

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 74. Письмо от королевы

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 75. Затянутый узел, ведущий к неизбежной смерти

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 76. Побитый. Внезапное нападение без причины

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 77. Мужчина с непристойным и вызывающим поведением

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 78. Паутина заговора. Один несчастный случай за другим

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 79. Конец всем заговорам, старая мадам возвращается!

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 80. Напоминание. Полезные свидетели

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 81. Вы не дочь генерала Цинь, не так ли?

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 82. Следует ли разрешить принцу взглянуть на свадебную спальню?

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 83. Необычное подслушивание из чана

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 84. Ты очень умная, умнее, чем моя кошка!

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 85. Подозреваемая Цюй Лэ

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 86. Молодой мастер, которого искал годами

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 87. Паника, наш мастер очень болен

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 88. Враждебное «не твое дело!»

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 89. Еще ничего не закончено, ты все еще многим обязана этому королю!

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 90. Все выглядит похоже, и время сходится!

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 91. Сегодняшнее птичье гнездо доставлено недавно?

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 92. Необъяснимое падение Ци Байюя

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 93. Разъяренная Ци Жунчжи

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 94. Схватить и повесить!

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 95. Жизнь хуже, чем у собаки

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 96. Планы Ци Байюя

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 97. Опухшие руки и испорченное лекарство

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 98. Сердечный узел монахини Минцю

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 99. Незнание тоже некая форма счастья

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 100. Два подростка, старший и младший

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 101. Припечатанная парочка

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 102. Изящная вышивка и пуговица с вышитой петелькой

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 103. Условия согласованы, и все готово

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 104. Она была такой смелой

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 105. Суп с каплями крови

- Жена наследника престола – божественный врач Глава 106. Не говори глупости, мы проверим бухгалтерские книги!

Жена наследника престола – божественный врач Глава 1. Возвращение к одиннадцати годам

Глава 1. Возвращение к одиннадцати годам

.

Ночью Цинь Ваньжу видела страшный сон.

Ее жизнь в этом сне закончилась трагически. Она словно со стороны наблюдала, как ее шаг за шагом засасывает в бездну кошмара. А заключительная сцена сновидения показывала, как она была замучена и казнена палачами. Перед смертью ее долго и жестоко пытали, а потом медленно разрезали пополам по тали и растащили ее тело в стороны. Она беспомощно лежала и наблюдала, как ее изуродованное разрубленное тело медленно коченело в луже крови на помосте у подножия Золотых Ворот.

В истории Великой империи Дунцан, она стала первой женщиной, преданной такому мучительному наказанию – смерти через разрубание тела пополам на уровне пояса.

Она смутно слышала грубые издевки и знакомый смех рядом.

Сцена была настолько реальной, что она почувствовала отчаяние и запах крови...

– Барышня, барышня, проснитесь! Вам опять приснился кошмар?

Смутно звучащий голос рядом с ее ухом прорвался сквозь видение смерти на площади у залитых солнцем Золотых Врат, и картинка казни начала распадаться на осколки, которые медленно рассеялись. Ваньжу удивленно открыла глаза. Ее кулаки были крепко сжаты, а острые ногти впились в ладони, причиняя ей нестерпимую боль. Она вся покрылась холодным потом, ее сердце бешено колотилось, а расширенные от ужаса глаза пристально смотрели на край полога над кроватью!

– Не нужно бояться, барышня, это всего лишь сон, просто взгляните в окно и скажите три раза «куда ночь – туда сон», и он навсегда исчезнет! – сказал бодрый девчачий голос, который сопровождался звуком торопливых шагов. Полог кровати был поднят, и в поле зрения Ваньжу появилось симпатичное личико Цин Юэ, служанки лет двенадцати с небольшим.

Это была энергичная и остроумная Цин Юэ из прошлого, а не та повзрослевшая Цин Юэ из предыдущей жизни, которая была сильно избита, до последнего защищая ее, свою хозяйку, и в конечном итоге умерла в дровяном сарае.

Это был уже второй день с тех пор, как Ваньжу умерла. После того, как она легла спать вчера вечером, ее кошмары снова и снова рисовали ей картины из прошлой жизни. Сначала воспоминания были расплывчатыми, однако сейчас она окончательно поняла, что после смерти переродилась и вернулась в свое детство!

Она все еще была в своем собственном теле, но ее перенесло назад ко времени, когда ей было всего одиннадцать лет.

Ваньжу вытянула свою маленькую и худую руку, ее кожа была настолько тонкой, что можно было увидеть голубые вены. Она снова подняла голову, чтобы осмотреться, и убедилась, что она действительно была в той самой спальне, в которой спала, когда ей было одиннадцать лет.

Когда она сплела вместе трагические кровавые сцены, она, наконец, поняла, кто был тем, кто толкнул ее в ад Диюй (Царство Мертвых).

– С вами все в порядке, барышня? – Видя, что ее маленькая хозяйка молчит, Цин Юэ продолжала спрашивать ее, в то время как Ваньжу лежала на кровати в оцепенении. Цин Юэ протянула руку, чтобы коснуться лба госпожи.

– Я в порядке. Как здоровье нянюшки Юй? – спросила Ваньжу хриплым голосом, остановив протянутую руку горничной и медленно садясь на кровати.

Няня Юй растила ее с самого детства. Всего за день до возрождения Ваньжу присматривающая за ее двором по приказу мадам Ди старуха Фанг наказала няню Юй, заставив пойти работать в прачечную из-за жалобы одной из прислужниц.

Когда Ваньжу переродилась и наконец поняла, что произошло, нянюшка Юй уже серьезно заболела от слишком тяжелой работы. Вчера Ваньжу первым делом позвала врача, чтобы тот осмотрел нянюшку Юй, и теперь вспомнила об этом сразу же после того, как проснулась.

– Почему бы вам сначала не выпить глоток воды, чтобы успокоить горло, барышня? Не волнуйтесь, няне Юй стало намного лучше. Я недавно заходила проведать ее, и она сказала, что хорошо выспалась прошлой ночью. Я думаю, что с ней все будет в порядке, если она хорошо отдохнет. – Цин Юэ поддерживала свою госпожу одной рукой, а другой ловко взяла чашку теплой воды с прикроватного столика, чтобы напоить ее.

– А что с моими вчерашними приказами? – спросила Ваньжу, когда села и взяла чашку, чтобы сделать несколько глотков. Теплое чувство, появившееся в животе от выпитой воды, еще раз напомнило ей, что она действительно родилась заново.

Когда она отдала чашку обратно Цин Юэ, ее взгляд переместился на то, что было за окном. Она видела, что яркие красные ленты, завязанные в форме цветов, висели всюду по крытым коридорам. Это был признак того, что свадьба все-таки состоится. Свадьба, на которой младшая сестра выйдет замуж вместо своей старшей сестры!

Это был тот брак, о котором она всегда мечтала, но не могла получить. Именно из-за этого брака она была сброшена в бездну отчаянья и умерла.

Сейчас ей было всего одиннадцать лет. Она еще даже до помолвки не доросла, потому что ей не было положенных два раза по шесть лет.

Как может мужчина может взять в жены одиннадцатилетнюю девочку?

Цинь Юйжу была старшей дочерью генерала Цинь Хуайюна, командующего армией Ниньюань. Цинь Ваньжу, с другой стороны, была его второй дочерью. В то время как Ци Тяньюй был старшим сыном магистрата Цзянчжоу.

Цинь Хуайюн, будучи командиром армии в Цзянчжоу, имел довольно хорошие отношения с высокопоставленным магистратом Цзянчжоу, и поэтому семьи Ци и Цинь были в хороших отношениях. Магистрат Ци уже давно положил глаз на старшую дочь генерала, Цинь Юйжу, и хотел взять ее в жены для своего старшего сына, Ци Тяньюя, который был примерно того же возраста, что и Цинь Юйжу.

Магистрат Ци неоднократно намекал Цинь Хуайюну о своем желании, чтобы их семьи стали родственниками по браку, но Цинь Хуайюн отказывал ему по той причине, что его старшая дочь была еще молода, и он хотел, чтобы она вышла замуж немного позже. Из-за этого брак между двумя молодыми людьми откладывался снова и снова. Но когда месяц назад Ци Тяньюй прошел первый тур имперского экзамена, генерал, наконец, согласился на этот брак.

Свадебная церемония готовилась в спешке, поскольку Ци Тяньюй собирался в столицу, чтобы в ближайшее время принять участие во втором туре имперского экзамена. Это было сделано для того, чтобы после свадьбы Цинь Юйжу могла сопровождать Ци Тяньюя в столицу и заботиться о нем, пока он будет сдавать экзамены.

В то время как семья Ци готовились радостно приветствовать Цинь Юйжу как молодую невестку, девичья семья мадам Ди, жены Цинь Хуайюна, прислала официальное письмо, в котором попросила руки Цинь Юйжу.

В этот момент жена генерала начала лихорадочно искать выход.

Ци Тяньюй ни в чем не мог сравниться с Ди Янем, племянником жены Цинь Хуайюна мадам Ди. Этот жених был сыном герцога Юнкана, который жил в столице империи. Мадам Ди снова и снова откладывала ответ на вопрос о браке с семьей Ци именно потому, что ждала, когда семья Ди Яня попросит руки Цинь Юйжу.

Однако, несмотря на то, что мадам Ди много раз намекала своей невестке, жене герцога, та отказалась предложить этот брак. Чувствуя беспокойство, что Цинь Юйжу станет слишком старой для брака, в сочетании с тем фактом, что Ци Тяньюй, наконец, прошел первый тур имперского экзамена, мадам Ди вздохнула с облегчением. Она и подумать не могла, что когда назначат дату свадьбы с семьей Ци, семья герцога решит просить руки ее дочери.

Времени для ответа оставалось всего двадцать дней, и мадам Ди не могла смириться с потерей.

Семьи Ци и Цинь почти завершили все необходимые ритуалы для заключения брака, и было невозможно отказаться от этого соглашении без ущерба для репутации ее дочери. Это вынудило мадам Ди и Цинь Юйжу прибегнуть к злому плану, который состоял в том, чтобы нянька Фан подбила маленькую невежественную Цинь Ваньжу занять место старшей сестры и вместо нее выйти замуж за Ци Тяньюя.

Старуха все время повторяла, что первоначальным намерением Ци Тяньюя было просить руки Цинь Ваньжу, но каким-то образом Цинь Юйжу забрала себе этот брак силой. Обиженная Цинь Ваньжу, не выдержав унижения, устроила истерику перед бабушкой и настояла, чтобы самой выйти замуж за Ци Тяньюя.

Прежде чем старая мадам смогла понять, что именно произошло, Цинь Юйжу подошла к ней и выразила готовность уступить своей младшей сестре и позволить ей выйти замуж за Ци Тяньюя, чтобы не рушить сестринские отношения с Цинь Ваньжу.

Старая мадам была уверена, что одна сестра хочет выйти замуж за Ци Тяньюя, в то время как другая готова уступить ей свое место, и поэтому она согласилась, поскольку это был хороший способ укрепить отношения между двумя семьями.

Хотя это был день, когда Цинь Юйжу должна была выйти замуж за Ци Тяньюя, но вместо нее мать вдруг отправит Цинь Ваньжу в паланкин невесты. Чтобы скрыть свой злой план и потом оправдаться перед Цинь Хуайюном, мать и дочь придумали историю о том, что его младшая дочь тайно опоила настоящую невесту, чтобы самовольно занять ее место. Мадам Ди также уговорила Цинь Ваньжу держать брак в секрете от всех под предлогом, что они собираются сделать Ци Тяньюю сюрприз.

Говоря о сюрпризе, на этот раз Ваньжу руками маленькой Цинь Ваньжу собиралась преподнести этим взрослым интриганкам огромный сюрприз!

– Не волнуйтесь, барышня, я все устроила в соответствии с вашими распоряжениями! – ухмыльнулась в ответ Цин Юэ.

Вчера Ваньжу сделала все необходимые приготовления. Последовательность и ход событий были тщательно продуманы и ждали своего осуществления!

– Бабушка прислала кого-нибудь поторопить нас? – спросила Ваньжу, отхлебнув чаю. Она говорила своим детским чистым и нежным голосом. Неуместным было только холодное выражение ее глаз, которое резко контрастировало с невинным детским личиком.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 2. Слишком насыщенный цвет

Глава 2. Слишком насыщенный цвет

.

– Старая мадам уже несколько раз присылала служанок, чтобы поторопить вас. Последняя горничная предупредила, что ваша бабушка лично придет, чтобы дать вам нагоняй, если вы не встанете в ближайшее время! – доложила Цин Юэ.

Накануне вечером Ваньжу проинструктировал ее, что перед тем, как будить ее этим утром, Цин Юэ должна просто дать формальный ответ, если старая мадам пошлет служанку, чтобы разбудить ее.

В своей предыдущей жизни она, наивная маленькая девочка, не подозревала, что Ци Тяньюй уже знал о «сюрпризе» и был уверен, что именно Цинь Ваньжу виновата в том, что его брак с Цинь Юйжу не состоялся. Разъяренный этим, он придумал жестокий план мести. Поначалу он сделает вид, что не заметил ничего странного, например, внезапно уменьшившийся рост «невесты», и прикажет своим людям отнести свадебный паланкин обратно в поместье Ци.

Однако в предыдущей жизни, когда свадебная процессия подошла к воротам поместья магистрата, Ци Тяньюй грубо вытащил Цинь Ваньжу из паланкина, сорвал с нее свадебную вуаль, толкнул ее на землю и публично опозорил, обвинив ее в том, что она порочная женщина и возомнила, что может получить все, что пожелает.

В результате она была публично унижена и лишилась репутации в таком юном возрасте, став для всех людей в Цзянчжоу вечным посмешищем.

Однако сейчас ее глаза, прикрытые длинными ресницами, были полны кровожадности и враждебности. Они больше не были глазами одиннадцатилетней девочки. Ваньжу села и, свесив короткие детские ноги с кровати, спросила:

– Паланкин вот-вот прибудет к воротам?

– Недавно я слышала, что этот час почти настал! – сказала Цин Юэ, которая сидела на корточках перед Цинь Ваньжу, помогая ей надеть туфли.

– Я полагаю, что все приготовления уже закончены? – лениво спросила Ваньжу, вставая на ноги. Снова стать маленькой девочкой было очень непривычно.

– Не беспокойтесь, барышня! Брат Фэн только что прислал сказать мне по секрету, что все приготовил. Он ждет прибытия паланкина! – сказала Цин Юэ, вставая. Ее переполняли эмоции, и она смотрела на Цинь Ваньжу восторженными глазами.

Со вчерашнего дня она чувствовала что-то иное в маленькой хозяйке, но была рада этой перемене в ней. За два дня ее юная леди резко поумнела. Она не только спасла нянюшку Юй от каторжной работы в прачечной, но и разгадала коварный замысел мадам Ди и ее старшей дочери, который они вместе придумали, чтобы погубить ее.

Ван Фэн был сыном няни Юй. Критической искрой, которая должна была воспламенить всю серию сегодняшних событий, как и планировала Ваньжу, было уничтожение свадебного паланкина.

Ваньжу хотела на корню разрушить планы Цинь Юйжу и Ци Тяньюя, чтобы остановить свадьбу с самого начала, прежде чем все перерастет во что-то большее.

Она также хотела, чтобы все узнали, что именно Цинь Юйжу передумала выходить замуж за Ци Тяньюя и поэтому хитростью навязала эту ответственность и обязательства своей маленькой наивной сестре, и что Цинь Ваньжу также не хотела выходить за него замуж.

– Еще раз отправь весточку старой мадам, – велела Ваньжу, поскольку время действовать почти пришло. Если она не начнет готовиться сейчас, Цинь Юйжу узнает об этом и пошлет служанок поторопить ее.

– Слушаюсь, – сказала Цин Юэ и спросила, моргая глазами: – Барышня, мне помочь вам переодеться в платье?

– Не нужно, сначала сбегай и скажи старой мадам, чтобы она пришла! – ответила Ваньжу, качая головой. И снова ее детские глаза под длинными загнутыми ресницами наполнились леденящим холодом.

Одетая в белый халат, который наводил на мысль, что она только что встала с постели, Ваньжу хотела убедить окружающих, что на самом деле только что проснулась и не успела собраться с мыслями.

Цин Юэ сразу же поклонилась и поспешила к внутреннему дворику старой мадам, а Ваньжу подошла к комоду. Ее отражением в зеркале была невинная, слабая на вид красивая девочка. Ее лицо было бледным, как снег, а губы насыщенно-красными. Хотя она все еще была ребенком, можно было видеть, что она определенно вырастет в исключительную красавицу.

Тем не менее, из-за ярких губ маленькая девочка в зеркале сейчас выглядела слишком гламурно и даже немного вульгарно…

Брак между сыном магистрата Цзянчжоу и дочерью командующего армией Ниньюаня был настолько грандиозным и радостным событием, что весь Цзянчжоу был наполнен волнением по поводу этой свадьбы. Особенно многолюдно было перед воротами поместья генерала, где собралось множество зевак посмотреть, как жених заберет невесту из дома.

Пустой свадебный паланкин следовал за Ци Тяньюем всю дорогу до поместья генерала, вся процессия сопровождалась громкой и живой музыкой, барабанным боем и смехом веселящихся людей. Когда они, наконец, прибыли, Ци Тяньюй спрыгнул с лошади и, подняв угол своего длинного свадебного одеяния, широкими шагами чинно направился в особняк. Внезапно из окружающей толпы выскочили несколько мужчин с метлами и дубинками и принялись громить паланкин.

Все люди вокруг были ошеломлены, они застыли на месте и не знали, как реагировать. Некоторые даже подумали, что это часть обычая в этой семье, поступать так, когда жених пришел, чтобы забрать невесту, но вскоре поняли, что что-то пошло совсем неправильно, когда эти вандалы полностью разрушили паланкин и в конце растоптали его.

– Остановитесь! Кто-нибудь, задержите этих бандитов! – Ци Тяньюй, наконец, отреагировал, сердито выкрикивая приказы после того, как на несколько секунд был захвачен врасплох.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 3. Болезненно красивый юноша

Глава 3. Болезненно красивый юноша

.

Тут же несколько человек вышли вперед, чтобы задержать вандалов, которые разгромили свадебный паланкин.

– Старшая дочь нашей семьи не хочет выходить за тебя замуж, поэтому она заставляет свою младшую сестру занять ее место! Однако младшая сестра еще совсем ребенок и тоже не желает выходить за тебя замуж! Выходит, этот паланкин никому не нужен! – выкрикнул кто-то из тех, кто его уничтожил.

– Верно, наша старшая барышня не выйдет за тебя замуж, и ее младшая сестра тоже не займет ее место! Лучше просто откажись от своей затеи, молодой мастер Ци! – выкрикнул еще один разбойник.

– Уничтожим паланкин, чтобы нашей старшей барышне не пришлось выходить за замуж по принуждению! – еще громче закричал третий.

Взбешенный Ци Тяньюй схватил одного из разбойников, который громил свадебный паланкин огромной метлой, и яростно закричал на него, возмущаясь:

– Что?! Даже младшая сестра не хочет выходить за меня замуж? Неужели она воспринимает этот брак как шутку и думает, что сама может решить выходить за меня замуж или нет?

Этот разбойник с метлой в руках был не кто иной, как Ван Фэн, сын няни Юй. Он расхохотался, с издевкой ответив:

– Разве это все не странно, женишок Ци? Это ведь старшая сестра была помолвлена с тобой, и она должна сидеть в твоем свадебном паланкине! Почему ты во всем винишь младшую сестру? Ты сам-то уверен, что знаешь, кого сегодня берешь в жены?

Затем Ван Фэн оттолкнул Ци Тяньюя от себя. Он махнул рукой, и шайка разбойников, которыми он руководил, отступила и растворилась в толпе, оставив после себя лишь обломки разбитого паланкина, которые теперь валялись по всей улице перед воротами поместья генерала.

«Цинь Ваньжу... какой фокус ты пытаешься выкинуть на этот раз?..» – Ци Тяньюй заскрежетал зубами, уверенный, что за всем этим стоит именно Цинь Ваньжу. Он больше не беспокоился о разбитом паланкине и ворвался в поместье командующего армией Ниньюань. Он был полностью готов к тому, чтобы противостоять хитрой мелкой прохиндейке, стоящей за всем этим безобразием.

***

Недалеко от ворот поместья генерала, на втором этаже у окна высокого здания внутреннего двора, стоял красивый паренек, одетый в пурпурные одежды. Его лицо и губы были немного бледны, поэтому он выглядел хрупким и болезненным. Тем не менее, черты его лица были настолько совершенны, что этот очень красивый мальчик заставил бы сердца многих девушек биться чаще, а их лица – краснеть от застенчивости.

В этот момент паренек стоял, прислонившись к окну, и смотрел на шумную уличную сцену внизу прищуренными, четко очерченными глазами. Казалось, он был в хорошем настроении, и уголки его губ приподнялись в легкой усмешке.

– Мастер, может быть, пойдем уже домой? Ветер крепчает, – осторожно спросил стоящий за его спиной охранник, поглядывая в окно.

– Этот маленький ветерок не сделает меня больным. Перестань быть пугливым котенком! – сказал юноша с улыбкой. Хотя его голос звучал элегантно и мягко, его тон определенно не был добрым.

– Но... Мастер, вас может просквозить. Тогда вы точно заболеете!.. – встревожено возразил охранник.

– Забудь об этом, тут больше не на что смотреть. Пойдем, – разочарованно сказал прекрасный юноша.

Бледный красивый молодой паренек обернулся, и на его лице появилась озорная улыбка. Впервые он видел, чтобы свадебный паланкин был зверски уничтожен в день свадьбы. Получается, его поездка в Цзянчжоу оказалась не такой скучной, как он ожидал!

Именно эта смертная скука побуждала людей совершать поступки, которые до этого были чем-то вроде табу…

***

После долгого ожидания, Цин Юэ, тяжело дыша, наконец примчалась обратно к Цинь Ваньжу.

– Бабушка уже идет сюда? – спокойно спросила Ваньжу, капризно надув вишнево-красные губы.

– Старая мадам сразу поспешила сюда после того, как услышала о хаосе, который вы создали! – ответила Цин Юэ, сделав глубокий вдох. Она прибежала, чтобы заранее предупредить хозяйку.

– Давай тоже поторопимся! – распорядилась Ваньжу. Она взглянула в зеркало комода на дежурную горничную, стоявшую у двери, и зловеще улыбнулась. Как и ожидалось, Цинь Юйжу также поспешила проверить ее, когда поняла, что что-то пошло не так. – Быстро приведите меня в порядок, я хочу встретиться с бабушкой, чтобы сказать ей кое-что важное!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 4. Разорванное свадебное платье

Глава 4. Разорванное свадебное платье

.

– Вы не можете встретить старую мадам в таком виде! Вторая мисс, вам лучше сначала переодеться, или у вас не будет достаточно времени, чтобы вовремя сесть в свадебный паланкин! – С этими словами внезапно вошла пожилая служанка. Это была нянька Фанг. Она протянула руку и показала на красное свадебное платье Цинь Ваньжу. Пытаясь уговорить капризную девочку, она сказала: – Только взгляните, вторая мисс. Это свадебное платье, которое ваша старшая сестра приготовила для вас. Оно очень красивое! Вы должны примерить его!

Глядя на няньку Фанг, которая пыталась хитрость уговорить ее надеть свадебное платье, Ваньжу усмехнулась.

– Вторая мисс... что-то не так? – запнулась нянька после того, как на нее уставились ледяные черные глаза Цинь Ваньжу.

У этой обычно доверчивой малолетней дурочки, казалось, был кровожадный взгляд. Нянька почувствовала, что ее мысли были прочитаны, когда она увидела эти глаза.

– Цин Юэ, поторопись! – холодно приказала Ваньжу, не обращая внимания няньку Фанг.

Цин Юэ подбежала, взяла расческу, которая лежала на краю туалетного столика, и начала укладывать волосы Цинь Ваньжу в двойную кольцевую косу, которая была очень подходящей прической для девочки ее возраста.

– Вторая мисс, чего вы тут валяете дурака? Старая мадам рассердится, если вы не поторопитесь! – разозлившись, нагло сказала нянька Фанг. Она не могла объяснить происходящее, но чувствовала, что Цинь Ваньжу сегодня была совсем другой.

Девочка держала в руке чашку с чаем, и ее ледяной взгляд скользнул по подозрительно ведущей себя няньке Фанг, потом она сжала чашку и неожиданно швырнула ее в старуху.

Нянька испуганно увернулась. Чашка упала и разбилась вдребезги на полу у ее ног. Вся комната погрузилась в тишину.

– Дай мне ножницы! – холодным тоном приказала Ваньжу, протянув руку, и зловеще посмотрела на свадебное платье на столе.

– Что... – Нянька Фанг только и смогла промычать что-то невнятное. Она невольно спрятала глаза от Цинь Ваньжу, когда девочка взглянула на нее.

Цин Юэ взяла ножницы со стола у окна.

Ваньжу схватила их, встала и подошла к столу, где лежало красное свадебное платье. Она потянулась к свадебному платью, которое Цинь Юйжу прислала ей, и энергично начала его резать. В красивом свадебном платье теперь зияла большая дыра, и было не похоже, что Цинь Ваньжу собиралась на этом остановиться.

Цин Юэ была ошеломлена, но сразу все поняла и стала помогать хозяйке расправиться со свадебным нарядом.

– Вторая мисс… – Потрясенная нянька Фанг бросилась к ним, чтобы остановить безобразие. Она протянула руку к Цинь Ваньжу, пытаясь отобрать у нее ножницы.

«Свадебное платье испорчено так сильно, что Цинь Ваньжу не сможет надеть его и выйти замуж. План подменить невесту на Цинь Ваньжу провалился, и мисс Юйжу не сможет добиться своей цели и разорвать помолвку. Мадам Ди уничтожит меня за это!» Она пока еще не знала, что свадебный паланкин, стоявший у ворот, был уже разбит.

Увидев, как нянька Фанг подбежала, чтобы отобрать у нее ножницы, Ваньжу усмехнулась и слегка наклонила ножницы по направлению, в котором быстро приближались руки старой служанки. При столкновении из руки девочки тут же потоком хлынула кровь.

Нянька Фанг, увидев это, была так напугана, что ее глаза расширились, а руки и ноги начали судорожно трястись. Она больше не могла стоять и обессилено рухнула на колени.

Боль пронзила ее руку, и Ваньжу пошатнулась. Она сделала два шага назад и тяжело осела на пол, закрыв глаза. Она старалась побороть головокружение, прислушиваясь к приближающимся шагам. Наконец-то ее бабушка вошла в комнату.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 5. Лицемерная сестра

Глава 5. Лицемерная сестра

.

– Барышня! – закричала Цин Юэ, подбегая к Цинь Ваньжу.

В дверях появилась толпа людей, возглавляемая старой мадам, окруженной своими служанками. Они увидели Цинь Ваньжу, лежащую в луже крови. Лицо старой мадам резко изменилось.

– Позовите сюда доктора! – в панике закричала она.

Служанки бросились за доктором.

– Чжоучжоу, Чжоучжоу, что случилось? – Старушка подбежала и подняла Цинь Ваньжу, которая в данный момент, казалось, находилась у врат смерти. Старая мадам чуть не расплакалась.

Чжоучжоу было ее детским прозвищем. Однако бабушка была единственной из семьи Цинь, кто называл ее так.

– Бабушка, старшая сестра хочет, чтобы я вышла замуж за брата Ци, но... но я не хочу выходить за него замуж... Она сильно разозлилась... Бабушка, я не хочу выходить за него замуж... Не дай ей убить меня…

Ваньжу с трудом произнесла эти прерывистые слова, прежде чем ослабила хватку на рукаве старушки и упала в обморок.

«Я уже расстроила бабушку, когда упросила ее отдать мне брак Цинь Юйжу. Если на этот раз я не причиню себе серьезного вреда, ни мать, ни дочь семейства Ди мне не поверят и не отступятся от меня. Мне приходится сражаться как с бабушкой, так и с Ци Тяньюем. Ци Тяньюй, которого снова обманули, обязательно придет и потребует от меня объяснений».

– Чжоучжоу! Чжоучжоу, очнись моя дорогая! – Услышав слабый голос Цинь Ваньжу, старая мадам сильно испугалась. Маленькое личико девочки в ее руках было бледным без кровинки. Малышка лежала в луже крови и была похожа на разбитую фарфоровую куклу. – Не стойте тут столбом! Поторопитесь и узнайте, где носит доктора!

Еще несколько служанок выбежали из комнаты на улицу…

***

Ваньжу очнулась от яростного вскрика, и ей показалось, что она слышит, как кто-то громко разговаривает. Неясные слова стали более понятными.

Постепенно голоса становились все более четкими. В тоне мужчины отчетливо слышались гнев и возмущение:

– Мадам Цинь, я не понимаю, какую игру затеяла вторая мисс Цинь. Раньше она так стремилась выйти за меня замуж, что насильно отобрала брак старшей сестры, но только что она приказала каким-то бандитам разбить свадебный паланкин. В любом случае, я не хочу жениться на ней, поэтому я никогда не соглашусь на этот брак! Если она так хочет выйти замуж, то может выйти за моего второго брата.

Ваньжу медленно открыла глаза, огляделась и обнаружила, что рядом никого нет. Это было не ее смертное ложе. Похоже, это была внутренняя комната в доме ее бабушки, и сердитый голос доносился из главного зала.

Это был голос Ци Тяньюя!

«Конечно же, Цинь Юйжу тайно пожаловалась Ци Тяньюю, что это я заставила ее уступить мне право выйти за него замуж. Ци Тяньюй поверил ей и не раскрыл этого, потому что ждал, чтобы вернуть свадебный паланкин обратно в поместье семьи Ци и унизить меня у самых ворот. Он хотел публично разорвать помолвку, выставив меня негодяйкой, которая украла чужого жениха. Тогда он мог бы навек опозорить меня и полностью разрушить мою репутацию».

Ваньжу молча усмехнулась и попыталась ухватиться за спинку кровати. Она медленно поднялась, стиснув зубы. В детстве она была доброй и наивной девочкой, но теперь продемонстрирует свою ненависть.

Ее раны были менее болезненными, чем разбитое сердце.

Она переродилась, так что эти люди больше не смогут ее обманывать. Она сорвет маску с Цинь Юйжу, чтобы все увидели ее истинное лицо.

Именно она разорвет помолвку, а не Ци Тяньюй.

– Наследник Ци, вы не хотите, чтобы Чжоучжоу была вашей женой, поэтому вы планировали забрать ее жизнь, используя няньку Фанг? – Голос старой мадам был полон гнева, когда она хлопнула рукой по столу. Ей было трудно не сердиться, когда она думала о своей любимой внучке, которая сейчас находилась у врат смерти. Что же касается разбитого свадебного паланкина, то теперь это было пустяковое дело.

Слова, сказанные Цинь Ваньжу перед тем, как она потеряла сознание, теперь жалили ее, как заноза. В то время она не приняла их во внимание, потому что была занята, пытаясь спасти жизнь внучки, которая истекала кровью. Теперь, когда девочка была вне опасности, у нее, наконец, появилось время допросить няньку Фанг. Однако в этот момент пришел Ци Тяньюй, поэтому она сорвала свой гнев на нем.

Ци Тяньюй привел с собой много людей. Он изначально планировал опозорить Цинь Ваньжу, поэтому позаботился о том, чтобы пригласить много родственников, прежде чем поехать в дом невесты и сопровождать ее на свадьбе. Когда он рассердился и бросился в поместье генерала, его гости, естественно, последовали за ним.

Старая мадам сказала, что нянька Фанг пыталась убить Цинь Ваньжу, но Ци Тяньюй отказывался в это верить. «Очевидно же, что это часть игры Цинь Ваньжу. Я не представляю себе, что эта дрянь задумала на этот раз».

– Забрать ее жизнь? – Ци Тяньюй повторил эти слова с угрюмым видом, когда его взгляд упал на Цинь Юйжу, которая сидела в сторонке с опущенной головой. Ее слезы тихо капали, показывая ее обиду. Он почувствовал, как у него защемило сердце, и резко ответил: – Мадам, ваша младшая внучка, вероятно, понимает, что я не хочу жениться на ней, поэтому она придумала предлог, чтобы шантажом заставить меня взять ее в жены.

– Заставить тебя? Брат Ци, ты действительно... сильно переоцениваешь меня! – с трудом произнесла Ваньжу слабым, но непреклонным тоном.

Услышав ее голос, все повернули головы и уставились на дверь в углу, где стояла маленькая девочка с побелевшими губами, темными кругами под глазами и рукой, которая была обмотана толстой белой повязкой, на которой проступили следы крови, что было достаточно, чтобы доказать, что ее рана была очень серьезной.

«Разве она не притворялась? Эта рана выглядит ужасно», – не могли не удивиться члены семьи Ци, которые сопровождали Ци Тяньюя, чтобы стать свидетелями разрыва помолвки.

Цинь Юйжу, которая сидела в стороне и наблюдала за всеми, внезапно почувствовала опасность, сообразив, что теперь не было и речи о притворстве. Она скомкала носовой платок, торопливо встала, поспешив заботливо поддержать Цинь Ваньжу, и обеспокоенно воскликнула:

– Сестра, ты сильно ранена! Зачем ты встала с постели?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 6. Нечистая совесть

Глава 6. Нечистая совесть

.

– Я хочу расторгнуть помолвку, потому что это была не моя идея. Старшая сестра уговорила меня заменить ее. Она не могла смириться с тем, что я в последнюю минуту нашла в себе силы отказаться от ее плана, поэтому она прислала няню Фанг мучить меня, проколов ножницами! Она пытается запугать меня и заставить вступить в этот брак несмотря ни на что! – пряча холод в глазах, жалобно сказала Ваньжу, с силой оттолкнув руку Цинь Юйжу, и упав в объятия Цин Юэ. Ее бледное лицо еще больше побелело, когда она бросила настороженный взгляд на Цинь Юйжу.

Было только одно предложение, чтобы описать реакцию людей вокруг, которая заключалась в том, что у всех лица стали пепельными.

Однако девочка была еще совсем невинным ребенком, который начистоту высказывал свое мнение. Ее слова казались разумными для взрослых людей, которые стояли вокруг, поэтому они сразу посмотрели на Цинь Юйжу.

– Что ты... что ты такое говоришь, вторая сестра? – выпалила Цинь Юйжу, ее лицо вытянулось, и она отступила на шаг, указывая на Цинь Ваньжу дрожащим пальцем. Она начала паниковать.

– Зачем ты так говоришь, Ваньжу? Это ведь ты силой отняла у Юйжу жениха, как ты можешь теперь говорить, что это твоя сестра заставила тебя поступить так? А что касается раны, то это просто несчастный случай! Ты никогда не меняешься! Ты всегда перекладываешь вину на свою старшую сестру, когда что-то идет не так, как ты хочешь! – укоризненно воскликнула мадам Ди, сидевшая рядом со старой мадам.

Мадам Ди* не была настоящей матерью Цинь Ваньжу. Цинь Ваньжу просто считалась ее дочерью. Однако сама Ваньжу в своей предыдущей жизни не знала об этом в это время.

(*Мадам Ди – это законная жена генерала Цинь Хуайюна. Ди – ее девичья фамилия, полноправной мадам Цинь она станет только тогда, когда умрет старая мадам Цинь, мать генерала и нынешняя хозяйка гарема.)

– Я... как же я могу не хотеть выйти замуж за старшего брата Тяньюя... – печально произнесла Цинь Юйжу, скручивая платок пальцами и стараясь выглядеть так, словно ее незаслуженно обидели. Ее глаза покраснели, и Ци Тяньюй был почти убит горем, глядя на нее.

Ци Тяньюй никогда не поверит заявлению, сделанному Цинь Ваньжу, которая утверждала, что Цинь Юйжу не хочет выходить за него замуж. Они всегда хорошо ладили. Они росли, зная, что поженятся, поэтому Цинь Юйжу всегда относилась к нему с добротой. Все это время они тайно общались и даже подарили друг другу много подарков.

– Разве наша бабушка с материнской стороны не присылала гонца просить руки старшей сестры для ее кузена, сына и наследника герцога Юнкана? Это случилось десять дней назад. Неужели мама уже отвергла это предложение? – Ваньжу произнесла эти слова, тяжело опираясь на руку Цин Юэ. На ее скривившихся губах было едва заметное насмешливое выражение, когда она сделала самое скандальное заявление за сегодня.

Вся толпа была ошеломлена, когда услышала эту невероятную новость.

Даже старая мадам не знала об этом предложении. Она нахмурилась, когда услышала то, что сказала Цинь Ваньжу, и в груди у нее все сжалось.

Ци Тяньюй не был глупцом. После того, как он на мгновение был захвачен врасплох, он пришел в себя и резко повернулся, чтобы посмотреть на Цинь Ваньжу.

– Это правда? – спросил он суровым тоном.

Сначала он подумал, что доводы Цинь Ваньжу звучат нелепо. Как могло случиться, что Цинь Юйжу не хотела выходить за него замуж? Только вчера вечером, когда они тайком встретились, она плакала в его объятиях и говорила ему, что так случилось не потому, что она не хочет выходить замуж, а потому, что Цинь Ваньжу закатила истерику, настаивая, что сама выйдет за него замуж. Она ничего не могла поделать, ведь бабушка обожала Цинь Ваньжу и во всем ей потакала.

Цинь Юйжу сказала, что даже пыталась утопиться и прыгнула в реку, но потерпела неудачу в попытке самоубийства, когда ее спасли. После этого она заболела и находилась под наблюдением докторов. Только накануне вечером ей удалось отвлечь горничную, которая присматривала за ней, чтобы улизнуть и встретиться с ним.

Хотя ее слова звучали очень искренне и убедительно, как она собиралась теперь объяснить брачное письмо наследника герцога Юнкана из столицы? В конце концов, Ци Тяньюй был ученым, и именно поэтому он смог понять правду после некоторого размышления.

– Я... я ничего не знаю о таком соглашении! – закричала Цинь Юйжу. Она побледнела и нервно попятилась, но быстро отреагировала, опустив голову и вытирая глаза носовым платком. – Откуда мне знать о таких договоренностях, – искренне воскликнула она.

В то же время, она с негодованием задумалась о том, как Цинь Ваньжу могла пронюхать об этом? Она хорошо знала, что лишь немногие были в курсе этого предложения, так как же об этом узнала маленькая дрянь? Кто же ей слил информацию?

Однако она не осмеливалась отрицать это предложение, потому что действительно собиралась обручиться с сыном герцога Юнкана.

– Так это правда? – спросил Ци Тяньюй, стреляя убийственным взглядом в Цинь Юйжу и в гневе сжимая кулаки.

– Старшая сестра ничего не знает об этом? Только не говорите мне, что даже мама не знала об этом. Мама, ты уверена, что не знала об этом письме? Ты уверена, что старшая сестра никогда не будет помолвлена со своим кузеном? – Ваньжу подняла брови и посмотрела на мадам Ди.

Как посмела бы мадам Ди дать такое обещание? Все узнают правду, как только о помолвке окончательно договорятся. Она ни в коем случае не смогла бы держать это в секрете.

– Я... я даже не знаю, были ли какие-нибудь письма из столицы. Откуда ты это знаешь? Ты снова пытаешься втянуть Жу'эр в неприятности своими выходками?

Мадам Ди не осмелилась прямо ответить на вопрос, но ловко отвлекла всеобщее внимание на Цинь Ваньжу, которая теперь была поставлена в затруднительное положение. Мадам Ди была уверена, что никто не может получить доступ к тому письму.

– Брат Ци, как ты можешь сомневаться во мне?

Цинь Юйжу и мадам Ди прекрасно дополняли друг друга. Со слезами она подняла глаза на Ци Тяньюя и заплакала. После этого она быстро повернулась и выбежала из комнаты.

Серия событий, которые произошли сегодня, была за пределами ее воображения. Во-первых, Цинь Ваньжу была ранена ножницами нянькой Фанг, а затем Цинь Ваньжу подняла вопрос, касающийся ее и Ди Яня. Несмотря на то, что ей удалось успокоить все, что касалось слов ее матери, она не могла полностью избавиться от тревоги. Она боялась, что люди обнаружат те письма, которые хранились в ее комнате. Она должна была проверить, что они на месте, просто чтобы быть спокойной.

Когда Ци Тяньюй увидел, что любовь всей его жизни выглядела такой расстроенной, его гнев утих, и злость в его глазах сменилась чувством вины:

– Сестра Юйжу, я… я определенно разорву помолвку. Я ни в коем случае не женюсь на этой испорченной, своенравной ведьме, которая также тайно состоит в отношениях с моим вторым братом.

В кошмаре Ваньжу это было случайное заявление, которое разрушило ее честь как девственницы, и впоследствии привело к ее жестокому наказанию быть разрубленной пополам по талии у Золотых Врат столицы, потому что она в детстве стала козлом отпущения за чей-то грех.

– Пожалуйста, не забывайте о своем статусе уважаемого ученого, молодой мастер Ци. Ваши обвинения должны быть подкреплены доказательствами, поэтому не стоит выдавать ваши домыслы за факт, пороча честь невинной девушки. То, что ты думаете, может на поверку оказаться лишь тем, во что некоторые лживые люди хотели бы заставить вас поверить, – ледяным тоном произнесла Ваньжу. Она может казаться хрупкой и что вот-вот упадет, но голос ее был холоден и резок.

Когда Ваньжу оглядела толпу, которая пришла за Цинь Тяньюем сюда, ее губы изогнулись в зловещей улыбке. Она знала, что сегодня Ци Тяньюй специально пришел, чтобы опозорить ее, и именно поэтому его сопровождало так много уважаемых в городе мужчин. Он, должно быть, хотел, чтобы эти люди были свидетелями для него. Однако теперь эти свидетели, похоже, были на руку не ему одному.

Хрупкая девочка пробежала глазами по лицам зрителей и в конце остановилась на лице Ци Тяньюя. Она презрительно улыбнулась бледными губами.

– Следуйте за мной, уважаемые господа, и я предоставлю вам доказательства!

Ненависть в ее глазах не соответствовала ее возрасту, и окружающим было неловко видеть ее в такой малышке.

– Что за чушь ты несешь, Ваньжу? – взревела мадам Ди. Она быстро подошла к Цинь Ваньжу, намереваясь схватить ее.

– Бабушка, попроси маму отойти в сторону, – попросила Ваньжу, отступая назад, чтобы увернуться от рук мадам Ди. Она подняла глаза и выжидающе посмотрела на старую мадам, потому что та была здесь единственной, кто мог удержать ее мать на расстоянии.

Старая мадам посмотрела на Цинь Ваньжу, которая, стиснув зубы, с трудом держалась на ногах, а также на расплывающееся кровавое пятно на ее бинтах.

Старая мадам была очень расстроена. Она вздохнула и велела ближайшей служанке преградить путь мадам Ди, а сама принялась успокаивать ее, говоря:

– Поскольку наследник Ци лживо обвинил Ваньжу, ты должна, по крайней мере, дать ей шанс объясниться. Я уверена, что справедливость восторжествует.

Хотя старушка старалась говорить как можно тактичнее, но все же протянула руку и с силой сама оттащила мадам Ди от Цинь Ваньжу.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 7. Секреты в шкатулке из розового дерева

Глава 7. Секреты в шкатулке из розового дерева

.

Задний двор в поместье генерала был не слишком обширным, поэтому у Цинь Ваньжу и людей, которых она вела, не заняло много времени, чтобы прибыть во внутренний двор Цинь Юйжу.

Цинь Юйжу потеряла самообладание, когда увидела, что Цинь Ваньжу открыто привела толпу людей в ее дом. Она отбросила все другие заботы, подошла к Цинь Ваньжу и протянула руки, пытаясь остановить ее.

– Что ты хочешь сделать, вторая сестра? – побледнев, спросила Цинь Юйжу, и свирепо посмотрела на Цинь Ваньжу.

– Да ничего особенного. Я просто хотела показать письмо, которое наш кузен написал тебе! – спокойно ответила Ваньжу, холодно глядя на Цинь Юйжу.

– Письмо... какое письмо? – Цинь Юйжу была так напугана, что едва не прикусила язык. Она понятия не имела, как Цинь Ваньжу узнала о письме.

Уже в то время, когда мадам Ди начала вынашивать планы выдать свою дочь замуж в семью герцога Юнкана, Цинь Юйжу начала общаться с Ди Янем через письма, посредством которых они выражали свою приверженность этим отношениям. Именно Ди Янь уговорил свою мать согласиться на помолвку, и в конце концов гонец герцога Юнкана прибыл просить руки Цинь Юйжу.

– Ты боишься позволить обыскать свою комнату, старшая сестра? – насмешливо спросила Ваньжу.

– Как это возмутительно с твоей стороны! Комната твоей сестры не для того, чтобы ты туда заходила и смотрела, когда тебе вздумается, – возмущенно воскликнула мадам Ди.

Ваньжу моргнула длинными ресницами и спокойно спросила:

– А если бабушка пошлет свою служанку на поиски?

Невозмутимая манера Цинь Ваньжу заставила Цинь Юйжу еще больше забеспокоиться. Она повернулась к матери за помощью и воскликнула:

– Мама, младшая сестра сошла с ума! Она пытается облить меня грязью, чтобы мою репутацию!

– Разрушить твою репутацию? Как то, что служанка обыщет твою комнату может разрушить твою репутацию? Чего ты боишься, старшая сестра? Что ты так яростно скрываешь? – Ваньжу издала холодный смешок, когда она полностью воспользовалась собственными словами Цинь Юйжу, чтобы направить их против нее.

Все присутствующие с сомнением посмотрели на мадам Ди и Цинь Юйжу. Может ли это быть правдой, учитывая выражение паники на их лицах?

– Бабушка, отправь служанок в комнату старшей сестры, чтобы они обыскали ее комод. В нижнем ящике справа находится шкатулка из розового дерева. Там лежат письма, которые наш кузен писал старшей сестре. Я полагаю, что письма содержат информацию об их помолвке! – снова спокойно сказала Ваньжу.

В этот момент все были поражены тем, насколько подробным было ее описание. Может ли все, что она сказала, быть правдой?

Если то, что сказала Цинь Ваньжу, окажется правдой, то это в корне изменит все, что люди думали до этого.

Это была бы не вторая сестра, пытающаяся силой отнять у своей старшей сестры право на брак. Скорее всего, именно старшая сестра бросила сына магистрата, чтобы выйти замуж за более влиятельного человека. Это старшая сестра обманом заставила свою маленькую младшую сестру «украсть» первоначальное брачное соглашение.

Если все окажется именно так, то старшая мисс Цинь стала бы распутной женщиной, которая достойно только презрения. Она явно пыталась испортить жизнь собственной сестры.

Когда толпа повернулась, чтобы посмотреть на младшую мисс Цинь, они вдруг задались вопросом, знала ли эта маленькая девочка вообще что-нибудь о романтических делах между мужчинами и женщинами?

Глаза Ци Тяньюя стали холодными. Все это событие имело так много поворотов и сюрпризов, что он начал думать с ясной головой. Размышляя о том, что произошло, он вдруг обнаружил, что поведение Цинь Юйжу вызывало подозрения. Он невольно обернулся, когда заметил выражение решимости на бледном детском лице Цинь Ваньжу.

Она действительно была еще совсем ребенком!

Старая мадам кивнула и дала знак двум служанкам, чтобы они вошли в комнату Цинь Юйжу и занялись поисками. В то время как Цинь Юйжу сразу попыталась остановить их, одна из служанок потянула ее назад, а другая вошла в ее комнату. Через несколько мгновений горничная действительно нашла шкатулку из розового дерева и вынесла ее на улицу.

Толпа возле дома Цинь Юйжу начала перешептываться.

Когда Цинь Юйжу увидела шкатулку из розового дерева, она не стала беспокоиться о том, чтобы попытаться освободиться от горничной, которая держала ее. Она безжалостно толкнула эту служанку и бросилась на другую служанку, выхватив у нее из рук шкатулку розового дерева. После этого она развернулась, забежала в свою комнату и захлопнула за собой дверь.

Толпа потрясенно молчала, и лица людей стали свинцовыми.

– Жу'эр, Жу'эр, не спеши! Твоя младшая сестра все еще ребенок, и она не хотела тебя унизить! То, что она говорит – просто глупые выдумки, так что не делай глупостей! – Мадам Ди мгновенно отреагировала, оттолкнув двух горничных старшей мадам и бросившись к двери комнаты Цинь Юйжу.

Она забарабанила в дверь и начала выть, как будто Цинь Юйжу собиралась покончить с собой после того, как была унижена и опозорена Цинь Ваньжу.

– Мама, посмотри, как вторая сестра и бабушка засомневались во мне и даже забрали мои вещи из комнаты. Как я могу смотреть в лицо остальным людям? – закричала в ответ Цинь Юйжу из своей комнаты. Она тоже быстро подыграла своей матери и начала рыдать.

Она не позволит, чтобы эти письма были обнаружены.

Цинь Юйжу намеренно произнесла эти слова, чтобы намекнуть на то, что старая мадам проявляла излишнюю снисходительность по отношению к выходкам Цинь Ваньжу, когда намеренно взяла ее вещи из ее комнаты, чтобы показать их публике и унизить ее.

Мадам Ди, стоявшая под дверью, незаметно для других облегченно вздохнула, и ее глаза наполнились гордостью за сообразительность дочери. Она была уверена, что это поставит и Цинь Ваньжу, и старую мадам в безвыходное положение, чтобы они больше не загоняли Жу'эр в угол. Она думала, что никто не сможет вынести последствия, если Цинь Юйжу совершит самоубийство.

Даже старая мадам не могла взять на себя ответственность за то, что довела свою внучку до смерти.

– Вы теперь и без моих подсказок способны сделать выводы, молодой мастер Ци! – Ваньжу отступила на шаг и повернулась с насмешливым видом, чтобы уколоть Ци Тяньюя, который застыл на месте.

Ее детский, но все же презрительный взгляд на какое-то время задержался на Ци Тяньюе, а затем она глазами привлекла его взгляд к служанке, одетой в зеленый платок.

Зеленый платок напоминал Ци Тяньюю о позорной зеленой шляпе для мужей, которым изменяли жены.

Он быстро понял намек Цинь Ваньжу, с ужасом осознав, что она насмехалась над ним как над рогоносцем. Зеленый платок был похож на острое лезвие, которое пронзило гордость Ци Тяньюя, а также разрушило остатки самообладания, которое он так старался сохранить.

Лицо Ци Тяньюя обескровилось, а его глаза налились кровью. Его руки были сжаты в кулаки от ярости, когда он решительно шагнул к двери комнаты Цинь Юйжу.

Мадам Ди подумала, что он хочет поговорить с Цинь Юйжу, поэтому она, вытирая слезы, отошла в сторону. Как раз в этот момент она услышала грохот позади себя и, обернувшись, увидела, что дверь в комнату Цинь Юйжу была распахнута настежь ударом ноги…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 8. Тайная связь

Глава 8. Тайная связь

.

В комнате Цинь Юйжу была поражена шоком, сидя парализованной на полу. Она выглядела такой хрупкой и трогательной. Дрожа как лист, она испуганно уставилась на Ци Тяньюя, который ворвался внутрь, выбив дверь.

В обычные дни Ци Тяньюю было бы больно видеть Цинь Юйжу в таком состоянии. В этот момент, однако, его глаза были полны насилия.

Он выхватил шкатулку розового дерева из рук Цинь Юйжу, тут же открыл ее и вытащил оттуда верхнее письмо. Ему достаточно было только взглянуть на него, чтобы понять, что все это время Цинь Ваньжу говорила правду.

– Отлично, семья Ци не угодна тебя! Если мы не достойны тебя, просто разорвем помолвку полюбовно... – зло усмехнулся Ци Тяньюй. С холодными глазами он выглядел так, как будто был готов разорвать нежную Цинь Юйжу на тысячи кусочков.

– Брат Тяньюй, все не так, как ты подумал... – запаниковала Цинь Юйжу. Плача, она протянула руку, чтобы коснуться рукава парня.

Охваченный яростью Ци Тяньюй с ненавистью в глазах пнул девушку ногой. Когда он вспоминал о том, как цеплялся за надежду жениться на этой подлой вертихвостке, он был настолько решителен, что даже отверг предложение матери принять горничную, которая будет служить ему в постели.

В конце концов, он был просто запасным вариантом для Цинь Юйжу на случай непредвиденных обстоятельств. Он ясно видел, что это подразумевалось в письме. Из него же Ци Тяньюй узнал, что эта парочка любила друг друга с давних пор. Сын герцога Юнкана даже насмехался, что Ци Тяньюй переоценил свое обаяние.

Ци Тяньюй был так взбешен, что чуть не сошел с ума.

– Ты пыталась использовать свою младшую сестру, чтобы защитить свою репутацию при разрыве нашей помолвки, и даже соврала мне, что это она отняла меня у тебя, и что ты не будешь счастлива всю свою жизнь из-за этого. Ты уверена, что не будешь счастлива без меня? Ты и твой дорогой кузен тайно снюхались, чтобы сделать меня рогоносцем!

Все, что Ци Тяньюй хотел сделать в этот момент, это разорвать лживую невесту на куски. Но он лишь разорвал письмо пополам и бросил обрывки ее в лицо Цинь Юйжу со словами:

– Поскольку ты уже тайно спуталась со своим дорогим кузеном, ты должна была просто разорвать нашу помолвку. Зачем втягивать в это дело свою младшую сестру?

Высказав то, что он хотел, он повернулся и решительно зашагал прочь. В этот момент его душила ненависть. Он почувствовал неимоверное чувство свободы, когда эти слова вырвались из его сердца. Теперь он ненавидел Цинь Юйжу так же сильно, как раньше любил ее. Как умный человек, он точно знал, какие самые обидные слова сказать в такой момент.

Хотя у толпы зевак, стоящей у дверей комнаты не было даже возможности заглянуть в письмо в руках Ци Тяньюя, они ясно слышали правду, и теперь переглядывались с понимающим видом.

Все пришли к выводу, что старшая мисс Цинь не просто завела тайную интрижку, но даже была беременна!

Эта новость была просто ужасна!

Толпа родственников последовала за Ци Тяньюем, когда он ушел. Теперь у них не было другого выбора, кроме как разорвать помолвку между двумя семьями. Изначально все думали, что уничтожение свадебного паланкина было непростительным делом. Вряд ли кто из них ожидал, что после этого случится что-то более невероятное. Самым шокирующим событием сейчас стала новость о беременности старшей мисс Цинь.

В комнате Цинь Юйжу упала в обморок от шока, вызванного таким поворотом событий.

Мадам Ди тоже почувствовала легкое головокружение, но ее рассудительность заставила ее молниеносно отреагировать на изменившуюся ситуацию. Она быстро повернулась к старой мадам и начала умолять ее о помощи:

– Матушка, пожалуйста, отправьте слуг, чтобы немедленно остановить старшего молодого мастера Ци. Если он начнет рассказывать о том, что здесь произошло, это будет равнозначно тому, чтобы забрать жизнь Жу'эр!

– Неужели все это правда? – неверяще спросила старая мадам, пошатнувшись. Ее лицо было лишено красок, когда она пристально уставилась на мадам Ди. Хотя она не очень жаловала Цинь Юйжу, в конце концов, та была ее внучкой, и вполне естественно, что она была убита горем из-за того, что случилось такое несчастье.

– Это неправда, матушка, Жу'эр не беременна! Старший молодой мастер Ци пытался опорочить ее! Как он мог... сказать такое!

Мадам Ди, казалось, потеряла всю свою энергию, стоя на коленях перед старой мадам и громко плача.

– Горе нам, горе нам всем! – Старая мадам, казалось, тоже потеряла все свои силы и чуть не упала. К счастью, Ваньжу вовремя протянула руку и поддержала бабушку.

– Мама, я думаю, что для тебя будет лучше самой послать людей, чтобы остановить наследника Ци. Я помогу бабушке вернуться в ее двор! – спокойно сказала Ваньжу плачущей мадам Ди.

После этого она оставила мадам Ди одну и вместе с горничными повела бабушку обратно в ее внутренний двор. Однако, сделав несколько шагов, она неосознанно повернула голову и вдруг наткнулась на чей-то пронзительный взгляд. Ее рука задрожала, и она остановилась, да так резко, что чуть не упала вперед.

Может, у нее галлюцинации? Почему этот жуткий монстр стоит в мансарде здания напротив ее дома и наблюдает за ней?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 9. Вежливое приглашение, от которого невозможно отказаться

Глава 9. Вежливое приглашение, от которого невозможно отказаться

.

Помолвка между двумя семьями была расторгнута. Старшая дочь генерала армии Ниньюань не сохранила свое целомудрие. У нее было такое злое сердце, что, будучи беременна от другого мужчины, она придумала коварный план для своей младшей сестры, чтобы та заняла ее место в нежеланном браке.

Эта новость разрасталась как снежный ком.

Через полдня об этом заговорил весь Цзянчжоу. В течение нескольких часов старшая мисс Цинь была всеми осуждена и презираема, прослыв самой порочной девицей в истории города. Скоморохи сочинили про нее сатирическую песню, чтобы петь на ярмарках.

Когда новости достигли Цинь Хуайюна, он быстро послал подчиненных, чтобы подавить эти слухи, но было невозможно полностью заткнуть рты людям, потому что семья Ци тайно вмешивалась в это дело и поощряла сплетни.

К этому времени новость уже распространилась далеко за пределы Цзянчжоу…

Генерал был в ярости. Цинь Юйжу выла, плакала и даже пыталась покончить с собой. Она устроила настоящий переполох в поместье.

В отличие от остальной части поместья, Ваньжу все еще наслаждался тишиной в бабушкином доме. Однако ее сердце не было спокойным, хотя ее тревожили не те события, которые касались Цинь Юйжу.

Слегка нахмурившись, она сидела рядом с бабушкиной кроватью и гадала, не привиделось ли ей все. Неужели это действительно был ОН?

В прошлой жизни она видела его лишь мельком, когда он также бездушно смотрел в ее сторону.

Но почему он оказался здесь? Учитывая его статус, не должен ли он сейчас быть далеко в столице, находясь под домашним арестом?

Порывшись в обрывках воспоминаний, которые пока не все вернулись к ней, она убедилась, что не помнила, чтобы видела его здесь, в своем поместье….

В комнату тихо вошла Цин Юэ, чтобы передать сообщение:

– Барышня, у ворот стоит охранник. Он хочет встретиться с вами, но я никогда раньше его не видела!

Ваньжу глубоко вздохнула, пытаясь подавить волну страха в сердце. Она подняла свое бледное лицо и спросила:

– Где он?

– Он прямо за воротами двора, – ответила Цин Юэ.

– Тогда пойдем посмотрим, что ему от меня нужно!

Ваньжу убедилась, что бабушку как следует укрыли одеялом, прежде чем встала и повернулась, чтобы выйти из комнаты.

У ворот двора действительно был охранник. Он выглядел примерно лет восемнадцати и улыбался, когда стоял и смотрел, как приближается Цинь Ваньжу.

– Вторая мисс Цинь, мой мастер хочет видеть вас!

– А кто твой мастер, позволь узнать? – спросила Ваньжу, сделав глубокий вдох и сжав свои дрожащие руки в кулаки.

– Вы все узнаете, когда будете там! Мой мастер живет в вашем поместье, во дворе Ланьсян, но, пожалуйста, не бойтесь моего мастера, – с улыбкой сказал охранник, указывая рукой в ту сторону, куда нужно идти. – Именно генерал армии Нинъюань пригласил моего мастера остановиться здесь, но, пожалуйста, сохраните это в секрете от других!

Закончив объяснения, охранник встал рядом с ней, терпеливо ожидая ответа девочки.

Ваньжу казалось, что у нее нет другого выбора, кроме как последовать за ним. Хотя охранник вел себя очень вежливо, он был явно настойчив в своей просьбе. Даже притом, что Ваньжу была в своем собственном доме, она не могла найти предлог, чтобы отклонить приглашение, и ей оставалось только кивнуть головой в знак согласия, поддерживая свою раненую руку.

Роскошный двор Ланьсян располагался справа от дворика Цинь Ваньжу, и был самым близким домом к углу стены заднего сада. Двор обычно пустовал из-за своего расположения у стены гарема, и туда мало кто заходил. По этой причине никто не знал, что в течение последних нескольких дней там жили люди.

Как ни странно, пока Цинь Ваньжу находилась в пределах семейных владений, она не слышала никаких новостей об этом госте, поэтому она предположила, что ее отец намеренно держал это в секрете.

Ваньжу была озадачена, почему этот человек хотел встретиться с ней, поскольку она не имела никакого отношения ни к нему, ни к тому факту, что он остановился здесь.

Хотя она чувствовала себя довольно неловко, она решила последовать за охранником во двор Ланьсян.

Когда они прибыли, охранник вошел первым, чтобы сообщить своему хозяину, пока она ждала за дверью. Через некоторое время появился слуга и вежливо пригласил Цинь Ваньжу войти в дом, но остановил Цин Юэ.

– Барышня! – взволнованно запротестовала Цин Юэ.

Цинь Ваньжу глубоко вздохнула, чтобы успокоить нервы, затем повернулся к своей верной горничной и успокоила ее:

– Не волнуйся, оставайся здесь и жди меня!

В главном зале на почетном месте сидел юноша примерно лет пятнадцати. Первое, что заметила Ваньжу, были его глаза. Зрачки его глаз, казалось, были заполнены крошечными осколками сверкающих драгоценных камней, которые отбрасывали странные, но завораживающие блики. Он был одет в пурпурную богатую одежду с вышитыми драконами на рукавах и по подолу.

В целом, молодой паренек излучал странное очарование.

Под пурпурной нефритовой короной струились его густые волосы, аккуратно собранные в пучок. Юноша на самом деле был невероятно красив.

Однако Ваньжу чуяла опасность в этой бессмертной красоте демона. Его взгляд был зловещим и ужасающим, но в тот момент, когда его лицо осветилось улыбкой, его глаза вызвали у нее очень приятное чувство.

Его лицо было невероятно бледным, и не только это – его губы были гораздо более светлого оттенка, чем у других людей. Он выглядел хрупким, но в его хрупкости была какая-то таинственная красота. По этой причине в нем чувствовалась элегантность, свидетельствовавшая о его высоком положении.

Когда Цинь Ваньжу встретила его в своей прошлой жизни, он был уже взрослым молодым человеком, но она все еще могла узнать его сейчас, хотя он был на несколько лет моложе!

Это был не кто иной, как король Чэнь, Чу Лючэнь, бывший наследный принц!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 10. Красивый юноша, словно сошедший с картины

Глава 10. Красивый юноша, словно сошедший с картины

.

Чу Лючэнь был наследным принцем Чэнем, когда первый император был у власти. Ему было всего несколько месяцев от роду, когда его дядя узурпировал трон после смерти первого императора и лишил его статуса наследного принца. Он получил высший ранг придворного – стал королем Чэнем, и был наполовину заперт под домашним арестом во дворце Наньгун, который располагался в императорском Дворце. Вот почему некоторые люди в шутку называли его принцем Наньгун.

В ее прошлой жизни ходили слухи, что король Чэнь был элегантным и нежным юношей, который внешне исключительно красив; однако были и такие, кто утверждал, что король Чэнь был безжалостным, кровожадным и коварным демоном. Как бы то ни было, Ваньжу считала, что это не ее дело, какой он человек. В своей прошлой жизни она лишь мельком видела его издалека.

В будущем он снова стал неприступным и могущественным наследным принцем, смотрящим на нее сверху вниз, как будто она была какой-то букашкой.

Однако сейчас у нее не было другого выбора, кроме как встретиться лицом к лицу с этим подрастающим королем Чэнем.

Она решила, что впредь будет держаться от него как можно дальше. Тем не менее, она должна была подчиниться в этот момент, чтобы спасти свое положение и статус.

Она никогда не забудет, как через много лет, в тот день, когда король Чэнь будет восстановлен как наследник на трон, он начнет подбирать кандидаток в наложницы. Всего за один день внутренний дворец был залит кровью. Те молодые девушки, которые были полны надежд и ожиданий, были убиты одна за другой. С их трупами, лежащими лицом вверх на полу главного зала во дворце для кандидаток, здание превратилось в призрачный ад.

Чтобы скрыть эту бойню, все вовлеченные люди тоже были убиты, и это добавило кровопролития в здании кровавого дворца.

Ходили слухи, что после ликвидации большей части дворцовых слуг многие дворцы императорской резиденции опустели.

Цинь Ваньжу тоже была замешана в то время.

Как она могла не испугаться, когда снова столкнулась лицом к лицу с тем самым кровавым кронпринцем?

Она никогда не должна обижать этого человека. Было бы разумно даже крепко держаться за него, но она колебалась, стоит ли это делать на самом деле. Ваньжу не могла принять решение, так как все еще была ошеломлена. Все, что она сделала, это растерянно уставилась на юношу перед собой.

– Может быть, ты знаешь этого короля? – спросил Чу Лючэнь, осматривая Цинь Ваньжу с головы до пят. Он был весь в улыбках, и странный взгляд в его глазах мгновение назад стал буквально несуществующим настолько быстро, что это заставило Ваньжу задаться вопросом, не причудилось ли это ей сейчас.

Хрупкий, больной, но красивый юноша скривил губы в приятной улыбке, как будто он был Бессмертным, только что сошедшим с картины, и ни одно из слов не могло полностью описать его красоту. Его глаза, которые, казалось, были сделаны из осколков драгоценных камней, под длинными, пушистыми ресницами, также улыбались. Он действительно выглядел как безобидный, очаровательный юноша.

Ваньжу была бы полностью заворожена, если бы у нее не осталось воспоминаний о нем из ее предыдущей жизни.

– Я не знаю вас, но я не должна заставлять вас долго ждать меня, так как вы почетный гость отца! – почтительно сказала Ваньжу, склонив голову. Однако она так крепко сжала кулаки, что ногти впились в ладонь. Боль, которую она себе причинила, заставила ее насторожиться, чтобы не забывать о необходимости поддерживать дружеские отношения с этим опасным демоном.

Предполагалось, что она – маленькая девочка, которая до сих пор не была знакома с королем Чэнем.

– Ты... потревожила покой этого короля! – Принц Чэнь не пытался допросить ее, а просто констатировал факт.

Ваньжу почувствовала, как холодный пот струится по ее спине.

– Пожалуйста, простите меня, Ваше Высочество, – осторожно сказала она.

– Ты должна быть наказана за то, что потревожила этого короля. – Принц Чэнь пристально посмотрел на девочку и сказал это таким тоном, как будто Ваньжу намеренно устроила переполох с Цинь Юйжу, чтобы потревожить принца. Когда на самом деле он был тем, кто случайно стал свидетелем драмы между Цинь Ваньжу и Цинь Юйжу.

– Пожалуйста, простите меня, Ваше Высочество! – Ваньжу опустила голову еще ниже, продолжая извиняться. Она остро ощущала огромную разницу в их статусе.

– Этот король редко прощает людям проступки! – иронично усмехнулся принц Чэнь.

– Тогда... что же мне делать, чтобы получить ваше прощение?

– Ну, этот король должен подумать над этим…

– Я подчинюсь любому приказу Вашего Высочества, что бы это ни было. – Ваньжу ни за что не осмелилась бы вести переговоры с принцем при таких обстоятельствах, поскольку знала, что ее жизнь находится в его руках. Однако, поскольку принц Чэнь уже некоторое время разговаривал с ней, она была совершенно уверена, что он не собирается лишать ее жизни.

Как человек, чей статус наследного принца был отнят у него, но впоследствии он вернул его обратно, он, безусловно, не был доброго и безвредного нрава.

– Вот и хорошо! Ты действительно мудрая девушка! – Принц Чэнь потер ладони, и его губы снова скривились в усмешке. – Этот король слышал, что у генерала армии Нинъюань есть глазурованная лампа Фэнхуа, которая досталась ему от предков. Она должна быть исключительно красивой. Если ты сможешь принести мне эту лампу, я сохраню тебе жизнь.

Глазурованная лампа Фэнхуа? Ваньжу была на мгновение ошеломлена, поскольку она случайно узнала, что эта глазурованная лампа Фэнхуа была семейной реликвией, которая передавалась из поколения в поколение, и в настоящее время она была у ее бабушки. Лампа была очень дорога старушке, и та показала ее Цинь Ваньжу только однажды, но это оставило у девушки глубокое впечатление, потому что ей понравилась лампа.

– Это... любимая вещь бабушки, – нерешительно сказала Ваньжу.

– Разве твоя жизнь не стоит какой-то лампы? – надменно спросил принц Чэнь, подняв брови. Он пристально посмотрел на опущенную голову Цинь Ваньжу с интересом и немного мрачно одновременно.

– Я обязательно достану глазурованная лампа Фэнхуа для Вашего Высочества, – ответила Ваньжу, стиснув зубы. Его заинтересованный взгляд, когда он пристально смотрел на нее, вызвал у нее сильный страх.

Взгляд его глаз не должен был принадлежать принцу, выросшему в богатстве и комфорте. Это вызвало ужас в сердце Ваньжу, и она сразу же поняла, что если она не принесет ему глазурованная лампа Фэнхуа, ей придется заплатить ему своей жизнью.

Ваньжу была очень уверена в серьезности его слов, хотя у него была, на первый взгляд, мягкая и добрая улыбка.

– Если это так, то иди и принеси глазурованная лампа Фэнхуа прямо сейчас! – сказал принц Чэнь, отмахиваясь от нее и откидываясь назад, чтобы показать, что он отпускает ее.

– Как прикажете. – Ваньжу почувствовала облегчение и сразу же выпрямилась, чтобы уйти. Хотя встреча с принцем Чэнем была совершенно случайной, она знала, что должна быть настороже.

– Погоди, это ты сама себе нанесла такую рану на руке? – спросил юноша с элегантной улыбкой, но Ваньжу уловила жестокость в его тоне.

Что было еще более зловещим, так это то, что он неожиданно оказался прямо перед ней. Он резко схватил ее за руку там, где была рана, и сильно надавил на нее. Сразу же сквозь толстый слой бинтов просочилась кровь.

«Ну и негодяй!» – почти теряя сознание, подумала Ваньжу, когда боль немного утихла.

Разве он не принц Чэнь из королевской семьи, который должен вести себя элегантно и обходительно? Хотя это был редкий случай, его жестокое ребячество не имело ничего общего с тем, насколько опасным он был.

Более того, Ваньжу сейчас тоже была в теле ребенка!

– Ваше Высочество, вы... – закричал кто-то, кто, казалось, пытался заступиться за нее, но от боли она почти ничего не видела, медленно погружаясь в беспамятство.

– Такую хрупкую на вид, но забавную и жестокую к себе маленькую девочку трудно найти... Ты молодец, малышка! – Голос принца Чэня прозвучал близко и в то же время далеко. Его тон был доброжелательным и естественным, но смысл слов был пугающим.

А затем Ваньжу окончательно погрузилась в непроглядную тьму…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 11. Нож к горлу

Глава 11. Нож к горлу

.

Когда Ваньжу пришла в себя, был уже вечер. У лампы сидела пожилая дама, которая смотрела вниз на огонек и ровняла фитиль съёмцами.

Это была ее бабушка, единственная из семьи, кто до безумия любил ее.

Ваньжу заметила, что бинты на ее руке, казалось, были перевязаны заново.

– Тебе уже лучше, бабушка? – спросила она почти шепотом.

Старушка повернула голову и увидела, что Цинь Ваньжу открыла глаза. Ее лицо сразу просветлело, она встала, чтобы подойти к девочке, и ласковым голосом сказала:

– Чжоучжоу, ты, наконец, проснулась. – Потом приказала: – Скорее подайте ужин барышне!

Цин Юэ вышла из-за ширмы и подошла к Цинь Ваньжу, чтобы помочь ей сесть на кровати и подсунуть подушку позади нее для поддержки. Раненая рука, казалось, была перебинтована заново, и поэтому Ваньжу не видела пятен крови, просачивающейся через марлю. Было уже не так больно, как раньше.

Еще одна служанка вошла в комнату, чтобы поставить поднос с тарелками перед маленькой госпожой.

К этому времени Ваньжу действительно проголодалась. Она подняла миску с кашей и сразу же принялась за еду. Она остановилась только тогда, когда съела половину риса.

Вошла старая дева и почтительно сообщила:

– Старая мадам! Генерал, его жена и старшая мисс Цинь здесь!

Лицо старой мадам вытянулось, когда она фыркнула:

– Зачем они явились? Вышвырните их вон и скажите, чтобы никогда больше сюда не приходили! Я буду жить здесь всю оставшуюся жизнь с Чжоучжоу! – Она отказывалась верить, что Цинь Хуайюн ничего не знал о случившемся.

– Старая мадам, генерал сказал, что он здесь, чтобы просить у вас прощения и все прояснить, – сказала старая дева после некоторого колебания.

– Бабушка, пожалуйста, впусти отца! – мягко попросила Ваньжу, вытирая уголки губ салфеткой.

Она была обеспокоена тем, что бабушка стареет и дряхлеет, даже если ее отец не беспокоился об этом. В ее предыдущей жизни бабушка была охвачена стыдом и не могла жить дальше, к тому же, сама Ваньжу также была причиной ее ранней смерти. На этот раз она не позволит такому случиться снова. Она не только постарается защитить себя, но и позаботится о своей бабушке.

Старая мадам вздохнула, когда услышала просьбу любимой внучки, и беспомощно кивнула. Она уже говорила подобные слова в приступах гнева раньше. Она не собиралась проводить четкую грань между собой и своим единственным сыном и быть упрямой и бессердечной.

– С Ваньжу все в порядке, мама? – мягко осведомился генерал Цинь.

Это был дородный мужчина средних лет. Войдя в комнату, он сначала почтительно поприветствовал старую мадам, а затем с беспокойством повернулся к Цинь Ваньжу. Позади него стояли мадам Ди и ее дочь, которые, по-видимому, плакали, потому что их глаза были опухшими и красными, и они обе выглядели очень подавленными.

– Она была ранена так сильно, что чуть не лишилась жизни! Как она может быть в порядке? – холодно отрезала старая мадам, сурово глядя на мадам Ди, которая держалась позади мужа. – И что же ты собираешься делать дальше? – поинтересовалась она.

– Мама, давай отправим Юйжу в столицу, – смущенно кашлянув, тихим голосом предложил Цинь Хуайюн.

– Отослать ее в столицу и отдать замуж за сына герцога Юнкана? – язвительно уточнила старая мадам, впившись взглядом в Цинь Хуайюна и мать с дочерью. – Почему вы все так уверены, что семья герцога Юнкана согласится принять в качестве своей невестки девушку, утратившую целомудрие?

При этих словах Цинь Юйжу закрыла лицо рукавами и горько зарыдала. Мадам Ди вытерла глаза носовым платком и сердито воскликнула:

– Матушка, Жу'эр все еще девственница! Ци Тяньюй пытался из мести оклеветать ее! Как же наша Жу'эр может быть настолько глупой девушкой?

– Пфф! Значит, ты хочешь сказать, что собираешься разъяснить это семье Ци? – презрительно фыркнув, спросила старая мадам.

Этот вопрос почти сразу же заставил мадам Ди замолчать. Она была ошеломлена. Все дошло до этого, и генерал Цинь, безусловно, тоже был виноват, но ему было слишком стыдно идти в поместье Ци, чтобы поговорить с семьей магистрата.

– Ваньжу, ты можешь... ты можешь спасти свою сестру? – неожиданно спросила мадам Ди, повернувшись к Цинь Ваньжу с умоляющим выражением на лице.

«Она снова намерена все свалить на меня», – презрительно подумала Ваньжу и растерянно сказала:

– Я не понимаю, что ты имеешь в виду, мама? Неужели того, что я уже сделала для сестры, было недостаточно? Будет ли тебе достаточно только тогда, когда я пожертвую своей жизнью ради старшей сестры? – Глаза Цинь Ваньжу наполнились слезами ярости. В одно мгновение она схватила съёмцы, которые ее бабушка только что использовала, чтобы подрезать фитиль лампы, и поднесла их к своему горлу со словами: – Если это то, чего хочет приемная мать, тогда я пожертвую своей жизнью!

В своей прошлой жизни она только намного позже узнала, что не была родной дочерью этой женщины. Напрасно она относилась к ней, как к своей матери, и недоумевала, почему та проявляет такой суровый фаворитизм.

На самом деле, многие люди в поместье знали об этом факте, но все держали ее в неведении.

– Положи ножницы, Чжоучжоу, а то я умру от разрыва сердца! – Старая мадам была встревожена решимостью Цинь Ваньжу, и ее лицо мгновенно побледнело. Затем она повернулась к Цинь Хуайюну и громко закричала в отчаянии: – Я не стану жить, если что-нибудь случится с Чжоучжоу! Мы умрем вместе и освободим для твоей жены место!

Культура страны всегда заключалась в том, чтобы поддерживать сыновнее благочестие, и Цинь Хуайюн никогда не нарушит этот нравственный принцип. Он тут же удержался от дальнейших предложений, даже если у него были другие мысли, сурово посмотрел на жену, а потом строго сказал:

– Положи ножницы, Ваньжу. Не пугай свою бабушку!

– Тогда скажи мне, отец, ты здесь для того, чтобы убедить меня прикрыть позор старшей сестры? Вы сговорились объявить, что это я виновата в этой грязной истории? – Ваньжу остановила свой взгляд на Цинь Хуайюне, как будто она поняла истинную причину их визита к бабушке. Ее невинные детские глаза были полны печали и решимости одновременно.

– Не переживай, Ваньжу, я знаю, что с тобой поступили несправедливо. Отец не позволит тебе страдать больше, чем сейчас. – Глядя на Цинь Ваньжу, которая вела себя так отчаянно, охваченный чувством вины Цинь Хуайюн был полон раскаяния и душевной боли.

Слова Цинь Хуайюна почти заставили мать и дочь подпрыгнуть от ярости. Они, наконец, убедили его прийти поговорить с бабушкой, чтобы Цинь Ваньжу призналась, что она все подстроила, и взяла вину на себя. Репутация Цинь Юйжу была бы спасена, если бы Цинь Ваньжу признала, что она сказала всю эту ложь, чтобы подставить старшую сестру, которой завидовала.

Вряд ли мадам Ди ожидала, что прежде, чем она смогла даже высказать просьбу, Цинь Хуайюн изменит свое решение, увидев отчаяние Цинь Ваньжу.

Мадам Ди уже собиралась вмешаться, когда Цинь Хуайюн бросил на нее предостерегающий взгляд, чтобы она заткнулась.

Старая мадам поспешно взяла съёмцы у Цинь Ваньжу.

Ваньжу покорно позволила бабушке забрать ножницы, а затем, повернувшись к отцу, сказала:

– Как ты поступишь с няней Фанг, отец?

Она выжидающе посмотрела на генерала и протянула руку, чтобы удержать дрожащую от ярости бабушку. Затем она перевела взгляд на старуху Фанг, которая пыталась спрятаться за мадам Ди.

Ваньжу просто не терпелось отрубить руку этой преданной собаки мадам Ди.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 12. Отправь ее к судье, если она отказывается признаваться

Глава 12.Отправь ее к судье, если она отказывается признаваться

.

– Не вмешивайся в это дело, ты просто ребенок… – сказал Цинь Хуайюн, нахмурившись и махнув рукой, как будто отмахиваясь от того, что сказала Цинь Ваньжу.

– Ты можешь приказать ребенку не вмешиваться в это дело. А как насчет меня? Неужели скажешь, что я слишком стара, чтобы вмешиваться в это? – съязвила старая мадам.

Ваньжу дала знак Цин Юэ помочь старой мадам сесть на стул.

Услышав сердитый вопрос старой мадам, Цинь Хуайюн попытался объяснить свою позицию:

– Мама, тут что-то не сходится...

– В чем ты сомневаешься? Неужели отец считает, что слова прислуги намного важнее слов его дочери? – спросила Ваньжу, глядя на Цинь Хуайюна яркими глазами.

Нянька Фанг была частью приданого мадам Ди и последовала за юной леди Ди, когда та вышла замуж в семью Цинь. Ваньжу хотела отсечь одну из преданных рук мадам Ди, и стремилась сделать так, чтобы мадам Ди лично наказала няньку Фанг. Она хотела посмотреть, сколько служанок останется верными своей госпоже, если та не сможет защитить даже своих доверенных лиц.

Вопросы, касающиеся жизни и смерти, нелегко решить несколькими словами.

– Забей старую деву до смерти палками! – холодно приказала старая мадам, прежде чем Цинь Хуайюн успел что-то сказать.

Старушка всегда обожала Цинь Ваньжу, так что можно было представить себе ее ярость, когда мать и дочь подставили девочку, что почти стоило малышке жизни.

Зачем кому-то защищать служанку, которая поранила хозяйку, которой она служила?

– Матушка... в конце концов, это касается жизни человека. Более того, это был несчастный случай... – быстро вмешалась мадам Ди, услышав приказ старой мадам. Мадам Ди не могла допустить, чтобы такое наказание постигло няньку Фанг, ведь она все-таки была ее верной помощницей.

– Мама говорит, что если бы я умерла, это был бы несчастный случай? – холодно поинтересовалась Ваньжу с серьезным выражением лица.

Не было никакого способа, которым старуха Фанг могла защитить себя, так как только Цинь Ваньжу, Цин Юэ и сама нянька Фанг присутствовали при происшествии. Впрочем, не будь нянька Фанг настолько самоуверенна, она бы так сильно не поранила свою маленькую хозяйку.

Мадам Ди онемела от вопроса Цинь Ваньжу. Внезапно она почувствовала, что приемная дочь превратилась в совершенно другого человека. Если бы это было в прошлом, Цинь Ваньжу никогда бы так с ней не разговаривала. С небольшими уговорами от нее, заботливой матери, Цинь Ваньжу обычно была покорна и послушна ей.

– Почему ты так грубо разговариваешь с мамой, вторая сестра? – К этому времени Цинь Юйжу уже перестала плакать и начала заступаться за свою мать.

– Бабушка, поскольку няня Фанг отказывается сказать правду, давай обратимся к судье и оставим властям продолжать расследование, чтобы выяснить, кто и почему пытался причинить мне вред. Зачем кому-то желать моей смерти, если я откажусь от свадьбы, которая с самого начала была обманом? – предложила Ваньжу, игнорируя слова старшей сестры. Она, казалось, ожидала подобной реакции Цинь Юйжу и была совершенно спокойна по этому поводу.

Отправить служанку на допрос к судье?

Не только мать и дочь вздрогнули при этой мысли, даже Цинь Хуайюн также почувствовал себя неловко.

К настоящему времени этот вопрос был раздут до неузнаваемости. Ранее Цинь Хуайюн нанес визит в поместье Ци, чтобы принести им глубокие извинения и дал серьезные обещания в обмен на то, чтобы они молчали о неверности Цинь Юйжу. Они решили разорвать помолвку, указав причиной несовместимости их гороскопов. Однако доведение этого дела до сведения судьи и публичное разбирательство означало бы перечеркнуть его перспективы как имперского военного чиновника.

Честолюбивый Цинь Хуайюн никогда бы на это не согласился.

– Поступай со старой девой так, как должно! – Цинь Хуайюн адресовал эти свои слова жене.

– Генерал! – в шоке вскрикнула мадам Ди.

– Мать не может вынести такого наказания служанки? Наверное, такое впервые с тех пор, как няня Фанг последовала за мамой сюда после вашей свадьбы. А что, если я действительно оговорила ее? Не лучше ли было бы передать все это дело судье? – сказала Ваньжу со спокойным выражением лица.

– Сейчас же отправьте служанку к судье. Мы не будем несправедливо судить ее в нашем доме! – фыркнула старая мадам, соглашаясь с предложением Цинь Ваньжу, а затем позвала старух-охранниц, чтобы они подошли и занялись этим делом.

Цинь Хуайюн запаниковал, когда увидел, что старая мадам всерьез собирается отправить старую деву к судье. Он пнул жену ногой и закричал страшным голосом:

– Разве ты не должна действовать прямо сейчас, как хозяйка моего дома?

Хотя удар ногой не предназначался для того, чтобы причинить боль его жене, и поэтому не был нанесен с большой силой, мадам Ди пришла в себя, кивнула и закричала:

– Матушка, я сама накажу служанку, которая пыталась причинить вред своей хозяйке! – Затем она повернулась к крепким прислужницам и приказала им: – Вытащите Фанг и забейте палками до смерти!

Несколько прислужниц, стоявших позади мадам Ди, исподтишка испуганно посмотрели на Цинь Ваньжу, а затем с силой потащили няньку Фанг из комнаты.

На лице Цинь Ваньжу, все еще сидевшей на кровати, появилось презрительное выражение. Она предположила, что эти служанки также приложили руку к выполнению коварных планов мадам Ди. Ваньжу было интересно посмотреть, будут ли они продолжать помогать мадам Ди в ее подлых делах.

– Возвращайтесь в свои покои! – велела старая мадам, отмахиваясь от гостей.

– Матушка, а как же Жу'эр? Что теперь будет с ней? – Мадам Ди и Цинь Юйжу снова залились слезами.

– Я не понимаю, Хуайюн, твоего мышления и мышления твоей жены. В первую очередь вы никогда не должны были прибегать к такому способу избежать свадьбы! – сказала старая мадам, выглядя усталой и разочарованной.

Она не ожидала, что они будут держать ее в неведении относительно такого важного дела. Она могла только заключить, что эта семья обращалась с ней как с посторонней. Думая, что она и Чжоучжоу были единственными людьми, которых держали в неведении, старая мадам была совершенно разочарована в Цинь Хуайюне. Внезапно она с горечью подумала о том, что была не родной, а всего лишь приемной матерью, которая его подняла на ноги.

Родная мать Цинь Хуайюна умерла, когда он едва родился, и она вырастила его как своего собственного сына. Раньше у них были очень доверительные отношения. Однако с тех пор, как он женился на мадам Ди, они все больше отдалялись друг от друга.

Тем не менее, сегодняшний инцидент вызвал у нее глубокое разочарование. Произнеся эти последние слова, старая мадам закрыла глаза.

Увидев разочарование на лице матери, Цинь Хуайюн осознал, как он провинился. Украдкой взглянув на младшую дочь, он беспомощно вздохнул и увел жену и старшую дочь из комнаты.

Ваньжу встала с кровати и подошла к старушке.

– Бабушка, ты уверена, что не хочешь помочь старшей сестре? – нежно массируя виски бабушке, мягко спросила она, после того, как ее отец и остальные покинули комнату.

– Я старею, так что ничего не могу поделать! Теперь у твоего отца есть свое собственное мнение, и ему наплевать на мои слова! – с трудом выговорила старушка с оттенком разочарования.

– Бабушка, не могла бы ты помочь тете Шуй выбраться из семейного храма? – ненавязчиво напомнила старушке Ваньжу, меняя тему разговора.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 13. Подлый план десятидневной давности

Глава 13. Подлый план десятидневной давности

.

Тетя Шуй была не кто иная, как Шуй Жолань, кузина Цинь Хуайюна, дочь младшей сестры старой мадам Цинь. Когда младшая сестра умерла, оставив маленькую дочку, мадам Цинь взяла ее под свое крыло и воспитывала в семье Цинь с раннего возраста. Когда девушка достигла совершеннолетия, она вышла замуж, но ее муж скоропостижно скончался, прежде чем у них появились дети. После этого старая мадам Цинь забрала ее обратно в поместье генерала.

Последние десять дней Шуй Жолань жила в семейном храме, где все время молилась. Она была женщиной с мягким характером, которая никогда не говорила ни слова жалобы, хотя у нее была печальная судьба.

Цинь Хуайюн всегда питал слабость к своей кузине. К сожалению, у каждого из них были свои заранее оговоренные браки, и по этой причине они всегда держали дистанцию, придерживаясь своих брачных обязательств. Когда Шуй Жолань вернулась в дом Цинь Хуайюна как вдова, они продолжали почтительно относиться друг к другу. На самом деле, они почти не виделись на территории поместья. Даже когда возникала необходимость, они всегда встречались только в присутствии других людей.

Однако десять дней назад произошло неприятное событие. Цинь Хуайюн пришел домой очень пьяным и по ошибке вошел во внутренний двор Шуй Жолань. В итоге он залез в кровать своей кузины. Что было еще хуже, так это то, что в пьяном состоянии он обнял Шуй Жолань и против воли заставил отчаянно борющуюся женщину переспать с ним. Когда мадам Ди ворвалась в комнату и собственными глазами увидела эту сцену, она была так убита горем, что безутешно разрыдалась.

Протрезвев, Цинь Хуайюн испытал глубокое раскаяние по отношению как к мадам Ди, так и к Шуй Жолань, и не знал, что делать, чтобы уладить эту проблему.

После этого неприятного случая Цинь Хуайюн выразил желание взять Шуй Жолань в наложницы, но та отказалась от его предложения, так как она не могла примириться с этой мыслью и чуть не сбрила волосы, чтобы стать монахиней.

Старая мадам Цинь пыталась отговорить ее от этого, и Шуй Жолань, наконец, согласилась пойти на уступку – в монахини она не подалась, но уединилась в семейном зале Будды, чтобы успокоить свое сердце.

В предыдущей жизни Ваньжу ее тетя, приняв во внимание здоровье старой мадам, все же стала наложницей Цинь Хуайюна. Однако она была несчастна из-за такой постыдной причины своего второго замужества. Впоследствии стало известно, что после той ночи она забеременела, но ребенок родился слишком рано. И мать, и семимесячный младенец умерли во время преждевременных родов.

Только позже Цинь Ваньжу узнала, что ошибка пьяного Цинь Хуайюна была частью плана мадам Ди, и что мадам Ди также приложила руку к тому, чтобы у Шуй Жолань начались преждевременные роды.

Ваньжу уже почти не помнила скандал, который случился десять дней назад, ведь для нее прошли годы с тех пор, но память о нем все же дала ей подсказку. Она вдруг поняла, что именно десять дней назад пришло брачное письмо от герцога Юнкана.

Сразу после того, как пришло письмо, умеющий пить и знающий меру генерал вдруг почему-то так напился, что «по ошибке» попал в дом Шуй Жолань. И, естественно, мучающийся чувством вины и раскаивающийся Цинь Хуайюн не мог заставить себя предпринять какие-либо действия против подлой интриги своей жены и старшей дочери.

Их план состоял в том, чтобы подменить невесту на Цинь Ваньжу и устроить представление, которое и произошло сегодня.

Чтобы достичь своей конечной цели, мать и дочь прибегли к бессовестным способам. На первый взгляд казалось, что они делают шаг назад, прощая его проступок, но на самом деле они сами все подстроили все со злым умыслом.

– У твоей тети Шуй не хватит духу сделать это! – хмуро вздохнула старая мадам. Это был еще один вопрос, который беспокоил ее. То, что произошло той ночью, было совершенно скандальным, и все поместье уже об этом знало. Как Шуй Жолань могла вынести такое унижение?

– Письмо из столицы с просьбой о браке старшей сестры пришло десять дней назад, не так ли? Это неожиданно совпало с тем временем, когда отец напился. Папа всегда хорошо относился ко мне, но почему-то с тех пор он начал пренебрегать моей репутацией, и делал то, что ему говорили мать и старшая сестра? Бабушка, тебе не кажется, что происходит что-то подозрительное? – Ваньжу осторожно подтолкнула старушку на верный путь.

Старая мадам была достаточно умна, чтобы уловить намек в словах девочки. Выражение ее лица внезапно изменилось, и она воскликнула:

– Может быть, твою тетю Шуй просто использовали, и она была пешкой для них?

– Бабушка, теперь ты ясно видишь, что отец с самого начала явно был на стороне матери и старшей сестры во всем этом деле, – сказала Ваньжу, опуская свои длинные ресницы.

Старушка бросила взгляд на погрустневшую внучку, и в ее глазах промелькнуло раздражение. Она стукнула кулаком по столу и закричала:

– Эта злобная ведьма ради своей дочери готова уничтожить и Жолань, и тебя!

Собрав воедино непонятные случаи, произошедшие за эти несколько дней, старая мадам пришла к выводу, что мадам Ди, должно быть, использовала чувство вины Цинь Хуайюна, чтобы добиться его поддержки. Она, очевидно, просила дать ей шанс в брачной помолвке Цинь Юйжу. Скорее всего, поэтому Цинь Хуайюн держал это в себе, вместо того чтобы рассказать обо всем своей матери.

Старая мадам понимала намерение Цинь Хуайюна выдать маленькую дочь замуж за члена семьи магистрата вместо старшей дочери. Не было ничего особенного в том, чтобы пожертвовать своей маленькой дочерью ради осуществления более масштабного плана – брака старшей дочери с еще более богатой и влиятельной семьей.

Кроме того, он хотел загладить свою вину перед женой за то, что переспал с Шуй Жолань.

По этим причинам Цинь Хуайюн и словом не обмолвился своей матери о полученном брачном предложении от герцога Юнкана.

– Я собираюсь вытащить твою тетю Шуй из зала Будды. Я не позволю мерзавке получить то, что она хочет! – гневно сказала старушка, приняв решение.

Ее подлая невестка не только подставила Шуй Жолань, но и внушила чувство вины Цинь Хуайюну и даже манипулировала браком малышки Ваньжу. Мадам Ди думала, что сможет утаить все, что она сделала?

– А что, если тетя Шуй откажется? – напомнила Ваньжу старушке возможный сценарий.

В предыдущей жизни Шуй Жолань провела в зале Будды полгода без перерыва и стала посвященной буддисткой в семье. Только когда старая мадам серьезно заболела, она, наконец, вышла оттуда, чтобы ухаживать за старой тетушкой. Именно тогда она окончательно стала наложницей Цинь Хуайюна.

К тому времени Шуй Жолань уже не испытывала никаких чувств к нему, поэтому она никогда не ревновала его к мадам Ди. На самом деле, она часто просила генерала вместо ее комнаты пойти к мадам Ди. Именно из-за лживых историй, сплетенных горничной мадам Ди, которую Цинь Хуайюн позже сделал наложницей и обожал до безумия, тетя Шуй стала страдать и ревновать. Позже мадам Ди и ее горничная объединились, чтобы плести интриги, которые в конечном итоге привели к смерти Шуй Жолань и ее ребенка.

В прошлой жизни Шуй Жолань была особенно добра к Цинь Ваньжу. Она продолжала присматривать за ней даже после смерти старой мадам. Однако как она могла защитить Цинь Ваньжу, если не могла защитить даже себя?

В этой жизни Ваньжу не позволит Шуй Жолань быть жестоко обманутой мадам Ди. Однако ей нужно было содействие бабушки. Шуй Жолань была гордой женщиной и никогда бы не согласилась стать чьей-то наложницей, вот почему она сначала не ревновала генерала к мадам Ди.

Ваньжу подтолкнула старую мадам, чтобы та вытащила Шуй Жолань из беды.

Что же касается Шуй Жолань, то план Ваньжу состоял в том, чтобы помочь ей разрешить этот узел в сердце. У Шуй Жолань, возможно, и мягкий нрав, но она определенно не была глупой. На самом деле за ее мягким характером скрывалась довольно сильная и решительная женщина.

– Я предупрежу Жолань об этом и не позволю ей быть без вины виноватой! – фыркнула старая мадам, и Ваньжу увидела решительное выражение на ее лице. Старушка сама пережила много сражений в гареме и могла полностью увидеть коварные намерения мадам Ди. Так как эта паскудница ни во что не ставила такую милую леди, как Шуй Жолань, старая мадам позаботиться о том, чтобы она это сделала.

Ваньжу почувствовала, как груз спал с ее плеч, как только поняла, что бабушка собирается позаботиться о Шуй Жолань. Она, наконец, расслабилась, откинувшись назад и спрятав холодный взгляд в глазах.

– Бабушка, у тебя все еще есть глазурованная лампа Фэнхуа? – спросила Ваньжу, меняя тему разговора. Она не осмеливалась легкомысленно относиться к тому, что приказал принц Чэнь.

Когда старая мадам услышала вопрос внучки, выражение ее лица резко изменилось.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 14. Глазурованная лампа Фэнхуа

Глава 14. Глазурованная лампа Фэнхуа

.

– Тебе нужна глазурованная лампа Фэнхуа? – изумилась старая мадам.

Ваньжу моргнула и кивнула:

– Да!

– Ты действительно ее хочешь? – снова спросила старая мадам.

– Очень хочу! – беспомощно ответила Ваньжу.

На самом деле, это не она хотела лампу, а принц Чэнь. Она не была в его фаворе и боялась его разозлить. Поскольку глазурованная лампа Фэнхуа могла удовлетворить его, почему бы не отдать ему ее?

«Интересно, зачем принцу Чэню понадобилась глазурованная лампа Фэнхуа? С его исключительным статусом он, должно быть, видел вещи намного лучше, так почему же он хочет себе эту лампу? Должно же быть что-то с этим связанное.

Глазурованная лампа Фэнхуа, безусловно, драгоценное сокровище. Но как принц, какими сокровищами он не может владеть?»

Теперь, увидев реакцию бабушки, Ваньжу получила глубокое понимание того, что эта глазурованная лампа Фэнхуа, вероятно, не была простым светильником. Но она ничего не хотела знать об этом!

– У меня сейчас нет глазурованной лампы Фэнхуа! – Видя, что Цинь Ваньжу настаивает, старая мадам вздохнула и помахала рукой, прогоняя слуг из комнаты.

После того, как все вышли, Ваньжу с любопытством спросила:

– Бабушка, а почему у тебя ее больше нет?

– Несколько дней назад я отдала лампу настоятельнице монастыря Цзиньсинь. Я хотела пожертвовать ее храму, но подумала, что это неуместно делать мне, и позволила настоятельнице некоторое время медитировать с ней. Взамен я взяла у нее кунжутное масло. Она предлагала выкупить у меня глазурованную лампу Фэнхуа за ценные благовония, но я не пошла на обмен, однако и деньги за масло пока тоже не вернула ей! – уклончиво ответила старая мадам, глядя на Цинь Ваньжу мрачным взглядом.

– Бабушка, разве тебе не нравится глазурованная лампа Фэнхуа? Я думаю, что она очень красивая! – Ваньжу повернула голову и задумчиво произнесла: – Из твоих слов выходит, что тебе не нужен этот светильник. Или, скажем, глазурованная лампа Фэнхуа представляет какую-то опасность?

«Если это правда, то лучше отдать светильник принцу Чэню как можно скорее. В руках обычных людей некоторые предметы могут быть опасными для жизни».

– Мне она действительно не очень нравится! Меня всегда охватывают плохие воспоминания, когда посмотрю на глазурованную лампу Фэнхуа! – сказала старая мадам, качая головой и вздыхая. – Но раз она так нравится тебе, Ваньжу, ты можешь завтра отнести сотню лян в монастырь как деньги за кунжутное масло и забрать эту глазурованную лампу Фэнхуа обратно!

Было что-то, чего старая мадам Цинь на самом деле хотела избежать любыми силами, но казалось, что это была судьба. Вещь, принадлежащая кому-то другому, не могла быть подарена ею.

Мадам Цинь не хотела больше говорить об этом. Она снова забеспокоилась о ране Цинь Ваньжу и позвала служанок сменить повязку внучке.

Ваньжу тоже больше ничего не сказала.

Когда она проснулась на следующий день, она почувствовала, что рана уже почти не болела. После того, как Цин Юэ одела и причесала ее, она пошла пожелать бабушке доброго утра. Старая мадам дала ей сто лян и разрешила съездить в монастырь.

Монастырь Цзиньсинь был совсем маленьким, и находился недалеко от города Цзянчжоу, так что многие горожане приходили сюда молиться. Говорили, что настоятельница была Просветленной, но все еще жила здесь, в маленьком храме. Старая мадам очень благоволила ей и часто выезжала за город, чтобы наведаться в обитель и поклониться Будде.

Цинь Ваньжу всегда была близка со старой мадам Цинь, которая ездила в монастырь уже много раз. Цинь Ваньжу ездила с нею каждый раз, так что она была также очень хорошо знакома с монастырем Цзиньсинь и его настоятельницей.

Поэтому она взяла с собой только Цин Юэ, когда направилась к выходу из поместья. Однако у ворот на передний двор ей преградили путь две пожилые привратницы.

– Вторая мисс, мадам и генерал приказали сегодня никого не выпускать, чтобы избежать новых проблем! – сказала одна из старух.

Ваньжу нахмурилась. Цин Юэ, которая стояла позади нее, вышла вперед и сказала:

– Леди Ваньжу получила приказ старой мадам отправиться в монастырь Цзиньсинь. Убирайся с дороги!

– А у нас приказ мадам Ди и генерала никого не выпускать, особенно вторую мисс, – твердо заявила привратница. Казалось, что прислужницы были почтительны, но они просто делали вид, что уважительны к юной леди поместья.

Все в поместье уже знали, что Цинь Ваньжу родилась не от мадам Ди. Она даже не пользуется благосклонностью хозяйки поместья. Более того, у них был приказ генерала. И генерал, и мадам ди не один раз повторяли, что за второй мисс нужно строго присматривать. Даже если старая мадам разрешила девчонке выйти в город, она должна была также получить разрешение от генерала.

Поэтому обе прислужницы вели себя уверенно и даже вызывающе.

– Как ты смеешь... – Цин Юэ была в ярости, потому что служанки пренебрежительно относились даже к старой мадам.

Глядя на жесткое отношение привратниц, Ваньжу потянула Цин Юэ за рукав:

– Идем отсюда!

Она повернулась и ушла. Только вчера произошел такой постыдный скандал, и было понятно, почему слугам запретили выпускать ее из поместья. Даже если она получила разрешение от старой мадам, она не станет сейчас ничего говорить. Она боялась, что такое отношение заставит бабушку отдалиться от отца. А это плохо.

Единственный человек в этом доме, на которого она могла положиться, была ее старенькая больная бабушка. Она никогда не должна вынуждать старушку отдаляться от сына до такой степени, чтобы это поссорило их.

Однако сегодня ей нужно было во что бы то ни стало выйти из поместья. Она подумала немного, потом свернула в ближайшие лунные ворота и направилась в некий двор…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 15. Это имеет какое-то отношение к этому королю?

Глава 15. Это имеет какое-то отношение к этому королю?

.

– Цинь Ваньжу, ты хочешь выйти из поместья, чтобы забрать глазурованную лампу Фэнхуа – мягким тоном поинтересовался принц Чэнь, подняв свои черные глаза с обычной для него элегантностью. Он перевернулся на другой бок на кровати, слабо и болезненно закашлявшись.

Одного дня ему было достаточно, чтобы узнать имя Цинь Ваньжу.

Конечно, Ваньжу знала, что эта так называемая мягкость была на самом деле сплошным притворством.

– Да, и я очень надеюсь, что Ваше Высочество поможет мне! – искренне ответила Ваньжу, хотя и нервничала. Если в доме и был кто-то, кто мог убедить генерала отпустить ее, то это был принц Чэнь.

– Твои трудности имеют какое-то отношение к этому королю? – Юноша поднял свои прекрасные глаза и посмотрел на нее, склонив голову набок. Его улыбка все еще оставалась мягкой, но тон был немного ироничным.

– Это касается глазурованной лампы Фэнхуа, которую хочет получить Ваше Высочество, – почтительно напомнила Ваньжу, сжав кулаки и делая вид, что она не заметила издевки в его взгляде.

– Этот король желает посмотреть, сможешь ли ты сама найти выход из этой ситуации! – насмешливо прищурился принц Чэнь. Его бледное лицо сразу же стало выглядеть безумно злым из-за этого. Он больше не был просто красивым молодым пареньком. – Если ты не можешь даже выйти за ворота своего поместья, то не забирай глазурованную лампу Фэнхуа!

Возликовав, Ваньжу все же осторожно уточнила:

– Тогда... Ваше Высочество больше не волнуют предыдущие договоренности?

– И не надейся! Неужели этот король любитель пустых разговоров? – зло усмехнулся принц Чэнь, и его глаза потемнели. Такие глаза заставили Ваньжу опустить голову. – Иди и принеси этому королю глазурованную лампу Фэнхуа. Цинь Ваньжу, этот король обещает тебе за это еще одну награду! – лениво произнес принц Чэнь.

– Ваше Высо…

– Как, тебе снова что-то не нравится? – Его красивое лицо еще больше помрачнело.

– Нет-нет, как прикажете, Ваше Высочество! – произнесла Ваньжу, стиснув зубы. В одном он был прав. Она ведь здесь выросла. Если она не может выйти открыто, она может выскользнуть за пределы поместья тайком.

Кроме того, она с нетерпением ждала той награды, которую он обещал ей.

– Возвращайся как можно скорее! – махнул рукой принц Чэнь.

Ваньжу украдкой посмотрела на него, его взгляд был почти приятным. Выражение его лица так быстро менялось...

Она яростно сжала кулак перед собой в почтительном поклоне и вышла. За дверью она остановилась и нахмурилась, услышав позади зловещий и самодовольный смех капризного мальчишки.

Ваньжу невольно поджала тонкие губы. Принц Чэнь сделал это нарочно.

Цин Юэ на этот раз позволили войти в дом вместе с хозяйкой, и в комнате она не осмелилась поднять голову. Теперь, когда они вышли, она почувствовала облегчение, но сразу встревожилась.

– Барышня, как мы выйдем из поместья?

– Идем на старое место! – твердо сказала Ваньжу и тяжело вздохнула.

Услышав про старое место, Цин Юэ занервничала и нервно возразила:

– Но... но старая мадам больше не позволяет вам туда ходить!

– Ничего не бойся. Никто не узнает, если мы обе сохраним это в секрете. Иди скажи слугам подготовить экипаж и жди меня в карете у дерева. Когда я выберусь за пределы поместья, мы сразу поедем в монастырь, – приказала Ваньжу. Сейчас она могла использовать только этот способ.

– Да, ваша рабыня сейчас же все подготовит, только, барышня, пожалуйста, будьте осторожны! – неохотно согласилась Цин Юэ, еще раз напомнив об опасности. Потом она и ее хозяйка покинули двор принца Чэня и разошлись в разных направлениях.

– И что теперь? На самом деле хозяин все только усложнил, – осторожно прошептал евнух Сяо Сюаньцзы, после того, как принц Чэнь рассмеялся. Он озабоченно наблюдал через окно за маленькой девочкой, которая была несчастной и удрученной.

– Этот король болен, я не могу даже пошевелить пальцем! – равнодушно сказал красивый юноша, а затем с интересом вскочил на ноги. – Давай за ней, посмотрим, что она теперь будет делать. Я устал сидеть взаперти и скучать.

– Мой принц, вам лучше хорошенько отдохнуть. Мы приехали сюда в поисках божественного врача. Если вы сможете лечиться у него, то вполне вероятно, что ваша болезнь может пройти! – Услышав, что его хозяин собирается прогуляться, Сяо Сюаньцзы поспешил отговорить его.

Его мастер был не в добром здравии, поэтому он не может выйти, когда захочет, как другие люди. Если его хозяину снова станет хуже, евнух не смог бы заплатить за это, даже отдав свою собственную жизнь.

– Пойдем и повеселимся! – сказал юноша и вышел на улицу, не обращая внимания на возражения евнуха.

Увидев, что он вышел, Сяо Сюаньцзи не осмелился оставить его одного. Он взял плащ принца Чэня с бокового экрана и поспешно догнал хозяина. Когда принц подошел к воротам дворика, два охранника появились из ниоткуда и последовали за ним.

В одном углу сада на заднем дворе были качели, которые висели на ветке большого дерева. С одной стороны полянку загораживали деревья и кустарники, с другой стороны, у внешней стены поместья, тянулся ряд зеленых лоз с пурпурными цветами, которые были очень красивы.

Ветер колыхал зеленые листья, и бутоны вот-вот должны были распуститься.

Раньше это было любимое место маленькой Цинь Ваньжу. Качели были сделаны слугами по ее приказу. Зеленые лозы тоже были посажены ею. Этот маленький уголок сада почти принадлежал ей, но с тех пор, как она однажды упала с качелей, старая мадам запретила ей сюда приходить.

И это было именно то место, которое она и Цин Юэ называли «старым местом».

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 16. Адепт новой техники лазанья по стенам

Глава 16. Адепт новой техники лазанья по стенам

.

Ваньжу подошла к качелям и подергала за веревки с обеих сторон. Они казались нестарыми и прочными.

Ее бабушка, должно быть, боялась, что она будет тайком приходить сюда, и приказала поменять веревки на случай, если внучка захочет покачаться. Так как качели были безопасны, Ваньжу повернулась и села на доску.

Однако, усевшись на качели, Ваньжу заколебалась. Она прикоснулась к тому месту, где была рана на ее руку, не зная, справиться она с одной здоровой рукой или нет.

Посмотрев на высокие стены двора, она убедилась, что все по-прежнему – когда качели высоко раскачаются, они поднимут ее до верхнего края стены. В любом случае, она должна попробовать.

После того, как она прикинула траекторию, она крепко схватилась за веревки и, полусидя на доске, отошла на два шага назад. Потом она села на качели и полетела по дуге, резко выбросив ноги вперед и отклонившись назад. Качели чуть подлетели вверх и затем качнулись назад, одновременно с этим Ваньжу резко подалась вперед, забросив ноги назад. Затем качели снова полетели вперед, к внешней стене, потом снова вернулись назад. Девочка опять сместила центр тяжести, заставляя качели поднимать ее все выше.

Девушка хорошо умела раскачиваться, поэтому качели поднимались по дуге все выше и выше, поднося ее все ближе и ближе к вершине стены. Ваньжу внимательно наблюдала и, выбрав нужный момент, отпустила руки. Использую инерцию качелей, она прыгнула, чтобы попасть на стену, которая окружала поместье.

За стеной ее уже ждала Цин Юэ. Увидев наверху маленькую фигурку хозяйки, она забеспокоилась и тихо спросила:

– Барышня… Барышня, вы в порядке?

Что-то настолько опасное, что она сделала, разве после такого она может быть в порядке?! Ваньжу почувствовала, что ее раненая рука горит огнем. Она понимала, что рана снова открылась, и от боли слезы горохом покатились из ее глаз. У нее так ослабели руки, что она чуть не упала с высокой стены.

Упрямясь, Ваньжу крепко стиснула зубы, чтобы удержаться на стене, настроилась и слегка расслабила руки, страдая от боли, которая накатывала, как прилив. Ее вишневые губы внезапно побледнели, и она дважды вздрогнула, но не издала ни звука.

Переборов очередную волну боли, Ваньжу посмотрела на перевязанную руку и убедилась, что кровь снова пропитала рукав ее толстого верхнего халата.

Хорошо понимая, что не сможет долго продержаться, она повернула голову и отползла не несколько шагов влево. Там с внешней стороны росло дерево впритык к стене поместья.

Взявшись за ствол дерева, Ваньжу соскользнула на землю за пределами двора. У нее не осталось сил, и она как подкошенная упала на землю.

Цин Юэ тут же подскочила к ней, осторожно обняла за плечи и с тревогой спросила:

– Барышня, как вы?

– Все нормально. Поехали! – сказала Ваньжу. Пот крупными каплями стекал с ее лба на бледное лицо, что делало ее детское личико жалким. Сейчас она выглядела ребенком, но в ее глазах светилось безжалостное упорство.

Цин Юэ чувствовала, что ее маленькая хозяйка сильно изменилась, с тех пор, как проснулась вчера утром, казалось, она стала совсем другим человеком. Раньше она вела себя, как капризная обидчивая девочка. Сейчас она выглядела по-прежнему как ребенок, но как бы вдруг неожиданно повзрослела, словно в ее теле поселилась другая душа.

Конечно, Цин Юэ понимала, что такое просто невозможно. Но совершенно очевидно, что ее хозяйка в один миг стала какой-то другой.

Однако Цин Юэ была очень рада видеть эти изменения. По крайней мере, мадам Ди и мисс Юйжу больше не смогут обманывать ее маленькую госпожу.

Карета, которую взяла Цин Юэ, была по виду самым распространенным в поместье экипажем. Цин Юэ помогла Цинь Ваньжу забраться в карету. Затем экипаж медленно поехал к околице города, направляясь в монастырь Цзиньсинь.

***

– Хозяин, здесь довольно сильный ветер. Давайте вернемся в дом! – предложил Сяо Сюаньцзы, глядя на бледное лицо своего господина.

Чу Лючэнь не обратил внимания на причитания евнуха. Вместо этого он подошел к качелям и с интересом посмотрел на доску, лежащую на веревке. Только что он стоял у лунных ворот, с интересом наблюдая, как Цинь Ваньжу перелезает через стену.

Маленькая барышня этой семьи владела искусной техникой лазанья по стенам, которую он раньше никогда не видел. Разве на качелях не сидят без качания ногами взад-вперед?

Веревки были все еще прочными. Чу Лючэнь с силой потянул их, проверяя, потом обернулся и с любопытством сел на качели, приказав Сяо Сюаньцзы:

– Толкай!

– Хозяин, ваше здоровье... – Холодный пот выступил на спине Сяо Сюаньцзы. Неужели такие физические нагрузки безопасны для его принца?

– Шевелись! – Чу Лючэнь сузил глаза и уставился в стену без всякого выражения на красивом лице.

– Да! – Глядя на бесстрастное лицо своего хозяина, Сяо Сюаньцзы сжался в душе от страха. В таком состоянии было трудно понять мысли принца. Евнух больше не осмеливался спорить. Он протянул руки и толкнул качели вперед.

В той же самой позиции, на том же самом месте…

Сяо Сюаньцзы почувствовал, что смотрит мисс Ваньжу-2. Он был бы счастлив увидеть этот трюк снова, если бы человек на качелях не был его собственным принцем. Но это как раз таки был его хозяин! И от понимания этого его собственное встревоженное лицо побледнело сильнее, чем у Чу Лючэня.

– Хозяин, будьте осторожны!

– Хозяин, ваш слуга поможет вам раскачаться!

– Хозяин... ах!..

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 17. И настоятельница монастыря Цзиньсинь, и ее сестра умеют лечить

Глава 17. И настоятельница монастыря Цзинсинь, и ее сестра умеют лечить

.

Увидев, как его хозяин тоже перепрыгнул на стену, Сяо Сюаньцзы испугался до смерти.

К счастью, дальше его хозяин не был похож на мисс Ваньжу-2, которая пластом лежала на стене. Принц уверенно стоял на стене, и, казалось, был совершенно спокоен.

Когда Чу Лючэнь запрыгнул на стену поместья, его взгляд случайно упал на каплю крови на стене. Он нахмурил брови, а затем увидел капли крови у дерева внизу.

По стене к дереву тянулась цепочка кровавых капель, которую можно было разглядеть даже вдоль ствола дерева. Следы крови обрывались у дороги, так что вполне возможно, что бесстрашная девочка уехала в карете.

Принц поднял красивые глаза и посмотрел вперед, лишь смутно увидев исчезающий вдалеке экипаж.

Она оказалась мужественной маленькой девочкой, которая сбежала из поместья таким остроумным способом. Теперь уже ничего интересного здесь не было. Принц Чэнь оттолкнулся ногами от стены и спрыгнул на землю.

Сяо Сюаньцы очень испугался, когда увидел, что его хозяин падает вниз, его ноги подкосились, и он грохнулся на колени.

Он оторопело смотрел, как юный принц спрыгнул со стены, потом протянул руку, тяжело оперся о высокую стену и яростно закашлялся, схватившись другой рукой за грудь.

– Хозяин, что с вами? Хозяин?! – Сяо Сюаньцзы подполз на коленях и потянулся, чтобы помочь своему хозяину стоять.

– Все хорошо, возвращаемся! – тихо произнес Чу Лючэнь и медленно встал ровно после того, как еще несколько раз кашлянул, но его ноги не двигались.

– Хозяин, мне нужно принести седан? – спросил Сяо Сюаньцзы.

Чу Лючэнь кивнул и молча указал на качели. Евнух сразу подхватил худого хрупкого юношу на руки и бережно посадил на качели. Когда качели не двигались, на них можно было сидеть как на скамейке.

– Хозяин, подождите здесь. Ваш слуга сейчас же вернется! – Сяо Сюаньцзы убедился, что принц уверенно сидит и побежал за седаном для него.

Красивый юноша обессилено закрыл глаза, его длинные загнутые ресницы дважды дрогнули, а уголки тонких губ слегка изогнулись. Его поза была ленивой, но в то же время свидетельствовала о серьезности его болезни. Однако сейчас у принца было не то невыразительное лицо, которое Сяо Сюаньцзы видел раньше.

***

Монастырь Цзиньсинь располагался недалеко от поместья генерала. Дорога туда заняла всего полчаса.

Узнав о цели приезда второй юной леди Цинь, настоятельница монастыря Цзиньсинь послала маленькую монахиню принести глазурованную лампу Фэнхуа, оставленную старой мадам Цинь.

– Благодарю вас, матушка! – Увидев лампу, Ваньжу почувствовала облегчение, потому что она нашла то, что хотел принц Чэнь.

– Не стоит благодарности, это не та вещь, которую можно оставить здесь по желанию. – Настоятельнице монастыря Цзиньсинь было около шестидесяти лет. Она была очень добра и с улыбкой подтолкнула коробку, в которой лежала глазурованная лампа Фэнхуа, к девочке. – Вторая мисс Цинь, это она?

– Это она и есть. Спасибо за ваши заботы! – поблагодарила ее Ваньжу.

Глядя на маленькую девочку, которая подняла свои яркие глаза и, подражая старшим, посмотрела на нее спокойным взрослым взглядом, настоятельница не могла удержаться от смеха. Поскольку она была хорошо знакома со старой мадам Цинь, она не была совсем незнакома с ее внучкой Ваньжу.

Старая монахиня протянула руку и нежно погладила девочку по голове.

– Я слышала, что случилось в поместье генерала. Со здоровьем вашей бабушки все в порядке?

Новость о разбитом свадебном паланкине широко разлетелась по городу и округе, добравшись даже до монастыря Цзиньсинь, который был уединенным местом, что наглядно показало силу сплетен.

Слухи могли распространяться так быстро, конечно, из-за большой толпы, которая собралась в тот день у ворот поместья генерала. Или можно сказать, Ци Тяньюй намеренно собрал много людей, чтобы привести невесту в свой дом. Он очень старался отомстить Цинь Ваньжу и опозорить ее, но в итоге опозоренной оказалась Цинь Юйжу.

– Все об этом говорят? – с любопытством спросила Ваньжу.

На самом деле она хотела знать, как люди реагировали на это событие. Однако она не могла выйти на улицу и расспрашивать об этом.

Так как настоятельница тоже знала это, она с пониманием отнеслась к девочке. Кроме того, она также знала, что это дело еще не закончилось, так как мать и дочь никогда не согласятся нести всю ответственность за содеянное.

– Да, – мягко сказала настоятельница, – я слышала, что мисс Ваньжу вчера в гневе разбила свадебный паланкин из поместья Ци. Ее брак подстроила мисс Юйжу, которая стремиться выйти замуж за кого-то важного в столице и решила бросить первого мастера семьи Ци, своего возлюбленного детства, заставив маленькую сестру вместо нее тайно сесть в свадебный паланкин. Я не могу себе представить, что мисс Юйжу, нежная девушка, оказалась таким коварным человеком.

Сказав это, она вздохнула, и ее взгляд упал на раненую руку Цинь Ваньжу.

– Вторая мисс Цинь вчера пострадала от рук злобной рабыни? Вы позволите мне посмотреть, насколько серьезна ваша рана?

– Благодарю вас, матушка, за заботу! – улыбнулась Ваньжу.

Настоятельница монастыря Цзиньсинь была хороша во врачевании, и это известно всем в префектуре Цзянчжоу. Обычно больные паломники или крестьяне, живущие поблизости, посылали за настоятельницей, поэтому монастырь Цзиньсинь имел хорошую репутацию, и его уважали.

Однако Ваньжу знала, что лучшей лекаркой в монастыре была не настоятельница монастыря, а ее сестра, монахиня Минцю. Причина, по которой Цинь Ваньжу знала это, заключалась в том, что монахиня Минцю очень любила ее и не раз говорила старой мадам Цинь, что хотела бы принять ее в качестве ученика и передать ей свои навыки врачевания. Но всякий раз ее просьба вежливо отклонялась старой мадам.

– Вторая мисс Цинь, пойдемте со мной! – Настоятельница монастыря Цзиньсинь встала и вышла. Ваньжу последовала за ней и когда вошла в небольшую комнату, она сняла верхний халат и закатала рукав рубашки, открыв раненную руку.

Старая монахиня слой за слоем осторожно сняла окровавленные бинты, которыми была перевязана рана, а затем отложила их в сторону. Однако когда настоятельница увидела лекарство на ране девочки, она смертельно побледнела, чувствуя, как обрывается ее сердце.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 18. Ци Тяньюй блокирует дорогу

Глава 18. Ци Тяньюй блокирует дорогу

.

– Откуда взялось это лекарство? – словно из праздного любопытства спросила настоятельница монастыря Цзиньсинь, беря чистую ткань и вытирая лекарство, смешанное с кровью, вокруг раны девочки.

Никто не заметил, как темнота затуманила ее глаза, и настоятельница хмурила брови. Ее руки слегка дрожали. Но вскоре она крепко сжала кулаки. Когда она снова подняла руки, они уже не дрожали.

«Это лекарство того человека? Неужели после всех этих лет он, наконец, появился?»

– Должно быть, это лекарство от доктора, которого позвала бабушка! – Ваньжу посмотрела на свою рану с небольшим замешательством, так как она действительно этого не знала.

– Пожалуйста, после возвращения спросите старую мадам Цинь, какой доктор дал ей это лекарство. – Голос настоятельницы монастыря Цзиньсинь был мягким, но в нем чувствовалась какая-то натянутость, которая была едва уловима в ее интонации.

Ваньжу не могла не задаться вопросом, что с этим лекарством не так?

– Хорошо, я спрошу у бабушки после возвращения, а потом передам вам сообщение! – улыбнулась Ваньжу.

Настоятельница монастыря промывала ее рану во время разговора. Затем она взяла флакон, посыпала рану лекарственным порошком и снова тщательно забинтовала руку. После того, как все было сделано, она встала и вымыла руки в тазу, который поставила рядом маленькая монахиня.

Ваньжу снова оделась с помощью Цин Юэ. Еще раз поблагодарив настоятельницу, она оставила деньги за масло и уехала с Цин Юэ вниз с горы.

Но когда они почти добрались к своему поместью, ее карету остановили.

– Это вторая мисс поместья Цинь едет в карете?

Голос показался ей знакомым!

Ваньжу моргнула и сообразила, что происходит. Она незаметно выскользнула из поместья, и никто об этом не знал, если только кто-то не следил за поместьем и не увидел ее экипаж. Она сбежала в спешке, так что у шпиона не было времени рассказать о ней кому-нибудь.

Сейчас никто не мог остановить ее за пределами поместья, кроме старшего молодого мастера семьи Ци.

Ци Тяньюй не догадывался, о чем она думала, и уж точно не собирался сдаваться. Ваньжу улыбнулась с чрезвычайной холодностью. Теперь, когда он был здесь, это избавит ее от многих хлопот.

Цин Юэ подняла занавеску кареты.

– Это вторая мисс нашего поместья, – сказала она, выглянув наружу.

Когда она увидела Ци Тяньюя с его слугой, стоящими перед экипажем, у нее на лице сразу же появилось холодное выражение с небольшим гневом. Ци Тяньюй был всегда добр к ее хозяйке в прошлом, поэтому было неожиданно, что он так стремился ее уничтожить.

– Старший молодой мастер семьи Ци, наша вторая мисс не имеет отношения к вам. Почему вы ее остановили?

Цин Юэ ясно видела, как этот неугодный жених защищал предавшую его Цинь Юйжу, и догадывалась, что если бы ее маленькая хозяйка оказалась в свадебном паланкине, она была бы опозорена и навсегда потеряла бы свою репутацию, поэтому ей совсем не нравился этот мужчина.

Ци Тяньюй проигнорировал Цин Юэ и горько сказал, устремив глаза на наполовину упавший занавес кареты:

– Сестра Ваньжу, можно с тобой поговорить?

И Цинь Юйжу, и он потеряли репутацию из-за того, что произошло вчера. Он был уважаемым молодым мастером, которого все хвалили, но теперь над ним открыто смеялись, что для Ци Тяньюя, который был гордым человеком, было просто невыносимым.

– Старший молодой мастер Ци, что вы собираетесь сказать мне? – спросила Ваньжу тихим холодным голосом. Она не стала выходить из кареты.

В ее прошлой жизни Ци Тяньюй сделал ее печально известной и не переставал причинять ей боль. После их неудачной свадьбы он уехал в столицу и занял третье место на имперском экзамене для ученых. Став чиновником, он даже помогал мадам Ди и ее дочери унижать ее. Он не слушал ее объяснений и клялся, что втопчет ее в самую грязную грязь.

И они действительно это с ней сделали. Ваньжу не хотела бы снова видеть настолько эгоистичного и самовлюбленного мужчину.

– Сестра Ваньжу, неужели... неужели сестра Юйжу на самом деле не хотела выходить за меня замуж? – спросил Ци Тяньюй с болью в голосе. Он всегда думал, что Цинь Юйжу любит его глубоко и преданно. Он никак не ожидал, что такая нежная девушка бросит его таким бесчестным способом.

«Цинь Юйжу была вынуждена так поступить, не так ли?» Это все, о чем он мог думать.

– Старший молодой мастер Ци, это дела между вами и моей старшей сестрой. Какое это имеет отношение ко мне? – безжалостно усмехнулась Ваньжу.

– Сестра Ваньжу, ты ... как ты можешь быть такой бессердечной сейчас?

Ци Тяньюй печально посмотрел на полузакрытую занавеску. Он не понимал, почему Цинь Ваньжу вдруг стала настолько враждебной. Прежде она всегда была очаровательной девочкой, которая показывала всем милое и красивое улыбающееся лицо.

«Она все еще та же наивная улыбчивая маленькая девочка, которую я знал?» Раньше она называла его «брат Тяньюй», но теперь у нее был такой холодный и отстраненный взгляд, что ему вдруг стало досадно и грустно.

– То, что говорит старший молодой мастер Ци, действительно смешно. Если бы я позволила вам вчера унести меня в паланкине в ваше поместье, а затем вы прилюдно отказались бы жениться на мне, я была бы, вне всякого сомнения, опозорена и обесчещена. Я боюсь, что сегодня весь город потешался бы надо мной, – холодно улыбнулась Ваньжу и приказала горничной: – Цин Юэ, поехали домой!

Она не станет помогать Цинь Юйжу с объяснениями. Если им есть о чем поговорить, они должны разговаривать друг с другом.

Ци Тяньюй прекрасно знал, что произошло бы, если бы свадебный паланкин был перенесен вчера к воротам его поместья. Когда Цинь Ваньжу указала на это, он внезапно почувствовал себя виноватым и отступил с дороги.

Карета проехала мимо него, оставив висеть в воздухе только одну чрезвычайно равнодушную фразу Ваньжу:

– Если старший молодой мастер семьи Ци хочет что-то узнать, просто спросите мою старшую сестру, но кажется, что она не хочет видеть вас сейчас!

С Цинь Юйжу было не так просто иметь дело. Столкнувшись с Ци Тяньюем в одиночку, Цинь Ваньжу имела много способов, чтобы заставить его поверить ей. Однако она боялась не того, что они столкнутся лицом к лицу, она боялась, что он не захочет ей верить.

Цинь Юйжу не сдавалась. Мадам Ди не собиралась сдаваться. Да и Ци Тяньюй тоже. Тогда просто нужно позволить им противостоять друг другу и разбираться между собой, что есть правда.

Было бы еще лучше, если бы все стало еще хуже. Цзянчжоу был так далеко от столицы. Чем хуже все становилось здесь, тем дальше разлетались слухи.

Девочка сказала это мягким голосом с безразличием и насмешкой, и это заставило Ци Тяньюя покраснеть и прийти в ярость. Он с силой ударил по дереву рядом, затем повернулся и зашагал прочь. Он не мог больше ждать. В любом случае, нужно поговорить с Цинь Юйжу и все выяснить, хотя его отец сказал, что он никого не должен винить.

Но он хотел лично увидеться с Цинь Юйжу.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 19. Сяо Сюаньцзы дает ложные показания

Глава 19. Сяо Сюаньцзы дает ложные показания

.

На этот раз Ваньжу вошла в свое поместье прямо через главные ворота.

Охранники у ворот, должно быть, удивлялись, как она вообще выбралась. Тем не менее, так как генерал и его жена дали им указание только не выпускать вторую мисс, но не приказывали ее не впускать, то они не посмели остановить ее.

Хотя вторая мисс никогда не была любимой дочерью хозяйки, старая мадам всегда обожала девчонку, и поэтому никто в поместье генерала не отваживался грубить ей.

Ваньжу направилась прямо во внутренний двор, который занимал принц Чэнь. Она вскоре была вызвана в дом после того, как немного подождала на улице.

Ваньжу заметила, что принц Чэнь, вроде как, переоделся в новую одежду с тех пор, как она видела его пару часов назад.

Сейчас он был одет в ярко-красный халат, который ни один мужчина не смог бы носить с изяществом. Только принц Чэнь выглядел настолько потрясающе красиво в таком наряде.

Однако она также заметила, что его губы были бледнее и в целом он выглядел еще более хрупким, чем до этого.

Миловидная внешность принца Чэня даже вызвала у Ваньжу приступ легкой ревности.

Опираясь одной рукой на стол, принц Чэнь перевел взгляд на Цинь Ваньжу, когда она вошла в комнату, чтобы оценить ее. Уголки его губ изогнулись в озорной улыбке. В сочетании с его блестящими глазами, он, казалось, флиртовал с ней.

По крайней мере, это было то чувство, которое испытывала Ваньжу. Однако она знала, что лучше бояться за свою жизнь, чем действительно поверить, что он флиртует с ней, потому что она ему нравится.

По ее мнению, никто не достоин такого красивого парня. По крайней мере, она помнила из своей прошлой жизни, что принц Чэнь еще не женился, когда она умерла на плахе.

– Ты уже принесла лампу? – спросил Чу Лючэнь, приподняв брови и сверкнув таинственными блестящими глазами.

– Пожалуйста, взгляните, Ваше Высочество, это она и есть! – Ваньжу взяла маленькую коробку из рук Цин Юэ и почтительно протянула ему.

Сяо Сюаньцзы поспешно взял коробку и открыл ее, после чего представил содержимое Чу Лючэню, поставив глазурованную лампу Фэнхуа на стол перед ним.

Чу Лючэнь взял светильник в руки и некоторое время играл с ним, прежде чем кивнул и сказал:

– Это то, что я хотел. Я думаю, что прощу тебя за то, что ты беспокоишь меня со всей этой суматохой!

– А как насчет другого обещания, о котором говорил Его Высочество король Чэнь? – мягко спросила Ваньжу, тревожно сжав губы, и добавила: – Я рискнула выйти сама, не попросив помощи ни у кого другого.

Она пыталась напомнить ему о награде, которую он ей обещал, потому что на самом деле очень нуждалась в его помощи.

– Совсем неплохо! Этот король убедился, что ты действительно способна выбраться из поместья самостоятельно! – сказал Чу Лючэнь, прищурившись. Его бледное лицо свидетельствовало, что он устал, и он обессилено откинулся назад.

– Вы утомились, хозяин? – начал Сяо Сюаньцзи и запнулся, увидев измученный взгляд принца.

– Так оно и есть! – кивнул Чу Лючэнь. Он закрыл глаза, улыбка на его лице поблекла, а затем и вовсе исчезла.

Ваньжу начала закипать от ярости. Она не могла поверить, что принц на самом деле забыл о своем обещании ей. Он явно пытался взять свои слова обратно. Как мог принц, нет, бывший кронпринц отказаться от своих слов?

– Позвольте мне помочь вам дойти до спальни, Ваше Высочество, там вы сможете отдохнуть, – почтительно предложил своему хозяину Сяо Сюаньцзы.

– Да... хорошо! – сказал Чу Лючэнь, коснувшись лба ладонью и невнятно произнося слова.

– Тогда...

Сяо Сюаньцзы уже собирался что-то сказать, когда Ваньжу перебила его и твердо сказала:

– Король Чэнь обещал наградить меня преимуществом, если мне удастся принести глазурованную лампу Фэнхуа без чьей-либо помощи.

Терпение Ваньжу было на исходе. Она с трудом могла поверить, что этот юный принц настолько бессовестный, чтобы открыто притворяться измученным. Он явно пытался обмануть ее.

– Неужели этот король что-то обещал, как ты утверждаешь? – спросил Чу Лючэнь, поглядывая на нее из-под полуопущенных век.

– Да, конечно! – воскликнула Ваньжу, стиснув зубы. Она не перестанет давить на него, потому что очень нуждается в его помощи. Иначе она не стала бы рисковать своей жизнью, чтобы так дерзко говорить с ним.

Хотя в глубине души она до ужаса боялась, ей приходилось постоянно напоминать себе, что она всего лишь девочка, еще ребенок, и это было простительно для нее – не вести себя разумно.

– Я никогда не слышал ни о чем подобном, – заявил Сяо Сюаньцзы в ответ.

Эти двое, по-видимому, объединились против нее в этом вопросе. Однако Сяо Сюаньцы выглядел несколько смущенным, когда услышал ясность и решимость в ее голосе. Ему было особенно неловко давать ложные показания в присутствии настоящего свидетеля.

– Вы, двое, можете поспорить об этом, а этот король пока собирается отдохнуть, – сказал Чу Лючэнь с усталостью в тоне. Он искоса взглянул на Цинь Ваньжу, хитро прищурился и добавил: – Ты пытаешься попросить меня об одолжении?

– Да тут и просить не о чем, – ответила Ваньжу.

Не было никакого смысла настаивать на том, чтобы он сдержал свое слово, когда принц Чэнь отказался даже признать, что он когда-либо давал какие-то обещания! Ваньжу вдруг поняла, что это все-таки принц Чэнь! Она могла только спрятать гневное выражение лица и смиренно склонить голову.

В конце концов, она была мастером маскировки. В своей прошлой жизни она была чрезвычайно требовательна к себе. Она была безжалостна, умна, умела переносить любые трудности и знала, когда надо действовать решительно, а когда сдерживаться. Она была в сто раз лучше тех девушек из богатых семей, которые бросались ему на шею.

К этому моменту Чу Лючэнь почти убедился, что, возможно, сможет включить ее в свои планы и использовать в будущем.

– Ну, вообще-то этот король открыт для переговоров. Скажи мне, чем я могу тебе помочь!

Ваньжу, которая сначала думала, что надежды нет, оживилась, когда она услышала его слова, и ее глаза засияли.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 20. Печать, которую очень трудно найти

Глава 20. Печать, которую очень трудно найти

.

– Могу я попросить Ваше Высочество помочь мне заполучить один предмет? – тихо сказала Ваньжу, прощупывая почву. Она была уверена, что принца в этой поездке сопровождало много тайных стражей, учитывая его статус. Хотя здесь с ними было всего несколько человек, Ваньжу знала, что это были лишь некоторые из многих охранников и тайных стражей, которые показывали себя открыто. Вокруг наверняка было много других людей, которые скрытно охраняли принца.

– И что это за предмет? – спросил Чу Лючэнь, слегка грациозно улыбаясь. Это выглядело так, как будто он не был тем дьяволом, который довел Ваньжу до такой ярости, что она скрежетала зубами.

– Печать.

Даже Ваньжу не вполне понимала важность и назначение этой печати. Она только знала, что Цинь Юйжу использовала эту печать, чтобы добиться благосклонности старой мадам поместья герцога Синго, и впоследствии даже была принята в семью герцога, которая заботилась о ней как о приемной дочери.

По этой причине Цинь Юйжу могла использовать свой статус, чтобы растоптать Цинь Ваньжу, и даже их бабушка была подавлена ею.

Ваньжу не понимала, как эта печать может быть так полезна. Более того, казалось, что это каким-то образом связано с ней. Она только мельком увидела печать перед смертью, когда была поставлена на колени Цинь Юйжу в борьбе с ней. В то время она была полна ярости, когда Цинь Юйжу помахала печатью перед ее глазами, чтобы показать ее.

[– А ты знаешь, ЧТО ЭТО ТАКОЕ, Цинь Ваньжу? Говорили, что эта печать принадлежит тебе, но теперь она принадлежит мне! На самом деле, герцогиня Синго была милостива ко мне во всем, потому что я держу эту печать! Ну и что, если ты отдала все, даже свою жизнь? Что может наша старая бабушка сделать со мной? Теперь у меня есть семья герцога Синго, поддерживающая меня!]

Ваньжу вспомнила взрыв издевательского смеха Цинь Юйжу, когда печать выпала из ее руки и упала у ее лица, что позволило ей мельком взглянуть на нее вблизи. Потом сильная рука схватила ее за волосы, которые сразу беспорядочно рассыпались, ее голову прижали к земле. Она смутно помнила, как перед ней начала собираться лужа крови, а потом боль погрузила ее в кромешную темноту.

Это было всего лишь воспоминание, но она почти снова чувствовала боль и видела эту сцену перед своими глазами. Ваньжу неосознанно сжала кулаки от ярости, пытаясь представить себе настоящую картину того, что произошло потом…

Но вся эта боль осталась в прошлом с тех пор, как она возродилась!

– Какая печать и у кого она сейчас? – с любопытством спросил Чу Лючэнь.

– Это печать с выгравированным рисунком мятлика. Я полагаю, что она в руках моей матери. Однако я не уверена, где она ее спрятала. Пожалуйста, помогите мне получить эту печать, Ваше Высочество! – попросила Ваньжу, подавляя ярость в своем голосе. Затем она глубоко вздохнула и поклонилась принцу, умоляя его о милосердии.

Поначалу она хотела не спеша решить, как заполучить печать, но с тех пор, как принц Чэнь согласился оказать ей услугу, Ваньжу решила, что это самый лучший шанс, о котором она когда-либо могла попросить небеса. Она подумала, что принцу Чэню нетрудно найти нужный предмет.

Она должна была сначала забрать печать, чтобы не дать укрепить отношения Цинь Юйжу с семьей герцога Синго. Цинь Юйжу, лишенная поддержки могущественной герцогской семьи, не сможет постоянно подавлять ее и ее бабушку.

Этот вопрос надо было решить как можно скорее!

– Печать с рисунком мятлика на ней? Это редкость, полагаю, что это личная печать. На ней выгравированы какие-нибудь слова? – лениво спросил Чу Лючэнь с улыбкой, но в его голосе проскользнула нежность.

Были ли там какие-нибудь слова? Ваньжу смутно помнила, что на печати действительно были буквы, однако, ее зрение было затуманено, в то время ее избивали до крови.

– Ваше Высочество, я смутно припоминаю, что там были выгравированы слова, но то, в чем я уверена, это рисунок мятлика в середине, – подтвердила Ваньжу.

– Мое Высочество поможет тебе найти печать, но ты должна помнить, Цинь Ваньжу, что ты теперь в долгу перед этим королем, – высокомерно заявил Чу Лючэнь.

Разве он не обещал дать ей награду? Как же это стало услугой ей?

Ваньжу знала, что у нее нет другого выбора. Печать была слишком важна для нее. Это настолько важно, что она готова рискнуть, оказывая принцу Чэню любую услугу. Для нее это стоило того, чтобы пойти по этому опасному пути.

Кроме того, принимая во внимание статус короля Чэня, было весьма маловероятно, что маленькая девочка сможет помочь ему каким-либо образом, даже если она исчерпает все свои силы.

Ваньжу была уверена, что он не примет всерьез это так называемое одолжение.

– Да, Ваше Высочество, я буду в долгу перед вами и не забуду этого, – кивнула она в знак согласия.

– Хорошо запомни, что ты должна отплатить мне за мою благосклонность! – еще раз мягко напомнил Чу Лючэнь, искоса взглянув на нее и улыбнувшись.

Однако ей показалось, что в его глазах мелькнуло торжествующее, но леденящее душу выражение, и внезапно она поняла, что это соглашение не будет таким простым, как она думала. Она почувствовала смутное желание отшатнуться, но быстро подавила панику и подтвердила его слова:

– Да, мастер, я определенно верну хозяину то, что должна.

Как только эти слова слетели с ее губ, она поняла, что для нее нет пути назад.

– Ладно, иди сюда и нарисуй узор той голубой травы! – приказал Чу Лючэнь, улыбаясь и указывая на низкий столик у окна.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 21. Тайное свидание

Глава 21. Тайное свидание

.

Ваньжу подошла к столу, взяла кисть и бумагу, задумалась на мгновение, а затем начала рисовать. Закончив, она отложила кисть и осторожно передала рисунок Чу Лючэню.

– Пожалуйста, взгляните, Ваше Высочество. Это тот самый мятлик, о котором я говорила.

– Это, несомненно, красивый рисунок! – сказал Чу Лючэнь, удивленно подняв брови.

Ваньжу внезапно почувствовала горечь в сердце и вспомнила, как в прошлой жизни ее привезли в столицу. С ее репутацией она боялась встречаться с людьми, и проводила все свое время занимаясь живописью. Поэтому ее навыки рисования улучшались не по дням, а по часам. Однако в итоге, именно мастерство художницы привело ее к трагической смерти через разрубание пополам. В момент смерти она почувствовала, что даже небо исказилось. А когда на нее обрушился топор палача, прежде чем умереть, она почувствовала безмерную боль и отчаяние.

– Тебе принесут печать сегодня вечером! – с улыбкой пообещал Чу Лючэнь, однако от его улыбки исходил леденящий холод, когда он угрожающе добавил: – Но ты никому не расскажешь об этом... Иначе...

– Будьте уверены, Ваше Высочество, мы не помогали друг другу и не делали никаких одолжений, – торжественно сказала Ваньжу, со спокойным и умным выражением на лице.

Несмотря на то, что она была совсем еще девочкой, ее зрелое и серьезное выражение, в сочетании с тонкими чертами лица и маленьким детским носиком, делало ее на редкость очаровательной.

– Можешь идти! – Чу Лючэнь был очень доволен итогом разговора. Он протянул руку, чтобы ущипнуть ее слегка пухлую щеку, а затем махнул рукой перед лицом потрясенной девочки.

Ваньжу попыталась сдержать боль и чувство неловкости. Она подумала, что принц Чэнь ведет себя с ней так, словно прогоняет щенка.

Сделав глубокий вдох, Ваньжу поклонилась и повернулась, чтобы уйти. Когда она вышла за дверь, то сразу вздохнула с облегчением. Ее спина была мокрой от холодного пота, а на глазах выступили слезы. Она посмотрела вокруг настороженным взглядом, боясь, что ее увидят в таком состоянии.

Принц Чэнь, и правда, был человеком с несколькими личностями. Иногда он был нежным и элегантным, иногда пугающе дьявольским, а иногда выглядел просто ленивым подростком. Тем не менее, у него есть одна несомненная особенность, которая заключается в том, что он очень опасная персона независимо от того, какую личность изображает.

Несмотря на то, что он такой опасный, держаться его может принести большую пользу. Поэтому Ваньжу подумала, что поскольку сейчас она всего лишь ребенок, который нуждается в сильной опоре, сделать это будет мудро.

После того, как она приняла решение, то почувствовала, как тяжелая ноша упала с ее плеч. Она наконец успокоилась и вышла со двора вместе с верной горничной.

Ваньжу направилась прямо в свой двор и по дороге приказала Цин Юэ проверить, что делает Цинь Юйжу. В конце концов, она ждала, как скоро начнет действовать Ци Тяньюй.

Цин Юэ не потребовалось много времени, чтобы выполнить поручение. Вскоре после того, как Ваньжу вернулась в свою комнату, ее горничная тоже примчалась назад.

– Барышня, у вашей старшей сестры ничего особенного не происходит! – отчиталась Цин Юэ, вытирая пот со лба.

– Ничего? А ты заметила какие-нибудь признаки ее подготовки выйти из поместья? – спросила Ваньжу, расплывшись в довольной улыбке. Неужели Ци Тяньюй еще не предпринял никаких действий? Ну, значит, появилась хорошая возможность!

– Да, заметила. Я подслушала, как одна из служанок упомянула, что молодая хозяйка планирует сегодня вечером выйти в город и просила предупредить прислужниц, стерегущих главные ворота, – задумчиво сказала Цин Юэ.

«Значит, сегодня вечером? – Губы Ваньжу снова изогнулись в улыбке, и она осторожно сжала тонкими пальцами вуаль на кровати. – У Ци Тяньюя действительно слишком мало терпения. Похоже, мне стоит позаботиться, чтобы сегодня вечером произошло что-то интересное».

Она встала и подошла к низкому столику, взяла кисть, задумалась на мгновение, затем опустила ее на бумагу и начала писать. Закончив, она взяла конверт и положила в него письмо, затем передала конверт Цин Юэ.

– Найди няню Юй, пусть она попросит брата Фэна отправить это письмо Ци Байюю, который сразу поймет, что делать. Затем пусть брат Фэн проследит за ним, чтобы посмотреть, что произойдет сегодня вечером, а затем доложит мне.

Ци Байюй был побочным сыном отца Ци Тяньюя. Именно его Ци Тяньюй обвинил в тайном романе с Цинь Ваньжу. Ему было всего двенадцать лет. Хотя он был очень умен и талантлив, Ци Тяньюй все равно презирал его.

Всякий раз, когда семья генерала вместе с семьей Ци отправлялись на совместные прогулки, Ци Байюй и Цинь Ваньжу, которые были примерно одного возраста, проводили много времени вместе. Можно сказать, что они были хорошими друзьями по играм.

– Да, барышня! Я сейчас же все сделаю! – кивнула Цин Юэ, спрятала письмо и быстро убежала.

После ужина старая мадам послала своих служанок проведать Цинь Ваньжу и убедиться, что ее рана хорошо заживает. Горничные ушли, когда увидели, что девочка хорошо себя чувствует.

Ваньжу подождала, пока все слуги уйдут, а потом вместо того чтобы лечь спать, зажгла лампу, поставила ее у окна и начала читать медицинскую книгу, которую подарила ей сестра настоятельницы монастыря Цзиньсинь.

Она ждала, когда принц Чэнь принесет печать.

А еще она ждала, как с Цинь Юйжу снова случится что-то неприятное.

В то же самое время Цинь Юйжу тихо выскользнула из поместья генерала и направилась в ресторан, где раньше часто встречалась с Ци Тяньюем.

Они всегда использовали это место для своих тайных встреч и были постоянными посетителями этого ресторана, так что у Ци Тяньюя была договоренность с владельцем о всегда готовой для них личной комнате, где они скрывались от посторонних глаз.

Цинь Юйжу всю дорогу от дома до ресторана прятала лицо под шляпой с вуалью и сняла ее только тогда, когда вошла в их личную комнату. Ци Тяньюй уже давно сидел там с каменным лицом, ожидая ее.

После того, как личная горничная Цинь Юйжу помогла ей снять шляпу, она и лакей Ци Тяньюя вышли из комнаты, и встали за дверью, ожидая своих хозяев.

– Старший брат Тяньюй! – Цинь Юйжу поспешно приблизилась к парню, затем упала на колени и жалобно заплакала.

Лицо Ци Тяньюй оставалось прежним, он холодно и без сочувствия смотрел на красивое лицо Цинь Юйжу.

– Почему? – спросил он хриплым голосом после долгой паузы.

– Старший брат Тяньюй, я действительно не знала... что делать... это письмо от герцога... Я получила его за день до нашей свадьбы… я была так шокирована, что решила спрятать его... Старший брат Тяньюй, я понятия не имею, почему мне прислали это письмо. И я не знаю, как моя вторая сестра все узнала. Зачем мне врать тебе?

Цинь Юйжу плакала, слезы катились по ее щекам, она выглядела такой хрупкой и измученной.

Увидев девушку, которую он любил, стоящую на коленях перед ним такой несчастной и судорожно плачущей, Ци Тяньюй смягчился, и сказал:

– Ты говоришь, что все это не имеет никакого отношения к тебе? Ты говоришь, что Цинь Ваньжу была той, кто все это спланировала?

– Не знаю, старший брат Тяньюй. Я была шокирована, когда ты увидел шкатулку с письмом, поэтому потеряла самообладание... Старший брат Тяньюй, это правда!.. Ты веришь мне? Если бы я намеревалась обручиться с моим кузеном, тогда я бы не согласилась на предложение от вашей семьи! – Цинь Юйжу продолжала плакать, заливаясь слезами.

– Тогда откуда Цинь Ваньжу узнала, что это письма были в ящике твоего комода? – с сомненьем спросил Ци Тяньюй и нахмурился.

– Даже не знаю... Я не знаю, почему моя вторая сестра так поступила... или может быть это не она... она так невинна, добра и так юна, как она могла спланировать такое? – Цинь Юйжу немного успокоилась и теперь только тихо всхлипывала.

Ци Тяньюй, обдумывая слова Цинь Юйжу, начал колебаться. Он с трудом мог поверить, что его любимая будет так лгать ему. У них были длительные отношения, можно сказать, что они выросли как пара, думая, что обязательно поженятся. Как она могла поступить с ним настолько жестоко? Особенно засомневался, когда увидел, что она была так добра и даже сейчас защищала свою сестру.

Наконец он протянул руку, чтобы вытереть слезы на лице Цинь Юйжу и спросил еще раз:

– Так ты действительно не пыталась обмануть меня?

– Я бы никогда так не поступила! Если я когда-нибудь обману тебя, пусть я умру страшной смертью! – без колебаний поклялась Цинь Юйжу. Она знала, что если не скажет эти громкие слова, Ци Тяньюй не поверит ей.

– Ты клянешься, что никогда не станешь лгать мне? – снова спросил Цинь Тяньюй суровым голосом, хотя он уже наполовину поверил в то, что сказала Цинь Юйжу. Он протянул руку, чтобы поднять девушку с пола.

Она встала, бросилась к нему и снова начала плакать в его объятиях.

– Да, клянусь! Что еще мне сделать, чтобы ты поверил, старший брат Тяньюй? Я... я думаю, будет лучше, если я умру, чтобы не позорить твое доброе имя! – всхлипнула Цинь Юйжу. Она подняла взгляд и жалобно посмотрела в глаза Ци Тяньюю. Внезапно, она вырвалась из его рук и бросилась к окну, делая вид, что хочет выпрыгнуть.

Ресторан был расположен у реки с сильным течением. Если кто-то спрыгнет в эту реку, он вряд ли выживет.

Ци Тяньюй запаниковал, увидев, как девушка пытается выпрыгнуть из окна. Он быстро протянул руку, чтобы схватить ее за одежду и закричал:

– Я верю тебе, сестра Юйжу, я верю тебе! Не волнуйся, давай вместе подумаем, как решить это недоразумение!

– Какое решение... мы уже разорвали помолвку, какое может быть решение для нас? – Цинь Юйжу шмыгнула носом и вытерла слезы.

Ци Тяньюй снова притянул хрупкую девушку в свои объятия.

– Все в порядке, мы найдем выход. Мне интересно, как твоя вторая сестра смогла узнать, что письмо лежит в шкатулке? – сказал Ци Тяньюй, нежно гладя Цинь Юйжу по спине, чтобы успокоить. Хотя его сердце болело за нее, у него все еще оставались сомнения.

После того, как он успокоился и начал мыслить рационально, он сообразил, что вряд ли Цинь Ваньжу, глупенькая и наивная девочка, способна на такие порочные поступки. Она была просто озорным ребенком, и всегда казалась послушной и милой.

– Возможно... может быть, ее кто-то обманул! – Цинь Юйжу продолжала говорить так, как будто она защищала Цинь Ваньжу, хотя на самом деле она ненавидела ее и желала ей мучительной смерти. Она решила воспользоваться оправданием, которое они с матерью придумали заранее. – У нее очень близкие отношения с тетей Шуй!

Хотя Шуй Жолань жила замкнутой жизнью вдали от людей, Ци Тяньюй, из-за близких отношений между их семьями, знал, кем она была.

Когда Цинь Юйжу указала на нее, он подумал, что это вполне возможно. Цинь Юйжу уже давно рассказывала ему, что хотя тетя Шуй казалась простой и свободной от всех желаний, на самом деле она всегда тайно хотела сблизиться со своим кузеном.

– Все это из-за борьбы за генерала армии Нинъюань! – в ярости процедил Ци Тяньюй сквозь стиснутые зубы.

Внезапно ему показалось, что он все понял. Цинь Ваньжу была еще ребенком, поэтому она не могла понять некоторые вещи. А вот Шуй Жолань определенно была взрослой женщиной. Возможно, она хотела косвенно напасть на мадам Ди и поэтому придумала такой злой план.

– Ты этого не знаешь, но дней десять назад тетя Шуй заманила отца в свою комнату, и они спали вместе. Маму это очень расстроило, и она поругалась с отцом…. Возможно, поэтому тетя Шуй решила использовать Цинь Ваньжу. Она убедила мою сестру отказаться от свадьбы с тобой и заявить, что я и мама скрыли предложение от сына герцога Юнкана... – Цинь Юйжу внимательно следила за выражением лица Ци Тяньюя и, видя, что он задумался над ее словами, она добавляла к истории все больше и больше лжи. – Возможно… тетя Шуй все это сделала, чтобы отец не чувствовал вины и еще больше отдалился от матери...

– Как подло! – Цинь Тяньюй был полностью увлечен словами Цинь Юйжу. Он крепко обнял ее, и выражение его лица стало еще безжалостнее.

Внезапно дверь распахнулась, и в комнату ввалились несколько мужчин...

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 22. В поисках выхода

Глава 22. В поисках выхода

.

Несколько мужчин, выглядевших как уличные хулиганы, ворвались в комнату, где были Цинь Юйжу и Ци Тяньюй.

Личную горничную Цинь Юйжу и лакея Ци Тяньюя, которые пытались этому помешать, оттеснили и прижали к стене. Слуги закричали от боли. Эта суматоха привлекла всеобщее внимание в ресторане, и посетители сразу же столпились у дверей комнаты посмотреть, что за переполох.

Первой опомнилась Цинь Юйжу. Она поспешно оттолкнула Ци Тяньюя и отвернулась, закрывая лицо руками.

– Откуда здесь эти подонки? Выгоните их немедленно! – встревожено закричал Ци Тяньюй.

– Смотрите... это же старший молодой господин семьи Ци? Оказывается, сразу после разрыва помолвки у него есть настроение тайно встречаться с девушкой? – удивленно воскликнул кто-то. Поскольку Ци Тяньюй был хорошо известен жителям Цзянчжоу, его сразу узнали.

– А это…. Разве не старшая дочь генерала армии Нинъюань? – Воскликнул другой, когда разглядел, что девушкой была не кто иная как Цинь Юйжу, которая пыталась спрятать лицо.

Эти два удивленных голоса сразу вызвали удивленное волнение среди зрителей у двери и в комнате.

В городе все еще горячо обсуждали неудавшийся брак между двумя семьями, так как это произошло совсем недавно. И поэтому то, что люди видели в этот момент, было поразительно. Кто бы мог подумать, что эти двое снова начнут тайно встречаться? Что же вдруг случилось между ними?

Наглецы, которых пытались вытолкать из комнаты прибежавшие на шум официанты, яростно отбивались и продолжали свое представление.

– Все знают, что старшая дочь генерала Циня изменила старшему молодому мастеру Ци и даже забеременела от тайного любовника. Неужели теперь она поняла, что ее ребенок принадлежит бывшему жениху? – хохотнул один из непрошенных гостей, глядя прямо на Ци Тяньюя и Цинь Юйжу.

– Такое… вполне возможно! – потешаясь, выкрикнул кто-то из толпы.

– Так чей же это ребенок? – задал вопрос другой негодяй, пристально глядя на живот Цинь Юйжу.

По мере того, как комментарии продолжались, они становились все более и более нелепыми.

В этот момент Цинь Юйжу стало так стыдно, что ей захотелось провалиться сквозь землю.

– Это возмутительно! – Ци Тяньюй побледнел, повернулся к своему лакею и крикнул: – Быстрее закрой дверь!

Однако все больше и больше людей проталкивались в комнату, чтобы посмотреть что происходит, так что слуга не смог этого сделать.

Цинь Юйжу запаниковала еще сильнее. Она заметила свою шляпу с вуалью, лежащую рядом с ней на полу, и судорожно надела ее на голову. Повернувшись к Мэй Сюэ, своей личной горничной, она приказала:

– Проложи мне дорогу к выходу!

– Дайте нам пройти! Или вы все хотите завтра предстать перед судом за распространение слухов? – угрожающе прокричал Цинь Тяньюй. Он начал выталкивать зевак за дверь, чтобы освободить себе и Цинь Юйжу дорогу.

Видя Ци Тяньюя в гневе, хулиганы не осмелились испытывать свою удачу, нехотя уступили дорогу и дали Ци Тяньюю пройти. Следом за ним поспешила прочь Цинь Юйжу, держась за Мэй Сюэ.

– Это же личная горничная старшей дочери генерала Циня? – Стали шуметь люди, которые стояли у комнаты и еще не знали, что за девушка была внутри.

– Да, это она!

– Точно, она! – Все сразу узнали личную горничную Цинь Юйжу. Это было потому, что Цинь Юйжу проводила довольно много времени вне поместья генерала, и ее всегда сопровождала эта горничная.

Когда Цинь Юйжу услышала эти возгласы, то почти побежала. Когда она в спешке спускалась по лестнице, вуаль на ее занавешенной шляпе зацепилась за что-то, и в тот момент, когда она достигла последних ступенек, ее шляпа слетела с головы.

Мгновенно перепуганное лицо Цинь Юйжу было открыто всем зрителям.

Униженная Цинь Юйжу закрыла лицо руками и бросилась в карету, стоящую возле ресторана, в то время как Мэй Сюэ следовала за ней по пятам. Но все люди в ресторане и на улице уже успели ясно ее рассмотреть и разразились хохотом.

В комнате на третьем этаже ресторана у окна стоял подросток и смотрел на улицу. Этот красивый паренек тоже весело смеялся. Он прекратил хохотать только тогда, когда посмотрел вниз на коридор второго этажа и увидел, как мрачный Ци Тяньюй спускается по лестнице.

***

– Барышня, старший брат Фэн передал, что все называли старшего молодого мастера Ци рогоносцем, который, несмотря на измену, все равно бегает за вашей старшей сестрой! – очень сильно смеясь, сообщила вернувшаяся Цин Юэ.

Она смеялась так сильно, что ей приходилось вытирать слезы из уголков глаз, когда она говорила.

Ваньжу слабо улыбнулась, отложила в сторону книгу, которую держала в руках, и спросила:

– Это представление видело много людей?

– Да, многие стали свидетелями этого. Старшей мисс было бессмысленно пытаться прикрыть лицо, ведь на нее смотрело так много глаз! Наверное, она никогда больше не осмелится выйти за ворота поместья! – сказала Цин Юэ, чувствуя удовлетворение.

Она хорошо знала, что на людях Цинь Юйжу всегда была нежной и доброй, но на самом деле часто тайно подстраивала так, чтобы навредить доверчивой второй барышне.

– Ты видела старшего брата Байюя? – спросила Ваньжу. Она не смогла сдержать смех, когда представила как, должно быть, выглядела Цинь Юйжу.

– Старший брат Фэн сказал, что встретился с молодым мастером Байюем на третьем этаже ресторана. Они обсудили все заранее, и вместе придумали способ дать негодяям ворваться в комнату и устроить переполох. Как хорошо, что старший молодой мастер Ци не догадался, что вы и молодой мастер Байюй можете узнать о его тайной встрече со старшей мисс. Он был уверен, что назначил тайное свидание, о котором никто не узнает!

Цин Юэ собиралась еще что-то сказать, как вдруг вспомнила кое-что важное. Выражение ее лица сменилась с восторга на беспокойство, и она сказала:

– Барышня, еще старший брат Фэн сказал, что если старший молодой мастер Ци согласился встретиться со старшей мисс, значит, он простил ее? Интересно, что она на этот раз сказала, чтобы вас подставить?

– На этот раз она подставила не меня! – Ваньжу посмотрела на горящую свечу и задумалась. – Ци Тяньюй не настолько глуп. Он не поверит, если снова во всем обвинят меня. Его должно быть убедили, что все эти козни исходят от того, кто стоит за моей спиной… Наверное, во всем обвинили тетю Шуй! – тихо произнесла Ваньжу.

Чтобы заслужить прощение Ци Тяньюя, Цинь Юйжу снова переложила вину на других. Поскольку Ци Тяньюй ни за что не поверил бы, что это дело рук маленькой Цинь Ваньжу, то, должно быть, Шуй Жолань вовлекли в еще одну историю.

– Что же нам теперь делать? Госпожа Шуй очень добрый человек. Вдруг старший молодой мастер Ци решит навредить ей? – с тревогой спросила Цин Юэ.

– Завтра я пойду к тете Шуй! – сказала Ваньжу, беря маленькие ножницы, чтобы обрезать фитиль свечи. У нее был задумчивый взгляд. Поскольку она уже давно планировала встречу с тетей Шуй, даже если сегодня ничего бы не случилось с Цинь Юйжу. Но сначала ей нужно подготовиться.

Это была хорошая возможность незаметно встретиться с тетей Шуй, ведь сейчас мадам Ди занята тем, что случилось сегодня, и Ци Тяньюй вряд ли так скоро придет в дом генерала армии Нинъюань требовать объяснений.

Ваньжу отвлеклась от своих мыслей и заметила, что уже поздно, поэтому она велела Цин Юэ удалиться на ночь. Так как Ваньжу ожидала визита принца Чэня, то не поручила Цин Юэ охранять вход в комнату, а отправила ее спать.

После того, как Цин Юэ ушла, Ваньжу осталась сидеть у лампы и продолжала читать медицинскую книгу с того места, где остановилась. В прошлом она не интересовалась медициной и поэтому, получив книгу в подарок, Цинь Ваньжу не стала ее читать, а забросила в дальний угол. Но недавно убираясь, Цин Юэ нашла книгу и положила ее на полку. Теперь, в новой жизни, у Ваньжу возник интерес к медицине, и она начала листать книгу уже из любопытства.

Ночь была очень тихой. Легкий ветерок задувал в открытое окно, и она чувствовала себя очень комфортно. Только наступила осень, так что днем было еще довольно тепло, а ночью уже прохладно, но пока не холодно.

Сначала Ваньжу подумала, что книга о медицине будет слишком скучной, но, прочитав несколько страниц, поняла, что заинтересовалась этой темой. Она была так поглощена книгой, что не заметила, как в комнате появился Чу Лючэнь. Только когда она подняла голову и хотела снова подрезать фитиль свечи, то неожиданно увидела принца Чэня, стоящего у открытого окна. Она чуть не подпрыгнула от удивления, когда их глаза встретились.

Она была похожа на маленького котенка, которого напугали.

– Что это за книга, которая тебя так захватила? – спросил Чу Лючэнь. Он был одет в пурпурною ханьфу с черным воротником и, казалось, был в хорошем настроении. Подойдя к Цинь Ваньжу, он навис над ней, положив одну руку на стол, а другую – на спинку ее стула.

Ваньжу молча передала ему книгу по медицине.

Чу Лючэнь пролистал страницы и, бросив косой взгляд на Цинь Ваньжу, спросил:

– Решила изучать медицину?

– Да! – кивнув, ответила Ваньжу.

– Зачем тебе изучать медицину? – спросил он мягким тоном.

– Затем, что я смогу лечить больных людей! – искренне ответила Ваньжу, как ответила бы в ее возрасте любая девочка.

– Каких людей? Может быть, меня? – спросил Чу Лючэнь, улыбнувшись.

Ваньжу не ответила на его вопрос и промолчала. Она посмотрела на него и заметила печать, которую Чу Лючэнь вертел в руке. Ее глаза сразу же загорелись.

– Вы смогли достать печать? – спросила Ваньжу и потянулась за печатью.

– Да, но эта печать выглядит как что-то особенное! Возможно, мне будет выгоднее оставить ее себе… Она так сильно тебе нужна? – с серьезным выражением лица спросил Чу Лючэнь.

– Что мне сделать, чтобы получить печать? – спросила Ваньжу, проклиная его в душе. – Ваше высочество, вы же знаете, мне всего одиннадцать лет!

На самом деле она имела в виду, что, будучи такой маленькой, не сможет быть ему полезной.

– И правда, ты такая маленькая, что ты можешь для меня сделать? – дотронувшись рукой до подбородка, сказал принц Чень, глядя на нее с презрением. Помолчав, он продолжил: – Хотя... Ты говоришь, что хочешь изучать медицину? Если ты будешь усердно учиться и сможешь вылечить мою болезнь, я думаю, что этого хватит!

– Так вы больны… и насколько серьезно? – спросила Ваньжу, изучая его бледное лицо. Хотя оно было идеальной формы, но настолько бледное, что выглядело как лицо покойника. Это явно указывало на плохое здоровье.

Из предыдущей жизни она уже знала о его болезни и ранней смерти, которую предрекали ему врачи. Но, естественно, не могла признаться в этом.

– Это действительно серьезная болезнь, ее трудно вылечить… А ты уже много выучила? – вдруг спросил Чу Лючэнь небрежным тоном, но с интересом глядя на губы Цинь Ваньжу.

Ваньжу покачала головой и с тревогой в голосе ответила:

– Ваше высочество, я только начала учиться и пока совсем ничего не знаю!

– Значит, совсем ничего не знаешь? Как жаль…. Но твои губы имеют яркий и здоровый цвет. Должно быть, ты все-таки знаешь некоторые способы, как сохранять свое здоровье. Как насчет того, чтобы научить им и меня? – сказал Чу Лючэнь и рассмеялся.

Он уставился на красные губы Цинь Ваньжу и подумал: «Цвет губ делает эту маленькую девочку очень привлекательной». Хотя она еще не достигла подросткового возраста, он мог сказать, что она вырастет в красивую женщину.

Ваньжу побледнела, когда услышала вопрос принца Чэня, ее губы задрожали, на лбу выступили капельки пота. Она почувствовала укол в сердце, и боль такую мучительную, что на мгновение застыла и даже забыла как дышать.

Яркие, манящие губы? Верно, все вокруг говорили, что ее губы яркие и соблазнительные, но почему сейчас она не могла даже пошевелить пальцем. «Я, возможно, потеряла часть своих воспоминаний, которые были связана с губами. Кажется, меня обвинили в преступлении, которого я не совершала, или наоборот совершила... Нет, не могу вспомнить».

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 23. Слабый здоровьем должен рано ложиться спать

Глава 23. Слабый здоровьем должен рано ложиться спать

.

Губы Цинь Ваньжу всегда были ярко-красного цвета, и именно поэтому ее бабушка дала ей прозвище Чжоучжоу, что означает «ярко горящая»! Часть воспоминаний исчезла, но она смутно могла понять, что именно из-за ярко-красных губ ее обвинили в преступлении. Люди относились к ней с презрением из-за них, и обстоятельства, в которых она оказалась, обернулись для нее худшей стороной.

Тем не менее, она была не в состоянии вспомнить конкретные детали. Все, что она могла вспомнить, это то, что все люди вокруг смотрели на нее с презрением.

– Не хочешь? Может быть, это какой-то секретный рецепт, который ты не можешь мне открыть? – поддразнил ее Чу Лючэнь, увидев, что ее лицо побледнело, и протянул руку, чтобы ущипнуть ее за щеку.

