- Свободная жена злобного мужа Глава 1

- Свободная жена злобного мужа Глава 2

- Свободная жена злобного мужа Глава 3

- Свободная жена злобного мужа Глава 4

- Свободная жена злобного мужа Глава 5

- Свободная жена злобного мужа Глава 6

- Свободная жена злобного мужа Глава 7

- Свободная жена злобного мужа Глава 8

- Свободная жена злобного мужа Глава 9

- Свободная жена злобного мужа Глава 10

- Свободная жена злобного мужа Глава 11

- Свободная жена злобного мужа Глава 12

- Свободная жена злобного мужа Глава 13

- Свободная жена злобного мужа Глава 14.

- Свободная жена злобного мужа Глава 15.

- Свободная жена злобного мужа Глава 16. ч.1

- Свободная жена злобного мужа Глава 16 ч 2

- Свободная жена злобного мужа Глава 17 (1)

- Свободная жена злобного мужа Глава 17(2)

- Свободная жена злобного мужа Глава 18(1)

- Свободная жена злобного мужа Глава 18(2)

- Свободная жена злобного мужа Глава 19.1 - Бегство к настоящим бандитам

- Свободная жена злобного мужа Глава 19.2 - Бегство к настоящим бандитам

- Свободная жена злобного мужа Глава 20.1 - Гостиница у скалы

- Свободная жена злобного мужа Глава 20.2 - Гостиница у скалы

- Свободная жена злобного мужа Глава 20.3 - Гостиница у скалы

- Свободная жена злобного мужа Глава 21.1 Долг и несправедливость

- Свободная жена злобного мужа Глава 21.2 - Долг и несправедливость

- Свободная жена злобного мужа Глава 22 Секрет серег

- Свободная жена злобного мужа Глава 23 Пришло время

- Свободная жена злобного мужа Глава 24 Грязные дела

- Свободная жена злобного мужа Глава 25 - Рассказчики

- Свободная жена злобного мужа Глава 26 Шкафчик для души

- Свободная жена злобного мужа Глава 27 Сделка с грабителями

- Свободная жена злобного мужа Глава 28 Приветствие пяти тигров

- Свободная жена злобного мужа Глава 29 - Враги снова встречаются неохотно

- Свободная жена злобного мужа Глава 30 - Гостиница Цзянху

- Свободная жена злобного мужа Глава 31

- Свободная жена злобного мужа Глава 32 - Сильный намек на убийство

- Свободная жена злобного мужа Глава 33: В ловушке храма Шаолинь

- Свободная жена злобного мужа Глава 34: Случай с Восточным Окном

- Свободная жена злобного мужа Глава 35: Использование преимущества

- Свободная жена злобного мужа Глава 36: Так вот что случилось

- Свободная жена злобного мужа Глава 37: Ассамблея боевых искусств (1)

- Свободная жена злобного мужа Глава 38: Ассамблея боевых искусств (2)

- Свободная жена злобного мужа Глава 39: Ассамблея боевых искусств (3)

- Свободная жена злобного мужа Глава 40: Клан Ли

- Свободная жена злобного мужа Глава 41

- Свободная жена злобного мужа Глава 42: Пожар на заднем дворе

- Свободная жена злобного мужа Глава 43: Гора Рока

- Свободная жена злобного мужа Глава 44: Одинокий мужчина, одинокая женщина

- Свободная жена злобного мужа Глава 45: Джентльмен не борется с женщинами

- Свободная жена злобного мужа Глава 46.

- Свободная жена злобного мужа Глава 47: Восхождение на вершину горы

- Свободная жена злобного мужа Глава 48: Пепельный мост

- Свободная жена злобного мужа Глава 49: Запретная территория клана Ли

- Свободная жена злобного мужа Глава 50: Лидер - человек поразительной внешности

- Свободная жена злобного мужа Глава 51: Продажа мужа ради процветания

- Свободная жена злобного мужа Глава 52: Отсутствие манер

- Свободная жена злобного мужа Глава 53: Воссоединение

- Свободная жена злобного мужа Глава 54: Близнецы

- Свободная жена злобного мужа Глава 55: Захваченный

- Свободная жена злобного мужа Глава 56: Маскировка

- Свободная жена злобного мужа Глава 57: Снова встретились в таверне

- Свободная жена злобного мужа Глава 58: Быть ужасно быть необразованным

- Свободная жена злобного мужа Глава 59: Сокамерники

- Свободная жена злобного мужа Глава 60: Отряд самоубийц

- Свободная жена злобного мужа Глава 61: Сложнее всего было вынести лукавого

- Свободная жена злобного мужа Глава 62: Катастрофа неизбежна

- Свободная жена злобного мужа Глава 63: Космическая поглощающая сила

- Свободная жена злобного мужа Глава 64: Ласточка попала в ловушку

- Свободная жена злобного мужа Глава 65: Нет места для продвижения или отступления

- Свободная жена злобного мужа Глава 66: Самая умная женщина

- Свободная жена злобного мужа Глава 67: Судьба еще не пришла?

- Свободная жена злобного мужа Глава 68: Я пришел за тобой

- Свободная жена злобного мужа Глава 69: Лидер пойман

- Свободная жена злобного мужа Глава 70: В провинции Шу есть дом сплетен

- Свободная жена злобного мужа Глава 71: Я не стану страдать, зная, что вы страдаете

- Свободная жена злобного мужа Глава 72.: Воссоединение

- Свободная жена злобного мужа Глава 73: Я недостаточно сильно тебя люблю

- Свободная жена злобного мужа Глава 74.1: Похищение невесты

- Свободная жена злобного мужа Глава 74.2: Похищение невесты

Свободная жена злобного мужа Глава 1

Глава 1: Расторгнутая помолвка.

— Младшая сестра Шу, верни мне Нефритовый жуи(скипетр).

Как только она вошла в гостиную, Мужун Юнь Шу сразу услышала эти слова, исходящие от Фан Хунфэя. Она испугалась на мгновенье, прежде чем успела понять в чем дело. Нефритовый жуи был реликвией семьи Фан. Десять лет назад семья Фан подарила ей его в знак помолвки, а теперь он пришёл требовать его обратно…

— В качестве компенсации, я дам тебе этот звёздный меч.

Фан Хунфэй поднял руку, жестом показывая, чтобы слуга державший меч передал его ей.

Мужун Юнь Шу посмотрела на звёздный меч, но не взяла его. А лишь равнодушно сказала:

— Нет нужды. Он изначально принадлежал вашей семье Фан, и отдать его вам это само собой разумеющаяся.

— Но ведь это я… был виноват в разрыве помолвки.

— Ох, ты не должен чувствовать себя виноватым. Я не беру твой меч не потому, что я обижена на тебя, а только потому, что боюсь, что однажды ты придёшь с топором, ради того, чтобы обменять его на меч, и будешь тратить моё время.

Услышав её слова, Фан Хунфэй был сильно смущён.

— Ты… что ты хочешь этим сказать?

Мужун Юнь Шу приподняла левую бровь, и не спеша спросила:

— Что-нибудь ещё?

— Нет...

— Тогда постарайся, чтобы я тебе больше не увидела.

— Младшая сестра Шу… – Фан Хунфэй собирался погнаться за ней, но он был остановлен её личной служанкой.

— Молодой господин Фан, выход в той стороне.

Лу’Эр указала на дверь, когда говорила.

— Я знаю, я просто хочу…

— Молодой господин Фан, хорошего вам дня.

— Я до сих пор не…

— Кто-нибудь, помогите найти гостю выход.

— Ты… Хорошо! Поскольку твой дом Мужун, не во что не ставит меня, то не вините потом меня в том, что я не помогу вам, когда вы будете в опасности!

После того, как он выплюнул эту фразу, Фан Хунфэй в гневе ушёл.

— Мисс, я боюсь, что в его последних словах есть глубокий смысл, – тяжело сказала Лу’Эр.

Совсем не заботясь о произошедшем Мужун Юнь Шу полистала книгу одной рукой, и передвинула счёты другой. Она твёрдо сказала:

— Оставь его. Какая собака не лает перед тем как укусить?

— Верно, он просто собака. Подождите, нет, собака даже лучше, чем он! Собака бы не пришла разрывать помолвку, сразу после того, как хозяин умер.

Лу’Эр была полна праведного негодования.

— И конечно я бы, и сама не стала жениться на собаке.

— …

— Пинать лежачего, это довольно распространённое явление, и нет необходимости для обиды.

Мужун Юнь Шу поддерживала свой безразличный вид, когда была сосредоточенна на расчётах. Казалось, что ничто не могло отвлечь её.

Путь её госпожи, выносить всё молча, заставил Лу’Эр жалеть её.

— Эх, если бы господи был всё ещё жив, кто бы в Цзиньлине посмел измываться над нашим домом Мужун или над нашей молодой леди…

Услышав это, тонкие пальцы Мужун Юнь Шу остановились на счётах. Она медленно подняла голову и её пара ярких глаз пристально посмотрели на Лу’Эр, когда она сказала серьёзным тоном:

— Даже если папы нет рядом с нами, ещё всё равно никто не посмеет тронуть наш дом Мужун.

— Мисс…

Лу’Эр снова залилась слезами. Госпожа окончательно выросла!

Мужун Юнь Шу бросила косой озадаченный взгляд на Лу’Эр, а затем опять погрузилась в расчёты. После того, как она закончила несколько счётов, она снова сделала паузу и сказала:

— Сходи к врачу. Если у тебя нет денег, то возьми из в офисе.

Лу’Эр ничего не понимала.

— Зачем мне к врачу?

Она же вовсе не больна!

— Болезнь глаз.

— …

Лу’Эр снова посмотрела на её почётную госпожу и глубоко вздохнула. Даже если она и выросла, но осталась всё той же молодой госпожой. И как всегда, всё что она говорит, не от мира сего.

***

Дом Мужун держал банки и ювелирные магазины. Отец Мужун Юнь Шу, Мужун Цин, приложил рука, как в легальном, так и в нелегальном бизнесе. Под руководством его дома Мужун и дома Хуэйфэн, их банки были распространены по всей стране, практически монополизировав весь рынок. А их ювелирные магазины, пользовались огромным авторитетом и были облюбованы знатью и высшими чиновниками.

До того, как Мужун Цин скончался, их дом в городе был символом богатства и власти. Главный зал был всегда переполнен, а рынок всегда пользовался спросом. В течении пяти дней после его смерти, банки получили огромное количество запросов, в попытке нажиться, а ювелирные магазины стали запустелыми. Все думали, что дом Мужун явно сдаст, без возможности восстановиться. К ним перестали приходить, чтобы простить одолжения, польстить, или просто ради вежливости. Никто не хотел быть связанными с ними.

В определённой степени Мужун Юнь Шу, была даже счастлива. Она была от рождения тихой, и не любило большие толпы. Когда её отец был ещё жив, она редко показывалась на люди. В этом была ещё одна причина, почему многие думали, что дом Мужун будет только сдавать позиции. Ведь, как могла юная леди, которая никогда не выходила из дому, поддерживаться бизнес?

Однако, люди дома Мужун знали, что эта, казалось бы, хрупкая молодая девушка была очень умной и сообразительной. Единственная проблема была в том, захочет ли их молодая госпожа взять на себя семейный бизнес.

Мужун Юнь Шу действительно не хотела этого. Всю свою жизнь она мечтала, о беззаботной и спокойной жизни, как до брака, так и после него. Но небеса подшутили над ней, заставив её одновременно потерять и отца, и её жениха за одну неделю.

Если честно, то она не много знала о Фан Хуэйфэн, ей было только известно, что он был молодым господином дома Хуэйфжн. Если бы не было этого утреннего заседание, на котором сказали о разрыве помолвке, то она бы уже была в предпосылке брака.

Она действительно не ожидали что он придёт и разорвёт помолвку. Всего через пять дней, после того, как скончался её отец, он уже хотел разорвать все связи с семьёй Мужун, только из-за их нестабильной ситуации?

Поправляя свой плащ и глядя в окно, Мужун Юнь Шу смотрела на ночное небо. И впервые с момента рождения, она вздохнула.

***

Каждый месяц 15-го числа Мужун Юнь Шу ходила в храм для окуривания. И этот месяц не стал исключением. С самого раннего утра, она сидела на мягком стуле паланкина, направляясь к храму Ваньюнь. Когда они достигли моста, их путь преградила большая и пышная свадебная церемония, которая грациозно шествовала на вершину.

— Молодая госпожа, это свадебная процессия новобрачных Фан Хуэйфэня и Минцзянь Маньор.

Лу’Эр говорила сквозь зубы, когда она наклонила голову к окну паланкина.

Мужун Юнь Шу нахмурилась, а затем приподняла штору, и спросила:

— Брак, так скоро?

Она до этого не имела никакого мнения о Фан Хуэйфэне, но теперь она уж лучше бы вышла замуж за собаку.

— Они должно быть пользуются Чжэньюанскими эскорт услугами.

Лу снова прошептала, проклиная про себя Фан Хуэйфэня. Бессердечный, неблагородный человек. К нему все эти годы относились как к зятю, а он так поступил.

Чжэньюанские эскорт услуги были очень престижными и высоко оценивались в Цзиньлине. Ходили слухи, что их Босс, Линь Чжэньюань, имел чрезвычайно прекрасную дочь, которая была признана первой красавицей города.

Презрение промелькнуло в глазах Мужун Юнь Шу, после чего она опустила штору и сказала:

— Это не наше дело. Продолжим.

— Но они остановились посреди моста, преградив нам путь.

Через несколько секунд ворчания Мужун Юнь Шу вдруг сказала Лу’Эр:

— Скажи Фан Хуэйфэню, что хорошие собаки не блокируют людям дорогу. Заставь его последовать их примеру.

— Мисс, вы становитесь всё злее и злее.

Но ей всё очень понравилось, то что сказала юная госпожа.

— М-м-м, если он не даст на проехать, тогда я могу быть ещё более подлой.

Выражение Лу’Эр менялось от восторга до поклонения. Подняв подбородок и выпятив грудь, она пошла в сторону вражеского «лагеря».

— Молодой господин Фан, наша молодая леди сказала вам, что хорошие собаки не блокируют людям дорогу. И если вы не плохая собака, то быстро уступите дорогу.

Услышав это, лицо Фан Хуэйфэня позеленело. Он даже, не обращая внимания на служанку, сразу направился в сторону паланкина.

— Что ты делаешь?

Мужун Юнь Шу даже не поднимая шторы, равнодушно сказала:

— То, что видишь.

— Не веди себя глупо! Я знал, что ты не охотно примешь разрыв нашей помолвки. Если тебе что-то нужно просто скажи. И я конечно же сделаю это.

— Ты думаешь, что я пришла чтобы причинять не приятности?

— А в этот есть какие-то сомнения?

Мужун Юнь Шу покачала головой, находя ситуацию смехотворной.

— Так ты можешь выполнить любую мою просьбу?

— Да, если ты согласишься покинуть это место, и не мешать моей свадьбе.

Услышав его слова Мужун Юнь Шу, захотела смеяться ещё сильнее. Она видела людей, которые считают себя небезгрешными, но она не видела собак, которые считали в них кто мог безответно влюбиться. Даже среди собак, он был худшим!

— Я боюсь, что ты не сможешь позволить себе, то чего я хочу, - сказала она медленно.

Фан Хуэйфэнь посмотрел на неё с улыбкой.

— Что за шутки. Есть ли в этом мире, то чего я Фан Хуэйфэнь не могу себе позволить!

— Минцзянь Маньор.

Его улыбающееся лицо вдруг застыло, и Фан Хуэйфэнь теяжело сказал:

— Ты…

— Ты можешь себе это позволить?

— Конечно…

Фан Хуэйфэнь быстро заткнулся, с унижением и злостью глядя через шторы паланкина. Некоторое время спустя, он, наконец, выдавил фразу:

— Так, что же ты хочешь в итоге?

— Пройти в храм Ваньюнь, – ответила Мужун Юнь Шу.

— Что?

— Пройти в храм Ваньюнь, – ответила Мужун Юнь Шу.

— Что?

— Пройти в храм Ваньюнь, а твоя свадебная процессия перекрывает мне дорогу.

— Ты разве не пришла сюда, чтобы украсть жениха?

— Молодой господин Фан, вы явно шутите. Мужчины в этой стране ещё есть, так зачем мне нужно тебя красть?

— Мужун Юнь Шу!

— Молодой господин Фан, если вам больше нечего не нужно, я бы хотела попросить вас, выполнить мою просьбу. Ваша свадебная церемония – это мелочь, а вот моё поклонения Богу не может быть нарушено.

Она говорила очень мягко, но, когда он слушал её, его распирала ярость.

— Мужун Юнь Шу, ты слишком наглая!

Что касается слова «наглая», Мужун Юнь Шу приняла это за комплимент.

— Люди в клане Мужун все такие. Как бывший зять, молодой господин Фан, ты должен был это знать.

Повернувшись, Фан Хуэйфэнь вошёл в свой кортеж и поднял руку, отдавая приказ расчистить путь для Мужун Юнь Шу.

Вскоре величественное свадебный эскорт расступился. Со стороны это выглядело, словно они встречали каких-то чрезвычайно важных персон.

— Мисс, вы довольно могучая.

Лу’Эр тихо посмеивалась, когда она шла.

***

Не смотря на то что произошедшее на мосту было недоразумением, но это было большим недоразумением! И через три дня новости о том, как юная госпожа дома Мужун пришла на свадебную церемонию похищать жениха, распространилась на весь город.

— Мисс, это определённо были люди дома Минцзянь, кто распространяет эти слухи!

— Мхм.

— Этот Фан Хуэйфэнь действительно просто несносен, он зашёл слишком далеко!

— Мхм.

— Мисс!

Лу’Эр с наигранным гневом схватила книгу со стола, и держала её в руке. Отступив на два шага назад, она сказала:

— Все вас ругают, за несоблюдения традиционной женской этики! Как вы можете быть такой спокойной?!

Мужун Юнь Шу беспомощно на неё посмотрела, отбросив кисть в сторону, чтобы спросить:

— А они правы?

— Конечно, нет!

— Тогда почему я должна об этом волноваться?

— Потому что они не правы, и мы должны бороться! Получать ругательства за зря, это несправедливо.

— Тогда как мы должны бороться на твой взгляд? Перерезать ему горло, выколоть его глаза, или сломать все его четыре конечности?

— Мисс… вы совершенно безжалостны.

— Это ты, та кто сказал дать отпор.

— Я не это имела ввиду!

— Но это помогает людям искоренять зло.

— …

— Отложи книгу и иди займись работой.

Как только она закончила говорить, в кабинет поспешно забежала экономка, и плакала пока задыхалась:

— Мисс, огромная проблема!

Глаза Мужун Юнь Шу потемнели.

— Что случилось?

— Пришёл человек Моцзяо.

Услышав слова о Моцзяо, сердце Мужун Юнь Шу вздрогнуло. Дом Мужун никогда не конфликтовал с людьми Моцзяо в прошлом, и между ними не было никакой вражды. Зачем они тогда пришли?

— Зачем он пришёл?

— Пришёл... пришёл…

Она запиналась, прежде чем заговорила с несчастным выражением:

— Пришёл, чтобы предложить брак!

Свободная жена злобного мужа Глава 2

Глава 2: Лидер секты будет жениться.

Когда она услышала это, то Мужун Юнь Шу сказала:

— Кто-то пришёл предложить брак – это же хорошо, так почему ты плачешь?

— Но, но он – лидер секты Моцзяо!

— А он не человек?

— Он человек.

— Ну тогда всё хорошо, если он мужчина.

Сказав эти слова, Мужун Юнь Шу уверенно направилась в гостиную.

Размышляя над этим некоторое время, экономка всё равно не могла понять эту логику.

— В нашем дома Мужун не хватает мужчин?

— Нет.

Лу бросила сочувствующий взгляд на домработницу.

— Но нашей молодой госпоже не хватает.

— Правда?

Экономка взялась руками за лицо, и задумавшись на мгновенье сказала:

— У сына моего двоюродного брата по отцовской линии есть жена, и у сестры её тёти, есть сын, который занимает официальный пост в столице, и он до сих пор не женат. Как насчет, того чтобы свести его с юной леди?

— Держите себя в руках.

Лу снова закатила глаза, потом энергично побежала за Мужун Юнь Шу.

— Мисс, мы должны сменить нашу домработницу.

— Она наконец-то решилась на прибавку из твоей зарплаты?

— Нет.

— Тогда мы действительно должны сменить её.

— ...

Лу'Эр вытерла слёзы; давая ей понять, что экономка будет уволена, потому что, как бы она смогла уживаться с ней, если бы из её зарплаты вычитали, чтобы платить экономке!

Четверо одетых в чёрное мужчин выстроились посередине гостиной. А ещё десяток слуг стояли позади, держа десять больших сундуков золота. Мужун Юнь Шу увидела это, как только вошла.

— Джентльмены, пожалуйста, садитесь.

Мужун Юнь Шу заняла почетное место.

— Кто-нибудь, налейте чаю нашим гостям.

— В этом нет необходимости.

Восточный хранитель махнул рукой, намекая своим подчинённым поднести сундуки. И он прямо сказал:

— Мы пришли, чтобы попросить в жены мисс Мужун от имени нашего лидера секты.

— Я вижу.

Мужун Юнь Шу, не глядя на него смотрела на десять больших сундуков с золотом, и в этот момент эпическая битва, началась в её сердце.

В данный момент в Доме Мужун была мало денег. Её отец скончался, Дом Минцзянь разорвал помолвку, так ещё и после того случая с так называемой "кражей жениха", доверие влиятельных семей к их банку упало ниже некуда. Денежные запросы становились всё больше и больше и ювелирные магазины постоянно несли потери.

Как долго они ещё смогут продолжать в таком же духе?

Эти десять больших сундуков золота оказались как раз вовремя, чтобы решить их насущные потребности.

Однако, как единственный наследник дома Мужун, она не могла выйти замуж.

Обдумывая это какое-то время, Мужун Юнь Шу сказала:

— Извините, но дочь Дома Мужун не может выйти замуж.

Южный Хранитель:

— Тогда что, если он женится и войдет в вашу семью?

— Что же не так с вашим благородным лидером секты? Он инвалид, у него нет рук, ног или может быть он парализован?

Если бы это случилось раньше, это бы не показалось странным. До этого Дом Мужун пользовался авторитетом повсюду. Было совершенно естественно для людей, выбрасывать свои деньги ради нас, не прося ничего взамен; Фан Хунфэй был таким же. Но чтобы кто-то желал это в нынешней ситуации, кроме того, что этот кто-то лидер самой влиятельной секты в Цзянху, это просто слишком невероятно.

Западный хранитель сказал:

— Я думаю, что с его головой что-то не так. Очевидно, это желает его сердце.

Северный хранитель продолжил говорить:

— Хотя наш лидер выглядит достойным человеком, но он имеет чёрное сердце внутри, его личность искривилась, а его настроение переменчиво. Он яркий пример злого дьявола. И такой человек сейчас готов жениться и даже войти в чей-то дом, так что это нестранно.

— Правильно.

Восточный Хранитель имел сомнительную улыбку на его лице.

Мужун Юнь Шу почувствовала что-то подозрительное, но это её не касалось, таким образом, она решила игнорировать это.

— Вы уверены, что он готов вступить в семью жены?

— Мы уверены!

Они четверо ответили в унисон, пока их лица выражали злорадство.

Мужун Юнь Шу улыбнулась.

— Похоже, что поведение вашего благородного лидера секты вполне хорошее.

— Мадам очень мудра!

Они заговорили в унисон, а их лица выглядели будто они воссоединились с возлюбленными после долгой разлуки.

Мужун Юнь Шу подозревала, что эти четверо, четверняшки.

— Я ещё не замужем, так что зовите меня просто Мисс Мужун.

— Ах, да верно, хотя это случиться рано или поздно. В нашей секте Моцзяо не много правил.

Северный хранитель говорил, одновременно пожимая руки.

— Хорошо. Однако, я могу выйти замуж, только через три года, так как я должна следовать трауру по моему отцу.

На самом деле, в то время как её отец ещё был жив, он сказал ей, чтобы она не соблюдала траур по нему. А сказала она это только потому, что не хочет выходить замуж так сразу. Ведь она ещё даже не видела лицо её жениха.

— Это не имеет значения. Всё отлично, тогда вы обручены. Мы должны вернуться и сообщить о результатах, так что мы вынуждены попрощаться.

— Хорошо.

Они четверо направились к выходу, а их слуги подняли золото и также уже были готовы начать идти.

Мужун Юнь Шу подняла брови в замешательстве.

— А разве золото… это не обручальный подарок?

Каждый помедлил, Восточный хранитель повернул голову и сказал:

— Так было, изначально. Но поскольку лидер женится в семье мадам, всё стало наоборот. О, верно! Мадам, пожалуйста, не забудьте взять с собой обручальный подарок на сватовство в Гору Хэйфэн, чтобы обсудить брак.

Сватовство... Обручальный подарок... Мужун Юнь Шу внезапно поняла выражение,

— Идти за шерстью, а вернуться стриженой.

С их чрезвычайной ситуацией в банках, где бы она достала обручальный подарок?

Нет, даже не это ключевой момент. Самое главное в том, что она приняла предложение только из-за этих десяти сундуков золота. Без них сейчас, брак также бесполезен.

Но, забирать свои слова обратно не в стили Дома Мужун!

Так неловко.

Видя непонимающие выражения Мужун Юнь Шу, Восточный Страж сказал с улыбкой:

— Мы не будем ставить мадам в трудное положение. Нашего лидера секты очень легко купить. Если вы сможете купить свинины столько же сколько он будет весить, этот вопрос можно считать решенным.

— Я не знаю, сколько он весит.

На самом деле, она хотела сказать, что она не прочь принять эти десять сундуков золота, как "приданое".

— Дайте угадать примерно, 78 кг.

— Я слышала, что свинина довольно дорогоя в последнее время.

Говоря про себя – оставьте золото позади, оставьте позади.

— Тогда, когда я вернусь, попрошу лидера похудеть.

— Позаботьтесь, чтобы я не видела вас.

День свадьбы, безусловно, будет отложен на три года!

Выпроводив представителей Моцзяо, Мужун Юнь Шу села на свой стул с поражённым лицо. Было метко сказано, что Самое страшное зло, это зло которое мы на себя навлекаем сами.

Свободная жена злобного мужа Глава 3

Глава 3: Ненормальный лидер секты.

— Мисс, вы действительно собираетесь выйти замуж за лидера секты Моцзяо? – спросила Лу’Эр.

— Это он собирается жениться на мне!

— Хорошо, он собирается жениться на вас.

Лу’Эр вдруг застыла, а когда очнулась, сказала:

— Но лидер секты Моцзяо... у него плохая репутация.

— Хм-м.

Мужун Юнь Шу угрюмо кивнула головой и сказала.

— Я должна поторопиться и выйти замуж.

— ...

От логики Мужун Юнь Шу, Лу’Эр внезапно подскочила и не могла её понять. Она снова попыталась подчеркнуть:

— Мисс, ваш жених – лидер секты Моцзяо, он лидер секты!

— И что?

— Он лидер секты! Не упускайте из виду, что секта Моцзяо одной из самых крупных преступных сект?

— Фан Хунфэй – молодой мастер секты Минцзянь.

Лу’Эр некоторое время просто глупо стояла, но вскоре она вдруг что-то поняла:

— Мисс, вы подразумеваете, что не все секты вроде Моцзяо плохие, и не все секты вроде Минцзянь хорошие?

— Да.

Мужун Юнь Шу кивнула головой.

Хотя Мужун Юнь Шу не была вовлечена в преступный мир, она знала об этом.

Престижные секты не всегда были добрыми и честными, в то время как секта Моцзяо также не всегда занималась безнравственными вещами.

Насколько она знала о лидере Секты Моцзяо, Чу Чангэ был известен как безжалостный и сильный человек. Даже мастера боевых искусств и даосские мастера не были ему ровней.

Многие люди хотели бы бросить ему вызов, но никто не осмеливался.

Почему такой сильный человек, как он, хочет жениться на ней?

Ради денег? Если бы это было раньше, тогда это бы было возможно, но теперь... В доме Мужун нет никаких ценных сокровищ, которые привлекали бы людей.

Ради статуса? Другие люди может и могли это рассматривать, но для Чу Чангэ .. Даже если бы он был женат на бессмертной, его репутация не улучшилась бы.

За свою красоту?

Лицо Мужун Юнь Шу внезапно покраснело, она так стеснялась в её сердце, но Чу Чангэ даже никогда раньше не видел её лица, как это возможно...

— Мисс, вы что-то уронили? Я могу помочь вам это найти.

Мужун Юнь Шу сразу почувствовала себя неловко, но она быстро успокоилась и её лицо потеплело. Она вернулась в свою комнату и сказала:

— Я потеряла серьгу, если ты её найдёшь, то она твоя.

Когда она пошла дальше, она всё ещё слышала, как Лу’Эр смущённо бормотала ей в спину:

— Где же она может быть?

Мужун Юнь Шу улыбнулась и почувствовала радость от того, что у неё такая глупая горничная.

***

Гора Хейфэн, Наветренный двор.

— Пожениться в доме Мужун?

Чу Чангэ рассмеялся.

— Это самая большая шутка в мире.

Зачем ему жениться в её доме?!

Северный Хранитель пожал плечами и сказал:

— Мадам сказала, что дочь дома Мужун не выйдет замуж, если нужно будет войти в чей-то дом, поэтому единственный выбор – позволить нашему лидеру Моцзяо пожениться в Доме Мужун.

— Она не хочет выходить замуж?

Выражение Чу Чангэ потемнело, его голос был таким же холодным, как лёд.

— Почему?

Чу Чангэ перевернул лицо быстрее, чем модно было перевернуть страницу у книги. Северный Хранитель отступил на два шага, на случай, если его жизни будет угрожать опасность и сказал:

— Мадам только сказала, что она не выйдет замуж в секте Моцзяо, но она не говорила, что вы не сможете пожениться в доме Мужун.

Северный Хранитель продолжил говорить:

— Это же хорошо, так как вам не нужно будет платить за обручальные подарки..

— Она не получила обручальные подарки?

Чу Чангэ сильно нахмурился и строго спросил:

— Каково было моё наставление, прежде чем я попросил вас отправляться к ней?

Восточный Хранитель сразу ответил:

— Подарите Мужун Юнь Шу обручальные подарки.

— И?

— И... Она не согласилась... но… но на самом деле она не отказывалась. Я поеду ещё раз и...

— Нет нужды.

Чу Чангэ прервал его речь, его брови нахмурились, и он мягко постучал по столу. Его губы пошевелились, и на его красивом лице появилась очаровательная улыбка.

— Немедленно подготовьте обручальные подарки.

Его лицо выглядело так, будто он был чистым и невиновным человеком, но его улыбка на самом деле означала, что надвигается опасность. Восточный, Южный, Западный и Северный Хранители узнали смертельную улыбку своего лидера и вздрогнули, они сразу синхронно отступили.

— Лидер, какие подарки вы хотите, чтобы мы подготовили?

Чу Чангэ подумал и спросил:

— Вы когда-нибудь слышали о десяти милях из красных обручальных подарков?

— Мы слышали об этом раньше.

— Тогда возьмите это как стандарт.

— Поняли...

***

Выйдя из Наветренного Двора, все четверо хранителей молчали.

Спустя какое-то время Северный Хранитель больше не мог выдержать и сказал:

— Вам не кажется, что сегодня наш лидер был странным?

— Я полностью согласен.

Южный Хранитель тяжело кивнул.

— Мы сказали ему, что он будет жениться в доме Мужун, но он даже не вышел из себя. Но он рассердился, когда услышал, что мы забрали обручальные подарки обратно. Самое странное, что после того, как он вышел из себя, он ничего не сделал нам и даже не наказал.

— Что в этом такого странного? Разве вы не знали, что наш лидер ненормальный?

Западный Хранитель не был сильно удивлён.

Северный Хранитель кивнул, как будто он что-то понял, но вскоре он спросил:

— Как вы думаете, наш лидер сразу родился с предрасположенностью к ненормальности?

— ...Возможно, он приобрёл это в детстве, так как вся его семья ненормальная.

— Ты прав.

Восточный Хранитель уставился на своих братьев и сказал:

— Вы, ребята, должны беспокоиться о том, как приготовить обручальные подарки, а не трепаться.

— Это всего лишь десять миль красных обручальных подарков, их довольно легко приготовить.

— Правильно, в нашей секте Моцзао так много людей и власти, не говоря уже о десяти милях, мы можем сделать даже сто или тысячу миль.

— Но красные обручальные подарки выглядят как-то странно, по-моему, если бы это были чёрные или белые обручальные подарки, тогда это выглядело бы лучше.

— Мы что готовим похоронные подарки, по-твоему?! Наш лидер женится. Конечно, мы должны готовить красные обручальные подарки!

— ...

Восточный Хранитель потерял дар речи, глядя на трех своих братьев:

— Нашего лидера здесь даже нет, так перед кем вы ребята ведёте себя так глупо?

— Хе-хе.

Остальные трое хранителей ухмыльнулись и сказали синхронно:

— Давайте пойдём и приготовим десять миль красных обручальных подарков.

Восточный Хранитель беспомощно вздохнул, он надеялся, что лидер не будет винить их за шутки о его браке.

Тем временем, внутри Наветренного Двора Чу Чангэ слушал Сян Ю и Ян Цзо, рассказывающих о предстоящем мировом турнире по боевым искусствам, который должен был состояться пятнадцатого августа.

После доклада Сян Ю беспокойно спросил:

— Лидер, я не думаю, что четверо хранителей подходят, чтобы заняться подготовкой обручальных подарков.