Он был немного грубоват, и щека Ваньжу разрывалась от боли. Не сводя с него глаз, она подняла руку и попыталась схватить его за ладонь щипающей руки. Боль заставила ее забыть о болезненных воспоминаниях, глубоко засевших в ее сознании.

Однако Чу Лючэнь отдернул руку еще до того, как Цинь Ваньжу коснулась ее, и начал громко смеяться, когда девочка не успела схватить его за руку.

Возмутительная насмешка этого красивого молодого парня вдруг разозлила ее!

Глаза Ваньжу наполнились слезами, когда она посмотрела на него. Прикрыв ладошкой щеку, она была уверена, что та скоро распухнет.

– Забудь об этом, я не собираюсь возлагать на тебя такую ответственность. Я позаимствую у тебя эту медицинскую книгу, чтобы взглянуть на досуге. Но ты должна сопровождать меня на прогулке по Цзянчжоу через несколько дней. Я еще не бывал в Цзянчжоу до этого! – Чу Лючэнь наконец перестал смеяться и на мгновение уставился на жалкую девочку, прежде чем схватил медицинскую книгу, которую Цинь Ваньжу оставила на столе.

– Открой дверь, я ухожу!

– Открыть дверь? – шокировано спросила Ваньжу, держась за больную щеку, и воскликнула: – принц Чэнь собирается выйти через дверь?

– А чего ты ожидала? Ты собиралась вытолкать мое высочество через окно? Ты же знаешь, что у этого короля не все в порядке со здоровьем! – возмущенно сказал Чу Лючэнь, кашлянув и приложив руку к груди.

– Интересно, а как вы вообще сюда попали? – зло спросила Ваньжу, широко раскрыв глаза, а потом выразительно посмотрела на окно.

– Мое высочество только что сопровождали два охранника. Но этот король приказал им исчезнуть, как только попал в комнату! – нахально ответил Чу Лючэнь и, украдкой взглянув на девочку, нетерпеливо постучал по столу медицинской книгой.

– Что вы хотите, чтобы я сделала, чтобы вы ушли через окно? – взмолилась Ваньжу, сдерживая слезы и кусая губы.

– Если ты хочешь, чтобы этот король ушел через окно, будь вежливее и оставь пока печать на мое попечение. Если я останусь доволен своей прогулкой по Цзянчжоу, я верну тебе печать, иначе... – сказал Чу Лючэнь, хитро улыбаясь. Видя, как это раздражает Цинь Ваньжу, он удовлетворенно подумал, что именно этого он и ожидал.

– Да, я буду счастлива показать вам этот город, если это доставит вам удовольствие, – почтительно сказала Ваньжу, стиснув зубы, хотя в глубине души она думала, что принц Чэнь взбалмошный человек, которому трудно угодить.

– Ты уверена, что этого будет достаточно? – спросил Чу Лючэнь, и на его лице отразилось неудовольствие. В его взгляде был даже намек на злость.

Ваньжу сразу насторожило изменение выражения его лица. Ей было интересно, что происходит в голове этого непостоянного, коварного принца. Она быстро и осторожно ответила:

– А вы как думаете? Я буду следовать вашим пожеланиям!

Поскольку она нуждалась в его помощи, ей пришлось опуститься до того, чтобы удовлетворить все его требования. Она не могла придумать других причин, чтобы отклонить его просьбу.

– Похоже, ты очень послушная девочка. Хорошо, все девушки должны вести себя так же искренне, как и ты, – высокомерно сказал Чу Лючэнь, когда злое выражение на его лице исчезло и он начал улыбаться. Он протянул руку, чтобы слегка потрепать Цинь Ваньжу по голове, и сказал: – Я вижу, что ты не какая-нибудь глупышка. Я перестану все усложнять для тебя. Уже поздно, я иду спать!

Слегка зевнув, Чу Лючэнь сунул медицинскую книгу в рукав и едва подошел к окну, как вдруг из неоткуда появились двое охранников.

– Цинь Ваньжу, я предупреждаю тебя, чтобы ты не использовала те выходки, которые ты проделывала на других людях со мной, иначе я могу разозлиться! – сказал принц, размахивая рукой с печатью с озорным выражением на лице, в то время как его глаза сверкали странным светом. Наконец, он сказал: – Мое высочество рано ложится спать, потому что люди с плохим здоровьем, такие как я, всегда рано засыпают.

– Да, пожалуйста, отдохните пораньше. Я не видела принца и не разговаривала с ним! – хитро ответила Ваньжу.

– Вот именно, вот именно! – сказал Чу Лючэнь, по-видимому, очень довольный ее ответом. Он оперся на подоконник и перепрыгнул через него, когда два охранника осторожно схватили его. Он остановился на мгновение, позволив одному из охранников легонько похлопать себя по спине несколько раз.

С того места, где стояла Ваньжу, она могла видеть, что лицо Чу Лючэня мгновенно побледнело и он быстро начал хватать воздух, задыхаясь. Было очевидно, что у него слабое здоровье, учитывая, что он начал задыхаться после такой небольшой нагрузки.

Он продолжал тяжело дышать еще некоторое время, затем посмотрел на ошеломленную Цинь Ваньжу, улыбнулся и помахал ей рукой. Наконец он и двое охранников неслышно растворились в ночи.

К тому времени, как Цинь Ваньжу подошла к окну, они полностью исчезли из ее поля зрения. Она закрыла окно, затем коснулась своей горящей щеки, понимая, что на следующий день та непременно распухнет. Когда она подумала, что уже действительно поздно, то легла в постель, закрыла глаза и уснула, держась за больную щеку.

***

Однако нашелся человек, который не смог заснуть в это позднее время.

В комнате мадам Ди действительно был один человек, который не мог уснуть. Цинь Юйжу только что прибыла и навзрыд рыдала, положив голову на сложенные на столе руки.

– Ну, так что? Ты позволила ротозеям увидеть свое лицо? Что же нам теперь делать? – воскликнула мадам Ди, беспокойно расхаживая взад и вперед по ярко освещенной комнате. Она подошла и встала позади Цинь Юйжу, которая так сильно плакала, что у нее распухли глаза. Расстроенная тем, что ее дочь была так беспечна, она выругалась: – Дура! Это была простая поездка, совершенная, чтобы успокоить Ци Тяньюя, и посмотри на то, что произошло?

– Мама, я... я действительно не знаю, как все так закончилось! Я уже собирался объясниться с ним и переложить ответственность на других, когда несколько наглецов ворвались и увидели меня... и моя шляпа упала потом, когда я бежала вниз по лестнице!

Опустив голову на стол, Цинь Юйжу продолжала рыдать, чуть не задохнувшись.

– Ты такая бесполезная... ничего не можешь сделать правильно! – сказала мадам Ди, сильно надавив на лоб Цинь Юйжу.

– Мама... что же нам теперь делать? Если мой кузен узнает об этом, он не захочет жениться на мне. Что же нам теперь делать? – закричала Цинь Юйжу, откинув голову назад и умоляюще схватив мать за руку.

– Не паникуй, дай мне подумать, что мы можем сделать, – сказала мадам Ди, стиснув зубы и сев на стул напротив Цинь Юйжу. Она сильно нахмурилась, не в силах смириться с тем, что произошло.

– Мама, кузен и я любим друг друга! Я уверена, что он... он не бросит меня! – нервно всхлипнула Цинь Юйжу, вытирая лицо носовым платком.

– Цзянчжоу, в конце концов, находится на огромном расстоянии от столицы. Кроме того, ты скоро уедешь жить в столицу. К тому времени, как слухи доберутся до столицы, мы сможем все подготовить и распространить нашу версию этой истории, – сказала мадам Ди, снова поджав губы. – Поскольку тебе удалось убедить Ци Тяньюя, он будет держать язык за зубами, когда отправится в столицу. А что касается остальных, то кто еще знает об этом?

Цинь Юйжу кивнула в знак согласия, и продолжала внимательно слушать. Она боялась, что помолвка, ради которой она так усердно хитрила, будет разорвана, но теперь, похоже, ситуация была не так уж безнадежна, поэтому ее слезы сразу высохли.

– Тогда не могла бы ты написать письмо жене своего брата, чтобы подтвердить мою помолвку с моим кузеном? Я также напишу письмо моему кузену, – сказала Цинь Юйжу, начав краснеть, и застенчиво продолжала: – Когда ты отправишь письмо в столицу, пожалуйста, передай мое письмо кузену!

– Это звучит как план! – сказала мадам Ди, кивая. Она знала, что лучше не откладывать это дело. Для нее помолвка с семьей Ци теперь была в прошлом, поэтому она сказала: – Не упоминай об инциденте, который произошел здесь, в Цзянчжоу. Если слухи распространятся в будущем, просто свали все на свою младшую сестру. Во всяком случае, ваши имена звучат очень похоже. Мы можем сказать, что сплетники перепутали ваши имена.

– Ладно, мама, я поняла. Что же нам тогда поступить с Цинь Ваньжу? Она испортила мне хорошую возможность, неужели мы оставим ее поступок безнаказанным? – сказала Цинь Юйжу, кивая, так как она отказывалась примириться с тем, что произошло.

– Мы ее не оставим в покое! Неужели ты не понимаешь, что ей нравится встречаться с этой шлюхой? Через несколько дней я заставлю их обоих остаться в семейном храме, так что нам не придется брать ее с собой в столицу, – сказала мадам Ди со злым смешком. – Я воспитала ее, но она не знает, что такое быть благодарной. Вместо этого она снова ударила меня. Она всегда выглядела такой послушной, что я не ожидала, что она укусит нас, как собака, которая не лает!

Видя, что репутация ее дочери была разрушена, она была полна решимости не дать Цинь Ваньжу соскочить с крючка.

Она произнесла эти слова, чтобы оправдаться, давно позабыв, что отец Цинь Ваньжу пожертвовал своей жизнью, чтобы спасти Цинь Хуайюна. По этой причине Цинь Ваньжу попала под опеку Цинь Хуайюна, который умер бы, если бы не помощь отца Цинь Ваньжу, не говоря уже о том, что он стал генералом армии Нинъюань уже после того, как его жизнь была сохранена!

– Мы не возьмем ее с собой? Неужели отец это допустит? – Хотя Цинь Юйжу была бы в восторге, если бы они не привезли Цинь Ваньжу в столицу, чтобы она и ее мать могли сплести любую историю в свою пользу, она думала, что было совершенно невозможно не взять ее с собой.

– А почему бы ему не согласиться на это? Он также принимал участие в этой подлости, и он должен лучше других понимать, что нужно работать с нами, чтобы спасти положение! – сердито сказала мадам Ди. Хотя именно ей пришла в голову идея напоить своего мужа, чтобы он якобы по ошибке зашел в комнату Шуй Жолань, но она не ожидала, что он в результате предложит сделать Шуй Жолань своей наложницей, что вызвало у нее гнев.

Для нее Шуй Жолань была неблагодарной бедной родственницей, которая притворялась послушной, чтобы без ведома мадам Ди, официальной жены, суметь соблазнить Цинь Хуайюна.

– Но... Но отец не согласится на это! – покачала головой Цинь Юйжу. Она попыталась напомнить своей матери, говоря: – Мама, папа не согласится, чтобы ты оставила их обоих тут!

– Тогда я позволю ему привести эту шлюху, а твою сестру оставлю здесь, чтобы она позаботилась об этой старой ведьме, – сказала мадам Ди после минутного колебания. Она хлопнула рукой по столу, так как ее гнев все еще не утих.

Если быть точным, то девчонка была не единственной виновницей срыва их плана, старая ведьма также принимала в этом участие.

– Отец всегда был таким почтительным сыном, боюсь, что и на это он не согласится.

– Тогда пусть девчонка одна останется здесь! Она все еще в моих руках. У нее не будет другого выбора, кроме как подчиниться мне, так как она все еще находится под моей опекой! – сказала мадам Ди с проницательностью в глазах.

***

На следующее утро Ваньжу проснулась поздно, и у нее разболелась голова. Она села на кровати и прикоснулась к щеке. Цин Юэ приподняла полог кровати, как только услышала какое-то движение. Когда она увидела Цинь Ваньжу, она с тревогой воскликнула:

– Барышня, что случилось с вашим лицом? Щека распухла!

– Передай мне зеркало! – вздохнув, сказала Ваньжу

Цин Юэ быстро схватила зеркало с комода и передала его хозяйке, которая посмотрела на себя в него. Она уже была красивее других девочек, но теперь на ее щеке появилось большое красное распухшее пятно, которое выглядело так, будто ее ущипнули за щеку. В течение одной ночи синяк никуда не делся. Это показывало, что Чу Лючэнь был довольно груб со своим щипком прошлым вечером.

– Барышня, вы обо что-то ударились лицом? – озадаченно спросила Цин Юэ, изучая синяк. Она вспомнила, что хозяйка выглядела прекрасно, когда она уходила вчера вечером.

– Я тоже понятия не имею. Может быть, я наткнулась на что-то по неосторожности! – сказала Ваньжу, потирая щеку. Она отдала зеркало обратно Цин Юэ и встала с кровати.

Поскольку Ваньжу знала, что сейчас уже не раннее утро, определив это по углу солнечного света, она поняла, что ей пора идти к бабушке, чтобы поприветствовать ее с добрым утром.

Она поспешно направилась в резиденцию старой мадам, как только Цин Юэ закончила помогать ей умываться и собираться. Когда она вошла во двор своей бабушки, то сразу поняла, что что-то не так, потому что атмосфера там была очень напряженной.

Может быть, это из-за того, что старая мадам услышала, что случилось накануне?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 24. Лицемерная маскировка якобы любящей матери

Глава 24. Лицемерная маскировка якобы любящей матери

.

Ваньжу стояла у комнаты, вместо того чтобы войти в нее. Служанкам, которые подошли к ней, она помахала рукой в знак того, что они не должны здороваться, а должны молчать.

– Так что случилось вчера вечером? Почему Юйжу не было дома в такой поздний час, и что еще хуже, она улизнула, чтобы встретиться с Ци Тяньюем? Как же ей спасти теперь свою репутацию порядочной юной леди? – из глубины комнаты послышался сердитый голос старой мадам.

После этого раздался звук чего-то разбитого на куски, и Цинь Ваньжу заподозрила, что ее бабушка в ярости, должно быть, разбила чайник!

– Матушка, Юйжу вчера вышла купить китайские лекарства, которые мне были нужны! Она надела шляпу с густой вуалью, потому что боялась, что люди могут узнать ее. Она не ожидала, что столкнется с Ци Тяньюем по пути. Он потребовал от нее объяснений, поэтому Юйжу последовала за ним в ресторан, чтобы он не поднимал шума. Юйжу заранее не назначала встречу Ци Тяньюю!

В комнате старой мадам Цинь мадам Ди стояла на коленях и умоляла о прощении.

– Купить китайские лекарства? Зачем тебе понадобились эти лекарства в такой час? И зачем ты поручила юной девушке выполнить эту задачу за тебя? – спросила старая мадам со злостью и разочарованием.

Мадам Ди плакала так, что едва не задохнулась от слез, когда оправдывалась:

– Изначально генерал должен был помочь мне решить вопрос с лекарствами. Они предназначены для того, чтобы мы привезли их в столицу. Когда я проверила нашу поставку на днях, я поняла, что качество было не самым лучшим. Я решила, что должна пойти в зал трав в эти два дня, чтобы получить высококачественные поставки, которые будут отправлены в столицу завтра. Никакой задержки не предвиделось, но я чувствовала себя неважно и не могла встать с постели. Юйжу всегда волнуется, когда я нездорова и вынуждена выходить из дома, поэтому она тайком вышла вечером, уверенная, что никто этого не заметит. Кто бы мог подумать, что Ци Тяньюй все еще будет сторожить у наших ворот?

Мадам Ди повернулась и посмотрела на Цинь Хуайюна.

– Генерал, вы тоже знаете об этом, не так ли? Я говорила вам вчера, но вы не приняли это к сведению. У меня не было другого выбора, кроме как послать Юйжу сделать это!

Лицо Цинь Хуайюна было пепельно-серым. Его жена действительно упоминала об этом раньше, говоря ему, что эти лекарства должны быть подарены некоторым важным людям, с которыми они встретятся в столице. Цинь Хуайюн ждал возможности быть переведенным обратно в столицу, и чтобы помочь ему достичь своей цели, нужно было обойти вокруг, чтобы вручить эти подарки нужным людям. Он не придал этому значения, потому что в последнее время был слишком занят.

– Это правда, Хуай'эр?

– Да, мама. Это действительно так, – нахмурившись, ответил Цинь Хуайюн. Слухи, которые ходили о его дочери, становились все хуже, но он был уверен, что со временем они утихнут. Однако слухи обернулись к худшему из-за вчерашнего скандала.

– Хотя это было срочное дело, Юйжу не было никакой необходимости выходить лично. Если бы вы сказали мне, я бы послала за лекарствами кого-нибудь из слуг! – сказала старая мадам, которая не была готова простить мадам Ди только потому, что ее слова звучали разумно и тут даже был ее муж, чтобы свидетельствовать в ее пользу.

– В доме и без того царит хаос, да еще и вы становитесь все старше и часто болеете. Даже в чрезвычайной ситуации я, как невестка, не посмела бы беспокоить матушку! – жалобно пролепетала мадам Ди. – Я не думала, что это большое дело, и Юйжу заверила меня, что все будет хорошо. Кто бы мог подумать, что Ци Тяньюй окажется у наших ворот…

– Ладно, давай прекратим этот бесполезный разговор. С этого момента не выпускай Юйжу из дома. Ты должна ограничить ее передвижения! – сказала старая мадам, чье терпение подходило к концу. Пока ничего нельзя было сделать, кроме как запереть Юйжу дома. Ее репутация в Цзянчжоу была полностью разрушена.

– Да, мама, я сделаю это и не позволю Юйжу выйти из поместья, чтобы Ци Тяньюй не причинил ей вреда! – мадам Ди вытерла слезы, пытаясь снять с себя всю ответственность, и это выглядело так, словно Цинь Юйжу попросту подставили.

– Хорошо, можете идти! – нетерпеливо сказала старая мадам.

В этот момент, когда разговоры в комнате почти подошли к концу, Ваньжу указала служанке пойти в комнату старой мадам, чтобы сообщить о ее прибытии.

– Мадам, вторая мисс уже здесь! – доложила умная горничная, которая вошла в комнату после того, как получила намек от Цинь Ваньжу.

– Ладно, можете идти! – старая мадам поторопила Цинь Хуайюна и его жену вместе со взмахом руки, когда услышала, что пришла Цинь Ваньжу.

– Мы увидимся позже, мама! – сказал Цинь Хуайюн, кивая. Он встал, чтобы выйти, когда горничная помогла мадам Ди подняться с колен.

– Немедленно впустите вторую мисс! – приказала старая мадам.

Услышав распоряжение хозяйки, горничная быстро завела Цинь Ваньжу в переднюю комнату, но столкнулась с мадам Ди, которая уже выходила. Мадам Ди быстро подошла к девочке и, взяв ее за руку, со слезами на глазах бросила на Цинь Ваньжу страдальческий взгляд.

– Ваньжу... я, должно быть, все неправильно поняла! Я думала, что ты хочешь выйти замуж за Ци Тяньюя, иначе не попросила бы тебя пожениться с ним, даже если бы твоя сестра не захотела выходить за него!

У Ваньжу возникло желание брезгливо стряхнуть ее руку, но она сдержалась. Она фыркнула в своем сердце, когда подумала, что мадам Ди действительно была сообразительной, чтобы так преподнести все это «недоразумение».

– Мама, как ты вообще могла поверить в такое? – спросила Ваньжу, моргая и пытаясь казаться наивной, неотрывно глядя на мадам Ди.

– Я... я приняла слова старой Фанг за правду и подумала, что у тебя есть намерение... кто бы мог подумать, что она несет чепуху! Она почти разорвала наши отношения матери и дочери, – сказала мадам Ди с озабоченным видом, перекладывая всю вину на старуху Фанг, которая уже была мертва, так что не могла опровергнуть ее слова.

– Но я же твоя родная дочь! Как ты могла поверить словам служанки? Кроме того, разве ты не должна была сначала посоветоваться со мной по такому важному вопросу? – сказала Ваньжу, у которой тоже было жалкое выражение лица. Она перевела взгляд с мадам Ди на Цинь Хуайюна и начала плакать.

Цинь Хуайюн, увидев маленькую девочку в слезах, почувствовал жалость, вину и боль.

– Как мать, почему ты не смогла принести некоторые жертвы ради своей собственной дочери? – Цинь Хуайюн больше не мог сдерживать свой упрек.

Он безумно любил эту маленькую девочку. Хотя она и не была его родной дочерью, он всегда относился к ней как к своей собственной. Он чувствовал, что был несправедлив к ней.

– Это действительно из-за нелепых слов той старой девы. Ваньжу, я надеюсь, ты не будешь винить меня за это? – сказала мадам Ди, вся такая печальная и убитая горем. Если бы Ваньжу не узнала правду об их родственных отношениях, она до сих пор думала бы, что мадам Ди – ее настоящая мать. В своей прошлой жизни именно это выражение на лице мадам Ди медленно привело Цинь Ваньжу к ее гибели.

Хотя мадам Ди была довольно резкой в высказываниях, сегодня она собиралась притвориться, что все поняла неправильно.

– Я не буду винить тебя за это, мама. Я понимаю, что ты должна заботиться о старшей сестре и обо мне, и твое здоровье в последнее время не слишком хорошее, так что ты просто не можешь перенапрягаться. Понятно, что ты не можешь заботиться о каждой мелочи, и это простительно, если некоторые проблемы свалились на старшую сестру и на меня! – понимающе сказала Ваньжу, глядя на родителей простодушными глазками.

Она выглядела такой искренней, когда произносила эти слова. На самом деле, это были ее истинные чувства в предыдущей жизни.

Каждый раз, когда что-то плохое случалось с Цинь Ваньжу, мадам Ди бросала на нее извиняющийся, убитый горем взгляд. Маленькая Цинь Ваньжу привыкла думать, что мадам Ди была ее родной матерью и в конце концов всегда прощала ее.

В этот момент, когда мадам Ди увидела, что Цинь Ваньжу снова поддалась ее словам, она была довольно горда собой, поэтому она улыбнулась и сказала:

– Я рада, что ты не обиделась на меня. И твоя старшая сестра, и ты – моя собственная плоть и кровь. Я не хочу, чтобы кто-то из вас пострадал. Во всем виноват Ци Тяньюй. Давай никогда больше не поднимать этот вопрос, и относиться друг к другу так, как раньше!

Она поднесла носовой платок, чтобы вытереть слезы с уголков глаз, пытаясь выглядеть как любящая мать.

Глядя на лицемерие мадам Ди, Ваньжу фыркнула про себя. Любящая мать, которой пыталась казаться ее приемная мать, в конце концов толкнула ее на смерть в прошлой жизни. Однако Ваньжу больше не была прежней невежественной маленькой девочкой. Ей не терпелось увидеть, как эта любящая мать будет продолжать притворяться любящей. Ваньжу собиралась сорвать с нее маску и показать всем ее истинное лицо, чтобы она перестала причинять ей вред, не чувствуя за собой никакой вины.

– Не беспокойся обо мне, мама. Старшая сестра – вот кто нуждается в большей заботе сейчас! – Ваньжу отняла свою руку, почтительно поклонилась Цинь Хуайюну и сказала, выпрямляясь: – Отец, ты не думаешь, что мама переутомилась? Мы со старшей сестрой добавили ей слишком много хлопот. Как насчет того, чтобы ты организовал для нее больше людей для помощи?

Все происходило потому, что мадам Ди не могла справиться со своими обязанностями хозяйки поместья. Цинь Юйжу вчера подняла такой переполох, потому что ее мать не могла сама справиться со всеми заботами.

Слухи, которые ходили по городу, были унизительными. Даже Цинь Хуайюн, который был толстокожим человеком, начинал смущаться и чувствовать себя неловко, выходя из дома.

Лицо Цинь Хуайюна вытянулось.

Мадам Ди сразу же почувствовала себя не в своей тарелке, когда услышала предложение Цинь Ваньжу.

Цинь Хуайюн холодно сказал своей жене, сурово глядя на нее:

– Если ты слишком занята, то тебе следует разделить ношу с наложницей Сюй. Ты не только плохо ведешь хозяйство, но и не правильно воспитываешь своих дочерей!

В этот момент мадам Ди внезапно поняла, что было бы ошибкой держать Цинь Ваньжу рядом с собой.

Наложница Сюй когда-то была постельной горничной Цинь Хуайюна, но после того, как мадам Ди вышла замуж, она была повышена до более высокого положения наложницы. Тем не менее, она держалась очень скромно, потому что в конечном итоге не родила ни одного ребенка Цинь Хуайюна.

– Я... – Мадам Ди намеревалась показать себя любящей матерью, когда столкнулась в дверях с Цинь Ваньжу, но теперь она превратилась в некомпетентную мать, которая плохо воспитывала своих дочерей и плохо управлялась с домашним хозяйством. Она никак не могла защитить себя, так как ряд неприятных случаев происходил один за другим, и по этой причине она чувствовала себя разочарованной и оскорбленной. В то же время она понимала, что эта маленькая девочка больше не была той послушной дочерью, которая у нее была раньше.

Внезапно все услышали, как старая мадам фыркнула в своей комнате, и это прервало то, что собиралась сказать мадам Ди.

– А теперь пойдем, разве не ты говорила, что собираешься пригласить доктора осмотреть Юйжу? – сказал Цинь Хуайюн, выходя из дома широкими шагами.

У мадам Ди не было другого выбора, кроме как следовать за своим мужем, но прежде чем она ушла, она бросила на Цинь Ваньжу злобный взгляд, и в ее голове начал формироваться план. Она не позволит этой мелкой мерзавке манипулировать собой, она будет искать помощи у Ци Тяньюя, теперь, когда Юйжу дала ему объяснение, которое он, казалось, принял.

Можно сказать, что он был заклятым врагом этой маленькой интриганки. Она будет раздавлена под его ногами.

Ваньжу сначала почтительно поприветствовала свою бабушку, когда она, наконец, вошла в комнату старой мадам. Она видела, что ее бабушка выглядела очень несчастной, но в то же время усталой. Она подошла к старушке и встала у нее за спиной, чтобы помассировать ей плечи. Она была совсем слабенькой, и дело было в том, что у нее не было сил, чтобы сделать эффективный массаж, но улыбка расцвела на лице старушки, когда она увидела, как сильно старается Цинь Ваньжу.

Старая мадам взяла Цинь Ваньжу за руку и усадила рядом с собой.

– Ну, хватит, хватит массировать мне плечи, я не устала! – сказала старая мадам с улыбкой.

– А я вижу, что ты устала, бабушка! Позволь мне помассировать тебя еще немного! Наступила осень, и погода с каждым днем будет становиться все холоднее. Сделав массаж своим ноющим плечам, ты почувствуешь себя лучше! – настаивала Ваньжу, у которой был решительный взгляд. Она снова встала, намереваясь продолжать массировать бабушкины плечи.

– Старая мадам, вторая мисс и впрямь очень внимательная и заботливая внучка. Она знаеи, что ваши плечи не переносят холода, и настояла на том, чтобы сделать массаж, – умильно вставила нянька Дуань. Она была самой компетентной горничной старой мадам, которая служила ей много лет и, естественно, лучше всех знала мысли хозяйки.

Слова няни Дуань успокоили старую мадам и подняли ей настроение.

– В наши дни только эта маленькая девочка помнит об этом, как и о других в этом доме... – заметила старая мадам с оттенком грусти.

В этот момент ее лицо наполнилось печалью.

– А что насчет остальных в доме? Тетя Щуй всегда об этом беспокоится. Ты что, забыла о ней, бабушка? – сказала Ваньжу, поджав губы, словно считала, что с Шуй Жолань обошлись несправедливо, и хотела заступиться за нее.

Главная причина ее визита сегодня заключалась на самом деле в Шуй Жолань.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 25. Встреча с Шуй Жолань в семейном храме

Глава 25. Встреча с Шуй Жолань в семейном храме

.

– У девушки такое доброе сердце, но горькая судьба! – Говоря о Шуй Жолань, старушка снова вздохнула и побледнела.

– Бабушка, ты уже поговорила с тетей Шуй? – осторожно спросила Ваньжу.

– Твоя тетя Шуй... В конце концов, она не могла смириться с этим в своем сердце! – старая мадам покачала головой. Она не знала, как это объяснить потому, что ей не хватало доказательств.

– Бабушка, я сама пойду и уговорю тетю Шуй! – решительно сказала Цинь Ваньжу.

– Это ты-то? – Старушка посмотрела на маленькую внучку, которая все еще была совсем ребенком. Она не была убеждена, глядя на ее детскую внешность.

– Да, бабушка, дай мне попробовать! Мне нравится тетя Шуй! – Ваньжу взяла руку старой леди и несколько раз сжала. Ее лицо внезапно помрачнело, и она сказала нарочно несчастным голоском: – Кажется, что моя мама совсем не любит меня... а я так хочу, чтобы кто-то любил меня!

Она обиженно прикусила свои красные губы. Печальное выражение ее маленького нежного лица заставляло людей жалеть ее. Ее глаза были такими черными и сияющими от ожидания, как будто они были окрашены чернилами, что люди неохотно отказывали ей.

Сердце старой мадам растаяло, и она дала ей разрешение:

– Хорошо, хорошо, тогда ты можешь попробовать!

– Бабушка, я сейчас же пойду к тете Шуй! – услышав разрешение старушки, Ваньжу взволнованно вскочила на ноги.

– Иди уже, егоза! – ласково сказала та.

– Увидимся позже, бабушка! – Ваньжу поклонилась старой мадам. Увидев, что старая леди кивнула ей, она отвернулась и поспешно ушла.

– Эта девочка... такая несчастная. Мадам Ди была так жестокосердна, что уничтожила веру ребенка в родительскую любовь. Неудивительно, что девочка стремиться найти другого старшего, который будет любить ее! – глядя ей в спину, старая леди вздохнула. Она действительно любила этого ребенка.

Нянюшка Дуань снова приготовила чашку чая и рассудительно сказала:

– Мадам... мадам Ди сделала это для мисс Юйжу!

Старая мадам холодно фыркнула:

– Может ли она обменять репутацию Чжоучжоу на репутацию Юйжу? Она должна была помнить, что если бы не отец Чжоучжоу, Хуайюн тогда не выжил бы. Отец Чжоучжоу отдал свою жизнь в обмен на ее высокое положение и большое богатство. Но теперь она сделала вид, что не знает старых друзей, даже попыталась заставить Чжоучжоу расплатиться по долгам ее дочери.

Она всегда знала, что мадам Ди не очень хорошо относится к Цинь Ваньжу. Мадам Ди просто хотела показать свою фальшивую доброту. Они все будут вредить Цинь Ваньжу снова и снова ради благополучия Цинь Юйжу. Раньше старая мадам думала, что они плохо обращались с ней только в материальном плане и несправедливо относились к ее внучке, но она восполнит потерю своей внучки и компенсирует ей все.

Было неожиданно, что на этот раз мадам Ди пришла в голову такая злобная идея.

– Мадам Ди на этот раз зашла слишком далеко! – Нянюшка Дуань, зная всю историю Цинь Ваньжу, не смогла удержаться от вздоха.

В поместье были и другие люди, которые знали, что вторая мисс не была дочерью мадам Ди, но все они думали, что она была просто сиротой, которую подобрали по доброте. Они не знали, что отец второй мисс спас генералу жизнь. В противном случае генерал был бы мертв, а это означало, что поместье генерала Нинъюаня лишилось бы своей славы.

Можно было смело сказать, что все имущество генерала было получено от родного отца второй мисс, который добыл все ценой своей жизни. Однако мадам Ди все равно плохо обращалась со второй мисс, что было подло и неблагодарно.

– Если на этот раз Чжоучжоу сумеет убедить Жолань, ее в любом случае ждет хорошая должность. Мадам Ди думает, что она владычица поместья генерала, и она может интриговать и брать любую репутацию, которую она хотела бы взять! – холодно фыркнула старая мадам, и в ее глазах появился резкий блеск.

Она была приемной матерью, поэтому ей было неудобно говорить некоторые слова Цинь Хуайюну. Она должна была молча смотреть на притворное поведение мадам Ди и не могла слишком сильно вмешиваться в дела поместья. Однако если мадам Ди посмела так поступить, ей придется исполнить свою обязанность матриарха семьи.

Семейный храм располагался в северо-западном углу заднего двора поместья генерала Нинъюань. Этот место было так далеко, что никто туда вообще не приходил. Так называемый семейный храм был всего лишь маленьким двориком.

Ваньжу толкнула дверь во двор и почувствовала запах курений. Она приподняла край юбки и вошла внутрь. Затем она увидела Цюнь Хуа, горничную Шуй Жолань, убиравшую двор.

Цюнь Хуа положила свою метлу и поклонилась Цинь Ваньжу, когда увидела, что девочка идет к ней.

– А где тетя Шуй? – огляделась и спросила Ваньжу.

– Она возжигает ладан Будде в доме! – ответила Цюнь Хуа. – Я пойду и сообщу госпоже о вашем приходе!

Ваньжу сжала ей руку.

– Нет, Цюнь Хуа, сначала я хочу тебя кое о чем спросить!

– Вторая мисс, пожалуйста, говорите! – ответила удивленная Цюнь Хуа.

– В тот день... куда ты ходила в ночь происшествия? Ты ведь должна была охранять тетю Шуй, не так ли? – спросила Ваньжу, не торопясь входить в комнату, чтобы поговорить с Шуй Жолань.

– В ту ночь у меня сильно прихватило живот, потому что я съела что-то несвежее. Молодая госпожа видела, что я чувствую себя нехорошо, поэтому не разрешила мне дежурить ночью под дверью.

Цюнь Хуа опустила голову, и ее глаза покраснели от слез. Ее госпожа теперь страдала от несправедливости и вынуждена была прятаться в семейном храме. Цюнь Хуа чувствовала, что на ней лежит большая ответственность за весь этот инцидент, потому что она не уберегла хозяйку от опасности. Если бы у нее не было поноса, и она не ушла, генерал был бы остановлен, когда он ворвался в комнату.

– Ты в тот вечер съела остаток ужина тети Шуй? – спросила Ваньжу. У служанок был свой собственный стол. Но когда их хозяева не ели много, они отдавали остальное служанкам, так как блюда были лучше, чем у них.

– Нет, в тот день я не ела ужин госпожи. Я съела свою долю служанки! – Цюнь Хуа задумалась на мгновение, покачала головой, а затем объяснила: – Я совсем не собиралась брать свою долю в тот раз, но госпоже осталось мало еды. Женщина на кухне посоветовала мне взять свою долю, чтобы не вынуждать мою хозяйку делиться со мной ужином, потому что еды не хватало!

– Почему кухня выдала тете Шуй так мало еды, которой едва хватало только ей самой? – Ваньжу ухватилась за ниточку в уверенности, что здесь было что-то подозрительное.

– Я также спросила, почему кухня предложила так мало еды в тот день. Мне сказали, что не закупили достаточно продуктов. А так как мадам Ди неожиданно заказала те же блюда, что и госпожа Жолань, они разделили ужин на две части, которых было едва достаточно только для хозяек, – пояснила Цюнь Хуа.

Так совпало, что мадам Ди заказала ту же еду, что и у тети Шуй. На самом деле, даже если бы она нуждалась в тех же самых блюдах, которые были разделены на две части, другой еды не могло быть так мало для каждой госпожи. Неужели мадам Ди неожиданно заказала точно такие же блюда все до единого, как у тети Шуй, по чистой случайности?

– Цюнь Хуа, ты ведь помнишь женщину, которая посоветовала тебе взять свою долю, да? Пойди и узнай, кто она такая. Ты можешь это сделать немедленно? – спросила Ваньжу.

– Не волнуйтесь, вторая мисс, я сейчас же узнаю это! – кивнула Цюнь Хуа.

Ваньжу разрешила ей уйти и свернула в комнату, которая находилась в середине двора. Это был семейный храм поместья. В центре небольшого зала возвышалась одинокая статуя Будды. Из курильницы, установленной перед статуей Будды, шел белый дым.

Худая фигура, стоящая на коленях на подушке перед Буддой, благочестиво молилась, сложив руки на груди, как будто не слышала шагов, доносящихся снаружи.

– Тетя Шуй! – негромко окликнула ее Ваньжу.

Фигура на подушке медленно обернулась – это была хорошенькая девушка лет двадцати с небольшим. Хотя она была одета в одежду из грубой ткани, она все равно была очень нежной, что заставляло людей чувствовать себя умиленными.

– Тетя Шуй! – У Ваньжу невольно потекли слезы, потому что она уже много лет не видела свою тетю Шуй. Эта добрая женщина в ее памяти подарила ей материнскую любовь, в которой она так нуждалась. Она защищала Цинь Ваньжу всем сердцем. Даже когда она была беременна и не могла защитить даже себя, она защищала Цинь Ваньжу снова и снова.

Прошлая жизнь ускользнула, как сон, и осталось только это щемящее чувство.

– Ваньжу, что происходит? Тебя кто-то обидел? Подойди и расскажи тете Шуй, что заставило тебя так огорчиться! – Шуй Жолань встала, положив руки на стол. Она чуть не упала, потому что очень спешила.

Ваньжу быстро шагнула вперед, чтобы поддержать ее. Почувствовав знакомый запах ее тела, Ваньжу заплакала. Она внезапно обняла Шуй Жолань и спряталась в ее объятиях.

Хорошо, что тетя Шуй еще не умерла из-за преждевременных родов. Она должна защищать бедную женщину в этой жизни.

Шуй Жолань чуть не упала, когда Цинь Ваньжу подбежала к ней. К счастью, она остановилась, пошатываясь, потому что позади нее был алтарный стол. Но когда она так сильно ударилась спиной, она невольно скривилась от боли.

Почувствовав на мгновение скованность ее тела, Ваньжу пришла в себя, вытянула руки, чтобы удержать ее, и принялась растирать ей спину:

– Тетя Шуй, тебе больно?

– Нет, ты не можешь причинить мне боль с такой малой силой! – Увидев слезы в черных глазах девочки, Шуй Жолань почувствовала, что ее сердце растаяло. Она протянула руку, чтобы похлопать ее по спине, и мягко сказала: – Я не такая уж нежная и драгоценная, и я в порядке!

Каким же красивым и воспитанным ребенком была эта малышка! Как чудесно было бы иметь такую дочь! Но даже если она и не была ее дочерью, Шуй Жолань очень хотела вырастить этого ребенка как свое собственное дитя.

Ваньжу фыркнула и спросила:

– Неужели все так?

– Со мной, конечно же, ничего серьезного не случилось! – ответила Шуй Жолань с мягкой улыбкой.

Ваньжу поднял глаза на Шуй Жолань и воскликнула:

– Тетя Шуй, не обманывай меня! Если ничего не случилось, то почему ты пришла сюда жить? Здесь... двор долго пустовал, как ты можешь жить здесь?

Ваньжу знала, что в последние дни здесь жила Шуй Жолань. Женщина даже не позволяла другим навещать ее в эти дни.

– Здесь... на самом деле, место довольно хорошее и тихое. Ты же знаешь, я всегда любила покой… – Шуй Жолань считала, что ей не следует говорить об этом с маленькой девочкой, поэтому она быстро ответила и сменила тему.

– Нет! Это не очень хорошее место! – Ваньжу покачала головой, вытерла слезы и твердо сказала: – Тетя Шуй, давай уйдем отсюда!

– Ваньжу, не расстраивайся так! Я считаю, что это хорошее место. Если ты скучаешь по мне, просто приходи сюда, чтобы увидеть меня! – Шуй Жолань подумала, что Цинь Ваньжу снова капризничает и попыталась мягко уговорить ее.

– Тетя Шуй, нам делают очень больно. Мы с бабушкой нуждаемся в тебе! – глядя в глаза Шуй Жолань, сказала Ваньжу спокойным голосом, который не должен принадлежать девочке ее возраста. Ее взгляд был искрящимися и острым, заставляя людей чувствовать себя удивленными и испуганными, и даже невольно слушаться ее.

Ваньжу в любом случае не позволит мадам Ди получить то, что та хочет. Мадам Ди совершила несколько преступлений, и должна сполна заплатить за это. Она обречена расплачиваться за свои злодеяния своей удачей в жизни.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 26. Тетя Шуй, это из-за тебя

Глава 26. Тетя Шуй, это из-за тебя

.

Увидев, что девочка произнесла это с таким достоинством, Шуй Жолань была шокирована. Она протянула руку, чтобы дотянуться до руки Цинь Ваньжу, подвела ее к ближайшему табурету и посадила на него, она также села на противоположной стороне от Цинь Ваньжу.

– Кто хочет причинить вред тебе и моей тете?

– Разве не ты, тетя Шуй, перестала заниматься мирскими делами и велела Цюнь Хуа не докладывать тебе о том, что происходит в поместье с тех пор, как совершила обряд посвящения в семейный храм несколько дней назад? – обиженно спросила Ваньжу.

– Я просто хотела провести несколько дней в тишине и покое! – Глаза Шуй Жолань начали блуждать.

– Тетя Шуй должна знать о том, что произошло между моей старшей сестрой и Ци Тяньюем. Моя сестра хочет выйти замуж в семью герцога Юнкана из столицы, поэтому моя мать подстрекала няню Фанг сказать мне, что я та, на ком на самом деле мечтает жениться Ци Тяньюй, и уговорила меня согласиться выйти за него. Она также посоветовала мне скрывать это от Ци Тяньюя, чтобы он приятно удивился, когда поднял бы завесу на моей голове, когда мы поженимся!

Ваньжу сказала это спокойно, как будто она говорила о ком-то другом. Но скрытый в этих словах истинный смысл поверг Шуй Жолань в шок.

Она не была ни маленькой Цинь Ваньжу, ни невинным ребенком, как раньше, так что многое могла понять.

– Как… как это может быть? Все знают, что Ци Тяньюю нравится твоя сестра! Когда они были вместе в прошлом, они были очень нежны друг к другу. Если ты действительно выйдешь за него замуж, Ци Тяньюй должен ненавидеть тебя всю оставшуюся жизнь!

– Не только ненависть страшна, они могут погубить меня навсегда. – Ваньжу слегка наклонила голову и скривила губы от сарказма. Они делали это в прошлой жизни, и им это удалось.

Шуй Жолань нервно уставился на Цинь Ваньжу и дрожащим голосом растерянно произнесла:

– Тогда... тогда что же делать…

– Я заметила что-то неправильное, поэтому попросила разбить свадебный паланкин, и нашла секретные письма между моей сестрой и наследником герцога Юнкана. Только тогда Ци Тяньюй поверил моим словам. После того, как ситуация ухудшилась, обе семьи могли только разорвать брачный договор! – буднично рассказала Ваньжу.

Шуй Жолань, наконец, почувствовала облегчение, когда обнаружила, что Цинь Ваньжу на самом деле не была одурачена. Но она вдруг спросила со странным выражением лица:

– А разве твой отец не знал об этом?

Шуй Жолань могла сказать, что мадам Ди была не очень добра с Цинь Ваньжу, в то время как она сама была просто человеком, который жил в доме генерала армии Нинъюань.

– Мой… кхм… отец тоже знал об этом! – Ваньжу подняла голову и посмотрела на свою тетушку, слегка прикусив красную губу. – Мой отец очень любит меня, и ему следовало бы не согласиться с этим, но на этот раз он ничего не сказал, просто смотрел со стороны на интриги моей матери и старшей сестры.

– Но почему же? – Лицо Шуй Жолань было полно гнева. Она хорошо знала, что Цинь Хуайюн не был настолько подлым человеком, потому что они росли вместе с детства. Если бы они раньше не были уже помолвлены каждый соответственно, то именно Шуй Жолань вышла бы замуж за Цинь Хуайюаня.

– Тетя Шуй, это все из-за тебя! – Ваньжу посмотрела на Шуй Жолань, хотела что-то добавить, но передумала.

– Из-за меня? – Женщина на мгновение остолбенела и ничего не поняла.

– Ты не думаешь, что все это было слишком удачным совпадением? Письмо, посланное женой герцога Юнкана, должно было прийти десять дней назад. Сразу же с тобой кое-что случилось, и ты заперлась в семейном храме. После того, как няня Фанг подговорила меня объявить, что это я должна выйти замуж, она также сказала, что я была той, кто всегда нравился Ци Тяньюю, и на ком он хотел жениться. Она сказала мне поплакать об этом перед бабушкой, и моя сестра сразу же вскочила и согласилась уступить мне жениха, а мой отец просто стоял и смотрел на весь этот цирк! – медленно произнесла Ваньжу.

Голос девочки был немного тонок, и казалось, что в этом угрюмом семейном храме он звучит особенно звонко. Каждое слово в ушах звучало с каким-то невыразимым одиночеством.

Лицо Шуй Жолань посинело, потом побелело, а в глазах вспыхнул гнев, который она не могла контролировать. Она ничего не чувствовала, пока все оставалось двусмысленным, но как только все стало ясным, она, казалось, внезапно осознала, что произошло на самом деле.

– Мадам Ди подставила меня? – Шуй Жолань внезапно встала. – И не только это, но и так заставила твоего отца чувствовать себя виноватым, что он даже не захотел заступиться за тебя!

Последнее предложение было не вопросом, а прямым утверждением.

Мысль о своей невиновности стала для Шуй Жолань своего рода рычагом давления, и в тот момент она не могла сдержать свой гнев, хотя обычно выглядела спокойной.

Ее мирный нрав всегда был таким в повседневной жизни, но это не означало, что она была безропотной. Шуй Жолань не была покладистой, и иногда, когда она бывала раздражена, она действительно приходила в ярость.

Например, прямо сейчас. Она скрипела зубами.

Ваньжу тоже встала, протянула руку, чтобы схватить Шуй Жолань за рукав, и мягко успокоила ее:

– Тетя Шуй, ты не должна сердиться. Я спросила Цюнь Хуа, когда была во дворе, почему еда у нее была не такая, как у тебя. Кто-то намеренно урезал тебе порции в тот вечер.

Эти доказательства были бесполезны для других, но они были красноречивыми для Шуй Жолань.

– Без сомнения, это сделала мадам Ди! – Шуй Жолань теперь все поняла. Когда она подумала, что ее подтолкнула к этому позору мадам Ди, она так разозлилась, что у нее задрожали губы.

Глаза Ваньжу вспыхнули ярким светом.

– Тетя Шуй, если ты отныне собираешься быть такой уступчивой, это только сделает мою мать счастливой, и после этого никто больше не будет защищать мою бабушку. Ты сама знаешь, что моя мать никогда не любила мою бабушку, и мой отец может чувствовать себя виноватым перед моей матерью из-за случая с тобой и на все закрывать глаза. Отныне в будущем мадам Ди могла бы делать все, что захочет! – мягко сказала она, глядя на Шуй Жолань.

– Я не позволю ей получить то, что она хочет! – с ненавистью процедила сквозь зубы Шуй Жолань, повернулась и пошла к двери, таща за собой Цинь Ваньжу. – Ну же, пойдем к твоему отцу и попросим у него объяснений! Пусть он увидит истинное лицо мадам Ди!

Ваньжу схватила Шуй Жолань.

– Тетя Шуй, подожди, мой отец не поверит нам!

– Попросим Цюнь Хуа проверить кухню, она в конце концов найдет доказательства! – сказала Шуй Жолань.

– Госпожа, вторая мисс, я вернулась! – внезапно из-за двери донесся голос Цюнь Хуа. Они обе остановились и увидели, что в комнату, тяжело дыша, вошла Цюнь Хуа.

– Что-нибудь выяснила? – нетерпеливо спросила Шуй Жолань.

– Нет, та старуха на кухне сама попросилась уйти, ей нужно было срочно вернуться домой! – сказала Цюнь Хуа, задыхаясь и качая головой.

– А когда она уехала? – Ваньжу не была удивлена результатом, так как мадам Ди не была бы настолько глупа, чтобы оставить убедительные доказательства.

Цюнь Хуа перевела дыхание и рассказала:

– На второй день после несчастного случая с госпожой она сказала, что у нее в семье что-то случилось, и попросила устроить ей длительный отпуск. Я не знаю, когда она вернется. Эта бабка не пришла с мадам в качестве приданого, она просто обычная служанка в поместье генерала армии Нинъюань!

Значит ли это, что они ничего не могут найти? Они никогда не думали, что мадам Ди может провернуть все так идеально.

– Тетя Шуй, не сердись, просто сядь, – Ваньжу попросила Шуй Жолань снова сесть на табурет. Она взяла со стола чайник, налила в чашку чай и поставила перед ней. – Тетя Шуй, ты должна решить, что делать в первую очередь. Будешь ли ты молчать и больше заботиться обо мне и моей бабушке, и просто забудешь то, что моя мать сделала, чтобы подавить тебя?

Если бы она действительно жила спокойно в семейном храме и была верна Будде, тогда она перестала бы обращать внимание на все в этом мире. Было бы это правильно или неправильно, она просто не заботилась бы об этом.

Шуй Жолань чувствовала себя так растерянно в последние несколько дней, что не знала, что ей делать, поэтому она сразу пришла в семейный храм. Но на самом деле она не была уверена в своем решении, и она ничего не могла сказать после того, как была поставлена перед фактами Цинь Ваньжу.

Она взяла чашку с чаем и сделала глоток, напряженно хмурясь.

– Это все так… дай мне подумать об этом…

Похоже, Шуй Жолань избегала думать, как жить дальше, потому что до сих пор не знала, как ей поступить. То, что случилось той ночью, заставило ее почувствовать стыд и неловкость, и это была одна из самых важных причин того, что она пряталась в семейном храме.

– Если тетя Шуй действительно думает, что способна так поступить, то все мои сегодняшние слова были напрасны. Что касается того, как моя мать обращается со мной и моей бабушкой, или как она заставляет моего отца идти на уступки, используя его измену, это не твое дело. Тебе просто нужно быть незаметной монашкой!

Ваньжу не позволила Шуй Жолань бежать от проблем в это время, поэтому она снова спровоцировала свою слишком честную тетушку.

То, что сказала Цинь Ваньжу, было обидно, так как Шуй Жолань с раннего детства воспитывала старая бабушка, поэтому старая бабушка была для нее словно родная мать. Как Шуй Жолань могла вынести, что старушку так сильно принижала мадам Ди, не говоря уже о Цинь Ваньжу и Цинь Хуайюне, которых старушка воспитывала как своих собственных дочь и сына.

Ей было все еще трудно думать о времени и чувствах, когда они были детьми.

– Я собираюсь пойти и поговорить с ней! – Шуй Жолань рассердилась и заявила это холодным голосом после некоторого раздумья.

Ваньжу остановила ее и с уверенностью сказала:

– Тебе не нужно торопиться, чтобы пойти к ней. Она сама придет, чтобы найти тебя, тебе просто нужно подождать!

Выйдя из холодного и пустынного семейного храма, Ваньжу первым делом пошла на кухню, взяла несколько горячих и нежных закусок и положила их на маленькое блюдо. Затем она велела Цин Юэ следовать за ней, неся корзину с едой, и пошла к воротам Чуйхуа, которые вели во внешний двор!

У ворот их остановила одна из двух бабок-привратниц, которые охраняли входную дверь.

– Наша мисс собирается посетить генерала в кабинете. – Цин Юэ встала впереди и повысила голос.

Увидев это, бабка не посмела остановить Цинь Ваньжу и уступила дорогу. Потому что, хотя мадам Ди запретила второй мисс выходить, она не стала подчеркивать, что вторая мисс не может пойти к генералу.

Однако, как только Цинь Ваньжу с горничной вошла в ворота Чуйхуа, бабка все еще волновалась, пропустив их, поэтому она быстро повернулась и помчалась доложить хозяйке поместья.

Кабинет Цинь Хуайюаня находился в правом углу, недалеко от ворот Чуйхуа, где генерал обычно занимался официальными делами. Для удобства входа и выхода он намеренно разместил кабинет на углу ворот во внутренний двор.

Когда Ваньжу вошла во двор кабинета, генерал работал за столом. Услышав, что пришла Цинь Ваньжу, он сразу же кивнул и позволил ей войти.

Ваньжу взяла корзину с едой из рук Цин Юэ. Она лично принесла ее в кабинет и поставила на стол сбоку, а затем поклоном поприветствовала отца.

Цинь Хуайюань махнул рукой, показывая, что ей не нужно быть такой вежливой.

– Папа, это закуски, которые только что приготовили на кухне, я думаю, что они вкусные, поэтому специально взяла несколько, чтобы принести тебе попробовать! – Ваньжу выпрямилась, достала из корзинки с едой небольшое блюдо и с улыбкой поставила его на стол Цинь Хуайюна.

Закуски были сделаны очень деликатно в форме цветов. На еде виднелись какие-то точечки измельченной ормозии, а аромат закуски и запах ормозии были очень приятны.

Цинь Хуайюн посмотрел на закуски в форме цветка и на некоторое время погрузился в раздумья.

– Папа, не хочешь ли ты попробовать их на вкус? – улыбаясь, Ваньжу мягко подтолкнула блюдо с закусками к нему.

Цинь Хуайюн на самом деле не любил таких сладких угощений, но выслушав Цинь Ваньжу, он не мог не попробовать, поэтому он протянул руку, чтобы взять кусочек и начал медленно жевать его.

– Отец, правда же, это вкусно? – Видя, что Цинь Хуайюн действительно слушает ее и берет кусок, чтобы поесть, Ваньжу счастливо улыбнулась.

– Это просто восхитительно! – Хотя вкус для него был никаким, но видя, что его маленькая дочь так ждет, он слегка улыбнулся и кивнул.

– Я знала, что ты захочешь поесть. Моя бабушка часто говорила в прошлом, что эта закуска в форме цветка была придумана тобой и тетей Шуй, когда вы были еще детьми. Так что тебе должно понравиться что-то еще, сделанное в такой форме! – Ваньжу сказала это совсем по-детски и восторженно вытаращила глаза: – Папа, тебе особенно понравилось делать что-то интересное с тетей Шуй, да?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 27. Гнев, старая ревность

Глава 27. Гнев, старая ревность

.

– Это не очень интересно. Мы тогда были просто детьми. – Цинь Хуайюн сказал это с горечью, и обнаружил, что ему все труднее и труднее проглатывать нежную закуску во рту.

– А тогда ты был таким же маленьким, как и я? И невинным? – Ваньжу становилась все более и более любопытной. – Папа, можешь рассказать о том, что произошло между тобой и тетей Шуй? Когда вы были маленькими, во что вы играли в то время?

– Это было так давно, что я уже и не помню! – На самом деле Цинь Хуайюн не хотел говорить о том, что было в прошлом. Вспоминая о том, что произошло несколько дней, он чувствовал вину и печаль.

– Просто расскажи что-нибудь, папа, я хочу это услышать! В следующий раз, когда я навещу тетю Шуй, я смогу рассказать ей эти истории. Может быть, тогда она будет счастлива. Я слышала, что она была в плохом настроении в последнее время и переехала в семейный храм, чтобы жить там в одиночестве! – Ваньжу сказала это очень печально и с детской непосредственностью.

Глядя на милое личико маленькой дочери, даже притом, что Цинь Хуайюн многое держал в себе, он мог только радоваться. Затем он вздохнул и положил недоеденную закуску на тарелку.

– Твоя тетя Шуй была тогда еще очень юной. Она выглядела довольно спокойной, но могла быть по-настоящему сумасшедшей, больше, чем кто-либо другой, когда она действительно была в настроении озорничать…

– О чем это генерал и Ваньжу говорят и так счастливо смеются? – внезапно в дверях раздался голос мадам Ди.

Ваньжу оглянулась и увидела, что мадам Ди действительно уже здесь.

– Мама! – Ваньжу, которая только что смеялась, как цветущий цветок, сразу же стала похожа на баклажан, который был заморожен. Она встала и натянуто улыбнулась. Затем она чопорно поклонилась мадам Ди и сознательно сдвинулась в сторону Цинь Хуайюна, казалось, испугавшись чего-то.

Видя, что маленькая дочь была напугана при виде мадам Ди, Цинь Хуайюн спросил неприятным тоном:

– Что ты здесь делаешь?

– Что вы имеете в виду, генерал? Значит, Ваньжу может прийти к вам, а ее мать – нет? Вы злитесь из-за того, что я прервала ваш веселый разговор? – ревниво спросила мадам Ди.

Она почувствовала себя невыносимо, и ее охватила ненависть, когда увидела живое выражение лица Цинь Хуайюна, когда она вошла. Она уже давно подозревала, что между Шуй Жолань и Цинь Хуайюном что-то есть, но они были слишком осторожны и никогда ничего не показывали перед ней.

– Мама, мы с папой говорили о тете Шуй, когда она была маленькой! – Ваньжу мягко рассмеялась и снова заговорила на тему, которая заставила мадам Ди сходить с ума от ревности: – Мой отец думает, что тетя Шуй была очень милой в то время!

Чем больше Ваньжу говорила об этом, тем больше мадам Ди убеждалась, что между Цинь Хуайюном и Шуй Жолань что-то есть. Ненависть в ее сердце, казалось, росла подобно корням, и она все еще распространялась. Мадам Ди сейчас чувствовала такую сильную боль в груди, что почти ничего не могла сказать.

– Мама, папе нравится тетя Шуй, а тебе она тоже нравится? Поэтому ты любишь есть ту же еду, что и она? – улыбаясь, спросила Ваньжу с детской наивностью и подняла брови. Казалось, что она была действительно в хорошем настроении.

Цинь Ваньжу была так счастлива, что мадам Ди подумала о Цинь Юйжу, которая только что снова горько плакала. Она чувствовала только боль, как будто ее сердце горело. Маленькая девчонка, которая должна была бы оказаться в беде, сбежала, вместо этого, несчастье случилось с ее собственной дочерью, как она могла это принять?

То, что Цинь Ваньжу упомянула о еде, также шокировало ее. Так как это было то, о чем она не хотела говорить, она слегка улыбнулась, как будто не слышала, что только что говорила Цинь Ваньжу, и сменила тему.

– Мы можем поговорить о твоей тете Шуй позже, сейчас я хочу рассказать твоему отцу о том, что произошло в поместье магистрата Ци. Так как ты здесь, знай, что мисс Ци придет к нам завтра. Ты хозяйка, поэтому ты должна составить ей компанию, чтобы повеселиться.

Мисс Ци была сестрой Ци Тяньюя, Ци Жунчжи.

Конечно же, Цинь Ваньжу усмехнулась, что мадам Ди поспешно пригласила Ци Жунчжи, которая не была хорошим человеком. В прошлой жизни Ци Жунчжи и Цинь Юйжу всегда действовали в сговоре. Они не только игнорировали Цинь Ваньжу, но и пытались причинить ей боль снова и снова. Ци Жунчжи была связана с тем, что чуть не убило Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу было трудно даже дышать, когда она была ранена, но, видя это, Ци Жунчжи гордо смеялся в толпе.

Ваньжу хотела встретить ее. Так как она придет сюда сама, то это было даже лучше!

– Почему дочь поместья магистрата Ци придет сюда? – Цинь Хуайюн нахмурился и сказал так, как будто у него болела голова, потому что он не хотел иметь никакого контакта с магистратом Ци.

– Поместью Ци неловко, что Ци Тяньюй сказал в тот день что-то ужасное о том, что Юйжу беременна, поэтому они посылают мисс Ци, чтобы прийти и извиниться. Это должен был сделать старший молодой господин из семьи Ци, но это может быть плохо… для них, чтобы встретиться так скоро, – деликатно сказала мадам Ди.

– А что тут извиняться, если это уже произошло! Это мы должны перед ними извиниться! – сказал Цинь Хуайюн.

– О чем вы говорите? Поскольку магистрат Ци так великодушен, мы должны показать им нашу добрую волю и уладить дело миром. Вы действительно хотите, чтобы осталась какая-то обида между вами и магистратом Ци из-за этого недоразумения? – Мадам Ди улыбнулась, потому что знала, что Цинь Хуайюн хотел бы услышать.

Конечно же, Цинь Хуайюн немного расслабился. С тех пор, как раньше он потратил так много усилий, чтобы остановить магистрата Ци от преследования этого вопроса. Если бы он мог заставить его чувствовать себя спокойным и искренним, это было бы лучше.

– Сестра Жунчжи приедет к нам в гости? Это здорово, она была очень близка со старшей сестрой и все время говорила, что хочет быть с ней одной семьей. Она определенно будет утешать старшую сестру! – улыбнулась Ваньжу с удивленным видом.

Быть одной семьей означало, что магистрат Ци планировал сделать Цинь Юйжу своей невесткой. Но теперь Цинь Юйжу совершила серьезную ошибку, потому что она попалась на измене наследнику семьи Ци. Цинь Хуайюн снова посерьезнел.

– Она может приехать, но сразу вернуться домой после встречи с Юйжу, на случай, если они снова устроят какие-нибудь неприятности.

Мадам Ди улыбнулась и лукаво сказала ласковым голосом:

– Как они могут снова устроить неприятности? Жунчжи – очень хороший ребенок, и что может случиться, если Ваньжу будет сопровождать ее? Вы слишком беспокоитесь об этом! – Потом повернулась к Цинь Ваньжу. – Ты согласна, не так ли?

– Приезд сестры Жунчжи действительно хорошая новость, но я боюсь, что не смогу сопровождать ее, – сказала Ваньжу со смущенным видом, – Я обещала завтра пойти к тете Шуй. Я не знаю, почему она живет одна в семейном храме. Вид у нее был несчастный и одинокий.

Если бы Ваньжу не продолжала тайно расспрашивать бабушку о Шуй Жолань, она бы ничего о ней не знала. И она знала остальное в результате своего возрождения.

То, что только что сказала Цинь Ваньжу, заставило Цинь Хуайюна почувствовать себя виноватым. Как только ему снова напомнили об этом случае, его глаза невольно переместились на цветочную закуску.

Лицо мадам Ди стало серьезным, и теперь она сожалела о своем первоначальном решении. Она думала, что между Цинь Хуайюном и Шуй Жолань ничего не было, но теперь поняла, что жестоко ошиблась. Думая о том, что сама позволила искушенной лисе забраться в курятник, мадам Ди была чрезвычайно расстроена.

И она знала, что это было правдой, глядя на поведение Цинь Хуайюна.

Нет, она не должна позволить Шуй Жолань войти в дверь как наложнице!

– Твоя тетя Шуй всегда любила тишину, и в будущем она сможет стать монахиней. Ты не должна ее беспокоить. Месяц назад она спрашивала меня, какой храм лучше выбрать. Ей захотелось найти место, где можно было бы жить с хорошей геомантией. Она бедна, у нее нет детей, но она сильный и целеустремленный человек, поэтому она хочет создать себе хорошую репутацию!

Мадам Ди улыбнулась и подняла брови. Она предположила, что Цинь Хуайюн не будет предъявлять никаких требований, так как она сказала что-то вроде этого.

Услышав, что Шуй Жолань собирается стать монахиней и заслужить себе репутацию, Цинь Хуайюн почувствовал сердечную боль. Его рука, положенная на стол, задрожала, и он с ошеломленным видом погрузился в глубокую печаль. Неужели это действительно то, чего она хотела? Как бы то ни было, поскольку он сделал ей больно, так что он должен просто оставить ее в покое.

– Мама, а вдруг ты все неправильно поняла? Когда тетя Шуй брала меня в город, она купила пудру и сказала, что хочет красиво одеваться каждый день, чтобы угодить кому-то, кого она любит и кто любит ее. Поэтому она должна выглядеть прилично, – мягко сказала Ваньжу, как будто не видела мрака, который появился в глазах мадам Ди.

Шуй Жолань жила в поместье и редко выходила из него, в то время как из мужчин в этом доме был только Цинь Хуайюн. Так что людям даже не нужно было угадывать «кого-то», кому нравилась Шуй Жолань.

Цинь Хуайюн не мог скрыть радость на своем лице в этот момент и посмотрел на Цинь Ваньжу своими сверкающими глазами, что заставило мадам Ди с другой стороны раздражаться, как будто она кусала зубы.

– Папа, я сегодня ходила к тете Шуй. Ее горничная Цюнь Хуа, с которой я только что познакомилась, рассказала мне, что несколько дней назад блюда тети Шуй были особенно маленькими, потому что маме понравилась та же самая еда. Она сказала, что еды, выделенной кухней в этот день, было едва достаточно только для одной тети Шуй, и Цюнь Хуа поужинала едой для слуг. У нее сразу разболелся живот, поэтому она не могла остаться у двери тети Шуй. Она попросила, чтобы я пошла на кухню и сказала служанкам, чтобы они в следующий раз мыли овощи более тщательно! – легкомысленным тоном болтала Ваньжу, моргая своими большими глазами, которые выглядели очень очаровательно. – Я не понимаю, почему Цюнь Хуа сказала мне это, так как кухня не находится в моем ведении!

Цинь Хуайюн сначала не понял, но внезапно его лицо сильно изменилось. Он встал.

– Что ты сказала? Цюнь Хуа съела свою еду, у нее разболелся живот, и она не смогла остаться с моей кузиной?

– Да, папа, Цюнь Хуа все еще сокрушалась, говоря, что она совершила большую ошибку. Она сказала, что не знает, почему блюда тети Шуй были такими маленькими в тот день! – сказав это, Ваньжу внезапно повернулась к мадам Ди с невинным выражением лица. – Должно быть, маме нравятся те же блюда, что и тете Шуй, поэтому ее блюда были в основном отданы матери. Так как мама управляет всей семьей, ей, конечно, же нужно больше есть!

Выражение лица мадам Ди изменилось, и она сильно занервничала.

Цинь Хуайюн гневно уставился на мадам Ди. События не могли быть ясно видны, если они не были связаны, поэтому было легко ясно все видеть, если оконная бумага была проткнута. Цинь Хуайюн был очень подозрителен по своей натуре, так как он выбрался из многих смертей, поэтому теперь он просто свирепо смотрел на мадам Ди.

– Я помню, что ты любишь острые блюда. Когда это тебе нравилось есть то, что любит моя кузина? Она предпочитает есть овощи, а ты любишь морепродукты, тебе действительно нужно соперничать с ней за продукты?

– Папа, в чем дело? – Ваньжу выглядела потрясенной, как будто она не знала, что вызвала подозрения у Цинь Хуайюна.

– Ничего, ты сейчас иди, мне надо кое-что сказать твоей матери! – Цинь Хуайюн мягко сказал Цинь Ваньжу.

– Тогда я сейчас же уйду, а закуску оставлю здесь. Мама, я ухожу!- Цинь Ваньжу выглядела так, как будто она не знала, что только что произошло, но все еще была послушной. Она поклонилась и вышла во двор, где ее ждала Цин Юэ.

После этого в кабинете раздался громкий звон разбитой чашки, а затем что-то, казалось, упало на пол. Красные губы Ваньжу приподнялись в холодной улыбке. Она, конечно, знала, что с мадам Ди трудно иметь дело, но она была полна решимости раскрыть ее истинное лицо по кусочкам!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 28. Истинное так называемое совпадение

Глава 28. Истинное так называемое совпадение

.

В кабинете Цинь Хуайюн разбил чашку о ногу мадам Ди. Женщина в испуге отскочила и ударилась о стол сбоку.

– Давай поговорим об этом! Как это произошло? – Цинь Хуайюн мрачно посмотрел на мадам Ди свирепым и нетерпеливым взглядом.

Мадам Ди была шокирована и понимала, что Цинь Хуайюн действительно сердится. Затем она поспешно притворилась смущенной и сказала:

– Генерал, я не понимаю, о чем вы говорите!

Цинь Хуайюн резко сказал холодным голосом:

– Почему я не знал, что у тебя такой же вкус в еде, как у моей кузины? Когда же ты на самом деле полюбила блюда, которые любит она?!

– Я… Генерал, я… просто хотела попробовать ее еду в тот день, поэтому я так сказала слугам на кухне. Когда они прислали еду, мне она не понравилась после того, как я попробовала ее, поэтому мне было все равно. Я не знала, что они действовали за моей спиной и фактически забрали больше половины еды кузены!

Мадам Ди была взволнована. Она знала об этой нестыковке, поэтому давно подумала о контрмерах и сейчас поспешно начала оправдываться.

Но все еще могло выясниться, если бы они глубоко вникли в это, так как было много людей, которые видели, что мадам Ди намеренно забрала почти всю еду в тот день. Она не могла скрыть это, даже если бы захотела.

– Тебе понравились блюда моей кузины, поэтому ты захотела разделить их и попробовать? – усмехнулся и спросил Цинь Хуайюн.

– Если вы мне не верите, то можешь спросить кого-нибудь другого. Это было совпадение, что вы с магистратом Ци говорили о браке Юйжу в тот день! Так как я не знала, как у вас шли дела, и предположила, что у вас не было аппетита, поэтому я поела раньше, после встречи с няней. Это няня матушки сказала мне, что блюда кузины были довольно хороши, поэтому я сделала это. Как вы могли обвинить меня, что я отобрала ее еду намеренно?

Мадам Ди почувствовала себя обиженной, и ее глаза покраснели.

В то время она специально заговорила с прислужницей старой мадам, заставив ее упомянуть об этом, чтобы это выглядело невзначай, и она сделала это нарочно перед нянькой Дуань, которой старая мадам доверяла больше всего.

У Цинь Хуайюна были очень дружественные отношения с магистратом Ци, поэтому они были очень близки каждый раз, когда пили вместе, и он всегда возвращался домой пьяным. Но в тот день именно мадам Ди намеренно попросила Цинь Хуайюна найти магистрата Ци, чтобы обсудить брак дочери.

– И как все так совпало? Ты разделила еду кузины, поэтому Цюнь Хуа ела свою собственную, и у нее вдруг заболел живот? – Цинь Хуайюн не мог поверить объяснениям мадам Ди, но его голос смягчился.

– Генерал, почему я должна знать об этом… Вы знаете, что ваша кузина всегда молчалива со мной, и она почти никогда не говорит мне, даже если что-то плохое случилось с ней. Хотя я так старалась наладить с ней хорошие отношения, она была просто холодна ко мне. Я действительно не знаю, о чем она думает! А Цюнь Хуа – ее горничная, так что же вы на самом деле имеете в виду, говоря это?

Мадам Ди плакала от обиды, уткнувшись лицом в носовой платок, чтобы изобразить печаль. То, что она только что сказала, было не очень лестно для нее. Она имела в виду, что в словах Цюнь Хуа было что-то не так.

Выражение лица Цинь Хуайюна все еще оставалось серьезным. Он знал, что Шуй Жолань и мадам Ди не были похожи друг на друга, и они обычно были равнодушны, когда встречались. Мадам Ди не лгала об этом, но он все еще был в сомнениях, и его брови были плотно сжаты.

Конечно, он не знал, что то, что он видел, было намеренно спланировано мадам Ди. Так называемое «то, что он знал» было просто видимостью на поверхности. Он думал, что мадам Ди действительно внимательна к Шуй Жолань, но чего он не знал, так это того, что мадам Ди всегда была враждебна к Шуй Жолань, а иногда даже насмехалась над ней.

– Было ли это что-то, что ты намеренно сделала или нет, но ты была причиной, которая вызвала ошибку. Так как ошибка была сделана, и это легло на нас, то мы не можем плохо относиться к моей кузине. – Цинь Хуайюн медленно произнес это после долгого молчания.

– Генерал!.. – вскричала побледневшая мадам Ди. Она была потрясена и подняла голову, будучи дальше не в состоянии притворяться, что плачет.

– Что? Разве это не должно быть так? Что-то случилось в нашем доме, и мы должны взять на себя ответственность. – Цинь Хуайюн сел и решительно произнес это. Он не знал, как была настроена Шуй Жолань, поэтому ничего не сказал, когда она вошла в семейный храм. Но поскольку она все еще испытывала к нему какие-то чувства, он не мог ее подвести.

– Но... но это была ошибка, и кузина сама признала себя виноватой! Она уединилась в семейном храме, что означает... – Услышав, что Цинь Хуайюн действительно думает об этом, мадам Ди забеспокоилась и не успела вытереть слезы, которые она заставила себя выплакать. Затем она поспешно оборвала себя и сказала: – Если вы хотите вознаградить ее, просто следуйте ее желанию. Если мы поставим ее в неловкое положение, тогда будет еще труднее договориться с ней!

Это было что-то хорошо сказанное, что полностью учитывало интересы Шуй Жолань, и это звучало справедливо и разумно.

Цинь Хуайюн неизбежно был бы тронут ее словами, если бы это было раньше, что также было причиной, по которой Цинь Хуайюн не решался предпринимать действия в течение стольких дней. Однако то, что Цинь Ваньжу только что сказала, рассеяло его сомнения.

– Так как мы с самого начала поступили с ней неправильно, я должен поступить как порядочный мужчина. Я пойду к своей матери позже, чтобы обсудить этот вопрос! – Цинь Хуайюн сжал кулак и долго молчал, прежде чем твердо сказать это.

– Но… как же я?! – Мадам Ди никогда не думала, что все может обернуться таким образом, поэтому она сразу же сказала с обидой: – Я… я не могу привыкнуть к этому в данный момент, я все еще хочу относиться к ней как к кузине… я, я ужасно расстроена!

При этих словах у мадам Ди навернулись слезы. Они не были полностью притворными, так как большая часть их упала из-за беспокойства. Ей было бы все равно, если бы между Шуй Жолань и Цинь Хуайюном действительно ничего не было. Но раз они с самого начала были очень привязаны друг к другу, возникла бы серьезная проблема.

– В тот день ты внезапно забрала большую часть блюд кузины, а потом у Цюнь Хуа случился понос после того, как она съела свою собственную еду, странная случайность, ты не находишь? – холодно сказал Цинь Хуайюн. Так как у него было сомнение в его сердце, он решил вести разговор таким образом. И чем больше он думал об этом, тем больше сомневался, что это было простым совпадением, когда все эти факты собрались вместе.

Хотя Цинь Хуайюн не знал правды о внутреннем дворе и до сих пор не мог видеть сквозь замыслы мадам Ди, которая играла грязно на заднем дворе, это не означало, что он не мог заметить странность ситуации в общем картине. Когда он увидел, что мадам Ди упрямо не соглашалась с его решением, ему стало немного неприятно.

– Но это же просто совпадение, если вы мне не верите, вы можете спросить прислугу на кухне и служанок под началом няни Дуань! – мадам Ди снова плакала, закрыв лицо руками, и выглядела совсем несчастной.

– Тебе лучше уйти, все решено, – махнув рукой, недовольно сказал Цинь Хуайюн, а затем добавил еще несколько слов: – Впредь не допускай таких совпадений снова, в мире не так много подобной череды случайностей! Если ты не способна воспитывать Юйжу и управлять задним двором, ты можешь попросить кого-то другого помочь тебе в семейных вопросах!

Эта фраза была почти предупреждением для мадам Ди.

Она была так разъярена, когда услышала это, и хотела ответить, но в это время кто-то незаметно подергал ее за рукав, когда она была готова закатить скандал. Она обернулась и увидела, что это была ее личная служанка, бабка Чоу.

Старуха Чоу сделала ей знак и указала пальцем на дверь, показывая, что она должна выйти в это время.

Глядя на Цинь Хуайюна, прямо сейчас мадам Ди знала, что бесполезно было что-либо говорить в это время. Ей пришлось потихоньку стиснуть зубы, и она вышла из комнаты после того, как поклонилась и вытерла слезы.

Цинь Хуайюн снова поднял голову, увидев, что мадам Ди ушла. Он протянул руку, потер лоб между бровями и долго смотрел на лежащую на столе закуску, ничего не говоря.

Выйдя из кабинета Цинь Хуайюна, мадам Ди отвела бабку Чжоу в укромное место и с силой сплюнула.

– У этой суки действительно был роман с генералом! Я бы не дала им такого шанса, если бы знала об этом! – сказала она с лицом, полностью перекошенным ревностью.

Старуха Чоу попыталась утешить ее:

– Мадам, не волнуйтесь, ничего еще не произошло.

– Глядя на то, как решителен генерал, он надеется, что это может быть сделано сразу же! Он настолько пристрастен, что даже готов жениться на ней, чтобы потом мы могли мирно жить после того, как она стала частью семьи! – Мадам Ди прикусила губу и чуть не разодрала платок в руке. Как она могла признаться себе, что нажила опасного врага, просто разыграв маленькую сценку?

Думая о Шуй Жолань, она чувствовала такой стыд, что хотела умереть, когда что-то подобное сама допустила. Она должна прятаться от людей из-за стыда.

– Мадам, не волнуйтесь, даже если у генерала есть такое намерение, оно не может быть исполнено так быстро. Брак мисс просто провалился на днях, и все говорили о ссоре между нами и магистратом Ци, поэтому старая мадам не позволит ему жениться на Шуй Жолань в такое время, – напомнила мадам Ди бабка Чоу, резко взглянув на нее и указав в сторону семейного храма.

Это было время, когда ветер и волны были самыми высокими. Было легко сказать, но трудно сделать – общество не сразу приняло бы весть о том, что Цинь Хуайюн решил жениться на своей кузине, что также могло плохо повлиять на карьеру Цинь Хуайюна.

Мадам Ди прозрела и кивнула с мрачным лицом. Если новость о том, что он женится на своей кузине, которая овдовела и жила в его доме, получит огласку, это действительно будет очень постыдно. Поскольку Цинь Хуайюн всегда заботился о своей репутации, не говоря уже о том, что сейчас он пытался вернуться в столицу, он не мог быть таким безрассудным.

– Но ведь в конце концов он на ней женится! – мадам Ди не могла смириться с этим, и приходила в ярость даже подумав о такой возможности.

– Мадам, не только генерал решает, может ли он жениться на ней. Если с Шуй Жолань случится несчастье, он не сможет жениться на ней, даже если захочет! – напомнил ей бабка Чоу. – Разве мисс Ци не пришла повеселиться сюда? Мы могли бы попросить ее остаться еще на несколько дней, пока кто-то из поместья магистрата Ци не придет, чтобы забрать ее, будь то магистрат Ци или старший молодой мастер семьи Ци. Мы можем многое предпринять до тех пор!

– Нет, это сделает генерала подозрительным! – мадам Ди категорически отказалась, потому что Цинь Хуайюн уже предупредил ее.

– Пожалуйста, мадам, не волнуйтесь, даже если это и совпадение, то не ваше. Так что генерал не сможет винить вас, и он очень просто найдет виновника в поместье Ци, верно? С некоторых пор мы задолжали им по делу юной леди Юйжу! – бабку Чоу указала в направлении семейного храма.

Ее слова заставили мадам Ди замолчать, и она показала некоторую жестокость в ее глазах, подумав об этом: «Верно! Разве люди из поместья Ци не явились бы требовать объяснений, если бы что-то случилось с мисс Ци? Мы можем подождать и полюбоваться, как беда настигнет мисс Ци и гулящую суку одновременно!»

Старуха Чоу сразу поняла, что она задумала, и поспешно зааплодировала.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 29. Обе фракции раздражают и провоцируют

Глава 29. Обе фракции раздражают и провоцируют

.

Цинь Ваньжу бежала, бежала изо всех сил, но она не могла найти дорогу, и заблудилась!

Перед ней была бездонная тьма, и какие-то люди преследовали ее, тяжело дыша, как будто у нее за спиной были убийцы. Но она просто не могла видеть направление и не знала, куда бежать.

Кто-то звал ее. Когда она услышала этот голос в первый раз, он показался ей очень далеким, но когда она услышала его снова, голос прозвучал совсем рядом. Она хотела побежать, как будто этот звук давал ей направление, но она услышала крики других, прежде чем она успела добежать. Она невольно повернулась назад и не увидела ничего, кроме моря крови…

– А! – она вскрикнула и села на кровати.

– Юная леди, что с вами случилось? Вам опять приснился кошмар? – Цин Юэ подбежала и, подняв полог, увидела бледное и потное лицо Цинь Ваньжу. Лицо ее было совершенно белым, как снег, но губы – ярко-красными, а с черной пряди волос на щеке капал пот. Даже если она была еще ребенком, она все равно выглядела очаровательно и бесподобно.

Каждый раз, засыпая, Цинь Ваньжу видела этот кошмарный сон. Даже если это был всего лишь дневной сон, она все равно просыпалась от жуткого кошмара.

Цинь Ваньжу протянула руку, чтобы дотронуться до лба, и сказала глухим голосом:

– Я хочу пить, дай мне воды!

Она слегка нахмурилась. Неужели это был провидческий сон? Она чувствовала, что это было правдой, потому что было что-то, что она забыла, когда переродилась, что повторялось в ее снах.

– Юная леди, вот вам теплая вода! – Цин Юэ быстро пошла за водой со стола и передала ее Цинь Ваньжу, предварительно проверив температуру.

Цинь Ваньжу выпила немного и медленно очнулась от кошмара.

– Уже приехала Ци Жунчжи?

Был полдень. С тех пор как мадам Ди рассказала отцу, она не заставит ее ждать очень долго.

– Она приехала недавно. Говорят, что она навестила вашу сестру в ее дворе и сказала, что старший молодой мастер семьи Ци простил ее. Она также велела слугам передать привезенные подарки! – сказала Цин Юэ. – Когда Мисс Ци прибыла, она устроила огромный шум, который поразил всех в поместье, и теперь все говорят о том, каким щедрым человеком оказался старший молодой мастер семьи Ци.

– Помоги мне одеться! – Цинь Ваньжу успокоилась и отодвинула одеяло, вставая с кровати.

Цин Юэ кивнула и вышла, чтобы приготовить воду для ванны. Видя, что молодая хозяйка так сильно вспотела, она поняла, что простого умывания было явно недостаточно.

После того, как Цинь Ваньжу помылась и села перед туалетным столиком, Цин Юэ сказала, помогая ей высушить волосы:

– Юная леди, пока вы купались, мадам Ди послала, чтобы спросить, проснулись ли вы, и попросила вас составить компанию Мисс Ци, когда вы проснетесь.

– Ты сказала, что я принимаю ванну? – глядя на себя в зеркало, спросила Цинь Ваньжу.

– Я сказала это, но служанка мадам Ди все равно заставила меня поторопить вас, – возмущенно сказала Цин Юэ. – Ничего хорошего не случается каждый раз, когда Мисс Ци приходит в наше поместье! В прошлый раз вы чуть не упали с мансарды. Она всегда думает о том, как сделать вам больно, и уже несколько раз била вас, но мадам Ди и вашей сестре все равно.

Цинь Ваньжу молчала, и в ее глазах была ненависть. Она была настолько глупа в прошлой жизни, что всегда верила в то, что говорили Цинь Юйжу и мадам Ди, и думала, что Ци Жунчжи делала так нечаянно.

Она вспомнила, что однажды Ци Жунчжи исподтишка толкнула ее и этим заставила упасть в пруд с лотосами. Она заболела лихорадкой, и после этого у нее развилась холодная болезнь, из-за которой ее ненавидели все, с кем мадам Ди заводила разговор о браке с ней.

Конечно, слух о том, что она не сможет иметь детей из-за болезни, был намеренно пущен самой мадам Ди.

Мадам Ди явно знала, что Ци Жунчжи терпеть ее не может, и у нее были проблемы при общении с ней, но она все равно настойчиво приглашала эту злобную Мисс Ци в гости. Цель была очевидна.

Так что независимо от того, что произошло между Ци Жунчжи и ней в это время, они неизбежно попросят ее быть терпимой, ведь они обязаны семье Ци после того, что только что произошло.

Цинь Ваньжу слегка прищурилась, наблюдая, как Цин Юэ умело высушила ей волосы и уложила их, закрепив простой заколкой.

У Цинь Ваньжу возникла идея, и девушка легкомысленно улыбнулась:

– А теперь мы пойдем к бабушке!

В прошлой жизни Цинь Юйжу и Ци Жунчжи вместе строили козни, чтобы бороться против нее. В этой жизни она будет отныне мешать им действовать заодно, и заставит их бороться друг против друга. Она с удовольствием понаблюдает за этим представлением.

Ци Жунчжи была избалованной и крайне эгоистичной. Она не помнила о жалости, когда становилась крайне высокомерной и злобной. Одной из ее черт было то, что она нападала на любого, когда была раздражена, и не заботилась о том, кто это был. Ну, просто как бешеная собака!

– Разве вы не пойдете увидеться с Мисс Ци? – Цин Юэ была ошеломлена и ничего не поняла.

– А зачем? Разве она сейчас не со старшей сестрой? – Цинь Ваньжу покачала головой, встала с табурета и вышла во двор. Выйдя из комнаты, она сразу же увидела няню Юй и невольно остановилась.

– Юная леди! – Старушка бросилась к Цинь Ваньжу с волнением, когда увидела ее и низко поклонилась ей.

Цинь Ваньжу слегка небрежно помахала ей рукой и мягко сказала:

– Тебе не нужно быть такой почтительной, няня Юй. Ты уже оправились от болезни?

– Да, да, я почти полностью выздоровела! – Няня Юй все время кивала. На самом деле ее раны еще не полностью зажили, но, подумав о том, что у Цинь Ваньжу здесь нет преданных людей, она поспешила вернуться к сюда.

– Поскольку ты почти здорова, ты можешь снова быть со мной. С сегодняшнего дня ты моя экономка и все дела моего двора будут в твоем ведении. Я уже поговорила об этом с бабушкой. – У Цинь Ваньжу были слезы на глазах, потому что она знала, что няня Юй так сильно беспокоиться о ней, что ей пришлось игнорировать свои раны и вернуться сюда. Няня Юй сделала то же самое для нее в ее прошлой жизни.

После того, как мадам Ди вынуждена была убить няньку Фанг, которую назначила тут экономкой, чтобы та присматривала за ней, Цинь Ваньжу уже сказала свой бабушке, что теперь няня Юй станет экономкой и будет отвечать за управление ее двором.

– Юная леди, вы можете быть уверены, я помогу вам хорошо заботиться обо всем во дворе! – сказала няня Юй. Она была тронута, так как не знала, что ее хозяйка будет высокого мнения о ней.

– Ты можешь пока отдыхать в комнате во флигеле. Если появится что-то, что нужно сделать, просто поручи это кому-то из служанок. Если мадам Ди пришлет слуг снова меня подгонять, просто скажи им, что я ушла по делам к старой мадам! – задержалась и отдала приказы Цинь Ваньжу, даже если она хотела поскорее уйти.

– Юная леди, пожалуйста, не беспокойтесь, я все поняла! – кивнула няня Юй.

Цинь Ваньжу ушла вместе с Цин Юэ. Однако она остановилась на некоторое время у входа в свой двор. Она не пошла к своей бабушке. Вместо этого она направилась в другую сторону, где был расположен большой сад поместья.

Вскоре после ее ухода во двор торопливо вошла старая нянька. Служанка проводила ее в комнату к нянюшке Юй.

– Вторая мисс еще не встала? Юная леди Ци пробыла здесь так долго. Мадам попросила вашу хозяйку поторопиться, так как гостя нельзя заставлять ждать!

Няня была недовольной, потому что она уже второй раз была здесь, чтобы передать сообщение. Конечно же, она не была счастлива.

– Вторая мисс уже встала, но сейчас она у старой мадам. – Няня Юй посмотрела на высокомерную няню без всякого выражения и ответила ей в соответствии с инструкциями Цинь Ваньжу.

Няня закатила глаза и недовольно спросила:

– Что ты имеешь в виду? Разве я только что не сказала ей идти к Мисс Ци? Что она делает у старой мадам в такое время?

– Вторая мисс только это сказала мне, я тоже не знаю! – Няня Юй вскинула руки и, отвернувшись, дважды слегка кашлянула.

– Тогда я сначала сообщу об этом мадам, а ты еще раз напомни второй мисс, чтобы она не тратила время зря, если снова ее увидишь! – беспомощно шила няня, так как она понимала, что не сможет ничего добиться, настаивая.

Затем она вышла из комнаты нянюшки Юй, сказав все, что хотела, и сердито ринулась к воротам двора. Однако она резко остановилась, когда оказалась на улице. Через некоторое время из ворот выскользнула молодая служанка и, оглядевшись, убедилась, что вокруг никого нет.

– Вторая мисс не пошла к старой мадам, я видела, как она пошла в сад! – шепотом сообщила она няньке.

Молодая служанка при этом даже указала пальцем на тропинку.

Эта тропинка определенно не вела к двору старой мадам.

Няня так разозлилась, что даже рассмеялась. Было ясно, что вторая мисс не хотела встречаться с Мисс Ци, и намеренно избегала ее. Затем старуха фыркнула и повернулась, чтобы доложить мадам Ди.

Мадам Ди снова и снова усмехалась, когда слушала, что Цинь Ваньжу на самом деле пыталась избежать встречи с гостьей, и немедленно велела сообщить новости Цинь Юйжу. Конечно, это должно было быть сообщено не Цинь Юйжу, а Ци Жунчжи. Нрав у Ци Жунчжи был очень мстительный, и раньше она устраивала много проблем для Цинь Ваньжу, когда та злила ее.

Она уже была злобна, когда все было хорошо, не говоря уже о том, когда все было не так, как она хотела.

Конечно же, Ци Жунчжи, которая была у Цинь Юйжу, сразу почувствовала раздражение, когда услышала, что Цинь Ваньжу намеренно избегает ее. Она фыркнула и встала, чтобы преподать урок Цинь Ваньжу, но ее вдруг остановила Цинь Юйжу.

– Сестра Ци, что ты собираешься делать?

Ци Жунчжи всегда была высокомерной. Она чувствовала себя еще более униженной, так как именно Цинь Ваньжу не приветствовала ее, поэтому она холодно сказала:

– Я собираюсь найти Цинь Ваньжу, чтобы узнать, хватит ли у нее наглости сказать мне в глаза, что она пошла к старой мадам!

– А что, если она действительно будет у нашей бабушки, когда ты ее найдешь? – напомнила ей Цинь Юйжу.

– Но как это возможно? Рабыня, которую прислала твоя мать, только что сказала, что ее там не было. Она явно шла в другую сторону, что является долгим обходным путем, чтобы добраться до двора старой мадам. Неужели у нее что-то не в порядке с головой, что ей пришлось идти в противоположном направлении, чтобы увидеть свою бабушку?!

Ци Жунчжи снова и снова насмешливо кривилась. Она решила, что обязательно преподаст Цинь Ваньжу какой-нибудь урок, когда позже увидит эту нахалку.

Собака была взбудоражена, и Цинь Юйжу, конечно же, была только рада посмотреть это шоу. Но она все еще делала вид, что заботится о Ци Жунчжи, когда говорила:

– Ты права, сестра Ци! Моя вторая сестра, должно быть, собирается посмотреть на пруд с лотосами. Будь осторожна, сейчас она стала еще более коварной, и я не знаю, кто научил ее этому. Я боюсь, что ты можешь пострадать, когда будешь там!

– Я могу пострадать? Тогда у нее должно быть что-то в голове, кроме опилок! Не знаешь, кто ее научил? Конечно, это леди Шуй, которая выглядит такой слабой и невинной. Я уже давно ее ненавижу, – фыркнула Ци Жунчжи.

Ее собственный старший брат говорил ей, что Шуй Жолань постоянно пыталась унизить Цинь Юйжу с тех пор, как приехала в поместье.

– Все же будь осторожна. – Цинь Юйжу ласково похлопала Ци Жунчжи по руке. – Бабушка любит мою сестру больше всех, так что она очень рассердится, если ты снова поспоришь с Цинь Ваньжу. Ох, да, если она пошла к пруду с лотосами, ты не должна туда идти. Служанка случайно упала в него несколько дней назад и чуть не погибла. Пруд настолько глубок, что лучше даже близко не подходить к нему!

– Я знаю, знаю! Однажды Цинь Ваньжу тоже упала в него и потом обвинила меня в этом! – с недовольством сказала Ци Жунчжи, оттолкнула руку Цинь Юйжу и сердито повернулась, чтобы уйти со своей горничной.

Ну и что, если старая мадам защищала Цинь Ваньжу? Она нашла несколько оправданий и столкнула ее в воду несколько лет назад, и теперь она могла сделать это снова.

Ци Жунчжи почти забыла об этом, и если бы Цинь Юйжу не подняла этот вопрос, она бы не вспомнила эту историю.

Теперь она вдруг подумала, что это было очень удачное место. Если бы тогда за Цинь Ваньжу не наблюдала нянька, которая умела плавать, и не спасла ее из воды сразу после того, как она была вытеснена в нее ею, Ци Жунчжи, маленькая поганка не дожила бы до сегодняшнего дня.

Ци Жунчжи всегда злилась, когда видела красивое лицо Цинь Ваньжу. Люди обычно хвалили ее, когда она выходила, но теперь все говорили только о красоте Цинь Ваньжу, едва она выходила в город.

Однако рабыня только что сообщила, что ее нянька плохо себя чувствует, поэтому она не последовала за ней, что было потрясающе хорошей новостью…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 30. Хаос, споры на лотосовом пруду

Глава 30. Хаос, споры на лотосовом пруду

.

Цинь Ваньжу пошла в сад и направилась к пруду с лотосами.

В поместье генерала хорошо был виден пруд с лотосами. Пока не наступила зима, пруд с лотосами всегда был местом назначения для людей, когда они приходили в особняк. Хотя он и не достигал десяти километров, как в некоторых усадьбах, но и не был маленьким по размеру. Была уже осень, и листья несколько увяли. Однако листья лотоса все еще можно было увидеть здесь, в пруду.

Несколько цветков лотоса упали на зеленые листья лотоса, и увядшие цветы все еще были приятны для глаз.

Цинь Ваньжу направилась к павильону у пруда с лотосами.

Дорожка проходила над водой пруда с лотосами. В самом дальнем конце стоял восьмиугольный павильон, в котором было несколько комнат.

Люди могли бы насладиться красотами пруда с лотосами в павильоне, или пригласить несколько друзей, чтобы поболтать здесь. В главной комнате было устроено место для отдыха. Самая левая из них была заполнена какими-то книгами. Люди могли бы просто наслаждаться пейзажем во время чтения, открыв окно комнаты, если бы они были в павильоне.

Местом назначения Цинь Ваньжу был восьмиугольный павильон.

Сидя в павильоне, люди могли видеть берег издалека, и с берега также могли видеть людей в павильоне. Так как это было далеко, они просто не могли видеть ясно.

Цинь Ваньжу подошла к павильону, но не вошла в него, а остановилась в нескольких метрах. Она осторожно ступила на настил, так как одна доска была ослаблена из-за времени. Это было место, где служанка упала в воду за несколько дней до этого. Таким образом, если непреднамеренно шагнуть, то можно оказаться в воде.

В это время она случайно проходила мимо. Она сразу же закричала Цин Юэ, чтобы та позвала кого-нибудь помочь, когда увидела, что служанка упала в воду. После этого все пошли, чтобы посмотреть, что дальше будет с девушкой, оставив Цинь Ваньжу одну, давая ей возможность проверить место аварии. Вот так она случайно обнаружила, что здесь есть незакрепленная доска.

Она собиралась рассказать об этом мадам Ди, когда вернется, но не ожидала, что это будет отложено, так как после этого она родилась заново.

Когда она наступила на то место, доска оказалась действительно незакрепленной. Затем Цинь Ваньжу встала рядом с доской, держась за руку Цин Юэ, и тяжело наступил на нее еще несколько раз. Она обнаружила, что доска не просто болтается, а одна ее сторона поднимется вверх, если она даже осторожно поставит ногу на другой конец доски.

Цинь Ваньжу была очень довольна положением под ее ногой. Она остановилась и осторожно направилась к павильону. Цин Юэ тоже внимательно шла за нею. Они вошли в павильон одна за другой. Затем Цинь Ваньжу попросила Цин Юэ открыть окно комнаты рядом с главной, после того, как она осмотрелась внутри.

– Вы собираетесь читать здесь книги? Может быть, здесь слишком ветрено? – сказала Цин Юэ, открывая окно. Ветер с пруда был действительно сильный, и было холодно, когда он дул порывами.

– Нет, я только посмотрела, пойдем! – улыбнулась Цинь Ваньжу и вышла наружу, когда она все устроила как надо.

Цин Юэ не могла понять, о чем думает Цинь Ваньжу, но она все равно слушала ее и следовала за ней.

Они пошли обратно и остановились у расшатанной доски, тайком переступив ее и вернувшись на дорогу.

Выйдя на берег, Цинь Ваньжу неторопливо прошлась и вскоре встретила няньку, которая остановилась и поклонилась, увидев ее и Цин Юэ, идущими в этом направлении.

– Куда вы идете, вторая мисс? Мадам только что искала вас!

– Мне нужно кое-что сделать в павильоне, а ты передай моей маме, что я скоро буду! – с улыбкой сказала Цинь Ваньжу.

– Да, я сейчас же пойду и доложу мадам! – Няня изначально должна была узнать, куда пошла Цинь Ваньжу, поэтому она сразу же ответила и повернулась, чтобы доложить мадам Ди.

Пройдя полпути, няня встретила недовольную Ци Жунчжи.

Ци Жунчжи не могла найти, где находится Цинь Ваньжу. Она увидела идущую навстречу няню, поэтому она подозвала ее и строго спросила:

– Ты видел свою вторую мисс?

– Да, госпожа, вторая мисс сказала, что ей нужно кое-что сделать в павильоне, который находится на пруду! – Няня узнала Ци Жунчжи и быстро ответила, указывая рукой в нужном направлении.

– Она там? – Ци Жунчжи была вне себя от радости. Она все время пыталась придумать какой-нибудь способ заманить Цинь Ваньжу к пруду, а та уже была там одна, что было очень хорошо.

Так что теперь она могла бы подстроить случайность и столкнуть Цинь Ваньжу в воду. Даже если бы девчонка утонула, люди не стали бы слишком много говорить об этом, так как генерал был настолько невежлив, что отказался от брака ее старшего брата.

Цинь Жунчжи была так взволнована, что она не могла не спешить быстрее к павильону. Она боялась, что Цинь Ваньжу уже уйдет, когда она добралась туда.

Когда она завернула за угол и оказалась на берегу пруда с лотосами, она увидела, что окно самой дальней комнаты павильона было широко распахнуто. Цинь Ваньжу должна быть там в это время.

Она быстро зашагала к павильону, даже быстрее, чем ее горничная. Она была очень нетерпелива, когда неслась в павильон. Поскольку рядом с прудом с лотосами сейчас никого нет, то и спасать маленькую дрянь было некому.

Она почти бежала к павильону, обогнав свою служанку. Вдруг она неожиданно потеряла равновесие, когда наступила на что-то, что ушло у нее из-под ног. Она хотела схватиться за что-нибудь, чтобы удержаться на ногах, но было уже слишком поздно, и она упала в воду после того, как перевернула доску, наступив на нее.

Ци Жунчжи в панике бултыхалась в пруду.

– Помогите, кто-нибудь спасите мою госпожу! На помощь! – Служанка, следовавшая за ней, была поражена и громко закричала, увидев, что Ци Жунчжи упала в пруд.

По чистой случайности две няни услышали крик и бросились к ним. Одна из них умела плавать, поэтому она прыгнула в воду, чтобы спасти юную барышню.

К счастью, ослабленная доска настила была расположена недалеко от берега, и няня вовремя спасла девушку.

Ци Жунчжи была вытащена на берег, но после этого все еще находилась в обмороке.

Некоторые другие люди тоже услышали крик и поспешили сюда. Кто-то доложил мадам Ди и Цинь Юйжу сразу же после того, как узнал, что это была юная леди поместья магистрата Ци.

Мадам Ди была потрясена, услышав, что Ци Жунчжи упала в воду, поэтому она сразу же поспешила с несколькими служанками к месту происшествия. На полпути она встретила Цинь Юйжу, и они вместе направились к пруду.

Ци Жунчжи очнулась уже после того, как они пришли.

Увидев, что насквозь промокшая Ци Жунчжи открыла глаза, Цинь Юйжу присела на корточки и встревожено спросила:

– Сестра Ци, что с тобой случилось? Ты в порядке? Как ты могла быть таким беспечной!

Внезапно Цинь Юйжу так сильно ударили по лицу, что она не смогла удержать равновесие и села на землю. Она с удивлением посмотрела на Ци Жунчжи.

– Ты пыталась утопить меня, гадина? Ты не только задумала опозорить моего брата, но и ты хочешь избавиться от меня, сука! Я хочу убить тебя! – Ци Жунчжи была унижена и пристыжена, поэтому она просто нападала на любого перед ней и говорила с ненавистью. Она хотела ударить Цинь Юйжу снова, но на этот раз ее остановили люди вокруг нее.

Мадам Ди подошла, чтобы поднять Цинь Юйжу. Она посмотрела на ее красное лицо и встала перед ней, а затем сказала с хмурым видом:

– Мисс Ци, как вы себя ведете! Почему вы ударили Юйжу?

– Почему бы вам не спросить свою драгоценную дочь, которая пригласила меня в павильон и сказала, что это хорошее место! Я думала, что она действительно хотела помириться с моим братом, а оказалось, что она все еще лелеяла мысль о том, чтобы причинить боль людям! – Ци Жунчжи никогда не была человеком, который бы страдал от потери.

Так как она упала в воду без причины и так сильно опозорилась, ей пришлось прямо взвалить вину за это на Цинь Юйжу.

Она всегда была высокомерной, и Ци Тяньюй обычно шел на поводу у ее капризов. Ци Жунчжи нравилась Цинь Юйжу именно потому, что ради Ци Тяньюя она слушала все, что она говорила ей.

– У вас есть какие-нибудь доказательства, чтобы так говорить? – Мадам Ди нахмурилась и разозлилась, так как ее дочь была избита ею.

– Конечно, у меня есть доказательства, что именно она направила меня сюда, чтобы найти Цинь Ваньжу. Если бы не она, меня бы здесь не было! – высокомерно заявила Ци Жунчжи. Она никак не могла смириться с тем, что сегодня с ней такое случилось. Она также думала, что все люди в поместье генерала хотели причинить ей боль, когда она вспоминала, что почти утонула.

– Ваньжу была здесь? Это Ваньжу привела вас сюда? – мадам Ди смягчила свой голос и указала на окно павильона, – так как вы здесь ради Ваньжу, то просто идите и разбирайтесь с ней! Юйжу здесь не было, как она могла причинить вам боль?

Она была так зла и пыталась переложить вину на Цинь Ваньжу.

– Я привела сюда мисс Ци? Как мама могла сказать, что я привела сюда мисс Ци, если я ее еще не видела? – внезапно послышался голос Цинь Ваньжу из толпы.

Люди обернулись и увидели, что Цинь Ваньжу медленно шла к ним вместе с Цин Юэ.

– Что здесь произошло? Неужели мисс Ци упала в воду? – Цинь Ваньжу поняла это сразу после того, как она подошла и увидела, что Ци Жунчжи промокла насквозь.

– Цинь Ваньжу, ты специально заманила меня сюда? – рассвирепела Ци Жунчжи, когда увидела, что Цинь Ваньжу была здесь. Она попыталась встать, хватаясь за свою горничную, и хотела ударить Цинь Ваньжу. По сравнению с тем, как Цинь Юйжу била Цинь Ваньжу, Ци Жунчжи делала это намного свободнее, привыкнув к этому.

В любом случае, то, что она делала в прошлом, всегда сходило ей с рук, так как и мадам Ди и Цинь Юйжу ничего не говорили об этом, считая, что они просто немного повздорили, и это была просто детская ссора. Так что нападение было почти инстинктивным.

Цинь Ваньжу была готова и немного отступила назад, слегка улыбнувшись:

– Это так нелепо для мисс Ци говорить такое. Как я могу заманить вас сюда, если мы еще не встречались? Разве вы не знаете, как оказались здесь, и забыли, кто вас сюда направил? Несколько дней назад служанка упала в воду здесь, разве человек, который направил вас сюда, не говорил вам быть осторожной?

То, что она сказала, напомнило кое-что Ци Жунчжи, которая сразу закатила глаза и обнаружила няню. Она указала на нее пальцем и закричала:

– Это была она! Она сказала мне, что Цинь Ваньжу в павильоне! Чья это няня?

Никто не думал, что Ци Жунчжи действительно кого-то нашла, даже мадам Ди не могла удержаться, чтобы не посмотреть на няню.

Няня была расстроена, когда все люди уставились на нее. Она замахала руками и поспешно сказала:

– Мисс Ци, вы же сами спросили меня! Я не знала об этом, поэтому я просто ответила, когда вы спросили! Я не собиралась вести вас туда.

– Она служит моей матери. Может быть, скажете, что это моя мать заманила вас в павильон? – Цинь Ваньжу посмотрела на няню и мягко заступилась за мадам Ди.

– Так это она хотела утопить меня! Цинь Юйжу сказала мне, что я могу найти здесь Цинь Ваньжу, поэтому нянька мадам Ди показала мне дорогу. Ну и ну! Я давно подозревала, что у вас с дочерью не было добрых сердец. Сначала вы причинили боль моему брату, а теперь хотите сделать то же самое со мной. Я возвращаюсь домой и прошу моего отца и брата поговорить об этом с вами! Вы такие порочные!

Ци Жунчжи интуитивно связала все происходящее с ней после того, как она узнала, что няня служила мадам Ди. Она чувствовала, что это была ловушка для нее, поэтому она на самом деле настолько разозлилась, что ее голос начал дрожать.

Она также ударила раньше Цинь Юйжу из-за гнева, и чувствовала себя немного виноватой. Но на этот раз она была так самоуверенна и дерзка, убежденная в своей правоте, что громко ругала их.

Вдруг кто-то кашлянул за пределами толпы и спросил тихим голосом:

– Что же здесь происходит?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 31. Значит, это не ты родила меня

Глава 31. Значит, это не ты родила меня

.

Старая мадам стояла с няней Дуань недалеко от толпы, хмуро глядя на людей вокруг нее, затем медленно подошла и повторила вопрос:

– Что происходит?

– Бабушка Цинь, все в вашем доме издеваются надо мной! – Ци Жунчжи сразу же заплакала, когда увидела, что подходит старшая хозяйка. Она не боялась мадам Ди, но очень боялась старую мадам.

– Ты упала в воду? Что такое, почему до сих пор не отправили мисс Ци переодеться, почему она все еще плачет здесь? – Старая мадам всегда недолюбливала Ци Жунчжи и выглядела равнодушной, холодно глядя, как она плачет.

В такой ситуации сначала нужно переодеться, а потом уже рассказывать об этом.

Няня Дуань тут же поручила служанкам проводить Ци Жунчжи и переодеть в сухое.

Ци Жунчжи в это время вся дрожала, стуча зубами от холода, и сама понимала, что ей будет нехорошо здесь оставаться. Она послушно встала со слезами, и ее увели слуги.

– Вы все пойдете со мной! – Старая мадам холодно посмотрела на мадам Ди и, закончив свою речь, направилась к ближайшему павильону.

Мадам Ди поспешила за свекровью.

Цинь Юйжу и Цинь Ваньжу тоже вошли в павильон вместе с остальными, а праздные зеваки ждали на улице, пока няня Дуань позволит им уйти.

– Что, черт возьми, здесь творится? – Равнодушно глядя на мадам Ди холодными глазами, старая мадам села на устеленный подушками каменный стул в центре павильона.

– Мама, я не знаю, что случилось. Слуги сказали мне, когда я пришла, что все указывает на то, что мисс Ци упала в воду из-за Ваньжу, – сказала мадам Ди с отсутствующим выражением лица, но цель этой фразы заключалась в том, чтобы перевести разговор на Цинь Ваньжу.

– Какое это имеет отношение к Чжоучжоу? Я слышала, что она пришла последней. Я также слышала, что Юйжу получила пощечину от мисс Ци и даже не смогла оправдать себя. Что произошло? – допытывалась старая мадам, пристально уставившись на мадам Ди.

– Я… Я действительно не знаю. Я пришла поздно. – Мадам Ди немного растерялась. Она не ожидала, что старая карга еще не успела прийти, как ей обо всем уже доложили. Так что было несколько притянуто за уши снова пытаться обвинить во всем Цинь Ваньжу.

Мадам Ди втайне сжала зубы. Поначалу она собиралась расправиться с Цинь Ваньжу руками Ци Жунчжи. Она совсем не ожидала, что Ци Жунчжи, словно бешеная псина, нападет на нее и Юйжу.

– Бабушка, я не знаю, почему мисс Ци ударила меня. Но очевидно, что она искала мою вторую сестру. – Рыдающая Цинь Юйжу бросилась на помощь мадам Ди, как только увидела, что мадам Ди растерялась.

– Как ты можешь ничего не знать? Разве не ты управляешь этим задним двором? Прошло уже много времени с тех пор, как произошел этот инцидент, а ты даже не знаешь об этом! Ты всегда так себя ведешь при решении проблем, возникших в гареме твоего мужа? – Старая мадам проигнорировала плач Цинь Юйжу и продолжала смотреть на мадам Ди.

– Матушка, я... – Мадам Ди запаниковала, а потом закатила глаза и с поклоном отступила назад. – Я пришла поздно, но в основном знаю, что произошло. Однако я еще не успела проверить сведения и не знаю, все ли это правда или нет. Поэтому я не осмелилась безответственно доложить вам непроверенные слухи!

Старая бабушка проигнорировала ее уклончивые слова и спросила, медленно прищурившись:

– Почему мисс Ци оказалась в нашем поместье?

– Мне сказали… Она пришла сюда развеяться с Ваньжу, – поспешно ответила мадам Ди, так как она только что сама заявила, что в основных чертах знала, что произошло.

– Она могла подождать Ваньжу в ее дворе, как она оказалась на озере? – продолжала допытываться старая мадам.

Мадам Ди мгновенно перестроила свой ответ и осторожно сказала:

– По пути она услышала, что Ваньжу отправилась туда, поэтому она решила поискать ее.

Цинь Ваньжу прикрыла веки, чтобы скрыть холод в глазах, и спокойно стояла в стороне, слушая ответ мадам Ди. Как и она сама, ее бабушка никогда не любила Ци Жунчжи.

– Она посторонняя, ее сопровождала только личная горничная, так как же она так быстро узнала, что Чжоучжоу ушла из своего двора на озеро с лотосами? – угрожающе спросила старая мадам.

Этот вопрос загнал мадам Ди в тупик, так как она не могла ответить на него. Это она и Цинь Юйжу пригласили Ци Жунчжи прийти, чтобы она расправилась с Цинь Ваньжу, и подсказали ей, где искать противную девчонку. Но в присутствии свекрови она не посмела бы признаться в этом.

– Я слышала, что до этого мисс Ци пила чай с моей старшей сестрой. Не знаю, почему она вдруг захотела пойти в мой двор, и даже так торопилась, что решила срочно найти меня. Когда она шла ко мне, мамина няня сообщила ей, где меня искать и даже показала ей дорогу. – Цинь Ваньжу подняла свои ясные и холодные глаза и протянула руку, указывая на няньку, которая пряталась за мадам Ди.

Как только она сказала это, лица мадам Ди и Цинь Юйжу изменились и побледнели. Об этом рассказала Ци Жунчжи, поэтому ни одна не могла отрицать этого.

– Вторая сестра, мисс Ци захотела немного погулять с тобой после того, как поговорила со мной. Я подумала, что вам всегда нравилось проводить время вместе, поэтому сказала ей, что ты, кажется, ушла в сад, – сказала Цинь Юйжу с видом обиженной добродетели, словно ей не терпелось восстановить справедливость. Старая мадам была слишком спокойна, ведя расследование, и она начала паниковать.

– Старая мадам, я случайно столкнулась с второй мисс по пути, а когда позже мисс Ци спросила меня, я показала ей направление. У меня не было никаких задних мыслей, это просто совпадение! – Нянька поспешила объясниться после того, как уловила намек мадам Ди.

– Когда это старшая сестра видела, что бы я приятно проводила время с мисс Ци? Значит ли это, что мне понравилось, когда она в последний раз ударила меня из-за цветка или в предпоследний толкнула меня на пол всего лишь из-за коробки с пудрой? Старшая сестра, когда ты говоришь, что мне «нравилось» так проводить время с мисс Ци, не значит ли это, что мне должно быть приятно, что она постоянно избивает меня? – с прежней невозмутимостью спросила Цинь Ваньжу.

То, что она сказала, было так прямолинейно, что теперь Цинь Юйжу растерялась и не знала, как на это ответить. Поэтому она в панике смотрела на мадам Ди.

Ци Жунчжи была как бы естественным врагом Цинь Ваньжу. Они никогда не смогли бы спокойно провести время вместе. Конечно же Цинь Юйжу всегда незаметно подстрекала к этому.

– Ваньжу, хотя мисс Ци тебе, похоже, не нравится, она все же наша гостья, как ты можешь так говорить о ней! – строго отчитала ее мадам Ди с серьезным выражением лица.

– Значит, мама, ты хочешь сказать, что я должна молча терпеть, чтобы меня били каждый раз, когда мисс Ци придирается ко мне, и я должна хвалить ее за то, что она сделала, чтобы она могла прийти в следующий раз и избить меня снова? – Взгляд Цинь Ваньжу еще больше похолодел. – Мама, я действительно не могу поверить, что я твоя родная дочь. Ты так легко позволила постороннему человеку бить меня снова и снова, при этом заставляла меня улыбаться и снова встречаться с ней. Неужели ты действительно моя родная мать?

То, что она сказала, лишило мадам Ди дара речи, не говоря уже о том, что старая мадам все еще сидела здесь. Она только считалась родной матерью Цинь Ваньжу, потому что ее муж и свекровь решили скрыть от девчонки правду.

Старая мадам фыркнула, но ничего не сказала.

– Вторая сестра, как ты смеешь так разговаривать со своей матерью? Ей пришлось идти на компромисс с поместьем магистрата Ци ради спасения нашей семьи, неужели ты действительно думаешь, что она была рада этому? – Цинь Юйжу поспешно бросилась выгораживать мадам Ди, увидев, что та не знает, как ответить.

– Ты тоже ее родная дочь. Почему мать не отпускает старшую сестру так «погулять» и быть избитой в угоду поместью магистрата Ци?

От этого вопроса мадам Ди гневно покраснела.

Если она действительно родная мать Цинь Ваньжу, это в худшем случае эксцентричность, но это не так. В таком случае она порочная женщина, которая мучает дочь мужа от другой женщины, и этим заслуживает всеобщего порицания.

Цинь Ваньжу специально так поставила вопрос, потому что она хотела, чтобы мадам Ди ясно сказала всем, что она не была ее родной матерью.

Без этого щита звания матери, что бы мадам Ди ни задумала в будущем, все будет несправедливо по отношению к неродной ей Цинь Ваньжу.

– Это также из-за карьеры твоего отца я, твоя мама, вынуждена была попросить тебя быть терпимой с мисс Ци! – быстро придумала объяснение мадам Ди.

– Мама, я не понимаю, почему я должна все это терпеть от мисс Ци, так как мой отец и магистрат Ци находятся на одном уровне. Они не являются вышестоящим и подчиненным, поэтому папе не нужно жертвовать мной. Даже если брачный контракт со старшим молодым мастером семьи Ци расторгнут по вине моей старшей сестры, магистрат Ци ничего не скажет по этому поводу. Не говоря уже о том, что постоянное недовольство мисс Ци мной могло как-то повлиять на папу.

Цинь Ваньжу невозмутимо опровергла отговорки мадам Ди.

Ее тон был очень холодным, демонстрируя отчужденность, которая совершенно отличалась от того, какой милой и послушной она казалась мгновение назад.

Мадам Ди и Цинь Юйжу не могли ответить на то, что только что сказала Цинь Ваньжу.

Даже Цинь Юйжу не обязана унижаться или терпеть оскорбления из-за несостоявшейся свадьбы. Ей больше не нужно переезжать жить в поместье магистрата Ци, и семья Ци не имела над нею никакой власти, что означало, что хозяйки в поместье генерала не должны были идти на компромисс с хозяйками из поместья магистрата Ци. Не говоря уже о том, чтобы попросить свою собственную дочь терпеть побои, чтобы угодить молодой хозяйке поместья магистрата Ци.

– Ты… что ты хочешь этим сказать? Как ты можешь быть настолько непочтительной, чтобы поучать свою мать! – Цинь Юйжу яростно подняла глаза и сердито посмотрела на Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу все еще смотрела на мадам Ди, как будто она не видела сердитого лица блефующей Цинь Юйжу. Она просто проигнорировала все, что та сказала.

Вокруг царила странная тишина.

Все ждали решения старой госпожи.

Через некоторое время старушка подняла голову, задумчиво посмотрела на Цинь Ваньжу и тихо вздохнула:

– Невестка, как ты это объяснишь?

Услышав вопрос бабушки, Цинь Ваньжу медленно расслабилась. Это означало, что старая мадам согласилась открыть правду.

– Матушка, я… Мне ничего не надо объяснять, это все из-за генерала, – занервничала мадам Ди, как только услышала слова свекрови.

– Хотя Ваньжу и не твоя родная дочь, но что ты тогда обещала мне? Ты клялась, что будешь относиться к ней как к своей родной дочери, но посмотри на себя сейчас, что ты наделала! – медленно произнесла старая мадам, с упреком глядя в глаза мадам Ди.

– Матушка, я... – Правда была раскрыта перед лицом Цинь Ваньжу, и мадам Ди пришла в ужас. Девчонка приучена была относиться к ней как к своей матери, и свято верила, что мама не посоветует ей плохого и не причинит ей вреда.

Теперь, когда стала известна правда, это означало не только, что с этого момента она не сможет ссылаться на материнскую волю, но и означало, что все сказанное ею в прошлом было ложью, чтобы обмануть и уговорить Цинь Ваньжу подчиняться.

Мадам Ди не ожидала, что старая ведьма безжалостно откроет правду перед столькими людьми, поэтому она была в панике и ее мысли спутались.

– Мама, значит, это не ты родила меня, ты родная мать только для моей сестры! – слово за словом четко произнесла Цинь Ваньжу.

Девочка ничуть не удивилась и спокойно смотрела на мадам Ди. Как будто именно этого она и ожидала.

Почему это могло быть ожидаемо? Потому что она подозревала это раньше? Или уже сама догадалась, исходя из несправедливого отношения матери к дочери.

Ни удивления, ни печали, как будто маленькая девочка говорила не о себе, а о постороннем человеке. Только след грусти в уголках ее глаз напоминал всем, что она всего лишь ребенок, ребенок, который не получил никакой любви от своей матери, но был замучен ревностью и злобностью мадам Ди

– Пойдем, Чжоучжоу. Зато у тебя есть я, твоя бабушка! – Старая мадам горестно протянула ей руку, чувствуя себя бессильной.

Цинь Ваньжу закусила губу и несмело подошла ближе. Старая мадам обняла ее, нежно похлопала по спине, и утешила мягким голосом:

– Чжоучжоу, пусть ты так и не узнала любви родной мамы, но ты по-прежнему моя внучка, и я очень тебя люблю!

После этих слов старушки, Цинь Ваньжу внезапно горько заплакала.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 32. Внезапная болезнь старой мадам

Глава 32. Внезапная болезнь старой мадам

.

В предыдущей жизни мадам Ди всегда выдавала себя за родную мать Цинь Ваньжу, поэтому считалось, что она все делала для нее из добрых побуждений. По отношению к Цинь Ваньжу мадам Ди, возможно, немного была пристрастной, но люди думали, что она никогда не вынашивала никаких злых намерений по отношению к ней.

Неоднократные попытки мадам Ди тайно подставить Цинь Ваньжу именно этим и оправдывались.

Позже она, наконец, узнала, что она не родная дочь мадам Ди. Мадам Ди использовала ее только как часть плана для достижения своей цели.

После того, как Цинь Ваньжу возродился в этой жизни, первое, что она хотела сделать, это сорвать маску лицемерия с мадам Ди, чтобы разоблачить ее, и чтобы положить конец ее бесстыдному утверждению, что она была ее родной матерью и не желала ей зла.

– Неужели ты не никогда не хотела обращаться с Ваньжу как с собственной дочерью, моя дорогая невестка? – надавила старая мадам, одарив мадам Ди суровым взглядом и обнимая хрупкую Цинь Ваньжу с болезненным выражением лица. Старая мадам была совершенно разочарована мадам Ди в этот момент.

– Это не так, матушка, я стремилась относиться к Ваньжу как к своей собственной дочери, но я не могу контролировать необузданный нрав мисс Ци... Хотя у нас есть с Ваньжу некоторые разногласия в прошлом, все это было связано с детскими ссорами. Я не думала, что они были большой проблемой. Для меня стало неожиданностью, что Ваньжу думает иначе. Матушка, я... я действительно не думала, что все так обернется!

Мадам Ди достала носовой платок и принялась жалобно вытирать слезы, пытаясь оправдаться.

Цинь Ваньжу перестала плакать в объятиях бабушки, когда услышала слова, что это были вопросы, касающиеся детей, и взгляд ненависти вспыхнул в ее глазах. В предыдущей жизни она была неправильно понята по той же самой причине и снова и снова подвергалась нападкам и злобным преследованиям Ци Жунчжи.

– Отныне ты не должна вмешиваться в жизнь этого ребенка. Теперь я сама буду заботиться о ней! – холодно сказала старая мадам.

– Но вы стареете, матушка, вам не следует обременять себя заботами о проблемном ребенке. Если чужие люди узнают, что вы взяли на себя труд по воспитанию внучки, как же мне жить? Как же я буду смотреть людям в глаза?

Мадам Ди ни за что не могла позволить Цинь Ваньжу выйти из-под ее контроля. Она в панике пыталась помешать старой мадам забрать у нее опеку над Ваньжу.

– Ты оказалась неспособной заботиться о чужом ребенке, не этим ли ты, по-твоему, можешь хвастаться? – в ответ невозмутимо спросила ее старая мадам.

Это заставило мадам Ди покраснеть от смущения. В прошлом она не проявляла особой материнской заботы к младшей дочери в присутствии других людей.

– Возвращайся и реши вопрос, касающийся мисс Ци. Делай то, что ты должна. Хотя мы и не совсем свободны от обвинений, тебе не было нужды унижаться перед дочерью магистрата и подвергать риску жизнь своей дочери, – сказала старая мадам, опуская ноги. Затем она встала, схватила Цинь Ваньжу за руку и увела ее из комнаты.

Цинь Ваньжу сразу обняла бабушку и переплела их руки вместе.

– Матушка, я... – в панике выпалила мадам Ди и потянулась, чтобы обнять старую мадам. Тем времена няня Дуань сделала два шага к старой хозяйке, чтобы оттеснить мадам Ди, в то же время блокируя и отталкивая ее. Рука мадам Ди неуклюже опустилась и коснулась маленького саше на ее поясе. Ощущение знакомого запаха окутало ее, так как она всегда носила с собой этот душистый саше ежегодно в это время года.

Цинь Ваньжу мельком взглянула на мешочек, но не была особенно заинтересована им.

– Я хочу, чтобы в будущем ты никогда не вмешивалась в дела, касающиеся Ваньжу. Верни мне все ее вещи, чтобы я могла хранить их у себя. Кроме того, я буду отвечать за ее брак, так что отныне у тебя нет права вмешиваться в ее дальнейшую судьбу! – Старая мадам остановилась как вкопанная и холодно посмотрела на мадам Ди, не скрывая, что совершенно разочарована поведением своей невестки.

Старая мадам проигнорировала мадам Ди и Цинь Юйжу после этого и увела Цинь Ваньжу из двора.

***

– Бабушка... – с досадой топнула ногой Цинь Юйжу, а затем решила побежать за бабушкой, но мать остановила ее. В конце концов, мать и дочь стояли на месте, наблюдая, как старая мадам и ее внучка уходят.

– Зачем ты остановила меня, мама? Почему не позволила мне пойти за ними? – спросила Цинь Юйжу.

– Сейчас нам лучше пойти поговорить с Ци Жунчжи, – многозначительно сказала мадам Ди, немного успокоившись.

– Я туда не пойду! Ци Жунчжи думает, что она какая-то важная дама! – холодно отрезала Цинь Юйжу, обхватив лицо ладонями. Она все еще чувствовала, как ее щеки горят от боли.

– Пойдем, а почему бы и нет? Я думаю, что склочность Ци Жунчжи, которая срывает гнев на всех подряд, будет работать на нас! – сказала мадам Ди с коварным выражением на лице, и посмотрела вслед бабушке с внучкой. – Если твоя бабушка собирается отобрать у меня контроль над Цинь Ваньжу, я взорву все это дело. Ты прекрасно манипулировала Ци Жунчжи до этого, и ты должна знать, как с ней правильно говорить, верно?

– Ты хочешь снова свалить вину на Цинь Ваньжу, чтобы Ци Жунчжи расправилась с ней? – Цинь Юйжу была ошеломлена на мгновение, прежде чем поняла это. Теперь она была довольна планом матери.

Она была весьма опытна в том, чтобы все время провоцировать разногласия.

– Иди к Ци Жунчжи, а я попрошу доктора прийти и посмотреть на нее. Это серьезное дело для девушки – упасть в холодную воду! Как хозяйки этого дома, мы должны проявить соответствующее сильное беспокойство. Даже твоя бабушка не знала, что делать, – сказала мадам Ди со зловещим смехом, уперев руки в бока. Старая мадам думала, что сможет защитить мелкую девчонку, не понимая, что у нее нет на это сил.

– Ты хочешь сказать, что бабушка никак не может защитить эту девчонку? – спросила Цинь Юйжу, широко раскрыв глаза.

– Ты пойдешь к Ци Жунчжи и сделаешь все, что сможешь, поговорив с ней. Я устрою, чтобы девчонка навестила ее позже! – сказала мадам Ди, все еще со зловещим взглядом в глазах. Она могла легко воспользоваться тем, что Цинь Ваньжу всегда была заботливой внучкой.

– Теперь я все понимаю, мама. Я сейчас же отправлюсь к Ци Жунчжи! – злобно сказала Цинь Юйжу, когда до нее наконец дошла эта мысль.

Цинь Юйжу повернулась, чтобы уйти со своей горничной, и направилась в дом, где Ци Жунчжи переодевалась в сухую одежду. Она ясно слышала, как няня Дуань инструктировала другую горничную относительно того, куда им следует отправить смену одежды для Ци Жунчжи.

Как только мадам Ди увидела, что Цинь Юйжу ушла, она прошептала несколько слов на ухо своей главной горничной по имени Мэйя, которая кивнула и быстро ушла.

Цинь Юйжу прибыла во двор, где находился Ци Жунчжи, и спросила о ее состоянии у служанок, прежде чем войти в комнату с улыбкой на лице.

Когда Цинь Юйжу вошла в комнату, Ци Жунчжи как раз пила имбирный чай, сидя на стуле. Она переоделась в новую одежду и когда увидела Цинь Юйжу, то закатила глаза и сделала вид, что не замечает ее.

– Ты чувствуешь себя лучше, сестра Жунчжи? Тебе больше ничего не нужно? Как мы с мамой объясним твоей семье, что произошло? Я... я тоже не знаю, как объяснить это твоему старшему брату! Если бы я знала, что моя вторая сестра вынашивает такой злобный замысел, я бы ни за что не сказала тебе, где ее можно найти!

Цинь Юйжу пыталась завязать разговор с Ци Жунчжи, сидя на краешке стула и нежно разговаривая с ней.

– Ты хочешь сказать, что за всем этим стоит идиотка Цинь Ваньжу? – сердито спросила Ци Жунчжи, когда поняла, что пытается сказать Цинь Юйжу, и медленно опустила чашку с имбирным чаем.

– Это точно была она. Она поняла, что моя мать не была ее родной матерью и решила устроить скандал. Главным образом потому, что она не была довольна заботой моей мамы. Сестра Жунчжи, и я, и моя мама очень сожалеем, что втянули тебя в это! – сказала Цинь Юйжу, вздыхая. Она взяла у Ци Жунчжи чашку с имбирным чаем и с мрачным видом поставила ее на стол.

Намерение Цинь Юйжу состояло в том, чтобы заставить Ци Жунчжи поверить, что она пострадала только потому, что Цинь Ваньжу пыталась бросить тень на репутацию мадам Ди.

Это еще больше разозлило Ци Жунчжи.

– Старшая сестра Юйжу, не будет ли это звучать так, как будто вы все настолько бесполезны, что даже не можете совладать с Цинь Ваньжу? – едко усмехнулась Ци Жунчжи.

– Что же моя мама может поделать, если бабушка все время защищает и выгораживает мою вторую младшую сестру! – беспомощно и со слезами в голосе сказала Цинь Юйжу. Она достала носовой платок и начала вытирать слезы. – Бабушка всегда обожала мою вторую младшую сестру, а меня она совсем не любит. Даже когда я была помолвлена с твоим братом, она продолжала намекать, что я не так хороша, как моя вторая младшая сестра. Она все время говорила, что будет искать для нее лучшую будущую семью, чем ваша. Видишь, она проявляла фаворитизм даже в отношении нашего брака!

– Ты хочешь сказать, что старая мадам тоже мешала твоей помолвке с моим братом? – Ци Жунчжи уже кипела от злости. Все-таки Ци Тяньюй был ее братом, которого она боготворила.

– А ты думаешь, без поддержки бабушки Цинь Ваньжу посмела бы устроить такой хаос? Ты когда-нибудь видела, чтобы она так себя вела до этого? – Цинь Юйжу продолжала подстрекать Ци Жунчжи.

– Я не прощу эту презренную девчонку!

Ци Жунчжи резко встала, так как она была настроена немедленно найти Цинь Ваньжу, чтобы свести счеты, но Цинь Юйжу схватила ее за руку, чтобы остановить ее:

– Если ты бросишься искать мою вторую младшую сестру, то закончишь тем, что сама окажешься виновата!

– Ну и что, если я виновата? Что может Цинь Ваньжу сделать со мной? Она всего лишь дочь наложницы, кем же она себя возомнила? – высокомерно усмехнулась Ци Жунчжи.

Цинь Юйжу ввела ее в заблуждение, и теперь она думала, что причина, по которой Цинь Ваньжу считалась родной дочерью мадам Ди, состояла в том, что она была дочерью наложницы, но попала под опеку мадам Ди.

Ци Жунчжи всегда была надменной и никогда по-настоящему не относилась к Цинь Ваньжу как к равной.

– Не спеши, сестра Жунчжи, она обязательно скоро нанесет тебе визит, потому что ты упала в воду! – подсказала Цинь Юйжу.

Ци Жунчжи сразу же поняла намек и пришла к осознанию.

– Я позабочусь о том, чтобы ей было несладко, когда она придет позже. Я не собираюсь ее так легко отпускать! – холодно сказала она.

Когда Цинь Юйжу наклонила голову, на ее лице появилась довольная улыбка. Она знала, что Ци Жунчжи была властной и безжалостной, она не была одной из тех, кто молча терпит потери. Если бы ее обманули, она бы отомстила, отплатив обманщику тем же. Хотя мать больше не имела власти над Цинь Ваньжу, это не означало, что другие не могли поставить ее на место.

***

Вернувшись в свой двор, старая мадам начала сильно кашлять, как только она вошла в свою комнату. Цинь Ваньжу быстро подошла к ней, чтобы мягко похлопать ее по спине, и с обеспокоенным видом спросила:

– Почему ты вдруг так сильно закашлялась, бабушка?

У старой мадам уже давно была эта проблема с кашлем. Она обычно начинала кашлять, как только наступала осень, когда ветер становился холодным. Это напомнило Цинь Ваньжу о дне, когда добрая старушка умерла в ее предыдущей жизни. Ее лицо было желчным, лишенным цвета, совсем бескровным, и все же она кашляла кровью так сильно, что уголки ее губ были окровавлены. Цинь Ваньжу слышала ее кашель даже тогда, когда она была далеко от ее комнаты.

В конце концов, звук кашля прекратился только тогда, когда старая мадам умерла. В это время Цинь Ваньжу чуть не упала в обморок от рыданий перед кроватью бабушки.

В этой жизни кашель бабушки очень беспокоил ее. Хотя в последние несколько дней старая мадам не очень сильно кашляла, но когда она просыпалась по утрам, в этот момент она кашляла без остановки.

Няня Дуань налила немного теплой воды и принесла ее Цинь Ваньжу, которая осторожно напоила бабушку.

После того, как старая мадам сделала глоток, ее горло, наконец, расслабилось, и она слегка кашляла еще два раза и остановилась, но ее лицо выглядело нехорошо.

– Вы простудилась, старая мадам? В прошлые годы вы обычно не начинали кашлять так рано, – обеспокоенно произнесла няня Дуань.

Цинь Ваньжу взяла платок, чтобы вытереть капли пота со лба бабушки, и на ее лице появилось озабоченное выражение.

– Я уже в порядке. Я полагаю, это случилось потому, что последние несколько дней были такими беспокойными... И погода меняется! – сказала старая мадам. Она держалась за руку Цинь Ваньжу и снова начала кашлять так сильно, что Цинь Ваньжу почувствовала боль от ее крепкой хватки.

Однако Цинь Ваньжу не убрала свою руку, она позволила старой мадам сжать ее во время кашля. Другой рукой она снова поднесла чашку к губам старушки, чтобы та могла сделать еще глоток воды.

Через некоторое время старая мадам, наконец, отпустила ее руку.

– Старая мадам, почему бы вам не прилечь немного отдохнуть? – взволнованно спросила няня Дуань.

Старая мадам кивнула со всей своей скудной силой. Она много чего хотела рассказать Цинь Ваньжу, но в этот момент у нее не хватило сил сделать это. На самом деле она чувствовала легкое головокружение, а горло начало болеть. Сейчас она не могла говорить.

Цинь Ваньжу вместе с няней Дуань помогли старой мадам лечь на кровать и накрыли ее одеялом. Цинь Ваньжу подождала, пока старая мадам, наконец, закроет свои усталые глаза, прежде чем встала, чтобы неслышно уйти из комнаты.

– Вторая мисс, мадам Ди велела мне сходить за старой мадам, – сказала горничная, спеша к ней по коридору.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 33. Кипящий имбирный суп

Глава 33. Кипящий имбирный суп

.

– Бабушка уже уснула! – деловито сказала Цинь Ваньжу. Она видела, что это была не кто иная, как главная горничная мадам Ди, Мэйя.

– Уже... уснула? Что же мне делать? – воскликнула Мэйя, в панике бегая взад и вперед.

– К чему такая спешка? – спросила Цинь Ваньжу, нахмурившись.

– Это... Судья Лю послал чиновника в наш дом, чтобы расследовать падение мисс Ци в воду. Что же нам теперь делать... Что я скажу мадам Ди? – спросила Мэйя с таким испуганным видом, словно у нее сдали нервы. Она поспешно продолжала: – Мадам Ди сказала, что старая мадам должна уладить этот вопрос с ними. Мисс Ци обычно слушает только старую мадам.

Как же бабушка заставит Ци Жунчжи слушать ее, если она уже так плохо себя чувствует из-за кашля?

– Вторая мисс, пожалуйста, позвольте мне доложить об этом старой мадам, чтобы она могла решить, что делать! – Мэйя начала умолять Цинь Ваньжу после того, как ходила взад и вперед по коридору некоторое время.

– Бабушка уже спит, не беспокой ее. Я пойду и посмотрю, что там с мисс Ци, – сказала Цинь Ваньжу, подняв голову, чтобы посмотреть на Мэйю.

– Если вторая мисс сама пойдет и потом все доложит старой мадам, тогда я вернусь к мадам Ди! – сказала Мэйя, и ее глаза радостно заблестели. Она почтительно поклонилась Цинь Ваньжу и повернулась, чтобы уйти так быстро, что паникующая девушка перед ней в мгновение ока полностью исчезла.

– Мисс, – встревожено произнесла Цинь Юэ, – если вы сейчас пойдете навестить мисс Ци, она… она вас обязательно укусит!

Ци Жунчжи была жестокой по своей природе. Иногда она несла чепуху, чтобы просто доставить людям неприятности. Она привыкла запугивать Цинь Ваньжу, поэтому верная Цин Юэ волновалась, что с ее хозяйкой может случиться беда.

Цинь Ваньжу улыбнулась, но ее глаза были холодны, когда она сказала:

– Если мадам Ди хочет, чтобы я нанесла визит мисс Ци, я сделаю это. Не беспокойся обо мне, потому что она ничего не может мне сделать!

Еще не дослушав примчавшуюся горничную, Цинь Ваньжу мгновенно угадала намерение мадам Ди. Она могла насквозь видеть ее злой план, который должен был заставить ее встать перед Ци Жунчжи, и она подчинится. Хотя она была уверена, что мадам Ди использует Ци Жунчжи против нее, у Цинь Ваньжу было точно такое же намерение, которое состояло в том, чтобы использовать Ци Жунчжи во зло мадам Ди.

В то время как Ци Жунчжи постоянно унижала Цинь Ваньжу в ее предыдущей жизни, Цинь Ваньжу не собиралась позволить этому случиться в этой жизни.

Однако она была несколько озадачена тем, что мадам Ди знала о том, что бабушка плохо себя чувствует. Старая мадам только что начала так сильно кашлять, но она выглядела полностью здоровой до того, как вернулась в свою комнату.

Откуда мадам Ди знала, что свекровь будет кашлять так сильно в своей комнате, что даже не сможет говорить, и что Цинь Ваньжу поэтому лично посетит Ци Жунчжи, не желая, чтобы ее бабушку беспокоили?

Может быть, она что-то проглядела?

Но сейчас было не время расследовать этот вопрос, поэтому Цинь Ваньжу держала это в своем сердце и взяла с Цин Юэ, чтобы направиться во двор, где Ци Жунчжи переодевалась.

Как раз когда она вошла в тот двор, две служанки помогали уйти другой служанке, у которой текла кровь из разбитой головы. По положению раны на ее лбу Цинь Ваньжу могла догадаться, что это Ци Жунчжи разбила голову горничной.

В особняке генерала армии Нинъюань Ци Жунчжи всегда вела себя так, как будто она была хозяином дома. Она бранила и била горничных и других слуг, когда ей это нравилось. Она никогда не сдерживала себя от всех своих истерик.

Это был пример горничной, которой очень не повезло стать жертвой ее вспыльчивости.

Когда служанка, обслуживающая Ци Жунчжи, увидела, что Цинь Ваньжу прибыла, она быстро вошла, чтобы сообщить об этом своей госпоже. Примерно через минуту та же горничная раздвинула шторы и бесчувственно сказала Цинь Ваньжу:

– Вторая мисс Цинь, пожалуйста, входите. Наша госпожа уже давно ждет вас!

Затем она отступила в сторону, чтобы позволить Цинь Ваньжу войти в комнату.

Цинь Ваньжу подошла к занавеске, и служанка открыла ее, однако Цинь Ваньжу лишь просунула голову внутрь. Именно в этот момент она внезапно попятилась и отскочила в сторону.

В тот же миг на то место, где она заглядывала, шлепнулась миска, и густой горячий суп разлился повсюду, а аромат распространился во всех направлениях.

Служанка, на которую попали несколько капель кипящего имбирного супа, отскочила и в ужасе закричала.

Имбирный суп был очень горячим…

Глядя вниз на осколки разбитой миски, в опущенных глазах Цинь Ваньжу вспыхнуло негодование, когда она поняла, что эта миска должна была упасть ей на голову.

Уже давно Ци Жунчжи принесли сюда смену одежды. Можно было сделать вывод, что она уже выпила имбирный суп, присланный ей ранее. Если имбирный суп, который она швырнула в Цинь Ваньжу, был горячим, то она, должно быть, приготовила эту чашку супа специально для нее.

Кипящий, горячий суп мог изуродовать ее лицо, даже если бы не разбил ей голову. Если бы суп даже капнул ей в глаза, она могла бы потерять зрение.

Ци Жунчжи действительно была зловещим и жестоким человеком, так же как и человек, который приготовил имбирный суп и подстроил ловушку для нее, чтобы она пострадала. Кто бы это ни был, этот злоумышленник явно хотел уничтожить ее, используя Ци Жунчжи.

Цинь Ваньжу снова вошла в комнату и посмотрела на Ци Жунчжи, которая сидела лицом к двери.

– Какая же ты подлая! Как ты смеешь приходить ко мне после того, как причинила мне столько неприятностей! – закричала Ци Жунчжи, когда увидела входящую Цинь Ваньжу.

Она сильно ударила рукой по столу и остановила свой сердитый взгляд на Цинь Ваньжу. Она злилась, что Цинь Ваньжу так быстро отреагировала и смогла увернуться от миски с кипящим имбирным супом.

– Я не понимаю, что мисс Ци пытается сказать. Почему я должна бояться зайти в комнату в моем собственном особняке? – Цинь Ваньжу подняла брови и спокойно спросила: – Разве это не особняк моего отца-генерала? Вы ничего не перепутали, мисс Ци?

– Ты... как ты смеешь так со мной разговаривать! – заорала раскрасневшийся Ци Жунчжи, разозленная словами Цинь Ваньжу.

– А чего мне бояться? Это мисс Ци ведет себя неразумно. Вы хотите сказать, что статус моего отца ниже, чем у магистрата? Или что у магистрата Ци есть что-то на моего отца, что он мог использовать против моего отца? Так сильно, что мне не позволено высказывать свое мнение перед мисс Цинь?

Цинь Ваньжу вошла в комнату с высоко поднятой головой, бесстрашно глядя на Ци Жунчжи и говоря с уверенностью и остроумием.

В прошлом Цинь Ваньжу всегда была покорной Ци Жунчжи, потому что она подчинялась распоряжениям своей матери. В действительности же статус генерала армии был определенно выше, чем у магистрата, который отвечал только за административные вопросы.

– Ты... – Ци Жунчжи не ожидала, что Цинь Ваньжу окажется настолько бойкой на язык. Она была в замешательстве, не зная, что ответить.

– Мисс Ци, я здесь по поручению моей бабушки, чтобы проверить ваше состояние, потому что она плохо себя чувствует и поэтому не смогла прийти. Пожалуйста, объясните мне, как вы упали в пруд, чтобы мы могли отчитаться перед судьей! – деловито сказала Цинь Ваньжу, как будто она пыталась закончить какую-то рутинную работу. Она не была обеспокоена злобным взглядом Ци Жунчжи, и сохранила самообладание, садясь напротив нее.

– Разве не ты нарочно заманил меня туда? – возмутилась Ци Жунчжи, стиснув зубы и изо всех сил стараясь удержаться, чтобы не броситься к Цинь Ваньжу и не расцарапать ей лицо.

– С чего бы мне пытаться заманить вас туда? Что хорошего это мне даст? – холодно спросила Цинь Ваньжу и пояснила: – Это не я разорвала помолвку с вашим братом, и не меня волнует беспорядок, созданный в вашей семье. С чего бы мне без всякой причины поднимать тревогу? Я слышала, что у пруда даже караулил мальчик-слуга, который был готов спасти вас из воды. Кроме того, я тогда направлялась к бабушке и даже близко не подходила к пруду.

Цинь Ваньжу попыталась постепенно дать Ци Жунчжи увидеть суть, принимая во внимание ее склочный, вспыльчивый характер.

Если Цинь Юйжу и мадам Ди могли сплести историю, чтобы доставить ей неприятности, то и она могла. Ци Жунчжи всегда была самоуверенной и недалекой.

– Там был слуга, который прыгнул бы в воду, чтобы спасти меня? – спросила Ци Жунчжи, когда выражение ее лица резко изменилось.

При таких обстоятельствах, если бы слуга попытался спасти ее, обняв за плечи, пока она была мокрой, она бы потеряла свою девичью честь.

– По счастливому совпадению рядом оказалась горничная, которая хорошо плавает, и она спасла вас. Иначе вы бы не сидели здесь в целости и сохранности и никак не могли бы швырнуть в меня горячим имбирным супом. В этом случае в префектуре Цзянчжоу произошел бы еще один случай потери девицей своей скромности, – деловито сказала Цинь Ваньжу.

– Не смей преувеличивать, Цинь Ванжу! Если я узнаю, что то, что ты говоришь – ложь, я разорву тебе рот и сломаю ноги, чтобы ты больше не смела говорить глупости, – пригрозила Ци Жунчжи, указывая на Цинь Ваньжу.

Ци Жунчжи имела в виду каждое сказанное ею слово. Основываясь на ее характере, она действительно выполнит то, что сказала, и никогда не позволит себе быть обманутой. Она не собиралась оставлять это дело просто так, даже если бы ей пришлось пережить какое-то неудобство.

– Это зависит от вас, хотите вы верить этому или нет. Вы можете пойти во двор моей старшей сестры, чтобы найти подсказки, если пожелаете! – бесстрастно сказала Цинь Ваньжу, вставая. – Кроме того, пожалуйста, постарайтесь уяснить, мисс Ци, что я вторая дочь генерала, поэтому я ничего не должна семье Ци. Если вы причините мне вред, даже не думайте, что сможете покинуть особняк генерала безнаказанной!

Дав высокомерной Ци Жунчжи этот совет и предупреждение, Цинь Ваньжу повернулась, чтобы выйти из комнаты. Она совсем не обращала внимания на недовольное лицо Ци Жунчжи.

Раньше всегда только Ци Жунчжи угрожала Цинь Ваньжу. Когда же ситуация изменилась, что теперь Цинь Ваньжу угрожала ей? Тем не менее, в глубине души она знала, что Цинь Ваньжу полностью права.

Цинь Ваньжу не оскорбила ее семью, и не была целью ее нападения. На самом деле, именно Цинь Юйжу была в долгу перед ее семьей. Если Цинь Юйжу теперь пыталась тайно разрушить ее репутацию, то у нее были все причины, чтобы отомстить ей.

– Пойдем, проверим, как там старшая мисс Цинь! – с ненавистью сказала Ци Жунчжи, ударив ладонью по столу, и встала.

– Подождите, мисс! Было бы очень невежливо с вашей стороны так спешить, – Чуньи, служанка, которая ухаживала за ней в особняке генерала, попыталась образумить ее и удержать от глупостей.

– Ты думаешь, это я нарушаю правила? Если бы Цинь Юйжу действительно намеревалась разрушить мою репутацию и напасть на меня, я бы не отпустила ее, – с ненавистью сказала Ци Жунчжи.

Выслушав слова Цинь Ваньжу, она была теперь более склонна верить, что это Цинь Юйжу пытается причинить ей вред, и не было никакого способа, которым она могла бы простить такое унижение.

– Мисс Ци, ваш брат послал вас сюда, чтобы узнать правду от старшей мисс Цинь. Если вы обидите ее, то расстроите своего брата!

Чуньи знала, что Ци Жунчжи всегда считалась с Ци Тяньюем, поэтому она быстро упомянула о его просьбе и намерениях.

– Тогда что же мне теперь делать? – спросила возмущенная Ци Жунчжи, пытаясь успокоить свой гнев, когда Чуньи упомянула Ци Тяньюя. Она ненавидела Цинь Юйжу за то, что та заставила ее страдать во время этого визита в особняк генерала, что привело ее также к злости на Цинь Ваньжу.

– Не показывайте своего гнева, когда войдете в комнату старшей мисс Цинь. Просто скажите, что вы пришли, чтобы обсудить, как пойти против второй мисс Цинь, а тем временем попытайтесь выяснить, действительно ли старшая мисс Цинь послала слугу стоять у пруда, чтобы спасти вас, тем самым разрушив вашу репутацию. Узнайте правду, прежде чем действовать!

Чуньи очень хорошо знала намерения Ци Жунчжи, поэтому она дала ей дальнейшие советы, говоря:

– Будет еще лучше, если вы сможете найти вторую мисс Цинь, чтобы прийти вместе. Если что-то пойдет не так, просто возложите вину на вторую мисс Цинь. Так вы убьете двух зайцев одним выстрелом. Вам все равно не нравится вторая мисс Цинь. Разве не было бы разумно обвинить в своей ошибке кого-то другого?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 34. Приятные волосы

Глава 34. Приятные волосы

.

– Цинь Ваньжу, ты действительно из тех людей, которые держат свое слово! Ты так долго ты не возвращалась ко мне! – высокомерно сказал Чу Лючэнь, который стоял, прислонившись к стене и скрестив руки на груди, у входа в Лунную Обитель.

Принц Чэнь стоял прямо на пути Цинь Ваньжу и смотрел на нее, хмуря брови. Хотя его лицо было слишком бледным для энергичного молодого человека, его красота завораживала.

Эта красота, окрашенная хрупкостью, вызывала у людей трепетное чувство. Однако в сочетании с его небрежным, но насмешливым взглядом это создавало ощущение опасного очарования.

Цинь Ваньжу удивленно моргнула и неосознанно отступила на шаг. Она полагала, что станет пушечным мясом, если подойдет к нему ближе.

– Я... Я не знала, когда вы захотите отправиться на прогулку, принц Чэнь! – сказала Цинь Ваньжу, думая, что будет разумно взять инициативу в свои руки и сразу объясниться. Она надеялась, что не обидела принца.

Чу Лючэнь поднял бровь и небрежно спросил:

– А почему ты не спросила этого, если не знала?

Одетый в ярко-красную одежду, он выглядел особенно очаровательно. Хотя он был исключительно бледным и хрупким, Цинь Ваньжу должна была признать, что юный принц Чэнь настолько красив, что выглядел как кто-то сошедший с прекрасной картины.

– Кое-что случилось в доме, а моя бабушка заболела, – сказала Цинь Ваньжу, опустив голову.

Маленькая девочка вцепилась в край своей юбки, и голос ее звучал беспомощно. Чу Лючэнь подошел к ней и посмотрел сверху вниз на ее макушку, где были красиво уложены темные волосы.

Хотя юный паренек был болезненным, он, по меньшей мере, был на голову выше маленькой девочки. Со своего места Цинь Ваньжу казалась ему тощей и низкой.

– Разве тебя совсем не кормят в поместье генерала? Так почему же ты такая коротышка?

На лице подростка появилось подозрительное выражение, когда он протянул руку, чтобы погладить девочку по голове. Он вдруг почувствовал, что ее волосы были очень мягкими, и ему показалось, что он гладит свою любимую кошку. В глубине души он думал, что у нее очень приятные волосы!

– Я не коротышка! На самом деле, по сравнению с другими девочками моего возраста, я довольно высокая! – простодушно воскликнула Цинь Ваньжу, выпрямляясь и расправляя плечи. В то же время она посмотрела на Чу Лючэня, чтобы увидеть, заметил ли он, что она выпрямилась, чтобы выглядеть выше.

Она вовсе не чувствовала себя низенькой. На самом деле, в своей предыдущей жизни, она была даже немного выше, чем большинство других девушек, уже тогда, когда она была подростком.

Однако когда она подняла голову, чтобы посмотреть на Чу Лючэня, то поняла, что еще не доросла до подросткового возраста и не вытянулась, и сразу же поникла.

Прежде чем она достигла скачка роста, она действительно была немного мелкой!

– Если бы ты считалась высокой, то в мире не было бы ни одного низкорослого человека! – насмешливо ухмыльнулся Чу Лючэнь, демонстрируя свое неверие. Он пожал плечами и перешел к другой теме разговора, сказав: – Итак, я слышал, что сегодня кто-то в вашем поместье упал в воду, и там была настоящая суматоха. Это была ты?

– Нет, это дочь из другой семьи! – деловито сказала Цинь Ваньжу.

– В твоем поместье много драмы, и мне очень интересно наблюдать за вашими интригами! – улыбаясь, сказал Чу Лючэнь, потому что его настроение сразу поднялось.

В этот момент он был похож на красивого властелина в неспокойные времена. Хотя он был еще слишком юн, чтобы к нему обращаться как к джентльмену, он действительно выглядел как очаровательный благородный, описанный в книгах.

Конечно, это было правдой только тогда, когда он был в хорошем настроении.

Цинь Ваньжу не знала, смеяться ей или плакать, когда принц упомянул, что в ее поместье происходит много интриг. Все, что она могла сделать, это заставить себя улыбнуться в знак согласия с тем, что он сказал.

– Что же это за улыбка, если она исходит от маленькой девочки? Ты выглядишь еще хуже, чем если бы плакала! – Принц снова попытался придраться к ней. Он поднял руки, чтобы и на этот раз сильно ущипнуть Цинь Ваньжу за щеки.

– Эй, мне же больно! – Цинь Ваньжу вскрикнула от боли, неосознанно ударив Чу Лючэня по руке в попытке остановить его. При этом она использовала всю свою силу.

– Эй! А ты довольно сильная! – расхохотался Чу Лючэнь, не ожидая, что девочка осмелится ударить его. Он преувеличенно отдернул руку и вскрикнул от боли.

Его кожа, без сомнения, была настолько бледной, что казалась почти прозрачной. Место, куда его ударила Цинь Ваньжу, сразу же покраснело, да так сильно, что Цинь Ваньжу почувствовала себя виноватой.

Она нервно отступила на несколько шагов и пару раз судорожно сглотнула.

– Мне... Мои щеки тоже красные, мне тоже больно! – она запнулась и в панике указала на свое лицо.

Ее кожа была также светлее, чем у большинства людей. Она быстро краснела, когда к ней была приложена сила. Чтобы избавиться от чувства вины, девушка сразу сравнила себя с ним.

Это также была попытка поднять свое собственное мужество.

Конечно, она не осмелилась бы намеренно ударить принца Чэня по руке, у нее не хватило бы духу, и именно поэтому ей пришлось объясняться косвенно.

Она чувствовала себя провинившейся...

Когда Чу Лючэнь остановил свой взгляд на лице маленькой драчуньи, на ее щечках действительно появились два пятна, которые покраснели. Цинь Ваньжу выглядела несчастной со своими темными, полными слез глазами. В то же время она кусала свои маленькие красные губки, выглядя испуганной, как и положено маленькой девочке.

Она выглядела хрупкой и беззащитной, но в то же время такой миленькой.

Чу Лючэнь не очень-то жалел, что эта маленькая девочка ударила его по руке. В конце концов, он же сам поставил ей два красных пятна на щечках. В отличие от дворцовых принцесс, которые были избалованы и высокомерны, и девушек из богатых семей, которые слишком старались казаться элегантными, эта маленькая девочка была немного глупой и очаровательной в своем простодушии.

Ее реакция была настоящей. На самом деле она лишь отомстила ему после того, как он над ней поиздевался.

– Скажи, как ты думаешь, может ли завтра в вашем поместье тоже произойти что-нибудь интересное? – спросил Чу Лючэнь, решив отпустить ее за то, что она ударила его.

– Э... возможно! – пробормотала Цинь Ваньжу. Основываясь на ее суждении, Ци Жунчжи не была каким-то легким персонажем. Если сегодня она вела себя очень тихо, это вполне может означать, что завтра она устроит сцену.

– Как ты думаешь, где завтра разыграется следующая драма? – заинтересованно спросил Чу Лючэнь, который не ожидал такого ответа, и теперь был взволнован ее откровением.

– Э... В том месте, где вы впервые встретили меня! – честно ответила Цинь Ваньжу после некоторого колебания.

– Хорошо, я буду там завтра рано утром! – сказал Чу Лючэнь, возбужденно потирая ладони, как будто готовился к какому-то интересному развлечению.

Глядя на него, Цинь Ваньжу потеряла дар речи. Она знала, что в конце концов этот самый принц Чэнь вернет себе власть над империей. Он был хитрым и безжалостным правителем, чей ум был занят важными делами страны. Однако почему же ему было так скучно сейчас, когда он даже был взволнован, наблюдая за разборками между злобными девушками?

Что случилось с прогрессом нации?

– Принц здесь, в Цзянчжоу, чтобы выполнить какую-то важную задачу? – вдруг спросила Цинь Ваньжу. Моргнув, она больше не могла сдерживаться, и неожиданно для себя выпалила вопрос, который так сильно хотела задать.

– И какая важная задача может быть у меня? Я только воспользовался возможностью осмотреть этот город, посмотреть на глазурованную лампу Фэнхуа, насладиться пейзажем. В основном я тут, чтобы весело провести время, бродя по округе! – сказал Чу Лючэнь с улыбкой. Он сделал два шага вперед, затем внезапно повернулся и махнул Цинь Ваньжу, говоря: – Иди сюда, давай я покажу тебе интересное место!

Цинь Ваньжу прикусила губу, поколебалась и раздраженно подумала, что это выглядит так, как будто он подзывает собаку.

Она сделала два шага вперед, покорно следуя за ним.

– Вы ищете что-то еще, кроме глазурованной лампы Фэнхуа из моего дома? – допытывалась Цинь Ваньжу, стараясь не отставать.

– Кто знает, есть ли он у тебя дома на самом деле. Светильник не такой уж и особенный, ведь у многих людей в домах есть нечто подобное! – небрежно ответил Чу Лючэнь, отряхивая пыль с одежды и быстро шагая вперед.

Было похоже, что он не специально пришел в ее дом, чтобы искать светильник. Это было чистым совпадением, что он узнал, что есть один такой в семье Цинь Ваньжу после того, как задал случайный вопрос.

Цинь Ваньжу беспомощно вздохнула и продолжила свой путь.

Когда они дошли до поворота тропинки, Чу Лючэнь остановился, поняв, что девочка сильно отстает. Он протянул руку, чтобы взять ее за руку, и беспомощным тоном сказал:

– Ты еще маленькая, и у тебя короткие ноги. Интересно, какой мужчина женится на тебе, когда ты вырастешь и все еще будешь такой маленькой? – Он бросил на нее презрительный взгляд и неодобрительно фыркнул. Его жесткое отношение было действительно провокационным.

Однако Цинь Ваньжу вовремя подавила свой гнев, сказав себе не терять самообладания. Этот принц Чэнь еще не был у власти и был просто молодым пареньком, который не повзрослел и говорил злые слова из-за своей незрелости. Общий возраст Цинь Ваньжу с ее предыдущей жизнью и этой жизнью был старше его, поэтому она сказала себе не вести себя так же по-детски, как он.

– Я просто останусь одинокой, если моя семья не сможет выдать меня замуж, почему вас это волнует? – выпалила Цинь Ваньжу, хотя она велела себе не сердиться, и тут же с сожалением прикусила губу.

– Ты будешь выглядеть жалко, если не вырастешь выше ни одной старухи! – прямо сказал Чу Лючэнь. Он оглядел ее с ног до головы, оценивающе прищурившись, и прямо заявил, что она ничтожно мала ростом.

– Ваше высочество, сейчас еще слишком рано говорить со мной об этом! – надменно сказала Цинь Ваньжу, испытывая искушение отомстить, ударив его. Однако ее ярость утихла, когда она увидела красную, распухшую отметину на руке Чу Лючэня.

Она ударила его чисто рефлекторно и больше никогда не посмеет этого сделать.

Была китайская поговорка, которая гласила: попробуйте убить муху над головой тигра, и которая была очень уместна в описании того, что сделала Цинь Ваньжу. Более того, принц Чэнь был не тигром, а драконом. В здравом уме она никогда бы его не обидела.

– Давай скорее пойдем и не будем тратить время на споры! – раздраженно сказал Чу Лючэнь, сжав ее руку. Он повернулся, увлекая за собой девочку, и побежал вперед.

Цинь Ваньжу едва могла говорить, так как она старалась не отставать от него. Она последовала за ним через несколько поворотов, прежде чем они, наконец, остановились. К тому времени они оба тяжело дышали.

Когда они остановились, Чу Лючэнь наконец отпустил ее руку. Запыхавшаяся Цинь Ваньжу наклонилась, поддерживая верхнюю часть тела, положив обе руки на колени. Она так тяжело дышала, что едва могла стоять.

– Так и есть... совсем мелкая... Даже я не чувствую такой усталости, как ты, когда я… я болен! – сказал Чу Лючэнь, который тоже тяжело дышал. Он держался за колонну у дороги, и лицо его было бледно, как лист белой бумаги. Он заставлял себя говорить, держа прямо свое хрупкое и болезненное тело, и изо всех сил старался отдышаться.

После того, как Цинь Ваньжу восстановила дыхание и пришла в себя от быстрого бега, она обернулась и была ошеломлена, увидев лицо принца. Его губы были лишены всякого цвета, и он крепко прижимал руку к груди, как будто собирался упасть в обморок.

Девушка быстро обняла его, чтобы поддержать. Она тут же нежно похлопала его по спине и слегка погладила, чтобы он немного расслабился.

Постепенно к его лицу вернулись некоторые краски, хотя губы все еще были бледными. Молодой принц с завистью уставился на красные губы Цинь Ваньжу, но, в конце концов, выпрямился, держась за ее плечо.

– Смотри! Ты знаешь, что это такое? – спросил Чу Лючэнь, указывая на что-то впереди них.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 35. Тебе придется заплатить мне своей жизнью

Глава 35. Тебе придется заплатить мне своей жизнью

.

После того, как Цинь Ваньжу убедилась, что Чу Лючэнь чувствует себя хорошо, она подняла голову, чтобы оглядеться и поняла, что он привел ее к цветочной клумбе в ее саду поместья.

Принц показывал на самый маленький горшочек с чахлым цветком на клумбе. Не удивительно, что на нем не было ни одного бутона цветка, а лишь несколько маленьких, зеленых побегов. На самом деле, побеги выглядели немного желтоватыми и увядшими, и это наводило на мысль, что они скоро окончательно засохнут.

Глядя на эти тонкие побеги без цветов и бутонов, Цинь Ваньжу недоумевала.

Ее палец, указывающий на растение, слегка задрожал, и Цинь Ваньжу невольно посмотрел направо, потом налево. Только когда она убедилась, что вокруг никого нет, она перестала настороженно оглядываться по сторонам.

Как получилось, что этот горшок с растением оказался здесь? Когда этот горшок появился в саду поместья генерала? Она не обнаружила этот горшок с цветком в своей предыдущей жизни, так почему же она видит это редкое растение в этой жизни? Это был любимый цветок того человека, и разве он не должен был быть сейчас в столице?

В прошлой жизни Цинь Ваньжу не встречала этого мужчину до того, как отправилась в столицу. Внезапно она почувствовала, как защипало в носу, и прикусила губу, чтобы подавить нахлынувшую на нее печаль.

Хотя в своей предыдущей жизни она провела с этим человеком всего один короткий месяц, это было единственное время, проведенное ею в столице, когда она была погружена в то согревающее сердце чувство. Он был единственным, кто проявил к ней доброту и милосердие. Однако этого оказалось недостаточно, чтобы изменить ее трагическую судьбу!

Может ли быть, что теперь многое изменилось из-за вмешательства принца Чэня?

– Это Танцяньян? – спросила Цинь Ваньжу, когда она оправилась от первого всплеска изумления.

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Чу Лючэнь улыбнулся, аплодируя ей и выглядя впечатленным.

– Верно! Я не ожидал, что кто-то, живущий в таком отдалении от столицы, как Цзянчжоу, сможет распознать этот редкий цветок. Я недооценил тебя, мелкая!

– Но ведь этот горшок с Танцяньяном не из нашего поместья, – тихо сказала Цинь Ваньжу.

Если вдуматься, климат Цзянчжоу на самом деле не подходит для выращивания Танцяньян, и именно поэтому этот цветок в горшке казался увядающим.

На самом деле, Танцяньян – это вид орхидеи. Этот цветок должен был цвести осенью, но они не смогли даже найти никаких цветочных бутонов в этом горшке Танцяньян, и это было похоже на какой-то сорняк.

Если бы за растением правильно ухаживали, на его стеблях были бы цветы, похожие на летающую по диагонали ласточку, что выглядело чрезвычайно элегантно и красиво. Разные способы обрезки привели бы к другой форме цветка, и высший сорт Танцяньяна принес бы самые красивые и элегантные цветы.

– Конечно, ему здесь не место. Этот король принес его сюда! –гордо сказал Чу Лючэнь.

– Ваше высочество, вы привезли этот горшок с цветком из столицы? – спросила потрясенная Цинь Ваньжу, моргая глазами. Неудивительно, что растение не выглядело здоровым, ведь оно проделало весь путь до Цзянчжоу, и ему уже повезло, что оно выжило.

– Его привезли его не из столицы. Мое высочество нашел его здесь, в Цзянчжоу. Похоже, если он все же зацветет, то должен выглядеть более красивым, чем столичные сорта! – сказал Чу Лючэнь, положив одну руку на грудь, а другую на подбородок, как будто он был в хорошем настроении.

«Это будет в первую очередь зависеть от того, сможет ли растение вообще расцвести», – едко подумала Цинь Ваньжу. Она сомневалась, что цветок когда-нибудь расцветет, если у него даже нет бутонов. Ему уже повезло, что он выжил до сих пор.

– Ты все еще помнишь, что в долгу перед этим королем? – нахально спросил Чу Лючэнь, искоса поглядывая на нее. Он весь улыбался, так как был действительно в хорошем настроении.

Внезапно Цинь Ваньжу почувствовала беспокойство и осторожно ответила ему:

– Ваше высочество, я всего лишь слабая женщина, которая к тому же еще не успела вырасти.

Цинь Ваньжу слегка поклонилась, демонстрируя смирение.

На ее лице было настороженное выражение, выдававшее охватившую ее тревогу. Ее нежное белое лицо напряжено вытянулось, а в огромных глазах застыл страх, когда она украдкой взглянула на него. Чу Лючэнь начинал находить ее все более очаровательной и в то же время смышленой. Она так похожа на маленького таинственного эльфа.

Глядя на эту пугливую малышку, никто бы не подумал, что она может быть настолько жестокой, чтобы разбить свадебный паланкин.

– Конечно, ухаживать за нежным растением должна именно такая маленькая девочка, как ты, а не такой важный человек, как я.

Ошеломленная Цинь Ваньжу прикусила губу и сказала:

– Ваше высочество, у меня... У меня никогда не было таланта в выращивании растений. Даже те цветы, за которыми легко ухаживать, чахли и засыхали, когда за ними смотрела я!

– Как можно погубить растение, находящееся под твоим присмотром? – улыбнулся Чу Лючэнь, снова выглядя невероятно очаровательным с этими улыбающимися глазами и красивыми чертами лица.

– Цветок действительно пропадет, я только погублю его. Я... я пробовала выращивать несколько растений в горшках, и даже самое неприхотливые цветы, о котором легко заботиться, вяли и сохли под моим присмотром!

Цинь Ваньжу подумала, что было бы мудро просто быть честным, она не лгала. Она не знала почему, но ей никогда не удавалось успешно выращивать какие-либо растения. Они либо умирают у нее на руках, либо увядают и чахнут. Те избранники судьбы, которым удалось выжить, никогда не цвели. Им повезло, что они вообще выжили.

– Если вы, ваше высочество, поручите мне ухаживать за этим Танцяньяном, боюсь, что вы никогда не увидите, как он расцветет! – сказала Цинь Ваньжу, сочтя разумным отказаться от этой напасти как можно скорее.

– Цинь Ваньжу, неужели ты отказываешься от моего приказа позаботиться об этом редком цветке? – тихо спросил Чу Лючэнь, с мягкой улыбкой глядя на Цинь Ваньжу очаровательными глазами, как будто они принадлежали прекрасному бессмертному. Его красота была поистине достойна восхищения.

– Я... я боюсь, что ваше растение умрет под моей опекой! – с тревогой сказала Цинь Ваньжу. Она опустила голову и постаралась отвести взгляд от его очаровательного лица.