— Верно. Хотя Восточный, Южный, Западный и Северный Хранители – сильные, их интеллект вызывает беспокойство.

Ян Цзо согласился с Сян Ю.

— Вот почему я приказал им подготовить обручальные подарки.

Чу Чангэ улыбнулся, но выглядело это, как-то зловеще.

— Вы уже догадываетесь, какие обручальные подарки они приготовят?

Чу Чангэ покачал головой, и взволнованно сказал с улыбкой:

— Я уже предвкушаю беспорядок, который они вызовут.

Сян Ю и Ян Цзо были ошарашены от слов их лидера, кажется, их лидер хочет, чтобы они испортили обручальные подарки. В этом и была главная причина, по которой он попросил четырёх хранителей подготовить подарки?

Действительно, в этом и заключался замысел Чу Чангэ. Всё, что он делал, было странным и его не могли понять обычные люди.

Чу Чангэ посмотрел на гору, словно думал о чём-то. Его изящные брови заставляли его выглядеть оптимистично, его длинные волосы струились дыханием древности. Если бы ученики Секты Моцзяо не знали о его злой личности, они бы могли принять его по ошибки за бессмертного.

Свободная жена злобного мужа Глава 4

Глава 4.

— Мисс, рабочие вышли на забастовку, они собираются перед нашим домом. Двор переполнен людьми.

Мужун Юнь Шу в это время играла в шахматы, чтобы убить время. Её рука дрогнула, когда её король оказался в ловушке и ей поставили шах и мат!

Мужун Юнь Шу слегка вздохнула, изначально она намеревалась выйти в ничью.

— Мисс!

У Лу’Эр из головы чуть ли не валил пар, она потопала ногами и сказала:

— Мисс, вы на самом деле словно Император, который не беспокоится не о чём, даже если его евнухи не находят места!

— Ты используешь это выражение в этой ситуации?

Мужун Юнь Шу посмотрела на неё с несогласием, и серьёзно сказала:

— Я могу стать Императрицей, но вот ты не сможешь стать моим евнухом.

— ...

У Лу’Эр просто не было слов.

— Я никогда не думал, что у Юнь Шу такие большие амбиции.

Донёсся глубокий голос из конца коридора.

— Двоюродный брат!

Мужун Юнь Шу удивилась, она оставила шахматную доску и побежала в сторону владельца голоса, она взволнованно стала в трёх дюймах от него и сказала:

— Брат, что ты здесь делаешь?

Хуа Лин Тянь улыбнулся Мужун Юнь Шу, и осторожно потирая голову сказал:

— Маленькая сестрёнка, как я мог не прийти, когда произошли такие большие события.

— Но вдовствующая Императрица...

Когда Мужун Юнь Шу упомянула вдовствующую Императрицу, лицо Хуа Лин Тяня стало тёмным, и он холодно сказал:

— Она не может меня контролировать!

Мужун Юнь Шу знала, что Хуа Лин Тянь не хочет упоминать о вдовствующей Императрице, поэтому она сменила тему:

— Что нового в столице? Я давно там не была, кажется... уже четыре года.

— Ничего не изменилось, всё так же, когда ты там была и в последний раз.

Хуа Лин Тянь показал ей нежную улыбку, обнимая её обеими руками:

— Так вот, то зачем я здесь сегодня. Дело заключается в том, что я намерен взять тебя во дворец.

Даже обычно спокойная Мужун Юнь Шу обалдела от слов "Взять тебя во дворец", она торопливо освободилась от его объятий и сделала несколько шагов назад:

— Для чего, зачем ты хочешь взять меня во дворец?

— Поскольку дядя скончался и Дом Минцзянь разорвал помолвку, конечно, я хочу заботиться о тебе.

Когда Хуа Лин Тянь сказал про Дом Минцзянь, в его глазах, казалось бы, промелькнуло несколько искр холодного света.

— Значит, ты хочешь, чтобы я пошла с тобой во дворец, чтобы... ты заботился обо мне?

У Мужун Юнь Шу немного закружилась голова, она надеялась, что все не так, как она думает.

— Да.

Хуа Лин Тянь вновь крепко взял Мужун Юнь Шу за руки, а его глаза были такими искренними, и он серьезно сказал:

— Хотя я не могу дать тебе статус наследной Принцессы, но ты должна поверить мне, когда я стану Императором, я, безусловно, сделаю тебя моей Императрицей.

Мужун Юнь Шу, столкнувшись с такими романтическими словами, начала чувствовать головокружение. Её сердце было наполнено неизвестными эмоциями, она не могла различить, что это было. Была ли это любовь или просто симпатия. Но одно она понять могла точно, она действительно любила его, полагалась на него, и заботилась о нем. Однако, достаточная ли это причина для неё, чтобы выйти за него замуж?

Мужун Юнь Шу не была впечатлительной, в последний раз, когда она была обручена с Фан Хунфэй, она не пыталась узнать его и не задумывалась об этом. Что касается её чувств к Хуа Лин Тяню, то она относилась к нему лишь как к брату, а теперь... она всё ещё не могла понять всего этого.

Когда Мужун Юнь Шу задумалась на некоторое время, она, наконец, тихо сказала:

— Прости, брат, я не могу следовать с тобой во дворец.

Хуа Лин Тянь явно не ожидал, что она отвергнет его так быстро, и он был ошеломлен, ему понадобилось немного времени, чтобы прийти в себя:

— Ты не должна отвечать так быстро...

— Я не могу.

Мужун Юнь Шу выглядела так, как будто боялась, что пожалеет о своем решении, и она торопливо сказала:

— Я не могу следовать за тобой во дворец, потому что... потому что у меня есть жених.

— Но помолвка же уже была разорвана?

— Она была разорвана, но я снова обручена.

Лицо Хуа Лин Тяня стало холоднее, и он спросил:

— Не говори мне, что те слухи были правдой? Ты действительно согласилась на брак с лидером секты Моцзяо?

Мужун Юн Шу была шокирована тем, что он знал о её помолвке с сектой Моцзяо, но она вдруг подумала, что это не странно, поскольку в последнее время даже её маленький чих будет известен всему городу. А о обручение и слов нет.

— Я отклонила его предложение.

Сказала она и поправила:

— Но я сама послала людей, чтобы предложить ему брак.

— Что?!

Хуа Лин Тянь был настолько потрясён, что его челюсть чуть не отпала. Он знал, что его двоюродная сестра была таким человеком, который говорит прямо. Если бы он уже не знал ее, он бы не смог понять её логики, но в этот раз это было просто слишком абсурдно.

— Лидер секты Моцзяо согласился жениться на мне в доме Мужун.

— Ты имеешь в виду, что если кто-то хочет на тебе жениться, то он должен войти в дом Мужун?

— Да.

Мужун Юнь Шу кивнула головой:

— Старшая дочь не должна войти в другую семью. Это традиция дома Мужун.

— Но ты же не следуешь традициям.

Хуа Лин Тянь не верил, что причина по которой Мужун Юнь Шу решил принять предложение лидера секты Моцзяо, только потому что он согласился войти в дом Мужун.

— Поэтому я не могу следовать за тобой во дворец.

Хотя было сложно понять логику в словах Мужун Юнь Шу, но Хуа Лин Тянь, кажется, понял истинный смысл, который кроется в этих словах.

Хуа Лин Тянь размышлял над этим в течение некоторого времени, как он вдруг спросил:

— А если я откажусь от титула наследного Принца?

Мужун Юнь Шу была в шоке, но потом она спокойно сказала:

— Было бы здорово, если бы ты не хотел быть наследным Принцем, однако я не хочу быть тому причиной. Это слишком большая ответственность, и я не смогу выдержать её груз.

Хуа Лин Тянь горько улыбнулся, Мужун Юнь Шу не хочет нести ответственность за то, что он откажется от царствования из-за неё. Ему и ей суждено было стать лишь старшим братом и младшей сестрой.

— Однако, если ты передумаешь, главные ворота восточного дворца всегда будут открыты для тебя.

Мужун Юнь Шу нахмурила брови:

— А как насчёт задней двери?

— ...Нет задней двери.

— Тогда я не смогу войти в Восточный дворец.

— ...

Хуа Лин Тянь почувствовал, будто ему отрубили голову, она действительно понимала всё слишком буквально.

Мужун Юнь Шу не знала, почему Хуа Лин Тянь выглядит расстроенным, и моргнув глазами она указала на шахматную доску и сказала:

— Не хочешь ли ты сыграть в шахматы?

Хуа Лин Тянь положил руку на лоб и сказал:

— Позволь мне напомнить тебе, что под окнами дома Мужун собрались толпы народу и ворота скоро лопнут от напора.

Ей действительно стоит взглянуть на это, количество людей настолько огромно, что даже он сам был впечатлен.

У Мужун Юнь Шу не было никакой реакции, она лишь приподняла брови и сказала:

— Не волнуйся, стены крепкие, их не легко сломить.

Хуа Лин Тянь настолько обомлел, что он даже не смог ничего сказать, чтобы опровергнуть её слова, и просто проигнорировав их сказал:

— Я слышал, что они пришли за зарплатой.

— Хм-м.

Мужун Юнь Шу слегка кивнула, и подняла глаза, чтобы посмотреть на небо.

— Дядя погиб только месяц назад, как такое возможно, что невыплаты по зарплате достигли такой ситуации?

Мужун Юнь Шу продолжала смотреть на небо, а её голос был настолько мягким, как будто иллюзорный:

— Мой отец, должно быть, предсказал свою кончину, и обменял все серебряные деньги на бумажные, чтобы стать самым богатым в криминальном мире.

— То есть все серебро было потрачено?

— Да.

— Похоже, ты почти закончила расследование. Тебе нужна моя помощь?

— Нет.

Мужун Юнь Шу слегка покачала головой, как внезапно она увидела своего дворецкого, который быстро бежал к ней с выражением "ошалевшего зомби", между ними еще было расстояние, но дворецкий уже начал кричать:

— Пропустите, плохие новости!

Мужун Юнь Шу кивнула головой, чтобы его пропустили, и подозвала дворецкого подойти ближе, а затем медленно спросила:

— Рабочие начинают захватывать поместье?

“Нет.

“Тогда поему ты так торопишься?

Дворецкий вытирая пот сказал:

— Снаружи... Там какие-то странные люди на улице.

— Страннее, чем ты?

— Не страннее, чем я. Страннее, чем я? Нет... Я не странный...

Дворецкий снова поднял его рукав, пытаясь вытереть свои слёзы.

— Ты ещё скажи, что ты не странный.

Мужун Юнь Шу слегка посмотрев на него, медленно вышла в холл.

Лу’Эр поспешила и последовала за Мужун Юнь Шу спрашивая её:

— Скажите честно Мисс, у вас же есть план?

— Возможно.

— Какой?

Лу’Эр счастливо улыбалась, наконец, ей не нужно будет беспокоиться о рабочих на улице.

— Плыть по течению.

— ...

Этот план действительно подходит стилю Мужун Юнь Шу.

Когда Мужун Юнь Шу прибыла в зал, она увидела две длинные шеренги вооружённых солдат в красных одеждах, они стояли, начиная от дома и уходили в глубь улицы, и не было вида им не конца не края. Те рабочие, которые вышли на забастовку отошли в сторону, чтобы посмотреть на спектакль. Когда появилась хозяйка, сцена начала наклеваться.

— Дом Мужун, вы просрочили выплаты заработной платы, земля вас не простит, небеса не простят...

Возможно, это потому что Мужун Юнь Шу в последнее время видела много странных вещей, она была спокойнее, чем когда-либо, она спокойно посмотрела на длинные ряды солдат в красных одеждах, а затем её взгляд приземлился на рабочих, которые посмели кричать, но она не смела рубить с плеча и сказала:

— Ваш слоган не в рифму, вернитесь назад и вспомните лозунг, тогда приходите снова.

Вдруг вся сцена затихла. Все рабочие имели широко раскрытые рты в форме утиного яйца.

Что не так с головой Мисс Мужун?

Тогда их зарплата... это значит, что они больше не имеют надежду, что им её вернут?!

Подумав об этом они снова закричали:

— Дом Мужун, вы просрочили выплаты заработной платы, земля вас не простит, небеса не простят...

Голоса были столь же громкими, как и гром.

Мужун Юнь Шу решила не спорить с ними и просто стояла у двери, терпеливо слушая их крики, пока, не почувствовав скуку, она не сказала снова:

— Как только вы придумаете рифмованный слоган, я сразу выплачу вам зарплату.

Толпа снова замолкла.

— Кхе-кхе...

Хуа Лин Тянь не мог больше смотреть на них, он занял своё место и сказал:

— Все идите по домам, и приходите через три дня, тогда вы получите свои деньги.

— Ты думаешь, мы такие тупые?! Кто знает, может вы нам не заплатите и через три дня?

— Я гарантирую...

Хуа Лин Тянь хотел уже было заговорить, но был прерван ещё один голосом.

— Мы Секта Моцзяо.

Прежде, чем эти слова были произнесены, все работники уже замолкли, некоторые из них даже побежали и поползли, чтобы не попадаться им на вид.

Хуа Лин Тянь был потрясён внезапной переменой, он был удивлен тем, как репутация Секты Моцзяо смогла "уговорить" людей так быстро и легко.

Мужун Юнь Шу приподняла её брови, и она повернулась лицом к людям, которые говорили и спросила:

— Вы все?..

— Мы все обручальные подарки.

— Вы обручальные подарки... необычно.

— Наш лидер секты приказал нам подготовить десять миль красных обручальных подарков.

Десять миль красных обручальных подарков действительно означает десять километров солдат в красной амуниции?!

Мужун Юнь Шу была поражена и сказала:

— На самом деле, я больше предпочитаю золото и серебро.

Да уже вся вселенная знала, что ей, Мужун Юнь Шу не хватает денег!

— Начиная от этого места, каждый на каждом метре стоит солдат и в общей сумме тут десять тысяч солдат.

Восточный Хранитель был горд собой и улыбнулся, когда говорил:

— Эти люди, одни из немногих лучших мастеров в Секте Моцзяо, и их стоимость превышает десять миллионов!

— Правильно, они могут помочь вам добыть большие деньги.

Южный Хранитель также вмешался.

Мужун Юнь Шу размышляла некоторое время, а потом она спросила серьёзно:

— Ты сказал, что их стоимость превышает десять миллионов, ты имеешь в виду золото или серебро?

— ...

— Не говори мне, что ты имел в виду десять миллионов медных монет?

— ...

— Дворецкий.

Мужун Юнь Шу повернулась к дворецкому, который стоя рядом с ней и спросила:

— Где находится невольничий рынок в провинции Цзинь Лин?

— Ух-х...

Дворецкий снова поднял рукав вверх, служа такой необычной госпоже, он чувствовал, что он больше не имеет лица, чтобы встретиться с людьми, он думал, что даже после смерти ему будет стыдно видится с призраками!

— Вы можете отправить их в столицу для продажи, там они имеют высокий спрос.

Хуа Лин Тянь проигнорировал налитые кровью глаза солдат в красной форме, когда он сказал дворецкому.

— Это правда?

Мужун Юнь Шу недовольно надула губы, как будто она думала о чем-то, а через некоторое время она спросила:

— А где в столице можно продать их всех за один раз? Продавать их в несколько партий – это слишком хлопотно.

Рот Хуа Лин Тяня изогнулся в странной улыбке, когда он сказал:

— Дворец.

Как только он сказал это, то солдаты, у которых были мечи подняли мечи, а те, у кого были молоты подняли молоты соответственно. Они смотрели на Хуа Лин Тяня желая убить его.

Свободная жена злобного мужа Глава 5

Глава 5: Прибытие лидера секты.

Мужун Юнь Шу спросила как бы невзначай:

— Это значит, что их должны *кха* кастрировать *кха* по одному?

Хуа Лин Тянь был ошарашен. Его двоюродная сестра шокировала его, каждый раз, когда что-то говорила.

— Ты можешь позволить им справиться с этим самим.

На самом деле, во дворце было место, которое специализировалось на этих вещах, но поскольку его двоюродная сестра хотела напугать их, как её двоюродный брат, как он мог не помочь ей?

Мужун Юнь Шу почувствовала облегчение после услышанного, и сказала:

— Тогда вы все должны позаботиться об этом самостоятельно, а деньги принесите дворецкому, как только продадите себя.

Все солдаты, услышав эти слова, наполнились желанием убивать, к сожалению, их лидер секты, учил их служить своему лидеру безоговорочно, как если бы он был их родной матерью.

Хоть они и были из секты Моцзяо, но убийство собственной матери – это неподобающий поступок, который даже они не посмеют сделать! Хотя они и не могут убить собственную мать, но ничто не сможет остановить их от убийства, того болтливого ублюдка, который стоит рядом с Мужун Юнь Шу.

Глаза солдат потемнели, и сильное кровожадное намерение стало словно острое лезвие. Все они уставились на Хуа Лин Тяня. Конечно, всё их оружие, уже было обращено на него.

Звуки того, как мечи извлекаются из ножен совершенно не напугали Хуа Лин Тяня, и он лишь холодно смотрел на них, как если бы он не боялся не земли не неба. Он привёл из дворца около десяти охранников, для защиты. И сейчас они обнажили свои мечи в сторону солдат в красном.

Южный, Западный, и Северный Хранители, увидев эту ситуацию почувствовали себя оскорбленными, и также достали оружие, как если бы они был готовы начать сражение.

Восточный Хранитель стоял неподвижно, наблюдая за ситуацией, он посмотрел на Хуа Лин Тяня с восхищением. Так как Хуа Лин Тянь столкнулся с давлением секты Моцзяо и всё ещё был в состоянии поддерживать его спокойствие. Похоже, он не был мелкой сошкой. Восточный Хранитель решил, что он не должен смотреть свысока на Хуа Лин Тяня.

Лу’Эр потянула Мужун Юнь Шу за рукав, и тихо сказала:

— Мисс, вы должны что-то придумать, чтобы они не сражались друг с другом здесь.

Мужун Юнь Шу тяжело кивнула головой и согласилась:

— Если вы хотите убить кого-то, тогда пожалуйста, выйдите в дверь направо, там за пределами города кладбищенская гора, восемь километров на северо-запад.

Лу’Эр схватилась за грудь. На одной стороне было будущее Мужун Юнь Шу, а на другой стороне был её двоюродный брат, наследный принц. Как Мужун Юнь Шу может просто смотреть, как они будут сражаться друг с другом?

Хуа Лин Тянь не мог сдерживать свой смех, он горько посмотрел на Мужун Юнь Шу. Его с ней связь была недостаточно сильной, чтобы повлиять на ее спокойствие.

Было бы потерей, если эта мадам не присоединиться к секте Моцзяо, эта мысль возникала у всех членов секты Моцзяо.

Восточный Хранитель вдруг ухмыльнулся, он специально подошёл вперёд к Хуа Лин Тяню и сказал:

— Наша мадам имеет такую сильную личность, я надеюсь, вы не посмеете смеяться над этим.

Хуа Лин Тянь схватил его меч, и сильно сжал свой кулак желая ударить Восточного Хранителя, но, в конце концов, он воздержался от нападения, и холодно сказал:

— Юнь Шу и я – близкие друзья детства. Я знаю её лучше, чем какой-то чужак.

Эти слова были пропитаны провокацией, члены секты Моцзяо были спровоцированы Хуа Лин Тянем, и они были в гневе, и готовы к яростному сражению. Похоже, боя будет невозможно избежать.

Мужун Юнь Шу наскучило смотреть на эти жестокие сцены, и она зевнула. Как раз, когда она собиралась уходить, ленивый, но высокомерный голос раздался из-за двери:

— Господин Хуа, ты уверен, что ты самый близкий человек Мужун Юнь Шу?

Мужун Юнь Шу посмотрела на владельца голоса, и она увидела человека, одетого в снежно-белый халат, который напоминал бессмертного сошедшего на землю. Его длинные волосы были распущенны, и они будто плавали на ветру. Его высокомерие сочеталось с его красивым лицом.

— Приветствуем Лидера!

Все члены секты Моцзяо закричали и опустились на колени, их лица выражали гордость, так как появилась их сильнейшая поддержка, они могут больше не бояться Хуа Лин Тяня.

Хотя Мужун Юнь Шу уже догадывалась, но слова всех этих людей о лидере Чу Чангэ, подтвердил её догадки. Мужун Юнь Шу до сих пор не удалось успокоить своё сердце. Её глаза бесконтрольно смотрели в направлении Чу Чангэ, а где-то внутри неё, где в течении многих лет было молчаливое море, яростно били приливы. Он был словно красивое, но отравленное яблоко, и этот человек был её будущим мужем. Однако, она не чувствовала ничего особенного.

Необъяснимо, но разум Мужун Юнь Шу подумал, "Так это был он!", тот кто почти напугал её мгновенье назад. Но почему ей кажется, как будто она где-то встречала его в прошлом?

Чу Чангэ улыбался, он поднял руку, словно Император, приказывая своим людям подняться. Затем он подошёл к Мужун Юнь Шу, и ласково сказал ей.

— Жена, прости, что я опоздал и заставил тебя бояться.

Мужун Юнь Шу было страшно только из-за того, что он так резко пришёл. Она неосознанно сделала шаг в сторону от Чу Чангэ, когда вдруг почувствовала, что невидимое давление окружает её и поймало её врасплох. Вдруг, у неё появилось желание бежать, поэтому она сделала ещё один небольшой шаг назад, и пытаясь быть спокойной сказала:

— Мы ещё не женаты, Мистер, пожалуйста, ведите себя прилично.

— Ты меня боишься?

Когда Мужун Юнь Шу отступила, Чу Чангэ также сделал шаг вперёд, и на его красивом лице появилась дьявольская улыбка, а его глаза смотрели так ожесточенно, как будто хотели поглотить всё.

Мужун Юнь Шу не была слабым человеком, и столкнувшись с агрессией Чу Чангэ, она собрала всю свою волю и прямо посмотрела на него, говоря:

— Обычные люди боятся, услышав только упоминания о секте Моцзяо, конечно же такого обычного человека как я напугает появление лидера секты Моцзяо.

Лу’Эр закивала головой, хотя её будущий хозяин выглядел словно красивый бессмертный, но он имел грозный вид.

— Обычный человек?

Чу Чангэ рассерженно нахмурил его густые брови и сказал:

— Ты тоже часть секты Моцзяо.

— Я – нет.

Мужун Юн Шу выпрямила своя спину, хоть у них и была огромная разница в росте, что заставляло Мужун Юнь Шу смотреть на Чу Чангэ снизу-вверх теряя свою храбрость, но она всё равно уверенно сказала:

— Даже если мы и поженимся, это ты войдёшь в наш дом Мужун, а не наоборот, так как я не войду в Секту Моцзяо.

Свободная жена злобного мужа Глава 6

Глава 6: Так это был он!

Чу Чангэ снисходительно смотрел на Мужун Юнь Шу некоторое время, а потом опустил брови и улыбнувшись сказал:

— Раз ты настаиваешь, то я соглашусь с тобой на данный момент.

Мужун Юнь Шу знала, что её слова не были убедительными, но она была расстроена, что Чу Чангэ говорил таким тоном, как будто он поступил так только из-за её желания, и поэтому она по-детски сказала:

— Если ты не согласен, тогда я могу разорвать нашу помолвку!

Чу Чангэ сначала был шокирован, но потом он безмолвно засмеялся:

— Я не говорил, что я не согласен, – сказал он нежно, и с беспомощным лицом.

— Ты выглядишь так, как будто ты был вынужден.

— Тогда прими это, как если бы я был вынужден согласиться.

— Ты безрассудный!

Когда Мужун Юнь Шу сказала это, она тут же пожалела о своём порыве, и почувствовала себя настолько виноватой, что она не позволила ему продолжать эту тему и перебила его:

— Те люди позади, забери их с собой.

Чу Чангэ оставался спокойным и приподняв брови, легкомысленно сказал:

— Они – мой подарок по случаю помолвки.

— Я уже сказала ранее, что я не могу выйти замуж ещё в течении трёх лет.

— Обручальные подарки могут быть отправлены в твой дом.

— Это идёт против традиций.

— Я знаю.

— Но ты всё равно делаешь это?

— Я всегда делал вещи, которые идут против традиций.

Мужун Юнь Шу была ошарашена, как он мог говорить такие веще, таким самоуверенным тоном?

Когда Мужун Юнь Шу была ошеломлена, она вдруг, почувствовала тёплое и влажное ощущение на своей щеке.

Мужун Юнь Шу широко раскрыла глаза с выражение шока на лице, она смотрела на красивого мужчину, который имел горделивую улыбку из-за своего достижения, её губы дрожали в течение некоторого времени и, наконец, она смогла сказать:

— Ч-что ты делаешь?!

— Делаю то, что идет против традиций.

— Ты...

— Жёнушка, ты постепенно привыкаешь к этому.

Эти слова были сказаны для Мужун Юнь Шу, но Чу Чангэ смотрел прямо на Хуа Лин Тяня, и его поведение выражало, как будто он был горд собой, намеренно сделав это на его глазах.

— Юнь Шу, я возвращаюсь во дворец, пришли мне письмо, если что-нибудь случится, – угнетённо сказал Хуа Лин Тянь.

Мужун Юнь Шу непонимающе кивнула головой, она не понимала, почему он так спешил вернуться во дворец, но она больше не задавала вопросов.

— Жена, я тоже ухожу, не забудь скучать по своему мужу.

Мужун Юнь Шу даже не успела среагировать, как Чу Чангэ уже растворился в воздухе. Она снова посмотрела на Хуа Лин Тяня, но он просто шёл к выходу.

Мужун Юнь Шу стояла там потрясённой ещё какое-то время. Она как будто что-то потеряла, и у неё было ощущение, что Чу Чангэ не стоило уходить так быстро.

Восточный Хранитель спросил Мужун Юнь Шу:

— Госпожа, что нам делать... с ними?

Мужун Юнь Шу очнулась и сказала:

— Пусть идут туда, откуда они пришли.

Она не собиралась принимать "обручальные подарки" заранее.

— Но наш лидер сказал, после того, как обручальные подарки были подарены, их нельзя возвращать...

— За пределами города есть кладбищенская гора, восемь км на северо-запад, пожалуйста, пользуйтесь.

После того, как Мужун Юнь Шу закончила говорить, она повернулась и ушла, оставив толпу, смотреть друг на друга.

Восточный Хранитель посмотрел на дворецкого надеясь на помощь:

— Мы должны найти место, чтобы расположить эти “обручальные подарки”, верно?

Дворецкий был бы готов ему помочь, но не был способен на это.

— В настоящее время, дом Мужун не может содержать столько людей, поэтому вы все должны послушать госпожу и вернуться туда откуда пришли.

Северный Хранитель нахмурил лицо и сказал:

— Восточный Хранитель, это серьёзный вопрос.

Восточный Хранитель тяжело кивнул головой:

— Я не ожидал, что наш лидер придёт сюда сегодня.

Изначально, эти солдаты, одетые в красное должны, были стать настоящими "десятью милями красных обручальных подарков", которые бы следовали за новой госпожой. Так бы и закончилась их часть работы. Однако, они не ожидали, что явится дьявол и разрушит их план...

— Кстати говоря, не лидер ли сказал, что он собирался посетить Всемирный турнир боевых искусств в храме Шаолинь пятнадцатого августа? Так почему он сделал такой большой крюк, чтобы прийти сюда?

— Как может турнир быть важнее, чем его жена?

— Я думаю, что ты прав. Однако, если бы наш лидер не появился сегодня, он бы не поцеловал мадам, а сейчас он несомненно, ещё и будут хвастаться этим перед нами!

— Хм-м-м! Если он осмелится хоть пальцем тронуть мадам, рано или поздно мы превратим его в евнуха!

— Правильно, превратим его в евнуха! Превратим всю его семью в евнухов.

***

Чу Чангэ не планировал появляться сегодня перед домом Мужун. По его планам, он должен был встретиться с ней второй раз, только в их брачную ночь. Однако, из-за того, что Хуа Лин Тянь так упорно называл себя её близким другом детства, Чу Чангэ почувствовал ревность, так что он явился во плоти, и поцеловал Мужун Юнь Шу на глазах у всех.

Хотя поцелуй был, только для того, чтобы показать Хуа Лин Тяню, что Мужун Юнь Шу была его... но ощущения, были... приятными.

Чу Чангэ мягко вытер губы, и начал ухмыляться.

Тук, тук.

Снаружи кто-то постучал в дверь.

Чу Чангэ сразу же перестал улыбаться, и спокойно сказал:

— Войдите.

— Лидер.

Это были Восточный, Южный, Западный, и Северный Хранители.

— Говорите.

— Да.

Восточный Хранитель начал докладывать:

— Хуа Лин Тянь – двоюродный брат мадам, он также внебрачный сын нынешнего Императора. Четыре года назад он был принят во дворец и получил титул наследного принца. До этого он рос в доме Мужун, поэтому ещё когда он молод, он имел тесную связь с мадам. Кроме отца Мужун Юнь Шу, который только что скончался, Хуа Лин Тянь, её единственный близкий человек.

Выслушав доклад Восточного Хранителя, лицо Чу Чангэ, стало холодным и он был подавлен в течение некоторого времени, но наконец, произнёс:

— Он оставил какие-нибудь подарки от Цзинь Лин, когда уходил?

— Нет.

— Очень хорошо.

Чу Чангэ дьявольски улыбнулся, а его тон таил злые намерения:

— Пошлите ему подарки от Горы Хэйфэн, и скажите, что это в знак траура шурину от мужа его маленькой двоюродной сестры.

Четыре стражи поняли, в чём смысл подарка, и также по-дьявольски заулыбались.

***

Мужун Юнь Шу заперлась в своей комнате, и с непониманием смотрела на своё отражение в зеркале. Она подняла руку и прикоснулась к своей щеке, к тому месту, где её поцеловал Чу Чангэ, она как будто всё ещё чувствовала тепло.

Чу Чангэ... Почему он поцеловал её? Было ли это, чтобы доказать, что он не следовал традициям?Или, возможно... была какая-то другая причина?.. Они встречались в прошлом?

Мужун Юнь Шу закрыла глаза и сосредоточилась на её воспоминаниях, чтобы вспомнить, где она видела Чу Чангэ в прошлом. Внезапно, одна сцена промелькнула в её голове:

В далеко удалённом бамбуковом лесу, мужчина с растрепанными волосами вошёл в её небольшой бамбуковый домик, а его тело было всё в крови. Мужчина посмотрел в её глаза на секунду, после чего он не выдержал и упал в обморок на пол.

— Эй, если ты хочешь умереть, умирай снаружи. Не пачкай мой пол.

— Эй, ты меня слышишь?

— Забудь, я дарю этот бамбуковый дом тебе.

— На кухне есть вода и еда, если ты в конечном итоге выживешь, можешь съесть всё, что там есть.

— Под кроватью есть небольшая аптечка, там есть много лекарств, которые Лу’Эр, хранила там. Если ты сможешь выжить, то всё это твоё.

Мужун Юнь Шу размышляла некоторое время, и она решила положить аптечку рядом с ним:

— Нет, на этом всё. С остальным справишься сам.

......

Она всё вспомнила, так что тот человек, который был тяжело ранен и зашёл в её дом без разрешения был Чу Чангэ! Хотя он был почти на грани смерти, и его тело было всё в крови, но он всё равно не мог скрыть своё красивое лицо. Сравнивая лицо того человека и лицо Чу Чангэ, она поняла, что это один человек!

Мужун Юнь Шу тут же встала, и найдя дворецкого, спросила:

— Люди из секты Моцзяо ещё здесь?

Дворецкий покачал головой и сказал:

— Нет, они все ушли.

Мужун Юнь Шу была разочарована, и через несколько секунд молчания, она спросила снова:

— А расстояние отсюда до Горы Хэйфэн очень большое?

— Мисс, вы собираетесь найти вашего мужа?

— Да.

Мужун Юнь Шу была слишком ленивой, чтобы придумывать ложь и оправдываться перед дворецким, её единственной мыслью было найти Чу Чангэ.

— Мисс, я думаю, что господин не вернулся на гору Хэйфэн, я слышал, что он в пути в храм Шаолинь, чтобы участвовать во Всемирном турнире боевых искусств пятнадцатого августа.

Свободная жена злобного мужа Глава 7

Глава 7: Участь банка.

Мужун Юнь Шу не пошла в храм Шаолинь сразу, потому что сейчас был только март, и до турнира оставалось ещё пять месяцев. А такой человек, как Чу Чангэ наверняка не покажется там раньше назначенного срока.

Чтобы добраться до храма Шаолинь потребуется два месяца, так что у неё будет ещё целых три месяца, чтобы разобраться с делами дома Мужун.

Ювелирный магазин дома Мужун по-прежнему работают в убыток, а банк тем временем, так же сдаёт своё положение. Предвидя, что дом Мужун собирается полностью обанкротится, даже слуги были встревожены, но их хозяйка, Мужун Юнь Шу вообще не как не реагировала, как будто ничего не случилось. Она ела, спала, читала, писала, играла в шахматы, и каждый день играла на музыкальных инструментах. В общем вела безмятежную жизнь.

— Мисс, вы можете вести себя как нормальный человек?

Лу’Эр надеялась, на то что у её госпожи, когда-нибудь появиться огорчённое выражение лица.

Мужун Юнь Шу полностью игнорировала Лу'Эр, она просто лежала на кресле с закрытыми глазами, продолжая загорать, и лениво сказала:

— Спроси лучше об этом сама себя. Если ты и дальше будешь кричать вокруг, рано или поздно, ты превратишься в воробья.

— ...Мисс!

Лицо Лу’Эр снова покраснело.