– Если ты не сможешь сохранить его живым, тебе придется заплатить мне за это своей жизнью. Теперь давай посмотрим, можно ли сохранить это растение в живых! – сказал Чу Лючэнь с нежной улыбкой. Хотя он все еще мягко говорил, его слова были явно угрожающими настолько, что по спине Цинь Ваньжу пробежал холодок и начали собираться капельки пота. Она даже не надеялась, что принц Чэнь просто шутит так.

Чу Лючэнь всегда был жестоким. Он никогда не славился милосердием и добротой к дамам. Став свидетелем кровопролития, которое он учинил в прошлой жизни, Цинь Ваньжу начала сильно тревожиться. Этот паренек может иногда казаться безобидным, на самом деле он был неуправляемым и непредсказуемым стихийным бедствием.

Красивый и ни с чем не сравнимый внешний вид – это просто его обманчивое представление. Хотя он выглядел хрупким и болезненным, любая встреча с ним грозила смертельной опасностью.

– Ваше высочество, я совсем не умею ухаживать за растениями, пожалуйста, избавьте меня от этого! – взмолилась Цинь Ваньжу. Танцяньян был одним из самых сложных в содержании растений. Это было вызовом – выращивать его даже в столице, где климат был подходящим для его роста, тем более что у нее никогда не было призвания к садоводству, как же она могла взрастить это растение до такой степени, чтобы оно расцвело?

Когда Цинь Ваньжу переехала в столицу в предыдущей жизни, Танцяньян был самым популярным видом орхидей, который выращивали в каждом столичном поместье. Их даже выводили на соревнование друг с другом. Были семьи, которые устраивали банкеты, чтобы пригласить гостей в свои особняки полюбоваться на цветение Танцяньяня. Можно себе представить, какой праздник устраивали жители столицы ради этого цветка.

– Отпустить тебя? Кто же позаботится за меня об этом горшочке Танцяньяне? – Паренек поднял брови, прищурившись, и его голос стал холодным. В этот момент его сказочно прекрасный облик преобразился в злобного и жестокого Асуру. Угрожающим тоном он продолжал: – Цинь Ваньжу, я прямо сейчас отдам тебе печать, которую ты просила. Ты позаботишься о моем Танцяньяне. Если с ним что-то случится... ты же знаешь, какие будут последствия!

Затем он вынул печать с рисунком мятлика, схватил маленькую руку Цинь Ваньжу, которая вспотела, расправил ее и вложил печать в ее ладонь. Затем он ласково сжал ее пальчики на печати.

– Мое высочество возвращает тебе эту печать и оставляет здесь этот цветок. Ты позаботишься о нем. Мое высочество устал и пойдет отдыхать к себе, – сказал Чу Лючэнь, подняв брови и снова начав улыбаться. Он вернулся к своему обычному и расслабленному настроению, когда ослабил хватку на руке Цинь Ваньжу. Он повернулся и зашагал прочь.

– Принц… – Цинь Ваньжу открыла рот, чтобы заговорить, но резко замолчала.

– Что такое? У тебя есть возражения? – Чу Лючэнь остановился как вкопанный и повернул голову, чтобы вопросительно взглянуть на нее. В его взгляде вспыхнул таинственный свет.

– Нет... никаких возражений. Но что касается цветов, то я могу обещать только, что сохраню его живым! – храбро сказала Цинь Ваньжу. Она тяжело сглотнула и в конце концов подчинилась.

– Хорошо, этого достаточно, если ты сохранишь его живым. Этот король не привередливый человек! – сказал Чу Лючэнь, удовлетворенный покорностью Цинь Ваньжу, и холодный взгляд в его глазах постепенно исчез, когда он повернулся, чтобы уйти, и негромко засмеялся.

Эта маленькая девочка действительно хороша. Она показала, что в состоянии действовать умно в соответствии с ситуацией, и даже могла использовать свой возраст, чтобы притвориться слабачкой. Но когда приходит время размять когти, она не колеблется. Да, он прежде никогда не видел такой занимательно девушки.

Что же ему теперь делать? Он очень хотел иметь эту хитрую маленькую девочку под своим контролем.…

В конце концов Цинь Ваньжу поручила Цин Юэ отнести горшок с орхидеей в свой двор. Если бы она оставила горшок на общей клумбе, садовник, вероятно, уделил бы цветку столько же внимания, сколько и другим растениям, и Танцяньян, вероятно, не протянул бы долго.

Она предположила, что Чу Лючэнь, скорее всего, случайно подобрал этот цветок, а затем принес его на цветочную клумбу ее семьи. Она считала, что он не дал бы никому специальных инструкций о характеристиках растения и о том, как правильно ухаживать за ним.

Садовник, ухаживающий за цветочными клумбами, естественно, не мог знать, что это был горшок с драгоценным Танцяньянем, и ухаживал за ним так же, как и за другими обычными растениями в Цзянчжоу. Если бы это продолжалось, то это растение наверняка вскоре бы пропало.

На самом деле, это растение не нуждалось в большом количестве воды, поэтому его не нужно было поливать каждый день. Ему требуется полив только каждые три-пять дней. С другой стороны, ему требовалось больше солнечного света, но не чрезмерно. Хорошо было бы держать растение под утренним солнцем и в полдень поставить его в тень, а после обеда снова выставить на солнечный свет. Хотя частота полива не была высокой, важно было следить, чтобы почва была пропитана для каждого полива, однако, следует помнить, что нельзя поливать листья.

Именно из-за всей этой утомительной рутины ухода за Танцяньян, его выращивание было такой сложной задачей.

Иногда солнце могло быть обжигающе горячим, даже если это был не полдень.

Тот человек терпеливо научил ее этому знанию, но время, которое она могла себе позволить, чтобы ухаживать за растениями и беззаботно жить, было всего лишь одним коротким месяцем.

Хотя это был всего лишь короткий миг длиною в месяц, Цинь Ваньжу запомнила все, что касалось характеристик Танцяньяня и того, как заботиться о нем, как учил ее тот мужчина.

Вернувшись во двор, Цинь Ваньжу велела Цин Юэ поставить горшок с растением у окна, выходящего на юг. Лето прошло, и погода больше не была жаркой, так что это было лучшее время для Танцяньяня, чтобы погреться на солнышке.

Цинь Ваньжу на самом деле не могла гарантировать, что этот Танцяньян зацветет, однако, было бы не слишком трудно просто сохранить его живым.

Поразмыслив об этом, Цинь Ваньжу, наконец, немного успокоилось. Определив цветок на место, она направилась во двор старой мадам. Хотя ее бабушка еще не встала с постели, она уже не так сильно кашляла. Доктор приходил к ней и сказал, что кашель – это давняя болезнь, и посоветовал старой мадам как можно больше отдыхать и ни о чем не беспокоиться, насколько это возможно.

Проведав бабушку, Цинь Ваньжу вернулась и уже собиралась зайти в свой двор, как кто-то преградил ей дорогу у самых ворот.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 36. Мисс Ци уверена, что добьется своего

Глава 36. Мисс Ци уверена, что добьется своего

.

– Вторая мисс Цинь, мисс Ци пригласила вас пойти вместе с ней к старшей мисс Цинь завтра, чтобы быть свидетелем! – сказала Чуньи, личная горничная Ци Жунчжи, с улыбкой поклонившись Цинь Ваньжу. Она пришла передать сообщение от своей хозяйки.

– Каким свидетелем? – спросила Цинь Ваньжу, не выказывая никаких эмоций.

– Завтра моя барышня отправится к старшей мисс Цинь, чтобы выяснить правду. Если они вступят в спор, и старшие будут задавать вопросы, мы бы хотели, чтобы вторая мисс Цинь честно засвидетельствовала, что именно произошло, – сказала Чуньи с улыбкой.

– У твоей хозяйки намечаются неприятности с моей старшей сестрой? – спросила Цинь Ваньжу, нахмурившись.

Вопрос был настолько прямым, что Чуньи сочла его слишком неловким, чтобы ответить. Она заставила себя улыбнуться и продолжала объяснения, сказав:

– Дело не в том, что моя барышня собирается начать ссору со старшей мисс Цинь, но она просто хотела знать, говорит ли старшая мисс Цинь правду о разрыве ее помолвки с нашим молодым мастером, а также о том, что произошло сегодня на озере!

– Значит, она все-таки идет туда, чтобы нарваться на неприятности! – бесстрастно сказала Цинь Ваньжу, поднимая глаза и глядя прямо на Чуньи.

Чуньи была загнана в угол и не знала, как ответить второй мисс Цинь. Было почти невозможно ответить ей.

– Иди и скажи своей хозяйке, что завтра я должна заботиться о своей бабушке, и у меня нет времени сопровождать ее, чтобы оберегать ее от неприятностей. Скажи ей, чтобы она сама не создавала проблем, потому что это наше поместье генерала. В то время как мисс Ци может делать все, что ей заблагорассудится в своем собственном доме, и никто не может ее остановить, это наш дом, и моя мать и старшая сестра не позволят ей делать все, что ей на ум взбредет.

Взгляд в глазах Цинь Ваньжу был холодным, показывая, что то, что она сказала, было предупреждением Ци Жунчжи, чтобы та не создавала проблем. В противном случае и мадам Ди, и Цинь Юйжу не спустили бы ей этого с рук.

То, что было сказано, каким-то образом расстроило Чуньи. Она поклонилась Цинь Ваньжу и повернулась, чтобы уйти в отчаянии.

– Барышня, а Чуньи не пожалуется мисс Ци на вас? – спросила Цин Юэ. Она начала волноваться, видя, что Чуньи ушла в гневе.

– Я в этом не сомневаюсь! – произнесла Цинь Ваньжу, кивая головой, и повернулась, чтобы зайти в свой двор.

– Что же нам теперь делать? Зная характер мисс Ци, разве она не будет штурмовать нас сразу же? – спросила Цин Юэ, следуя по пятам за Цинь Ваньжу.

Сейчас горничная сильно волновалась, зная, какой избалованной и своенравной обычно была Ци Жунчжи. Она никогда не была добра к Цинь Ваньжу, и всегда вымещала свое разочарование на ней. К сожалению, даже мадам Ди и старшая мисс Цинь всегда были на стороне мисс Ци, и в результате Цинь Ваньжу всегда обижали.

– На этот раз, однако, она этого не сделает! – с уверенностью сказала Цинь Ваньжу.

Ци Жунчжи не была тупой скандалисткой. Она привыкла жить в поместье генерала, как у себя дома, потому что ее поддерживали мадам Ди и Цинь Юйжу. Тем не менее, она уже потеряла поддержку от мадам Ди и Цинь Юйжу.

Более того, она больше не была той Цинь Ваньжу, которая привыкла быть легкой добычей.

– Тогда я надеюсь, что она не придет искать вас, и это хорошо! – сказала Цин Юэ, чувствуя облегчение, и похлопала себя по груди.

– Она обязательно придет искать меня! – сказала Цинь Ваньжу, входя в комнату, сопровождаемая Цин Юэ, которая была поражена ее словами.

– Барышня, вы сказали, что мисс Ци придет к вам устраивать скандал?

– Да, она сделает это завтра! – сказала Цинь Ваньжу с улыбкой, затем удобно устроилась на стуле и взяла почитать книгу, которая снова оказалась книгой о медицине.

Озадаченная Цин Юэ застыла рядом с Цинь Ваньжу и спросила:

– Вы пойдете завтра к старой мадам, чтобы она могла пожаловаться на вас?

Цин Юэ слышала слова Цинь Ваньжу о том, что та собирается навестить свою бабушку завтра.

– Она, естественно, отправится туда, возможно, даже прибудет раньше нас. Она будет пытаться убедить бабушку отправить меня сопровождать ее, чтобы противостоять Цинь Юйжу. Она ищет кого-то, кто может поддержать ее! – сказала Цинь Ваньжу, и ее улыбка исчезла. Она открыла книгу, которую держала в руках и остановила взгляд на картинке в книге.

Цинь Ваньжу не беспокоилась о том, что Ци Жунчжи собиралась сделать. На самом деле, она бы использовала гнев Ци Жунчжи, чтобы заставить ее действовать в свою пользу.

– Вы все-таки собираетесь пойти, барышня? – с тревогой спросила Цин Юэ.

– Разумеется! Так как Ци Жунчжи очень старалась заставить меня сопровождать ее, я пойду, так как собираюсь насладиться бесплатными развлечениями! Будет даже лучше, если дело разрастется до нелепых размеров, – сказала Цинь Ваньжу. Только горстка людей в ее поместье знала, что она не настоящая дочь мадам Ди. Она была бы счастлива сообщить эту информацию через уста Ци Жунчжи всем людям в городе.

Сосредоточившись на книге по медицине, Цинь Ваньжу уставилась на изображение травы, которая выглядела очень знакомой, но она не могла вспомнить, что это было даже после тщательного изучения рисунка. Она широко раскрыла глаза и посмотрела на сноску рядом с рисунком, которая гласила – «Июльский аромат», который растет в пучках из трех, золотистого цвета, крошечных цветков, ветвей от главного стебля до трех ветвей, сужается в конце, цветет в июле и августе, что и дало растению название июльский аромат.

Корень, стебель и цветы июльского аромата могли быть превращены в лекарство для людей, у которых были трудности с дыханием, и которые кашляли кровью!

Почему эта картина показалась ей такой знакомой? И все же она не прежде даже пальцем не касалась этих цветов. Она смутно чувствовала, что это имеет отношение к чему-то важному, однако не могла точно определить, что именно это было. Потирая лоб, она поняла, что в этой жизни у нее не было абсолютно никакого впечатления о некоторых подробностях из ее предыдущей жизни, в то время как у нее были некоторые смутные воспоминания о других вещах событиях.

Этот июльский аромат был смутным воспоминанием, которое она сохранила о чем-то очень важном из своей прошлой жизни.

– Ваш чай, барышня! – Цин Юэ предложила Цинь Ваньжу чашку чая, который она заварила, когда увидела, что та выглядит обеспокоенной.

Цинь Ваньжу снова провела пальцами по лбу, потом взяла чашку с чаем у Цинь Юэ, чтобы сделать глоток, а затем вернулась, чтобы посмотреть на изображение июльского аромата. Она была уверена, что видела цветок раньше или, по крайней мере, что-то о нем знает.

Однако она также была уверена, что в своей прошлой жизни не использовала эту траву.

– С вами все в порядке, барышня? Вы беспокоитесь о том, как мисс Ци собирается использовать вас завтра? – озабоченно спросила Цин Юэ, увидев, что маленькая хозяйка потирает лоб.

Однако Цинь Ваньжу покачала головой. Она сложила уголок страницы с рисунком и закрыла книгу, поднесла чашку чая к губам, сделала еще один глоток и некоторое время задумчиво смотрела в пространство перед собой.

Она хотела изучать медицину!

Похоже, это была хорошим предлогом для нее, чтобы нанести визит в монастырь Цзиньсинь! Она вдруг вспомнила, что в тот день, когда она посетила монастырь Цзиньсинь, преподобная спросила ее о мази, которую бабушка наложила на ее рану. Она еще не успела спросить об этом бабушку. Она сделает это завтра же. Однако ей было интересно, почему настоятельница из монастыря Цзиньсинь захотела узнать, кто дал ей эту мазь. Может быть, за этим что-то кроется?

***

Чуньи была самой доверенной личной горничной Ци Жунчжи. В прошлом все в семье Ци относились к ней с некоторой степенью уважения. Никто в поместье генерала не относился к ней с презрением всякий раз, когда она была здесь со своей юной хозяйкой. На этот раз она была потрясена до глубины души отказом Цинь Ваньжу. Переживая это снова и снова, она чувствовала себя особенно униженной насмешкой Цинь Ваньжу.

Чувствуя гнев, Чуньи передала Ци Жунчжи точные слова, сказанные Цинь Ваньжу.

– Что она имела в виду под всем этим? – закричала Ци Жунчжи, услышав отчет горничной, и в бешенстве ударила рукой по столу.

– Барышня, я предполагаю, что вторая мисс Цинь боится сопровождать вас, чтобы противостоять мадам Ди и Цинь Юйжу, – сказала Чуньи, закатывая глаза, поскольку она также чувствовала себя возмущенной этим.

– Если она не хочет идти, я заставлю ее! Нет никакого способа, которым она может избежать этого! – сказала Ци Жунчжи, издав злобный смешок. Разве Цинь Ваньжу не говорила, что завтра поедет к старой мадам? Ци Жунчжи решила навестить бабушку Цинь, прежде чем отправиться разбираться с Цинь Юйжу.

Она решила пойти к старой мадам на следующее утро, чтобы перехватить Цинь Ваньжу. В конце концов, она не навещала старую мадам с тех пор, как прибыла в поместье генерала армии Нинъюань.

Благодаря сердечным отношениям между магистратом и генералом армии, Ци Жунчжи была частой гостьей в поместье генерала.

Рано утром следующего дня Ци Жунчжи встала с постели и приготовилась навестить старую мадам вместе с Чуньи.

К тому времени, когда Ци Жунчжи прибыла, старая мадам уже проснулась, но не встала с постели. Она сидела на кровати и разговаривала с няней Дуань. Когда она услышала, что пришла Ци Жунчжи, то недовольно нахмурилась, но все же велела служанке впустить ее.

Оказавшись в комнате старой мадам, Ци Жунчжи оказала ей уважение поклоном и притворно приветствовала ее, спросив:

– Вам сегодня лучше, бабушка Цинь?

– Я в полном порядке. Я старею, и это нормально, что будут проблемы с моим здоровьем! – хрипло ответила старая мадам, прочищая горло от кашля. Она так сильно кашляла, что могла говорить только тихо.

– Вы должны беречь свое здоровье, бабушка Цинь, особенно сейчас, когда становится холоднее, – сказала Ци Жунчжи, осматривая комнату, чтобы увидеть, прибыла ли Цинь Ваньжу. Она была рада, когда поняла, что пришла раньше ее! Теперь у Цинь Ваньжу не было никакой возможности убежать от нее.

Старая мадам могла видеть по скрытым глазам Ци Жунчжи, что она разыгрывала спектакль, приходя к ней в гости, так что не хотела с нею разговаривать, теряя всю энергию, чтобы развлечь ее. Старая мадам откинулась на подушки и сказала:

– Я старею, и я чувствую себя усталой, даже после того, как посижу некоторое время. – Она намекала, что Цинь Жунчжи следует убираться.

– Бабушка Цинь, простите меня за вчерашнее. После падения в озеро, я... – Ци Жунчжи, казалось, не уловила намека старой мадам, и не собиралась уходить. Притворившись виноватой, она продолжала: – Вчера я ударила старшую мисс Цинь, и теперь мне очень стыдно. Я хотела бы пойти извиниться перед ней сегодня!

– Ты ведешь себя глупо, мисс Ци. Юйжу и ты похожи на сестер. Тебе просто нужно все объяснить ей, и это разрешит любое недоразумение! – закашлявшись, сказала старая мадам, пытаясь успокоить ее. Однако старая мадам могла видеть, что Ци Жунчжи не искренне извинялась, а просто притворялась. Старушка не придавала этому большого значения, так как уже привыкла к ее лицемерию.

Единственная разница на этот раз состояла в том, что она была здесь, потому что дала пощечину Цинь Юйжу. В остальных случаях Ци Жунчжи всегда вела себя виновато и сожалеющее после издевательств над Цинь Ваньжу, притворяясь, что хочет помириться с ней. Видя, что ее любимая внучка подвергается издевательствам со стороны Ци Жунчжи, старая мадам действительно бывала раздражена ее претенциозным взглядом раскаяния.

В прошлом мадам Ди и Цинь Юйжу отмахивались от этого как от мелкой ссоры между детьми, так что старая мадам ничего не могла поделать, даже если была расстроена. Она не хотела выглядеть как какой-нибудь старший, угнетающий юную девушку, или мелочная злобная старуха. Кроме того, она не хотела бы, чтобы отношения между двумя их семьями были натянутыми.

– Старая мадам, пришла вторая мисс Цинь! – раздался голос служанки из-за двери.

Как и ожидала Ци Жунчжи, пришла Цинь Ваньжу, и самодовольный взгляд мелькнул в ее глазах. Теперь она ненавидела обеих сестер Цинь и собиралась заставить страдать и Цинь Юйжу, и Цинь Ваньжу.

Никто из них не ускользнет от ее возмездия!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 37. Подойти, чтобы лично извиниться

Глава 37. Подойти, чтобы лично извиниться

.

– Впусти вторую мисс Цинь! – приказала старая мадам.

Цинь Ваньжу вошла в комнату в сопровождении Цин Юэ. Сначала она выказала свое уважение старой мадам глубоким поклоном. Потом она подошла к кровати и дотронулась до бабушкиного лба, потом до своего собственного, сверяя ее температуру со своей собственной.

– Совсем не горячая! – воскликнула Цинь Ваньжу, и по ее лицу проплыла улыбка.

Именно так поступала с ней бабушка, когда она болела. На этот раз все было наоборот. Этот нежный жест, исходящий от маленькой девочки, согрел сердце старой мадам. Для старушки это было во много раз лучше, чем просто слова заботы.

– Я в порядке, это старая болячка! – сказала старая мадам с улыбкой. Она слегка кашлянула, затем взяла Цинь Ваньжу за руку и усадила ее рядом с кроватью.

– Бабушка, раньше ты никогда так сильно не кашляла! – сказала Цинь Ваньжу, и ее улыбка исчезла. Она теперь выглядела обеспокоенной и грустной, так как думала, что с кашлем ее бабушки что-то было не совсем нормально.

– Ничего страшного в этом нет. Просто я старею, и вполне естественно, что с годами мое здоровье ухудшается! – усмехнулась старая мадам. Она легонько похлопала Цинь Ваньжу по руке и ласково сказала: – Пока ты растешь, Чжоучжоу, я тоже не молодею. Это вполне естественно.

– И как же это естественно? Твоя Чжоучжоу почему-то чувствует, что что-то не так! – детским голосом сказала одиннадцатилетняя девочка, и это заставило старую мадам снова засмеяться и от этого закашляться.

Цинь Ваньжу наклонилась ближе к старой мадам, чтобы погладить ее по спине.

Ци Жунчжи незаметно презрительно скривилась.

– Для твоей бабушки нет ничего страшного в том, чтобы немного покашлять, так как она стареет. Раз уж ты здесь, Ваньжу, пожалуйста, иди со мной и извинись перед своей сестрой! – сказала Ци Жунчжи. Это была настоящая причина, почему она была здесь, чтобы поймать Цинь Ваньжу. Она уже сгорала от нетерпения, наблюдая, как Цинь Ваньжу и старая мадам душевно беседуют.

– Это касается только вас, мисс Ци, и старшей сестры. Вы должны пойти сама, потому что я хочу посидеть со своей бабушкой, – сказала Цинь Ваньжу, не глядя на Ци Жунчжи, продолжая нежно похлопывать старую мадам по спине.

– Что ты такое говоришь?.. Тебе лучше быть осторожнее...

Ци Жунчжи всегда смотрела на Цинь Ваньжу сверху вниз. Она почувствовала, как в ней поднимается гнев, когда Цинь Ваньжу возразила, и собралась уже действовать в ответ на ее непослушание.

Однако она остановила себя, когда встретилась взглядом со старой мадам, и быстро заставила себя улыбнуться, сказав:

– Видишь ли, я случайно ударила вчера твою сестру по лицу. Она не захочет меня видеть, если ты не поможешь мне уговорить ее. Учитывая отношения между нашими семьями, я уверена, что вы не хотите, чтобы мои отношения с твоей старшей сестрой были напряженными, не так ли? – Она с трудом сдерживалась перед старой мадам и притворялась учтивой.

Ее слова были определенно сказаны с расчетом. Если Цинь Ваньжу откажется сопровождать ее, это будет означать, что она хочет посеять раздор между Цинь Юйжу и Ци Жунчжи, а, следовательно, посеять раздор между двумя семьями. Это не будет хорошо выглядеть на Цинь Ваньжу. Возможно, в будущем, это может быть использовано против Цинь Ваньжу, и никто не захочет такую девушку в свои невестки.

Леденящий взгляд появился в глазах Цинь Ваньжу, когда она подумала о том, что Ци Жунчжи всегда знала, как говорить перед другими, чтобы не попасть в беду. Хотя это была, несомненно, ее вина, она переложила вину на Цинь Ваньжу так, как она хитро сформулировала свои слова.

Цинь Ваньжу подняла пристальный взгляд на Ци Жунчжи и моргнула длинными ресницами. Она уже собиралась что-то сказать, когда старая мадам нежно потянула ее за руку и сказала:

– Чжоучжоу, просто сопроводи мисс Ци к твоей старшей сестре. Как только мисс Ци закончит с извинениями перед твоей сестрой, она может наконец пойти домой с душевным спокойствием. – Старая мадам ясно дала понять, что их гостье пора убираться домой.

То, что она имела в виду, было для Цинь Ваньжу сопровождать Ци Жунчжи во двор Цинь Юйжу, тогда у Ци Жунчжи больше не будет причин оставаться в поместье генерала армии Нинъюань. После этого она позволит судьбе вести их отношения, и пытаться навязывать им более тесные отношения не было необходимости.

– Хорошо, бабушка! – Цинь Ваньжу покорно кивнула, так как старая мадам велела ей сделать это.

– Мисс Ци, не могла бы ты подождать на улице минутку? Мне нужно кое-что сказать Чжоучжоу! – вежливо обратилась старая мадам к Ци Жунчжи.

Так как Ци Жунчжи достигла своей цели, она была счастлива сделать это.

– Да, я буду ждать снаружи вторую мисс Цинь!

После этого Ци Жунчжи вышла из комнаты, держась с высокомерным видом. По тому, как она даже не попрощалась со старой мадам, можно было судить о ее плохом воспитании.

– Чжоучжоу, будь осторожна, когда будешь там. Если Ци Жунчжи будет придумывать проблемы, тебе не нужно ее бояться. В любом случае, отношения между нашими семьями были разорваны, и нет никакого способа, чтобы они могли быть восстановлены в своем прежнем виде! – предупредила старая мадам любимую внучку после того, как Ци Жунчжи покинула комнату, опасаясь, что Цинь Ваньжу снова будут запугивать.

Для старой мадам было очевидно, что после того, что сделала Цинь Юйжу, две семьи все еще могли поддерживать сердечные отношения на поверхности, но это было не так под этим поверхностным покровом. Поэтому не было никакой необходимости для ее любимой внучки кланяться семье Ци.

– Не переживай, бабушка, я постараюсь быть осторожной! – ответила Цинь Ваньжу, кивая. Она потянулась к подушке и положила ее позади старой мадам, чтобы усадить старушку удобнее, и как бы невзначай спрашивая: – Бабушка, а кто перевязала мою рану на руке во второй раз, когда я упала в обморок? И откуда взялась эта мазь?

Первый раз она упала в обморок, когда порезалась ножницами. Во второй раз это случилось, когда Чу Лючэнь с силой сжал ее рану на руке. К тому времени, как она пришла в себя, она уже была в комнате своей бабушки.

– Во второй раз? – озадаченно спросила старая мадам.

– Старая мадам, это было в то время, когда я пришла просить у вас помощи, чтобы кто-нибудь отнес мою барышню в вашу комнату, – подсказала Цин Юэ, пытаясь напомнить о том дне, когда Цинь Ваньжу потеряла сознание, и люди Чу Лючэня отнесли ее в павильон в саду. Очевидно, Цин Юэ была не в состоянии поддержать Цинь Ваньжу с той малой силой, которую она имела, и побежала во двор старой мадам, чтобы попросить о помощи. Затем Цинь Ваньжу внесли в комнату старой мадам.

– Это было, когда Чжоучжоу просто потеряла сознание, да? – спросила старая мадам, все еще озадаченная.

– Но... но у меня была кровь, – сказала Цинь Ваньжу, внезапно засомневавшись, правильно ли она все помнит. В это время Чу Лючэнь так сильно надавил на рану на ее руке, что ей показалось, будто из повязки сочится кровь. Однако когда она очнулась позже, ее повязка оказалась чистой, что заставило ее поверить, что ее заново перевязали.

– Когда тебя принесли ко мне о двор, на повязке не было крови! – заверила ее старая мадам.

Должно быть, что-то неладно во всем этом деле. Может быть, это Чу Лючэнь перевязал ей рану и наложил какую-то мазь? Цинь Ваньжу почувствовала, как ее сердце подпрыгнуло, когда она подумала, что, должно быть, запомнила что-то не так.

Даже Цин Юэ сейчас была в замешательстве. Тогда она была в такой панике, что не заметила, была ли кровь, просачивающаяся через повязку маленькой хозяйки. После того, как она примчалась к старой мадам, та велела ей вернуться к Цинь Ваньжу. Вот почему она не могла вспомнить, была ли повязка Цинь Ваньжу сменена, и если да, то кто это сделал.

– Все в порядке, похоже, мне не меняли повязку. Это было то, что я неправильно запомнила, потому что в то время мне было очень больно! – сказала Цинь Ваньжу. Она не хотела больше говорить об этом, так как старая мадам ничего не знала, и ее не стоило лишний раз беспокоить.

– О, моя девочка, конечно, это больно! – сказала старая мадам с болезненным выражением лица и ласково погладила раненную руку Цинь Ваньжу.

– Хорошо, бабушка, я пойду с мисс Ци. Однако, бабушка, пожалуйста, отправь служанку в поместье Ци, чтобы попросить их прислать кого-то в качестве свидетеля, чтобы мисс Ци не создавала никаких проблем и не обвиняла во всем нашу семью! – сказала Цинь Ваньжу с улыбкой.

– Хорошо! Я пошлю пригласить сюда жену магистрата! – сказала старая мадам, кивая головой. Независимо от того, какими бы ни были извинения Ци Жунчжи, ее больше не приглашали остаться в поместье генерала армии Нинъюань.

В любом случае, это не выглядело так, как будто Ци Жунчжи собиралась извиниться искренне и вежливо.

– Когда люди из поместья магистрата прибудут через некоторое время, пожалуйста, сразу направь их во двор старшей сестры! – попросила Цинь Ваньжу, вставая, чтобы уйти.

– Бабушка все понимает. Держись, Чжоучжоу! – Старая мадам помахала ей рукой.

Увидев, что все было улажено, Цинь Ваньжу вышла из дома старой мадам.

– Почему ты так долго? Поторопись и пойдем! – нетерпеливо пожаловалась Ци Жунци, которая сторожила снаружи. Ей никогда не нравилась Цинь Ваньжу, но она должна была сейчас сдерживать себя, чтобы осуществить более серьезный, злой план.

Леденящий взгляд появился в глазах Цинь Ваньжу. Она полностью проигнорировала Ци Жунчжи, и направилась к выходу из двора с Цин Юэ, следующей за ней.

– Что все это значит, Цинь Ваньжу? – воскликнула Ци Жунчжи, когда Цинь Ваньжу даже взглядом ее не удостоила.

Ци Жунчжи больше не могла сдерживать свой гнев и подняла руку, намереваясь дать Цинь Ваньжу пощечину, когда та будет проходить мимо нее. Именно так она обычно обращалась с Цинь Ваньжу.

Однако Цинь Ваньжу на этот раз ловко поймала руку Ци Жунчжи и отшвырнула ее прочь.

Ци Жунчжи совершенно не ожидала, что Цинь Ваньжу посмеет сопротивляться. Она пошатнулась и чуть не упала на землю. Она была на два года старше Цинь Ваньжу, поэтому, естественно, она была выше и крупнее. Однако худенькая Цинь Ваньжу все же сумела отшвырнуть от себя ее руку. После того, как Ци Жунчжи снова твердо встала на ноги, она закричала в ярости, говоря:

– Что ты пытаешься сделать, Цинь Ваньжу?

– А что вы пытаетесь сделать? – холодно ответила Цинь Ваньжу, когда успокоилась. Хотя она была на голову ниже Ци Жунчжи, она не показывала никаких признаков слабости. – Мисс Ци, это поместье генерала и место, где никто не приветствовал вас. Неужели вы действительно думаете, что мы боимся вас? – продолжала Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу умудрилась нанести Ци Жунчжи сильный удар, хотя Ци Жунчжи всегда была злобным человеком, который издевался над другими, но не позволял себя запугивать.

К счастью, Ци Жунчжи была опозорена вчера, и вина, казалось, лежала на мадам Ди и Цинь Юйжу. Цинь Ваньжу знала, что Ци Жунчжи была более заинтересована в том, чтобы отомстить Цинь Юйжу, чем она сама, поэтому она не будет тратить время на споры с ней.

– Пойдем поищем твою старшую сестру! – сказала Ци Жунчжи, стиснув зубы. Слова Цинь Ваньжу сосредоточили всю злобу Ци Жунчжи на Цинь Юйжу.

Главной целью Ци Жунчжи на данный момент была Цинь Юйжу. Хотя она также не собиралась отпускать Цинь Ваньжу, она не сможет противостоять Цинь Юйжу, если сейчас вступит в бой с Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу повернулась и пошла впереди Ци Жунчжи, не отвечая ей, видя, что та пыталась подавить гнев. Мало того, что эти двое шли на расстоянии друг от друга, они вообще не смотрели друг другу в глаза. Ци Жунчжи могла только следовать близко за Цинь Ваньжу, а ее горничная следовала за ними, когда они направлялись во двор Цинь Юйжу.

После того как они ушли, старая мадам поспешно отправила старую деву в поместье магистрата. На самом деле, эти два поместья располагались не слишком далеко друг от друга.

Цинь Юйжу только что встала с постели и не собиралась идти во двор старой мадам, чтобы выразить ей свое уважение, следуя традиции. На самом деле она собиралась пойти к мадам Ди, чтобы обсудить, как заманить Ци Жунчжи напасть на Цинь Ваньжу.

Как бы ей хотелось, чтобы Ци Жунчжи причинила Цинь Ваньжу сильную боль, чтобы парализовать ее или хотя бы изуродовать ее лицо, чтобы ее собственный гнев по отношению к Цинь Ваньжу утих.

После умывания служанки Цинь Юйжу подали ей завтрак.

– Барышня, к вам пришли мисс Ци и вторая мисс Цинь! – Вошла горничная и сообщила ей об их прибытии.

Ошеломленная на мгновение, Цинь Юйжу наконец кивнула и сказала:

– Впусти их!

Она сосредоточила свой взгляд на кипящей горячей каше на столе и задумалась, когда злая улыбка расплылась по ее лицу. Она посмотрела на Мэй Сюэ, которая стояла рядом с ней, говоря:

– Насыпь немного этой каши для двух дам. Они должны позавтракать со мной, так как они здесь! Сейчас раннее утро, и погода холодная. Каша их согреет. Чем она горячее, тем лучше!

Ци Жунчжи никогда не заботилась о жизни людей, и любила разбивать вещи других людей и бить их по лицам. Если бы ей удалось спровоцировать ее на гнев по отношению к Цинь Ваньжу, кто знает, может быть, эта миска с горячей кашей убила или изуродовала бы Цинь Ваньжу…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 38. Громкий скандал и драка

Глава 38. Громкий скандал и драка

.

Услышав, что ее пригласили, Ци Жунчжи решительно вошла в дом широкими шагами.

– Сестра Ци, пойдем вместе есть кашу. Этот рис – дань, которую твой старший брат прислал в прошлый раз. Он особенно клейкий и очень ароматный, – сказала Цинь Юйжу, радостно взяв Ци Жунчжи за руку. Она вела себя так, как если вовсе не видела Цинь Ваньжу, которая вошла следом за Ци Жунчжи. Она подчеркнуто демонстративно не обращала на нее внимания.

Цинь Ваньжу холодно осмотрела ее с головы до пят, и ее взгляд упал на три миски каши на столе. Парующая каша действительно выглядела очень аппетитно.

– Старший брат всегда относится к тебе лучше, чем ко всем остальным! – недовольно фыркнула Ци Жунчжи, однако не села на предложенное место. Она повернула голову и очень недовольно оттолкнула руку Цинь Юйжу. – Старший брат так тебя балует, как ты могла отказаться от него?

– Я... Вообще-то, я тоже не знаю, что происходит. Я не знаю, откуда взялась эта коробка с письмами! – Выражение лица Цинь Юйжу слегка изменилось. Она печально опустила голову, и в ее глазах появились слезы. Она ловко начала переводить разговор на Цинь Ваньжу. Раньше она уже обсудила все с мадам Ди – несмотря ни на что, она «ничего не знает», и ее «подставили».

– Вторая мисс Цинь, откуда взялась коробка, которую ты заставила моего старшего брата найти? – злобно спросила Ци Жунчжи, как будто она обвиняла ее в преступлении.

– Она была найдена в комнате старшей сестры, как я могу знать, откуда она там взялась? – неторопливо ответила Цинь Ваньжу, затем слегка наклонила голову, посмотрела на Цинь Юйжу и озадаченно спросила: – Старшая сестра собирается снова обручиться со старшим молодым мастером семьи Ци?

Выражение лица Цинь Юйжу застыло, и она поспешно сказала:

– Теперь, когда все так получилось, мы должны немного подождать.

Она имела в виду, что раз уж они разорвали помолвку, даже если захотят возобновить ее, им придется подождать, пока не уляжется шумиха. Она говорила так, словно хотела вернуть отношения с семьей Ци, но будь то Цинь Ваньжу или Ци Жунчжи, они прекрасно уловили скрытое послание в ее словах.

Они не Ци Тяньюй, и не были обмануты ею.

– Так ты хочешь выйти за него замуж или нет? – продолжала допытываться Цинь Ваньжу с наивной улыбкой, словно не слышала увертки в словах Цинь Юйжу.

– Вторая сестра, наши родители – это те, кто решает наши судьбы, как мы можем что-то решить сами? Хотя сейчас нас здесь только трое, все равно неразумно говорить об этом за их спиной. – Цинь Юйжу с праведным видом упрекнула Цинь Ваньжу, как будто она действительно была покорной почтительной дочерью.

– То есть, ты хочешь сказать, что если мама решит, что тебе следует заключить помолвку с наследником герцога Юнкана, ты будешь ее слушать? – с простодушием ребенка спросила Цинь Ваньжу, словно она была глупой маленькой девочкой.

Цинь Юйжу яростно сжала руку в нижней части рукава, продолжая нежно улыбаться, и с лицемерной застенчивостью сказала Цинь Ваньжу:

– Вторая сестра, не говори ничего, о чем молодым девушкам неприлично говорить. Лучше сядь за стол и съешь немного каши!

На столе стояли три миски с горячей рисовой кашей. Было очевидно, что хозяйка дома давным-давно знала о том, что они придут к ней.

– Цинь Юйжу, хватить юлить, ответь мне честно. Ты смотришь с презрением на моего старшего брата и хочешь взобраться на более высокую ветку? – спросила Ци Жунчжи и насмешливо фыркнула. Она прекрасно видела, что Цинь Юйжу намерена пнуть Ци Тяньюя в сторону, чтобы вступить в брак с семьей герцога Юнкана из столицы империи Цзин.

Она подумала о том, что ее влюбленный старший брат все еще полон радости и надеется назначить встречу с генералом армии Нинъюань через некоторое время. Но Цинь Юйжу не только пыталась избежать этого, но и стремилась обелить свою репутацию. Она хотела скрыть свой скандал, спихнув всю вину на других, и выйти сухой из воды.

Исходя из того, что Цинь Юйжу не собиралась выходить замуж за Ци Тяньюя, выходило, что несчастный случай на озере, когда она упала в воду, естественно, был подстроен Цинь Юйжу.

Ци Жунчжи больше не могла сдерживать ярость. Она сделала два шага к столу, взяла миску с обжигающе горячей кашей и неожиданно швырнула ее в Цинь Юйжу.

Случилось так, что Цинь Юйжу и Цинь Ваньжу стояли в это время очень близко друг к другу. Она специально целилась в точку между ними двумя. Как было бы хорошо, если бы одна миска каши могла изуродовать хорошенькие мордашки двум дешевым девицам!

Когда Цинь Ваньжу увидела Ци Жунчжи, идущую к столу, она уже знала, что дело плохо, и поспешила вовремя отскочить в сторону, подняв правую руку, чтобы заслонить себя широким рукавом. Несмотря на это, несколько капель каши пролилось на ее правую руку, и она вскрикнула от боли.

Цинь Юйжу тоже внимательно наблюдал за движениями Ци Жунчжи. Когда она увидела, что та поднимает миску, она тоже поняла, что сейчас произойдет что-то плохое, но среагировала немного поздно. Миска уже летела к ее плечу. Она изо всех сил старалась увернуться от нее и подсознательно использовала свою руку, чтобы избежать столкновения. Половина порции обжигающей каши обожгла ей ладонь.

– Ааа! – завопила Цинь Юйжу и тут же упала. Миска с кашей шлепнулась к ее ногам, и еще несколько капель брызнули ей на лицо.

Мэй Сюэ бросилась к хозяйке с криком:

– Барышня, барышня, как вы?

В этот момент Цинь Юйжу страдала от такой сильной боли, что не могла произнести ни единого слова. Она резко взмахнула рукой, и каша соскользнула с ее ладони. Но даже так, большая часть ее ладони была ошпарена, и стала красной, как кровь.

– Скорее, кто-нибудь, на помощь! Мисс Ци обожгла руку старшей юной леди! – завопила Мэй Сюэ.

– Эй! Ты не можешь возложить вину на меня... – Видя, как Цинь Ваньжу вовремя увернулась, Ци Жунчжи почувствовала себя очень неудовлетворенной.

Она фыркнула и уже собиралась свалить вину на Цинь Ваньжу, когда ее прервала сама Цинь Ваньжу:

– Скорее, держите мисс Ци, пока она снова не причинила боль старшей сестре!

В комнате были и другие горничные. Только сейчас Ци Жунчжи вздрогнула от испуга.

Служанки были шокированы поведением Ци Жунчжи и вернулись в реальность только тогда, когда услышали приказ Цинь Ваньжу. Двое из них тут же бросились вперед и крепко схватили Ци Жунчжи за руки, не давая ей сдвинуться с места. Чуньи, горничная Ци Жунчжи, хотела вмешаться, чтобы помочь хозяйке, но ее схватили другие служанки.

Все служанки испугались до смерти, когда поняли, что с Цинь Юйжу произошел несчастный случай в ее собственном доме. Никто не смог бы вынести последствий, если бы что-то случилось со старшей юной леди. Следовательно, они должны крепко ухватиться за виновника, чтобы прояснить ситуацию перед хозяевами.

Ци Жунчжи не ожидала, что Цинь Ваньжу прикажет своим людям схватить ее. Она была в ярости и изо всех сил старалась вырваться, но все было напрасно, и она сердито закричала:

– Цинь Ваньжу, как ты смеешь! – На этот раз она даже не могла придумать себе оправдания!

– Иди к мадам Ди и сообщи, что мисс Ци ранила старшую сестру, а ты приведи сюда доктора. – Цинь Ваньжу, не обращая внимания на Ци Жунчжи, отдала распоряжения двум старухам, которых она подозвала.

Служанки Цинь Юйжу потеряли головы от ужаса. Услышав приказ Цинь Ваньжу, обе старые девы тут же выбежали из дома.

Ци Жунчжи начала вопить во всю силу своих легких:

– Цинь Ваньжу, ты такая смелая! Отпусти меня немедленно! – Она энергично извивалась и вертелась изо всех сил, крича на двух служанок, которые крепко держали ее: – Вы глухие или слепые? Как вы смеете прикасаться ко мне своими грязными лапами?!

– Мисс Ци, они не глухие и не слепые! Они знают, где находятся, и знают, что мисс Ци только что причинила боль моей старшей сестре. Неужели поместье Ци решило так низко отомстить нам? Вы даже готовы вот так искалечить жизнь моей старшей сестре! – холодно произнесла Цинь Ваньжу.

Ци Жунчжи была так зла на Цинь Ваньжу, что попыталась ударить ее ногой. Она уставилась на девочку разъяренными глазами и закричала на нее:

– Что значит отомстить? Ваше поместье во всем виновато! Цинь Юйжу, эта дешевка, спуталась с другим мужиком и наставила рога моему старшему брату! Она опозорила его! Неужели она думала, что мы просто ее простим? Как можно надеяться вот так безнаказанно уйти от этого? – Ее гнев был ловко направлен Цинь Ваньжу в нужное русло.

– Моя старшая сестра и старший молодой мастер семьи Ци уже все решили миром, и родители этих двоих ничего не сказали. Мисс Ци, для кого вы требуете правосудия в такой степени, что вы должны устроить подобную сцену? Если о вашем скандальном поведении станет известно, интересно, кто осмелиться жениться на вас, мисс Ци? – холодно сказала Цинь Ваньжу. Ее каждое слово, казалось, оправдывало Цинь Юйжу.

Ци Жунчжи разозлилась еще больше. Она повернулась к Цинь Ваньжу, которая стояла рядом с ней, и резко фыркнула. Вырываясь изо всех сил, она закричала:

– Какая наглость, она беременна от другого, но все еще хочет быть с моим старшим братом! Ему не нужна чужая подстилка!

Ци Жунчжи всегда была вспыльчивой и прямолинейной. Когда она была в ярости, то могла сказать все, что угодно. Она была уверена, что Цинь Юйжу предала ее старшего брата и опозорила его, поэтому она усилила его собственные слова и преувеличила их. По крайней мере, она будет говорить так, как он сам сказал, что не хочет быть рогоносцем, и это будет для нее хоть каким-то оправданием.

– Посмотри на вещи в этом доме, я уверена, что многие из них были подарены ей любовником! Цинь Юйжу, как ты могла так распутно себя вести? С одной стороны, ты целуешься с моим братом, а с другой – тебя обрюхатил твой тайный любовник! Ты – грязная шлюха, но кто-то все еще хочет тебя! Кому же еще я могу швырнуть в наглую морду эту кашу, как не тебе!

Ци Жунчжи была в режиме берсерка. В этот момент она уже давно забыла, что собиралась втянуть в это дело Цинь Ваньжу.

В это время Мэй Сюэ уже отвела Цинь Юйжу в сторону и усадила. Она с тревогой вытерла кашу с рук и лица юной хозяйки. На прекрасном лице Цинь Юйжу было несколько маленьких красных пятен, которые не выглядели опасными. Но на ее руке был большой ожог, к которому нельзя было прикоснуться, и лицо Цинь Юйжу было залито слезами от боли.

Душераздирающая боль наполнила ее сердце ненавистью к Ци Жунчжи. Она стиснула зубы, терпя боль в руке, встала, бросилась к Ци Жунчжи, которую крепко держали две служанки, и дала ей две сильные пощечины.

Поскольку Цинь Юйжу сейчас слишком сильно ненавидела Ци Жунчжи, она вообще не сдерживалась. Она вложила в пощечины всю свою злость, и эти два удара отшвырнули голову Ци Жунчжи в сторону.

Лицо Ци Жунчжи сразу же покраснело и распухло.

– Шлюха, как ты посмела ударить меня! – После мгновенного осознания, Ци Жунчжи встрепенулась и резко ударила Цинь Юйжу ногой в живот. Она никогда еще не чувствовала такого унижения. Она брыкалась, продолжая дико верещать: – Цинь Юйжу, я тебя прикончу!

Как могла Цинь Юйжу выдержать такой сильный удар ногой? От боли она сразу обмякла и тяжело грохнулась назад.

Слуги были шокированы тем, что эти две нежные леди затеяли грязную драку. Они были свидетелями того, как Ци Жунчжи была избита, и теперь они были свидетелями того, как Цинь Юйжу была отправлена в полет на стул, прежде чем она упала вместе с ним навзничь. На этот раз Цинь Юйжу даже не вскрикнула; она сразу же потеряла сознание.

– Ци Жунчжи, ты слишком много себе позволяешь! Моя старшая сестра из-за тебя упала в обморок! Ты... Издевательства твоей семьи перешли все границы! – Цинь Ваньжу сердито шагнула вперед, протягивая руку, как будто хотела оттолкнуть Ци Жунчжи, но из-за гнева ее рука ушла от цели. Все закончилось тем, что она резко ударила в мягкую грудь Ци Жунчжи, промахнувшись мимо ее руки.

Удар Цинь Ваньжу оказался очень болезненным. Грудь женщины возле руки изначально была нежной. Особенно для тринадцати-четырнадцатилетней девушки, у которой грудь все еще развивается.

Этот удар был настолько болезненным, что Ци Жунчжи почти не могла дышать. Сама не понимая, откуда у нее взялась сила, Ци Жунчжи вырвалась из рук двух горничных и яростно бросилась к Цинь Ваньжу…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 39. Большой шрам на руке

Глава 39. Большой шрам на руке

.

Цинь Ваньжу была уже давно готова. Она спряталась за спинами горничных, стоявших рядом с ней.

Несколько слуг увидели, что Ци Жунчжи все еще несется на Цинь Ваньжу, и сразу же поспешили вперед, чтобы заблокировать ее. Однако Ци Жунчжи только что испытала сильную боль и неслась к ним, как бешеная собака. Она оттолкнула слуг, и так как они не осмеливались причинить ей боль, то только продолжали отступать назад. Некоторые из девушек были избиты Ци Жунчжи.

Цинь Ваньжу отступила к двери и услышала приближающиеся шаги. Она посмотрела на взбешенную Ци Жунчжи и расплылась в зловещей ухмылке, прежде чем одним быстрым шагом выйти из комнаты.

Мадам Ди спешила сюда с несколькими горничными и старухами. Она увидела, как Цинь Ваньжу выскочила из комнаты, но не обратила на нее никакого внимания, пока сама не пыталась войти внутрь.

Ци Жунчжи была выведена из себя Цинь Ваньжу до такой степени, что могла сойти с ума. Она бросилась к двери и увидела, что кто-то преграждает ей путь. Она решила, что ей мешает очередная служанка, подняла руку и влепила ей две крепкие пощечины, гневно вопя:

– Тварь, пошла прочь с дороги! – Затем она сильно толкнула этого человека.

Мадам Ди была избита и прежде, чем успела понять, что происходит, ее пинком вытолкнули за дверь. К счастью, расторопным служанкам позади нее удалось поймать ее. После небольшой паузы ее гнев мгновенно поднялся до небес. Она указала на уже распоясавшуюся Ци Жунчжи и закричала:

– Поймайте мне эту лисицу! Не важно, убьете вы ее при этом или покалечите!

Мадам Ди очень сильно рассердилась. Прежде чем прийти, она выслушала доклад своих подчиненных о том, как Ци Жунчжи вылила на Цинь Юйжу миску обжигающей каши и ошпарила ее. Она поспешно прибежала сюда и получила две крепкие пощечины от наглой девчонки!

Как только Ци Жунчжи увидела, что человек, которого она ударила, была мадам Ди собственной персоной, она поняла, что ей несдобровать. Она тут же перестала сопротивляться и была схвачена горничными и прислужницами.

Из-за беспорядочной толпы донеслось строгое замечание:

– Мадам Ди, что моя дочь сделала такого, чтобы вы, ее старшая, посмела называть ее лисицей? Она же еще ребенок!

Пришли люди из поместья магистрата Ци после того, как их пригласила старая мадам!

Услышав этот голос, Ци Жунчжи сразу же жалобно разрыдалась и закричала:

– Мама, мама, они хотят погубить мою репутацию и убить меня!

– Да что же это такое?! Мадам Ди, вы раз за разом губите моих двоих детей! Что вам от нас надо?! – Жена магистрата мадам Ли только что подошла к воротам двора, услышав крик дочери, потом посмотрела на ее порванную одежду и закипела от гнева.

Она пришла немного позже и не видела, как Ци Жунчжи влепила две крепкие пощечины мадам Ди. Она только видела, как ее собственную дочь держали женщины, и что она оказалась в таком ужасном состоянии. Она совсем не походила на дочь из богатой семьи.

– Мадам Ли, вы здесь как раз вовремя. Ваша дочь ошпарила Юйжу миской горячей каши. Она даже дала мне две пощечины.! Как вы собираетесь это уладить? Если она не грязная землеройка, то кто же тогда? Ребенок? Она уже такая большая и готова выйти замуж, но все еще дитя малое?

Мадам Ди тоже была взбешена. Она была одновременно зла и рассержена. Из-за двух пощечин она потеряла свое лицо перед слугами, как же она могла сказать что-то доброе в этот момент?

Цинь Ваньжу спокойно смотрел на этих двух сварливых баб, в ее глазах вспыхнула насмешка, иней на дне зрачков сгустился, В прошлом, когда Ци Жунчжи била ее или она «случайно» получила бы травму, эти двое всегда утверждали, что Ци Жунчжи была всего лишь ребенком, и это не имело большого значения. Они так сильно подавляли ее, что даже ее бабушка не могла заступиться за нее.

Как только Цинь Юйжу оказалась пострадавшей, Ци Жунчжи стала «лисицей» и «землеройкой»!

Вылив обжигающую кашу, а также ударив мадам Ди... даже если бы Ци Жунчжи захотела переложить вину на нее, она не смогла бы этого сделать. Цинь Ваньжу все еще думала о том, как могла бы заставить две семьи идти разными путями и помешать Цинь Юйжу и Ци Жунчжи работать рука об руку друг с другом. Теперь, когда глупая Ци Жунчжи доставила себя прямо к порогу, это было идеальное время!

Услышав обвинения мадам Ди, мадам Ли обнаружила, что все идет не совсем так, как она ожидала. Она сразу же повернулась, чтобы спросить:

– Что? Жунчжи, ты действительно ошпарила Цинь Юйжу?

– Мама, я... Я сделала это, потому что они подставили меня первыми. Они хотят разрушить мою репутацию, чтобы компенсировать падение репутации Цинь Юйжу в последнее время. Мама, они даже подстроили, чтобы я упала в озеро и послали мужчину, который спасет меня, только чтобы повредить моей репутации, – оправдываясь, воскликнула Ци Жунчжи, обиженно плача.

– Мадам Ди, мой сын хочет жениться на вашей дочери, но ваша дочь выставила его на посмешище, наградив развесистыми рогами. Вся префектура Цзянчжоу теперь сплетничает о нем, но вы находите это недостаточным и даже хотите уничтожить репутацию моей дочери. Ладно... ладно, мы не можем позволить себе и дальше быть униженными вашим поместьем генерала, и с сегодняшнего дня мы разорвем все связи с вами!

Когда мадам Ли услышав жалобы Ци Жунчжи, она пришла в такую ярость, что ее чуть не вырвало кровью. Она всегда беспокоилась об отношениях Ци Тяньюя и Цинь Юйжу. Хотя ее сын объяснил, что Цинь Юйжу подставили, она ему не верила. Все они были женщинами с заднего двора, и мадам Ли могла ясно видеть сквозь уловки Цинь Юйжу, но ее глупый влюбленный сын ничего не хотел слушать.

Мадам Ди всегда жестко контролировала поместье генерала, и мадам Ли понимала, что Цинь Ваньжу не тот человек, который способен на интриги. Что касается Шуй Жолань, то она посторонний человек. Обычно, она даже не выходила за пределы своего двора, как же она могла подговорить Цинь Ваньжу, поместить коробку в комнату Цинь Юйжу?

Хорошо, допустим это было сделано, чтобы подставить невинную девушку. Тогда как могло содержание писем быть настолько правдоподобным? Очевидно, это была ложь, придуманная Цинь Юйжу, чтобы оправдать себя.

Мадам Ди нахмурилась от гнева, вызванного словами Ци Жунчжи. Она уставилась красными глазами на мадам Ли и сказала:

– Мадам Ли, о чем вы говорите, когда это мы так явно обидели вашу дочь? Совершенно очевидно, что мисс Ци поступила неправильно, а теперь перекладывает вину на других. Если что-то случиться с моей дочерью, вы мне дорого за это заплатите!

Она чувствовала, что все сказанное Ци Жунчжи было придумано в панике. Очевидно, это была ложь, которую она сочинила, потому что чувствовала себя виноватой за то, что вылила кашу на Цинь Юйжу. Если у Юйжу останется шрам, то это только начало!

Разгневанная мадам Ли больше не хотела пререкаться с мадам Ди. Она махнула рукой и приказала своим людям:

– Немедленно уведите отсюда мою дочь! Мы больше никогда сюда не придем.

Тут же подошли две горничные из поместья магистрата. Женщины вырвали Ци Жунчжи из рук служанок, которые ее держали. Как только руки Ци Жунчжи освободились, она бросилась в объятия мадам Ли, обиженно плача.

– Идем отсюда! – Мадам Ли сердито повернулась и увела свою дочь, ласково обнимая ее за плечи.

Ци Жунчжи шла в объятиях матери и вдруг оглянулась. Когда она повернула голову, она остановила свой взгляд на Цинь Ваньжу, словно хотела что-то сказать, но мадам Ли решительно увела ее прочь.

Наблюдая, как люди из поместья Ци уводят Ци Жунчжи, мадам Ди больше не могла разбираться с ней. Она сразу же бросилась в дом, чтобы взглянуть на Цинь Юйжу. В этот момент пришел доктор, и толпа людей вошла в заднюю комнату.

У ворот двора остались только Цинь Ваньжу и ее горничная Цин Юэ. Цинь Ваньжу тихо вздохнула и спокойно посмотрела вслед толпе людей из поместья магистрата Ци. Когда Ци Жунчжи привела ее сегодня сюда, у нее не было добрых намерений. Она хотела подстроить несчастный случай и свалить вину на нее. Но ситуация вышла из-под контроля, и Ци Жунчжи теперь не могла увильнуть от ответственности.

Цинь Ваньжу изогнула уголки губ в насмешливой улыбке, обернулась и неожиданно наткнулась взглядом на красивые злые глаза, которые с интересом смотрели на нее. Ее улыбка тут же застыла у нее на губах.

На втором этаже павильона напротив Цинь Ваньжу стоял Чу Лючэнь, небрежно прислонившись к окну. Он был одет в белоснежный наряд, и его красивое лицо было ярко оттенено. Его глаза были ослепительны, брови чуть нахмурены, и он был похож на картину, которую трудно было описать. Он был элегантен, как небожитель.

Он лениво наклонился вперед и очевидно давно наблюдал за ней. Его взгляд встретился с глазами Цинь Ваньжу, и его губы изогнулись в недоброй улыбке.

Цинь Ваньжу втайне скривилась. Она подумала, что это просто шутка, и не ожидала, что его светлейшее высочество будет настолько свободен, чтобы действительно прийти и посмотреть это шоу. Чувствуя себя беспомощной, она слегка поклонилась ему из уважения и ушла вместе с Цин Юэ. Этот парень давил на нее слишком сильно!

В комнате Цинь Юйжу помогли лечь в постель, вытерли остатки каши с ее кожи, и доктор занялся ее травмами.

– Как моя дочь? С нею будет все хорошо? – нервно спросила мадам Ди, глядя, как ее любимая дочь плачет от боли.

– Мадам, боюсь, ее рана на руке очень тяжелая! Ожоги на лице не настолько серьезны, но нужно дать им зажить должным образом, иначе потом у нее останутся шрамы, – нахмурившись, сказал доктор.

– А как ее рука? Что с рукой? – Мадам Ди посмотрела на красную ладонь, на которой вырос большой волдырь, и ее лицо побледнело, как снег.

– Рука... к сожалению, такой ожог точно оставит шрам! – неохотно ответил доктор. Большая часть ее руки была ошпарена, и за это время образовался большой волдырь. Вся ладонь девушки была ярко-красной, почти прозрачной. Любой, кто взглянул бы на это, обнаружил бы, что его сердце сжалось от жалости. – Эта рана слишком глубока! Я ничего не могу поделать!

– А есть ли другой выход? Нет никакого другого способа, который мы можем рассмотреть? – в отчаянии воскликнула мадам Ди. Тело девушки было ценным приобретением, она бы потеряла свою ценность, если бы у нее остался большой шрам на руке. Как она могла допустить, чтобы что-то случилось с Цинь Юйжу в это время?

– Так и есть... это действительно невозможно. Или во Дворце может быть хорошая мазь для удаления шрамов, она может пригодиться! – У доктора действительно не было другого выбора, кроме как уступить настойчивости мадам Ди, но он мог дать ей только слабую надежду.

– Дворец… мазь из Дворца? – спросила встревоженная мадам Ди, которая задумалась, как достать мазь из Дворца.

– Мадам, может быть, следует обратиться с просьбой в резиденцию герцога Юнкана в столицу? Может быть, к них есть мазь, полученная из Дворца? – стоя рядом с мадам Ди, подсказала ей бабка Чоу.

– Да... да. Напишу письмо прямо сейчас. Герцог Юнкан всегда пользовался благосклонностью императора. Во Дворце должна быть какая-нибудь мазь! – Глаза мадам Ди мгновенно загорелись надеждой. Она встала и повернулась, чтобы уйти. Она должна поспешить и написать письмо.

Когда она подошла к двери, Цянь Ваньжу случайно вошла внутрь. Она поклонилась ей и спросила:

– Мама, как чувствует себя старшая сестра?

– С твоей старшей сестрой все в порядке, ничего страшного не произошло! – Мадам Ди остановилась, откинулась назад и зловеще ухмыльнулась.

– Вот и хорошо. Тогда я доложу бабушке, чтобы ей не пришлось беспокоиться об этом! – тихо сказала Цинь Ваньжу, словно не слышала гнева в словах мадам Ди. Затем повернулась и вместе с Цин Юэ ушла, даже не взглянув на Цин Юйжу.

Мадам Ди была так взбешена, что ее всю затрясло. Она чуть не бросилась к Цинь Ваньжу чтобы влепить ей две крепкие пощечины. Но она уже уточнила раньше, это дело не имело никакого отношения к ней. Все началось с безумного поведения Ци Жунчжи, которая сделала это только потому, что была расстроена отменой брака и пришла сюда, чтобы намеренно устроить неприятности.

Сейчас мадам Ди очень сожалела, что впустила Ци Жунчжи в свое поместье. Если бы она только знала, что все так обернется...

Но какой смысл сожалеть об этом теперь? Она могла только стиснуть зубы и злобно смотреть в спину Цинь Ваньжу. Как только вопрос Юйжу будет решен, она найдет время, чтобы преподать этой соплячке урок. Как она смеет стоять в стороне и наблюдать за разворачивающейся сценой, не помогая своей сестре остановить Ци Жунчжи? Ну почему этой дешевке так повезло, что ей не обожгли лицо?..

– Мадам, вторая мисс никуда не денется. Что насчет поместья магистрата Ци? – напомнила бабка Чоу госпоже, которая продолжала пристально смотреть вслед Цинь Ваньжу.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 40. Давай вместе устроим переполох

Глава 40. Давай вместе устроим переполох

.

На ходу мадам Ди нахмурилась и процедила сквозь стиснутые зубы:

– Что ты имеешь в виду, спрашивая, что делать? Ци Жунчжи, подлая лисица, ошпарила Юйжу, что еще мы можем сделать? Мы позже доложим об этом генералу и заставим поместье магистрата Ци ответить по полной. В прошлый раз, когда Юйжу и Ци Тяньюй оказались в центре скандала, генерал считал, что это мы нанесли обиду магистрату Ци. Но на этот раз, на этот раз не правы они!

Бабка Чоу проворно сделала два быстрых шага, догнала хозяйку и вполголоса спросила:

– Мадам, вы хотите сказать, что мы должны использовать этот случай, чтобы погасить слухи о предыдущем скандале?

Сердце мадам Ди дрогнуло. Она застыла как вкопанная, и ее глаза загорелись воодушевлением.

– Да, именно это мы и сделаем! Если они не хотят запятнать репутацию Ци Жунчжи, то должны признать, что Юйжу не сделала ничего аморального. В противном случае, они могут забыть о пощаде! Ци Жунчжи настолько жестокая и подлая, что она легко способна уничтожить чужое лицо только по своей прихоти! Если это выплывет наружу, кто посмеет жениться на ней!

– Итак, мадам говорит, что сначала мы должны обсудить это с мадам магистрата Ци? – Бабка Чоу чутко уловила направление ее мыслей.

– Да, мы должны серьезно поговорить об этом, но нам не следует торопиться, мы можем оставить их на некоторое время. На этот раз они те, кто паникует и переживает! – Мадам Ди снова двинулась вперед, и ее лицо расплылось в зловещей улыбке.

Репутация ее любимой дочери была полностью разрушена. Столица Цзин была далеко от того городишка, где они находились. Хотя известие об этом скандале с отменой свадьбы может и вовсе не дойти туда, было бы хорошо, если бы магистрат Ци мог изменить свои показания.

Изначально она хотела, чтобы Цинь Ваньжу считалась виновницей срыва свадьбы. Однако, видя, как складывается ситуация, она поняла, что им неизбежно придется самим нести ответственность за это, и могла только подумать о других способах выйти сухими из воды. Так как Ци Жунчжи решила так кстати вмешаться, то ей лучше не думать легко отделаться.

Хотя мадам Ли также была очень прямолинейным человеком, обе семьи чего-то хотели. Разве не лучше для них мирно договориться и дружно соврать, чтобы спасать своих дочерей от их несчастий? В результате не только Цинь Ваньжу, даже Шуй Жолань может потерять свою репутацию из-за этого инцидента.

При этой мысли на лице мадам Ди появилась довольная улыбка.

Сейчас она должна быстро написать в столицу, чтобы попросить о помощи. Было бы неплохо, если бы она уговорила Юйжу немного помолчать о своих обидах, а потом показать всем эти страдания и возложить ответственность за инцидент потери репутации и за ожог кашей на Цинь Ваньжу и ее «вдохновительницу» Шуй Жолань. Мадам Ди считала, что ее собственная семья в столице получит хорошую мазь от Дворца. Травма Цинь Юйжу станет еще лучшим доказательством их слов!

***

Цинь Ваньжу не вернулась в свой собственный двор. Она сидела на качелях, куда всегда ходила. Девушка немного прикусила нижнюю красно-вишневую губу, и медленно качалась на качелях. Она была рассеянна и хмурилась, погруженная в свои мысли.

Мадам Ди всегда была хитра и полна коварных уловок. Если Цинь Ваньжу не будет осторожна, ее могут подставить, чтобы она была обесчещена, и тогда она точно погибнет. Некоторые ситуации не могут быть улажены в одиночку, ей нужен кто-то, кто будет сотрудничать с ней. Следовательно, в этот момент ей нужно найти опору, на которую она может положиться, чтобы решить насущную проблему. И она должна была найти этого человека в поместье магистрата Ци.

Что касается родни Ци Жунчжи, ей нужно заставить их вынести этот вопрос на обсуждение клана. В противном случае мадам Ди использует дело с кашей, чтобы тайно прийти к договоренности с мадам Ли, и в конечном итоге переложить всю вину на других.

Эти две женщины одного поля ягоды, одна была хитрой и злой, другая была наглой и имела черное сердце. Если бы они собрались вместе и что-то задумали, Цинь Ваньжу определенно была бы использована как щит для них.

Похоже, ей следует приказать Ван Фэну позвать Ци Байюя, чтобы поручить ему раструбить в поместье магистрата о деле с кашей.

Цинь Ваньжу все продумала заранее. Она отпустила веревки качели, за которые держалась, и хотела встаьб. Вдруг тихий голос послышался у нее над головой:

– Цинь Ваньжу, Цинь Ваньжу!

Этот голос был очень знакомым. Ее сердце подпрыгнуло, и она тут же подняла глаза. Она столкнулась взглядом с мальчишкой, сидевшим на корточках на стене напротив нее. Ее глаза заблестели, когда она увидела его; это был паренек, которого она как раз собиралась искать – Ци Байюй.

– Брат Байюй! – Цинь Ваньжу спрыгнула с качелей и тут же побежала к стене. Она подняла глаза и улыбнулась мальчишке, находившемуся на вершине стены.

Паренек обнял дерево рядом с собой и присел на корточки на вершине стены. Его улыбчивые глаза выглядели очень бодро, а на лице сияла улыбка. У него были симпатичные ямочки на щеках, которые делали его улыбку чистой и теплой. Он также имел свежий дух молодости и выглядел по-настоящему красивым. Глядя на Цинь Ваньжу под стеной, он улыбнулся и помахал ей рукой.

Цинь Ваньжу посмотрела по сторонам и обнаружила две прямоугольные дощатые коробки, сложенные в углу. Она быстро подтащила их ближе. К счастью, они были пусты и не слишком тяжелы для нее.

Она поставила их туда, где сидел на корточках Ци Байюй. Сложив ящики один на другой, она начала карабкаться вверх, немного дрожа от нетерпения.

Увидев, что она поднимается так шатко, мальчишка перестал улыбаться и нервно напомнил ей:

– Сестра Ваньжу, будь осторожна!

Деревянные ящики не выглядели устойчивыми и немного раскачивались. Он очень боялся, что девочка упадет. Он протянул руку, чтобы поддержать ее, если она пошатнется, даже не успев встать.

– Я в порядке! – Цинь Ваньжу осторожно залезал наверх и постепенно выпрямилась. Она схватилась за его руку, слегка покачнулась и так была так напугана этим, что ее лицо сразу стало белым как снег. Она быстро прижалась к стене и застыла, не двигаясь.

Мальчик почувствовал какое-то движение на своей руке, и его лицо тоже побелело. Он быстро сжал ее руку еще крепче и нервно спросил:

– Сестра Ваньжу, ты как?

– Я… Я в порядке! – Цинь Ваньжу попыталась сосредоточиться и, посмотрев на солнечного мальчика, мягко спросила его: – Брат Байюй, почему ты здесь? Какое удачное совпадение!

Она как раз собиралась поручить слуге найти его, и он появился. Это было не просто совпадение, а почти чудо!

– Когда Ци Жунчжи дома закатила истерику и сказала, что не хочет больше с вами знаться, я понял, что что-то случилось, поэтому решил подойти и подслушать. Ну и что тут случилось? С тобой все в порядке? – Ци Байюй потянул ее за руку и улыбнулся только тогда, когда увидел, что она больше не раскачивается.

– Они ничего не рассказывали, когда вернулись? – Цинь Ваньжу очень хотела узнать о Ци Жунчжи и ее матери.

– Ну, конечно же, они много чего говорили! Чуньи была избита, и несколько горничных Ци Жунчжи были проданы. Это был настоящий хаос. Во дворе Ци Жунчжи был полный кавардак, и мой старший брат все еще с пеной у рта защищал твою старшую сестру. Он сказал, что Ци Жунчжи была слишком требовательной, но лицо Ци Жунчжи так распухло от удара Цинь Юйжу, так как она согласилась бы позволить так легко все замять? Эти двое сильно поссорились и долго кричали друг на друга!

Ци Байюй достал откуда-то травинку и засунул ее в зубы. Солнечный мальчик теперь выглядел более спокойным.

– Даже сейчас Ци Тяньюй все еще уверен, что Цинь Юйжу подставили и оговорили. Она действительно талантливая врунья! – фыркнула Цинь Ваньжу, и в ее глазах мелькнула враждебность.

Все было так же и в прошлый раз – независимо от того, сколько она объяснила, только Ци Байюй поверил, что Цинь Юйжу сама заставила ее потенциальный брак с Ци Тяньюем развалиться.

Ци Байюй знал, что она хочет, чтобы Ци Тяньюй увидел, как его любимая женщина выходит замуж за кого-то другого. Поэтому он и выступал против Цинь Юйжу. Даже когда она была уже в ужасном состоянии во время разбирательства, и доказательства были найдены, все было так, как если бы Ци Тяньюй был с завязанными глазами, – он не поверил бы Ци Байюю. Он мучил себя, слушая только Цинь Юйжу, и даже почти запятнал свою собственную репутацию.

– А мы можем сделать так, чтобы Ци Жунчжи и ее мать вдвоем все это вынесли на суд семьи? Они уже рассорились с мадам Ди, но нам нужно больше людей, чтобы не дать делу затихнуть! – Цинь Ваньжу стиснула жемчужно-белые зубы.

Ци Байюй поднял брови.

– Так они уже рассорились?

Цинь Ваньжу кивнула и тихо все рассказала, а потом добавила:

– Вот так, подними шум, чтобы этот скандал нельзя было повернуть вспять, и чтобы две семьи никогда больше не помирились.

Ну и что, если Ци Тяньюй все еще слепо верит в слова Цинь Юйжу? Он один занимал такую позицию. Теперь, когда ему еще предстояло приобрести авторитет и влияние, его голос был ничто.

– Ладно. Просто отлично, что у нас сегодня много гостей в поместье. Мадам Ли еще до скандала пригласила родственников, чтобы поговорить о чем-то, – кивнул и сказал Ци Байюй.

– Чтобы поговорить о чем? – Сердце Цинь Ваньжу ёкнуло.

– Это насчет свадьбы старшего брата. Сначала старший брат думал, что Цинь Юйжу была обижена тобой и твоей бабушкой, поэтому он умолял мать пригласить некоторых влиятельных членов семьи, чтобы обсудить это, и рассказать о том, что в вашем поместье могут быть люди, которые ее подставили. Но Ци Жунчжи разрушила весь план, вот он и набросился на нее чуть ли не с кулаками! – рассмеялся Ци Байюй и фыркнул: – Пффф!

Цинь Ваньжу моргнула своими ясными глазами и сказала:

– Тогда помоги мне все растрезвонить! Пусть все в вашей семье это знают! Давай посмотрим, смогут ли две наши мадам сделать так, чтобы наши семьи когда-нибудь примирились!

– Ладно, тогда я сейчас же вернусь домой! – кивнул Ци Байюй. Он отпустил ее руку и уже собирался спрыгнуть со стены, держась за дерево, когда вдруг остановился и сказал: – Ты должна спуститься первой, я хочу убедиться, что ты не пострадаешь!

– Я буду в порядке, ты лучше иди! – покачала головой Цинь Ваньжу. Она боялась, что все произойдет не вовремя, и ее план провалится. Лучше было сделать все как можно скорее.

Увидев настойчивость в ее глазах, Ци Байюй беспомощно протянул руку и погладил ее по голове.

– Ну, ладно! Тогда будь осторожна, спускаясь вниз, и не упади!

По сравнению с высокомерной и эгоистичной Ци Жунчжи, Ци Байюй всегда считал, что младшая сестра должна быть такой, как Цинь Ваньжу, мягкой и милой.

В прошлом, когда две семьи собирались вместе, Ци Байюй предпочитал играть с Цинь Ваньжу. Она не будет смотреть свысока на то, что он боковой сын благородной семьи, и не будет настолько избалована, чтобы нашкодить и свалить вину на других. Она также не позволяла себе вымещать свой гнев на других.

– Я буду осторожна, у меня есть голова на плечах! – Цинь Ваньжу оттолкнула его руку и осторожно присела на корточки, глядя вверх и качая головой. – Иди быстрее, не опаздывай, гости в твоем доме могут разойтись!

– Ладно, тогда я побежал! – Когда она присела на корточки, Цинь Байюй увидел, что деревянный ящик только слегка покачивается. Ящики выглядели довольно устойчивыми, поэтому он перестал беспокоиться. Попрощавшись с девочкой, он ухватился за ветку, быстро соскользнул со стены и приземлился у подножия дерева.

В прошлом, когда он тайно приходил поиграть с Цинь Ваньжу, он часто забирался на это дерево. Он был очень опытным в лазанье по деревьям пареньком.

Спустившись с дерева, Ци Байюй развернулся и сразу же помчался домой. Ци Жунчжи в этот момент все еще закатывала истерику. Все, что ему нужно было сделать, – это рассказать всем, из-за чего сыр-бор, и поднять как можно больше шума. Сейчас, когда на собрании было так много родни, это было идеальное время.

Услышав, что шаги за стеной затихли, Цинь Ваньжу наконец-то успокоилась. Ци Байюй всегда был умным парнем. У него не было никаких трудностей с такими интригами. Она верила, что скоро сможет услышать новости о хаосе в поместье магистрата Ци. На этот раз обе семьи не смогли бы даже поддерживать поверхностные отношения.

Она хотела отсечь руку, которая всегда помогала Цинь Юйжу в ее злых делах.

Цинь Ваньжу осторожно высунула ногу и постучала несколько раз, прежде чем, наконец, ступила на край коробки. Она прокралась на цыпочках несколько шажков и почувствовала, что основание твердое, поэтому она опустила ногу. Когда она поднималась наверх, она была движима своим желанием немедленно поговорить с Ци Байюем, и совсем не боялась.

Теперь деревянная коробка дважды качнулась, и девушка начала дрожать от страха. Она прикусила губу и замерла. Восстановив равновесие, она попыталась опустить ногу и найти место для приземления. На этот раз твердое основание – это земля.

Но тут прямо у ее уха раздался мрачный и зловещий голос:

– Цинь Ваньжу, а ты храбрая! Тайно встречаешься с парнем в саду за домом!

Цинь Ваньжу запаниковала и потеряла контроль над своими ногами. Она не знала, как случилось, что она скользнула в сторону. В отчаянии девушка попыталась ухватиться за угол ящика, но из-за падения потеряла контроль. Она повалилась на бок вместе с верхней коробкой в руке…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 41. Цинь Ваньжу, ну все! тебе конец!

Глава 41. Цинь Ваньжу, ну все! тебе конец!

.

Когда Цинь Ваньжу полетела вниз, она закрыла глаза и была готова противостоять боли. Это было ожидание, но на ее удивление не было никакой острой боли, а просто дрожь. Она чувствовала, что что-то под ней было немного мягким, не похожим на твердую землю.

Неверяще протянув руку, она дотронулась до того, на что свалилась, и обнаружила, что это было что-то теплое.

– Цинь Ваньжу, ну все! тебе конец!

Голос раздался из-под Цинь Ваньжу, и она от неожиданности перевернулась и увидела злобные глаза, которые гневно смотрели прямо на нее. Она была с ними хорошо знакома. В следующий миг Цинь Ваньжу увидела слабую струйку крови в уголках тонких губ.

Это был Чу Лючэнь, но почему он оказался здесь?

Она не могла думать слишком много и начала поспешно вставать, но пошатнулась и снова невольно оперлась на него.

– Цинь Ваньжу, я тебя точно прикончу! – фыркнул Чу Лючэнь, так как он снова был прижат к земле, когда собирался сесть.

Цинь Ваньжу испугалась его тона, который был полон гнева, поэтому она неосознанно отдернула свою руку, которой оперлась о принца и в результате снова упала на него сверху. Они вдруг оказались лицом к лицу, и Цинь Ваньжу увидела его прекрасные глаза, и его каждая длинная и изогнутая ресница была также ясно видна.

– Мой принц! – Кто-то истошно завопил рядом, и это заставило Цинь Ваньжу задрожать, а потом кто-то потянул ее за руку и оттащил назад.

Евнух Сяо Сюаньцзи проворно подошел и оттащил Цинь Ваньжу от Чу Лючэня, а затем осторожно помог принцу сесть. От шока его лицо стало еще бледнее, чем самого Чу Лючэня.

– Принц, принц, вы должны быть в порядке, вы… вы не можете пострадать! – У Сяо Сюаньцзи выступил пот на лбу из-за паники. Он кричал, нежно похлопывая пострадавшего Чу Лючэня по спине.

Цинь Ваньжу не знала, что она чувствовала, глядя на красоту Чу Лючэня. Он сел на земле и склонил голову. Цинь Ваньжу не могла видеть его лицо со своей точки зрения, но она тоже была в панике, когда увидела, что он не двигается, поэтому она, не раздумывая, опустилась на колени рядом с ним и протянула руку, чтобы помочь Сяо Сюаньцзи похлопать его по спине.

– Ваше… высочество, как вы себя чувствуете?

Цинь Ваньжу посмотрела на его руку, лежащую на коленях, и обнаружила, что он с силой сжимает кулак. Опасаясь, что он может поранить свою руку, девушка внезапно потянулась к его кулаку, который был не очень сильным, и решительно ослабила его. Ее рука напряглась и крепко сжала его ладонь.

Его рука была намного больше ее, и она была очень холодной. Маленькая девочка попыталась спрятать его руку в своих ручках и согреть ладонями.

– Ваше высочество, все в порядке, ничего страшного! – Цинь Ваньжу понятия не имела, утешает ли она Чу Лючэня или саму себя.

Она так старалась согреть руки Чу Лючэня, что опустила ее и потянула к другой его руке, чтобы согреть и ее.

Чу Лючэнь уже оправился от боли. Сейчас он слегка приподнял голову, широко распахнув прекрасные глаза, и посмотрел бледную как смерть маленькую девочку.

Лицо у нее было еще немного по-детски круглое, что никак не вязалось с ее тощей фигуркой и выглядело более мягким, придавая ей вид ребенка. Ее кожа была нежной и белой как снег, отчего губы еще больше казались красными, словно кровь. Ее брови тоже были изящны и красивы. Однако ее изумительные красивые большие глаза были такими глубокими и недетскими, что люди невольно вздрагивали, встречаясь с девочкой взглядом.

Несмотря на это, по его мнению, девочка выглядела очень красивой, и также проявляла зачатки будущего очарования. Хотя она и выглядела как ребенок, но была вполне привлекательна, когда легкое очарование смешивалось с ее непосредственностью и детскостью, делая ее похожей на изысканную фарфоровую куклу.

Затем он посмотрел на ее напряженные бледные ручки, которые заботливо сжимали его руку. Тонкая рука девочки была такой хрупкой, что он мог сломать ее одним пальцем. Температура ее руки была на самом деле не очень высокой, и она совсем не была теплой, но ей отчаянно хотелось хоть немного согреть его руку.

– Ладно, хватит тебе, я в порядке! – нетерпеливо сказал Чу Лючэнь, и вырвал свою руку из руки Цинь Ваньжу. Он медленно встал с помощью Сяо Сюаньцзи и сильно закашлялся. После тяжелого приступа кашля, Чу Лючэнь посмотрел вниз на Цинь Ваньжу, которая все еще потерянно сидела на земле, и сказал холодным голосом: – Скажи мне, что ты вытворяла здесь на этой тайной встрече в такое время?

– Да не было у меня никакой тайной встречи, я просто хотела кое-что рассказать брату Байюю о его сестре Ци Жунчжи! – Цинь Ваньжу подняла руку, чтобы вытереть холодный пот со своего лба, и встала, держась за свою поясницу, после того как увидела, что Чу Лючэнь в порядке. Хотя он смягчил для нее удар, как подушка, она все еще чувствовала, что ее спина была скручена, и ей было немного больно.

– Вы с ним очень хорошо знакомы? – вдруг улыбнулся Чу Лючэнь, и его голос стал ленивым и мягким.

– Конечно! Брат Байюй очень хороший, он всегда заботится обо мне больше всех! – невнимательно ответила Цинь Ваньжу, втайне жалуясь на судьбу, так как она не понимала, какой черт постоянно сталкивал ее с этим непредсказуемым принцем Чэнем.

– Он так хорош, что готов заботиться о тебе на заднем дворе? Цинь Ваньжу, парни и девушки не могут есть вместе после того, как им исполнилось восемь лет, тебе же не нужно, чтобы я учил тебя этому, верно? – Чу Лючэнь приподнял губы в улыбке, показав легкую холодность и величавость, которые нельзя было игнорировать.

– Брат Байюй – это не кто-то там; мы знали друг друга еще до того, как нам исполнилось восемь лет! – нетерпеливо объяснила Цинь Ваньжу, кусая губы и шипя от боли в спине.

– Так ты хочешь сказать, что мое высочество слишком любопытен? – Чу Лючэнь все еще произнес это с улыбкой, и уголки его глаз были слегка приподняты. Затем он медленно достал из внутреннего кармана носовой платок и вытер темно-красные от крови губы. Его улыбка была такой холодной, что могла даже заморозить до костей.

Цинь Ваньжу хорошо понимала, что если ответит «да», то он не позволит ей легко уйти от ответственности за то, что она использовала его как подушку. Поэтому она решительно покачала головой, наблюдая, как он вытирается, и очень проникновенно сказала:

– Мне так повезло, что меня спас принц, иначе я бы упала на землю и расшиблась!

– Ты действительно так думаешь? – безразлично спросил Чу Лючэнь, опустив длинные ресницы. Он развернул носовой платок в своей руке и посмотрел на кровь на нем, затем, оттолкнув евнуха прочь, медленно подошел и остановился перед нахальной девчонкой. Он показал ей носовой платок, а затем поднял ее голову одним пальцем и, прищурившись, посмотрел на Цинь Ваньжу своими красивыми глазами.

– Да, я действительно так думаю, – заикаясь выдавила из себя Цинь Ваньжу, и тут же низко поклонилась Чу Лючэню. – Спасибо принцу за то, что спас меня.

– За то, что спас тебе жизнь! – поправил ее Чу Лючэнь глубоким голосом.

– Чего?! – потрясенно подняла голову Цинь Ваньжу.

– Ради спасения твоей жизни, я почтил тебя такой честью, позволив свалиться на меня. Ты уверена, что не упала бы замертво с такой высоты? – высокомерно заявил Чу Лючэнь, слегка приподняв подбородок, и предлагая ей посмотреть вверх.

Цинь Ваньжу проследила за его взглядом и посмотрела на высокую стену, потом она посмотрела на два перевернутых ящика и надулась.

– Да, спасибо, что спасли мне жизнь! – неохотно кивнула она головой.

Цинь Ваньжу знала, что может поранить ногу или даже потянуть спину, но когда речь зашла о потере жизни, она была абсолютно не убеждена.

Однако под таким горящим взглядом Цинь Ваньжу ясно понимала, что если девочка, которой она была в глазах принца, не скажет что-то, соответствующее тому, что он имел в виду, то он наверняка устроит ей неприятности. Это было тем более очевидно, глядя на платок, развернутый перед ней, даже кровь на котором, казалось, осуждала Цинь Ваньжу.

Чу Лючэнь посмотрел на надувшуюся девочку и вдруг рассмеялся:

– Ты должна помнить, что я спас тебе жизнь, и тебе не так-то просто будет отплатить за мою милость!

– Что бы вы ни приказали, я определенно сделаю для вас все, что смогу! – Цинь Ваньжу даже зубами скрипнула втайне.

– Вот и хорошо! – Чу Лючэнь глубоко кашлянул дважды, и собирался развернуться и уйти, опираясь на руку Сяо Сюаньцзи. Но вдруг он внезапно повернулся и указал пальцем на высокую стену. – Цинь Ваньжу, не делай подобного снова.

– Да, ваше высочество, будьте уверены, я обещаю, что больше так не сделаю! – сразу же заверила его Цинь Ваньжу, так как с ним было слишком трудно иметь дело. Если она не будет поступать так, как он хотел, он не отпустит ее так легко. Однако Цинь Ваньжу действительно опасалась, что он сильно пострадал, видя, что он был настолько травмирован, что даже кашлял кровью.

Принц был болезненным и намного слабее своих сверстников. Ее бы казнили, если бы с ним действительно что-то случилось бы.

– Иди сюда, возьми его и постирай! – Чу Лючэнь протянул девочке руку с носовым платком на ладони.

Цинь Ваньжу поспешно подбежала к нему и взяла платок из его руки, как будто она брала вину на себя.

– Да, я сейчас же тщательно выстираю его!

– Да что с тобой такое? – спросил Чу Лючэнь, глядя на ее руку, схватившуюся за поясницу.

Цинь Ваньжу моргнула и жалобно сказала:

– Я спину потянула на талии…

Чу Лючэнь склонил голову набок, чтобы демонстративно пренебрежительно посмотреть на ее фигурку, и злобно улыбнулся, отчего стало ясно, что он в прекрасном настроении.

– У тебя, оказывается, даже талия есть? Разве у маленьких девчонок есть талия? Ты же со всех сторон плоская! – поднял он ее на смех.

Цинь Ваньжу надула губы и решила больше не связываться с мелким паршивцем. Ему было больно кашлять прямо сейчас, так что теперь ему не помешает чувствовать себя счастливым, хотя то, что он сказал, заставило ее почувствовать себя неловко.

– Не забудь выстирать мой носовой платок! – улыбнулся Чу Лючэнь и перестал дразнить девочку. Затем он повернулся с помощью Сяо Сюаньцзи, протянул руку, чтобы коснуться уголка своего рта, и сплюнул. Когда девчонка свалилась на него, он просто прикусил кончик языка, отчего чуть не заплакал от боли. Хотя юная леди выглядела худой и маленькой, она оказалась тяжелой, когда упала с высоты, и его язык все еще горел от жгучей боли.

***

Цин Юэ встретила Цинь Ваньжу на полпути, когда шла к ней. Увидев, что хозяйка держится за поясницу, горничная сразу бросилась к ней.

– Барышня, что с вами случилось? С вами все было в порядке, когда я уходила, как вы можете так закончить через такое короткое время?

Цинь Ваньжу поручила своей служанке остаться у двора Цинь Юйжу и проследить за обстановкой.

Цинь Ваньжу потерла спину и сказала с поникшим грустным лицом:

– Я просто случайно упала!

– Где вы так упали? Как вы можете быть такой беспечной? – настойчиво спросила Цин Юэ, так как она понимала, что ее хозяйка сильно травмирована, едва посмотрев на нее. Затем она увидела носовой платок с кровью на руке девочки, и запаниковала, страшно побледнев. – Госпожа, где… где вы поранились? У вас течет кровь!

– Да в порядке я, платок не мой! – отмахнулась Цинь Ваньжу, зная, что Цин Юэ неправильно все поняла, когда увидела окровавленный носовой платок, но она чувствовала себя необъяснимо виноватой, задаваясь вопросом, был ли Чу Лючэнь в порядке? Его организм был слишком слабым, чтобы легко вынести это.

– Чей же он? Почему он тогда он вашей руке? – настойчиво допытывалась Цин Юэ.

– Я в порядке, давай поговорим после возвращения во двор. Лучше скажи, как там моя сестра? – Цинь Ваньжу неодобрительно покачала головой и шла, в основном опираясь на Цин Юэ. Поскольку Цин Юэ была на два года старше и намного выше, она не чувствовала никакого неудобства, когда повисла на ней.

– Барышня, я только что узнала кое-что, но… – Цин Юэ колебалась, услышав вопрос, который только что задала ей маленькая хозяйка.

– Что такое? Расскажи мне! – приказала Цинь Ваньжу.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 42. Скандал между двумя семьями

Глава 42. Скандал между двумя семьями

.

– Барышня, я только что видела, как мадам спешно ушла к себе, а через время вернулась во двор старшей мисс с несколькими письмами в руке. Немного погодя она позвала ту старуху, которая у нее главная над прислужницами, и та ушла с несколькими письмами в руках. Я не знаю, важно ли это, и имеют ли все эти письма какое-то отношение к вам! – с беспокойством рассказала Цин Юэ.

Причина, по которой она колебалась, была в том, что она не знала, была ли эта информация полезна для ее маленькой хозяйки.

Цинь Ваньжу на мгновение задумалась: «Мадам Ди сначала в спешке покинула двор дочери, а потом вернулась с несколькими письмами и поручила старухе отослать их?»

Мадам Ди даже бросила Цинь Юйжу, чтобы написать письма после того, как с той случилось что-то очень серьезное, а потом письма должны были быть срочно отправлены в столицу, вероятно, с просьбой прислать лекарство.

Доктора Цзянчжоу не могли вылечить ожог руки Цинь Юйжу, так как рана была слишком глубокой. Тогда письма, скорее всего, будут отправлены в столицу, в резиденцию герцога Юнкана.

– Беги к нянюшке Юй и попроси ее найти брата Фэна, чтобы он перехватил письмо. – Было отправлено несколько писем, и было бы полезно получить любое из них, независимо от того, было ли оно написано Цинь Юйжу или мадам Ди. Цинь Ваньжу все равно могла бы узнать из письма что-то полезное для себя.

– Барышня… если мадам узнает об этом… – Цин Юэ забеспокоилась и осторожно напомнила Цинь Ваньжу об опасности. Поскольку ее маленькая хозяйка поручила Ван Фэну разгромить свадебный паланкин, если Ван Фэн снова вмешается, мадам Ди ни за что не отпустит его и няню Юй.

Цинь Ваньжу слегка улыбнулась и с полной уверенностью сказала:

– Ван Фэн не должен сам показываться на глаза старухе. – Затем она тихо прошептала своей горничной что-то на ухо.

Глаза Цин Юэ стали гореть все ярче, когда она слушала это и продолжала кивать. Затем она оставила маленькую хозяйку, которая болезненно держалась за поясницу, и бегом побежала обратно во двор, чтобы срочно переговорить с няней Юй.

Пошатываясь и продолжая хвататься за талию, Цинь Ваньжу медленно похромала следом к своему двору.

Когда она подошла к воротам, Цин Юэ как раз выбежала ей навстречу и попыталась взять ее за руку после того, как увидела ее. Когда она хотела заговорить, Цинь Ваньжу посмотрела на нее своими выразительными глазами, и Цин Юэ сразу же понятливо закрыла рот и повела маленькую хозяйку во двор.

Слуги и няни поклонились Цинь Ваньжу сразу после того, как увидели ее входящей во двор. Затем они стояли и с интересом пялились на нее, пока она шла в свою комнату, держась за поясницу и морщась от боли.

– Что это вдруг случилось со второй мисс?

– Как она так сильно потянула спину?

– Может, вторая мисс просто с кем-то опять поссорилась и подралась?

– Да, точно, мисс Ци все еще в нашем поместье, наверняка они опять поцапались как кошка с собакой! – Все служанки и няньки во дворе говорили об этом, собравшись по двое-трое. Хотя их голоса не были громкими, они все еще звучали резко, когда смешивались со смехом.

Цин Юэ собиралась сделать служанкам выговор, но ее остановила Цинь Ваньжу.

– Барышня, только посмотрите на этих рабов, они ведь совсем не относятся к вам, как к своей хозяйке! – возмущенно воскликнула Цин Юэ. Она побледнела от гнева, когда увидела, как прислуга злорадствует и открыто сплетничает о своей госпоже.

– Просто дай им почесать языки! – слегка улыбнулась Цинь Ваньжу и села перед туалетным столиком.

Цин Юэ выбежала из комнаты и принесла таз с теплой водой, потом помогла ей умыться и переодеться.

– Барышня, может быть, вы хотите позвать доктора?

– Нет, теперь все гораздо лучше, и я почти нормально себя чувствую! – покачала головой Цинь Ваньжу и протянула руку, чтобы коснуться ноющей спины.

Поясница уже не так беспокоила ее, и она почти не чувствовала боли, когда прикасалась к ней. Но она все еще недовольно кривилась от обиды.

Она знала, что сейчас у нее действительно не было талии, да и у какой одиннадцатилетней девочки в этом возрасте может быть талия, но она все равно чувствовала себя оскорбленной из-за грубой насмешки невыносимого мальчишки-принца. Хотя при этом она, взрослая женщина, много чего повидавшая на своем веку, одновременно чувствовала благодарность за то, что юный принц мужественно смягчил собой ее удар о землю, пытаясь ее поймать.

– Барышня, вам все равно нужно показаться доктору, это… может быть серьезно! – с беспокойством сказала Цин Юэ.

– Я уже в полном порядке. – Цинь Ваньжу встала и подошла к окну, на которое была опущена прозрачная занавеска, чтобы ничего не было видно снаружи, но изнутри комнаты можно видеть сквозь нее. После такого долгого времени, служки, прислужницы и няньки все еще толпились кучками, чтобы посплетничать, смех шел из угла двора, и все еще было много тех, кто с азартом сплетничал, собравшись вместе.

Особенно горничная в середине толпы подростков. Она была очень взволнована разговором, и до сих пор все еще никак не могла успокоиться.

Это была служка лет тринадцати или четырнадцати, такая же ростом, как Цин Юэ. Но одевалась она более ярко и дорого, чем могла себе позволить сама Цинь Ваньжу, ее хозяйка. Эту девушку было гораздо легче заметить на расстоянии в толпе, чем других слуг.

– Барышня, Цин Цуй только недавно вернулась в поместье. Она остановила меня и начала расспрашивать, где вы были, когда я только что возвращалась найти няню Юй, – внезапно сказала Цин Юэ, когда увидела, что ее маленькая хозяйка смотрит на ту служанку, которая выделялась из толпы дорогой одеждой.

Цин Цуй была одной из горничных первого ранга, которые служили Цинь Ваньжу. Несколько дней назад она сказала, что ее мать внезапно тяжело заболела, и попросила отпустить ее на несколько дней, чтобы она могла позаботиться о своей матери.

Цинь Ваньжу тогда не знала, что на самом деле она испугалась, что ее заставят пойти в качестве приданого в семью магистрата Ци вместе с Цинь Ваньжу, когда та будет выходить замуж за их сына.

Цин Цуй не собиралась терпеть вместе с тупой «хозяйкой» унижения толпы, так как она точно знала, что в тот день Ци Тяньюй задумал жестоко отомстить. Единственная хозяйка, которой она хотела служить, была Цинь Юйжу.

Но она не ожидала, что с Цинь Ваньжу все будет в порядке. Теперь все в городе только и судачили о том, какой бесстыдной оказалась старшая мисс Цинь, что даже могла порвать с сыном магистрата Ци, чтобы выиграть лучшую жизнь и сойтись с каким-то богатым наследником в столице.

Некоторые слухи даже утверждали, что старшая мисс Цинь уже давно изменяла старшему молодому мастеру семьи Ци и даже забеременела неизвестно от кого.

Услышав эти новости, Цин Цуй схватила свои вещи, поспешно вернулась на службу, и теперь снова внимательно наблюдала за происходящим, пытаясь узнать как можно больше подробностей от других слуг во дворе.

Когда Цинь Ваньжу вернулась домой, она была в боковой комнате. Увидев вторую мисс Цинь, она специально замедлила свой шаг, чтобы не столкнуться с ней. Затем, после того, как Цинь Ваньжу вошла в свою комнату, она вышла и завела разговор с другими служанками и нянями во дворе.

Цинь Ваньжу смотрела на юную девушку, которая была такой милой, красивой и нарядной, как добрая фея, и в ее глазах читалась глубокая ненависть. В прошлой жизни Цин Цуй также вернулась, как только Цинь Ваньжу была опозорена на глазах всего города, но она не перешла открыто служить Цинь Юйжу, а осталась рядом с Цинь Ваньжу, разыгрывая преданность. С тех пор она шаг за шагом тайно втягивала ее в паутину, сплетенную мадам Ди, а в конце яростно избивала Цин Юэ в дровяном сарае вместе с другими слугами, пока не забила ее до смерти.

Было так приятно снова увидеть ее энергичной и самоуверенной в этой жизни.

На самом деле Цин Цуй уже давно должна была сотрудничать с мадам Ди и Цинь Юйжу, иначе откуда бы она заранее узнала, что ее брачная церемония должна была окончиться катастрофой?

– Барышня, может быть, вы хотите, чтобы я позвала ее и расспросила? – негромко предложила Цин Юэ, увидев, что ее маленькая хозяйка притихла с серьезным видом.

– Нет! – покачала головой Цинь Ваньжу. Ее взгляд упал на великолепную одежду горничной, губы слегка изогнулись, а затем она медленно отвернулась от окна. – Это не срочное дело.

Как она могла не беспокоиться о своих служанках? Ее двор нужно было незаметно очистить от шпионов и пособников мадам Ди, иначе люди поместья никогда не будут обращаться с ней как с настоящей хозяйкой. Так как Цин Цуй проявила себя первой, то нужно просто избавиться от нее, как от падали.

***

Барышня поместья магистрата Ци была жестоко избита в поместье генерала армии Нинъюань!

Эта новость еще раз подняла Цинь Юйжу на пик обсуждаемости в префектуре Цзянчжоу. Говорили, что лицо мисс Ци распухло, как у свиньи, и ее одежда была до неприличия растрепана, когда она возвращалась домой.

Старшая мисс из поместья генерала армии Нинъюань была не только блудливой, подлой изменщицей, но и высокомерной стервой, которая даже не думала о том, чтобы раскаяться в том, что уже натворила. Она делала все, что вздумается, и даже вот так жестоко избила сестру своего бывшего жениха. После такого ее уже нельзя было считать приличной девушкой и не следует принимать в порядочном обществе. Настолько падшую женщину по закону следовало бы утопить в реке, посадив в клетку для свиней. Если бы она не была дочерью генерала армии Нинъюань, то быть утопленной в реке было бы для нее самым гуманным наказанием.

Другая скандальная новость, последовавшая за этим, состояла в том, что вторая мисс семьи Цинь не была рождена женой генерала армии Нинъюань, таким образом, все, что мадам поместья генерала Цинь сделала с Цинь Ваньжу в прошлом, приобрело другой смысл. Поскольку женщина не была родной матерью девочки, поэтому она делала виноватой Цинь Ваньжу во всем, что происходило в поместье, а также в разрыве брака, в котором была виновата ее родная дочь.

В то время люди в префектуре Цзянчжоу только и говорили о плохой репутации мадам Ди и Цинь Юйжу. Но потом появилась еще одна новость.

Утверждали, что это стало известно от городского доктора, которого позвали осмотреть раны мисс из семьи Ци. Он рассказал, что в поместье магистрата все знают, что мисс Ци лжет, и что она также была порочной девушкой, и выплеснула горячую кашу на лицо старшей мисс из семьи Цинь. Она также вела себя ужасно неуважительно по отношению к старшим, и дважды ударила по лицу жену генерала армии Нинъюань, которая даже не смогла защититься от атаки бешенной мисс Ци.

Когда эта новость разнеслась по городу, жена генерала армии Нинъюань также пригласила некоторых влиятельных жен местных чиновников прийти в поместье, чтобы показать им раненую дочь. По сравнению с лицом Ци Жунчжи, лицо и руки Цинь Юйжу были серьезно повреждены, особенно большой кровавый волдырь на ее руке просто шокировал всех женщин, заставив застыть на месте от негодования.

Поэтому после слухов о том, насколько недостойной женщиной была старшая мисс Цинь, люди начали говорить о том, насколько взбалмошной женщиной была мисс Ци.

Хотя поместье генерала армии Нинъюань уже разорвало брак с поместьем магистрата Ци, но Ци Жунчжи, девушка, которая еще даже не вышла замуж, на самом деле посмела прийти в чужой дом и устроила там безобразную сцену. Она также хотела нарочно изуродовать лицо Цинь Юйжу, так что ее нрав был действительно слишком порочным. Таким образом, семья, которая хотела сосватать Ци Жунчжи, немедленно отозвала свое письмо о помолвке.

Если какая-то семья примет Ци Жунчжи в качестве невестки, то в семье будут происходить одни скандалы и несчастья на заднем дворе, так кто бы посмел жениться на такой склочной и мстительной женщине, которая понятия не имела ни о хороших манерах, ни о великодушии!

Как только появилась эта новость, все поняли, что магистрат Ци и генерал армии Нинъюань больше не смогут поддерживать дружеские отношения, как раньше, даже если они пытаются быть вежливыми друг с другом перед другими людьми.

***

Услышав, что Цинь Юйжу снова попала в скандал, Цинь Хуайюн поспешно направился во двор мадам Ди и, не слушая никаких объяснений, резко ударил ее по лицу. Затем он со злостью повернулся и пошел в свой кабинет, вообще даже не взглянув в сторону двора Цинь Юйжу.

Слушая эту новость, Цинь Ваньжу вскрыла письмо, которое перехватил Ван Фэн.

Пронырливая старуха взяла письма и начала искать курьера, чтобы их немедленно доставили герцогу Юнкану в столицу. После поисков надежного посланца, она наняла человека, который доставит письма.

Этот человек был из ватаги, главарь которой был очень хорошо знаком с Ван Фэном. Они также обычно работали вместе. Старуха пришла оставить письма и ушла, а курьер пошел кормить лошадь, готовясь отправиться в дорогу. Ван Фэн позвал несколько знакомых, чтобы помочь ему собрать все нужное в дальний путь, и под шумок ловко вытащил одно из писем.

Теперь это письмо находилось в руках Цинь Ваньжу. Так случайно получилось, что письмо было написано Цинь Юйжу в столицу страны сыну герцога Юнкана, Ди Яню.

Цинь Юйжу не только пожаловалась Ди Яню на несправедливость, но и обвинила Цинь Ваньжу во всем, что произошло в Цзянчжоу. Она написала, что у Цинь Ваньжу и Ци Тяньюя была тайная любовь, и они долго скрывали это от нее, но, к счастью, их обнаружила горничная Цинь Ваньжу, Цин Юэ.

Цинь Юйжу написала в столицу, что ее родители собирались устроить брак Ци Тяньюя и Цинь Ваньжу, чтобы выйти из ситуации, но тут открылось, что Цинь Ваньжу одновременно тайно крутила любовь со вторым сыном магистрата Ци. Так как магистрат Ци был очень зол по этому поводу, поэтому он не согласился на брак.

Цинь Юйжу также рассказала о том, что сестра Ци Тяньюя, Ци Жунчжи, вылила миску горячей каши на ее лицо и руку, так как не знала, что произошло на самом деле, и думала, что это Цинь Юйжу была причиной неприятностей. И вот теперь ее рука была обожжена…

Как бы там ни было, мадам Ди и ее дочь в очередной раз ловко превратили белое в черное.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 43. Письмо. Хорошая фишка

Глава 43. Письмо. Хорошая фишка

.

– Барышня, эта ваша сестра слишком возмутительно себя ведет. Очевидно, это ее личное дело, но она только что злобно обвинила вас во всем! И Цин Цуй, она тоже на ее стороне! – Цин Юэ сильно рассердилась и предложила: – Барышня, пойдем расскажем все генералу и старой мадам.

Цинь Ваньжу ухмыльнулась и мягко улыбнулась:

– Это бесполезно! – Затем она сложила письмо. – Это письмо не было написано Цинь Юйжу, так как ее рука сейчас ранена.

Цинь Юйжу вообще не могла написать его, потому что ее правая рука была обожжена.

– Если это не она написала, кто бы это мог написать? – ошеломленно спросила Цин Юэ.

– Это должна быть мадам Ди, только она могла бы рассказать так много подробностей. – Цинь Ваньжу сказала это спокойно, так как знала, что это письмо с таким количеством деталей не может быть написано раненой рукой Цинь Юйжу.

– Как мадам могла написать такое письмо? – спросила Цин Юэ, краснея от стыда. Если она точно помнила, начало письма звучало так, как будто его написала девушка, которая очень интимно общалась с мужчиной в письме. Как могла мадам Ди, будучи старшей, написать такие нескромные слова?

– Ей не нужно было стыдиться, так как никто не узнает, и Цинь Юйжу призналась бы, что именно она написала это, – усмехнулась Цинь Ваньжу, положила письмо, сделала глоток чая и спокойно посмотрела на воду. – Если ты отнесешь это письмо моему отцу, никто ничего не сможет сделать Цинь Юйжу, пока она сама не признает, что оно было написано ею.

– Мы можем сказать, что это было написано мадам, – поспешно предложила Цин Юэ.

– Почерк мадам Ди в этом письме немного отличается от предыдущих. Иероглифы были написаны самым формальным способом. Даже если ты скажешь, что это она написала, она может просто отрицать это! – сказала Цинь Ваньжу холодным голосом. Она сидела у окна, стройная и с прямой осанкой, от которой веяло холодом и презрением. – Если бы так легко было заставить мадам Ди признать свою вину, не появилось бы так много призраков, которые умерли бы без причины.

Ее слова были крайне беспощадны. Такой слабой девочке должно было быть страшно говорить о том, что произошло на заднем дворе, таким непокорным и холодным тоном.

– Тогда что же нам делать? – запинаясь, спросила Цин Юэ.

– Пусти слухи, что кто-то нашел это письмо, – спокойно сказала Цинь Ваньжу с улыбкой. Косые лучи заходящего солнца в окне делали ее лицо наполовину светлым, наполовину темным.

Цинь Ваньжу сейчас выглядела удивительно непохожей на детей ее возраста. Ее темные глаза прятались под длинными ресницами, которые выглядели невинными и слабыми, а также светились очарованием, которого не было у других девочек. Ее теперешний облик привел Цин Юэ в необъяснимый ужас, и она невольно судорожно сглотнула.

Девочка перед ней все еще была ее собственной хозяйкой, но она, казалось, сильно изменилась – не лицо, а ее личность, которая заставляла Цин Юэ чувствовать себя в опасности, даже находясь в безопасной обстановке.

Ее собственная маленькая барышня вдруг так сильно изменилась, и это заставило Цин Юэ чувствовать себя настороженно и в то же время более уверенно. В эти дни произошло слишком много событий, каждое из которых было нацелено на то, чтобы поймать ее хозяйку в ловушку, чтобы заставить ее умереть. Если бы ее хозяйка все еще была бы такой простодушной и наивной, какой была раньше, Цин Юэ не знала, что могло случиться с нею самой в такое время.

Это был закон джунглей. Как она могла отстать в качестве служанки, если ее хозяйка была так крепка духом?

– Да, барышня, я распущу слухи об этом, как будто это произошло случайно, – кивнула Цин Юэ, подтверждая, что она будет и сможет защитить своего собственного мастера.

– Еще рано. Скажешь об этом вечером и сделай все так, чтобы тебя не заподозрили. Прямо сейчас мы пойдем к тете Шуй, – кивнула Цинь Ваньжу и встала. Затем она спрятала письмо в рукав, собираясь отдать его Шуй Жолань, так как это была хорошая фишка для торга.

Цин Юэ ответила и пошла в семейный храм, следуя за Цинь Ваньжу.

Цюнь Хуа заметила их приближение и поспешно открыла ворота, впуская внутрь. Шуй Жолань по-прежнему была одета в грубую холщовую одежду и сидела на футоне. Она также не встала, когда увидела входящую Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу взяла футон сбоку и села рядом.

– Тетя Шуй, к вам приходила моя мать?

Шуй Жолань покачала головой, и ее глаза потемнели. Прежние ее мысли уже были отброшены, так как она точно знала, что именно мадам Ди запятнала ее репутацию ради того, чтобы заставить Цинь Хуайюна чувствовать себя виноватым и больше не вмешиваться в то, что мадам Ди и Цинь Юйжу творили с Цинь Ваньжу.

Никто не хотел по своей воле быть бы втянутым в эту неразбериху. Поэтому она сдержалась и по совету Цин Ваньжу не сделала ни одного движения, чтобы выяснить отношения с мадам Ди.

– Мой отец может прийти сегодня, и ты... – серьезно начала Цинь Ваньжу. – Тетя Шуй, я знаю, что обычно ты не слишком много думаешь о моем отце, но сейчас... Без тебя, если не будет никого, кто поддерживал бы нас в борьбе с мадам Ди, со мной и бабушкой... мы обе закончили бы ужасно.

– Не волнуйся, Ваньжу, я все понимаю! – Шуй Жолань знала, о «чем» говорит этот рано повзрослевший невинный ребенок, и произнесла это с грустью, а сама протянул руку, чтобы обнять Цинь Ваньжу.

Девочка в ее руках была слишком худой и совсем маленькой. Этот ребенок, который еще не вырос, но который мог только сам строить планы для спасения себя. Если бы на нее не давили так сильно, девочка с таким стройным телом в таком возрасте должна была бы остаться в объятиях матери и быть избалованной и защищенной родителями.

– Ваньжу, не переживай, я знаю, что мне нужно делать! – Раньше она не собиралась этого делать, но теперь, когда она знала, что должна это сделать, Шуй Жолань все еще чувствовала сопротивление в глубине души.

Мадам Ди была настолько злой, что всячески старалась погубить ее и Ваньжу, поэтому она просто не могла позволить ей переиграть себя.

Цинь Ваньжу расслабилась в объятиях Шуй Жолань, одновременно вынимая из рукава письмо и говоря с каким-то скрытым смыслом:

– Тетя Шуй, это письмо пригодиться тебе. Подожди, когда мадам Ди придет к тебе, это поможет тебе заставить ее уступить тебе, но этого недостаточно, чтобы доказать, что это написала моя старшая сестра!

Шуй Жолань взяла письмо и бегло прочитала его. Затем она глубоко вздохнула и кивнула:

– Я понимаю! – Она действительно все поняла, хотя ее глаза потемнели и смотрели вниз.

Цинь Ваньжу некоторое время посидела в объятиях Шуй Жолань и наконец поднялась. Она слегка улыбнулась и тепло сказала:

– С тобой все будет в порядке, тетя, и бабушка будет в порядке, все будут хорошо!

Услышав эти слова, Шуй Жолань чуть не разрыдалась. Она кивнула и крепко вогнала ногти в ладонь, кусая губы и сдерживая слезы.

Цинь Ваньжу встала и ласково вытерла слезы с ее глаз. Она повернулась и ушла вместе с Цин Юэ. Она приходила, чтобы рассказать, что скоро придет ее отец, и отдать письмо Шуй Жолань в качестве защитного оружия.

Его нельзя было рассматривать как улику, но вполне можно было использовать как рычаг давления!

Цинь Хуайюн отправился прямо в кабинет, ударив мадам Ди за то, что произошло сегодня, так что он, должно быть, расстроен и обязательно захочет с кем-то поговорить. Цинь Ваньжу знала, что она слишком маленькая, чтобы быть таким человеком, а бабушка слишком больна, чтобы делиться тревогами с ней, а две другие жены были необразованны, так как раньше были простыми служанками.

Таким образом, оставалась только Шуй Жолань, и она уже дала ему понять, что испытывает к нему чувства. Поэтому отец должен был прийти к Шуй Жолань, чтобы поговорить обо всем, что его тревожило. Это была первая причина.

Гнев мужа, несомненно, встревожил мадам Ди, так как она никогда раньше не получала пощечины, и в этой ситуации она никогда не допустит, чтобы он увидел настолько откровенное и лживое письмо. Сейчас было даже не важно, кто его написал – все сказанное в письме точно соответствовало ее стратегии поведения и давало множество намеков на правильные догадки. Это была вторая причина.

Значит, мадам Ди должна быть встревожена тем, что они работают вместе. Чем больше она будет паниковать, тем больше ошибок совершит. Отчаянный момент был как раз таким.

Цинь Хуайюн был слишком расстроен, чтобы вникать в документы. С тех пор, как он постоянно думал, как решить проблему Цинь Юйжу, он не мог сосредоточиться ни на чем другом. Несмотря на то, что между ним и магистратом Ци возникла некоторая напряженность, они все еще были вежливы друг с другом в присутствии других людей. К тому же ему пришлось пообещать магистрату Ци, что он загладит свою вину, и если он отправится в столицу, то поможет и магистрату Ци быть переведенным туда.

Наконец, вопрос о Цинь Юйжу был успешно решен.

Он и подумать не мог, что после скандала с несостоявшейся свадьбой мадам Ди и Цинь Юйжу сразу ввяжутся в очередную ссору с Ци Жунчжи и мадам Ли, женой магистрата Ци, которая была абсолютно бестактной и несдержанной на язык, и об этом знали все в префектуре Цзянчжоу. Старшая дочь магистрата Ци плохо прославилась вместе с его собственной старшей дочерью, и магистрат Ци был очень зол на это – он специально послал слугу передать ему совет, чтобы он лучше приглядывав за поведением своей жены и дочери.

А также дать им понять, о чем они должны и не должны говорить.

Они уже опозорили его сына, и они собирались сделать то же самое с его дочерью, и теперь Цинь Хуайюн понятия не имел, что творится в голове мадам Ди. Он еще больше разозлился, подумав о том, что именно мадам Ди пригласила к ним в поместье Ци Жунчжи. Если она намеренно пригласила ее, и если она не собиралась обращаться с ней хорошо, то почему она это сделала? И в итоге обе стороны были унижены, когда все обернулось именно так.

Сделав глубокий вдох, Цинь Хуайюн встал. У него не было аппетита ужинать, поэтому он просто отправился бродить по поместью, сложив руки на груди. Он также чувствовал, словно чья-то ледяная рука сжимает его сердце. Как он мог успокоиться, когда такое случилось в тот критический момент, когда его как раз собирались перевести в столицу?

Лакей не осмелился ничего сказать и последовал за ним, увидев, что хозяин нахмурился.

Пройдя некоторое время, Цинь Хуайюн остановился у маленького дворика, и он понятия не имел, почему оказался здесь, в семейном храме. Он не знал, стоит ли ему входить, нерешительно стоя перед воротами.

Шуй Жолань переселилась в семейный храм с тех пор, как он переспал с ней, ему было стыдно смотреть ей в глаза. Он считал, что этими вопросами должна заниматься старейшина, но старая мадам была больна в данный момент, и он не мог сказать ей об этом в такое время. Но это дело нужно было уладить, и к тому же он не хотел обижать Шуй Жолань.

Он не знал, что делает здесь, стоя перед воротами семейного храма. Он подумал, что сейчас неподходящее время, чтобы «вдыхать аромат цветов» тем более во дворе семейного храма, и не знал, что теперь делать.

Цинь Хуайюн покачал головой после того, как тяжело вздохнул и хотел уже развернуться и уйти, так как терялся в сомнениях.

– Кузен! – Голос, донесшийся из-за спины, заставил его вздрогнуть. Он обернулся и с удивлением увидел Шуй Жолань, стоящую у ворот со своей горничной.

На ней была только грубая однотонная одежда, и женщина была немного взволнована и немного смущена, но даже так, она вышла из храма и остановила Цинь Хуайюна.

Они оба понимали, что значит сделать шаг вперед в такой ситуации.

– Кузина, ты... – Цинь Хуайюн хотел так много сказать в этот момент, но просто не мог вымолвить ни слова.

Шуй Жолань опустила голову, прикусила губу и неловко произнесла:

– Кузен, ты здесь, чтобы увидеться со мной? – Она вертела в руках платок, что было одной из ее привычек, выдающих ее смущение.

Цинь Хуайюн наблюдал за ней, так что он знал об этом.

– Да, я здесь, чтобы увидеть, что ты здесь больше не живешь! – Голос Цинь Хуайюна не мог не смягчиться. Если это действительно был план мадам Ди, то она была просто невинной жертвой.

– Где же мне жить, если я не живу здесь… – сказала Шуй Жолань с легким разочарованием, но без упрека. Она слегка опустила голову, отчего ее стройное тело стало выглядеть еще более хрупким и одиноким… по ночам.

Цинь Хуайюн был одновременно возбужден и опечален. Он неосознанно протянул руку, чтобы утешить ее.

– Кузина, можешь быть уверена, я... я дам тебе справедливое объяснение. Тебе лучше вернуться в свой двор, здесь для тебя слишком холодно. Так как ты детства была слабенькой, это плохо для твоего здоровья оставаться жить здесь!

– Кузен, я тебе, но могу ли я остаться здесь еще на два дня? – Шуй Жолань немного приподняла голову и жалобно сказала: – Я не знаю, как это получилось…

Она больше ничего не могла сказать и поспешно опустила голову. Следы глаз, блеснувшие в уголках ее глаз, были замечены Цинь Хуайюном. Он схватил ее за руку и с силой потащил за собой.

– Хватит! Давай, возвращайся со мной!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 44. Мама, что теперь делать?

Глава 44. Мама, что теперь делать?

.

– Кузен, я... Я сейчас не... Подожди немного, подожди, пока моей тете станет лучше! – Шуй Жолань энергично сопротивлялась, пытаясь вырвать руку, при этом нежно глядя на Цинь Хуайюна.

Просьба была незначительной, Шуй Жолань только хотела убедиться, что со старой мадам все будет в порядке.

Сердце Цинь Хуайюна слегка дрогнуло. Старая мадам была больна, и ее болезнь была очень серьезной. В это время в предыдущие годы она не болела, но внезапно ее болезнь обострилась так рано.

Когда он пришел навестить старую мадам, он расспросил няню Дуань, и узнал, что только младшая дочь постоянно приходила навестить старушку. Ни мадам Ди, ни Цинь Юйжу давно не были здесь, чтобы проведать ее и почтить как настоящую хозяйку поместья.

Пусть старая мадам не была его родной матерью, она растила и воспитывала его с детства. У него не было матери, а его отец умер рано. Как ни крути, статус старой мадам давно стал равен статусу его родной матери. Никто не может изменить эти отношения между матерью и ребенком.

Он уловил намерения Шуй Жолань, и был очень тронут. Поэтому он пристально посмотрел на нее, ослабил руку, потом кивнул и серьезно сказал:

– Хорошо, я тебя понял, тогда ты переезжаешь в новый двор через два дня!

***

Поскольку у Цинь Юйжу сейчас болела рука, она постоянно была в скверном настроении и плохо спила по ночам. Ее дурной нрав вылез наружу, и она все время гоняла служанок на кухню за закусками.

Мэй Янь, ее горничная, не могла ее ослушаться, поэтому постоянно носилась на кухню с фонарем в руках. Сегодня ночью она с десяток раз бегала на кухню и обратно, но не осмеливалась возражать, потому что Мэй Сюэ, по приказу хозяйки, уже несколько раз сильно ударила ее по лицу, так как она промедлила и потратила слишком много времени, чтобы принести вазу с закусками.

Все горничные и служанки Цинь Юйжу знали, что их юная леди только притворяется доброй и нежной перед посторонними.

– А, ты про то письмо. Говорят, что это наша старшая мисс написала его сыну герцога Юнкана. Это письмо настолько… Если кто-то чужой прочитает его, то репутация нашей старшей мисс будет навеки погублена! – Голос был очень тихим, но из-за того, что на дворе стояла ночь, и вокруг была тишина, его все равно четко было слышно через стену.

Мэй Янь замерла и притаилась за стеной, прислушиваясь.

– Нет, ничего такого не случится. Это письмо нашла Цюнь Хуа, самое большее, ее хозяйка покажет его генералу. Иначе бы не только старшей мисс, но и мадам Ди было бы стыдно показываться приличным людям на глаза! – послышался еще один голос. Казалось, что две девушки вместе веселились.

Мэй Янь сильно побледнела. Она схватила фонарь в руку, посмотрела на высокую стену рядом с собой, развернулась и повернула направо, туда, где была Лунная дверь в стене.

Ей обязательно нужно было выяснить, кто эти две сплетницы.

Так как о письме было известно только немногим – доверенным слугам мадам и старшей юной леди, но голоса только что явно принадлежали молоденьким служкам на побегушках.

Как кто-то еще узнал о том, что мадам и старшая мисс тайно отправили письмо в столицу, и где Цюнь Хуа нашла его?

Думая о том, что может произойти дальше, Мэй Янь нервничала и дрожала от страха. Когда она поспешно прошла через круглый проход в стене на другую сторону, то обнаружила, что там уже никого нет. Она неподвижно застыла, размышляя, что делать дальше. Она больше не собиралась идти на кухню, и с тревогой поспешила во внутренний двор своей юной хозяйки.

– Мэй Янь, ты так быстро вернулась? – пройдя ворота, Мэй Янь наткнулась на Мэй Сюэ, которая как раз вышла из дома.

Лицо Мэй Сюэ распухло, и Мэй Янь с первого взгляда поняла, что ее избили. Это заставило Мэй Янь опечалиться, так как они обе были приближенными горничными Цинь Юйжу, и выросли вместе.

Прежде все относились к ним только с уважением, и никто не мог насмехаться над ними. С таким лицом Мэй Сюэ была бы опозорена, если бы вышла за ворота двора на улицу, как она.

– Мисс спит? – тихо спросила Мэй Янь.

– Еще нет! – Мэй Сюэ горько покачала головой, и ее лицо вытянулось, когда ее взгляд упал на пустые руки подруги. Она испуганно предупредила ее: – Мэй Янь, тебя жестоко накажут, если ты войдешь вот так...

– У меня срочное известие! – Мэй Янь тихим тоном прервала Мэй Сюэ и поспешно подняла занавеску, что бы войти в дверь. Она направилась во внутреннюю комнату, пересекая внешнюю.

Цинь Юйжу сидела под лампой. Услышала звук шагов, она холодно подняла глаза и увидела, как вошла Мэй Янь. Когда она увидела, что в руках горничной ничего нет, она со вспышкой злобы схватила со стола чашку с чаем и яростно швырнула ее в лицо служанке.

Раньше она в первую очередь подумала бы о своей репутации. Даже если бы она рассердилась на служанку, она незаметно жестоко бы наказала ее, не привлекая внимания.

Длинная игла в корзинке для рукоделия использовалась ею не для вышивания, а для того, чтобы мучить людей. Все кисти и предплечья ее служанок были исколоты до кровоподтеков, но посторонние глаза не могли видеть эти раны.

Мэй Янь уклонилась от приближающейся к ней чашки, которая не повредила ее лицо, но рассыпалась на осколки прямо у ее ног.

– На колени! – не своим голосом заверещала Цинь Юйжу. Ее лицо было покрыто мазью зеленого цвета, и юная красавица сейчас выглядела как безобразная жаба в маленьких пятнах мази, даже ее брови отливали зелеными при свете лампы. Мазь была рыхлой и жирной, и даже красивое лицо юной девушки выглядело отвратительным и отталкивающим.

– Моя госпожа! – взмолилась Мэй Янь, глядя на осколки фарфора у своих ног.

– Тебе не по нраву осколки на полу? Ты отказываешься становиться на колени, мерзавка? Я продам тебя в дешевый бордель, если ты не встанешь на колени, и посмотрю, посмеешь ли ты там качать права! – презрительно усмехнулась Цинь Юйжу.

– Моя госпожа, я должна сообщить вам нечто важное! – Мэй Янь больше не могла колебаться. Она слишком хорошо знала свою собственную «добродетельную» юную леди, которая тайно уже делала что-то подобное с неугодными служанками, поэтому она мягко упала на колени, и осколки тонкого фарфора вонзились ей в ноги. От боли ее лицо мгновенно побледнело.

Увидев кровь, растекающуюся у ног служанки, Цинь Юй почувствовала себя намного лучше и холодно спросила:

– В чем дело?

– Когда я шла на кухню… за закусками, я услышала… как две служки по другую сторону стены смеялись и обсуждали то, что Цюнь Хуа нашла письмо, которое вы написали наследнику герцога Юнкана... – Боль была такой сильной, что ей пришлось приложить усилия, чтобы рассказать эту новость. Ей было так больно, что на лбу выступили капельки пота.

– Что, письмо было потеряно? Расскажи мне все подробности! – Цинь Юйжу внезапно вскочила на ноги, ее лицо сильно изменилось. Она больше не могла наслаждаться наказанием Мэй Янь и приказала Мэй Сюэ, которая тоже вошла: – Помоги ей встать!

Мэй Сюэ метнулась и поспешно помогла Мэй Янь встать с колен.

– Госпожа, я случайно услышала разговор за стеной, поэтому поспешила туда посмотреть, кто там был, но никого не увидела. По голосам можно предположить, что об этом говорили две юные служки, проходившие мимо, но я не знаю, было ли то, что они сказали, правдой! – Мэй Янь встала с чужой помощью и сказала это после того, как немного оправилась от боли.

Но она боялась взять на себя ответственность за правдивость этой новости. Она могла только подчеркнуть, что не знает, правда это или нет. На самом деле, те две сплетницы были предельно ясны в своих высказываниях. Если бы они на самом деле не видели этого, как бы они узнали о письме?

Еще больше побледнев, Цинь Юйжу стиснула зубы.

– Бегом позови сюда мою мать! – приказала она.

Мэй Сюэ поклонилась и поспешно вышла. Тем временем Мэй Янь осторожно отступила назад и прислонилась к стене. Раны на ее ногах все еще кровоточили, и ей было больно даже немного шевелиться.

Вскоре на пороге появилась мадам Ди. Несмотря на то, что она не хотела показываться людям на глаза с распухшим лицом, она сразу примчалась с няней Чжоу в придачу, услышав, что письмо Цинь Юйжу оказалось в руках Шуй Жолань.

– Как это произошло? – Мадам Ди вошла с распухшим лицом и недовольно спросила: – Что с тобой такое в последнее время?

– Мама, письмо было отправлено тобой! Это ты передала его «надежному» человеку, почему снова виновата я? – недовольно огрызнулась обиженная Цинь Юйжу.

– Я поручила отнести его, а затем отправить с тайным посыльным прямо в столицу. Как кто-то мог перехватить письмо? – Мадам Ди раздраженно опустилась на стул. – Что, черт возьми, происходит?

Неприятности следовали одна за другой, и это не давало мадам Ди времени взять ситуацию под контроль.

– Ты, рассказывай! – с нажимом приказала Цинь Юйжу, указывая на Мэй Янь.

– Мадам, я услышала это от двух служанок, когда шла на кухню, чтобы принести старшей мисс закуски, но они ушли, когда я смогла перейти на другую сторону стены, так что я не знаю, правда это или нет! – склонив голову, промямлила Мэй Янь, внезапно почувствовав беспокойство.

– Ты действительно бесполезное существо! – сердито сказала мадам Ди и раздраженно подняла руку, чтобы потереть лоб над бровями. Затем она сделала глубокий вдох, чтобы обуздать охвативший ее гнев.

– Мама, что теперь делать? Если Шуй Жолань передаст это письмо моему отцу… я... Что мне делать? – запаниковала Цинь Юйжу.

Мадам Ди ущипнула ее за руку, затем встала и сказала холодным голосом, пройдясь несколько раз взад-вперед:

– Ничего не делать… Все будет хорошо, завтра я пойду к Шуй Жолань. Даже если письмо настоящее, тебя бы за это не обвинили!

То, что сказала мать, напомнило Цинь Юйжу, которая успокоилась после того, как подумала немного. Она подняла свою раненую правую руку и торжествующе рассмеялась:

– Верно, у меня болит рука, я никак не могла написать письмо. Даже если Шуй Жолань скажет, что это мое письмо, я могу обвинить ее в том, что она сама подделала его!

Письмо было написано мадам Ди, и хотя она изменила почерк, это не гарантия того, что у Цинь Хуайюна не возникнет подозрений. Если бы это случилось раньше, мадам Ди не пришлось бы даже беспокоиться об этом. Но после того, как она почувствовала боль от удара на своем лице, она решила, что ни в коем случае не может позволить Цинь Хуайюну увидеть это письмо.

Больше нельзя вызывать у него ни малейшего сомнения в ней.

– Мама, а мы может обвинить в этом Цинь Ваньжу? – Цинь Юйжу теперь так сильно ненавидела Цинь Ваньжу и сказала это, скрипя зубами. В ее глазах мелькнула ядовитая злоба. Она всегда подозревала, что все последние несчастья связаны с Цинь Ваньжу.

– Нет никакой возможности обвинить ее в этом! – нахмурившись, нетерпеливо отмахнулась мадам Ди. Так быстро уже трудно справиться с этим делом, не говоря уже о том, чтобы было время подстроить все так, чтобы переложить вину на Цинь Ваньжу.

Красивое лицо Цинь Юйжу перекосилось злобной гримасой, и она закричала, скрипя зубами:

– Мама, все наши беды начались из-за Цинь Ваньжу! Не было бы так много неприятностей, если бы она не разбила свадебный паланкин и не дала Ци Тянью возможность увидеть письма в моей комнате! Я должна преподать хороший урок этой маленькой шлюхе!

Она полностью возложила всю ответственность на Цинь Ваньжу, как будто сама была совсем невиновна!

Мадам Ди подняла голову, ее холодный взгляд упал на Цинь Юйжу, и она резко отчитала ее:

– Юйжу, она сейчас всего лишь маленькая девчонка, ее судьба и будущий брак в моих руках. Тебя же ждет светлое и безграничное будущее. Как ты можешь так много думать об этой дешевой шлюшке? Она – просто кусок щебенки, а ты – драгоценный камень, и все, что тебе нужно – это сделать вид, что ты добра к ней и прощаешь ей все то зло, которое она тебе причинила. Пусть в Цзянчжоу все уже потеряно, но мы сможем все изменить, когда окажемся в столице!

– Но, мама, это из-за нее я попала в такую ситуацию, я не могу отпустить ее безнаказанной! – с перекошенным лицом прошипела Цинь Юйжу.

– Независимо от того, как ты этого не хочешь, тебе придется смириться. У тебя еще будет много шансов растоптать ее, так что просто оставайся в своем дворе и позаботься о своей ране. Все изменится после того, как твоего отца переведут в столицу! – сказала дочери мадам Ди зловещим голосом. – Когда мы будем далеко в столице, никто не сможет узнать о том, что на самом деле происходило в Цзянчжоу. И даже если кто-то об этом узнает, это не будет иметь никакого отношения к тебе после того, как я в своем письме во всем обвинила Цинь Ваньжу, и о ней уже поползли слухи.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 45. Давай заключим сделку, Шуй Жолань!

Глава 45. Давай заключим сделку, Шуй Жолань!

.

На следующий день мадам Ди отправилась в семейный храм поговорить с Шуй Жолань.

Мадам Ди и Шуй Жолань не встречались друг с другом после того случая с пьяным генералом. Сначала мадам Ди думала, что ей не нужно приходить сюда, она вполне может унизить Шуй Жолань, когда представится такая возможность. Однако, казалось, что теперь не было другого выбора, кроме как нанести ей визит.

– Как ты поживала последнее время, моя дорогая кузина? – с улыбкой спросила мадам Ди, как только вошла в дверь и приложила ко рту носовой платок. Вчера вечером она приложила лед к щеке, и опухоль немного спала. Учитывая, что она также нанесла слой румян на щеку, в принципе, никто не мог сказать, что накануне ее ударили по лицу.

– У меня все в порядке! – ответила Шуй Жолань, приготовившись к этому разговору. Она спокойно посмотрела на мадам Ди своими черными глазами.

Мадам Ди бросила ревнивый взгляд на Шуй Жолань, которая, со светлым цветом лица и одетая в белые одежды, казалась намного моложе, чем была на самом деле. Хотя ее глаза не были особенно яркими, они излучали элегантность. Мадам Ди всегда не нравилось тихое обаяние Шуй Жолань. Она, должно быть, совсем бесчувственная особа, чтобы так мириться с тем, что она вдова.

Внезапно, сцена с Цинь Хуайюном в кабинете вспыхнула в голове мадам Ди, и она сразу же почувствовала, как ее ярость поднимается в ней и съедает ее.

Мадам Ди была одной из тех, кто стоял за этой подставой, однако это, что в конечном итоге дало Шуй Жолань возможность показать мадам Ди, что она ни капельки не заинтересована в Цинь Хуайюне.

– Ты сильно похудела за эти несколько дней, дорогая кузина! В том, что случилось на днях, виноват только генерал. Он предложил дать тебе статус в доме, так как он хотел быть ответственным человеком перед тобой, – сказала мадам Ди, втайне сжимая кулаки, затем расслабляя их и садясь. Она промокнула глаза платком и сделала вид, что говорит искренне.

Дать ей статус в доме означало бы для Шуй Жолань стать официальной наложницей генерала. Очевидно, мадам Ди пришлось заставить себя сделать это предложение.

Мадам Ди была отвратительным человеком. Ну и что с того, что генерал действительно питает к ней, Шуй Жолань, слабость? Будучи женой и хозяйкой дома, мадам Ди имела полное право контролировать наложницу. Что могла сделать старая мадам, учитывая, что она стара и больна? Мадам Ди было бы легко избавиться от Шуй Жолань, просто сделав надуманное заявление и наказав ее.

– Мадам Ди, я не отказываюсь быть наложницей! – бесстрастно сказала Шуй Жолань, подняв на нее глаза и взяв палочку джосса в руку.

Не только мадам Ди была потрясена, услышав ее ответ, но и служанки, следовавшие за мадам Ди, тоже были ошеломлены.

С выражением негодования на лице мадам Ди вдруг язвительно спросила:

– Дорогая кузина, что ты имеешь в виду? Ты говоришь мне, что хочешь, чтобы я уступила тебе свое место?

– Пожалуйста, дайте мне возможность объясниться. Я довольствовалась тем, что оставалась в своем маленьком внутреннем дворике, когда ко мне вдруг ворвался генерал. Вы же не думаете, это я подстроила? – холодно сказала Шуй Жолань, поднимая голову, чтобы встретиться лицом к лицу с мадам Ди. – Я не считаю, что это неразумная просьба узнать правду, допросив всех слуг о том, что произошло! Мы могли бы также заручиться помощью жены магистрата Ци, чтобы предотвратить ненужные слухи.

Чтобы она позволила мадам Ли помогать в расследовании?

К этому времени мадам Ди уже кипела от злости! Вряд ли она ожидала, что слабая на вид Шуй Жолань окажется такой проницательной. Она хмуро смотрела на мадам Ди, словно пытаясь заглянуть ей в сердце.

– Разве ты не строишь мне козни, Шуй Жолань? – мадам Ди стиснула зубы и зло спросила: – Ты не боишься, что создашь еще больше проблем?

– Я не боюсь раскрыть это дело. Я только боюсь, что кто-то ловко меня подставил! Первоначально я приехала сюда, приняв приглашение своей двоюродной бабушки, чтобы жить спокойной жизнью. Я никогда не хотела вмешиваться в ваши семейные дрязги. Однако с тех пор, как я оказалась замешана в этом скандале, я не собираюсь убегать от него! – твердо сказала Шуй Жолань, взглянув на мадам Ди, которая делала вид, что пытается смахнуть пыль с рукавов.

Мадам Ди стиснула зубы. Она пришла сюда, чтобы поговорить по душам с Шуй Жолань, но вряд ли она ожидала, что Шуй Жолань останется равнодушной к ее великодушному предложению. Опершись руками о стол в предвкушении, мадам Ди не верила, что не сможет справиться с Шуй Жолань, которая был никем в ее доме.

Когда мадам Ди скользнула взглядом по рукавам Шуй Жолань, она неожиданно заметила уголок письма. Ее сердце подпрыгнуло, когда она нашла его знакомым. Это было письмо, принадлежавшее Цинь Юйжу.

Это было так знакомо мадам Ди, потому что именно она вложила письмо в этот конверт.

Мадам Ди тут же подавила свой гнев, улыбнулась и сказала спокойным голосом:

– Ты вдова, Шуй Жолань. Ты собираешься подняться выше своего положения вдовы, чтобы править другими?

– Мадам Ди, вы хотите сказать, что человек, который меня подставил, останется на своем месте? Если я расскажу об этом генералу, моему двоюродному брату, думаю, вы догадываетесь, что он сделает! – парировала Шуй Жолань, не выказывая никаких признаков отступления и резко расправляя рукава.

Настолько, что раздался звук, когда рукав потерся о письмо в нем.

Раньше она обращалась к мадам Ди «кузина», а теперь называла ее «мадам»!

– Шуй Жолань, неужели ты думаешь, что одно только письмо сотворит чудеса? – фыркнула мадам Ди и бросила на Шуй Жолань острый взгляд, сжимая и разжимая кулаки. – Шуй Жолань, давай договоримся по-хорошему!

Она ни в коем случае не хотела, чтобы Цинь Хуайюн видел это письмо.

– Я не заинтересована в сделке. Я лучше честно расскажу обо всем кузену, чем буду что-то скрывать от него! – сказала Шуй Жолань.

– Это уж слишком, Шуй Жолань! – сурово сказала мадам Ди, внезапно вставая с места.

– Я не из тех, кто слишком многого хочет. Я просто решила вернуть то, что по праву принадлежало мне. Поскольку меня подставили и растоптали мое достоинство, я готова использовать свою жизнь, чтобы очистить свое имя, – холодно сказала Шуй Жолань. Ее обычная покладистость не означала, что она будет молчать, когда над ней издеваются.

Мадам Ди была застигнута врасплох резким тоном Шуй Жолань, но она сохраняла строгий вид и продолжала гнуть свое:

– Шуй Жолань, я не уверена, что тебя подставили. В чем я уверена, так это в том, что генерала подставили. Генерал всегда относился к тебе как к родственнице, которая пришла искать убежища в его доме. Он хотел как лучше, но посмотри, какая благодарность последовала за этой добротой!

– Давайте обсудим это с моим кузеном, – спокойно ответила Шуй Жолань и повернулась, чтобы пойти к генералу.

– Не загоняй меня в угол, Шуй Жолань! – строго предупредила мадам Ди. Она махнула своим служанкам, чтобы те закрыли дверь двора семейного храма.

Шуй Жолань обратила свое внимание на лицо мадам Ди только для того, чтобы понять, что ее губы слегка дрожат. С насмешливой улыбкой на лице Шуй Жолань сказала спокойным тоном:

– Теперь вы используете силу, мадам Ди? Неужели вы думаете, что я настолько глупа, чтобы спрятать письмо здесь?

– Ты… ты хочешь сказать, что это письмо не настоящее? – Мадам Ди едва процедила эти слова сквозь стиснутые зубы.

– Вы действительно думаете, что я настолько наивна? Что меня модно легко подставить во второй раз? – бесстрастно сказала Шуй Жолань с улыбкой.

Мадам Ди с трудом могла предположить, что было на уме у Шуй Жолань, глядя на ее совершенно спокойное выражение лица. Ее взгляд переместился с лица Шуй Жолань на широкий рукав.

– Вы можете взять это письмо. Я пойду прямо к кузену, как только вы уйдете. Я хотела бы, чтобы он был судьей между нами, о том, как вы пришли ко мне, желая отобрать у меня письмо силой. Это только показывает, что вы чувствуете себя виноватой и что-то скрываете. Когда он увидит настоящее письмо, я уверена, что мой дорогой кузен поверит моим словам! – небрежно сказала Шуй Жолань.

Это ее заявление едва не заставило мадам Ди упасть в обморок от ярости. Неужели она пытается заставить ее признаться?

– Ты… что ты пытаешься выяснить? – раздраженно процедила мадам Ди сквозь стиснутые зубы. Учитывая, что было задействовано так много слуг, генералу было бы легко узнать от них подробности.

– Я отказываюсь от положения наложницы! – повторила Шуй Жолань, свирепо глядя на мадам Ди, а затем продолжила: – Пожалуйста, уходите, так как наш разговор ни к чему не приведет. Я собираюсь покинуть семейный храм через два дня, чтобы начать заботиться о двоюродной тете. По-видимому, мне не следует всю жизнь оставаться в семейном храме!

– Ты... – Слова Шуй Жолань, сказанные спокойно, снова спровоцировали мадам Ди. Она крутила платок в руке, жалея, что не может дать пощечину этому прекрасному лицу Шуй Жолань. Как она смеет так с ней разговаривать? Она не только использовала Цинь Хуайюна, чтобы угрожать ей, но и, очевидно, планировала использовать старуху, чтобы та поддержала ее.

Мадам Ди получила власть почти над всем в доме после того, как вышла замуж за Цинь Хуайюна. Никогда ее не притесняли и не ставили в невыгодное положение.

– Пожалуйста, уходите, мадам Ди! – сказала Шуй Жолань, сделав два шага вперед и медленно воткнув поставив джосса перед алтарем, ожидая, пока мадам Ди уйдет.

– За мной! – в ярости сказала мадам Ди, зная, что теперь она ничего не сможет сделать с Шуй Жолань, и повернулась, чтобы уйти.

– Что нам теперь делать, мадам? – спросила нянька Чжоу, следуя за хозяйкой.

– Я определенно не соглашусь на это! – процедила мадам Ди сквозь стиснутые зубы.

– Но... но как насчет того письма... – напомнила своей хозяйке нянька Чжоу. Какое объяснение они могли найти тому письму в руках Шуй Жолань, хотя мадам Ди сделала все, чтобы почерк на письме не был похож на ее собственный. – Если генерал заподозрит неладное, – продолжала нянька Чжоу, – то все, что вы говорили в прошлом, будет подвергнуто сомнению.

Если что-то из сказанного ею было неправдой, это могло означать, что все сказанное ею было ложью. Мадам Ди много чего делала за спиной Цинь Хуайюна.

– Мы не должны позволить генералу поверить в это письмо и поверить тому, что говорит Шуй Жолань, – сказала мадам Ди, стиснув зубы.

– Мадам, как насчет того, чтобы найти козла отпущения, чтобы, даже если кто-то доложит генералу о беде старшей мисс, генерал не подумал бы, что мы в этом замешаны, если есть козел отпущения, – предложила нянька Чжоу.

Внезапно глаза мадам Ди ожили, когда она подумала, что это хорошая идея.

– Кого мы можем сделать крайним?

– Вторую мисс! – сказала нянька Чжоу, указывая в сторону внутреннего двора Цинь Ваньжу, и продолжила: – Если бы только мы могли обратить внимание на вторую мисс, мы смогли бы полностью уклониться от всей ответственности. Мы можем сказать, что именно вторая мисс подставила старшую мисс, что она нарочно написала такое развратное письмо и бросила его где-то, где люди могли его найти.

Они так привыкли всю вину за все прошлые неприятности перекладывать на Цинь Ваньжу, что нянька Чжоу задумала и на этот раз сделать виноватой именно Цинь Ваньжу.

– Будет ли… Вдруг генерал что-нибудь заподозрит? – По своей привычке, мадам Ди испытала искушение сделать это.

Нянька Чжоу, видя, что мадам Ди почти поддалась искушению, быстро сказала:

– Конечно, генерал поверит вам, учитывая, что ваши отношения со второй мисс были разорваны, теперь, когда она знает, что вы не ее родная мать. Мы вполне можем сказать, что она возненавидела вас за то, что этот факт был скрыт от нее, поэтому она придумала этот план, чтобы подставить старшую мисс.

Мадам Ди всегда нравилось выслушивать подобные предложения от няньки Чжоу, а нянька Чжоу, будучи личной служанкой мадам Ди, знала, что мадам Ди больше всего любит слушать в таких обстоятельствах.

Как и ожидалось, выслушав слова няньки Чжоу, мадам Ди кивнула в знак согласия и тут же со зловещим выражением в глазах сказала:

– Хорошо, однако мы не должны сами отвлекать внимание на Цинь Ваньжу. Это должен сделать кто-то другой.

Нянька Чжоу отмахнулась от остальных горничных и служанок и, придвинувшись ближе к мадам Ди, шепотом спросила ее:

– Что вы имеете в виду, мадам?

– Напиши еще одно письмо! – сказала мадам Ди со зловещим смехом.

***

– Госпожа, я нашла письмо у ворот нашего двора… Странно, кто мог оставить здесь письмо? – Цин Цуй, которая пошла на кухню, чтобы принести что-нибудь перекусить, сейчас стояла с письмом в руках и подняла много шума, громко спрашивая: – Вторая мисс, вы потеряли письмо?

Это привлекло внимание служанок и горничных из соседних дворов, и они начали собираться вокруг нее.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 46. Две служанки, отправленные одна за другой

Глава 46. Две служанки, отправленные одна за другой

.

– Цин Цуй, что ты держишь в руке? – спросила Цинь Ваньжу, отложив книгу по медицине.

Этот вопрос был не тем, что ожидался. После того, как Цин Цуй на мгновение опешила, она поспешно сказала:

– Вторая юная леди, важнее выяснить, чье это письмо! Я нашла это письмо у ворот во дворе. Это вы его потеряли? Я видела, как вы раньше писали письмо.

Цинь Ваньжу пропустила слова Цин Цуй мимо ушей и спросила Цин Юэ:

– Я ведь никого не посылала на кухню за закусками, не так ли?

– Миледи, вы никогда не заказываете закуски после обеда, потому что в это время старая мадам спит, и вы не хотите, чтобы мимо ее двора ходили слуги. – Цин Юэ посмотрела на Цин Цуй, и спросила строгим тоном: – Цин Цуй, ты старшая горничная нашей юной леди, но ты даже не знаешь привычек своей хозяйки? В это время ты вышла из двора специально сходить за закусками или специально найти письмо?

– Цин Юэ, куда ты клонишь? Ты намекаешь на то, что я своевольно отправилась на кухню, потому что сама захотела перекусить? – Лицо Цин Цуй вспыхнуло, и она сердито посмотрела на Цин Юэ.

– Я не знаю, хотела ли ты поесть закусок сама, но я точно знаю, что наша юная леди не посылала тебя на кухню! – неторопливо произнесла Цин Юэ.

Цин Цуй запнулась, отвела глаза и начала неубедительно оправдываться:

– Я боялась, что наша юная леди проголодается. Я специально отправилась на кухню, когда услышала, что там есть свежеиспеченные пирожные, поэтому так спешила принести их хозяйке. Как старшая горничная, разве я не должна сама побеспокоиться о тех мелочах, на которые наша юная леди не обращает внимания?

– Побеспокоиться о том, на что я не обращаю внимания? Это также относится и к письму, которое ты нашла на улице? – неторопливо спросила Цинь Ваньжу и усмехнулась. – С тех пор как ты вернулась, я ни разу не разрешала тебя ждать моих приказов в доме. Как же ты смогла увидеть, что я писала письмо?

Цин Цуй немного запаниковала, но, подумав о приказе мадам Ди, она стиснула зубы и нахально сказала:

– Мисс, здесь нет другого мастера, тогда чье же это может быть письмо, если не ваше?

– Если нет другого мастера, я, должно быть, написала это? Если сейчас кого-то найдут мертвым, ты тоже скажешь, что больше никого не было, и это определенно могла сделать только твоя хозяйка? – усмехнулась Цинь Ваньжу, и ее холодный взгляд упал на Цин Цуй. – Какая хитрая служанка, неужели ты планируешь постоянно сваливать вину на меня за все, что пойдет не так?

– Юная леди, я... – Цин Цуй никогда еще не видела Цинь Ваньжу такой резкой. Хотя она на самом деле еще маленькая девочка, враждебность в ее глазах заставила Цин Цуй запаниковать и подсознательно избегать ее взгляда. В этих глазах, казалось, были острые лезвия, и они совсем не были похожи на большие невинные глаза второй юной леди в прошлом.

– Ты все еще не стала на колени? – Цин Юэ подошла и ударила Цин Цуй по ноге.

Цин Цуй, пошатываясь, сделала два шага вперед и упала на колени с глухим стуком.

– Цин Юэ, как ты посмела пнуть меня! – Цин Цуй была в ярости, она уставилась ей в глаза и хотела встать, протягивая руку, чтобы схватить Цин Юэ.

Они обе были личными горничными второй юной леди Цинь. Но Цин Цуй всегда была более достойной, чем Цин Юэ. Раньше, когда нянька Фанг была здесь главной, управляя двором второй мисс Цинь, Цин Цуй была самой уважаемой подчиненной экономки Фанг.

– Почему я не могу пнуть тебя? Ты самовольно притащила какое-то письмо, и теперь смеешь клеветать на нашу юную леди, чтобы подставить ее! – Цин Юэ, ловко увернулась от тянущейся к ней руки Цин Цуй, и сильно ударила ногой в ответ так, что Цин Цуй, которая только что немного сумела подняться, была вынуждена снова упасть на колени.

На этот раз она грохнулась на колени тяжелее, чем в первый раз, так что раздался громкий стук, и Цин Цуй закричала от боли!

– Няня Юй, немедленно позови сюда мою маму! – холодно и спокойно сказала Цинь Ваньжу.

Няня Юй, стоявшая рядом, давно ждала указаний. Она кивнула и вышла во двор, где взмахом руки подозвала горничную, приказав, чтобы та сходила и позвала мадам Ди. После того, как горничная ушла, она позвала другую служанку, которая выглядела более честной, и поручила ей сбегать в кабинет переднего двора, чтобы пригласить Цинь Хуайюна.

Две девушки ушли одна за другой. Девушка впереди не знала, что сзади была еще одна девушка, которая должна пригласить генерала.

В комнате Цинь Ваньжу посмотрела на разъяренную Цин Цуй и медленно сказала:

– Цин Цуй, ты чувствуешь, что тебя несправедливо обидели?

– Мисс, а что, по-вашему, только что сделала Цин Юэ? Я убью ее за это! – Цин Цуй не осмелилась по-настоящему противостоять маленькой хозяйке и во все обвинила Цин Юэ, не смея посмотреть Цинь Ваньжу в глаза. Она стиснула зубы и с ненавистью посмотрела на Цин Юэ, пытаясь снова подняться с колен.

– Встань на колени! – приказала Цинь Ваньжу ледяным тоном.

После этого Цин Цуй так разозлилась, что потеряла рассудок. С горящими глазами она возмущенно воскликнула:

– Кто вам дал право заставлять меня преклонить перед вами колени, вторая мисс Цинь?

– Не забывай, что я твой мастер! – равнодушно сказала Цинь Ваньжу.

Ее ледяной взгляд упал на письмо, которое Цин Цуй случайно выронила. Конверт этого письма был таким же, как конверт письма для наследника герцога Юнкана.

Точно такой же!

Уголки ее губ изогнулись в саркастической улыбке, когда она поняла, что мадам Ди действительно запаниковала. Это была хорошо спланированная интрига, чтобы создать видимость, что во всем снова виновата маленькая, но очень коварная Цинь Ваньжу!

– Мисс, вы действительно не очень хороши как мастер. Очевидно, что это Цин Юэ ударила меня. Почему же тогда вы не наказали ее, а приказали мне встать на колени вместо нее? – возмущенно закричала Цин Цуй, повысив голос и покраснев от гнева.

Некоторые девушки и женщины во дворе дома услышали шум изнутри, и одна за другой бросили работу и тихо сгрудились у двери дома и под окном, прислушиваясь к скандалу. Некоторые даже стояли группами по три-четыре человека и тихо переговаривались, оживленно жестикулируя. Прислуга вела себя не так, как ей положено вести себя во дворе леди семьи, а словно праздная толпа зевак, с интересом наблюдающая за ссорой на рынке.

– Значит, как мастер я предвзята? – Цинь Ваньжу отвела свой пристальный взгляд, который упал на окно, слегка улыбнулась, а затем ее глаза внезапно стали холодными. – Так как она думает, что я предвзята, тогда я буду еще более несправедливой. Цин Юэ, позаботься о ней и заставь ее понять, кто хозяин этого двора!

– Да, миледи! – решительно ответила Цин Юэ громким, ясным голосом. Затем подошла, протянула руку, чтобы схватить Цин Цуй за голову, и яростно надавила вниз со словами: – Немедленно извинись за то, что посмела перечить своему мастеру!

Цин Цуй не ожидала, что Цин Юэ действительно посмеет так с ней обойтись. Она начала сердито сопротивляться и попыталась схватить Цин Юэ за руку. К сожалению, угол, под которым Цин Юэ наклонила ее, не давал ей схватить обидчицу. После того, как Цин Юэ несколько раз ударила ее лбом о пол в знак извинения, Цин Цуй чувствовала головокружение и видела звезды перед глазами.

Цин Цуй дважды наугад схватила воздух, промахнувшись мимо руки Цин Юэ. Охваченная яростью, она выругалась:

– Цин Юэ, не смей меня трогать, шлюха!

– Почему я не могу тебя наказать по приказу нашего мастера? Ты рабыня, которая посмела предать и подставить свою хозяйку! – холодно усмехнулась Цин Юэ, стоя позади Цин Цуй.

– Ты грязная шлюха, я порву тебя на куски! – Глаза Цин Цуй наполнились слезами, когда ее прижали лицом к полу. Она видела только, что фигура перед ней дрожит, из-за чего некоторое время не могла рассмотреть, кто перед ней. Она протянула руку, указала на фигуру и громко пригрозила.

На самом деле она указывала не на Цин Юэ, а наискосок в направлении Цинь Ваньжу.

– Ты, рабыня, посмела оскорбить свою госпожу! – резко отчитала ее Цинь Ваньжу, которая как раз ждала подобной возможности. – Дать ей пощечину!

Няня Юй, стоявшая в стороне, подошла к Цин Цуй и влепила ей четыре крепких оплеухи.

–Шлюха, ты пожалеешь об этом! – закричала Цин Цуй, чье зрение все еще было затуманено, и она не могла точно сказать, кто бил ее по лицу, но чувствовала вкус крови во рту.

За окном и у двери раздался гомон. Девушки и женщины во дворе удивленно обсуждали то, что у Цин Цуй хватило наглости дерзко угрожать мастеру.

– Что случилось?

Когда недовольный голос раздался из-за толпы, все служанки поспешно обернулись. Увидев, что пришла мадам Ди, они быстро отступили в стороны и освободили ей дорогу.

Мадам Ди появилась в дверях со слабой улыбкой на спокойном лице. Она очень быстро пришла на этот раз.

Когда Цин Цуй услышала этот знакомый голос, она громко закричала:

– Мадам, помогите! Мадам, спасите меня, вторая мисс собирается убить рабыню, спасите меня, мадам!

– Ваньжу, ты же хорошая девочка, зачем ты избила горничную? – ласково спросила мадам Ди, бросив взгляд на Цин Цуй, которая выглядела жалко, с растрепанными волосами и опухшим лицом.

Увидев две красные отметины на лице служанки, мадам Ди слабо почувствовала боль на своем лице, невольно вспомнив пощечину, которую получила от мужа.

Должно быть, вложенная в удар сила была не маленькой!

– Мадам, вторая мисс хотела забить меня до смерти только потому, что я случайно нашла ее письмо! Умоляю, спасите меня, мадам! – После слов мадам Ди, уверенность Цин Цуй становилась все более и более твердой, и она начала громко кричать, потом у нее потекли слезы, и она размазала их по лицу, горько плача.

– Значит, вот как все было, Ваньжу? Что это за письмо такое? – спросила мадам Ди, поворачиваясь к Цинь Ваньжу с выражением изумления на лице.

– Мама, эта служанка только что оскорбляла меня и угрожала мне расправой. Это рабыня, которая осмелилась совершить такое преступление, неужели мама все еще верит в то, что она говорит? – сказала Цинь Ваньжу со слабым выражением печали в глазах.

– Мадам, не слушайте, что говорит вторая мисс. На самом деле я ругала Цин Юэ, а не вторую мисс. Вторая мисс намеренно все перекручивает, чтобы выгородить Цин Юэ! – громко закричала Цин Цуй.

– О, как могла горничная ругать тебя, Ваньжу? – мягко улыбнулась мадам Ди, говоря нежным голосом. – Ты опять капризничаешь? Ты же девочка, ты должна заботиться о своей репутации. Ты становишься старше, и тебе не следует устраивать эти детские шалости. Хотя этот вопрос касается всего лишь горничной и может показаться, что это не так уж и важно, но, в конце концов, это все же человеческая жизнь. Как ты можешь говорить о ней все, что на ум взбредет! Как может такая семья, как мы, совершить такой порочный поступок!

Хотя мадам Ди сказала все это с улыбкой, и все выглядело так, как будто она по-матерински журила непослушную дочь, но смысл в этих словах был чрезвычайно злобным. На самом деле это было частью коварного плана, чтобы свалить все ошибки на Цинь Ваньжу, показав, что Цинь Ваньжу жестоко наказала невинную девушку, защищая другую девушку, которой благоволила.

Служанки, стоявшие у дверей и окон, ясно видели и слышали, что все так и произошло. Все они в этот момент смотрели насмешливо, уверенные, что мадам Ди снова, как обычно, поставит на место распоясавшуюся вторую мисс.

До этого было много случаев, когда вторая мисс получала выговоры, и они удивлялись, почему она так и не выучила этот урок!

Можете ли вы сражаться яйцами против камней?

– Мама думает, что я не права?

Выслушав слова мадам Ди, Цинь Ваньжу неторопливо подняла голову, его взгляд равнодушно упал на лицо мадам Ди, а брови слегка приподнялись.

– Ты такое своенравное дитя и всегда капризничаешь… – Помолчав, мадам Ди улыбнулась: – Прекрати уже эту истерику, просто дай своей матери посмотреть, что за письмо ты написала, из-за которого поднялся этот сыр-бор!

Намерение мадам Ди состояло в том, чтобы повернуть ситуацию так, чтобы все внимание было направлено на письмо.

Цинь Ваньжу усмехнулась, и ее слова сразу же стали резкими:

– Мама, что ты такое говоришь? Означает ли это, что то, что я сказала, не так хорошо, как то, что сказала служанка, которой может доверять моя мать?

Улыбка на лице мадам Ди застыла, а затем женщина разозлилась. Сейчас она не могла подавить Шуй Жолань, но неужели она также не сможет справиться с этой маленькой приблудой, у которой молоко на губах не обсохло? На глазах у стольких служанок Цинь Ваньжу, казалось, не собиралась проявить к ней должное уважение, и мадам Ди начинала в душе закипать. Она нахмурилась и высказала недовольство:

– Ваньжу, я твоя мать! Разве мать может причинить вред собственной дочери? – Она выпалила эти слова, но когда закончила говорить, она немного смутилась.

В прошлом она всегда полагалась на то, что ее считали родной матерью Цинь Ваньжу, чтобы доказать, что она не сделает ничего, что могло бы причинить ей вред. Всякий раз, когда что-то случалось, она всегда использовала этот довод. Когда она так говорила, Цинь Ваньжу часто нечего было возразить.

Однако теперь все изменилось. Девчонка уже знает, что она не ее родная мать!

Под длинными ресницами Цинь Ваньжу сверкнули глаза, наполненные множеством глубоких мыслей. В прошлой жизни она всегда была обманута этими словами мадам Ди, которые, казалось, были искренними и шли из самого сердца, и это шаг за шагом привело ее на плаху.

В глазах Цинь Ваньжу мелькнул след печали, когда она спокойно произнесла слово за словом:

– Как родная мать, конечно, ты не причинишь вреда своей дочери. Мама, я не сомневаюсь, что ты не причинишь вреда моей старшей сестре! Но как же я? Я ведь не твоя родная дочь!

Ее голос был не слишком громким, но этого было достаточно, чтобы все присутствующие услышали ее слова!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 47. Тщательно подобранная горничная

Глава 47. Тщательно подобранная горничная

.

Мадам Ди сразу же замерла, услышав эти слова, и теперь выглядела смущенной. Она забыла, что Цинь Ваньжу уже узнала, что она не была ее родной матерью!

– Мама, ты поверила в ложь этой служанки, как только вошла в комнату, и тем самым свалила всю вину на меня. Разве ты не заметила, что эта служанка привлекла внимание многих служанок, чтобы опозорить меня перед ними? Тебе не кажется странным, мама, что мое место в этом доме ниже, чем место служанки? – спокойно продолжила Цинь Ваньжу, подняв взгляд на ошеломленную мадам Ди.

– Я и не подозревала, что служанки в этом дворе так плохо вышколены, – ответила мадам Ди, чувствуя, как гнев поднимается в ней от стыда. Она начала нервничать после того, как ей задали неудобные вопросы.

– Ты что, все это время не имела ни малейшего представления о том, что происходило в моем внутреннем дворе, учитывая, что ты отвечаешь за задний двор? – Невозмутимая Цинь Ваньжу продолжала непреклонно давить на мадам Ди, не сводя с нее глаз.

Это звучало так, как будто так было всегда.

Удивительно, но эта маленькая девочка, стоявшая среди толпы, была на две головы ниже мадам Ди, но сумела сохранить самообладание. Слуги, стоявшие вокруг, начали шептаться друг с другом, осуждающе поглядывая на Цинь Ваньжу.

Хотя это был внутренний двор поместья генерала, где стоял дом второй юной хозяйки, в этот момент он выглядел как шумный рынок, но мадам Ди имела наглость сказать, что она не знала о вольном положении слуг во дворе.

Цинь Хуайюн, который все это время наблюдал за происходящим со стороны, больше не мог этого выносить. Он выразительным взглядом отдал команду своему адъютанту, и тот громко закричал:

– Генерал здесь!

Услышав это, все окружающие прислужницы и служанки опешили и быстро отступили в стороны от двери, чтобы освободить дорогу хозяину. Мгновенно наступила тишина.

Сначала Цинь Хуайюн окинул взглядом стоявшую вокруг челядь, а затем широкими шагами вошел в комнату, заложив руки за спину.

Мадам Ди сразу поняла, что что-то не так. Она не ожидала, что Цинь Хуайюн придет сюда, когда она только приступила к тому, чтобы преподать Цинь Ваньжу урок. Она перевела растерянный взгляд на няньку Чжоу, которая попыталась подбодрить ее.

– Генерал! – расплывшись в улыбке, воскликнула мадам Ди, как только взяла себя в руки.

Однако Цинь Хуайюн даже не взглянул в ее сторону, отведя взгляд и остановив его на Цин Цуй, которая все еще стояла на коленях. На самом деле он уже довольно давно стоял снаружи, так что получил представление о том, что происходит в комнате.

Эта горничная и была источником переполоха. Обычно Цинь Хуайюн не обращал внимания на служанок, но в этот момент, когда он пристально посмотрел на эту горничную, он вдруг понял, что она более дорого одета и украшена, чем все остальные горничные первого класса.

Мало того, что ткань одежды, которую она носила, была намного изысканнее, чем у других служанок, но не ней также были изысканные висячие серьги, которые делали девушку еще более привлекательной. С какой стати горничную молодой госпожи одевают подобным образом? Что подумают люди о его дочери, если ее горничная будет одета так неприлично дорого?

– Это та самая рабыня, которую избили, и которая пыталась привлечь сюда как можно больше свидетелей? – холодно спросил Цинь Хуайюн.

В этот момент Цинь Ваньжу подошла к отцу, чтобы поприветствовать его, и кивнула головой в ответ на его вопрос. Она указала на письмо, упавшее на пол, и сказала звонким детским голосом:

– Отец, это действительно та горничная, которая подняла шум. Я понятия не имею, где она нашла это письмо, которое, как она настаивает, было написано мной. Она аргументировала свою точку зрения тем, что здесь нет других мастеров, кроме меня, поэтому она настаивает на том, что письмо обязательно должно принадлежать мне!

– Принеси мне это письмо! – приказал Цинь Хуайюн, не сводя глаз с мадам Ди.

Мадам Ди потеряла самообладание, но изо всех сил постаралась скрыть панику, сделав серьезное лицо. Хотя она и хотела, чтобы это письмо в итоге попало в руки Цинь Хуайюна, сейчас было не время для этого. Однако она никак не осмеливалась предотвратить то, что происходило в этот момент, она могла только попытаться унять дрожь в руках, крепко сжимая платок.

Адъютант генерала подошел, поднял с пола письмо и протянул его своему командиру. Когда Цинь Хуайюн взял письмо, он увидел, что это запечатанный конверт, адресованный молодому мастеру Ди.

В почерке не было ничего особенного, кроме того, что по легким штрихам было видно, что это писала женщина.

Казалось бы, Цинь Ваньжу была единственной в поместье, кто обращался к сыну семьи Ди таким образом, потому что мадам Ди не обращалась к нему так, и казалось невозможным, чтобы Цинь Юйжу писала письмо в это время, когда была больна и лежала в постели.

Казалось бы, дело обстоит именно так!

– Это то письмо, которое, по словам рабыни, написала Ваньжу? – спросил Цинь Хуайюн, подняв вопросительный взгляд и остановив его на мадам Ди.

– Генерал... это… сказала ее личная горничная... – Мадам Ди запнулась, потому что ее голос уже не звучал так уверенно, как минуту назад, когда она напористо обвиняла Цинь Ваньжу.

– Эта служанка – твоя дочь? Почему ты постоянно пытаешься выгородить ее? – снова спросил Цинь Хуайюн, холодно глядя на мадам Ди.

– Я… как может генерал обвинять меня в этом? Разве я не пытаюсь решить здесь проблему? Просто еще ничего не ясно, и Ваньжу беспочвенно обвиняет меня. Сейчас все еще не до конца понятно! – сказала мадам Ди, которая поднесла платок к лицу и попыталась сделать вид, что ее обидели.

– Кто распорядился, чтобы эта рабыня прислуживала Ваньжу? – спросил Цинь Хуайюн.

Запаниковав, мадам Ди быстро ответила:

– Она... была выбрана Ваньжу, и служит ей больше года.

– Служит ей больше года? Скорее рабыня за год превратилась в хозяйку! Посмотри, как она одевается! Если бы она стояла рядом с Ваньжу, это выглядело бы так, будто она хозяйка, а Ваньжу все считали бы ее служанкой! – Когда взгляд Цинь Хуайюна остановился на Цинь Ваньжу, он понял, что на ней был простой белый халат. Хотя в таком наряде девочка выглядела очень красиво, она казалась слишком скромно одетой для дочери генерала.