— Люди распускают слухи, они говорят, что если вы и лидер секты Моцзяо поженитесь, то это принесёт бедствие всему миру. Они надеются, что секта Мужун падёт, и тогда они смогут смеяться над нами.

— Тогда им придётся долго ждать.

Взгляд Лу’Эр стал острым, когда она услышала слова Мужун Юнь Шу и спросила:

— Мисс, может быть, вы уже продумали план, как нам снова подняться?

— Я объединяюсь с сектой Моцзяо не для того, чтобы нести бедствия.

— ...

Лу’Эр действительно хотела понимать всё то что она говорит.

***

Мужун Юнь Шу только что закончила загорать, когда люди, которых она ждала, наконец, прибыли.

— Менеджер Цянь, Менеджер Инь.

Мужун Юнь Шу сразу же поприветствовала этих двух людей, когда она вошла в кабинет. Они передали ей финансовый отчёт, чтобы позволить ей взглянуть, она, быстро просмотрев страницы сказала:

— Банк закроется на десять дней, а ювелирный магазин продолжит работать в обычном режиме.

Оба менеджера были в шоке:

— Ювелирный магазин идёт в сплошной убыток, если бы не поддержка банка, то он бы не смог продержаться так долго, если бы мне пришлось отказаться от одного из них, я бы выбрал отказаться от ювелирного магазина.

— А вы не думаете, что там что-то нечисто?

— Что?

— Когда мой отец был жив, бизнес банка процветал, но он часто брал много денег из банка вместо того, чтобы, накапливать их там, это основная причина, почему банк сравнялся с грязью, после его смерти. Однако, он был умным и проницательным человек, так почему же он хотел уничтожить собственный банк?

— Об этом...

Менеджер Инь не понимал, и посмотрел на менеджера Цяня с озадаченным выражением лица.

Менеджер Цянь грустно ответил на это:

— Мастер только говорил, что у него просто нет выбора, кроме как поступать так, но он так и не объяснил почему.

Мужун Юнь Шу слегка кивнула головой, и дала менеджеру Цяню письмо:

— Эта информация поступила из столицы.

Менеджер Цянь открыл письмо и прочитал, его лицо вдруг стало серым, словно пыль, а губы задрожали:

— Как же так, как такое, как такое возможно...

— Королевство хочет заполучить в собственность наш банк...

Менеджер Цянь зачитал несколько слов из названия, он был настолько потрясён, что не смог продолжить чтение.

— Королевство желает провести экономическую революцию, они хотят разделить небольшие суммы денег из официального банка в региональные, но для этого им нужен мощный банк как сильная опора. В настоящее время банк Хуэйфэн подходит больше всего для Королевства, так как наш банк распространился по всему миру. После того, как они успешно завладеют банком, то это будет означать, что их революция уже удалась наполовину.

Менеджера Цяня вдруг озарило:

— Вот почему мастер так срочно забрал все деньги из банка, так что даже если Королевство сумеет завладеть банка, то банк будет просто пустышкой, которая в долгах как в шелках.

— Как же вы додумались отправить людей в столицу, чтобы искать такую информацию?

Менеджеру Иню было по-прежнему любопытно.

— Визит моего двоюродного брата подтолкнул меня на такую мысль.

Мужун Юнь Шу сказала:

— До этого я не могла понять, почему мой отец захотел забрать все деньги из банка. Но когда мой двоюродный брат пришёл из столицы, это заставило меня понять, что этот вопрос возможно был связан с Королевством, поэтому я послала людей, чтобы разузнать.

С тех пор, как четыре года назад, Хуа Лин Тянь отправился в столицу, он так не разу и не возвращался в провинцию Цзинь Лин. Все их общение проходило только по переписки, и даже, когда скончался отец Мужун Юн Шу, он только отправил письмо, чтобы успокоить ее, все потому что Вдовствующая Императрица не позволяла ему покидать дворец. Однако, он внезапно появился в провинции Цзинь Лин несколько дней назад, что означает, что он получил разрешение от Вдовствующей Императрицы, и причина это в том, что Вдовствующая Императрица, должно быть решила обзавестись связью с домом Мужун.

Как и ожидалось, судя по полученной информации, миссия, из-за которой Хуа Линь Тянь, пришел в провинцию Цзинь Лин, была для того, чтобы убедить Мужун Юн Шу сдавать Королевству банк Хуэйфэн. Конечно, его попытка убедить её, состояла в том, чтобы предложить ей супружество, но она в любом случае отвергла его.

Мужун Юнь Шу чувствовал себя беспомощным, когда она узнала всё это. Так как этот дворец, был просто слишком жутким и страшным местом, всего лишь за четыре года, ее близкий брат изменился, и даже пытался обмануть её чувства.

Менеджер Инь:

— Тогда что же нам делать? Мы не можем притворяться, чтобы быть подсадной уткой и ждать, когда Королевство заберёт наш банк, верно?

Это был первый раз, когда они увидели, как лицо Мужун Юн Шу стало холодным, после услышанных слов, её глаза искрились от гнева, и она сказала мягким голосом, в котором содержалась нерушимая сила:

— Всё что принадлежит мне и дому Мужун, я точно никого не допущу того, чтобы кто-то забирал это, как ему заблагорассудится!

Менеджер Инь:

— Но мы не можем бороться против Королевства.

Даже хитрый старый мастер мог только принять такую плохую участь банка, тогда кто мог спасти их?

— Мы не можем бороться против Королевства, но кто-то может.

— Кто?

— Боги.

Менеджер Цянь был ошарашен, у них был такой кризис, как она ещё могла шутить в такой ситуации, тем более, что её лицо было серьёзным, когда она шутила...

***

После того, как Мужун Юнь Шу проводила двух менеджеров, она вернулась во двор загорать, в этот раз у неё в руке был сборник стихов.

— Мисс, вот ваш чай.

Лу’Эр принесла свежеприготовленный чай для Мужун Юнь Шу, её лицо было полно негодования. Мисс слишком беззаботна, и это заставляло её чувствовать себя неуверенно.

— М-м-м.

Мужун Юнь Шу мучила жажда, поэтому она сразу же отпила чай: "Ой!" она внезапно вскочила со скамейки и сделала два шага назад, а красивая керамическая чашка упала на книгу. Чай расплескался повсюду. К счастью, Лу’Эр была достаточно быстрой, чтобы поймать чашку, прежде чем она скатилась на пол.

— Ты пытаешься убить свою хозяйку?

Мужун Юнь Шу обожглась горячим чаем, и она высунула язык, пока давала нагоняй Лу’Эр.

— Я не знала, что вы будете так спешить пить чай.

Лу’Эр показала свой язык, когда отвернулась и ухмылялась. Ха, спокойная хозяйка наконец-то отреагировала! Боги, наконец-то, вы увидели моё бедственное положение и благословили меня!

— Ты не можешь справиться даже с таким пустяком, зачем тогда ты мне нужна?

Когда Лу'Эр услышала эти слова, она сразу занервничала:

— Мисс, пожалуйста, не увольняйте меня! Я обещаю, что буду думать, как и вы в будущем, будто глист в желудки своего хозяина.

— Ты только что прокляла меня, на то, чтобы у меня появились глисты?

— ...Я клянусь, я могу проклинать себя, но я не смею проклинать вас, Мисс.

Лу’Эр уже хотела свернуть себе шею и покончить с собой, зачем она так сказала...

Мужун Юнь Шу вопросительно приподняла брови посмотрев на неё, но она решила поверить ей. Она взяла книгу стихов, которая стала мокрой от чая и стряхнув её слегка, она положила книгу на каменный стол, чтобы дать ей высохнуть и повернулась, чтобы уйти. Её настроение уже было испорчено из-за чашки чая.

— Мисс!

Лу’Эр закричала, она указала на мокрый сборник стихов и сказала:

— Там есть слова!

— Если бы в книге не было слов, можно было ли её ещё называть книгой?

Мужун Юнь Шу, не проявив никакого интереса продолжила уходить.

— Это не то... Это совершенно другие слова...

Лу’Эр не могла внятно объяснить, она подбежала к Мужун Юнь Шу и потянула её к каменному столу, указав на серое слово в книге и сказала:

— Посмотрите.

Мужун Юнь Шу была шокирована, в книге, на том месте где было пятно от чая, появилось слово, и оно выглядела, как слово "Цзянь".

— Принеси мне чашку воды.

— Хорошо.

Вскоре Лу’Эр принесла миску с водой и поставила её на каменный стол.

Мужун Юнь Шу осторожно отрывала одну страницу за другой, а потом мочила их в миске с водой. На нескольких первых, и последних страницах не было ни слова, но слова были на средних страницах книги.

После того, как все слова были собраны, она объединила их в предложение...

— Пятьсот тысяч лянов серебра, спрятаны в доме Минцзянь.

Пятьсот тысяч лянов серебра!

Это была точная сумма, которая пропала из банка.

Мужун Юнь Шу внезапно поняла, что её отец спрятал серебро в доме Минцзянь. Неудивительно, что она не могла найти пропавшие деньги в доме Мужун неважно, как сильно она искала, и также неудивительно, что дом Минцзянь захотел разорвать помолвку так срочно...

Но она не могла понять, почему её отец не сказал ей это прямо?

Свободная жена злобного мужа Глава 8

Глава 8: Смехотворный мастер правосудия.

— Я слышала, что наследный принц заразился странной болезнью.

— М-м-м.

Левая рука Мужун Юнь Шу держала белую фигуру.

— На улицах висят листовки, королевство предлагает вознаграждения в тысячу золотых за доктора для наследного принца.

— У-у-у.

В правой руке у нее тем временем была чёрная фигура.

— Мисс, вы ещё раньше узнали об этом?

— Не так давно, около трёх дней назад.

Информация пришла вместе с вестями о том, что Королевство хочет завладеть банком.

Это называется не так давно? Лу’Эр надула губы:

— Наследный принц – это ваш двоюродный брат, почему вы не нервничаете?

— Он все равно не умрёт, зачем мне нервничать?

— Как вы можете знать, что он не умрёт?

Мужун Юнь Шу медленно поставила чёрную фигуру на шахматную доску, и она беспечно ответила:

— Я знакома с человеком, который отравил его.

В частности, она познакомилась с ним раньше и знала его имя.

Лу’Эр снова закричала:

— Так наследный принц был отравлен кем-то?!

Что означает, что слухи, которые распространялись повсюду...

— М-м-м.

— Не говорите мне... Этот человек действительно лидер секты Моцзяо?

Лу’Эр надеялась, что это не так.

— Да, всё верно.

— О Боже!

Лицо Лу’эр потемнело:

— Он должно быть не в своём уме! Как он мог отравить наследного принца!

— Верно, он не только отравил наследного принца, но он ещё и использовал яд чёрного сердца, который производят, только на горе Хэйфэн. Потому, что он хочет, чтобы все знали, что это именно он отравил наследного принца.

Лу’Эр молчала, потом она поморгала своими глазами:

— Мисс, вы можете, пожалуйста, вести себя как нормальный человек! Отравление наследного принца – это тяжкое преступление! Мы будем обезглавлены!

— Они не будут убивать всех в клане, чего ты боишься?

— ...

— Даже если убьют всю их секту, я всё равно ещё не замужем за ним, что значит, что я не состою в их семье.

Мужун Юнь Шу была настолько спокойна, как будто её не смогло бы потревожить, даже торнадо. Она поставила чёрную фигурку на шахматною доску и сказала:

— В любом случае, ты не будешь замешана в этом преступлении, так что перестань бессмысленно беспокоиться.

Глаза Лу’Эр заслезились... Мисс беспокоится о ней?

— Мисс, даже если у вас нет никаких чувств к господину Чу Чангэ, но человек, который сейчас болеет это ваш двоюродный брат, и вы не беспокоитесь о нём?

Лу'Эр снова вспомнила, что Мисс была близка со своим братом в прошлом.

Мужун Юнь Шу проигнорировала её слова, и продолжила играть в шахматы своей правой и левой руками.

— На самом деле, вы очень переживаете за своего двоюродного брата, верно?

Пусть лучше будет ничья, иначе её левая и правая рука не смогут ужиться мирно в будущем.

— Мисс, вы слышали, что я сказала?!

Мужун Юнь Шу совершено не обращала внимания на Лу’Эр, так как она была занята! Она, положила свои руки на коробку от шахмат и сказала:

— Разве ты не слышала, что нужно слушаться своего мужа после того, как вы поженились?

— Да? Мисс вы понимаете, что вы должна будете быть послушной к своему мужу?!

Мужун Юнь Шу, не заботясь о насмешках Лу’Эр сказала с серьёзным лицом:

— Мой будущий муж отравил наследного принца. Конечно, я должна встать на его сторону, так как проявляя милосердие к врагу ты проявляешь жестокость к себе.

— ...Позвольте напомнить, что этот враг – ваш двоюродный брат, ваш близкий друг детства.

— Убери шахматную доску так, чтобы фигуры не сдвинулись, я продолжу в следующий раз.

— Мы говорили о вашем брате.

— Если ты не перестанешь говорить, то я изменю твоё имя на говорунью.

Лу'Эр сразу заткнулась. Она хорошо знала личность её госпожи, возможно, что Мисс может изменить имя даже для Императора или собственного отца.

Мужун Юнь Шу вопросительно приподняла брови и была рада видеть такую реакцию Лу’Эр, после чего она пошла обратно в свой кабинет. Когда она вошла, она увидела горы финансовых отчётов, она слегка вздохнула и пробормотала:

— Отец, дом Мужун настолько огромен, у нас есть огромный чердак и большой подвал. Почему ты не мог спрятать серебро в любом месте нашего дома! Зачем ты бросил его в собачье дерьмо? Ты же знал, что у твоей дочери мизофобия, и она не сможет копаться в собачьем помёте всего за пятьсот тысяч... Как она могла... терпеть это!

(Мизофобия — навязчивый страх загрязнения либо заражения, стремление избежать соприкосновения с окружающими предметами.)

Мужун Юн Шу снова вздохнула, она потёрла её брови и плюхнулась на стул, и она ушла в размышления, как ни странно... она думала о Чу Чангэ. Он действительно был таким наглым... плохим.

Мужун Юнь Шу удобно опёрлась о свой локоть, и она начала представлять себя, что Чу Чангэ был пойман, и предстал перед судебным разбирательством, при этом судья, использовал 81 вид жестоких пыток, чтобы заставить его признать своё преступление. Однако, выражение его лица было циничным, когда он признался во всех своих преступлениях:

— Всё верно, это я отравил наследного принца, и что ты собираешься делать?

Все чиновники были бы ошеломлены его ответом, а их выражения были бы пустыми.

— Мисс, чего это вы там хихикаете?

Мужун Юнь Шу была в шоке от внезапного появления Лу’Эр, она робко спрятала улыбку и быстро сменила своё выражение, а потом спокойно спросила:

— Что-то случилось?

Лу’Эр снова странно уставилась на Мужун Юнь Шу, она хотела докопаться до истины и узнать всё, но она боялась, что настроение её госпожи изменится, поэтому она попыталась сдержаться и сказала:

— Дворецкий пришёл сообщить, что Фан Хунфэй привёл кучу народа к нам в дом и вызывает неприятности.

***

Глядя на этот ожесточенный парад – "мастера правосудья", который пришёл для карательной экспедиции, Мужун Юнь Шу просто не смогла сдержаться и засмеялась, это было не потому, что она любила смеяться, просто данная сцена была слишком смешной.

— Что ты сказал, господин Фан? Прости меня, я просто слегка глуховата, поэтому я не очень хорошо расслышала.

— Дом Мужун тайно сговорился с сектой Моцзяо, чтобы причинять бедствия для всего мира. Сегодня я должен избавиться от секты Мужун за мир во всём мире.

Сказал Фан Хунфэй.

Мужун Юнь Шу думала, что его слова были просто слишком забавными. За мир во всём мире? Как он мог придумать такую драматическую идею?

— Чего ты смеёшься?!

Фан Хунфэй чувствовал раздражение.

— Смеюсь над смехотворными людьми.

— Ты оскорбляешь меня, и назвала смехотворным человеком?!

— Ты единственный, кто признался в этом, не перекладывай вину на меня.

Мужун Юн Шу выглядела так словно, она хотела оправдать себя, глядя на Фан Хунфэя, потом она повернулась и посмотрела на старика – старейшину Мо и сказала:

— Для дома Мужун честь встречать старейшину Мо с горы Удан. Кто-нибудь быстро найдите места для наших гостей.

— Да.

Старейшина Мо смилостивился от её действий и погладил свою бородку, потом он сел и улыбаясь сказал:

— Мисс Мужун, я просто проходил мимо, и зашел на чашечку чая, я надеюсь, что не побеспокою вас.

— Тогда Старейшина Мо пришёл в правильное место.

Мужун Юнь Шу легонько улыбнулась, после чего она села на место хозяина.

Тем временем служанки обслуживали гостей, наливая им чай.

Старейшина Мо отхлебнул чай и похвалил:

— Вкусный чай!