По сравнению со своей разодетой горничной Цинь Ваньжу действительно казалась ее служанкой.

– Но... но ведь она сама выбрала себе эту служанку, – попыталась уклониться от ответственности мадам Ди.

Она не собиралась признаваться, что именно она приказала няньке Фанг уговорить Цинь Ваньжу взять Цин Цуй себе в горничные. В то время Цинь Ваньжу было всего девять лет, и было легко уговорить ее принять нужное другим решение.

– Сколько лет было Ваньжу в то время? – нахмурившись, спросил Цинь Хуайюн.

Мадам Ди: «…»

Мадам Ди скрутила носовой платок и заскрежетала зубами. Она знала, что генерал ни за что не стал бы так смущать ее перед толпой, если бы не был свидетелем сцены, которая разыгралась чуть раньше.

– Девять… – едва слышно произнесла она.

– Ты хочешь сказать, что девочка могла сделать мудрый выбор в столь юном возрасте? – саркастически заметил Цинь Хуайюн. – Я помню ту старую деву, которую в наказание забили до смерти. Разве она не была твоей верной собакой? Служанки, которые здесь работают на Ваньжу, все докладывают тебе, и это только один вид, что мастер здесь Ваньжу. Мне показалось, что все слуги в этом дворе не относятся к Ваньжу как к своей хозяйке. Наблюдая за сценой, разыгравшейся несколько минут назад, они открыто высмеивали и осуждали свою юную хозяйку. Ты уверена, что это Ваньжу выбрала их всех? Куда тогда смотрела ты?

Ряд событий происходил один за другим, и генералу стало понятно, что мадам Ди не относится к Цинь Ваньжу как к своей дочери. На самом деле она вообще не считалась с интересами Цинь Ваньжу.

Цинь Хуайюн теперь ясно видел, что заявление его жены о том, что она относится к Цинь Ваньжу как к собственной дочери, было не чем иным, как ложью.

У него не было других детей, кроме двух дочерей. Хотя Цинь Ваньжу не была его собственной дочерью, он относился к ней как к родной дочери. Его покровительственные чувства к ней окрепли за эти годы после того, как он взял ее под свое крыло. Более того, он всегда чувствовал себя в долгу перед ее отцом – своим спасителем, когда думал о том, как тот пожертвовал своей жизнью ради него, своего командира.

– Генерал, все не… Я ничего не знала о том, что происходит во дворе Ваньжу! – попыталась оправдаться мадам Ди, так как она видела, что все пошло нехорошо для нее, когда услышала слова Цинь Хуайюна.

– Нет никакого оправдания тому, что ты не знаешь об этом, учитывая, что ты ведаешь домашними делами моего поместья. Иначе за что тогда ты отвечаешь? – бесстрастно отрезал Цинь Хуайюн.

– Я… Я действительно не знала об этом, генерал! Нянька Фанг говорила мне, что здесь все относятся к Ваньжу с уважением.

Слезы потекли по лицу мадам Ди, когда она попыталась вызвать сочувствие зрителей и уклониться от ответственности. Теперь, когда няньки Фанг больше не было в живых, она могла говорить о ней все, что хотела.

– В таком случае, мама, ты уже знаешь это? – уточнила Ваньжу, не давая мадам Ди ни малейшего шанса вывернуться. – Возможно ли, что мама теперь найдет время для решения этой проблемы?

Лицо мадам Ди застыло при словах Цинь Ваньжу. Она беспомощно посмотрела на сурового Цинь Хуайюна и пообещала:

– Будь уверена, Ваньжу, я заменю всех слуг, которые не повинуются тебе. На этот раз ты сам выберешь тех, кто тебе понравится.

– Будь уверена, мама, теперь, когда няни Фанг больше нет рядом со мной, я обязательно выберу тех, кто заслуживает доверия и с уважением относится ко мне, – ухмыляясь, сказала Цинь Ваньжу.

Она недвусмысленно намекала Цинь Хуайюну, что это нянька Фанг убедила ее выбрать слуг, которые не соблюдают правила, а он уже до этого упомянул, что няня Фанг была верной собакой мадам Ди.

Лицо мадам Ди вытянулось от слов Цинь Ваньжу, но она не посмела проявить свое недовольство. Она знала, что попала в ловушку Цинь Ваньжу, учитывая настолько «случайное» развитие событий. Она могла только тайно скрежетать зубами, сохраняя при этом дружелюбное выражение лица.

– Это избавит меня от беспокойства, раз Ваньжу такая понимающая, – сладко сказала мадам Ди.

– Мама, продай эту служанку! – попросила Цинь Ваньжу, не обращая внимания на «любящее» выражение лица мадам Ди. Потом бесстрастно посмотрел на Цин Цуй и добавила: – Мне будет страшно, если мне будет прислуживать эта горничная!

– Спасите меня, мадам, пожалуйста, спасите! – взмолилась Цин Цуй, встретившись взглядом с Цинь Хуайюном. Она явно нервничала, потому что начала плакать и на коленях ползти к мадам Ди, продолжая просить о пощаде. В этот момент Цин Цуй вдруг поняла, что дело обернулось плохо и на карту поставлено само ее существование!

Очень сообразительная нянька Чжоу, быстро оценив ситуацию, встала между мадам Ди и Цин Цуй и упрекнула паникующую служанку:

– Ты оскорбила вторую мисс, поэтому вместо того, чтобы устраивать весь этот цирк, ты должна просить прощения у второй мисс. Мадам всегда обожала свою младшую дочь, поэтому я уверена, что она будет уважать решение второй мисс.

Цин Цуй сразу же поняла намерение, стоящее за намеком хитрой тетки Чжоу. Она быстро переползла к Цинь Ваньжу и, цепляясь за ее ноги, начала слезно умолять:

– Вторая юная леди, я только что случайно нашла это письмо и подумала, что вы единственный человек, который мог бы так обращаться к молодому мастеру Ди. Я сделала это не со злым умыслом! Пожалуйста, не продавайте меня! Я сделаю все, что вы скажете, вторая юная леди. – К тому времени, как Цин Цуй закончила говорить, ее лицо было покрыто слезами и выглядело очень искренним. Она чуть отползла назад и трижды сильно ударилась головой об пол, да так, что на лбу распух большой кровоподтек. – Вторая юная леди, умоляю, не продавайте меня в бордель. Я все еще девственница, я буду обречена, если вы отошлете меня в такое место!

Украдкой поглядывая на жалкую и беспомощную Цин Цуй, служанки, заглядывавшие снаружи в окна и дверь, чувствовали, что Цинь Ваньжу слишком бессердечна, как жестокий неразумный ребенок.

Сообразительная нянька Чжоу действительно не зря была доверенной помощницей мадам Ди. Сделав этот ход, она в корне изменила ситуацию, и выставила Цинь Ваньжу злым и мстительным человеком. Она была полна решимости вызвать у генерала недовольство по отношению к Цинь Ваньжу.

– Ты уверена, что только я могу так обращаться к молодому мастеру Ди? – без интереса спросила Цинь Ваньжу.

– Да, но это была моя вина, это все моя вина! Мне нужно было молчать и скрытно вернуть вам письмо, которое вы потеряли! Пожалуйста, простите меня, вторая юная леди! – очень искренне воскликнула Цин Цуй. – Первое, что пришло мне в голову, когда я нашла письмо, – это поскорее принести его вам. Это все моя вина, я действительно глупая рабыня!

Пока Цин Цуй продолжала причитать, она одновременно украдкой взглянула на няню Чжоу и быстро успокоилась, увидев намек на улыбку на лице тетки Чжоу. Теперь она была уверена, что вторая мисс не причинит ей никакого вреда в присутствии генерала, даже если девчонка ей не верит. Она уже показала генералу, что у нее все-таки были добрые намерения.

Однако следующий равнодушный вопрос Цинь Ваньжу превратил ее уверенность в дикий ужас.

– Цин Цуй, как я помню, что совсем неграмотна, так как же ты узнала, что это письмо адресовано молодому мастеру Ди?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 48. Насколько он доверял ей в прошлом, настолько же начал подозревать ее в этот момент

Глава 48. Насколько он доверял ей в прошлом, настолько же начал подозревать ее в этот момент

.

Почти все знали, что Цин Цуй не умела ни писать, ни читать. Даже если она найдет письмо, то не узнает ни кто его написал, ни кому оно написано. Причина, по которой они все еще спорили по поводу письма, заключалась в том, что до этого Ваньжу старательно обходила эту тему, чтобы никому не пришло в голову задуматься, как неграмотная горничная узнала, кому было адресовано письмо.

Однако в тот момент выяснилось, что Цин Цуй все же прекрасно знает это.

Единственная возможность состояла в том, что Цин Цуй уже давно знала о письме, но зачем кому-то понадобилось, чтобы она приписала это письмо своей маленькой хозяйке?

Страшно побледнев, Цин Цуй беспомощно посмотрела на мадам Ди. Она была так напугана, что начала заикаться, и не смогла ничего объяснить.

– Возмутительно! Как ты узнала, что это письмо написано второй мисс Цинь молодому мастеру Ди? Кто тебе это сказал? – строго спросила нянька Чжоу.

Старуха как будто только что осознала этот факт! Однако в действительности она пыталась дать горничной подсказку своими вопросами.

Цин Цуй быстро поняла намек. Ее губы дрожали, когда она открыла рот, чтобы сказать что-то, подыгрывая няньке Чжоу, но Ваньжу вовремя прервала ее и враждебным тоном обиженной девочки сказала не в меру ретивой служанке мадам Ди:

– Нянюшка Чжоу, Цин Цуй – моя горничная, откуда ты знаешь все, что она собирается сказать? Вы с Цин Цуй настолько близки?

Маленькая Цинь Ваньжу, подметив, что служанки понимали друг друга с полуслова, указала, что они были в сговоре друг с другом!

– Как ты можешь так говорить, Ваньжу? Тетя Чжоу только пыталась помочь тебе допросить ее! – С неловким кашлем и вымученной улыбкой мадам Ди быстро сказала что-то, чтобы спасти ситуацию, когда даже хитрая нянька Чжоу потеряла дар речи от заявления Цинь Ваньжу.

Цинь Хуайюн все сильнее хмурился. Он был воином, который привык быть прямым и решительным, но никогда не был наблюдательным в домашних интригах. Он вдруг почувствовал, что был небрежен в этих вопросах, особенно в тех, которые касались Цинь Ваньжу, Шуй Жолань и старой мадам.

И мадам Ди, и нянька Чжоу начали паниковать. Слова Цинь Ваньжу подразумевали, что они латали одну часть стены, беря другую часть стены, в результате чего стена никогда не могла быть полностью залатана.

– Хотя ты еще не повзрослела, Ваньжу, ты уже не маленький ребенок. Ты должна перестать капризничать и быть такой своенравной. Даже если Цин Цуй сделала что-то не так, ее поступок не заслуживает смерти. Ты не можешь так поспешно обвинять ее о всех грехах, помни, милосердная госпожа не должна так обращаться со своей служанкой, – начала убеждать «отбившуюся от рук» девочку мадам Ди.

Мадам Ди пыталась повернуть все так, словно Цинь Ваньжу отказывается простить Цин Цуй, потому что вспыльчива и упряма.

Намекая, что у Цинь Ваньжу плохой характер, мадам Ди надеялась сбить Цинь Хуайюна со следа, чтобы он поверил, что Цинь Ваньжу не очень хороший ребенок.

Потерпев неудачу в своем плане, она прибегла к альтернативному плану, который как бы создавал разлад с помощью ложных обвинений.

Ваньжу пристально посмотрела на мадам Ди, размышляя над тем, как в прошлой жизни она постоянно попадала в ловушки этой коварной женщины из-за своего невежества и наивности. Она холодно улыбнулась, вспомнив, как мадам Ди ловко уничтожала ее шаг за шагом. Однако Ваньжу была полна решимости в этой жизни растоптать мадам Ди.

– Разве мама не обвинила меня во всех грехах, едва только переступила порог моего дома? Ты хочешь сказать, что ты не милосердная мать? – наивно спросила Ваньжу, поднимая взгляд на мадам Ди и притворяясь растерянным ребенком.

Сейчас ее поведение полностью соответствовало поведению простодушной одиннадцатилетней девочки.

Она на самом деле была сейчас всего лишь ребенком. Не будет ли неразумно ожидать, что она поймет все сложности этого дела? Поэтому ее слова должны были быть простодушными. По сравнению с ее вопросом, слова, сказанные мадам Ди и нянькой Чжоу, звучали провокационно и злонамеренно.

Глядя на детскую непосредственность маленькой девочки, втянутой взрослыми в непонятные для нее интриги, Цинь Хуайюн почувствовал себя виноватым, у него защемило сердце, и его окутало печалью. Он протянул руку, чтобы погладить дочку по голове, и мягким тоном сказал:

– Ваньжу – хорошая девочка. Отец теперь всегда будет на твоей стороне.

Будь то то, что с нею происходило в прошлом или случилось сейчас, было очевидно, что Цинь Ваньжу была просто никому не нужным ребенком, сиротой, над которой издевалась даже ее служанка.

Когда Цинь Хуайюн подумал о том, что к Цинь Ваньжу относятся в ее собственном родительском доме даже хуже, чем к служанке, и только усилием воли сдержал ярость, поднимающуюся в нем.

– Теперь успокойся и отдохни хорошенько, я собираюсь обсудить с твоей матерью вопрос о смене прислуги для тебя. Я позабочусь о том, чтобы отныне все твои служанки относились к тебе с уважением, как и подобает рабыням обращаться со своей госпожой.

– Генерал... – в панике воскликнула мадам Ди. Она видела, что все складывается очень плохо для нее.

Цинь Хуайюн бросил на нее тяжелый взгляд, который вселил в мадам Ди такой страх, что она заткнулась на полуслове.

– Собрать и запереть всех горничных и остальных служанок, которые только что торчали во дворе моей младшей дочери, в другом дворе. Они не должны продолжать служить в моем поместье! – приказал Цинь Хуайюн, адресуя свои слова адъютанту.

Его подчиненный кивнул в ответ без малейших колебаний!

Теперь мадам Ди нервничала и злилась одновременно. Цинь Хуайюн всегда был любезен с ней, однако его сегодняшнее вмешательство в дела заднего двора было похоже на пощечину.

– Пойдем со мной! – сказал Цинь Хуайюн мадам Ди, после того, как отдал приказы адъютанту, и вышел из комнаты, даже не взглянув на жену.

Зная, что все пошло совсем не так, как предполагалось, мадам Ди повернулась и нервно посмотрела на няньку Чжоу, ища ее совета.

Нянька Чжоу молча склонила голову набок, как бы давая ей знак просто следовать за генералом. Избежать столкновения в этот момент было невозможно, поэтому мадам Ди стиснула зубы и беспомощно последовала за Цинь Хуайюном.

В любом случае, у нее есть герцог Юнкан из столицы в качестве поддержки, что генерал может сделать с ней?

Тетка Чжоу не сразу пошла за ними. Она перевела взгляд на Цинь Ваньжу. Глядя на девочку с подозрением, она думала о том, что вторая мисс стала в последние дни совершенно другим человеком. Что с ней случилось?

Почувствовав на себе подозрительный взгляд хитрой служанки, Ваньжу подняла голову и открыто посмотрела ей в прямо глаза. Красивые, ясные глаза Цинь Ваньжу, казалось, могли заглянуть в ее душу, отчего няньке Чжоу стало не по себе. В своем нервном состоянии она поспешно поклонилась Цинь Ваньжу и побежала за мадам Ди.

Цинь Ваньжу на самом деле присматривалась к няньке Чжоу, самой доверенной служанке мадам Ди. По сравнению с теткой Фанг, у тети Чжоу были гораздо более близкие отношения с мадам Ди. На самом деле эта женщина была специально обученным подарком матери мадам Ди в качестве опытной наперсницы своей тогда еще юной дочери. И тетка Чжоу, старая дева, действительно стала надежным подспорьем мадам Ди и Цинь Юйжу.

Долгое время она была единственной, кто помогал мадам Ди справляться с делами, касающимися домашнего хозяйства. Цинь Ваньжу подумала, что будет лучше избавиться от нее. Однако она только что избавилась от тетки Фанг, и сейчас было не лучшее время, чтобы избавиться и от тетки Чжоу. Если она правильно помнила, то вскоре должна представиться еще одна прекрасная возможность сделать это, и тогда это очень сильно навредит мадам Ди.

Нянька Чжоу, спешившая прочь, вдруг почувствовала, как у нее по спине пробежал холодок. Ее интуиция подсказывала ей, что скоро произойдет что-то очень плохое…

Вернувшись во внутренний двор мадам Ди, генерал велел всем служанкам убираться на улицу, даже няньку Чжоу не пустил в комнату. Атмосфера была напряженной, когда он так холодно посмотрел на мадам Ди, что она почувствовала, как волосы на ее затылке встали дыбом.

Дрожащими руками она взяла со стола чайник, чтобы налить Цинь Хуайюну чашку чая. Она уже собиралась что-то сказать, когда он с силой швырнул письмо на стол и сурово спросил:

– Что это?

– Я… Я тоже не знаю, – сказала взволнованная мадам Ди. Она была сейчас так же сильно напугана, как раньше сильно гордилась этим письмом.

– Ты не знаешь? Но та горничная знала. Ты считаешь меня идиотом? – сказал Цинь Хуайюн.

Хотя он не повысил голоса, властность и холодность в его тоне приглушили все краски на лице мадам Ди.

– Какая ты любящая мать, мадам Ди! Разве ты не обещала, что будешь относиться к Цинь Ваньжу как к своей собственной дочери, и что ты будешь считать, что родила двух дочерей? – стал насмехаться Цинь Хуайюн.

Ярость в нем нарастала с каждой минутой, и любой мог сказать, что он был в бешенстве.

Он намеревался отплатить за доброту, которую получил, но не ожидал, что с дочерью его спасителя будут обращаться хуже, чем со служанкой, и даже позволят служанкам запугивать ее. Девочка стала объектом осуждения для всех слуг, наблюдавших ранее за безобразной сценой в ее внутреннем дворе. Не было ни одной служанки, которая была бы добра к ней. Цинь Хуайюну теперь будет слишком стыдно посмотреть в глаза своему спасителю на том свете.

– Генерал, я... Я действительно всегда относилась к ней как к собственной дочери, но... …но она не моя настоящая дочь. Несмотря на это, как мать, я в любом случае очень заботилась о ней. Я не хочу слишком сильно баловать ее, чтобы не испортить. Я просто подумала, что ей будет полезно самой разобраться со своими слугами, что бы она научилась управлять прислугой. Посмотрите, как все обернулось для нее. Она даже не смогла справиться со своей горничной, и посмотрите, что из этого вышло, и какой возмутительной стала эта служанка!

Голос мадам Ди звучал так, словно ее обидели, и она начала вытирать глаза платком, жалобно плача. Она пыталась дать понять, что Цинь Ваньжу не помогает себе, хотя ей дали все необходимые рычаги для этого!

– Ты все еще настаиваешь на том, что помогаешь ей таким образом? – спросил Цинь Хуайюн, кипя от злости.

Цинь Хуайюн всегда подчинялся словам и советам жены, когда дело касалась заднего двора его поместья. Мадам Ди была дочерью герцога Юнкана из столицы. Строго говоря, благородная юная леди Ди вышла замуж за мужчину более низкого социального положения, чем ее семья. Мадам Ди не стала бы его женой, если бы не семейные обязательства. По этой причине Цинь Хуайюн был ей очень благодарен.

Кроме того, он никогда не давил на нее, чтобы она родила ему наследника, хотя она родила ему только дочь.

Сможет ли она произвести на свет наследника, полностью зависело от судьбы, это действительно не зависело от нее. Цинь Хуайюн был счастлив иметь этих двух дочерей. Хотя он никогда не винил мадам Ди за отсутствие сына, он не мог вынести, что мадам Ди все еще говорит таким образом.

– А как насчет Юйжу? Неужели ты тоже оставляешь все проблемы с прислугой на Юйжу и тебе все равно? Или ты сама тщательно выбирала ее служанок, чтобы помочь ей управлять ее внутренним двором? – сердито бросал вопрос за вопросом Цинь Хуайюн. Он так старался сдержать свой гнев во дворе Цинь Ваньжу, где было слишком много людей, потому что не хотел, чтобы челядь видела, как он будет противостоять своей жене.

Насколько он доверял ей в прошлом, настолько же подозревал ее в этот момент.

– Генерал, я... – всхлипнула мадам Ди, пытаясь оправдываться дальше.

– Только не смей говорить мне, что это похабное письмо написала Ваньжу! Она еще маленькая для такого и это не столица, это – Цзянчжоу! Автору письма нужно было бы, чтобы кто-то лично доставил или отправил письмо в столицу с курьером. Ваньжу всего лишь ребенок, окруженный враждебными взрослыми, как ты думаешь, она знает, как учесть все сложности, и сможет ли маленькая девочка сама договориться, чтобы кто-то тайно доставил письмо в столицу? Более того, почему я до сих пор даже не подозревал, что Ди Янь и Ваньжу настолько подружились, что пишут друг другу письма?

– Генерал…

– Молчи! Ди Янь – твой племянник, и ты мечтаешь, чтобы он стал твоим зятем. Раньше ты позволяла только Юйжу писать ему письма. Я помню, когда Ди Янь посетил нас два года назад, Ваньжу чуть не лишилась жизни! Забыла, что ты мне тогда сказала? Ты сказала, что он был просто ребенком, который хотел поиграть с Ваньжу, и что маленькие мальчики обычно беспечны. Ты хочешь сказать, что Ди Янь с тех пор не спускал глаз с Ваньжу? Что Ваньжу была благодарна ему за то, что он едва не убил ее, и они поддерживали связь, тайно переписываясь друг с другом? – произнес Цинь Хуайюн саркастическим тоном, вспоминая различные разные случаи из прошлого.

В душе Цинь Хуайюн не мог перестать винить себя в доверчивости. Как он мог до этого не замечать, что мадам Ди никогда не относилась к Ваньжу как к своей или, хотя бы его дочери? Почему он не осознал этого раньше и все же поставил ее во главе жизни Ваньжу?

– Ты не можешь терпеть даже осиротевшего ребенка, и ты все еще смеешь называть себя матерью моих детей? – спросил Цинь Хуайюн, и у него начали дрожать руки от сильного чувства разочарования. Он сожалел, что принял такое первоначальное решение. Этот ребенок был теперь разорен и обесчещен в его руках.

Но взглянув на мадам Ди, он решил промолчать и не углубляться в этот вопрос.

Другой вопрос, который беспокоил его последние дни, был, наконец, решен им для себя. Так будет лучше и для Ваньжу.

– Как можно скорее избавься от всех слуг со двора Ваньжу, а потом скажи старухе Йа привести несколько молодых рабынь, чтобы Ваньжу выбрала себе новых служанок. Не пытайся больше давать ей свои советы, потому что теперь моя кузина будет заниматься Ваньжу и поможет ей сделать выбор, – решительно сказал Цинь Хуайюн.

– Что… Генерал, какое это имеет отношение к вашей кузине?! Разве ей не нравится жить в уединении? Не поэтому ли она закрылась в семейном храме? – едва сдерживаясь, спросила смертельно побледневшая мадам Ди.

Она чувствовала, что сегодня что-то было очень не так – отношение генерала к ней внезапно сильно изменилось, и это не было как-то связано с Цинь Ваньжу. Оказалось, это было связано с Шуй Жолань.

В этот момент она больше всего опасалась Шуй Жолань!

Взгляд Цинь Хуайюна упал на мадам Ди, и ужас от выражения его глаз заставил мадам Ди отвести глаза, а ее сердце сильно забилось. Она нервно скомкала платок в руках, готовая по-настоящему разрыдаться.

– Моя кузина не останется в семейном храме навсегда. Приготовься, потому что я собираюсь взять ее в наложницы и сделать побочной женой!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 49. Одна неприятность за другой

Глава 49. Одна неприятность за другой

.

Цинь Хуайюн фактически оставил мадам Ди одну с этим последним заявлением.

Мадам Ди застыла на месте с ошеломленным выражением на осунувшемся лице. Когда Цинь Хуайюн уходил, она просто смотрела на него, не в силах произнести ни слова.

Когда нянька Чжоу наконец вошла в комнату, она увидела мадам Ди в оцепенении, с лицом, лишенным всяких красок. Она подошла к ней в два быстрых шага и тихо окликнула.

Мадам Ди очнулась от своего транса, потянулась к руке нянюшки Чжоу и начала причитать, говоря:

– Как он мог так поступить со мной, тетя Чжоу? Он сказал, что хочет взять эту шлюху в наложницы и сделать побочной женой! Она недостойна, она ведь вдова! Как она может стать наложницей генерала? Я ни за что на это не соглашусь, ни за что!

Мадам Ди кричала и ругалась, ее лицо наполнилось ненавистью и злобой, а на шее вздулись синие вены. Она впилась своими наманикюренными ногтями в няню Чжоу так сильно, что лицо старухи побледнело от боли. Та быстро оттолкнула руку хозяйки и прикрикнула на нее:

– Мадам, очнитесь! Мадам, придите уже в себя!

– Что же мне теперь делать? Что мне делать, тетя Чжоу? Теперь я должна позволить этой шлюхе выйти замуж за моего мужа? Я скорее убью ее! – взвыла мадам Ди, не в силах сдержать свои эмоции.

Она и представить себе не могла, что Цинь Хуайюн когда-нибудь скажет ей такие слова, резко отвергнет ее предложения и против ее воли возьмет в жены Шуй Жолань.

Как он посмел? Она дочь герцога Юнкана! Она принизила свой статус, выйдя за него замуж!

– Мадам, мадам, не паникуйте. Все еще не ясно. Должно же быть какое-то решение, не волнуйтесь! – Говоря это, нянька Чжоу положила руку ей на плечо и легонько потрясла.

Слова старухи вернули мадам Ди к реальности, и ее глаза загорелись. Она потянулась, чтобы взять няню Чжоу за руку, и, вернув себе спокойствие, сказала:

– Что мы можем сделать, тетя Чжоу? Я не хочу, чтобы эта шлюха вступила в семью Цинь в качестве жены генерала, она даже не годится ему в наложницы! Она того не стоит! Ей повезло, что она не утонула в клетке свиньи*, потому что не охраняла свое целомудрие!

(*п/п: Женщин, пойманных на прелюбодеянии, сажали в грязные клетки из под свиней и погружали в реку.)

Мадам Ди не удержалась и заскрежетала зубами. Минуту назад она не ответила Цинь Хуайюну, потому что была слишком потрясена.

– Генерал собирается взять вдову Шуй в жены? – спросила нянька Чжоу, которая не осмеливалась подслушивать, когда ждала за дверью.

– Да, именно так он и сказал. Как Цинь Хуайюн вообще мог такое сказать мне? Я – дочь герцога Юнкана, и мой брак с ним был для него благословением небес! Как он посмел так со мной обращаться? Неужели он отказывается от возможности поехать в столицу? – прошипела мадам Ди, скрежеща зубами, когда она упомянула об этом. Она больше не могла сдерживать ненависть, которая горела в ее глазах.

– Мадам, так случилось потому, что генерал считает, что никто не помогал второй мисс Цинь улаживать дела в ее внутреннем дворе? – предложила нянька Чжоу после некоторого раздумья. Она знала, что мадам Ди бесполезно просто сидеть и беспокоиться.

– Я совершенно уверена, что все не так просто. Я уверена, что он все это время думал об этом! Он увидел возможность решить этот вопрос вместе с проблемой Цинь Ваньжу раз и навсегда. Я действительно сожалею, что пустила пьяного Цинь Хуайюна в спальню Шуй Жолань! Теперь эта стерва воспользовалась возможностью подняться выше, – сказала мадам Ди, которая в этот момент хотела бы разорвать Шуй Жолань на куски.

– Мадам, то, что сделано, то сделано, мы должны двигаться дальше и думать о том, что мы можем сделать, чтобы изменить ситуацию! – немного виновато сказала нянька Чжоу, потому что она была согласна с планом относительно того, что произошло в тот день, когда пьяного Цинь Хуайюна заманили в комнату Шуй Жолань. Они не ожидали, что Цинь Хуайюн в конечном итоге захочет взять Шуй Жолань в жены, и, похоже, Шуй Жолань уже согласилась на это!

Они были наполовину уверены, что Шуй Жолань от стыда станет монахиней, чего она, в конце концов, не сделала. Тем не менее, Цинь Хуайюн чувствовал бы себя настолько виноватым перед мадам Ди, что даже если бы он хотел сохранить Шуй Жолань в семье, он сделал бы ее всего лишь простой наложницей без статуса, подставить и убить которую было бы совсем не сложно, но побочная жена...

– Что же нам делать дальше? – спросила мадам Ди, которая ничего не могла придумать.

– Не волнуйтесь, мадам. Я уверена, что генерал не начнет действовать сразу, – сказала нянька Чжоу, пытаясь утешить мадам Ди, и ее глаза блеснули, как будто ей внезапно пришла в голову хорошая идея.

– Почему ты так думаешь? – спросила мадам Ди.

– Мадам, в последнее время в нашем поместье столько всего произошло, и наша репутация сейчас на самом дне. Как бы люди посмотрели на генерала, если бы он в это время взял себе другую жену, да еще вдову? Разве общественность не скажет, что он похотливый и недостойный мужчина? Как он мог все еще думать о том, чтобы взять другую жену, когда его дочь только что попала в большую беду? Его перспективы сильно пострадают, если в это время появятся новости о том, что он взял другую жену.

Нянька Чжоу давно сопровождала мадам Ди и первоначально была горничной в доме герцога Юнкана, так что она более или менее разбиралась в политике.

Все чиновники обычно очень заботились о своей хорошей репутации. В самом деле, генералу неразумно было брать новую жену, когда в его поместье творился такой хаос.

– Но... через некоторое время он все равно ожесточит свое сердце и начнет готовиться к свадьбе, – сказала мадам Ди, хмурясь и выглядя расстроенной.

До того как она вышла замуж за Цинь Хуайюна, она не была о нем высокого мнения. Однако после того как она стала его женой, она сосредоточила свое внимание на том, чтобы убедиться, что все работает хорошо в поместье генерала Цинь. Она так долго сохраняла свою власть, что не могла смириться с тем, что Цинь Хуайюн собирается взять другую жену. Она была дочерью высокопоставленного чиновника из столицы, а кто была эта Шуй Жолань, которая хотела быть равной ей?

– По крайней мере, за это время мы сможем составить некоторые планы. Не пытайтесь сейчас спорить с генералом, мадам. Нет повода спешить. По крайней мере, мы должны подождать, пока не уляжется скандал со старшей мисс. Учитывая, что у нас довольно много времени впереди, нам будет нетрудно справиться с вдовой Шуй, – сказала старуха угрожающим тоном.

Слова няньки Чжоу на самом деле успокоили мадам Ди, которая кивнула и сказала:

– Хорошо, мы позволим этой шлюхе наслаждаться победой еще несколько дней.

– Вот так, мадам, вы должны сказать себе, что после стольких событий спорить с генералом бесполезно! – целеустремленно сказала нянюшка Чжоу.

Мадам Ди оставила споры с Цинь Хуайюном в отношении Шуй Жолань и Цинь Ваньжу.

Хотя пока не было никаких веских доказательств, однако все, что произошло, указывало на нее, так что для нее сейчас было не самое подходящее время воевать с Цинь Хуайюном.

– Ну и что, если я попытаюсь ему возразить? Он бы развелся со мной? – упрямо спросила мадам Ди, стиснув зубы, и продолжила: – Я любимая дочь герцога Юнкана. Если бы не... Ох, ну почему я вышла замуж за такого ничтожного человека?

– Мадам, хотя я и не думаю, что генерал будет сильно расстроен из-за тех дел в прошлом, на этот раз он был действительно расстроен. Если бы он рассказал об этом людям за пределами семьи, вы определенно считались бы той стороной, которая поступила неправильно, – попыталась вразумить хозяйку нянька Чжоу. Затем она продолжила свое предупреждение, сказав: – Мадам, никто никогда не должен упоминать о том, что мы сделали в прошлом. Всех свидетелей надо заставить держать в секрете подноготную случая с Шуй Жолань и генералом! И вы тоже никогда об этом больше не упоминайте!

– Не скажу ни слова, – ответила мадам Ди, кивая. Затем она вернулась в свое кресло, сделала несколько больших глотков и, поставив воду, сказала: – Тетя Чжоу, я полагаю, ты сможешь уладить дела с горничными и служанками Цинь Ваньжу. Прогони того, кого она объявила неподходящим, чтобы она не использовала это как повод вызвать гнев генерала.

Хотя мадам Ди была вне себя от злости из-за того, что сделал Цинь Хуайюн, она знала, что в этот раз ей придется отступить.

С одной стороны, была Шуй Жолань, а с другой – Цинь Ваньжу. По сравнению с девчонкой, расправиться с Шуй Жолань было для нее более насущным делом, так как Цинь Ваньжу был всего лишь глупым ребенком. Она подумала, что будет не так уж трудно разобраться с Цинь Ваньжу, когда Шуй Жолань, которая сеяла смуту, исчезнет.

– Да, мадам, я понимаю, что вы имеете в виду. Я прикажу старой деве Йа привести кандидаток для второй мисс Цинь, чтобы она выбрала из них себе служанок. Мадам, вы должны обращаться со второй мисс Цинь лучше в это время, чтобы гнев генерала мог утихнуть, – напомнила нянюшка Чжоу, которая теперь вздохнула с облегчением, увидев, что мадам Ди наконец-то обрела самообладание и не вышла из себя от ярости.

– Я покажу! – сказала мадам Ди, стиснув зубы и скручивая платок в комок. – Я покажу, что беспокоюсь о Цинь Ваньжу так же, как и о Юйжу. Однако я не оставлю в покое дело, касающееся этой шлюхи Шуй.

– Мадам, вы хотите сказать... – осторожно спросила нянюшка Чжоу.

– Так вот, я слышала, что здоровье старой мадам ухудшается. В прошлом она всегда уезжала в монастырь Цзиньсинь, чтобы встретиться там с Преподобной, которая помогла бы ей восстановить здоровье. Я думаю, что она скоро снова уедет на несколько дней в монастырь, – сказала мадам Ди со зловещим выражением на лице, обдумывая нападение на Шуй Жолань в монастыре Цзиньсинь.

– Вы думаете напасть на двоюродную сестру генерала в это время? – спросила нянюшка Чжоу, указывая в сторону монастыря Цзинсинь.

Коварная служанка сразу поняла намерение мадам Ди. В прошлом старая мадам посещала монастырь всякий раз, когда случался рецидив ее хронической болезни. Она предполагала, что старая мадам на этот раз поступит так же.

– Если я не могу прикоснуться к ней в поместье, кто может винить меня за то, что произошло за пределами поместья? Кто сможет помочь Шуй Жолань, когда она сама будет той, кто вызвал весь этот хаос? – холодно спросила мадам Ди, и злая улыбка расплылась по ее лицу.

– Значит, вы не собираетесь послать людей за второй мисс Цинь? – спросила нянька Чжоу, помолчав и немного поразмыслив.

– Конечно, я обязательно кого-нибудь подошлю к ней! Хотя в данный момент я не собираюсь целиться в маленькую приблуду, это не значит, что я ничего не сделаю с ней позже! Я пока просто позволю ей выбирать служанок по своему усмотрению, – сказала мадам Ди, злобно подняв брови, и многозначительно добавила: – Пусть Юйжу завтра тоже выберет себе несколько служанок.

Так совпало, что в этот момент у нее была на примете девка, которую она могла бы подослать к Цинь Ваньжу в качестве горничной. Она устроит руками Цинь Юйжу какую-нибудь заварушку, чтобы дочь помогла ей осуществить этот план!

– Да, мадам. Я немедленно займусь этим делом!

Все служанки и прислужницы, работавшие во дворе Цинь Ваньжу, были проданы, в том числе личная горничная Цинь Ваньжу, Цин Цуй. Как служанка, предавшая и подставившая свою госпожу, она никогда больше не станет доверенной личной горничной, даже если ее продадут другой семье, которая захочет выкупить ее контракт. Она могла продолжать работать только в качестве простой прислуги.

В конце концов, Цзянчжоу не был большим городом. Через некоторое время то, что сделала Цин Цуй, станет известно повсюду, так что можно было себе представить, в каком положении она окажется!

К тому времени, как старая дева Йа привела кандидаток в слуги для Цинь Ваньжу, Шуй Жолань уже покинула семейный храм и отправилась навестить старую мадам. После этого она пошла во внутренний двор Цинь Ваньжу, чтобы помочь девочке выбрать хороших служанок.

Когда старая дева Йа услышала, что двор второй мисс Цинь нуждается в большом количестве служанок и прислужниц, она привела большую группу подходящих девушек и женщин, и сразу же двор Цинь Ваньжу, казалось, был заполнен людьми.

Цинь Ваньжу и Шуй Жолань сидели на скамейке вдоль коридора, рядом стояли Цин Юэ и няня Юй, а позади Шуй Жолань стояла Цюнь Хуа.

– Послушайте, вторая мисс Цинь, эти служанки умны и расторопны. Не хотите ли выбрать себе несколько? Мадам Ди разрешила второй мисс Цинь выбирать столько прислуги, сколько душе угодно! – подобострастно сказала старая дева Йа, которая знала, когда говорить правильные речи. Она продолжала петь дифирамбы перед Цинь Ваньжу, зная, что именно она сегодня будет выбирать, сколько рабынь купить.

Затем она подтолкнула служанок к Цинь Ваньжу и сказала:

– Вот, вторая мисс Цинь, этой юной служанке тринадцать лет, но она хороший смотритель. Дома у нее есть несколько младших братьев и сестер, о которых она заботилась ежедневно. Ее семья не продала бы ее в служанки, если бы не то, что дома слишком много ртов, которые нужно кормить!

Эта девочка-подросток была хрупкого телосложения, и ее глаза выглядели вполне искренне и честно. Черты ее лица были приятными, хотя и не особенно симпатичными. В полной противоположности Цин Цуй она производила довольно приятное впечатление.

Хотя девочка все еще была нежной в возрасте, она казалась зрелой и надежной. Несмотря на то, что она вздрогнула, когда старая дева Йа внезапно толкнула ее локтем, она осталась спокойной и почтительно поклонилась Цинь Ваньжу, прежде чем снова спокойно стоять со склоненной головой.

У нее, казалось, был твердый и зрелый характер, и она быстро реагировала на смену обстановки. Она была идеальным кандидатом на роль горничной такой маленькой хозяйки, как Цинь Ваньжу. Служанки с ее качествами хотели бы быть выбранными личными горничными, которые могли бы заботиться о своих хозяйках и в то же время следить за поведением своих юных хозяек.

– Подойди ближе! – мягко приказала Шуй Жолань. Она хотела посмотреть на эту служанку внимательнее.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 50. Притворная попытка увести кандидатку в горничные

Глава 50. Притворная попытка увести кандидатку в горничные

.

Девочка подошла к Шуй Жолань, чтобы выразить ей свое почтение, и после этого спокойно стояла, все еще склонив голову. Люди вокруг начали одобрительно кивать головами, так как они увидели ее хорошие манеры и убедились, что она подходила для того, чтобы быть горничной, берущей на себя ведущую роль.

– Как тебя зовут? – мягко спросила Шуй Жолань, окинув ее оценивающим взглядом.

– Меня зовут Лю Сюэ.

– Сколько тебе лет?

– Тринадцать!

– Ты скучаешь по дому?

– Да! – Она ответила с легкостью, хотя по ее голосу можно было почувствовать обиду маленькой девочки, проданной родной семьей. Какой маленький ребенок не огорчился бы, если бы его продали в услужение собственные родители?

Цинь Ваньжу опустила взгляд и увидела, что Лю Сюэ пытается рукавами прикрыть руки. Одежда, которую она носила, была роздана старой девой Йа всем рабыням, предназначенным для работы во внутреннем дворе, так что все девушки были одинаково одеты. Однако платье выглядело слишком коротким для Лю Сюэ, настолько коротким, что, когда она двигала руками, часть ее запястий была обнажена, и Цинь Ваньжу могла видеть на них несколько шрамов и свежих ран.

Однако девочка быстро прикрывала руки широкими рукавами, когда она двигалась, так что никто не смог бы заметить эти раны, если бы не смотрел внимательно.

– Тогда... – Шуй Жолань очень понравилась Лю Сюэ. Она думала, что из нее получится хорошая личная горничная для Цинь Ваньжу. Когда она уже собиралась подтвердить свой выбор, за стеной двора вдруг раздались голоса. Подняв глаза, она увидела входящую в ворота Цинь Юйжу с несколькими молодыми горничными и пожилыми прислужницами. При виде их у Шуй Жолань вытянулось лицо.

Цинь Юйжу спрятала лицо под вуалью, чтобы скрыть ожоги, и чтобы пыль не загрязняла раны, оставляя открытыми только ее глаза. Она также бережно прикрывала свою правую руку левой.

Как только Цинь Юйжу вошла во двор, она засвидетельствовала свое почтение Шуй Жолань, слегка поклонившись ей, и сказала:

– Тетя Шуй, я не очень хорошо себя чувствую, поэтому не могу поклониться вам как положено, пожалуйста, простите меня за это.

– Не беспокойся об этом, Юйжу. Как твои раны? Тебе становится лучше? – мягко спросила Шуй Жолань и опустила глаза на повязку на правой руке Цинь Юйжу.

– Да, становится лучше, – с горечью сказала Цинь Юйжу, потупившись вниз.

– Все будет хорошо, у тебя умелые слуги, и они хорошо позаботятся о твоих ранах, чтобы не осталось никаких шрамов, – сказала Шуй Жолань, пытаясь утешить ее.

– Спасибо, тетя Шуй, – вежливо ответила Цинь Юйжу, затем повернулась к Цинь Ваньжу и сказала: – Младшая сестра Ваньжу, могу ли я также выбрать несколько служанок для себя? Раньше я не считала, что в моем дворе не хватает людей, но теперь, когда я повредила руку, поняла, что мне нужно больше людей в моем дворе.

– Пожалуйста, выбирай, старшая сестра! – с улыбкой ответила Ваньжу.

Удивительно, но сегодня Цинь Юйжу вела себя исключительно вежливо по отношению к Цинь Ваньжу, как будто вся неловкость между ними исчезла. После многих неприятных событий, которые произошли между ними, они не могли повернуть вспять свои отношения. По этой причине Ваньжу не могла не подозревать, что у Цинь Юйжу должно быть что-то в рукаве, хотя она пока понятия не имела, что именно.

– Ты сделала свой выбор, сестренка? – спросила Цинь Юйжу с улыбкой и бегающими глазами.

– Не совсем, но ты можешь выбрать первой, старшая сестра! – ответила маленькая Цинь Ваньжу, качая головой.

– А что насчет этой? – спросила Цинь Юйжу, с интересом глядя на Лю Сюэ.

Шуй Жолань невольно начала хмуриться, поскольку была раздражена тем, что Цинь Юйжу вела себя по-хозяйски в чужом дворе, но она была не в том положении, чтобы поставить ее на место.

– Я еще не выбрала ее, тебе она нравится? – Ваньжу украдкой взглянула на Лю Сюэ и повернулась, чтобы посмотреть на Цинь Юйжу своими большими детскими глазами. – Если тебе нравится эта служанка, мы можем поговорить об этом.

– Разве ты только что не сказала, что не выбрала ее себе в горничные, сестренка? О чем тогда нам говорить? – недовольно спросила Цинь Юйжу.

До сих пор Цинь Юйжу всегда первой выбирала себе служанок. Цинь Ваньжу могла только выбирать из остатков. Это вошло в обычай в генеральском поместье, и старая дева Йа знала об этом.

Услышав слова Цинь Юйжу, старая дева Йя быстро ответила ей, говоря:

– Если старшей мисс Цинь понравится какая-нибудь из этих рабынь, конечно, вы можете взять ее себе. Во всяком случае, вторая мисс Цинь еще не сделала свой выбор!

В конце концов, мадам Ди отвечала за все дела в поместье. К этому времени люди уже знали, что только старшая мисс Цинь настоящая дочь мадам Ди, поэтому старая дева Йа старалась приложить все силы, чтобы как можно лучше угодить ей.

– Это та служанка, которая понравилась мне, и я думала взять ее горничной, но я еще не сделала выбор. Если она тебе нравится, старшая сестра, ты можешь забирать ее, – сказала Ваньжу и, улыбаясь, адресовала следующий вопрос старой деве Йа: – Это то, что ты хотела сказать?

Старая дева Йа внезапно опешила от вопроса маленькой Цинь Ваньжу. Она тут же вспомнила события, произошедшие недавно в Цзянчжоу. Замахав рукой, она поспешно начала возражать:

– Это не то, что я имела в виду! Я хотела сказать, что, поскольку вторая мисс Цинь еще никого не выбрала, старшая мисс Цинь может сделать выбор, так как ее уже понравилась одна из рабынь.

В последнее время репутация старшей мисс Цинь была подорвана произошедшими событиями. Старая дева Йа слышала, что старшая мисс Цинь с тех пор носа не показывала за пределами поместья. С другой стороны, у второй мисс Цинь была хорошая репутация, и генерал теперь души в ней не чаял. Она попадет в беду, если обидит вторую мисс Цинь.

– А ты что думаешь, старшая сестра? – спросила Цинь Ваньжу.

– Что я могу думать, сестренка? Поскольку тебе уже понравилась одна из рабынь, я бы выбрала себе парочку из оставшихся кандидаток. Ты же не против? – дружелюбно спросила Цинь Юйжу, которая легко отказалась от борьбы за Лю Сюэ и перевела взгляд на других проданных в услужение девушек.

Шуй Жолань просветлела лицом при таком повороте событий. Она подозрительно посмотрела на Цинь Юйжу и задалась вопросом, действительно ли Цинь Юйжу не так уж плоха, хотя мадам Ди была такой злой личностью. В конце концов, девушка была так юна, и, насколько ей было известно, Цинь Юйжу еще можно было перевоспитать, прежде чем она полностью попадет под тлетворное влияние матери.

– Ты слишком вежлива, старшая сестра. Пожалуйста, выбери тех служанок, которые тебе понравились! – великодушно сказала Ваньжу.

В глазах Цинь Юйжу промелькнул восторг. Она вошла в толпу, и через некоторое время ей удалось выбрать себе четырех служанок.

Все четыре девушки выглядели умными. Они были одними из самых смышленых из всех кандидаток, которых привела сюда старая дева Йа. На самом деле это были те, кто минуту назад стоял в первых рядах, и, безусловно, это самые красивые и умные рабыни. Вдобавок ко всему, они казались сообразительными и зрелыми.

После того как эти четверо были взяты, остальные побледнели в сравнении с ними.

– Сестренка, можно я их выберу? – спросила Цинь Юйжу, стараясь, чтобы ее голос звучал так, будто она дает Цинь Ваньжу право окончательного решения, словно она откажется от этих служанок, если Цинь Ваньжу не согласится.

– Конечно, если они тебе действительно нравятся! – легко ответила Ваньжу, затем повернулась к няне Юй и сказала: – Теперь выбери и для меня несколько служанок, тетя Юй.

Нянюшка Юй кивнула в ответ и вошла в толпу, решив на этот раз выбрать достойных служанок для своей маленькой госпожи. В прошлом мадам Ди всегда стояла за выбором служанок для Цинь Ваньжу, хотя именно няня Фанг, будучи управляющей во дворе, выбирала их. Теперь она не позволит избранным служанкам быть предательницами, как это было в прошлом.

Нянюшка Юй выбрала всех, кто держался чопорно и прилично. Может быть, они и не выглядели такими умными, как те, кого забрала Цинь Юйжу, но, по крайней мере, они держались уважительно по отношению к своей госпоже. Нянюшка Юй ухитрилась выбрать десять служанок, считая, что нет ничего плохого в том, чтобы выбрать больше слуг, чтобы двор не нуждался в нехватке рабочих рук.

– Сестренка, отдай мне эту служанку. Она мне нравится, – внезапно сказала Цинь Юйжу, указывая на одну из тех, кого выбрала нянюшка Юй. – Я могу обменять ее на ту служанку, которую выбрала. Ты ведь не против?

Цинь Юйжу указала на одну из четырех служанок, которых она выбрала минуту назад, которая имела самый выдающийся вид среди них и спокойно стояла рядом с Цинь Юйжу, совершенно не подозревая, что ей собираются сменить хозяйку.

– Юйжу! – возмущенно воскликнула Шуй Жолань, которая больше не могла этого выносить.

Сегодня должен был быть день, когда Цинь Ваньжу выбирает себе служанок. Цинь Юйжу не только прервала их и перепрыгнула через очередь, выбрав сначала более перспективных, она даже хотела поменять горничную, которую Цинь Ваньжу только что выбрала. Это было уже слишком.

– Да, тетя Шуй, я позволила себе лишнего! – Цинь Юйжу опустила голову, словно очнувшись от оцепенения. С извиняющимся выражением на лице она сказала: – Прости, сестренка, это все моя вина. Я просто подумала, что эта горничная выглядит немного знакомо. Пожалуйста, не сердись на меня!

Ваньжу сразу же проследила за взглядом Цинь Юйжу и остановилась на служанке, которая выглядела обычной девочкой лет тринадцати-четырнадцати. Она стояла рядом с нянюшкой Юй, покорная и смиренная, слегка склонив голову. Глядя на ее лицо, Ваньжу поняла, что девочка действительно кого-то ей напоминала.

Догадка мелькнула в голове Ваньжу, и она крепко вцепилась в скамью.

Ваньжу чуть не подпрыгнула, если бы вовремя не подавила в себе всплеск эмоций. Она действительно знала эту девочку!

В прошлой жизни эта девочка была служанкой Цинь Юйжу, и была одной из немногих служанок Цинь Юйжу, которые относились к Цинь Ваньжу по-доброму.

Она часто передавала тайные предупреждения Цинь Ваньжу, тем самым спасая ее от неприятностей, которые Цинь Юйжу задумывала устроить Цинь Ваньжу.

Она была хорошей служанкой, которая в прошлой жизни служила Цинь Юйжу, и это было прекрасно, что теперь тетя Юй выбрала ее в ее внутренний двор.

С холодным, непреклонным взглядом Ваньжу решила забрать ее к себе!

– Ты не вспомнила, на кого она похожа? – с улыбкой спросила Ваньжу и, отпустив скамью, оглядела служанку с ног до головы, чтобы оценить ее.

– Это старая знакомая, которую младшая сестра, возможно, не знает, – ответила Цинь Юйжу, улыбаясь, хотя в ее глазах мелькали темные тени.

Цель ее прихода сюда сегодня состояла в том, чтобы сеять смуту, а не выбирать служанок. Однако эта служанка действительно казалась давней знакомой, и сердце Цинь Юйжу заколотилось сильнее.

Однако Цинь Юйжу не могла подать даже виду, что взволнована. Лицо этой служанки почему-то заставляло ее нервничать, и именно поэтому она хотела оставить ее себе. Сказать, что она похожа на какую-то старую знакомую, было всего лишь предлогом, и уж точно ложью!

– Раз уж старшая сестра выбрала себе новых служанок, ей время вернуться к себе во двор и отдохнуть! – сказала Ваньжу, заставляя себя улыбнуться и намекая, что Цинь Юйжу пора убираться восвояси.

Хотя слова Ваньжу звучали вежливо, она на самом деле не собиралась быть доброй к Цинь Юйжу.

Именно Цинь Юйжу была той грубиянкой, которая прервала Цинь Ваньжу в выборе служанок. Она перепрыгнула через очередь, заявилась в чужой двор и нахально выбрала для себя несколько лучших служанок.

Цинь Юйжу прекрасно понимала, что это она неразумна, и на данный момент сделала достаточно. В любом случае, неважно, вспомнит ли она, на кого похожа эта служанка. Она теперь пойдет к своей матери, чтобы обсудить дальнейшие действия. В конце концов, ее целью, с которой она пришла сюда, было вовсе не выбрать себе горничную!

– Тетя Шуй, тогда я пойду. Младшая сестра, приходи поболтать, когда освободишься, – сказала на прощание Цинь Юйжу, стараясь говорить непринужденно.

Шуй Жолань сухо кивнула в ответ.

Цинь Юйжу улыбнулась Цинь Ваньжу, затем забрала четырех служанок, которых только что выбрала, и повернулась, чтобы уйти. Она сделала несколько шагов вперед, прежде чем внезапно повернулась, чтобы посмотреть на Лю Сюэ, и пробормотала:

– Эта девушка, похоже, будет прекрасной горничной!

Цинь Юйжу, по-видимому, очень понравилась Лю Сюэ, однако она никак не могла забрать ее силой у Цинь Ваньжу, теперь, когда Цинь Ваньжу выбрала ее, поэтому она пошла своим путем.

Когда Цинь Юйжу отвернулась, чтобы уйти, на ее лице появилось самодовольное выражение.

Ее мать велела ей всучить эту служанку Цинь Ваньжу. Потом Цинь Юйжу должна была выбрать всех других служанок получше и притвориться, что ей нравится Лю Сюэ, но, поскольку Цинь Ваньжу уже высказала свое предпочтение Лю Сюэ, Цинь Юйжу должна притвориться, что не считает хорошей идеей уводить ее у Цинь Ваньжу.

С этими предварительными условиями Цинь Ваньжу неизбежно оставит эту служанку у себя во дворе!

Ваньжу, будучи в теле маленькой Цинь Ваньжу, легко читала замыслы Цинь Юйжу по ее простым словам…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 51. С тем же именем, что и в ее предыдущей жизни

Глава 51. С тем же именем, что и в ее предыдущей жизни

.

– Ваньжу, ты уже сделала свой выбор? – спросила Шуй Жолань, казавшаяся обеспокоенной, когда она перевела взгляд со спины Цинь Юйжу на Цинь Ваньжу.

– Тетя Шуй, меня устраивают эти несколько служанок. Я доверяю выбору нянюшки Юй! – улыбнулась Цинь Ваньжу, кивая.

– Пойдем со мной на минутку! – сказала ей Шуй Жолань, вставая на ноги и входя в комнату.

Она хотела перекинуться парой слов с Цинь Ваньжу наедине, поэтому велела девочке следовать за ней в комнату. Она не хотела, чтобы остальные слышали то, что она собиралась сказать.

– Ваньжу, ты заметила, что твоя старшая сестра сегодня странно себя вела? – спросила Шуй Жолань после того, как она немного поколебалась, видя как Цинь Ваньжу, нахмурившись, последовала за ней в комнату. Она хотела предупредить ее о том, что Цинь Юйжу могла что-то задумать.

– Не беспокойся, тетя Шуй. Я буду рядом с ней настороже! – ответила Ваньжу с улыбкой. Она догадывалась об этом с самого начала.

– А ты… ты не хочешь отпустить всех этих служанок и попросить старую торговку Йа привести тебе завтра еще одну партию на выбор? – немного помолчав, предложила Шуй Жолань, и ее глаза вспыхнули новой идеей. Она все еще волновалась, хотя видела, что теперь Цинь Ваньжу начала остерегаться мадам Ди и Цинь Юйжу.

Шуи Жолань попыталась предупредить и напомнить ей снова, говоря:

– Это очень странное совпадение, что Юйжу примчалась сегодня сюда. Мне показалось, что она замышляет что-то нехорошее.

Хотя Цинь Ваньжу был умным ребенком, для Шуй Жолань, которая видела, как она росла, она навсегда останется ребенком, даже когда вырастет и станет взрослой. Сейчас, в одиннадцать лет, девочка не могла сравниться со злой и хитрой мадам Ди.

– Я буду осторожна, тетя Шуй. Теперь, когда ты на моей стороне, я больше не боюсь! – с твердой убежденностью сказала Ваньжу, глядя на Шуй Жолань темными блестящими глазами, которые были полны доверия и надежды.

Ваньжу слишком хорошо знала Шуй Жолань, и знала, что та иногда бывала излишне нерешительной. Ваньжу хотела избавить ее от всех ненужных соображений и забот по поводу сегодняшнего случая, связанного с Цинь Юйжу.

Рука Шуи Жолань дернулась, когда она, казалось, внезапно что-то вспомнила. Выглядя немного потерянной, она посмотрела себе под ноги и сказала:

– Ваньжу, на самом деле я... я не...

– Тетя Шуй, возраст бабушки начинает сказываться на ней, а я все еще слишком маленькая, – перебила ее Цинь Ваньжу, глядя на нее сияющими, пытливыми глазами, и продолжила: – До тебя, случайно, не доходили какие-нибудь слухи?

Действительно, Шуй Жолань колебалась, но Цинь Ваньжу не хотела, чтобы она сомневалась сейчас. Они уже зашли так далеко, что теперь вопрос заключался не в том, следует ли Шуй Жолань пересмотреть свое решение. Если бы они сделали шаг назад, мадам Ди воспользовалась бы ситуацией и продолжила бы раздвигать свои границы. В конце концов, Цинь Ваньжу окажется в еще большей опасности.

В предыдущей жизни Шуй Жолань в конечном итоге потеряла ребенка в своей утробе именно по этой причине.

– Но, твой отец и я… между нами действительно ничего не происходит! – В этот момент Шуй Жолань была немного подавлена.

– Ну и что? Кто посмеет об этом заговорить? – спросила Ваньжу твердым тоном.

Сразу же Шуй Жолань онемела и долго беспомощно смотрела на девочку.

– Хозяйка, я согласна со второй мисс Цинь. Теперь вы стали соперницей мадам Ди, нравится вам это или нет. Если вы сейчас отступите, мадам Ди не оставит вас в покое. Более того, вы этим отвергли бы поддержку и помощь генерала, – прошептала Цюнь Хуа, подталкивая Шуй Жолань локтем.

– Но мы же... – протянула Шуй Жолань, все еще колеблясь.

– Тетя Шуй, пожалуйста, еще раз все обдумай. Это касается не только тебя, ты нужна бабушке и мне, – сказала Ваньжу с намеком на печаль на лице. Хотя она изо всех сил старалась не выдавать своих эмоций, но все равно в ее голосе прозвучала горечь.

– Ваньжу! – вскрикнула Шуй Жолань, и нерешительность в ее сердце сразу исчезла, как только она увидела подавленное выражение лица Цинь Ваньжу, и она тут же заверила девочку, сказав: – Не беспокойся, теперь я знаю, что мне делать!

Через что же должен был пройти этот несчастный ребенок? Шуй Жолань задавалась вопросом, почему мышление Цинь Ваньжу было таким, как у кого-то, кто прошел через множество взлетов и падений, кого-то настолько повидавшего жизнь, что девочка теперь строила планы, учитывая в них даже ее, Шуй Жолань.

Это была всего лишь маленькая девочка, которой только-только исполнилось одиннадцать. Она была такой худосочной, и ее тело еще даже не начало превращаться в тело юной девушки. На самом деле, у нее все еще было по-детски округлое личико. Она была не только худой, но и такой хрупкой, что казалась более миниатюрной, чем другие девочки ее возраста.

У Шуй Жолань было страдальческое выражение лица. Она на мгновение закрыла глаза, потом снова открыла их. К тому времени она пришла в себя, и на ее лице появилась слабая улыбка. Она взяла себя в руки и сказала:

– Ничего не бойся, Ваньжу, я возьму на себя ответственность за вопросы, касающиеся твоей бабушки и тебя. Я бы так не колебалась, если бы у меня была уверенность, что я имею право так себя вести.

Минуту назад она все еще была в нерешительности, но в этот момент, когда она увидела печальную Цинь Ваньжу, которая хотела найти в ней опору и защиту, Шуй Жолань приняла решение и избавилась от колебаний.

– Наконец-то, хозяйка, вы поняли! – в восторге закричала Цюнь Хуа.

Шуй Жолань кивнула и дала Цинь Ваньжу некоторые подробные инструкции. Потом она встала, чтобы уйти с Цюнь Хуа.

Она повернулась, чтобы в последний раз бросить взгляд на служанок, которых няня Юй выбрала для Цинь Ваньжу, размышляя в глубине души о том, как она защитит Цинь Ваньжу от злых замыслов мадам Ди. Им придется пройти мимо Шуй Жолань, прежде чем они смогут добраться до Цинь Ваньжу. Маленький ребенок иногда может быть неосторожным, и было хорошо, что теперь она могла присматривать за ней.

Шуй Жолань не позволила бы мадам Ди делать то, что ей заблагорассудится в поместье генерала, как будто она была главой домашнего хозяйства. Она не позволит мадам Ди и Цинь Юйжу продолжать издеваться над Цинь Ваньжу, пока она присматривает за девочкой.

Улыбка, прекрасная, как цветок, появилась на губах Цинь Ваньжу…

***

– Отныне тебя будут звать Цин Сюэ! – сказала Цинь Ваньжу, глядя на Лю Сюэ, которую ей удалось «сохранить» для себя благодаря своей находчивости.

Служанку, которую ей подсунули.

– Да, вторая мисс Цинь! – спокойно и почтительно ответила Цин Сюэ. Оказалось, что на нее совершенно не повлияла Цинь Юйжу, которая минуту назад пришла, чтобы поднять шум.

После этого Цинь Ваньжу давала другим служанкам новые имена, пока она не обошла всех и не вернулась к первой служанке, которую назвала Цюй Лэ. У Цюй Лэ теперь было такое же имя, какое было у нее в предыдущей жизни.

Единственная разница заключалась в том, что в прошлой жизни она была служанкой Цинь Юйжу, а теперь стала служанкой Цинь Ваньжу.

– Тебя тоже продала твоя семья? – рассеянно спросила ее Цинь Ваньжу, поднося чашку к губам, чтобы сделать глоток чая.

– Да, вторая мисс Цинь, – ответила Цюй Лэ, опустив голову.

– Расскажи мне о своей семье! – словно со скуки велела Цинь Ваньжу.

– У меня есть еще две старшие и две младшие сестры, – осторожно начала рассказывать Цюй Лэ.

Она была средним ребенком в своей семье, учитывая, что ее мать родила пять дочерей. Ее отец был чрезвычайно расстроен тем, что у него только дочери, которые, как он считал, будут только проедать его сбережения, поэтому он всегда плохо с ними обращался. Две ее старшие сестры были проданы, и люди говорили, что ее отец также планировал продать двух ее младших сестер.

– Ты хочешь поехать домой, чтобы увидеть их? – задумчиво спросила Цинь Ваньжу.

– Я не хочу возвращаться домой, потому что мои родители невзлюбили меня. В любом случае, две мои старшие сестры были проданы и с тех пор не приезжали домой навестить нас, и две мои младшие сестры также могут быть скоро проданы. Мои родители очень хотели сына! – сказала Цюй Лэ, недовольно стиснув зубы.

Их родители ненавидели их только за то, что они были девочками, так сильно, что прогнали их.

– В таком случае, ты можешь остаться здесь, в поместье генерала. Ты должна быть верной нашей второй мисс Цинь, несмотря ни на что, – строго сказала Цин Юэ, когда ее глаза проследили за направлением взгляда Цинь Ваньжу, чтобы остановиться на Цюй Лэ.

Цин Юэ была осторожна, наблюдая, как Цинь Юйжу вела себя недавно, и она беспокоилась, что Цюй Лэ и Цин Сюэ сделают что-нибудь против Цинь Ваньжу.

– Да, я обещаю быть верной и преданной второй мисс Цинь! – сказала Цюй Лэ, кивая головой и с уважением глядя на Цинь Ваньжу.

–Слушайте все! Если кто-нибудь из вас проявит нелояльность по отношению ко второй мисс Цинь, наказание будет не таким легким, как просто побои. Недавно няня Фанг, которая была экономкой в этом дворе, была забита палками до смерти. Она также была служанкой мадам Ди, и была послана сюда, чтобы обслуживать вторую мисс Цинь. Вряд ли кто ожидал, что она в конце концов изменит своей хозяйке и будет наказана избиением до смерти, – сказала Цин Юэ холодным тоном и с невозмутимым видом.

Губы Цинь Ваньжу слегка изогнулись вверх, она откинулась на спинку кресла, чувствуя удовлетворение. Она видела, что Цин Юэ начала вести себя как предводительница служанок и могла говорить с соответствующим количеством власти.

Все служанки сразу же встрепенулись. Когда они впервые вошли в этот дом, старая дева Йа снова и снова напоминала им, что правила в таком большом поместье, как это, были бы очень строгими. Хотя они слышали истории о наказаниях в этом доме, они не ожидали, что всего несколько дней назад старую няньку Фанг именно тут забили до смерти.

Что было для них самым шокирующим, так это то, что в упомянутом инциденте была замешана их нынешняя маленькая хозяйка.

Вторая мисс Цинь, которая была перед их глазами, может показаться очаровательной маленькой девочкой, но, услышав слова Цин Юэ, они не посмели презирать эту свою маленькую хозяйку.

Даже Цин Сюэ, которая, казалось, обладала уравновешенным и спокойным характером, украдкой взглянула на Цинь Ваньжу и слегка побледнела при этом напоминании.

– Раз уж мы дошли до этого, позвольте мне внести полную ясность. Если вы не можете сказать, кто ваш хозяин, я не могу гарантировать, что у вас будет хороший конец. Ладно, пока можете идти. Няня Юй поручит вам работу и выделит вам жилье, – сказала Цин Юэ громким голосом.

– Да! – ответили новые служанки и почтительно поклонились Цинь Ваньжу, затем повернулись, чтобы поспешно уйти.

– Барышня, вы... – начала Цин Юэ, когда вся остальная прислуга покинула главную комнату. Мгновение назад она собралась с духом, чтобы говорить уверенно, как будто полностью контролировала ситуацию. Однако на самом деле она была всего лишь тринадцатилетним подростком, и не могла перестать беспокоиться о сложившейся ситуации, поэтому она спросила: – Ваша старшая сестра действительно приходила только для того, чтобы выбрать нескольких новых служанок?

– Конечно, нет! – бесстрастно сказала Цинь Ваньжу.

– Тогда... тогда что нам делать? – спросила Цин Юэ, и выражение ее лица изменилось. Они только что избавились от первой горничной Цинцуй, что, если придет другая служанка, такая же шпионка, как Цинцуй? С ней будут проблемы.

– Мы ничего не можем сделать. Давай просто подождем и посмотрим. Хотя Цин Сюэ заняла место первой горничной, никогда не позволяй ей служить в моих комнатах одной, – проинструктировала Цинь Ваньжу. Она хотела сначала понаблюдать за Цин Сюэ.

– Да, я понимаю! – ответила Цин Юэ серьезным тоном.

– Поручи няне Юй разузнать прошлое Цин Сюэ и Цюй Лэ, – приказала Цинь Ваньжу после небольшой паузы. Она подумала, что эти две служанки были довольно подозрительны, учитывая то, что устроила ранее Цинь Юйжу. Она хотела узнать больше, начав с них. – Пусть она найдет старую деву Йа и первым делом расспросит ее!

Цинь Ваньжу пригласила старую торговку Йа прийти за деньгами в поместье генерала на следующий день. Няня Юй могла бы воспользоваться случаем, чтобы вытянуть из нее кое-какую информацию. Если понадобится, она даже может послать Ван Фэна за дополнительной информацией. Эти две горничные говорили так, как будто они были родом из префектуры Цзянчжоу, так как говорили с акцентом людей, живущих в окрестностях Цзянчжоу.

– Я все поняла, барышня. Теперь я понимаю, почему вы сразу не рассчитались за служанок со старой девой Йа! – сказала Цин Юэ с оттенком восхищения.

Пока Цинь Ваньжу и Цин Юэ все еще разговаривали, няня Юй закончила приготовления к работе для новых служанок и вошла в комнату, приподняв занавески на двери.

– Няня Юй, вторая мисс хочет, чтобы ты завтра встретилась со старой девой Йа, которая придет по деньги за служанок. Где бы вы там ни разговаривали, пожалуйста, узнай у нее больше о происхождении семьи Цин Сюэ и Цюй Лэ. Было бы еще лучше, если бы ты взяла с собой брата Фэна, чтобы сразу отправить его проверить слова старухи!

Цин Юэ передала приказ нянюшке Юй, как только та вошла.

– Не беспокойтесь, барышня, я обязательно узнаю эту информацию завтра! – ответила нянюшка Юй, кивнув головой.

– Нет необходимости спешить искать старую деву Йа рано утром. Няня Юй, подожди немного, прежде чем пойдешь к ней, – внезапно добавила Цинь Ваньжу после некоторого тщательного раздумья.

Могла ли мадам Ди поинтересоваться, как она выбирала своих служанок или кого она выбрала? Если бы мадам Ди и Цинь Юйжу что-то замышляли за ее спиной, им было бы любопытно узнать завтра больше от старой девы Йа.

Цинь Ваньжу хотела выждать некоторое время, чтобы посмотреть, не пошлет ли мадам Ди кого-нибудь к старой деве Йа, чтобы разузнать подробности. Если бы та это сделала, это показало бы, что они занимаются чем-то подозрительным.

Ваньжу не торопилась. Она подождет, пока мадам Ди раскроется…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 52. Будут ли проблемы, если позволить им жить вместе?

Глава 52. Будут ли проблемы, если позволить им жить вместе?

.

Как и было условлено, старая дева Йа пришла в поместье генерала на следующий день. Семья генерала была одним из ее самых важных клиентов.

Однако она, казалось, пришла гораздо раньше, чем было необходимо. Хитрая торговка долго ждала в бухгалтерии, прежде чем получила платеж, и после этого, сияя улыбкой, встала, чтобы уйти.

Хотя она якобы ждала долго, все это время она болтала со служанками за пределами бухгалтерии, и поэтому не чувствовалось, что прошло много времени.

Не было недостатка в людях, сплетничающих за пределами бухгалтерии. На самом деле сплетники приходили волнами.

Старая торговка Йа не была глупой, она знала, что говорить, а что нет. Она была осторожна, чтобы соблюдать дистанцию между собой и челядью. После того, как она взяла серебро, она не планировала никого обидеть, чтобы это не повлияло на ее бизнес. Она будет поддерживать все деловые отношения сердечными. Хотя время от времени она проявляла некоторые предубеждения, она была осторожна, чтобы не огорчить кого-либо из своих клиентов.

По этой причине она держала рот на замке, когда дело касалось некоторых щепетильных вопросов.

Те несчастья, которые произошли в поместье Цинь в последние дни, не имели к ней никакого отношения, и она не хотела быть замешанной во всем этом.

***

Рано утром Цинь Ваньжу направилась во двор старой мадам, и к тому времени, когда она пришла, Шуй Жолань уже была там. Они вдвоем помогли сначала подать старой мадам немного каши, затем помогли ей добраться до кровати, где она села, откинувшись на подушки, чтобы отдохнуть.

Из-за сильного кашля старая мадам плохо спала по ночам. Однако каша успокоила ее кашель, и, когда она села на кровать, откинувшись на подушки, она закрыла усталые глаза и, казалось, заснула.

В этот момент Шуй Жолань подала знак Цинь Ваньжу следовать за ней из комнаты. К тому времени, как эти двое вышли из спальни старой мадам и сели за каменный стол во дворе, служанки приготовили для них чай.

Шуй Жолань поднесла руку ко лбу и слегка коснулась его, выглядя усталой.

– Тетя Шуй, ты провела здесь ночь с бабушкой? – спросила Цинь Ваньжу.

– Тетя плохо спит по ночам. В прежние годы в это время она обычно чувствовала себя хорошо и начинала кашлять только позже. Не понимаю, почему на этот раз она заболела так рано, – кивнув головой, вздохнула Шуй Жолань, и между ее бровями залегла морщинка.

– Действительно, бабушка на самом деле начинала болеть в это время года, но в принципе она бы не начала так сильно кашлять внезапно. Более того, она обычно никогда раньше так сильно не кашляла сразу после пробуждения по утрам, – задумчиво сказала Ваньжу и прикусила губу.

Она ясно помнила, что произошло на днях, когда Ци Жунчжи упала в пруд. Бабушка начала сильно кашлять после того, как вернулась в свой двор. Не похоже, чтобы она простудилась накануне вечером и заболела на следующее утро.

Слова Цинь Ваньжу навели Шуй Жолань на неприятную догадку. Она нахмурила брови и спросила после короткой паузы:

– Могла ли тетя пройти через какую-то стимуляцию, как будто у нее есть аллергия на что-то?

Хотя у старой мадам была давняя проблема с кашлем – каждый год, когда погода становилась холодной, она болела, но Шуй Жолань знала, что существовала вероятность того, что именно аллерген мог провоцировать подобный кашель.

Глядя на выражение лица Шуй Жолань, Ваньжу поняла, что та тоже начинает подозревать, что что-то тут не так. Поначалу Ваньжу думала, что она единственная, кто что-то подозревает. К сожалению, из-за того, что сейчас ее считали слишком маленькой, она была беспомощна, и никак не могла самостоятельно разобраться в этом и узнать больше.

Шуй Жолань, однако, была другой.

– Такое возможно… В тот день, после того как бабушка пообщалась с мамой, моей старшей сестрой, мисс Ци и мной, она вернулась к себе и начала безостановочно кашлять. – Ваньжу сказала это осторожно, не упуская ни одной детали, которую она помнила.

– Давай отправимся в монастырь Цзиньсинь и попросим преподобную осмотреть твою бабушку, – решительно предложила Шуй Жолань, так как она не могла прийти ни к какому выводу.

Прошлой ночью она спала в доме старой мадам и слышала, как та надрывно кашляла всю ночь. Она беспокоилась, что старушка будет истощена усталостью в дневное время, так как она почти не спала. Приступы кашля начинались внезапно и яростно, и к этому времени голос старой мадам стал хриплым от долгого кашля.

Настолько, что старушка могла говорить только тихо и с большим усилием.

– Тогда давай сначала расскажем об этом отцу! – предложила Ваньжу, кивая, так как это был единственный способ сделать это.

Старая мадам и раньше всегда отправлялась в монастырь Цзиньсинь и оставалась там на несколько дней, когда начинала кашлять. Она проходила осмотры и лечение у преподобной в монастыре Цзиньсинь и получала эффективные результаты.

После того, как Шуй Жолань и Цинь Ваньжу обсудили детали своего плана, Цинь Ваньжу вернулась в свой двор, оставив Шуй Жолань с обеспокоенным видом сидеть на улице во дворе бабушки.

Шуй Жолань тоже начинала находить происходящее странным. Кашель старой мадам на этот раз начался слишком внезапно и слишком яростно.

В этот момент из дома вышла няня Дуань и сказала с поклоном:

– Мисс Шуй, старая мадам хочет, чтобы вы зашли к ней.

– Моя тетя проснулась? – спросила Шуй Жолань, и ее хмурость ослабла. Она встала, чтобы последовать за няней Дуань в комнату старой мадам.

– Сейчас старая хозяйка чувствует себя более энергичной, поэтому, пожалуйста, пойдемте со мной, – сказала няня Дуань, кивнув, когда они обе направились в комнаты.

Старая мадам, полулежавшая на кровати, открыла глаза и ласково посмотрела на Шуй Жолань.

Шуй Жолань знала этот любящий взгляд в глазах старушки. Внезапно ее захлестнули сильные чувства, и она чуть не расплакалась. Однако, как только она подумала об ухудшающемся здоровье тети, ей пришлось подавить свое горе и заставить себя улыбнуться.

Старая мадам махнула ей рукой и указала на маленький табурет у кровати.

Шуй Жолань поспешила взять ее за руку и уселась на табурет. Няня Дуань, которая знала, что у старой хозяйки были некоторые личные дела, которые она хотела обсудить с Шуй Жолань, поклонилась и тихо вышла из комнаты.

– Это тяжелое решение для тебя, Жолань! – сказала старая мадам хриплым, низким голосом, который был почти неслышен.

Шуй Жолань навострила уши и напрягла слух, качая головой и говоря:

– Это не так уж и сложно, тетя. Я всегда хотела заботиться о тебе, когда ты состаришься. Ты вырастила меня, и ты для меня как мать. Мне нетрудно оставаться рядом с тобой!

Она знала, что старая мадам имела в виду ее брак с генералом. Не желая, чтобы старушка беспокоилась о дополнительных проблемах, не связанных с ее плохим здоровьем, Шуй Жолань сказала ей, что она согласна с таким брачным соглашением.

– Так как твой кузен обещал защитить тебя, даже если это вызовет недовольство мадам Ди, ты должна просто официально вступить в брак в поместье генерала. Через несколько дней тебе нужно будет покинуть наше поместье и несколько дней пожить в городе. Когда подготовка к свадьбе будет завершена, мы вернем тебя в поместье, как подобает для невесты генерала! – сказала старая мадам на одном дыхании и начала кашлять, пытаясь отдышаться.

Глаза Шуй Жолань наполнились слезами, она нежно похлопала старушку по спине и сказала:

– Пожалуйста, не волнуйся так, тетя. Для тебя важнее оправиться от своей болезни. Позволь мне сопровождать тебя в монастырь Цзиньсинь, и побыть с тобой, пока тебе не станет лучше, а потом мы сможем вернуться домой и разобраться с остальными делами!

Если бы вскоре состоялась официальная свадьба, Шуй Жолань пришлось бы прибыть в поместье генерала в паланкине с восемью носильщиками, став законной наложницей. Тогда ей было бы неуместно сразу покидать поместье и ехать в монастырь, что ее сейчас совершенно не устраивало.

– Хорошо! – согласилась старая мадам, перестав кашлять на некоторое время. Она, погладила Шуй Жолань по руке, и сказала: – Но даже если ты пока не войдешь в поместье как жена, я позволю тебе растить Чжоучжоу. Она всего лишь ребенок, а я уже стара и больна. Я боюсь, что не смогу хорошо защищать ее. С этого момента мне придется побеспокоить тебя, чтобы ты позаботилась обо всех вопросах, касающихся Чжоучжоу.

Репутация ее маленькой внучки была почти разрушена подставным браком. Это произошло только потому, что она слишком постарела, и теперь была не в состоянии надлежаще контролировать дела поместья. В итоге будущее Цинь Ваньжу было едва не уничтожено. Каждый раз, когда эта мысль приходила ей в голову, старушка чувствовала себя разбитой. Раньше она думала, что подобное происходило просто потому, что мадам Ди проявляла предвзятость, но теперь она ясно поняла, что эта «мать» не только потакала во всем своей родной дочери, но у нее было чрезвычайно злобное сердце.

– Не беспокойся, тетя. Просто переложи ответственность за заботу о Ваньжу на меня. Я буду защищать ее и больше не позволю ей страдать, – пообещала Шуй Жолань.

В конце концов, она тоже искренне любила малышку Ваньжу.

Когда она еще жила в семейном храме, она никогда по-настоящему не интересовалась слухами, касающимися Цинь Ваньжу и Цинь Юйжу, которые иногда рассказывала ей Цюнь Хуа. Однако после того, как она покинула семейный храм и узнала обо всем, что происходило, она была полна решимости позаботиться о Цинь Ваньжу.

– Я позволю тебе взять на себя ответственность за дела, касающиеся Чжоучжоу. Затем я помогу тебе разобраться с твоим браком с генералом. Семья генерала обязана тебе предоставить законное место в этом доме, – сказала старая мадам, глядя на Шуй Жолань с нежной любящей добротой.

Шуй Жолань опустила глаза, но не из-за застенчивости, а скорее для того, чтобы скрыть холодный взгляд в ее глазах. Она не боялась того, что мадам Ди может с ней сделать, учитывая то письмо, которое попало в ее руки.

Это письмо, которое никому другому не показывали, могло быть использовано против мадам Ди в любое время. Ранее Цинь Ваньжу тайно раскрыла ей, что мадам Ди написала это письмо, чтобы подставить Цинь Ваньжу, поэтому был инсценирован предыдущий скандал по поводу скандального письма наследнику герцога Юнкана.

Хотя страсти утихли, это письмо все еще могло быть использовано против мадам Ди. Письмо действительно было надежным доказательством, и это письмо может стать критической точкой для Цинь Хуайюна, который мог в итоге пересмотреть свое отношение к мадам Ди, так как она уже сейчас почти потеряла всякое доверие.

Шуй Жолань была уверена, что мадам Ди не посмеет теперь использовать то подложное письмо, чтобы причинить еще больший вред Цинь Ваньжу.

***

К тому времени, когда Цинь Ваньжу вернулась в свой внутренний двор, няня Юй уже ждала ее там. Старая нянька быстро последовала за Цинь Ваньжу в комнату, чтобы сообщить ей обо всем, что она заметила и узнала.

Выслушав отчет няни Юй, Цинь Ваньжу перефразировала то, что услышала, чтобы подтвердить факты, говоря:

– Итак, Цин Сюэ была отправлена к старой деве Йа только накануне вечером перед продажей мне, поэтому она не проходила никакого обучения. Тем не менее, она оказалась хорошо вышколенной и обученной служанкой, несмотря на то, что не проходила никакой подготовки, поэтому старуха Йа просто привела ее к нам. Я все правильно поняла?

– Да, барышня, это то, что мне сказали,– ответила нянюшка Юй, кивая головой.

– Этого достаточно, оставь пока старуху Йа в покое! – велела Цинь Ваньжу и фыркнула.

Без всякого сомнения, Цин Сюэ оказалась подосланной шпионкой. Мадам Ди приложила немало усилий и подстроила так, чтобы Цинь Юйжу, используя обратную психологию, обманула Цинь Ваньжу и заставила глупого ребенка выбрать Цин Сюэ. Из всех служанок, выбранных Цинь Ваньжу, Цин Сюэ была самой подходящей служанкой, в то время как другие выдающиеся служанки были забраны Цинь Юйжу. Очевидно, Цинь Юйжу специально оставила Цин Сюэ для Цинь Ваньжу.

Цинь Юйжу даже перетерпела боль в своей раненой руке, чтобы притвориться и устроить этот спектакль. Это было нелегко.

– Что касается Цюй Лэ, то эта девочка долгое время оставалась со старой девой Йа, поэтому она прошла полное обучение. Ее впервые выставили на продажу, приведя к вам на отбор, – продолжала докладывать няня Юй.

– Пусть эти двое живут вместе! – неожиданно распорядилась Цинь Ваньжу, обдумав информацию, предоставленную няней Юй.

– Барышня, вы думаете, что будут проблемы, если они будут жить вместе? – спросила нянюшка Юй, чувствуя себя неловко из-за этого решения. – Цин Сюэ определенно не простой человек, – добавила она с беспокойством.

– Все в порядке, для них двоих лучше жить вместе. Я вижу, что Цюй Лэ очень умная девушка. Мы просто должны сказать ей, чтобы она присматривала за Цин Сюэ и подобралась к ней поближе. Скажи ей, что как только она почувствует что-то неладное, она должна сразу сообщить об этом тебе! – сказала Цинь Ваньжу, и ее губы изогнулись в холодной улыбке.

На руке Цин Сюэ были синяки, но никто не знал, откуда эти отметины. Было ли это как-то связано с ее внедрением в поместье генерала? Цюй Лэ была бы лучшим кандидатом, чтобы узнать правду.

– Да, я внесу необходимые изменения, – поклонилась няня Юй, как только поняла намерение Цинь Ваньжу.

– Тетя Юй, сегодня чуть позже сходи узнать, что происходит во дворе моей бабушки и упакуй мою одежду. Бабушка нездорова, она, возможно, захочет отправиться в монастырь Цзиньсинь, чтобы восстановиться, и я хочу сопровождать ее туда, – проинструктировала свою няньку Цинь Ваньжу.

– Не беспокойтесь, барышня, я знаю, что делать. Кого еще вы собираетесь взять с собой в монастырь Цзиньсинь на этот раз? – спросила нянюшка Юй и остановилась как вкопанная.

Постукивая пальцами по столу, Ваньжу на мгновение задумалась и ответила:

– Я возьму с собой Цин Юэ, в то время как ты, тетя Юй, останешься здесь, в поместье, чтобы следить за всем, что происходит во дворе, особенно с Цин Сюэ и Цюй Лэ. Возможно, что-то интересное произойдет, когда они будут жить вместе, тем паче в мое отсутствие!

В то время как никто не знал, что было на уме у Цин Сюэ, и Цюй Лэ была не так проста, как казалась, Цинь Ваньжу с нетерпением ждала того, что случится дальше.

В словах Цинь Ваньжу был более глубокий смысл, но няня Юй не понимала скрытого смысла. Однако когда она увидела, как уверенно говорит ее маленькая хозяйка, она запомнила инструкции без дальнейших вопросов и занялась приготовлениями…

Однако вскоре после того, как старая нянька вышла из комнаты, она приподняла занавеску на двери и снова поспешно вернулась в комнату. Побледнев, она сказала:

– Барышня, барышня! Что-то случилось, и Цюй Лэ избили!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 53. На этот раз она не уступит

Глава 53. На этот раз она не уступит

.

– Что случилось? – спокойно спросила Ваньжу, даже не подняв глаз.

– Говорят, что Цюй Лэ столкнулась с горничной старшей мисс, когда та спешила по поручению хозяйки. Эта служанка сразу влепила Цюй Лэ две крепкие пощечины, а Цюй Лэ не смогла это проглотить и дала сдачи, вот тогда-то они и начали драться. По этой причине мадам Ди приказала схватить их обеих! – рассказала няня Юй с недовольным видом, не столько из-за того, что служанки подрались, сколько из-за того, что мадам Ди каким-то образом была замешана в этом деле.

Горничная Цинь Юйжу?

Цинь Ваньжу вчера заметила необычный интерес Цинь Юйжу к Цюй Лэ. Но она не ожидала, что Цинь Юйжу так быстро придумает план захвата Цюй Лэ.

Похоже, что Цинь Юйжу и мадам Ди действительно очень интересовались Цюй Лэ.

Та была всего лишь простой служанкой, и Цинь Ваньжу не заподозрила бы, что она особенно важна, если бы не ее память о прошлой жизни. Учитывая, что мадам Ди решила вмешаться, казалось, что это была не обычная служанка, и она должна была быть кем-то более важным, чем можно себе представить.

– Барышня, мадам позвала вас. Она хочет поговорить с вами о служанках, которые ввязались в драку, – доложила Цин Юэ, которая только что вошла и выглядела обеспокоенной.

Настроение всех слуг во дворе Цинь Ваньжу было подавленным, когда им приходилось иметь дело с челядью мадам Ди.

Ее послушание ожидалось как проявление ее сыновней набожности.

– Скажи ей, что я плохо себя чувствую и в данный момент не могу выйти из дома, – негромко и спокойно велела Ваньжу, делая глоток чая.

– Но как же... это подойдет? – с тревогой спросила Цин Юэ.

– Не переживай. В это время она ничего не скажет!

Что может сделать мадам Ди, даже если заподозрит, что это всего лишь отговорка? Она не осмелилась бы прикоснуться к Цинь Ваньжу, учитывая, что сама причинила себе столько неприятностей до этого.

Выслушав успокаивающие слова маленькой хозяйки, Цин Юэ почувствовала облегчение и вышла, чтобы передать ответ Цинь Ваньжу горничной, отправленное мадам Ди.

Когда Цин Юэ вернулась в комнату, Цинь Ваньжу повела ее во внутреннюю комнату, где сняла верхнюю одежду и распустила волосы. Она поднесла зеркало к своему лицу, рассматривая себя в нем. Она заметила, что ее вечно красные губы были действительно слишком яркими, и она определенно выглядела вполне здоровой.

Из зеркала на Ваньжу смотрела одиннадцатилетняя девочка с прозрачной кожей и такими ярко-красными губами, а также тонкими чертами лица. Она ни в коем случае не выглядела больной.

– Нанеси мне немного пудры.

Цин Юэ подошла к туалетному столику, чтобы взять коробку с пудрой, и осторожно нанесла тонкий слой на лицо маленькой хозяйки, отчего та стала выглядеть бледной, и в то же время изможденной. Что касается ее губ, Цинь Ваньжу не пыталась намеренно скрыть их блеск, так как у нее всегда был более яркий цвет губ, чем у других.

Как раз в тот момент, когда она почти закончила подкрашиваться, вошла няня Юй, чтобы доложить ей:

– Вторая мисс, пришла мадам и хочет вас видеть!

А эта женщина была быстрой!

Цинь Ваньжу рассмеялась в глубине души. Она откинулась на подушку, которую Цин Юэ положила ей под спину, притворяясь слабой и обессиленной.

Вот что увидела мадам Ди, войдя в комнату Цинь Ваньжу: худенькая маленькая девочка полулежала, откинувшись на подушки для поддержки, с ярко-красными губами, но без здорового румянца на лице. На самом деле, цвет ее лица казался немного желтушным. Неужели девчонка действительно заболела?

– Ты же была полностью здорова, когда приходила с утренним приветствием к старой мадам, не так ли, Ваньжу? Как ты могла так внезапно заболеть? Должно быть, это потому, что твои служанки плохо заботились о тебе. – Мадам Ди вошла в комнату с озабоченным выражением на лице. Она пыталась казаться обеспокоенной, но на самом деле скрывала что-то злое.

Раньше Цинь Ваньжу была в полном порядке, когда ходила к старой мадам. Однако когда она услышала о неприятностях с горничной, и мадам Ди позвала ее, она сказала, что плохо себя чувствует.

Как мог ребенок притвориться больным и позволить матери утруждаться, чтобы идти навестить ее? Это было бы воспринято как неуважение к старшим, если бы люди услышали об этом.

Словно через силу заставив себя открыть глаза, Ваньжу сумела на мгновение сесть, но снова бессильно упала назад и слабым голосом сказала:

– Мама, у меня снова невыносимо болит рука, потому что я врезалась во что-то и попала прямо на рану, когда несла отвар для бабушки. Мне так больно, что у меня теперь голова просто горит в огне и мне трудно дышать!

Было маловероятно, что кто-то вдруг заболеет настолько внезапно. Однако рана на руке Цинь Ваньжу еще не полностью зажила. Если бы она на что-нибудь налетела, на выздоровление ушло бы еще больше времени.

Мадам Ди на мгновение растерялась. Она не ожидала, что Цинь Ваньжу так быстро ответит, сделав заявление, которое снимет с нее все обвинения в несыновьем поведении.

– Я понимаю, так это случилось потому, что ты обо что-то ударилась больной рукой... Я немедленно позову доктора, чтобы он осмотрел рану, – сказала мадам Ди с улыбкой, властно садясь на табурет рядом с кроватью.

Ваньжу тихо смеялась в глубине души, понимая, что мадам Ди даже заранее позвала доктора, готового разоблачить ее притворство и подтвердить, что она не была больной.

Слишком наивная угроза! Малышка Цинь Ваньжу была на самом деле ранена, так кто бы из докторов посмел сказать, что ей не было больно?

Более того, ее рана была на руке, и врач, как мужчина, не осмелился бы взглянуть на ее обнаженную руку. Ваньжу не боялась, что мадам Ди вызовет к Цинь Ваньжу доктора.

– Открылась ли рана? Пусть няня Чжоу взглянет на нее и нанесет немного мази, – обеспокоенно сказала мадам Ди, в то время как в глубине души она проклинала Цинь Ваньжу за то, что та такая хитрая.

Девчонка заявила, что больна, и именно поэтому она сразу послала за доктором, чтобы доказать, что Цинь Ваньжу притворяется больной. Она никак не ожидала, что девчонка будет ссылаться на проблему с ее раной.

Доктор был мужчиной, он не мог осмотреть ее руку!

– Мама, я уже попросила няню Юй сменить повязку на ране, – сказала Цинь Ваньжу, слабо покачав головой в знак того, что ей не нужна смена повязки.

– У меня есть мазь, которую прислал герцог Юнкан, она была бы более эффективной, – сказала мадам Ди, собираясь немедленно приказать бабке Чжоу сбегать за мазью. Она была настойчива в том, чтобы взглянуть на рану Цинь Ваньжу сегодня.

Мадам Ди так легко не поверила бы, что Цинь Ваньжу снова причинила себе боль.

– Где эта особая мазь, о которой ты говоришь, мама? – сказала Ваньжу, слегка оживившись. Она подняла свои невинные детские глаза и с надеждой посмотрела на мадам Ди.

Доверчивый, вопрошающий взгляд ярких глаз Цинь Ваньжу заставил мадам Ди на секунду занервничать, затем она быстро кивнула и сказала:

– Я немедленно оправлю служанку за мазью, ее скоро принесут.

– Почему ты не отдала ее мне раньше, мама, когда я была ранена, раз это такая целебная мазь? – робко спросила Цинь Ваньжу, и ее глаза наполнились слезами.

– Я… У меня осталось совсем немного мази, поэтому я подумала, что тебе этого будет недостаточно, когда ты была так сильно ранена, вот почему я не отдала ее тебе раньше!

Мадам Ди втайне упрекнула себя за то, что невольно сорвалось с языка, и попыталась объясниться. Она почти чувствовала, как по спине стекает пот, когда думала, что эта маленькая девочка становится все более коварной. Она была так зациклена на том, чтобы разоблачить Цинь Ваньжу, что небрежно сболтнула о мази, которую не собиралась предлагать.

– Тогда почему ты не принесла ее мне до сих пор? – спросила Цинь Ваньжу, обиженно шмыгая носом.

– Я была уверена, что мазь, которую ты используешь, тоже хороша... Так как ты раньше не жаловалась на боль, я как-то не подумала спросить тебя об этом, – запинаясь, пробормотала мадам Ди, выглядя напряженной.

– Спасибо тебе, мама. В таком случае, я и сейчас обойдусь тем, что у меня есть, иначе тебе будет больно, если ты будешь продолжать настаивать, чтобы поменять повязку, и увидишь кровь! – неприязненно сказала Цинь Ваньжу, нежно поглаживая забинтованную рану другой рукой.

– Тогда… просто оставим все как есть! – процедила мадам Ди сквозь стиснутые зубы.

Доктор прибыл, когда они все еще разговаривали, поэтому мадам Ди отошла в сторону, чтобы он мог проверить пульс Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу потеряла довольно много крови, когда была ранена, и в результате действительно была очень слабой. Услышав, что ей стало плохо потому, что она ударилась раненым местом, доктор не ожидал найти что-либо необычное в ее пульсе. Он просто прописал ей какую-то новую мазь и велел заботиться о себе и есть то, что поможет восполнить потерю крови. После этого доктор дал ей рецепт на листе бумаги и ушел.

Доктор был также достаточно умен, чтобы не настаивать на том, что с второй мисс Цинь все в порядке.

Уже после того, как доктор ушел, мадам Ди придвинулась ближе к Цинь Ваньжу и с улыбкой сказала:

– Ваньжу, я приглашала тебя, потому что твоя горничная и горничная твоей старшей сестры поссорились.

Видя, что не было никакого способа обвинить Цинь Ваньжу в том, что она притворялась больной, мадам Ди не собиралась оставлять этот вопрос на потом. Она сразу перешла к делу, вместо того чтобы ходить вокруг да около.

– Вторая мисс Цинь, я слышала, что эту служанку вы только что взяли себе. Она посмела подраться с горничной старшей мисс Цинь, будучи незнакомой с правилами поместья! Я не думаю, что вам следует держать эту служанку у себя. Будет лучше, если вы отошлете ее и попросите мадам найти ей замену, верно? – ласково улыбаясь, сказала бабка Чжоу.

Заменить одну нежелательную служанку новой выглядело для Цинь Ваньжу как выгодная сделка. Более того, эта горничная, о которой идет речь, только что вошла в поместье, и Цинь Ваньжу на самом деле еще не наладила с ней отношений.

– А что думает мама? – спокойно спросила Ваньжу.

Нежное и доброе выражение появилось на лице мадам Ди, когда она прямо сказала:

– Я тоже считаю, что так будет лучше. Поскольку эта служанка не знала правил и подняла шум вскоре после того, как вошла в поместье, давай просто продадим ее и выберем тебе лучшую горничную. Я слышала, что Юйжу тоже выбрала себе несколько новых горничных на днях, в то время как ты выбрала совсем не много. Давай пошлем за старой девой Йа, пусть она приведет еще служанок, чтобы ты снова выбрала себе из них приличных горничных!

– Означает ли это, что каждый раз, когда какая-либо из моих горничных подерется со слугами старшей сестры, ее выгонят, и мне придется выбирать новую служанку? – спросила маленькая девочка удивленным голосом, возмущенно кусая губы.

В это мгновение лицо мадам Ди вытянулось.

– Мама, хотя ты и не моя родная мать, которой я всегда тебя считала, а также относилась к тебе как к родной матери, однако неужели я настолько ничтожна по сравнению со старшей сестрой? Почему только мою горничную ты предлагаешь вышвырнуть, в то время, как наши горничные подрались?

Цинь Ваньжу выглядела обиженной, и в уголках ее глаз заблестели слезы.

Эта последняя часть ее заявления была тем, что она хотела озвучить в своей прошлой жизни. Когда она произнесла это сейчас, она действительно была переполнена эмоциями.

В своей предыдущей жизни она всегда думала, что мадам Ди была ее родной матерью, которая никогда не желала ей зла. Даже если она и не была идеальной матерью, Цинь Ваньжу была уверена, что она все равно заботилась о ней, и именно поэтому она всегда была послушна ее желаниям. Никогда бы она не подумала, что теми, кто в конце концов шаг за шагом столкнут ее в пропасть, были мадам Ди и Цинь Юйжу.

Все, что произошло в ее прошлой жизни, было частью их плана, и Цинь Ваньжу в итоге пожертвовала своей жизнью ради их выгоды. Все эти разговоры о любящей матери и близкой сестре на поверку оказались одной большой ложью.

Подлая мадам Ди никогда не была искренней во всем, что она делала с Цинь Ваньжу, хотя Цинь Ваньжу была полностью ослеплена этим так называемым родством.

– Почему ты так решила, Ваньжу? Я предложила этот выход потому, что твоя горничная только что поступила работать к тебе... – объяснила мадам Ди, и ее лицо стало напряженным, когда она нервно рассмеялась.

– Давай остановимся на этом, мама! Я не уступлю! – сказала Цинь Ваньжу, вытирая слезы.

Мадам Ди запаниковала.

– Ты… Почему ты такая неблагоразумная? Твоя горничная поступила к тебе только день назад, так какое тебе до нее дело? Почему ты ставишь на карту свои отношения с сестрой из-за нее?

Мадам Ди не ожидала, что Цинь Ваньжу будет так упряма, настаивая на своем. Ей показалось, что Цинь Ваньжу была слишком своенравна, и она не могла сдержать слов упрека.

– Горничная, которая служит у нас долгое время, знала правила. Горничная старшей сестры даже обучала других служанок, которые пришли после нее. Как получилось, что она начала драться с новой служанкой? Мама, как ты думаешь, кого следует в этой ситуации продать и заменить? – произнесла Цинь Ваньжу с невозмутимым лицом, хотя в ее сердце бушевала буря ненависти.

В своей предыдущей жизни она бы подчинилась желанию мадам Ди. Ради своих хороших отношений с любящей матерью и доброй сестрой она бы уступила им…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 54. Мадам Ди вынуждена уступить

Глава 54. Мадам Ди вынуждена уступить

.

Заявление Цинь Ваньжу было настолько резким, что мадам Ди онемела. Она не находила слов от возмущения.

Старуха Чжоу изобразила улыбку и сказала, пытаясь спасти ситуацию:

– Не только горничная второй мисс Цинь, горничная старшей мисс Цинь тоже будет продана.

– Да... Да, они обе будут проданы. Нам здесь не нужны слуги, которые устраивают скандалы! – сказала мадам Ди, обильно кивая. Она больше не могла прикрывать горничную Цинь Юйжу в этот момент.

– Продать их обеих? – задумчиво спросила Цинь Ваньжу, склонив голову набок.

– Да, мы должны продать обеих. Они посеяли раздор между вами, сестрами, так что мы не потерпим их в нашем поместье! – праведно сказала мадам Ди.

– В таком случае… хорошо, но, мама, пожалуйста, отправь мою горничную обратно в мой двор. У меня есть к ней несколько вопросов, – сказала Цинь Ваньжу после того, как на мгновение задумалась.

– Я не думаю, что это хорошая идея снова увидеть ее. Она не знает, как себя вести. Если ты будешь ее расспрашивать, она может тебе надерзить! – с заботливым видом посоветовала мадам Ди.

– Мама, если ты не позволишь мне увидеть ее и докопаться до сути, я не соглашусь отпустить ее. В противном случае, если подобные ссоры будут повторяться, и горничная старшей сестры, и моя горничная каждый раз будут уволены, я окажусь в невыгодном положении! В конце концов, у меня не так много служанок, как у старшей сестры, – недовольно сказала Цинь Ваньжу.

Количество прислуги во дворе Цинь Юйжу было втрое больше, чем во дворе Цинь Ваньжу.

Мадам Ди уже собиралась возразить, когда нянька Чжоу потянула ее за край платья, намекая, что ей следует пойти на уступку Цинь Ваньжу.

– Хорошо, я позволю твоей горничной прийти сюда! – ответила мадам Ди. Беспомощная, она послала прислужниц, чтобы привести сюда служанку.

– Мама, ты также должна послать за горничной старшей сестры, о которой идет речь. Я хочу сама допросить их, чтобы узнать, что именно между ними произошло! – добавила Цинь Ваньжу.

Выглядя еще более недовольной, мадам Ди, однако, распорядилась, чтобы обеих служанок привели сюда.

Старая прислужница, посланная за двумя горничными, быстро ушла и также быстро вернулась, приведя с собой Цюй Лэ и другую девушку. Цинь Ваньжу поняла, что она знала ее. Это была Сихуань, горничная второго ранга, которая довольно часто сопровождала Цинь Юйжу.

– Вторая мисс Цинь, пожалуйста, помогите мне, и восстановите для меня справедливость. Цюй Лэ, горничная, которая вам служит, сначала столкнулась со мной, а потом начала ругать меня, из-за чего мы и подрались.

По сравнению с этой самоуверенной служанкой избитая Цюй Лэ выглядела намного более подавленной. Хотя Цинь Ваньжу, ее хозяйка, была прямо здесь, она только что попала в ее двор и не знала, чего ожидать. Собственно, к этому времени ее лицо лишилось красок из-за того, что она была очень напугана. Она тихо пробормотала:

– Мисс... Я не... Не я столкнулась с ней!

– Что значит, ты не столкнулась со мной? Ты налетела на меня, и ты сделала это нарочно! Даже не думай соврать, было довольно много людей, которые видели это. Как ты смеешь выкручиваться и клеветать на меня в присутствии второй мисс Цинь и мадам?

Сихуань почти потеряла самообладание, когда Цюй Лэ попыталась возразить и протянула руку, чтобы дать Цюй Лэ еще одну пощечину.

Сихуань все это время прислуживала Цинь Юйжу, и она всегда презирала Цинь Ваньжу. Хотя она была всего лишь горничной второго ранга, она совсем не остерегалась Цинь Ваньжу и поступала в соответствии со своими прихотями и желаниями.

Однако няня Юй вовремя поймала Сихуань за руку, и прежде чем та успела что-либо сказать, Цинь Ваньжу приказала:

– Шлепни ее по губам, няня Юй!

Немедленно няня Юй отпустила руку Сихуань, и прежде чем та смогла поднять голову, няня Юй дала ей две крепкие пощечины. Она сделала это так быстро, что даже мадам Ди не успела вмешаться и остановить ее.

– Почему вы ударили меня, вторая мисс Цинь? Ваша горничная нарочно врезалась в меня, как вы можешь меня бить за это? – воскликнула Сихуань, чувствуя себя несправедливо обиженной. Она явно не боялась второй мисс Цинь, потому что старшая мисс Цинь заверила ее, что поддержит ее, если что-нибудь случится. Более того, мадам Ди тоже присутствовала здесь, поэтому она была уверена, что вторая мисс Цинь ничего не могла ей сделать.

Уверенная, что ее поддерживают старшая мисс Цинь и мадам Ди, она заговорила громче и наглее.

– Еще раз, няня Юй! – велела Цинь Ваньжу, холодно улыбаясь.

Никто не ожидал, что маленькая робкая хозяйка снова даст такое указание, и Сихуань получила еще две крепкие пощечины.

– Вторая мисс Цинь, вы… почему вы снова ударили меня? По какой причине ты меня бьете? Вы так свысока смотрите на слуг старшей мисс Цинь, что вам нравится мучить меня?

Сихуань потеряла самообладание, когда в ушах у нее загудело, и она почувствовала сильную боль на щеках. Сердито уставившись на Цинь Ваньжу, она пожалела, что не может расцарапать зарвавшейся девчонке лицо.

– Мама, это та так называемая горничная, которая хорошо вышколена и неукоснительно придерживается правил нашего дома? Та самая горничная, которая прошла обучение и долгое время служит в нашем поместье? – Цинь Ваньжу холодно задала риторический вопрос, адресуя свои слова мадам Ди.

Лицо мадам Ди вытянулось, когда она не отреагировала достаточно быстро, чтобы остановить Цинь Ваньжу. Она уже собиралась упрекнуть ее за неподобающую благородной леди жестокость к слугам, когда услышала слова Цинь Ваньжу и поспешно захлопнула рот. Это привело к тому, что у нее перехватило дыхание, как будто в груди застрял воздух.

С какой трудной девчонкой приходится иметь дело!

– Мадам, умоляю, рассудите все по справедливости! Вторая мисс Цинь не может приказывать няне Юй бить меня. На основании какой причины она имеет на это право? Я горничная старшей мисс Цинь! Только старшая мисс Цинь может наказывать меня, если это необходимо. Как вторая мисс Цинь самовольно посмела наказать меня в присутствии мадам? – яростно закричала Сихуань.

Первоначально Сихуань думала, что ей будет легко уладить это дело, и тем самым заручиться благосклонностью хозяйки поместья и старшей мисс Цинь. Она не ожидала, что не только не сможет выполнить поручение, но и будет наказана жалкой второй мисс Цинь. Она не могла проглотить такое унижение.

– Мама, из того, как служанка обращалась ко мне, говоря о себе «я», ясно, что она не относится ко мне как к одной из хозяек в этом доме, – спокойно сказала Цинь Ваньжу, указывая на грубое использование слов Сихуань.

Цинь Ваньжу давно знала, что служанки Цинь Юйжу смотрели на нее свысока и никогда не вели себя с нею уважительно. Немного провокации, и они покажут ей свое истинное лицо.

С этим заявлением, сделанным Цинь Ваньжу, мадам Ди никак не могла помочь Сихуань, даже если бы захотела. В этот момент лицо мадам Ди стало пепельно-серым.

Нянька Чжоу, которая лучше всех знала нрав мадам Ди, проинструктировала старую служанку поблизости, приказав:

– Пусть слуги заберут ее и отправят к старой деве Йа.

Сихуань была ошеломлена на мгновение, когда услышала слова старухи Чжоу, и не сразу поняла, что происходит. Когда старшая мисс Цинь велела ей столкнуться с новой служанкой Цинь Ваньжу, она не говорила, что все может так плачевно закончится.

Было ли это просто приказом для вида, или все было по-настоящему?

– Поскольку эта горничная оказалась здесь единственной, кто не знает протокола, мы должны продать ее, в то же время я собираюсь оставить свою горничную! – сказала Цинь Ваньжу.

Слова Цинь Ваньжу заставили что-то щелкнуть в голове Сихуань. Пытаясь вырваться из рук сильных старух-прислужниц, она повернулась к мадам Цинь и закричала:

– Мадам, это старшая мисс Цинь велела мне столкнуться со служанкой второй мисс Цинь. Старшая мисс Цинь пообещала, что я не попаду ни в какие неприятности...

Она уже собиралась продолжать, когда сообразительная старая дева сунула ей в рот какую-то тряпку и потащила прочь.

– Мама, что ты думаешь о моем предложении? – спросила Цинь Ваньжу, устремив взгляд на Цюй Лэ, которая стояла перед ней на коленях и дрожала, как осиновый лист.

– Обе горничные подняли шум, так что мы должны наказать их одинаково! – отрезала мадам Ди сквозь стиснутые зубы, едва сдерживаясь, чтобы не взорваться.

– Тогда я думаю, что маме следует послать обеих служанок к отцу, который находится в своем кабинете. Они будут говорить правду в присутствии отца. Я хотела бы знать, действительно ли старшая сестра приказала своей горничной нарочно столкнуться с моей новой служанкой, – сказала Цинь Ваньжу, приподнимая брови. Она была бы счастлива придать огласку этому скандалу.

Все это время на лице Цинь Ваньжу было равнодушное выражение.

Теперь шок проступил на лице мадам Ди, которая больше не собиралась терпеть такое поведение девчонки.

Бабка Чжоу потянула мадам Ди за рукав и остановила ее, быстро затараторив:

– Пожалуйста, не сердитесь, вторая мисс Цинь. Это дело касается горничной, так что это не имеет большого значения. Если вторая мисс Цинь пожелает оставить свою горничную, эта старая рабыня уверена, мадам позволит вам сделать это. Однако, всего лишь одно слово предостережения, вторая мисс Цинь. Эта служанка может казаться робкой, но на самом деле она очень смелая. Пока она будет рядом с вами, пожалуйста, позаботься о том, чтобы она не создавала вам проблем.

Поскольку ситуация дошла до этого, мадам Ди пришлось отступить, чтобы этот вопрос не был вынесен на рассмотрение Цинь Хуайюна.

Мадам Ди боялась, что это произойдет, поэтому она стиснула зубы, оценила ситуацию и нехотя согласилась:

– Если так хочешь, пока можешь оставить эту горничную себе.

– Спасибо, мама! – сказала Цинь Ваньжу с улыбкой, слегка повернувшись, сидя на кровати.

Цюй Лэ немедленно почтительно поклонилась мадам Ди до земли и начала благодарить:

– Спасибо, мадам, спасибо, мадам!

У мадам Ди не было желания оставаться здесь дальше, так как поворот событий противоречил ее плану, поэтому она встала, заставила себя улыбнуться и заботливо сказала, глядя на девочку на кровати:

– Поскольку этот вопрос улажен, хорошо отдохни, Ваньжу. Мне нужно идти, так как у меня есть еще дела, которыми нужно заняться!

– Пожалуйста, прости меня за то, что я не смогу тебя проводить как положено! – вежливо сказала Цинь Ваньжу, выпрямляясь на кровати.

Мадам Ди покачала головой, развернулась и в ярости бросилась прочь, уводя с собой всех служанок, которые пришли вместе с ней. Она не была уверена, сможет ли удержаться от желания дать Цинь Ваньжу несколько крепких пощечин, если пробудет здесь еще немного.

Как такая глупая девчонка могла вдруг стать такой хитрой? Похоже, в будущем ей придется быть более осторожной с ней.

– Мадам, что нам делать с той девкой, которую не удалось вернуть торговке? – тихо спросила нянька Чжоу, догнав мадам Ди. Она была доверенным лицом хозяйки и точно знала, почему мадам Ди нужно было избавиться от новой служанки.

– Даже если нам не удастся выгнать ее, мы не можем позволить ей нести чушь, – решительно сказала мадам Ди сквозь стиснутые зубы.

– Однако мы не в силах заткнуть ей рот. Более того, вторая мисс Цинь будет расспрашивать о ней в будущем. Если вторая мисс Цинь узнает, что мы стремимся избавиться от нее, у нас будут неприятности! – сказала нянька Чжоу в качестве мягкого напоминания мадам Ди.

– Пусть наши люди распустят слухи об этой горничной, правдивы они или нет, и тогда посмотрим, что Цинь Ваньжу будет делать. В любом случае, тот инцидент, который произошел давным-давно, не имел к ней никакого отношения. Единственное опасение, что тайна о Лю Сюэ просочится наружу, – замедлив шаги, сказала мадам Ди, пытаясь отдышаться и стиснув зубы.

Она чуть не упала в обморок из-за того, что ее только что обвел вокруг пальца одиннадцатилетний ребенок, но теперь она наконец успокоила свои нервы.

– Мадам, держу пари, вторая мисс Цинь не способна увидеть правду, стоящую за этим! – сказала нянька Чжоу, и в ее глазах вспыхнул свет. – Вы такая умная, мадам, что вторая мисс Цинь может использовать против вас? – начала она льстить хозяйке.

***

– Ты из Цзянчжоу? – спросила Цинь Ваньжу, откинувшись на подушку и устремив взгляд на Цюй Лэ, которая все еще была бледной, и постепенно оценивая ее.

Если служанка не была достаточной причиной для того, чтобы мадам Ди лично проделала весь этот путь сюда, то какова была истинная причина ее беспокойства?

– Да, эта рабыня родилась в Цзянчжоу, – сказала Цюй Лэ, с облегчением увидев, что мадам Ди ушла. Она сидела, избитая, на коленях на полу, и в ее голосе не было жизни.

То, что произошло минуту назад, напугало ее чуть ли не до смерти. К счастью, вторая мисс Цинь пришла ей на помощь. При этой мысли она посмотрела на Цинь Ваньжу с благодарностью в глазах.

– Итак, ты родилась в Цзянчжоу, ну а твои родители? Где именно находится родной город твоего отца? – нахмурившись, спросила Цинь Ваньжу, углубляясь в ответ Цюй Лэ.

Хотя эта девушка родилась в Цзянчжоу, она не была уроженкой Цзянчжоу, и это могло дать подсказку, почему мадам Ди так обеспокоена ее появлением во дворе Цинь Ваньжу.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 55. Решимость

Глава 55. Решимость

.

– Мои родители приехали из столицы, но я родилась в Цзянчжоу, так что, полагаю, я из Цзянчжоу! – нерешительно сказала Цюй Лэ.

– Тогда почему твои родители переехали в Цзянчжоу? – спросила Ваньжу, и в ее глазах блеснул огонек.

– Я думаю, что они переехали сюда… следуя за своим мастером. Мои родители, как я знаю, были детьми, рожденными от слуг во влиятельной семье в столице. Позже они каким-то образом разлучились со своим хозяином и поэтому оказались в Цзянчжоу. Они не посмели вернуться в столицу, после того, как потеряли своего хозяина.

Цюй Лэ выпалила все, что знала, хотя отец дал ей инструкции не разглашать некоторые подробности. Она не планировала возвращаться домой, потому что знала, что ее все равно продадут в рабство. Ей казалось, что эта ее маленькая хозяйка – добрая девочка, которая минуту назад даже смогла защитить ее в трудной ситуации.

Какая странная история приключилась с нею! Однако это не имело к ней никакого отношения.

– Ты знаешь мою старшую сестру? – спросила Ваньжу, которая решила сменить тему, вспомнив вчерашнее напряжение Цинь Юйжу.

– Нет, я ее не знаю, – ответила Цюй Лэ, качая головой, и уверенно сказала: – вчера я впервые встретила старшую мисс Цинь.

– Тогда почему она нацелилась на тебя? – спросила Ваньжу, пристально глядя на Цюй Лэ.

– Я… Я не знаю этого тоже, – Цюй Лэ была так напугана, что начала плакать. – Я никогда не встречала старшую мисс Цинь, но я встречала Цин Сюэ. Я слышала, что она работает в поместье генерала.

– Цин Сюэ? – переспросила Ваньжу, растерянно хлопая ресницами.

– Да, ее зовут Лю Сюэ. Семья Лю и мы жили в одной деревне. Мы с Лю Сюэ играли вместе, когда были детьми, но позже мы узнали, что Лю Сюэ была продана в поместье генерала. Однако я снова увидела ее вчера и слышала, что ее только что продали в поместье генерала, но разве она уже не работала до этого в поместье генерала? – сказала Цюй Лэ, вытирая слезы.

Она узнала Цин Сюэ накануне, но не осмелилась сказать это вслух. Теперь, когда Цинь Ваньжу спросила об этом, она честно ответила на ее вопрос.

Она знала, что мадам в этом доме была недовольна ею как и старшая мисс Цинь. Если бы она оскорбила вторую мисс Цинь, ее, безусловно, снова продали бы и неизвестно, какому человеку ей пришлось бы служить.

Цинь Ваньжу повернулась, чтобы посмотреть на няню Юй, которая после минутного размышления покачала головой и с уверенностью сказала:

– Барышня, я раньше никогда не видела Цин Сюэ.

Цин Сюэ была довольно выдающейся горничной. Вряд ли няня Юй не заметила бы ее, если бы она работала в поместье генерала. Но старая нянька действительно не могла припомнить, чтобы видела ее служанкой в поместье.

– Вы хотите расспросить ее? – предложила няня Юй.

Цинь Ваньжу покачала головой и снова перевела взгляд на Цюй Лэ, говоря:

– Цюй Лэ, поскольку я та, кто спас тебя, я также могу продать тебя. Если отныне ты будешь мне верна, можешь быть уверена, что с тобой ничего плохого не случится. Однако если я узнаю, что ты двулична, ты должна сама понимать, какими будут последствия!

– Да, я все понимаю. Клянусь вам, госпожа, я останусь вам верной и никогда вас не предам! – без колебаний сказала сообразительная Цюй Лэ, вытирая слезы и клянясь в своей верности. – Я узнаю о Цин Сюэ и доложу вам, госпожа, – продолжала она.

Она подслушала разговор между няней Юй и Цинь Ваньжу ранее и знала, что вторая мисс Цинь интересовалась всем, что касалось Цин Сюэ, поэтому она сразу же подняла этот вопрос перед Цинь Ваньжу.

Кивнув, Цинь Ваньжу велела ей:

– Иди и приведи себя в порядок. Постарайся не выходить за пределы этого двора в ближайшие несколько дней.

– Да, я сделаю это, – ответила Цюй Лэ. Она была сильно напугана, поэтому, когда Цинь Ваньжу отпустила ее, она вздохнула с облегчением, села на колени и поклонилась своей маленькой хозяйке, прежде чем встать и почтительно покинуть комнату.

Выйдя в коридор, она вытерла слезы и направилась в комнату, где няня Юй приготовила всю новую одежду для горничных, чтобы там переодеться.

По совпадению, Цин Сюэ тоже была в той раздевалке. Заметив Цюй Лэ, она бросила на нее холодный взгляд и повернулась, чтобы уйти.

– Подожди минутку, Цин Сюэ! – окликнула ее Цюй Лэ.

– В чем дело? – холодно спросила Цин Сюэ.

– Ты... ты не узнаешь меня? Я... – осторожно сказала Цюй Лэ, внимательно наблюдая за выражением лица Цин Сюэ.

– Ты, должно быть, обозналась, я тебя не знаю! – перебила ее Цин Сюэ, глядя на нее с безразличием, и повернулась, чтобы уйти.

Уставившись в спину Цин Сюэ, Цюй Лэ нахмурилась. Хотя они не виделись уже пару лет, она все еще могла признать, что Цин Сюэ была ее подружкой, с которой они играли с самого детства. Почему Цин Сюэ сделала вид, что не узнала ее?

Этот… должно быть, это было сделано намеренно!

***

Ссора между двумя горничными была раздута до предела, затем поползли слухи, что новая горничная не знала протокола поместья генерала, что она была лгуньей, которая обманула вторую мисс Цинь, заставив ее поверить, что она невиновна, и Сихуань, горничная старшей мисс Цинь, была в результате отослана к работорговке.

Также говорили, что мадам была доброй женщиной, которая не могла вынести, когда вторая мисс Цинь расстраивалась, и поэтому не стала наказывать Цюй Лэ.

Некоторые даже говорили, что Цюй Лэ плохо вела себя с детства, что она даже была воровкой. Слухи, ходившие в деревне, были еще более безудержными и возмутительными…

Из уст няни Юй Цинь Ваньжу собрала бесчисленные слухи, которые сводились к одному – Цюй Лэ совсем не годится в горничные приличной юной леди, она полна лжи и не заслуживает доверия. Что касается того, почему такая невоспитанная горничная оставалась служить в поместье генерала, то главным образом это потому, что мадам Ди души не чаяла в своей младшей дочери, и та поступала так, как хотела.

Ходили также слухи, что мадам Ди послала за опытной служанкой, чтобы та предупредила Цинь Ваньжу и посоветовала ей не слишком доверять Цюй Лэ и ее словам.

Целью всех слухов было доказать, что Цюй Лэ очень хитрая бестия.

– Все многочисленные слухи сводятся к обвинению в том, что она солгала! – сказала Ваньжу, когда подошла к своему туалетному столику и села.

– Я полагаю, что это было то, чего добивались те, кто распустил все эти сплетни! – подтвердила няня Юй, кивая головой. – Но я все еще не понимаю, чего хочет добиться мадам Ди.

– Она не хочет, чтобы мы верили тому, что говорит Цюй Лэ, – холодно сказала Ваньжу с непонятной улыбкой.

– Если это касается только слов, сказанных горничной, зачем мадам прилагать столько усилий? – озадаченно спросила старая нянюшка.

Она действительно не могла видеть цель, стоящую за всем этим.

Сначала старшая мисс Цинь хотела забрать эту горничную себе, затем подставила ее и хотела выгнать из дома. Казалось, что с Цюй Лэ было связано много неприятностей.

– Не слишком беспокойся об этом, тетя Юй. Давай просто терпеливо понаблюдаем! – сказала Ваньжу.

В Цин Сюэ, как и в Цюй Лэ, определенно было что-то подозрительное. Она сведет их вместе и посмотрит, кто из них большая проблема.

– Все ли готово для того, чтобы мы отправились в монастырь Цзиньсинь? – внезапно Цинь Ваньжу заговорила о другом.

– Все было подготовлено, но... – Няня Юй на мгновение заколебалась, а затем сказала: – Я слышала, что старшая мисс Цинь тоже решила на время уехать из города.

– Старшая сестра все еще хочет отправиться в монастырь Цзиньсинь в своем нынешнем скандальном положении? – спросила Цинь Ваньжу, глядя в зеркало и стиснув зубы.

– Она сказала, что хочет поехать со старой мадам, чтобы попросить преподобную взглянуть на ее ожог, – ответила няня Юй.

Это причина звучала оправданно, и Цинь Ваньжу некоторое время обдумывала ситуацию.

– Тетя Шуй давала какие-либо инструкции о том, в какое время нужно завтра встать?

– Госпожа Шуй еще не посылала слуг, чтобы сообщить нам об этом, но я думаю, что выезд состоится утром. Старая мадам нездорова, и я не думаю, что она сможет встать так рано, – сказала няня Юй, оценив ситуацию.

Няня Юй была права, и Цинь Ваньжу кивнула. Она достала книгу по медицине с полки на туалетном столике и открыла ее на столе.

– Вы снова читаете о медицине, барышня? – спросила старая нянюшка, оглядываясь через плечо.

В последнее время вторая мисс Цинь, казалось, потеряла интерес к чтению других книг, и сосредоточилась на книгах по медицине. Эта перемена в девочке заставила старую няньку задуматься.

Цинь Ваньжу раньше любила романы о любви, поэтому она посещала книжные магазины всякий раз, когда они выходили из поместья. И каждый раз она тайком покупала несколько книжек и прятала их под кроватью. На самом деле, в этот момент они все еще были там, под ее кроватью.

– Я хочу изучать медицину, – кивнув, ответила Цинь Ваньжу, листая страницы и читая. В это время в своей предыдущей жизни она ничего не знала о врачевании и лекарствах. С того дня, как монахиня Минцю обратила на нее внимание и дала ей книгу по медицине, она забросила ее подальше и никогда не открывала.

Впоследствии она действительно приобрела некоторые медицинские знания, ухаживая за человеком с хронической болезнью, настолько, что ему стало лучше. Хотя этот человек был очень компетентен в медицине, он не мог спасти себя.

Когда Ваньжу вспомнила об этом, у нее защипало в носу и на глаза навернулись слезы. Если у нее когда-нибудь будет второй шанс, она хотела спасти того человека, который научил ее искусству врачевания. На самом деле, главной причиной того, что он в конце концов так и не выздоровел, была задержка с началом лечения.

Ваньжу хотела воспользоваться возможностью, когда посетить монастырь Цзиньсинь, чтобы сказать монахине Минцю, что она согласна изучать медицину.

– Барышня, вы собираетесь изучать медицину под руководством монахини Минцю? – спросила няня Юй, почти читая мысли Цинь Ваньжу. Однако няня Юй все еще была удивлена этим и сказала: – Это было бы трудно сделать, к тому же ваша бабушка не согласилась бы на это.

Старая мадам души не чаяла во второй мисс Цинь и не позволяла ей переутомляться.

– Бабушка согласится. Возраст поджимает ее. Если бы я могла овладеть медицинскими навыками, я смогла бы позаботиться о ней, если бы с нею что-то случилось! – сказала Цинь Ваньжу, тихо вздыхая.

Она была опытной в медицине, однако в прошлой жизни ей не полагалось обладать какими-либо медицинскими знаниями в этом время, поэтому она не осмеливалась это показывать.

Однако, как только она станет ученицей монахини Минцю, она сможет не скрывать, что у нее есть медицинские навыки.

Изучать медицину нужно было не только для того, чтобы спасти себя, но и для того, чтобы спасти других. Тем более что она собиралась спасти жизнь человека, которого так хотела спасти в своей предыдущей жизни.

В ее предыдущей жизни он был единственным человеком, которому она была благодарна за всю свою недолгую жизнь.

***

На следующее утро Цинь Ваньжу первым делом отправилась к старой мадам, чтобы убедиться, что подготовка к поездке была завершена. Как только ее бабушка проснулась, она вернулась в свой двор, чтобы позавтракать. К тому времени, как она покончила с едой, Шуй Жолань послала за ней прислужниц, чтобы помочь перенести багаж.

Конные экипажи стояли у главных ворот, ожидая, когда они отправятся. Всего было четыре кареты. Первая из них была самой большой из всех, и она предназначалась для старой мадам и Шуй Жолань. Вторая карета предназначалась для Цинь Юйжу, а третья – для Цинь Ваньжу, в то время как их вещи и другие слуги заняли последнюю карету.

К тому моменту, как Цинь Ваньжу подошла к воротам, Цинь Юйжу уже некоторое время ждала ее там. Когда она заметила Цинь Ваньжу, она тепло улыбнулась и предложила:

– Вторая младшая сестра, не хочешь поехать в моей карете? Мы можем составить друг другу компанию во время поездки и поболтать.

Она притворилась ласковой и приветливой, как будто между ними ничего не произошло.

– Старшая сестра, мы обе были ранены, а это значит, что в какой-то момент во время путешествия нам, возможно, понадобиться прилечь, чтобы отдохнуть. Я боюсь, что нам обоим не хватит места в небольшой карете, чтобы лечь, – ответила Цинь Ваньжу, качая головой.

Если бы они обе ехали в одном экипаже, со стороны казалось бы, что у них хорошие отношения. Однако Цинь Ваньжу не хотела выставлять это ложное прикрытие их отношений.

Не ожидая, что Цинь Ваньжу открыто отвергнет ее предложение, Цинь Юйжу недовольно посмотрела на нее. Выражение ее лица было холодным, когда она высокомерно произнесла:

– Раз ты не хочешь, тогда забудь об этом.

После этого короткого разговора Цинь Юйжу больше не хотела ждать Цинь Ваньжу. Она села во второй экипаж, опираясь за руку Мэйсюэ.

С другой стороны, Цинь Ваньжу продолжала ждать, стоя у ворот, и вскоре увидела Шуй Жолань, которая помогала идти старой мадам. Цинь Хуайюн и его жена сопровождали старую мадам, и толпа людей проходила через ворота поместья генерала.

Цинь Ваньжу достала из экипажа маленький табурет, чтобы старая мадам могла на него наступить, садясь в карету, и поддержала старушку с другой стороны. Две горничные, которые вместе вскочили в карету, помогли старой мадам и втащили ее в карету.

После того, как все расселись по своим экипажам, вся процессия отправилась в путь.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 56. Это входит обязанности подданного короля

Глава 56. Это входит обязанности подданного короля

.

– Я навязывался тебе в течение многих дней, генерал, – сказал молодой человек, который был настолько красив, что выглядел так, словно сошел с картины. Он слегка постучал пальцами по подлокотнику кресла и улыбнулся милой и теплой улыбкой.

Юный принц выглядел совершенно невинным, особенно потому, что также выглядел слабым после болезни. Каждый, кто увидел бы его в первый раз, подумал бы, что он очень красивый юноша.

– Не говорите так, ваше величество, это входит в мои обязанности как подданного короля! – почтительно сказал Цинь Хуайюн, склонив голову в поклоне.

Чу Лючэнь склонил голову набок и слегка прокашлялся, потом поднял глаза и мягким голосом сказал:

– Должно быть, генералу было трудно помочь мне сохранить этот секрет. Я слышал, что в монастыре Цзиньсинь есть хорошая лекарка, которая очень искусна в медицине. Как ты думаешь, могу ли я поехать туда и остаться там на несколько дней?

– Эм... – Цинь Хуайюн заколебался.

– Почему ты не можешь ответить? Есть какие-то проблемы, генерал армии Нинъюань? – спросил Чу Лючэнь, улыбаясь и снова склонив голову набок.

Его губы были такими бледными, что, казалось, лишились всех красок. По этой причине юноша выглядел еще более хрупким и болезненным, но все же был исключительно привлекательным, как будто весь свет сиял на его лице.

Красивый и невинный словно ангел!

Это было первое впечатление, которое Чу Лючэнь произвел на Цинь Хуайюна. По мнению генерала, этого болезненного на вид мальчика нельзя было считать опасным человеком!

– Монастырь Цзиньсинь не разрешил бы ночевать ни одному мужчине, – сказал Цинь Хуайюн, на мгновение запнулся, но решил быть откровенным. Он пояснил: – Видите ли, там живут только монахини, поэтому они не позволили бы ни одному мужчине остаться в монастыре на ночь. Все гостевые кельи в монастыре Цзиньсинь предназначены только для женщин.

– Неужели не было ни одного мужчины, который отправился бы в монастырь Цзиньсинь за медицинской помощью? – вежливо спросил Чу Лючэнь, и его губы изогнулись в улыбке.

Это заставило Цинь Хуайюна поверить, что принц Чэнь был благородным и порядочным юношей, который, к сожалению, был болезненным человеком.

– На самом деле есть одно место, где вы можете переночевать, но там довольно тесно, и я боюсь, что ваше величество может чувствовать себя там некомфортно, – сказал Цинь Хуайюн после некоторого раздумья. – Этот двор расположен недалеко от монастыря Цзиньсинь. Раньше был другой мужчина, который искал медицинской помощи в монастыре Цзиньсинь и построил себе убогий домик на горе неподалеку.

– Расскажи мне об этом! – попросил Чу Лючэнь, пощипывая себя за подбородок.

– Я купил небольшой участок земли рядом с монастырем Цзиньсинь, на котором тот мужчина построил себе домик. Я приказал возвести пристройку к дому, но помещение все еще довольно маленькое. Если ваше величество не возражает, вы можете остановиться там. Это совсем рядом с монастырем Цзиньсинь, и будет удобно пригласить преподобную из монастыря Цзиньсинь приходить туда, чтобы лечить вас, – ответил Цинь Хуайюн.

Он сам останавливался в этом дворе всякий раз, когда проведывал старую мадам в монастыре Цзиньсинь. Старая мадам всегда оставалась в монастыре Цзиньсинь на некоторое время, когда ей было плохо, и Цинь Хуайюн проводил свои ночи в этом месте всякий раз, когда навещал ее.

– Хорошо, я остановлюсь там. Мой дядя-император разрешил мне покинуть столицу, чтобы, если я столкнусь с каким-нибудь искусным врачом, тот меня вылечил. Я заболел этой болезнью еще в утробе матери, поэтому я не надеюсь на полное выздоровление. Все, о чем я прошу, – это уменьшить мои страдания, – бесстрастно сказал Чу Лючэнь, как будто он говорил не о свой собственной жизни.

После этого он отвернулся и попытался подавить сильный кашель.

Цинь Хуайюн сразу опустил глаза вниз, когда внезапно почувствовал волну горя в своем сердце. Он часто воевал плечом к плечу с покойным императором, и у него были гораздо более глубокие чувства к нему, чем к нынешнему императору, который был дядей принца Чэня, а не его отцом. Предполагаемый наследный принц теперь был просто принцем и болезненным мальчиком.

– Ваше величество, как ваш подданный, я провожу вас и попрошу, чтобы преподобная монастыря Цзиньсинь лечила вас, – сказал Цинь Хуайюн.

– Похоже, мне придется снова побеспокоить генерала! – тихо сказал Чу Лючэнь, когда перестал кашлять.

– Позвольте мне отправиться раньше вашего величества, чтобы сделать необходимые приготовления! – сказал Цинь Хуэйюн, и, получив разрешение, с поклоном вышел, чтобы подготовить конные экипажи для Чу Лючэня.

Когда Чу Лючэнь впервые прибыл в префектуру Цзянчжоу, с ним было всего несколько экипажей. Он проинструктировал Цинь Хуайюна никому не сообщать о своем прибытии, да так строго, что тот даже не сказал об этом своей жене и дочерям.

– Вы собираетесь в монастырь Цзиньсинь, господин? – спросил Сяо Сюаньцзы, один из главных евнухов принца, озадаченный тем, что монастыря Цзиньсинь не было в их первоначальном маршруте.

– Конечно. Я слышал, что преподобная настоятельница монастыря Цзиньсинь – высококвалифицированный врач. Не будет ничего плохого в том, если она осмотрит меня, – сказал Чу Лючэнь, садясь ровно, а затем откидываясь назад.

Хотя этот красивый молодой человек вел себя непринужденно, он не выглядел навязчивым.

– Насколько искусной в медицине может быть преподобная монахиня? Я уверен, что она не лечит людей, и они были исцелены по совпадению, – с сомнением сказал Сяо Сюаньцзы. – Если бы она действительно была так искусна во врачевании, она бы отправилась в столицу, чтобы ответить на Указ императора о призыве докторов, чтобы вылечить вас!

– Те, кто отправился в столицу, не обязательно могут быть великими врачами, а те, кто находится за пределами столицы, могут на самом деле оказаться великими врачами! Преподобная настоятельница монастыря Цзиньсинь – женщина, и ей не пристало лечить мужчин, – сказал Чу Лючэнь с улыбкой, постукивая пальцами по подлокотнику кресла.

– Господин, вы хотите сказать, что нашли человека, о котором говорил великий врач Цинь? – спросил сообразительный Сяо Сюаньцзы.

Надежда и волнение вспыхнули в его глазах.

Цинь Юй, божественный врач, помог Чу Лючэню получить разрешение уехать именно для того, чтобы тот нашел его младшую ученицу-лекарку…

***

Цинь Ваньжу не знала, что после того, как она покинула поместье генерала, генерал подготовил еще одну процессию конных экипажей в монастырь Цзиньсинь для Чу Лючэня.

К тому времени Цинь Ваньжу прибыла в монастырь Цзиньсинь. Она вышла из своего экипажа и подошла, чтобы помочь своей бабушке выйти из кареты. Преподобной настоятельнице монастыря Цзиньсинь сообщили об их прибытии, и она приветствовала их у ворот обители.

– На этот раз... кхе, кхе… Я буду беспокоить... кхе… вас, преподобная, опять! – сказала старая мадам хриплым голосом, прерываемым кашлем.

Из-за постоянного кашля за последние пару дней старушка очень сильно похудела, и на ее лбу проступили вены. Она выглядела очень хрупкой и изможденной.

– Давайте сначала войдем, мадам Цинь, прежде чем мы продолжим наш разговор! – сказала преподобная монастыря Цзиньсинь. Она взяла старую мадам под руку, сменив Цинь Ваньжу, и осторожно помогла больной женщине идти.

Не проверяя пульса старой мадам, преподобная монахиня уже могла сказать, что состояние женщины ухудшилось по сравнению с тем, когда она видела ее в последний раз.

Хотя прогулка к жилому зданию монастыря Цзиньсинь была не очень долгой, для старой мадам она оказалась достаточно утомительной. Старушка начала задыхаться уже после того, как сделала несколько шагов. Шуй Жолань шла рядом со своей тетей, продолжала осторожно вытирать пот с ее лица, и обеспокоенно хмурилась.

Когда они, наконец, вошли в комнату для гостей, преподобная монастыря Цзиньсинь помогла важной гостье лечь на кровать. По сравнению с другими врачами, преподобная монахиня была гораздо лучше знакома с состоянием здоровья старой мадам Цинь.

Когда преподобная монастыря Цзиньсинь слушала пульс старой мадам, и Шуй Жолань, и Цинь Ваньжу с тревогой уставились на нее. Спустя долгое время она, наконец, отпустила запястье старой мадам и встала.

Шуй Жолань уже собиралась спросить о состоянии здоровья своей тети, когда преподобная монахиня остановил ее движением руки.

– Преподобная, как… это мое состояние? – спросила старая мадам, открывая глаза.

– Как и раньше, вам нужно как следует отдохнуть. Я, как обычно, выпишу вам лекарство, чтобы вы принимали его постоянно, и с вами все будет в порядке. Однако возраст берет свое, мадам Цинь, поэтому вам нужно быть особенно осторожной! – заверила преподобная старушку.

Слова монахини немного успокоили старую мадам. Она слабо кивнула головой и еле слышным голосом сказала:

– Я побеспокою вас, чтобы вы сделали это для меня!

– Не говорите так, мадам Цинь! – сказала преподобная с улыбкой, затем попрощалась: – Я не буду дольше беспокоить вас, и оставлю вас сейчас отдыхать, мадам Цинь. Вы, должно быть, сильно устали с дороги.

Старая мадам действительно устала от путешествия, поэтому она кивнула и сказала:

– Хорошо!

После этого она закрыла глаза.

К тому времени, как все покинули комнату, преподобная монастыря Цзиньсинь остановила свой взгляд на Цинь Юйжу, которая все еще не сняла вуали.

– Старшая мисс Цинь, с вашим лицом все в порядке?

– Пожалуйста, осмотрите мое лицо, преподобная, – сказала Цинь Юйжу, снимая вуаль со своего лица.

Преподобная присмотрелась и увидела, что ее рана несерьезна. Она почти полностью зажила после нанесения какой-то мази, единственное, что было видно, – это несколько небольших пятен молодой кожи.

– Вам не о чем беспокоиться, старшая мисс Цинь. Рана почти зажила. Просто продолжайте быть осторожной и помните, что не следует употреблять острую пищу, – сказала преподобная с улыбкой.

– Как насчет моей руки? – Цинь Юйжу протянула свою забинтованную руку, и Мэйсюэ бросилась, чтобы снять повязку.

Когда преподобная взглянул на обширный участок обожженной кожи, она начала хмуриться.

– Боюсь… это оставит шрам после заживления. – Ожог покрывал довольно большую площадь на ее коже, которая в основном составляла всю ее ладонь. Похоже, мазь не справлялась со своей работой.

– Неужели нет никакого решения? – спросила Цинь Юйжу, бросив на Цинь Ваньжу холодный взгляд, и в то же время стиснула зубы!

– Если мы используем лучшую мазь, возможно, она будет исправит ситуацию, – сказала преподобная, пытаясь дать утешительный ответ.

Она немного нахмурилась, поймав злобный взгляд Цинь Юйжу, брошенный на Цинь Ваньжу, хотя это было всего лишь мгновение.

– Поскольку вы, старшая мисс Цинь ранены, вам тоже следует отдохнуть, – вежливо закончила разговор преподобная монахиня.

Цинь Юйжу собиралась сделать именно то, что сказала преподобная. Она встала, улыбнулась и мило произнесла:

– Простите, мы вынуждены беспокоить вас эти несколько дней!

– Не нужно извиняться, старшая мисс Цинь! – сказала преподобная и подозвала послушницу, чтобы та провела Цинь Юйжу в ее келью отдохнуть.

После того, как Цинь Юйжу вышла из комнаты, Цинь Ваньжу с тревогой спросила:

– Преподобная, в каком состоянии моя бабушка?

Преподобная ответила, что состояние старой мадам было таким же, как и в прошлые годы, но по хмурому выражению лица настоятельницы Цинь Ваньжу поняла, что болезнь ее бабушки внезапно обернулась к худшему. В этот раз все было не совсем так, как в прошлые годы, когда кашель начинал нарастать постепенно.

– Не перенесла ли мадам Цинь в последнее время какого-то потрясения? Возможно, что-то произошло внезапно и шокировало ее? – спросила преподобная, нахмурившись, когда увидела серьезность в глазах Цинь Ваньжу и Шуй Жолань, которые смотрели на нее с тревогой. Она знала, что они искренне обеспокоены здоровьем старой мадам, и решила ничего от них не утаивать.

– Эм… Я так не думаю... – ответила Шуй Жолань. Когда у старой мадам начался кашель, она уже заперла себя в семейном храме и не знала подробностей. Повернувшись к Цинь Ваньжу, она сказала: – Ваньжу, расскажи нам, что произошло в жизни бабушки на этот раз, когда она начала сильно болеть.

– Кое-что действительно случилось в поместье не так давно, когда пришла мисс Ци и устроила большой переполох. После того, как бабушка сходила посмотреть, что тогда произошло, она начала сильно кашлять еще до того, как успела вернуться в свой двор, – сказала Цинь Ваньжу после некоторого размышления.

Она предположила, что преподобная настоятельница монастыря Цзиньсинь уже знала об истории с Ци Жунчжи, как и то, что случилось с Цинь Юйжу. Эти два происшествия были самыми громкими скандалами в Цзянчжоу на данный момент.

В монастыре Цзиньсинь было много посетителей, и Ваньжу предполагала, что такие новости обязательно достигли бы ушей преподобной настоятельницы.

– Ваша бабушка внезапно начала сильно кашлять сразу после того, как мисс Ци упала в пруд? Были ли мадам Ди или старшая мисс Цинь там, когда это случилось? – нахмурившись, спросила настоятельница монастыря.

– И мама, и старшая сестра тоже приходили, – подтвердила Цинь Ваньжу.

– Болезнь вашей бабушки, должно быть, была спровоцирована чем-то внезапным… Все гораздо страшнее, чем в прошлом. – Преподобная монахиня снова заговорил только после паузы. Она не хотела держать в секрете состояние мадам Цинь. Она пристально посмотрела на Шуй Жолань, затем на напряженное личико Цинь Ваньжу и уверенно повторила: – На этот раз все действительно очень серьезно!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 57. Кто был бывшим преподобной настоятельницы монастыря Цзиньсинь?

Глава 57. Кто был бывшим преподобной настоятельницы монастыря Цзиньсинь?

.

– Вы хотите сказать... – прошептала Шуй Жолань дрожащим голосом.

– Что вызвало это обострение? Была ли это та же причина, что и в предыдущие годы? – спросила Цинь Ваньжу, уловив намек и пытаясь сдержать отчаяние в своем голосе.

– В прошлом болезнь старой мадам Цинь также была вызвана некоторыми обстоятельствами, когда осенью и зимой погода становилась холодной. С одной стороны, это было потому, что организм мадам Цинь плохо переносит холод, потому что она стареет. С другой стороны, это может быть из-за аллергической реакции, вызванной пыльцой цветов, которые цветут осенью. Это может быть одним из самых важных триггеров болезни старой мадам, – неторопливо объяснила преподобная настоятельница монастыря Цзиньсинь.

Она не хотела упоминать эти два фактора, потому что думала, что Шуй Жолань, в конце концов, была всего лишь племянницей старой мадам Цинь, которая на самом деле ничего не контролировала, а Цинь Ваньжу была все еще маленькой девочкой. Она считала, что ей не подобает объяснять им условия возникновения болезни старой мадам, и предпочитала не вмешиваться в дела их семьи.

Однако в конце концов она сказала им правду, когда увидела, как искренне они беспокоятся о старой мадам Цинь.

– Пыльца какого цветка вызывает аллергию? – серьезно спросила Шуй Жолань, подавляя печаль в своем сердце.

– Это растение под названием трава Циньцю. Оно цветет только в осеннее время. Я говорила об этом генералу Циню и его жене и даже сделала набросок цветка. Позже мадам Ди сказала, что в поместье не было травы Циньцю, поэтому я пришла к заключению, что кашель старой мадам Цинь был результатом ее возраста. Однако, глядя на состояние старой мадам сейчас, я уверена, что ее кашель был вызван пыльцой травы Циньцю. Кроме того, она, должно быть, подверглась воздействию значительного количества пыльцы. В противном случае кашель не был бы таким агрессивным и затяжным.

Преподобная настоятельница монастыря Цзиньсинь рассказала всю правду о положении старой мадам Цинь и замолчала.

– Что означает, что кто-то, должно быть, принес что-то, сделанное из травы Циньцю… – Шуи Жолань задумалась, и выражение ее лица резко изменилось.

– Я полагаю, что да, – сказала преподобная, кивая. – В предыдущие годы, когда у старой мадам Цинь начинался кашель, он не был таким внезапным и агрессивным. Поскольку вы вдвоем сопровождали старую мадам Цинь сюда, вы должны принять как можно больше мер для предотвращения ее контакта с аллергеном. Хотя в монастыре Цзиньсинь нет травы Циньцю, мы не можем быть уверены, что нет никого, кто мог бы ее принести.

– Трава Циньцю имеет какой-нибудь запах? – спросила Цинь Ваньжу, когда что-то мелькнуло у нее в голове.

– Для нечувствительного носа может показаться, что трава Циньцю не имеет запаха. Однако для таких пациентов, как ваша бабушка, отсутствие запаха не имеет значения, потому что сама пыльца вызывает болезнь. Ваша бабушка может и не догадываться, что рядом находится эта трава. Хотя трава Циньцю совсем не пахнет, она немного горьковата на вкус, – пояснила преподобная монастыря Цзиньсинь.

Руки Цинь Ваньжу задрожали, как будто что-то внезапно пришло ей в голову.

Это могло быть красивое саше, которое она видела каждый год. Она не обращала на него особого внимания, потому что это было что-то очень привычное ей, и на самом деле ничем не пахло. Она знала, что мадам Ди никогда не скупилась на травы для этого саше.

Она была дочерью герцога Юнкана, поэтому очень заботилась о том, что носила и ела. Даже в Цзянчжоу, так далеко от столицы, она следила за тем, чтобы все, что она использовала, было высокого класса. Она никогда не носила ничего старого и поношенного, и каждый сезон заменяла все аксессуары на модные, изготовленные на заказ. Это должно было поддержать ее статус дочери богатой уважаемой семьи.

Все, чем она обладала, было уникальным в Цзянчжоу.

Будет ли она при таком раскладе каждую осень носить с собой старый ароматический саше?

Оглядываясь назад, Ваньжу поняла, что мадам Ди каждый год начинала носить с собой один и тот же ароматный саше примерно в осеннее время.

– Что случилось бы с моей бабушкой, если бы она вдохнула пыльцу этой травы Циньцю сейчас? – спросила Цинь Ваньжу, чувствуя, что сходит с ума от беспокойства.

– Если бы эту траву снова принесли к старой мадам Цинь, я боюсь, что ее организм не выдержал бы этого... – сказала преподобная с поникшим лицом.

У Цинь Ваньжу дернулась рука, когда она внезапно вспомнила еще один момент. В ее предыдущей жизни мадам Ди носила ароматический саше на поясе, когда умерла бабушка. Она носила его с собой не только в Цзянчжоу, но и в столице, что действительно не было ее обычным поведением. Это указывало на то, что что-то было не так.

Холодок пробежал у Цинь Ваньжу по спине и распространился по конечностям. Ваньжу почувствовала себя так, словно ее окунули в ледяную воду.

Теперь она поняла, что бабушка умерла не только из-за нее, но и потому, что мадам Ди приложила к этому руку. Она пропустила такую важную информацию в своей прошлой жизни! Ее руки, засунутые в рукава, так сильно дрожали, что ей пришлось крепко сжать их, чтобы унять дрожь.

Мадам Ди была абсолютным злом!

Ваньжу определенно поквитается с нею в этой жизни!

– Может ли пыльца распространяться через одежду или аксессуары? – спросила Цинь Ваньжу после того, как наконец обрела дар речи. Она захлопала ресницами, изо всех сил стараясь скрыть горечь в своих глазах.

В ее предыдущей жизни бабушка оставила ее, когда она была маленькой, и все это оказалось частью злого плана мадам Ди. В то время отец повел армию к границе, где между странами возникли некоторые конфликты. Когда бабушка умерла, будучи генералом армии, он не мог приехать на ее похороны, чтобы не потерять свой пост. По этой причине смерть бабушки и похороны были сдержанными, и мадам Ди была единственным наблюдателем за всеми похоронами.

Все случилось таким образом, и все из-за этой злой мадам Ди!.

Она обманула всех, заставив поверить, что она добродетельная, нежная, чопорная и правильная жена.

Интуиция Цинь Ваньжу помогла ей выяснить важный момент. Коварный план мадам Ди, который ни с того ни с сего набрал обороты, ускорился только потому, что бабушка пыталась защитить ее.

Однако из-за всей этой спешки с осуществлением замысла мадам Ди избавиться от свекрови, Цинь Ваньжу уловила недостатки в ее плане. Если бы мадам Ди просто плыла по течению, как в предыдущие годы, и позволила бабушкиной болезни проявляться постепенно, никто бы не выявил источник болезни вплоть до самого конца.

– Пыльца легко разносится ветром. Если бы кто-то носил одежду или аксессуары, которые были в пыльце, в основном запах травы Цинцю не оказал бы никакого эффекта и не вызвал бы приступ кашля. Запах должен быть очень концентрированным, чтобы быть эффективным. Однако это все равно может повлиять на тех пациентов, у которых низкий иммунитет от природы. В таких случаях пациенты не смогут выдержать этого, даже если будет небольшой эффект.

Следовательно, виновником должен быть ароматный саше! Это был критический момент, чтобы быть настороже – Ваньжу не собиралась позволять мадам Ди причинять еще больший вред бабушке.

– Что нам теперь делать, преподобная? – спросила Цинь Ваньжу, когда немного успокоилась.

– Мы можем только попытаться сдерживать болезнь. Старая мадам Цинь никогда не должна подвергаться воздействию запаха травы Циньцю. По крайней мере, на территории монастыря Цзиньсинь у нас нет травы Циньцю, но...

Преподобная остановился на полуслове. Было очевидно, что она пыталась сказать им. Но, хотя у нее были близкие отношения со старой мадам Цинь, она не могла вмешиваться в их семейные дела, давая им знать о некоторых очень щепетильных моментах.

– Не беспокойтесь, преподобная. Я буду присматривать за своей тетей и тщательно проверять все вещи, которые она использует, чтобы убедиться, что она не почувствует запаха травы Циньцю где-нибудь рядом с собой, – серьезно сказала Шуй Жолань. Она, казалось, немного успокоилась после потрясения.

– Не только вещи, которые использует старая мадам Цинь или ее еда, но и вещи тех людей, которые ее окружают, тоже нужно проверять, – очень тихо подсказала преподобная настоятельница Шуй Жолань.

– Я понимаю, спасибо, преподобная, – ответила Шуй Жолань, почтительно поклонившись монахине. Когда она снова подняла глаза, у нее было тяжело на сердце.

Хотя она не понимала всей ситуации в целом, благодаря разговору между преподобной и Цинь Ваньжу ей удалось собрать некоторую необходимую информацию. Она сделала глубокий вдох и приняла для себя решение.

Она ни в коем случае не собиралась оставаться в семейном храме поместья генерала до конца своей жизни. У нее все еще была ее стареющая тетя и подрастающая Ваньжу, которых она должна была защищать от опасности. Благодаря козням мадам Ди, генерал теперь обязан предоставить ей высокое положение в своем доме. Она собиралась потребовать свое законное место в семье, даже если мадам Ди сейчас не захочет этого.

***

Дамы из поместья генерала наконец-то обосновались в монастыре Цзиньсинь.

Состояние старой мадам требовало, чтобы ее содержали в тихом месте, поэтому ей дали самую тихую келью, которая была дальше от комнат сестер Цинь. Кроме того, старая мадам пожелала, чтобы обе сестры залечили свои раны в тишине. Однако Шуй Жолань было разрешено делить комнату старой мадам вместе с няней Дуань и горничной Цюй Сянь, которые обслуживали старую мадам.

Каждый, у кого был шанс приблизиться к старой мадам Цинь, должен был сначала пройти через Шуй Жолань.

Каждый раз, когда Цинь Юйжу приходила, она оставалась за дверью и разговаривала со своей бабушкой через щель в двери, потому что старая мадам не впускала ее в свою комнату. Она разрешала войти только Цинь Ваньжу, и после этого они обычно весело болтали.

Они пробыли в монастыре Цзиньсинь всего несколько дней, а старая мадам уже выглядела намного лучше, чем когда прибыла из поместья генерала.

Когда старая мадам почувствовала, что она сильно поправилась, она не захотела, чтобы Цинь Ваньжу и Шуй Жолань были связаны ею, поэтому она попросила преподобную настоятельницу подготовить Шуй Жолань другую комнату рядом с комнатой Цинь Ваньжу, чтобы ей не нужно было присматривать за ней каждую ночь. Она могла бы погулять по монастырю Цзиньсинь в течение дня.

Старую мадам спасли, так что Шуй Жолань и Цинь Ваньжу чувствовали себя гораздо увереннее, и по очереди составляли компанию старушке утром и днем соответственно.

***

В этот день Цинь Ваньжу только что вернулась в свою комнату из комнаты своей бабушки, когда ее пригласили пройти в покои преподобной настоятельницы.

– Вторая мисс Цинь, как продвигается дело, которое я просила вас выяснить для меня? – спросила преподобная.

– Вы имеете в виду мазь на моей ране? – спросила Цинь Ваньжу, поднимая раненую руку. Прошло некоторое время и рана на ее руке более или менее полностью зажила, и движения рукой больше не причиняли ей боли.

– Верно, – сказала преподобная, чьи глаза, казалось, смотрели куда-то вдаль.

– Это не моя бабушка нанесла мазь на мою рану, это сделал... – Цинь Ваньжу заколебалась, так как знала, что она не должна никому ничего рассказывать о Чу Лючэне. – На самом деле это был другой человек, который нанес мне мазь на рану, но он не хочет, чтобы кто-нибудь знал о нем, – дала неопределенный ответ Цинь Ваньжу после паузы, чтобы обдумать это.

С одной стороны, она не могла раскрыть подробности, но все же не хотела лгать преподобной настоятельнице монастыря Цзиньсинь.

– Он… он все еще такой же… – сказала преподобная себе под нос и усмехнулась.

– Преподобная, вы его знаете? – ошеломленно спросила Цинь Ваньжу, и в ее глазах мелькнуло удивление. Она никогда не подумала бы, что преподобная настоятельница монастыря Цзиньсинь знает Чу Лючэня.

– И что с того, что я его знаю? – в голосе преподобной прозвучала горечь, затем она продолжала: – Прошло так много лет! Я не знаю, как он сейчас. Я полагаю, что эта мазь, которую он нанес на вашу рану, хорошо подействовала! Я поражена тем, что он когда-либо пошевелил бы пальцем, чтобы помочь другим!

Внезапно Цинь Ваньжу подумала, что преподобная монахиня, должно быть, все неправильно поняла.

Так много лет?

Это не звучало так, как будто она имела в виду Чу Лючэня, которому в этом году было всего около четырнадцати-пятнадцати лет.

– О ком говорит преподобная? – спросила Цинь Ваньжу, озадаченно моргая глазами.

– Забудь об этом, давай не будем говорить о нем. На самом деле не имеет значения, говорим мы о нем или нет! – вздохнула преподобная. Она подняла лицо, чтобы показать спокойную улыбку, знак того, что ее больше не беспокоит этот вопрос.

– Тот человек, о котором вы говорите, молодой человек в подростковом возрасте, преподобная? – спросила Цинь Ваньжу, не в силах подавить пробудившееся любопытство.

– Как он может быть молодым человеком в подростковом возрасте?! – удивленно вскинулась преподобная.

– Но этот человек, которого я встретила, всего лишь юноша лет пятнадцати! – сказала Цинь Ваньжу, которая сразу поняла, что они говорят не об одном и том же человеке.

– Может ли молодой человек быть его учеником? – спросила себя преподобная, которая расплылась в удивленной улыбке, и она продолжила: – Можете ли вы попросить его прийти и навестить меня?

– Это… это было бы трудно! – сказала Цинь Ваньжу, похоже, оказавшись в затруднительном положении. Она не осмеливалась принять решение в отношении Чу Лючэня. Она также не была уверена, покинул ли принц ее дом, но предположила, что он не мог вечно продолжать оставаться в поместье генерала.

– Тогда... забудем об этом! – вздохнула преподобная, продолжая: – Пусть судьба решит, встретимся ли мы с ним!

Цинь Ваньжу видела, что преподобная не хочет продолжать этот разговор. Она сменила тему и спросила:

– Преподобная, куда подевалась монахиня Минцю? Я ее не нашла.

Цинь Ваньжу искала монахиню Минцю последние несколько дней, но безуспешно.

– Она уехала на время и еще не вернулась. Я понятия не имею, куда она направилась! – беспомощно сказала преподобная настоятельница, потирая переносицу между глаз.

Эта младшая сестра-послушница жила в монастыре Цзиньсинь только на словах. На самом деле она не проводила здесь много времени.

– Вы знаете, когда она вернется? – спросила Цинь Ваньжу.

– Я не могу сказать когда. Это может случиться сегодня или завтра, или даже следующей весной! – ответила преподобная.

– Есть ли способ попросить ее вернуться пораньше? – с надеждой спросила Цинь Ваньжу.

– Почему вы ищете мою младшую сестру, вторая мисс Цинь? – с любопытством спросила преподобная.

– Я хочу изучать медицину у монахини Минцю! – правдиво сказала Цинь Ваньжу. Она упустила эту возможность в своей предыдущей жизни, и теперь не собиралась упускать этот шанс снова в этой жизни.

Вот оно что… Девочка хотела изучать медицину у монахини Минцю…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 58. Старшая сестра задумала разрушить репутацию тети Шуй?

Глава 58. Старшая сестра задумала разрушить репутацию тети Шуй?

.

– Это... – Преподобная монастыря Цзиньсинь, казалось, разрывалась между выбором.

– Неужели это невозможно? – спросила Ваньжу с широко открытыми глазами.

– Я не могу утверждать, что это невозможно, но это вы отвергли ее предложение, когда она выбрала вас. Вам было не интересно учиться медицине. Ваша бабушка также сказала моей младшей сестре-послушнице, что вы никогда не захотите изучать медицинские науки. После нескольких попыток сестра Минцю, наконец, отказалась спрашивать вас. Она сказала мне, что больше не хочет брать учеников! – вежливо пояснила преподобная мать-настоятельница.

Она пыталась сказать, что монахиня Минцю была слишком расстроена отказом Цинь Ваньжу, поэтому решила никогда не принимать других учеников. Мысль об этом заставила Ваньжу почувствовать себя виноватой, и все потому, что она в прошлой жизни не знала, как оценить ценность такого предложения, и она огорчила монахиню Минцю.

– Преподобная, когда монахиня Минцю вернется, я обязательно попрошу у нее прощения,– решительно сказала Цинь Ваньжу с искренностью в глазах.

Хотя эта девочка была всего лишь ребенком, в ней было что-то такое, что заставляло людей верить в то, что она говорила, верить, что она не просто ребенок, дающий пустые обещания.

Преподобная невольно улыбнулась и печально сказала:

– Младшая сестра-послушница за свою жизнь прошла через столько страданий и одиночества. Она никогда ни с кем не сближалась, и только вы привлекли ее взгляд. Должно быть, судьба сделала ваши отношения особенными.

Ваньжу могла прочесть более глубокий смысл слов преподобной, хотя та высказалась иносказательно, и склонила голову от стыда.

Особые отношения между людьми были предопределены, точно так же, как когда монахиня Минцю, которая хотела взять Цинь Ваньжу в ученицы, впервые увидев ее. Однако если бы она не дорожила этой судьбой, хорошая возможность была бы упущена навсегда.

***

– Вторая мисс Цинь, вторая мисс Цинь, старшая мисс Цинь ищет вас! – Цинь Ваньжу была остановлена горничной Мэй Сюэ, когда шла из покоев преподобной обратно в свою комнату.

– В чем дело? – остановившись, спросила Цинь Ваньжу.

– Вторая мисс Цинь, вы узнаете это, когда доберетесь туда. Пожалуйста, следуйте за мной! – сказала Мэй Сюэ. Она указала направо и сказала: – Старшая мисс Цинь ждет вас в павильоне прямо напротив!

Оказалось, что Цинь Юйжу уже поджидала ее.

В глазах Ваньжу вспыхнул огонек, и она скривила уголки губ. Она не думала, что ей и Цинь Юйжу было о чем говорить. Их отношения были разорваны, и они пытались вести себя дружелюбно только в присутствии посторонних.

Дружеское приглашение Цинь Юйжу было чем-то новым, чего никогда не случалось даже до того, как их отношения стали такими натянутыми.

– Пойдем! – сказала Цинь Ваньжу, не отказываясь от приглашения. Она повернулась и пошла в направлении, указанном Мэй Сюэ. Она хотела посмотреть, что задумала Цинь Юйжу после нескольких дней затишья.

Цинь Юйжу сидела в павильоне совсем одна. Павильон был расположен прямо рядом с рукотворной декоративной Каменной Горкой среднего размера, и он был довольно уединенным.

Однако, в конце концов, это было не поместье генерала, и они были видны другим гостям, посещающим монастырь Цзиньсинь, которые время от времени проходили мимо павильона. Большинство паломников были женщинами, хотя изредка попадались и мужчины. Однако мужчинам строго запрещалось ночевать в монастыре Цзиньсинь, даже если им разрешалось бывать там в дневное время.

Ожог на лице Цинь Юйжу зажил, и вуаль, закрывавшая ее лицо, была снята. Рана хорошо зажила, и маленькие пятна вокруг нее выцвели, став почти невидимыми. К счастью, она выглядела такой же красивой и нежной, как и раньше. Улыбка вспыхнула на ее лице, когда она увидела приближающуюся Цинь Ваньжу.

Цинь Юйжу встала и сказала:

– Вторая сестра, сюда!

Когда Цинь Ваньжу заметила Цинь Юйжу, она моргнула и направилась к ней, устремив на нее свои темные, блестящие глаза.

– Пожалуйста, садись, вторая сестра, я ждала тебя уже некоторое время! – вежливо пригласила ее Цинь Юйжу.

Когда Цинь Ваньжу вошла в павильон, Цинь Юйжу лично налила ей чаю.

Чайник стоял на каменном столе, и по тому, насколько кипела вода в нем, Ваньжу могла сказать, что чай был только что заварен. Тонкий аромат чая разлился в воздухе, и Ваньжу смогла разобрать, что это был чай с хризантемами, ее любимый.

– Пожалуйста, выпей чаю, вторая сестра! – сказала Цинь Юйжу с улыбкой, подняла голову и указала на чашку, также сделав глоток из своей чашки.

Цинь Ваньжу перевела взгляд с чашки на Цинь Юйжу и слегка улыбнулась.

– Почему ты так спешила увидеть меня, старшая сестра? – спросила она с детским видом.

– На самом деле я не спешила. Я просто хотела кое-что обсудить с тобой, – сказала Цинь Юйжу, сохраняя улыбку на лице, и ставя свою чашку с чаем.

– Что обсудить? – спросила Ваньжу, и в ее глазах вспыхнул свет.

– Собственно, ничего серьезного. Наша бабушка приехала с нами двумя, и мы сейчас ближе всех к ней из тех, кто рядом. Мне нужно кое-что обсудить с тобой, даже если ты еще так мала, – сказала Цинь Юйжу со вздохом, как будто ей многое нужно было сказать.

Она помахала Мэй Сюэ, давая ей знак покинуть павильон, и перевела взгляд на Цин Юэ, которая пришла за Цинь Ваньжу сюда, намекая, что она тоже должна уйти, чтобы они могли поговорить наедине.

Ваньжу бросила на Цин Юэ взгляд, указывающий, что ей не следует покидать павильон, что та и сделала. Горничная отошла и встала на некотором расстоянии.

– Пожалуйста, говори, что ты хочешь сказать. Цин Юэ никому об этом не расскажет, она моя доверенная служанка! – категорично заявила Цинь Ваньжу.

– Лучше всего никому не сообщать об этом... этом деле, – с тревогой сказала Цинь Юйжу, стиснув зубы.

– Поскольку ты не хочешь, чтобы кто-то об этом знал, просто держи это при себе. Я еще ребенок, так что тебе не обязательно мне говорить. Что, если это сорвется с моего языка? Это создаст много проблем, – сказала Ваньжу с безразличием наивного ребенка, в то время как острый взгляд промелькнул в ее глазах, а уголки губ приподнялись.

Цинь Ваньжу, казалось, не интересовало то, что Цинь Юйжу хотела ей сказать!

«Тупая, как пробка», – с досадой подумала Цинь Юйжу. Она пообещала себе, что разберется с ней, как только избавится от Шуй Жолань. Уничтожить их по отдельности было бы более эффективно, чем иметь дело с ними обеими вместе. Взвесив этот вопрос, Цинь Юйжу выдавила из себя улыбку.

– Не говори так, сестренка. На самом деле, я действительно не могу найти никого другого, с кем можно было бы обсудить этот вопрос. Хотя ты все еще ребенок, ты очень умная девочка. Я уверена, что мы сможем найти решение, если обсудим это, – сказала Цинь Юйжу, заставляя себя улыбаться и подавляя бушующую в ней ярость.

Служанки, посланные мадам Ди, снова и снова напоминали Цинь Юйжу, чтобы она ни за что не поссорилась с Цинь Ваньжу в этот момент.

– Хорошо, расскажи мне, в чем дело, старшая сестра! – сказала Ваньжу, улыбаясь и выглядя послушным ребенком.

Хотя она была еще девочкой, у нее были кристально чистые глаза, которые привлекали внимание людей. Даже многочисленные посетители тихого монастыря Цзиньсинь обратили на нее внимание.

Среди них были и те, кто признал, что они были двумя дочерьми командующего армией Нинъюань.

Более того, о старшей мисс Цинь в последнее время ходило много слухов, поэтому посетителям, которые узнали ее, было особенно любопытно, о чем говорили две сестры.

Все знали, что старшая мисс Цинь подставила вторую мисс Цинь, чтобы получить возможность выйти замуж за влиятельную и богатую семью в столице. Почему сейчас казалось, что их отношения наладились? Неужели маленькую девочку снова обманули?

Цинь Ваньжу взглянула на прохожих, она могла более или менее догадаться, что у них на уме. Улыбка играла на ее губах, когда она терпеливо ждала, пока Цинь Юйжу продолжит свое представление.

Можно сказать, что репутация Цинь Юйжу в Цзянчжоу была полностью уничтожена. Ей не помогло бы, даже если бы она попыталась объясниться. Было бессмысленно устраивать подобную показуху, чтобы притвориться, что у нее хорошие отношения с младшей сестрой, потому что никто бы в это не поверил, так что это не помогло бы ее ситуации.

Тогда что именно хотела сделать Цинь Юйжу? Она огляделась и остановила взгляд на Каменной Горке перед собой!

– Сестренка, ты знаешь о скандале, касающемся тети Шуй и отца? – спросила Цинь Юйжу.

Цинь Ваньжу поколебалась секунду, затем придвинулся ближе к Цинь Юйжу и начала ей шептать:

– Ты о том, как мама подстроила, чтобы наш отец перепутал дворы и опозорил тетю Шуй? – Ваньжу поднял глаза, чтобы невинно взглянуть на Цинь Юйжу, затем продолжила: – Я подслушала, как бабушка и отец говорили об этом, и так все узнала. Старшая сестра, зачем мама это сделала? Неужели ей не нравится тетя Шуй?