— Старейшина Мо, вы идёте в храм Шаолинь, чтобы принять участие во Всемирном турнире по боевым искусствам?

Мужун Юнь Шу тоже подняла свою чашку, она действовала так, словно задала этот вопрос ненамеренно.

— Верно.

— Тогда почему вы пришли сюда с мастером Фаном?

— Насчёт этого...

Мужун Юнь Шу небрежно продолжила:

— Старейшина Мо скажите, пожалуйста, прямо, Мастер Фан и я непримиримые враги, вы же должно быть имеете сомнения касательно этого дела.

Лицо Фан Хунфэя побледнело, услышав это.

Старейшина Мо расхохотался и сказал:

— Мисс Мужун, вы довольно сильно отличаетесь от слухов.

— Старейшина Мо должен знать, что слухи не надёжны.

Мужун Юнь Шу произнесла эту фразу с двойным смыслом.

Старейшина Мо имел острый ум. Он, естественно, понял реальный смысл слов Мужун Юн Шу, поэтому он по-дружески улыбнулся и поглаживая рукой белую бороду сказал:

— Если мы не увидимся с человеком лично, то как мы сможем узнать правду?

Мужун Юнь Шу кивнула, как будто она поняла что-то:

— Спасибо старейшина Мо за ваш совет.

Старейшина Мо кивнул головой, он был рад видеть, что Мужун Юнь Шу училась на его словах.

— Старейшина Мо, мы пришли не чтобы пить чай.

Фан Хунфэй, наконец, не смог больше выдерживать этого и сказал.

— Никто и не предлагал тебе чай!

Лу'Эр сердито уставилась на Фан Хунфэя.

— Ты!

Фан Хунфэй заикался, он был настолько взбешён, что он объединил все прошлые и нынешние обиды вместе и обвинил Мужун Юн Шу снова:

— Мужун Юн Шу, ты вступила в сговор с сектой Моцзяо, чтобы принести миру бедствия, ты всё ещё не признаешь этого?!

Мужун Юнь Шу холодно хмыкнула:

— Признаюсь я в преступлении или нет, что ты будешь делать? Я, Мужун Юнь Шу не совершала преступлений, и даже если бы я действительно совершила преступление, мою участь бы решал император. Мастер Фан, не слишком ли ты назойлив?!

— Ты... Ты помолвлена с Чу Чангэ, а это связано с нашим домом!

— Ой?

Мужун Юнь Шу опустила брови и улыбнулась:

— Значит, Мастер Фан пытается осуществлять правосудие от имени небес, чтобы избавиться от меня, будущей госпожи из секты Моцзяо?

— Я...

Фан Хунфэй вдруг понял ситуацию, так как сейчас положение Мужун Юнь Шу изменилось, быть против неё, значит быть и против секты Моцзяо. Он немедленно почувствовал сожаление, если бы он знал, что это случится, он бы не разрывал помолвку с Мужун Юнь Шу и тогда не было бы никаких проблем с сектой Моцзяо.

Фан Хунфэй, как их предводитель задрожал, а его последователи ещё больше потеряли свою смелость, они все выглядели напугано.

Мужун Юнь Шу изогнула рот в ухмылке, брезгливо смотря на них, она встала и медленно пошла вперёд, с каждым её шагом, последователи Фан Хкнфэя также делали шаг назад, пока она, наконец, не остановилась и сказала:

— Все...

Она остановилась на несколько секунд и продолжила:

— Я, Мужун Юнь Шу не связанна с преступным миром, если у кого есть жалобы насчет моей помолвки с Чу Чангэ, то пожалуйста, посетите гору Хунфэй, и разбирайтесь лично, но...

Она снова остановилась, а на её лице появилась улыбка:

— Я предлагаю, чтобы те, кто имеют претензии лучше бы отступили. Если кто-то потеряет свои драгоценные жизни из-за моей помолвки, то это заставит меня чувствовать себя виноватой.

Когда Мужун Юнь Шу закончила говорить, все погрузилось в тишину. Она могла услышать только дыхание и шелест листьев банановых деревьев в передней части дома.

— Слова Мисс Мужун правильны, вы все должны уйти. Обиды между домом Минцзянь и сектой Моцзяо не должны затрагивать ни в чём не повинных людей.

Сказал старейшина Мо.

— Хорошо, сегодня мы отступим, но Мужун Юнь Шу, пожалуйста, помни, что с сегодняшнего дня ты стала врагом всего преступного мира, и кто угодно имеет право наказать тебя!

Фан Хунфэй сказал это с ненавистью.

— Я, Мужун Юнь Шу не как не связанна с преступным миром, как такое возможно, чтобы я стала врагом всего преступного мира? Неужели все из преступного мира, настолько глупы?

Когда Мужун Юнь Шу закончила свою последнюю фразу, она повернулась и посмотрела на старейшину Мо.

Старейшина Мо понял её, он улыбнулся, хваля её одними глазами и сказал:

— Мисс Мужун можете быть уверены, что каждый друг из преступного мира очень умён, а если кто-то намеренно вас побеспокоит, то он также пойдёт и против нашей секты Удан.

Фан Хунфэй не ожидал, что секта Удан будет поддерживать Мужун Юнь Шу, он сразу побледнел и сердито закатав рукава покинул место происшествия.

После того, как их лидер ушёл, все последователи также ушли.

— Спасибо старейшина Мо, что помогли отстоять справедливость.

Мужун Юнь Шу сложила руки в знак благодарности к старейшине Мо.

— Мисс Мужун, вы не в чём не виноваты и не должны благодарить меня.

Старейшина Мо слегка улыбнулся и сказал:

— Но у меня есть несколько советов, хотя я и не уверен, что должен говорить это вслух.

— Пожалуйста, не на переживайте.

— Я искренне надеюсь, что вы сможете пересмотреть вашу помолвку с лидером секты Моцзяо. Так, как хорошие и плохие люди непримирим.

— Спасибо за напоминание, я приму это во внимание.

После того, как Мужун Юнь Шу проводила старейшину Мо, она думала, что сможет, наконец, справить свою малую нужду, но потом она вдруг увидела, что менеджер Цянь вбежал в двери, как будто произошло что-то срочное.

Свободная жена злобного мужа Глава 9

Глава 9: Какой хлопотный день!

Мужун Юнь Шу, пытаясь сдержать своё разочарование, спросила:

— Что случилось на этот раз?

— Некоторые люди пытаются разрушить двери банка, они не довольны тем, что даже на рынке отказываются принимать наши деньги. Люди в ярости, и я боюсь, что этот вопрос скоро может перерасти в хаос.

После услышанного, брови Мужун Юнь Шу опустились, хмурясь она глубоко задумалась и сказала:

— Пустите слух о том, что у дома Мужун, есть секта Моцзяо, как сильная поддержка, и, если кто-то осмелиться причинять нам неприятности они будут идти против секты Моцзяо.

— Но, но это может вызвать ярость у народа.

— Не волнуйся, даже если они будут злиться, они не осмелятся что-либо сказать или сделать.

— Но репутация дома Мужун...

Менеджер Цянь не закончил свои слова, так как человеком, который будет разрушать репутацию дома Мужун будет будущий муж Мужун Юнь Шу.

Мужун Юнь Шу приподняла брови и сказала:

— Мы можем потерять нашу собственность, так почему мы до сих пор должны заботится о своей репутации?

— Понял.

Менеджер Цянь вышел из дома Мужун с озадаченным лицом потому, что он не мог понять намерений Мисс.

Мужун Юнь Шу была по-прежнему очень спокойна, впрочем, как и всегда, а её спокойные глаза вспыхнули самодовольным светом.

— Мисс, я поняла.

Лу’Эр ухмыльнулась.

— Говори.

— Вы, кажется, начали понимать, что собака опирается на силу человека.

Мужун Юнь Шу нахмурила брови:

— Это человек, опирается на силу собаки.

— Ты обозвала хозяйку собакой.

— Нет, как я могла вас так назвать?

...Хорошо, она использовала неправильное слово. Лу'Эр стеснительно высунула свой язык и сказала:

— Личность мастера очень полезна.

Мужун Юнь Шу красиво приподняла брови и сказала:

— Если бы он не смог сделать даже такую мелочь для меня, зачем бы он мне тогда был нужен?

— Не говорите мне, что вы согласились... выйти за него замуж в первую очередь потому, что он был полезным?

— Нет.

К счастью, это не так. Лу’Эр почувствовала облегчение.

— Мне показалось, что у него много золота.

— ...Мисс, вы неисправимы.

— М-м-м, я просто обычный, жадный человек.

***

Существует много преимуществ в плотном населении и одним из них было то, что любая новость будет быстро распространяться. Инцидент с Фан Хунфэем, который привел людей секты Минцзянь к дому Мужун для карательной экспедиции облетел весь преступный мир, он также дошёл и до ушей Чу Чангэ.

Восточный Хранитель:

— Лидер, просто скажите и мы все четверо немедленно уничтожим всю секту Минцзянь!

— Верно, убьём всех в их семье.

— Я раскопаю могилы их предков.

— Ну а я тогда, что буду делать я?

Северный Хранитель задумался ненадолго:

— Спать со своей женой....

— У тебя такой плохой вкус! Почему ты хочешь спать со своей женой? Если ты хочешь спать с кем-то, ты должен для этого выбрать лидера...

Западный Хранитель быстро заткнул рот, на его лице появился ужас, он действительно не имел ввиду то что сказал.

— Ты хочешь спать со мной, или с моей женой?

Чу Чангэ ухмыльнулся, как будто совершенно не злился.

Тем не менее, все четыре хранителей знали, что их лидер был очень зол, и последствия будут серьёзными.

— Я...

Западный Хранитель повернулся к трём братьям и сказал:

— Помогите мне, пожалуйста, помогите!

— Западный Хранитель не интересуется мужчинами, но я думаю, что он хотел переспать с вами, лидер.

— Нет, нет, как наш Западный Хранитель смеет спать с лидером, в лучшем случае он бы хотел спать с женой лидера.

Северный и Южный Хранители имели разные мнения на этот счет.

Лицо Западного Хранителя было тёмным, и ему хотелось умереть. Дорогие братья, хотя мы и поклялись, что мы будем использовать наш идиотизм в качестве оружия, когда мы вступали в секту Моцзяо. И мы решили, что будет мутить воду до конца, но в этот раз всё совершенно по-другому, и он сам попал на эту мину!

Чу Чангэ как всегда улыбался, но в глазах четырёх хранителей его улыбка была просто чем-то ужасным, он сказал:

— Ну поскольку я в любом случае не тороплюсь, нам не обязательно ехать на лошадях до храма Шаолинь, думаю сменим их на паланкин.

Западный Хранитель сразу постарался поцеловать зад Чу Чангэ и сказал:

— Нет проблем, я найду самый лучший и великолепный мягкий паланкин во всём Королевстве для лидера.

— Конечно, же я, Чу Чангэ буду использовать наилучший паланкин.

Он остановился на секунду и сказал:

— Чтобы сократить расходы мы не будем нанимать носильщиков для паланкина.

Что? Лидер не будет нанимать носильщиков? Все четверо Хранителей вдруг почувствовала, как будто над их головами нависла тёмная буря. У них было зловещее предчувствие.

Не говорите нам, что лидер хочет... использовать нас в качестве носильщиков?

Как и ожидалось, следующие слова Чу Чангэ подтолкнули их прямо в ад:

— Вы четверо, станете моими носильщиками.

Они все тихо плакали в течение трёх секунд.

— Лидер, стоимость носильщиков не так и высока.

— Верно, мы готовы заплатить за носильщиков для вас.

— Мы даже заплатим за паланкин.

— Мы даже станем вашими носильщиками.

— Северный Хранитель!

Трое из них яростно посмотрели на Северного Хранителя с убийственным намерением.

Северный Хранитель беспомощно сказал с невинным лицом:

— Я оговорился, оговорился.

Он действительно не хотел этого говорить.

Чу Чангэ улыбнулся и погладил Северного Хранителя по плечу, сказав с волнением:

— Очень хорошо, я так рад видеть, что Северный Хранитель так говорит.

После этого он повернулся и сказал другим трем хранителям:

— Вы трое должны учиться у Северного Хранителя.

Они хотели кого-то убить, они очень хотели кого-то убит:

— Лидер, мы должны вначале уничтожить секту Минцзянь, а затем мы вернёмся и станем вашими носильщиками.

Чу Чангэ приподнял его брови и слегка улыбаясь сказал:

— Дайте мне повод.

— ...Фан Хунфэй издевался над мадам, разве это не достаточная причина?

— И он смог её обидеть?

Чу Чангэ не думал, что Мужун Юнь Шу была той, кого можно было так легко запугать.

— Нет, но Фан Хунфэй имел намерение.

— Просто иметь намерения недостаточно. Наша секта Моцзяо имеет репутацию за убийство врагов только по уважительной причине, если вы будете действовать опрометчиво, то это очернит мою репутацию.

А разве твоя репутация уже недостаточно плохая? У них четверых была одна и та же мысль в голове.

***

Утром следующего дня, одна новость потрясла весь преступный мир — у всех мужчин секты Минцзянь были побриты их головы за одну ночь, а на голове у них была надпись:

— Великий Чу отплатил за визит.

— Секта Моцзяо зашла слишком далеко! Отец, позволь мне позвать наших союзников и поспешить на Гору Хэйфэн.

Фан Хунфэй не мог больше терпеть, он хотел лично убить Чу Чангэ.

— Бред!

Лицо Фан Цинчэня позеленело, и он гневно сказал:

— Как ты думаешь, кто ты такой, кто дал тебе право собирать людей?

— Секта Моцяо совершала все виды злых деяний, и они должны быть наказаны!

— Даже если и так, все в секте Моцзяо коварные и безжалостные, а боевые способности Чу Чангэ не должны быть недооценены, мы не можем действовать опрометчиво.

Фан Хунфэй был так зол, что лицо его перекосило, и он расстроенно сказал:

— Если мы этого не сделаем, то что мы должны делать? Просто молчать?! И что тогда, все наши друзья и союзники будут над нами смеяться?!

— Нужно проявить терпения, чтобы придумать хороший план.

— Но...

— Фэй’Эр.

Мать Фан Хунфэя любезно прервала его:

— Почему ты до сих пор не стёр надпись со своей головы?

— Я...

Фан Хунфэй крепко сжал свои кулаки, а его глаза были наполнены обидой:

— Однажды, я заставлю Чу Чангэ ползать передо мной на коленях, и умолять меня пощадить его!

После этого, Фан Хунфэй тряхнул рукавами и ушёл.

Мать Фан Хунфэя была в шоке:

— Муж, Фэй’Эр он...

— Пусть идёт.

Фан Цинчэн глубоко вздохнул, видимо он ошибся, когда позволил Фэн’Эру разорвать помолвку.

Каждый мужчина в секте Минцзянь обнаружил, что надпись на их головах была написана чернилами, но только у Фан Хунфэя было не так, Чу Чангэ использовал свою внутреннюю силу, когда наносил чернила на голову Фан Хунфэя, и это стало подобно татуировки. Если он не снимит слой своей кожи он никогда не сможет избавиться от этой надписи, но что ещё хуже на месте этих слов не растут волосы.

***

В Доме Мужун, повсюду распространился сладкий аромат цветов.

Мужун Юнь Шу рисовала, слушая как Лу’Эр рассказывала слухи о том, что происходило на улицах, у них явно было прекрасное настроение.

— Мастер просто молодец!

Лу’Эр хвалила Чу Чангэ.

— М-м-м.

— Мисс, мастер приятный!

Приятный... для меня? Руки Мужун Юнь Шу задрожали, капля чёрных чернил упала на белый лист бумаги и вскоре растеклась.

— Впустую.

Она почувствовала жалость за испорченный рисунок и промямлила.

— Все завидуют, что вы выходите замуж за такого хорошего мужа.

Зависть? Не говорите мне, что все хотят вступить в сговор с сектой Моцзяо? Мужун Юнь Шу улыбаясь сказала:

— Он жениться на мне.

— Нет никакой разницы.

Лу’Эр пожала ей руку, как будто она не заботилась об этом. Вдруг, она с любопытством посмотрела на рисунок и спросила:

— Мисс, а почему вы не нарисовали всадника на лошади?

— Потому что я не хотела.

— Но, похоже, что там должен быть кто-то.

Лу’Эр конечно ничего не понимала в рисовании, но, когда бравый конь бежит в сторону обрыва, то кажется, что там должен быть кто-то верхом на нём, чтобы вести его туда.

Лу’Эр в очередной раз посмотрела на Мужун Юнь Шу, и она увидела, что на лице Мужун Юнь Шу был румянец, потом она вдруг поняла:

— Вы так скучаете по мастеру и решили его нарисовать!

— Кто это хочет его рисовать? Не болтай ерунды!

Мужун Юнь Шу сказала так, будто она была возмущена словами Лу’Эр, но она не могла ничего поделать и всё её лицо покраснело.

Лу’Эр тихо смеялась:

— Хорошо, я не буду продолжать говорить о нём.