Цинь Юйжу побледнела. Она с удивлением посмотрела на невинный вид Цинь Ваньжу. Они не предвидели этого. Как глупая Цинь Ваньжу могла вот так сразу вынести суждение о матери?

– Как ты можешь такое говорить о маме, сестренка? – воскликнула Цинь Юйжу.

Ее лицо вытянулось, и внутри у нее все закипело. Она попыталась быть двусмысленной в своих вступительных словах, надеясь пустить некоторые сплетни о Шуй Жолань.

– Но... это были точные слова отца! – воскликнула Цинь Ваньжу, притворяясь озадаченной. Она ясно видела ярость Цинь Юйжу в ее глазах.

Цинь Юйжу почти не могла спокойно сидеть на месте. Она пристально посмотрела на Цинь Ваньжу, подумав, что та – непроходимая дура. Ей не терпелось разобраться с ней после того, как они устранят Шуй Жолань.

– Отец… он так сказал… Он просто боялся расстроить бабушку, потому что ей все это время нравилась тетя Шуй. Если бы бабушка узнала, что за этим скандалом стоит тетя Шуй, ей было бы очень грустно. Более того, бабушка стареет и находится теперь здесь, чтобы восстановиться, – сказала Цинь Юйжу. Вздыхая, она взяла чашку и сделала глоток, глядя вниз.

Она намеренно смотрела вниз, чтобы скрыть от Цинь Ваньжу ярость и презрение в глазах.

Для нее Цинь Ваньжу на самом деле не принадлежала семье генерала, а была усыновлена. Она не понимала, почему к этому найденышу так тепло относились и отец, и бабушка. Если бы мама не огласилась, она бы сейчас попрошайничала на улицах. Какое право имела Цинь Ваньжу считать, что она по рождению ровня ей?

– Но то, что произошло в тот день… Это действительно был план матери! Она отвлекла горничную тети Шуй и заманила папу в комнату тети Шуй, тем самым разрушив репутацию тети Шуй! Неужели мама планирует снова подставить тетю Шуй? – воскликнула Цинь Ваньжу с праведным гневом. Ее лицо напряглось, когда она попыталась говорить так, словно боролась за справедливость ради Шуй Жолань.

– Ты… Ты говоришь глупости! – прошипела Цинь Юйжу, и улыбка мгновенно исчезла с ее лица. Она с силой поставила чашку на стол, и та громко стукнула.

– Я не говорю глупости… Отец провел тщательное расследование. Если ты мне не веришь, ты можешь послать слуг, чтобы уточнить все у отца! – сказала Ваньжу с оттенком насмешки, мелькнувшей в ее глазах, в то время как она сохраняла невозмутимое наивное выражение лица.

К этому времени Ваньжу прекрасно поняла намерения Цинь Юйжу!

– Ты… почему ты не слушаешь меня?! Этот случай не имел никакого отношения к матери! Это не мама все подстроила! Просто подумай сама, кто может извлечь из этого выгоду! – в ярости взревела Цинь Юйжу.

– Разве это подстроила не мама? Но я слышала, что мама хотела вынудить отца взять тетю Шуй в наложницы. Сама подумай, почему тетя Шуй, такая замечательная дама, стала бы стремиться стать чьей-то наложницей? – невинно спросила Ваньжу. В конце концов, она была ребенком, так что для нее было нормально говорить то, чего Цинь Юйжу не могла произнести. Непреклонным тоном Цинь Ваньжу продолжала: – Ты мне не веришь, старшая сестра? Тогда давай пошлем слуг спросить отца!

Цинь Ваньжу будет бороться за то, чтобы Шуй Жолань по закону вышла замуж за генерала, так как мадам Ди снова попыталась вмешаться и сделать ее простой наложницей без статуса.

Цинь Юйжу немедленно подавила свой гнев и попыталась изобразить печаль на лице. Она встала, притворилась, что обнимает Цинь Ваньжу, и начала тихо ее увещевать:

– Ты… Ваньжу, ты изменилась. Тетя Шуй заморочила тебе голову, чтобы ты говорила гадости об отце и матери.

Претенциозная навязчивость Цинь Юйжу вызывала у Ваньжу отвращение. Та даже смогла подавить свой гнев и притвориться доброй. Это было то, что она любила проворачивать в присутствии Ци Тяньюя.

За милым и нежным фасадом скрывался злой, подлый человек, похожий на ядовитую змею, точно так же, как мадам Ди была похожа на ядовитого скорпиона.

– Похоже, старшая сестра, ты не желаешь вступать в открытую конфронтацию с отцом, и ты пытаешься говорить двусмысленно. Ты так поступаешь потому, что мама дала тебе инструкции уничтожить репутацию тети Шуй, пока мы здесь, в монастыре Цзиньсинь? – резко спросила маленькая наивная Цинь Ваньжу, внезапно вставая и срывая завесу согласия между двумя сестрами.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 59. Так называемая добросердечная старшая мисс Цинь

Глава 59. Так называемая добросердечная старшая мисс Цинь

.

– Ты... – прошипела сквозь стиснутые зубы Цинь Юйжу, крепче сжимая свою чашку в руках.

– Если это все, старшая сестра, тогда я ухожу. Теперь очередь тети Шуй отдыхать. Здоровье бабушки ухудшается, если меня не будет рядом с ней, тете Шуй придется и дальше приглядывать за ней. Тетя Шуй так сильно похудела за последние несколько дней, ухаживая за бабушкой! – сказала Цинь Ваньжу, отряхивая пыль с рукавов, и встала, чтобы уйти.

Лицо Цинь Юйжу стало пепельного цвета. К счастью, у нее еще остались крохи здравого смысла, иначе она швырнула бы чашку с горячим чаем прямо в лицо Цинь Ваньжу.

Как смеет эта простолюдинка намекать, что она, Цинь Юйжу, не заботилась о больной бабушке, намекая, что только сама Цинь Ваньжу и Шуй Жолань были единственными, кто это делал?!

– Старшая сестра, у меня нет времени бездельничать тут с тобой, мне пора идти! – сказала Цинь Ваньжу, поворачиваясь и уходя, до того как Цинь Юйжу смогла что-то сказать.

Цин Юэ быстро последовала за своей маленькой хозяйкой.

Хотя хризантема была обычным цветком, только чай с хризантемой, подаренный Ци Тяньюем, мог испускать такой тонкий аромат. Более того, эта хризантема была свежей. Цинь Юйжу даже не использовала эти цветы несколько дней, пока пила чаи в монастыре. Она явно приберегла их для чего-то важного.

В сочетании с претенциозной манерой поведения старшей сестрицы, Ваньжу могла сказать, что за Каменной Горкой кто-то их подслушивал, и этим человеком должен был быть Ци Тяньюй!

К тому времени, как Цинь Юйжу осознала ситуацию, было уже слишком поздно звать Цинь Ваньжу, чтобы остановить ее. Она могла только смотреть в спину Цинь Ваньжу глазами, полными ненависти.

Она немного поколебалась и приняла элегантную позу, опершись спиной на Каменную Горку. Со стороны это выглядело так, будто она просто пила чай, размышляя о чем-то глубоком.

На самом деле она закрывала рот чашкой с чаем в руке, что-то шепча кому-то.

– Старший брат Тяньюй, видишь, я же говорила тебе, что Ваньжу на стороне тети Шуй. В любое время у тети Шуй за спиной есть Цинь Ваньжу. Младшая сестра, кажется, совершенно забыла, что ее вырастила моя мама.

– Неужели сестра Ваньжу оказалась таким неблагодарным человеком? – спросил Ци Тяньюй из-за Горки, в его голосе звучало сомнение и отчаяние. – Что с ней такое?!

– Я тоже не знаю… Возможно, тетя Шуй что-то ей наговорила. В конце концов, она все еще ребенок и не понимает, где правда, а где ложь! – сказала Цинь Юйжу, и ее лицо выглядело так, как будто она была опечалена. Она должна была притворяться, что она хорошая сестра!

Ци Тянью, стоявший за Каменной Горкой, притих.

– Ты не веришь тому, что я говорю, брат Тянью? – спросила Цинь Юйжу со слезами в глазах. Она медленно повернулась и посмотрела в сторону рокария. С этого ракурса она смутно видела Ци Тяньюя, одетого в белый халат, и была уверена, что он тоже ее хорошо видит.

Цинь Юйжу изначально думала, что, сказав Цинь Ваньжу несколько расплывчатых слов, она заставит Ци Тяньюя поверить в ее историю о Шуй Жолань, независимо от того, поняла ли Цинь Ваньжу ее послание. Она и представить себе не могла, что Цинь Ваньжу будет так откровенна со своими комментариями, и это полностью испортило ее план.

К счастью, учитывая ее влияние на Ци Тяньюя, она была уверена, что ситуацию можно спасти.

Свет вспыхнул в глазах Ци Тяньюя, который стоял за Каменной Горкой. Он, казалось, колебался. Он ясно слышал содержание разговора между двумя сестрами.

– Брат Тяньюй, моя младшая сестра несла какую-то чушь. Ты будешь сомневаться в моих словах только из-за этого? Я... я все еще надеюсь, что мы сможем быть вместе… Я убедила маму помочь нам, но сейчас мама сама оказалась в затруднительном положении! Если тетя Шуй действительно выйдет замуж за отца и получит статус в нашем доме, я... я не знаю, что может произойти!

Цинь Юйжу свободной рукой достала носовой платок и начала деликатно вытирать слезы.

Хотя она и не плакала на самом деле, ее всхлипы и подавленный тихий голос определенно вызывали сочувствие.

Ци Тяньюй вздохнул и попытался утешить ее, сказав:

– Хорошо, только перестань плакать. Я верю в то, что ты говоришь, и я помогу тебе так, как ты захочешь.

Такие слова утешения превратили плачущее лицо Цинь Юйжу в улыбающееся. Она вытерла слезы и с улыбкой сказала:

– Брат Ци, не мог бы ты помочь мне нанять нескольких проходимцев, чтобы напугать тетю Шуй. Нужно немного встряхнуть ее и сказать что-нибудь, чтобы подмочить ее репутацию. Этого будет достаточно, чтобы помешать ей стать второй женой отца.

Хотя она старалась, чтобы ее план звучал мягко и безобидно, как будто это было просто для того, чтобы немного припугнуть Шуй Жолань, Цинь Юйжу знала, что довольно трудно контролировать степень ущерба, поэтому она не была полностью удовлетворена планом.

– Я могу помочь тебе нанять пару негодяев, но... – Ци Тяньюй заколебался. Он лично встречался с Шуй Жолань и был уверен, что она нежная, тихая леди. Действительно ли она была такой злобной, какой ее описала Юйжу?

Неужели эта благонравная леди действительно обманывает Цинь Ваньжу?

Если бы это было так, то эта леди должна была быть зловещей женщиной!

– Юйжу, ты хочешь предупредить сестру Ваньжу, чтобы она была осторожна с Шуй Жолань?

– Что ты имеешь в виду, брат Тяньюй? Ты не веришь моим словам? Или ты беспокоишься о Ваньжу? Если бы не она, разве нам пришлось бы расстаться? Если бы не она, разве моя репутация была бы разрушена? Мы бы сейчас уже были женаты!

Капли слез градом покатились по щекам Цинь Юйжу. Она попыталась поднять свою чашку, чтобы заслониться ею от взгляда Ци Тяньюя, чтобы он не видел, как она плачет, но безрезультатно.

– Хорошо-хорошо, я сейчас же найду для тебя каких-нибудь негодяев, ошивающихся поблизости, – сказал Ци Тяньюй, которому было невыносимо видеть, как Цинь Юйжу заливается слезами, и он решил уступить ей.

– Пожалуйста, сообщи мне, как только тебе удастся найти нужных людей. Я пошлю служанку проследить, чтобы они в действительности не причинили вреда тете Шуй. В конце концов, как бы плоха она ни была, она искренне беспокоится о здоровье бабушки, и, похоже, она действительно хочет позаботиться о бабушке! – сказала Цинь Юйжу, пытаясь казаться добросердечной.

– Ты слишком добра, Юйжу! Шуй Жолань явно это делает в попытке произвести хорошее впечатление на твою бабушку. Будь осторожна с ней, – сказал Ци Тяньюй.

Его сомнения значительно уменьшились. Хотя и его мать, и младшая сестра плохо отзывались о Цинь Юйжу, а Цинь Юйжу не говорила о них ничего плохого. Она даже со стыдом призналась, что ссора на днях была результатом гнева мадам Ди.

Она добавила, что если бы не боязнь обидеть мать и Цинь Ваньжу, она бы уже давно тайно пришла повидаться с Ци Жунчжи.

Для Ци Тяньюя Юйжу оставалась нежной и добросердечной девушкой, о которой он был высокого мнения. Ему было невыносимо видеть, как она расстраивается.

С другой стороны, Цинь Юйжу могла видеть, что Ци Тяньюй был захвачен ее словами. В глубине души она втайне чувствовала удовлетворение оттого, что достигла своей цели и водила этого парня за нос. Однако она продолжала выглядеть послушной и доброй, когда сказала:

– Брат Тяньюй, тетя Шуй, в конце концов, двоюродная сестра отца, даже если она коварная женщина. Все, что мы должны сделать, это немного встряхнуть ее. Мы ни в коем случае не должны причинить ей боль! – Цинь Юйжу старалась быть внимательной к Шуй Жолань.

– Хорошо, тогда возвращайся к себе и больше ни о чем не беспокойся. Я найду людей, которые тебе нужны, и приду, чтобы сообщить тебе, как только все будет улажено! – сказал Ци Тяньюй, кивая.

– Будь осторожен, брат Тяньюй! – застенчиво сказала Цинь Юйжу.

Ци Тяньюй кивнул и отошел от Каменной Горки, которая была прямо рядом со стеной. Он осторожно вышел из ворот, которые были самыми близкими, перед этим посмотрев направо и налево, чтобы убедиться, что его никто не видел.

Он поднялся на монастырские холмы в ответ на приглашение Цинь Юйжу. Она сказала ему, что собирается показать ему истинное лицо Шуй Жолань и что это поможет определить, был ли отец подставлен Шуй Жолань. С пробудившимся любопытством Ци Тяньюй немедленно примчался к ней.

Со слов Цинь Ваньжу не казалось, что она могла сказать что-то плохое о Шуй Жолань. Но, должно быть, она была обманута Шуй Жолань. В конце концов, было нетрудно заставить одиннадцатилетнюю девочку поверить в выдуманную историю.

В то время как Ци Тяньюй поспешил прочь, чтобы выполнить то, что он обещал Цинь Юйжу, он не заметил миниатюрную шпионку, которая следила за ним со своей наблюдательной точки за деревом. Эта умная шпионка была не кем иным, как Цин Юэ, которая то и дело осторожно высовывала голову из своего укрытия.

***

– Барышня, я действительно видела молодого мастера семьи Ци! Вскоре после того, как вы ушли, он тоже вышел из-за Каменной Горки. Неудивительно, что старшая мисс Цинь все время пыталась сказать злые слова о госпоже Шуй. По-видимому, она хотела, чтобы ее услышал старший молодой мастер Ци, – сообщила Цин Юэ, вернувшись к своей хозяйке.

В этот момент Цинь Ваньжу благочестиво стояла на коленях в Зале Будды, сложив руки вместе.

На самом деле раньше она не верила в предначертанность. Только после того, как она переродилась, она начала верить в судьбу.

– Ты слышала, о чем они говорили? – спросила Ваньжу, не удивленная внезапным появлением Ци Тяньюя.

Паломники-мужчины не посещали монастырь Цзиньсинь в одиночку. В этой поездке Ци Тяньюй, без сомнения, сопровождал Ци Жунчжи!

– Мне не удалось расслышать отчетливо, так как я была довольно далеко, – сказала Цин Юэ, качая головой.

Цинь Ваньжу оставила свою верную горничную позади, когда покинула павильон.

– Передай, пусть тетя Шуй некоторое время в одиночку заботится о бабушке и скажет ей, что я плохо себя чувствую, – приказала Ваньжу после минутного раздумья.

У нее уже был ответ. Она решила, что очень возможно, что мадам Ди с дочкой на этот раз нацелились на Шуй Жолань, потому что злонамеренные слова Цинь Юйжу, используемые для описания Шуй Жолань, предназначались именно для ушей Ци Тяньюя, руками которого они часто творили всякие подлости.

– Учитывая характер тети Шуй, она обязательно придет навестить меня, если узнает, что я нездорова. Поскольку Цинь Юйжу намеревается причинить вред тете Шуй, давай сделаем первый шаг, чтобы у нас все не вышло из-под контроля! – садясь, скрестив ноги, на футон, сказала Цинь Ваньжу, открыв глаза и скривив уголки губ.

Зал Будды был относительно небольшим, и других посетителей не было с тех пор, как Цинь Ваньжу пришла сюда преклонить колени.

– Вы хотите заставить госпожу Шуй прийти к вам сейчас, так что, если бы старшая мисс Цинь замышляла что-то против нее, это стало бы хорошей возможностью для нее? – спросила Цин Юэ, когда поняла намерение Цинь Ваньжу.

– Не только это! – ухмыльнулась Цинь Ваньжу, качая головой.

Поскольку Цинь Юйжу вложила в свое сердце желание причинить вред беременной Шуй Жолань, она ни за что не отпустила бы ее так легко. Вместо того чтобы все предотвратить, Цинь Ваньжу собиралась предоставить Цинь Юйжу шанс осуществить ее план.

– Внимательно наблюдай за Цинь Юйжу. Помимо Мэй Сюэ, она также взяла с собой еще одну старуху. Нужно просто внимательно следить за этой старой девой, чтобы понять, с кем она встречалась, – сказала Цинь Ваньжу, хлопая ресницами.

Когда они впервые прибыли в монастырь Цзиньсинь, старую мадам сопровождало больше всего прислуги. Цинь Юйжу, как Цинь Ваньжу, взяли с собой свою личную горничную и еще одну прислужницу постарше, которая занималась всеми другими делами для соответствующих хозяек.

Поскольку горничные являются личными служанками, они должны внимательно следить за своими хозяйками. Если с ними что-нибудь случится, их соответствующие хозяйки будут замешаны. Старые прислужницы, однако, были обычными служанками в отличие от нянек дома. Если с ними что-нибудь случится, хозяйки, которым они служат, не будут нести ответственности. Более того, эти старые девы были намного старше, опытнее и тактичнее. Младшие личные горничные не могли сравниться с ними.

В свете этого было бы менее сложно заставить старых служанок выполнять грязную работу, а не использовать личных горничных, которые были приметно того же возраста, что и их юные хозяйки.

– Да, я все сделаю! – сказала Цин Юэ, который сразу же поняла намерения Цинь Ваньжу.

Шуй Жолань узнала, что Цинь Ваньжу заболела, и она специально нашла время, чтобы навестить ее. Только когда она увидела, что Цинь Ваньжу просто выглядит немного истощенной, она почувствовала себя менее обеспокоенной.

– Тетя Шуй, пожалуйста, позаботься о бабушке в эти несколько дней от моего имени. Когда я немножко окрепну, я заглажу свою вину перед тобой, и ты сможешь больше отдыхать, – застенчиво сказала Цинь Ваньжу и взяла Шуй Жолань за руку.

– Ты всего лишь ребенок, так что тебе на самом деле не нужно брать на себя ответственность. Не переживай, Ваньжу, я хорошо позабочусь о твоей бабушке, – сказала Шуй Жолань с улыбкой, нежно погладив Цинь Ваньжу по голове.

– Ты самая лучшая, тетя Шуй! – застенчиво воскликнула Ваньжу. Только когда она была с тетей Шуй, она чувствовала себя ребенком, которого балуют.

– О, дитя мое! – воскликнула Шуй Жолань, обнимая девочку и гладя ее по голове. У нее было такое нежное чувство к этой малышке, и она думала, что Цинь Ваньжу была послушным, разумным, а также сыновним ребенком.

– Ты только что никого не встретила по дороге сюда, тетя Шуй? – спросила Цинь Ваньжу, заметив ароматное саше, висящее на талии Шуй Жолань.

Это был единственный аксессуар, который носила Шуй Жолань, и это было действительно красивое саше, которое она сшила для себя. Шуй Жолань был очень искусна в рукоделии. Она регулярно что-то шила для себя, когда у нее было свободное время. Она также дарила Цинь Ваньжу некоторые из своих милых изделий.

– Я ни с кем не сталкивалась. С чего ты это взяла? – спросила Шуй Жолань с улыбкой.

– Я просто беспокоюсь, что тебе может быть больно от того, что кто-то вдруг врежется в тебя! – ответила Цинь Ваньжу.

Оставаясь в объятиях Шуй Жолань, она потянулась к ее саше и незаметно сняла его с ее талии. Цинь Ваньжу убедилась, что была очень нежной и осторожной, чтобы Шуй Жолань не почувствовала, что ее саше забрали.

В конце концов, этот шаг может оказаться бесполезным, но личный ароматный мешочек был легкой целью для людей, которые могли использовать его, чтобы причинить вред. Цинь Ваньжу просто решила проявить осторожность.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 60. Прячась за деревом и подслушивая, кто-то строил свои планы

Глава 60. Прячась за деревом и подслушивая, кто-то строил свои планы

.

Ци Тяньюй попал в монастырь Цзиньсинь, якобы сопровождая сюда Ци Жунчжи.

Поначалу Ци Жунчжи не хотела ехать с ним, но, в конце концов, ее брат сумел уговорить ее, пообещав, что она хорошо проведет время в монастыре Цзиньсинь.

Ци Жунчжи совершенно опозорила себя в истории, касающейся Цинь Юйжу и ее. Неприятные слухи о ней распространялись со скоростью лесного пожара, и ее мать так сильно наказала ее, что ей не разрешалось выходить из дома, не говоря уже о том, чтобы посетить поместье генерала.

Выслушав слова старшего брата, который пообещал ей, что сможет замолвить за нее словечко перед матерью, Ци Жунчжи, наконец, согласилась стать для Ци Тяньюя пропуском в монастырь Цзиньсинь.

Ци Жунчжи совершенно не интересовало религиозное поклонение Будде. Хотя в этот момент она находилась в буддийском зале, она просто размышляла о своем, притворяясь, что молится. Она понятия не имела, куда подевался ее старший брат. Они расстались в тот момент, когда прибыли в монастырь Цзиньсинь, и к этому времени девушку охватила скука.

Она ленивым шагом обошла Зал Будды и, наконец, вышла из него. Она не хотела входить туда больше никогда, поэтому отправилась прогуляться на задние холмы монастыря Цзиньсинь.

Задние холмы монастыря Цзиньсинь были живописным местом. Почти все, кто посещал монастырь Цзиньсинь, ходили туда, чтобы насладиться прекрасными видами природы. Ци Жунчжи не беспокоилась о своем старшем брате, потому что они не в первый раз посещали монастырь Цзиньсинь. В одном она была уверена – он не уедет без нее. Он, вероятно, встретил кого-то и начал разговаривать. Она предполагала, что он придет за ней позже.

Задние холмы монастыря Цзиньсинь простирались до густого леса, и хотя территория за лесом тоже принадлежала монастырю, она находилась за пределами его ограды.

Паломники иногда проходили лес на ту сторону, где было несколько частных владений. Паломницы, остановившиеся в монастыре Цзиньсинь, не выходили за пределы леса к частным домам, чтобы не столкнуться с посторонними.

Деревья в лесу были довольно густыми, но между ними ним шла неширокая мощеная дорожка. Вдоль дорожки стояло несколько восьмиугольных павильонов. В данный момент там как раз цвели хризантемы, что добавляло красоты и расслабленности лесу.

Чей-то негромкий голос нарушил тишину в лесу, когда Ци Жунчжи совсем не беспокоясь, продолжала идти вглубь. Она тут же насторожилась и сразу же замедлила шаги, прислушиваясь.

– Куда подевалась старшая мисс Цинь? Странно, старшая мисс Цинь ведь сказала, что собирается навестить госпожу Шуй… Но теперь мы ее нигде не можем найти!

– Я понятия не имею, куда делась старшая мисс Цинь, но мне показалось, что я видела старшего молодого мастера семьи Ци. Возможно ли, что старшая мисс Цинь пошла тайком встретиться с ним? – спросила другая служанка.

– А ты не обозналась? – удивленно спросила первая служанка.

Ци Жунчжи остановилась как вкопанная. Она посмотрела в сторону леса впереди, где заметила кустарник и несколько деревьев. Она смутно разглядела, что там стояли две горничные, одетые в ту же одежду, что и горничные в поместье генерала.

Неудивительно, что старший брат так стремился притащить ее сюда на какое-то условленное время! Это было потому, что Цинь Юйжу была здесь. Ци Жунчжи хмурилась, изо всех сил стараясь подавить поднимающуюся в ней ярость.

– Я не могла ошибиться. Даже если бы я его не узнала, то не одна я так его видела. Старший молодой мастер Ци прятался за Каменной Горкой, а старшая мисс Цинь сидела прямо рядом с Каменной Горкой. С того места, где я стояла в то время, я хорошо видела, что молодой мастер Ци был одет в красивую длинную одежду белого цвета, похожую на ту, которую когда-то сшила для него наша старшая мисс Цинь. Это точно был он! – негромко сказала другая служанка.

Однако каким бы тихим ни был ее голос, он звучал громко и ясно для Ци Жунчжи из-за эха, доносившегося из ложбин между деревьями в лесу.

Это известие привело Ци Жунчжи в такую ярость, что ее лицо лишилось красок. Она и раньше что-то подозревала, но когда служанка точно описала, что Ци Тяньюй был одета в белый халат, она убедилась, что они точно сплетничали о ее брате.

В прошлом, после того, как Цинь Юйжу и Ци Тяньюй были помолвлены, Цинь Юйжу действительно сшила Ци Тяньюю комплект дорогой белой одежды. Этот комплект одежды был даже передан Ци Тяньюю через руки Ци Жунчжи. Неудивительно, что ее брат сегодня был в этой одежде. Его наряд выглядел таким знакомыми, потому что был сделан и подарен ему Цинь Юйжу.

Поразмыслив о причине и следствии, Ци Жунчжи теперь все поняла. Ее старший брат договорился встретиться с Цинь Юйжу и использовал ее в качестве эскорта. Думая о своей вражде с Цинь Юйжу, Ци Жунчжи начала бить копытом, как ретивый конь. На этот раз она не собиралась отпускать Цинь Юйжу с миром.

Цинь Юйжу не только разрушила ее репутацию, и в результате ее брачная договоренность была отменена, но и весь Цзянчжоу также гудел неприятными слухами о ней. Цинь Юйжу была виновницей, которая причинила ей все эти неприятности.

Внезапно Ци Жунчжи поняла, что две служанки направляются в ее сторону. Она быстро сошла с тропинки вместе со своей горничной, чтобы спрятаться за большим деревом. Она хотела собрать больше информации о Цинь Юйжу, продолжая подслушивать.

– Я знаю, что старшая мисс Цинь отправилась на встречу со старшим молодым мастером семьи Ци, но почему она пригласила госпожу Шуй встретиться с нею в то же самое время в таком отдаленном месте?

– Кто знает? Она, должно быть, замышляет что-то против госпожи Шуй. Это тихое и уединенное место. Если бы что-нибудь случилось, старшая мисс Цинь могла бы легко переложить вину на других. Более того, у нее были бы доказательства того, что она не присутствовала на месте в то время. До тех пор, пока она может избежать обвинений, ей все равно, что происходит с другими!

– Старшая мисс Цинь всегда такая... подлая!

– Это точно! Вот взять хотя бы несчастную мисс Ци, которая несмотря на то, что очень умна, в конце концов тоже попала в сети старшей мисс Цинь. Пусть репутация старшей мисс Цинь была разрушена, но она так же испортила репутацию мисс Ци. В настоящее время имена старшая мисс Цинь и мисс Ци так громко прогремели в префектуре Цзянчжоу.

Услышав эти слова, Ци Жунчжи позеленела. Она скрутила свой носовой платок в руке и скомкала его. Для нее все было несоразмерно хуже из-за происков Цинь Юйжу, и теперь ее репутация была окончательно погублена. В префектуре Цзянчжоу ни одна семья не согласиться принять ее невесткой!

Она была уверена, что за всем этим стоит Цинь Юйжу, эта коварная и подлая стерва!

Не отрываясь от дерева, она буквально прилипла к стволу, слившись с корой дерева. Не заботясь о своем имидже, она подслушивала, и теперь полностью убедилась, что ее ловко подставила Цинь Юйжу. Как посмела Цинь Юйжу после всего этого использовать ее брата в качестве свидетеля? Станет ли Цинь Юйжу подозреваемой, если помешать ему быть ее свидетелем?

Ци Жунчжи сходила с ума от ненависти.

Тем временем, пока Ци Жунчжи продолжала подслушивать, две служанки вышли из-за поворота тропинки, прошли мимо дерева, где она пряталась, и направились дальше, продолжая шептаться:

– Пойдем отсюда. Здесь так безлюдно, что это заставляет меня нервничать.

– Хорошо, давай скорее вернемся в монастырь

Две служанки продолжали болтать, удаляясь все дальше и дальше.

После того, как служанки немного отошли, Ци Жунчжи вышла из-за дерева с вытянутым длинным лицом и холодно уставилась в спины этих двух служанок.

– Мисс... давайте вернемся назад! – сказала Чунь Си, ее горничная, мягко потянув Ци Жунчжи за рукав и нервно оглядываясь.

Подслушав разговор двух служанок поместья генерала армии Нинъюаня, Чунь Си начала бояться.

– Пойдем! – холодно сказала Ци Жунчжи, поворачиваясь, чтобы уйти. – Когда вернемся, сразу отыщем лакея старшего брата. Улучи момент и как бы невзначай спроси его, какие у него планы на сегодня. Выведай у него, просил ли его о чем-нибудь старший брат. Пригрози забить его до смерти, если он откажется говорить правду. Если он скажет, что старший брат встанет на его сторону и защитит его, ты можешь смело пригрозить рассказать о тайной встрече старшего брата с Цинь Юйжу. Давай посмотрим, кто кого сможет защитить к тому времени!

Ци Жунчжи была уверена, что Цинь Юйжу замышляет что-то нехорошее, но она не допустит, чтобы ей удалось осуществить свой план!

С одной стороны, эта шлюшка не отказывалась от своей помолвки с сыном из влиятельной столичной семьи, с другой стороны, она также продолжала цепляться за ее старшего брата. Как может старший брат все еще верить ее словам?

Чем больше Ци Жунчжи думала об этом, тем больше выходила из себя.

«Цинь Юйжу, ну подожди, я тебе устрою!»

Напуганная злобой в голосе хозяйки, Чунь Си быстро ответила ей:

– Да, мисс, я все сделаю, как вы приказали.

***

Шуй Жолань не пошла прямо в комнату старой мадам Цинь после того, как вышла из комнаты Цинь Ваньжу. Прежде чем она прошла несколько шагов, старая мадам Цинь прислала служанку передать ей, что она отдыхает, так что ей не нужно спешить обратно к ней, и Шуй Жолань задумалась, не пойти ли поклониться Будде. По сравнению с другими, кто пришел в монастырь Цзиньсинь, Шуй Жолань была, пожалуй, самой набожной в поклонении Будде.

Цинь Ваньжу также советовала Шуй Жолань помолиться Будде, утверждая, что Будда выслушает и ответит на молитву самого благочестивого человека, каким была Шуй Жолань. Возможно, ее бабушка так хорошо поправлялась потому, что Будда был милостив к ней.

Выслушав то, что сказала девочка, Шуй Жолань некоторое время размышляла и решила, что ей действительно не нужно спешить обратно к старой мадам. Она направилась к ближайшему залу Будды, взяв с собой Цюнь Хуа.

Она дала клятву раньше, и она хотела пойти и выполнить обет, учитывая, что старой мадам действительно становилось понемногу лучше.

Шуй Жолань была очень набожной буддисткой, поэтому она побывала почти во всех Залах Будды, которые были в монастыре Цзиньсинь, в отличие от большинства паломников, которые молились и осматривали это место одновременно. На самом деле, для многих из них само посещение монастыря Цзиньсинь было более интересным, чем поклонение Будде.

– Ах! – внезапно вскрикнула Шуй Жолань.

Она только что закончила свое богослужение в Зале Будды и собиралась уходить, когда какой-то слуга, торопясь из Зала, налетел на нее. Он пристально уставился на нее на мгновение и поспешил выйти.

Цюнь Хуа хотела что-то сказать этому человеку, потому что он, казалось, не осознавал, что наткнулся на кого-то.

– Черт возьми! Почему ты не извинился, когда врезался в кого-то! – воскликнула Цюнь Хуа, указывая на этого слугу.

Шуй Жолань держалась за Цюнь Хуа, пока приходила в себя. Она повернулась, чтобы посмотреть на человека, который налетел на нее. Она задавалась вопросом, чей это был избалованный слуга, который не знал, как себя вести.

– Оставь это, Цюнь Хуа! – сказала Шуй Жолань, держась за руку своей горничной.

Из-за поднявшейся суматохи люди начали поворачиваться, чтобы посмотреть в их сторону. В этот момент они находились в главном Зале монастыря Цзиньсинь, который также был самым большим Залом из всех, так что там было много паломников. По сути, не было ничего особенного в том, чтобы столкнуться с кем-то, так как там было очень многолюдно.

– Леди, мне показалось, что этот человек нарочно врезался в вас! – возмущенным тоном сказала Цюнь Хуа, потупившись.

– Все в порядке, не нужно злиться из-за таких людей! – сказала Шуй Жолань, качая головой и улыбаясь. Она огляделась, чтобы понять, в каком направлении ей следует идти, и направилась в другой Зал Будды, опираясь на руку своей горничной.

Хотя Цюнь Хуа все еще была сильно расстроена, здесь было слишком многолюдно, и было трудно найти человека, который столкнулся с ее хозяйкой. Более того, ей даже не удалось разглядеть лицо этого человека. Ей оставалось только последовать за Шуй Жолань и тихо уйти.

После того, как они покинули это место, на дорожке, ведущей из главного Зала Будды, появился лакей Ци Тяньюя. Он вертел в руках ароматный саше, который вытащил из кармана госпожи Шуй. Украсть ароматный саше было намного проще, чем украсть серьги или ожерелья, которые носила женщина. В конце концов, серьги и ожерелья находились в прямом контакте с кожей человека.

Старший молодой мастер Ци не смог избавиться от своих чувств к старшей мисс Цинь. Его верный лакей считал, что если он сделает одолжение старшей мисс Цинь, это было бы равнозначно тому, чтобы сделать одолжение своему молодому мастеру. Он был очень доволен собой из-за того, что мог выполнять поручения старшей мисс Цинь, так как его молодой мастер был особенно обеспокоен чувствами старшей мисс Цинь. В то же время его хозяин был щедрым человеком и, несомненно, хорошо вознаградит его за помощь.

Лакей был так доволен собой, что издал смешок. Однако в следующее мгновение улыбка на его лице застыла. Путь впереди преградила ему молодая хозяйка.

Ци Жунчжи свирепо смотрела на него, стоя посреди дороги, и паника затопила его сердце. Он быстро спрятал ароматное саше за спину. Украсть это саше было задачей, которую поручила ему выполнить Ци Юйжу, и даже Ци Тяньюй не знал об этом.

– Как ты смеешь не подойти поприветствовать свою госпожу! – закричала на него Чунь Си, выступая вперед из-за спины Ци Жунчжи.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 61. Кто будет иволгой?

Глава 61. Кто будет иволгой?

.

(п/п: «Богомол преследует цикаду, не подозревая, что иволга позади» – китайская пословица)

– Юная… Юная леди! – Лакей запаниковал, но не посмел убежать. Он, дрожа, вышел вперед и отдал честь, сложив руки перед собой в поклоне.

– Что ты украл у Шуй Жолань? – холодно спросила Ци Жунчжи, глядя на слугу. Так совпало, что она поймала его с поличным.

Ци Хай не посмел скрыть правду. Он сказал ей, немного заикаясь:

– Духи… ароматическое саше!

– Для чего тебе это нужно? – недоуменно моргнула Ци Жунчжи.

– Чтобы... чтобы обманом заставить леди Шуй выйти в безлюдное место. – Лакею об этом сказала старуха, которая прислуживала Цинь Юйжу.

– И что потом? – Ци Жунчжи прищурила глаза.

– А потом... Послать людей, чтобы похитить леди Шуй. Леди… Леди Шуй просто посторонний человек в поместье генерала… Она не является важной персоной. – Ци Хай говорил так, основываясь на намеке старухи-прислужницы Цинь Юйжу и своих собственных догадках.

Шуй Жолань была всего лишь дальней родственницей. Даже если бы она попала в беду и исчезла, это не имело бы большого значения для поместья генерала.

Старая мадам, единственный человек, имевший какое-то родство с Шуй Жолань, была серьезно больна. Даже если что-то действительно случится с Шуй Жолань, старуха будет бессильна.

Ци Жунчжи сразу поняла направление мыслей Цинь Юйжу.

– Кто послал тебя сюда?

Ци Хай опустил голову и пробормотал:

– Ну это… Старший молодой мастер!

– Эта стерва действительно дух лисицы. Она явно не намерена в данный момент щадить моего брата. – С этими словами Ци Жунчжи сурово стиснула зубы. Если бы правда была раскрыта, причастность Цинь Юйжу невозможно было бы доказать, но семья Ци точно была бы обвинена в похищении леди из достойной семьи.

К счастью, она была начеку и вовремя подошла к Ци Хаю. В противном случае она и ее мать узнали бы об этом только после того, как ее брат угодил бы в тюрьму.

– Отдай мне саше с духами! – холодно велела Ци Жунчжи.

– Я... – Слуга упрямо заложил руки за спину.

Чунь Си вышла вперед и протянула руку. Она строго сказала:

– Ци Хай, достань саше с духами и отдай его юной леди прямо сейчас. Неужели ты надеешься, что старшая мисс Цинь защитит тебя?

Цинь Юйжу могла бы защитить слугу в поместье генерала армии Нинъюань. Однако в поместье магистрата Ци все слуги знали, что юная леди была самой любимой и избалованной.

Лакей больше не осмеливался перечить. Он протянул руку и показал изящное саше с духами.

Чунь Си немедленно выхватила его и отдала Ци Жунчжи.

Ци Жунчжи приняла его небрежно, с усмешкой, поднимающейся из уголка ее рта.

– Чтобы подставить Шуй Жолань, Цинь Юйжу воспользовался моим братом. Так что мне остается только побыть иволгой. – На лице Ци Жунчжи была мрачная улыбка. – Раз тебя послал мой брат, ты должен кое-что знать, верно?

– Да… Я действительно кое-что знаю... – Ци Хай был в панике.

– Иди сюда! – махнула рукой Ци Жунчжи.

Лакей не осмеливался оставаться там. Он подошел и кивнул, слушая. Его лицо побледнело от страха, но он должен был подчиниться…

***

– Барышня, старшая мисс прислала служанку с приглашением! – вошла и доложила Цин Юэ.

Цинь Ваньжу посмотрела на небо за окном. Еще не стемнело, но скоро опустятся сумерки. Буддийские паломники, которые не остались на ночь в горах, уже должны были спуститься с холма. Большинство из тех, кто оставался, вернулись в это время в свои комнаты.

Все оставшиеся люди были женщинами, а люди, жившие за лесом, были сельскими жителями. Даже если дамы были не из респектабельных семей, выходить на улицу в такое время было неприлично.

– Пойдем посмотрим! – вставая, сказала Ваньжу.

– Барышня, вы действительно хотите выйти из дома в такое время? – Цин Юэ была очень обеспокоена этим.

– Пойдем. Мы не будем отсутствовать слишком долго. – Одиннадцатилетняя с виду Цинь Ваньжу вышла из комнаты, слабо улыбнувшись. Двенадцатилетняя горничная Цин Юэ поспешила за ней.

За дверью старуха, которую послала Цинь Юйжу, сразу же улыбнулась, увидев, как Цинь Ваньжу выходит, а затем сказала:

– Вторая мисс Цинь, старшая мисс Цинь специально приглашала вас много раз встретиться, потому что у нее есть некоторые важные новости, чтобы рассказать вам. Но если вы действительно не хотите ничего знать, я доложу старшей мисс Цинь.

Сказав это, она притворилась, что уходит, но не сводила глаз с Цинь Ваньжу, как будто чего-то ждала.

Старуха была коварная. Это был очень действенный метод, когда имеешь дело с неискушенной девушкой, потому что у всех было любопытство. Более того, девочка еще не была взрослой. Услышав это, она определенно проглотит наживку.

Цинь Юйжу была хороша в выборе правильного посланника.

– Пойдем посмотрим! – сказала Ваньжу.

– Вторая мисс Цинь, пожалуйста, следуйте за мной! – Старуха обрадовалась, увидев, что девчонка попалась на крючок.

– Где моя старшая сестра? – спросила Ваньжу, как невинный ягненок.

– Она в павильоне неподалеку. – Старуха с улыбкой шла впереди.

Действительно, это было не слишком далеко.

– Что моя старшая сестра хочет мне сказать? – рассеянно спросила Цинь Ваньжу, следуя за старухой.

Девочка шла медленно, поэтому старухе пришлось остановиться и подождать ее, сделав несколько шагов.

– Об этом… Я тоже не знаю. Госпожа просто сказала, что это важно. Возможно, что-то неизвестное... между вами и ней! – Старуха на ходу придумала причину.

– Что-то неизвестное между нами? – остановившись, Цинь Ваньжу, казалось, обдумывала это.

Старуха, а также Цин Юэ, которая следовала за ней, тоже невольно остановились.

– Вторая мисс Цинь, давайте уже пойдем вперед! – Старуха с тревогой посмотрела в ту сторону, куда они направлялись. Старшая мисс попросила ее поскорее привести вторую мисс.

Когда Цинь Ваньжу снова шагнула вперед, старуха вздохнула с облегчением.

Чтобы все выглядело реалистично, старшая мисс уже приглашала вторую мисс раньше. Сейчас было самое подходящее время пригласить вторую мисс. В это время вторая мисс могла свидетельствовать в ее пользу. Если вторая мисс опоздает, план не сработает.

– А, кажется, я припоминаю. Она хочет рассказать мне что-то о мисс Ци? – Цинь Ваньжу, подумав, прокомментировала это, затем, сделав несколько шагов, внезапно снова остановилась.

Старуха: «…»

У старухи разболелась голова, и ей пришлось глухо рассмеяться.

– Вторая мисс Цинь, я действительно не знаю. Как могла старшая мисс Цинь сказать мне что-то настолько важное? Я не служанка во дворе старшей мисс Цинь.

– О, ты не няня, которой доверяет моя старшая сестра? – Цинь Ваньжу удивилась и оглядела старуху с ног до головы. – Кажется, я не видела тебя раньше. Ты действительно старуха, посланная моей старшей сестрой?

– Я служу старшей мисс Цинь всего несколько дней. Более того, я очень заурядная. Поэтому не удивительно, что вы меня не видели раньше, – сказала старуха.

Она становилась все более и более встревоженной, когда думала об обещании старшей мисс.

– Вторая мисс Цинь, пожалуйста, следуйте за мной, если хотите знать! – Если бы она не привела вовремя вторую мисс, то не стала бы служанкой во дворе старшей мисс Цинь. Старшая мисс дала ей обещание.

– Пойдем! – Цинь Ваньжу шагнула вперед, на этот раз не мешая старухе.

Старуха вздохнула с облегчением и снова поспешила вперед.

Цинь Ваньжу больше не задавала старухе никаких вопросов, пока они шли оставшуюся часть пути. Через некоторое время она увидела вдалеке Цинь Юйжу в придорожном павильоне.

Это была просматриваемая местность. Все буддийские паломники могли видеть павильон, когда выходили.

Кто бы ни проходил здесь, он мог это ясно видеть того, кто отдыхал в павильоне.

– Вторая мисс Цинь, смотрите, старшая мисс Цинь вон там! – сказала старуха с облегчением. Она указала вперед и улыбнулась Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу снова остановилась, ее изогнутые брови нахмурились.

– Почему в павильоне есть посторонние люди?

Кроме Цинь Юйжу и ее горничной, там был очень обычный на вид мужчина. Он был одет в одежду деревенского жителя и стоял спиной к Цинь Ваньжу. Она не видела его лица.

– Э... – Старуха тоже была ошеломлена. Она никогда не думала, что в павильоне внезапно появится мужчина.

– Подожди минутку! Не подходи, пока она не закончит разговор с ним! – Цинь Ваньжу сделала шаг назад и подошла к лунным воротам в стене. Цин Юэ поспешила за ней.

Поколебавшись мгновение, старуха тоже отступила к воротам. Она не знала, чего хочет Цинь Юйжу. Однако она чувствовала беспокойство, поэтому тайком выглянула из-за ворот, чтобы посмотреть на павильон.

Поговорив с мужчиной, Цинь Юйжу встала и посмотрела в ту сторону, откуда должна была прийти Цинь Ваньжу.

Однако Цинь Ваньжу знала, что Цинь Юйжу не могла ее видеть. Хотя у Цинь Юйжу был хороший обзор из павильона, она плохо видела в сумерках, когда обернулась и посмотрела на дорогу из монастыря.

Цинь Юйжу, по-видимому, сказала несколько слов жителю деревни. После этого она поспешила уйти с мужчиной.

Когда Цинь Юйжу и ее горничная ушли, старуха тоже была ошеломлена. «Это не входило в планы старшей мисс. Что происходит? Что мне теперь делать со второй мисс?»

– Почему моя старшая сестра только что встречалась с этим мужчиной? – Цинь Ваньжу вышла из-за спины старухи с суровым взглядом. – Кто этот человек?

– Я… Я тоже не знаю. Этот… это... – Губы старухи задрожали.

– Ты служанка моей старшей сестры. Если даже ты не знаешь, почему мы должны держать тебя здесь?

Лицо Цинь Ваньжу становилось все темнее и темнее. Даже в раннем возрасте у нее уже были такие властные манеры. Она быстро направилась к павильону. Когда она подошла к нему, то увидела только чайник и две чашки на каменном столе.

– Идите и посмотрите, вдруг что-то не так! – приказала Цинь Ваньжу.

Старуха и Цин Юэ немедленно подчинились приказу. Они пробежались вокруг, огляделись, но ничего не нашли.

Цинь Ваньжу уставилась на старуху и холодно проговорила:

– Если с моей старшей сестрой случится несчастье, тебе конец!

Старуха задрожала.

– Вторая мисс Цинь, я... я пришла пригласить вас. Я... я действительно не знаю, что случилось со старшей мисс Цинь.

Старуха была в панике и смотрела пустым взглядом.

– Иди и доложи об этом моей бабушке. Пусть она пошлет людей на поиски моей старшей сестры, – сердито прикрикнула на нее Цинь Ваньжу.

Это напомнило старухе о ее обязанностях. Она побежала во двор старой мадам Цинь. Ее панический взгляд напугал многих паломниц, которые остались на ночь в монастыре. Судя по ситуации, они понимали, что что-то не так. Несколько любопытных женщин последовали за старухой во двор старой мадам Цинь.

Все сразу поняли, что в поместье генерала армии Нинъюань что-то не так. Что должно было произойти на этот раз?

В последнее время в поместье генерала армии Нинъюань, казалось, снова и снова происходило много всяких неприятностей.

Поэтому любопытные хотели понаблюдать за весельем.

Цинь Ваньжу не вернулась со старухой в монастырь. Подумав немного, она и Цин Юэ отправились вслед за Цинь Юйжу.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 62. Наша юная леди – ваша нанимательница!

Глава 62. Наша юная леди – ваша нанимательница!

.

Услышав от мужчины, что все пошло не по плану, Цинь Юйжу на мгновение задумалась и решила не ждать Цинь Ваньжу. Сначала она должна разобраться с Шуй Жолань.

Она поспешно двинулась вперед вслед за переодетым бандитом и направилась к лесу за горой. Это было лучшее место для начала атаки.

Первоначально Цинь Юйжу планировала обманом заставить Шуй Жолань выйти, используя ее саше с духами, после чего ее схватили бы бандиты. Однако мужчина пришел и сказал ей, что служанка Шуй Жолань заметила что-то странное и сумела убежать.

Если бы она успешно сбежала, это было бы ужасно.

Цинь Юйжу сильно встревожилась и поспешила на место встречи, потому что хотела помочь найти Цюнь Хуа.

Она была очень встревожена, поэтому проявила неосторожность и последовала за незнакомым мужчиной вглубь леса. Однако Мэй Сюэ, ее служанка, почувствовала, что что-то не так, пока они шли. Она не могла не потянуть хозяйку за рукав.

Когда небо уже потускнело, лес казался все более и более темным, глубоким и странно тихим.

– Мисс… Это… Здесь слишком тихо… Могла ли Цюнь Хуа сбежать? – Мэй Сюэ тихим голосом намекнула Цинь Юйжу быть осмотрительнее.

Цинь Юйжу остановилась и огляделась. Не было слышно ни звука. Кроме нее и Мэй Сюэ, тут был только мужчина, одетый как деревенский житель.

Остальные думали, что он, возможно, настоящий деревенский житель. Однако Цинь Юйжу знала, что он разбойник. Ци Тяньюй помог ей найти этого мужчину. Она слегка побледнела.

– Мисс… Мы… Нам лучше вернуться. Насчет Цюнь Хуа мы сможем разобраться позже. Она всего лишь служанка. Даже если она все расскажет… вы можете справиться с... – Мэй Сюэ была изрядно напугана, потому что увидела, что бандит обернулся и странно рассмеялся над ней без звука.

Однако, поскольку Цинь Юйжу стояла спиной к негодяю, она этого не могла видеть.

– Ну, хорошо! – Хотя Цинь Юйжу ничего не видела, она тоже забеспокоилась. Вокруг было так тихо, что она начала паниковать.

Невзирая на последствия, она только что неосмотрительно бросилась в лес. Но теперь она чувствовала, что что-то не так.

Сжимая носовой платок в руках, она собиралась сказать бандиту, что они возвращаются, после того, как повернет к нему голову. Однако удар пришелся ей в затылок, и от этого у нее все поплыло перед глазами. Панический взгляд Мэй Сюэ было последнее, что она видела.

– Мисс, мисс! – Мэй Сюэ поспешила обнять Цинь Юйжу, истошно вопя.

– Заткнись! Как ты думаешь, в это время есть ли кто-то поблизости, кто спасет тебя? – Бандит засмеялся и поднял камень в руке. Он вырубил Цинь Юйжу этим камнем.

– Ты… Ты не можешь этого сделать. Это… Это наша юная леди! Разве ты не хочешь жить? – Мэй Сюэ боролась с ужасом и смело кричала на бандита.

– Кое-кто заплатил нам, чтобы увезти твою хозяйку и продать, потому что твоя леди обидела не того этого человека. После этого мы получим круглую сумму денег и уедем куда-нибудь подальше. Ну и что с того, что ваше поместье генерала армии Нинъюань настолько могущественно? Какое это отношение имеет к ней, чужачке? – раздался у них за спиной новый голос.

Держа Цинь Юйжу, Мэй Сюэ повернулась боком и увидела еще одного бандита.

Это были два негодяя, которых первоначально наняла Цинь Юйжу. Один занимался леди Шуй, в то время как другой занимался ее горничной.

Для этих мужчин было проще простого иметь дело с двумя слабыми женщинами, но они боялись, что схватят только одну, а другая убежит. Несмотря на то, что похитить Шуй Жолань можно было безнаказанно, это становилось проблемой, когда они отчитывались бы Цинь Юйжу.

Мэй Сюэ почувствовала, что что-то тут не так.

– Ты… Ты ошибаешься! Это наша старшая мисс Цинь. Она наняла вас разобраться с леди Шуй, а не с ней самой! – закричала она. – Тебе за это не заплатят! Наша старшая мисс – ваша работодательница! Вы схватили не того человека!

Негодяи посмотрели друг на друга в безмолвном отчаянии.

– Это правда. Вы совершили ошибку. Наша старшая мисс наняла вас похитить леди Шуй. Она велела старухе передать вам, что вы сможете убежать далеко, потому что она даст вам много денег. Вы должны украсть леди Шуй, и пусть она никогда не появится в Цзянчжоу. Мы передали вам саше с духами. Вы что, забыли?

Мэй Сюэ встревожилась, опасаясь, что негодяи не поверят ей. То, что она сказала, было правдой.

Бандиты тоже были сбиты с толку. Только работодатель знал об этих подробностях. Никто другой не знал бы об этих разговорах. Как это могло… быть ошибкой?

– Слуга сказал нам, что там было саше с духами, но позже он сказал, что в этом нет необходимости. Пока мы говорим об этом, ты можешь просто тянуть время, чтобы обмануть нас. Ты что-нибудь знаешь? Должно быть, поэтому ты нарочно так сказала. – Негодяй издал восклицание недоверия.

– Не заговаривай нам зубы! Уводим их отсюда! Даже если нам не заплатят, мы сможем продать их по хорошей цене, так как они красивые. После этого мы все еще сможем убежать далеко отсюда. Нам не нужно беспокоиться о том, что происходит.

Такие негодяи, как они, не заботились бы о справедливости. Даже если бы это было неправильно, они бы держались до последнего. Цинь Юйжу придется смириться со своим невезением.

– Верно! Они выглядят так красиво! – Первый негодяй обернулся и посмотрел на Цинь Юйжу. Он похотливо коснулся ее лица и усмехнулся. Затем он ущипнул Мэй Сюэ за щеку. – Ты тоже хорошенькая. Ну же. Ты хочешь, чтобы тебя вырубили и забрали? Или ты пойдешь сама?

Выражение лица Мэй Сюэ сильно изменилось. Она была слишком напугана, чтобы стоять.

– Ты… Ты делаешь ошибку! – В панике она сделала несколько шагов назад и прислонилась к дереву позади себя.

– Ну и что? В любом случае, мы все равно похитили бы молодую леди и служанку. Вы двое не такая уж плохая добыча. Уходим! – Другой негодяй протянул руку из-за ее спины и похлопал ее по плечу, говоря с гордостью.

– Я... я... – Мэй Сюэ закатила свои округлившиеся от ужаса глаза и грубо толкнула Цинь Юйжу, которая висела у нее на руках, вперед. После этого она пригнулась и побежала.

Негодяи были ошеломлены и сразу же пришли в ярость, крича:

– Лови ее!

Они проигнорировали Цинь Юйжу, которая тяжело упала на землю, и немедленно погнались за Мэй Сюэ. Если бы служанка действительно сбежала, это стало бы большой проблемой.

Мэй Сюэ отчаянно пыталась убежать. Она знала, что если ее поймают эти негодяи, у нее не будет хорошего конца. Однако она была всего лишь девушкой, личной горничной юной мисс. Поэтому ее всегда баловали. Она не смогла убежать далеко.

Пробежав небольшое расстояние, она была поймана двумя негодяями. Они дали ей две сильные пощечины и потащили ее назад, ругаясь.

Цинь Ваньжу прибыла раньше, когда Мэй Сюэ кричала, пытаясь защититься. Цинь Ваньжу стояла за толстым деревом, глядя на большое дерево впереди справа, где прятался лакей Ци Тяньюя.

Он стоял там уже некоторое время. Цинь Ваньжу пришла сюда, следуя на крики Мэй Сюэ. В это время она увидела слугу, который, казалось, крался вокруг. Поэтому она последовала за ним.

Что бы ни происходило впереди, слуга не шел туда. Он просто спрятался за деревом и наблюдал за суматохой.

Когда он увидел, как Мэй Сюэ убегает с двумя бандитами, преследующими ее, он бросился к Цинь Юйжу, которая валялась на земле. Он достал что-то из-за пазухи и бросил это на Цинь Юйжу. После этого он сразу же побежал обратно и снова затаился.

Он сделал это очень ловко. Двое негодяев преследовали Мэй Сюэ, поэтому они не заметили, что произошло позади них.

Только Цинь Ваньжу и Цин Юэ ясно видели все, что случилось.

Цинь Ваньжу узнала брошенную им вещь. Это было саше с духами, которое она украдкой подменила. Если бы это действительно было ароматное саше Шуй Жолань, Шуй Жолань была бы замешана в скандале, если бы с Цинь Юйжу произошел несчастный случай.

Убить двух зайцев одним выстрелом. Прекрасная задумка кукловода.

Цинь Юйжу пострадала от своих собственных действий, но Шуй Жолань несправедливо сделали бы козлом отпущения. Без сомнения, слуга принадлежал Ци Тяньюю. Однако позади него стояла Ци Жунчжи, а не Ци Тяньюй.

Цинь Юйжу охотилась на Шуй Жолань, не подозревая, что Ци Жунчжи нацелилась на нее. При этом Ци Жунчжи тонко переложила вину на Шуй Жолань.

Двое негодяев уже привели Мэй Сюэ обратно. Это было идеальное время. Цинь Ваньжу слегка присела, подняла большой камень, который валялся рядом с деревом, прицелилась в слугу, который вытягивал шею, чтобы выглянуть из-за дерева, и бросила камень в него.

Воспитание в генеральском поместье было не таким строгим, как в других благородных семьях. Более того, мадам Ди никогда по-настоящему не контролировала ее времяпровождение. К тому же, здоровье старой мадам было не очень хорошим. В детстве Цинь Ваньжу часто убегала с Ци Байюем, чтобы стрелять в птиц из рогатки и карабкаться по стенам.

Хотя прошло много лет с тех пор, как Ваньжу еще девочкой бросала камни в последний раз, у нее все еще была хорошая меткость.

– Ой! – послышался вскрик справа спереди.

Два негодяя были встревожены, и настороженно огляделись вокруг. После того, как они посмотрели друг на друга, один бандит подошел и грубо вытащил человека из-за дерева.

– Это ты! – Негодяй почувствовал облегчение, когда увидел слугу, который передавал им приказы. – Ты пришел сюда, чтобы заплатить нам? Как насчет того, чтобы взглянуть на то, что мы сделали? Молодая леди и ее служанка. Они обе здесь!

Мэй Сюэ была ошеломлена. В этот момент она почувствовала надежду, увидев слугу Ци Тяньюя. Она заплакала и громко закричала:

– Ци Хай, беги и попроси своего старшего молодого мастера спасти нашу мисс!

– Я... – Ци Хай вздрогнул. Он не знал, что теперь делать.

Он был лакеем старшего молодого мастера, поэтому он должен помочь старшей мисс Цинь. Но теперь, подчиняясь приказам мисс Ци, он не мог помочь старшей мисс Цинь.

– Что с тобой не так? Ты хочешь нас обмануть и присвоить наши денежки? – усмехнулся бандит.

– Нет... – Слуга быстро покачал головой. Он был в панике, потому что его обнаружили так внезапно.

– Отдай деньги. Мы поймали хозяйку и ее служанку. После этого мы их продадим. Итак, ты нам заплатишь, верно? – Другой негодяй тоже ухмыльнулся и сделал два шага вперед, чтобы надавить на слугу.

Бандиты также поняли, что что-то не так, поэтому они решили поскорее забрать деньги.

– Я... я… – Ци Хай отступил назад. У него вообще не было денег. Первоначально старшая мисс Цинь собиралась заплатить после выполнения заказа. Его собственная мисс и не думала никому платить.

– Ты теперь решил строить из себя невиновного? Если ты посмеешь нас обмануть, мы всем расскажем эту историю. Это твой хозяин нанял нас похитить молодую леди из поместья генерала армии Нинъюань. – Негодяй протянул руку и с силой схватил слугу.

В это время Мэй Сюэ подумала, что все поняла. Увидев эту сцену, она возмущенно закричала:

– Ци Хай… Ты… Ты и старший молодой мастер семьи Ци устроили заговор против нашей старшей мисс? Зачем ты это сделал?

Цинь Ваньжу спокойно наблюдала за происходящим. Позади нее послышались негромкие голоса…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 63. Так неловко свалиться в кучу

Глава 63. Так неловко свалиться в кучу

.

Ци Хай в панике замахал руками и начал поспешно оправдываться:

– Нет, наш старший молодой мастер не...

– Ваш старший молодой мастер затаил обиду на нашу старшую мисс? Но даже в этом случае он не должен был делать ничего подобного! Ты пытаешься уничтожить ее. – Из-за страха и паники Мэй Сюэ совсем не могла контролировать свой голос и кричала во все горло.

– Шлюха, заткнись! Ты хочешь, чтобы нас поймали? – Негодяй обернулся и яростно ударил Мэй Сюэ дважды, прежде чем горничная опомнилась. Он притянул Цинь Юйжу, которая лежала на земле, к себе одной рукой, в то время как другой рукой он держал слугу Ци Тяньюя, говоря своему подельнику: – Уходим! Здесь небезопасно.

Крик Мэй Сюэ разнесся очень далеко по тихому лесу. В это время вокруг не было ни души, но преступники были в панике.

– Помогите! Помогите! Спасите меня скорее! – Мэй Сюэ, несмотря ни на что, не замолкала и звала на помощь.

Бандит хотел заткнуть рот Мэй Сюэ, но ничего не смог найти. Он сразу же потянулся, чтобы оторвать светлый и красочный рукав Цинь Юйжу. Казалось, дорогую тонкую ткань легко порвать. Он оторвал большой кусок ее рукава, и часть ее руки оказалась обнаженной.

Потом он заткнул рот Мэй Сюэ оторванным рукавом.

Двое негодяев потащили своих жертв и намеревались скрыться. Вдруг позади них раздался крик:

– Отпусти мою старшую сестру!

Они были потрясены и посмотрели назад. Цинь Ваньжу выбежала из-за дерева, за ней неслась Цин Юэ.

Негодяи сначала запаниковали, затем они расхохотались.

– Вот еще две красотки сами плывут к нам в руки! Это хорошая сделка!

Выбежавшие девочки были моложе двоих пойманных ранее. Юная леди, которая бежала впереди, была всего лишь ребенком.

Негодяй вложил Цинь Юйжу в руки лакея и побежал к Цинь Ваньжу, готовясь поймать ее и ее служанку.

Ци Хай был застигнут врасплох тем, что негодяй передал ему Цинь Юйжу. Его сбили с ног, и он оказался под Цинь Юйжу.

Когда Мэй Сюэ увидела Цинь Ваньжу, ее глаза загорелись надеждой. Она сильно пнула негодяя, который поймал ее, и негодяй отступил назад. Неожиданно Цинь Юйжу внезапно упала прямо ему под ноги, и он наступил на нее. Когда его ноги соскользнули, он просто упал на Цинь Юйжу. Ци Хай, который хотел встать, снова тяжело упал с криком боли.

Толпа людей выбежала из тени деревьев. Они потеряли дар речи, когда увидели, что Цинь Юйжу оказалась зажата между двумя мужчинами и попала в скандальное положение. Хотя Ци Хаю было всего четырнадцать лет, он был мужчиной. Не говоря уже о том, что бандиту было лет тридцать.

Цинь Юйжу была зажата так, что большая часть ее голой руки была открыта. Негодяй вскочил на ноги и сильно пнул ее. В это время она медленно пришла в себя и тупо открыла глаза.

– Поторопитесь! Спешите спасти мою старшую сестру! – закричала Цинь Ваньжу ошеломленной толпе.

Цин Юэ немедленно бросилась вперед и храбро встала перед Цинь Ваньжу. Она подняла камень и бросила в лицо приближающемуся бандиту.

Негодяй никогда не думал, что маленькая служанка будет такой свирепой и хулигански бросит в него камень. Не обращая на девочек внимания, он подвергся сильному нападению. Когда он оглянулся, то увидел кучу людей. В этот момент он понял, что катастрофа неминуема. Он повернулся, чтобы схватить другого негодяя, и убежать как можно быстрее.

За ними тут же бросились в погоню.

Бандиты были местными жителями, поэтому они хорошо знали лесные тропинки. Женщины из монастыря не смогли их догнать.

– Старшая сестра, старшая сестра, ты в порядке? – Цинь Ваньжу подбежала к Цинь Юйжу и протянула руки, чтобы поддержать ее. Как и должно быть в такой ситуации, ее лицо было полно паники.

– Ты... – Цинь Юйжу приподнялась. Смутившись, она перевела взгляд с Цинь Ваньжу на лакея и посмотрела на него тяжелыми свинцовыми глазами. – Как слуга Ци Тяньюя оказался здесь?

Мэй Сюэ подошла, обняла Цинь Юйжу и заплакала. Пережив катастрофу, она потеряла над собой контроль. Она указала на лакея и сердито закричала:

– Мисс, это старший молодой мастер Семьи Ци послал бандитов, чтобы украсть вас!

Ци Хай уже давно был в панике. Теперь его остановили несколько пожилых женщин из семьи Цинь, заломив ему руки за спину. Услышав слова Мэй Сюэ, он покачал головой и громко рассмеялся:

– Старшая мисс Цинь, наш старший молодой мастер здесь не причем. Я обнаружил, что кто-то может причинить вам вред, поэтому я хотел помочь вам. Вы все неправильно поняли!

Ци Хай всегда был сообразительным малым. Он не посмел сказать, что это была идея Ци Жунчжи, поэтому категорически заявил, что случайно проходил мимо.

– Старшая мисс Цинь, наш старший молодой мастер просил о встрече с вами. Как он может причинить вам боль? Разве вы не знаете, как он к вам привязан?

Слуга был встревожен и сказал такие слова, опасаясь, что его втянули в неприятности.

Остальные не могли понять, о чем речь, но Цинь Юйжу это знала. Она выглядела бледной и растерянной. Она понятия не имела, почему все так сильно пошло не в ту сторону.

– Юйжу, что случилось? Что случилось? – послышался нежный голос.

Цинь Юйжу подняла голову и увидела Шуй Жолань. Уголки ее глаз яростно дернулись.

– Ты… Как ты можешь быть в безопасности?!

– Я… Я не должна быть в безопасности? – Шуй Жолань была шокирована, когда спросила это.

– Только что я услышала, что с вами произошел несчастный случай. Именно поэтому я бросилась сюда. Тетя Шуй, меня обманули. – Цинь Юйжу обиженно моргнула, внезапно бросилась в объятия Шуй Жолань и закричала: – Тетя Шуй, слава небесам, с вами все хорошо! Я думала, что с вами что-то случилось!

– Ты думала, что со мной что-то случилось? – нахмурившись, переспросила Шуй Жолань.

– Да, эти двое бандитов сказали мне об этом. Где эти негодяи? – Цинь Юйжу теперь полностью пришла в себя. Она заскрежетала зубами от гнева, когда поняла, что ее план провалился. Прямо сейчас она знала, что все, что может сделать, это притвориться невинной овечкой перед Шуй Жолань.

Цинь Ваньжу потянула ее за рукава и указала на слугу.

– Старшая сестра, это точно слуга старшего молодого мастера семьи Ци? Почему он здесь? У него есть с тобой какие-то дела?

Цинь Юйжу проследила за ее пальцем и увидела лакея Ци Тяньюя. Она не знала, как объяснить его присутствие здесь. «Должна ли я указать пальцем на Ци Тяньюя или нет?» – панически взвешивала она.

Ци Жунчжи пришла вместе с толпой. Услышав, что они говорят о ее брате, она не смогла сдержаться. Она вышла из толпы вперед и сказала голосом, полным сарказма:

– Когда это старшая мисс Цинь стала в таких хороших отношениях с леди Шуй? Одно только слово незнакомца может заставить ее сломя голову бежать в лес, даже ничего не спросив.

Хотя ей не нравилась одержимость брата Цинь Юйжу, она не хотела впутывать его в это дело.

– Ты... – Цинь Юйжу яростно посмотрела на Ци Жунчжи. Ее сердце бешено заколотилось. – «Почему Ци Жунчжи здесь?» – в панике спросила она себя.

– Старшая мисс Цинь, я не знаю, что с вами не так. Пойдете ли вы с ним на свидание после того, как слуга передаст сообщение? Вам тут что, ваши семейные владения в поместье генерала армии Нинъюань? Стоит лакею что-то сказать, и вы согласны бежать за ним? А теперь вы хотите втянуть в этот скандал моего брата! Моему брату не повезло со свадьбой, и сейчас у него нет с вами никаких отношений, но он все еще связан с вами. Что вы задумали на этот раз?

Ци Жунчжи усмехнулась и посмотрела на оголенную руку Цинь Юйжу.

– Вы все еще хотите свалить вину на моего брата? Только что вы были неправильно одеты, вас дергали и толкали другие мужчины. Вы должны были прийти сюда, потому что эти двое мужчин сказали вам что-то важное?

Ци Жунчжи не хотела отпускать Цинь Юйжу. Стоя с высоко поднятой головой, она насмешливо посмотрела на Цинь Юйжу.

– Я… Я действительно пришла сюда, услышав, что это касается тети Шуй. Я беспокоилась о безопасности тети Шуй, – жалобно пролепетала Цинь Юйжу.

Услышав слова Ци Жунчжи, она поняла, что катастрофа неминуема. Ци Жунчжи хотела подставить ее, но она действительно не осмеливалась втягивать Ци Тяньюя в это дело.

– Это действительно касается леди Шуй? – холодно спросила Ци Жунчжи.

Цинь Ваньжу не подняла глаз, с выражением, которое выглядело слегка ироничным в уголках ее рта. Ци Жунчжи и Цинь Юйжу действительно были «близкими подругами». В сложившихся обстоятельствах они действовали очень согласованно.

– Это на самом деле касается тети Шуй. Мужчина сказал, что с ней произошел несчастный случай. – Цинь Юйжу плакала со слезами, капающими вниз, выглядя крайне жалко.

Она опустила голову и выглядела очень обиженной. Тем не менее, она внимательно посмотрела на землю, надеясь найти саше Шуй Жолань, которым она хотела заманить сюда Шуй Жолань.

Если бы она нашла саше, ее слова могли бы в основном подтвердиться.

– Эй, чей это саше? – внезапно закричала служанка Ци Жунчжи, Чунь Си, и указала на место рядом с Цинь Юйжу.

– Правильно… Верно! Переодетый негодяй принес саше, чтобы одурачить нашу мисс! Он сказал, что с леди Шуй произошел несчастный случай. Наша мисс беспокоилась о леди Шуй, поэтому... поэтому она пришла сюда. Она попала в ловушку нечестивца! – крикнула Мэй Сюэ.

Теперь у Цинь Юйжу были проблемы. Каковы бы ни были последствия, она не добьется хорошего конца. Поэтому она надеялась загладить свою вину добрыми делами.

Мэй Сюэ также знала о саше. Услышав, что саше был там, она была вне себя от радости. Она хотела выразить свою преданность, опередив Цинь Юйжу.

Шуй Жолань была ошеломлена таким поворотом событий. Она неосознанно коснулась своей талии и обнаружила, что ее саше куда-то пропал. Она сильно побледнела.

– Тетя Шуй... – сказала Цинь Юйжу так горько, как будто с ней произошел несчастный случай из-за Шуй Жолань.

Рука Шуй Жолань задрожала. Но тут крошечная ручка протянулась и мягко сжала ее руку.

Шуй Жолань повернула голову и увидела большие глаза Цинь Ваньжу, резко контрастирующие черным и белым. В ее глазах была спокойная улыбка.

Шуй Жолань сразу успокоилась. Ее тревога, казалось, рассеялась без следа.

– Дай мне саше! – тихо сказала она.

Одна из старух подняла саше и протянула его ей.

Шуй Жолань взяла его и просмотрела. В ее глазах промелькнуло замешательство. Она мягко оттолкнула цепляющуюся за нее Цинь Юйжу и нахмурила свои красивые брови.

– Юйжу, почему ты решила, что это мое саше?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 64. Как все это закончить?

Глава 64. Как все это закончить?

.

– На саше леди Шуй ведь есть маленький иероглиф «Лань», верно?– поспешно спросила Мэй Сюэ, сообщая об этом свидетелям.

После того, как Шуй Жолань проверила вышитый на саше иероглиф, она расслабилась. Затем она подняла глаза, спокойно посмотрела на Цинь Юйжу и спросила:

– Но на этом саше нет никакого «Лань», и это точно не мое саше… Он ведь не принадлежит самой Юйжу, не так ли?

Внезапный шок обрушился на Цинь Юйжу, и ее сердце начало нервно биться. Она удивленно подняла голову.

Ци Жунчжи тоже была потрясена, потому что она ясно помнила, как видела, что этот саше был украден у Шуй Жолань, а затем невольно перевела взгляд на Ци Хая, слугу брата.

Ци Хай тоже был в растерянности. Он также был уверен, что саше принадлежало Шуй Жолань. Однако, к сожалению, он не мог сказать ни слова в подтверждение.

Цинь Ваньжу немедленно выхватила саше из рук Шуй Жолань, и встала так, как будто хотела разглядеть его более ясно. Она выставила саше на яркий свет факела для изучения, и это привлекло внимание всех невольных зрителей. Все глаза с любопытством проследили за ее движением, затем оказалось, что многие люди увидели, что на саше был вышит не иероглиф «Лань».

– Это саше старшей мисс Цинь!

– Саше, несомненно, принадлежит старшей мисс Цинь, и как она может утверждать, что оно принадлежит леди Шуй?

– Как… как такое могло случиться? Неужели эти двое негодяев выполняли грязные приказы юной леди? Значит, она сама подготовила и исполнила подобную сцену?

Монастырь Цзинсинь был очень популярен и никогда не испытывал недостатка в набожных паломниках. Он был свидетелем огромного потока посетителей, и некоторые жены и дочери из престижных семей часто жили в нем. Услышав это, многие женщины мгновенно остолбенели.

Это все выглядело очень подозрительно!

– Я... – Цинь Юйжу побледнела, обнаружив, что не знает, что сказать, но ей до смерти хотелось поспешно все прояснить.

– Похоже, что старшая мисс Цинь снова солгала. Ну, неважно, пока эта история не имеет никакого отношения к моему старшему брату, что бы старшая мисс Цинь ни сделала, нас это не касается. Очень удачно, что теперь наше поместье магистрата не имеет родственных связей с поместьем генерала армии Нинъюань. Достаточно того, что мой старший брат вмешался в эту проблему и испытал усталость, решая ее только один раз. Я только надеюсь, что старшая мисс Цинь сможет вспомнить обо всех тех одолжениях, которые он оказал ей в прошлом, и не станет втягивать его в этот непристойный скандал.

Это означало, что если Цинь Юйжу все еще будет доставлять проблемы Ци Тяньюю, они не будут так вежливы, как в прошлый раз. Ци Жунчжи считала, что Цинь Юйжу достаточно благоразумна, чтобы понимать текущую ситуацию. В противном случае, если бы люди вспомнили и возобновили разговор о ее романе с другим, Ци Тяньюй мог бы только помочь ей найти какие-то оправдания, а Цинь Юйжу стала бы виновницей за кулисами, которая разрушила и других, и себя.

Хотя несчастный случай произошел, не Ци Жунчжи была на этот раз зачинщицей. В конце концов, она быстро среагировала. Закончив фразу, она подошла к слуге и сделала одновременно холодное и строгое лицо:

– Старший брат послал тебя найти меня, почему ты последовал за старшей мисс Цинь? То, что происходит в ее семье, теперь не имеет к нам никакого отношения.

Чунь Си услышала слова Ци Жунчжи и сразу закричала на двух старух, которые крепко держали Ци Хая:

– Отпустите его!

Две старухи мельком взглянули на Шуй Жолань и не двинулись с места. Когда прислужница Цинь Юйжу только что передала сообщение, старая мадам попросила Шуй Жолань взять женщин с собой и пойти разобраться, так что теперь Шуй Жолань, естественно, должна командовать в этой ситуации.

Что-то подобное случилось со старшей мисс, вторая мисс была слишком маленькой, чтобы принимать какие-либо решения, поэтому Шуй Жолань все равно должна была разобраться с этим вопросом.

Шуй Жолань еще ничего не сказала, и старухи не посмели отпустить лакея.

Цинь Ваньжу встал перед лакеем и оглядел его с ног до головы, что привело слугу в еще большее замешательство. Хотя вторая мисс Цинь все еще была такой же крошечной, какой была перед его глазами, ее ясные и проницательные глаза излучали определенную холодность и заставляли его беспричинно нервничать.

– Ты слуга старшего молодого мастера семьи Ци? Почему ты следил за моей старшей сестрой? – спросила Цинь Ваньжу.

– Я... я лакей молодого господина, я пришел, чтобы найти нашу юную леди… Я не ожидал, что увижу, как кто-то хочет похитить старшую мисс Цинь… – Слуга запнулся и опустил голову.

– Так ты утверждаешь, что этот случай с похищением не имеет никакого отношения к старшему молодому мастеру семьи Ци? – Цинь Ваньжу изобразила слабую улыбку на губах, но в этой улыбке чувствовалась угроза.

Ци Жунчжи стала несчастной, как только поняла намек в словах Цинь Ваньжу, поэтому она холодно фыркнула и сказала:

– Цинь Ваньжу, что означают твои слова? Как мог мой старший брат иметь какое-то отношение к делам этой распутной женщины? Поскольку эта женщина принадлежит к аристократической ветви столичного особняка герцога Юнкана, наше поместье вообще не имеет к ней никакого отношения. Это был глупый слуга, который не все понял до конца, и все еще думал о том, чтобы помочь Цинь Юйжу.

– Старшая сестра, что ты об этом думаешь? – Цинь Ваньжу проигнорировала ее и посмотрела на Цинь Юйжу.

В это время Цинь Юйжу поддержали, чтобы помочь ей встать, и она так разозлилась и возненавидела слова Ци Жунчжи, что ей не терпелось дать ей несколько пощечин.

Что касается былого случая с неудавшейся свадьбой, поместье генерала армии Нинъюань несколько раз рассматривало его в сдержанном ключе, желая лишь уменьшить серьезность проблемы до менее критической, и, наконец, было сделано все для того, чтобы бы это была исчезающая сплетня, которую никто никогда не стал бы вспоминать.

Ци Жунчжи в присутствии стольких людей снова неожиданно упомянула об этом.

Но, боясь выявить подлинные причины этого скандала, Цинь Юйжу не осмелилась опровергнуть ее слова наверняка. Она стиснула зубы и проглотила свои слова ненависти, великодушно сказав:

– Ваньжу, отпусти его, возможно, это не имеет к нему никакого отношения... Но я… Меня одурачили другие. Переодетый бандит взял чье-то саше и сказал, что оно принадлежит тете Шуй, и я даже не проверила его, а в панике последовала за ним сюда. Я никогда не думала, никогда не думала, что... – Цинь Юйжу всхлипнула и снова жалобно заплакала.

– Но... но это саше не тети Шуй! – воскликнула Цинь Ваньжу. Когда она услышала, что Цинь Юйжу все еще настаивает на том, чтобы говорить всем, что саше принадлежало Шуй Жолань, она мысленно усмехнулась, но на ее лице не отразилось никакого выражения. Она держала его в руке и трясла с невинным и неопытным выражением лица. – Старшая сестра, это твое саше!

– Я… я не понимаю… И я не знаю, почему это мое… может быть… Может быть, я просто уронила его! – Слезы Цинь Юйжу лились неистово. Она выставляла себя такой обиженной.

– Может быть, наша мисс сильно сопротивлялась, когда эти бандиты поймали ее, и она потеряла его! – Мэй Сюэ последовала словам Цинь Юйжу и поспешно придумала новую отговорку.

Но ее слова напомнили людям о сцене, когда мужчины лежали на Цинь Юйжу, и некоторые из свидетельниц показали презрение на лицах. Дело было не в том, что только что случившееся заставило женщин презирать ее, первая ее реакция тоже была странной. Эта старшая мисс Цинь показалась подозрительной, потому что слова горничной не соответствовали словам хозяйки, и она вела себя так, как будто была в панике. Более того, их утверждения об этом саше противоречили истине.

– Отпустите его!

Наконец, Шуй Жолань открыла рот и сказала свое слово. Две старухи мгновенно убрали руки и освободили лакея.

Ци Хай сорвался с места и сразу же спрятался за спиной Ци Жунчжи.

– Теперь, когда все убедились, что этот случай не имеет к нам никакого отношения, я забираю своих людей. Я надеюсь, что старшая мисс Цинь не станет впутывать моего невиновного старшего брата в эту грязную историю, чтобы оба наших поместья все еще могли найти слова для разговора, когда мы встретимся в будущем. – Ци Жунчжи в очередной раз предостерегла Цинь Юйжу, а затем ушла со слугой и горничной.

Двое похитителей уже сбежали, и все люди на месте были женщинами. Уже темнело, и никто больше не осмеливался бросаться в глухой лес на поиски преступников.

Шуй Жолань попросила старух поддержать Цинь Юйжу, чтобы та могла идти, а затем привела своих людей на встречу со старой мадам Цинь.

Старухи из поместья генерала армии Нинъюань также последовали за ней, оставив множество случайных свидетельниц, которые просто с любопытством наблюдали за происходящим, и теперь группками выходили из леса, бурно обсуждая происшествие друг с другом.

До этого многие присутствующие слышали о скандалах, которые происходили в поместье генерала армии Нинъюань, но никто никогда ничего не видел лично. Но на этот раз они наблюдали за всей сценой собственными глазами.

Старшая мисс Цинь только что оказалась зажатой между двумя мужчинами и порвала рукав, оголив руку, и теперь она на самом деле была обесчещена.

Девственность женщины была гораздо важнее имени Будды, и она даже потеряла ее на глазах у публики. Если она хотела защитить свою репутацию, то должна была бы умереть, чтобы сохранить себя в чистоте, или быть побритой в монахини, закончив свою жизнь с единственной свечой и древним Буддой.

Оставалось неизвестным, что выберет эта бесстыжая мисс, и это стало предметом общественного обсуждения. Другие разговоры касались самого похищения. Так как эта юная особа была уже не чиста, она, вероятно, пострадала от последствий, которые сама навлекла на себя.

Было много споров, когда женщины болтали об этом, и девять из десяти предложений касались недоверия к репутации Цинь Юйжу.

***

Старая мадам сидела на кровати и была так зла, что ее лицо было бледным, как белый лист бумаги. Она энергично ударила по простыне и спросила со злостью:

– Что случилось, Юйжу? Почему ты последовала за незнакомцем в лес ночью?

И это было причиной нового скандала.

– Бабушка, бабушка… Я действительно поверила, что с тетей Шуй случилось что-то плохое, я была обманута. – Цинь Юйжу громко заплакала и опустилась на колени перед кроватью.

– Ты могла бы послать слуг спросить, не случилось ли что-нибудь с Жолань! Почему ты сама побежала за ним? И если бы Жолань даже потеряла саше, было ли это равнозначно твоей потере?

Старая мадам вообще не поверила словам Цинь Юйжу. Она прекрасно знала, что мадам Ди и Цинь Юйжу никогда не любили Шуй Жолань, особенно после того, что недавно произошло между ней и генералом.

Даже если бы для Цинь Юйжу стало неожиданностью, что с Шуй Жолань может случиться что-то ужасное, она не стала бы бежать спасать ее в такой спешке.

– Бабушка, меня действительно обманули. В тот момент я была в панике. – Цинь Юйжу могла только утверждать, что сейчас она была обманута.

– Ты… ты натворила такого, что я не могу тебя приютить. Ты должна немедленно спуститься с горы и все рассказать своим родителям! – Старая мадам очень расстроилась, потому что убедилась, что Цинь Юйжу все еще отказывается говорить правду. Она откинулась назад на подушки и устало закрыла глаза: – Я старая, и ты не относишься ко мне с должным уважением. То, что ты только что сказала… это все отговорки, чтобы обмануть меня. Ну, ничего, просто уходи и спускайся с горы.

У нее была чистая совесть перед Цинь Юйжу, и она продолжала стараться дать ей все самое лучшее. Поскольку у Цинь Юйжу не было других родственников, она всегда беспокоилась об обеих своих внучках.

Цинь Юйжу была плотью и кровью Цинь Хуайюна, она не могла относиться к ней пренебрежительно. Но на этот раз Цинь Юйжу действительно разбила ей сердце. Мадам Ди и ее дочь снова и снова дурачили всех.

– Бабушка, ты… Ты просто скажи моему отцу, что я была… Что я пострадала из-за тети Шуй, – плачущим голосом умоляла старушку Цинь Юйжу.

Старая мадам рассердилась.

– Я ничего не скажу, ты сама скажи ему, если хочешь! – Цинь Юйжу все еще хотела свалить всю вину на Жолань даже в этот момент, и это увеличило бы дистанцию между Хуайюном и Жолань.

– Бабушка… Я твоя внучка! Как ты можешь… ты делаешь только хуже… – Услышав отказ старой мадам, Цинь Юйжу бросилась к ней, стоя на коленях в нескольких шагах перед ее кроватью, и она подползла на коленях, чтобы схватить старую мадам за руку. Вспышка ярости и горечи промелькнула в ее глазах, и она хотела обвинить во всем Шуй Жолань, несмотря ни на что.

Она хотела, чтобы Шуй Жолань стала виновницей ее падения.

Цинь Ваньжу протянула руки и сильно ударила ее по рукам, которые затем были отброшены в другую сторону:

– Старшая сестра, ты настаиваешь, что в твоем бесчестии нужно винить тетю Шуй? Насколько же сильно ты ненавидишь тетю Шуй?

Старая мадам не могла говорить прямо. Но поскольку Цинь Ваньжу была еще ребенком, она могла быть «невежественной» и высказаться без обиняков.

– Я обязательно все расскажу папе! Ты продолжаешь сваливать вину на тетю Шуй, а ведь это тетя Шуй спасла тебя от похитителей! Ты даже соврала всем, что это саше тети Шуй заставило тебя последовать за мужчиной в лес. Но на самом деле это твое саше! И ты освободила от ответственности старшего молодого мастера семьи Ци и его слугу, а они оба явно имели какое-то отношение к твоему похищению! Когда я прибежала тебе на помощь, я видела, что этот лакей очень подло поступил с тобой! Я думаю, что все это было подстроено по приказу старшего молодого мастера Ци, который решил отомстить тебе, и я скажу отцу, чтобы он поговорил с магистратом Ци!

Цинь Ваньжу пришла в ярость, ругая старшую сестру:

– Если бы я действительно захотела, то могла бы схватить двух негодяев. Теперь я попрошу отца собрать всех людей, живущих здесь, и проверить их одного за другим, и тогда мы определенно сможем все выяснить и докопаться до правды. Кто это сделал на самом деле и что он планирует делать дальше? Когда я все узнаю, я заставлю отца наказать интригана, который все это затеял!

Казалось, что ее нежный и девчачий голосок говорил бессмысленности, но каждое предложение пронзало сердце Цинь Юйжу, и заставляло ее содрогаться всем телом.

НЕТ… НЕТ! Эту историю нельзя было расследовать дальше!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 65. Разделение мадам Ди и ее дочери

Глава 65. Разделение мадам Ди и ее дочери

.

В ту же ночь Цинь Юйжу отослали из монастыря Цзиньсинь. Старая мадам не могла нести ответственность, когда случалось что-то ужасное, подобное этому. Она была не родителями, а бабушкой Цинь Юйжу, поэтому Цинь Хуайюн и мадам Ди должны были принимать решения, если что-то случается.

Более того, теперь старушка была одновременно разочарована и убита горем из-за Цинь Юйжу, поэтому решила больше не заниматься ее проблемами. Поскольку Цинь Юйжу стремилась вовлечь Шуй Жолань в это похищение, она послала няню Дуань, чтобы сопроводить Цинь Юйжу ночью и навестить Цинь Хуайюна, чтобы рассказать ему о ситуации. Что бы ни случилось дальше, это ее больше не касалось.

Теперь, когда Цинь Юйжу отослали, Шуй Жолань и Цинь Ваньжу некоторое время успокаивали старую мадам и с трудом уложили ее спать.

Из-за неприятного события старая мадам начала сильно кашлять после того, как легла спать. Ее непрерывный кашель заставил Шуй Жолань послать служанку пригласить Преподобную монастыря Цзиньсинь. Затем настоятельница прописала старой мадам новое лекарство и поручила служанке приготовить лекарство в коридоре.

Шуй Жолань проводила Преподобную настоятельницу монастыря Цзиньсинь до ворот гостевого двора и неоднократно выразила ей свою благодарность. Когда она обернулась, то обнаружила, что Цинь Ваньжу вышла из комнаты, стояла во дворе и махала ей рукой.

– Ваньжу, иди сюда! – сказав это, она вошла в комнату рядом с воротами. Это была редко посещаемая комната, и в ней никого не было.

Цинь Ваньжу кивнула Шуй Жолань, а затем последовал за нею в ту изолированную комнату.

– Ваньжу, что случилось на самом деле? – Шуй Жолань нахмурилась, глядя на девочку, и спросила после того, как они обе встали там. Поскольку она не была глупой, весь случай, когда соединялась каждая часть, был странным, как бы сильно она об этом ни думала.

Саше исчезло, и то, что в тот момент было найдено в лесу, было точно не ее. Так где же было ее саше? Если не считать того, что какой-то слуга столкнулся с ней, единственным человеком, который близко подошел к ней в то время, была Цинь Ваньжу.

– Тетя Шуй, вот твое саше, будь осторожна в будущем! – Цинь Ваньжу, улыбаясь, достала из внутреннего кармана вышитый саше и спокойно передала его Шуй Жолань.

Шуй Жолань была ошеломлена. Она поспешно потянулась, чтобы взять саше, и спрятала его в рукав.

– Тетя Шуй, это старшая сестра сговорилась против тебя с бандитами, и теперь она сама пострадала от последствий, – коротко пояснила Цинь Ваньжу.

Ее слова заставили Шуй Жолань содрогнуться, и ее глаза наполнились болью.

Она беспокоилась о Цинь Ваньжу, которая пыталась защитить ее, хотя сама была такой маленькой, что еле доставала до ее плеча. Она никогда не была настолько решительна, чтобы стремиться защитить этого ребенка.

Она ничего не сказала, только заправила волосы Цинь Ваньжу за уши, и внезапно миллионы ощущений и озарений пришли ей в голову. Ее глаза покраснели от слез, но она не знала, с чего начать.

***

Цинь Ваньжу ушла сразу после того, как старая мадам приняла лекарство, и ей стало намного лучше.

Шуй Жолань осталась дежурить у постели больной и приказала Цинь Ваньжу идти спать.

Цинь Ваньжу вернулась в свою комнату и села перед туалетным столиком после того, как закончила мыться.

– Барышня, зачем вы спасли старшую мисс? – смущенно спросила Цин Юэ, скручивая волосы хозяйки, чтобы высушить их.

– Если бы с ней случилось что-то ужасное, то бабушка должна была быть ответственна за это, потому что она последовала за бабушкой, чтобы жить на этой горе! – Цинь Ваньжу взяла сухое полотенце и передала его Цин Юэ, а затем Цин Юэ сменила мокрое в своих руках.

С Цинь Юйжу пока ничего не должно случиться. В противном случае мадам Ди сошла бы с ума, и это могло бы заставить ее сделать все, что угодно, вопреки чьим-либо ожиданиям. Поэтому, по крайней мере, в данный момент Цинь Юйжу должна остаться в целости и сохранности.

– Но что будет теперь, когда такое случилось со старшей мисс? – Цин Юэ сменила полотенце и спросила, как будто частично поняла замысел.

– Это действительно был несчастный случай, но он еще не стал достоянием общественности. Поскольку мы могли бы замять это, мадам Ди подумала бы, что ситуация обратима. Однако многие люди видели ее дочь в полном беспорядке. Проговаривают, что много из паломниц в монастыре Цзиньсинь являются женами и дочерьми местных торговцев, и когда-нибудь они разъедутся по домам, – осторожно и медленно произнесла Цинь Ваньжу.

– Так барышня имеет в виду, что они распространят эту информацию? – Цин Юэ загорелась и внезапно все поняла.

Цинь Ваньжу кивнула головой, коснулась кончиков своих волос и подумала, что они достаточно высохли. Затем она намеренно указала на затруднение:

– Цзянчжоу слишком далеко от столицы, и в конце концов мы отправимся в столицу!

В своей предыдущей жизни Цинь Хуайюн преуспел сам, поэтому вскоре вернулся в столицу, опираясь на поддержку особняка герцога Юнкана.

Совершенно неуместное замечание заставило Цин Юэ моргнуть, но, подумав о том, что произошло в поместье, она уловила суть.

– Так барышня хочет сказать, что мадам Ди и старшая мисс все свалят на вас и разрушат вашу репутацию после того, как они переедут в столицу? – Это предположение заставило Цин Юэ немедленно изменить выражение своего лица, и она пробормотала: – Но это... это ведь позор старшей мисс…

– Если бы они сговорились свалить вину на меня, а Ци Тяньюй подтвердил их слова, учитывая большое расстояние между Цзянчжоу и столицей, тогда кто узнал бы правду? – усмехнулась Ваньжу.

Девочка в зеркале напротив выглядела очень по-детски, но ее прекрасные глаза излучали густую темноту и глубину. Это не был пустой разговор, с ней что-то подобное случилось в прошлой жизни.

Но некоторые торговцы тоже отправлялись в столицу, так что слухи могли распространяться, когда наступит подходящее время. Или, другими словами, кто-то стоял бы за распространением нужных слухов.

– Мадам Ди и старшая мисс обе слишком... слишком порочны! – Цин Юэ сделала глубокий и холодный вдох и спросила в смятении: – Барышня... тогда... тогда что нам делать? Общественное мнение… Генерал и старая мадам скажут правдивые слова, верно?

– У бабушки плохое здоровье… Отец… Хотя отец беспокоится обо мне, в конце концов, старшая сестра – его единственная дочь. – На губах Ваньжу заиграла ледяная усмешка.

Цинь Хуайюн был великодушен, и его нельзя было считать неблагодарным человеком, когда он обращался с ней лично. Но когда дело доходило до его дочери, ситуация менялась. В конце концов, это была его родная дочь, и Цинь Хуайюн никогда бы не пожертвовал своей дочерью ради кого-то другого. Пусть Цинь Хуайюн чувствовал себя виноватым, он все равно будет смотреть в сторону.

Цинь Ваньжу ясно поняла это после того, что пережила в своей предыдущей жизни.

Цинь Хуайюн мог чувствовать отцовство по отношении к Цинь Ваньжу в отсутствие каких-либо конфликтов. Но он шел на компромисс с мадам Ди, когда у нее и Цинь Юйжу возникали конфликты.

– Тогда... тогда что же мы можем сделать? – Цин Юэ была в такой панике, что чуть не уронила полотенце. Ее барышня была беспомощна и одинока, и никто во всем генеральском поместье не мог защитить ее.

– Не волнуйся, я попрошу тетю Шуй помочь мне! – мягко сказала своей горничной маленькая Цинь Ваньжу в зеркале.

После этого случая нерешительность Шуй Жолань должна исчезнуть, хотя она была в безвыходности. На самом деле, как и она сама, мадам Ди не нашла ничего лучшего, когда начала строить коварные планы.

Цинь Ваньжу боялась, что Шуй Жолань не сможет разглядеть это ясно, когда она просто вернула ее саше.

Они обе были одиноки и беззащитны. Шуй Жолань не хватало легальной и приличной личности, и она сама была слишком маленькой, чтобы заставить других воспринимать ее слова всерьез. То, что она сказала, было всего лишь детским лепетом.

– Леди Шуй защитит вас? – Цин Юэ подсознательно прижала полотенце к груди.

– Может быть, тетя Шуй защитит мою бабушку и меня, но я тоже буду защищать их, – решительно кивнула Цинь Ваньжу.

В ее предыдущей жизни рядом было несколько слабых людей, и на этот раз она никогда не позволит другим запугивать ее. Если бы у нее не было перерождения, она боялась, что выберет ту же жизнь, что и раньше.

Девушка, лишенная защиты, была подобна бесполезной траве, растущей у дороги.

После слов хозяйки необъяснимая боль пронзила грудь Цин Юэ. Ей было больно за нее, и она подумала, что если бы вторая мисс не была такой умной, возможно, она потеряла бы свою жизнь много лет назад.

– Итак, я должна быть сильной. – Длинные ресницы Цинь Ваньжу затрепетали, отбрасывая неровные тени под ее глазами и изображая чувство страдания. На ее красных губах появилась улыбка, но она была печальной и мрачной.

В прошлой жизни она без корней плыла по течению и, в конце концов, была втоптана в ад, страдая от бесконечных несправедливых ударов судьбы. Она напрасно умерла под чужими ножами и даже не оставила ни костей, ни тела.

Если бы не ее нынешняя жизнь, она бы никогда не отомстила!

Цин Юэ посмотрела на красивую девочку, сидящую у туалетного столика. На ее великолепном, но крошечном лице было выражение, которое можно было увидеть только у взрослого умудренного жизнью человека. Но Цин Юэ не находила это противоречащим стилю Цинь Ваньжу, и это даже давало ей чувство безопасности, как будто Цинь Ваньжу действительно могла защитить окружающих ее людей.

Служанка выглядела постепенно успокоившейся.

Почувствовав спокойствие Цин Юэ и слегка, но мягко улыбнувшись, Цинь Ваньжу медленно приподняла голову. Цин Юэ была очень предана ей, и ей требовалась ее поддержка, чтобы продолжать идти вперед. Но она не ожидала, что Цин Юэ будет в таком замешательстве и панике из-за нее.

Уверенность, она придаст Цин Юэ уверенности и мужества!

Цин Юэ посмотрела на Цинь Ваньжу с уважением, которого она даже не осознавала, и спросила:

– Барышня, тогда как решить проблему с ложью старшей мисс?

Хотя ее барышня все еще была ребенком, она держалась с достоинством, и ее слова ценились. Она верила в свою хозяйку.

– Я тоже поеду в столицу! – Цинь Ваньжу с лукавством посмотрела на Цин Юэ. Затем она встала и пригладила свои красивые волосы.

– Поедете в столицу? Так быстро? Разве генерал не говорил, что понятия не имеет, когда сможет поехать в столицу? – Цин Юэ отложила полотенце и села рядом с Цинь Ваньжу, взяв расческу и расчесывая ее красивые волосы.

– Не с моим отцом! Цинь Юйжу срочно поедет в столицу, потому что она больше не может оставаться в Цзянчжоу! – На губах Цинь Ваньжу появилась насмешка.

В ее предыдущей жизни Цинь Юйжу вместе со всеми отправилась в столицу, но не в этой жизни. В этой жизни Цинь Юйжу окончательно разрушила свою репутацию, и оставаться здесь стало просто невозможно для нее.

Неизбежным решением было уехать в столицу и жить в особняке герцога Юнкана, чтобы временно держаться подальше от неприятностей и слухов.

– Что… А как насчет мадам Ди? – оторопело спросила Цин Юэ.

Увидев, что ее волосы уже гладко причесаны, Цинь Ваньжу встала и мягко сказала:

– Она не пойдет, тетя Шуй все еще здесь, и она волнуется!

Если бы ничего не случилось с Шуй Жолань, мадам Ди могла бы уехать. Но теперь она должна была остаться в Цзянчжоу. Разделение мадам Ди и Цинь Юйжу было полезным для Цинь Ваньжу.

Мадам Ди отличалась от Цинь Юйжу.

В конце концов, Цинь Юйжу была всего лишь неопытной девушкой из большой семьи, которой не хватало поддержки ее родителей, поэтому ее плохие слова о Цинь Ваньжу могли услышать только несколько человек. Более того, она должна была говорить об этом косвенно или просить своих слуг распространять слухи.

Мадам Ди была другой. Она считалась старшей в семье по материнской линии, а герцог Юнкан в столице был семьей ее матери. Она знала многих людей, поэтому не была бы щепетильной, когда люди сплетничали при ней. И она, несомненно, создаст намного больше проблем, если отправится в столицу, и это не принесло бы ничего хорошего Цинь Ваньжу.

Разделение мадам Ди и ее дочери изначально входило в график ее следующего шага.

Цин Юэ отступила, а Цинь Ваньжу легла в постель и некоторое время спокойно размышляла. Наконец она не смогла побороть усталость и провалилась в сон.

Осенний день временами был довольно жарким, но ночь была достаточно холодной, чтобы заставить людей дрожать. Окна закрывали рано, на случай если вечером в комнату ворвется холодный ветер.

Однако плотно закрытое окно, издавая наименьший шум, было пробито и бесшумно открылось в полночь…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 66. То, что ты должна этому королю, должно быть возвращено

Глава 66. То, что ты должна этому королю, должно быть возвращено

.

Цинь Ваньжу проснулась под утро. Когда она в растерянности открыла глаза, ей показалось, что тысячи килограммов давят на нее, и она чуть не испустила последний вздох. Так что вполне возможно, что она проснулась из-за тяжелого груза, давившего на ее тело.

Она несколько раз неосознанно отпихнула эту тяжесть в другую сторону и изо всех сил попыталась оттолкнуть ее подальше от себя. Однако ее руки вдруг были зажаты под чем-то тяжелым, и она не могла их поднять.

Цинь Ваньжу забеспокоилась, потому что понятия не имела, проснулась ли она или все еще видела сон. Стиснув зубы, она крепко схватила тяжесть и оттолкнула в сторону. Она так старалась, что ее ноги взметнулись в воздух, когда она исчерпала все свои силы.

То, что связывало ее, казалось, было резко отброшено пинком, а затем тяжело грохнулось с кровати.

После этого Цинь Ваньжу полегчало, и она глубоко выдохнула, отчего ее ресницы несколько раз затрепетали. Когда она уже собиралась снова закрыть глаза и уснуть, внезапное чувство опасности охватило ее и заставило заглянуть под кровать.

То, с чем она столкнулась, было убийственным взглядом холодных и кровожадных глаз.

Даже восклицание на какое-то время застряло у нее в горле. Потрясенная, она уставилась на растрепанного красивого мальчика своими большими блестящими глазами.

Вполне возможно, что он никогда в жизни не был таким неуклюжим и неряшливым, и его великолепные глаза были полны безжалостности и неверия в реальность случившегося!

Он упал с ее кровати с такой силой, что корона на его голове съехала набок, отчего благородный король Чэнь теперь выглядел взъерошенным и смешным.

– Немедленно подними этого короля! – Они оба были ошеломлены на некоторое время, прежде чем Чу Лючэнь сказал это с холодным и угрюмым выражением лица.

Цинь Ваньжу поспешно приподнялась и протянула мальчику руку.

Чу Лючэнь потянулся, чтобы взять ее маленькую ручку, и с яростной силой попытался подняться с пола. Цинь Ваньжу все еще не понимала, что происходит, и действовала инстинктивно. Она спросонок забыла, что сейчас снова была маленькой легкой девочкой. Неожиданно Чу Лючэнь потянул ее с такой силой, что она сама свалилась в кровати и упала прямо на него, таща за собой одеяло.

Чу Лючэнь только немного встал, но его снова прижали к полу. Он чуть не взорвался в гневе, и его лицо стало еще более мрачным.

К счастью, Цинь Ваньжу была маленькой и худой, и одеяло тоже не весило много. В противном случае король Чэнь боялся, что его вырвет кровью под давлением.

Подумать только, его, достойного короля Чэня, чуть не заставила вырвать кровью глупая женщина!

В глазах Чу Лючэня был не только холод, но и больше враждебности.

Благородный принц стиснул зубы и угрожающе процедил:

– Цинь Ваньжу...

– Принц, как вы здесь оказались? Это… это моя комната, верно? – сказала Цинь Ваньжу, полностью проснувшись после падения. Она немедленно откатилась в сторону, чтобы встать с мальчишки, и поспешно протянула руку, чтобы поднять его с пола, пряча глаза от смущения.

На этот раз она оперлась одной рукой о край кровати, и в сочетании с собственным усилием Чу Лючэня, она резко подняла паренька на ноги. Потом она внимательно осмотрела короля Чэня сверху донизу и вздохнула с облегчением.

Хотя король Чэнь упал в беспорядке, на нем все еще была верхняя одежда. Подумав об этом, она вдруг вспомнила, что на ней все еще была только нижняя одежда, и, поспешно завернувшись в одеяло, запрыгнула в постель.

Она спряталась под одеялом, оставив открытой только одну голову, и большими ясными глазами посмотрела на Чу Лючэня.

– Чего ты прячешься, я уже все видел. Ты всего лишь ребенок. У тебя там нет ничего достойного внимания! – Чу Лючэнь залез в кровать с мрачным видом, схватился за край одеяла и потянул его на себя, будничным тоном заявив: – Этому королю холодно, дай мне часть одеяла!

Ваньжу пришла в ужас и запротестовала:

– Ваше высочество, мужчинам и женщинам запрещено даже сидеть за одним столом, после того, как им исполнится шесть лет!

Хотя сейчас Ваньжу все еще была одиннадцатилетним ребенком, и невозможно было думать, что у Чу Лючэня были какие-то непристойные намерения, но в действительности она была хорошо воспитанной взрослой леди. Чу Лючэнь внезапно появился в ее кровати, и она была не в состоянии вынести такое нарушение приличий.

Цинь Ваньжу все еще была немного сбита с толку происходящим, и только поэтому она осмелилась спорить с Чу Лючэнем.

– О, этого короля не интересуют такие маленькие пигалицы, как ты! – презрительно усмехнулся Чу Лючэнь. Он притянул к себе большой кусок одеяла и укрылся: – Если по твоей милости я заболею, ты готова нести ответственность за это?

Увидев в лунном свете, который лился из окна, бледное лицо гордого принца и его кровоточащую губу, разбитую при падении, Ваньжу ослабила хватку. Она не могла взять на себя ответственность.

Большая часть одеяла соскользнула в сторону и укрыла Чу Лючэня. Цинь Ваньжу, свернувшись калачиком, жалко сидела на кровати, далеко от него, накрывая одеялом только ноги. Было действительно очень холодно, когда ее вытащили из-под теплого одеяла.

– Принц, вы... У вас какое-то дело ко мне? – Цинь Ваньжу слегка поежилась от холода, но не осмелилась потянуть на себя одеяло.

– Опять начинаешь важничать? – Чу Лючэнь протянул руку, пододвинул к себе невесомое тельце девочки и усмехнулся: – Такая малявка, как ты, вот так строго заявляет что-то вроде «мужчинам и женщинам после шести лет запрещено сидеть за одним столом»? Ты сейчас была похожа на занудного педанта, или скучную и чопорную старую деву.

Маленькое тельце было притянуто и заключено в его объятия. Чу Лючэнь вдруг подумал, что девчонка похожа на кошку, которую он вырастил. Маленькая девочка была очень мягкой и уютной, и была похожа на его дворцовую кошку, которая любила спать у него на коленях. Он протянул руку и коснулся прекрасных волос девочки, которые были гладкими, как шелк, и ему также захотелось погладить ее, как свою кошку.

Цинь Ваньжу согрелась в объятиях Чу Лючэня, но сам принц, не стал и на немного теплее. Его кожа все еще была холодной, и, казалось, его температура тела была даже ниже, чем у нее.

– Принц, зачем вы пришли ко мне? – Цинь Ваньжу подумала, что в этот момент ей не следует беспокоиться по всяким мелочам, типа соблюдения приличий. Разве король Чэнь не должен был остаться в поместье генерала? Зачем он вдруг пробрался ночью в женский монастырь Цзиньсинь?

Чу Лючэнь прищурился и насмешливо сказал:

– Я слышал, что прошлой ночью здесь что-то произошло. Этот король хотел понаблюдать за волнением.

Цинь Ваньжу вздохнула с облегчением.

– Ваше высочество, вы опоздали, – сказала она. – Вчерашние события уже закончились. Вы приехали сюда, когда узнали, что мою старшую сестру отправили обратно в поместье? С этим делом давно кончено!

– Этот король думает, что это еще не конец! – ухмыльнулся Чу Лючэнь.

Цинь Ваньжу опешила и осторожно спросила:

– Что вы имеете в виду, ваше высочество?

Ее прекрасные волосы были очень длинными и черными, и они свободно рассыпались после сна. В это время она сидела, и волосы волной окутали ее маленькое тело, но от этого она становилась все более и более красивой. Ее губы были красными, а зубы белыми, и у нее действительно было очарование, которое не было свойственно девочкам ее возраста.

Особенно ее красный цвет губ в сочетании с красивой формой губ, так как она находилась в тускло освещенной комнате, в этом, кажется, было неземное очарование.

Чу Лючэнь скользнул взглядом по ее вишневым губам и внезапно улыбнулся:

– Цинь Ваньжу, этот король очень помог тебе, и я все еще твой спаситель, верно?

– Ваше светлейшее высочество, ваша подданная благодарна вам за это! – Сердце Цинь Ваньжу испуганно заколотилось.

– Не имеет значения, благодарна ты или нет, но ты должна помнить, что то, что ты должна этому королю, в конце концов, должно быть возвращено. – Чу Лючэнь сказал это со смешком, откинувшись назад, слегка наклонив голову и глядя на Цинь Ваньжу с несколько хулиганским выражением в глазах. – Этот король не будет помогать другим просто так.

– Итак, к чему же клонит принц? – Цинь Ваньжу спрашивала все более и более осторожно.

– Давай его сюда! – Голос Чу Лючэня внезапно повысился.

– Слушаюсь! – кто-то тихо ответил за окном, и человек, одетый как охранник, открыл полузакрытое окно и прыгнул внутрь, неся в руке другого человека в черном.

Человек в черном, казалось, был без сознания, и он поник с повисшими руками, не в силах этого вынести.

– Кто это? – спросила Цинь Ваньжу. Она была застигнута врасплох, и невольно напряглась.

Чу Лючэнь холодно улыбнулся и медленно сказал:

– Цинь Ваньжу, если бы не этот король, боюсь, ты бы уже была похищена!

Взгляд Цинь Ваньжу упал на руки человека в черном, и она также увидела, как охранник положил на ее стол какие-то вещи, в том числе веревки, ножи и наркотики.

Внезапно ее осенила догадка, и цвет ее лица резко изменился. Она все еще была слишком беспечной!

На этот раз ее неосторожность чуть не убила ее. Мадам Ди была полна решимости лишить ее доброго имени и репутации.

Монастырь Цзиньсинь ничем не безопаснее, чем поместье генерала. Есть много людей, которые постоянно приходят и уходят. Даже если с ней действительно что-то случится, никто не сможет узнать правду.

Кроме того, Цинь Юйжу сейчас опять угодила в очередной скандал, и ее отцу приходится разбираться с ее делами. Ради своих собственных дел он может только отложить все остальное в сторону. Однако после того как скандал с Цинь Юйжу был бы замят, с нею было бы уже покончено.

Мадам Ди такая злобная!

Чу Лючэнь почувствовал, что маленькая девочка в его руках напряглась и задрожала, поэтому он дважды погладил ее по голове и пригладил волосы, негромко говоря:

– Итак, на этот раз этот король снова спас тебя.

– Спасибо вам, принц! – Цинь Ваньжу искренне и благодарно посмотрела на него. Ее лицо было белым как снег и совершенно бескровным.

– Благодать спасения жизней так же велика, как небо, Цинь Ваньжу, ты ведь не забудешь этого, не так ли? – Выражение лица Чу Лючэня смягчилось, как будто не от был тем, кто только что был холодным и безжалостным, и он снова стал похож на нежного и красивого юношу, сошедшего с прекрасной картины.

– Я никогда в жизни этого не забуду! – снова торжественно пообещала Цинь Ваньжу.

– Раз ты не забудешь, этот король вернется к себе. Этот король тоже хочет спать! – высокомерно сказал Чу Лючэнь и указал на человека в черном, лежащего на полу, вопросительно глядя на девочку.

Цинь Ваньжу на некоторое время задумалась.

– Как скоро он очнется?

Чу Лючэнь посмотрел на человека в черном, лежащего на полу, и сказал:

– Это должно занять какое-то время!

– Могу я еще раз побеспокоить ваше высочество, чтобы ваши люди отнесли этого человека во двор напротив? Нужно устроить так, как будто он случайно упал и потерял сознание, – попросила Цинь Ваньжу.

Она знала, что во дворе напротив живут люди. Когда она выходила раньше, она видела много служанок, убирающих двор. Там, должно быть, остановились паломницы из очень богатой семьи. С ними больше челяди, чем взяла с собою старая мадам Цинь.

Цинь Ваньжу посмотрела в окно и поняла, что почти рассвело, и некоторые слуги вот-вот встанут!

– Хорошо, этот король снова поможет тебе! – Чу Лючэнь согласился в очень хорошем настроении.

Он встал с кровати, укрыл Цинь Ваньжу одеялом, и привел в порядок свою одежду. Затем он приказал своим охранникам убрать вещи со стола, забрать мужчину в черном, и выпрыгнул вместе с ними из окна.

Ваньжу безучастно сидела под одеялом, уставившись пустым взглядом перед собой. Даже сейчас ее лицо все еще было бледным, как полотно.

Она протянула руку и вцепилась в край одеяла, чувствуя, что все вокруг нее больше не существует.

Она вся дрожала, как будто ее погрузили в ледяную воду. Она была неосторожна и чуть не лишилась жизни. Если бы с ней что-то случилось, пострадала бы не только она сама, но и ее бабушка, тетя Шуй и Цин Юэ. Руки медленно крепко сжимались, а одеяло под ее руками было плотно сжато в комок.

Другого раза для подобных промахов никогда не будет. Она сделала глубокий вдох, подавила дрожь в сердце, а затем медленно выдохнула полный рот мутного воздуха.

Откинув одеяло в сторону, Цинь Ваньжу встала с кровати и сама начала одеваться в платье, которое висело у изголовья. Она была так сосредоточена во время одевания, что все складки на ткани были разглажены без помощи горничной. Она аккуратно оделась, как будто она уже встала до зари.

Вдруг раздались крики с противоположной стороны улочки. Одни женщины громко кричали, а другие, казалось, что-то сломали, издавав резкий звук.

Этот звук был особенно неожиданным в ранние утренние часы, когда небо только начало светлеть, и многие люди во дворах вокруг проснулись.

– Барышня! Барышня! – Цин Юэ в панике ворвалась в дом.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 67. Кучер, который отказался признаться

Глава 67. Кучер, который отказался признаться

.

– Барышня, вы уже встали? – Цин Юэ вошла в дверь. Увидев, что Цинь Ваньжу хорошо оделась и стоит там, она была ошеломлена.

– Я не могу долго спать на горе! – спокойно поправив рукава, объяснила Цинь Ваньжу. Затем она сменила тему. – Что случилось?

Увидев, что Цинь Ваньжу цела и невредима, Цин Юэ вздохнула с облегчением и поспешно рассказала новости:

– Произошло ужасное! Говорят, что какой-то мужчина ночью пытался залезть в окно к женщине. Как раз во дворе напротив нас! Я испугалась, что с вами что-то случилось, поэтому бросилась сюда!

– Тогда давай посмотрим, что там такое! – Цинь Ваньжу села перед туалетным столиком. – Сделай мне простую прическу.

Цин Юэ кивнула и шагнула вперед. Она умело скрутила волосы хозяйки в два пучка, не надевая украшений, и повязала только две ленты для волос.

Когда Цинь Ваньжу в сопровождении Цин Юэ пришла к противоположному двору, там уже собралась большая толпа, и многие женщины были встревожены. Даже монахини из монастыря Цзиньсинь бросились поддерживать порядок.

Мужчина в черном уже очнулся. Две коренастые старухи держали его на коленях на земле со связанными за спиной руками. Черная ткань с его лица была сорвана.

Когда Цинь Ваньжу подошла, она увидела знакомое лицо, но не смогла вспомнить, кто это был. Цин Юэ знала слуг намного лучше. Она сразу узнала человека в черном и удивленно воскликнула:

– Барышня, этот человек из нашего поместья!

Она говорила довольно громко, и возбужденный гул толпы сразу затих. Все посмотрели на Цинь Ваньжу и ее горничную. До сих пор они не знали, кто этот человек в черном. Однако из того, что было найдено у этого человека, они могли видеть, что его мотив был преступным.

Все на горе были женщинами. Излишне говорить, что он похищал женщин, чтобы продавать их в бордели. Женщины ненавидели таких людей.

Если бы в такое грязное место была продана совершенно невинная женщина, у нее не было бы хорошего конца. Человека в черном избивали многие женщины, но он просто стиснул зубы и молчал. Поэтому они ничего не могли ему сделать.

– Этот человек... из нашего поместья? – Цинь Ваньжу вздрогнула и уставилась на мужчину, словно изучая его.

Цин Юэ посмотрела на человека в черном и утвердительно кивнула:

– Это кучер в нашем поместье. Он всегда управляет каретой, которой пользуется мадам Ди.

Хотя человеку в черном несколько раз дали пощечину, и его лицо распухло, Цин Юэ все равно узнала его с первого взгляда.

Подчиненные мадам Ди всегда были агрессивны. Когда Цинь Ваньжу выезжала из поместья, он никогда не возил ее. Даже когда другие возницы отсутствовали, он не хотел этого делать и утверждал, что мадам Ди может воспользоваться экипажем позже.

Цин Юэ много раз выслушивала от него едкие замечания, поэтому она сразу могла его узнать.

Мозг кучера был в полном возбуждении. В это время он услышал, как шум толпы затих вдали, и неосознанно поднял голову. Когда он встретился взглядом с темными глазами Цинь Ваньжу, он сразу же запаниковал и начал отчаянно вырываться.

Он был по неизвестной причине внезапно вырублен и теперь пойман. Когда он открыл глаза и обнаружил, что его никто не знает, он втайне вздохнул с облегчением, потому что верил, что у мадам Ди был способ спасти его от магистрата Цзянчжоу, пока никто не знал, что он подчиненный мадам Ди.

Хотя он и не понял, как оказался под окном гарема незнакомой женщины, кучер был очень рад, что его не нашли служанки второй мисс Цинь.

Он решил, что проник не в тот двор, но считал, что ему повезло. Он не ожидал, что Цинь Ваньжу появится перед ним сейчас, поэтому сразу же запаниковал.

– Ты слуга моей матери? – спросила Цинь Ваньжу, холодно смотря ему в лицо.

К нему относились с безразличием, но кучер дрожал от страха. Он поспешно отвернул голову и продолжал бороться, как будто не слышал Цинь Ваньжу.

– Ты действительно слуга моей матери. Почему моя мать послала тебя сюда? Ты меня искал? – продолжала Цинь Ваньжу.

– Юная леди, вы обратились не к тому человеку, я... Я не понимаю, что вы сказали, и о какой даме вы говорите! – Кучер заговорил быстро и громко. Он решил отпираться до последнего.

Цинь Ваньжу тайно усмехнулась, думая: «Излишне говорить, что этот кучер является доверенным подчиненным мадам Ди. Цинь Юйжу опозорилась, поэтому мадам Ди приняла отчаянные меры. Неожиданно у нее возник такой коварный план. Она сообразила, что рядом со мной не будет охранника. Было бы легко накачать снотворным и украсть одиннадцатилетнего ребенка».

Она огляделась и обнаружила, что присутствующие были озадачены, слушая их. Однако больше никто не заговорил, и сцена была странно тихой.

– Юная леди, я не понимаю, что вы имеете в виду. Я никогда вас не видел… Я просто… просто увидел, что эта леди прекрасна... Так что... – Кучер перевел взгляд и указал на плачущую девушку, которая опиралась на горничную.

Эту юную леди только что вывели из комнаты, под окном которой его обнаружили.

Из двух зол выбери меньшее. Кучер не боялся, что его посадят в тюрьму. Мадам Ди была исключительно искусна в обмане, поэтому она найдет решение, чтобы освободить его.

Услышав его слова, девушка еще сильнее зарыдала. Тридцатилетняя мадам нежно обняла ее и погладила, нахмурив брови. Пожилая женщина позади нее шагнула вперед, но она махнула рукой, чтобы остановить ее.

Однако ее едва уловимое движение было подмечено Цинь Ваньжу. В префектуре Цзянчжоу Цинь Ваньжу никогда не видела такой благородной дамы. Слуги вокруг нее были очень дисциплинированными. Она могла приказать им одним незначительным жестом.

Эта дама, вероятно, не была простой помещицей.

– Цин Юэ, дай ему пощечину! – Цинь Ваньжу перестала притворяться шокированной и равнодушно приказала. Чем необычнее все будет в это время, тем выгоднее для нее.

Лицо Цин Юэ побагровело от гнева. Она бросилась к кучеру и дала ему несколько пощечин.

– Юная леди, какое я имею отношение к вам? Вы такая назойливая! – Кучера избили, чтобы вызвать некоторую враждебность, и он, естественно, злобно посмотрел на Цинь Ваньжу.

– Ври дальше. Но даже не надейся, что если тебя бросят в тюрьму, у моей матери все равно найдется способ освободить тебя, – холодно сказала Цинь Ваньжу, глядя не мигая на кучера.

Увидев улыбку в уголках ее губ, кучер задрожал от страха. «Вторая мисс ведь всегда нежна и приветлива, разве нет?»

Кучер был в панике, но изо всех сил начал громко спорить:

– Юная леди, я действительно вас не знаю. Вы часто упоминаете какую-то мадам. Что вы задумали? Это ваши дела, что вы с ней в плохих отношениях. Не втягивайте меня в это! Я не имею никакого отношения к вашим ссорам!

С праведным видом он упрекнул Цинь Ваньжу, как джентльмен. Если бы его не поймали на горячем, кто-нибудь действительно поверил бы ему. Однако, услышав его объяснение, окружающие еще больше растерялись. Многие женщины были склонны поверить Цинь Ваньжу.

Этот человек принес с собою орудия для похищения и прокрался под чужое окно. Сразу было понятно, что он не был порядочным человеком. Это действительно смешно, что он выставлял себя как честного человека.

– Ничего не изменится, если ты не признаешься. Я скажу своей бабушке послать за моим отцом, чтобы опознать тебя. – Цинь Ваньжу говорила резко, и ее лицо стало напряженным. Хотя она была маленького роста, в ней чувствовалась неописуемая властность.

Тридцатилетняя мадам с удивлением посмотрела на Цинь Ваньжу.

Девочка была младше ее собственной дочери, но она могла оставаться спокойной и сдержанной в такой ситуации. Аристократка из древней благородной семьи может быть не такой грациозной и спокойной в это время.

Кучер был в панике и искоса поглядывал по сторонам. Если генерал узнает об этом, его, несомненно, убьют. Мадам неоднократно предупреждала его об этом.

Тут он вспомнил, что мадам Ди сказала, что генерал занят делами старшей мисс. Какое-то время у генерала не будет времени заниматься другими вопросами. Он выругал себя за излишнюю мнительность и сразу же осмелел.

– Юная леди, пожалуйста, идите и спросите любого, кого захотите. Прямая нога не боится кривого ботинка! – Кучер поднял опухшее лицо, которое было избито, и не хотел показывать страха. Однако на этот раз его взгляд был наполнен неуверенностью.

Видя, что кучер все еще не хочет признаваться, Цинь Ваньжу на мгновение наморщила лоб и приказала своей горничной:

– Цин Юэ, отправишь прислужницу моей бабушки пригласить моего отца. Пусть ему скажут, что моя бабушка серьезно больна, и попросят его немедленно приехать в монастырь Цзиньсинь!

– Вторая мисс, это возмутительно – вот так нагло лгать генералу! – Кучер закричал, как только запаниковал, и его лицо застыло от ужаса, когда он закончил.

Скандал со старшей мисс был очень важен. Но если бы что-то случилось со старой мадам, генерал неизбежно сразу бы примчался в монастырь. Теперь она была стара, так что ей не следовало терпеть никаких неудобств.

Он просто беспокоился, что генерал появится в монастыре Цзиньсинь, но он был напуган и крикнул «вторая мисс». Раньше он называл ее просто нейтральным «юная леди».

Цинь Ваньжу ждала этого момента. Она сменила тему и сказала с суровым видом:

– Вторая мисс? Ты знаешь, что я вторая мисс, а непросто юная леди?

Всем вдруг стало ясно, что этот человек в черном действительно был плохим слугой из поместья генерала.

Все женщины, которые знали Цинь Ваньжу или догадались, кто она, по ее словам, сразу же все поняли.

Только Цинь Хуайюн, генерал армии Нинъюань, мог быть назван генералом в префектуре Цзянчжоу.

– Вторая… Вторая мисс Цинь, я... Я видел вас раньше, так что я знаю… Вы вторая юная леди из поместья генерала армии Нинъюань. – Кучер все еще пытался выкрутиться.

Цинь Ваньжу не обращала на него никакого внимания, она устремила взгляд на окно, под которым он был пойман. Потом она посмотрела в другую сторону на свой двор. Вместе с ней переместился и центр внимания толпы.

– Ты что, случайно ошибся двором? Разве тебе не ясно дали понять разницу между налево и направо? Значит, эта дама как-то замешана в этом деле?

Взгляд Цинь Ваньжу переместился с ее двора на двор перед ее глазами.

По совпадению, два двора оказались зеркальными. Оба двора были очень простыми, и стены были невысокими. Мужчинам невозможно было остаться в монастыре на ночь, поэтому стены дворов не были укреплены. Стоя во дворе, вы могли видеть домик в противоположном дворе и окно противоположной комнаты.

Два окна были почти напротив.

– Он перепутал дворы?! – Толпа начала возбужденно перешептываться.

Зрители подозревали кучера, но все равно чувствовали, что в этом происшествии есть что-то нелепое: как мог кучер поместья генерала сделать такое – причинить вред неизвестной даме?

Теперь женщины наконец все поняли.

– Жена генерала хочет навредить своей дочери? Она бессердечная и жестокая. Даже злобный тигр не станет есть своих детенышей. – Некоторые женщины с жалостью покачали головами.

– Возможно, вы еще не знаете, но жена генерала не родная мать второй мисс. – Некоторые женщины действительно этого еще не знали.

– Но это… Это действительно слишком мерзко. Я слышала, что жена генерала и старшая мисс устроили заговор против второй мисс, чтобы разрушить ее репутацию. Так что выходит... Она снова задумала опорочить вторую мисс...

– Эта женщина действительно… порочная и ядовитая. Даже если не она родила вторую дочь генералу, как она может так ненавидеть ребенка, который остался без родной матери? К тому же, ребенка своего мужа?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 68. Вмешательство жены принца-наследника князя

Глава 68. Вмешательство жены принца-наследника князя

.

Цинь Ваньжу нахмурила брови, выглядя очень грустной, и негромко сказала своей горничной:

– Цин Юэ, иди пригласи тетю Шуй. Не беспокой мою бабушку. Она недостаточно поправилась, чтобы выдержать такое потрясение!

Девочка была маленькой и худой, если не считать немного по-детски пухленького лица. Когда она опустила голову, ее длинные ресницы опустились, отбрасывая неровные тени на ее розово-белое лицо, которое было красивым и душераздирающим.

И то, что она сказала, было очень разумно. Она не жаловалась бабушке, потому что боялась, что старушка этого не вынесет.

Она была воспитанной и почтительной дочерью благородной семьи. Непостижимо, но все еще оставались люди, которые так жестоко обращались с такой девочкой. Все встали на сторону Цинь Ваньжу.

Шуй Жолань появилась очень быстро, и так спешила, что теперь пот стекал по ее лбу. Она вбежала в толпу и первым делом оглядела Цинь Ваньжу с ног до головы.

Когда она увидела, что Цинь Ваньжу в целости и сохранности, она почувствовала облегчение и протянула руку, чтобы обнять девочку. Она коснулась ее волос и успокаивающе сказала:

– Ваньжу, все позади, теперь все будет хорошо. Ты можешь пожить пока со мной. Я буду защищать тебя!

Когда Шуй Жолань обняла ее, глаза Цинь Ваньжу внезапно наполнились слезами. Однако она все еще не ревела, как положено маленькой испуганной девочке, но слезы тихо катились из ее больших черных глаз.

При виде этого присутствовавшие пожилые женщины были огорчены.

К сожалению, ее родная мать умерла, когда она была совсем маленькой. Однако ее подставила ее нынешняя приемная мать. Это можно было бы описать только как несчастье.

Цинь Ваньжу прикусила темно-красную губу и, потупившись, прошептала:

– Тетя Шуй, я... Я буду с тобой позже, а пока побуду с моей бабушкой!

Никто не видел безразличия и холодного расчета в ее глазах. С тех пор как мадам Ди оставила для нее точку опоры, она не хотела упускать этого шанса. Мадам Ди сейчас точно контролировала ее отца не так, как раньше, и какое-то время она не могла справиться с Шуй Жолань. Следовательно, мадам Ди могла бы создать некоторые проблемы, поэтому она должна застать ее врасплох.

Она хотела, чтобы тетя Шуй вошла в поместье генерала гордо, не слыша никаких сплетен за спиной.

– Да… Ваньжу, поживи со своей бабушкой. Твоя бабушка и тетя Шуй защитят тебя. – Шуй Жолань беспокоилась об этом и продолжала успокаивать ее. Она действительно любила Цинь Ваньжу. Услышав, что с ней что-то случилось, она сразу же побежала сюда.

Цинь Ваньжу подняла глаза, полные слез. Она была одновременно обижена и жалка.

– Тетя Шуй, пожалуйста, выходи замуж за моего отца, пусть даже ради твоей несчастной Ваньжу… Я хочу быть под твоей опекой…

Ее слова удивили всех людей. Очевидно, эти слова значили больше, чем сказала испуганная девочка.

Шуй Жолань никогда не думала, что Цинь Ваньжу скажет это в такое время, ее лицо напряглось. Когда она увидела ожидающее выражение Цинь Ваньжу, она протянула руку и коснулась ее головы. Какое-то время она не знала, что сказать.

Цинь Ваньжу мягко оттолкнула руку Шуй Жолань, опустилась на колени и потянулась, чтобы схватиться за юбку Шуй Жолань. Она начала умолять с заплаканными глазами:

– Тетя Шуй, моя мать подставила тебя и моего отца! Если ты действительно станешь монахиней, что мы с бабушкой будем делать? Как нам выжить без тебя? Пожалуйста, соглашайся и выходи замуж за моего отца!

Все женщины были ошеломлены, переглядываясь в безмолвном удивлении. Они получили так много новой информации. Они были потрясены и долгое время не могли переварить сказанное.

Жена генерала подставила не только вторую мисс, но и леди Шуй, которая жила в поместье генерала, своего кузена. Если бы это сказал другой человек, никто бы в это не поверил. Но сейчас Цинь Ваньжу едва избежала смерти, так что вполне понятно, что такая юная девушка произнесла такие слова в панике.

Именно так все и решили.

Будучи напуганной человеком в черном, даже если девочка стойко держалась, несмотря на крайние невзгоды, она все еще была маленьким ребенком. Когда она увидела своих старших, которые были добры к ней, она сразу же нашла опору, и у нее невольно вырвалось несколько слов, которые не следовало говорить при всех.

Шуй Жолань сразу застыдилась, и сильно покраснела. Она протянула руку, чтобы поднять Цинь Ваньжу, и тихим голосом упрекнула ее:

– Ваньжу, ты… маленький ребенок, зачем ты так сказала?

– Тетя Шуй, ты обещала защитить меня! – Хотя Цинь Ваньжу была поднята на ноги, она смотрела на Шуй Жолань с детской настойчивостью в глазах.

– Я... я... – Шуй Жолань не знала, как ответить. Она не имела власти в поместье генерала, поэтому на самом деле не могла защитить Цинь Ваньжу.

– Тетя Шуй, я поговорю с отцом и спрошу его разрешения. – Цинь Ваньжу прекратила смущать Шуй Жолань, и твердо сказала, вытирая слезы: – Тетя Шуй, прикажи слугам отвести кучера к моему отцу.

– Хорошо, я отведу его с горы к твоему отцу! – До тех пор, пока Цинь Ваньжу не произнесет слов, которые заставят ее застенчиво себя вести, Шуй Жолань даст Цинь Ваньжу свое обещание во всем.

Хотя она немного понимала, что имела в виду Цинь Ваньжу, она действительно не могла действовать беспристрастно.

Цинь Ваньжу было не по себе, и она потянула ее за рукав.

– Тетя Шуй, а ты уверена, что этого человека не заберет моя мать, когда его спустят с горы?

– Ну…– Шуй Жолань колебалась. Она не могла гарантировать, что мадам Ди будет сидеть сложа руки, потому что мадам Ди не была глупой.

– Итак... что же мне делать? – Цинь Ваньжу была беспомощна и дергала Шуй Жолань за рукав. Они обе сейчас выглядели очень одинокими и незащищенными. В поместье генерала им, должно быть, приходилось нелегко, потому что они даже не могли справиться со слугой.

Одна была слишком мала, в то время как другая не имел никакого статуса. Все присутствующие невольно вздохнули от жалости к ним. Они думали, что это очень печально.

Кучер, стоявший на коленях на земле, тоже услышал их слова, и его лицо озарилось самодовольной ухмылкой. Мадам Ди собрала бы людей у подножия горы, чтобы спасти его. Слова второй мисс были бы пустыми из-за отсутствия доказательств.

– Позвольте мне послать слуг, чтобы доставить его к генералу армии Нинъюань, – вдруг кто-то сказал в толпе. Все оглянулись и обнаружили, что это предложила тридцатилетняя дама.

Она была временной владелицей этого двора.

Цинь Ваньжу мягко подтолкнула Шуй Жолань.

Шуй Жолань немедленно отвесил почтительный поклон.

– Мадам, могу я спросить, кто вы?

– Фамилия моего мужа Ло, а моя девичья фамилия Синь. Вы должны называть меня мадам Синь. Сегодня моя дочь чуть не угодила в лапы похитителя. Поскольку этот человек является кучером поместья генерала армии Нинъюань, генералу армии Нинъюань необходимо дать мне объяснение, – сказала дама.

При мысли о том, что ее дочь чуть не попала в беду, мадам Синь потемнела лицом и резко отдала приказ:

– Возьми охрану, доставь этого злоумышленника в поместье генерала армии Нинъюань и передай мою визитную карточку. Если кто-то захочет забрать его на полпути, вы должны отбить его у них.

– Да, мадам! – Из толпы вышла пожилая женщина и поклонилась мадам Синь. Она помахала рукой двум сильным пожилым женщинам. По ее приказу они подняли кучера. Затем подошли еще четыре старухи и встали позади них.

При виде всего этого кучера охватила паника.

– Эй, дамочка, Цзянчжоу – город, где есть законы! Что ты хочешь сделать...

Он еще не закончил свои слова. Подошла пожилая женщина и заткнула ему рот носовым платком. Две старухи напрягли свои силы, и рослого мужчину тут же поволокли по земле.

Они были искусны в действии. Ни одно обычное домашнее хозяйство не могло обучить таких умелых и расторопных охранниц.

Цинь Ваньжу подняла глаза и посмотрела на даму. Она знала, кто эта женщина.

В своей предыдущей жизни она никогда не видела, но слышала об этой принцессе. Фамилия Синь была редкой. Таким человеком, которого Цинь Ваньжу знала в прошлой жизни, была жена старшего сына князя Яньцюя.

Родительский дом принцессы принадлежал семье военных офицеров, поэтому она была более прямолинейной, чем обычные дамы. Причина, по которой Цинь Ваньжу помнила ее так ясно, была связана с дочерью принцессы. Она невольно посмотрела на юную леди, которая рыдала в руках горничной. Это должна быть Ло Сяовань, дочь мадам Синь и принца Янцюя.

Сама мадам Синь была сильной, но у нее выросла слабая дочь. Леди Ло была нежной, и ее мучил жестокий муж. Она была тяжело больна, но не осмеливалась сказать об этом матери.

Позже мадам Синь что-то заподозрила и послала людей разобраться в этом вопросе. В результате она пришла в такую ярость, что устроила побоище в семье мужа Ло Сяовань. Она дала ему несколько пощечин и заставила подписать бракоразводный договор на месте.

Со своей дочерью и приданым она вернулась в особняк князя Яньцюя в тот же вечер.

Этот случай вызвал значительные споры. Некоторые люди говорили, что мадам Синь была властной и грубой. Другие люди говорили, что мадам Синь искренне любила свою дочь.

Этот случай наделал шума в столице. Некоторые придворные даже подали прошение трону, чтобы обвинить князя Яньцюя. Мадам Синь также вызвали во дворец королевы.

Этот скандал так и не закончился чем-то определенным. Однако это дело вызвало широкий резонанс. Цинь Ваньжу, живя в будуаре, слышала много разных слухов о мадам Синь.

Неожиданно она смогла встретиться с мадам Синь в Цзянчжоу. С вмешательством этой решительной и прямолинейной принцессы, мадам Ди на этот раз не сможет выкрутиться.

– Спасибо, мадам Синь. – Шуй Жолань не знала, кто эта дама, но она не была глупой и также видела, что мадам Синь ведет себя очень властно. Видя, что благородная аристократка добровольно взялась за это дело, она вздохнула с облегчением.

Если никто не захотел бы заниматься этим вопросом, ей пришлось бы все делать с няней Дуань, которая была верной служанкой старой мадам. У нее и Цинь Ваньжу была одна и та же мысль – постараться, чтобы старая мадам ничего об этом скандале не узнала. У старушки было слабое здоровье, и она не могла выносить слишком сильных переживаний. Но если бы няня Дуань знала об этом, старая мадам тоже знала бы.

Кучера бесцеремонно уволокли. Толпа начала расходиться. Шуй Жолань потянула Цинь Ваньжу за руку и хотела уйти, но ее оставила мадам Синь.

– Леди Шуй, может, войдем в дом и поговорим?

Шуй Жолань был очень благодарна мадам Синь. Услышав это, она немедленно кивнула и отпустила руку Цинь Ваньжу.

– Ваньжу, иди к бабушке. Я приду, когда поговорю с мадам Синь.

– Вторая мисс Цинь не спеши уходить. Ты не хочешь поговорить с Сяовань? – Взгляд мадам Синь упал на Цинь Ваньжу, которая выглядела младше ее дочери. Однако мадам Синь очень ценила ее, убедившись, что этот ребенок хорошо известен горожанам. Эта девочка отличается от обычных помещичьих детей ее возраста.

Изначально она хотела воспитать в своей дочери силу воли и великодушие. Однако ее дочь была слишком нежна, так что мадам Синь взволнованно вздохнула.

Это заставляло ее ценить Цинь Ваньжу все больше и больше!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 69. В поместье генерала не было родной матери

Глава 69. В поместье генерала не было родной матери

.

Девочка была популярна, потому что в юном возрасте обладала необычайным темпераментом.

Мадам Синь повернулась и мягко сказала дочери:

– Сяовань, иди поговори со второй мисс Цинь. Мне нужно кое-что обсудить с леди Шуй.

Ло Сяовань закусила губу, подняла голову и внимательно посмотрела на Цинь Ваньжу. Ее глаза все еще были красными и заплаканными.

Увидев, что Цинь Ваньжу была намного младше и смотрела на нее своими большими черными глазами, она немного смутилась, и взяла платок, чтобы вытереть слезы. Потом она подошла и вежливо сказала:

– Вторая мисс Цинь, пожалуйста, следуйте за мной!

На самом деле, она была очень смущена. Она не хотела развлекать ни одного гостя, потому что хотела просто плакать. Более того, гостья была младше нее.

Она сама была свидетелем всего этого скандала. Когда что-то пошло не так, она могла только плакать. Однако вторая мисс Цинь отнеслась ко всему спокойно. Поэтому она восхищалась Цинь Ваньжу.

Тем временем она чувствовала себя все более и более неловко. Она несколько раз поиграла носовым платком. Она отвела Цинь Ваньжу в комнату во флигеле и позвала служанок подать чай и закуски.

Она стала немного менее пугливой из-за самообладания Цинь Ваньжу.

Они сели за стол. Ло Сяовань оглядела ее с ног до головы, и с любопытством спросила:

– Сколько вам лет?

– Мисс Ло, мне недавно исполнилось одиннадцать, – невинно моргнув, ответила Цинь Ваньжу.

Необъяснимо, но ей также очень понравилась эта милая мисс Ло. Было видно, что Ло Сяовань была по настоящему нежной, не такой, как мадам Ди и Цинь Юйжу.

Ло Сяовань тоже успокоилась, прикрыла губы носовым платком и усмехнулась:

– Тебе одиннадцать лет, но ты выглядишь еще меньше! Я думала, тебе самое большее десять лет.

Цинь Ваньжу была действительно тоньше и ниже своих сверстниц. К счастью, когда она выросла, она не была низенькой.

Цинь Ваньжу улыбнулась и с любопытством спросила:

– Мисс Ло, а вам сколько лет?

– Мне уже тринадцать лет! – Ло Сяовань снова смущенно скрутила свой носовой платок. – Я старше тебя, но я не могу сравниться с тобой. Я всего пугаюсь и умею только плакать!

Хотя Ло Сяовань покраснела от застенчивости, она была очень прямолинейна. Видя ее смущение, Цинь Ваньжу с улыбкой сказала:

– Мисс Ло находится под защитой мадам Синь, она поможет вам. Более того, вы никогда не сталкивались с подобным случаем. Честно говоря, если этот человек подбежит к моему окну, я тоже разревусь от страха.

Эти слова можно было бы расценить как самоиронию. Они посмотрели друг на друга и не смогли удержаться от смеха.

Настоящая дружба между девушками иногда начиналась очень просто. Они чувствовали то же самое друг к другу из-за простого предложения или поступка.

Ло Сяовань не была слишком осторожной. Думая, что она старше, она больше не смущалась.

– Меня зовут Сяовань, ты можешь называть меня сестрой Сяовань. Как тебя зовут?

– Сестра Сяовань, меня зовут Ваньжу, – быстро сказала Цинь Ваньжу. Ей все больше и больше нравилась нежная Ло Сяовань.

– Тогда я буду называть тебя сестрой Ваньжу! У нас один и тот же иероглиф в наших именах, так что нам суждено быть вместе, – рассмеялась Ло Сяовань.

– Нам действительно предопределено было встретиться! – Цинь Ваньжу тоже рассмеялась.

Они никогда не видели друг друга в прошлой жизни. Однако в этой жизни они встретились в Цзянчжоу. Ее возрождение многое изменило.

Это также сделало Цинь Ваньжу более уверенной в своем будущем. Она должна быть в состоянии изменить концовку.

– Сестра Ваньжу, выходит, жена генерала не твоя родная мать? А кто твоя настоящая мама? – удивленно спросила Ло Сяовань.

– Я не знаю…

Цинь Ваньжу опустила голову и молча покачала ею. Она не знала этого, даже когда умерла в прошлой жизни.

– Как ты можешь не знать? Разве твоя родная мать не живет в поместье генерала? – снова удивилась Ло Сяовань.

Она думала, что настоящая мать Цинь Ваньжу была наложницей в поместье генерала. Чтобы улучшить статус дочери, генерал попросил свою жену усыновить ее и сделать ее дочерью, рожденной от законной жены.

– Моя родная мама не живет в поместье генерала! – покачав головой, тихо сказала Цинь Ваньжу.

Ло Сяовань забеспокоилась, что она нечаянно причинила боль Цинь Ваньжу. Чтобы исправить положение, она поспешно спросила:

– Возможно ли, что… она была наложницей генерала армии Нинъюань, но теперь… неужели она умерла?

Однако чем больше она говорила, тем больше делала больно Цинь Ваньжу.

Ее нянька, стоящая позади ее стула, беспомощно подергала ее за рукав, намекая, что она сболтнула лишнее.

Это была гувернантка, которую мадам Синь пригласила для нее, опасаясь, что дочь совершала плохие поступки с благими намерениями.

– Сестра Ваньжу, я не проявила неуважения. Мне просто было любопытно. Сестра Ваньжу, не обижайся! – Ло Сяовань почувствовала, что была неправа, когда закончила. Она потянулась, чтобы виновато подергать Цинь Ваньжу за рукав.

Цинь Ваньжу подняла глаза и с некоторой горечью покачала головой.

– Сестра Сяовань, я не расстроена. Я просто не знаю, кто моя мама и не могу найти ее. Моя мать не живет в генеральском поместье, и там нет умершей наложницы.

У Цинь Хуайюна было мало наложниц. Это было легко расследовать.

– Сестра Ваньжу, не грусти. Может быть, через несколько дней ты узнаешь, кто твоя мать, – успокоила ее Ло Сяовань. – И даже если у тебя нет матери, это не имеет значения, потому что у тебя есть отец, бабушка и твоя добрая тетя Шуй!

Ло Сяовань также была свидетелем того, как Шуй Жолань защищала Цинь Ваньжу.

– Ну да, у меня все еще есть бабушка, тетя Шуй и папа! – кивнула Цинь Ваньжу, дважды взмахнув густыми длинными ресницами, скрывая равнодушие в глазах.

В этой жизни она не стала бы бездельничать без всякой цели. Судя по тайне вокруг ее родной матери и печати в ее руке, она подозревала, что не была родной дочерью Цинь Хуайюна. Она догадалась об этом по многим подсказкам в предыдущем мире.

Внезапно из-за двери донесся голос Шуй Жолань:

– Ваньжу, мы уходим!

Цинь Ваньжу встала.

– Сестра Ваньжу, я вернусь в столицу через несколько дней. Если ты придешь туда в будущем, приходи и поиграй со мной. – Ло Сяовань тоже неохотно встала.

Цинь Ваньжу рассмеялась и энергично кивнула:

– Ладно, я обещаю найти тебя, чтобы поиграть, после того, как приеду в столицу!

Видя, что она ответила серьезно, Ло Сяовань тоже была счастлива. Она протянула руку и погладила Цинь Ваньжу по голове, как взрослая.

– Не забывай об этом!

Цинь Ваньжу весело прищурилась.

– Не забуду! – рассмеялась она.

Глядя на девочек, мадам Синь не могла удержаться от улыбки. Ее дочь всегда была ранимой, поэтому грустила и плакала еще много дней после того, как случалось что-то неприятное. Но теперь, казалось, ей совсем не было грустно. Это было хорошо.

Она расспросила обо всем Шуй Жолань, потому что была возмущена тем, что слуга мадам Ди чуть не причинил боль ее дочери. Теперь она действительно хотела защитить Цинь Ваньжу от преследований.

По совпадению, она тоже оказалась жертвой. Таким образом, ее вмешательство было целиком оправданным.

Цинь Ваньжу ушла следом за Шуй Жолань во двор своей бабушки со двора мадам Синь.

Старая мадам была слаба и последние несколько дней не вставала. Несмотря на то, что сейчас ей стало лучше, они пытались защитить ее от малейшего дуновения ветра. В середине дня они помогли ей выйти подышать свежим воздухом и погреться в галерее.

После того, как они немного развлекли старую мадам в комнате, Цинь Ваньжу отпустила Шуй Жолань отдохнуть. Сегодня ночью Шуй Жолань плохо спала.

Шуй Жолань сначала не хотела уходить, но старая мадам и Цинь Ваньжу вместе настояли, чтобы она пошла поспать. Она действительно устала. Более того, сейчас делать было нечего. В итоге она согласилась снова лечь поспать немного, учитывая, что все равно ночью останется сидеть со старой мадам.

– Чжуочжуо, что-то произошло? – Когда Шуй Жолань ушла, старая мадам перестала улыбаться. – Только не говори мне, что ничего не случилось. Недавно твоя тетя Шуй так быстро убежала куда-то. Очевидно, случилось что-то важное, – тихо сказала проницательная старушка.

Как только Цинь Ваньжу услышала это, она поняла, что Шуй Жолань выдала себя. Она сжала руку старой мадам и повела себя как избалованная девочка.

– Бабушка, кучер нашего поместья принес кое-какие плохие вещи, такие как усыпляющий аромат и веревка. Он ночью пробрался к окну юной леди, чтобы подставить ее. Она живет напротив меня. В конце концов, он был схвачен.

Первоначально она хотела рассказать об этом своей бабушке после того, как все закончится. До тех пор старушка не должна беспокоиться.

– Мадам Ди, эта злая женщина! – Старая мадам все поняла, как только услышала. Она вся дрожала от негодования. Было ясно, что он хотел разобраться с Цинь Ваньжу, но случайно ошибся домом.

Думая, что Цинь Ваньжу чуть не похитили по приказу мадам Ди, старая мадам устыдилась и опечалилась. Она протянула руку и заключила внучку в свои объятия. Она была сильно расстроена, и у нее текли слезы.

Цинь Ваньжу похлопала старушку по спине и начала ее ласково успокаивать:

– Бабушка, мой отец может приехать позже. Я живу напротив благородной дамы из столицы. Это происшествие вызвало большие неприятности!

Когда старая мадам увидела, что ее маленькая внучка утешает ее, как взрослая, у нее комок подступил к горлу.

Эта девочка всегда была рассудительной, но у мадам Ди было предубеждение против нее. Неожиданно она подумала о таком порочном заговоре с целью уничтожить будущее Чжуочжуо.

Она бы никогда не смирилась. Даже если она умрет, она защитит этого ребенка!

– Бабушка, пожалуйста, не переживай, на этот раз мой отец точно женится на тете Шуй. Более того, доброе имя тети Шуй и репутация моего отца не будут разрушены. Я умоляла тетю Шуй защитить меня перед этой дамой. Я также сказала, что моя мать подставила тетю Шуй и моего отца. – Цинь Ваньжу положила голову старушке на плечо и вела себя, как простодушный ребенок.

Сердце старой мадам смягчилось.

Этот ребенок был действительно милым.

– Я виновата перед тобой… – печально сказала старая мадам. – Если бы я не болела, я обязательно приняла бы решение за тебя и Жолань… кхе… кхе...

Она не смогла сдержаться и сильно закашлялась.

Цинь Ваньжу поспешно высвободилась из объятий старушки и нежно похлопала ее по спине, чтобы помочь ей откашляться.

– Бабушка, не кори себя. На этот раз ты должна отстоять справедливость в отношении тети Шуй. А потом тетя Шуй сможет исправить положение Чжуочжуо.

Цинь Ваньжу похлопала ее по спине и успокоила. Она знала, как заставить бабушку предпринять более решительные шаги.

В поместье генерала происходило слишком много интриг, и старая мадам боялась, что это повлияет на карьеру Цинь Хуайюна, поэтому она временно отложила решение вопроса с Шуй Жолань.

Но теперь была законная причина, плюс то, что только что произошло, так что было бы удачно, если бы тетя Шуй вышла замуж за генерала и вошла в поместье согласно всех традиций.

– Чжуочжуо, пожалуйста, поверь мне. На этот раз я определенно приму решение за твою тетю Шуй. – Старая мадам взяла себя в руки и притянула Цинь Ваньжу в свои объятия.

Даже ребенок видел ситуацию насквозь. Как она могла не видеть интриг невестки?

Поскольку это уже было так, она будет ждать последующих известий!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 70. Обнаружив несправедливость, посторонний принудил к браку

Глава 70. Обнаружив несправедливость, посторонний принудил к браку

.

Цинь Хуайюн вскоре прибыл. Он поднялся в горы еще до полудня, а потом первым делом навестил старую мадам.

Старая мадам увидела его и попросила остальных выйти из комнаты. Няня Дуань знала, что они хотели немного поговорить как мать и сын, поэтому она намеренно стояла и ждала за дверью.

***

Сидя на кровати, старая мадам угрюмо спросила:

– Хуайюн, как ты намерен решить эту проблему?

– Мама, мне просто невозможно развестись с мадам Ди! – Поскольку в комнате оставались только он и его мать, Цинь Хуайюн счел ненужным скрывать правду. Он криво улыбнулся и пояснил: – В прошлом, хотя я не был ни богатым, ни респектабельным, герцог Юнкан был настолько доброжелателен и щедр, что его семья позволила своей дочери выйти за меня замуж, а это означало, что она должна была выйти замуж за человека ниже себя по статусу. Я не могу быть таким неблагодарным!

Цинь Хуайюн говорил устало.

– Я не буду заставлять тебя разводиться с нею! – До того, как пришел Цинь Хуайюн, старая мадам уже все решила. Это, конечно, было хуже, чем избавиться от мадам Ди. Не говоря уже о том, что герцог Юнкан продолжал подчеркивать тот факт, что Цинь Хуайюн женился на дочери их семьи, которая намного выше по происхождению, сейчас был критический момент переезда на работу в столицу, и что-то подобное никак не должно было произойти в это время.

Поместье генерала армии Нинъюань не имело себе равных в Цзянчжоу. Но когда дело доходило до сравнения его с другими особняками в столице, его статус был ничто.

Более того, нужно учитывать фактор Цинь Юйжу. Маловероятно, что Цинь Хуайюн оставит свою единственную дочь без поддержки.

– Тогда ты возьмешь замуж Жолань. Ты женишься на ней как на своей официальной жене и поручишь ей позаботиться о Чжуочжуо. Отныне люди, живущие на заднем дворе, будут слушать и мадам Ди, и Жолань. Я слишком стара, чтобы быть достаточно полезной, и не могу помочь тебе присматривать за всеми людьми, живущими в твоем гареме, – высказав свою волю, старая мадам вздохнула и в смятении откинулась назад.

– Мама, я буду тебя слушать, и ты скоро будешь здорова! – Цинь Хуайюн был потрясен ужасным состоянием здоровья и выражением лица старой мадам.

– Пройдет совсем немного времени, и все в префектуре Цзянчжоу узнают, что мадам Ди пыталась сегодня похитить Чжуочжуо. Люди также уже знают, что мадам Ди замышляла опорочить Жолань, а ты, как честный человек, решил жениться на ней. Тебя не в чем упрекнуть – ты пытаешься разобраться с последствиями интриг своей законной жены и дать Жолань статус в своем доме. С другой стороны, поскольку у Чжуочжуо нет матери, которая заботилась бы о ней, Жолань будет воспитывать Чжуочжуо. Ни у кого на твоей работе не останется повода сплетничать о сегодняшнем неприятном случае, что является самым счастливым моментом во всей этой трагедии.

Старая мадам помолчала и снова заговорила:

– Я подумывала, что, возможно, сейчас не самое подходящее время для того, чтобы Жолань вышла за тебя замуж и вошла в нашу семью, но теперь текущая ситуация вынуждает нас сделать это.

Она говорила рассудительно, и каждое произнесенное ею слово дышало заботой о Цинь Хуайюне, что заставляло его чувствовать одновременно стыд и смущение. Он действительно был благодарен за то, что в прошлом женился на девушке из знатной семьи, но он также лелеял эгоистичные намерения по поводу своей кузины.

Старая мадам не разоблачала его и продолжала заботиться о нем; как же ему не было бы стыдно сейчас?

– Мама...

Старая мадам с облегчением сжала руки, повернулась к Цинь Хуайюну и мягко перебила:

– Значит, со стороны мадам Ди больше не будет никаких проблем?

Цинь Хуайюн усмехнулся и зарычал:

– Она совершила преступление против своей семьи, как она может все еще быть бесстыдной и что-то говорить? Это было так жестоко с ее стороны – думать о похищении Ваньжу. Ваньжу очень хороший ребенок, и мы воспитывали ее столько лет. Как она могла так поступить?!

Кучера в черном притащили и поставили на колени перед ним, и Цинь Хуайюном все понял, когда увидел, что мадам Ди бежит к нему в спешке и в растрепанном виде. Он приказал своим людям немедленно допросить кучера.

Цинь Хуайюн дослужился до генерала и усвоил набор тактик пыток при допросе предателей. Кучер не выдержал жестокого допроса и во всем признался.

Цинь Хуайюн немедленно влепил мадам Ди две сильные пощечины и умчался со своими людьми в монастырь Цзиньсинь.

Мадам Ди не имела права ничего говорить, так как он никогда не говорил, что разведется с ней. Даже если бы герцог Юнкан в столице узнал об этом, для них было бы неразумно вмешиваться в этот скандал.

Наконец-то ему удалось взять под контроль мадам Ди и герцога Юнкана, получив в руки такой козырь!

– Теперь, когда проблема решена, возвращайся в поместье и приготовь все к свадьбе. Я покину гору через пять дней. Тогда мы заключим этот брак. Скажи мадам Ди, чтобы эта свадебная церемония была проведена идеально и громко в поместье. – Старая мадам немного подумала, кивнула головой и добавила: – У меня есть дом у подножия горы, ты можешь перевезти Жолань пожить пока там, чтобы поехать туда в день свадьбы и забрать ее с соблюдением всех традиций женитьбы на второй жене.

Этот дом находился далеко от поместья генерала армии Нинъюань, и ему пришлось бы пройти больше половины города Цзянчжоу, чтобы забрать невесту. И это также было частью плана старой мадам, который мог сделать Жолань более респектабельной женой. С другой стороны, это могло бы показать другим, что этот брак был приличным и официальным, и это произошло естественно на случай, если в будущем об этом браке будет больше сплетен.

– Теперь твой сын все понял! – Цинь Хуайюн пообещал сделать все, что она попросит.

– А как насчет скандального поведения Юйжу? К тому времени на месте происшествия была толпа женщин, и это неизбежно породит очень много слухов! – Старая мадам вздохнула. В конце концов, Цинь Юйжу была ее внучкой, и она искренне беспокоилась о ней.

– Я намерен как можно скорее отправить Юйжу в столицу. Пусть до приезда нашей семьи она временно поживет в особняке герцога Юнкана. Цзянчжоу... она больше не может оставаться здесь, и ее вопрос о браке позволит мне разобраться с этим после того, как я поеду в столицу. – Цинь Хуайюн почувствовал головную боль и надавил на висок. Его недовольство росло по отношению к мадам Ди. Ничего подобного не случилось бы, если бы мадам Ди лучше воспитывала свою дочь.

Его любимая дочь теперь была в значительной степени уничтожена, и ее репутация в Цзянчжоу была полностью разрушена. Он мог только надеяться, что никто больше не станет упоминать об этом скандале, когда она переедет жить в столицу.

Поскольку наследник герцога Юнкана хотел жениться на ней, то они устроят этот брак. Так что на этот раз Цинь Юйжу отправится в столицу именно для этой помолвки.

– Мы можем замять это только таким образом! – кивнула головой старая мадам и озабоченно спросила: – Как обстоят дела с приказом о твоем переводе в столицу?

– Не волнуйся, мама, теперь у меня есть несколько решений. Люди герцога Юнкана посетили меня и говорили со мной об этом несколько дней назад. Новости поступают и из других источников, – пробормотал Цинь Хуайюн.

Эти новости содержали информацию о том таинственном принце Чэне, который прибыл в Цзянчжоу. Однако Цинь Хуайюн не осмеливался много рассказывать даже своей матери! Но он знал, что даже если он ничего не скажет, старая мадам все равно кое о чем уже догадалась!

– Мама, где те дамы, дом которых кучер мадам Ди принял за наш? Мадам тоже была в Цзянчжоу и все видела, так что я должен встретиться с ней.

Цинь Хуайюн встал, так как обо всем договорился со старой мадам. Он примчался в такой спешке и по еще одной очень важной причине!

Старая мадам нахмурилась и шепотом спросила:

– Так эти женщины оказались важными персонами?

– Это дочь и главная жена принца Янцюя, наследника князя Янцюя из столицы.

Цинь Хуайюн потер лоб между бровей. Справиться с этой проблемой было непросто. С тех пор как он увидел визитку с именем принцессы, он понял, что ему не следует решать этот вопрос случайным образом, а относиться к нему серьезно.

– Князь Янцюй! – Старая мадам была ошеломлена и мгновенно изменилась в лице. Кроме того, и семья принцессы тоже была могущественной. – Какое нелепое совпадение! Почему главная мадам принца не осталась в столице, а приехала в Цзянчжоу? Что ей здесь нужно?

– Я не знаю… Может быть, она навещала своих родственников! – равнодушно пожал плечами Цинь Хуайюн.

– Тогда сейчас же иди и поговори с нею! – воскликнула старая мадам и, подумав немного, подсказала Цинь Хуайюну: – Похоже, принцессе очень понравилась наша Чжуочжуо.

– Спасибо, мама, теперь я понял, как все уладить! – Цинь Хуайюн остановился в дверях, на секунду задержал ногу на пороге и кивнул головой.

Когда Цинь Хуайюн вышел из дома старой мадам, няня Дуань провела его во двор принцессы Янцюй. После того, как о нем доложили, Цинь Хуайюн был приглашен в главную комнату.

Они оба поприветствовали друг друга и чинно сели, один на месте гостя, а другая – на месте хозяина.

– Итак, могу я узнать у генерала Циня, как он решит эту проблему? – Мадам Синь была очень прямолинейной женщиной, поэтому она сразу заговорила прямо по существу.

– Мадам, это недоразумение касается распрей в моей семье, но из-за этого случая ваша драгоценная дочь попала в беду. К счастью, она осталась цела и невредима. В противном случае я был бы так виноват и хотел бы, чтобы меня обвинили и наказали. – Цинь Хуайюн встал, отдал честь ладонью и кулаком за проявленную милость и сказал: – Я приготовил щедрые подарки для вас и для вашей дочери, чтобы компенсировать плохое поведение моей семьи.

– Вы слишком вежливы, генерал. Дело не в подарках, а в маленькой девочке из вашего поместья, которая не имеет никакого отношения к склокам старших, но была напугана и обижена, – сказала мадам Синь, сделав глоток из чашки и слегка улыбнувшись. Она уже знала, что Цинь Хуайюн сделает что-то подобное.

Ее слова заставили Цинь Хуайюна замолчать. После того, как он снова сел, он осторожно спросил:

– Так мадам имеет в виду...

– Я ничего не имею в виду. В конце концов, я посторонняя, но как мать, чья дочь чуть не пострадала в чужих разборках, мне жаль такого бедного ребенка, как ваша младшая дочь. Почему бы вам не найти ей мать? – Мадам Синь повернулась к Цинь Хуайюну и спокойно задала вопрос. Но в ее словах и позе чувствовалась с трудом сдерживаемая ярость.

Цинь Хуайюн выглядел неловко и чувствовал себя ужасно.

– Так мадам Синь намерена вмешаться в личные дела моей семьи? – раздраженно спросил он.

Когда об этом упомянула старая мадам, Цинь Хуайюн был уверен что она думает о нем. Однако мадам Синь была просто посторонней, но ее слова подразумевали намерение заставить его вступить в брак по принуждению.

– Неужели генерал Цинь решил, что я принуждаю его к этому браку? – рассмеялась мадам Синь.

– Так что вы имели в виду? – уточнил Цинь Хуайюн.

– Конечно, я так сказала лишь потому, что думаю, что маленькая девочка была испуганной и беззащитной, и ваша кузина тоже несчастна, потому что она вдова и ее подставили. Если бы ей никто не помог, она была бы не более чем наложницей, а может быть, и того хуже, когда снова вышла бы замуж. Никто бы ее не уважал. – Пары часов было достаточно, чтобы мадам Синь услышала о положении Шуй Жолань.

– Бедная кузина и бедная маленькая девочка. Так почему бы вам не дать им решение для выживания? Это хорошая идея, которая может помочь вам накопить вашу добродетель и репутацию. Я думаю, что леди Шуй и вторая мисс Цинь обе добрые и искренние. Если бы генерал мог проявить немного милосердия, когда-нибудь он был бы благословлен!

После того, как принцесса высказалась, Цинь Хуайюн некоторое время хранил молчание и в конце концов вздохнул. Он встал и поприветствовал мадам Синь сложенными перед грудью ладонью и кулаком:

– Я хотел бы выразить вам благодарность от их имени.

Мадам Синь тоже встала и церемонно поклонилась.

– За что им меня благодарить? Я только думаю, что все это несправедливо! – вежливо ответила она.

По этому вопросу все понимали в глубине души все правильно.

Хотя мадам Синь была прямым человеком, она все же оставалась женщиной. Так что Цинь Хуайюн больше не мог оставаться в ее доме. После того, как он попрощался, он направился во двор Цинь Ваньжу, где та уже ждала его.

Она увидела, что Цинь Хуайюн шагает к ней, поэтому поспешила встать и вежливо поздороваться с ним.

Цинь Хуайюн махнул ей рукой и вошел в комнату. Цинь Ваньжу последовала за ним, и хотела снова поклониться и отдать ему честь, но Цинь Хуайюн остановил ее.

– Ваньжу, пойми, твоя мать тоже была некоторым образом введена в заблуждение. Этот кучер замыслил недоброе, воспользовавшись этой ситуацией, и устроил такие неприятности... – Глядя в темные глаза дочери, Цинь Хуайюн хмурился и не мог продолжать проповедовать слова только для того, чтобы подарить ей ложное спокойствие.

Глаза Цинь Ваньжу были такими яркими и чистыми, что в них могло отразиться сердце мужчины.

Цинь Хуайюн больше не мог выдумывать эти лживые оправдания. Он пытался скрыть этот факт и поддерживать мирное состояние на поверхности, говоря какие-то разумные слова, потому что думал, что дочь еще маленькая и мало что понимает. Однако чистые и яркие глаза его дочери, которые могли отражать его фигуру, заставляли его чувствовать себя еще более виноватым.

Хотя Цинь Ваньжу была очень юной, она была умным ребенком!

Он слегка вздохнул и просто пропустил остальную часть своей речи, переведя разговор:

– С этого момента тетя Шуй – твоя мать, тебе это нравится?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 71. Суматоха. Три хижины

Глава 71. Суматоха. Три хижины

.

– Спасибо, отец!

Цинь Хуайюн услышал слова дочери и увидел, как она радостно кланяется с сияющими глазами и открытой улыбкой, и он мог с уверенностью сказать, как она взволнована.

Этот ребенок доказал, что был добрым и приветливым, так как она не упомянула ничего, что могло бы поставить его в неловкое положение, и ее улыбка выглядела по-настоящему искренней.

Ну, что ж, отныне о Ваньжу будет заботиться Жолань, и он знал, что Жолань будет очень хорошо относиться к этому ребенку. Поэтому он считал, что ничем Цинь Ваньжу больше не обязан.

Цинь Хуайюн не задерживался на горе надолго. Он сказал Цинь Ваньжу несколько дежурных фраз утешения, а затем уехал назад в город.

Мадам Синь и Ло Сяовань уехали в тот же день после того, как пообедали. Цинь Ваньжу проводила их к подножию горы, и она успела решить с Ло Сяовань много вопросов. Наконец, та последовала за мадам Синь и неохотно села в карету.

Цин Юэ бросила взгляд на лес за горой, напомнив Цинь Ваньжу об осторожности, и сказала:

– Барышня, давайте вернемся поскорее! – Несмотря на то, что сейчас был день, Цин Юэ чувствовала беспокойство, потому что здесь произошел скандальный случай с Цинь Юйжу.

– Не о чем беспокоиться, – покачала головой Цинь Ваньжу, глядя, как карета мадам Синь спустилась к задней горе. Оглядевшись, она нашла тропинку и сказала: – Пойдем дальше.

– Барышня, куда ведет эта тропинка? – Цин Юэ обеспокоенно уставилась на этот отдельный. Она не была знакома с этим местом и переживала, не произойдет ли какой-нибудь несчастный случай. Она была настороже из-за пугающего поведения мадам Ди.

– Понятия не имею, просто идем! – Взгляд Цинь Ваньжу упал на несколько стеблей орхидей у тропинки.

Там росло всего несколько цветков, и ни один из них не был высшего качества. Это самые обычные орхидеи, как будто они выросли на обочине сами по себе. Все они цвели желтыми цветами, которые были небольшими, но нежными. Это было не так уж великолепно, но достаточно густо, чтобы гравийная дорожка была усеяна несколькими лепестками орхидей, подобных этой.

Позади Ваньжу находилась гравийная дорога, и именно по ней мадам Синь и Ло Сяовань спускались вниз с горы. В то время как эта тропинка пролегала к подножию холма, так куда же она вела?

Было маловероятно, что оба пути вели к одному и тому же месту назначения, которым было подножие горы. Более того, обе дороги, и широкую и узкую, покрывал гравий, и монастырь Цзиньсинь не стал бы делать что-то ненужное.

– Пойдем, пойдем, посмотрим! – Цинь Ваньжу показалось это важным, поэтому она повернулась и шагнула на тропинку.

– Барышня, я думаю, нам не стоит туда идти! – Цин Юэ была очень настороженна. Хотя она все еще следовала за маленькой хозяйкой, она была обеспокоена.

– Все в порядке! – покачала головой Цинь Ваньжу. Постояв и посмотрев на тропинку еще несколько мгновений, она снова двинулась вперед, и ей только что пришло в голову предположение. Однако она не знала, верна ли ее догадка, поэтому решила проверить ее самостоятельно.

Убедившись, что ее маленькая хозяйка так решительно настроена, Цин Юэ ничего не оставалось, как последовать за ней и настороженно углубиться в лес.

Через несколько шагов в поле их зрения появился поворот вместе с несколькими орхидеями, которые цвели мелкими цветами и создавали привлекательную картинку. Эти орхидеи выглядели нормально, но давали ощущение элегантности осеннего дня.

После нескольких поворотов Цинь Ваньжу остановилась, чтобы отдохнуть, так как тропинка время от времени вела их вверх и вниз. Она оглянулась и обнаружила, что тропинка в целом ведет их вверх. Вдалеке, на зеленой полянке, стояли три хижины, а за хижинами росло несколько высоких и красивых бамбуковых деревьев.

Это был фиолетовый бамбук, который отличался от обычных зеленых бамбуков.

Ваньжу слегка улыбнулась. Казалось, она нашла то, что искала.

Она подошла к хижинам и обнаружила, что они заперты, и окна тоже плотно закрыты. Затем она прошла к задней части хижин и увидела несколько фиолетовых бамбуковых побегов, и клумбы орхидей. Это было безмятежное жилище.

Она подняла голову и поняла, что это место находится ниже вершины монастыря Цзиньсинь, а не за ним. Она могла видеть несколько буддийских крыш залов над монастырем Цзиньсинь. В воздухе витал дым благовоний, и также можно было слышать спокойные напевы Будды, но все это никого не беспокоило.

Это было отличное место для медитации и изучения знаний дзен.

– Барышня, здесь никого нет! – Цин Юэ трижды обошла двор с хижинами, но никого не нашла. – Может быть, это заброшенный двор, кажется, что здесь уже давно никто не живет.

– Здесь точно кто-то живет! – покачала головой Цинь Ваньжу, заметив висевшую за дверью бамбуковую шляпу, которая все еще была мокрой.

Она посмотрела на полуденное солнце осеннего дня. Сделанная из бамбука шляпа не могла оставаться мокрой, если ее долго грело солнце.

Цин Юэ проследила за взглядом Цинь Ваньжу и тоже увидела мокрую бамбуковую шляпу. Она даже прикоснулась к ней и удивленно воскликнула:

– Барышня, она мокрая! Кто... кто здесь живет? Кто бы предпочел жить здесь, а не в монастыре Цзиньсинь? Неужели... это какой-нибудь мужчина-пилигрим?

– Нет! – Цинь Ваньжу уверенно покачала головой. В Цзянчжоу было широко известно, что монастырь Цзиньсинь никогда не оставлял на ночь мужчин, и даже ее отец никогда не нарушал это правило.

Если бы здесь можно было поселить мужчину-паломника, то было бы невозможно, чтобы такой легко найденный путь, как этот, игнорировался даже в людских сплетнях.

– Паломницы могут жить на горе, а паломникам не разрешается жить здесь. Так кто же еще мог бы жить здесь, кроме пилигримов? – спросила Цин Юэ и в замешательстве подняла голову, чтобы осмотреться. – Барышня, это прекрасное место для жизни. Здесь тихо, вокруг приятный пейзаж. И монастырь Цзиньсинь, и горы находятся в поле зрения.

Цинь Ваньжу изогнула вишневые губы в улыбке и лукаво спросила:

– Это обязательно должен быть какой-то пилигрим?

– Кто еще может жить отшельником в горах, если это не пилигрим? – удивленно округлила глаза Цин Юэ.

Цинь Ваньжу уставилась на двор с улыбкой, но ничего не сказала. Глядя на эту хижину, она немного склонила свою красивую голову набок и задумалась.

Цин Юэ проследила за ее движением и посмотрела вверх, но не увидела ничего, кроме неба и стоящего вдалеке зала Будды.

– Барышня, здесь наверху только монастырь, и здесь может жить монахиня из монастыря? – Цин Юэ ничего не видела, поэтому она надула губы. Но когда она закончила фразу, то удивленно подпрыгнула. – Ах, барышня, значит, здесь живет монахиня из монастыря Цзиньсинь?

Цинь Ваньжу обошла хижину, но пришла к выводу, что вокруг нее ничего необычного нет. Поэтому она сосредоточилась на обширной поляне, заросшей травой. Она сделала несколько шагов и присела на корточки. Затем она заметила три стебля клевера, которые выглядели одинаково. У этой травы было по три листа, что делало их нормальными, если бы Цинь Ваньжу никогда не читала никаких медицинских книг. Однако теперь она знала, что именно этот клевер относился к лекарственным травам.

Она снова подняла глаза и осмотрела другие места. Это была не просто обширная лужайка, покрытая травой, на которой они стояли, а поле, где было посажено много лекарственных трав. Теперь ее улыбка стала шире.

Цинь Ваньжу встала, все еще не сводя глаз с хижины. Она снова внимательно посмотрела на дверь и сказала:

– Давай уйдем сейчас же!

– Да, барышня! – Цин Юэ с нетерпением посмотрела на Цинь Ваньжу, которая казалась очень уверенной, но Цин Юэ все еще ничего не понимала.

На обратный путь они потратили меньше времени, чем когда шли сюда. Цинь Ваньжу пошла по тропинке и свернула в лес. Монастырь Цзиньсинь находился сразу за этим лесом.

Цинь Ваньжу прошла немного вперед и увидела зал Будды, крышу которого она видела, стоя у хижины, а также дзен-комнату настоятельницы монастыря Цзиньсинь.

Дзен-комната – это уединенный павильон для медитаций настоятельницы монастыря Цзиньсинь, и находился он не в центре монастыря Цзиньсинь, а как-то немного в стороне и в уединении.

Стоя перед комнатой дзен настоятельницы монастыря Цзиньсинь, Цинь Ваньжу несколько секунд колебалась перед тем, как войти.

Монахиня, сторожившая у двери уединенного дворика, поклонилась ей, прежде чем войти в комнату и доложить о ее визите настоятельнице монастыря Цзиньсинь.

Через некоторое время появилась монахиня-послушница:

– Вторая мисс Цинь, наш мастер пригласила вас войти внутрь!

Цинь Ваньжу вежливо улыбнулась, дала знак Цин Юэ остаться у двери, и вошла в комнату вместе с провожатой.

Ароматный дымок благовоний, исходящий из кадила на алтаре, медленно и красиво струился в комнате. Аромат благовоний Будды отличался от обычных благовоний, поскольку он передавал спокойствие и давал людям возможность чувствовать себя в безопасности и умиротворении. В ту минуту, когда Ваньжу вошла, она почувствовала себя освеженной.

Казалось, что настоятельница монастыря Цзиньсинь, сидевшая на коленях на камышовой подушке, не удивилась, увидев ее в этот момент.

– Настоятельница, могу я спросить кое-что о монахине Минцю? – Цинь Ваньжу шагнула вперед, села на колени на другую подушку из тростника. Она поклонилась, опустив голову, и почтительно задала вопрос.

Настоятельница монастыря Цзиньсинь с любезным видом ответила:

– Ее здесь нет.

– Настоятельница, могу я спросить, монахиня Минцю все еще в Цзянчжоу? – уточнила Цинь Ваньжу.

– Может быть, так оно и есть, а может быть, и нет. После того как она покинула монастырь Цзиньсинь, ей больше не нужно сообщать мне, куда она направляется, – с улыбкой сказала настоятельница монастыря Цзиньсинь. Ее взгляд наполнился глубоким значением, когда остановился на Цинь Ваньжу.

– Как вы думаете, смогу ли я найти монахиню Минцю? – Цинь Ваньжу изменила свою манеру спрашивать.

– Ну... это зависит от судьбы. Судьба приходит и уходит. Это звучит просто, но иногда это может быть сложно! – Слова настоятельницы заставляли задуматься.

Цинь Ваньжу стало еще более любопытно из-за ее туманного ответа. Ее длинные ресницы затрепетали, и она подняла свои большие черные глаза, улыбаясь и глядя на Преподобную монастыря Цзиньсинь:

– Не могли бы вы, пожалуйста, передать монахине Минцю сообщение от меня?

– Что вы хотите ей сказать?

Цинь Ваньжу села прямо, и улыбка исчезла с ее лица, что сделало ее более серьезной сейчас.

– Я хочу попросить монахиню Минцю научить меня медицинским навыкам.

Преподобная настоятельница улыбнулся Цинь Ваньжу.

– Это зависит от вашей судьбы! – сказала она, затем потянулась, чтобы взять три палочки благовоний, лежащие рядом с ней, и протянула их Цинь Ваньжу. Она указала на курильницу на углу платформы у окна и сказала: – Идите и сожгите немного благовоний, тогда вы узнаете, судьба ли вам встретиться!

Цинь Ваньжу встала и с уважением приняла благовония. Подойдя к алтарю для благовоний, она зажгла три благовония и положила их в курильницу, когда ее внимание привлекла открытая книга на платформе.

Это была медицинская книга, которая отличалась от той, что была у нее раньше. После того, как Ваньжу переродилась в свою нынешнюю жизнь, она внимательно изучала первую медицинскую книгу и теперь была настолько знакома с ее содержанием, что могла почти наизусть ее цитировать. Поэтому она могла сразу сказать, что эта была другой.

Но обложка и переплет книги имели некое сходство с той, которая принадлежала ей, и некоторые параграфы были точно такими же, но более подробными.

– Это следующий том? – спросила Цинь Ваньжу, обернувшись к настоятельнице монастыря Цзиньсинь. Хотя она никогда не слышала, чтобы в ее медицинской книге был следующий том, страница, которую она открыла, содержала более сложные рецепты, и травы, показанные на картинках и текстах, также были ей незнакомы.

Эта медицинская книга была более мистической, чем та, что была у нее.

Хозяйка монастыря Цзиньсинь посмотрела на Цинь Ваньжу и внезапно громко рассмеялась. Она ласково наблюдала за девочкой, говоря:

– Первую медицинскую книгу вы уже закончили изучать?

Цинь Ваньжу подошла к тростниковой подушке и снова села. Она ответила, сидя почтительно и прямо:

– Да, я подробно ее изучила.

– Что вы теперь думаете? – с улыбкой спросила настоятельница.

– Я твердо намерена изучать медицину. – Цинь Ваньжу присела на корточки, чтобы с уважением продемонстрировать свою искренность настоятельнице монастыря Цзиньсинь. Она была полна решимости, так как именно по этой причине она пришла сюда сегодня.

Медицина была ее способом защитить свою жизнь! Она хотела спасти себя, а также того, кто спас ее!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 72. Попытка выведать местонахождение гостя из столицы

Глава 72. Попытка выведать местонахождение гостя из столицы

.

– Поскольку вы страстно хотите изучать медицину, вы должны доказать свою искренность! – настоятельница монастыря Цзиньсинь сказала это с многозначительным взглядом и с улыбкой, которая заключала в себе глубокий смысл. Затем она закрыла глаза и начала монотонно напевать сутру, перебирая четки в руках.

Неожиданно она сделала такое выражение лица, которое показало ее нежелание дальше разговаривать с Цинь Ваньжу.

Вошла монахиня и почтительно сложила руки в поклоне перед Цинь Ваньжу:

– Вторая мисс Цинь, пожалуйста, пройдемте!

Цинь Ваньжу пришлось уйти, так как она увидела, что Преподобная настоятельница монастыря Цзиньсинь уже погрузилась в медитацию.

Она вышла из комнаты, а Цин Юэ поспешно последовала за ней и обеспокоенно спросила:

– Барышня, вы что-то выяснили у Преподобной настоятельницы монастыря Цзиньсинь?

– Ничего! – Цинь Ваньжу стояла у двери и качала головой. Однако она не ушла, а посмотрела вниз по склону, на другую сторону, где в поле ее зрения попала лужайка с травой. Если она пойдет дальше, то также сможет увидеть угол хижины.

Цин Юэ тоже это увидела, но ее остановила улыбка маленькой хозяйки, когда она собиралась что-то сказать. Цинь Ваньжу развернулась и пошла обратно в свой двор. Ее глаза были слегка прищуренными – в этот момент она взвешивала, не пытается ли главная монахиня монастыря Цзиньсинь проверить ее честность.

Медицинская книга на подставке, ее медицинская книга?

Медицинские книги две, но, очевидно, они принадлежали к одному и тому же набору.

Что это значило?

Внезапно в ее голове мелькнуло вдохновение: медицинская книга, лежащая на подставке, была критической точкой, потому что настоятельница монастыря Цзиньсинь стала гораздо более дружелюбной и разговорчивой после того, как она спросила об этой книге. Так было ли это намеком для нее?

Недостаточно было того, что настоятельница монастыря Цзиньсинь одобрила ее. Она хотела пройти обучение у лучшего преподавателя медицины, которым является монахиня Минцю. Поэтому ей в первую очередь требовалось ее одобрение.

На обратном пути в свою комнату Ваньжу продолжала обдумывать этот вопрос. После того, как она вошла и села, ей внезапно пришла в голову мысль, поскольку Чу Лючэнь безосновательно забрал ее медицинскую книжку.

Где сейчас таинственный Чу Лючэнь? Ему было легко найти ее, но ей никогда не было легко увидеть его.

Как найти Чу Лючэня, оставаясь при этом дома? Это была критическая проблема, и Ваньжу не могла ее самостоятельно решить.

Она немного пораскинула мозгами и наконец решила поговорить с бабушкой. Если кто-то и знал что-нибудь о Чу Лючэне, то это могла быть только старая мадам!

Когда Цинь Ваньжу вошла в апартаменты старой мадам Цинь, лекарство как раз было готово. Она взяла лекарство у молодой служанки и села на табурет у кровати. Остужая горячую жгучую лекарственную жидкость до нужной температуры, она подавала и кормила старую мадам лекарством с ложки. После того, как старушка приняла лекарство, служанка взяла миску, а Цинь Ваньжу взяла полотенце, чтобы осторожно вытереть губы больной старушки.

Она отложила полотенце, с любопытством огляделась и спросила:

– Бабушка, почему здесь нет тети Шуй? – Обычно Шуй Жолань была здесь в это время.

– Я велела ей спуститься с горы, чтобы подготовиться к свадебной церемонии! – Старая мадам улыбнулась, что говорило о том, что она в хорошем настроении, и ее голос больше не был сильно хриплым.

– Покинуть гору сейчас? – недоуменно спросила Цинь Ваньжу, и ее глаза загорелись. Она взяла старушку за руки и радостно спросила: – Тетя Шуй выйдет замуж за члена нашей семьи?

– Да, твой отец уже согласился, и свадьба состоится через несколько дней. Я здесь бездельничаю, Чжочжо заботится обо мне, поэтому я отправила ее подготовиться. Это правильный и достойный брак, хотя он был решен в спешке. Однако мы не могли полностью отказаться от правил и предписаний. Я боюсь, что твоя тетя Шуй не знает многих правил благородной семьи, поэтому я поручила няне Дуань сопровождать ее и тоже спуститься с горы!

Старая мадам улыбнулась и погладила руки Цинь Ваньжу, а затем дружелюбно сказала:

– Отныне тетя Шуй будет твоей компанией. Она защитит тебя. Я могла бы защитить тебя, как делала в прежние времена, но я стара, и если я... Тогда о твоем браке будут сплетничать и строить козни в будущем, что будет тяжелым бременем всю твою жизнь, поэтому я не смею быть неосторожной в этом вопросе!

Ваньжу слегка опустила голову, чтобы скрыть разочарование и холод в своих глазах. В предыдущей жизни ее брак контролировался мадам Ди, и впоследствии из-за унизительного скандала со свадьбой здесь, в Цзянчжоу, ее брак переживал снова и снова взлеты и падения, включая помолвку, разрыв, повторную помолвку и опять разрыв. Она трижды «отказывалась» от помолвки, что разрушило бы ее репутацию, какой бы хорошей она ни была, и не говоря уже о том, что она была уничтожена.

Мадам Ди контролировала ее брак от имени ее матери, из-за чего никто не хотел на ней жениться. Все же в итоге она вышла замуж в особняк Цзо только для того, чтобы предотвратить неминуемую смерть и наконец принести счастье в особняк Цзо.

– Бабушка, на этот раз не волнуйся, потому что у меня есть тетя Шуй. И у тети Шуй есть я на ее стороне, чтобы помочь ей заботиться о тебе и быть сыновней, так что ты будешь жить долго и счастливо! – Когда Ваньжу снова подняла голову, она, нынче маленькая девочка, уже улыбалась. Она потянулась, чтобы взять старушку за руку, и ее взгляд был полон любви и уважения к старой мадам, отчего у той набежали на глаза слезы.

Она была таким хорошим ребенком, как могла мадам Ди сделать что-то настолько порочное, и так опозорить это милое дитя?

Густые и длинные ресницы Цинь Ваньжу затрепетали, и девочка с улыбкой спросила:

– Бабушка, ты отправишься в столицу?

– Чжочжо такая проницательная! – Старая мадам кивнула головой и широко улыбнулась. – Может быть, скоро поеду. Скоро придет приказ о переводе твоего отца на другую должность! – По крайней мере, сейчас ситуация была не так уж плоха. Она бы не беспокоилась, если бы Жолань воспитывала Чжочжо. Хотя Жолань, как вторая жена, по статусу была немного ниже мадам Ди, она была официальной женой, которая могла помочь ей защитить Чжочжо.

– Отец получил вести из столицы? – Ваньжу пожала бабушке руки и спросила, как избалованный ребенок, и ее большие черные глаза заставили старую мадам почувствовать, как сжалось ее сердце от жалости к этому покинутому ребенку.

– Не переживай, Чжочжо! Это дело решенное! – Старая мадам была уверена, что Цинь Ваньжу не хочет оставаться в Цзянчжоу после всех последних неприятных происшествий.

Цинь Ваньжу радостно моргнула и спросила:

– Как ты, бабушка, можешь быть так уверена? Неужели кто-то из столицы поддерживает нас?

– Да, все так и есть! – Старая мадам засмеялась и погладила девочку по волосам. Даже если она не была ее родной внучкой, старая мадам все равно очень любила ее, потому что этот ребенок был и красивым, и милым, и она была только немного непослушной, как и все дети, но все равно вела себя примерно и никогда не имела дурных мыслей.

– Но как? Может бабушка скажет мне, как получила сообщение? Это влияние особняка герцога Юнкана? – капризно спросила Цинь Ваньжу, ведя себя словно избалованный ребенок.

Увидев ее наивный взгляд, старая мадам улыбнулась и легкомысленно ответила:

– Не только особняк герцога Юнкана, но и другой выдающийся человек в столице также подтвердил сообщение.

Старая мадам не испытывала добрых чувств к герцогу Юнкану из-за мадам Ди.

– К нам приедет кто-то из столицы? Он будет жить в нашем поместье? – Ваньжу намеренно выглядела очень любопытной и приняла решение выяснить это, что, однако, было совершенно похоже на то, как ребенок спрашивает наугад из простого любопытства.

Старая мадам, конечно, не могла сообщить ребенку такую важную информацию, как эта, поэтому она просто пробормотала что-то под нос и пояснила:

– Он недолго жил в поместье и сейчас переехал.

Ваньжу вдруг занервничала, и ее лицо побледнело, не мог... не мог же он уехать в этот критический момент?

– Куда он переехал, бабушка? Вернулся ли этот человек из столицы обратно? – Ваньжу недоуменно моргнула, отчего ее длинные ресницы почти коснулись ладони старой мадам.

Старая мадам щелкнула пальцем по голове внучки и со смехом пожурила ее:

– Он еще не вернулся в столицу. Я слышала, что он живет в другом доме, но больше ничего не знаю. Это дело твоего отца. Ты просто маленькая девочка, почему у тебя так много вопросов?

Старая мадам знала все это только потому, что Цинь Хуайюн раскрыл ей кое-какую информацию, но она не знала настоящей личности Чу Лючэня.

Хотя старая мадам упрекнула ее, голос и движения старушки были очень мягкими, что не оказало на нее никакого влияния. Ваньжу притворилась невинным ребенком, ничего не знающим, и некоторое время разговаривал со старой мадам. Когда она увидела, что старушка выглядит немного усталой, она вежливо попрощалась и вышла из комнаты.

Она вышла во двор и строго наказала нескольким служанкам и старухам прислуживать старой мадам со всем усердием, а затем направилась к себе.

Прошлой ночью Чу Лючэнь проник в ее комнату и ушел утром. Может ли другой дом располагаться рядом с монастырем Цзиньсинь?

Она вдруг вспомнила, что у отца действительно было жилье поблизости, потому что, когда она раньше сопровождала бабушку на отдых в монастырь Цзиньсинь, отец, бывало, оставался на ночь неподалеку.

Подумав немного, Ваньжу задала своей служанке наводящий вопрос:

– Цин Юэ, где раньше ночевал отец, когда он поздно прибывал в монастырь Цзиньсинь? Ты знаешь?

Был случай, когда отец ушел очень поздно, и Цин Юэ тогда провожала его из монастыря Цзиньсинь, неся фонарь.

Цин Юэ последовала за Цинь Ваньжу, чтобы выйти со двора на улицу, и сказала:

– Я знаю только, что у генерала есть неподалеку дворик для отдыха, который принадлежит нашему поместью. И я как-то спросила слугу генерала, который сказал, что живет в помещении на задней стороне горы.

– Ты знаешь, как туда добраться? – Цинь Ваньжу почувствовала облегчение и подумала, что было бы здорово, если бы Чу Лючэнь не уехал.

– Я только приблизительно это знаю. Я обычно провожала генерала до перекрестка на задней горе монастыря Цзиньсинь, и я видела двор вдалеке, но я не знаю, это тот самый или нет! – подумав, пояснила Цин Юэ. В тот раз она не провожала генерала во двор, так как генерал сказал ее остановиться и вернуться домой, не доходя до двора.

– Идем и проверим это! – решила Ваньжу, потом она развернулась и пошла на заднюю гору монастыря Цзиньсинь.

Она не знала, зачем Чу Лючэнь приехал в Цзянчжоу, а также не имела ни малейшего представления о том, когда он уедет. Если он действительно уедет, как она его найдет? Та медицинская книга, которую он взял, была необходима для ее медицинского образования, так что она не могла ее потерять.

– Да, барышня! Я сейчас же все проверю, так что вам не нужно будет заходить в незнакомое место! – Цин Юэ кивнула головой и побежала впереди Цинь Ваньжу, чтобы показать ей дорогу до перекрестка. Хотя она не знала, что ее маленькая хозяйка планировала сделать, ее барышня сказала это, поэтому ей пришлось быть послушной ей. Цин Юэ теперь безоговорочно верила в проницательность Цинь Ваньжу.

Горничная и хозяйка одна за другой шли к задней части горы. Они свернули на тропинку, которую Цин Юэ все еще помнила, а затем пошли через лес. Затем они увидели двор вдалеке.

Вокруг не было большого двора или высокой стены, и жилье выглядело заброшенным, что имело много общего со двором монастыря Цзиньсинь. Цинь Ваньжу подошла к воротам и даже увидела несколько нитей копченого бекона, висевших под крышей. Все выглядело так, словно здесь жила обычная семья фермеров во время новогоднего праздника.

Единственным несоответствием простому двору был красивый парень в красной одежде.

Сидя в единственном деревянном шезлонге во дворе, он закрыл глаза и раскачивался в шезлонге, что придавало ему очень беззаботный вид. Он держал книгу под рукой, и Цинь Ваньжу обнаружила, что эта книга была ей знакома, и она знала ее напрямую. Эта книга была ее медицинской книгой, которую он у нее отобрал.

У парня была утонченная внешность, которая олицетворяла элегантность. Его красное платье делало этого красивого юношу, словно сошедшего с картины, гораздо более красочным, демонстрируя его врожденное достоинство и его элегантный выдающийся статус. Все эти элементы смешались вместе, создавая эту согласованную картину, как будто он был рожден, чтобы выглядеть так.

– Ты достаточно насмотрелась на меня? Если так, то входи уже! – Чу Лючэнь даже не открыл глаза, но все равно знал, что кто-то стоит у ворот.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 73. Коварный лис

Глава 73. Коварный лис

.

Итак, ее обнаружили!

Ваньжу не удивилась. Хотя этот двор выглядел пустынным, это не означало, что вокруг не было телохранителей.

Она пришла навестить его почти сразу после приезда и почувствовала облегчение, когда обнаружила, что он все еще здесь и живет недалеко от монастыря Цзиньсинь.

– Ваше высочество, приветствую вас! – Цинь Ваньжу подошла к нему, а затем остановилась и почтительно поклонилась.

– Зачем явилась? – спрашивая, Чу Лючэнь поднял брови и открыл глаза. Казалось, он не удивился, что она смогла найти его здесь, а затем лениво перевернул несколько страниц книги.

Сяо Сюаньцзы схватил неизвестно откуда взявшийся табурет и поставил его перед Чу Лючэнем, когда тот поднял глаза и взглянул на табурет словно только для забавы.

Ваньжу поняла ситуацию и спокойно села на предложенный стульчик.

Сейчас она снова была ребенком маленького роста даже для своего возраста, и теперь, сидя так, стала казаться еще меньше. Она моргнула и подняла голову, чтобы посмотреть на Чу Лючэня. Она смотрела на него снизу вверх, когда сидела вот так.

– Принц, мне нужна ваша помощь... – Ваньжу некоторое время размышляла и подумала, что, возможно, ей лучше сказать об этом прямо.

Но ее слова были случайно прерваны заговорившим Чу Лючэнем.

– Ты не думаешь, что у тебя слишком много запросов ко мне? Я завален делами и не могу помогать тебе во всем!

– Принц, на этот раз все по-другому! – несчастная маленькая Цинь Ваньжу с ворчанием прикусила губу, не отрывая взгляда от медицинской книги. Если бы он не забрал эту книгу, на этот раз у нее не было бы причин его беспокоить.

Глядя на ее умоляющее лицо, Чу Лючэнь поднял книгу в руке и спросил:

– Тебе нужна эта книга?

Цинь Ваньжу посмотрела на Чу Лючэнь выразительными глазами и обиженно сказала:

– Принц, это моя книжка!

– Итак, ты хочешь... – Чу Лючэнь закрыл книгу и хлопнул ею по быльцу кресла, небрежно прищурившись на нахальную девчонку.

Маленькая Цинь Ваньжу невинно моргнула глазами и с надеждой продолжила настаивать:

– Поэтому, пожалуйста, верните мне книгу!

– А что, если я не захочу это сделать? – Чу Лючэнь рассмеялся, развалившись в чрезвычайно привлекательной позе, прекрасно зная о своей неотразимой внешности. Но действительно ли такое деспотичное поведение соответствовало его характеру?

Цинь Ваньжу: «…»

– Принц, это же оя книга! – с напором повторила она.

– Ну и что с того? – Чу Лючэнь отложил медицинскую книгу и, протянув руку, злорадно дернул упрямую девчонку за красивую прядь рассыпавшихся волос.

Ее волосы были шелковистыми, что заставляло его чувствовать себя комфортно, пропуская их сквозь пальцы. Чу Лючэню хотелось гладить ее по волосам каждый раз, когда он видел ее, даже если бы он не мог дотронуться до них, он чувствовал бы удовлетворение, просто дергая ее за волосы. Ее волосы были на ощупь как шерсть у его кошки, которая жила в его дворце, они обе – и девчонка, и кошка – были мягкими и уютными!

Действительно, он снова невежливо дернул ее за волосы.

– Больно же! – Ваньжу не ожидала, что этот царственный паренек станет дергать ее за волосы, да еще со всей силы. Она закричала от боли и поспешно шлепнула его по руке.

Чу Лючэнь быстро увернулся от ее руки и тут ущипнул ее за маленькое пухлое личико, отчего почувствовал себя таким довольным, что весело расхохотался.

Эта девчонка была очень забавной!

Ему нравилось ее раздраженное, но беспомощное выражение лица, так как она ничего не могла ему сделать, и это заставляло его чувствовать себя очень счастливым.

Как и сейчас, ее верхняя губа немного втянулась и сжала вишневые губы, раздувая щеки, как будто она собиралась пускать пузыри. Это было так забавно.

Ваньжу мысленно хлопнула в ладоши от досады, что у нее ничего не вышло, потом она отодвинула свой стул назад, чтобы держаться подальше от Чу Лючэня, а затем, надувшись, как и положено обиженной маленькой девочке, спросила:

– Так что же мне сделать, чтобы уговорить принца вернуть мне книгу?

– Давай меняться, согласна? – Чу Лючэнь не остановил ее, когда она отодвинула табуретку, но выглядел очень счастливым.

Ваньжу выпрямилась и настороженно спросила:

– Чем меняться?

– Печать в обмен на книгу! – лениво ответил Чу Лючэнь.

– Я... Я вернула себе печать, взявшись ухаживать за вашим Танцянянем, – скрипнув зубами, возмутилась Цинь Ваньжу.

Чу Лючэнь поднял брови и прищурился, вкладывая в свои слова глубокий смысл:

– Расцвел ли Танцяньян? Насколько хорошо ты о нем позаботилась?

Его вопрос лишил Цинь Ваньжу дара речи.

Расцвел цветок или засох, Ваньжу не знала, но могла сказать, что он выжил только потому, что не цвел. Она поручила няне Юй ухаживать за Танцяняном, когда уезжала в монастырь с бабушкой, но понятия не имела, как цветок сейчас!

– Цветок не приспособлен к здешней почве и воде! – немного подумав, смущенно ответила Цинь Ваньжу.

– Так ты имеешь в виду, что если я пересажу его в столице, он станет лучше расти? – с улыбкой уточнил Чу Лючэнь.

Его слова заставили Ваньжу еще больше занервничать, и она мысленно застонала, подумав, что этот мальчишка будет играть с ним всего несколько дней. После того, как она вернет ему цветок, она не будет иметь никакого отношения к этому редкому растению, независимо от того, цветет он или засох к черту.

– Значит, принц не собирался выращивать цветок самостоятельно?

– Ты взялась помочь мне сохранить цветок! – Чу Лючэнь почесал подбородок, словно простой надменный мальчишка, и показал взглядом, что он принял все как должное. – Ты должна заставить Танцяньян цвести!

Так что сохранить цветок живым было недостаточно, и ей придется растить его энергично и красиво. Ваньжу чувствовала себя напряженной, и она состроила несчастную гримаску, хлопая длинными опущенными ресницами и кусая губы.

– Итак... где моя медицинская книжка? – Ваньжу подумала и не нашла другого выхода, кроме как принять это условие. Пока цветок не засох, он может когда-нибудь расцвести, поэтому она просто будет поливать его и все!

– Меняю ее на печать! – Говоря на досуге, Чу Лючэнь выглядел немного усталым и капризным.

– Хорошо, я согласна! – Ваньжу колебалась всего секунду и сразу согласилась. Затем она осторожно спросила: – Так цветок?..

– Ты должна приложить все усилия, чтобы вырастить цветок, иначе за какие заслуги ты получила печать? – назойливо проворчал Чу Лючэнь.

Это означало, что она должна была использовать печать, которую он отдал ей, и все равно дальше заботиться о его Танцяняне, пока цветок не расцветет. Только так она, наконец, сможет получить свою медицинскую книжку, которая изначально принадлежала ей, но была отобрана им.

Она использовала свою собственную вещь, чтобы вести для него дела, но казалось, что она воспользовалась его преимуществами, как если бы она использовала свою печать, чтобы обменять у него две другие вещи.

Ваньжу чувствовала себя обиженной, крайне обиженной.

Но у нее должна быть эта медицинская книжка.

– Да, принц, не беспокойтесь, я все помню! Я хорошо позабочусь о вашем драгоценном цветке! – покорно сказала Цинь Ваньжу. Она не могла поверить, что потерпит неудачу из-за цветка. Если она не сможет заставить его расцвести, она обратиться за помощью к профессиональному садовнику, потому что это был всего один горшок с цветком.

– Хорошо! – Чу Лючэнь выглядел удовлетворенным этим договором, поэтому он радостно кивнул. Хотя он был еще подростком, у Ваньжу создалось впечатление, что он был тысячелетним девятихвостым лисом, который принял облик человека и просто притворялся, что он благородный принц, а не мошенник.

Коварный лис!

Цинь Ваньжу глубоко вздохнула, стерла жалобу с лица и с серьезным видом сказала:

– Итак, принц, пожалуйста, верните мне книгу!

– Сначала отдай мне мое. – Чу Лючэнь протянул руку, и у него был такой же обиженный вид, как у Цинь Ваньжу, как будто это над ним издевались. Он посмотрел на нее с подозрением и в замешательстве. – Ты же не собираешься надурить меня, правда?

Ваньжу снова и снова предупреждала себя: перестань злиться, перестань.

Она стиснула зубы, чтобы проглотить ворчание:

– Чего вы хотите, принц?

– Печать! Только не говори мне, что ты ее не взяла с собой! Это так важно, и ты не будешь оставлять ее просто так, или где попало! – Чу Лючэнь оглядел Цинь Ваньжу с ног до головы, и казалось, что он догадывается, где она ее спрятала.

Его слова заставили Ваньжу покраснеть.

– Что? Ты не хочешь отдавать ее мне? – Чу Лючэнь приподнял бровь.

– Вы... вы хотите получить ее прямо сейчас? – Цинь Ваньжу стиснула зубы и огляделась.

– Что? Ты думала о том, чтобы быть мне должной? Мое высочество дал тебе так много преимуществ, а ты сделала что-то подобное, это возмутительно! – Чу Лючэнь набросился на нее с упреками, отчего Ваньжу бросило в холодный пот. Был ли он прирожденным актером? Его поведение делало ее похожей на преступницу, бросившую свою семью.

– Я достану ее в комнате! – Цинь Ваньжу внезапно встала, потому что больше не могла этого выносить. Она повесила печать себе на шею, и ей было невозможно развязать расстегнуть платье на улице.

На этот раз Чу Лючэнь не стал смущать ее. Он со смехом махнул ей рукой, что означало, что теперь она может войти в комнату.

Цин Юэ последовала за Цинь Ваньжу в комнату и помогла ей развязать застежки, чтобы вынуть печать. Потом горничная также помогла ей снова завязать ее одежду.

Цинь Ваньжу, в сопровождении Цин Юэ, вернулась обратно во двор после того, как все было сделано. Она неохотно протянула принцу печать и сказала:

– Вот, забирайте!

Чу Лючэнь улыбнулся и потянулся взять печать.

Но внезапно Цинь Ваньжу отняла свою руку, решив уточнить:

– Принц, когда вы вернете ее мне? – Эта печать была настолько важна для нее, что она никогда бы от нее не отказалась.

– Все зависит от состояния моего цветка! – Чу Лючэнь, казалось, был в хорошем настроении, так как его красивые глаза и брови были полны озорства.

– А что, если цветок не распустится? – Ваньжу подумала, что ей лучше спросить все четко.

– Тогда печать моя! – двусмысленно улыбнулся Чу Лючэнь. Откинувшись на спинку и улегшись, он не был нетерпелив и не спешил протягивать руку за печатью.

Ничто не могло проникнуть сквозь этот камень!

– Ваше высочество, зачем вам нужна эта печать? Есть ли в этом что-нибудь полезное для вас? – Ваньжу выдавила глухой смешок. С этим принцем Чэнем было слишком трудно иметь дело. С таким количеством цепей и ловушек он все еще не был сбит с толку, но у нее уже кружилась голова. Однако она не могла понять, почему Чу Лючэнь проявлял к печати такой повышенный интерес.

– Пригодится мне это или нет, это мое личное дело! – Чу Лючэнь внимательно посмотрел на нее, и в его прекрасных глазах мелькнул отблеск довольства, когда он увидел ее слегка надутые губы. Его слова содержали глубокий смысл, и он несколько раз хлопнул рукой по медицинской книге: – Разве ты не хочешь эту книгу?

– Хочу! – Ей пришлось смириться с его угрозой, хотя она уже знала о его намерениях. Она стиснула зубы и протянула ему печать.

Изящным движением Чу Лючэнь принял ее печать с неохотным видом и помахал ею перед собой. Затем он самодовольно взглянул на Цинь Ваньжу и слегка подтолкнул к ней медицинскую книгу.

– Можешь взять!

Поскольку медицинская книга была почти сброшена на землю, Цинь Ваньжу протянула руки и попыталась поспешно ее удержать.

– Эта медицинская книга хороша, интересно, как дал ее тебе? – небрежно спросил Чу Лючэнь.

Ваньжу беспокоилась, что медицинская книга окажется повреждена. Она перевернула несколько страниц для проверки и не заметила таинственного света в его глазах, когда он спрашивал, поэтому невнимательно ответила:

– Настоятельница монастыря Цзиньсинь.

– Ты хочешь научиться медицинским навыкам у Преподобной монастыря Цзиньсинь? – Чу Лючэнь осмотрел крошечную головку, слегка опускающуюся перед ним, и не смог удержаться, чтобы не потянуть ее за гульку.

– Ай! Больно! – Ваньжу даже не подняла глаз, а шлепнула по его руке, которая испортила ей прическу, взъерошив волосы.

Рука принца гибко ускользнула от удара.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 74. Письмо от королевы

Глава 74. Письмо от королевы

.

– Это не Преподобная настоятельница, а ее сестра-послушница!

Цинь Ваньжу пропустила шлепок по руке и недовольно ответила. Она достигла своей цели, так что теперь она встала и намеревалась уйти.

– Ты уже уходишь? – с улыбкой спросил Чу Лючэнь.

Казалось, что он был в настроении, которое делало его разговорчивым и легким в общении, и, конечно, так только казалось.

– Если позволите. Принц хочет попросить меня о чем-нибудь еще? – осторожно спросила Цинь Ваньжу.

– Сейчас у меня больше ничего нет, но я думаю, что ты найдешь меня для других дел.

Сказав это, Чу Лючэнь вздохнул с элегантной и безобидной улыбкой. Он вел себя так, как если бы у Цинь Ваньжу раньше не было с ним никаких дел.

– Я… Я найду вас для других дел позже?

В недоумении Цинь Ваньжу моргнула, не понимая, шутит он или говорит это всерьез.

– Я не знаю. Я устал и хочу спать, потому что всю ночь меня мучила бессонница. А теперь у меня еще и рука болит! – Чу Лючэнь закрыл глаза и внезапно превратился из элегантного парня в усталого, но красивого.

Даже будучи взрослой, Ваньжу все равно покраснела от смущения. Она бросила на него злой и сердитый взгляд, развернулась и мгновенно ушла. Она боялась, что влепит пощечину этому болезненному и высокомерному парню, если останется еще немного.

Конечно, это была всего лишь недостижимая идея!

Услышав, что она уходит, Чу Лючэнь открыл глаза, и на его бледных губах появилась улыбка, несущая в себе некоторую зрелую усталость, не присущую людям в возрасте юноши.

– Ваше величество, королева просит вас вернуться в столицу, пожалуйста, вот пришло письмо! – Из темного угла комнаты возник охранник и почтительно протянул ему конверт.

– Я не хочу читать! – равнодушно ответил Чу Лючэнь, но странная улыбка осталась на его лице. Однако улыбка стала холодной, что заставило Сяо Сюаньцзы поспешно опустить голову. Его глаза, нос и рот – все указывало на то, что он уже был неподвижным изваянием.

– Но... но королева должна сказать вам кое-что важное! – Чувствуя холод и горечь в воздухе, охранник тоже не осмеливался поднять голову.

Длинные и тонкие пальцы принца потянулись и взяли письмо из руки охранника, заставив охранника глубоко и с облегчением вздохнуть. Наконец, принц согласился прочитать письмо, и он мог бы закончить свою задачу.

Но в следующую секунду это облегчение исчезло, потому что он услышал только звук разрываемого письма и нежный голос принца:

– Скажи ей, чтобы она забыла об этом! Она так старается сейчас, что же она делала раньше! Я и не знал, что она такая добрая мать!

Он сказал мягким тоном, но в его словах было мрачное и кровожадное чувство, охранник не мог это передать, и он опустился на колени:

– Ваше величество...

Чу Лючэнь пожал ему руки и нетерпеливо сказал:

– Вернись и скажи ей, что я не умру в ближайшее время. Скажи ей, не делать вид, что я ей действительно небезразличен. Я не трехлетний ребенок, позволяющий ей дурачить меня!

Закончив фразу, он отвернул голову в сторону и взял носовой платок, чтобы прикрыть рот, начав сильно кашлять.

Сяо Сюаньцзы сразу же впал в панику, он бросился к нему и нежно похлопал по спине:

– Господин, с вами все в порядке? Не волнуйтесь, говорите медленно!

Чу Лючэнь продолжал кашлять, и казалось, что он уже не может остановиться.

Евнуху Чу Лючэня пришлось легонько похлопать принца по спине, одновременно строго крича охраннику, который все еще стоял на коленях:

– Почему ты не уходишь?!

Охранник не осмелился больше ничего сказать и поспешно ретировался.

Чу Лючэнь кашлял еще долго после того, как охранник ушел. Сяо Сюаньцзы принес ему теплой воды, и он сделал несколько глотков, чтобы снова дышать ровно.

– Господин, теперь вы чувствуете себя лучше? – Сяо Сюаньцзы был обеспокоен.

– Я в порядке, не умру! – Сарказм повис на губах Чу Лючэня, которые были бледны, как лист белой бумаги. Любой мог бы сказать, что он был в плохом состоянии.

– Господин, как насчет того, чтобы я пригласил настоятельницу монастыря Цзиньсинь помочь вам? Может быть, она и есть тот человек, которого мы ищем, и, к тому же, волшебный доктор Ци сказал, что этот человек живет поблизости! – начал уговаривать его Сяо Сюаньцзы. На самом деле, он несколько раз убеждал его в последнее время, так как Преподобная монастыря Цзиньсинь могла быть тем человеком, которого они продолжали искать, почему он не хотел ее видеть?

Чем дольше он будет тянуть с визитом к врачу, тем хуже будет его состояние здоровья.

– С чего так спешишь? – Чу Лючэню было трудно перестать кашлять, поэтому он потрогал свою больную голову и тяжело откинулся на спинку шезлонга.

– Господин, лучше вылечить вашу болезнь раньше. – Сяо Сюаньцзы подошел, чтобы осторожно помассировать ему голову, так как знал, что каждый раз после кашля он будет чувствовать головокружение и головную боль в течение некоторого времени.

– Если я выздоровею, некоторые потеряю покой, так что сейчас все не так плохо! – Принц пробормотал тихим голосом, но достаточно громко, чтобы Сяо Сюаньцзы все услышал.

– Господин... – Сяо Сюаньцзы покраснел, потому что был очень взволнован, – вы действительно хотите постоянно бездельничать и путешествовать?

– Конечно, я однажды вернусь! – равнодушно сказал Чу Лючэнь, спокойно лежа без всякого отношения.

Сяо Сюаньцзы стал меньше волноваться, когда услышал, что его хозяин вернется. Он боялся увидеть, как тот бросит себя на улице и продолжит играть, не посещая никаких врачей и не возвращаясь в столицу. Если бы принц действительно сделал что-то подобное, он бы умер в провинции, и, подумав об этом, Сяо Сюаньцзы чувствовал себя таким убитым горем.

– Тогда когда вы вернетесь? – вытерев слезы, спросил Сяо Сюаньцзы.

– Сколько глазурованных ламп Фэнхуа мы нашли? – Чу Лючэнь не ответил на его вопрос. Под солнечным светом его длинные ресницы отражались на лице, делая его лицо прозрачно бледным и болезненным.

– У нас уже есть семь или восемь таких! – ответил Сяо Сюаньцзы. Хотя глазурованная лампа Фэнхуа была очень ценной, они нашли очень много таких. По дороге из столицы в Цзянчжоу они уже собрали семь или восемь штук.

– Господин, вы хотите их еще поискать?

– Нет, у меня не так много людей, которых я мог бы использовать. Вполне достаточно того, что мы уже смогли найти. Кто-нибудь ожидает, что я найду что-то важное? – равнодушно ответил Чу Лючэнь.

Никто не ожидал, что глазурованную лампу Фэнхуа можно будет найти в поместье генерала армии Нинъюань. Принц угрожал этой маленькой девочке только ради забавы, никогда не думая, что она действительно существует, и она отличалась от всех тех, что были найдены ранее. Это было неожиданностью.

Но он не собирался никому рассказывать об этом сюрпризе.

Несчастный случай или нет, кого это волновало!

Кто посмел!

Это было оправданием в самом начале, так как никто не ожидал, что он чего-то добьется. Чего они, возможно, больше всего ожидали, так это его внезапной смерти в пути, и этим результатом могло все закончиться.

– Господин, я думаю, что это, кажется, вторая мисс Цинь! – Сяо Сюаньцзы понимал Чу Лючэня, поэтому он, безусловно, знал, каким был его предлог покинуть столицу на этот раз.

– Какая разница, похожа она или нет, а дочь генерала армии Нинъюань тоже была неплохой! – Чу Лючэнь слегка улыбнулся, что придало ему и его ранее бледному лицу немного сил. Теперь он больше не был похож на красивого юношу с картины тушью, который был сказочно хорош собой, но не имел сил.

– Господин, вы могли бы проигнорировать это. Но для вашего же собственного дела, королева, долго уговаривала вас, даже император… также сказал это, так что вам нужно все обдумать! – Сяо Сюаньцзы нежно потер лоб Чу Лючэня, мягко напоминая. Поскольку сейчас они возвращаются в столицу, то это неприятное дело будет вновь упомянуто при нем.

– Да, конечно, я подумаю об этом! – Чу Лючэнь рассмеялся, и его глаза всегда были изогнуты, даже если они были закрыты. Парень в свои четырнадцать или пятнадцать лет мог выглядеть так красиво, как будто он не был настоящим человеческим существом, что заставило Сяо Сюаньцзы втайне глубоко вздохнуть. Даже если принц и не выглядел настоящим, его хозяин был самым красивым мужчиной.

И так как он смеялся, это могло свидетельствовать о его твердой уверенности.

– Так вы хотите, чтобы Преподобная монастыря Цзиньсинь помогла вам с вашей болезнью? – сразу же предложил Сяо Сюаньцзы, пока принц в хорошем настроении.

– Это тоже было бы хорошо! – На этот раз Чу Лючэнь не отверг его предложение.

– Я устрою это прямо сейчас! – взволнованно засуетился Сяо Сюаньцзы.

– Тебе не нужно все делать самому, просто попроси Цинь Хуайюна сделать это, – равнодушно велел ему Чу Лючэнь.

– Да, да! – Сяо Сюаньцзы только надеялся, что Чу Лючэнь не откажется увидеть доктора, а остальное его не волновало, поэтому теперь он постоянно кивал головой.

Его хозяин родился с этой болезнью, которая также называлась отравлением плода, что сделало его очень слабым от природы, и все думали, что он долго не проживет. Даже врачи во Дворце не могли избавить его от болезни, но сказали, что они будут стараться изо всех сил и последуют за его судьбой, но вылечить его было невозможно. Однако это было неправдой.

У его хозяина была надежда выздороветь.

Сяо Сюаньцзы испытывал необъяснимое чувство доверия к Чу Лючэню, считая, что его хозяин может делать все, что угодно, стоит ему только захотеть.

Теперь, когда Чу Лючэнь дал конкретный ответ, Сяо Сюаньцзы больше не беспокоился. Он нервничал каждый день с тех пор, как они покинули столицу, беспокоясь только о том, что его хозяин потеряет надежду и махнет на себя рукой, когда будет несчастен.

***

Когда Цинь Ваньжу вернулась, она увидела, что Чу Лючэнь лежит в большом шезлонге, положив голову на подушку из легкой орхидеи, и, казалось, он уже заснул. Он накинул на себя большой черный плащ с вышитым пучком бамбука, демонстрируя элегантность.

Несмотря на то, что она встречалась с ним несколько раз, ей пришлось признать, что Чу Лючэнь всегда оставлял людям в памяти прекрасный образ. Все его движения были похожи на картинку, несущую в себе чувство достоинства и волшебства. Он мог даже лежать неподвижно, чтобы передать спокойствие и красоту жизни.

Сяо Сюаньцзы знал, что нужно делать, когда она вернется, и мягко помахал ей рукой.

Цинь Ваньжу собралась с мыслями и шагнула вперед.

– Вторая мисс Цинь, не могли бы вы помочь мне сделать массаж лба моего хозяина, потому что он серьезно кашлял и еще не оправился от этого! – Сяо Сюаньцзы понизил голос, чтобы не тревожить Чу Лючэня. – Мне нужно пойти в комнату и приготовить для него лекарство.

– Здесь, что, больше никого нет? – Цинь Ваньжу подозрительно огляделась.

– Да, есть, но это простые охранники, они слишком сильны, что заставит нашего хозяина почувствовать боль! – прошептал Сяо Сюаньцзы.

Значит, ваш мастер сделан из стекла и мог разбиться, если бы использовали больше силы? Цинь Ваньжу на секунду заколебалась и неохотно кивнула головой.

Сяо Сюаньцзы очень обрадовался и почтительно поклонился ей, сложив ладонь и кулак. Затем он устроил ей возможность сидеть рядом с принцем.

Самон сидел там на корточках, а теперь придвинул табуретку, на которой раньше сидела Цинь Ваньжу, и пригласил ее сесть:

– Вторая мисс Цинь, пожалуйста, сядьте и сделайте массаж, так будет удобнее. Я скоро вернусь! Я думаю, что принц сейчас спит!

Внезапно Цинь Ваньжу охватило чувство неуверенности.

– Когда он проснется? – спросила она.

Сяо Сюаньцзы выглядел беспомощным и ответил двусмысленно:

– Я… Я не могу сказать точно, может быть, он скоро проснется, но может поспит дольше… Все зависит от того, насколько он устал! –

Так что, без понятия?

Цинь Ваньжу недовольно стиснула зубы, потому что думала, что Чу Лючэнь сделал это нарочно. Он знал, что она придет назад и даже рассчитал время ее прибытия.

Но дело в том, что именно она вынуждена просить о помощи!

Если бы она знала, что вернется так скоро, то не стала бы уходить в спешке…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 75. Затянутый узел, ведущий к неизбежной смерти

Глава 75. Затянутый узел, ведущий к неизбежной смерти

.

– Почему ты снова вернулась? – Молодой парень казался ленивым и усталым, что действительно соответствовало его нынешнему состоянию.

Цинь Ваньжу не стала задаваться вопросом, как Чу Лючэнь узнал, что человек, который массировал ему голову, изменился, и просто сказала несчастным голосом:

– На тропинке меня поджидали!

Чу Лючэнь внезапно улыбнулся и положил маленькую ручку Цинь Ваньжу в другое место для массажа.

– Люди из поместья магистрата Ци? – утвердительно спросил он.

– Я не хочу встречаться с мисс Ци!

Цинь Ваньжу неосознанно нахмурила тонкие брови, так как она не хотела видеть Ци Жунчжи в этот момент, особенно когда та выглядела такой самоуверенной и злющей, притащив с собой кучу горничных и нянек.

Она перерезала ей путь обратно в монастырь Цзиньсинь.

Цин Юэ обладала острым зрением и была наблюдательна. Это она увидела вдали огромную толпу людей. Благодаря ее бдительности Цинь Ваньжу снова смогла спрятаться как раз вовремя.

– Я слышал, что эта юная леди Ци и старшая юная леди из твоей семьи – две большие цели для шуток в Цзянчжоу, у обеих ужасная репутация. Тебе лучше держаться от них подальше! Помни, что ты должна водиться только с людьми, у которых хорошая репутация, и пусть эти люди наверняка не самые влиятельные, но ты сможешь прожить долго только в том случае, если ты достаточно прозорлива и осторожна, – рассеянно посоветовал ей Чу Лючэнь.

Его слова звучали разумно, что заставило Цинь Ваньжу на мгновение растеряться и не найтись с ответом.

– Ты должна извлечь урок из своей неудачи. Не все последствия чужих интриг должны решаться импульсивно.

Чу Лючэнь был в хорошем настроении – это видно было по его улыбке на красивом лице. Редко можно было наблюдать, чтобы он не издевался над Цинь Ваньжу, не смущал ее и не выгонял из дома.

Цинь Ваньжу, которая сначала думала, что будет трудно уговорить его принять ее в своем дворе на некоторое время, посмотрела на него с удивлением.

– Что, ты думаешь то, что я сказал, было неправильно? – Чу Лючэнь поднял брови.

– Как получилось, что все, что вы сказали на этот раз, правильно? – натянуто улыбнувшись, Ваньжу попыталась отшутиться. Она не хотела встречаться с Ци Жунчжи сейчас, и маневрировала так, чтобы не обидеть этого принца Чэня.

– Ты искренне думаешь, что я прав? – Чу Лючэнь внезапно открыл и поднял глаза, и его черные глаза были чисты и прекрасны, как прозрачная родниковая вода. Он казался совсем безобидным!

– Конечно, я думаю, что вы правы! – Цинь Ваньжу должна была оставаться трезвой, так как она не поверила бы, что этот принц Чэнь может быть таким безобидным.

Он по натуре был злым созданием!

Сейчас она сидела на табуретке и нежно массировала Чу Лючэню виски. В тот момент, когда он открыл глаза, у них был близкий зрительный контакт, который позволил Ваньжу ясно рассмотреть, как дрожат его длинные загибающиеся кверху ресницы. Как и у любого нормального красивого молодого парня, у него также была теплая улыбка, которая могла оглушить любую юную девушку, которую он встречал.

Однако Ваньжу была уверена, что его нежный и безобидный вид был только на поверхности.

Хлопая длинными ресницами, она отвела глаза, избегая зрительного контакта.

– Вам стало легче?

Она почувствовала, что у нее очень болят руки.

– Мое величество все еще чувствует сильную головную боль!

Нежное выражение этого прекрасного юноши исчезло, и на его лице появилось обиженное выражение. Глядя на нее крайне несчастно, он чуть скривил свои бесцветные губы, которые заставляли людей жалеть его. В этот момент ей пришлось проглотить только что готовую вырваться жалобу.

Ваньжу подумала несколько секунд и вместо отговорок прямо сказала:

– Принц, мне нужно решить еще одну проблему. Я хочу уйти!

– Я тебе сейчас не полезен, так что ты хочешь бросить меня и уйти? – Опасная улыбка затаилась в уголках губ Чу Лючэня, которая смыла его болезнь с лица, и теперь нежный и элегантный красивый юноша возродился заново. Если бы сарказм не проскальзывал в глубине его глаз, он мог бы выглядеть гораздо более нежным и утонченным.

– Как принц мог так подумать? Мне просто нужно срочно уладить одно дело. С тех пор, как тетя Шуй не рядом с бабушкой, я теперь сама по себе. Если бабушка не сможет меня найти, она будет волноваться. – Цинь Ваньжу постепенно становилась все более почтительной. Ее глаза, нос и рот объединились, чтобы завершить ее логику и предложения, и ее намерение тоже было очевидно, и она также выглядела очень спокойной.

Но на самом деле она сильно нервничала, так как понятия не имела, захочет ли принц Чэнь отпустить ее.

Чу Лючэнь пожал ей руку и, повернувшись, сел прямо, лениво отвечая:

– Ваш массаж, мисс Цинь, был хорош! Если в будущем мне будет не по себе, вы должны снова прийти и помочь мне.

Ваньжу не поняла, что он имел в виду, поэтому осторожно ответила:

– Я обязательно помогу вам, если буду свободна!

– Хорошо, теперь ты можешь уходить! Я сейчас занят, поэтому не могу тебя проводить! – взмахнул рукой, великодушно произнес Чу Лючэнь.

Цинь Ваньжу почувствовала облегчение и, встав, поклонилась Чу Лючэню со словами:

– Ваше высочество, тогда Ваньжу с вашего разрешения уходит!

Чу Лючэнь замахал на нее руками.

– Просто уходи. Проваливай уже!

Получив его разрешение уйти, Ваньжу почувствовала облегчение, и поспешно направилась к воротам двора. Когда она добралась до перекрестка тропинки, ведущей к монастырю Цзиньсинь, она обнаружила, что Ци Жунчжи там больше не было после того, как она задержалась в доме принца Чэня. Это избавило ее от многих неприятностей.

Ей не о чем было говорить с Ци Жунчжи, и она не думала, что этот визит имеет добрые намерения по отношению к ней.

Но вопреки своим ожиданиям, хотя Цинь Ваньжу удалось сбежать от Ци Жунчжи, она не смогла уклониться от встречи с Ци Тяньюем, который поджидал ее неподалеку от ее двора.

Увидев, что он стоит за деревом, Ваньжу сначала сделал вид, что не заметила его, но он окликнул ее по имени, что остановило ее.

– Сестра Ваньжу, постой!

Ци Тяньюй поспешно направился к ней.

– Старший молодой мастер семьи Ци, как поживаете? – Цинь Ваньжу остановилась и вежливо спросила после того, как она поклонилась ему. Она также немного отступила назад, чтобы держаться на расстоянии от Ци Тяньюя.

– Сестра Ваньжу… ты… ты слишком формальна и подчеркнуто вежлива! – Ци Тяньюй увидел ее движение и остановился, что-то бормоча и выглядя смущенным.

– Старший молодой мастер семьи Ци, у нас были хорошие отношения между нашими двумя семьями, но в будущем вы вряд ли сможете стать моим зятем. Вот почему я не избегала вас раньше, но теперь вы для меня посторонний! – Ваньжу подняла голову и невежливо ответила Ци Тяньюю, сверля его холодным взглядом. – Я не думаю, что у старшего молодого мастера семьи Ци есть необходимость искать меня в этот момент!

После такого скандального происшествия две семьи не могли вернуться к отношениям, которые у них были в прошлом.

– Я… У меня есть шанс для развития моих отношений с Юйжу в будущем… – пробормотал Ци Тяньюй тихим голосом.

– Старший молодой мастер семьи Ци, вы проснулись или все еще видите сон? – с усмешкой прервала его Цинь Ваньжу. – С самого начала не было никакой возможности, чтобы наши две семьи, могли соединиться в браке, и мы с вами никогда не поладим друг с другом. Что вам наплела старшая сестра, чтобы вы были так уверены, что у вас двоих есть будущее?

Цинь Ваньжу прямо разоблачила намерение Ци Тяньюя строить воздушные замки.

– Ты… Цинь Ваньжу... откуда в тебе столько злобы?! – Выражение лица Ци Тяньюя начало меняться, постепенно наполняясь гневом. Он посмотрел на Цинь Ваньжу с нескрываемой горечью. – Разве не ты в этом виновата? Если бы ты не вмешивалась со своими капризами, Юйжу уже была бы моей женой!

– Итак, ты обвиняешь в своей неудаче меня? Уверен, что это я надоумила Цинь Юйжу пытаться войти в королевскую ветвь в столице только для того, чтобы заполучить тебя? Кем ты себя возомнил? Ци Тяньюй, даже если тебе никто никогда этого не говорил, пожалуйста, прежде чем выйти на улицу, посмотри на себя в зеркало и осознай наконец, что ты всего лишь сын незначительного провинциального чиновника, и ты не блещешь ни особой красотой, ни большим богатством, ни умом.

Она не была удивлена его ответом, поэтому усмехнулась и ответила Ци Тяньюю, не уклоняясь от разговора начистоту. Яростный гнев сверкнул в ее глазах, и она так крепко сжала кулаки, что ногти впились в ладони.

Это было больно, но не так больно, как нестерпимая боль в ее душе!

В своей предыдущей жизни она была жестоко столкнута в бездну крови и греха, взяв на себя вину, которая не была ее.

– Ци Тяньюй, ты полное ничтожество! – Ненависть, накопившаяся за две ее жизни, оставила ей только это предложение, и когда она закончила его, она развернулась и направилась в свой двор.

Удивление заставило выражение красивого лица Ци Тяньюя на секунду застыть. Он всегда был высокого мнения о себе, но Цинь Ваньжу оттолкнула его без всякой пощады.

Разозлившись и протянув руки, он грубо преградил Цинь Ваньжу путь перед ней. Цин Юэ поспешно бросилась вперед и заслонила собой молодую хозяйку.

– Цинь Ваньжу, мне наплевать на твои слова. Единственное, что я знаю, так это то, что я люблю Юйжу, и никогда не полюблю такую подлую и тупую стерву, как ты!

Эти слова Ци Тяньюй выдавил сквозь зубы. В этот момент он не мог сохранить свой элегантный образ благородного принца, и его глаза горели ядовитой злобой.

– Если бы не ты, этого неприятного скандала с заменой невесты никогда бы не случилось! Если бы не ты, Юйжу могла бы выйти замуж только за меня, и что бы она ни думала, это факт, так как мы были помолвлены, и она не могла избавиться от меня. Цинь Ваньжу, я тебе этого никогда не прощу!

Ци Тяньюй процедил это слово за словом, убедившись, что Цинь Ваньжу может ясно понять его твердую горечь и жестокость.

Юная девочка неторопливо улыбнулась стоявшему перед ней взрослому парню, который потерял и хладнокровие, и порядочность.

Хотя она и была низенькой, ее яркие и чистые глаза с явным презрением смотрели в глаза Ци Тяньюю и не уступали ему ни по возрасту, ни по росту. Слабая улыбка, задержавшаяся на ее изогнутых губах, хотя и была детской, но горькой, как острый меч.

Эта горечь была еще более пронзительной, чем жестокость молодого мужчины

– Ци Тяньюй, тогда я подожду, когда ты вступишь в союз с Цинь Юйжу и отомстишь мне! Мы никогда не остановим эту битву, пока не умрем! – Девочка сказала это мягко, но казалось, что ее ненависть несла с собой кровь из ада преисподней.

Только отступив на несколько шагов, Ци Тяньюй обнаружил, что невыразимый холод, исходящий из ниоткуда, заставил его потерять контроль и в ужасе отшатнуться назад.

По его мнению, Цинь Ваньжу всегда была глупой, и никогда не была настолько проницательной! Он внезапно почувствовал себя ошеломленным и растерялся, когда уставился в спину Цинь Ваньжу.

Ваньжу усмехнулась и прошла мимо Ци Тяньюя, подняв голову и изобразив на лице свирепую улыбку. Это была ненависть и обида ее предыдущей жизни наряду со словами, которые она не произносила. Поскольку они не имели ни малейшего шанса ладить друг с другом, то не было необходимости произносить неискренние мирные слова, защищаясь от других и замышляя злой заговор.

Цель прихода Ци Тяньюя на сегодня, какой бы она ни была, не будет дружественной. Что касается ее предыдущей жизни, то даже когда Ци Тяньюй позже узнал правду, он все еще продолжал отыгрываться на ней, что привело ее в то время в замешательство. Теперь она обнаружила, что Ци Тяньюй упрямо продолжал обвинять ее во всем, несмотря на то, что уже знал правду. Ему было наплевать, как все обстояло на самом деле. Ему нужен был кто-то, кого можно сделать крайним, чтобы оправдать свою глупость и то, что его водила за нос его любимая нежная Юйжу.

Он убедил себя, что это Цинь Ваньжу была источником его несчастий, и пытался втоптать ее в грязь. В данном случае им нечего было сказать друг другу!

В ее предыдущей жизни Ци Тяньюй и Цинь Юйжу вместе затянули на ее шее узел удавки, и в своей нынешней жизни она все еще не могла развязать его, чтобы избежать страшной смерти…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 76. Побитый. Внезапное нападение без причины

Глава 76. Побитый. Внезапное нападение без причины

.

Превратившись в морального карлика по сравнению с энергией и силой Цинь Ваньжу, Ци Тяньюй беспомощно наблюдал, как одиннадцатилетняя девочка властно входит во двор и закрывает ворота перед его носом.

– Старший молодой мастер, что нам теперь делать? – тихо прошептал Ци Хай, увидев, что вторая мисс Цинь вот так держко уходит.

– Пойдем отсюда! – взяв себя в руки, спокойным тоном сказал Ци Тяньюй и снова заскрежетал зубами. Подавляя свой страх, он подумал, что это всего лишь маленькая девочка, так что все, что она могла сделать, это сказать несколько колких и бесполезных слов.

Он проклинал себя за свою панику, которая только что заставила его неожиданно покрыться холодным потом.

– Но как же скандальный случай с юной леди Цинь? – осторожно напомнил Ци Хай.

Цель их сегодняшнего визита состояла в том, чтобы склонить Цинь Ваньжу помочь Цинь Юйжу, сказав несколько добрых слов в ее оправдание.

Ци Тяньюй даже подумывал о том, чтобы подольститься к Цинь Ваньжу только для того, чтобы заручиться ее помощью. Поначалу он не считал, что это будет трудно сделать, потому что Цинь Ваньжу наверняка бы сделала все, о чем бы он ни попросил ее.

Поэтому для Ци Тяньюя оказалось неожиданностью, что Цинь Ваньжу может быть такой неприступной и жесткой, и что она способна разорвать их отношения в самом начале разговора.

Неожиданно для него их отношения вошли в фазу «смертельные враги» прежде, чем у него появился шанс сказать что-нибудь, чтобы задобрить девчонку.

Ци Тяньюй также задавался вопросом, почему эта ситуация так сильно выходила за рамки его воображения. Разве Цинь Ваньжу не должна была с восторгом пойти на компромисс после того, как он умаслил бы ее парой добрых слов?!

Развернувшись, Ци Тяньюй усмехнулся и направился к выходу из монастыря Цзиньсинь, беспомощно бросив на ходу:

– Теперь Юйжу должна сама разобраться со своей проблемой, и она этого заслуживает!

Он не понимал, почему Цинь Ваньжу так холодно с ним обращается. Были ли у нее на уме какие-нибудь хитрости? Как сказала Юйжу, пытается ли Цинь Ваньжу навязать ему игру в труднодоступную красавицу? Она была всего лишь маленькой девочкой, как она могла так много понимать во взрослых отношениях!

– Но… Юная леди Цинь собирается отправиться в столицу, если бы вы, старший молодой мастер, помогли ей, она и вы смогли бы… – снова напомнил ему Ци Хай, настаивая на своем.

На самом деле его напоминание было излишним. Ци Тянью вполне ясно понял, что, в частности, Цинь Ваньжу хладнокровно сбросила свою маску, которая до этого скрывала уродство ее души.

– Скажи ей, что я не могу помочь ей сейчас, и попроси ее постараться изо всех сил выпутаться самой! – Ци Тяньюй находил все это раздражающим, и даже подумал, что просьбы Цинь Юйжу тоже раздражали.

Ци Хай поспешил за Ци Тяньюем и вышел из ворот монастыря Цзиньсинь.

– Но, юная леди Цинь… к тому времени во всем будет винить старшего молодого мастера! – горестно воскликнул он, качая головой.

– Если она действительно захочет кого-то обвинить, то пусть винит меня! И с этого момента… просто забудь о ней!

Ци Тяньюй чувствовал себя все более раздраженным. Но он не мог понять, как Цинь Ваньжу, маленькая девочка, осмелилась так разговаривать с ним. Раньше она всегда бегала за ним хвостиком и мило называла его «брат Тяньюй»!

Была ли жестокая и озлобленная малолетняя стерва, которую он только что видел, той нежной и безобидной, как та наивная девочка, которую он знал в старые времена?

– Но… Юная леди Цинь…

Ци Хай все еще пытался что-то сказать в защиту Цинь Юйжу, но его нетерпеливо прервал Ци Тяньюй:

– Ты мой слуга или слуга Цинь Юйжу?! Почему ты всегда заступаешься за нее?!!

– Я… Я ваш покорный слуга! – Ци Хай был ошеломлен обвинением и в спешке пытался продемонстрировать свою преданность.

– Поскольку ты мой человек, тогда заткнись! – без колебаний отрезал Ци Тяньюй.

С угрюмым видом он направился вниз по склону. Теперь Ци Хай больше не осмеливался ничего говорить и только молча угодливо трусил за хозяином.

Покинув монастырь Цзиньсинь, они направились на большую ровную площадку с правой стороны дороги. Там ждали лошади и повозки паломников. Лошадь Ци Тяньюя тоже была привязана к одному из деревьев сбоку.

Ци Тяньюй нетерпеливо бросился туда, Однако когда он потянулся отвязать свою лошадь от дерева, он потерял сознание от сильного удара по голове и упал на землю как подкошенный. Слуга, который шел за ним следом, упал за несколько секунд перед ним.

Двое охранников сноровисто перетащили их одного за другим в лес неподалеку, сильно пиная снаружи мешка, который наполовину закрывал их. Они ушли после того, как избили их обоих и отшвырнули, из-за чего они тяжело ударились о деревья позади них.

Была уже полночь, когда Ци Тяньюй пришел в себя. Перед его глазами стояла полная тьма. Он несколько раз попытался сорвать мешок с головы и, наконец, избавился от него. У него закружилась голова, когда он увидел черное звездное небо, а затем дотронулся до своего лба, обнаружив, что его лицо сильно распухло.

Ци Хай тоже очнулся в это время. Он снял мешок и увидел разбитый нос Ци Тяньюя и распухшее лицо, а затем закричал в панике.

– Старший молодой мастер, как вы? – запричитал он и поспешно подполз к хозяину. – Старший...

– Заткнись! – рявкнул на него Ци Тяньюй. Потирая лоб и морщась, он сел и почувствовал, что все его тело болит так же сильно, как если бы кто-то пропустил его через мясорубку.

– Старший молодой мастер, против нас замыслили недоброе, почему кто-то так с нами поступил? – Ци Хай сидел и ныл, положив руку на поясницу. Без всякой причины его кто-то избил, и самое главное, он не знал, кто именно.

– Шевелись, давай убираться отсюда! – Ци Тяньюй знал, что не сможет найти обидчиков, даже если бы попытался. В противном случае они не стали бы вырубать его до того, как положили в мешок, а потом уже избивать.

Он изо всех сил пытался встать, опираясь на дерево. Стоя одной ногой на земле, он вдруг почувствовал такую боль, что отдернул другую назад. Он испугался, не сломана ли его нога.

– Старший молодой мастер, вы в порядке? Я поддержу вас! – Ци Хай вытер слезы и встал вместе с ним. Поддерживая Ци Тяньюя, он не знал, каковы были его собственные травмы, а также понятия не имел, как его нога повреждена, и тоже немного хромал.

Ци Тяньюй стиснул зубы и пошел, тяжело опираясь на своего слугу. Он отправится в столицу завтра рано утром.

Слуга очень рассердился, вытер слезы и с яростью сказал:

– Я найду бандитов, контролирующих ситуацию здесь, разобраться в этом!

– Нет необходимости в расследовании. Это должно быть сделал генерал армии Нинъюань!

В глазах Ци Тяньюя сгустился холод. За исключением Цинь Хуайюна никто не посмел бы так поступить с сыном магистрата в префектуре Цзянчжоу. Это определенно мог быть только Цинь Хуайюн, который устроил так, чтобы его стражи следовали за Цинь Ваньжу и отомстили, увидев, что он только что был невежлив с нею.

В то же время Ци Тяньюй очень испугался из-за этого случая. Он не осмеливался поднимать шум. На этот раз он пробрался на гору тайком, потому что не хотел, чтобы его отец знал об этом. Так что ему пришлось молча страдать от последствий.

Но Ци Тяньюй никак не мог предположить, что это был не последний раз, когда он, к сожалению, пострадал.

Наблюдая за их уходом, двое охранников появились из-за дерева. Они переглянулись и пошли докладывать своему хозяину.

Цинь Ваньжу знать не знала, что Ци Тяньюй был избит с головой в мешке после того, как он ушел от нее. Но когда на следующее утро до нее дошла весть о его отъезде из города, она была несказанно рада это услышать.

Причина, по которой она смогла случайно узнать новость об отъезде Ци Тяньюя, заключалась в том, что люди из поместья Цинь посетили старую мадам, чтобы доложить, что Цинь Юйжу, как и было условлено, ранним утром отправилась в столицу. Это был именно тот момент, когда Ци Тяньюй тоже поспешно покинул город. Поэтому она узнала от бабушки о новостях Ци Тяньюя.

Одна направлялась в столицу, чтобы выйти замуж, а другой – не желая оставить свою любимую девушку, но они ехали по отдельности, так как не очень хорошо знали друг друга. Однако Ваньжу прекрасно знала, что в будущем у этих двух людей будет много связей и тайных планов.

Но она не испугалась!

В этой нынешней жизни она не станет той, кто попал в заговор и пострадал – ведь она не была прежней Цинь Ваньжу, которая была сбита с толку и думала, что ее родных, возможно, ввели в заблуждение.

Медицинская книга прибыла на следующее утро в павильон Дзен в монастыре Цзиньсинь.

Как и в прошлый раз, Дзен – дворик настоятельницы монастыря Цзиньсинь – был спокойным, и Преподобная читала сутры, сидя на подушке из тростника. Цинь Ваньжу провела туда послушница, и она выбрала другую подушку из тростника, чтобы тоже сесть. Взяв лежащую рядом медицинскую книгу, она внимательно начала читать ее.

Настоятельнице монастыря Цзиньсинь потребовалось много времени, чтобы закончить молитву, но Цинь Ваньжу, все время читавшая свою медицинскую книгу, сидя рядом с ней, не проявляла никакого нетерпения, как будто она вообще не отвлекалась. Через время вошла монахиня и спросила, не хочет ли она что-нибудь съесть, но она только покачала головой.

В зале было так тихо, что люди забывали о насущном.

Настоятельница монастыря Цзиньсинь не перерывалась, и Цинь Ваньжу тоже не двигалась с места.

Когда Преподобная дочитала свою молитву, она открыла глаза и спокойно посмотрела на Цинь Ваньжу.

Заметив это, Ваньжу отложила свою медицинскую книгу и искренне поклонилась настоятельнице монастыря Цзиньсинь. Затем она снова подняла свою медицинскую книжку.

Настоятельница монастыря Цзиньсинь посмотрела на книгу в руках девочки и спросила:

– Вторая мисс Цинь, вы действительно настроены изучать медицину?

Цинь Ваньжу подняла голову, глядя на настоятельницу монастыря Цзиньсинь своими ясными глазами, и ответила с надежной решимостью:

– Я на самом деле очень хочу учиться!

– Трудно вам будет изучать медицину! – Настоятельница монастыря Цзиньсинь тяжело вздохнула. – Сестра Минцю уверена, что вы подходите для изучения этого, но я все еще думаю, что это не так.

– Это честь для мня, что монахиня Минцю проявила ко мне свою благосклонность, и я постараюсь сделать все возможное, чтобы не разочаровать ее. – В глазах Цинь Ваньжу читалось нетерпение.

– Что касается этого… вам лучше спросить ее! – Настоятельница монастыря Цзиньсинь беспомощно покачала головой и указала на улицу с едва заметной улыбкой на лице. – Мне нужно послать кого-нибудь провести вас туда?

– Нет, но за предложение спасибо, Преподобная! – Цинь Ваньжу слегка улыбнулась, снова кланяясь, а затем встала.

– Вы не возражаете, если я передам туда обед через вас? – улыбнулась настоятельница монастыря Цзиньсинь. Это было идеально для такого умного и терпеливого ребенка, как эта девочка, изучать медицину. Особенно когда ее сестра тоже считала этого ребенка очень талантливым. Но она не знала, как сейчас думает ее сестра!

У ее сестры тоже был характер избалованного ребенка. В прошлом она умирала от желания, чтобы Цинь Ваньжу стала ее ученицей, но позже она не хотела даже слушать об этом.

Цинь Ваньжу кивнула головой и ответила:

– Я не возражаю!

Обед был упакован в корзину для еды, которая стояла за дверью, и Цин Юэ теперь несла его. Цинь Ваньжу не спросила, кому настоятельница монастыря Цзиньсинь отправила его, и просто попросила Цин Юэ забрать его и следовать за ней, чтобы уйти.

Поэтому она прошла экзамен настоятельницы монастыря Цзиньсинь, но следующий экзамен был самым важным. Так как она хотела учиться у монахини Минцю, теперь все зависело от решения той!

Дверь хижины была плотно закрыта и заперта, и снаружи домик казался пустым.

Цин Юэ поставила корзинку с обедом и с удивлением огляделась вокруг, где поблизости никого не было.

– Барышня, это же не может быть жильем монахини Минцю, верно?

– Наоборот, так и должно быть! – ухмыльнулась Цинь Ваньжу. Она встретила монахиню Минцю в монастыре Цзиньсинь, и она не знала бы, что монахиня Минцю жила не в монастыре Цзиньсинь, а здесь, если бы не было недавнего совпадения.

– Но... но здесь никто не живет. Что мы теперь должны делать? Куда доставить этот обед? – в замешательстве спросила Цин Юэ, когда ее взгляд сосредоточился на железном замке двери, который висел высоко вверху. Как мог кто-то здесь жить, если дверь заперта снаружи?

Цинь Ваньжу осторожно поднесла корзину с едой к входной двери, и ее ясные глаза были сосредоточены на плотно запертом железном замке. Она внимательно рассматривала его.

В запертом снаружи домике не было никакой возможности, чтобы кто-то все еще жил в нем, но что, если дверь не была заперта?

Исходя из этого предположения, Ваньжу начала присматриваться к замку более внимательно. Увидев что-то, она улыбнулась от всего сердца. С улыбкой, появившейся на ее красных губах, она поняла, что пренебрегла этим предположением в прошлый раз.

Протянув руку и положив ее на щеколду, она сильно потянула дверь…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 77. Мужчина с непристойным и вызывающим поведением

Глава 77. Мужчина с непристойным и вызывающим поведением

.

Замок упал!

Цин Юэ даже вытаращила глаза, так как не могла поверить, что все еще плотно запертая цепь вот так легко упала на землю. Она потрясенно пробормотала:

– Это было… Она не была заперта, и цепь только висела на двери!

Кто мог знать, что этот замок только висел на цепочке, но никогда не запирал дверь?

– Хорошая, острая наблюдательность! – Из комнаты за дверью донесся смех.

Цинь Ваньжу отступила назад и сказала с глубоким уважением:

– Приветствую вас, монахиня Минцю!

К удивлению Цин Юэ дверь распахнулась и перед ними появилась монахиня.

Ей было слегка за тридцать, и она выглядела намного моложе настоятельницы монастыря Цзиньсинь. Одетая в простую одежду, она выглядела красивой, нежной и дружелюбной, ее проницательные глаза смотрели на Цинь Ваньжу.

– Ты действительно хочешь изучать медицину? – Монахиня Минцю нежно улыбнулась девочке.

– Я действительно хочу изучать медицину! – Ваньжу кивнула головой и опустилась на колени. – Пожалуйста, монахиня, позвольте мне быть вашей ученицей!

Монахиня Минцю не сразу ответила ей, она посмотрела в лицо Цинь Ваньжу, которая ожидала дальнейших слов, и это сделало ее улыбку более очевидной. Она и раньше думала, что Цинь Ваньжу может быть хорошей ученицей, но тогда ей отказали старая мадам Цинь и сама Цинь Ваньжу. Позже она отказалась от этой идеи. На этот раз Цинь Ваньжу захотела учиться сама, однако монахиня опасалась, что это был только сиюминутный каприз, поэтому она специально устроила для девочки несколько проверок.

Экзамены на ситуации, наблюдения и терпение!

И юная барышня прошла их все!

Монахиня Минцю была более чем довольна Цинь Ваньжу.

– С этих пор ты можешь следовать за мной и изучать медицину! – торжественно сказала она.

Услышав ответ монахини Минцю, Ваньжу пришла в восторг и сделала несколько торжественных китайских поклонов монахине Минцю, глубоких и уважительных.

Монахиня Минцю с улыбкой помогла ей встать и провела в комнату.

После того, как они вошли в дом, Цинь Ваньжу снова почтительно поклонилась монахине Минцю как своему Мастеру и подала ей чай, который Цин Юэ поспешно дала ей. Затем она встала, как ее и просили.

– Ты читала медицинскую книгу, которую я тебе сегодня передала? – спросила монахиня Минцю, которая получила свой чай Мастера и, сделав глоток, отставила его в сторону.

– Да, я читала ее, Мастер! – ответила Цинь Ваньжу.

– Тогда я устрою тебе короткий тест!

– Мастер, пожалуйста, проверьте меня!

– Тебе не нужно называть меня Мастером, потому что ты не монахиня, а дочь престижной семьи. Моя ученица должна была стать монахиней, так что ты все еще можешь называть меня монахиней! – сказала монахиня Минцю и улыбнулась.

– Да! – Цинь Ваньжу кивнула головой, отвечая ей.

Затем монахиня Минцю задала ей несколько вопросов о содержании и практических операциях в медицинской книге.

С медицинскими навыками ее предыдущей жизни, добавляя знания, которые она тщательно усвоила после перерождения в своей нынешней жизни, независимо от того, что спрашивала монахиня Минцю, Цинь Ваньжу могла отвечать бегло, без всяких запинок.

Ее ответы сделали монахиню Минцю гораздо более удовлетворенной. Войдя во внутреннюю комнату и вернувшись с небольшой железной коробкой в руках, она протянула ее Цинь Ваньжу.

– Ты пойдешь к моей сестре и возьмешь там медицинскую книжку. Эта книга посвящена оперативной практике и является следующим томом из тех, что уже есть у тебя. Я отдаю тебе конкретные решения синдромов и набор золотых игл, используемых в акупунктуре. Пока ты живешь в монастыре Цзиньсинь каждое утро приходи сюда учиться, а когда вернешься в поместье приезжай сюда в начале и середине месяца для изучения практических операций!

– Спасибо, монахиня! – Цинь Ваньжу была в восторге, и почтительно взяла коробку обеими руками.

Возвращаясь от монахини Минцю, Цинь Ваньжу посетила дзен-комнату настоятельницы монастыря Цзиньсинь и получила следующий том из медицинских книг, прежде чем навестить старую мадам.

Ее бабушка была в стабильном состоянии и хорошем настроении, но беспокоилась о том, что свадебный церемония Шуй Жолань не была полностью подготовлена, поэтому она попросила Цинь Ваньжу съездить и проверить, не требуется ли что-нибудь. Но независимо от того, что было нужно, деньги никак не были проблемой, так как старая мадам передала еще пять денежных чеков с Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу знала, что бабушка боялась, что мадам Ди создаст еще какие-нибудь проблемы. Она кивнула головой, так как опасалась козней мадам Ди, у которой не было нрава, чтобы остепениться, поэтому, даже если старая мадам не упоминала об этом, она сама хотела навестить Шуй Жолань.

***

Деревня у подножия монастыря Цзиньсинь была небольшой, но она была украшена, и энтузиазм людей воспламенил атмосферу. Большая надпись «Си» (счастье) висела у парадных ворот, распространяя весть о том, что в этой семье вот-вот состоится свадебная церемония. Деревенские сочли эту внезапно возникшую свадьбу интересной, поэтому толпы народа собирались у дома группами и сплетничали о деталях.

Несколько человек толпились у двери, когда Цинь Ваньжу прибыла в экипаже. Они собрались тут только для того, чтобы наблюдать за сценой для развлечения, и когда подъезжала карета, некоторые смелые поворачивались к передней части кареты, чтобы увидеть человека, сидящего внутри.

Карета остановилась у двери, кучер ждал, когда Цин Юэ поддержит Цинь Ваньжу, помогая выйти из нее, и все вокруг громко восклицали.

– Кто прибыл… Кто эта мисс? Она выглядит такой прекрасной, словно фея… – кто-то шептался в стороне.

– Это вторая мисс Цинь? – Казалось, что кто-то видел ее раньше, и его восклицание было немного громким, что заставило Цинь Ваньжу слегка повернуться. В поле ее зрения появился тридцатилетний мужчина. Он был одет как обычный деревенский житель, очень худой и непристойный с виду, и он избегал взгляда Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу отвернулась, и Цин Юэ поддержала ее, когда она вошла во двор.

– Вторая мисс Цинь? Вторая мисс из какой семьи? – поинтересовался кто-то, понизив голос, потому что он не узнал Цинь Ваньжу.

У многих людей в Цзянчжоу была фамилия Цинь, не только поместье Цинь генерала армии Нинъюань или другие богатые и населенные особняки Цинь, соотечественники считали бы их всех богатыми семьями, и все их дочери имели право называться мисс.

– Вторая мисс из поместья генерала армии Нинъюань! – Это все еще был голос того подозрительного человека. Усмешка появилась на губах Цинь Ваньжу. В прошлом она гуляла по улицам, но из-за того, что она была менее любима, чем Цинь Юйжу, и не могла бродить по городу так же свободно, как Цинь Юйжу, было меньше шансов увидеть ее по дороге.

Обычный мужчина в деревне мог бы узнать ее за секунду с существенной уверенностью? К тому же у него было подозрительное поведение, это больше никак нельзя было считать нормальным.

– Это та самая дамочка... Та, которая разбила свадебный паланкин… – Его слова напомнили многим людям скандальное происшествие, и они внезапно все поняли.

Цинь Ваньжу вошла во двор и замахала руками, чтобы дать знак прислужницам закрыть ворота. Однако она не ушла, а просто стояла там.

– Это устроила именно вторая мисс Цинь, и кто знает, что она замышляет теперь. Она снова планирует выйти замуж за наследника магистрата Ци? – Мужчина подстрекал толпу своими словами за воротами, и его голос не был низким, что позволило Цинь Ваньжу услышать его даже за стеной.

Ее вишневые губы красиво изгибались, когда она улыбалась, но это выглядело холодно.

– Да не может быть!

– Невозможно, разве этот брак не был расторгнут? – засомневался кто-то. Все это было достаточно влиятельным, чтобы сделать всех в Цзянчжоу любопытными. Зеваки во время разговора семей отсутствовали, но все они слышали об этом.

– Вы подождете и увидите это, и это будет отличное шоу! Мы посмотрим, как она снова разобьет свадебный паланкин! – сказал мужчина гордым голосом.

Затем он произнес несколько провокационных фраз, и Цин Юэ возмутилась:

– Барышня, я преподам ему урок на случай, если он так и собирается продолжать говорить гадости!

– Хорошо, возьми с собой двух привратниц! – Цинь Ваньжу не остановила ее, а повернулась и улыбнулась. Ее улыбка подчеркивала ее авторитет и ее власть.

– Слушаюсь, леди Ваньжу! – Цин Юэ не ожидала, что ее маленькая хозяйка согласится с ее просьбой так быстро. Она очень удивилась, но сразу повела двух грубых старух открывать дверь вместе с ней. Две старухи у двери всегда держали в руках толстые палки.

Парадные ворота резко распахнулись. Цин Юэ вышла и повернулась в сторону мужчины-провокатора. Две старухи стояли позади нее с толстыми палками. Все, кто был за дверью, были ошеломлены, увидев их появление.

Цинь Ваньжу тоже оказалась на виду. Стоя у входной двери, она равнодушно наблюдала за происходящим на улице.

Мужчина отпрянул назад, прячась за спинами других людей. Но Цин Юэ приближалась к нему, не давая ему никуда спрятаться. Она встала перед ним и сильно ударила его по лицу со словами:

– Разбить свадебный паланкин? Ты хочешь попробовать еще раз сорвать свадьбу? Или ты хочешь снова устроить неприятности на церемонии?

– Эй, как ты посмела меня ударить? – Мужчина, которому дали пощечину, был ошеломлен. Он потер свое пылающее лицо и зарычал от внезапного осознания унижения, а затем ему тоже захотелось дать пощечину Цин Юэ.

Ударив его, Цин Юэ уже отступила назад, а две старухи шагнули вперед с палками в руках, которые напугали мужчину, заставив сдержаться и не усугубить ситуацию.

– Кто ты такой? И почему ты говоришь здесь глупости? Ты хочешь устроить беспорядок? – высокомерно усмехнулась Цин Юэ. В эти дни она переняла некоторые стили и манеры Цинь Ваньжу, и теперь она делала хорошую работу.

– Ты, мелкая пакостница, это ты несешь чушь! – рявкнул мужчина. – Все сплетничали, так почему ты избила только меня? Значит, вот как поместье генерала затыкает людям рты, не позволяя даже разговаривать!

Он, несомненно, продолжал мутить воду, потому что преувеличивал свою обиду для всех, и поставил поместье генерала в противоположность всем, а это было не то, что сделал бы обычный крестьянин. Цинь Ваньжу усмехнулась и подождала, пока он ответит. Что бы ни происходило, это не должно быть просто случайностью.

Она раскрывала планы и сбивала людей с толку.

– Другие смотрели только для развлечения, но ты очерняешь наше поместье генерала. Я не знаю, кто послал тебя в качестве шпиона, но как ты смеешь оскорблять поместье генерала! – Цин Юэ усмехнулась и властно шагнула вперед. – Кто дал тебе смелость, что ты не боишься сделать что-то подобное!

Она сделала агрессивное замечание, которое прояснило его злонамеренное противопоставление поместья генерала всему народу, и теперь все окружающие чувствовали себя напуганными. Люди оглянулись и отпрянули обратно, оставив этого человека в одиночестве.

Мужчина впал в панику, когда увидел, что толпа, скрывавшая его, отступает, и начал громко возражать:

– Что… Что за чушь! Я здесь только для того, чтобы посмотреть что-то интересное… как я мог врать о столь важных вещах!

– Ты только наблюдал за этой суетой, но все равно нарочно подбивал толпу, настраивая против нашего поместья генерала. У тебя действительно были грязные намерения даже для просмотра шоу. Не заставляй нас смотреть, что ты делаешь что-то не так, или... ты будешь наказан за свое подлое поведение! – усмехнувшись, Цин Юэ предупредила его, а затем направилась к Цинь Ваньжу с двумя пожилыми женщинами, следовавшими за ней.

Цинь Ваньжу смотрела на мужчину и видела, что выражение его лица изменилось и стало более паническим, чем в тот момент, когда Цин Юэ ударила его по лицу, потому что теперь ему нужно придумать новый план.

Цинь Ваньжу отвернулась и направилась с Цин Юэ в дом.

Шуй Жолань уже получила сообщение о ее прибытии и поручила горничной пригласить ее.

В главной комнате свисал красный шелк, и к каждому была прикреплена красная буква «Си». Одежда Шуй Жолань не была чисто красной, но и не была такой простой, как то, что она носила обычно. На ней был синий наряд с густо вышитыми на нем красными узорами, в котором она выглядела моложе, чем в обычные дни.

– Ваньжу, что только что произошло? – Она увидела Цинь Ваньжу и обеспокоенно спросила ее. Затем она, посмотрев в лицо девочки и не обнаружив никакого несчастного выражения, почувствовала облегчение.

О небольшом скандале, произошедшем за воротами, ей уже сообщили.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 78. Паутина заговора. Один несчастный случай за другим

Глава 78. Паутина заговора. Один несчастный случай за другим

.

Цинь Ваньжу покачала головой и улыбнулась.

– Я не пострадала, тетя Шуй! – успокоила она ее. – Бабушка прислала меня посмотреть, как здесь все устроено, и что тебе нужно еще. Если есть какая-то нехватка, я все куплю и устрою для тебя. Бабушка сказала, что хочет, чтобы ты вышла замуж в поместье генерала с уважением других людей, и она не допустит, чтобы ты чувствовала себя униженной. – Цинь Ваньжу достала из рукава несколько чеков и передала их в руки Шуй Жолань. – Тетя Шуй, бабушка боялась, что у тебя не хватит денег, поэтому она попросила меня передать тебе еще.

Посмотрев на чеки и поняв, что это личные деньги старой мадам, Шуй Жолань почувствовала, что у нее защипало в носу, и ей захотелось заплакать. Старая мадам относилась к ней как к дочери и делала все для нее изо всех сил в течение многих лет.

– Тетя Шуй, если что-то пойдет не так, просто отправь няню Дуань пойти и сказать им, что это не особняк и тут не они решают! – Цинь Ваньжу моргнула своими прекрасными глазами и напомнила Шуй Жолань.

Шуй Жолань успокоилась, и в ее глазах вспыхнула резкость, потому что она не была глупой. Конечно, она поняла, что имела в виду Цинь Ваньжу, поэтому сразу же кивнула головой.

– Ваньжу, не волнуйся, если бы что-то было не так, я бы не заставляла себя в этом участвовать.

Цинь Ваньжу стала меньше беспокоиться, услышав это. Она сильно волновалась, что Шуй Жолань недооценила всякие несчастные случаи и поддалась эмоциям. Когда что-то действительно произойдет, все будет слишком поздно!

Теперь, когда все было согласовано и решено, Цинь Ваньжу поговорила с Шуй Жолань еще несколько минут и бросила выразительный взгляд на няню Дуань, а затем вышла из комнаты.

Старая нянька незаметно последовала за ней.

– Няня Дуань, не могла бы ты оказать мне услугу и выяснить, кого Цин Юэ только что ударила за воротами? И пошли охранников проследить за ним, – прошептала ей Цинь Ваньжу, стоя в коридоре.

Тот мужчина с бегающим взглядом был очень подозрителен, и если бы она не обратила на него особого внимания, он мог бы сбежать!

Няня Дуань понимала серьезность этого вопроса, поэтому она кивнула головой в ответ и сразу отправила слуг последовать за этим человеком. Вскоре они услышали об этом человеке в деталях.

– Он полный отброс, который только бездельничает, один раз женился и у него дома старая мать. Однако его жена обнаружила, что у него нет приличной работы, и он живет за счет других, поэтому она сбежала с любовником. В общем, он не был хорошим человеком, и он также водит дружбу с другими безобразниками. – Няня Дуань доложила Цинь Ваньжу обо всем, что удалось выяснить.

Цинь Ваньжу остановилась на тропинке, поднимая с земли красный кленовый лист и проверяя одну из его дырочек, и равнодушно спросила:

– Где этот мошенник обычно промышляет?

– Я слышала, что он безобразничал в некоторых деревнях здесь, и он проделал большую работу, бездельничая, потому что многие люди знают его, так что он стал здесь кем-то вроде главаря. – Няня Дуань была дотошным человеком, и она приготовилась ответить на вопросы маленькой хозяйки, прежде чем та поручила ей собрать эти сведения.

– У него нет криминального прошлого в Цзянчжоу? – спросила Цинь Ваньжу.

– Нет, он не разбойничает в Цзянчжоу. В городе Цзянчжоу много бандитов, и он не имеет права попасть в этот список. Так что ему лучше промышлять на своей собственной территории. В последнее время он вел жизнь, которая не заставила бы его умереть с голоду, но без всякой причины пару дней назад он странным образом разбогател. – Няня Дуань нахмурилась, и когда она рассказывала об этом человеке, она обнаружила что-то странное.

– Как это случилось? – Ваньжу подняла брови, и легкая улыбка появилась на ее розовом личике, потому что теперь она все поняла.

– Прошлой ночью он не только принес много еды для своей матери, но и пригласил некоторых из своих подельников, которые обычно отираются с ним, и закатил пир горой.

Няня Дуань пережила много событий, хотя именно Цинь Ваньжу продолжала спрашивать ее, и она отвечала, она все еще понимала некоторые скрытые смыслы.

– Вторая мисс, не кажется ли вам, что с этим негодяем не все чисто? Почему он получил так много денег как раз к тому времени, когда леди Шуй готовится выйти замуж, и даже пригласил таких же отбросов, как он, на сытный обед? Что он замышляет?

Чем больше они думали, тем подозрительнее это становилось.

Ваньжу прикусила свои маленькие губки и изобразила смущение, которое сделало ее детское личико таким очаровательным.

– Сначала я думала только о том, чтобы выяснить, что за человек очернял поместье генерала в толпе… – растерянно сказала она. – Няня Дуань, как ты думаешь, должна ли я рассказать об этом бабушке?

Опустив голову, она потрясла кленовым листом в руке и незаметно для других прищурила свои кошачьи глаза!

Няня Дуань подумала немного и посоветовала девочке:

– По этому вопросу вам сейчас лучше ничего не сообщать старой мадам. Лучше я прикажу слугам присмотреть за ним, чтобы он не сделал еще чего-нибудь.

Прежде чем они все выяснили, няня Дуань решила, что им не следует тревожить старую мадам, потому что, если бы это была всего лишь небольшая проблема или у них не было доказательств, старая мадам только разделила бы их удивление и беспокойство, и это совсем ничем бы не помогло!

Цинь Ваньжу подняла голову, посмотрела на няню Дуань и сказала ей:

– Тогда я положусь на тебя, няня Дуань, чтобы ты разобралась в этом вопросе. Если ты выяснишь что-то еще, пожалуйста, не сомневайся сразу доложить бабушке или отцу.

Няня Дуань была благоразумным человеком, и этот вопрос действительно имел значение, здесь нельзя допускать никаких ошибок!

– Не волнуйтесь, вторая мисс, я все понимаю. – Няня Дуань выглядела очень серьезной, потому что повторное напоминание Цинь Ваньжу показало, что маленькая хозяйка действительно беспокоилась об этом вопросе.

Цинь Ваньжу взяла лист в руки и взглянула на отверстие в нем, подняла голову и посмотрела через отверстие, где перед ее глазами развернулось разбитое небо.

Небо было огромным, но из-за дыры на листе она могла видеть только небольшую его часть, и, возможно, в этом был смысл пословицы «за деревьями леса не видно»! Она слабо улыбнулась, слегка приподняв уголки губ. В этом дворе она была не единственной, кто не мог видеть лес за деревьями!

После разговора с няней Дуань Цинь Ваньжу не стала долго задерживаться. Она вернулась в комнату Шуй Жолань и попрощался с нею. Затем она с Цин Юэ отправилась обратно в монастырь Цзиньсинь и приготовилась спокойно ждать новостей от няни Дуань.

Она и няня Дуань не упоминали в разговоре мадам Ди, но они обе понимали, что мадам Ди неизбежно окажется замешанной в этом деле.

***

Следующие несколько дней Цинь Ваньжу провела спокойно. Утром она посещала монахиню Минцю для обучения медицине, а днем беседовала с бабушкой, чтобы поднять настроение старушке и порадовать ее.

С тех пор как она заложила фундамент в своей предыдущей жизни, она быстро всему научилась. Монахиня Минцю обнаружила, что девочке нетрудно выучить основы, поэтому она пропустила некоторые элементарные части и начала учить ее иглоукалыванию.

Через несколько дней руки Цинь Ваньжу были усеяны множеством следов от игл, особенно в той части, где ее большой палец соприкасался с запястьем, потому что это была самая удобная часть для тренировки иглоукалывания. Однако ее руки, белые, безупречные и нежные до того, как она начала обучаться медицине, стали красными и опухшими.

Старая мадам так беспокоилась о ней, что почти заставила Цинь Ваньжу бросить учиться. Однако Ваньжу приняла решение и продолжала учиться, хотя ее руки распухли, как боксерские перчатки. Она не жаловалась, она всегда улыбалась, как цветок. Поэтому ее бабушка ничего не могла сказать против!

К счастью, Ваньжу точно определила местонахождение своих игл, за исключением тех, которые только начинала учиться ставить, и ее опухшие руки постепенно пришли в норму. Кроме того, монахиня Минцю приготовила лекарство для уменьшения отека, и оно хорошо сработало!

Прошло несколько дней. Однажды днем, когда Цинь Ваньжу немного поговорила со старой мадам и вышла, она увидела, что няня Дуань спешит навстречу, поэтому остановилась.

– Вторая мисс! – Няня Дуань шла быстро, отчего сильно вспотела. Она резко остановилась, когда увидела, что Цинь Ваньжу загородила ворота двора старой мадам своей маленькой фигуркой. Вытирая пот, она считала Цинь Ваньжу своим лидером по нескольким причинам.

Увидев пот на лице няни Дуань, Цинь Ваньжу помахала ей и повернулась, чтобы отойти в сторону, а затем тихо спросила старуху:

– Няня, что-нибудь не так?

Няня Дуань с бледным лицом последовала за ней, и выглядела она ужасно. Прежде чем остановиться, она прошептала Цинь Ваньжу:

– Вторая мисс, действительно произошло что-то ужасное! Это было то, чего вы говорили мне остерегаться!

– Что ты выяснила? – занервничала Ваньжу. – Завтра церемония бракосочетания тети Шуй и отца, значит, это случится завтра?

Из-за свадьбы завтрашний день будет решающим для всех них. Нельзя допустить ни одной ошибки! Старая мадам и Цинь Ваньжу спустятся с горы завтра.

– Я узнала, что эти местные жулики собираются разбить свадебный паланкин, как тогда, когда… Повторят то, что вторая мисс сделала в день своей свадьбы перед воротами поместья генерала. – Няня Дуань снова вытерла мокрый лоб. Это был такой важный вопрос, который она не могла решить сама, и она точно знала, что это расстроит старую мадам и заставит понервничать.

– Да как они посмели? – яростно взвилась Цин Юэ. – Разве они не боятся наказания генерала?

– Они бахвалятся… Они всем рассказывают, что их вдохновил ваш поступок, когда вы разбили свадебный паланкин, и они будут учиться у вас и сделают то же самое. Они утверждают, что родственники предыдущего мужа недовольны, потому что не давали позволения леди Шуй снова выйти замуж!

С того момента как няня Дуань получила эту информацию, она чувствовала себя кошкой на горячих кирпичах. Со стороны генерала не было ничего стоящего для сплетен, но было неприятно, когда люди сплетничали о леди Шуй.

Леди Шуй теперь вдова, и если она не добьется разрешения семьи своего бывшего мужа и не избежит большого скандала, даже если генерал наконец женится на леди Шуй, ее доброе имя и репутация генерала будут уничтожены. Более того, руки генерала были связаны, потому что он не мог наказать родственников предыдущего мужа леди Шуй, иначе это было бы неприлично и безнравственно.

– Они взяли пример с меня и хотят разбить свадебный паланкин? – Цинь Ваньжу вдруг засмеялась. – Няня Дуань, ты уверена, что твоя информация достоверна?

– Это очень надежно. Я обратила на них внимание после того, как вы, вторая мисс, посетили леди Шуй. Я велела двум охранникам понаблюдать за ними, и они оба пришли к такому выводу. – Няня Дуань поколебалась несколько секунд и прямо спросила: – Вторая мисс, это... это происки мадам Ди, верно?

Хотя вторая мисс не была взрослым человеком и была немного ниже ее ростом, няня Дуань чувствовала, что эта маленькая хозяйка проницательна и умна не по годам, поэтому она чувствовала себя уверенно, рассказав ей обо всем прежде, чем докладывать старой мадам.

– Не говори этого бабушке, лучше расскажи отцу! Спускайся с горы прямо сейчас, найди отца, а затем все подробно доложи ему. Расскажи, что эти негодяи доставляют нам неприятности, и попроси его сначала посадить их в тюрьму, – голос Цинь Ваньжу был мягким, но она сказала это строго и сурово без каких-либо колебаний. – Убедись, что все они пойманы, и на всякий случай будь начеку, если завтра еще кто-то устроит неприятности.

– Итак... просто предложить генералу, чтобы он поймал их без всяких причин? В конце концов, у нас нет никаких веских доказательств! – Хотя няня Дуань была достаточно опытной, вся ее тактика была подхвачена в ее жизни на заднем дворе, и она думала, что невозможно убедить кого-либо, если нет доказательств.

Цинь Ваньжу состроила строгую гримаску и серьезно спросила:

– Няня, если то, что ты описала, произойдет, как ты думаешь, это окажет влияние на отца и тетю Шуй?

– Да, большое влияние! Леди Шуй не сможет поднять голову в присутствии приличных людей, и честь генерала…Да, это повлияло бы, – подумав, сказала няня Дуань.

– Это еще не все. Если бы семья бывшего мужа тети Шуй произвела сенсацию и разбила свадебный паланкин, это было бы так позорно для тети Шуй, что она не осмелилась бы выйти на улицу. Но не только. Для отца, если бы кто-то нацелился на этот вопрос, карьерный путь был бы заблокирован! – Цинь Ваньжу усмехнулась, и ее длинные ресницы затрепетали. – Эти два момента, упомянутые выше, были бы достаточно значимыми поводами. Ты расскажешь отцу, и я верю, что он найдет как обосновать свое решение.

Когда грозил скандал вроде этого, улики были ненужными, пока они находили что-то подозрительное, устранение было бы их единственным решением.

Ваньжу не сомневалась, что у Цинь Хуайюна достаточно решимости и мужества защитить себя.

Хотя Цинь Ваньжу понимала серьезность этого вопроса, она все еще выглядела спокойной, и ее поведение также успокоило няню Дуань. Она кивнула головой:

– Вторая мисс, тогда я не буду навещать старую мадам, а сразу помчусь, чтобы встретиться с генералом?

– Да, поторопись доложить отцу. Возвращайся поскорее и глаз не спускай с тети Шуй. Я оставлю гору вместе с бабушкой, но, боюсь, это будет нелегко. – Цинь Ваньжу кивнула головой, и холод проступил в ее глазах.

Теперь, когда мадам Ди устроила проблемы со свадьбой Шуй Жолань, Ваньжу не отпустит злоумышленников так легко. Мадам Ди не хотела, чтобы Шуй Жолань удачно вышла замуж в поместье генерала. С одной стороны, она покончит с Шуй Жолань, а с другой стороны, нанесет удар по старой мадам.

– Да, вторая мисс, тогда я пойду!

Няня Дуань знала, что это дело не терпит никаких проволочек, поэтому она развернулась и помчалась выполнять поручение. Сначала она понятия не имела, что делать и решила спросить старую мадам о плане противодействия. Теперь она знала, что бесполезно советоваться со старой мадам после того, как она поняла замысел Цинь Ваньжу. Поэтому она поспешно покинула монастырь Цзиньсинь, вскочила в свою маленькую карету, которая привезла ее сюда, и спустилась с горы.

Цинь Ваньжу отправилась во двор, где стояли экипажи всех семей, и там уже ждал экипаж поместья генерала армии Нинъюань. Возница увидел маленькую госпожу и поспешно поклонился ей.

– Вторая мисс, когда старая мадам собирается спуститься с горы? – спросил он. – Вы можете уехать в любой момент!

Цинь Ваньжу подняла брови и спросила:

– Все готово?

– Да, вторая мисс, все готово. – Возница ответил почтительно, но едва он закончил свою фразу, громкий звук оглушил всех, и когда люди обернулись, ужасная сцена предстала перед их удивленными взорами…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 79. Конец всем заговорам, старая мадам возвращается!

Глава 79. Конец всем заговорам, старая мадам возвращается!

.

Карета, ожидавшая рядом с каретой поместья генерала, накренилась на другую сторону на глазах у публики, а затем сильно ударилась о карету поместья генерала.

Это был экипаж, в котором раньше ездила старая мадам, и теперь ее придавила карета, стоявшая рядом, из-за чего она потеряла опору и упала на другую. Таким образом, повозки, одна за другой, постоянно сталкивались и падали друг на друга, как костяшки домино.

Серия несчастных случаев.

После того, как слуги вернули все экипажи на свои места, они обнаружили, что самый пострадавший экипаж принадлежал поместью генерала.

Большая карета старой мадам, в частности, была сильно повреждена. Из-за того, что эта карета находилась как раз рядом с первой каретой, которая столкнулась с другими, карета потеряла половину крыши, и колеса также были сломаны. Это означало, что экипажем больше нельзя было пользоваться.

Другие кареты столкнулись и были просто слегка помяты. Как кому-то удалось сбросить тяжелые повозки с горы? Цин Юэ была ошеломлена таким мастерством.

– Вторая мисс, всему причиной стало отпавшее колесо той кареты, которая первой упала, потому что она не могла стоять и врезалась в другие экипажи. – Возница бросился к Цинь Ваньжу и доложил ей, при этом весь потея.

Они с бабушкой уже собирались покинуть гору, но случилось нечто подобное. Ваньжу нахмурилась, и ее брови излучали ощущение холода.

Спустя долгое время Цинь Ваньжу перестала хмуриться и спокойно спросила:

– Что же нам теперь делать? – Она смотрела на эти сильно поврежденные экипажи без какой-либо паники, как будто не понимала, что ими нельзя пользоваться, и старая мадам не могла сегодня спуститься с горы.

– Вторая мисс, нам нужно одолжить несколько экипажей? – спросил возница, по-прежнему обливаясь потом.

– У кого мы можем их одолжить? – поинтересовалась Цинь Ваньжу.

На стоянке у монастыря было много экипажей, оставленных здесь, но большинство из них были потрепанными, узкими и с маслянистыми внутренними стенами. Они были ниже статуса старой мадам и были нестабильны во время вождения. Даже если бы они могли соответствовать положению старой мадам, та все еще была больна, поэтому Цинь Ваньжу не осмелилась бы пригласить ее сесть в маленькую грязную неудобную повозку, подобную этим, чтобы спуститься с горы.

Никто не мог бы нести ответственность за это, если бы несчастный случай действительно произошел по дороге в поместье.

– Я… я... я не знаю. – Возница, предложивший этот выход, счел его неприемлемым. Он проследил за взглядом Цинь Ваньжу и внимательно посмотрел на экипажи, а затем пришел к выводу, что здесь не было подходящей кареты.

– Подумай о способе, чтобы стащить наши поврежденные кареты с горы, и заставь их немедленно починить, – приказала Цинь Ваньжу.

– Да… Я спущу их вниз с горы. Но как насчет старой мадам? – Возница снова вспотел и запаниковал, он выглядел очень растерянным.

– Бабушку я спрошу сама, а ты сейчас же спустишься с горы! – нахмурилась Цинь Ваньжу и повернулась, чтобы уйти. Ее больше не волновала авария, произошедшая на стоянке.

Увидев, что маленькая хозяйка уходит, Цин Юэ поспешила за ней. Но Цинь Ваньжу внезапно остановилась после того, как едва только они зашли за первый поворот.

Цин Юэ увидела, что хозяйка остановилась и спросила:

– Барышня, что нам теперь делать? Старая мадам должна сейчас ехать, верно?

Ее хозяйка только что вышла от старой мадам, чтобы проверить, как подготовлена карета, но теперь каретой нельзя было пользоваться.

Карету нельзя было пустить в ход, и это явно было сделано для того, чтобы старая мадам не смогла вовремя спуститься с горы. Если бы она не присутствовала на церемонии бракосочетания генерала, как бы люди разнесли эту новость и сплетничали об этом? Шуй Жолань даже не смогла добиться, чтобы ее свадебная церемония была принята матерью генерала.

Более мрачный свет струился в глазах Цинь Ваньжу, и не было необходимости говорить, что это был заговор мадам Ди.

Это была такая большая карета, и невозможно было избавиться от колеса в любое удобное для вас время. Думая о двух других возницах повозок, которые прятали от нее глаза, она знала, что авария как-то связана с ними.

Мадам Ди упорно трудилась, чтобы сделать свадьбу Шуй Жолань неприемлемой.

Бабушка не могла воспользоваться обычным экипажем, но карету кое-кого можно было одолжить и использовать. Цинь Ваньжу считала, что эта карета будет даже более удобной, чем та, которой они пользовались в своем поместье.

У настоятельницы монастыря Цзиньсинь была карета и лошади на конюшне, и иногда многочисленные родственницы из знатных и богатых семей заболевали, когда они пешком поднимались на гору, чтобы навестить Преподобную настоятельницу монастыря Цзиньсинь, и возвращались домой в карете настоятельницы монастыря Цзиньсинь, если им было нехорошо.

– Иди к настоятельнице монастыря Цзиньсинь и скажи ей, что я хочу одолжить ее экипаж, – подумав, сказала Цинь Ваньжу.

– В монастыре есть своя карета? – Цин Юэ слышала о таком впервые и была ошеломлена, широко открыв глаза.

– Да, иди и одолжи ее! – Цинь Ваньжу слегка улыбнулась. Каретой редко пользовались, потому что настоятельница монастыря Цзиньсинь держала ее только на всякий случай. В конце концов, все престижные семьи имели большие и удобные экипажи.

Поэтому мало кто когда-либо слышал об этом, и даже старая мадам раньше об этом не догадывалась. Если бы Цинь Ваньжу не последовала за монахиней Минцю, которая нарочно упомянула об этой карете, и не изучала медицину, она бы тоже никогда не узнала об этом.

После того, как она отправила Цин Юэ обратиться к настоятельнице монастыря Цзиньсинь, чтобы одолжить экипаж, Цинь Ваньжу в спешке вернулась к старой мадам.

Ее бабушка уже была готова и сидела в комнате, ожидая возвращения внучки.

Цинь Ваньжу не стала ничего скрывать от своей бабушки, и рассказала ей о подозрительной аварии с их семейной каретой.

Когда она закончила свой рассказ, старая мадам все поняла, поэтому она тихонько кашлянула и посмотрела на нее с одобрением. Чувствуя, что мадам Ди снова строит козни, она также одобрила способности Цинь Ваньжу, потому что ее внучка действительно выросла и больше не была наивным доверчивым ребенком.

Новый экипаж прибыл очень быстро!

Это была большая карета, в которой можно было отправить пациента, потому что она была широкой и устойчивой. Хотя у нее не было никаких внешних украшений, внутри были практичные и простые вещи. Она также была с мягкими и упругими сидениями!

Цинь Ваньжу поддержала старую мадам, чтобы та села в карету, и обнаружила, что карета была отличного качества. Внутри оказалась огромная кровать, и она подходила для старой мадам, которая уже лежала на ней.

У кровати было большое окно, так что старушке не было бы душно лежать там. Цинь Ваньжу открыла окно и опустила тюлевую занавеску, чтобы воздух был свежим, убедившись, что занавеска не закрывает обзор.

Карета ехала устойчиво, и она была более удобной, чем та, которой раньше пользовалась старая мадам.

Цинь Ваньжу накрыла старую мадам одеялом и прошептала:

– Бабушка, поспи пока, я скажу тебе, когда мы приедем!

Старая мадам знала, что у нее плохое состояние здоровья, и она не должна заставлять себя делать что-то, что ей сейчас не по силам, поэтому она кивнула головой и закрыла глаза. Она разберется с мадам Ди, когда спустится с горы, но сейчас ей следует сохранить силы и энергию.

***

Поврежденные экипажи поместья генерала покинули гору первыми, и, хотя они накренились в одну сторону, было возможно вести их, пока они ехали медленно.

Кареты подъехали к заднему двору поместья генерала, и после того, как несколько возчиков соскочили с карет, один из возчиков, который ранее разговаривал с Цинь Ваньжу, бросился с докладом к мадам Ди.

Услышав о прибытии всех возчиков и отсутствии старой мадам и Цинь Ваньжу, мадам Ди стала менее нервной, но довольной и гордо улыбнулась.

Однако мадам Ди все еще чувствовала беспокойство и спросила:

– Вторая мисс что-нибудь сказала? – Она всегда думала, что этой девчонкой не так-то легко манипулировать.

– Вторая мисс ничего не сказала. Она приказала нам спустить экипажи с горы и починить их, – с гордостью сообщил возница.

– Разве она не просила тебя немедленно починить их и вернуть обратно? – продолжала допрос мадам Ди.

– Экипажи были сильно повреждены, так как же мы могли их сразу починить и вернуть? Даже если бы она спросила, мы могли бы ответить только так. – Возница стал гораздо более гордым собой.

Его ответ заставил мадам Ди рассмеяться, а затем она сделала глоток из чашки, которую держала в руках, и взмахнула руками, разрешая вознице уйти.

Няня Чжоу была гибким человеком, поэтому она дала вознице несколько монет, когда он отступил, и это вызвало серию его признательности и восторга, прежде чем он ушел.

После того, как возница ушел, нянюшка Чжоу вернулась в комнату хозяйки.

– Теперь посмотрим, как мелкая паршивка справится с этим! – Мадам Ди больше не могла скрывать улыбку.

– Мадам, вы на каждом этапе управляли этим заговором, способным даже взрослому помешать справиться с возникшими проблемами, не говоря уже о второй маленькой мисс. – Няня Чжоу заискивала перед мадам Ди с улыбкой на лице, и ее лестные слова действительно проникли в сердце ее хозяйки.

На этот раз, как бы сильно ни думала вторая мисс, она никак не могла разгадать этот заговор.

– Шуй Жолань хотела выйти замуж за генерала с почетом, но она забыла проверить, в состоянии ли получить желаемое. Она не более чем вдова, так какой впечатляющей она себя считает? Я устрою ей скандал на весь Цзянчжоу, даже если генерал согласился жениться на ней, что еще она может сделать! Не только Цинь Ваньжу знала, как разбить свадебный паланкин, и я тоже могу это сделать! – сказала мадам Ди с самодовольной улыбкой и мрачно посмотрела в направлении двора генерала.

Она была глубоко потрясена поступком Цинь Ваньжу, которая приказала разбить свадебный паланкин Ци Тяньюя. Теперь, когда Цинь Ваньжу разбила его один раз, не будет серьезного скандала, если бы кто-то разбил его снова.

Кроме того, тем, кто разбил свадебный паланкин, была предыдущая «свекровь» Шуй Жолань, поэтому, даже если Цинь Хуайюн обладал высоким социальным статусом и властью, он не мог блокировать людские сплетни. Кого волновало, были ли на самом деле эти люди посланы предыдущей свекровью Шуй Жолань, потому что к тому времени генерал и его новоиспеченная «жена» всеми силами бы стремились оправдаться за нарушение традиций! И поскольку старая мадам не появилась на свадьбе, все подумают, что она просто отказалась благословить этот брак, потому что, по ее мнению, он не был достойным.

Без согласия старой мадам и ее согласия, как главной жены, даже если бы Шуй Жолань вышла замуж в поместье, с ней обращались бы не как с женой, а как с наложницей без статуса. Поскольку этот брак вызвал бы сенсацию, Цинь Хуайюн не потерпел бы потери своей репутации и покорно принял бы Шуй Жолань в качестве своей наложницей. К тому времени приезд старой мадам будет уже слишком поздним для того, чтобы это изменить.

Если бы Шуй Жолань стала наложницей, ей самой было бы очень легко одурачить ее. Несмотря на то, что старая мадам пыталась защитить ее, состояние ее здоровья не позволило бы ей уберечь племянницу.

– Тот человек, которого ты выбрала, не подведет нас, верно? – с беспокойством спросила мадам Ди и бросила взгляд на няню Чжоу.

– Не волнуйтесь, мадам. Мой племянник – надежный человек. Если даже случиться что-нибудь неожиданное, мадам не будет в это замешана. Мы всего лишь родственники их семьи, и у нас не было связей с ними в течение многих лет. Однако раньше я думала, что он беден, поэтому я помогала ему, когда он рос, я знаю о нем все, – похлопав себя по груди, заверила хозяйку бабка Чжоу .

– Это прекрасно. Я не имею никакого отношения к этому несчастному случаю и никак не должна быть вовлечена в скандал. Я дам генералу все, что он хочет. Помни, не останавливай его. Я посмотрю, как он сможет жениться на этот раз! – Мадам Ди выглядела мрачной и стиснула зубы. Она все приготовила для второй свадьбы Цинь Хуайюна, но если на свадьбе и будет что-то не так, то она была совершенно чистой.

– Да, мадам. Я все устрою! – понимающе сказала няня Чжоу.

Когда они разговаривали, во двор вбежала служанка. После того, как она услышала, что хозяйка и старуха Чжоу разговаривают в комнате, она подбежала к входной двери и громко сообщила:

– Мадам, мадам, пожалуйста, скорее идите встречать старую мадам, она вернулась!

Обе женщины были ошеломлены в комнате, и некоторое время смотрели друг на друга, потом бабка Чжоу удивленно спросила:

– Кто вернулся?

Было невозможно, чтобы старая мадам могла вернуться, как же так вышло?!

– Старая мадам приехала из монастыря! Она только свернула на нашу улицу и подъезжает к воротам поместья! Пожалуйста, мадам, идите с генералом и приветствуйте старую мадам!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 80. Напоминание. Полезные свидетели

Глава 80. Напоминание. Полезные свидетели

.

– Мама, почему ты не воспользовалась экипажем нашего поместья? – Цинь Хуайюн помог старой мадам спуститься с кареты, и он был удивлен, увидев, что монахиня выходит из кареты раньше старой мадам.

– Карета была повреждена! – Старая мадам хорошо отдохнула и теперь выглядела энергичной, заходя в свой двор.

– Повреждена? Что случилось? – Цинь Хуайюн был ошеломлен, а затем нахмурился, потому что у него было ужасное предчувствие!

– Я не знаю, и я только слышала, что у одной из карет отвалилось колесо, когда Чжочжо ходила проверить готовность наших экипажей. Как-то так получилось, что карета с поврежденным колесом сломала обе кареты из нашего поместья, и я едва смогла вовремя добраться домой, чтобы завтра подтвердить твою с Жолань свадьбу!

Старая мадам сказала это, не вставая в позу и без лишних эмоций. А вот Цинь Хуайюн изменился в лице, он собирался что-то сказать, но тут его прервала мадам Ди:

– Матушка, наконец-то вы приехали! Возница только что доложил мне, что ваша карета повреждена, и я собиралась забрать вас, приехав с другими экипажами. – Только закончив фразу, она переступила порог главного зала свекрови, вытирая платком пот с лица, и можно было не сомневаться, что она действительно торопилась.

– Ты знала, что мамина карета была повреждена? – Цинь Хуайюн спросил мадам Ди с ужасным и недружелюбным взглядом. – Почему же я ничего не знал об этом?

– Генерал, я в спешке готовила на каретном дворе другие экипажи для матушки, так что забыла вам сказать. Я хотела найти идеальный транспорт и подняться с вами на гору, чтобы забрать матушку, – пояснила мадам Ди и с радостью продолжала: – К счастью, на наше благословление, у настоятельницы монастыря Цзиньсинь оказалась подходящая карета и даже монашка, которая может править лошадьми. Иначе это было просто ужасно.

По дороге сюда она уже узнала эту новость, а теперь еще и увидела монахиню, стоявшую рядом со старой мадам, так что она поняла, что это настоятельница монастыря Цзиньсинь испортила ее план, и теперь была в ярости. Однако ей пришлось притвориться, что она благодарна!

Цинь Ваньжу отошла в сторону и улыбнулась, наблюдая, как мадам Ди страдает от последствий, которые она сама на себя навлекла. Одно несчастливое происшествие за другим… Независимо от того, насколько сильно ее отец верил мадам Ди, на этот раз его доверие ослабнет!

Цинь Хуайюн не поверил бы ей, если бы она не приняла практических мер для изменения его отношения, и она никогда больше не смогла бы блефовать перед ним!

Очевидно, то, что Цинь Хуайюн сказал дальше, заморозило улыбку на лице мадам Ди:

– Итак, что ты сделала для этого, и где ты взяла бы экипажи? Когда ты планировала рассказать мне и отправиться в горы, чтобы забрать мою маму? – спросил Цинь Хуайюн, цедя слова одно за другим. Он продолжал сердито швырять вопросы в сторону мадам Ди, полностью игнорируя ее жесткое выражение лица.

Нянька Чжоу почувствовала, что ситуация для них неблагоприятна, поэтому она поспешно вмешалась, пытаясь оправдать мадам Ди:

– Генерал, мы сами только что узнали, что произошел этот несчастный случай, и я только-только обсуждала его с мадам. Мы приготовились одолжить экипаж у других мадам, с которыми у нас хорошие связи. Лучшая карета в нашем поместье – та, что обслуживает старую мадам, но теперь она была повреждена, и ею нельзя пользоваться.

В прошлом Цинь Хуайюн удовлетворился бы таким объяснением, но теперь он решил не идти ни на какие компромиссы, поэтому усмехнулся и уточнил:

– Другие мадам? К кому именно ты обратилась за помощью? – Его глаза были сосредоточены на лице мадам Ди, и он не выказывал никакой мягкости. – Мадам Ди, только не говори мне в этот критический момент, что ты только планировала, но ничего не делала.

– Я… я... – Мадам Ди запнулась, потому что он бомбардировал ее, и вдруг закричала, вытирая слезы носовым платком и жалуясь на Цинь Хуайюна: – Генерал, как вы могли мне такое сказать? Вы знаете, я забочусь для вас абсолютно обо всем, и я даже принимаю ваше решение жениться на Шуй Жолань. Я дала вам все, что вы хотели, когда я медлила? И вот ваше истинное отношение ко мне? Значит, со мной так обращаются еще до того, как новая невеста войдет в нашу семью?

Тут мадам Ди горько разрыдалась и продолжала с отчаянием:

– Генерал, я знаю, что вы держите гнев и не доверяете мне из-за несчастного случая с Юйжу, но что я должна была делать? Юйжу моя дочь, и я родила ее! Значит, я должна была смотреть в сторону и просто наблюдать, как она страдает? Я знаю, что поступила неправильно, но… но это было для нашей с вами дочери, генерал, не могли бы вы, пожалуйста, понять меня!

Мадам Ди почувствовала себя такой обиженной. Она подняла лицо, залитое слезами, и посмотрела на Цинь Хуайюна:

– Генерал, я не сделала ничего плохого с тех пор, как вошла в вашу семью. Я оступилась всего раз, когда сделала неправильное суждение по вопросу спасения репутации Юйжу, но… но вы не можете полностью отказать мне в праве защищать свою дочь. Я оставила свою жизнь в столице только ради того, чтобы вести жизнь без доверия здесь, в этой глуши!

Мадам Ди снова чуть не разрыдалась, вспомнив о своих потерях в прошлом.

Раньше она была благородной юной леди из престижной семьи, и разорвала помолвку только ради того, чтобы выйти замуж за Цинь Хуайюна. Это было то, о чем стоило упоминать в течение многих лет в присутствии Цинь Хуайюна!

В конце концов, учитывая происхождение, статус и размер состояния Цинь Хуайюна, для герцога Юнкана это был не выгодный и не очень удачный брак дочери.

Ее слова прямо и косвенно подразумевали, что она вышла замуж за человека, стоящего ниже ее. Но ее слова смягчили гнев Цинь Хуайюна, и он стал менее враждебным.

Ваньжу обнаружила, что мадам Ди сменила тему и перешла к чему-то, за что Цинь Хуайюн был благодарен герцогу Юнкану, поэтому она подняла свои прекрасные глаза и спросила, как наивный избалованный ребенок:

– Мама, тебе не нравится тетя Шуй?

Только это одно предложение заставило Цинь Хуайюна снова изменить выражение лица, и он посмотрел на мадам Ди с серьезными сомнениями. Неужели мадам Ди намеревалась отвлечь его внимание от главного слезами и жалобами?

Он отправил человека разобраться с тем, о чем ранее сообщалось няне Дуань. Он знал, что кто-то исподтишка нацелился на Шуй Жолань, и самым подходящим кандидатом была мадам Ди.

Прежде чем он разобрался в этом, произошла подозрительная случайность с поврежденной каретой.

Его мать не смогла бы покинуть гору, если бы карета была повреждена. Если бы мадам Ди устроила какие-либо проблемы, воспользовавшись этим несчастным случаем, и если бы по ее приказу разбили свадебный паланкин, у него не было бы никакого внимания, чтобы беспокоиться о том, что происходит внутри поместья, потому что он был бы занят, объясняя все общественности. Когда Шуй Жолань вошла бы в семью, выйдя за него замуж, но окружающие не приняли бы ее личность и новый статус, последствия были бы катастрофичными.

Наверняка это все мадам Ди замышляла за его спиной!

Внезапно ему в его голове мелькнула догадка, что это мадам Ди наняла бандитов устроить похищение Цинь Ваньжу, и холод наполнил его глаза. О такой подлой женщине могли ли у него быть какие-то другие мысли?

Он снова чуть не обманулся ее хитрыми манипуляциями!

Мадам Ди мысленно застонала и вытерла слезы носовым платком. Опускаясь на колени перед Цинь Ваньжу, и сделав такое лицо, словно кается в своем поступке, она взмолилась:

– Ваньжу, я знаю, что ты никогда не любила свою мать, но ты же сама видела, что случилось с твоей старшей сестрой, которую так несправедливо оскорбили в монастыре, поэтому не злись на меня, я... Я прошу у тебя прощения! И я надеюсь, что ты больше не будешь осуждать свою мать, которая тебя так много лет растила и которая только хочет искупить свою вину. – Мадам Ди была уверена, что Цинь Ваньжу теперь готова будет сделать все, что она захочет.

Цинь Ваньжу не могла позволить своей матери встать перед ней на колени, поэтому она отступила в сторону, а ловкая прислужница в годах, стоявшая позади старой мадам, сразу шагнула вперед, чтобы остановить мадам Ди и помочь ей встать ровно.

Однако на этот раз мадам Ди очень нужно было при всех встать на колени по-настоящему, и она хотела опуститься на колени, даже если старая женщина сдерживала ее, не давая этого сделать.

Это превратилось в суматоху, потому что женщины тащили и толкали друг друга.

Цинь Ваньжу отступила к старой мадам и, нахмурившись, спросила ее:

– Бабушка, ты устала, не хочешь пойти немного отдохнуть?

Старая мадам поняла ее намерение, прижала ладонь ко лбу и слабо откинулась назад на спинку кресла, крепко зажмурив глаза. Она негромко сказала Цинь Ваньжу:

– Чжочжо, помоги мне дойти до спальни, чтобы отдохнуть. Здесь такой хаос, что у меня нет сил на это смотреть. Попроси своего отца разобраться с этим самому. – Она закончила фразу, после чего несколько раз кашлянула.

Цинь Хуайюн пришел в ярость, когда увидел, что старая мадам очень устала, но мадам Ди продолжала устраивать сцену за сценой, поэтому он так яростно ударил по столу, что весь чайный сервиз на столе подпрыгнул и издал звенящие звуки.

– Ты закончила ломать комедию? – грозно произнес он. – Если ты закончила свое шоу, возвращайся в свой двор и перестань создавать мне трудности.

Чем больше Цинь Хуайюн думал о том, что натворила мадам Ди, тем больше он чувствовал, что она только добавляет ему проблем, и тем больше он ненавидел ее.

– Генерал, вы… – Мадам Ди была в разгаре своего шоу и запнулась из-за реакции Цинь Хуайюна.

– Оставайся в своем дворе и не смей выходить оттуда завтра, даже если с тобой что-нибудь случится! – сухо усмехнулся Цинь Хуайюн.

Одна неприятность за другой, и у всех у них была связь с мадам Ди, так что даже если у него не было доказательств, он все равно мог понять, что все подстроила она, и это всегда были ее козни.

Цинь Хуайюн никогда бы не подумал, что она сделает все это, если бы не скандальный случай в монастыре Цзиньсинь. Кто мог представить себе, что она подумает о похищении Цинь Ваньжу, и на какое еще преступление не пошла бы она?

Следовательно, человеком, который замышлял заговор против Шуй Жолань, повредив карету, чтобы помешать старой мадам спуститься с горы и узаконить свадьбу, естественно, могла быть только мадам Ди.

– Генерал, вы… как вы можете так поступать со мной? – Мадам Ди была поражена. Если она не сможет присутствовать на этой свадьбе, чтобы принять чай от младшей жены, и подтвердить свой статус, как люди будут воспринимать ее, и как она сможет посещать другие поместья в качестве приличного гостя?

– Отведите мадам отдохнуть, чтобы она могла успокоиться и подумать над своим поведением! – сердито приказал Цинь Хуайюн.

Услышав его слова, две грубые и сильные бабки, стоявшие рядом со старой мадам, сразу схватили и потащили мадам Ди на улицу. Хотя нянька Чжоу хотела помочь хозяйке, она увидела лицо Цинь Хуайюна и не осмелилась вмешаться. Поэтому она семенила позади мадам Ди и продолжала настойчиво убеждать ее не перечить генералу.

Челядь, следовавшая за мадам Ди, была в панике, служанки вышли за мадам Ди, и людское море отхлынуло из двора старой мадам. Внезапно в комнате воцарился покой.

Сделав глубокий вдох, Цинь Хуайюн снова открыл рот и сказал:

– Мама, завтра свадьба, я снова должен тебя побеспокоить!

– Йюн, не волнуйся. Я стара, но на один день могу взять на себя ответственность. А как насчет будущего? – Старая мадам вздохнула; у нее тоже были смешанные чувства.

Цинь Хуайюн поднял брови и принял решение. Он бросил взгляд на Цинь Ваньжу и преисполнился решимости.

– С завтрашнего дня кузина Жолань возьмет на себя ответственность за внутренний двор! – распорядился он.

Он не мог развестись с мадам Ди, но это не значит, что он будет относиться к ней так же, как раньше. Он мог бы оставить титул своей первой жене из уважения к особняку герцога Юнкана, но это был просто титул без власти, который посторонние считали приличным.

– Ты не беспокоишься, что герцог Юнкан может вмешаться, заступаясь за дочь? – Старая мадам тоже побаивалась, и именно поэтому она так много лет шла на компромиссы с мадам Ди.

– Об этом не волнуйся, мама, – успокоил ее Цинь Хуайюн.

– Будет замечательно, если ты будешь знать, что делаешь, и Жолань тоже будет в порядке, но… – У старой мадам были дурные предчувствия, поэтому она остановилась.

– Отец, герцог Юнкан поставит тебя и тетю Шуй в неловкое положение? – проницательно спросила Цинь Ваньжу. Она нахмурилась, а на ее прелестном личике отразилось беспокойство.

Цинь Хуайюн мгновенно понял, что, поскольку он возвращался в столицу, необходимо было сообщить особняку герцога Юнкана о причинах принятого им решения.

Слова Цинь Ваньжу дали подсказку Цинь Хуайюну, поэтому он пообещал старой мадам:

– Не волнуйся, мама. Я хорошо к этому подготовлюсь.

Если бы он грубо обошелся с дочерью герцога Юнкана, герцог Юнкан отомстил бы ему, устроив неприятности. Поэтому причастных, улики и тех, кто намеревался испортить его свадьбу – всех их он вычислит, свяжет и увезет с собой в столицу.

Узнав, что Цинь Хуайюн заберет свидетелей в столицу, в глазах Цинь Ваньжу растеклась глубокая тьма, которую никто не мог видеть. Они были не только свидетелями, но и могли быть полезны в других вопросах, поэтому она специально надоумила Цинь Хуайюна взять их в столицу, планируя более широкое их использование…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 81. Вы не дочь генерала Цинь, не так ли?

Глава 81. Вы не дочь генерала Цинь, не так ли?

.

Цинь Хуайюн снова решил жениться? Это была отличная новость среди чиновников в Цзянчжоу.

Недавно в поместье генерала армии Нинъюань обрушилось множество новостей, и все они были странными. Поэтому люди продолжали наблюдать за ним, когда услышали, что Цинь Хуайюн берет вторую жену.

Мадам Ди была любимой дочерью герцога Юнкана в столице, и ее было опасно обижать. Люди не понимали, почему Цинь Хуайюн сделал что-то подобное, что точно разозлит герцога Юнкана.

Но когда новости о попытке похищения в монастыре Цзиньсинь разнеслись по всему городу Цзянчжоу, люди внезапно поняли Цинь Хуайюна.

Он женился не на добродетельной жене, и он не мог развестись с ней из-за особняка герцога Юнкана в столице. Поэтому было разумно жениться на другой женщине, чтобы позаботиться о его маленькой дочери и старой матери.

Теперь из-за заговора мадам Ди ему приходилось расширить гарем поместья генерала.

Генерал армии Нинъюань был хорошим человеком, но ему не повезло жениться на такой мадам, как дочь герцога Юнкана, у него действительно не было выбора. Что касается его боли и страданий, многие чиновники в Цзянчжоу разделяли его мнение, понимая, как много он страдал.

Кто бы мог себе представить, насколько жестокой была мадам Ди, поскольку внешне она выглядела как нежная и элегантная леди, но ей настолько не нравилась маленькая вторая мисс Цинь, которая не была ее дочерью, что она даже наняла бандитов похитить ее. Насколько порочной нужно быть, чтобы сделать что-то подобное с дочерью своего мужа?

Хотя она не рожала ее, вторая мисс продолжала считать ее своей родной матерью.

В этот момент многие люди чувствовали жалость к Цинь Ваньжу, особенно некоторые мадам, которые встречались с ней раньше. Все они знали, что вторая мисс Цинь была невинным ребенком, красивым, милым и очень добрым. В целом, она была всего лишь маленькой девочкой, ведь ей было только одиннадцать лет, и она все еще выглядела по-детски угловато.

Но пусть она и выглядела по-детски, она была очаровательным ребенком.

Все считали, что мадам Ди была слишком злой и порочной.

Мадам Ли из поместья магистрата Ци, в частности, продолжала говорить об этом со всеми, кого встречала куда бы ни пошла. С одной стороны, она жалела вторую мисс Цинь за то, что у нее такая мачеха, а с другой стороны, она давала всем понять, насколько порочной оказалась мадам Ди, потому что она не хотела, чтобы у чужой дочери была хорошая жизнь только потому, что ее собственная дочь жила в нищете.

Это была чистой воды месть, ведь коварные намерения мадам Ди навредили не только второй мисс Цинь, но и репутации ее собственной дочери Жунчжи.

Цинь Ваньжу осталась спокойна, когда слухи дошли до ее ушей. Она сама поручила няне Дуань приказать людям пустить эти слухи, таким образом, в значительной степени слова паломников из монастыря Цзиньсинь будут распространяться среди большего числа людей в округе.

В результате общественность была рада видеть, что Цинь Хуайюн брал замуж Шуй Жолань, и никто не считал, что они сделали что-то не так на этой свадьбе из-за отсутствия на ней главной жены.

Даже мадам Ли из поместья магистрата Ци всем твердила, что Шуй Жолань была мягким человеком и против нее был составлен заговор, поэтому ей пришлось выйти замуж в поместье генерала, чтобы служить старой мадам и Цинь Ваньжу. Если бы не козни порочной мадам Ди, она и дальше жила бы как вдова, ведя простую и скромную жизнь.

Из-за заявления мадам Ли все люди считали, что Шуй Жолань высоконравственная женщина с хорошим нравом.

Ранним утром Цинь Хуайюн привез с собой свадебный паланкин, чтобы забрать Шуй Жолань. Люди собрались во дворе поместья генерала. Старая мадам была в хорошем настроении, и она устроила пир по случаю свадьбы на заднем дворе. Цинь Ваньжу помогала ей и развлекала юных мисс своего возраста.

Старая мадам все обдумала. Она знала, что молоденькие мисс будут чувствовать себя неловко из-за присутствия всех мадам, поэтому она организовала павильон для Цинь Ваньжу, чтобы отдельно развлекать юных дочерей престижный семей.

Никто в городе не сомневался, что для Цинь Хуайюна хорошо жениться еще раз. Гостей было много, и многие юные мисс тоже прибыли. В Цзянчжоу генерал армии Нинъюань и магистрат Ци пользовались самым высоким социальным статусом, но поскольку Ци Жунчжи не приехала, Цинь Ваньжу была самым престижным и почетным присутствующим. Пришло много молодых мисс, у которых были с ней хорошие отношения.

Но юные мисс, которые дружили с Цинь Юйжу, отсутствовали, и другие молодые мисс чувствовали себя комфортно из-за этого.

Стоящая неподалеку мисс, достаточно юная, с моргающими глазами, подошла к ней и с любопытством спросила:

– Вторая мисс, это правда, что мадам Ди вав не родная мать?

Цинь Ваньжу знала ее. Она была дочерью заместителя генерала, который работал на Цинь Хуайюна, и ее звали Юэ Юцин. Она была очень юна, на несколько месяцев моложе Цинь Ваньжу, и ей было всего десять лет, но она уже была намного выше Цинь Ваньжу. Когда они стояли рядом, Цинь Ваньжу была на полголовы ниже ее, что делало Цинь Ваньжу похожей на младшую сестру.

Вокруг ходило так много слухов о ее жизненном прошлом, и другим молодым мисс, которые присутствовали здесь, было любопытно узнать об этом. Однако остальные стеснялись спрашивать, поэтому Юэ Юцин, как младшая, взяла инициативу в свои руки.

Теперь и другие юные мисс в возрасте семи-восьми лет с любопытством смотрели на них.

– Мадам Ди действительно оказалась мне не родной матерью… – Цинь Ваньжу покачала головой, ее маленькое личико сморщилось, а губы были плотно сжаты, что придавало ей жалкий вид.

– Итак... итак, кто же ваша настоящая мать? – Юэ Юцин была слишком мала, чтобы понять сложность общества, поэтому она задала Цинь Ваньжу еще один вопрос, который все хотели бы задать.

– Я и сама не знаю этого. – Цинь Ваньжу снова покачала головой, и ее волосы, стянутые в гульки, тоже подпрыгнули, а затем она печально опустила голову.

– Как вы можете не знать, вы спрашивали своего отца? Держу пари, генерал наверняка знает это, верно? – Юэ Юцин стало гораздо любопытнее, поэтому она моргнула и продолжала сыпать соль на раны.

Хотя все подрастающие мисс внимательно слушали, все они втайне вздыхали, что она была такой незрелой и бесчувственной, но никто не стал бы ее винить. Всем было любопытно!

– Не было никаких следов, которые могли бы доказать, что моя мать жила здесь раньше, и я спрашивала многих... людей, все они отрицали, что встречались с ней. Складывается впечатление, что я внезапно появилась в этом поместье из ниоткуда. – Цинь Ваньжу еще ниже опустила голову и была вялой.

– Как такое может быть! – Несколько молодых мисс не могли удержаться от восклицания. Все строили догадки, уверенные, что мать Цинь Ваньжу была наложницей Цинь Хуайюна.

Он тогда не жил здесь, в Цзянчжоу, но когда он прибыл в Цзянчжоу, у него уже было две дочери. Поэтому никто не знал предысторию Цинь Ваньжу четко.

Цинь Ваньжу опять потупилась и тихо сказала:

– По правде говоря, я не знаю, кто моя настоящая мать, каков ее статус, и почему она бросила меня! – Однако это не остановило тех молодых мисс, которые хотели выведать интересные сплетни.

Услышав ее слова, все посмотрели друг на друга.

Одна мисс немного подумала, и внезапно ей в голову пришла идея.

– Вы ведь не родная дочь генерала Цинь, не так ли? – выпалила она.

– Что? – Цинь Ваньжу подняла голову в оцепенении. Она выглядела сильно изумленной, потому что это предположение поразило ее.

– Генералу Цинь так нравится вторая мисс, как такое может быть правдой? – Другая мисс встала на сторону Цинь Ваньжу и помогла ей.

Девочки только что получили подтверждение, что мадам Ди не была ее родной матерью, но насколько несчастной она могла бы быть, если бы и генерал Цинь оказался ей неродным отцом!

Предыдущая мисс подумала, что ее предположение оторвано от реальности, поэтому она заставила себя легкомысленно рассмеяться и поспешно утешила Цинь Ваньжу:

– Это было всего лишь глупое предположение, и я сказала это, не подумав, не принимайте мои слова всерьез. У вас нет родной матери, и это странно. Вторая мисс Цинь, может быть, ваша мама особенная!

– Я… я не знаю! – Цинь Ваньжу снова грустно покачала головой.

– Это так странно… Как у нее может не быть родной матери? – пробормотала рядом с ней Юэ Юцин, а затем ее глаза внезапно загорелись. – Вторая мисс Цинь, так вы тот брошенный ребенок, которого усыновил генерал Цинь?

– Я… я… – Цинь Ваньжу подняла голову, и ее глаза были красными от набежавших слез.

– Это просто пустые слухи, полная чушь. – Юэ Юцин увидела, что она выглядит такой обиженной и грустной, и поспешно сжала ей руки.

– Хорошо, перестаньте гадать здесь. Сегодня день свадьбы в поместье генерала, так что у второй мисс теперь новая мать. Я слышала, что госпожа Шуй очень мягкий и добросердечный человек, так что с этого момента она будет заботиться о второй мисс как родная мать. Нам следует перестать гадать об этом.

Другие старшие и более зрелые молодые мисс вмешались в этот неловкий разговор, и напомнили, что это был большой день для генерала Цинь, поэтому лучше прекратить расстраивать вторую мисс. В противном случае их строго отчитают после того, как они вернутся домой.

Мгновенно все девочки и юные девушки начали утешать Цинь Ваньжу, и вскоре она приободрился и с радостью повела их гулять по заднему двору.

Предположения могут приблизиться к реальности в большинстве случаев. Хотя молодые мисс стеснялись сейчас что-либо обсуждать, им не было бы неловко говорить об этом со своими родителями.

У Цинь Ваньжу были сомнения по поводу ее происхождения, и она понятия не имела, как это выяснить, поэтому она распустила нужные слухи и заставила людей задуматься. Независимо от того, будет ли это способствовать положительному результату или нет, она первой сообщила новость о своем усыновлении!

В этот момент было объявлено, что свадебный паланкин прибыл к главным воротам.

Молодые мисс хотели посмотреть свадебную церемонию, поэтому Цинь Ваньжу увела их с заднего двора и пробралась с ними на передний двор, где было многолюдно. Никто бы не заметил их в толпе

Даже если бы их увидели, никто бы их не ругал, потому что это не имело большого значения, и это был редкий праздник, поэтому правила были некоторым образом смягчены.

Ваньжу стояла за колонной, наблюдая, как Цинь Хуайюн ведет Шуй Жолань в поместье с красным шелком в руке. Она сжимала носовой платок в руке, а в ее глазах читались волнение и непроглядная глубина.

В своей предыдущей жизни Шуй Жолань испытала много боли, защищая Цинь Ваньжу, и теперь на этот раз Ваньжу хотела видеть ее счастливой и защитит ее, чтобы у нее были собственные дети.

Нежная улыбка появилась на лице Цинь Хуайюна, где всегда преобладало строгое выражение, и можно было сказать, что он также был доволен Шуй Жолань. Они вошли в зал и поклонились под команды хозяина свадьбы.

У старой мадам, сидевшей на главном месте, покраснели от слез глаза, когда она увидела, что они кланяются ей, но потом она тоже улыбнулась. Было очевидно, что она была в хорошем настроении, а затем их проводили в брачную комнату.

Старая мадам протянула руку и помахала Цинь Ваньжу, которая стояла в стороне, и она побежала к бабушке с улыбкой на лице.

Старая мадам улыбнулась ей и спросила:

– Чжочжо, почему ты там прячешься? – Она казалась в хорошем расположении духа и даже меньше кашляла.

Цинь Ваньжу наклонилась к бабушке и с уважением сказала:

– Наблюдаю за отцом и тетей Шуй.

– Почему ты все еще называешь ее тетей Шуй, ты должна называть ее мамой! – гладя ее по голове, сказала старая мадам.

Цинь Ваньжу надула губы и спросила после колебания:

– Тогда как мне назвать мою… предыдущую?

– Я поговорила с твоим отцом, и теперь ты должна называть предыдущую мадам Ди! – Упоминание о главной невестке заставило улыбку старой мадам немного померкнуть.

– Да, бабушка, Чжочжо послушает тебя! – улыбнулась Цинь Ваньжу, и ее улыбка расцвела, как распускающийся цветок, потому что в тот момент эта улыбка исходила из глубины ее сердца.

– Посмотрите только на эту девочку! – Кто-то из пожилых мадам в толпе казался несчастным. Дама похлопал свою горничную по руке и усмехнулась: – Иди, пригласи старую мадам сюда!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 82. Следует ли разрешить принцу взглянуть на свадебную спальню?

Глава 82. Следует ли разрешить принцу взглянуть на свадебную спальню?

.

Цинь Ваньжу поддерживала бабушку, когда та вошла в Цветочный зал к гостьям поприветствовать их, а затем старушка снова вышла.

Она оправилась отдохнуть в павильоне неподалеку от Цветочного зала. Сегодня в поместье было много гостей, а самочувствие старой мадам было не в лучшей форме. Ваньжу беспокоилась, что старая бабушка не сможет долго продержаться, но, к счастью, было около полудня, и вскоре начался свадебный обед. После банкета большинство гостей начали расходиться по домам.

В Цзянчжоу были свои традиции по сравнению с другими регионами. Свадебный банкет начинался в полдень, и только лучшие друзья и близкие родственники оставались до вечера, поэтому к ночи было меньше людей.

– Вторая мисс, вторая мисс. – Кто-то в полумраке незаметно подергал Ваньжу за рукав. Она удивилась, обернулась и увидела, что за нею стоит лакей.

Слуги, одетые в форму поместья генерала, надели на себя красные плащи, которые сегодня могли сразу отличить их от других слуг, которых взяли с собой многочисленные гости.

Но это был слуга не совсем из их поместья. Это был…

– Вторая мисс, наш господин пригласил вас подойти к нему, – произнес «лакей» тихим голосом, и указал на правую сторону перед собой, где Ваньжу увидела другого «слугу», одетого как челядинец их поместья.

Увидев лицо этого красивого парня, которое, казалось, могло появиться только на картине тушью, Ваньжу уставилась на его одежду… Во что он вырядился?

– Вторая мисс, пожалуйста, поторопитесь, иначе наш господин будет сердиться! – Сяо Сюаньцзы понизил голос и указал на своего хозяина, чье лицо уже слегка нахмурилось.

Цинь Ваньжу огляделась и незаметно направилась в указанном направлении.

Чу Лючэнь стоял в крытом переходе, где была небольшая искусственная гора, и она скрывала половину его фигуры. Он был одет в форму слуги поместья генерала, поэтому для него не было странным ходить по внутреннему двору на сегодняшнем шумном сборище. Он слегка опустил голову, когда шел, и Сяо Сюаньцзы отвечал гибко, поэтому никто не обнаружил, что здесь были двое посторонних.

Цинь Ваньжу остановилась перед ним и спросила, понизив голос:

– Принц, что вы здесь делаете?

– Что? Значит, я не могу прийти повеселиться? Ты что-то прячешь в поместье генерала и не хочешь, чтобы я увидел? – Чу Лючэнь нетерпеливо потянул Цинь Ваньжу, заставив ее сесть рядом с ним, спрятавшись от посторонних глаз за горой.

Стоять у перил в крытом переходе было неинтересно.

Цинь Ваньжу не ожидала, что он может внезапно протянуть руку, и оттащить ее на несколько шагов, а потом усадить на скамейку. Ее перемещение в положение сидя было слишком быстрым, и она почувствовала себя немного болезненно, а ее красивые тонкие брови сошлись вместе.

– Что опять? Ты недовольна и осмелилась показать мне свое порицание? – Чу Лючэнь усмехнулся, поднял свое красивое лицо, и посмотрел на несчастье Цинь Ваньжу.

– Принц, я сейчас очень занята. На заднем дворе только мы с бабушкой развлекаем гостей! – терпеливо прошептала Цинь Ваньжу.

– А я не гость? – с несчастным видом спросил Чу Лючэнь.

Его вопрос лишил Ваньжу дара речи, и через некоторое время она повернулась, чтобы осмотреть его форму слуги. Она едко подумала, что человек, одетый в одежду слуги, не был ее гостем.

– Принц, где вы взяли этот наряд?

Цинь Ваньжу понимала, что она не может сразу уйти и придется задержаться на некоторое время.

– Поручил Сяо Сюаньцзы достать его! – Чу Лючэнь ответил естественно, и с отвращением натянул свою одежду, что сделало ее неопрятной и мятой, и это действительно не было похоже на поведение хорошо воспитанного слуги.

Цинь Ваньжу посмотрела на него и в замешательстве поинтересовалась:

– Если вы, принц, хотели посмотреть свадьбу, почему вы не сказали об этом отцу? Разве мой отец не позволил бы вам присутствовать неузнанным?

Хотя это был секрет, что Чу Лючэнь приехал в Цзянчжоу, ее отец наверняка придумал бы, как все организовать.

Причина, по которой она решила, что этот принц наблюдал за свадьбой ради развлечения, заключалась в том, что он, похоже, не строил никаких опасных планов, поэтому он просто смотрел шоу! Он всегда заранее находил широкое и открытое место для просмотра шоу, и на этот раз может быть то же самое.

– Я хочу посмотреть все тайно. – Чу Лючэнь откинулся назад и выглядел ленивым, наряд слуги на нем демонстрировал определенную элегантность и простоту.

В любом случае, как ему удалось проникнуть во внутренний двор, не будучи обнаруженным никем, и как он мог выглядеть как слуга? Цинь Ваньжу находила это странным.

Она прикусила губу и осторожно спросила:

– Так зачем принцу понадобилась я? – Он уже был здесь, и вопрос был в том, как отправить его домой после того, как он закончит смотреть свадебное шоу.

– Я хочу посмотреть свадебную спальню. – Чу Лючэнь непринужденно откинул рукава и прищурился на Цинь Ваньжу. Его улыбка содержала мягкость и вежливость.

Тем не менее, подтекст в предложении ничего не говорил о вежливости!

Глаза Сяо Сюаньцзы выпучились от удивления:

– Хозяин, вы… вы не можете нарушать правила! Вы не можете туда заходить!

– Подчиняться правилам? Тогда, когда я смогу взглянуть на свадебную спальню, следуя обычным правилам? – Чу Лючэнь улыбнулся, и его голос, полный сарказма, повис в воздухе.

Цинь Ваньжу не знала, как продолжить этот нелепый разговор. Он был так полон решимости посмотреть свадебную спальню и свадебную церемонию, и он даже чувствовал себя обиженным, если не мог.

– Ты проведешь меня туда или нет? Я помню, что ты обещала взять меня с собой побродить по Цзянчжоу! – Чу Лючэнь моргнул своими прекрасными глазами, и выражение его лица подразумевало обвинение. – Ты нарушаешь свое обещание?

Нарушить обещание? Ваньжу не осмелилась бы на такую дерзость!

Даже если она хотела это сказать, она не посмела высказаться прямо.

Она стонала в своем сердце. Сегодня он уже достаточно повеселился, но у него все еще осталось желание усложнить ей жизнь. Она не могла избавиться от него уговорами, и теперь ее притащили сюда. Если она не отведет его туда, куда он хочет, он не отпустит ее легко.

На самом деле, теперь она вынуждена вместо того, чтобы помогать бабушке принимать гостей, оставаться с этим высокомерным, красивым парнем, который казался безобидным из-за болезни и слабости, но кто знает, когда он начнет создавать проблемы, и, возможно, он может испортить свадебную церемонию отца!

– Хорошо, если ты не хочешь это делать, я не буду тебя заставлять. Я пойду посмотрю сам! – Казалось, что Чу Лючэнь почувствовал, что девочка неожиданно воспротивилась. Он встал и потряс своим смятым нарядом слуги, а затем пошел вперед, чтобы влиться в оживленную толпу перед ним.

Ваньжу была поражена и неосознанно бросила рукава, разозлившись.

– Принц, постойте!

– Что? Ты не разрешаешь мне уйти? – Чу Лючэнь прищурился на нее, и его голос прозвучал лениво, но со скрытой угрозой.

– Принц, я пойду с вами. – Ваньжу стиснула зубы и приняла решение. Она должна присматривать за ним на случай, если этот малолетний тиран устроит какие-нибудь неприятности в ее собственном поместье или другие несчастные случаи.

Для нее было лучше остаться с ним, чем нет!

Понимая это, Ваньжу встала и потянула Чу Лючэня за рукав, чтобы он пошел назад:

– Мы пойдем другой дорогой, там меньше людей, и она ведет в свадебную спальню.

– Хорошо! – улыбнулся в ответ Чу Лючэнь. Теперь он выглядел очень послушным, как хорошо воспитанный мальчик.

Конечно, Ваньжу знала, что все это было только его маской. Он не был безобидным и послушным человеком!

Независимо от того, насколько красивым и нежным он был с виду, он всего лишь вводил людей в заблуждение, и если кто-то его раздражал, он становился до крайности жестоким.

Она потянула Чу Лючэня спрятаться в конце коридора, и даже люди, стоящие за пределами коридора, не могли их найти.

– Принц, вы можете просто пойти и посмотреть. Но после этого вы должны сразу уйти, договорились? – Ваньжу все еще сильно волновалась, поэтому она намеренно увещевала и перечислила требования.

– Хорошо, я во всем буду слушать тебя! – Было трудно разговаривать с Чу Лючэнем, когда его было легко убедить. Он продолжал улыбаться, демонстрируя свое хорошее настроение.

Ваньжу посмотрела на Чу Лючэня обведя его взглядом с ног до головы, и вкрадчиво поинтересовалась:

– Принц, как вы думаете, было бы достаточно заглянуть в комнату через окно? Это... это неуместно, когда слуга входит в свадебную спальню!

Обычно мужчинам, и слугам в том числе, не разрешалось заходить на задний двор. Они могли войти в гарем только в при особых условиях по приказу хозяина.

Из хозяек даже Цинь Ваньжу не была исключением, хотя она была слишком мала для интимной связи с мужчиной.

Прежде, когда она говорила Ван Фэну, сыну няни Юй, выполнять для нее поручения, ей приходилось посылать няню Юй или Цин Юэ доставить ее сообщение на передний двор.

– Через окно? Тогда ничего нельзя будет рассмотреть! – Чу Лючэнь снова был недоволен, поэтому он бросил рукава и хотел уйти.

Цинь Ваньжу поспешно поймала его за рукав.

– Если бы вы согласились надеть форму служанки, тогда, может быть, я могла бы провести вас в свадебную спальню через парадную дверь.

– Что? Ты осмелилась предложить мне надеть женское платье? – Красивое лицо Чу Лючэнь было окутано серой мглой.

Внезапно Ваньжу осознала, что если бы этот юноша согласился переодеться в женское платье и накраситься, у него могла бы быть красота, чтобы свергнуть всю нацию. Его бескровные губы могут превратить его в супер красавицу, которая с одного взгляда будет покорять сердца влюбчивых людей. При мысли об этом на ее лице появилась улыбка, и она не удержалась и тихо прыснула со смеху.

Для него, прекрасного юноши, было бы красиво одеваться как женщина.

– Что? Так ты хочешь, чтобы я одевался как женщина? – Чу Лючэнь мягко рассмеялся, но с достоинством и элегантностью зрелого мужчины.

Цинь Ваньжу вернулась к своему строгому выражению лица и серьезно сказала:

– Нет, я и подумать о таком не смею. Я лишь сказала, что если вы хотите войти через парадную дверь, это единственный способ. Если мой отец поймает вас, боюсь, что вы будете смущены своим грубым поступком!

Но ее тонкие красивые глаза все еще смеялись, и ее улыбка была ясной, это давало людям понять, что она все еще веселится. Ее губы изгибались, а ресницы трепетали, отражаясь на ее розовой безупречной коже. Эта ее улыбка исходила из глубины ее сердца и отличалась от ее обычной.

Люди были невольно очарованы, когда смотрели на это!

Сяо Сюаньцзы стоял рядом со своим господином и боялся, что он рассердится. Когда его хозяин сердился, никто не мог его остановить, и, возможно, он слушал только вдовствующую императрицу во Дворце. Но сейчас они были не во Дворце, и вдовствующей императрицы нигде видно не было.

Юный евнух был в ужасе от того, что его хозяин безрассудно устроит бойню.

– Что я увижу через окно? – улыбнулся Чу Лючэнь, и его глаза тоже прищурились. Неожиданно он не рассердился, что заставило Сяо Сюаньцзы, стоявшего настороже рядом с ним, вздохнуть с облегчением.

Цинь Ваньжу подняла голову и серьезно сказала:

– Вы можете увидеть много чего, и вам не нужно будет опасаться, что вас обнаружат. После того, как вы заглянете в свадебную спальню, вы можете даже побродить по другим интересным местам! – Она как бы невзначай упомянула про другие забавные места.

– Хорошо, я последую за тобой и посмотрю на свадебную спальню! Остальные забавные места ты должна показать мне потом! – сновав улыбнулся Чу Лючэнь, потом наклонился к уху Цинь Ваньжу и прошептал: – Ты должна быть уверена, что в других забавных местах я никогда раньше не бывал!

Внезапно Цинь Ваньжу вообще не захотелось сопровождать его, чтобы взглянуть на свадебную спальню…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 83. Необычное подслушивание из чана

Глава 83. Необычное подслушивание из чана

.

Свадебная спальня была расположена во дворе, где раньше жила Шуй Жолань.

Этот двор, а также двор мадам Ди были расположены по обе стороны от двора старой мадам.

Самый большой главный двор на заднем дворе поместья генерала занимала мадам Ди, и его можно рассматривать как тот, который доминировал в центре, в то время как двор старой мадам был расположен слева, а тот, где жила Шуй Жолань, был левее, чем двор старой мадам.

Это было немного изолировано, но Шуй Жолань хотела бы жить здесь. Хотя это было слишком отдаленно и слишком спокойно, Шуй Жолань очень нравилось это место.

Цинь Ваньжу была знакома с двором Шуй Жолань, потому что ее собственный двор находился сразу за ним, и она была близка с Шуй Жолань, навещая ее время от времени.

Пройдя через двор Цинь Ваньжу, было бы ближе войти во двор Шуй Жолань через заднюю дверь. На этот случай задняя дверь редко закрывалась только ради удобства Цинь Ваньжу при посещении.

Взяв с собой Чу Лючэня, Цинь Ваньжу подошла к задней двери после того, как они вошли с дальней стороны и сделали много ненужных шагов. Цин Юэ осторожно толкнула дверь, и та, как обычно, оказалась открыта.

Поэтому они вышли во двор новобрачной через заднюю дверь.

Несколько человек обслуживали двор Шуй Жолань, и на этот раз в группу вошли несколько новых служанок, но некоторые горничные еще помогали на свадьбе. Все остальные были заняты в передней части двора, и никто из них не заметил, что в задней части дома со свадебной спальней стало больше посетителей.

Цинь Ваньжу никогда не могла бы себе представить, что она нарушит правила и сделает что-то вроде того, чтобы стоять и наблюдать в окно свадебной спальни.

Она была слишком низенькой, поэтому ей было плохо видно комнату, и Цин Юэ немного приподняла ее, чтобы помочь ей смотреть через подоконник.

Чу Лючэню было легче забраться на подоконник, чем ей, и теперь он наблюдал за происходящим в хорошем настроении.

Когда Цинь Ваньжу залезла на подоконник, она мельком заглянула в комнату, и выражение ее лица стало странным, потому что она действительно не понимала, на что тут смотреть.

В свадебной спальне было тихо, и Шуй Жолань сидела на большой красной свадебной кровати, сняв с головы красное покрывало.

В свадебной спальне было мало людей, только две девушки-служанки стояли там, чтобы прислуживать новобрачной, и обе они были в красном, и... ничего больше не было? Здесь действительно незачем было подглядывать!

Они были у заднего окна, на котором висела занавеска, и их лица были близко к занавеске. Если бы люди внутри не заметили их, они бы не узнали, что за задним окном кто-то есть.

Они оставались там некоторое время, и люди внутри стояли неподвижно. Шуй Жолань молча сидела, опустив голову, ее горничные не делали никаких движений, поэтому Цинь Ваньжу не думала, что это вообще интересно наблюдать.

Она слегка потянула Чу Лючэня за рукав, но он пренебрег ею, поэтому она дернула его сильнее. В результате Цин Юэ не смогла удержать ее и пошатнулась. Цинь Ваньжу удалось схватиться за подоконник, и она обернулась, чтобы показать служанке свою готовность опуститься на землю, поскольку она больше не хотела подглядывать.

Цин Юэ поняла хозяйку и медленно опустила ее, держа за талию.

– Генерал. – Внезапно в их ушах раздался голос горничной, который заставил Цинь Ваньжу впасть в панику. Она едва могла удержаться на ногах и падала на землю, поэтому она отчаянно протянула руку, чтобы схватиться за что-нибудь и сохранить равновесие.

Как ее отец мог оказаться здесь в это время? Разве он не должен до ночи оставаться рядом с гостями на свадебном пиру?

Поскольку она была в панике, она не обращала внимания на то, за что цеплялась, она просто цеплялась за это изо всех сил.

Чу Лючэнь с большим интересом наслаждался сценой, и вдруг он почувствовал, что кто-то потянул его за одежду так, что он начал падать из-за рывка, и Сяо Сюаньцзы было слишком поздно удерживать его, поэтому они все свалились и приземлились в кучу.

– Кто там? – громко и сердито спросил Цинь Хуайюн, а затем они услышали его тяжелые шаги, приближающиеся к заднему окну.

Цинь Ваньжу в спешке подняла Чу Лючэня за руку, рванула с ним к огромному пустому чану и прыгнула в него. Цин Юэ и Сяо Сюаньцзы последовали за ней и сделали то же самое – они прыгнули в другой глиняный чан для воды.

Два больших чана Шуй Жолань были подарками от Цинь Ваньжу, и у них была своя история.

Было время, когда Цинь Ваньжу гуляла по городу и увидела, что в гигантском чане растут лотосы, а под лотосами плавают рыбки. Эта красивая и элегантная сцена привлекла Цинь Ваньжу, поэтому она приготовилась выращивать таких рыб следующей весной. Она попросила старую мадам купить четыре больших чана в качестве аквариумов, и отдала два из них Шуй Жолань, оставив два других у себя во дворе.

Однако это был не лучший сезон для выращивания лотоса, поэтому чаны пока стояли пустыми.

Чан был достаточно большим, чтобы вместить двух человек.

Все еще цепляясь руками за рукав Чу Лючэня, она прильнула к краю чана и нервно прислушивалась к происходящему вокруг.

Окно открылось, и снова послышались шаги, это был нежный голос Шуй Жолань:

– Кузен, что случилось?

– Ничего, похоже, мне послышалось! – Цинь Хуайюн посмотрел на пустой задний двор и нахмурился. Он действительно только что ослышался?

На самом деле Шуй Жолань последовала за ним, потому что она тоже слышала какую-то возню. Она услышала его слова и посмотрела за окно – там было тихо и пусто, так что, возможно, ей показалось!

Цинь Хуайюн спокойно опустил занавеску.

– Кузина, ты должна пообедать прямо сейчас. Я скажу людям на кухне приготовить тебе что-нибудь простое, похожее на то, что ты обычно ешь.

– Спасибо, кузен! – Шуй Жолань покраснела. Отныне он был ей не двоюродным братом, а ее мужем!

Цинь Хуайюн наслаждался, любуясь ее раскрасневшимся личиком, потому что это умиляло его. Держа ее за руку, он усадил ее перед кроватью.

– Мне еще нужно угощать гостей позже, поэтому пока я не могу больше оставаться с тобой. Если ты устала, ты можешь прилечь отдохнуть.

– Я… Я понимаю! – Шуй Жолань опустила голову, и ее лицо стало алым, как заря. Хотя она уже выходила замуж однажды, тот, за кого она выходила замуж теперь, был другим случаем. Это был Цинь Хуайюн, с которым она росла вместе, и воспоминания детства, которые были общими только между ними, нахлынули на нее. Среди них некоторые, которые она чувствовала знакомыми, в то время как некоторые были странными.

Независимо от того, было ли воспоминание знакомым или странным, она стеснялась их всех.

Цинь Хуайюн взяла ее за руки и вздохнул:

– Жолань, с сегодняшнего дня мне придется нагрузить тебя делами на заднем дворе, не сердись на меня за это!