Для неё это стало новым открытием, оказывается, что даже Мисс может чувствовать себя застенчивой, какие захватывающие новости!

— Принеси мне краски.

Мужун Юнь Шу чувствовала себя так неловко из-за её покрасневшего лица, но некуда не могла его спрятать, поэтому она не имела выбора, кроме как отослать её подальше.

— Ох, я, конечно же, выберу для вас лучшие краски.

Лу’Эр сомнительно улыбнулась и убежала.

Мужун Юнь Шу быстро закрыла лицо руками, как будто она пыталась понизить его температуру, сделав это, она взяла кисть и начала рисовать. Только когда она закончила рисунок, она вдруг поняла, что она может рисовать Чу Чангэ даже не вспоминая его черты лица, как будто она уже очень хорошо знала его.

— Это странно.

Она тихо промямлила.

— Вы правы, это так странно, почему Мастер на рисунке выглядит лучше, чем Мастер на самом деле?

Мужун Юнь Шу была так сосредоточена на рисунке, что она даже не заметила позади себя Лу’Эр, она была так сильно потрясена внезапным голосом и почти выпрыгнула из своего кресла. Через несколько секунд, она, наконец, оправилась от шока и сказала:

— Ты говоришь, что у него нет человечности?

— Я просто говорю, что он не так хорош, как на вашем рисунке.

Или, возможно... это ты не знаешь его так же хорошо. Мужун Юнь Шу сказала, это глубоко в её сердце, и непонимающе уставилась рисунок Чу Чангэ. Её мысли ушли далеко. Через некоторое время, она вдруг спросила:

— Ты говорила, что Королевство объявила Чу Чангэ в розыск?

— Да, я даже сорвала одну листовку, кажется, что голова мастера довольно ценная.

Лу’Эр дала листовку Мужун Юнь Шу.

Мужун Юнь Шу развернула скомканный листок бумаги, она взглянула на содержание и промямлила:

— Его голова стоит тридцать тысяч таэлей серебра, а его портрет... может быть стоит тридцать серебряных таэлей...

Затем, Мужун Юнь Шу подняла голову и сказала Лу’Эр:

— Доставь этот рисунок, который я только что нарисовала в правительство, и возьми за него немного денег, чтобы купить закусок.

— А?

Лу’Эр показалось, что она неправильно услышала:

— Доставить его в правительство?

— Да, рисунок из этой листовки не похож на него.

Лицо Лу’Эр потемнело, и она сказала:

— Мисс, хотя нос и глаза не совсем похожи, но это всё ещё мастер! Как вы можете... пмогать тирану преследовать своих подданных?!

— Помощь Королевству в поимке преступника, ты считаешь это помощью тирану?

Лу’Эр тихо размышляла, и наконец-то ответила Мужун Юнь Шу:

— Мисс, вы говорили, что будете помогать вашему мужу, и будете послушной!

— М-м-м.

Мужун Юнь Шу слегка кивнула головой, потом ещё раз тщательно посмотрела на листовку в руке и сказала:

— Он должно быть не слишком доволен этим рисунком.

— ...

Лу’Эр посмотрела на небо. Мастер, я сделала всё возможное, пожалуйста, позаботьтесь о себе сами.

Свободная жена злобного мужа Глава 10

Глава 10: Заблудшие призраки?

Когда Чу Чангэ увидел новую листовку о розыске, он был в шоке...

— Неплохо для рисунка.

Он смотрел на свой портрет, как если бы это было зеркало. Отчего он был очень рад.

— Рисунок мадам, определённо высшего качества.

У Восточного Хранителя был такой тон, как будто он злорадствовал Чу Чангэ.

Услышав это, Чу Чангэ был ошарашен на несколько секунд, потом он удивлено спросил:

— Этот рисунок был нарисован Мужун Юнь Шу?

— Да.

Все четверо хранителей ответили в унисон и закивали головами. Мадам, видимо была послана небесами, чтобы наказать их лидера.

— Она умеет рисовать?!

— У неё очень хорошие навыки рисования.

Восточный Хранитель взял оригинальную листовку и передал её Чу Чангэ, чтобы позволить ему оценить.

Чу Чангэ посмотрел на этот рисунок и у него даже немного заболело сердце, от своего изображения.

Это... просто слишком большая разница между до и после.

— Лидер, вы разочарованы? Вы чувствуете гнев? У вас нету желание найти мадам и наказать её?

Из-за того, что мадам так поступила, лидеру должно быть больно и очень печально.

Чу Чангэ прищурил глаза, и расслабленным тоном сказал:

— Я уже преподал урок секте Минцзянь, так что не создавайте больше проблем.

Восточный Хранитель был расстроен, что их планы были сорваны и спросил:

— Лидер, почему вы не взяли нас с собой в тот день?

— Я не хочу, чтобы люди потом говорили, что я издевался над ними толпой, – сказал Чу Чангэ.

— ...Но людей в секте Минцзянь вовсе не было мало.

— Для меня, они все за одного.

Восточный Хранитель удивился, он думал, что лидер не считает их даже и за одного человека.

— Кому же посчастливилось быть признанным человеком в ваших глазах, а не собакой?

— Фан Хунфэй.

Просто сказал Чу Чангэ.

— Он человек?!

Все четверо были в шоке. Их лидер был слишком добр в этот раз.

— Если я не буду принимать его, как человека, тогда, когда об этом узнают, то надо мной, Чу Чангэ, будут смеяться и говорить, что я издеваюсь даже над скотом.

— ...

Они все были ошарашены, их лидер на самом деле не знает, как писать слово "милосердие".

Чу Чангэ больше не заботился о них, он улыбнулся, глядя на рисунок, и так же начал рисовать. По истечению некоторого времени, он откинул кисть и встряхивая высушил рисунок. Затем он сложил его.

— Пошлите кого-нибудь, чтобы доставить это в дом Мужун.

***

Под широким небом на широкой долине, два человека скакали верхом на красном коне, мчась к скале.

Мужун Юнь Шу обнимала Чу Чангэ за талию уткнувшись лицом в его спину, и радостно улыбалась, а её глаза были наполнены счастьем.

Все вышеперечисленное, находилось на поверхности картины.

У него совсем нет чувства стыда! Мужун Юнь Шу обзывала Чу Чангэ толстокожим в своём сердце, пока на её лице играла застенчивая улыбка, о которой даже она была не в курсе.

У Мужун Юнь Шу слегка шевельнулись губы, когда она очаровательно засмеялась, и взяв в руки кисть написала два предложения. Затем она свернула рисунок и вернула его отправителю. Думая о возможной реакции Чу Чангэ, когда он прочитает это, её улыбка не могла не увеличиться.

— Мисс, другие люди пишут письма, а вы с мастером рисуете картины, все завидуют вам.

Игриво сказала Лу’Эр.

Лицо Мужун Юнь Шу немного покраснело, когда она строго уставилась на Лу’эр и сказала:

— Менеджер ещё не пришёл?

— Он уже здесь, ждёт в вашем кабинете.

***

Когда Мужун Юнь Шу вошла в кабинет, она услышала, как Менеджер Цянь сказал,

— Императорский посланник, который был послан Королевством был похищен на горе Хуа То!

— Немедленно пошлите кого-нибудь на гору Хуа-То... Я также пойду туда лично, и не возражайте.

После этого, Мужун Юнь Шу приказала Лу’Эр упаковать вещи, чтобы приготовиться к поездке.

— Мисс, вы категорически не должны этого делать! Бандиты с горы Хуа То безжалостные и неразумные, это слишком рискованно, – сказал Менеджер Цянь.

— Кто не рискует, тот не пьёт шампанского.

Мужун Юнь Шу сказала это со спокойным лицом:

— К тому же у вас есть тот, кто может заменить меня в переговорах с Императорским посланником?

— Нет, но если бы мы могли спасти Императорского посланника...

— Зачем?

— А?

— Он не имеет никакого отношения ко мне, почему я должна его спасать?

Мужун Юнь Шу сказала это, как если бы она была абсолютно права.

Менеджер Цянь был смущён, если не за спасением, то, что вы собираетесь делать на горе Хуа То?

***

Густые облака, затмившие небо и сугробы снега перекрывающие весь обзор, заставляли людей, чувствовать себя подавленными от невозможности увидеть солнечный свет.

Старый, но великолепный экипаж ехал по заснеженной дороге, оставляя за собой глубокие следы. Кучер, который был слишком легко одет очень замер, с бледным лицом и посиневшими губами, он сказал: “Эта гора слишком холодная для людей!”

Хозяйка кареты, Мужун Юнь Шу спросила:

— Мы уже приехали на гору Хуа То?

— Да, мы уже здесь. Горную дорогу впереди можно пройти только пешком. Экипаж не сможет проехать.

Водитель ответил, когда остановил карету.

— Вы видели кого-нибудь по дороге сюда?

Мужун Юнь Шу отодвинула занавеску и высунула голову, чтобы осмотреться.

— Нет, сюда обычно никто не заходить... только мы. Ах, да, был кто-то, я помню, как сейчас.

Водитель ударил по своей голове и сказал:

— Около часа назад, я увидел четырёх человек, которые несли паланкин, и он был очень дорогим... Нет, он даже был очень великолепен и намного более красив, чем наш экипаж. Эти четверо были одеты в роскошные одежды, а их выражения были очень свирепым и беспощадным, как будто они хотели убить кого-то. Самое странное было в том, что они даже устали, когда подымались на гору. Они, кажется, были в состоянии нести этот паланкин с лёгкостью, но всё же шли очень медленной походкой.

— М-м-м, в таком отдаленном месте, возможно, что кто-то хочет встретиться с подозрительными личностями.

Но её интересовали только бандиты. Мужун Юнь Шу выпрыгнула из кареты и осмотрелась, а потом сказала Лу’Эр, которая поехала с ней:

— Ты и водитель должны остаться и ждать здесь, а я пройду вперёд.

— Нет, я... я... мы должны идти вместе.

Лу’Эр никогда не хотела быть героем, но тучи были настолько густыми и тёмными, что весь её и без того невысокий героический дух исчез вовсе. Она была очень напугана!

Мужун Юнь Шу одарила её безразличным взглядом и сказала:

— Не волнуйся, если бы бандиты хотели напасть на нас, они бы сделали это раньше, а не ждали бы нас.

— Но....

— Бандиты скорее всего там.

Мужун Юнь Шу сказала, указывая на дорогу впереди.

Лу’Эр вжала шею и трусливо сказала:

— Я думаю, я просто подожду.

Мужун Юнь Шу улыбнулась, и покачав головой, начала идти в гору.

Когда она направлялась вверх, дорога постепенно становилась все круче, а влажность в воздухе также росла. Из-за чего она не чувствовала холод, но ощущала себя даже более свежо.

Смотря на искусственно посаженные деревья Мужун Юнь Шу без труда нашла убежище бандитов, которое было внутри огромного персикового леса.

Сейчас был апрель, и в горах начинали распускаться цветы.

Мужун Юнь Шу уставилась на красивую сцену перед её глазами, и была потрясена в течение некоторого времени. Если бы не три слова "Сай Хуа То", высеченные на большом камне рядом с ней, она бы с трудом могла поверить в то, что внутри этого леса на самом деле находилось бандитское укрытие.

Было ещё кое-что более невероятное, то, что она уже долго шла, но она всё ещё не подошла к другой стороне леса. Точнее... она шла по кругу.

Первая мысль Мужун Юнь Шу была, о заблудших призраках, но потом она подумала, что не должно быть никаких призраков, скрывающихся в таком прекрасном месте. Отвергнув эту идею, она села на чистый камень, и начала тяжело думать над тем, как ей выбраться отсюда.

Свободная жена злобного мужа Глава 11

Глава 11: Встреча старого друга в бандитском дне.

— Брат, Персиковый Лес горит!

Фэн Чэн видел, как его самый любимый персиковый лес горел. Его лицо сразу потемнело, как будто он собирался кого-то убить. Он не колебался и зашёл в лес.

Когда он обнаружил происхождение огня, он увидел молодую женщину в простой одежде, сидящей под персиковым деревом, наслаждающейся прохладным воздухом. Она не пытался быть забавной, но ее эмоции, казалось, были по-настоящему спокойны. Она выглядела так, как будто она сознательно ворвалась в поле персиков, чтобы насладиться ветром.

— Вы разожгли огонь? – спросил он.

Мужун Юнь Шу была шокирована внезапным голосом. Когда этот человек появился перед ней? Она встала и похлопала пыль со своего тела, подняла голову и спросила:

— Вы владелец Персикового Леса?

Она допустила ошибку? Этот человек перед ней, её кожа была такой же белой, как у трупа, но она была такой же красивой, как шикарная женщина. Она не могла нести в себе ауру агрессии.

Он повторил:

— Вы разожгли огонь?

— Вы владелец Персикового Леса?

Она продолжала спрашивать, не отвечая на его вопрос, её взгляд не был сердитым или расстроенным, она глядела прямо на него.

Фэн Чэн был ошеломлён. Эта женщина выглядела мягкой и слабой, но она была упряма до костей.

— Правильно, я являюсь владельцем Персикового Леса. Вы разожгли огонь?

— Нет.

— Тогда что это?

Он указал на направление, где куча ветвей вздымалась дымом.

Мужун Юнь Шу слегка подняла левую бровь и ответила:

— Ветви вздымаются дымом.

Это был её сигнал обратиться за помощью.

Фэн Чэн был так безмолвен, что рассмеялся:

— Ты такая смешная.

Мужун Юнь Шу не отрицала этого:

— Вы знаете, где собираются бандиты на этой горе Хуа То?

Фэн Чэн подозрительно уставился на неё сверху вниз и сказал:

— Ты пришла сюда, чтобы поймать бандитов?

— Я здесь, чтобы ограбить бандитов.

Ещё раз Фэн Чэн громко рассмеялся:

— Вы знаете, на чьей территории вы стоите прямо сейчас?

Мужун Юнь Шу некоторое время была ошеломлена, когда услышала слово «территория», затем она что-то поняла и сказала:

— Ты самый яркий бандит, которого я когда-либо видела.

— Ты самая интересная женщина, которую я когда-либо видел.

Фэн Чэн посмотрел на неё, как будто она была не лучше его.

Мужун Юнь Шу успешно вышла из персикового леса под руководством Фэн Чэна, она вошла к бандитам большой базы трёх коттеджей.

Войдя в один из коттеджей, Мужун Юнь Шу огляделась вокруг пустых четырех стен и с любопытством спросила:

— Скрыты ли ваши сокровища или у вас вовсе нет сокровищ, чтобы разоблачить вас?

— Почему вы меня нашли?

Он вспомнил, что она сказала, что она здесь, чтобы ограбить бандитов, а это значит, что она пришла искать его, «босса горы».

— У меня есть два слуги, которые находятся на полпути к горе, пожалуйста, ограбьте их.

— Сегодня я не собираюсь грабить.

— Почему?

Если бандиты не ограбят, то на что они будут жить? Мужун Юнь Шу внезапно поняла, почему логово бандита выглядело таким бедным и потрёпанным.

— Сегодня не очень благоприятный день.

Слова, которые он произнёс, заставили его удивиться.

Похоже, даже бандитам нужно выбрать благоприятный день для ограбления. Не похоже, что он грабит любовницу, чтобы быть его женой! Мужун Юнь Шу уже подозревала, что она не обычный бандит. Теперь она ещё подтвердила своё подозрение.

— Я слышала, что посланник Императора приехал сюда в качестве гостя, не могли бы вы попросить его выйти на встречу?

Как только Мужун Юнь Шу закончила говорить, она услышала высокомерный голос, высокомерно щебетавший, как воробей, приходящий из двери:

— Кто вы? Почему вы хотите найти Ни Цина? Каковы ваши отношения с ним? Вы, вы... не говорите, что вы его женщина?

— Лин'Эр, не будь грубой, – тихо произнёс Фэн Чэн.

— Я просто беспокоюсь о нём! – тихо пробормотала Фэн Лин. Она не посмела быть наглой. Пара чистых чёрных глаз невинно уставилась на Мужун Юнь Шу. Через секунду она снова сердито бормотала:

— Длинные ноги, крошечная талия, большой сундук, маленькое лицо и большие соблазнительные глаза. Ни Цин – такая Казанова, Казанова!

Мужун Юнь Шу рассмеялась и сказала:

— Кто не встречает нескольких Казановых, когда они молоды? Молодая девушка, тебе не нужно принимать это близко к сердцу.

— Какая молодая девушка?

Фэн Лин широко открыла свои круглые глаза, затем она торжественно сказала:

— Мне двадцать в этом году!

— Э-э...

Она выглядела так, будто ей было двенадцать.

— Сколько вам лет? – спросила Фэн Лин, подумала она, может быть, муж Юнь Шу был моложе её.

— Старше тебя.

— Ты врёшь.

Фэн Лин не верила.

— Ммхм-м.

Мужун Юнь Шу сразу же призналась.