– Кузен, я знаю. Я сделаю все возможное, чтобы помочь тебе управлять всем на заднем дворе, – ответила Шуй Жолань. – Я позабочусь о матушке и Ваньжу!

Няня Дуань рассказала Шуй Жолань обо всем, что произошло ранее, и сообщила обо всех порочных делах мадам Ди. Следовательно, она знала, что Цинь Хуайюн наказал мадам Ди, и именно поэтому та не появилась сегодня на свадебной церемонии.

– Мама уже давно не молода, а Ваньжу… еще слишком мала, и я не хочу, чтобы мадам Ди воспитывала ее! – сказал Цинь Хуайюн. Он хотел сейчас кое-что прояснить на случай, если в будущем произойдут неприятные происшествия. – Моя Юйжу родилась от мадам Ди, и я благодарен, что герцог Юнкан выдал их драгоценную дочь за меня, когда я был ниже их по положению...

Из-за этого ему даже приходилось испытывать опасения, и это касалось официальных вопросов в его карьере, из-за которых Цинь Хуайюну было неудобно рассказывать Шуй Жолань все более подробно. Поэтому он пробормотал свои слова и выставил проблему неравного замужества мадам Ди в качестве оправдания. Цинь Хуайюну было стыдно, когда он говорил это, и он опустил голову.

Он всегда был эгоистом.

– Кузен, не надо, я все понимаю! – мягко сказала Шуй Жолань. Она была тихой и элегантной и совсем не выставляла себя обиженной. – С тех пор, как я вышла за тебя замуж, я буду слушать тебя во всем. Я буду уважать матушку и заботиться о Ваньжу. Я буду выполнять твои приказы, управляя задним двором, и я понимаю, что мадам Ди должна остаться из-за Юйжу.

Слова Шуй Жолань были разумными, она показала себя мудрой женщиной, и Цинь Хуайюн почувствовал облегчение. Он держал Шуй Жолань в своих объятиях и не знал, что еще сказать.

У него были опасения, и он поступил эгоистично. Ему было неловко говорить о чем-то, поэтому он был благодарен, что Шуй Жолань была такой внимательной и не задавала неудобных вопросов.

Изначально он был привязан к Шуй Жолань, и на этот раз он женился на ком-то таком внимательном и красивом, как она. Цинь Хуайюн, который всегда был суровым человеком, нежно улыбнулся, так как его больше не беспокоил звук, который он только что услышал из заднего окна.

Цинь Хуайюн шептался с Шуй Жолань, и, поскольку сейчас они говорили на какие-то случайные темы, они говорили мягко, поэтому Цинь Ваньжу неясно слышала их в большом чане.

Она приблизила голову к краю чана, желая услышать больше. Но внезапно ее оттащили назад, и она упала на Чу Лючэня, случайно прикусив язык. Цинь Ваньжу почувствовала себя ошеломленной, она поспешно обернулась, потирая вишневые губы, и оказалась впритык с красивым лицом Чу Лючэня.

Они оба смущенно застыли.

Цинь Ваньжу поспешно отвернулась, и ее маленькое личико сразу покраснело. Она, сама не осознавая как посмела, сильно ущипнула Чу Лючэня.

– Эй! Больно! Зачем ты меня ущипнула?! – несчастно прошипел Чу Лючэнь и крепко схватил маленькую ручку Цинь Ваньжу.

Его хватка была настолько сильной, что Цинь Ваньжу почувствовала боль и чуть не заплакала. Она повернулась назад, сердито посмотрела на него и потянулась маленькой ручкой, чтобы оторвать большую руку Чу Лючэня от своей.

Чу Лючэнь уставился на Цинь Ваньжу. Девочка выглядела нервной, и ее красивые глаза были на мокром месте. Он был поражен, и он сразу все понял, поэтому немного ослабил хватку, но он все еще крепко держал ее за руку и притягивал ее к себе. Он приблизил к ней голову и прошептал на ухо:

– Твоему отцу раньше нравилась эта невеста?

Поскольку боль все еще покалывала руку Цинь Ваньжу, и из-за этого она стала смелее, поэтому она недовольно переспросила:

– Что-что?!

– Я спрашиваю только потому, что мне это показалось странным! – Чу Лючэнь наклонил голову, и его голос стал намного тише.

Цинь Ваньжу чувствовала себя неловко, потому что его красивое и безупречное лицо было слишком близко к ее лицу. Она подняла другую руку, чтобы слегка оттолкнуть его бледное, но красивое лицо, показывая ему, чтобы он держался немного подальше от нее.

Чу Лючэнь проигнорировал ее и поднял руку, чтобы поймать и эту маленькую ручку. Теперь обе ее руки были в его большой руке. Хотя Цинь Ваньжу некоторое время боролась, она не могла вырваться из его хватки и больше не осмеливалась яростно двигаться.

Цинь Ваньжу надула губы и сказала:

– Для вас это странно?

– Я только почувствовал, что это странно, так не должно быть! – Наклонив голову к Цинь Ваньжу, Чу Лючэнь посмотрел на маленькое розовое личико девочки и подумал, что сейчас она действительно прекрасно выглядит. Ее глаза были такими темными, влажными и мерцающими, и как ее губы могли быть такого яркого оттенка, который отличался от ее бледного лица.

Ему понравился этот цвет на ее губах, и он надеялся, что его губы могут быть такими же яркими, как у нее!

Длинные и загибающиеся кверху ресницы были похожи на веера, окружавшие ее черные глаза, и когда он протянул руку и коснулся ее глаз, он почувствовал, как мягкие ресницы щекочут его ладонь. Ресницы у этой девочки были действительно длинными.

Он невольно поднял руку и коснулся красивых волос Цинь Ваньжу, которые были настолько шелковисты, что глаза Чу Лючэня почти сощурились от удовольствия. Это было похоже на кошку, которую он вырастил, так же приятно гладить!

И даже ее внешность напоминала его породистую кошку, и обе они были прекрасны!

– Принц, что вы себе позволяете! – Ваньжу не знала, почему он закрыл ей глаза и коснулся ее волос, поэтому она изо всех сил задергала руками, вытаращила влажные глаза и уставилась на Чу Лючэня, чтобы показать свой гнев.

Однако в ее прекрасных глазах не было никакого гнева, и они совсем не могли его запугать. Чу Лючэнь думал, что ее глаза были такими же, как у кошки, которую он вырастил, они обе злились на него, но совсем не собирались ему мстить!

Это было восхитительно! Ему очень понравилось!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 84. Ты очень умная, умнее, чем моя кошка!

Глава 84. Ты очень умная, умнее, чем моя кошка!

.

Чу Лючэнь еще несколько раз сжал ее длинные волосы и посмотрел в ее очаровательные глаза, которые она подняла и уставилась на него. В этот момент она была так похожа на его кошку. С тех пор, как он на некоторое время покинул столицу, он очень скучал по своей кошке. Эта рассерженная девчушка напоминала кошку, с ее светлыми губами, изгибающимися вверх, и тонкими улыбающимися глазами.

Цинь Ваньжу смотрела на него широко открытыми глазами, потому что она заподозрила, что сошла с ума, подумав, что этот принц Чэнь был теплым, когда улыбался.

Принц, мрачный хитрый и капризный по натуре, вызвал у нее впечатление, что он тепло улыбается. Она не верила своим глазам.

Поэтому она зажмурилась, а потом снова открыла глаза и внимательно посмотрела на принца.

Голос в свадебной комнате стих, и они услышали, что Цинь Хуайюн отдаляется. Он отходил от окна тяжелыми шагами и давал им чувство спокойствия с каждым шагом, который он делал.

– Принц, давайте уйдем? – предложила Ваньжу и пошевелила руками, которые он по-прежнему крепко сжимал.

Это был большой чан, и им не нужно было оставаться так близко друг к другу. Эта ситуация заставила ее чувствовать себя неловко.

– Куда ты так спешишь? Здесь так хорошо! – Чу Лючэнь лениво прислонился к стенке чана и посмотрел на небо. Был полдень, и было безветренно, в то время как солнечный свет принес им приятное тепло. Кроме того, это было отличное место для купания в солнечном свете.

Ваньжу подняла голову и прищурила глаза.

– На что тут смотреть? Ночью звездное небо намного красивее!

– Предлагаешь вечером прятаться в чане и наблюдать за звездами? – Чу Лючэнь рассмеялся и поднял брови. Он подумал, что это хорошая идея, и он обязательно поставит для этого чан возле своего дворца, когда вернется в столицу. Вечером он мог спрятаться в нем и любоваться звездами. В чане можно было увидеть огромное звездное небо, что делало его менее одиноким, чем все звездное небо. – Ты когда-нибудь уже делала так?

Цинь Ваньжу покраснела и дала отпор:

– Я… Я ничего такого не делала!

Но это была неправда. На самом деле она смотрела из чана на ночное небо, и она делала это много раз.

После ее возрождения у нее была жуткая бессонница, поэтому однажды она тайком выскользнула из дома и свернулась калачиком в чане во дворе, где она, наконец, почувствовала себя защищенной.

Когда она впервые свернулась клубочком на дне чана, она почувствовала себя в безопасности и поняла, что у нее уже было второе рождение, и она была целой и не была разрезана напополам по талии.

– В следующий раз, когда ты посетишь мой дворец, я приготовлю тебе большой чан. Я могу поднять его на крышу, где звезды выглядят ближе и красивее. – Чу Лючэнь сказал это с самодовольством и ленью проказливого мальчишки.

На фоне торжественного дворца большой чан, стоящий на остром краю каменного льва в высоком дворце, позволял им смотреть в звездное небо.

Ваньжу пришлось остановить свое разгулявшееся воображение, потому что сцена для нее была очень странной, и она не могла этого вынести. Если бы его застали за чем-то подобным, какие бы поползли слухи?

У будущего императора могущественной страны была привычка посреди ночи прятаться в чане на крыше, и это наверняка привело бы этого будущего императора на странную дорогу.

Такое трудно было даже представить себе, но Чу Лючэнь выглядел серьезным, когда обернулся, поэтому Ваньжу слегка опустила голову, как будто поняла его, и пыталась скрыть улыбку в своих глазах.

– Тогда позвольте, принц, заранее сказать вам спасибо за такую честь! – Она говорила разумно и должна была поблагодарить его, несмотря на то, что у нее вряд ли бы будет возможность увидеть, как это произойдет.

Чу Лючэнь потер свой гладкий подбородок и поднял их предыдущую тему разговора:

– Пришлось ли твоему отцу провернуть все это дельце со свадьбой только потому, что ему нравится эта невеста в свадебной спальне?

Ваньжу занервничала из-за того, что он сказал, и внезапно подняла голову.

– Какая чепуха! – возмутилась она.

– Чепуха? – Чу Лючэнь поднял брови, и на его лице появилась тень улыбки. В то время как он поднял брови, холод проник в кости Ваньжу. – Теперь ты настолько осмелела, что даже посмела сказать этому королю слово «чепуха»?!

– Я... я не смею! – Ваньжу резко побледнела, и начала защищаться, повинно опустив голову. Похоже, она на мгновение забыла о его холодном и коварном нраве, так как они только что вместе прятались в чане.

– Эта невеста внутри – двоюродная сестра твоего отца? – Чу Лючэнь не поддержал свои обвинения, но в его глазах мелькнул проблеск мрака.

В этот момент он выглядел как благородный принц, которого Цинь Ваньжу знала в прошлой жизни. Теперь он был холодным, бесчувственным и могущественным принцем, а не красивым пареньком, который был очень болен и полон напускной надменности.

– Да, ваше высочество, она кузина моего отца. Тетя Шуй выросла в нашем поместье – ее воспитывала бабушка. Потом она вышла замуж, но не родила сыновей, поэтому после смерти ее мужа бабушка забрала ее обратно, и с тех пор она продолжала скромно жить в уголке на заднем дворе. Если бы мадам Ди не устроила против нее заговор, она все еще оставалась бы просто моей тетей Шуй, – объяснила Цинь Ваньжу.

Она должна была сделать это на случай, если Чу Лючэнь неправильно понял Шуй Жолань, и это было бы невыгодно для нее в будущем.

– Значит, твой отец раньше не имел отношений с ней? – Чу Лючэнь удовлетворенно улыбнулся и в его словах прозвучала лень.

– Конечно, нет! Мой отец редко мог видеть тетю Шуй, потому что он всегда ведет себя как воспитанный и вежливый человек. Хотя они выросли вместе, между ними никогда не было никаких непристойных отношений. – Цинь Ваньжу тщательно взвешивала свои слова, и ее маленькое белое личико выглядело очень серьезным.

– Так это мадам поместья генерала осуществила свою грязную задумку, но, кажется, что генерал армии Нинъюань – тот, кто выиграл игру в конечном итоге! – внезапно весело подытожил Чу Лючэнь.

Его анализ заставил сердце Цинь Ваньжу бешено колотиться, как будто что-то отчаянно прорастало в нем, но она немедленно возразила:

– Ваше высочество, вы смеетесь надо мной! Нам пора уходить. Принц, если кто-нибудь обнаружит, что мы остаемся здесь вместе, это будет нехорошо, верно? Кроме того, вы одеты в униформу слуги!

Ваньжу попыталась уговорить Чу Лючэня уйти отсюда, так как она больше не хотела тесниться с ним в чане.

Помедлив, Чу Лючэнь ослабил хватку и освободил руки Цинь Ваньжу. Затем он одернул свою одежду и с непередаваемым апломбом спросил:

– Что, ты боишься, что кто-нибудь увидит, как ты обнимаешься со слугой?

Ваньжу теперь снова была свободна, и она потеряла дар речи, когда посмотрела на свои красные и опухшие запястья.

– Ты обещала, что отведешь меня в какое-то забавное место, не забыла? И ты говорила, что это то, во что я никогда раньше не играл, так отведи меня туда! – Казалось, он намеревался встать и неохотно последовать за ней. – Тогда я пойду за тобой туда и посмотрю.

Ваньжу просто удерживала Чу Лючэня, потому что он настойчиво уговаривал ее подкрасться к заднему окну и посмотреть свадебную спальню! Как она могла предложить что-то забавное, во что он никогда раньше не играл?!

Она закатила свои очаровательные глаза под лоб и лукаво спросила:

– Принц, вы когда-нибудь играли в прятки в чане?

– Нет! – покачал головой Чу Лючэнь и с недоумением посмотрел на Цинь Ваньжу. Он всегда следовал всем требованиям этикета, так как он мог сделать что-то, чтобы нарушить правила!

– Поскольку нет, то это то, во что вы никогда раньше не играли, верно? – самодовольно рассмеялась Цинь Ваньжу, и на ее вишневых губах появилась улыбка с какой-то детской гордостью.

Чу Лючэнь мягко улыбнулся, и его вид стал таким привлекательным.

– Неужели ты хочешь сказать, что место, куда ты предлагала меня отвести для развлечения, – это этот чан?

– Эм… Принц не думает, что это было весело? – пробормотала Ваньжу, притворяясь наивной дурочкой.

– Цинь Ваньжу, ты очень умная, намного умнее моей кошки, – Чу Лючэнь вдруг рассмеялся, и в его смехе был глубокий смысл.

Но его похвала сильно напугала Ваньжу, настолько, что ее спина покрылась холодным потом. Она с опаской посмотрела на этого милого и безобидного парня.

– Принц, разве это не считается?

– Да, ты можешь быть спокойна, на этот раз я тебя отпущу! – сказав это, Чу Лючэнь поднял брови в хорошем настроении, встал и выпрыгнул из чана.

Увидев, что он наконец вылез из чана, Ваньжу почувствовала облегчение и тоже забралась на край чана. Хотя для нее это был высокий чан, она все равно выпрыгнула из него одним движением, как будто делала это много раз.

Обнаружив, что их мастера выбрались из чана, Сяо Сюаньцзы и Цин Юэ последовали их примеру, и тоже вылезли из соседнего чана.

Все вместе они снова незаметно выскользнули со двора невесты через черный ход.

– Принц, вы устали? Вам нужно вернуться назад и отдохнуть? – Когда они свернули за угол и оказались в тихом месте, Цинь Ваньжу наконец смогла остановиться и посмотреть на Чу Лючэня, который побледнел и выглядел хуже, чем несколько минут назад.

Услышав ее слова, Сяо Сюаньцзы был ошеломлен, он шагнул вперед и увидел своего хозяина, который выглядел совсем слабым, поскольку его губы были почти такими же бледными, как снег. Сяо Сюаньцзы протянул руки и поддержал его.

– Господин, вам нужно срочно принять лекарство, вы больше не можете здесь оставаться! – заботливо сказал он.

– Уходим! – кивнул головой Чу Лючэнь, и было редкостью, что его удалось так легко убедить. – Цинь Ваньжу, проводи меня к задней двери своего поместья.

«Так это означает, что его карета стоит у задней двери?» – неохотно подумала Цинь Ваньжу, но, судя по состоянию его здоровья, казалось, что он действительно не мог долго идти. Без каких-либо колебаний она повела их по самой короткой тропинке. После некоторых обходов они незаметно подошли к задней двери.

Задняя дверь была оставлена приоткрытой. Поскольку сегодня в поместье было очень людно, старую бабку, которая обычно охраняла вход, отозвали угощать гостей, и она сейчас отсутствовала.

Они толкнули заднюю дверь, и в поле их зрения попала широкая и большая карета, ожидавшая снаружи.

Карета выглядела обычной, но была слишком большой, с висящей занавеской для перевозки и оконной занавеской, на которой были вышиты темные узоры. Эти узоры были сделаны нитями золотистого шелка; если не проверять их тщательно, люди не поймут этого и подумают, что это нарисованные узоры.

Все было сдержанно, но выглядело роскошно.

Сяо Сюаньцзы помогал Чу Лючэню залезть в карету. Ваньжу видела, что паренек слаб, поэтому она протянула руку и помогла евнуху поддержать принца, когда тот садился в экипаж.

После того, как Чу Лючэнь устроился внутри, Цинь Ваньжу почувствовала облегчение, когда увидела, что кучер ловко развернулся и медленно тронул с места. Она была слишком напугана мыслью, что с опасным принцем могло что-то случиться в ее поместье, потому что никто не мог позволить себе нести за это ответственность.

Только когда карета полностью исчезла из вида, она зашла обратно в поместье, и Цин Юэ закрыла дверь изнутри.

***

Карета ехала медленно и плавно покачивалась.

Полулежа, откинувшись на спинку широкого дивана, Чу Лючэнь протянул руку и взял у Сяо Сюаньцзы чашу, наполненную темным и густым лекарством. Он выпил все, затем отдал чашу и потер лоб между бровями.

Приняв чашу из рук мастера, Сяо Сюаньцзы, внимательно посмотрел на лицо своего хозяина и осторожно спросил:

– Господин, вы устали?

Чу Лючэнь закрыл глаза и тихо хмыкнул в ответ.

– Господин, мы чуть позже посетим снова настоятельницу монастыря Цзиньсинь. Я думаю, ее лекарство помогло вам. Обычно, если вы так долго не отдыхали, вы чувствовали бы себя ужасно! Вы так не думаете?

Сяо Сюаньцзы спросил его мнение после того, как он покорно принял лекарство.

– Что толку? Это улучшение только на время! – Чу Лючэнь закрыл глаза, и его нефритовое лицо выглядело спокойным, как будто он говорил о состоянии другого человека, которое его совсем не волновало.

– Господин, даже если это временно, нам все равно нужно попробовать. Может быть, мы найдем божественного врача, о котором упоминал императорский лекарь Ци, и придет время, когда вы полностью выздоровеете! – подбодрил его Сяо Сюаньцзы.

На этот раз Чу Лючэнь вообще не издал ни звука, лишь взмахнул рукой, чтобы заставить евнуха заткнуться.

Сяо Сюаньцзы поколебался, но не смог удержаться и снова заговорил:

– Итак, согласно вашему плану, мы возвращаемся в монастырь Цзиньсинь?

– Верно! – равнодушным голосом ответил Чу Лючэнь.

– Да, я понимаю! – Сяо Сюаньцзы был взволнован, потому что на этот раз его хозяин не отказал ему. Он непрерывно кивал головой и был так счастлив, что чуть не плакал.

Лекарь Ци упоминал ранее, что если его хозяин хотел вернуть себе здоровье, ему нужно использовать внешние силы, и он должен полагаться на себя и стараться изо всех сил. Если он не обращал никакого внимания на свое здоровье и не желал следовать предписаниям врача, как он мог вообще выздороветь…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 85. Подозреваемая Цюй Лэ

Глава 85. Подозреваемая Цюй Лэ

.

Свадебный пир прошел гладко, и мадам Ди не создавала никаких проблем, в то время как все думали, что на этот раз она подстроит несколько неприятных случаев. Однако ее нигде не было видно, и всем было сказано, что она больна.

На самом деле мало кто поверил этому предлогу «заболела», и были хорошо информированные люди, которые тайно посмеивались, что она не больна, а заперта.

***

Сразу после свадебной церемонии Шуй Жолань и генерала, Цинь Ваньжу и старая мадам вернулись в монастырь Цзиньсинь.

Старушке требовался хороший отдых, и Цинь Ваньжу вызвалась прислуживать ей. Поэтому, оставшись дома, Шуй Жолань с этого момента взяла все под контроль в поместье.

В поместье генерала было не так много кучеров, и на этот раз все они были вовлечены в историю с поломкой экипажей. Поэтому Шуй Жолань первым делом сменила нескольких из них на новых, и после того, как старая мадам решила вернуться на гору, сопровождавшая ее Цинь Ваньжу взяла с собой больше девушек-служанок.

Естественно, Цин Юэ следовала за ними вместе с новой служанкой второго ранга по имени Цюй Лэ и еще двумя юными прислужницами рангом пониже. Сейчас у Цинь Ваньжу было больше служанок, чем в прошлый раз.

Когда все прибыли в монастырь Цзиньсинь, Цинь Ваньжу со свитой осталась жить в том дворе, в котором жила раньше. Первоначально они с бабушкой собирались только спуститься с горы и закрепить свадебную церемонию в поместье генерала. Старая мадам и Цинь Ваньжу оставили много своих вещей в монастыре Цзиньсинь, поэтому им не нужно было брать с собой слишком много багажа.

***

Последующие полгода Цинь Ваньжу проводила время, свободно гуляя в горах и отдыхая.

Здоровье старой мадам постепенно восстанавливалось, и медицинские навыки Цинь Ваньжу значительно улучшались. Опираясь на основы в медицине, полученные в своей предыдущей жизни, она продвигалась вперед с большой скоростью, и ее техника иглоукалывания также быстро прогрессировала. Ее успехи часто заставляли монахиню Минцю приговаривать, что она взяла себе незаурядную ученицу, потому что Цинь Ваньжу оказалась невероятно талантлива в изучении медицины!

Монахиня Минцю очень серьезно относилась к медицинскому образованию своей маленькой ученицы. Когда люди, посетившие горы, приходили в монастырь Цзиньсинь за медицинской помощью, Цинь Ваньжу сидела рядом с ней в комнате и наблюдала за лечением и рецептами мастера монастыря Цзиньсинь.

***

Сидя под лампой, Цинь Ваньжу внимательно читала книгу по медицине, но вошла Цин Юэ и прошептала ей:

– Барышня, Цюй Лэ снова улизнула, чтобы встретиться с кем-то!

Цинь Ваньжу посмотрела на тень лампы и спросила:

– Который уже раз в этом месяце?

Цин Юэ поняла ее намерение.

– Это уже третий раз. Я последовала вашему приказу и предупреждала ее несколько раз.

В глазах Цинь Ваньжу вспыхнул холод.

– Немедленно приведи ее сюда! – приказала она.

Даже мадам Ди не ожидала появления Цюй Лэ в поместье. Поэтому она много раз пыталась заполучить Цюй Лэ под свой контроль. Но сейчас мадам Ди не могла защитить даже себя, так что она не должна так стремиться заполучить Цюй Лэ.

Цин Юэ кивнула головой и через секунду привела Цюй Лэ с собой.

Цюй Лэ опустилась на колени перед Цинь Ваньжу сразу же, как только вошла в комнату.

– Вторая мисс, я... я просто очень скучаю по своей матери, я не сделала ничего плохого. – Она закончила свое предложение и разрыдалась. – На самом деле ничего нет, пожалуйста, простите меня, вторая мисс.

– Цюй Лэ, я говорила тебе в прошлый раз, – строго сказала Цин Юэ. – После того, как ты вошла в поместье, ты полностью принадлежишь поместью генерала, потому что тебя продали, чтобы служить здесь. Тебе нужно оборвать все связи с людьми, которых ты знала раньше, даже если ты хотела бы кого-то навестить, тебе нужно сказать нашей мисс и получить разрешение от нашей мисс, только тогда тебе будет разрешено встретиться с матерью. Тем не менее, ты тайком продолжаешь встречаться с кем-то, ты когда-нибудь серьезно относились к своей хозяйке?

Цин Юэ сделала ей строгий выговор.

– Я, конечно, слушаюсь вторую мисс во всем, но… но моя мама была больна, и мой отец знал, что я здесь, в монастыре Цзиньсинь, поэтому он поднялся на гору и сказал мне, и… и это все! – Цюй Лэ спорила и защищалась. Она плакала, и выглядела очень удрученно.

Ей было не только грустно, но она была немного зла, она считала, что Цинь Ваньжу была своевольной и бессердечной.

– Твоя мать больна, но твой отец не посетил поместье генерала и не приехал открыто за тобой в монастырь Цзиньсинь? Твой отец ведет себя просто невероятно! – равнодушно ответив, Цинь Ваньжу взяла чашку и сделала глоток чая.

Цюй Лэ сразу запаниковала, потому что она не ожидала, что Цинь Ваньжу внезапно уйдет от темы, которую они обсуждали, и ответит так.

– Может быть… может быть, кто-то в поместье рассказал моему отцу новость, что я здесь!

– Ты новенькая в поместье генерала, и у тебя еще мало знакомых. Тебя знают только люди из твоего двора. Когда я уезжала, я намеренно предупредила няню Юй, чтобы она никому не говорила о том, что ты уехала со мной в монастырь Цзиньсинь. Так как же твой отец смог узнать об этом? – Цинь Ваньжу выглядела мрачной, она осмотрела Цюй Лэ с неописуемым достоинством и суровостью.

– Я… Я... не знаю!

– Я слышала, что твой отец пришел к тебе на второй день, когда ты поднялась на гору. Он среагировал так быстро, и если бы ему никто не сказал, он никак не смог бы так быстро найти тебя. Итак, Цюй Лэ, скажи мне правду, что твой отец хотел, чтобы ты сделала, и кто послал его сговориться с тобой? – холодно спросила Цинь Ваньжу.

Ее детское лицо выглядело нервным, а выражение лица стало жестким. Ее холодные и леденящие душу глаза, казалось, могли проникнуть в сердце.

Взгляд Цюй Лэ блуждал, и она не осмеливались смотреть в глаза Цинь Ваньжу. После запинки она попыталась объясниться:

– Я… Я не знаю… Может быть, это совпадение. Моя мама заболела, поэтому отец приехал в монастырь Цзиньсинь, чтобы помолиться за нее, и мы... мы случайно встретились!

– Молился за твою мать? – Цинь Ваньжу усмехнулась и тяжело поставила чашку на стол, отчего стол затрясся и издал резкий и пронзительный звук. – Цюй Лэ, ты думаешь, я так мала, что ничего не знаю, и меня легко провести? Цюй Лэ, теперь ты принадлежишь поместью генерала. Если ты недовольна мной, у меня есть все основания продать тебя. Человек, который взял на себя ответственность за задний двор, – моя мама, а не мадам Ди, разве ты этого не знаешь?!

Цинь Ваньжу не кричала и говорила детским голосом в ее возрасте, но это звучало холодно в ушах Цюй Лэ, и заставило Цюй Лэ не поддерживать себя – она сразу опустилась на колени.

– Цин Юэ, отправь ее к старухе Йа и продай ее завтра подальше, потому что я не хочу больше видеть ее на земле Цзянчжоу! – зловеще усмехнулась Цинь Ваньжу. По ее приказу, никто в префектуре Цзянчжоу не мог купить Цюй Лэ, и она никогда больше не увидит своих родителей.

– Слушаюсь, миледи. Я скажу бабкам немедленно спустить ее с горы и передать старухе Йа! – Цин Юэ кивнула головой, и мельком взглянула на Цюй Лэ с усмешкой. Она вообще не хотела оставлять Цюй Лэ.

– Вторая мисс, вторая мисс, я все скажу! Я расскажу вам все, пожалуйста, простите меня, вторая мисс! – Цюй Лэ впала в панику, потому что поняла, что на этот раз маленькая хозяйка сурово накажет ее. Она протянула руки и схватила Цинь Ваньжу за ногу, но Цин Юэ оттолкнула ее, и к ней подошли две девушки-прислужницы и хотели вытащить ее.

Цюй Лэ яростно сопротивлялась, умоляя:

– Вторая мисс, что вы хотите знать?! Я расскажу вам все, только, пожалуйста, пощадите меня!

Казалось, что Цинь Ваньжу не слышала ее слов или ей было все равно. Она взяла с полки книгу по медицине и вообще проигнорировала мольбы Цюй Лэ.

– Вторая мисс! Миледи! Мой отец узнал обо мне от мадам Ди! Миледи, это все мадам Ди! – Цюй Лэ подумывала о том, чтобы озвучить свои намерения, но, похоже, Цинь Ваньжу было все равно. Сейчас несчастная служанка цеплялась за дверной косяк и кричала без всяких колебаний в спешке и не осмеливалась скрывать какую-либо правду.

Цинь Ваньжу равнодушно подняла свои тонкие брови, и снова спокойно посмотрела на Цюй Лэ.

– Оставьте ее пока! – приказала она.

Цюй Лэ не осмеливалась ничего скрывать перед Цинь Ваньжу, которая выглядела такой холодной, когда смотрела на нее, и начала рассказывать:

– Миледи, это правда, что мадам Ди прислала моего отца сюда, и моя мать действительно больна! Мадам… Мадам Ди поручила своим людям передать моему отцу деньги и сообщила моему отцу, что я в монастыре Цзиньсинь, и... и...

– И приказала ему поручить тебе шпионить за мной? – Длинные ресницы Цинь Ваньжу затрепетали, и ее глаза стали намного холоднее.

– Да... Именно так она и сказала… – Цюй Лэ только что была так напугана, и опустила голову после того, как маленькая хозяйка закончила за нее предложение.

Цинь Ваньжу подняла брови и равнодушно спросила:

– Заставить тебя шпионить за мной для чего?

– Она... она сказала, что если вы сделаете что-нибудь ненормальное, я должна немедленно сказать об этом моему отцу, и тогда он все расскажет мадам Ди…

– Что же ты обнаружила во мне ненормального? Твой отец навещал тебя так много раз, что ты ему докладывала? – поинтересовалась Цинь Ваньжу.

– Я… Я не обнаружила многого. Я только хотела узнать, как протекала болезнь моей мамы. Итак, я сказала отцу, когда он не был занят, подниматься на гору и как можно чаще навещать меня. Миледи, пожалуйста, поверьте мне, я ничего не рассказывала ему. Всякий раз, когда мой отец докладывал мадам, ему нечего было сказать! – Цюй Лэ в панике покачала головой. Правда заключалась в том, что она действительно ничего не обнаружила. Цинь Ваньжу проводила все свое время в монастыре Цзиньсинь в медитации и служении старой мадам.

– Значит, ты просишь своего отца прийти сюда, и твой отец докладывает мадам? – уточнила Цинь Ваньжу.

– Да... Да. Каждый раз, когда мой отец встречает меня, он должен вернуться и доложить мадам Ди, потому что это приказ мадам Ди. Мадам Ди заплатила деньги за лечение моей матери... – голос Цюй Лэ стал тише, и она еще ниже опустила голову.

Цинь Ваньжу нахмурилась. Она знала, что Цюй Лэ не может ничего выяснить, но почему мадам Ди восприняла это так серьезно? У нее возникло чувство, и она не понимала, что замышляла мадам Ди.

Она много лет противостояла мадам Ди, и это было известно как отцу, так и бабушке. Если мадам Ди думала нацелиться на нее, было бесполезно собирать какие-то слухи, основанные только на выводах какой-то служанки.

Но она настояла на этом. С Цин Сюэ в поместье ничего не получилось, но Цюй Лэ, которая раньше ничего не подозревала, продолжала создавать проблемы. Это было так запутанно.

Из информации, которую Цинь Ваньжу собрала ранее, она знала, что Цюй Лэ оказалась здесь совершенно случайно, чего не ожидали ни Цинь Юйжу, ни мадам Ди. В итоге мадам Ди маниакально стремилась к Цюй Лэ, но действительно ли мадам Ди намеревалась собрать с ее помощью какие-нибудь слухи о недостойном поведении приемной дочери?

Девушка-служанка второго ранга, которая только что вошла в поместье, ничем не отличалась от других обычных и грубых слуг. Как она могла знать что-то ценное?

Может быть, это было не из-за Цюй Лэ, но это было связано с делами, произошедшим в семье Цюй Лэ? Интуиция Цинь Ваньжу подсказала ей, что это наверняка как-то связано с ней.

Мадам Ди не была бы такой праздной, чтобы заниматься мелочами, поэтому должны были произойти важные события, на которые она должна была обратить внимание, даже если она была сейчас наказана, этот вопрос нельзя было рассматривать небрежно.

– Когда твой отец снова поднимется на гору? – усмехнулась Цинь Ваньжу. Она выглядела мрачной в темном углу. Может быть, ей следует передумать, эта проблема не имела никакого отношения к Цюй Лэ, но было ли это из-за ее семьи?

– Три дня… Через три дня… – Цюй Лэ встала на коленях в вертикальном положении и с надеждой вытерла слезы. – Мой отец сказал, что навестит меня через три дня, и расскажет мне, как моя мать.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 86. Молодой мастер, которого искал годами

Глава 86. Молодой мастер, которого искал годами

.

Три дня пролетели быстро, и когда Цинь Ваньжу возвращалась со двора старой мадам, она увидела мужчину средних лет, который стоял с Цюй Лэ у ее двора.

Увидев маленькую хозяйку, Цюй Лэ поспешила вперед.

– Миледи, это мой отец.

Мужчина средних лет вышел вперед и почтительно поклонился Цинь Ваньжу:

– Приветствую вторую мисс Цинь! Я отец Цюй Лэ!

Цинь Ваньжу посмотрела на него. Это был мужчина лет тридцати пяти-сорока, и он был одет как обычный селянин. Он низко опустил голову, и она не могла ясно видеть его лицо, но он держался не как провинциал, и хотя он стоял с опущенной головой, он, казалось, совсем не паниковал.

Цинь Ваньжу надменно посмотрела на него и равнодушно спросила:

– Ты родом из столицы?

Мужчина средних лет кивнул и с достоинством ответил:

– Да, я вырос в столице!

– Почему ты переехал в Цзянчжоу? – Цинь Ваньжу продолжала холодно смотреть на него.

– Я приехал сюда, чтобы найти одного человека, потому что я слышал, что человек, которого я ищу уже много лет, одно время жил в Цзянчжоу, – поспешно объяснил он.

– Так ты и твоя жена оба родом из столицы? – снова спросила его Цинь Ваньжу.

– Да, мы оба оттуда! – Мужчина средних лет не скрывал правды.

– Мадам Ди приказала твоей дочери шпионить за мной и все сообщать ей обо мне? – Эти предположения не содержали никаких сомнений, поэтому она спросила прямо, не ходя вокруг да около. Ее глаза продолжали задерживаться на этом человеке.

– Да… – Он опустил голову еще ниже.

– Ты должен понимать, если бы я наказала всю твою семью, это не было бы чем-то необычным здесь, в Цзянчжоу! – Цинь Ваньжу усмехнулась, и ее детский голос прозвучал холодно.

Поместье генерала армии Нинъюань располагалось в Цзянчжоу, если бы генерал хотел наказать их, даже убить их всех, это было бы очень просто сделать!

В столице Цинь Хуайюн был никем, потому что не добился высокого статуса в своей карьере. Он не был очень могущественным генералом, и многие высокопоставленные чиновники могли контролировать его.

Но здесь Цзянчжоу, и он мог контролировать всех военных. Если он хотел избавиться от кого-то, он мог сделать это незаметно.

Мужчина средних лет был в панике, он опустился на колени и поспешно сказал:

– Вторая мисс Цинь, я ничего не докладывал, и мадам Ди не слишком настойчиво спрашивала о вас!

Он проживал в Цзянчжоу на протяжении многих лет, и он, конечно, прекрасно знал, что Цинь Ваньжу его не пугает.

– Если ты не говорил обо мне, то что мадам сказала обо мне? Почему она поручила тебе сообщить ей обо мне? Я даже не представляю, что я сделала, и как могло быть так много всего, о чем нужно доложить мадам! – произнесла Цинь Ваньжу и недобро усмехнулась.

– Я... я... – Его голова опустилась еще ниже, и он заколебался.

– Говори! – Цинь Ваньжу мельком взглянула на мужчину средних лет и постепенно усилила давление. Она уже угрожала ему, и если он был достаточно умен, он знал, что делать!

– Мадам… Мадам Ди спросила меня кое-что о том деле, из-за которого я приехал в Цзянчжоу. – Этот мужчина средних лет не выглядел глупым, поэтому он заговорил после колебания. Он пробормотал свои слова, которые заставили Цинь Ваньжу услышать в них какую-то скрытую информацию, и она погрузилась в размышления.

– Твое дело? Какое дело?

– Она... она спросила меня, кого я ищу в Цзянчжоу… И нашел ли я его… И другие подробности... – Мужчина средних лет начал потеть.

В самом начале он думал, что перед ним всего лишь маленькая девочка, кто мог себе представить, что она в состоянии оказывать на него такое сильное давление. Ее проницательность заставила его запаниковать, и он не осмелился скрыть всю полезную информацию.

Однако, по какой-то причине, он не осмелился произнести это, даже перед второй мисс Цинь и мадам Ди.

Цинь Ваньжу не изменила выражения лица; она задумалась и задала наводящий вопрос:

– Какое имеет отношение к мадам Ди то, что ты разыскиваешь человека здесь, в Цзянчжоу?

– Это не имеет никакого отношения к мадам Ди! Я приехал из столицы в Цзянчжоу, и человек, которого я ищу, вообще не имеет никакого отношения к мадам! Я не знаю, почему мадам Ди так заинтересовалась моими поисками… – Мужчина средних лет тоже был в замешательстве. Мадам из поместья генерала сочла его проблему интересной без каких-либо причин.

Хотя она притворялась, что интересуется личной жизнью второй мисс Цинь, этот мужчина средних лет был очень умен. Он мог понять намерения мадам Ди по направлению разговора, и он либо увиливал, отвечая на вопросы мадам Ди, либо притворялся, что не понял, и отвечал ей невнятным образом.

Тем не менее, его интуиция говорила, что с этой внезапно возникшей второй мисс Цинь, казалось, было сложнее справиться.

– Ты можешь рассказать мне о своем деле? – напрямую спросила его Цинь Ваньжу.

Мужчина средних лет почувствовал, что его еще сильнее бросило в пот. Эта маленькая мисс выросла в захудалом Цзянчжоу, и она не была юной леди из известной семьи. Тем не менее, она выглядела такой выдающейся и достойной, что все ее вопросы были правильными.

– Это… позвольте мне ничего не говорить, это касается моей личной проблемы, – осторожно ответил ей мужчина средних лет. – Это мое личное дело и не имеет ни к кому никакого отношения!

– Почему мадам Ди хотела знать об этом? – Хотя он ответил ей с уважением, его голос звучал решительно. Поэтому Цинь Ваньжу знала, что ему неудобно говорить правду, поэтому она сменила тему.

– Я… Я тоже не знаю этого. – Он покачал головой, потому что не понимал, зачем мадам Ди должна была вмешаться в это, эта проблема действительно не имела никакого отношения к мадам Ди.

– Тот человек… У него есть какие-то связи с мадам Ди? – Цинь Ваньжу задала ему наводящий вопрос и закатила свои проницательные глаза, которые выглядели такими яркими. – Может ли человек, которого ты ищешь, иметь какие-либо отношения с мадам Ди?

– Нет... невозможно! – Он был ошеломлен и поспешно покачал головой.

– Почему ты так уверен, что нет? – Теперь Цинь Ваньжу стало любопытно.

– Это… это невозможно, абсолютно невозможно, это... невозможно! – Мужчина средних лет продолжал качать головой: – На самом деле, я ищу двоих людей, не только мужчину, но и… Мадам Ди – это всего лишь жена генерала, к тому же дочь герцога Юнкана не имеет никакого отношения к моим поискам!

Он спешил, поэтому добавил последнее предложение для объяснения.

– Дочь герцога Юнкана? – Цинь Ваньжу задумалась над этими условиями и прикусила красную губу.

Мужчина средних лет внезапно поменялся в лице, и его руки начали немного дрожать.

– Ты знаешь, что мадам – дочь герцога Юнкана, но большинство людей в Цзянчжоу ничего не знает об этом, так как многие из них слышали только, что мадам Ди родилась в известной семье в столице, но никто не знает, в какой именно. Ты обычный селянин, как ты можешь быть таким осведомленным и даже знать, где она родилась? Ты когда-нибудь встречал ее раньше?

– Я… Я никогда раньше не встречал мадам Ди! – Он был в панике.

Цинь Ваньжу уставилась на него и равнодушно спросила:

– Ты же вырос и жил в столице? Ты никогда раньше не встречал будущую мадам Ди?

– Я… Да я был просто никем, так как же я мог встретиться с дочерью герцога Юнкана? – Он в панике замахал руками.

– Но мадам Ди все же узнала тебя! – улыбнулась Цинь Ваньжу, и ее голос был ясным и решительным.

– Как так получилось... Невозможно, в то время я был слугой, как она могла меня узнать… – Мужчина средних лет выглядел испуганным, и он заикался. Но когда он закончил предложение, он был шокирован, потому что проболтался, и теперь действительно был в панике.

Цинь Ваньжу сразу же уловила подсказку в его словах и спросила холодным тоном:

– Итак, в каком особняке ты служил? – Затем она грозно рявкнула: – Ты сбежавший слуга из известного особняка в столице?

Если бы он был беглым рабом, его следовало бы поймать и наказать. Ему бы поставили клеймо на лицо, и он был бы распределен в изолированное место.

– Нет, нет, я не беглец! Я действительно разыскиваю человека! Он мой… мой мастер! Об этом знают все люди в особняке! – Он не мог скрыть свою панику, поэтому ему пришлось сказать больше.

– Ищешь своего мастера? Но столько лет терпел неудачу? Я слышала, что ты давно приехал в Цзянчжоу, однако ты ничего не смог узнать о нем, и ты не планировал возвращаться? – Цинь Ваньжу продолжала тему, предложение за предложением. Она расспросила Цюй Лэ раньше и знала, что они приехали в Цзянчжоу много лет назад.

Искать человека на протяжении стольких лет, и они отказались возвращаться домой, но переехали сюда, в Цзянчжоу, после того, как им не удалось найти этого человека. О чем-то подобном никогда не слышали.

– Ты нашел своего хозяина и убил его, поэтому... не осмелился вернуться в особняк, – сделав вывод, улыбнулась Цинь Ваньжу. Хотя ее улыбка была нежной, ее слова заставили уверенного в себе мужчину средних лет побледнеть, как снег.

Если бы это обвинение было реальным, как он мог выжить?

– Вторая мисс Цинь, как я мог убить своего мастера! Если бы это было реально, я бы умер, чтобы доказать свою невиновность! Но мой мастер пропал на столько лет… Когда я покинул особняк и отправился в путь, чтобы найти его, мой старший мастер сказал мне, что если я его не найду, мне не разрешат вернуться домой. Теперь моего мастера нигде не найти, а мой старший мастер тоже умер… Я... я не знаю, что мне делать!

Мужчина средних лет рыдал взахлеб, вытирая слезы. Такой большой человек, как он, стоял на коленях на земле и плакал, и было грустно думать о том, что он сказал.

Цин Юэ, стоя в стороне, чувствовала жалость к этому несчастному слуге.

– Вы правы, мой мастер несколько раз виделся с юной леди из особняка герцога Юнкана. Тогда я следовал за своим мастером, и мадам Ди, возможно, узнала меня, поэтому она спросила меня о моем мастере. Тем не менее, я прожил здесь, в Цзянчжоу, столько лет, но не смог его найти. Даже если бы я хотел ей что-то ответить, мне нечего было сказать. Поэтому, что бы ни спросила меня мадам Ди, я мог сказать только это.

Он продолжал говорить все, не скрывая никакой информации, кроме имени своего мастера.

Этот вопрос был секретом для престижной семьи, и он не имел никакого отношения к другим. Цинь Ваньжу была слабой девочкой, проводившей большую часть времени в своем дворе, поэтому ей было невыгодно много знать, и, возможно, она попадет в неприятности и сплетни.

– Мадам Ди так отчаянно хотела это узнать? – медленно и мягко уточнила Цинь Ваньжу.

Мужчина средних лет вытер слезы и сказал с горечью:

– Казалось, да. Я не знаю, почему она была такой настойчивой. Даже если бы она знала, что она могла сделать? Ведь теперь старший мастер умер, и никому больше нет дела до моего молодого мастера.

– Забирай Цюй Лэ и возвращайся домой! – Цинь Ваньжу не стала продолжать свое расследование. Она сделала паузу и выглядела очень мрачной. – Я не хочу, чтобы мадам Ди что-нибудь узнала обо мне от вас!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 87. Паника, наш мастер очень болен

Глава 87. Паника, наш мастер очень болен

.

Эти слова заставили коленопреклоненных отца и дочь остолбенеть. Но затем мужчина средних лет покачал головой и приподнял ее, посмотрев в лицо Цинь Ваньжу:

– Вторая мисс Цинь, вы добрый человек, Цюй Лэ уже все рассказала мне. Она считает, что вы идеальная хозяйка. Поскольку теперь вы знаете, что нам угрожает мадам Ди, и вы не били и не ругали Цюй Лэ, то для моей дочки было лучше всего остаться служить вам.

Цюй Лэ тоже подняла заплаканное лицо и взмолилась:

– Вторая мисс Цинь, пожалуйста, позвольте мне следовать за вами!

– Разве это не здорово, когда семья живет вместе? – Цинь Ваньжу в замешательстве посмотрела на мужчину. Этот человек, выглядевший обычным, не был бы особенно заметным в толпе.

– Простите меня, вторая мисс Цинь, но я должен найти своего мастера, и я также должен работать, чтобы содержать семью. Моя жена сейчас больна. Я не могу сам растить так много детей, поэтому изначально я планировал их продать, а после того, как я найду мастера, если он будет щедрым, я выкуплю их, если это возможно, – с горечью признался мужчина средних лет. Можно было сказать, что он говорил честно, так как его глаза теперь были красными от сдерживаемых слез.

Его слова показали как его преданность мастеру, так и его привязанность к своей дочери. Однако, учитывая его ситуацию, любой бы подумал, что это был его единственный выход.

Даже если слуга взял с собой немаленькую сумму, когда отправился на поиски своего хозяина, теперь, спустя десять лет, разве у него все еще могли остаться деньги?

Без каких-либо заработков он мог только продать свою дочь в услужение.

Оставаясь вместе, тогда никто не смог бы выжить, но если бы его детям повезло попасть в хорошую семью, они получили бы шанс не умереть от голода.

Цинь Ваньжу бросила еще один взгляд на лицо этого мужчины средних лет и сказала после недолгого молчания:

– Цин Юэ, дай ему немного денег.

– Да, миледи! – Цин Юэ в спешке побежала в дом за деньгами.

– Бери деньги и езжай домой. Не позволяй мадам Ди найти тебя, я оставлю Цюй Лэ у себя. Но я не держу бездельников или нелояльных людей рядом. – Цинь Ваньжу задумчиво посмотрела на Цюй Лэ. – Если ты не можешь преданно служить мне, ты должна покинуть гору вместе с отцом, а деньги – это мой благотворительный взнос для тебя!

– Миледи… Я хочу следовать за вами, и я буду слушать только вас. – Цюй Лэ была умной девочкой, и она дала обещание со слезами на глазах. Она была очень благодарна Цинь Ваньжу.

Цюй Лэ не знала дел отца ясно, но Цинь Ваньжу не винила ее за предательство, а приказала Цин Юэ дать им денег, и она была подавлена, чувствуя себя виноватой перед этой маленькой, но великодушной девочкой. Теперь она искренне показывала свою преданность Цинь Ваньжу.

Она жила в поместье совсем недолгое долгое время и имела меньше связей с Цинь Ваньжу. На самом деле, она ничего не чувствовала к ней, но сейчас она была тронута до глубины души.

Цюй Лэ закончила свои слова и трижды искренне поклонилась Цинь Ваньжу.

Ее отец вытер слезы и решительно сказал:

– Вторая мисс Цинь, не беспокойтесь, я вернусь домой после того, как уйду, и мадам Ди никогда меня не найдет. Цюй Лэ будет преданно следовать за вами с этого момента!

Цин Юэ вышла во двор и передала деньги отцу Цюй Лэ, а затем отошла в сторону.

– Как ты сможешь избежать преследования мадам Ди? Слова мадам Ди имеют значение в Цзянчжоу! – спросила его Цинь Ваньжу, нахмурившись.

– Не волнуйтесь, вторая мисс Цинь. Я слышал, что мадам Ди не очень ладила с генералом в последнее время, так что сейчас она занята решением своей собственной проблемы, уделяя меньше времени тому, чтобы беспокоиться обо мне. Я сразу поеду домой, когда спущусь с горы. Я буду избегать разговоров с соседями, чтобы мадам Ди не смогла меня найти, но я сильно беспокоюсь о…

У отца Цюй Лэ был четкий ход мыслей, и он колебался только тогда, когда речь зашла о Цюй Лэ. Он мог прятаться от мадам Ди, но Цюй Лэ, живя в поместье генерала, не могла избегать ее.

– Теперь она мой человек, и я буду защищать ее. Пока она верна мне, я никому не позволю плохо обращаться с ней, – мягко сказала Цинь Ваньжу, и ее глаза все еще внимательно смотрели на отца Цюй Лэ.

Он был умен, поскольку мог определить текущее положение мадам Ди в поместье генерала. Цинь Ваньжу была уверена, что не все люди в поместье сплетничают, и они не расскажут случайному человеку о мадам Ди. Таким образом, его вывод был сделан в результате его расследования. Только три раза посетив поместье, он знал положение мастера семьи, которая жила во внутреннем дворе, так что он не был простым человеком!

– Тогда спасибо вам, вторая мисс Цинь, и позвольте откланяться! – Отец Цюй Лэ встал и вытер слезы. Подняв голову и уставившись на Цинь Ваньжу, он немного помолчал и посмотрел на Цюй Лэ, поскольку ему не хотелось расставаться с ней.

Но, в конце концов, он все же поклонился и ушел.

Никто из них не знал, смогут ли они снова встретиться после этой разлуки. Цюй Лэ смотрела на удаляющуюся фигуру отца и не могла перестать плакать.

Цинь Ваньжу развернулась и, направляясь в дом, велела ей:

– Иди и проводи своего отца!

Цюй Лэ была ошеломлена, но потом она заволновалась. Снова поклонившись Цинь Ваньжу, она помчалась вслед за своим отцом.

– Барышня, как… – Глядя на убегающую в волнении девушку, Цин Юэ почувствовала беспокойство, но не договорила, развернулась и последовала за Цинь Ваньжу, чтобы войти в дом.

После того, как они зашли в главную комнату, Цин Юэ приготовила еще одну чашку чая для Цинь Ваньжу, и теперь мялась, стоя в стороне, как будто хотела что-то сказать, но не решалась заговорить.

Цинь Ваньжу взяла чашку и сделала глоток, затем поставила ее на стол и закатила свои красивые глазки, взглянув на Цин Юэ. Она улыбнулась и поинтересовалась:

– Ты хочешь о чем-то спросить меня?

Услышав слова маленькой хозяйки, Цин Юэ поспешно ответила вопросом:

– Барышня, можем ли мы... доверять Цюй Лэ с этого момента?

Цинь Ваньжу поразмыслила и ответила:

– Я бы сочла ее временно пригодной для использования, но мне все еще нужно присмотреться к ней некоторое время.

– Так ее отец говорил правду? – Цин Юэ все еще сомневалась. Она подумала, что Цюй Лэ надежна, и барышня теперь была благодетельницей ее и ее семьи. Тем не менее, Цин Юэ не осмеливалась полностью доверять ей.

– Да, правду! Он верный слуга. Прошло так много лет, но он все еще продолжает поиски своего мастера! – Цинь Ваньжу вздохнула и многозначительно сказала: – Он сделал это ценой пожертвования собственной дочерью!

Он был умным человеком, блестяще подготовленным. Он даже умел говорить так, чтобы не было чрезмерных эмоций, и мог вызвать сочувствие людей несколькими короткими предложениями. Если бы он стал заботиться только о себе, работая во многих областях, было невозможно, чтобы он не мог сам вырастить своих детей.

Тем не менее, он закончил так!

Он заслужил вздохи и восхищение людей, но независимо от того, насколько ему следует быть признательным за верность своему хозяину, Цинь Ваньжу не была бы таким добрым, но глупым человеком, и она не позволила бы другим строить ей козни свободно.

– Так барышня имеет в виду, что то, что он сказал, было правдой, но как можно было не найти человека за столько лет? – удивленно спросила Цин Юэ.

– Его хозяин, возможно, уже мертв! В противном случае ему не потребовалось бы так много времени, чтобы найти его, но он так ничего и не выяснил! – Цинь Ваньжу покачала головой. Она тоже подумала, что это странно.

Однако это касалось других проблем поместья, и не имело к ней никакого отношения. У мадам Ди должна была быть веская причина уделять так много внимания этому вопросу, и она даже подумывала перетянуть Цюй Лэ на ее и Цинь Юйжу сторону.

Тем не менее, мадам Ди не ожидала, что Цинь Ваньжу воспользуется возможностью раньше других, поскольку торговка Йа привела Цюй Лэ к ней домой. Но мадам Ди удалось найти отца Цюй Лэ и попытаться заключить с ним сделку.

Потом она ненавязчиво расспросила отца Цюй Лэ о его проблемах, и, похоже, она была обеспокоена судьбой его хозяина. Однако отец Цюй Лэ был умен, он не раскрывал никаких секретов, и тогда мадам Ди открыто выразила свое намерение помочь ему с поисками.

Это не имело к ней никакого отношения, но у Цинь Ваньжу было очень невыразимое фантастическое чувство, и она даже почувствовала жалость к этому отцу и его дочери…

Цюй Лэ вернулась быстро, но она пришла, вытирая слезы на обратном пути.

После того, как она вошла в комнату, она снова трижды поклонилась Цинь Ваньжу, и Цинь Ваньжу дала знак Цин Юэ поднять ее на ноги.

– Ты знаешь о секрете своего отца? – небрежно спросила Цинь Ваньжу, рассеянно листая свои медицинские книги.

– Я не знаю о делах моего отца, и он никогда не говорил об этом ни со мной, ни с моими сестрами. Я не... подозревала, что он скрывал такой секрет. Раньше я ненавидела его за то, что он был ужасным отцом, – плача, ответила Цюй Лэ. Она мало что знала о своем отце раньше и всегда думала, что ее отец безответственный.

– Твой отец… верный слуга! – вздохнула Цинь Ваньжу, но не стала продолжать разговор. – Иди и умой лицо.

– Да, миледи! – Цюй Лэ кивнула головой и ответила с уважением. Ее отец всю дорогу до ворот монастыря давал ей наставления. Поскольку теперь она вошла в поместье генерала армии Нинъюань и пользовалась защитой второй мисс Цинь, она должна была быть верной ей, и обязана сделать абсолютно все по ее приказу.

Цин Юэ увела Цюй Лэ умыться, и глаза Цинь Ваньжу вернулись к ее книгам. Однако она почувствовала, что иероглифы убегают от нее, и сцена, когда отец Цюй Лэ смотрел на нее, вернулась в ее сознание.

В этот момент он вдруг на мгновение застыл!

Это было странно, как будто в тот момент он выглядел смущенным, но его замешательство быстро улетучилось.

Она неправильно поняла или неправильно оценила его реакцию? Она чувствовала, что этот проблеск означает глубокие последствия! В тот момент ее сердце тоже колотилось, как будто что-то проскользнуло в ее памяти, но потом ничего, просто ничего!

Ваньжу подняла руку и потерла лоб. Она чувствовала, что некоторые воспоминания, оставшиеся из ее предыдущей жизни, не были последовательными, а были отдельными фрагментами. Казалось, что интуиция подсказывает ей нечто важное, но она ничего не могла вспомнить.

***

В течение следующих нескольких дней Цинь Ваньжу жила своей обычной жизнью. Но постепенно уделяла все больше внимания Цюй Лэ. По некоторым вопросам, о которых Цинь Ваньжу не хотела, чтобы другие знали, она обращалась именно к Цюй Лэ.

После того, как она доверила Цюй Лэ выполнить много щекотливых поручений, она обнаружила, что Цюй Лэ умный, а иногда и решительный человек с молниеносной реакцией. Хотя девушка была служанкой второго ранга, ее действия никогда не показывали неполноценности.

Это стало приятной неожиданностью для Цинь Ваньжу, поскольку рядом с ней было мало верных людей. Она не чувствовала себя в безопасности, используя других слуг, поэтому она никогда не прибегала к их услугам в поместье.

Однажды Сяо Сюаньцзы подошел к Цюй Лэ, когда та поднимала нагруженную корзину с обедом, которую получила на монастырской кухне. Цюй Лэ сначала подумала, что он невоспитанный нахал, и не посмела привести его прямо к Цинь Ваньжу. Но Сяо Сюаньцзы сильно давил на нее, поэтому ей пришлось отвести его к Цин Юэ.

Цин Юэ увидела, что это Сяо Сюаньцзы, поэтому она увела его в сторонку, чтобы пошептаться. С тех пор, как они прятались в одном чане, они были неплохо знакомы друг с другом.

Убедившись, что вокруг никого нет, Цин Юэ остановилась и шепотом спросила его:

– Сяо Сюаньцзы, о чем ты хочешь поговорить с моей барышней? – Маленькая хозяйка велела ей, чтобы другие не знали о существовании Сяо Сюаньцзы, поэтому Цин Юэ была очень осторожна.

Сяо Сюаньцзы так спешил, что у него вспотел лоб. Он чувствовал, что Цин Юэ была его родственной душой, и его глаза были на мокром месте. Он притянул ее ближе к себе и сказал:

– Наш мастер очень болен!

– Разве ваш мастер не болен все время? – Цин Юэ стала осторожной, когда услышала, что это новость о маленьком короле.

С ее точки зрения, цвет лица Чу Лючэня всегда был ужасным, и он все время болел, что было его естественным состоянием.

– На этот раз все намного хуже! Он… он слишком перенапрягся в тот день, когда генерал армии Нинъюань женился! – Сяо Сюаньцзы боялся, что Цин Юэ не воспримет его слова всерьез, поэтому он описал это с более подробной информацией.

– И что с ним случилось в тот день? – Цин Юэ все равно пока ничего не понимала.

– В тот день… ему стало намного хуже. Но сейчас все совсем плохо – он отказывается принимать лекарства, поэтому я хочу попросить вторую мисс Цинь спасти его, – поспешно выпалил Сяо Сюаньцзы.

– Моя... моя хозяйка не может дать медицинский совет! – Цин Юэ выглядела нервной и боялась сообщить новость о том, что ее барышня может назначить медицинское лечение.

С его статусом в королевской семье ее маленькая хозяйка не могла позволить себе нести за это ответственность!

Сяо Сюаньцзы сжал кулаки и огляделся. Он приблизился к уху Цин Юэ и прошептал:

– Я не прошу вашу юную леди помогать с лечением болезни нашего хозяина, я только хочу, чтобы она подбодрила моего хозяина и убедила его принять лекарство пока не поздно. Мне кажется, что у него с ней сложились хорошие отношения!

Цин Юэ была так напугана его словами, что ноги перестали ее держать, и она чуть не упала!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 88. Враждебное «не твое дело!»

Глава 88. Враждебное «не твое дело!»

.

– Что? Твой принц так серьезно болен? – запаниковала Цин Юэ.

– Он сегодня еще не просыпался, если что-то случится с нашим принцем, это... будет ужасно! – Сяо Сюаньцзы тревожно топнул ногой.

Цин Юэ больше не смела медлить, поэтому она быстро сказала:

– Тогда подожди здесь, я сейчас же пойду к барышне!

Оставив Сяо Сюаньцзы ждать на улице, она развернулась и помчалась во двор. Увидев, как резко изменилось ее лицо, Цюй Лэ не осмелилась спросить ее, что случилось.

– Барышня, хозяин Сяо Сюаньцзы так болен, что потерял сознание, но все равно отказывается принимать лекарства!

Когда Цин Юэ поспешно вошла в комнату, Цинь Ваньжу как раз выбирала из книги засушенные кленовые листочки правильной формы. Она хотела сделать закладки с красивыми надписями. Услышав, что сказала горничная, она от неожиданности проткнула кленовый лист ножницами, и теперь он был безнадежно испорчен.

– Что случилось? – спросила Цинь Ваньжу, поднимая голову.

– Я сама не знаю! Сяо Сюаньцзы примчался ко мне и просит вас пойти и посмотреть, – пояснила Цин Юэ.

– Тогда давай пойдем и посмотрим! – Цинь Ваньжу отложила ножницы и кленовый лист, который держала в руке, подобрала край юбки и вышла из дома, столкнувшись во дворе с Цюй Лэ, которая несла корзину с едой.

Цюй Лэ опустила на землю тяжелую корзину, которую несла в руке, и спросила:

– Миледи, вы куда-то уходите прямо сейчас?

– Мы с Цин Юэ идем по делам, а пообедаем позже. Ты пока убери кленовые листья в комнате, – небрежно ответила Цинь Ваньжу.

– Да, миледи! – Цюй Лэ приняла ее приказ и отступила в сторону, давая им дорогу.

Цинь Ваньжу поспешно вышла на улицу, а Цин Юэ быстро пробежала несколько шагов, чтобы догнать ее, и пошла впереди. Возглавляя путь, она повела Цинь Ваньжу к ожидающему неподалеку Сяо Сюаньцзы.

– Вторая мисс Цинь... – Сяо Сюаньцзы был так взволнован при встрече с Цинь Ваньжу, что чуть не заплакал.

– Пойдем, пойдем вместе к твоему хозяину! – сказала ему Цинь Ваньжу и прошептала себе под нос: – Если с Чу Лючэнем что-нибудь случится в Цзянчжоу, тогда весь Цзянчжоу окажется в беде.

Учитывая его социальный статус и положение в стране, император в столице должен был сделать что-то более громкое для компенсации, потому что последствия этой ситуации равнялись убийству принца короны.

В противном случае не было никакого способа убедить людей всего мира в случайности такого несчастья, и даже учебники истории будут подвергнуты критике за правду.

Если бы принц Чэнь не был так молод, именно он был бы тем, кто сейчас сидит на троне. Теоретически, он был истинным наследным принцем. По этой причине, несмотря на то, что у нынешнего императора есть несколько принцев, ни один из них не был утвержден в качестве официального кронпринца, который мог бы унаследовать трон в будущем.

Все придворные также заняли выжидательную позицию.

Если бы что-нибудь случилось с Чу Лючэнем в это время, императору пришлось бы наказать некоторых людей и осудить кого-то, иначе вся страна была бы в смятении. И среди тех, кто будет назначен виновным, в первую очередь окажутся чиновники провинции Цзянчжоу, и Цинь Хуайюн будет первым в списке, неся основную тяжесть наказания!

Дворик принца, который располагался неподалеку от монастыря, не изменился, но большое глубокое кресло для отдыха исчезло. Сяо Сюаньцзы отвел Цинь Ваньжу в дом, и после того, как они прошли мимо десятка складных ширм и поднялись наверх, они попали в спальню, где увидели Чу Лючэня, лежащего на кровати с бледным лицом.

Ваньжу немного запаниковала.

С этим мальчишкой ни в коем случае не должно ничего случиться. Если он пострадает, Цинь Хуайюн определенно должен будет ответить за это, и, возможно, всю его семью казнят и уничтожат клан!

Сделав глубокий вдох, Ваньжу решительно шагнула вперед и вытащила руку принца из-под одеяла. После того, как она успокоилась, она осторожно проверила его пульс.

Его пульс медленно бился, как будто что-то блокировало его.

Как только она услышала это, то сразу поняла, что он в тяжелом состоянии. Ваньжу открыла глаза и увидела, что на стол рядом с кроватью поставили чашу с лекарством. Лекарство было уже холодным, и тепла не осталось совсем.

Ваньжу протянула руку и прикоснулась к чаше. Отвар действительно полностью остыл, и выражение ее лица стало ужасным.

– Как ты посмел дать своему хозяину такое холодное лекарство? Хочешь, чтобы он еще и простудился?

– Вторая мисс Цинь, мастер отказался пить лекарство. Лекарство оставили здесь остывать. На плите готовят новую порцию, я сейчас же подам ему горячий отвар – Сяо Сюаньцзы схватил чашу и запричитал: – Ужен несколько дней мой господин отказывается пить лекарство и больше не может есть!

– Кто выписал ему этот рецепт? – Ваньжу нахмурилась, и ее тонкие брови сошлись вместе. Выходит, дело было не в том, что лекарство не помогало, а в том, что Чу Лючэнь не хотел пить его вовремя.

– Это прописала Преподобная монастыря Цзиньсинь. На самом деле оно хорошо помогало, но мастер больше не хочет его принимать!

Сяо Сюаньцзы перепробовал все методы уговоров, но Чу Лючэнь продолжал игнорировать его. Не найдя других решений проблемы, верный евнух подумал о Цинь Ваньжу.

В землях Цзянчжоу только у второй мисс Цинь были необычные отношения с его мастером, поэтому он мог только ее позвать на помощь.

– Иди и принеси еще одну чашу лекарства! – Ваньжу доверяла мастерству настоятельницы монастыря Цзиньсинь. Хотя она считала, что рецепт настоятельницы был менее подробным и всеобъемлющим, чем рецепт монахини Минцю, в целом он был очень хорошим.

– Да, я сейчас все сделаю! – с поклоном попятился из комнаты Сяо Сюаньцзы.

Ваньжу снова взяла Чу Лючэня за руку. У него была большая рука, которая сейчас могла уместить ее две маленькие. Посмотрев на его плотно закрытые глаза, она без малейшего колебания использовала свои острые ногти и сильно надавила кончиками большого и указательного пальца ему на веки, раскрывая глаза.

Должно быть, она приложила слишком много силы!

– Ай-яй! – Паренек на кровати вскрикнул от боли, и его длинные ресницы затрепетали.

Чу Лючэнь открыл глаза, в которых витал холод, и люди могли чувствовать в нем какое-то мрачное ощущение, которое не давало никому приближаться к нему. Когда он посмотрел на Цинь Ваньжу невозмутимо, без теплоты или снисхождения, в нем не осталось ничего мальчишеского.

Выражение его лица напугало Цин Юэ, и она в панике опустила голову. Несмотря на то, что Чу Лючэнь был так болен, что мог только лежать на кровати, он все равно вызывал у людей озноб и панику, которая обдавала холожом их позвоночники.

– Вы должны принимать лекарства, когда больны. Если вы этого не сделаете, как тогда вы сможете выздороветь? – У его кровати стоял маленький табурет, поэтому Ваньжу взяла его и села рядом, а затем положила руки на кровать. Она не подала виду, что тоже немного испугалась.

Чу Лючэнь холодно посмотрел на одиннадцатилетнюю Цинь Ваньжу, уголки его тонких губ были плотно сжаты, и в них не было ни кровиночки.

Холодность, в которой, как ни странно, не было и следа гнева, была не присуща его возрасту, и вызывала оцепенение сильнее, чем его мрачность в прошлой жизни Цинь Ваньжу, и температура во всей комнате, казалось, понизилась на несколько градусов.

– Сяо Сюаньцзы скоро принесет вам лекарство, выпейте немного, принц, а затем выпьете еще немного после того, как пообедаете! – Ваньжу словно не видела ничего не выражающего лица и мрачных глаз Чу Лючэня. Она протянула руку, чтобы взять его за запястье и снова проверить пульс.

Теперь она убедилась, что он вовсе не был без сознания, он просто не хотел открывать глаза.

– Я не хочу ничего ни есть, ни пить! – Чу Лючэнь холодно посмотрела на Цинь Ваньжу, и эта тяжелая атмосфера заставила Цин Юэ еще ниже опустить голову и не сметь пошевелиться.

– Почему вы отказываетесь есть? – Цинь Ваньжу огорченно распахнула глаза и подняла к нему улыбающееся лицо. Ее по-детски пухленькое лицо разрумянилось после быстрой ходьбы, и розовый цвет контрастировал с ее белой кожей и делал ее более привлекательной. Улыбка светилась в уголках ее глаз, и в них было природное очарование, но она еще не выросла и все еще выглядела маленькой – скорее милой девочкой, чем красавицей.

– У тебя такой красивый цвет лица! – прошептал Чу Лючэнь и неожиданно поднял руку, чтобы коснуться ее маленького личика. Мягкое и теплое ощущение его ладони было очень приятным и дающим силы жить. Он на мгновение опешил, и его длинные ресницы несколько раз дрогнули. Казалось, что он и сам не мог прийти в себя от изумления.

Ваньжу не думала, что он погладит ее лицо, поэтому она удивленно уставилась на него. Его равнодушное лицо медленно стало расслабленным под ее взглядом, и его изысканные черты лица сразу ожили, словно прекрасного юношу с картины тушью медленно наполнили краски, оживив его безжизненное лицо.

Да, такое невыразительное лицо – это своего рода безжизненность!

– Так приятно! – Прищурившись, Чу Лючэнь вдруг опять протянул руку, глядя в ошеломленные красивые глаза Цинь Ваньжу, и слегка ущипнул ее за щечку, пока девчонка все еще в изумлении смотрела на него широко открытыми глазами. Его улыбка становилась все более и более заметной на его бледных губах.

– Эй! – Ваньжу яростно шлепнула его по руке – мальчикам и девочкам старше шести лет было запрещено касаться друг друга. Она могла с уверенностью сказать, что в первый раз Чу Лючэнь коснулся ее неосознанно, но на этот раз это было явно намеренно сделано.

Она использовала много силы, но не попала по его руке, потому что Чу Лючэню удалось легко уклониться от ее удара, и на его лице появилось плутоватое мальчишеское выражение.

– Мастер, вы наконец-то очнулись… Мастер… – Вошел Сяо Сюаньцзы, держа чашу с горячим лекарством. Когда он увидел оживленное выражение лица Чу Лючэня, он был так счастлив, что чуть не заплакал от переизбытка чувств и чуть не уронил чашу.

– Этот король не будет принимать лекарства! – надменно сказал Чу Лючэнь, сразу отвернувшись в другую сторону.

– Мастер, если вы не примите лекарство, как вы сможете поправиться? Если вы… – Сяо Сюаньцзы снова начал сокрушенно уговаривать принца, с озабоченным видом ставя чашу на стол.

Чу Лючэнь был недоволен и холодно сказал, лежа к нему спиной:

– Раздражаешь, проваливай!

– Маааастер... – протяжно застонал Сяо Сюаньцзы, потому что он был очень встревожен. Не принимая никаких лекарств, принц добился только того, что его состояние ухудшалось, и это сильно тревожило верного евнуха. – Ваше величество...

– Почему ты все еще стоишь здесь? Ты хочешь рассердить этого короля? – Голос Чу Лючэня был не только холодным, но и немного враждебным, и он немедленно прервал слова Сяо Сюаньцзы.

– Ваше величество... – Глаза Сяо Сюаньцзы покраснели от беспокойства. Хотя его несмелый голос взывал к Чу Лючэню, в этот момент он с надеждой смотрел на Цинь Ваньжу.

Подумав некоторое время, она взмахом руки прогнала слуг, приказав:

– Сяо Сюаньцзы, Цин Юэ, немедленно идите вниз!

– Леди Цинь... – Сяо Сюаньцзы вздохнул с облегчением, но Цин Юэ запаниковала.

– Со мной все будет в порядке. Ты можешь спокойно уйти вместе с Сяо Сюаньцзы! – Цинь Ваньжу глубоко вздохнула, подумав, что было бы лучше, если бы Цин Юэ и Сяо Сюаньцзы ушли отсюда. То, что она планировала сделать, точно не сделает Чу Лючэня счастливым, и он может даже разозлиться. Поэтому она приказала слугам уйти на случай, чтобы он не сорвал свой гнев на Цин Юэ.

– Да, миледи! – Из-за настойчивости маленькой хозяйки Цин Юэ пришлось отступить. Когда она подошла к порогу двери, она оглянулась с глубоким беспокойством. На самом деле, она все еще чувствовала себя очень встревоженной.

Цинь Ваньжу снова помахала ей рукой, и Цин Юэ, наконец, ретировалась из комнаты.

После того, как все остальные вышли из комнаты, Цинь Ваньжу обернула руку носовым платком и взяла горячую чашу со стола. Затем она подошла к кровати и снова села, подула на жидкость, прищурившись на гордого молодого человека в постели, и ласково спросила:

– Принц, почему вы не хотите принимать лекарства? Должна же быть причина, верно?

– Не твое дело! – недовольно усмехнулся Чу Лючэнь, его голос был полон враждебности.

– На самом деле, я не хочу вмешиваться в ваши дела, но мне все еще нужна ваша помощь. Если вы сляжете и оставите меня в таком отчаянном положении, тогда к кому же мне обратиться? – расстроено сказала Цинь Ваньжу, нахмурившись и смущенно поджав вишневые губки. – Это дело касается болезни вдовствующей императрицы, и я буду чувствовать себя неуверенно, если попрошу кого-то другого о помощи. Я также беспокоюсь, что другие присвоят мою заслугу! Что мне делать?!

Ее план был связано с информацией, которую она услышала в своей прошлой жизни…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 89. Еще ничего не закончено, ты все еще многим обязана этому королю!

Глава 89. Еще ничего не закончено, ты все еще многим обязана этому королю!

.

– Что это? – После того, как Цинь Ваньжу закончила свое предложение, долгое время царила тишина, и Чу Лючэнь, наконец, задал ей этот вопрос.

Цинь Ваньжу сразу успокоилась. Значит, своенравный юный принц еще в состоянии оставаться рассудительным. С улыбкой посмотрев ему в спину, она сказала:

– Июльский аромат!

Когда она недавно читала медицинскую книгу, у нее возникло знакомое ощущение. Думая об этом снова и снова, она вспомнила, что у вдовствующей императрицы было плохое здоровье, у нее были симптомы дефицита ци и кашель с кровью. Одним из основных лекарств при лечении является июльский аромат, который часто используется в таких случаях.

Из-за неподходящей почвы и воды в столице не растет июльский аромат. Условия произрастания этого лекарственного растения подходят для района Цзянчжоу, но оно и тут также встречается очень редко. Его можно считать встречающимся, но не обязательным, и каждый год его собирают недостаточно!

– О чем ты? – Заинтересованный Чу Лючэнь повернул голову и слегка приподнялся на локте. Цинь Ваньжу поспешно подложила ему под спину подушку, чтобы помочь ему сесть.

Она не была удивлена его реакцией. В своей прошлой жизни она слышала, что вдовствующая императрица во Дворце больше всего любила этого своего внука. Ей он нравился больше, чем принцы, рожденным от нынешнего императора, и из-за любви вдовствующей императрицы он стал королем Чэнь, когда ему не дали унаследовать трон своего отца. Теперь, благодаря ее покровительству, он мог себя вести как угодно во Дворце.

Никто не осмеливался легко провоцировать его.

У него, естественно, были хорошие отношения и с королевой-матерью.

Чаша уже не была горячей, поэтому Цинь Ваньжу протянула ее Чу Лючэню, бросив на него выразительный взгляд. Она посмотрела, моргая ресницами, на чашу, потом перевела взгляд на лицо принца и снова заморгала, показывая ему, чтобы он выпил лекарство!

Отвар был густым и приторным. Цинь Ваньжу с первого взгляда поняла, насколько он не вкусный. Она с отвращением отшатнулась назад, когда запах из чаши ударил ей в нос. На самом деле она больше всего боялась пить такое горькое лекарство.

И тут ее вдруг ласково погладили по голове…

Кто знает, подействовали ли слова Цинь Ваньжу, или сыграло свою роль отвращение на ее маленьком личике, но Чу Лючэнь взял чашу и выпил все до последней капли.

Закончив, он протянул чашу обратно своей маленькой «лекарке», снова погладил ее по голове и, прищурившись, посмотрел ей в глаза.

– Это на самом деле все это бесполезно для меня!

Цинь Ваньжу молча взяла чашу, отставила ее в сторону и незаметно скривила губы. Если бы он вышел из себя и не выпил лекарство, ему пришлось бы позволить такой маленькой девочке уговорить себя. Он также возненавидел бы себя за то, что он такой капризный, как несмышленый ребенок.

– Ты нашла июльский аромат определенного года? – Чу Лючэнь ловко выхватил носовой платок из руки Цинь Ваньжу, беспардонно вытер губы и бросил ей обратно носовой платок. Выражение его лица осталось совершенно естественным, как будто носовой платок девочки изначально принадлежал ему.

Этот высокородный гордый принц был действительно высокомерным типом со странностями!

Цинь Ваньжу безмолвно посмотрела на свой испачканный носовой платок, расправила его ладошкой, делая вид, что не видит ничего неприличного, и кивнула головой.

– Я нашла давний июльский аромат!

Чем дольше хранилось растение, тем лучше был эффект от него!

Независимо от того, почему Чу Лючэнь появился в Цзянчжоу, этот драгоценный июльский аромат, несомненно, был одной из его целей в этом путешествии.

– Где трава, и сколько ее? – спросил Чу Лючэнь.

Цинь Ваньжу скривила губы и улыбнулась:

– Есть пять стеблей, которым около ста лет!

– Где они? – требовательно спросил принц.

– Хранятся в монастыре Цзиньсинь! – Цинь Ваньжу не стала этого скрывать.

На самом деле эта драгоценная трава была подарком ей от настоятельницы женского монастыря Цзиньсинь. Это должно рассматриваться приветственным подарком Цинь Ваньжу от старейшины ее наставницы, чтобы показать благосклонность молодому поколению. Но пока стебли все еще по-прежнему хранились у настоятельницы монастыря Цзиньсинь.

– У Преподобной монастыря Цзиньсинь? – Чу Лючэнь задумчиво коснулся своего подбородка.

– Да, у настоятельницы монастыря Цзиньсинь! – утвердительно кивнула Цинь Ваньжу, а затем ее прелестные глаза снова наполнились слезами и заблестели. – Когда вы, принц, получите их, пожалуйста, не забудьте о моем вкладе!

Теперь, когда появился такой шанс поставить себе это в заслугу, Цинь Ваньжу не позволила бы этой возможности ускользнуть от ее рук.

– Хорошо, этот король запомнит, в награду я верну тебе это! – нетерпеливо сказал Чу Лючэнь. Пошарив под подушкой, он на ощупь нашел какой-то предмет и бросил его Цинь Ваньжу, как мусор.

Цинь Ваньжу инстинктивно поймала предмет и только потом поняла, что это была ее собственная печать. Она подняла голову и посмотрела на его смятую подушку, потеряв дар речи.

Те, кто был не в курсе, наверняка подумал бы, что эта печать была для него очень важной вещью, поэтому он, даже ложась в кровать, хранил ее под подушкой.

Как бы там ни было, Цинь Ваньжу все равно была рада получить свою печать обратно, поэтому она встала, почтительно поклонилась и сказала с глубоким уважением:

– Большое спасибо, ваше величество!

Чу Лючэнь поднял брови и слегка улыбнулся.

– Цинь Ваньжу, ты все еще многим обязана этому королю, это еще не конец!

Его красивое лицо снова стало нежным и элегантным. Несмотря на то, что паренек выглядел бледным и слабым, он все еще был благородным аристократом, похожем на жемчужину, с бездонными глазами под длинными ресницами.

– Да, тысячу раз благодарю вас, ваше величество, за вашу доброту! – Ваньжу снова беспомощно поклонилась надменному мальчишке.

Этот король Чэнь был таким мелочным, что подсчитывал каждую услугу, которую он сделал для нее, даже когда был так тяжело болен. Он вообще не хотел, чтобы другие использовали его в своих интересах. Она напомнила себе, что этот принц, который так благороден по статусу и будет обладать безграничной властью в будущем, сейчас такой же маленький, как она сама. Что ж, если невозможно избежать его мелочности, она склониться перед ним, чтобы использовать его власть и дальше.

На этот раз Чу Лючэнь слабо фыркнул, что было расценено Ваньжу как ответ. Затем он посмотрел на Цинь Ваньжу и красноречиво перевел взгляд на маленький табурет у кровати.

Ваньжу поняла, что ей снова придется сесть на табурет. А она так надеялась, что можно уже слинять отсюда.

– Почему еще не принесли еду, король голоден! – сердито крикнул Чу Лючэнь в сторону двери.

Ваньжу искоса посмотрела в ту сторону и увидела там знакомый уголок одежды – там явно прятался Сяо Сюаньцзы. Он незаметно подслушивал из-за страха рассердить короля Чэня потому, что беспокоился из-за того, что она вольно разговаривала с Чу Лючэнем!

– Да... да, ваш покорный слуга подаст вам еду прямо сейчас!

Сяо Сюаньцзы был вне себя от радости, когда услышал, что Чу Лючэнь высказал желание поесть, и поспешно вошел в дверь с широкой улыбкой на лице. Он не мог поверить, что эта маленькая мисс Цинь'эр действительно обладала такой властью над гордым принцем. Она не только заставила принца послушно выпить лекарство, но даже уговорила его поесть!

До этого момента он очень боялся все испортить, выдав свое присутствие!

– Ты уже давно подслушиваешь под дверью?

Улыбка Сяо Сюаньцзы поблекла, затем он в панике затряс руками.

– Нет... нет, господин, я только что пришел сюда, все не так… Я ничего не слышал!

– Правда ничего не слышал? – мрачно спросил Чу Лючэнь.

На этот раз у Сяо Сюаньцзы не хватило смелости солгать, он опустил голову и робко сказал:

– Господин, я просто беспокоился… беспокоился о вас, поэтому я немного подслушал… Я на самом деле только краешком ужа слышал вас!

– Ты подслушивал меня только одним ухом? – Чу Лючэнь улыбнулся нежной улыбкой, но за ней скрывалось леденящее душу чувство угрозы.

– Да...– запнулся Сяо Сюаньцзы, – да, только одним ухом!

Чу Лючэня скривил губы и улыбнулся еще ярче.

– Поскольку ты слушал только одним ухом, тогда какая польза от второго уха? Отрежь его!

Сяо Сюаньцзы задрожал, и его зубы начали выбивать дробь. Он грохнулся на колени.

– Хозяин… пощадите меня! Помилуйте!

– Ладно, иди и подай мне еду! Не забудь слушать в оба уха в следующий раз, когда захочешь послушать!

В хорошем настроении Чу Лючэнь протянул руку и похлопал по краю своего одеяла, решив больше не пугать своего личного евнуха.

– Да… мой господин! – Теперь Сяо Сюаньцзы также понял, что его хозяин просто играл с ним, поэтому он встал с улыбкой и поспешно спустился вниз, чтобы приказать слугам подать еду.

Ваньжу беспомощно посмотрела на красивого подростка, который самодовольно откинулся на подушки. Глядя на него, она с опаской подумала, что он не так слаб, как выглядел несколько минут назад, когда даже не хотел шевелиться.

Еду подали почти мгновенно. Четыре блюда и один суп были готовы давным-давно, и вся эта еда очень подходила таким ослабленным больным, как принц. Все блюда были легкими и питательными.

Казалось, что у Чу Лючэня не было аппетита, и после того, как он взял палочками для еды несколько кусочков, он больше не стал есть. Он поднял голову и увидел взгляд девчонки, которая смотрела на еду голодными глазами!

– Ты уже обедала?

Цинь Ваньжу покачала головой. Она собиралась поесть, но пришел Сяо Сюаньцзы, и теперь она почувствовала дикий голод, когда увидела вкусную еду.

Кусая свои вишневые губки, Цинь Ваньжу надулась и опустила голову. Теперь она чувствовала сильный голод, так как пропустила свой обед, и все эти блюда выглядели восхитительно.

– Хочешь немного перекусить? – игриво предложил Чу Лючэнь и вдруг почувствовал, что эта идея не так уж плоха. Он тут же велел Сяо Сюаньцзы, который ждал рядом с ними: – Подай для Цинь Ваньжу пару палочек для еды и набор тарелок. Этот король желает пообедать с ней.

– Господин... – Сяо Сюаньцзы на мгновение опешил, потому что его хозяин больше всего не любил есть с другими людьми. Даже с королевой-матерью он очень редко соглашался разделить трапезу.

Чу Лючэнь прищурился на Цинь Ваньжу, подгоняя евнуха:

– Двигайся шустрее!

Его взгляд переместился с белоснежной кожи девочки на вишневые губы. Услышав его слова, она сжала губы, отчего ее нижняя губа стала очень плоской, а щечки выпуклыми. Если бы он мог добавить немного пузырьков на ее лицо, она могла бы выглядеть как выпуклый рот золотой рыбки!

Она действительно забавна…

А еще ему нравился цвет ее губ!

По сравнению с цветом его всегда бледных губ, ее цвет губ с первого взгляда заставил его почувствовать себя очень энергичным. Это действительно был завидный цвет губ!

Почувствовав, что взгляд Чу Лючэня упал на ее лицо, Цинь Ваньжу поспешно отпустила прикушенную верхнюю губу.

Сяо Сюаньцзы шустро подал ей набор тарелок и палочек для еды, а также наполнил маленькую миску рисом. Посмотрев на блюда, Цинь Ваньжу решила не отказываться. Более того, казалось, что она не смогла бы отказаться, даже если бы захотела.

Во всяком случае, она тоже голодна, и сегодня ее считают достойной уровня министра!

Неприятным следствием было то, что после того, как она с удовольствием закончила свою трапезу, она обнаружила, что Чу Лючэнь, сидящий напротив нее, продолжал смотреть на нее в оцепенении.

Цинь Ваньжу моргнула, понятия не имея, на что он смотрит, поэтому она неосознанно вытерла лицо носовым платком. Затем она увидела Сяо Сюаньцзы, который изо всех сил старался не смеяться, кривя лицо в страшных гримасах, а Чу Лючэнь едва не уронил миску, которую держал в руке, из-за своего дикого смеха.

Ее длинные и загнутые ресницы затрепетали, под ними сверкнули большие яркие глаза, и Ваньжу подозрительно проследила за пристальным взглядом Сяо Сюаньцзы, который посматривал то на ее лицо, то на носовой платок.

На платочке оказались следы лекарственной пены, которую только что вытер Чу Лючэнь. Мгновение и она покраснела от стыда.

Цинь Ваньжу швырнула носовой платок и прикрыла руками лицо там, где она только что поспешно вытиралась, одновременно вскакивая и выбегая за дверь.

Чу Лючэнь, должно быть, сделал это нарочно!

Этот человек всегда был коварным злобным интриганом. Он намеренно вынудил ее поспешно вытереться грязным носовым платком. Было излишне говорить, что на ее лице должны остаться темно-коричневые пятна.

Позади нее звенел неудержимый смех Чу Лючэня.

– Барышня! – Цин Юэ послушно ждала во дворе, и когда она увидела, что Цинь Ваньжу выскочила как ошпаренная, закрыв лицо, она запаниковала и поспешила к хозяйке.

– Носовой платок. – Ваньжу втайне стиснула зубы.

Цин Юэ поспешно протянула ей чистый носовой платок, который держала в руке. Цинь Ваньжу схватила его и яростно вытерла лицо. Вытираясь, она поспешно вышла из двора на улицу, чувствуя все большую ненависть к смеху позади нее.

Этот парень хорошо ее изучил, поэтому предугадал ее инстинктивную реакцию и заставил ее измазать себя!

Это было так подло!

Может быть, он заранее предвкушал этот момент, и поэтому предложил ей пообедать с ним, а потом просто ждал, когда она выставит себя дурочкой!

***

Цинь Ваньжу поспешно вернулась в женский монастырь Цзиньсинь, но вместо того, чтобы направиться в свой двор, она пошла в хижину монахини Минцю.

Было кое-что, о чем она должна была сначала договориться с монахиней Минцю.

Причина, по которой она не сказала Чу Лючэню, что стебли июльского аромата были подарены ей настоятельницей монастыря, заключалась в том, что она внезапно вспомнила о катастрофе, постигшей женский монастырь Цзиньсинь.

Она хотела помочь женскому монастырю Цзиньсинь избежать этой трагедии!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 90. Все выглядит похоже, и время сходится!

Глава 90. Все выглядит похоже, и время сходится!

.

Хижина, в которой жила монахиня Минцю, казалось, все время запиралась на случай нарушения ее спокойствия.

Теперь Цинь Ваньжу была знакома с этим обманным приемом – она сняла висячий замок и вошла внутрь.

Это был маленький буддийский зал, в котором стоял небольшой Будда, расположенный в центре комнаты. Будда был в образе Гуаньинь с тысячами рук. Он выглядел живым, и его вид был дружелюбным, но в то же время достойным и благородным. Люди проявили бы к статуе искреннее уважение, просто взглянув на нее.

В зале горели три благовония, распространяя легкий аромат.

Монахиня Минцю, сидя на тростниковой подушке, закрывала глаза и тихо напевала Священные Писания, но выглядела она очень набожной.

Цинь Ваньжу взяла тростниковую подушку, села рядом с монахиней и поклонилась Будде. Возрождение заставило ее очень уважать богов.

После того, как она преклонила колени, она благоговейно сложила ладони и неподвижно сидела, слушая голос монахини Минцю, напевно произносящей Священное Писание.

Так длилось очень долго, потом монахиня Минцю открыла глаза и улыбнулась своей высокородной маленькой ученице:

– Почему вы пришли сегодня так рано?

Обычно Цинь Ваньжу отдыхала после обеда, а затем приходила сюда.

Цинь Ваньжу повернулась на своей подушке в другую сторону, лицом к монахине Минцю, и очень серьезно сказала:

– Мне нужно кое-что сказать вам, монахиня.

– Что такое? – удивленно спросила монахиня Минцю.

– Монахиня, вы ведь помните, что настоятельница подарила мне пять стеблей июльского аромата? – перешла прямо к делу Цинь Ваньжу.

Монахиня Минцю с улыбкой утвердительно кивнула головой.

– В то время я их не взяла, – продолжала говорить дальше Цинь Ваньжу, – и попросила оставить на хранение в сокровищнице монастыря Цзиньсинь. Недавно я узнала, что из столицы приехал кто-то очень важный, поэтому я решила преподнести июльский аромат этому человеку в дар от имени монастыря Цзиньсинь, – сказала Цинь Ваньжу, тщательно подбирая слова.

– Хочешь подарить их высокому гостю из столицы? – удивилась монахиня Минцю и поинтересовалась: – Тогда почему бы тебе самой не отдать ему драгоценные стебли?

– Столетний июльский аромат принадлежит монастырю Цзиньсинь, и если я хочу отдать эти стебли вельможе из столицы, я думаю, что лучше преподнести их от имени монастыря Цзиньсинь. С одной стороны, у меня, ребенка, не может быть такого драгоценного дара, а с другой стороны, вы могли бы получить награду от высокопоставленного человека для монастыря Цзиньсинь, или монастырь Цзиньсинь мог бы рассчитывать на эту награду в будущем.

Цинь Ваньжу говорила мягким голосом, но ее глаза показали недетскую глубину, однако монахиня Минцю не заметила этого.

Цинь Ваньжу не была ясновидящей, но кое-что случилось в ее предыдущей жизни. Когда она услышала, что монастырь Цзиньсинь был разрушен, к тому времени она была уже в столице. Эту новость она узнала из разговора Цинь Юйжу и мадам Ди.

Настоящая причина уничтожения монастыря оставалась ей неизвестной, было сказано только, что в монастыре Цзиньсинь укрывался злой вор, поэтому все обитатели монастыря Цзиньсинь были арестованы и сосланы в другие женские обители.

Однако так же говорилось, что позже произошло больше событий, и все эти монахини были схвачены и доставлены в столицу.

В то время она была заперта на своем заднем дворе, где рядом с ней не было верных людей. После этого она больше ничего об этом деле не слышала. В любом случае, она не хотела видеть, как монастырь Цзиньсинь, где так много простых людей получили помощь, был уничтожен, и она предпочла бы не видеть, как настоятельница монастыря Цзиньсинь и монахиня Минцю попали в беду!

– Важный человек? – Монахиня Минцю нахмурилась, потому что понятия не имела, о чем говорит ее маленькая ученица.

– Могущественный вельможа, но он сильно болеет. Этот человек сейчас проходит лечение у настоятельницы монастыря Цзиньсинь, и родом он из столицы. – Цинь Ваньжу не могла слишком сильно раскрыть личность Чу Лючэня, поэтому ей пришлось говорить туманно.

Основываясь на всех сообщениях и требованиях Чу Лючэня к настоятельнице монастыря Цзиньсинь, это можно было бы сделать в значительной степени.

– Если ты хочешь, чтобы монастырь Цзиньсинь заслужил эту награду, тогда мне остается только поблагодарить тебя. – Монахиня Минцю не была упрямой или дотошной, поэтому она улыбнулась девочке в знак принятия ее благосклонности, и не стала расспрашивать ее, откуда она все это знает.

После этого монахиня Минцю встала, пригласила Цинь Ваньжу в соседнюю комнату и начала учить ее медицине.

***

Чу Лючэнь был в хорошем настроении, когда смотрел, как Цинь Ваньжу смущенно закрывает свое крошечное личико и быстро уходит. Он даже добавил еще риса в свою миску, но это только сделало Сяо Сюаньцзы очень счастливым и заставило убедиться, что то, что он решил сделать сегодня, было правильным.

Какое счастье, что вторая мисс Цинь согласилась прийти. Иначе принц не был бы таким покладистым и не стал бы есть ни крошки. Когда он в прошлый раз захандрил и отказался от еды и лечения, это вызвало ужасный переполох и даже сотрясло весь Дворец. На этот раз все закончилось, так и не начавшись, поэтому было очевидно, что принц пришел в хорошее расположение духа.

После обеда Чу Лючэнь счастливо лег спать, думая о коричневых разводах на личике всегда степенной и чинной Цинь Ваньжу, а затем он неудержимо рассмеялся. У него было мало сил из-за слабости, поэтому, насмеявшись от души, он вскоре заснул.

Чу Лючэнь долго спал спокойным здоровым сном и проснулся только вечером.

Сяо Сюаньцзы услышал, как его хозяин заворочался, поэтому он поспешил открыть занавес. Потом верных евнух пощупал лоб принца, чтобы проверить температуру, и с облегчением вздохнул. На этот раз все действительно окончилось быстро и без скандала.

Наблюдая, как Чу Лючэнь сам садится в постели и готовится встать, евнух поспешно остановил его:

– Хозяин, уже вечер, куда вы хотите пойти в такой час? Вам следует отложить все дела до утра и еще отдохнуть.

– Мне нужно срочно навестить настоятельницу монастыря Цзиньсинь, чтобы попросить у нее пять стеблей столетнего июльского аромата, – расслабленно сказал Чу Лючэнь.

– Хозяин, было бы слишком неловко беспокоить ее в такое позднее время, вы так не думаете? – Сяо Сюаньцзы взглянул на небо за окном и попытался переубедить принца. – Может, лучше сходить к ней завтра? Она так же могла бы дать вам дальнейшие рекомендации по лечению. К тому времени будет самое подходящее время посоветоваться с нею!

Чу Лючэнь тоже посмотрел в окно, так как он долго спал. Действительно, уже наступили сумерки.

– Тогда завтра! – Чу Лючэнь кивнул головой, откинулся на подушку, которую взбил для него заботливый евнух, и нашел удобное положение.

Сяо Сюаньцзы протянул принцу стакан теплой воды и с беспокойством спросил:

– Вам стало лучше?

Чу Лючэнь взял воду и сделал глоток, подняв свои холодные глаза.

– Лекарство неплохое; оно помогает.

– Это чудесно! – Сяо Сюаньцзы почувствовал облегчение, и его глаза заблестели. – Вы можете остаться в Цзянчжоу надолго и попросить настоятельницу назначить вам больше процедур. Когда вы найдете божественного врача, о котором упоминал доктор Ци, к тому времени вы поправитесь и немного окрепнете!

– Может быть, и нет, трудно сказать, когда я найду его! – Чу Лючэнь сузил глаза и решил не обращать на это внимания, поэтому он сменил тему. – Есть ли какие-либо новости из столицы?

Подсчитав прошедшие дни и то, что он замышлял ранее, что-то должно произойти во Дворце, и по всему именно сейчас. На этот раз отъезд из столицы был связан не только с поисками лечения.

– Я как раз собирался доложить вам, господин, что пришло письмо. В нем говорится, что вдовствующая императрица в ярости, и даже королева-мать была наказана. Королева-мать вместе со всеми наложницами два часа стояла на коленях перед дворцом вдовствующей императрицы! Император пришел просить прощения для них, но вдовствующая императрица по-прежнему не шла ни на какие компромиссы. Она посоветовала женщинам гарема уяснить свое место и заявила, что это они рассердили вас и прогнали.

Сяо Сюаньцзы внимательно изучил доклад из столицы и теперь подробно доложил ситуацию своему хозяину.

Чу Лючэнь расслабленно откинулся назад. Размышляя, он рассеянно посмотрел на занавес, и его губы изогнулись в гневе.

– Что он на это сказал?

Хотя он не сказал этого прямо, Сяо Сюаньцзы знал, что принц имеет в виду императора, поэтому Сяо Сюаньцзы поспешно сообщил:

– Император только пытался уговорить вдовствующую императрицу смягчиться, и сделал выговор королеве-матери и другим наложницам. Он больше ничего не стал делать, но сказал, что попросит вас вернуться как можно скорее.

– Похоже, что скоро от него поступит новое повеление! – усмехнулся Чу Лючэнь.

Страна была шахматной доской, а политика – шахматами. Он ввязался в эту большую игру давным-давно!

Момент перемещения шахмат обозначил кровавый дождь плюс беспорядки. Теперь спланированные события разворачивались перед его глазами.

***

– Что, эта семья переехала?! – Мадам Ди встала и несколько раз прошлась по комнате, ее лицо побагровело. Неужели маленькая зацепка, которую она наконец нашла, снова исчезнет? – Во всем виновата Цинь Ваньжу, эта маленькая тварь.

– Да, я проверила, никто из живущих поблизости не знает, куда переехала та семья. Мне просто сказали, что семья исчезла ночью, они даже оставили все тяжелые вещи, только упаковали и взяли с собой легкий багаж. – Бабка Чжоу тоже сильно нахмурилась.

Как няня, старуха Чжоу пришла со своей юной леди в поместье генерала из особняка герцога Юнкана, и если бы не ее цепкая память, мадам Ди не смогла бы узнать слугу своего столичного знакомого. В любом случае, она была леди из богатой семьи, как она могла узнать какого-то ничтожного раба?

– Где девчонка Цюй Лэ? – Мадам Ди развернулась и села обратно перед столом, ударив ладонью по столу, из-за чего чашка подпрыгнула, покатилась, упала на пол и со звоном разбилась вдребезги.

Увидев лицо мадам Ди, старуха Чжоу не осмелилась подойти собрать осколки, лишь поспешно ответила:

– Цюй Лэ все еще в монастыре Цзиньсинь, прислуживает нашей второй мисс.

– Эта тварь все еще держит ее при себе? Что она хочет сделать? – Мадам Ди немного запаниковала и с неуверенностью посмотрела на свою старую наперсницу. – Она ведь ничего не знает, не так ли?

– Не волнуйтесь, мадам, вторая мисс не может ничего знать. Она тогда была еще ребенком, который ничего не понимал, и была слишком мала, чтобы что-то запомнить. Прошло так много лет, и если бы старая мадам не сказала, что вы не ее родная мать, вторая мисс все еще не знала бы даже этого! – успокоила ее нянька Чжоу.

– Эта старая нищенка не может защитить даже себя, и как она посмела совать нос в дела других людей? Впрочем, даже если бы она все рассказала, чего она могла добиться этим? Старая приживалка все еще ничего не знает о том, что произошло на самом деле. – Мадам Ди почувствовала ненависть, заговорив о старой мадам Цинь, и она сказала это в гневе, в то время как мрак вспыхнул в ее глазах. Она накачала больную старуху таким количеством яда, так как та смогла прожить до сих пор?

Если бы старая мадам умерла, Шуй Жолань не смогла бы с достоинством выйти замуж в поместье в это время. Глаза мадам Ди выпучились, когда она с негодованием подумала о чем-то, что так разозлило ее. Злобный взгляд сделал ее красивое лицо совершенно уродливым.

– Мадам, не спешите. Это дело какое-то время не будет срочным. Кроме того, даже без этого лакея, разве у вас нет ничего другого, что могло бы стать доказательством? Когда придет время, вы сможете перенести все вещи в какое-нибудь тайное место, и все это будет в вашем распоряжении в столице! – понизив голос, нянька Чжоу принялась уговаривать хозяйку, но в конце она заколебалась. – Мы ничего не знаем точно, мы может только догадываться, верно?

Все это было предположением мадам, и никто не мог с уверенностью сказать, правда ли это!

– Все выглядит похоже, и время сходится! Генерал описывал мне того человека раньше. Сделай все, чтобы найти прячущегося лакея снова. Если будут какие-то новости, ты должна сразу сказать мне. На этот раз схвати этого лакея напрямую, чтобы такое не повторилось. Что касается других дел, мы поговорим об этом позже. – Мадам Ди чувствовала, что раньше она была слишком нерешительной, иначе она не позволила бы свидетелю вырваться из своих когтей.

Похитить людей и пытать их напрямую. Если бы мадам Ди могла что-нибудь узнать, это было бы здорово, даже если бы она ничего не получила, он был всего лишь слугой, потерявшемся в Цзянчжоу, лишить его жизни было не проблемой!

– Да, мадам, я все поняла! – со знанием дела ответила нянька Чжоу.

Мадам Ди снова пришла в ярость после того, как подумала об этом некоторое время:

– Изначально было решено, что эта девка будет служить мне и выполнять мои тайные поручения. Как он посмел послать ее к маленькой тварь? Он намеренно поступил вопреки моей воле?

Нянька Чжоу подумала, что это маловероятно, и покачала головой:

– Мадам, боюсь, что это просто совпадение. Изначально я собиралась выбрать служанок для старшей мисс, но не ожидала, что мне внезапно поручат срочно обновить служанок второй мисс, поэтому всех кандидаток, которых я приготовила для старшей леди, сначала повели во двор второй мисс. – Это действительно было совпадение, но это было совпадение по известной причине.

– Лучше бы это действительно было совпадением, иначе… Я никогда его не прощу! – Мадам Ди мстительно фыркнула, откинулась на спинку стула, протянула руку, потерла переносицу и холодно спросила: – Как там дела?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 91. Сегодняшнее птичье гнездо доставлено недавно?

Глава 91. Сегодняшнее птичье гнездо доставлено недавно?

.

Нянька Чжоу вздрогнула, когда мадам Ди задала вопрос. Она знала, куда клонит хозяйка, но боялась ответить.

– Что? Тебе нечего мне сказать? Генерал каждую ночь проводит, трахая эту шлюху? Бесстыдник! Он посмел пренебрегать мною, кувыркаясь в постели с распутной вдовой! – Мадам Ди так сильно стиснула зубы, что чуть не прикусила щеку. Ее глаза злобно уставились на няньку Чжоу, как будто перед ней была Шуй Жолань.

Старуха Чжоу поспешно начала утешать мадам Ди, говоря:

– Мадам… мадам, это только временно! Когда мы приедем в столицу, с одной стороны, наш особняк герцога окажет на него большее давление, а с другой стороны, я попрошу мадам герцога Юнкана отправить наших красавиц генералу. К тому времени он больше не будет чувствовать, что его новый брак интересен, и тогда он не будет так настроен против вас. Кроме того, старшая юная леди – единственная дочь генерала.

– Ладно, я пока потерплю! Я не верю, что когда мы будем в столице, Шуй Жолань, эта шлюха, все еще сможет сохранить свое положение и хорошо жить, а Цинь Хуайюн посмеет запереть меня на всю оставшуюся жизнь!

Яд почти сочился из глаз мадам Ди. Когда они вернутся в столицу, у нее будет множество трюков, благодаря помощи особняка герцога Юнкана.

– Мадам, не волнуйтесь, всего через несколько дней придут новости, управляющий мадам герцога Юнкана уже отправил гонца, – продолжала утешать хозяйку нянька Чжоу. В последние несколько дней она боялась, что мадам Ди не сможет этого стерпеть. Сейчас они были в Цзянчжоу, и если что-то действительно случится, родня из столицы не сможет защитить ее.

Слова мадам показали, что она, по крайней мере, все еще была в способна здраво мыслить, и верная служанка вздохнула с облегчением.

– Мадам, не хотите ли послать немного полезных добавок в монастырь для старой мадам? Позволите сопернице продолжать посылать их? – Няня Чжоу немного подумала и решила напомнить мадам Ди о важном аспекте. Хотя мадам была наказана, было уважительным поступком отправить полезные для здоровья добавки своей свекрови, и генерал не мог вмешаться и запретить это делать.

– Никаких знаков уважения старой нищенке! – Мадам Ди наотрез отказалась, выражение ее лица становилось все холоднее и холоднее, и она криво улыбнулась: – Шлюха продолжает посылать лекарства старухе? Откуда у нее так много лекарств?

– Она купила их в аптеках и скупила все, что считала полезным для здоровья. После этого она разобрала их и отправила на гору. Я слышала, что старая мадам была довольна! – сообщила няня Чжоу. Хотя леди Шуй сейчас отвечает за дела в поместье генерала, у мадам Ди в прошлом было много доверенных лиц, и было легко выяснить все, что она хотела знать.

– Она первым делом их рассортировала? – Мадам Ди задумалась над словами старой служанки. Потом неожиданно приказала: – Тайно добавь немного порошка из моего саше в эти лекарства, позволим Шуй Жолань отправить их на гору.

Ее слова так потрясли няньку Чжоу, что она смертельно побледнела. Ее голос звучал все тише и тише, когда она с дрожью задавала вопрос:

– Мадам, вы хотите подсыпать порошок травы Циньцю в лекарство старой мадам?

– Да, я постоянно раздумываю о том, как подобраться ближе к старой ведьме. Поскольку теперь Шуй Жолань горит желанием угодить ей лекарством, тогда пусть она его отправит. Если что-нибудь случится со старой нищенкой, никто не сможет обвинить меня в этом, – холодно процедила сквозь зубы мадам Ди.

– Но... но у леди Шуй нет причин желать смерти старой мадам! – Няня Чжоу почувствовала, что этот план небезопасен, и предостерегла хозяйку от опрометчивых действий. Все события происходили по какой-то причине, и, очевидно, старая мадам была твердой опорой Шуй Жолань, так зачем же ей добавлять в лекарство порошок травы Циньцю, который мог привести к смерти старой мадам?

– Может быть, она сама была невнимательна, когда проверяла состав лекарств. Если старой нищенке станет хуже, начнется такой переполох, что потом будет невозможно доказать, что это подстроила я, – равнодушно сказала мадам Ди, указывая пальцем в направлении на юг. – Если кому и не нравится наша старуха… Разве надменная и самовлюбленная девица из поместья магистрата не попала в беду из-за скандала в поместье генерала? Сейчас она должна люто ненавидеть старую мадам Цинь.

Она намекала на Ци Жунчжи, и няня Чжоу поняла ее.

– Тогда... мне сделать это? – уточнила старая служанка после секундного колебания.

– Давай, незаметно подсыпь порошок. Будь осторожна, никто не должен узнать об этом. Шуй Жолань недавно начала управлять гаремом, и она еще не набралась опыта, что она может знать! Ей никто не доверяет, кроме ее горничной. Она не разбирается в медицине, и даже если она проверит лекарства одно за другим, она не сможет обнаружить ничего подозрительного, – уверенно заявила мадам Ди, а затем снова предупредила служанку: – Помни, что нужно быть предельно осторожной, ни в коем случае не позволяй никому в поместье узнать об этом, особенно будь настороже с людьми генерала!

Люди Шуй Жолань не представляли опасности. Кто ужасен, так это люди Цинь Хуайюна. Если Цинь Хуайюн узнает, что это она добавила аллерген в лекарство матери, он никогда не простит ей этой подлости.

– Ваша старая раба будет осторожна, мадам, не волнуйтесь! – с тревогой в голосе сказала нянька Чжоу.

Мадам Ди немного подумала, а затем приказала ей:

– Подумай о том, как заставить самовлюбленную дурочку посетить монастырь Цзиньсинь хотя бы один раз. Было бы еще лучше, если бы она устроила там грандиозный скандал. Даже если потом выяснится, что старую мадам Цинь намеренно отравили, все будут подозревать только ее!

Ци Жунчжи была не только высокомерной, но и злобной, и она не смогла замять скандал, даже воспользовавшись преимуществами положения своего поместья. Теперь Цинь Юйжу отсутствовала, и она могла сорвать свою злость только на Цинь Ваньжу. Ходили слухи, что ее помолвка была отменена семьей жениха, поэтому сейчас она должна ненавидеть Цинь Ваньжу до мозга костей.

Всего несколько слов Ци Жунчжи с обвинениями в порочности, привели бы Цинь Ваньжу в ярость, и началась бы безобразная ссора.

Дружба между двумя домами была крепкой на протяжении многих лет. Мадам Ди очень хорошо знала, как использовать слабости надменной юной дурочки. Были слуги поместья магистрата, которые также имели тесные связи с няней Чжоу, поэтому старухе будет нетрудно манипулировать второй дочкой магистрата.

– Да, ваша старая раба понимает! – Няня Чжоу прояснила для себя ситуацию и достала саше со дна туалетного столика.

Мадам Ди всегда носила это саше раньше, но поскольку старой мадам больше не было в поместье, носить его дальше было бесполезно, поэтому она заменила его!

***

Когда Цинь Ваньжу вышла из дома старой мадам, уже стемнело. Она пришла сюда так поздно, потому что ей передали, что состояние бабушки снова резко ухудшилось.

Прикрываясь ученичеством у монахини Минцю, Цинь Ваньжу к этому времени уже могла открыто лечить старую мадам. После иглоукалывания и прижигания, ее бабушка заснула намного спокойнее.

Цинь Ваньжу позвала няню Дуань выйти на улицу и спросила ее, стоя в дверях:

– Тетя Дуань, моя бабушка сегодня соприкасалась с чем-нибудь необычным?

Здоровье старой мадам улучшалось, и она, казалось, быстро шла на поправку. Как она могла внезапно снова серьезно заболеть в это время?

– Утром все было хорошо. Старая мадам практически не кашляла, когда вы ее навещали. Но после обеда и недолгого сна старая мадам почувствовала себя нехорошо. В это время моя хозяйка ни с чем новым не контактировала. Она только съела кашу из птичьего гнезда, которая полезна для ее слабого здоровья. После этого она оставалась в комнате, и я все время находилась рядом с нею.

Няня Дуань тоже была сильно озадачена. Старая мадам делала все, что делала каждый день до этого. Но она вдруг начала сильно кашлять после того, как проснулась. На самом деле кашель стал лишь немного сильнее, чем в предыдущие дни, и его нельзя было даже сравнить с тем, что было раньше. Однако Цинь Ваньжу с самого начала сказала верной служанке, что если в состоянии здоровья старой мадам произойдут какие-то изменения, она должна немедленно сообщить ей об этом.

– Может старая мадам простудилась, потому что сбросила одеяло и замерзла, когда спала? – высказала догадку няня Дуань.

Цинь Ваньжу покачала головой. Если бы она не разбиралась в медицине, то могла бы предположить то же самое, но она только что проверила это. Не похоже, что болезнь ее бабушки вернулась, но, похоже, она была вызвана каким-то стимулом.

– Бабушка ела то же птичье гнездо, что и обычно? – заподозрила неладное Цинь Ваньжу.

Няня Дуань немного подумала и сказала:

– Это то, что обычно ест старая мадам. Леди Шуй приобрела новую партию у подножия горы. Поскольку предыдущие птичьи гнезда были почти израсходованы, на этот раз леди Шуй пополнила запас старой мадам, чтобы помочь ей поправиться.

Причина, по которой старая служанка так хорошо это помнила, была проста. Она заключалась в том, что юная прислужница, которая постоянно готовила птичье гнездо, пришла сказать ей, что птичьи гнезда, которые им прислали раньше, почти закончились, и их не хватит даже на тарелку каши. Она сама послала девочку сходить к недавно отправленным лекарственным материалам, чтобы взять еще. Конечно же, там были новые птичьи гнезда, которые служанка и приготовила старой мадам.

Няня Дуань всецело доверяла посылкам от Шуй Жолань.

– Сегодняшнее птичье гнездо доставлено недавно?

– Да, часть запасов привезли сюда сегодня, но большинство часть осталась с прошлого раза, и только немного продуктов и лекарств было добавлено сегодня, – подтвердила няня Дуань.

Внезапно Цинь Ваньжу в голову пришла идея, и она сказала в спешке:

– Иди и немедленно принеси мне их! Я хочу на них взглянуть!

– Да, я схожу за ними прямо сейчас! Вторая мисс, пожалуйста, подождите минутку! – Лицо няни Дуань побледнело. Если с лекарствами или добавками было что-то не так, то это была ее оплошность и ее недосмотр, поэтому она поспешно развернулась и вошла в дом.

Старая служанка слышала, что вторая юная леди училась медицине у настоятельницы монастыря Цзиньсинь и монахини Минцю, и сейчас она была уже вполне профессиональным врачом. Что касается причины заболеваний и диагноза, то то, что говорила вторая леди, естественно, оказывалось правильным!

Через некоторое время она принесла пакет с птичьими гнездами.

Цинь Ваньжу открыла внешнюю упаковку, внимательно посмотрела на птичье гнездо, но ничего подозрительного не обнаружила. Она взяла маленький кусочек и отправила его в рот. Настоятельница монастыря говорила ей, что люди обычно не могут почувствовать запах травы Циньцю, но его легко можно определить на вкус.

Она почувствовала характерную легкую горечь на губах!

У нее внезапно задрожали руки и ноги. Это была трава Циньцю. Кто-то действительно хотел навредить ее бабушке! Если бы старая мадам умерла, мадам Ди мгновенно вернула бы себе власть, и именно поэтому она не могла дождаться, чтобы отравить старую мадам!

Цинь Ваньжу теперь была уверена, что причина, по которой ее бабушка болела каждый год, и причина, по которой она умерла от этой болезни в ее прошлой жизни, – это происки мадам Ди. Старый саше мадам Ди был наполнен травой Циньцю. Сейчас она не могла встретиться со старой мадам лицом к лицу, поэтому она придумала этот порочный способ отправить порошок травы Циньцю ее бабушке.

Напрасно Цинь Ваньжу в прошлой жизни думала, что ее бабушка умерла от горя, которое чувствовала из-за скандального поведения своей любимой внучки Ваньжу.

Но эта смерть оказалась делом рук мадам Ди!

Это мадам Ди хотела получить полную власть на заднем дворе, поэтому она использовала такой жестокий трюк, чтобы убрать с дороги свою свекровь.

Теперь она даже сумела добавить вредный ингредиент в лекарство, присланное ее новой матерью, и если бы это обнаружили, правду было невозможно доказать. Мадам Ди действительно хороша в интригах!

У мадам Ди было несколько планов, чтобы расправиться с ними!

Цинь Ваньжу сжала в руках пакет с птичьими гнездами и сказала старой служанке:

– Тетя Дуань, пришли мне все лекарства, которые моя мама отправила на гору в этот раз. Пока используй лекарственные средства, которые были отправлены в прошлом, чтобы поддерживать здоровье бабушки. Если все еще чего-то не хватает, ты можешь сама посетить аптеки и найти нужные лекарства или добавки.

– С лекарством... что-то не так? – Няня Дуань была в ужасе.

– Что-то не так, но это не может быть мама. Боюсь, кто-то испортил их при перевозке, – уклончиво ответила Цинь Ваньжу, медленно опустив глаза.

Няня Дуань сразу поняла смысл ее слов. Леди Шуй только недавно начала отвечать за задний двор, а старая мадам снова лечилась на горе в монастыре. За такое короткое время, леди Шуй не смогла бы завоевать много сердец на заднем дворе. Старая нянька боялась, что кто-то строил козни за ее спиной, чтобы ловить рыбку в мутной воде. Через вещи, посланные Шуй Жолань, они хотели навредить старой мадам!

Имя мадам Ди естественно первым пришло в голову няне Дуань. Но она также знала, что даже если этот вопрос будет расследован, мадам Ди не пострадает, так как она не имела никакого отношения к отправке лекарств в монастырь. Поэтому служанка подавленно кивнула головой, признавая, что способ Цинь Ваньжу решить эту проблему был лучшим в этой ситуации.

Она все больше и больше восхищалась этой по-детски выглядящей второй юной леди. Девочка, очевидно, была еще совсем маленькой, но она была такой разумной. Подумав о том, как старая мадам заботилась об этой малышке в прошлом, а затем сравнив, как маленькая девочка теперь пеклась о старой мадам, нянька Дуань была так растрогана, что чуть не расплакалась.

После того, как Цинь Ваньжу распорядилась обо всем, что касалось старой мадам, она ушла Цин Юэ к себе. В это время было уже поздно, и в женском монастыре Цзинсинь были развешаны фонари, но их было немного. Поставили только один на углу дороги, но это давало возможность увидеть людей.

Пока Цинь Ваньжу шла, она думала о том, кого мадам Ди втянет в игру следующим, мутя и мутя воду, и вдруг ее что-то ударило по голове. Она инстинктивно схватилась за голову от боли и посмотрела вверх. Неожиданно она увидела высоко на дереве красивого паренька, который широко улыбался ей!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 92. Необъяснимое падение Ци Байюя

Глава 92. Необъяснимое падение Ци Байюя

.

– Брат Байюй, что ты делаешь?

Как только Ваньжу увидела этого паренька, она улыбнулась, прикрывая голову руками, потом присела на корточки, подняла первый попавшийся под руку камень, отклонилась назад и озорно бросила его в мальчишку.

– Эй, Цинь Ваньжу, это ты что делаешь?! Я пробрался сюда с важным докладом, а ты встречаешь меня как своего злейшего врага!

Паренек был застигнут врасплох и отпрянул в сторону, чтобы избежать удара камнем, но его возмущенный голос не был громким, он был намеренно приглушен.

Остановившись, Ци Байю спрыгнул с дерева, поманил Цинь Ваньжу за собой и вошел в пустой двор неподалеку.

Цинь Ваньжу последовала его примеру. Во дворе она радостно захлопала в ладоши и спросила с улыбкой:

– Брат Байюй, ты хочешь сообщить мне важные новости?

– Конечно! Я пришел сказать тебя быть осторожной с Ци Жунчжи. Она собиралась прийти сюда сегодня днем, но потом случайно упала, и поэтому ей пришлось отложить визит до завтра. – Ци Байюй гордо поднял голову.

Выходит, первоначально Ци Жунчжи должна была посетить монастырь сегодня днем, примерно в то же время, когда слуги ее матери доставили лекарственные средства. Согласно предписанной для младшего поколения модели поведения, если Ци Жунчжи поднялась на гору, она также обязательно должна навестить ее бабушку, и дело с испорченными лекарствами стало бы еще запутаннее.

Расчеты мадам Ди настолько скрупулезны!

– Это не ты, случайно, брат Байюй, «помог» ей упасть? – Цинь Ваньжу все поняла, и начала улыбаться, как цветок.

– Конечно, я! На этот раз она рвется подняться на гору, и, похоже, у нее недобрые намерения. Будь осторожна и не выходи на улицу, если у тебя нет никаких важных дел, чтобы случайно не встретиться с нею!

– Спасибо, брат Байюй, я так и сделаю. – Цинь Ваньжу улыбнулась и шутливо поклонилась ему. Они росли вместе с самого детства, и оба были мятежными по натуре, но они хорошо ладили.

– Я слышал, что ты… – Лицо Ци Байюя было нерешительным, когда он запнулся.

Это был первый раз, когда Ваньжу увидела Ци Байюя таким несчастным, поэтому, дурачась, она искоса посмотрела на него и с милой улыбкой церемонно спросила, прикидываясь взрослой дамой:

– О чем хочет меня спросить братец Байюй?

– Твоя семья правда покидает Цзянчжоу? – Ошеломленный ее красотой, Ци Байю густо покраснел, и с досады топнул ногой. Паренек считал, что не было ничего, о чем он не мог бы поговорить с этой девчонкой.

– Может быть, так оно и есть! – туманно сказала Цинь Ваньжу.

Если сравнивать с событиями предыдущей жизни, ее действительно должны были отправить в столицу, но в прошлой жизни ей пришлось уехать в столицу, чтобы избежать своей ужасной репутации в Цзянчжоу. В этой жизни она поменялась ролями с Цинь Юйжу, и вместо нее стала жертвой интриг. Чтобы избежать неприятной репутации в Цзянчжоу, теперь настала очередь Цинь Юйжу сбежать в столицу подальше от ненужных свидетелей.

– Если ты на самом деле уедешь, у меня не будет хорошей друга для игр! – Ци Байюй был очень опечален.

– Но с тобой же останется затейница и непоседа Ци Жунчжи! – пошутила Ваньжу.

– Она не любит играть со мной, ей нравится играть с другими мальчишками! – Ци Байюй скривил губы, потому что точно знал, каким «добродетельным» человеком была Ци Жунчжи, и Цинь Ваньжу тоже это знала. – Кстати, завтра тебе следует быть осторожнее. Я подслушал, как она говорила о тебе с Чунь И, и эти две выдры уверены, что на этот раз ты точно будешь обречена на позор! Я не знаю, что она замышляет, поэтому тебе лучше избегать ее, если это возможно, на случай, если она задумала тебя как-то подставить, – снова предостерег ее Ци Байюй.

На этот раз репутация Ци Жунчжи тоже сильно пострадала. Она прослыла деспотичной и властной богачкой, что было не намного лучше репутации Цинь Юйжу, которую теперь считали распутной девкой. Ци Жунчжи была переполнена мстительной злобой, и сейчас у нее появился прекрасный шанс выплеснуть свой гнев на Цинь Ваньжу.

– Хорошо, я буду очень осторожна. Брат Байюй, ты тоже приедешь сюда завтра? – спросила Цинь Ваньжу.

– Угу. Говорят, что Ци Тяньюй куда-то отправился, поэтому мне, как ее брату, придется сопровождать ее на правах старшего. Вечером она закатила истерику в нашем поместье, крича, что отказывается ехать со мной. Как будто мне в радость сопровождать ее! – с презрением сказал Ци Байю.

Ци Жунчжи никогда не относилась к нему, как к своему младшему брату, и не желала его слушаться, как мужчину, которого семья отправила с нею за старшего. Он тоже не горел желанием относиться к ней, как к своей сестре.

Он думал, что лучше быть братом и защитником Цинь Ваньжу. Она была хорошо воспитанной и покладистой, и ей нравилось озорничать, как и ему самому, поэтому им весело было вместе проводить время.

Но после скандала между их семьями, Ци Байюй также понимал, что должен избегать подозрений.

Но он не забыл, как Ци Тяньюй, его нежный и благородный старший брат, обвинил Цинь Ваньжу во всех смертных грехах. Он на самом деле посмел оклеветать невинную девушку, и заявил, что между ним, его младшим братом, и ней была любовная интрижка.

И эта гнусная клевета исходила из уст достойного Ци Тяньюя!

Раньше Ци Тяньюй всегда придумывал всякие способы встретиться с Цинь Юйжу, но ему было неудобно договариваться с ней напрямую, поэтому он подбивал его позвать сестер Цинь выйти поиграть. Затем он оставлял заботу о Цинь Ваньжу на него, своего младшего брата, потому что ему не терпелось уединиться с Цинь Юйжу в каком-нибудь укромном месте. В конце концов, Ци Тяньюй и Цинь Юйжу остались чистенькими, но плеснули грязной водой на него и Цинь Ваньжу.

Можно считать, что на этот раз Ци Байюй наконец-то увидел истинное лицо Ци Тяньюя!

До этого Ци Тяньюй всегда ловко притворялся хорошим братом в повседневной жизни, однако Ци Байюй искренне считал его заботливым братом и думал, что он отличается от Ци Жунчжи.

– Значит, завтра брат Байюй будет сопровождать ее? – снова спросила Цинь Ваньжу.

Слабый отблеск тьмы промелькнул в ее глазах, когда она задумалась над его словами. Если Ци Байюю поручили сопровождать и опекать старшую сестру, он не мог сделать слишком многого для нее, посторонней, иначе он выдал бы себя.

Завтра… Какое интересное совпадение!

Она только что услышала, как настоятельница монастыря Цзиньсинь говорила, что завтра состоится важная религиозная церемония, на которую обычно стекалось много людей.

Придет много женщин с рынков и деревень, расположенных в окрестностях Цзянчжоу. Некоторые семьи, которые жили далеко, уже прибыли сегодня вечером. Сельские женщины работали как мужчины, торгуя на рынках, и они повидали всякого, потому что встречали много людей. По сравнению с дамами, чья повседневная жизнь была ограничена гаремом, они были более раскованными и реагировали острее.

А еще обязательно придут проститутки из борделей города, чтобы помолиться и присоединиться к веселью!

– Да, но все будет хорошо. Я незаметно снова заставлю ее упасть и вернуться в поместье пораньше! – Ци Байюй согнул ногу и рассеянно пнул камень на дороге, затем повернул голову и искоса посмотрел на Цинь Ваньжу. Было драгоценно, что он, наконец, вел себя и думал как молодой парень, подумала было Ваньжу, но тут он неожиданно вздохнул: – Если ты переедешь жить в столицу, увидимся ли мы с тобой когда-то еще?

С пеленок закадычные друзья по играм, теперь они становились подростками, но пока была возможность общаться, они должны поддерживать связь, невзирая на предписанные правилами отношения между мужчиной и женщиной.

– Я думаю, мы еще не раз увидимся. Брат Байюй тоже должен усердно учиться, и тогда ты сможешь сдать вступительные экзамены и добиться в столице славы и почестей. Не позволяй другим превзойти тебя и обойти в карьере! – с улыбкой утешила его Цинь Ваньжу.

Она была благодарна ему за все. В прошлой жизни Ци Байюй отправился в столицу и тайно поддерживал ее в трудные времена. Он всегда верил ей, каждый раз помогал выбраться из трясины лжи поместья Цинь. Он даже хотел жениться на ней и дать ей свободу после свадьбы, несмотря на то, что она была много раз помолвлена и считалась скандальной невестой.

К сожалению, в конце концов, мадам Ди пусть и неохотно, но все же выдала ее замуж. Ей пришлось это сделать, чтобы установить отношения с особняком канцлера. Потом мадам Ди была вне себя от радости, ухватив удачу за хвост.

Ци Байюй – умный человек, но в прошлой жизни из-за нее он был вовлечен в кучу скандалов, и его репутация сильно пострадала от этого.

– Ну, тогда я пошел. Будь осторожна завтра. Лучше не обращай на меня внимания, когда увидишь меня. В любом случае, отныне тебе следует держаться подальше от моей семейки!

Заботы молодого человека приходят и уходят быстро. Он решил, что слова Цинь Ваньжу вполне разумны. Если он будет хорошо учиться, то сможет во всем превзойти Ци Тяньюя.

Получив высокий результат на экзамене, и оставшись в столице, он снова сможет общаться с Цинь Ваньжу!

– Хорошо, брат Байюй, тогда тоже будь осторожен! – кивнула ему Цинь Ваньжу.

Ци Байюй запрыгнул на стену двора, огляделся, а затем направился к углу стены. Если спуститься оттуда, то можно выйти прямо на тропинку, которая вела к внешней стене монастыря Цзиньсинь. Его маленький лакей ждал у внешней стены с лошадьми.

Определив правильное направление, Ци Байю быстро спрыгнул со стены и взобрался на другую стену. После нескольких прыжков и подъемов он добрался до последнего препятствия – внешней стены монастыря. Он уже видел удивленный взгляд маленького слуги за стеной.

Ци Байю оперся одной рукой на стену и собирался спрыгнуть вниз. Внезапно его руку, казалось, что-то ударило, запястье онемело, и он, не удержав равновесие, кубарем полетел со стены.

Юный лакей внизу был так напуган, что поспешно протянул руки, пытаясь его поймать, и они оба упали и покатились вместе.

– Второй молодой мастер, второй молодой мастер, вы в порядке? Вы ничего себе не сломали? – поспешно спросил юноша, вставая.

Ци Байюй перевернулся и сел, потирая то место, которое ушиб при падении, и недовольно пробурчал:

– Я никогда раньше не падал, странно, как я мог упасть сейчас?

Он поднял голову и посмотрел на высокую стену. Эта высота считается высокой в глазах других, но на самом деле в его глазах это ничто. В свободное время ему нравилось учиться боевым искусствам у опытного охранника. Он научился точно и ловко двигаться, так как же тогда он умудрился свалиться со стены?

– Раз все хорошо, второй молодой мастер, тогда давайте спустимся с горы. Если взрослые узнают, что вы пробирались в женский монастырь ночью, вашего покорного слугу снова побьют!

Слуга-подросток находился под большим давлением. Ци Байюй доставлял ему много неприятностей. Его, юного парня, часто избивали. Иногда Ци Байюя тоже били за непослушание, но тогда ему, как слуге, доставалось еще сильнее.

– Ладно, ладно, пошли, никто ничего не узнает!

Конечно, Ци Байю знал, о чем думал другой мальчишка, поэтому он рассмеялся, и перестал ломать голову над тем, почему упал. Он встал на ноги, похлопал по одежде, отряхиваясь, и, взяв поводья лошади, вскочил на нее. Слуга-мальчишка ловко вскочил на другого коня и последовал за ним.

Две лошади, одна за другой, поскакали по тропинке к подножию горы.

После того, как они исчезли из виду, Чу Лючэнь спрыгнул с высокого дерева у стены. Охранник под деревом нервно посмотрел на юного принца, опасаясь, что тот совершит ошибку и поранится.

Хотя лицо Чу Лючэня было бледным, он был в хорошем настроении. Он дважды приглушенно кашлянул и холодно фыркнул, глядя в ту сторону, где в темноте исчез Ци Байю.

Приличные люди не лазят по стенам женского монастыря посреди ночи.

Он непорядочный человек в столь юном возрасте, будет ли он лучше себя вести, когда станет взрослым? Он, несомненно, вырастет развратником. У маленькой дурочки Цинь Ваньжу нет глаз, раз она этого не видит и продолжает считать его своим братом!

– Мастер, может быть, нам теперь вернуться? – осторожно спросил охранник, несмело протягивая руку, чтобы помочь слабому принцу стоять, опасаясь, что с ним что-то не так

– Уходим! – сердито сказал Чу Лючэнь. Он повернулся и сделал два шага, заложив руки за спину, затем внезапно повернул голову назад, мрачно усмехнулся в сторону стены, и только потом зашагал прочь, поскольку его охранник становился все более и более напряженным.

Тайный страж не понимал, кого этот принц хотел снова увидеть. Завтра утром он уезжает в столицу. Посреди ночи он сказал, что хочет пойти посмотреть на монастырь Цзиньсинь.

Когда он вошел на территорию, он бросил несколько взглядов издалека, и вдруг последовал за другим подростком, перепрыгивая через стены, и снова вышел из монастыря. После этой встречи, он остановился и бросил несколько взглядов вдоль стены. Тайный страж не понимал, что такого прекрасного было в стенах этого женского монастыря Цзиньсинь?

Однако охранник все же сообразил, что он, похоже, открыл непостижимую тайну. Конечно, об этой тайне нельзя говорить. Чем больше ты знаешь, тем быстрее ты умрешь. Охранник был не дураком и не хотел умирать молодым.

Так что он решил относиться к этой тайне как к страшному секрету!

***

Чу Лючэнь уехал рано утром следующего дня. Для всех оставалось тайной, что она находился в Цзянчжоу. Только Цинь Хуайюн знал об этом. Его отъезд был еще большим секретом, и даже Цинь Хуайюн не был уведомлен об этом.

Теперь, когда Чу Лючэнь устроил все должным образом, он был готов выполнить секретный приказ из Дворца, и его карета медленно направлялась в сторону столицы.

На следующий день на гору спозаранку примчалась Ци Жунчжи. Она тоже встала рано утром, охваченная нетерпением. Когда она прибыла в монастырь, она сначала вежливо зашла во двор старой мадам Цинь, как бы для того, чтобы показать почтение к старейшине.

Если бы отношения между двумя семьями были такими же, как раньше, поступок Ци Жунчжи не выглядел бы странным. Но не при нынешнем положении дел, когда их семьи прекратили общение и противостояли друг другу. Даже когда Цинь Хуайюн женился во второй раз, только один человек из поместья магистрата – магистрат Ци – присутствовал на банкете как официальны представитель властей. И теперь вдруг Ци Жунчжи напустила на себя почтительный вид, что на самом деле не вызвало у старой мадам особого доверия!

Сказав несколько слов, старушка заявила, что устала, явно выпроваживая неожиданных посетителей. Цинь Ваньжу проводила гостей до порога вместо своей бабушки, развернулась и собиралась уйти, но ее остановила Ци Жунчжи!

– Вторая мисс, пожалуйста, подождите минутку!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 93. Разъяренная Ци Жунчжи

Глава 93. Разъяренная Ци Жунчжи

.

– Что случилось? – Цинь Ваньжу остановилась и спокойно посмотрела на Ци Жунчжи. В ее больших глазах был холод, который нельзя было игнорировать. Она выглядела равнодушной и отстраненной.

– Ци Байюй, извини, не мог бы ты, пожалуйста, уйти отсюда, потому что мне нужно кое-что сказать второй мисс Цинь! – Ци Жунчжи уже открыла рот, но тут увидела, что Ци Байюй стоит на шаг позади нее, поэтому она толкнула его и указала направление, куда ему следовало проваливать.

Ци Жунчжи не хотела, чтобы Ци Байюй оставался здесь – она прекрасно знала, что по сравнению с ней, Ци Байюй хотел бы видеть Цинь Ваньжу своей сестрой, и он скорее поможет Цинь Ваньжу, если что-нибудь случится.

Если бы ее отец не настоял на том, что бы кто-то из семьи сопровождал ее, когда она отправится в монастырь Цзиньсинь, Ци Жунчжи не согласилась бы, чтобы Ци Байюй присматривал за ней.

Его присутствие будет только раздражать ее!

Ци Байюй закатил глаза и презрительно фыркнул. Хотя он немного отошел в сторону, но у него не было никаких намерений уходить.

– Я не уйду, потому что, если ты снова попадешь в неприятности, родители во всем обвинят меня, – заявил он.

– Эй, что ты имеешь в виду? Ты осуждаешь меня за что-то, верно? Хорошо, Ци Байюй, я знала, что в тебе больше не осталось доброты ко мне, и ты начал желать мне неудачи в ту минуту, когда мы прибыли в монастырь Цзиньсинь. Ты все еще планируешь сплавить меня домой через какое-то время? Ах! И это мой брат! – резко сказала Ци Жунчжи и подошла, чтобы пнуть его ногой.

Ци Байюй сделал еще один шаг назад и сердито огрызнулся:

– Эй, зачем бить человека, если ты не согласна с тем, что тебе говорят!

– А ты сам ничего не понимаешь? Мы, две девушки, хотим немного посекретничать. Что ты торчишь тут, как надзиратель? Катись отсюда подальше! – Ци Жунчжи становилась все более и более несдержанной, и когда Ци Байюй подходил, она яростно пинала его. Каждый раз, когда она била его по ноге, она при этом ухмылялась после удара: – Ублюдок, сын грязной наложницы, как ты смеешь указывать главной дочери? Знай свое место, отребье!

То, что она говорила, было крайне грубо. Ци Байюй побледнел от унижения, потер ударенную ногу и сказал тетке, которая сопровождала Ци Жунчжи:

– Послушай меня внимательно, дело не в том, что я не хочу следовать за сестрой, а в том, что у нее слишком вспыльчивый характер. Если что-то случится на этот раз, не зови меня на помощь!

Сказав это, он холодно фыркнул, развернулся и зашагал прочь.

Цинь Ваньжу знала женщину, стоявшую рядом с Ци Жунчжи. Это была ее кормилица. Конечно, слова Ци Байюя были адресованы не только этой женщине. То, что он сказал, было адресовано мадам Ли из поместья магистрата, которая была матерью Ци Жунчжи.

Ни для кого не было секретом, что Ци Жунчжи часто поливала его грязью.

Ци Жунчжи, глядя ему в спину, съязвила:

– Ха, как заговорил жалкий ублюдок из низшей касты! Забыл, что твоя мамаша всего лишь наложница? – Сказав это, она задрала нос, повернулась и повысила голос, обращаясь к Цинь Ваньжу и указывая на дверь, ведущую в сад: – Ты, иди за мной, поговорим вон там!

– Не хочу! – слегка улыбнулась Цинь Ваньжу, и не двинулась с места.

После того, как Ци Жунчжи на мгновение растерялась, она тут же пришла в ярость.

– Цинь Ваньжу, что ты сказала? Как ты смеешь так со мной разговаривать?!

Цинь Ваньжу подняла брови, холодно глядя Ци Жунчжи прямо в глаза.

– А должна не сметь? Ваша семья стоит выше нашей семьи? Или люди поместья магистрата получили специальное право издеваться над людьми из поместья генерала?

Во дворе была челядь из поместья генерала, а также челядь из поместья магистрата, которая сопровождала Ци Жунчжи. Если эта ссора выйдет за пределы дворика старой мадам, это будет не просто сражение между двумя домами. Такого рода политический вопрос о том, чей дом сильнее, лучше было не затрагивать.

Хотя они находились на одном уровне, поместье генерала все же сильнее с точки зрения прочности – у генерала под рукой была целая армия, в то время как магистрат мог распоряжаться только городской стражей.

Кормилица Ци Жунчжи тихо кашлянула и с ласковой улыбкой вмешалась в разговор:

– Барышня Цинь'эр, наша юная леди просто хочет поговорить с вами. Разве она не сказала вам этого? Почему вдруг барышня Цинь'эр стала так враждебно настроена против нашей юной леди? То, что произошло раньше, касалось только нашего старшего молодого мастера и старшей юной леди вашей семьи. Дружбе между второй мисс Цинь и нашей юной леди ничто не мешает!

Она говорила очень умно. С одной стороны она указала, что у Ци Жунчжи оставались с ней хорошие отношения, такие же как раньше, а с другой стороны она намекала на разрыв помолвки и подразумевала, что то, что сделала семья генерала, было несправедливо по отношению к семье магистрата.

Цин Юэ сразу сделала шаг вперед и встала перед Цинь Ваньжу с настороженным выражением лица.

– Мисс Ци презирает нашу леди Ваньжу и при каждой встрече издевается над нею, разве нет? Тетушка, о какой дружбе ты сейчас говоришь? Ваша юная леди уже достаточно покуражилась над нашей юной леди! Почему тебя все еще удивляет, что теперь моя хозяйка не хочет общаться с твоей мисс? Разве леди Ваньжу не вправе это сделать?

– Мисс Ци, пожалуйста, уходите! Я не хочу с вами разговаривать! – спокойно сказала Цинь Ваньжу. – Вы считаете себя умной, а к другим относитесь как к дуракам.

Сказав это, он повернулась и направилась обратно в комнату бабушки.

Ци Жунчжи гневно побагровела и прорычала:

– Ты… ты все еще дурно воспитанная байстрючка, кем ты себя возомнила, чтобы говорить мне такое?!

Ей никогда не отказывали так прямо в лицо, и ее больше всего раздражало то, что это сделала Цинь Ваньжу, на которую она всегда смотрела свысока. Только что Цинь Ваньжу и ее горничная выступили, словно сговорившись, и она чуть не взорвалась от гнева.

Цинь Ваньжу остановилась и презрительно посмотрела на Ци Жунчжи.

– Мисс Ци, город Цзянчжоу и окрестности переполнены историями о том, что вы ведете себя словно совершенно невоспитанная грубиянка. Неужели вы действительно уверены, что все люди вокруг вас глупы и ничего не понимают?

Сейчас вся префектура Цзянчжоу сплетничала о том, какой властной и деспотичной была Ци Жунчжи. Естественно, общество решило, что ее так называемое воспитание достойной леди было сплошным притворством. Таким образом, то, что она взяла на себя смелость высмеивать воспитание других, выглядело просто смешно.

Ци Жунчжи на мгновение стала красной, а потом смертельно побледнела и взорвалась:

– Цинь Ваньжу, гадина, подожди у меня… Я... я тебе это еще припомню!

– Что ты собираешься мне припомнить? – холодно ухмыльнулась Цинь Ваньжу.

– Я... я... – Ци Жунчжи некоторое время даже не могла говорить от возмущения.

Цинь Ваньжу, казалось, не заметила гнева на изменившемся лице Ци Жунчжи, голос одиннадцатилетней девочки по-прежнему был ровным и холодным:

– Мисс Ци, пожалуйста, уходите. Моя бабушка очень больна, и ей нужен покой. Если вы и дальше будете кричать здесь, вы снова поссоритесь с моей бабушкой. Мисс Ци, лучше поберегите свои легкие! – Он указала рукой на ворота, и на ее губах появилась любезная улыбка, которая совсем не была теплой: – Вы видите, выход там, поэтому, пожалуйста, не перепутайте дверь и убирайтесь отсюда. Если у вас возникли новые трудности, не нужно беспокоить своими проблемами нашу семью. Моя старшая сестра уже живет в столице, и теперь никто в поместье генерала ничего не должен поместью магистрата. Так что, всего хорошего.

– Тварь, как ты смеешь… говорить что-то подобное! Цинь Ваньжу, подождем и увидим, не растопчу ли я тебя! – Если бы не кормилица, которая вовремя крепко схватила и оттащила ее назад, Ци Жунчжи уже подбежала бы и вцепилась в лицо ненавистной малявки.

Неожиданно из главной комнаты вышла няня Дуань, ее лицо застыло, а взгляд холодно упал на Ци Жунчжи.

– Мисс Ци, – напряженно сказала она, – хотя наша вторая барышня еще ребенок, она также является одной из хозяек поместья генерала. Вы назвали нашу госпожу тварью, кто дал вам смелости, так себя вести?

Цинь Ваньжу мысленно похвалила ее. Няня Дуань заслуживала того, чтобы быть главным доверенным лицом старой мадам. С одной стороны она подчеркнула, что Ци Жунчжи издевалась не просто над подружкой, а над хозяйкой поместья генерала, а с другой стороны она подчеркнула, что юная леди из поместья магистрата вела себя разнузданно и презирала поместье генерала.

Увидев, что в перепалку вмешалась главная служанка старой мадам Цинь, Ци Жунчжи сразу растерялась и стала поспешно оправдываться:

– Это она начала... она первой меня разозлила!

– Это наша вторая барышня пришла к вам, чтобы устроить сцену? Мисс Ци, отношения между нашими двумя домами, очевидно, больше не так хороши, как прежде. По какому поводу вы хотели поговорить с нашей младшей барышней? Вы сразу начали ругать маленькую хозяйку поместья генерала, и я хочу спросить мисс Ци, это истинное воспитание поместья магистрата, которое только что показала нам мисс Ци? – громко спросила няня Дуань.

– Юная леди, поскольку мисс Цинь'эр не хочет с вами разговаривать, нам лучше уйти отсюда! – тихо сказала кормилица Ци Жунчжи. Она сразу поняла, что дело плохо, когда увидела няньку Дуань, поэтому поспешно сжала руку Ци Жунчжи и намекнула, что нужно остановиться.

Женщина отчетливо понимала – только что слова ее юной хозяйки сильно оскорбили поместье генерала. Если генерал армии Нинъюань действительно рассердится на взрослых хозяев поместья магистрата, это приведет к неприятным последствиям. Все еще прислушиваясь к советам своей жены, генерал Цинь тайно заключил сделку с магистратом Ци. Он пообещал, что после того, как его семья обоснуется в столице, он поможет семье магистрата также перебраться в столицу, чтобы покрыть долги двух несостоявшихся браков.

Если они потеряют эту возможность, хозяин будет разгневан!

Ци Жунчжи с горечью топнула ногой.

– Ладно, уходим!

Няня Дуань повысила голос позади нее:

– Мисс Ци, скатертью дорожка. Если у вас снова появится желание отругать нашу маленькую леди, настоятельно прошу вас не приходить больше в наше поместье. Поместье генерала не может позволить себе приветствовать вас, великая владычица!

Это было сказано бесцеремонно, но няня Дуань наконец смогла выпустить пар и почувствовала огромное облегчение! И Цинь Ваньжу тоже стало легче из-за ее слов!

После того, как Ци Жунчжи ушла, Цинь Ваньжу улыбнулась и поблагодарила няню Дуань:

– Спасибо тебе, тетушка!

– Я надеюсь, что эта мисс Ци больше не придет. Пока ее нет, все идет хорошо, но каждый раз, когда она является к нам, всегда что-то случается. Она никогда не уходила, пока не устраивала какие-нибудь неприятности. – Няня Дуань больше не опасалась высказывать свое мнение. Прежде мадам Ди требовала от слуг быть вежливыми с Ци Жунчжи, что бы ни случилось. Теперь этого запрета не было. В связи с этим няня Дуань подумала, что все было к лучшему!

Цинь Ваньжу посмотрела вслед уходящей Ци Жунчжи и задумчиво улыбнулась. Независимо от того, что собиралась сделать Ци Жунчжи, сама Ваньжу могла использовать строгие правила этикета, чтобы противостоять ее капризам. С характером Ци Жунчжи, ее легко было вывести из себя и спутать ей планы.

Она ничего не могла сделать Ци Жунчжи, потому что дружила с Ци Байюем. Но она не могла гарантировать, что Ци Жунчжи ничего не натворит, если слетит с катушек. В любом случае, Ци Байюй был не причем – Ци Жунчжи сама прогнала его!

Цинь Ваньжу потопталась немного на месте и сказала:

– Тетя Дуань, иди к бабушке. Я пока понаблюдаю за тут. Кажется, за воротами собралась изрядная толпа, привлеченная ссорой. Боюсь, Ци Жунчжи может сорвать зло на невинных людях.

Няня Дуань испугалась, что Цинь Ваньжу устроит еще одну перепалку с Ци Жунчжи за воротами, поэтому она понизила голос и с беспокойством сказала ей:

– Только будьте осторожны, леди Ваньжу. Больше не ссорьтесь с мисс Ци. Ее репутация подмочена, но ваша репутация все еще безупречна. Кроме того, ее семья может потребовать объяснений от генерала!

– Не волнуйся, тетя Дуань, я не причиню ей неприятностей! – кивнула Цинь Ваньжу, и в ее глазах мелькнула холодная насмешка! Скоро у ворот должно начаться интересное шоу!

Ци Жунчжи была избалована семьей и настолько испорчена вседозволенностью, что считала, что все должны ей уступать. В толпе у ворот, жадно наблюдающей за происходящим, чинно стояли не только жены и дочери чиновников. Там собрались пробивные тетки с рынков вперемешку с проститутками из городских борделей. Как только эти женщины начинают высказываться, не имеет значения, являетесь ли вы дочерью магистрата или нет!

Ци Жунчжи сердито вышла со двора старой мадам Цинь. Когда она увидела, что на улице собралась огромная толпа паломниц и практически осадила ворота, чтобы лучше видеть происходящее во дворе, она разозлилась еще больше. Она протянула руки, сильно толкнула двух женщин, стоявших перед ней, и закричала:

– Прочь с дороги! Убирайтесь отсюда! Вы что, слепые? Не видите, что стоите у меня на пути!

Двух женщин, наблюдавших за происходящим, сильно толкнули. Они невольно подались на два шага назад, чуть не упали и налетели на нескольких других женщин.

– Эй, что с тобой такое, у тебя нет глаз?! Куда ты прешь? – Одна из женщин, дебелая толстуха, которую ударили, стала руки в боки, гневно уставилась на нее, и выругалась в ответ!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 94. Схватить и повесить!

Глава 94. Схватить и повесить!

.

Много людей пришло посмотреть, что происходит, потому что были привлечены шумом и криками.

Зеваки не знали людей из этого двора и не знали, кто такая Ци Жунчжи, но большое количество челяди вокруг Ци Жунчжи, наводило на мысль, что она, должно быть, происходит из престижной семьи. Однако, хотя эта богато одетая девушка была из верхов, она вела себя грубо и скандалила, как простая горожанка. Это не вязалось в воображении людей с образом хорошо воспитанной юной леди из достойной семьи, и свидетели этой сцены невольно воспринимали ее за ряженую выскочку.

То, что вытворяла эта заносчивая юная леди, не соответствовало ее высокому положению, поэтому перепалка во внутреннем дворике вызывала у прохожих большой интерес, и толпа за воротами становилась все больше и больше.

Однако у ворот во внутренний двор стояли внушительные привратницы, и заинтересованным прохожим было неловко подходить слишком близко. Они только слушали и наблюдали издалека. Стены внутренних двориков для паломников монастыря Цзиньсинь были невысокими, и интересующиеся легко могли заглянуть внутрь, встав на цыпочки.

Поскольку Цинь Ваньжу только что жестко поставила Ци Жунчжи на место, сейчас Ци Жунчжи была в ярости от пережитого унижения. Теперь она вдруг обнаружила, что и какие-то женщины не боятся ругать ее последними словами, и ошеломленно подняла глаза. Но когда увидела, что ей противостоит безродная тетка, она взорвалась от негодования:

– Что ты сказала, грязная нищенка?! Из какой дыры вылезла эта толстуха, что не знает, кто я?! Да как ты посмела кричать на меня! – Она протянула руку и снова сильно толкнула женщину. – Уйди с дороги, хорошая собака не стоит на пути. Как простолюдинка смеет мешать мне пройти!

Причина, по которой она кричала в гневе, не сдерживаясь, заключалась в ее поражении от Цинь Ваньжу.

На ее пути стояла огромная толпа, и ее слова привели всех в негодование, потому что среди собравшихся было много женщин из простонародья. Кто-то схватил Ци Жунчжи за руку, когда она толкнула женщину, и сильно ущипнул несколько раз.

От неожиданности и боли Ци Жунчжи отпрянула, вырываясь, и случайно ударила женщину, стоящую рядом с ней. В этот момент Ци Жунчжи окончательно потеряла голову от гнева и в припадке ярости закричала:

– Убирайтесь с дороги, вы, ничтожные неприкасаемые, кто позволил вам приблизиться ко мне? Убирайтесь, убирайтесь, убирайтесь!

Ничего бы дальнейшего не произошло, если бы она не кричала и не оскорбляла окружающих, называя их неприкасаемыми, которые по статусу стояли даже ниже нищих. Толпа вокруг пришла в негодование. Простым женщинам было теперь наплевать на все – в ярости они накинулись на Ци Жунчжи, и втащили ее в самую гущу толпы. Она оказалась зажатой между разъяренными женщинами, которые нещадно ее толкали, пинали, шарпали за одежду и били куда попало, невзирая на то, как яростно она сопротивлялась.

Молоденькие горничные и старухи-няньки, которые сопровождали Ци Жунчжи, бросились спасать ее и пытались вырвать из рук разъяренной толпы, но она только усугубляла свое положение, крича оскорбления и яростно давая сдачи. Этим она только еще больше злила толпу, и в драку ввязывалось все больше и больше женщин. Как несколько служанок могли остановить это эпическое побоище? Поэтому они тоже вынуждены были вступить в бой. Огромная толпа смешалась, пришла в движение, и было уже непонятно, кто и кого бил.

Сегодня Ци Жунчжи взяла с собой много людей, но их все равно было меньше по сравнению с толпой, которая наблюдала за сценой во дворе ради развлечения. Теперь за воротами происходила масштабная драка. Разъяренные женщины дрались так, как обычно привыкли драться между собой. Они таскали несчастную юную леди за волосы и одежду, царапали ее, пытаясь вцепиться ногтями в лицо.

Что поделать, когда дело доходит до драки с обычными деревенскими жителями, на правила этикета можно не рассчитывать. Женщины сражались прямолинейно и не заботились о последствиях. Кто из них задумывался бы о подобном? Сейчас никого не заботило, на кого они подняли руку!

В любом случае, никто не знал, кто она такая, и никто не заботился о ее тонких чувствах!

Ци Жунчжи была изнеженной барышней, которая привыкла избивать других, но никогда ни с кем не дралась. Однако несколько царапин и вырванных пучков волос заставили ее взвыть от боли, и она сразу научилась дергать других людей за волосы и яростно лезть, чтобы выцарапать им глаза.

Некоторое время происходила невероятная кутерьма, и крики с воплями слились в одной сплошной гвалт.

Когда Цинь Ваньжу остановилась в воротах, она увидела перед собой беспорядочную драку, которая не могла быть более безобразной. Она подняла руку, останавливая своих слуг от вмешательства, потом отступила назад, и сочла за лучшее отправить служку пригласить сюда настоятельницу монастыря Цзиньсинь.

В этой неразберихе любой, кто вмешается, будет избит, пойман и поцарапан!

Самый безопасный способ прекратить драку – попросить помощи почтенной Преподобной!

Люди в драке всегда краснели и горячились, а у женских драк, к тому же, есть одна неприятная особенность – они таскали друг друга за волосы, царапали лица и дергали одежду.

Настоятельница монастыря Цзиньсинь вскоре узнала о драке, и ей не потребовалось много времени, чтобы добраться до главных ворот гостевого двора. Хватило одного движения ее пальца, и армия следующих за ней монахинь кинулась разнимать дерущихся женщин.

Увидев появление монахинь, «набожные паломницы» вспомнили, что они находятся на территории монастыря Цзиньсинь, и пришли сюда посмотреть на сегодняшнюю религиозную церемонию. Постепенно все остыли и пришли в себя. Толпа расступилась, оставив в центре избитых людей из поместья магистрата.

Горничные и няньки остервенело защищали свою юную госпожу, но, несмотря на это, Ци Жунчжи все еще сидела на земле со смущенным видом, ее одежда была неопрятной, волосы растрепаны, а на лбу, на слегка приподнятом потрясенном лице, виднелась кровоточащая полоса. Было очевидно, что ее кто-то сильно поцарапал.

Цинь Ваньжу медленно шагнула вперед, словно собираясь помочь Ци Жунчжи подняться на ноги, и с участием спросила:

– Мисс Ци, с вами все в порядке?

Ци Жунчжи была в состоянии полуобморочного оцепенения. Она выглядела безжизненной, и ее глаза были стеклянными, как будто она стала идиоткой.

Ее кормилица сразу запаниковала, бросилась прямо к Ци Жунчжи, взяла в ладони ее лицо и запричитала:

– Барышня, барышня, как вы себя чувствуете? Не пугайте свою старую рабыню!

– Кто бы из вас ни поймал нашу леди, не смейте сбежать сегодня отсюда, раз вы посмели повредить лицо моей хозяйки! Вы знаете, кто эта барышня? Наша хозяйка – единственная дочь магистрата, мисс Ци, если вы посмеете ее избить, вы умрете! – Чунь И была в ярости, и громко кричала на женщин, толпившихся в стороне. Ее вид в это время был не очень опрятным, и она мало чем отличалась от растрепанной Ци Жунчжи.

Настоятельница монастыря Цзиньсинь приказала старшей монахине, стоящей рядом:

– Пусть помогут мисс Ци подняться!

Вперед сразу бросились две послушницы и осторожно поставили Ци Жунчжи на ноги.

Когда люди вокруг услышали, что перед ними дочка магистрата, они на мгновение запаниковали. Многие женщины начали тихо отступать и уходить одна за другой, втайне радуясь про себя. К счастью, на улице собралось так много людей, что никто не мог точно сказать, кто в такой неразберихе избивал эту мисс, а кто просто был втянут в драку другими.

– Барышня, барышня, вы можете мне сказать, что с вами не так? – Кормилица Ци Жунчжи все еще кричала в ужасе.

– Сначала отведи ее в мой зал для медитаций, а я осмотрю ее рану на лбу. Нельзя допустить, чтобы лицо юной леди было повреждено, – мягко сказала ей настоятельница.

Ее слова вернули к действительности несчастную женщину, она кивала снова и снова, и не заботилась о том, чтобы вытирать слезы, которые ручьем текли из ее глаз. Если лицо барышни будет с дефектом, это обернется ужасными последствиями – ни одна из престижных семей не захочет принять ее невесткой.

Думая о жестоких методах наказания, которые использовала мадам Ли, хозяйка поместья магистрата, несколько слуг впали в панику, и даже Чунь И была напугана. Она забыла о своей угрозе безжалостно наказать обидчиков и с тревогой поспешила за Ци Жунчжи.

Ни у кого не было настроения разбираться с виновницами, которые начали тихо уходить, чтобы сбежать с места преступления. После избиение юной дочки магистрата, которая была ранена так сильно, никто не желал остаться крайним и отвечать за это.

В это время поспешно подошел Ци Байюй и спросил с суровым видом:

– Что здесь происходит?

– Второй молодой мастер, юная леди была избита… Второй молодой мастер, пожалуйста, заступитесь за нашу юную леди! – Как только служанки из поместья магистрата увидели Ци Байюя, они сразу же поспешили переложить ответственность на него, ведь это ему хозяева доверили опекать сестру. Они быстро оценили ситуацию и успокоились, даже кормилица Ци Жунчжи с тайным облегчением вытерла слезы.

Хотя эти служанки всегда смотрели на Ци Байюя свысока, и часто помогали Ци Жунчжи унижать его, сейчас они были только рады, что этот бастард магистрата был тем, кто отвечал за них.

Ци Байюй оценил ситуацию и нахмурился:

– Пусть настоятельница монастыря Цзиньсинь сначала осмотрит рану моей сестры, нельзя допустить, чтобы у нее шрамы остались!

– Старая рабыня тоже так думает! – с неожиданным почтением поклонилась ему кормилица Ци Жунчжи.

– Тогда пойдем быстрее, об остальном можно позаботиться позже! – Ци Байюй нахмурился еще сильнее. Хитрая старая ведьма стала такой шелковой, подталкивая его на плаху!

Большая группа людей ушла вместе с настоятельницей монастыря Цзиньсинь, и все зеваки в это время тоже под шумок тихо исчезли. Кто из простых людей посмел бы оставаться здесь, когда случилась такая неприятность?

Даже те, кто не вмешивались в потасовку, и смотрели на весь этот цирк со стороны, были в панике в это время, опасаясь, что вздорная мисс Ци не сможет узнать истинных обидчиков и будет обвинять всех людей без разбора.

Они могли оказаться в большой беде, только потому, что пришли сюда и наблюдали за сценой ради развлечения.

– Миледи, не получится ли так, что мы снова окажемся во всем виноваты? – немного обеспокоенно уточнила Цин Юэ.

– Только не в этот раз! – уверенно покачала головой Цинь Ваньжу.

Это правда, она намеренно раздраконила Ци Жунчжи, но у нее не было серьезного конфликта с ней, и они разошлись довольно мирно. Кроме того, причиной конфликта с женщинами на улице стали обидные слова самой Ци Жунчжи, и она даже начала бить их первой. После этого, в поднявшей суматохе, невозможно было точно выяснить, кто ее ударил.

И с таким позорным поступком дочери, магистрат Ци не станет поднимать шум, чтобы вся префектура Цзянчжоу с новой силой не начала сплетничать о том, что поведение его благородной дочери, похоже на поведение беспардонной шлюхи из борделя.

Когда Цинь Ваньжу вернулась в дом, старая мадам Цинь тоже поинтересовалась, что происходит на улице. При таком громком шуме ее бабушка уже был встревожена, но, услышав, что с Ци Жунчжи все в порядке, она ничего не сказала.

Все это происшествие было полностью на совести Ци Жунчжи, и не имело никакого отношения к поместью генерала.

***

– Что, ты на самом деле не наказал неприкасаемых ничтожеств, которые избили меня? Ты… Ты должен был схватить их и повесить! Почему ты так со мной поступаешь? Какая тебе выгода покрывать их? – громко завопила Ци Жунчжи. смертельно бледная и с толстой повязкой из белой марли на лбу, она схватила сл стола чайную чашку и собиралась швырнуть ее в лицо Ци Байюю.

Но Ци Байюй не дал ей этого сделать, он отобрал у нее чашку, яростно швырнул ее на пол и рявкнул под чистый звон разбившегося фарфора:

– Тебе мало неприятностей? Хочешь устроить еще одну громкую сцену, да? Теперь не останется ни одного человека в префектуре Цзянчжоу, который не знал бы о твоей скандальной репутации! Когда ты идешь зажечь благовония и помолиться как достойная дама, ты можешь на самом деле ввязалась в драку с другими паломниками, словно бродяжка из подворотни! Раньше у тебя была репутация властной грубиянки, но теперь у тебя будет еще и репутация драчливой склочницы. Люди видели все своими глазами, Ци Жунчжи! Чего ты хочешь от меня? Чтобы я еще больше раздул эту историю, начав расследование?

– Это все ты!!! Ты виноват, это все твоя вина!!! У тебя, сына наложницы, хватило наглости осуждать меня?! Если бы ты не ушел куда-то развлекаться, разве такое могло случиться со мной?!

Хотя Ци Жунчжи была ошеломлена случившимся, она привычно закатила истерику и начала валить всю вину на Ци Байюя. В прошлом она так часто выкручивалась из трудных ситуаций, и это уже стало для нее привычным и безопасным способом прикинуться жертвой обстоятельств.

– Я оставил тебя одну и ушел развлекаться? А не ты ли прогнала меня пинками и потребовала держаться от тебя подальше? Ты ври да не завирайся, сестрица, я тебя предупреждал, что если ты меня прогонишь, то я ни за что не отвечаю! Ци Жунчжи, мы сейчас в монастыре Цзиньсинь, а не в поместье магистрата. Это не то место, где ты можешь контролировать все и всех. Ты, случайно, не забыла, как много свидетелей видели, как ты меня прогнала? Я не думаю, что у тебя получится и на этот раз тоже все свалить на меня!

Презрительно усмехнувшись, Ци Байюй наклонился ближе к уху Ци Жунчжи и прошептал:

– Ци Жунчжи, ты же не хочешь, чтобы отец узнал, что ты подложила кое-что в чужой двор, потому что сговорилась навредить мисс Цинь'эр, не так ли? Думаешь, я не знаю, что ты использовала меня, чтобы помочь Цинь Юйжу, и прогнала меня, когда я стал не нужен?

Эти слова были сказаны так тихо, что только Ци Жунчжи могла их слышать. Она поменялась в лице, ее руки задрожали, и она с изумлением посмотрела на Ци Байюя, которого всегда считала безобидным простачком. В этот момент она не могла даже слова из себя выдавить.

Ци Байюй посмотрел на нее краем глаза, но не замолчал, продолжая тихо шептать:

– Старшая мисс Цинь с позором покинула Цзянчжоу, поэтому вторая мисс Цинь стала зеницей ока для генерала армии Нинъюань. Главной хозяйкой поместья генерала так же назначена мадам Шуй, которая души не чает в мисс Цинь'эр, а старая мадам Цинь и раньше никогда не скрывала, что ей больше по душе младшая внучка. Если ты действительно навредишь Цинь Ваньжу, не исключено, что генерал армии Нинъюань сдерет с тебя три шкуры!

Ци Жунчжи начала бить крупная дрожь. Она не смела пошевелиться под мрачным взглядом Ци Байюя, который тихо говорил ледяным тоном:

– В префектуре Цзянчжоу всеми войсками командует генерал армии Нинъюань. Под его началом тысячи людей. Даже если ты никогда не выйдешь из дома в будущем, вероятность быть похищенной и проданной в бордель все еще очень высока! Ты же не думаешь, что генерал императорской армии боится нашего отца-чиновника, верно?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 95. Жизнь хуже, чем у собаки

Глава 95. Жизнь хуже, чем у собаки

.

– Ты же не думаешь, что ты самая благородная леди в Цзянчжоу!

После того, как Ци Байюй закончил говорить, он отодвинулся подальше от ушей Ци Жунчжи. Откинувшись назад и опираясь боком на край стола, он скрестил руки на груди, посмотрел на сестру и добавил:

– Ты должна подумать о том, как объяснить все это своему отцу. Этот скандал отличается от всех предыдущих. На этот раз многие люди стали свидетелями всего этого происшествия, так что ты не можешь сказать все, что захочешь! Если ты это сделаешь, то ты унизишь себя и отца. У военного ведомства возникнет конфликт с политическим департаментом, что приведет к необратимым последствиям, а это нехорошо, потому что Цзянчжоу находится недалеко от границы!

Он говорил обычным голосом, но достаточно громко, чтобы слуги в комнате могли все ясно слышать.

Женщины строили различные планы, как переложить вину за безобразную сцену на других, но теперь им пришлось столкнуться с этой проблемой напрямую. До этого, когда Ци Жунчжи пыталась обвинить во всем Цинь Ваньжу, на ее стороне были мадам Ди и Цинь Юйжу, так что все проходило гладко.

Но теперь все было по-другому, власть на заднем дворе поместья генерала изменилась, и Цинь Ваньжу больше не была ребенком, который не мог заслужить внимание отца или привязанность матери. Кроме того, этот громкий скандал произошел в монастыре Цзиньсинь, и тех прихожан, которые были участниками и свидетелями драки, нельзя было заставить молчать.

Если бы рассказ служанок был противоречивым, то они оказались бы крайними в этой ситуации. Думая об этой опасности, девушки и женщины содрогались одна за другой, но в глубине души они ясно понимали, что не могут говорить всякую чушь.

Было бы безопаснее, если бы они рассказали, что видели на самом деле.

Во всяком случае, в то время вокруг было так много людей, и не их вина, что они не смогли защитить свою юную леди!

Ци Жунчжи на мгновение была ошеломлена яростной враждебностью Ци Байюя, и когда до нее дошел смысл его слов, ее тон сразу же резко изменился:

– Ты... ты что-то знаешь?

– Если ты не хочешь, чтобы кто-то знал о твоих намерениях, лучший способ – делать все самой и никому не говорить о своих планах!

– Ты… кто тебе сказал? – голос Ци Жунчжи дрожал, потому что она была напугана. Если бы она изуродовала лицо Цинь Ваньжу, ее действительно могла постигнуть участь быть отданной в поместье генерала на расправу!

Ци Жунчжи не могла успокоиться, думая, что могла упасть на самое дно и оказаться в самом грязном и дешевом борделе.

Как и Цинь Юйжу всегда делала раньше, она тоже продавала девушек-служанок в бордели много раз. Сейчас она чувствовала, что лучше умереть, чем жить подстилкой вонючих простолюдинов.

Она не хотела, чтобы для нее все закончилось вот так.

– Ци Жунчжи, помнится мне, отец много раз предупреждал тебя не трогать поместье генерала, чтобы не создавать проблем! Но ты просто не слушаешь! В чью клевету ты поверила на этот раз и навлекла такой позор на себя? Ты причинила столько неприятностей своему отцу и была похожа на оборванку, которую не заботит ни репутация семьи, ни собственный имидж. Если бы не удивительные медицинские навыки Преподобной, которая сразу обработала твои раны, твое лицо было бы изуродовано!

Ци Байюй сначала равнодушно прошелся по больным мозолям Ци Жунчжи, а затем как бы невзначай использовал слово «клевета».

До этого Цинь Ваньжу тоже сказала, что Ци Жунчжи кто-то обманом заманил сюда, так что разговор сразу перешел в нужное русло!

– Клевета? – Взгляд Ци Жунчжи в оцепенении обратился к кормилице, она уже была напугана значением слов Ци Байю, и ее лицо было безмолвным. – Ты... Ты, признавайся, кто тебе сказал, что я могу подняться на гору и здесь безнаказанно излить свой гнев на Цинь Ваньжу?

– Барышня! – Нянька запаниковала и со стуком опустилась на колени, все еще пытаясь что-то объяснить.

Чунь И была очень сообразительной девушкой. В этот момент она паниковала, потому что боялась, что во всем обвинят ее и забьют до смерти. Когда она услышала это, она сразу все поняла, указала на няню и сердито закричала:

– Кормилица, ты… как ты могла обманом заманить свою юную леди в ловушку? Сколько тебе посулили за это в награду?

– Скажи мне, почему ты подбила меня разобраться с Цинь Ваньжу? Ты посоветовала мне сначала прогнать Ци Байюя, а затем сказать несколько добрых слов Цинь Ваньжу, притворяясь, что я помирилась с нею. После этого ты послала бы служанку обманом заманить Цинь Ваньжу в укромное место, используя имя Ци Байюя, и там ее жестоко избили бы до потери сознания. В результате ее лицо было бы изуродовано, но все, что произошло, не имело бы ко мне никакого отношения!

Ци Жунчжи яростно ударила кормилицу по лицу, в бешенстве крича:

– Ты заверила меня, что никто не будет связывать ее избиение со мной, основываясь на том, что я уже помирилась с нею. Ты сказала, что если кто-то захочет все расследовать, они станут подозревать только Ци Байюя, так что же происходит сейчас?

Ци Жунчжи умирала от желания разорвать кормилицу на куски, поэтому она начала сильно пинать ее ногами. Нянька, которую безжалостно пинали, упала на пол, плача. Она пыталась схватить Ци Жунчжи за ногу и оправдаться перед ней.

– Барышня, барышня, старая рабыня просто хотела помочь вам отомстить! В любом случае, в этом был бы замешан только второй молодой мастер, и это не имело бы никакого отношения к барышне!

Ци Байюй холодно фыркнул, стоя в сторонке, потом подошел и пнул тетку, которая продолжала нести бред. Это был просто удар, но ударил сильный подросток. Но женщину отбросило назад, и она врезалась в каменную стену с громким звуком. На некоторое время все в комнате ошеломленно притихли.

– Ци Жунчжи, не думай, что ты всегда можешь причинять вред другим, рассчитывая, что семья в любом случае защитит тебя. Теперь ты должна придумать, как все объяснить своему отцу. Что касается этой заговорщицы… Я верю, что у тебя еще остались мозги, и ты самостоятельно сможешь выяснить, кто за этим стоит! Ты всего лишь нож в чужих руках!

Ци Байюй холодно улыбнулся и дернул уголком рта. Он улыбнулся без улыбки, затем повернулся и зашагал прочь. Он не хотел оставаться здесь и смотреть, как эти подлые бабы собачатся.

– Юная леди, теперь я вспомнила. У кормилицы прекрасные отношения с тетей Чжоу из поместья генерала армии Нинъюань. Вчера я видела, как они украдкой разговаривали друг с другом, прячась в углу, – закричала Чунь И, которая стояла позади хозяйки. В это время она тоже отчаянно пыталась найти доказательства, что виновата в этом только нянька.

– Да, я тоже это видела!

– Это было точно вчера. Я случайно проходила мимо, и услышала, что они говорили о монастыре Цзиньсинь. Поскольку меня это не касалось, я не стала прислушиваться.

– Это была няня Чжоу из поместья генерала армии Нинъюань, она всегда следует за мадам Ди, и я тоже знаю ее!

Толпа женщин суетилась, перебивая друг друга, и картина, наконец, прояснилась…

Стоя под крыльцом, Ци Байюй взглянул на дом Ци Жунчжи, усмехнулся и вышел из двора, а его маленький лакей почтительно засеменил за ним.

Ци Байюй чувствовал горечь и продолжал мрачно идти вперед. Но он остановился на перекрестке, где должен был повернуть, застыв на месте. Под большим деревом стояла Цинь Ваньжу. Ее нефритовое лицо было слегка приподнято, со слабой мечтательной улыбкой на губах. Девочка была невероятно красивой в этот момент и выглядела совсем как взрослая. Потом нереальная красавица-фея повернула голову, и ее длинные ресницы взметнулись вверх, открывая взгляд прекрасных глаз.

Вокруг стояла тишина, и картина была завораживающей!

Как будто что-то враз прогнало горечь из сердца Ци Байюя. Постояв некоторое время неподвижно, он медленно направился к Цинь Ваньжу.

– Ты выяснил, кто за этим стоит? – тихо спросила Цинь Ваньжу.

Когда Ци Жунчжи обрабатывали рану, она отправила Цин Юэ тайно встретиться с Ци Байюем, чтобы попросить его направить мысли Ци Жунчжи в нужную сторону. Она была уверена, что Ци Жунчжи кто-то намеренно направил в монастырь Цзиньсинь.

Ци Байюй нахмурился, и взгляд его глаз наполнился враждебностью, которой у него не было в прошлом. Он холодно сказал:

– Мадам Ди из вашего поместья!

– Конечно же, это снова она! – Цинь Ваньжу это не удивило. Она наклонила голову и улыбнулась, но ее улыбка была немного холодной.

– Она настолько сильно хочет тебя погубить? Дело не в том, что ты ей не родная. После стольких лет заботы о тебе, у нее совсем не возникло никакой привязанности к тебе? Даже если ты вырастишь собаку, если держать ее так долго рядом, ты всем сердцем прикипишь к ней и не захочешь причинять ей вред, – холодно сказал Ци Байюй и уголки его губ скорбно опустились.

– Я значу для нее меньше, чем собака! – заключила Цинь Ваньжу со светлой улыбкой.

Ци Байюй почувствовал себя неловко, когда маленькая красивая, как цветочек, девочка пришла к такому выводу и так легко произнесла это. Он невольно открыл рот, пытаясь сказать что-то, чтобы утешить ее, но в конце концов выдавил из себя только горькое признание:

– В моем доме ко мне тоже относятся хуже, чем к собаке!

Потому что он родился от наложницы!

Это то, что он четко уяснил с самого рождения. Его родная мать, которую он должен был называть тетей, не была амбициозной женщиной, которая могла бы создать проблемы для главной жены. Ей нравилось весь день проводить в своем дворе или посещать буддийские храмы. Она осознавала, что хозяин поместья меньше благоволил к ней, и знала свое место. Но мадам Ли даже в этом случае не оставляла ее в покое. Она часто наказывала ее просто так, прямо у него на глазах, чтобы научить его сохранять спокойное выражение лица.

Конечно, мадам Ли, которую он должен был называть мамой, и в другое время тоже плохо с ним обращалась.

Всякий раз, когда в поместье что-то случалось, она спихивала вину не него.

Когда он был маленьким, он этого не понимал и часто плакал от обиды. Став старше, он постепенно осознал, что был изгоем в своей семье. Когда Ци Жунчжи делала шкоду, а он присутствовал рядом, в основном расплачивался за все именно он.

Когда он был маленьким, его отец, магистрат Ли, не раз порол его за чужие проступки.

Сначала он думал, что его старший брат был хорошим человеком, но позже обнаружил, что его старший брат Ци Тяньюй просто лучше скрывал свою порочную натуру. Он без зазрения совести подставлял других и убил больше людей, чем мадам Ли и Ци Жунчжи вместе взятые!

Однажды он слышал, как мадам Ли сказала, что мадам Ди растила Цинь Ваньжу так много лет, что даже если бы девочка была собакой, у мадам Ди все равно появились бы какие-то материнские чувства к ней. У Цинь Ваньжу не было родной матери, которая могла бы представлять угрозу положению мадам Ди в поместье генерала, и к тому же Цинь Ваньжу всем сердцем считала ее родной матерью.

Но сейчас он внезапно понял, что заблуждался – девочка была таким же изгоем для главной матери поместья, как и он.

Его родная мать тоже не стремилась соперничать за внимание или благосклонность хозяина поместья, и он с самого начала вел себя уважительно и почтительно по отношению к мадам Ли.

Ну, и к чему это привело?

Эти уважаемые матери семейств приложили все силы, чтобы сделать их козлами отпущения, которые служили для того, чтобы навсегда скрыть порочные поступки Ци Тяньюя и Цинь Юйжу!

Их обоих не любили ни отцы, ни матери. Собственные родители пытались опорочить их репутацию, и некому было за них заступиться. Если они не смогут защитить себя сами, это останется для них позорным пятном на всю жизнь!

– Я хочу жить лучше! – Цинь Ваньжу улыбнулась, уголки ее губ приподнялись, а смеющиеся глаза были изогнуты. Она была очень милой. Без холода сейчас она выглядела душераздирающей теплотой. – Брат Байюй, ты тоже должен жить лучше. Пусть те, кто хочет подставить нас, получат по заслугам. Мы должны отплатить им той же монетой!

Раз они хотят втоптать их в грязь, значит, они должны сами сделать все, чтобы жить лучше и поквитаться за все обиды!

Цинь Ваньжу невысокая, Ци Байюй немного выше ее. В этот момент она подняла голову и посмотрела прямо в глаза Ци Байюя с мальчишеской дерзостью и некоторой безумной настойчивостью, но это также делало ее изящное личико живым и сияющим. Чарующие глаза маленькой красавицы уставились на мальчика с недетской пронзительностью. Мерцающий свет в ее глазах был красивее, чем окружающая природа.

В этот момент это почти любого заставило бы забыть, что она на самом деле была маленькой – ей было всего одиннадцать лет!

Сердце Ци Байюя слегка дрогнуло, и его взгляд невольно стал мягче. Он вернул себе солнечную улыбку беззаботного мальчишки и посмотрел на небо.

– Да, я хочу жить лучшей жизнью, лучше, чем старший брат. Хочу, чтобы люди не продолжали говорить, что старший брат выдающийся, и что он единственная гордость нашего поместья, а я… Я всего лишь глупый сын наложницы, и ни на что не годен, кроме как позорить всю семью.

Горькие слова на этот раз прозвучали беззаботно. Мальчишка ухмыльнулся и посмотрел на девочку.

– Возвращайся к себе. Скоро в монастырь прибудут люди из моего поместья. Это происшествие не имеет никакого отношения ни к тебе, ни к старой мадам Цинь. Что касается споров и выяснений, мы посмотрим, до чего они смогут договориться! – Ци Байюй махнул рукой, развернулся и пошел обратно. Он не мог покинуть монастырь, пока сюда не прибыл кто-нибудь из поместья магистрата.

– Брат Байюй, ты тоже будь осторожен! – Цинь Ваньжу кивнула с улыбкой. Она очень боялась, что Ци Байюй окажется втянутым в эту историю, поэтому пришла сама все выяснить у него.

– Я в порядке! – Сказав это, Ци Байюй на секунду застыл, а затем медленно повернулся. Улыбка паренька была немного лукавой, когда он спросил: – Я тоже уеду в столицу через несколько дней, могу я присоединиться к вашему обозу?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 96. Планы Ци Байюя

Глава 96. Планы Ци Байюя

.

– Ты тоже уезжаешь в столицу? Почему ты едешь туда? – Новость была настолько неожиданной, что улыбка на лице Цинь Ваньжу застыла.

В прошлой жизни Ци Байюй только несколько лет спустя отправился в столицу. Хотя магистрат Ци мог кого-то возвысить до более высокой должности, пройдет несколько лет, прежде чем Ци Байюй получит признательность и помощь одного важного человека и войдет в династию в качестве чиновника всего через несколько лет после переезда в столицу.

– Если Ци Тяньюй может поехать в столицу, то почему я не могу? Остаться тут и смотреть, как Ци Жунчжи продолжает глупеть и сходить с ума? – На лице Ци Байюй появилась загадочная улыбка, как будто что-то должно было произойти. – Ци Жунчжи тоже не может больше оставаться здесь, ее репутация сейчас не намного лучше, чем у Цинь Юйжу!

– И что? – Цинь Ваньжу несколько мгновений недоуменно моргала своими прекрасными глазищами, потом какая-то мысль пришла ей в голову, и она внезапно еще больше расширила глаза: – Ты хочешь сказать, что Ци Жунчжи тоже отсылают в столицу?

– Почему бы и нет? В том состоянии, в каком находится сейчас ее репутация, в Цзянчжоу для нее невозможно устроить хороший брак, – сказал Ци Байюй и ухмыльнулся. Когда он впервые подумал о поездке, он просто смутно почувствовал, что это хорошо. Рассказывая Цинь Ваньжу об этом, он вдруг понял, что все сложилось как нельзя лучше.

Его единственный друг детства, верный товарищ по играм и надежный союзник, едет в столицу, и его «хороший старший брат» и теперь соперник также уехал в столицу. Они все уезжают. Тогда зачем ему оставаться в провинции?

После того, как он однажды добьется успеха и получит признание большее, чем Ци Тяньюй, кто посмеет смотреть на него свысока?

Изначально у него не было никаких высоких устремлений в жизни. Хотя он и не был любимцем в поместье магистрата Ци, он, по крайней мере, был сыном магистрата. Окружающие относились к нему с уважением, пусть и напускным, и никто не смел его трогать. Он всегда хорошо ел и пил. Оставалось только найти друзей, с которыми можно прожигать жизнь.

Но в последнее время произошло слишком много событий. Казалось, что все эти скандалы не имели к нему никакого отношения, но на самом деле почти все они могут быть тесно связаны с ним. Лицемерный старший брат, предвзятый отец, самовлюбленная сестра и злобная законная мать, все они заставили его резко повзрослеть за последние недели.

У него даже мелькнула мысль, что если он действительно ничего не предпримет, то в будущем может навсегда остаться позади Ци Тяньюя. В таком случае Ци Тяньюй будет подставлять его столько, сколько захочет, и возложит на него любую вину, какую захочет. Мужчины и женщины разные, хотя репутация добродетельного человека для мужчин не имеет значения, но репутация ответственного человека очень важна!

Цинь Ваньжу немного подумала и пришла к выводу:

– Итак, Ци Жунчжи тоже едет в столицу. Так ты едешь с нею, чтобы сопровождать ее?

– Мой отец не может уехать, и моя мать, само собой, без него тоже не может уехать, так что я единственный, кто может сопровождать сестру в столицу! – Ци Байюй дернул уголками губ, лукаво улыбаясь с некоторой детской непосредственностью.

Девушке из благородной семьи всегда не очень прилично отправляться в столицу одной. Не говоря уже о глупой Ци Жунчжи, которая всегда находила проблемы на свою голову. Кто знает, что случится, если отпустить ее в столицу без присмотра?

И она больше никак не может оставаться в Цзянчжоу!

– Тогда где ты будешь жить после того, как приедешь в столицу? – нахмурилась Цинь Ваньжу, все еще чувствуя себя немного неловко.

– У нас есть дом в центре города. Там сейчас живет Ци Тяньюй. Ци Жунчжи и я, естественно, тоже будем жить вместе с ним. Ци Тяньюй всегда строит из себя благородного джентльмена. Конечно, для него невозможно отказать младшему брату в крове. Он даже должен быть еще более добр ко мне. Столица – это не Цзянчжоу, мой отец не сможет его прикрыть! – небрежно сказал Ци Байюй.

– Тогда что ты собираешься делать после того, как переедешь в столицу? – В своей прошлой жизни Цинь Ваньжу даже не могла выйти из дома по своему желанию, поэтому она совершенно не представляла, как Ци Байюй заставил людей уважать себя. Она не могла дать ему хороший совет и боялась, что это не обязательно хорошо для Ци Байюя, потому что он был слишком молод, чтобы сейчас находиться в столице.

– Есть много чего, что я могу сделать. Хотя я не силен как ученый, я очень хорош в боевых искусствах. На самом деле я могу попробовать сделать карьеру в военном департаменте! – Ци Байюй вытянул руку и сжал кулак, а затем показал мышцы Цинь Ваньжу. – Сейчас нам бесполезно обсуждать, можем ли мы поехать в столицу вместе. Я должен попросить своего отца поговорить с твоим отцом. В конце концов, считается, что их отношения в последнее время стали «лучше»! До встречи, мелкая!

После того, как Ци Байюй закончил поддразнивать Цинь Ваньжу, он с улыбкой повернулся и ушел. По его подсчетам, слуга, которого он отправил сообщить новости семье, уже добрался до поместья магистрата. Вполне ожидаемо, что вскоре посыльный вернется с указаниями, как действовать дальше.

Поскольку это дело было связано с мадам Ди, право принимать решения могло быть передано поместью генерала. Теперь, когда семья магистрата и семья генерала не были готовы полностью разорвать отношения, открыто обвиняя друг друга, им необходимо было сотрудничать. К тому же магистрату было выгодно договориться с генералом армии Нинъюань, чтобы его семья позволила Ци Байюю и Ци Жунчжи проехать с ними дорогу до столицы.

Было ли это из-за разрыва предыдущего брака или из-за того, что мадам Ди натворила сейчас, в результате чего Ци Жунчжи поцарапали лицо, это была небольшая любезность со стороны поместья генерала Нинъюаня.

Учитывая это предположение, магистрату также оправданно было выдвигать и некоторые другие требования.

Лучше всего также пристроить Ци Жунчжи жить в столице в поместье генерала армии Нинъюань. Ци Байюй коснулся своего подбородка и задумался о том, насколько это вероятно!

На самом деле, это очень вероятно, не так ли?..

Магистрат Ци лично прибыл в монастырь со своей свитой. Увидев лицо Ци Жунчжи, он вздохнул с облегчением. Даже если у нее останется шрам, царапина находилась в углу лба, почти у самых волос, и шрам легко можно было прикрыть челкой. Кроме того, настоятельница монастыря Цзиньсинь сказала, что ранение несерьезное. Если правильно лечить царапину, то шрама может даже не остаться.

После расспросов о том, что произошло до и после, магистрат Ци пришел в ярость и за волосы выволок во двор нескольких служанок поместья Ци. Он жестоко избил их, выпуская пар, прежде чем спуститься с горы.

Учитывая, что кормилица Ци Жунчжи была замешана в интригах мадам Ди, случившееся на самом деле было нетрудно расследовать.

В тот вечер Цинь Хуайюн тоже поднялся на гору. После встречи со старой мадам Цинь, он направился с Цинь Ваньжу в ее дворик.

Войдя в главную комнату, Цинь Хуайюн сел в одно из кресел. Взяв чай, который подала ему Цинь Ваньжу, он сделал глоток и некоторое время молчал.

Цинь Ваньжу не спешила, спокойно ожидая, когда он заговорит.

Потребовалось много времени, чтобы услышать, как Цинь Хуайюн спросил:

– Что она опять натворила? – Его голос был немного усталым, и он не должен был быть таким тихим у такого боевого генерала, как он.

Цинь Хуайюн не назвал имени, но Цинь Ваньжу знала, что он говорит о мадам Ди. Она ничего не собиралась скрывать. Подняв голову, она прямо сказала:

– Отец, в птичьи гнезда моей бабушки добавили порошок травы Цинцю, на которую у бабушки аллергия. Эта трава является основной причиной болезни бабушки, и частое вдыхание пыльцы Цинсю не только приведет к ухудшению состояния здоровья бабушки, но может закончиться ее… может привести к ее…

Глаза Цинь Ваньжу покраснели от набежавших слез. В прошлой жизни ее бабушка умерла вот так!

– Кто прислал птичьи гнезда? – Цинь Хуайюн не спрашивал, откуда Цинь Ваньжу знает об этом.

Старая мадам уже рассказала ему, что Цинь Ваньжу изучает медицину у монахини Минцю, и что девочка очень талантлива во врачевании. Она даже время от времени уже делала ей иглоукалывание, чтобы облегчать внешние симптомы болезни, и эффект был очень хорошим!

– Они были посланы моей матерью. Но моя мать только недавно взяла на себя обязанности хозяйки заднего двора. Но ты же сам понимаешь, что предыдущей хозяйке будет очень просто использовать верных людей, чтобы тайно подсыпать порошок травы Цинцю в птичьи гнезда! – угрюмо сказала Цинь Ваньжу, не прибегая к вежливым иносказаниям.

С Ци Жунчжи случилось большое несчастье, и было установлено, что мадам Ди непосредственно связана с этим. Магистрат Ци не тот человек, которого можно заставить стерпеть подобное оскорбление, и он обязательно потребует у Цинь Хуайюна компенсацию. Поскольку Ци Байюй не стал открыто обвинять мадам Ди в нападении на сестру и предоставил это дело на суд старших, теперь был черед генерала проявить любезность и защитить Ци Жунчжи и Ци Байюя во время поездки в столицу.

Цинь Ваньжу вспомнила о просьбе Ци Байюя и подумала, что это вполне осуществимо!

Конечно, учитывая жадность магистрата Ци, этого определенно недостаточно. Цинь Хуайюн, безусловно, вынужден будет пойти еще на некоторые уступки. Таким образом, генерал, должно быть, поднялся на гору, чтобы самому выяснить подноготную этого скандала.

– Я слышала, что мисс Ци вчера поднялась на гору, и птичьи гнезда тоже были доставлены на гору вчера. После того, как мисс Ци поднялась на гору, она должна была пойти навестить мою бабушку. Если что-то случилось бы с бабушкой, мисс Ци определенно стала бы первой, кого начнут подозревать. Зная несдержанный нрав мисс Ци, логично предположить, что она устроит какие-то неприятности. С ее несдержанностью может произойти что-то еще. В итоге, разобраться, от чего ухудшилось состояние моей бабушки, в то время будет нелегко!

Цинь Ваньжу опустила голову и продолжала рассказывать. Она не хотела скрывать от отца эти подробности. Причина, по которой мадам Ди решила переложить вину за все несчастья на Ци Жунчжи, заключалась в том, что мадам Ди также хорошо знала необузданный нрав Ци Жунчжи. На этот раз мадам Ди, должно быть, планировала провернуть большое дело. В это время, если бы она спровоцировала ухудшение состояния здоровья своей свекрови, которое уложило бы старушку в постель, кто бы занимался другими вопросами?

Цинь Хуайюн глубоко вздохнул и сказал:

– Ваньжу, мне стыдно, что я снова позволил тебя обидеть!

Со слезами на глазах Цинь Ваньжу покачала головой и умоляюще посмотрела на Цинь Хуайюна, который сидел напротив.

– Ничего страшного не случилось, но… пожалуйста, пусть больше не трогают бабушку. Она... она старенькая, и обычно не лезет в дела поместья.

Независимо от того, насколько благородно происхождение мадам Ди, она уже замужем. Она отличается от незамужней женщины. Теперь она полностью зависит от семьи своего мужа и своего зятя. Если она не испытывает чувств к человеку, за которого вышла замуж, не заботиться о его матери и его детях, то на самом деле, этот брак – это всего лишь видимость для них самих.

После многократных интриг мадам Ди уже потеряла благосклонность Цинь Хуайюна. Теперь мадам Ди намерилась подставить и сжить со свету беременную Шуй Жолань, до родов которой оставалось не так много времени. Что бы она ни делала, Цинь Хуайюн будет постоянно спрашивать себя, замыслила ли мадам Ди снова что-то недоброе против его семьи?

Так же, как небольшая небрежность может привести к большой катастрофе, генерал отдавал себе отчет, что за мадам Ди стоит особняк герцога Юнкана, и ее нелегко укротить. Она могла бы достичь своей цели, если бы сохраняла терпение и шаг за шагом затягивала петлю на шеях старой и второй мадам Цинь…

– Я… не подвергну твою бабушку такой опасности! Теперь мне пора, а тебе лучше отдохнуть. Через несколько дней отвезешь свою бабушку вниз с горы. Вскоре мы отправимся в столицу. В поместье нужно упаковать много вещей, как твоих собственных, так и твоей бабушки. Теперь твоя беременная мать заботится о внутреннем дворе, так что будет лучше, если ты поможешь ей!

Цинь Хуайюн был немного смущен. Как сына, его нынешнее поведение следует рассматривать как неподобающее.

Полностью осознавая, что мадам Ди неуправляема, он все равно сохранял е положение в семье. Думая об этом, Цинь Хуайюн тоже испытывал стыд. Но это было все, что он мог сейчас сделать!

Цинь Ваньжу знала, что на данном этапе на него бесполезно дальше давить в отношении мадам Ди, поэтому она, соблюдая меру, сразу сменила тему.

– Отец, тебя переводят в столицу? – В этот момент она вытерла слезы из уголков глаз платочком, и на ее лице появилось легкое выражение удивления.

– Да, мы едем в столицу. Скоро придет приказ о моем переводе. Когда все формальности будут улажены должным образом, мы двинемся в путь. В это время ты нужна дома, чтобы помочь своей матери собрать вещи и выбросить то, что тебе не нужно. Просто выбросьте весь хлам! – распорядился Цинь Хуайюн.

До недавнего времени он был уверен, что его маленькая дочь наивна и слабовольна, но недавно он обнаружил, что его маленькая дочь очень умна и проницательна.

Она была не только сообразительной, но и полезной девочкой. Он беспокоился, что по дороге в столицу здоровье старой мадам может ухудшиться, но поскольку медицинские навыки Цинь Ваньжу уже сейчас так хороши, что ее не устает нахваливать Преподобная монастыря Цзиньсин, то у него теперь не о чем беспокоиться.

Если бы он раньше знал, что у Ваньжу такой хороший талант к изучению медицины, он бы не мешал ей стать ученицей монахини, как это делала его мать.

– Хорошо, отец! – Цинь Ваньжу рассмеялась, ее брови изогнулись, а глаза стали милыми. От этого красивого взгляда у Цинь Хуайюна на мгновение перехватило дыхание, но девочка о чем-то вспомнила, и ее лицо снова омрачилось. – Отец, неужели Ци Жунчжи и Ци Байюй поедут в столицу с нами? Второй молодой мастер Ци говорил мне об этом.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 97. Опухшие руки и испорченное лекарство

Глава 97. Опухшие руки и испорченное лекарство

.

– Так они едут с нами? – Хотя Цинь Ваньжу догадалась об этом, она не показала на своем лице ничего, кроме легкого удивления.

Цинь Хуайюн нахмурился, его выражение лица было не очень красивым.

– Да, они поедут с нами… Мы многим обязаны поместью Ци! – подтвердил он.

Не только из-за Цинь Юйжу, но и из-за того, что мадам Ди сделала на этот раз, Ци Пин, магистрат Ци, крепко прижал его. Результатом их разборок стало то, что Ци Хуайюну пришлось временно принять и содержать в своем доме Ци Жунчжи и дать обещание, что его семья приложит все усилия, чтобы найти ей в столице знатного мужа.

– Отныне ты должна держаться ближе к своей матери. Что касается других... не волнуйся из-за них слишком сильно! – Цинь Хуайюн посмотрел на Цинь Ваньжу, показывая, что его слова значили больше, чем выглядело на первый взгляд.

Цинь Ваньжу, казалось, не уловила смысла слов Цинь Хуайюна, который намекнул ей не слишком беспокоиться о замыслах мадам Ди, и сказала с уважением:

– Да, все зависит от воли моего отца!

После того, как Цинь Хуайюн ушел, Цинь Ваньжу не сразу начала умываться и готовиться ко сну. Вместо того чтобы лечь отдыхать, она начала при свете лампы готовить лекарство. Она делала его очень внимательно и осторожно. Она бросила несколько необходимых ей лекарственных средств в каменную ступку, взяла маленький косметический пестик и начала все тщательно растирать.

Несколько дней назад Цинь Ваньжу попросила Шуй Жолань передать эти лекарственные материалы ей в горы с оказией. Когда Шуй Жолань отправила лекарства старой мадам, она также велела доставить часть лекарств Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу только что получила эту посылку из рук бабушки, но эти лекарственные материалы также были испорчены порошком травы Цинцю.

Для обычных людей пыльца травы Цинцю не наносила вреда.

Ей нужно было выполнить домашнее задание, которое ей задала монахиня Минцю, что на данный момент было для Цинь Ваньжу легким делом. Но благодаря тому, что лекарственные материалы были загрязнены порошком травы Цинцю, это подсказало ей новую идею, и ее охватило внезапное вдохновение.

Она уже знала наперед, что встретит в столице много трудностей. В своей предыдущей жизни она страдала от постоянных отмен помолвок из-за козней мачехи и сестрицы. Те, кто просил ее руки, а затем бездушно разрывал установленные браки, могут появиться снова на ее пути. Поэтому она должна покончить с ними всеми, прежде чем они предложат поместью генерала породниться через брак. Но у нее была только одна Цин Юэ. Слишком мало надежных людей у нее было!

Ей нужно больше полезных людей, особенно людей, которые будут преданно ей служить!

Недавно ей приглянулся кое-кто подходящий, и она хотела привезти его в столицу. Сейчас она как раз ломала голову над тем, как это сделать. И вот теперь лекарство, смешанное с травой Цинцю станет мощным средством убеждения!

– Барышня, могу я вам помочь? Уже так поздно, вы не думаете ложиться спать? – с беспокойством спросила Цин Юэ, подавая ей еще одну чашку чая, и напоминая, что уже очень поздно.

– Нет, я сделаю это сама. Ты не знаешь, в какой момент следует добавлять другие лекарственные материалы! – сказала Цинь Ваньжу, качая головой, и в ее красивых глазах мелькнула улыбка.

Увидев, что маленькая хозяйка так энергично работает пестиком, что ее белоснежные ручки покраснели и слегка припухли, Цин Юэ сильно расстроилась.

– Барышня, я сильная, мне будет намного легче работать с пестиком, растирая лекарство в ступке. Вы можете стоять рядом и направлять меня. Пожалуйста, сделайте перерыв и дайте себе отдохнуть!

У Цинь Ваньжу была светлая кожа, белая и нежная, как снег. Те места на ее руках, где она держала ступку и рукоятку пестика, покраснели, и припухлость было очень четко видно.

Миниатюрные и маленькие руки всегда были заняты только чтением книг и выведением линий при рисовании. Когда они держали что-то так крепко и выполняли такую тяжелую работу?

– Все в порядке, Цин Юэ, ты ничего не понимаешь. Мне лучше сделать это самой! – Цинь Ваньжу посмотрела на красные отметины на своих руках, чувствуя себя не очень удовлетворенной своей работой. Она продолжала энергично растирать лекарство. Хотя сейчас ее руки очень сильно болели, на самом деле ничего страшного, по сути, не было, если она не поспит одну ночь.

– Барышня, вы можете доделать все завтра! Вы же часто так поступали раньше, верно? – Цинь Юэ была действительно сильно расстроена из-за состояния рук маленькой госпожи.

– Это было раньше. Теперь же у меня осталось не так много времени, всего несколько дней. Ты не понимаешь, мне нужно как можно быстрее разобраться с одним делом. Кроме того, на этот раз изготовление лекарства отличается от обычной медицины. Лучше всего сделать его за один раз! – Длинные ресницы Цинь Ваньжу несколько раз взметнулись, и неровные тени залегли под ее глазами. Ее белое и нежное лицо выглядело почти прозрачным в рваных тенях пляшущего света лампы.

Кожа как снег, кристально чистая и безупречная!

Цинь Ваньжу подняла глаза, чтобы посмотреть на Цин Юэ, и улыбнулась.

– Цин Юэ, если хочешь спать, иди ложись. Я поработаю еще немного!

– Я не хочу спать, барышня. Я останусь здесь с вами. Если вы не будете спать, я тоже не лягу! – сердито заявила Цин Юэ.

Верная горничная задумалась на мгновение и пошла во внутреннюю комнату, чтобы взять баночку мази. Она решила подождать, пока ее хозяйка закончит готовить лекарство. Тогда она нанесет ее на натертые и припухшие участки кожи рук хозяйки, чтобы завтра у ее маленькой госпожи не болели руки.

– Цин Юэ, мне это не нужно, я специально хочу, чтобы мои руки опухли! – Увидев мазь в руке Цин Юэ и ее сердитое лицо, Цинь Ваньжу улыбнулась. Ее глаза сияли чистотой, и ее улыбка была еще более ангельски невинной!

Это заставляло людей еще острее осознать, что она пока всего лишь ребенок!

Но смысл ее слов поразил Цин Юэ.

– Барышня, что вы хотите сделать? Что это вам даст, если ваши руки действительно распухнут? Старая мадам сильно расстроится, если она увидит ваши руки в таком состоянии!

Цинь Ваньжу опустила голову, чтобы посмотреть на свои маленькие руки, и особенно на правую руку, где красные мозоли от пестика стали более заметными.

– Тоже мне задачка! – весело рассмеялась она. – Я просто не пойду приветствовать бабушку, отговорившись тем, что меня напугала Ци Жунчжи, и я плохо спала ночью. Завтра утром я встану поздно, так что тебе придется одной сходить с утренним приветствием к моей бабушке и рассказать ей эту грустную историю!

Это даже можно считать отвратительным зрелищем. Ее руки сильно опухли и уже нестерпимо болели!

Но это было действительно ничто по сравнению с наказанием в виде разрезания по талии, и улыбка в уголках ее губ становилась все ярче и ярче, когда она была так жестока к себе!

– Но, барышня, ваша рука... – Цин Юэ почувствовала, что ее сердце болит от одного вида, как маленькие ручки ее хозяйки распухли, превратившись в такой комок боли.

– Это не имеет значения, просто подожди, пока я усну! – Цинь Ваньжу встала и посмотрела на незаконченную размятую массу, чувствуя, что лекарство почти готово.

Цин Юэ посмотрела в ступку на лекарство, потом посмотрела на кучку лекарственных материалов, которые все еще лежали рядом со ступкой, и спросила без особого понимания:

– Могу я убрать остальное?

– Не нужно ничего трогать, просто оставь все как есть! – Цинь Ваньжу была очень довольна своей работой. Хотя это лекарственное средство нельзя было считать лучшим готовым продуктом, но для нее он самый лучший!

Это было лучшее, что она могла создать с силой маленькой девочки, в теле которой она теперь была!

На следующее утро Цин Юэ очень рано пошла к старой мадам, чтобы извиниться от имени Цинь Ваньжу.

К тому времени, как Цинь Ваньжу проснулась, Цин Юэ уже вернулась назад. После того, как она помогла хозяйке умыться, ее взгляд упал на ее правую руку.

Цин Юэ обнаружила, что рукам Цинь Ваньжу стало не намного лучше, чем раньше, после одной ночи отдыха, и что ее руки распухли еще сильнее. Обе руки распухли, но особенно сильно пострадала правая. Когда Цинь Ваньжу завтракала, ей было даже трудно держать палочки для еды, и она не могла зажать кусочки более крупных овощей.

Цинь Ваньжу просто положила палочки для еды, которые держала в руке, попросила у Цин Юэ ложку и сразу же съела немного белого риса.

Съев миску риса, Цинь Ваньжу встала и приказала Цин Юэ упаковать каменную ступку вместе с лекарственной массой, а затем пошла отнести ее в хижину монахини Минцю.

К тому времени, когда они добрались до хижины у подножия горы, монахиня Минцю уже встала и читала утреннюю молитву. Закрыв глаза, Цинь Ваньжу тоже опустилась на колени с одной стороны тростниковой подушки, чтобы спокойно подождать.

Хотя мастер Минцю также была монахиней женского монастыря Цзиньсинь, она обычно совершала утренние молитвы в одиночестве. Она редко ходила на утреннюю службу с другими монахинями монастыря. Кроме того, большинству обитательниц монастыря Цзиньсинь заявили, что их младшей сестры не было в монастыре. Мастер Минцю была тихим человеком и не хотела, чтобы кто-то беспокоил ее, нарушая ее уединение.

Она была просто рядовой монахиней монастыря Цзиньсинь, которая появлялась только тогда, когда нужно было лечить самых тяжелых пациентов. И только тогда, когда Преподобная настоятельница на самом деле не знала способа лечения какого-то редкого заболевания, она с готовностью помогала ей, подсказывая ей методы лечения.

Но даже если она помогала лечить людей, она была всего лишь обычной монахиней монастыря Цзиньсинь. Даже если некоторые пациенты были вылечены ею, они все равно думали, что настоятельница монастыря Цзиньсинь была занята и поэтому позвала монахиню, которая следовала ее наставлениям и поэтому вылечила их.

В результате большинство людей знали как врача только Преподобную настоятельницу монастыря Цзиньсинь, и они не знали о мастере медицины монахине Минцю!

Наконец мастер Минцю закончила утреннюю молитву и медленно открыла глаза.

– Почему вы сегодня так рано? Вы не ходили приветствовать старую мадам Цинь? – В это время в прошлом Цинь Ваньжу ходила к своей бабушке и оставалась с нею некоторое время.

– У меня распухли руки! – Губы Цинь Ваньжу слегка поджались с детской непосредственностью. – Я боюсь, что моя бабушка будет убита горем, когда это увидит, поэтому я не пошла к ней!

– Почему у вас распухли руки? – За последние несколько дней мастер Минцю очень полюбила свою умную и хорошо воспитанную ученицу. Она услышала, что у девочки распухли руки, и ее взгляд ласково упал на ее правую руку.

Цинь Ваньжу поспешно спрятала руки в рукава. Услышав вопрос мастера Минцю, она не торопилась показать свои руки. Вместо этого она улыбнулась и сказала Цин Юэ:

– Принеси готовое лекарство!

Цин Юэ почтительно достала каменную ступку, завернутую в ткань, где большая часть лекарственной массы, казалось, была обработана очень грубым способом.

Выражение лица мастера Минцю поникло, и она начала ругаться:

– Мисс Ваньжу, что я вам говорила? Эти лекарства связаны с состояние здоровья пациентов. Вы не должны быть настолько небрежной. Как вы можете изготовить такое лекарство? Посмотрите на это массу, которую вы не закончили растирать. Как вы дадите это пациенту? Даже если будет эффект от принятого лекарства, в любом случае ожидаемый эффект от лечения не будет достигнут, и лечение пациента может затянуться!

Цинь Ваньжу опустила голову без малейшего неповиновения, почтительно кивнув:

– Да, Учитель, в следующий раз я буду стараться усерднее.

Когда речь зашла о том, чтобы сильнее перетирать лекарство, взгляд мастера Минцю упал на руки Цинь Ваньжу. То, что Цинь Ваньжу только что сказала, заставило сердце монахини учащенно забиться и напомнило ей о предыдущих словах девочки.

– Покажи мне свои руки! – тихо сказала монахиня Минцю.

Цинь Ваньжу на мгновение заколебалась. Хотя она выглядела немного неохотно, она все же медленно протянула руки вперед.

Свисающие рукава Цинь Ваньжу были закатаны. Увидев красные отеки на белых и нежных руках Ци Ваньжу, монахиня Минцю невольно нахмурилась и потянулась, чтобы взять руки девочки и легонько надавить на красные припухлости большим пальцем.

– Ой, Учитель, как больно! – с глазами, полными слез, Цинь Ваньжу смотрела, как монахиня Минцю касается ее травм, и у нее от боли на лбу сразу выступил холодный пот.

Это действительно больно!

– Вы растирали лекарство не медицинским пестиком? – невпопад спросила монахиня Минцю, внимательно глядя на расположение двух красных припухлостей на правой руке девочки.

– Да… Я использовала простую ступку, чтобы сделать лекарство. Мой отец сообщил, что через несколько дней мы отбываем в столицу. И я вспомнила, что не закончила готовить лекарство, которое вы сказали мне сделать, поэтому я изготовила его сразу, как только моя мама отправила лекарственные материалы через мою бабушку. Я хотела сделать его поскорее, но не ожидала, что у меня не получится, если нет ступки с медицинским пестиком. Монахиня Минцю, пожалуйста, простите меня!

Цинь Ваньжу насупилась и обиженно повесила голову, нарочно напустив на себя смущенный вид.

Оказалось, что дело не в том, что она была нерадивой и ленилась правильно готовить лекарства, а в том, что она была слишком маленькой и слабой, и у нее было недостаточно силы. К тому же она допустила ошибку, попытавшись перетереть все ингредиенты лекарства сразу. По всему выходило, мастер Минцю незаслуженно отругала ее.

Выражение лица монахини Минцю смягчилось, а ее голос невольно прозвучал ласковее:

– Как вы могли быть такой беспечной? Пусть кто-нибудь обязательно поможет вам в следующий раз. Кроме того, вам не нужно было так спешить... – На этих словах мастер Минцю, казалось, о чем-то вспомнила. Она подняла голову и немного побледнела. Ее красивые ивовые брови плотно сомкнулась на переносице. – Вы только что сказали, что скоро собираетесь уехать в столицу?

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 98. Сердечный узел монахини Минцю

Глава 98. Сердечный узел монахини Минцю

.

Цинь Ваньжу опустила голову и почтительно сказала:

– Да, мой отец сказал это вчера… Я боялась, что не успею сделать то, что вы мне задали, поэтому я хотела закончить все как можно скорее! – При этом она протянула руку и подтолкнула ступку, в которой была лекарственная масса, ближе к монахине Минцю, чтобы та проверила ее работу.

Монахиня Минцю только что оценила лекарственный препарат по его внешнему виду. Затем она понюхает и попробует лекарство, приготовленное Цинь Ваньжу, чтобы определить, хорошо оно или нет с точки зрения медицинской эффективности. Имея за плечами богатый врачебный опыт, монахиня Минцю сразу уловит вкус травы Цинцю, как только лекарство попадет ей на язык.

Цинь Ваньжу очень нужно было узнать мнение мастера Минцю об этом рецепте!

Монахиня Минцю коснулась препарата в каменной ступке, который подтолкнула к ней Цинь Ваньжу, но она не сразу попробовала его на вкус. Она слегка опустила голову с несколько расстроенным видом, но ничего не сказала.

В комнате внезапно стало тихо, и был слышен только шум ветра за окном.

– Учитель? – Цинь Ваньжу сделала паузу и с неуверенностью подала голос, не совсем понимая, почему монахиня Минцю так странно отреагировала!

– Вы уезжаете в столицу… Мисс Ваньжу, вы больше не будете изучать медицину? – Монахиня Минцю, казалось, была разбужена голосом Цинь Ваньжу. Она подняла голову и нежно улыбнулась своей маленькой ученице.

Но в глазах Цинь Ваньжу эта улыбка была горькой.

– Я хочу изучать медицину, учитель, я очень хочу учиться дальше! – порывисто воскликнула Цинь Ваньжу, схватив монахиню Минцю за рукав своими красными и опухшими руками. Взгляд ее сияющих глаз был твердым, без малейшего колебания.

– На самом деле, вы уже почти все выучили, мисс Ваньжу. У меня есть справочные записи по медицине. Я составила этот сборник на основе реальных случаев. Вы можете забрать ее себе. На самом деле я хотела некоторое время попутешествовать с вами по округе, чтобы вы могли получить опыт лечения настоящих пациентов. Чего вам сейчас не хватает, так это только практики. – Сделав глубокий вдох, монахиня Минцю вдруг добавила мягким тоном, глядя на маленькое розовое личико Цинь Ваньжу: – Я действительно не ожидала, что моя маленькая ученица окажется настолько талантливой.

Более того, Цинь Ваньжу могла не только делать выводы о других случаях из одного примера, но и выдвигать некоторые новые идеи. Разница между нею и настоящим доктором заключалась только в отсутствии практического опыта применения полученных знаний.

Услышав такую высокую оценку, Цинь Ваньжу была вне себя от радости и, решив ковать железо, пока горячо, сразу с надеждой попросила:

– Учитель, а вы можете поехать со мной в столицу?

Монахиня Минцю лишь покачала головой и прямо отказалась:

– Я не поеду в столицу… Я пообещала кое-кому ждать здесь, поэтому я не могу вернуться в столицу!

Яркие сияющие глаза Цинь Ваньжу расширились, и она удивленно спросила:

– Учитель, ну почему?

Монахиня Минцю снова покачала головой.

– Это... Можно сказать, что это все из-за того, что случилось в прошлом. На самом деле, теперь все уже быльем поросло… Теперь я просто не хочу никуда уезжать отсюда! – Ее тон был мягким и беззаботным.

Казалось, что она сказала это Цинь Ваньжу, но также казалось, что она сказала это самой себе.

Цинь Ваньжу на мгновение растерялась, и в ее глазах на миг промелькнул непроглядный мрак.

– Учитель, какую обиду вы не можете забыть? И это как-то связано со столицей? – осторожно спросила она.

– Это уже не имеет никакого значения. Это было так давно, что теперь прошлое мне иногда даже кажется сном! – Через силу улыбнулась монахиня Минцю, с некоторой долей самоуничижения, что отличалось от ее обычного поведения.

До этого монахиня Минцю всегда была доброжелательной и возвышенной. С тех пор, как она согласилась учить Цинь Ваньжу, она всегда очень заботилась о своей маленькой последовательнице. Ваньжу считала мастера Минцю благородной старейшиной из легенд. Монахиня была вежлива в общении с людьми и никогда не допускала никаких оплошностей перед Цинь Ваньжу.

Но в этот момент Ваньжу остро осознала, что монахиня Минцю была немного не о себе, поэтому осторожно спросила:

– Теперь, когда вы отпустили прошлое, почему бы вам не отправиться в столицу? Я всегда буду рядом с вами, и всегда буду почитать вас, как своего настоящего Мастера. – Она действительно всей душой хотела, чтобы монахиня Минцю перебралась вместе с нею в столицу.

Хотя официально они не были учителем и ученицей, но на деле монахиня Минцю уже была ее Мастером, и она действительно хочет быть дочерней по отношению к своему Учителю.

Первоначально Ваньжу не осмеливалась просить монахиню Минцю уехать в столицу. Но поскольку монахиня Минцю намеревалась взять ее с собой в поездку, возможно, она была бы не против поехать вместе с нею в столицу.

Хотя Ваньжу знала, что надежды на это мало, она все же подняла свои прекрасные глаза с непонятным волнением и посмотрела на монахиню Минцю с восхищением и тоской маленького одинокого ребенка.

– Дитя, вы... – Монахиня Минцю, казалось, была тронута восхищением в глазах Цинь Ваньжу. На лице старой женщины снова появилась улыбка, словно монахиня только что преодолела свою горечь и больше не грустила. Она протянула руку, чтобы коснуться головы Цинь Ваньжу, и ласково сказала: – Я не могу поехать с вами, моя маленькая госпожа. Воды столицы слишком глубоки, и это не по мне. Здесь я обрела душевное спокойствие и мне лучше оставаться здесь и дальше!

Говоря об этом, монахиня Минцю невольно думала о том человеке, который навсегда поселился в ее сердце. Этот мужчина уже должен был жениться и завести кучу детей. На протяжении стольких лет она уже посвятила себя служению Будде, но в этот момент ее сердце взволнованно трепетало. Конечно же, как сказала старшая сестра настоятельница, ее сердце все еще не спокойно!

Поэтому она тем более не могла вернуться в столицу!

Прошлое давно кануло в Лету, и некоторые из давних событий унесло ветром!

Монахиня Минцю взяла каменную ступку и пальцем положила немного лекарственного препарата на кончик языка, чтобы попробовать. Внезапно она изменилась в лице.

– Трава Цинцю? Как же так? У вашей бабушки аллергия на траву Цинцю, не так ли?

Хотя старую мадам Цинь лечила настоятельница монастыря Цзиньсинь, но Преподобная часто советовалась с монахиней Минцю по поводу выбора лекарств для лечения старой леди. Естественно, монахиня Минцю также очень четко представляла себе состояние старой мадам.

Слова монахини Минцю не стали неожиданностью для Ваньжу, но она все равно притворилась сильно удивленной.

– Этого не может быть! – воскликнула она. – Эти лекарственные материалы прислала мне моя мама, и их доставили вместе с лекарствами для моей бабушки. Откуда могла взяться трава Цинцю?

Монахиня Минцю протянула руку и снова положила немного лекарства на кончик языка, чтобы убедиться в своей правоте.

– Привкус очень легкий, но он присутствует. Если ваша бабушка будет продолжать постоянно чувствовать этот запах, ее состояние быстро ухудшится! – Затем она подняла голову и уверенно произнесла: – Присланные лекарственные материалы были обработаны порошком травы Цинцю. Кто-то намеренно подсыпал его в лекарственные материалы!

– Это... – Ваньжу опустила голову, всем видом демонстрируя обескураженность. Она крепко сжала свою одежду красными и опухшими руками, что сделало ее жалкой.

Эти маленькие розовые ручки, которые изначально были нежными и белоснежными, покраснели и распухли настолько, что на них страшно было смотреть.

Подумав некоторое время, монахиня Минцю медленно предложила:

– Возьмите с собой Юйцзе!

– Сестру Юйцзе? – Ваньжу подняла голову с удивленным видом.

Послушница Юйцзе тоже жила монахиней в женском монастыре Цзиньсинь, но она была практикующей монахиней с волосами, еще не пройдя постриг. Она была сиротой и жила при монастыре с детства. В ее ежедневные обязанности входила забота о питании монахини Минцю, а также она изучала медицину и считалась правой рукой мастера Минцю.

– Юйцзе на самом деле не является монахиней. Она просто живет и учится в монастыре Цзиньсинь. Старшая сестра сказала, что между ней и Буддой нет судьбы, и уже распорядилась, чтобы она покинула монастырь Цзиньсинь и отправилась жить в горы. – Сказав это, монахиня Минцю тяжело вздохнула.

Она видела, как росла Юйцзе и привязалась к этому доброму ребенку. На самом деле, она не хотела отпускать Юйцзе, но она также понимала, что Юйцзе уже подросток и по складу характера не подходит для монашеской жизни, хотя она была более уравновешенной девочкой, чем другие дети в ее возрасте.

Она была юной и стояла в начале своей взрослой жизни. Поэтому ни монахиня Минцю и Преподобная настоятельница монастыря Цзиньсинь не хотели хоронить ее в монастырских стенах на всю жизнь!

Если бы не случилось так, что Цинь Ваньжу приехала в монастырь Цзиньсинь изучать медицину, Юйцзе бы уже отослали в ближайшую горную деревню.

Поскольку Цинь Ваньжу появилась так вовремя, монахиня Минцю позволила себе немного эгоизма и решила отдать Юйцзе под опеку юной мисс. Юйцзе выросла наивной и простодушной, потому что всю свою жизнь была окружена только благочестивыми набожными монахинями. Хотя она умна и сообразительна, у нее совершенно не было опыта мирской жизни. Если бы вторая дочь генерала взяла ее под свое крыло, ей было бы легче интегрироваться в общество.

Это также было причиной, по которой монахиня Минцю недавно разрешила Цинь Ваньжу и Юйцзе больше общаться. Они дети, которые ей нравятся, и она надеялась, что девочки подружатся.

– Учитель, значит, сестра Юйцзе действительно может поехать со мной? – У Ваньжу радостно округлились глаза. Она не могла сдержать волнения, и ее маленькая фигурка внезапно выпрямилась, показывая, что девочка действительно счастлива.

Монахиня Минцю вздохнула с облегчением. Сначала ей было неловко просить о таком. Но когда она обнаружила, что Цинь Ваньжу не в состоянии ни измельчать лекарственные материалы, ни различать вкус травы Цинцю, она забеспокоилась и отважилась предложить Цинь Ваньжу взять Юйцзе к себе в услужение.

Теперь, увидев, как Цинь Ваньжу счастлива, у нее словно камень с души свалился.

Ни один из этих двух детей не сопротивлялся, и это только к лучшему. У них теперь будет возможность заботиться друг о друге в гармонии!

– Да, она может отправиться с вами, мисс Ваньжу. – Монахиня Минцю помолчала, просто сидя с улыбкой на лице, а затем сказала после паузы: – Просто примите ее как свою служанку. После этого пусть она будет тем человеком, который будет выполнять тяжелую работу, когда дело дойдет до растирания лекарств в ступке. Вы, должно быть, еще слишком юны, и у вас мало силы!

По сравнению с Юйцзе, которая с раннего возраста измельчала лекарственные материалы с помощью пестика, и считалась в монастыре богатыршей, Цинь Ваньжу была очень слабенькой и изнеженной.

Что касается того, что Юйцзе теперь будет считаться служанкой Цинь Ваньжу, монахиня Минцю тщательно обдумала это и даже обсудила с настоятельницей монастыря Цзиньсинь раньше. Поскольку она и Цинь Ваньжу были учителем и ученицей, но официально не имели такого статуса, Юйцзе, естественно, не считалась ее старшей соученицей. Без этих отношений Юйцзе не могла считаться старшей сестрой Цинь Ваньжу и могла войти в поместье генерала как ее служанка.

Это лучший способ стать человеком Цинь Ваньжу!

После того, как Цинь Ваньжу увидела, что послушница Юйцзе слишком легко подняла огромную кадку с водой, она ясно поняла, что ей очень нужен такой человек! И на этот раз причиной ее израненных рук также была она!

Но Ваньжу все еще чувствовала себя немного неловко и осторожно спросила:

– Учитель, а Юйцзе... Она согласится?

– Я уже говорила ей об этом раньше. Мой первоначальный план состоял в том, что мы будем путешествовать вместе, и она будет вашей служанкой всю дорогу. В конце концов, ваша настоящая служанка только сильно страдала бы в пути. – Взгляд монахини Минцю упал на Цин Юэ.

Хотя Цин Юэ была служанкой, девушки-горничные из поместья генерала тоже были хрупкими созданиями. Как она могла переносить трудности? Если бы Цинь Ваньжу путешествовала с ней, она не смогла бы сильно помочь госпоже в пути.

– Спасибо вам, учитель! – Видя, что желания монахини Минцю совпадали с ее желаниями, Ваньжу выпрямилась, стоя на коленях, и почтительно отвесила монахине Минцю три поклона, затем подняла голову, глядя на нее покрасневшими от набежавших слез глазами.

Она действительно была тронута!

В прошлой жизни она упустила возможность изучать медицину у мастера Минцю, поэтому впоследствии ей очень не хватало старейшины, который заботился о ней всем сердцем. В этой жизни она, наконец, нашла старейшину, который действительно любил ее.

Изначально Ваньжу стремилась получить в соратницы послушницу Юйцзе. Неожиданно она обнаружила, что ее учитель уже сама решила отдать ей сестру Юйцзе. Несмотря на то, что Цинь Ваньжу была взрослым и умным человеком, она не могла не чувствовать себя по-настоящему грустной в это время.

– Хорошая девочка, не нужно плакать! Теперь вы с Юйцзе будете вместе, и я могу быть спокойна за вас. – Видя благодарный взгляд малышки-ученицы, монахиня Минцю почувствовала, как горечь разлуки покидает ее сердце. Она не удержалась от ласковой улыбки, которая озарила ее старое лицо, подчеркнув его элегантность и красоту.

– Учитель, не волнуйтесь! Мы еще не раз увидимся с вами в будущем. Мы с сестрой Юйцзе обязательно будем приезжать к вам! – твердо пообещала Цинь Ваньжу, и слабый румянец вспыхнул на ее щеках.

Это было ее обещание мастеру Минцю. Из нескольких оброненных слов, она узнала, что у монахини Минцю был сердечный узел, и его причина все еще находилась в столице. Однажды она обязательно распутает этот узел, и заберет монахиню Минцю с собой в столицу.

Она должна позаботиться о монахине Минцю! Просто обязана это сделать…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 99. Незнание тоже некая форма счастья

Глава 99. Незнание тоже некая форма счастья

.

К тому времени, когда Цинь Ваньжу снова направилась во двор старой мадам, Юйцзе уже шла рядом с ней, одетая как горничная.

Вещи, в которые была одета Юйцзе, принадлежали Цин Юэ. Девушки были примерно одного роста и телосложения, и одежда Цин Юэ идеально сидела на Юйцзе.

Юйцзе действительно стала выглядеть как вышколенная служанка из богатой семьи после того, как сменила монашеское одеяние. Ее естественный нрав был мягким и услужливым, и он идеально вписывался в ситуацию.

Послушница Юйцзе выглядела чистой и свежей, когда была одета как горничная, и это заставляло старую мадам чувствовать себя очень счастливой. С одной стороны, она видела, что монахиня Минцю и настоятельница монастыря Цзиньсинь приложили много усилий по ее воспитанию, а с другой стороны она знала, что молодая девушка действительно выросла при монастыре в строгости. Она выглядела спокойной и уравновешенной, полностью лишенной опрометчивости, обычно присущей молодежи.

Она послужила бы хорошим помощником, если бы осталась при Чжо-Чжо.

Таким образом, было решено, что Юйцзе будет следовать за Цинь Ваньжу и служить ее личной горничной. Она также последовала бы потом за Цинь Ваньжу вниз с горы.

В тот самый день, когда Юйцзе должна была покинуть пределы монастыря, настоятельница монастыря Цзиньсинь и монахиня Минцю пришли, чтобы проводить ее.

Цинь Ваньжу и Юйцзе с уважением попрощались с двумя старшими и вместе сели в карету. Карета поехала в путь до поместья генерала.

– Младшая сестра, тебе действительно не стоит так беспокоиться. Прошло уже много лет, и, возможно, он уже давно забыл об этом… Почему ты не можешь отпустить прошлое? Зачем тебе так сильно страдать? – тихо спросила настоятельница монастыря Цзиньсинь у своей младшей, наблюдая, как отъезжает карета поместья генерала.

– Все кончено… Прошло так много времени, так что нам не следует говорить об этом. Старшая сестра, сейчас я спокойна и в мире с собой... Разве и ты не живешь жизнью, которую не потревожат другие? – Монахиня Минцю обернулась и сказала это тихо и мягко. Ее элегантное лицо было спокойным и умиротворенным, совершенно лишенным каких-либо признаков того, что она возражала против того, что только что сказала ее старшая.

Настоятельница монастыря Цзиньсинь открыла рот, раздумывая, стоит ли упоминать о дальнейшем обучении Цинь Ваньжу, но вздохнула, увидев чрезвычайно мирное выражение лица монахини Минцю, которое делало ее похожей на почтенную просветленную, которая вот-вот познает Нирвану, и остановила себя от дальнейших попыток убедить ее.

Она не знала, лучше ли говорить дальше или нет. Если сестра Минцю действительно отказалась от прошлого, почему тогда она беспокоилась о том, чтобы может встретиться с ним в столице?

Однако были некоторые вопросы, в которых она не могла попытаться убедить упрямицу, хотя была старше ее. Она могла только попытаться утешить ее и помочь ей вести мирную и спокойную жизнь.

Настоятельница не была уверена, но считала, что, возможно, незнание тоже некая форма счастья.

***

К тому времени, когда кареты Цинь Ваньжу и старой мадам Цинь подъезжали к поместью генерала, Шуй Жолань уже ждала на стоянке с несколькими слугами.

Она поспешила с няней Дуань вперед, увидев, что приближается карета свекрови. Казалось, что пожилая леди хорошо отдохнула в монастыре Цзиньсинь за этот период времени; она, похоже, была в хорошем настроении.

Процессия помогла старой мадам пройти на задний двор и войти в ее собственный двор. После того, как няня Дуань снова поприветствовала хозяйку, усадив ее на главное место, она приказала служанкам подать чай. Только после того, как все было сделано, старая служанка махнула рукой, чтобы отпустить остальных слуг.

Старая мадам сделала глоток чая и спросила со вздохом облегчения:

– Все ли уже готово к переезду?

– Почти все сделано. Есть несколько важных моментов, которые я не знаю, как разрешить. Мне нужен ваш совет, матушка! – уважительно сказала Шуй Жолань.

– Что это за трудности? – спросила старая мадам.

– В основном это вопросы, относящиеся к магазинам. Эти магазины находятся в Цзянчжоу... – сказала Шуй Жолань и запнулась, как будто ее что-то сдерживало.

Цинь Ваньжу опустила голову и играла с чашкой в руке, зная, почему Шуй Жолань была так смущена.

Естественно, у поместья генерала было несколько магазинов в Цзянчжоу. В связи с предстоящим переездом лучшим решением было продать эти магазины. Тем не менее, все это время ими управляла мадам Ди, и было бы трудно убедить ее передать документы на владение магазинами.

Несмотря на то, что эти магазины принадлежали заднему двору имения генерала, а не были частью приданого мадам Ди, с ее точки зрения, они принадлежали ей, и она не отдала бы их легко.

Можно было бы оставить магазины в Цзянчжоу в своей собственности. Но, по сути, семья генерала не собиралась возвращаться в Цзянчжоу после переезда в столицу. Даже если бы семья создала боковую ветвь в будущем, они не вернулись бы в этот далекий город.

Старая мадам нахмурилась; этот вопрос действительно будет трудно решить. Она знала, что мадам Ди так просто не выпустит магазины из рук.

– Я позже поговорю об этом с Хуай'эром! – сказала старая мадам, продолжая хмуриться.

Размышляя об этом, она пришла к пониманию сложности положения в целом. На самом деле ей не хотелось бы отбирать силой магазины у мадам Ди, но после переезда в столицу семье генерала придется потратить огромную сумму денег на покупку нового поместья и его обустройство. Кроме того, им нужно было открыть новые магазины в столице, и в этом случае деньги, которые можно было бы выручить от продажи магазинов здесь, очень пригодились бы.

Независимо от того, насколько умной и предприимчивой была Шуй Жолань, она не могла создавать деньги из воздуха.

Тем не менее, магазины были в руках мадам Ди, и ее действительно трудно было заставить отказаться от них.

Шуй Жолань поколебалась и тихо сказала:

– Забудьте об этом, матушка, пусть старшая сестра Ди сама разбирается с этим. У меня есть кое-какие сбережения, и мы сможем использовать их, когда доберемся до столицы!

Несмотря на то, что она тоже была женой, ее статус был ниже, чем у главной жены. Таким образом, Шуй Жолань должна была называть мадам Ди старшей сестрой Ди.

– Сколько у тебя может быть денег в руках? У тебя не так много для начала, и этого будет недостаточно. После того, как Хуай’эр переведется в столицу, ему нужно будет потратить огромную сумму денег на подарки своим знакомым, не говоря уже о новых магазинах. С этим будет трудно справиться даже с моими личными сбережениями – у нас так много людей, и предметов первой необходимости потребуется больше, чем мы можем себе представить. – Старая мадам нахмурилась и покачала головой, прежде чем отклонить ее предложение.

У поместья генерала была довольно значительная сумма активов в Цзянчжоу, а также магазины. Проблема заключалась в том, что все они находились под контролем мадам Ди, и она собиралась получить как можно больше уступок за согласие продать их.

– Бабушка, ты хочешь продать все магазины? – спросила Цинь Ваньжу.

Девочка, скорее всего, догадалась, что это будет нелегко, судя по выражениям лиц ее бабушки и Шуй Жолань. Кроме того, Шуй Жолань определенно получила бы отказ, если бы спросила об этом мадам Ди. Таким образом, ее мама казалась очень беспомощной.

– Естественно, все это придется продать. Оставив магазины себе, мы задержим здесь все наши денежные средства, и нам также придется оставить несколько способных людей присматривать за ними. Это с любой стороны невыгодно! – кивнула старая мадам; она была очень обеспокоена.

– А мы можем оставить здесь мадам Ди? – наивно спросила Цинь Ваньжу, глядя на чашку чая в своей руке. Ее длинные загнутые ресницы слегка дрогнули.

– Оставить мадам Ди здесь? Это определенно не сработает. Помимо других проблем, герцог Юнкан определенно не согласится на такое! – Старая мадам снова и снова качала головой. Ей даже не нужно было рассматривать это предложение, чтобы знать, что такое решение не сработает.

Цинь Хуайюн только прибудет в столицу и пока не имел там никаких связей. Ему определенно понадобится поддержка особняка герцога Юнкана. Кроме того, он больше не сможет вернуться в Цзянчжоу, и было бы неуместно оставлять мадам Ди, его главную жену, в этом провинциальном поместье.

– Тогда отошлите мадам Ди... обратно в родительский дом… – Цинь Ваньжу подняла глаза и слегка усмехнулась. Эта милая улыбка была очень гибкой. – Она родом не из Цзянчжоу, и ей придется продать магазины, если она уедет, верно?

Старая бабушка не сразу поняла суть предложения и на мгновение растерялась.

– Нехорошо отправлять ее восвояси. Ее родительский дом – особняк герцога Юнкана!

Напротив, глаза Шуй Жолань заблестели, она повернулась, чтобы посмотреть на Цинь Ваньжу, улыбнулась и сказала:

– Матушка, предложение Ваньжу не такое уж плохое. Мы можем просто сказать так нарочно, и тогда старшая сестра Ди определенно не станет тянуть с переездом. Она захочет как можно быстрее отправиться в столицу, и, естественно, начнет продавать магазины!

На этот раз Цинь Ваньжу слегка улыбнулась, как умная и воспитанная маленькая девочка, и престала лезть в разговор старших.

На этом этапе Шуй Жолань было достаточно, чтобы понять задумку. В конце концов, одиннадцатилетняя Цинь Ваньжу была еще ребенком и не должна была совершать слишком умных действий. Ваньжу не хотела, чтобы ее собственная семья смотрела на нее, как на монстра.

– Деньги от продажи магазинов попадут в ее руки, и мы не сможем вырвать их у нее! – ответила старая мадам, покачав головой. Она взглянула на Цинь Ваньжу и сказала: – В конце концов, Чжо-Чжо еще ребенок, и ее идеи не очень хорошо продуманы.

Но хотя она ребенок, она умный ребенок. Пусть этот вопрос все еще не был решен, старая мадам все равно была очень довольна своей младшей внучкой. Когда девочка станет года на три старше, она сможет постоять за себя. Внучка, которую она вырастила, такая умница. Она была не хуже, чем благородные барышни из дворянских семей, и старая мадам чувствовала огромное облегчение.

– Матушка, вы все еще не понимаете, что я имела в виду, – рассмеялась Шуй Жолань. Она о чем-то задумалась, услышав «непродуманную» идею Цинь Ваньжу. – Старшая сестра Ди сейчас заперта в своем дворе, и у нее нет возможности выйти и заняться делами лично. Наверняка она поручит няне Чжоу продать магазины.

У мадам Ди было много надежных людей, и самой преданной из них была старуха Чжоу, которую она привезла с собой из столицы. Она не только стара, но и обладала проницательностью и являлась надежным помощником.

А поскольку корни няни Чжоу также уходят в столичный особняк герцога Юнкана, мадам Ди доверяла ей еще больше.

– Ну и что? – Старая мадам прищурилась, словно услышала что-то значимое.

– Когда няня Чжоу продаст магазины, она не сможет ничего сделать, если генерал прикажет передать деньги в казну поместья, неужели она посмеет перечить своему господину? – с улыбкой пояснила Шуй Жолань. Когда деньги от продажи магазинов окажутся в общей казне заднего двора, им не будет необходимости беспокоиться о том, что у них недостаточно денег, чтобы купить новые магазины или подкупить нужных чиновников после переезда в столицу.

– Мы не знаем, когда поступят все деньги от продажи этих магазинов. Если мадам Ди узнает, что Хуай’эр отдал такой приказ ее служанке, она может воспротивиться ему и устроить скандал. Она также не даст ему шанса вмешаться в следующий раз и снова отобрать деньги у няни Чжоу, отдав ей твердые приказы под угрозой смерти. Тогда няне Чжоу придется защитить деньги ценой своей жизни, а это не очень хорошо – вступать в конфликт из-за денег! – Старая мадам все еще считала, что это не подходит.

Если бы мадам Ди собралась с духом для борьбы, и вся префектура Цзянчжоу узнала об их внутренних сварах, имя генерала было бы опозорено!

В прошлом старая мадам посчитала бы, что мадам Ди не сделала бы этого из желания сохранить репутацию. Но теперь старая мадам не была уверена в том, будет ли мадам Ди защищать свои деньги еще более тщательно или поручит няне Чжоу защищать их любой ценой, лишь бы присвоить все деньги заднего двора себе. Нужно учитывать, что няня Чжоу всегда подчинялась приказам особняка герцога Юнкана, и она должна слушаться мадам Ди.

Если няня Чжоу действительно отчаянно захочет сохранить деньги, никто ничего не сможет с ней сделать!

Также было бы катастрофой, если бы кого-то убили из-за борьбы за деньги! Кроме того, Шуй Жолань только что вышла замуж за генерала, и если мадам Ди обвинит во всем ее, она окажется в очень уязвимом положении! Если особняк герцога Юнкана использует этот инцидент, чтобы контролировать Цинь Хуайюна после его перевода в столицу, поместье генерала также окажется в невыгодном положении.

Шуй Жолань некоторое время не могла ответить. Казалось, она думала, что это сработает, но, похоже, теперь она пришла к выводу, что это невозможно. Еще какое-то время она не понимала самого важного.

Цинь Ваньжу моргнула своими ясными огромными глазами и сказала с несколько ошеломленным выражением лица:

– Бабушка, тогда просто забери деньги у няни Чжоу один раз!

После того, как она заговорила, казалось, что она сама не поняла, что сказала, и она снова моргнула с некоторым наивным неведением.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 100. Два подростка, старший и младший

Глава 100. Два подростка, старший и младший

.

Глаза Шуй Жолань расширились, и на ее лице появилась улыбка.

– Матушка, поскольку это наш единственный шанс, давайте воспользуемся им с няней Чжоу.

– Это будет, самое большее, цена одного магазина! Этого все еще недостаточно! – Старая мадам еще не вникла в суть идеи.

– Матушка, можно проследить за няней Чжоу и выяснить, с кем она будет вести дела. Потом можно найти способ заставить покупателей заплатить в один тот же день, – пояснила Шуй Жолань.

Ее слова, наконец, убедили старую мадам, которая, поразмыслив над этим, кивнула. Она решила, что этот замысел осуществим.

Поскольку им нужно вырвать деньги из рук няни Чжоу без ведома мадам Ди, они должны все сделать за один раз. Следует найти способ договориться о выплате денег в тот же день, когда мадам Ди будет продавать магазины.

Потратив на это время, других денег отбирать было бы уже не нужно!

Учитывая влияние поместья генерала армии Нинъюань, для них не составит труда договориться с торговцами, которые согласятся купить магазины мадам Ди в префектуре Цзянчжоу, чтобы они заплатили деньги в один тот же день.

Поскольку именно поместье генерала армии Нинъюань хотело продать магазины, другие не стали бы торговаться чрезмерно. Было бы легко найти покупателей и назвать цену. Вероятность успешной деловой сделки также была высока!

Цинь Ваньжу наклонила голову и спросила совсем как озорной ребенок:

– Бабушка, у тебя сохранились какие-нибудь бухгалтерские книги за предыдущие годы? Было бы здорово, если бы они остались; по крайней мере, будут неопровержимые доказательства, если мадам Ди заговорит о деньгах «за свои» магазины!

Старая мадам выглядела так, как будто она улыбалась. Она бросила на внучку задумчивый взгляд и согласилась, сказав:

– Жолань, позже иди и поищи с няней Дуань доказательства того, что магазины принадлежат заднему двору, а не лично мадам Ди!

Шуй Жолань и няня Дуань вместе поклонились, принимая приказ к исполнению!

Цинь Ваньжу посидела с ними еще на некоторое время, затем вышла из двора старушки. Но, вместо того, чтобы вернуться в свой двор, она направилась к качелям у стены и села покататься.

По привычке Цин Юэ направилась, чтобы подтолкнуть ее. Но Юйцзе слегка отодвинула ее в сторону. Она всегда была сильной, поэтому задача была более подходящей для нее.

Цин Юэ кивнула и отступила на несколько шагов.

Юйцзе подошла и толкнула раму качелей. Цинь Ваньжу начала раскачиваться, наклоняясь и откидываясь в такт движению. Юйцзе действительно была намного сильнее Цин Юэ, что позволило ей раскачать качели намного выше, чем раньше, даже выше, чем в тот раз, когда Цинь Ваньжу перепрыгнула на стену.

Ветер высоко поднял маленькую фигурку. Под ее красивыми иссиня-черными волосами была пара блестящих глаз, которые были такими же темными, как и непостижимыми. Ее озорное очарование несло в себе намек на еще не полностью раскрытую красоту. Слегка изогнутые уголки губ, таящие затаенную усмешку, и красные губы очаровательные и яркие, все это делало эту маленькую девочку все более и более чистой и неотразимо прекрасной.

В павильоне, примыкающем к поместью генерала, на втором этаже сидели два молодых паренька, один постарше, а другой помоложе. Они оба держались высокомерно и даже немного развязано, а их великолепная одежда с первого взгляда давала понять, что они богаты и могущественны, и что они не обычные люди.

– Эй, в поместье генерала армии Нинъюань нашлась такая очаровательная маленькая красавица! – Молодой человек, который выглядел немного моложе, с любопытством посмотрел на Цинь Ваньжу, которая время от времени поднималась вверх, и восхищенно прищелкнул языком. Затем он повернулся к юноше с холодным лицом и спросил: – Это же вторая мисс из поместья генерала армии Нинъюань, верно?

Мрачный серьезный молодой человек положил папку с делом, которую держал в руке, повернулся и посмотрел на девочку, затем отвел взгляд и сказал без интереса:

– У генерала только две дочери. Поскольку эта совсем еще ребенок, ты, вероятно, прав.

– Или, может, это старшая? Я слышал, что старшая настолько красива, что заморочила голову старшему сыну здешнего префекта Цзянчжоу, и даже одновременно закрутила роман с Ди Янем. Ди Янь больше всего ценит красивых девушек. Как ни посмотри, эту маленькую проказницу уже можно назвать удивительной красавицей. Когда она вырастет, она наверняка станет женщиной, чья красота может свергнуть империи!

Младший от души рассмеялся, как будто вспомнил что-то забавное, насмехаясь над Ди Янем без малейшего колебания.

Они прибыли в Цзянчжоу два дня назад и уже навели кое-какие справки. Младшего особенно заинтересовал странный брак между поместьем генерала армии Нинъюань и поместьем магистрата префектуры Цзянчжоу.

Это было гораздо интереснее, чем запутанные материалы расследования. Погода тоже была очень хорошей; как они могли тратить время впустую, запертые в поместье? Даже незамужняя юная девушка знала, как нужно качаться на качелях, чтобы насладиться погодой, но они просто торчат здесь! Чем больше он думал об этом, тем больше ему становилось скучно.

– Она выглядит редкой красавицей, но это всего лишь ребенок. – Холодный молодой человек снова взял в руки папку с делом, не очень заинтересованный юной леди на качелях.

Независимо от того, насколько хорошим было их зрение, они могли только сказать, что это была маленькая девочка. Было преувеличением называть ее юной леди.

– Несмотря на то, что у генерала армии Нинъюань нет сыновей, обе его дочери прекрасны, как цветы и нефрит. Ему так повезло, ведь одна из них кому-то из знати родит наследника, а ему – внука! – Поскольку до молодого человека дошли слухи, в глубине души он был уверен, что Цинь Юйжу была великой красавицей, в которую с одного взгляда мог влюбиться и город и вся страна. Он взял себя за подбородок и сел на подоконник, продолжая смотреть на улицу.

Его очень заинтересовали качели. Он решил установить такие же качели на своем заднем дворе для развлечения, как только вернется домой. Когда его друзья будут свободны, они могут прийти и поиграть вместе, и даже организовать соревнование или что-то в этом роде.

Младший был понурым в течение двух дней в Цзянчжоу, мечтая уже вернуться домой. Он повернул голову, посмотрел на своего холодного старшего брата и нетерпеливо спросил:

– Брат, когда мы возвращаемся?

– Завтра! – Юноша с мрачным лицом отложил папку с документами, которую держал в руке, и устало потер лоб. Он выглядел не слишком хорошо.

Если внимательно присмотреться к нему, можно понять, что он не родился с мрачным выражением лица. У него просто был плохой цвет лица. В сочетании с его отчужденностью он выглядел просто как холодный, бесчувственный человек.

– Так скоро? Это здорово! Мы больше не будем искать Чу Лючэня? – Младший удивленно обернулся. Честно говоря, в Цзянчжоу действительно не очень весело. Он предпочел бы скорее вернуться в столицу.

– Он, должно быть, уже направляется домой! – Юноша с мрачным лицом откинулся на спинку стула и закрыл глаза. Они собрали не много информации, но узнали, что Чу Лючэнь, похоже, давно уехал отсюда. Тем не менее, также поступили сведения, что он уехал всего несколько дней назад. На данный момент им было трудно отследить его.

– Это здорово! Давай вернемся в столицу! Там нет недостатка в возможностях хорошо провести время. Почему мы вообще должны напрягаться и искать его в этой дыре? – Несмотря на то, что младший бормотал себе под нос, он, казалось, теперь был в хорошем настроении. На его лице сияла широкая улыбка, когда его взгляд упал на маленькую фигурку за окном. – Брат, я слышал, что генерала армии Нинъюань тоже собираются перевести обратно в столицу, это правда?

– Я думаю, это произойдет очень скоро. – Холодный молодой человек кивнул и дернул уголками губ. Но даже приподняв уголки ота, он, казалось, почти не улыбался.

– Значит, обе его дочери тоже переедут в столицу? – спросил молодой человек и радостно воскликнул: – Его младшенькая дочь выглядит такой живой! Она мне уже нравится!

– Что ты хочешь сделать? Генерал армии Нинъюань – человек, к которому благосклонен наш императорский отец. Не делай ничего опрометчивого! – предупредил младшего юноша с мрачным лицом.

– Что я хочу сделать? Что вообще я могу сделать? Я просто думаю, что эта маленькая девочка очень веселая и забавная. И ее качели тоже интересные! – Младший прищурил глаза.

Он был полон решимости поставить качели, которые могли бы достичь такой высоты, как только он вернется в свой особняк. Такие качели, которые могли бы поднять его выше стены, и его одежда красиво бы развевалась на ветру. Это было бы особенно красиво, если бы он надел свои королевские одежды. Взлетающие вверх пурпурные рукава смотрелись бы просто нереально красиво. Он выглядел бы намного лучше, чем эта маленькая девочка.

– Брат, у тебя есть с собой какая-нибудь одежда красного цвета?

Внезапный вопрос младшего застал его старшего брата врасплох. На мгновение ошеломленный, мрачный юноша повернул голову и посмотрел на него:

– Зачем тебе это нужно?

– Я думаю, что в красном я буду хорошо выглядеть. Посмотри на эту девчонку. Она не только сама красивая, но и красный цвет делает ее привлекательной. Она совсем не выглядит безвкусно! – сказал младший, улыбаясь. Его глаза были яркими и придавали ему жизнерадостный вид.

– Ты все равно не будешь выглядеть так же хорошо, как Чу Лючэнь, даже если наденешь пурпурные королевские одежды, – нетерпеливо сказал юноша с мрачным лицом. Он встал, подошел к императорскому телохранителю в углу, протянул ему папку с делом и что-то мягко приказал ему.

Его младший брат скривил губы, когда увидел, что его игнорируют. Он повернулся, чтобы посмотреть на Цинь Ваньжу, и недовольно фыркнул. Чу Лючэнь, этот дьявол, будет хорошо смотреться в любой одежде, а не только в красном королевском наряде. У Чу Лючэня было довольно много одежды красного цвета. Непонятно, как парень с таким бледным лицом и бесцветными губами может выглядеть так необычно привлекательно в ярко-красном?

Более раздражающим был тот факт, что юные леди из влиятельных семей становились застенчивыми всякий раз, когда видели его. Стремясь выйти за него замуж, они даже не думали о том, что Чу Лючэнь легко может умереть в любое время, и они рискуют остаться вдовами! Что было такого хорошего в подобном браке?

Действительно, никакого предвидения будущего!

– Брат, мне нечего делать. Я выйду прогуляться. В любом случае, завтра мы уезжаем. Даже если кто-то заметит нас и что-то заподозрит, им будет слишком поздно что-либо предпринимать! – громко сказал младший. Со вчерашнего дня он сидел взаперти со своим старшим братом. Чем больше он думал об этом, тем более подавленным он себя чувствовал. Несмотря на то, что Цзянчжоу был скучным местечком, он все равно должен осмотреть город, иначе это действительно поездка впустую!

– В Цзянчжоу нет ничего интересного, – возразил холодный молодой человек.

– Брат, я выйду прогуляться и скоро вернусь. Может быть, меня ждут сюрпризы! – Мальчик знал, что его старший брат скажет это, поэтому он нахмурился и улыбнулся, выглядя очень плутовато.

– В Цзянчжоу нет ничего интересного, – повторил холодный молодой человек.

– Брат, ты знаешь, что мне нелегко путешествовать! Просто отпусти меня ненадолго!

Юноше с мрачным лицом не терпелось, чтобы его младший брат перестал приставать к нему. Он потер лоб и напомнил ему:

– Не задерживайся слишком долго!

– Да, да… Не волнуйся, брат, я скоро вернусь! – Младший спрыгнул с подоконника и исчез, спустившись вниз по лестнице в мгновение ока. Было нелегко уговорить брата согласиться. Он должен уйти как можно скорее. Через некоторое время старший брат может передумать и не отпустить его!

Цинь Ваньжу не знала, что за ней подглядывают. Она все еще думала о том, что только что произошло. Качели поднимали ее вверх, потом она летела вниз, и ее настроение было безмятежным.

Ее мама и бабушка были на правильном пути во время обсуждения ранее, но Цинь Ваньжу почувствовала, что некоторые детали необходимо уточнить. Когда качели понесли ее вниз, она сказала:

– Юйцзе, остановись ненадолго. Я должна тебе кое-что сказать!

Юйцзе перестала раскачивать ее и спросила:

– Мисс, что вы хотите, чтобы я сделала?

Она быстро освоилась в своей новой роли. Она не оказала ни малейшего сопротивления тому, чтобы быть служанкой Цинь Ваньжу.

Для такой девушки, как она, ей будет трудно что-либо сделать, если она сразу уйдет из монастыря Цзиньсинь. Для нее было лучше всего искать убежища в богатой семье. Кроме того, она начала восхищаться этой второй юной леди Цинь, которая была даже моложе ее, за те несколько дней, которые они вместе провели в монастыре. Это был не только медицинский талант Цинь Ваньжу, но и ее поведение как человека.

Юйцзе была счастлива служить Цинь Ваньжу.

Контракт, который она подписала, не был пожизненным. Если у нее появится возможность, и она захочет уйти, Цинь Ваньжу пообещала отпустить ее.

– Юйцзе, беги и предай няне Дуань, чтобы она приложила все усилия, чтобы помешать няне Чжоу покинуть поместье в ближайшие несколько дней. Пусть она найдет возможность создать ситуацию, при которой няня Чжоу просто не сможет выйти в город. Пусть ей представится шанс выйти только после того, как пройдет два-три дня.

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 101. Припечатанная парочка

Глава 101. Припечатанная парочка

Юйцзе и Цин Юэ переглянулись, но они ничего не поняли!

– Хм… Чтобы она поспешила справиться со всеми делами, когда у нее появится возможность выйти! – Цинь Ваньжу слегка улыбнулась, и в уголках его губ появилась улыбка.

Чем труднее посланнице мадам Ди будет выйти из поместья, тем больше она будет стремиться закончить все поскорее. Няня Чжоу должна была справиться с важным заданием, но с мелочами могли справиться другие маленькие слуги. Няня Чжоу не может выйти, но маленькие служанки и им подобные могут свободно выходить в город.

Информирование человека или поиск покупателей могут быть сделаны маленькими слугами!

Услышав, что ее собираются отправить обратно в родной дом, мадам Ди, должно быть, сразу захочет продать все магазины, которые у нее были. Конечно, она также попросила бы помощи у своей собственной семьи в столице.

– Да, мисс. Я пойду сейчас же! – Слова Цинь Ваньжу сразу просветили Юйцзе. Она улыбнулась и почтительно поклонилась. Она с восхищением посмотрела на маленькую хозяйку, а затем повернулась, чтобы найти няню Дуань.

Хотя эта госпожа была моложе ее, она была очень умной и могла придумать что угодно.

Цинь Ваньжу внезапно остановила ее:

– Подожди минутку. Цин Юэ, после того, как ты пойдешь к няне Дуань и все ей передашь, сразу возвращайся в наш двор. Мы с Юйцзе выйдем в город прогуляться! И дай Юйцзе несколько кошельков, которые ты хранишь, из тех, что предназначены для вознаграждения людей. Мы скоро ими воспользуемся!

По сравнению с Юйцзе, Цин Юэ была лучше знакома с людьми в поместье, и это было еще одной причиной, почему она должна была остаться дома.

Кошельки, которые использовались для вознаграждения людей, были наполнены серебром. Ваньжу вдруг вспомнила важное дело, которое обязательно нужно сделать перед отъездом из Цзянчжоу.

Это станет большим подспорьем для нее в будущем!

Прикинув время, Ваньжу решила, что этот человек прямо сейчас должен быть еще в Цзянчжоу!

– Барышня, тогда будьте осторожны! – Цин Юэ кивнула, достала из рукава несколько кошельков, протянула их Юйцзе и что-то сказала ей перед уходом.

– Юйцзе, ты можешь забраться по этой стене? – Цинь Ваньжу остановилась и посмотрела на высокую стену вокруг, прищурив глаза. Она оставила Юйцзе при себе не только потому, что Цин Юэ была знакома с людьми в поместье.

– Это… Боюсь, это немного сложно. Хотя я очень сильная, я не уверена, что смогу запрыгнуть на стену! – Юйцзе посмотрела на стену и оценила высоту. Она считала, что ей было бы очень трудно это сделать.

– А что, если качели поднесут тебя ближе, сможешь ли ты тогда запрыгнуть на нее? – Цинь Ваньжу коснулся своей руки, которая уже полностью зажила. Больше никаких несчастных случаев!

Юйцзе посмотрела на стену, а затем на Цинь Ваньжу и обеспокоенно спросила:

– Мисс, что вы хотите сделать?

Монахиня Минцю поручила ее позаботиться об этой юной леди, и она не должна допустить, чтобы с девочкой что-то случилось. К тому же, никто не должен увидеть, что юная леди настолько вольно себя ведет. Как же ее репутация тихой и сдержанной дочери благородной семьи? И почему у нее возникла идея лезть на стену?

– Я просто хочу выйти и прогуляться по улицам города, но я не хочу, чтобы люди в поместье знали об этом. – Цинь Ваньжу выглядела так, как будто это само собой разумеющееся. Она делала подобное много раз, и ей было легко сказать это.

– Это опасно? – Юйцзе все еще волновалась.

– Никакой опасности не будет, просто прогуляемся. Даже если кто-то придет ко мне во двор, Цин Юэ знает, как с этим справиться, – с улыбкой успокоила ее Цинь Ваньжу.

Цин Юэ была с ней так долго, и она уже поняла ее намерения, так что будет очень осмотрительна и все сделает, как надо.

Юйцзе была умным человеком. Она сразу сообразила, что Цинь Ваньжу много раз проделывала такое в прошлом. Решив, что это не должно быть опасно, она посмотрела на высокую стену и поинтересовалась:

– Мисс, а как вы взберетесь на стену?

– Я сама перепрыгну на стену, когда раскачаюсь на качелях! – Цинь Ваньжу слегка приподняла подбородок и указала на стену.

Оценив высоту, Юйцзе вздохнула:

– Если юная леди может подняться, ее служанки тоже смогут подняться тем же способом!

– Это не обязательно так, Цин Юэ не может подняться на стену моим способом! – Цинь Ваньжу вспомнила неуклюжесть Цин Юэ в прошлый раз и рассмеялась.

– Если хозяйка может, я тоже могу! – Юйцзе произнесла это с полной уверенностью.

– Хорошо, тогда смотри на меня! – Улыбка на лице Цинь Ваньжу становилась все ярче и ярче. – Сначала отойди немного назад!

Юйцзе подчинилась приказу отступить и, когда она отошла на безопасное расстояние от качелей, Цинь Ваньжу начала раскачиваться. Она отталкивалась ногами от земли каждый раз в одном и том же положении и взлетала все выше и выше.

В это время все ее внимание было приковано к раме качелей. Поэтому она не обратила внимания на подростка, стоящего за стеной. Мальчишка посмотрел на нее, когда она подлетала немного выше стены. Она раскачалась действительно высоко!

В последний раз, взлетев в ту же позицию, Цинь Ваньжу отпустила руки и прыгнула на вершину стены, схватившись за черепицу на стене. Ее немного затрясло, что напугало подростка по ту сторону стены и Юйцзе по эту сторону стены. Они оба бросились к стене, опасаясь, что она случайно соскользнет и упадет.

Цинь Ваньжу расслабилась и стабилизировала свое положение. Она повернула голову и посмотрела внутрь поместья, тихо спрашивая:

– Юйцзе, ты можешь это повторить?

Видя, что Цинь Ваньжу надежно держится, Юйцзе расслабилась и кивнула.

– Мисс, не волнуйтесь, я легко смогу это сделать!

Хотя она этого никогда не делала, она видела, что сделала Цинь Ваньжу, и подумала, что это не сложно. Она была более гибкой и более сильной, чем обычные люди.

Сидя на качелях, она потянула за волокнистую веревку над головой и проверила ее на прочность. Затем она посмотрела на Цинь Ваньжу, которая все еще была на высокой стене.

– Мисс, вы или спускаетесь, или отойдите в сторону. Я боюсь столкнуться с вами!

– Хорошо, тогда подожди минутку и дай мне время слезть на землю! – Цинь Ваньжу огляделась и подумала, что безопаснее будет спуститься.

Она сделала несколько шагов в сторону к стволу дерева, которое росло у самой стены. Она осторожно держалась за ветки и спускалась вниз.

– Я впервые вижу, как благородная мисс перелезла через стену и забралась на дерево. Хорошая работа. Молодец! – Прежде чем она ступила на землю, она услышала, как кто-то заговорил.

Ваньжу была так ошеломлена, что чуть не свалилась с ветки от испуга. Он была встревожена, но все же медленно соскользнула вниз, поправила одежду, повернула голову, и ее недружелюбный взгляд упал на мальчика, который прислонился к стене с видом стороннего наблюдателя.

Хотя у мальчика торчала травинка во рту, его великолепная одежда и его экстравагантность дали ей понять, что он не был простым человеком.

Позади него стоял невысокий парень, который выглядел примерно того же возраста. В это время он тоже смотрел на Цинь Ваньжу с улыбкой. Как и его хозяин, он так же был восхищенным зрителем.

Ваньжу поджала свои вишнево-розовые губы. Она не знала этого мальчишку, но это не помешало ей понять, что незнакомец был необычным.

В своей прошлой жизни она видела несколько благородных молодых мастеров. Но тот, который стоял перед ней, казалось, родился с голубой кровью. Он никак не тянул на молодого мастера из обычной богатой семьи.

– Кто ты такой? – Под длинными ресницами девочки большие черные глаза не по-детски настороженно смотрели на подростка, который внезапно появился из ниоткуда.

– Ты совсем не боишься? А если бы упала с дерева? Только что я уже кинулся вперед, готовый поймать тебя на руки! – Мальчик посмотрел на дерево рядом с девочкой, а затем перевел взгляд на саму девочку. Он вздохнул и посмотрел так, как будто ему очень жаль, что она не упала и не дала ему возможность поймать ее!

– Кто ты такой? – недовольно повторила Ваньжу.

– А ты кто такая? Вторая мисс поместья генерала армии Нинъюань, да? – Мальчик наклонил голову и не ответил ей. Вместо этого он с любопытством оглядел ее с ног до головы.

Не только из-за ее «храбрости» в лазании по стенам и деревьям, которую он никогда не видел у других девчонок из благородных семей, но и из-за ее внешности. Девочка была миниатюрной и еще по-детски угловатой, но очень красивой. Какой же потрясающей красавицей она станет, когда вырастет?

До этого он видел ее издалека, и не рассмотрел ее ясно. В это время он понял, что эта красивая девочка была единственной в своем роде. Утонченная фигура сочеталась с яркой внешностью. Розово-вишневые губы подчеркивали нефритовую кожу, белую даже без пудры, и это красиво и трогательно, даже если это всего лишь ребенок. Пусть она пока малышка, но она уже потрясающая красавица.

– Тебе нечем больше заняться? – Взгляд Цинь Ваньжу успокоился, и ее длинные ресницы дважды взметнулись.

– Мне любопытно было посмотреть, как ты перелезаешь через стену! – Мальчик поднял голову, бросил травинку, которую держал в губах, и подошел ближе.

Цинь Ваньжу не знала, что он собирается делать, поэтому старательно избегала его.

Он подошел к дереву, протянул руки и обнял ствол. Попробовав два раза, он ловко вскарабкался на дерево. Взобравшись на стену, он повернулся и сел на стену, потом огляделся и гордо сказал Цинь Ваньжу внизу:

– Что ты думаешь? Потрясающе, правда? Когда дело доходит до лазания по деревьям, нет никого лучше меня!

Прежде чем он закончил хвастаться, он почувствовал, что что-то сильно ударило его в спину, и он невольно полетел вниз. Сяо Люцзы поспешно подбежал, чтобы поймать его.

Сяо Люцзы двигался быстро, и мальчик также быстро отреагировал. Он протянул руку и схватился за ветку сбоку, чтобы замедлить падение и смягчить удар.

Но когда он упал на землю, он понял, что все было не так радужно, как он думал. Хотя под ним мягкой подушкой лежал Сяо Люцзы, он некоторое время не мог встать.

Мальчику также было очень стыдно вот так опростоволоситься перед маленькой красавицей.

Он изо всех сил постарался поскорее встать, упираясь руками, но на него что-то сильно давило. Он только что немного поднялся, но его снова прижала к земле какая-то нечистая сила. Сяо Люцзы, который был живой подушкой под ним, тяжело застонал и завыл как призрак:

– Мастер… Пожалуйста, пока не двигайтесь! Если вы навалитесь на меня еще сильнее, вы мне все кости переломаете!

Цинь Ваньжу в изумлении смотрел на сцену перед собой. Три человека после падения валялись причудливой кучей. Затем она увидела, как Юйцзе изо всех сил пытается встать, держась за свою поясницу. Лица двоих, придавленных внизу, исказились одно за другим, и она весело захохотала, не сумев удержаться от смеха…

Внезапность этого инцидента была действительно удивительной. Все потому, что случайно так вышло, что именно в этот момент Юйцзе прыгнула на стену!

– Юйцзе… ты… ты в порядке? – сквозь смех спросила Цинь Ваньжу и шагнула вперед, чтобы помочь горничной, которая пыталась слезть с маленького господинчика.

– Я в порядке… Это… Кто эти двое? Почему он такой глупый и встал на моем пути, чтобы я врезалась в него?! – Юйцзе пошевелила талией, поняла, что ничего себе не повредила, и почувствовала облегчение. Только тогда она посмотрела на парочку, которую только что припечатала всем своим весом к земле. Она также увидела их перекошенные лица и рассмеялась.

Почувствовав легкость в теле, и, услышав, что сказала Юйцзе, благородный мальчик понял ситуацию. Оказалось, что его использовали в качестве подушки для мягкого приземления. Неудивительно, что он не мог только что встать. Он с трудом поднялся на ноги, скрипя зубами и наклоняясь, чтобы поднять беднягу Сяо Люцзы.

Сяо Люцзы встал и потянулся всем телом. Он обнаружил, что больно было от падения, но других травм у него не было. Затем он бросился поспешно стряхивать пыль с одежды мальчика.

– Мастер, вы не пострадали? – быстро спросил он.

– Нет! – Мальчик коснулся своей талии там, где раньше выдерживал наибольшее давление. К счастью, он мог двигаться, и в данный момент падение не имело значения. Все закончилось вполне хорошо.

– Вы действительно не пострадали? Мастер, давайте немедленно вернемся, чтобы сопровождающий вас врач осмотрел вас! Если что-то действительно произойдет с вами, это будет катастрофой! – с тревогой воскликнул Сяо Люцзы.

– Чего ты боишься? Как будто я раньше не падал. Давай посмотрим, все ли с девочками в порядке. Может, им нужна помощь?

Сяо Люцзы сказал это в присутствии красивой девочки, поэтому мальчик почувствовал себя смущенным. Он похлопал по своей одежде, стряхивая остатки грязи, затем сердито оттолкнул Сяо Люцзы. А потом… Потом он вдруг увидел одного человека, стоящего рядом с ним.

Мальчик сразу же ошеломленно замер!

.

---

.

"Ха-ха" от переводчика. Из серии: «Какая служанка – такие и слуги! или С кем поведешься – от того и наберешься!»

Сначала Ваньжу грохнулась на принца Чэня, теперь ее горничная приземлилась на принца Синя…

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 102. Изящная вышивка и пуговица с вышитой петелькой

Глава 102. Изящная вышивка и пуговица с вышитой петелькой

.

– Куда они подевались? Прошло всего мгновение, как я слышал смех обеих девчонок. Куда они делись всего за мгновение? – Мальчик недоуменно заморгал глазами и спросил: – Евнух Лю, где они?

Сяо Люцзы тоже повернулся, огляделся и смущенно сказал:

– Они… Они ушли!

– Иди и найди их! – Мальчик с силой топнул ногой и повернулся, чтобы бежать вперед. Прошло всего лишь мгновение. Он был уверен, что сможет догнать их.

Увидев, что его хозяин побежал, Сяо Люцзы тоже поспешил за ним.

После того, как двое пареньков скрылись за поворотом, появилась Цинь Ваньжу вместе с Юйцзе и захлопала в ладоши.

На самом деле, они просто спрятались в углублении стены. Соседи, похоже, были из богатой семьи. На первый взгляд промежуток между двумя домами выглядел очень маленьким и едва ли мог спрятать людей. Однако Цинь Ваньжу однажды видела, как там прячется Ци Байюй, и знала, что щель только выглядит маленькой, но на самом деле может кого-то спрятать!

Избежав встречи со странным хозяином и его слугой, Цинь Ваньжу пошла в противоположном направлении, а затем, естественно, направилась к самой оживленной улице в столице префектуры Цзянчжоу.

На улице было много людей. Магазины с обеих сторон, казалось, процветали, но Цинь Ваньжу не остановилась, а направилась прямо в магазин атласа.

Магазин атласа был очень большим. Юйцзе посмотрела на него и подумала, что это может быть самый большой магазин атласа в префектуре Цзянчжоу. Он был больше, чем те, которые она только что видела. В магазин входило и выходило много людей, и большинство из них были женщинами.

Войдя в магазин атласа, Цинь Ваньжу начала выбирать. Там были разные красивые шелка и парча, которые на первый взгляд казались ослепительными.

Вместо того чтобы оставаться в главном зале магазина, Цинь Ваньжу направилась внутрь. Там также было ателье портного. Людям здесь было удобно выбирать материал и получать одежду, сшитую на заказ.

Цинь Ваньжу остановилась у стойки тканей перед ателье портного.

Мальчик-продавец сразу выбежал в зал. Увидев Цинь Ваньжу, он предположил, что она либо богата, либо респектабельна. Он почтительно сказал:

– Чего бы вы хотели, мисс? Хотите сначала снять мерки, прежде чем выбирать материал для наряда?

Цинь Ваньжу взяла несколько отрезов материи и взглянула. Казалось, она осталась ими недовольна. Она критически спросила:

– Это все ваши ткани?

– Мисс, если вам не нравится материал, вы могли бы подняться наверх. Наверху выставлена одежда, на которой есть что-то вроде вышивки и пуговиц с петельками. Если хотите, вы также можете выбрать что-нибудь. – Продавец протянул руку и указал на лестницу, которая находилась в конце комнаты и выглядела не очень широкой.

– Достаточно ли хороших тканей наверху? Или они тоже выглядят как эти материалы? – Цинь Ваньжу с отвращением отложила отрез и гордо подняла голову. Она оглядела магазин. Очевидно, что в настоящее время она не была удовлетворена всем ассортиментом.

– Моя хозяйка покупает только изысканные ткани и не заботится о цене! – Юйцзе проницательно продолжала говорить и с отвращением смотрела на материал вокруг нее.

Итак, юная дамочка была потенциальным клиентом. Продавец счастливо рассмеялся и указал на лестницу. Он энергично показывал им путь.

– Мисс, сюда, пожалуйста. Должен быть какой-то материал, который вам нравится. Пожалуйста, поднимитесь и посмотрите!

Говоря это, он сначала сделал несколько шагов вперед, а затем почтительно обернулся, вежливо жестом приглашая пройти вперед. Он кивнул и с улыбкой склонился!

Цинь Ваньжу надменно кивнула, а затем поднялась наверх с Юйцзе.

Мальчик-продавец привел их в комнату и вызвал ответственного приказчика на второй этаж. Поскольку она была потенциальным клиентом, он не мог обращаться с ней грубо.

Поэтому в это время тот, кто обслуживал Цинь Ваньжу, больше не был простым продавцом!

Наверху действительно было много рулонов материи, которые были размещены иначе, чем те отрезы тканей, которые были небрежно сложены внизу. Каждый рулон здесь занимал одну из полок и был разделен по категориям с изящной упаковкой.

В углу было много аксессуаров для готовой одежды, в том числе изысканные пуговицы с вышитыми петлями и вышивкой в том же стиле. Они были очень красивыми и дорогими.

Однако, в качестве аксессуаров для готовой одежды, их было всего несколько, которые были размещены на прилавке на северо-востоке.

Из-за неприметности и высокой цены перед прилавком было очень мало людей, и никто на них не смотрел.

Цинь Ваньжу прямо сейчас стояла перед этим прилавком. Она попросила приказчика достать несколько пуговиц с петельками на вышивке и внимательно осмотрела их на прилавке.

– Мисс, этот вид пуговицы здесь самый лучший. Во всем Цзянчжоу нет такой пуговицы. Даже в нашем магазине не так много таких пуговиц, – сказал приказчик, указывая рукой на пуговицу с вышитой петелькой, которую он вынул по просьбе Цинь Ваньжу.

Пуговиц было четыре типа: слива, орхидея, бамбук и хризантема. Все они выглядели изящно и поэтично. С первого взгляда Ваньжу могла сказать, что они были сделаны очень талантливым умельцем.

– Мисс, посмотрите на эти виды вышивки. Они прекрасны, не правда ли? Если у вас на одежде будет такая вышивка, она будет элегантной и красивой, как одежда небесной феи.

Описание приказчика было настолько ярким, что можно было почти взлететь в небо!

Он передал ощущение, что их материал был лучшим, и люди, которые его носили, должны быть красивее фей.

Цинь Ваньжу слабо улыбнулась и подумала: «Приказчик действительно бойкий собеседник, чья похвала может заставить людей возвысится в своих глазах».

Цинь Ваньжу понравились эти аксессуары, и она с улыбкой спросила:

– Сколько у вас пуговиц с петлями и вышивкой? И что это за вышивка?

– Существует десять пар таких пуговиц. Если хотите, мисс... – Приказчик улыбнулся и подумал, что она действительно потенциальный клиент. Ни одна из этих вещей не была тронута, и сегодня он, наконец, сможет их продать.

– Этого недостаточно! – Цинь Ваньжу разочарованно покачала головой.

– Не… Этого недостаточно? – Приказчик был ошеломлен на некоторое время. У каждого вида было десять пар, а четыре вида означали сорок пар. Она действительно хотела пользоваться этими пуговицами до самой старости?!

– Есть ли еще пуговицы? – негромко спросила Цинь Ваньжу.

– Хм… Боюсь, это займет некоторое время! – смущенно сказал приказчик.

– Почему? Я срочно хочу такие виды вышивки. Они прекрасны! Сколько их у вас? – Точно так же было четыре рисунка вышивки, в том числе слива, орхидея, бамбук и хризантема, которые имели разное очарование.

– Это… Боюсь, это все. Если вы хотите их все, вы можете взять их, но у нас больше нет, – с сомнением сказал приказчик. Вышивка отличалась от изготовления пуговицы с петелькой, и на каждую деталь уходило много времени.

После Цинь Ваньжу заговорила Юйцзе:

– Вы можете заказать еще вышивку? Моей хозяйке они нравятся, а деньги – не проблема!

Даже девушка-служанка была надменной, значит, юная леди действительно была богатой.

Приказчику стало неловко. Он посмотрел на хозяйку и ее горничную, которые были «богатыми и щедрыми», и сказал правду:

– Эти вышитые изделия, а также пуговицы к ним с вышитыми петлями сделаны служанкой-вышивальщицей. Но контракт между этой вышивальщицей и нашим магазином недавно истек. Мы ясно дали понять, что не будем продлевать его!

Цинь Ваньжу посмотрела на Юйцзе, которая кивнула, достала из рукава два кошелька и протянула приказчику со словами:

– Расскажите нам о служанке-вышивальщице. Почему лавочник намерен перестать нанимать такую превосходную мастерицу?

Получив два кошелька, приказчик взвесил их на ладони и почувствовал облегчение. Он огляделся и убедился, что вокруг никого нет, прежде чем тихо сказать:

– Она может делать изящные пуговицы с петлями и вышивкой, но цена слишком высока, и мало кто это покупает. Так что наш управляющий не считает, что это экономически выгодно, поэтому мы ее уволили. Это случилось совсем недавно!

– Где она живет? – спросила Цинь Ваньжу.

Из-за двух кошельков приказчик был очень услужливым и не посчитал вопрос юной леди неуместным или грубым.

– Она живет на углу улицы Тандун. Вы можете поспрашивать. Многие знают мадам Дун, которая делает пуговицу с петелькой и вышивку!

Он рассказывал о секретах магазина, поэтому его голос становился все тише и тише.

К счастью, он был приказчиком. Если бы он был продавцом в магазине, он бы ничего не знал.

– Спасибо за помощь! – Видя, что Цинь Ваньжу собирается развернуться и уйти, Юйцзе сказала это с улыбкой и последовала за хозяйкой вниз по лестнице.

Цинь Ваньжу знала улицу Тандун, которую можно было найти, свернув через два перекрестка. Две девушки подошли и спросили старую женщину в продуктовом магазине на повороте, которая указала им дорогу.

Они свернули в небольшой переулок.

Улочка была неширокой, а земля была усыпана разбросанными плитами из голубого камня. Несколько плит были сломаны. С обеих сторон располагалось несколько небольших двориков с открытыми воротами. Многие люди входили и выходили. Было видно, что несколько семей жили вместе, и окружающая обстановка выглядела совсем не хорошо.

К счастью, мадам Дун жила в небольшом отдельном дворике у входа в переулок. Расспросив прохожих, Цинь Ваньжу удостоверилась в этом, и Юйцзе пошла вперед, чтобы постучать в дверь.

Они долго ждали, прежде чем кто-то открыл ворота. Худощавая женщина средних лет была удивлена, увидев юную леди в красивой одежде, стоящую у ее порога.

– Пожалуйста, скажите, это дом мадам Дун? – Юйцзе вышла вперед, чтобы поприветствовать ее с улыбкой.

– Да, это так. Чем я могу вам помочь, юная леди? – Мадам Дун остановилась в дверях и посмотрела на Цинь Ваньжу. Она не была уверена, кто эта девочка, но точно знала, что никогда раньше ее не видела. Иначе она не смогла бы забыть такое прекрасное лицо.

Цинь Ваньжу слегка улыбнулась и тихо сказала:

– Не могли бы мы поговорить внутри?

Мадам Дун снова посмотрела на них и не нашла злобы на их лицах. Затем она впустила их и закрыла дверь во внутренний двор.

Внутренний двор был очень маленьким, с тремя бунгало, и он был полон беспорядка, выглядя немного обветшалым.

Мадам Дун провела их в комнату. У входной двери стоял стол и несколько скамеек. Еще один стол стоял у окна с незаконченной вышивкой, тканью для пуговиц и скобками на нем. Они выглядели расстегнутыми и были свалены в беспорядке.

– Мисс, садитесь, пожалуйста. Здесь все очень скромно. Пожалуйста, простите за это! – Мадам Дун пригласила Цинь Ваньжу сесть, взяла со стола чайник со сломанным носиком и налила Цинь Ваньжу теплой воды.

Воду налили в большую керамическую миску, и передали ее Цинь Ваньжу!

– Мама, у тебя гость? Кто это? – Внезапно из правого отсека комнаты раздался удивленный женский голос.

Половина занавески, сделанной из фигурной ткани, откинулась, и появилась девушка!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 103. Условия согласованы, и все готово

Глава 103. Условия согласованы, и все готово

.

В дверях стояла девушка лет семнадцати-восемнадцати с несколько деликатным видом. Она была потрясена, увидев Цинь Ваньжу в комнате. Она услышала ее голос и захотела помочь ей. К ее удивлению, она не ожидала увидеть такую малышку.

– Это моя дочь Дун Сюэр! – Мадам Дун увидела, как ее дочь вышла, и представила ее. Затем она спросила Цинь Ваньжу: – Извините, леди, кто вы?..

Она все еще понятия не имела о личности Цинь Ваньжу.

Юйцзе дождалась, пока Цинь Ваньжу кивнула, прежде чем выйти вперед и представить свою хозяйку:

– Это вторая мисс поместья генерала армии Нинъюань.

– Вы вторая мисс Цинь? – Мадам Дун сказала это с беспокойством, в то время как Дун Сюэр с любопытством посмотрела на Цинь Ваньжу. В последнее время в поместье генерала армии Нинъюань был такой фурор.

Цинь Ваньжу слегка улыбнулась и откровенно сказала:

– Да!

– Я не знаю, зачем вторая мисс Цинь пришла ко мне. – Мадам Дун не думала, что она имеет какое-либо отношение к поместью генерала армии Нинъюань, и она никогда раньше не встречала вторую мисс Цинь. Итак, она была еще более обескуражена.

– У меня действительно есть к вам дело. Я слышала, что вы, мадам Дун, недавно расторгли контракт с магазином, верно? – напрямую спросила Цинь Ваньжу.

– Да, все так и есть! – сказала мадам Дун после молчания.

– Не согласится ли мадам Дун подписать контракт со мной?

Цинь Ваньжу улыбнулась. Она правильно подгадала время. Мадам Дун и ее дочь в прошлой жизни должны были остаться в Цзянчжоу еще на некоторое время, прежде чем они, в конце концов, отправились бы в столицу. Если бы они отправились туда в это время, это было бы, по крайней мере, на два-три года раньше, чем в предыдущей жизни!

– Вторая мисс Цинь, вы открываете магазин одежды? – Глядя сверху вниз на Цинь Ваньжу, которая выглядела ребенком, мадам Дун чувствовала, что ситуация абсурдна.

– Собираюсь, поэтому хочу нанять вас в качестве своего доверенного лица. Вы согласны? – Цинь Ваньжу слегка улыбнулась, и смысл ее слов был прост.

На самом деле, было трудно поверить, что она, будучи такой юной, могла открыть магазин по собственной инициативе, но ее личность была настоящей, и имя поместья генерала армии Нинъюань было довольно престижным.

– Вы имеете в виду, что хотите, чтобы я вам помогла с управлением?

Мадам Дун все еще колебалась. Избалованная невежественная девочка из простой прихоти хотела открыть магазин. Что она знала о торговле? Будет ли она, ничего не зная, принимать решения произвольно? Будет ли она разорять магазин и обвинять ее во всем?

Она не могла ожидать, что ребенок, которому еще расти и расти, будет рассудительным и разумным. Более того, она была избалованной дочерью генерала.

Было бы хорошо, если бы она не была своевольной или возмутительной!

– Да, все дела в магазине будут поручены вам, мадам Дун. Вы также можете покупать акции с помощью своих навыков, – с легкой улыбкой сказала Цинь Ваньжу. Она моргнула глазами и подняла свое нежное и розовое лицо со спокойным и достойным взглядом, который не соответствовал ее детской внешности.

Глядя в ее чистые и умиротворенные глаза, мадам Дун не могла не поверить во вторую мисс Цинь.

– Мама, пожалуйста, пообещай ей! Похоже, что вторая мисс Цинь действительно хочет открыть магазин! – Дун Сюэр не думала много. Она была молодой и более откровенной. Глядя на Цинь Ваньжу, она почувствовала, что юная леди была сердечной, и не только выглядела красивой, но и, казалось, имела хороший характер. Она должна быть трезвомыслящей и понимать, чего хочет.

Девочка была намного лучше, чем старые ведьмы, которые были хрупкими мадам и постоянно притворялись, что знают все на свете.

У бывших хозяев мадам Дун также была маленькая дочь, которая часто путала вещи в магазине и любила командовать людьми, как знающая свое дело. Наконец, она высокомерно отругала людей в магазине, как будто она была очень способной.

Она была просто дочерью торговца и могла бы гордиться, не говоря уже о том, что она была дочерью купеческой семьи!

Но вторая мисс Цинь перед ее глазами выглядела невероятно взрослой.

– Отлично! – Поскольку ее дочь согласилась, и она сама изначально думала о поиске работы, мадам Дун приняла предложение. Ее контракт уже расторгнут, и ей нужно было искать какую-то работу.

– Мадам Дун, вы ведь не против переезда? Я собираюсь открыть магазин одежды в столице, – сказала с нежной улыбкой Цинь Ваньжу, и ее взгляд был невозмутимым.

– Вы хотите открыть магазин в столице? – Прежде чем мадам Дун что-либо сказала, Дун Сюэр пришла в возбуждение. Ее глаза сразу загорелись, а голос бессознательно повысился.

Обычным людям не было известно, что генерал армии Нинъюань покидает Цзянчжоу.

– Да, моя хозяйка собирается последовать за нашим генералом в столицу. Мы пакуем вещи и скоро уезжаем! – не дожидаясь разрешения, сказала Юйцзе.

– Мама, мы можем поехать в столицу! Мы можем отправиться в столицу! – Дун Сюэр повернулась к мадам Дун с покрасневшими глазами и взволнованной улыбкой.

Мадам Дун опустила голову, как будто она молча размышляла.

Цинь Ваньжу грациозно подняла большую керамическую миску и сделала глоток воды. Она сделала это естественно и элегантно, без каких-либо жалоб или недовольства, как будто пила чай, заваренный из первоклассного чайного листа.

Мягкий солнечный свет падал на ее лицо из окна, что успокаивало людей.

Было неизвестно, когда мадам Дун подняла голову. Увидев, что Цинь Ваньжу поставила керамическую миску, она решительно кивнула:

– Вторая мисс Цинь, я клянусь вам верно служить.

– Хорошо, мы уедем в ближайшее время. Вы можете закончить все, что вам нужно. Через пять дней я пришлю Юйцзе забрать вас в поместье. Затем мы вместе отправимся в столицу, – кивнула Цинь Ваньжу и деликатно уточнила: – Достаточно ли вам пяти дней?

Мадам Дун немного подумала и кивнула:

– Да, вполне достаточно!

У нее здесь было не так много вещей. Даже двор, в котором она жила, был арендован.

Цинь Ваньжу встала и посмотрела на Юйцзе, которая сразу вынула из рукава три кошелька. Это были все кошельки, которые Цин Юэ дала ей.

Цинь Ваньжу лично взяла кошельки и положила их на стол.

– Деньги предназначены для вас, мадам Дун, чтобы рассчитаться с вашими поставщиками и остальными долгами. Когда вы приедете в поместье, мы поговорим о вашем окладе. Вы можете быть уверены, что я буду щедро платить вам. Что касается акций, я сначала разъясняю это вам. Я разделю магазин на сто акций, и вы можете сразу получить пять акций за мастерство!

Было бы приятно, если бы она могла получить долю, став акционером с помощью мастерства. Более того, это был магазин в столице.

Не говоря уже о том, насколько большим будет магазин, даже в глухом переулке, он также был в столице. Принимая во внимание стоимость аренды и покупки, девочка не могла открыть магазин, не потратив минимум десяти тысяч лян серебра. Итак, пять акций были эквивалентны пятистам лянам серебра. Мадам Дун зарабатывала несколько лян серебра в месяц, и у нее не было столько денег, чтобы купить акции.

Мадам Дун никогда не думала, что сможет получить 5% акций. Когда она увидела кошельки, которые Цинь Ваньжу лично положила на стол, она ощутила ее искренность.

– Вторая мисс, вы можете быть уверены, что я не позволю вам потерять деньги! – Мадам Дун была тронута таким великодушием. Она отчаянно хотела поехать в столицу, но это было пока невозможно, так как у нее не было достаточно денег, чтобы поддержать их. Она не ожидала, что ей не только удастся так быстро отправиться в столицу, но и получить такую удачу. Не удивительно, что она была очень благодарна Цинь Ваньжу.

Когда вопрос был улажен, Цинь Ваньжу увела Юйцзе, чтобы уйти. Дун Сюэр и мадам Дун провожали их до ворот. Когда Дун Сюэр шла, Юйцзе заметила, что одна ее нога была не в порядке, и девушка слегка хромала. Юйцзе не знала, врожденное это или следствие недавней травмы.

Но поскольку Цинь Ваньжу не спрашивала, она вежливо притворилась, что не видит этого.

Покинув дом мадам Дун и выйдя из переулка, Цинь Ваньжу почувствовала себя очень уставшей. Она огляделась, пытаясь найти место для отдыха, и увидела чайный дом напротив.

Юйцзе с одного взгляда поняла, что маленькая хозяйка устала, поэтому она посмотрела на чайный дом напротив и предложила:

– Мисс, может быть, нам зайти и отдохнуть?

– Хорошо! – кивнув, ответила Цинь Ваньжу.

Они вошли в чайный домик одна за другой. Официант вышел, чтобы поприветствовать их. Когда он увидел, что юная леди пришла со своей горничной, он проводил их на второй этаж. На втором этаже было много отдельных комнат. Они были очень подходящими для юных леди, чтобы отдохнуть и полюбоваться видом на улицу.

Официант провел их в небольшую отдельную комнату с большими окнами. Он слегка приоткрыл окно, и теплый и яркий солнечный свет осветил стол рядом со стеной.

После того, как они заказали чай, официант вышел. Вскоре он принес закуски и чайник с заваренным чаем.

Глядя на Юйцзе, стоящую рядом с ней, Цинь Ваньжу сказала усталым голосом:

– Юйцзе, не стой, сядь. Сейчас никого здесь нет!

– Мисс, я не устала. Во время пребывания в монастыре Цзиньсинь, когда я была занята, я бегала весь день, и у меня не было времени стоять, не говоря уже о том, чтобы сидеть! – покачала головой Юйцзе. Она действительно не заботилась об этом. Когда она была занята в монастыре Цзиньсинь, ей приходилось помогать, подбирая вещи и перенося грузы. Она привыкла к тяжелому физическому труду.

Она действительно не чувствовала усталости после такой короткой прогулки!

– Кстати, мисс, я помню, что я была здесь раньше. Поблизости также есть кондитерская. Говорят, что выпечка там самая вкусная в Цзянчжоу. Хотите попробовать, мисс? – Юйцзе выглянула в окно, думая о сценах, которые она увидела в Цзянчжоу, и ее глаза внезапно загорелись.

Увидев глаза Юйцзе, полные желания, Ваньжу рассмеялась. Зная, что это ее верная служанка проголодалась, она мгновенно кивнула:

– Хорошо, иди купи вкусную выпечку. Я попробую!

– Хорошо! – радостно сказала Юйцзе, затем развернулась уйти. Когда она подошла к двери, она вдруг снова заколебалась. – Мисс, ничего страшного, если я сейчас уйду и оставлю вас одну?

Она беспокоилась, что кто-то обидит Цинь Ваньжу.

– Все в порядке. Это рядом и не займет много времени! – небрежно сказала Цинь Ваньжу.

– Хорошо, я мигом вернусь! – Юйцзе подумала, что она права. Это не займет много времени, прежде чем она вернется. Здесь было очень тихо!

Подумав некоторое время, она вышла за дверь. После того, как она вышла в коридор, она специально закрыла дверь. Затем она повернулась к лестнице и помчалась купить выпечку.

Несколько гостей спустились вниз и прошли мимо нее наверх, когда она услышала неожиданный вскрик, но ей было все равно. Это был первый раз, когда она вышла в свет после возвращения в мирскую жизнь. Никто не мог знать ее.

Однако звук был не из-за нее!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 104. Она была такой смелой

Глава 104. Она была такой смелой

– Что случилось? Ты кого-то встретил? – не останавливаясь, спросил молодой парень с холодным лицом.

– Мне показалось, что я увидел кого-то, кого знаю! – Изворотливый мальчик, который был моложе парня, уставился на комнату наверху. Если он прав, девушка-горничная вышла из той комнаты.

Хладнокровному парню было все равно, что он только что сказал.

Официант продолжал вести их в отдельную комнату, но когда они проходили мимо комнаты Цинь Ваньжу, младший мальчик внезапно открыл дверь закрытой комнаты.

Парень с мрачным лицом недовольно остановился и тихо упрекнул его:

– Что ты творишь? Прекрати.

– Старший брат, я встретил друга! Давай разделим с ней стол! – Младший мальчик был не таким привередливым, указывая на комнату внутри.

В отдельной комнате Ваньжу все еще держала в руке чашку чая. Она была поражена движением открываемой двери. Но она быстро восстановила самообладание. Ее взгляд упал на лицо мрачного паренька постарше, затем она слегка нахмурилась. Она почувствовала, что он был каким-то знакомым. Но она не знала его!

Когда она посмотрела на другого мальчика, который безрассудно ворвался, она не могла не нахмуриться.

– Вторая мисс Цинь, могу я разделить с вами столик? – Мальчишка вошел прямо перед тем, как Цинь Ваньжу что-либо сказала. Он просто придвинул стул рядом с ней и сел за стол.

Итак, он просто спроси для галочки. Это ничего не значило, даже если бы она сказала нет.

– Как ты можешь быть таким грубым? Выходи оттуда, маленький брат! – сказал молодой человек холодным, полным достоинства голосом. Затем он взглянул на нежное лицо Цинь Ваньжу, подумав, что эта маленькая леди выглядит так, как будто она из состоятельной семьи. Тогда почему рядом с ней не было горничной? Затем его осенило, что ее горничная, возможно, просто отлучилась, поэтому его четвертый брат увидел ее горничную за пределами комнаты, и сказал, что встретил кого-то, кого знал.

Затем он пошевелился, намереваясь идти дальше по коридору.

– Старший брат, это вторая мисс поместья генерала армии Нинъюань. Мы видели ее раньше! – Младший громко рассмеялся и представил юную леди старшему.

– Вторая дочь Цинь Хуайюна? – Парень с мрачным лицом остановился и немного подумал. Затем он вошел в комнату и даже сел в кресло напротив Цинь Ваньжу.

Ваньжу недовольно поджала вишнево-розовые губы, и ее большие яркие глаза остановились на братьях. Любой мог понять, что она была не в хорошем настроении.

– Вторая мисс Цинь, вы можете называть меня лорд Синь. Это мой старший брат. Поскольку мы знали друг друга раньше, я думаю, это нормально, что мы вместе выпьем чаю. – Младший, назвавшийся лордом Синем говорил так, как будто они были старыми друзьями. Он совсем не считал себя незнакомцем, свободно налил себе чашку чая и сделал глоток.

Слуга, стоявший позади парня с мрачным лицом, вышел вперед и налил хозяину чашку чая, а затем почтительно отступил назад.

Лорд Синь поднял большой палец вверх и похвалил Цинь Ваньжу:

– Ну, ты и быстрая! Где ты была? Я искал тебя долгое время. Я не ожидал, что такая маленькая девочка, как ты, так быстро бегает. Это потрясающе. Я никогда не видел другой такой леди из состоятельной семьи, которая может лазить по стенам, как белка, и бегать по городу, так заяц!

Столица, лорд Синь и мрачный парень, который показался ей знакомым. Ваньжу внезапно вспомнила его имя, и кровь застыла в ее жилах!

Лорд Синь должен быть четвертым сыном императора.

Ее рука, крепко держащая носовой платок, слегка задрожала. К счастью, она убрала руки под стол. Она уже умерла однажды и теперь обладала памятью о прошлой жизни. В противном случае она бы бесконтрольно встала, развернулась и убежала.

Она вспомнила, кем был другой.

Старшим братом был принц Юэ, Чу Лююэ, первый принц нынешнего императора. Когда-то он будет назначен принцем Восточного дворца. Но он будет свергнут спустя два года, и Чу Лючэнь станет новым наследником трона. Самое главное, что именно Чу Лююэ отдал приказ разрезать ее тело пополам по талии!

Ребенок… шестой принц, которого ей оставили на попечение, умер, когда его положили ей на руки. Та женщина передала его ей и сразу же обвинила ее в том, что она задушила ребенка до смерти. И все вокруг нее утверждали, что женщина говорила правду.

В тот Ваньжу ясно помнила, что он стоял в павильоне неподалеку и все видел. Но он ей не помог. Он ничего не сказал и позволил ей пожертвовать своей жизнью и стать первой женщиной, которую казнили мучительным наказанием, разрезав тело пополам на талии. Он даже накачал ее наркотиками и сделал ее немой, лишив ее шанса защитить себя.

В то время она ничего не понимала. Но после того как ее перерезали и у нее остался один вдох, она внезапно все поняла. Эта женщина была заодно с Чу Лююэ. Они сговорились погубить маленького принца, и им нужен был кто-то, чтобы взять вину на себя. Без этого ребенка единственной оставшейся родословной императора был бы он, Чу Лююэ. Он также мог использовать императора, чтобы покончить с Чу Лючэнем!

Она была просто пешкой, чтобы скрыть его преступление!

Она чувствовала, что ей было очень больно. Конечно, она так сильно его ненавидела.

Неосознанно она подняла чашку, которую держала в руке и выплеснула чай в лицо Чу Лююэ с безумием в глазах.

Чай не был горячим, потому что он некоторое время был у нее в руке. Но это очень сильно поразило Чу Лююэ. Он увидел, как чай разлился прямо у него над головой, и намочил его изысканную одежду.

– Как ты смеешь! Как ты могла навредить принцу? На колени! – Евнух, который следовал за Чу Лююэ, немедленно накричал на нее. Его лицо побледнело. Затем он поспешно подошел, чтобы помочь Чу Лююэ вымокать чай с его волос.

Цинь Ваньжу подавила чувство отвращения и крикнула им в ответ:

– Кем вы себя возомнили? Уходите отсюда! – Она свирепо посмотрела на Чу Лююэ своими яркими глазами и совсем не испугалась.

Неудивительно, что ей показалось это лицо знакомым, но она не сразу его узнала. В тот день, когда она видела его, на нем была официальная корона, а свисающие маленькие жемчужины закрывали часть его лица.

В комнате стало очень тихо. Все были шокированы этой сценой!

Затем Чу Люсин, казалось, пришел в себя. Он вдруг громко рассмеялся.

– Старший брат, она принимает тебя за распутника! Эта девочка не просто юная леди из респектабельной семьи. Она действительно смелая. Я видел, как она лазила по стенам и деревьям. И она даже смогла убежать прямо у меня из-под носа. Теперь она подумала, что ты плейбой. Она такая забавная!

Чу Лююэ взял у евнуха маленький носовой платок и вытер свое лицо. Его взгляд упал на лицо Цинь Ваньжу. У нее были длинные загнутые ресницы, большие глаза, полные гнева, светлое и розовое личико с тонкими чертами и вишнево-розовые губы без следа помады. Он никогда не видел девушку, которая была бы настолько красивой и нежной.

Он не смотрел на нее внимательно раньше. Теперь, когда он взглянул глубже, он был поражен тем, какая она красавица.

Но эта маленькая девочка была слишком дерзкой. Когда он подумал, что она даже осмелилась плеснуть чашку чая ему в лицо, его лицо похолодело.

– Неважно, откуда ты родом, это Цзянчжоу, здесь никто не может вести себя возмутительно неприлично! – ледяным тоном сказала Ваньжу и встала, чтобы уйти. Никто не заметил убийственного холода в ее сердитых глазах.

Если бы сейчас под рукой был кинжал, Цинь Ваньжу была уверена, что она ударила бы его, несмотря ни на что. Все воспоминания о казни разом вспыхнули. Ее подставили и мучительно зарезали на плахе. Вся эта ненависть грозила свести ее с ума. Она больше не могла здесь оставаться.

Она боялась, что если потеряет над собой контроль, у нее не будет оправдания, чтобы использовать его в качестве прикрытия.

– Эй, эй, подожди, это...

Чу Люсин замер, когда увидел, что Цинь Ваньжу уходит без колебаний. Он взглянул на своего брата, который был весь мокрый, поэтому он не погнался за ней.

– Старший брат, эта девочка действительно смелая, но это ее единственный недостаток, – примирительно улыбнулся Чу Люсинь. – Ты же сам раньше видел ее на качелях! Юные леди в Цзянчжоу интереснее, чем в столице. Для них не так много правил. Они могут просто делать все, что захотят. Это так здорово!

Чу Лююэ поднял брови и спросил ледяным тоном:

– Вторая дочь генерала Цинь?

– Да, она совсем ребенок. Я думаю, ей лет десять. Она веселая, смелая и хорошо лазает. Брат, ты этого не видел. Она была такой опытной, когда спускалась с дерева. Она определенно часто это делает. Она такая забавная! – Вспомнив предыдущую сцену, Чу Люсинь снова рассмеялся.

Она действительно удивила его тогда. Но сейчас она снова поразила его!

– Уходим, – холодно сказал Чу Лююэ.

– Эй, я думал, мы решили выпить чаю, отдохнуть здесь и насладиться видом на Цзянчжоу... – голос Чу Люсиня становился все тише и тише. Затем он, наконец, просто заткнулся, потому что Чу Лююэ было неудобно оставаться здесь, чтобы гонять чаи в таком неряшливом виде.

– Ты можешь остаться, если хочешь! – неожиданно разрешил Чу Лююэ, затем развернулся и зашагал прочь.

– Тебе лучше поторопиться переодеться и отдохнуть, брат. Будь осторожен, чтобы не простудиться! – Чу Люсин был так счастлив, когда Чу Лююэ позволил ему остаться здесь, поэтому он проявил свою заботу о нем и проводил его.

Было невероятно, что его брат позволил ему остаться. Ему было бы удобнее без него рядом. Но жаль, что он не знал, куда направилась девочка. Должно быть, она и его тоже приняла за мошенника.

Но все хорошо. Когда генерал Цинь переберется в столицу, у него будет еще не один шанс встретиться с ней. Когда Чу Люсин все таким образом изложил для себя, он также не стал очень стремиться снова увидеть Цинь Ваньжу.

Чу Лююэ проигнорировал его слова, спускаясь по лестнице со своими людьми.

Охранник поспешил к Чу Лююэ и тихо спросил:

– Ваше высочество, прикажите схватить ее?

Чу Лююэ покачал головой.

– Нет, это лишнее.

– Ясно. – Хотя охранник чувствовал себя немного странно, он все равно покорно отступил назад.

***

– Мисс, зачем вы пришли? – Юйцзе была удивлена, глядя на Цинь Ваньжу. Она бежала назад, неся торт, и наткнулась на маленькую хозяйку по дороге.

Ваньжу оглянулась. Никто не преследовал ее. Она почувствовала сильное облегчение и усмехнулась:

– Пойдем домой.

Сейчас она выглядела как ребенок. Чу Лююэ всегда чрезмерно заботился о своей репутации, поэтому он ничего ей не сделал. Кроме того, это они были невежливы. Это они распахнули дверь ее комнаты без разрешения. При всем этом он ничего не мог сказать, если она неправильно поняла их и вылила чай ему в лицо.

Возвращаясь домой, Ваньжу решила сначала зайти в кабинет Цинь Хуайюна, но она не ожидала, что встретит няню Чжоу у дверей кабинета.

104

Жена наследника престола – божественный врач Глава 105. Суп с каплями крови

Глава 105. Суп с каплями крови

.

– Вторая мисс, вторая мисс! – Няня Чжоу, казалось, некоторое время маячила в дверях кабинета, куда ее не пропускал слуга. Ее глаза вспыхнули, когда она увидела Цинь Ваньжу. Она быстро подбежала к ней с заискивающим видом.

Ваньжу остановилась и спросила ее:

– Няня Чжоу, в чем дело?

– Мисс, это… Можете ли вы помочь мне и предать это генералу от мадам? Это суп, который мадам сама приготовила для генерала на кухне. – Говоря это, няня Чжоу открыла корзину, которую она несла. Там действительно стояла миска густого супа. Пахло очень вкусно.

Цинь Ваньжу подняла голову, посмотрела на слугу, который охранял кабинет, затем в замешательстве спросила:

– Ты не можешь передать это сама?

– Эм… Слуга не пускает меня, поэтому я вынуждена попросить вас о помощи, вторая мисс. Мадам вложила много сил на приготовление этого супа. Она сама выбрала все продукты. Она даже повредила руку, готовя этот суп. – Няня Чжоу улыбалась и продолжала просить ее о помощи.

Цинь Ваньжу забеспокоилась, когда услышала это, поэтому тихо спросила:

– Ты позвала к ней доктора?

– Ээ… Нет, я не успела. Я собиралась передать суп генералу, а затем пойти за доктором. – Няня Чжоу внезапно начала прятать глаза от Цинь Ваньжу.

– Как ты можешь это откладывать? Я немедленно пошлю за доктором! – всполошилась Цинь Ваньжу.

В глазах няни Чжоу промелькнула паника. Она поспешно поставила корзину и замахала руками.

– Вторая мисс, вам не нужно беспокоиться об этом. Сейчас вам нужно отнести генералу суп. Это важнее. Еда не будет вкусной, если остынет. Пожалуйста, помогите мне передать это генералу.

– Рука мадам Ди ждать не будет. – Цинь Ваньжу огляделась, затем увидела идущую к ним бабку. Она сказала Юйцзе позвать ее и приказала: – Иди, и немедленно найди доктора для мадам Ди, чтобы он осмотрел ее рану. Она порезалась во время готовки.

– Слушаюсь, мисс! – сказала старая дева.

Бабка была настолько быстрой, что у няни Чжоу не было шанса остановить ее. Затем няня внезапно рассердилась. Она указала на старую деву, которая уходила, и попыталась обвинить Цинь Ваньжу в безответственности:

– Какого доктора может пригласить эта старуха? Вторая мисс, она знает доктора, который всегда заботится о здоровье мадам?

Юйцзе моргнула и в замешательстве спросила:

– Ты же сказала, что мадам всего лишь порезала себе руку, когда резала овощи, или нет? Действительно ли мадам нужен доктор, который всегда лечит ее, чтобы позаботиться о такой маленькой ране?

Это так разозлило няню Чжоу, что ее лицо покраснело от гнева. Но она ничего не могла возразить. Все пошло не так, как они с мадам Ди обсуждали и планировали.

Они хотели намеренно принести суп с каплями крови генералу. Увидев суп, он обязательно бы спросил, что случилось. Тогда она могла бы объяснить генералу, что мадам повредила руку во время приготовления супа, поэтому она случайно испачкала суп. Генерал определенно приказал бы ей позвать для мадам доктора.

Тогда она могла бы воспользоваться возможностью выйти из дома. Но теперь то, что сделала Цинь Ваньжу, полностью разрушило их план. Она никак не могла сейчас выйти за пределы поместья. Естественно, няня Чжоу была вне себя от злости.

– Откуда такая маленькая служанка, как ты, может знать о здоровье мадам? – Няня Чжоу сердилась, поэтому говорила холодным тоном. Теперь, когда она потеряла такой хороший шанс, у нее не будет какого-то доброго отношения к Цинь Ваньжу.

– Нам действительно нужен доктор, чтобы сообщить нам о состоянии мадам. Тебе следует вернуться, няня Чжоу. Если придет доктор, ему может понадобиться кто-нибудь, чтобы рассказать ему, что случилось с мадам, – спокойно произнесла Цинь Ваньжу.

Няня Чжоу взглянула на проклятую байстрючку. Она знала, что это не поможет, даже если она останется здесь. Старуха фыркнула, схватила корзину и ушла.

Слуга, который охранял дверь, видел сцену перед ним, и он не мог удержаться от смеха. Няня Чжоу продолжала донимать его, умоляя, чтобы он впустил ее. И она не сдавалась, что делало его просто больным. Но генерал отдал строгий приказ. Он сказал не впускать няню Чжоу. Теперь старуха, наконец, убралась восвояси.

Цинь Ваньжу подошла к нему и спросила:

– Отец внутри?

Слуга поспешно поприветствовал маленькую хозяйку поклоном.

– Генерал занимается официальными делами внутри. Второй мисс есть о чем с ним поговорить? Я немедленно сообщу ему.

– Нет, все в порядке. Я только что вернулась с города и принесла отцу несколько вкусных пирожных. Ты можешь просто передать их ему от меня, – улыбнулась Цинь Ваньжу.

Юйцзе достала коробку из-за спины, затем дала слуге пирожные в руки. Слуга немедленно забрал их.

– Отец не позволил няне Чжоу войти? – спросила Цинь Ваньжу.

– Генерал сказал, чтобы слуги мадам Ди не приходили и не беспокоили его. Если им действительно нужно сказать что-то важное, они могут пойти поговорить с мадам Шуй. Теперь мадам Шуй отвечает за все во внутреннем дворе, – ответил слуга.

Итак, бабушка уже обсудила это с отцом. Вот почему няня Чжоу сделала это. Они придумали, что мадам повредила руку.

Цинь Ваньжу слегка улыбнулась. Было здорово, что они так беспокоились. Как только у старухи появится возможность выйти, она обязательно найдет покупателей на магазины и договорится с ними о цене.

Цена продажи магазина была довольно высокой. Итак, в первый раз, когда она сможет выйти, она сумеет только найти покупателей и назначить цену, но она не сможет сразу получить деньги.

Затем, когда няня Чжоу выйдет во второй раз, ей пришлось бы пойти, чтобы забрать деньги.

Когда Цинь Ваньжу вошла в гарем из ворот Чуйхуа, старая дева была удивлена, не зная, что вторая мисс выходила. Но вторая дочь генерала возвращалась так много раз, поэтому привратница не восприняла это всерьез, думая, что, возможно, она не видела, как девочка вышла.

Теперь мадам Шуй и вторая мисс были у власти в поместье. Никто не был бы настолько глуп, чтобы остановить и допросить ее.

Вернувшись в свой двор и освежившись, Цинь Ваньжу села у окна. Она достала стопку бумаги и записала, что ей на этот раз нужно взять с собой в столицу, а также некоторые необходимые ингредиенты и лекарственные материалы.

Было некое уникальное лекарство, которое она могла найти только в Цзянчжоу. На самом деле, она могла бы найти его и в столице, но это было бы не так приятно и уместно. Так что на этот раз она просто хотела привезти с собой в столицу все нужные лекарства.

Закончив, она отложила кисточку и высушила бумагу. Затем она снова просмотрела запись, чтобы проверить каждую деталь.

– Цин Юэ, передай этот список няне Юй и помоги ей собрать для меня все перечисленное. – Цинь Ваньжу указала на листы слева от нее. У нее во дворе были все эти вещи, им просто нужно было помочь ей упаковать их.

– Да, мисс! – Цин Юэ кивнула. Она взглянула, а затем убрала список. Няня Юй была неграмотной, но у Цинь Ваньжу не было времени, так что было бы лучше, если бы она помогла няне Юй собрать вещи.

– Юйцзе, не могла бы ты взглянуть? Нужно ли добавлять больше ингредиентов? – Цинь Ваньжу указала на другую стопку бумаги. По сравнению с пониманием Юйцзе лекарственных материалов в Цзянчжоу, того, что знала Цинь Ваньжу, было недостаточно, поэтому она попросила Юйцзе помочь ей.

Юйцзе взяла еще несколько листков бумаги и посмотрела на них.

– Мисс, думаю, кое-чего не хватает. Я добавлю все нужное, когда пойду в аптеку. Если я увижу что-то хорошее в городе, я тоже это куплю. Хотя Цзянчжоу находится далеко от столицы, в нем много ценных лекарств.

– Отлично! – кивнув головой, ответила Цинь Ваньжу.

В течение следующих нескольких дней все шло гладко. В частности, няня Чжоу вышла и с большой эффективностью договорилась о продаже всех восьми магазинов, находившихся в управлении мадам Ди, и мадам Ди больше не создавала проблем, как будто она тоже готовилась отправиться в столицу.

Мадам Дун и ее дочь также вошли в поместье из-за Цинь Ваньжу. Цинь Ваньжу прямо сказала старой мадам, что хочет открыть магазин в столице. Хотя старушка думала, что девочка слишком мола, чтобы открывать магазин, она все же согласилась, потому что Шуй Жолань поддержала эту идею и попросила ее не беспокоиться на этот счет.

Старая леди подумала, что Шуй Жолань поможет Цинь Ваньжу, если девочка не справится с этим. И им также нужно было открыть несколько магазинов в столице. Тогда они могли бы заодно позаботиться о магазине Цинь Ваньжу.

Цинь Ваньжу наконец почувствовала облегчение, когда мадам Дун и ее дочь поселились в поместье. В ее прошлой жизни вышивка и пуговицы с петлями, сделанные ими, были довольно популярны в столице. Цена росла снова и снова. Даже королевы во Дворце хотели использовать ее вышивки и пуговицы с петлями.

Это также сделало обычную портняжную мастерскую крупнейшим ателье в столице. В этом магазине было изготовлено много специальных принадлежностей.

И также мадам Дун завоевала сердце вдовствующей императрицы.

Но в прошлой жизни мадам Дун плохо кончила. Ее босс угрожал ей ее дочерью-калекой. Когда она вошла во Дворец, ей пришлось передавать другим вещи, которые она не должна была иметь. В конце концов, и мать, и дочь трагически умерли.

Цинь Ваньжу не знала, кто сделал это с мадам Дун. В то время она сама уже отправилась во Дворец, чтобы рисовать портреты для обитательниц гарема. Она только слышала от других, что мадам Дун, самая ценная мастерица вдовствующей императрицы, была вовлечена во что-то большое и серьезное. И они не смогли узнать правду о том, почему она это сделала. Последнее, что она слышала, это то, что мадам Дун и ее дочь были изгнаны из Дворца.

Больше всего ее удивило то, что, когда мадам Дун встретила ее во Дворце, она казалась взволнованной и хотела что-то ей сказать. Но каждый раз, когда она пыталась это сделать, кто-то как бы случайно оказывался рядом и мешал ей.

Итак, до тех пор, пока мадам Дун и ее дочь не умерли, у Цинь Ваньжу и мадам Дун не было возможности поговорить наедине!

В то время она смутно чувствовала, что дела мадам Дун и ее дочери были непростыми. Казалось, это как-то связано с ней. Затем она услышала, что они из Цзянчжоу. И они пошли работать в захудалую мастерскую портного, потому что не могли найти своих родственников.

Поскольку это имело какое-то отношение к ней самой, в этой жизни Ваньжу решила нанести удар первой. Когда она ехала в столицу, ей нужно было взять с собой мадам Дун и ее дочь. Что касается ноги Дун Сюэр, она уже выяснила, что травма не была врожденной. Два месяца назад, когда Дун Сюэр ехала в карете, ее сбила другая карета, она выпала на дорогу и сильно поранилась.

Хотя она посещала докторов, она не выздоровела. И состояние ноги, казалось, только ухудшалось.

Мадам Дун срочно искала многих докторов. Все они сказали, что ничего не могут сделать. Но все они говорили, что в столице могут быть врачи, которые могли бы вылечить ее дочь. Лекари в Цзянчжоу вообще не могли ничем ей помочь. Слова докторов заставили мадам Дун и ее дочку возлагать все надежды на столицу. Но у них не было денег, и им пришлось ждать, откладывая отъезд.

Приглашение Цинь Ваньжу было отличной возможностью для них. А когда Цинь Ваньжу, после подписания контракта с ними, сказала, что она может вылечить травму Дун Сюэр, это заставило их принять ее как спасителя.

Мадам Дун взяла Дун Сюэр за руку, кланяясь Цинь Ваньжу. Они даже решили наняться слугами в поместье, чтобы обслуживать ее, но Цинь Ваньжу отказалась.

Если бы мадам Дун была всего лишь служанкой, она не смогла бы встретиться с вдовствующей императрицей в будущем, и та не ценила бы ее. Цинь Ваньжу нужен был кто-то, кого бы ценила вдовствующая императрица, кто-то, кто выступал бы перед ней, и кто-то, кто имел бы дело с внешним миром. Но это не могла быть служанка, потому что для слуг было так много ограничений. И слуга не мог делать то, что заставляло других слуг чувствовать, что это несправедливо.

Для путешествия в столицу она должна была хорошо подготовиться.

В течение следующих нескольких дней ее жизнь была тихой и мирной, но затем мадам Ди вновь нарушила это спокойствие.

Когда мадам Ди закатила истерику, как сумасшедшая, Цинь Ваньжу заботилась о бабушке и лечила ее. С Цинь Ваньжу рядом состояние здоровья пожилой леди заметно улучшилось.

Когда они разговаривали и смеялись, встревожено вошла горничная и сообщила:

– Старая мадам, мадам Ди взяла толпу служанок и помчалась во двор мадам Шуй!

.

Жена наследника престола – божественный врач Глава 106. Не говори глупости, мы проверим бухгалтерские книги!

Глава 106. Не говори глупости, мы проверим бухгалтерские книги!

.

– Что она собирается делать? – нахмурившись, недовольно спросила старая мадам.

– Я… Я не знаю. Ничто не может остановить ее! Я слышала, что они скоро будут сражаться вместе! – Прибежав вся в поту, маленькая служанка нервно докладывала.

– Я пойду сама посмотрю! – Старая мадам в ярости встала, и Цинь Ваньжу поспешила поддержать ее.

Когда они прибыли во двор Шуй Жолань, служанки из двух дворов уже толкались и дрались между собой. К счастью, хотя Шуй Жолань стояла под коридором и выглядела бледной, с ней все было в порядке, и ее надежно защищали несколько горничных и старух-нянек.

При виде этой сцены няня Дуань грозно закричала:

– Как вы смеете! Немедленно прекратить драку! Старая мадам идет!

Все обитатели двух дворов тихо вернулись к своим командам, увидев, что сюда пришла старая мадам.

– Матушка, матушка, вы должны заступиться за свою невестку! Я не буду упоминать, что у Шуй Жолань были незаконные сексуальные отношения с генералом до того, как она вышла замуж и стала членом нашей семьи, но она посмела отнять у меня мои деньги! Это мое приданое, и вряд ли оправданно вкладывать такую сумму денег куда-то еще… Она... она обокрала меня! Матушка, если вы не примете решение за меня, я убью себя здесь сегодня!

Мадам Ди выбежала с одной стороны с растрепанными волосами. Стоило ей приблизиться к старой мадам, как она упала на колени и начала плакать, хватаясь за колени свекрови.

Она выглядела действительно безумной, когда кричала до хрипоты.

Шуй Жолань тоже подошла, глубоко поклонившись старой мадам. Каким бы бледным ни было ее лицо, она ничего не сказала.

И старая мадам, и Цинь Ваньжу знали причину этого переполоха. Няня Чжоу сегодня выходила из дома. Но она вынуждена была передать все деньги Цинь Хуайюну в тот момент, когда зашла в ворота поместья. Мадам Ди остерегалась устраивать истерику перед Цинь Хуайюном. Итак, она побежала устраивать неприятности Шуй Жолань, делая вид, что серьезно обидели.

– Встань, чтобы нормально говорить. Ты также мадам генерала. Почему у тебя нет манер? – холодно сказала старая мадам, увидев, что мадам Ди говорит глупости, и ее лицо омрачилось.

– Матушка, сегодня я скорее умру здесь, если этот вопрос не будет прояснен перед всеми! – Мадам Ди была очень расстроена. Все эти деньги принадлежали ей, как она могла принести пользу этой сучке Шуй Жолань?

– О чем ты говоришь? Встань, зайди внутрь и расскажи мне, что здесь происходит. – Старая мадам не ожидала, что мадам Ди устроит скандал прямо перед слугами, поэтому она разговаривала с нею очень холодно.

Цинь Ваньжу протянула руку вбок, чтобы взять мадам Ди под руку, пытаясь помочь ей подняться.

– Мадам Ди, сначала встаньте, – сказала она. – Давайте войдем в дом. Что происходит? Если это несправедливо по отношению к вам, бабушка и отец обязательно защитят вас!

Неожиданно мадам Ди не захотела обращать на нее никакого внимания, все еще цепляясь за ноги старой мадам.

Цинь Ваньжу мельком взглянула на Юйцзе, и та сразу поняла, что нужно делать. Она шагнула вперед, чтобы оторвать руки мадам Ди, убеждая ее:

– Мадам, успокойтесь. Старая мадам уже в годах. Как она может это терпеть? Просто послушайте юную леди. Заходите внутрь и поговорите!

Хотя то, как Юйцзе говорила, звучало нежно, ее руки совсем не были нежными. С неожиданной силой Юйцзе немедленно оторвала руки мадам Ди от юбок старушки и воспользовалась возможностью, чтобы держать ее.

Мадам Ди, которая тяжело опустилась на колени, была немедленно поднята ею на ноги.

Мадам Ди все еще отказывалась вставать, только чтобы обнаружить, что половина ее тела онемела, потому что Юйцзе надавила куда-то, о чем она не знала, в районе талии. Когда она снова избавилась от рук Юйцзе, та уже была в комнате.

– Мадам, сядьте, пожалуйста, и все объясните! – Цинь Ваньжу усадила мадам Ди на стул с примирительным взглядом!

– Убирайся! – сердито закричала мадам Ди, отталкивая проклятую девчонку.

Если бы Цинь Ваньжу и ее служанки не вмешались в это, она бы долго стояла со старухой во дворе. Она не верила, что Цинь Хуайюн и свекровь все еще будут настаивать на своем, когда она потеряет достоинство, чтобы устроить сцену. Тем не менее, в этот момент ее держали в комнате, и она внезапно стала менее внушительной, чем раньше.

Когда кто-то решал пойти на все, они терпели неудачу из-за нехватки энергии. Это отличалось от ее ожидаемого плана, и это заставило мадам Ди тайно скрежетать зубами от гнева.

Цинь Ваньжу от толчка отступила на два шага и чуть не упала. К счастью, Юйцзе быстро отреагировала и протянула руку, чтобы обнять ее.

Черная от ярости, старая мадам во главе стола холодно фыркнула, тяжело поставив свою чашку на стол и укоризненно сказав:

– Что случилось? Ты не можешь нормально говорить? Что тебе сделала Чжо-Чжо? Ты так с ней обращаешься!

– Матушка, это мое приданое... – Мадам Ди закрыла лицо рукавами и встала, готовая броситься к старухе и встать на колени.

Цинь Ваньжу отступила в сторону, освобождая дорогу своей горничной. Юйцзе шагнула вперед и крепко обняла мадам Ди, потянув ее назад, чтобы снова усадить на стул.

– Мадам, пожалуйста, присаживайтесь!

– Грязная девка! – Мадам Ди протянула руку, чтобы дать Юйцзе пощечину. Она все время сдерживала ярость, поэтому в тот момент она прямо выместила свой гнев на девушке-служанке.

Юйцзе от удара упала на пол, и случайно упала рядом с ногой мадам Ди.

– Мадам Ди, зачем вы ударили Юйцзе? Она просто помогла вам сесть, чтобы поговорить! Вы пришли сюда не для того, чтобы уладить сегодняшние проблемы, а чтобы трепать бабушке нервы? – с яростью сказала Цинь Ваньжу, становясь перед Юйцзе и глядя на мадам Ди.

Положение, в котором она стояла, как нарочно мешало мадам Ди, так что мадам Ди не могла встать.

– Мадам Ди, Чжо-Чжо всего лишь ребенок. Она только что была целеустремленной, чтобы защитить тебя, но ты даже не доверяешь хорошей горничной рядом с ней. Почему ты такая жестокая? – Старая мадам в ярости начала ругаться, указывая на мадам Ди указательным пальцем.

– Мадам! – Няня Чжоу потянула мадам Ди за одежду, намекая, что это не сработает, если она будет такой грубой и неразумной. Она даже не могла встать, не говоря уже о том, чтобы снова устроить скандальную сцену. И даже если бы она могла встать, она была неправа, избив добросердечную служанку, посланную Цинь Ваньжу!

Она не смогла закатить необоснованную истерику после стольких перерывов.

– Матушка, пожалуйста, решайте за свою невестку. Эти магазины мои! Почему генерал лишил меня моих сбережений в пользу Шуй Жолань? Изначально это было мое приданое!

Мадам Ди плакала, закрыв лицо носовым платком.

Видя, что мадам Ди выбилась из сил, Цинь Ваньжу отступила, чтобы обнять Юйцзе, и сказала ей вернуться домой, чтобы сначала применить лекарство к травмам. Юйцзе покачала головой, не желая уходить в этот критический момент, опасаясь, что мадам Ди выместит свой гнев на Цинь Ваньжу.

– Магазины из твоего приданого разве не в столице? Эти магазины собственность внутреннего двора! Почему они вдруг стали твоим приданым? – холодно сказала старая мадам.

– Матушка, я купила их на деньги из своего приданого. Почему они не мои? Матушка, я столько лет работаю на генерала. Хотя я отвечаю за гарем генерала, я также отвечаю за повседневную жизнь стольких людей в поместье. Я никогда не расслабляюсь, но почему генерал забывает старое, когда у него есть новое, и отправляет меня обратно в мой старый дом?

Мадам Ди грустно плакала.

– Кто сказал, что тебя вернут в твой старый дом? – недовольно спросила старая мадам. – Где ты услышала подобную чушь? Хуайюна переводят в столицу. Зачем ему отсылать тебя в твой старый дом?

Мадам Ди было нелегко ответить на вопрос свекрови. Первоначально новость пришла извне, и даже няня Чжоу не была уверена в этом. Сначала это показалось ей неправдоподобным, но теперь, когда в последнее время произошло так много событий, она не была вполне убеждена. Возможно, это Шуй Жолань, вонючая сучка, убедила Цинь Хуайюна вернуть ее в ее родительский дом.

– Что касается тех магазинов, о которых ты упомянула, я помню, когда мы только приехали в Цзянчжоу, я дала тебе деньги, чтобы купить несколько магазинов здесь. Итак, почему ты заплатила за них из своих денег?

Неоднократные опровержения старой мадам прервали поток крокодиловых слез мадам Ди. Женщина вытерла глаза и нагло заявила:

– Матушка, вы тогда дали мне так мало денег, что этого было недостаточно даже для покупки одного магазина. Позже я заплатила из своего кармана. Я боялась, что вы будете волноваться, поэтому не сказала вам.

В любом случае, она будет настаивать, что она также заплатила свои деньги.

– Сколько ты заплатила за эти магазины? – холодно усмехнулась старая мадам, и ее лицо потемнело от недоверия. Когда они приехали в Цзянчжоу, в поместье действительно не хватало денег. Она пыталась занять часть денег у мадам Ди, но мадам Ди продолжала плакать, что у нее нет денег.

После этого у нее не было другого выбора, кроме как продать некоторые собственные магазины в ее старом городе, чтобы собрать нужную сумму. Но теперь у мадам Ди хватило наглости сказать, что она тайно платила из своего кармана.

– По крайней мере, сто тысяч или около того! Я не помню точную цифру! После этого, за оборот средств в нашем поместье, я заплатила еще одну сумму денег из своего кармана, – ответила мадам Ди после выполнения расчетов в уме.

Она только что продала все магазины примерно за двести тысяч серебряных монет. Но старая мадам действительно дала ей деньги на покупку. Она не осмелилась сказать, что все деньги были ее. Поэтому она неохотно признала, что только половина денег принадлежит ей.

– Ты еще вкладывала деньги во все магазины позже? – холодно уточнила старая мадам.

– Да, я вложила деньги во все магазины. Вначале бизнес был не очень хорош, поэтому у меня не было выбора, кроме как вкладывать деньги. В противном случае мы не смогли бы управлять этими магазинами. Матушка, вы должны заступиться за меня! – Мадам Ди снова заплакала, держа в руках носовой платок.

Это было много лет назад. Может ли у старухи остаться что-то из доказательств с тех времен? Она заберет половину денег, если не сможет забрать все. И старухе придется согласиться на несколько условий!

Думая об этом, мадам Ди самодовольно бросила злобный взгляд на Шуй Жолань. Она должна была жестоко отомстить этой сучке.

– Мадам Ди, какая ты жадная! Ты несешь чушь. Ладно, будь по твоему, сегодня я заставлю тебя навсегда отказаться от мысли присвоить себе деньги гарема! – Старая мадам усмехнулась. Если бы не предупреждение Чжо-Чжо, она не смогла бы предъявить свои доказательства, и ей ничего бы не оставалось, как выслушать, как мадам Ди несет чушь.

Однако было не так много магазинов, которые вели свои бухгалтерские книги в течение стольких лет, поэтому они нашли только два таких магазина. Но этих двух на самом деле было достаточно, чтобы доказать, что все, что сказала мадам Ди, было чистым враньем.

– Жолань, принеси все бухгалтерские книги за эти года!

– Да, матушка! – Шуй Жолань повернула голову, чтобы отдать приказ Цюнь Хуа, стоявшей позади нее. Цюнь Хуа позвала двух крепких бабуль выйти на улицу. Через некоторое время они внесли несколько ящиков, покрытых пылью, которые выглядели древними.

Как только мадам Ди увидела это, выражение ее лица сильно изменилось, и ее охватило дурное предчувствие.

– Мадам Ди, вот бухгалтерские книги магазина шелковых товаров на западе города. Владелец магазина был честным человеком, поэтому бухгалтерские книги также были хорошо организованы. Он не выбрасывал их на протяжении многих лет. Ты можешь точно видеть, сколько мы вложили и какую прибыль мы получили. Мадам Ди, ты прикарманила много прибыли за предыдущие годы, не так ли?

.

Table of Contents

Жена наследника престола – божественный врач Глава 1. Возвращение к одиннадцати годам

Жена наследника престола – божественный врач Глава 2. Слишком насыщенный цвет

Жена наследника престола – божественный врач Глава 3. Болезненно красивый юноша

Жена наследника престола – божественный врач Глава 4. Разорванное свадебное платье

Жена наследника престола – божественный врач Глава 5. Лицемерная сестра

Жена наследника престола – божественный врач Глава 6. Нечистая совесть

Жена наследника престола – божественный врач Глава 7. Секреты в шкатулке из розового дерева

Жена наследника престола – божественный врач Глава 8. Тайная связь

Жена наследника престола – божественный врач Глава 9. Вежливое приглашение, от которого невозможно отказаться

Жена наследника престола – божественный врач Глава 10. Красивый юноша, словно сошедший с картины

Жена наследника престола – божественный врач Глава 11. Нож к горлу

Жена наследника престола – божественный врач Глава 12. Отправь ее к судье, если она отказывается признаваться

Жена наследника престола – божественный врач Глава 13. Подлый план десятидневной давности

Жена наследника престола – божественный врач Глава 14. Глазурованная лампа Фэнхуа

Жена наследника престола – божественный врач Глава 15. Это имеет какое-то отношение к этому королю?

Жена наследника престола – божественный врач Глава 16. Адепт новой техники лазанья по стенам

Жена наследника престола – божественный врач Глава 17. И настоятельница монастыря Цзиньсинь, и ее сестра умеют лечить

Жена наследника престола – божественный врач Глава 18. Ци Тяньюй блокирует дорогу

Жена наследника престола – божественный врач Глава 19. Сяо Сюаньцзы дает ложные показания

Жена наследника престола – божественный врач Глава 20. Печать, которую очень трудно найти

Жена наследника престола – божественный врач Глава 21. Тайное свидание

Жена наследника престола – божественный врач Глава 22. В поисках выхода

Жена наследника престола – божественный врач Глава 23. Слабый здоровьем должен рано ложиться спать

Жена наследника престола – божественный врач Глава 24. Лицемерная маскировка якобы любящей матери

Жена наследника престола – божественный врач Глава 25. Встреча с Шуй Жолань в семейном храме

Жена наследника престола – божественный врач Глава 26. Тетя Шуй, это из-за тебя

Жена наследника престола – божественный врач Глава 27. Гнев, старая ревность

Жена наследника престола – божественный врач Глава 28. Истинное так называемое совпадение

Жена наследника престола – божественный врач Глава 29. Обе фракции раздражают и провоцируют

Жена наследника престола – божественный врач Глава 30. Хаос, споры на лотосовом пруду

Жена наследника престола – божественный врач Глава 31. Значит, это не ты родила меня

Жена наследника престола – божественный врач Глава 32. Внезапная болезнь старой мадам

Жена наследника престола – божественный врач Глава 33. Кипящий имбирный суп

Жена наследника престола – божественный врач Глава 34. Приятные волосы

Жена наследника престола – божественный врач Глава 35. Тебе придется заплатить мне своей жизнью

Жена наследника престола – божественный врач Глава 36. Мисс Ци уверена, что добьется своего

Жена наследника престола – божественный врач Глава 37. Подойти, чтобы лично извиниться

Жена наследника престола – божественный врач Глава 38. Громкий скандал и драка

Жена наследника престола – божественный врач Глава 39. Большой шрам на руке

Жена наследника престола – божественный врач Глава 40. Давай вместе устроим переполох

Жена наследника престола – божественный врач Глава 41. Цинь Ваньжу, ну все! тебе конец!

Жена наследника престола – божественный врач Глава 42. Скандал между двумя семьями

Жена наследника престола – божественный врач Глава 43. Письмо. Хорошая фишка

Жена наследника престола – божественный врач Глава 44. Мама, что теперь делать?

Жена наследника престола – божественный врач Глава 45. Давай заключим сделку, Шуй Жолань!

Жена наследника престола – божественный врач Глава 46. Две служанки, отправленные одна за другой

Жена наследника престола – божественный врач Глава 47. Тщательно подобранная горничная

Жена наследника престола – божественный врач Глава 48. Насколько он доверял ей в прошлом, настолько же начал подозревать ее в этот момент

Жена наследника престола – божественный врач Глава 49. Одна неприятность за другой

Жена наследника престола – божественный врач Глава 50. Притворная попытка увести кандидатку в горничные

Жена наследника престола – божественный врач Глава 51. С тем же именем, что и в ее предыдущей жизни

Жена наследника престола – божественный врач Глава 52. Будут ли проблемы, если позволить им жить вместе?

Жена наследника престола – божественный врач Глава 53. На этот раз она не уступит

Жена наследника престола – божественный врач Глава 54. Мадам Ди вынуждена уступить

Жена наследника престола – божественный врач Глава 55. Решимость

Жена наследника престола – божественный врач Глава 56. Это входит обязанности подданного короля

Жена наследника престола – божественный врач Глава 57. Кто был бывшим преподобной настоятельницы монастыря Цзиньсинь?

Жена наследника престола – божественный врач Глава 58. Старшая сестра задумала разрушить репутацию тети Шуй?

Жена наследника престола – божественный врач Глава 59. Так называемая добросердечная старшая мисс Цинь

Жена наследника престола – божественный врач Глава 60. Прячась за деревом и подслушивая, кто-то строил свои планы

Жена наследника престола – божественный врач Глава 61. Кто будет иволгой?

Жена наследника престола – божественный врач Глава 62. Наша юная леди – ваша нанимательница!

Жена наследника престола – божественный врач Глава 63. Так неловко свалиться в кучу

Жена наследника престола – божественный врач Глава 64. Как все это закончить?

Жена наследника престола – божественный врач Глава 65. Разделение мадам Ди и ее дочери

Жена наследника престола – божественный врач Глава 66. То, что ты должна этому королю, должно быть возвращено

Жена наследника престола – божественный врач Глава 67. Кучер, который отказался признаться

Жена наследника престола – божественный врач Глава 68. Вмешательство жены принца-наследника князя

Жена наследника престола – божественный врач Глава 69. В поместье генерала не было родной матери

Жена наследника престола – божественный врач Глава 70. Обнаружив несправедливость, посторонний принудил к браку

Жена наследника престола – божественный врач Глава 71. Суматоха. Три хижины

Жена наследника престола – божественный врач Глава 72. Попытка выведать местонахождение гостя из столицы

Жена наследника престола – божественный врач Глава 73. Коварный лис

Жена наследника престола – божественный врач Глава 74. Письмо от королевы

Жена наследника престола – божественный врач Глава 75. Затянутый узел, ведущий к неизбежной смерти

Жена наследника престола – божественный врач Глава 76. Побитый. Внезапное нападение без причины

Жена наследника престола – божественный врач Глава 77. Мужчина с непристойным и вызывающим поведением

Жена наследника престола – божественный врач Глава 78. Паутина заговора. Один несчастный случай за другим

Жена наследника престола – божественный врач Глава 79. Конец всем заговорам, старая мадам возвращается!

Жена наследника престола – божественный врач Глава 80. Напоминание. Полезные свидетели

Жена наследника престола – божественный врач Глава 81. Вы не дочь генерала Цинь, не так ли?

Жена наследника престола – божественный врач Глава 82. Следует ли разрешить принцу взглянуть на свадебную спальню?

Жена наследника престола – божественный врач Глава 83. Необычное подслушивание из чана

Жена наследника престола – божественный врач Глава 84. Ты очень умная, умнее, чем моя кошка!

Жена наследника престола – божественный врач Глава 85. Подозреваемая Цюй Лэ

Жена наследника престола – божественный врач Глава 86. Молодой мастер, которого искал годами

Жена наследника престола – божественный врач Глава 87. Паника, наш мастер очень болен

Жена наследника престола – божественный врач Глава 88. Враждебное «не твое дело!»

Жена наследника престола – божественный врач Глава 89. Еще ничего не закончено, ты все еще многим обязана этому королю!

Жена наследника престола – божественный врач Глава 90. Все выглядит похоже, и время сходится!

Жена наследника престола – божественный врач Глава 91. Сегодняшнее птичье гнездо доставлено недавно?

Жена наследника престола – божественный врач Глава 92. Необъяснимое падение Ци Байюя

Жена наследника престола – божественный врач Глава 93. Разъяренная Ци Жунчжи

Жена наследника престола – божественный врач Глава 94. Схватить и повесить!

Жена наследника престола – божественный врач Глава 95. Жизнь хуже, чем у собаки

Жена наследника престола – божественный врач Глава 96. Планы Ци Байюя

Жена наследника престола – божественный врач Глава 97. Опухшие руки и испорченное лекарство

Жена наследника престола – божественный врач Глава 98. Сердечный узел монахини Минцю

Жена наследника престола – божественный врач Глава 99. Незнание тоже некая форма счастья

Жена наследника престола – божественный врач Глава 100. Два подростка, старший и младший

Жена наследника престола – божественный врач Глава 101. Припечатанная парочка

Жена наследника престола – божественный врач Глава 102. Изящная вышивка и пуговица с вышитой петелькой

Жена наследника престола – божественный врач Глава 103. Условия согласованы, и все готово

Жена наследника престола – божественный врач Глава 104. Она была такой смелой

Жена наследника престола – божественный врач Глава 105. Суп с каплями крови

Жена наследника престола – божественный врач Глава 106. Не говори глупости, мы проверим бухгалтерские книги!