Фэн Лин не могла поверить своим глазам. Как мог быть кто-то, кто мог бы лгать и исповедоваться так быстро?

Мужун Юнь Шу улыбнулась, но ничего не сказала. Это правда, что она была не намного старше её. Ей исполнилось восемнадцать в сентябре.

Фэн Лин надула губы и спросила:

— Каковы ваши отношения с Ни Цином?

— Мы незнакомцы.

Фэн Лин была ошеломлена, спустя секунду она вдруг взвизгнула:

— Может быть, это было дородовое обручение?!

Дородовое обручение? Она не могла поверить, что она может что-то придумать! Мужун Юнь Шу больше не могла удержаться и громко рассмеялась:

— Я не знала, что у бандитов может быть такое богатое воображение!

— Кто тут бандит?! Я не бандит! Я здесь только потому, что мой брат проиграл битву...

— Лин'Эр!

Фэн Чэн остановила Фэн Лин от продолжения:

— Иди и попроси Ни Цина выйти.

— Ох.

Фэн Лин скорчила гримасу, затем она убежала. Брат диктатор! Через некоторое время Фэн Лин помчалась к двери и быстро сказала:

— Брат, Ни Цин ушёл!

Сердце Мужун Юнь Шу затонуло. Похоже, эта поездка в Хуа То Гору была пустой тратой времени и сил...

— Оглянись снова, он не знает о пяти астрономии фраз, поэтому он не сможет выйти из круга персика...

Фэн Чэн не закончил говорить, когда внезапно раздался шуточный голос из-за дома:

— Вы говорите об узком и слабом, белокожем учёном?

Когда звук голоса исчез, человек вошёл, как будто он спустился, словно ветер. Его длинная манжета дрогнула вместе с его необыкновенным присутствием.

Мужун Юнь Шу была в шоке. Она не думала, что она столкнется с ним в таком месте, но её выражение всё ещё было спокойным. Её взгляд не оставался на нём долго.

Фэн Чэн:

— Брат Чу, долгое время не виделись.

Он сглотнул зубы от гнева.

Чу Чангэ:

— Брат Фэн, как дела?

Он спрятал кинжал в улыбке.

Эти два человека должны быть такими же несовместимыми, как огонь и вода. Мужун Юнь Шу задумалась. Она оставалась спокойной и сдержанной, ожидая, когда воссоединение «старых друзей» закончится, и они вытащат свои мечи.

Однако, хотя она ждала довольно долгое время, сцена пошла не так, как она себе представляла. Внезапно Фэн Лин тихонько заговорила рядом с её ушами:

— Слушай, мой брат снова проиграет.

— Уже начался бой?

Мужун Юнь Шу была в замешательстве.

— Скоро это закончится.

Фэн Лин моргнула глазами и спросила:

— Разве ты не знаешь боевые искусства?

Мужун Юнь Шу покачала головой, она совсем не понимала в этом ничего.

— Ох, неудивительно.

Фэн Лин пожала плечами и сказала:

— Мой брат и брат Чу, конкурируют со своей внутренней силой. Посмотрите, как мой брат потеет, как проливной дождь, его мышцы и лицо его стало бледным. Брат Чу, с другой стороны, выглядит так расслабленно. Очевидно, кто выигрывает, а кто проигрывает.

Мужун Юнь Шу была действительно разочарована. В её воображении поединки в подземном мире должны включать в себя блики и вспышки холодной стали. Бой должен быть со смертью и жизнью. Это должно быть более ужасающим, чем петушиный бой.

— Пиу.

Фэн Чэн выплюнул кровь изо рта. Обе ноги были настолько слабы, что он чуть ли не упал.

— Брат!

Фэн Лин сразу поднялась и поддержала Фэн Чэна, чтобы сесть с ним. Её розовые губы двигались и действовали как испорченный ребенок.

— Брат Чу, ты такой злой! Ты всегда забывал проявить милосердие.

Чу Чангэ очаровательно улыбнулся и сказал:

— Это вина вашего брата за то, что он не стал сильнее.

Фэн Чэн сердито сузил взгляд, сделав лицо мрачным.

— Брат Чу, где ты раньше видел этого слабого ученого? – спросила Фэн Лин.

— В Персиковом Лесу.

— Тогда где он?

— Его увезли от меня.

— А?!

Фэн Лин была так потрясена, что чуть не закричала:

— Ты его отгонял?!

Чу Чангэ поднял брови:

— Я помог тебе отгонять злоумышленника в Персиковом Лесу, почему ты плачешь?

— Ни Цин не был нарушителем, он мой... мой... Айя, почему ты помог ему убежать?!

Фэн Лин поспешно ушла в Персиковый Лес, чтобы найти его. Ещё через несколько минут она вернулась с лицом, горевшим дымчатым чёрным цветом:

— Брат, Персиковый Лес снова горит! И на этот раз это по-настоящему.

Затем она снова убежала.

Фэн Чэн действительно хотел убить его на этот раз. Ему даже не нужно было думать, кто разжег огонь. Он даже знал, что если Бог не проявит милосердия, проливая сильный дождь, Персиковый Лес будет сожжён дотла.

— Я не нарушил свое обещание!

Он сердито сказал:

— За все эти три года я не сделал ни единого шага из горы Хуа То, и я не принимал никаких просьб о лечении болезней. Иногда я даже выступал как бандит и грабил прохожих. Я сделал всё, что ты мне сказал!

Действовал как бандит... Мужун Юнь Шу была внезапно просвещена. Неудивительно, хотя она пробиралась по улицам на своей карете, которая была украшена золотом и драгоценностями, и даже привязала к ней колокол, если бандиты не смогли её найти, она всё ещё была в состоянии оставаться в безопасности.

— Я знаю, – сказал Чу Чангэ.

— Тогда почему ты сжёг мой Персиковый Лес?! – Фэн Чэн хмыкнул.

Чу Чангэ тихо рассмеялся и сказал:

— То, что мадам хочет сделать, но не может закончить, как муж, конечно, я должен помочь ей выполнить.

— Мадам?

Фэн Чэн не мог понять, он посмотрел на взгляд Чу Чангэ, который прямо смотрел на единственную женщину на месте происшествия. Внезапно он понял, что он имел в виду. Фэн Чэн посмотрел на Мужун Юнь Шу со сложным взглядом:

— Ты его жена?

— Нет.

Мужун Юнь Шу спокойно отрицала.

— У нас уже была помолвка, – сказал Чу Чангэ с надменным тоном.

— Оковы можно сломать в любое время.

Чу Чангэ несерьезно рассмеялся:

— Теперь всему миру известно, что мы с тобой помолвлены. Кроме меня, кто ещё осмелится жениться на тебе?

— Я буду сопровождать зелёные огни ламп.

Голос Мужун Юнь Шу был лёгким от начала до конца, как будто она была прудом, нежным ветром и спокойными волнами. Даже если другие люди пытались её поднять, они всё равно не могли отнять её спокойствие.

Чу Чангэ был как непреодолимый ураган, вместо этого он не сдавался, если не взволновал воду из пруда. Он поднял уголок рта, слегка улыбаясь, глядя на неё и сказал:

— Я не ожидал, что мадам уже решила не выходить за кого-либо кроме меня, я так счастлив.

Когда она сказала, что не хотела жениться ни на ком, кроме него? Мужун Юнь Шу поняла, что она не может справиться с его тяжелым выражением лица, и поэтому она решила проигнорировать его слова – она не должна обижаться на детский лепет – она взрослая, ей не стоит суетиться над несовершеннолетним.

Свободная жена злобного мужа Глава 12

Глава 12: Пылающие деньги.

Поскольку Императорский посланник ушёл, ей больше не нужно было оставаться здесь. Когда Мужун Юнь Шу собиралась уйти, она увидела Фэн Лин, счастливо хватающуюся за рубашку Ни Цина. Выражение лица Ни Цина было тёмным, как уголь.

— Брат, моя скорость довольно быстрая, не так ли?

Фэн Лин хвасталась, как будто хотела показать своё достижение. Она полностью проигнорировала выражение Ни Цина, которое выглядело так, как будто он хотел сокрушить её очень.

— М-м-м.

Фэн Чэн отрёкся от волнения, его мысли всё ещё зациклились на том, что Мужун Юнь Шу была женой Чу Чангэ. Купидон действительно дурачился с Мужун Юнь Шу. Как можно такой великой женщине, как она, соответствовать Чу Чангэ, эта катастрофа?!

— Фэн Лин, даже если ты убьёшь меня, я всё равно не выйду за тебя замуж!

Ни Цин гордо поднял грудь, пытаясь казаться твёрдым и неуступчивым.

После того, как Фэн Лин услышала эти слова, слёзы мгновенно появились на её глазах:

— Ни Цин, ты слишком суров!

Ни Цин холодно отодвинул лицо, чтобы больше не смотреть на Фэн Лин. Вместо этого он сам направился к Мужун Юнь Шу.

— Вы – Имперский посланник, посланный из Королевства, чтобы посетить секцию Муронг в провинции Цзинь Лин? – спросила Мужун Юнь Шу.

Ни Цин был шокирован:

— Как вы узнали об этом?!

Ему сказали тайно выполнить указ, было мало людей, которые знали об этом.

— Я – Мужун Юнь Шу.

Это одно предложение объясняло всё.

Похоже, его спасение пришло! Ни Цин ворвался в экстаз:

— Где остальные?

— На полпути вверх по горе.

— Сколько?

— Два человека.

— Ты привела двух человек, чтобы спасти меня?!

Ни Цин завизжал своим затемнённым лицом.

Мужун Юнь Шу когда-либо говорила, что она пришла его спасти? Было ли сегодня популярно, чтобы все мужчины были настолько сентиментальными? Причина, по которой она приходила на гору Хуа Туо, была из-за вопроса о банке. Закончив говорить о бизнесе, она собиралась уйти. Ей всё равно нечем было ткнуть носом в неприятные вещи.

— Ты собираешься обсудить со мной здесь свои дела прямо сейчас?

Не слишком ли она приспосабливалась к этой ситуации?!

— Если нет, то когда?

Мужун Юнь Шу посмотрела на Ни Цина, который был парализован словами Фэн Лин. Она увидела, что его тело под шеей неспособно двигаться вообще и произнесла:

— Если вы можете двигаться, я не против изменения местоположения.

— Вы должны сначала сбежать отсюда!

— Господи, пожалуйста, не шутите со мной. Мои ноги всё ещё здоровы, и поскольку леди Фэн Лин не хочет, чтобы я был её мужем, почему я испугался, что не смогу покинуть это место?

Мужун Юнь Шу не согласилась с Ни Цином и улыбнулась, затем продолжила:

— Не говоря уже о том, что, поскольку у меня всё ещё есть могущественный жених в качестве резервного, Лорд Фэн Чэн не осмелится остановить меня.

Чу Чангэ стал таким безмолвным, что даже рассмеялся. Похоже, его единственная роль в качестве жениха заключалась в основном в том, чтобы напугать людей.

— Вы не пришли сюда, чтобы спасти меня? – спросил Ни Цин.

— Я здесь, чтобы поговорить о бизнесе. Вы приехали в провинцию Цзинь Лин, чтобы представлять Королевство, чтобы обсудить с ним дело банка Хайфэн. Теперь, когда я прямо перед тобой, ты можешь начать.

Ни Цин был глубоко ранен. Первоначально он думал, что Фэн Лин был самой странной женщиной во всём Королевстве, но теперь он понял, что он был близоруким. Он до сих пор не знал, что всегда есть кто-то более странный. По сравнению с Мужун Юнь Шу, Фэн Лин была более нормальным, чем она!

Разве не было нормальным то, что нужно спасти его, Императорского посланника, первым! Только после того, как они будут спасены и устроятся в относительной безопасности, люди начнут обсуждение бизнеса! Её мысли были настолько разными по сравнению с обычными людьми!

Ни Цин полностью отказался от попыток дотянуться до Мужун Юнь Шу и сказал:

— Его Величество вызвал вас во дворец и хочет обсудить этот вопрос с вами лицом к лицу.

Поскольку вокруг были любопытные люди, он не объявил указ, а вместо этого передал его ей.

— Похоже, что Королевство не хочет принимать моё состояние.

Мужун Юнь Шу неторопливо улыбнулась. Она смяла указ в руку и сказала:

— Я сейчас отправлюсь в столицу.

Затем она повернулась лицом к Фэнам и сказала:

— Лорд Фэн, Леди Фэн, увидимся в следующий раз.

— Увидимся в следующий раз.

Фэн Чэн почувствовал небольшое нежелание её отъезда.

Фэн Лин тоже не могла смотреть, как Мужун Юнь Шу уходит. Мужун Юнь Шу была добрым человеком! Люди, которые не крали Ни Цина от неё, были названы как «добрые».

Поскольку его мадам ушла, естественно, как её муж, Чу Чангэ также не должен был оставаться здесь надолго. Чу Чангэ сказал:

— Брат Фэн, мы встретимся снова в храме Шаолинь в августе пятнадцатого числа.

— Надеюсь, вы к тому времени будете ещё живы.

Каждый год, только на время мирового турнира по боевым искусствам, он, Фэн Чэн, освобождался от горы Хуа Туо.

***

Влажность в горах была довольно высокой. Поскольку Персиковому лесу было не легко гореть, огонь не был слишком сильным. Вместо широкомасштабного ущерба лес был покрыт сгущенным дымом.

Мужун Юнь Шу использовала свой рукав, чтобы прикрыть нос и рот, когда она следовала за Чу Чангэм, пытаясь не отставать, прикладывая усилия.

Мужун Юнь Шу уже пожалела об этом. Если бы она знала, что лес покрыт высокой конденсацией дыма, она согласилась бы на чьё-то предложение, которое должно было снести её с горы. Если бы она согласилась, она бы не терла глаза от дыма прямо сейчас. В конце концов, как он уже сказал, даже если она не выйдет за него замуж, никто не осмелится жениться на ней. Так что неважно, была ли разрушена его невинная репутация.

К сожалению, в этом мире не было такой вещи, как пилюля для сожаления. К счастью, он был не таким большим, поэтому им удалось сбежать из огня почти мгновенно. Мужун Юнь Шу уже скоро смог дышать свежим воздухом с горы.

Они шли вдоль тихого пути горы. Один спереди и один сзади. Они оба молчали. Чу Чангэ вел впереди дороги. Он время от времени поворачивался, чтобы проверить, следила ли за ним Мужун Юнь Шу. Мужун Юнь Шу неуклонно шла сзади, глядя то в небо, то вниз на землю, то влево и вправо. Казалось, она была неспокойной.

Наедине с ним, Мужун Юнь Шу почувствовала... одним словом... скукоту.

Вдруг, Мужун Юнь Шу поскользнулась. Она закричала бессознательно, зная, что она упадет на землю. Но неожиданно она упала на твёрдый сундук. Она всё ещё не оправилась от шока, прежде чем обнаружила, что на неё уставились пара озабоченных чёрных глаз. Её сердце билось так быстро, и уши начали гореть.

— Спасибо.

Она впала в панику и попыталась встать и отстраниться, чтобы провести некоторое расстояние между ними, но она почувствовала вспышку боли в своей ноге, которая была настолько болезненной, что она неосознанно нахмурила брови.

— Вы вывихнули лодыжку? – спросил Чу Чангэ.

Она слегка кивнула головой и не знала, что делать.

— Похоже, что Бог не хочет, чтобы ты меня легко отпускала.

Чу Чангэ преднамеренно вздохнул, и поднял её, как Принцессу. Его лицо ярко улыбалось.

Это больше похоже на то, что Бог не хотел так легко отпускать её! Мужун Юнь Шу слегка вздохнула, её лицо выглядело невыразительным, но её сердце было встревожено. Это был первый случай, когда она была перенесена на руках мужчины. Это было довольно загадочно для неё. Она чувствовала себя счастливой? Немного. Она чувствовала себя неловко? Очень сильно.

Запах свежей травы исходил от Чу Чангэ. Он пахнул, как будто это был первый день весны, когда утренний ветерок дул вдоль запаха свободы, он радовал сердце и освежал ум. Мужун Юнь Шу была впечатлена. Она думала, что у людей из подземного мира не бывает такого мирного запаха.

Ветер слегка дул на чёрные волосы Чу Чангэ, заставляя правую сторону его прядей волос опускаться на её лицо, покрывая половину её. Мужун Юнь Шу сгладила волосы и использовала пальцы, чтобы поиграть с его волосами. По крайней мере, ей надо было что-то сделать, чтобы она больше не чувствовала себя так неловко.

— Приятно играть с моими волосами? – внезапно раздался смеющийся голос.

Руки Мужун Юнь Шу тут же остановились, ей было так стыдно, что она не знала, как на это реагировать. Через несколько секунд она, наконец, поняла, что ей нужно повторить ответ:

— Вы настолько бедны, что не можете позволить себе купить шпильку, чтобы связать ваши волосы?

Она хотела расспросить его очень долго о том, почему он никогда не связывал свои волосы.

Чу Чангэ дьявольски улыбнулся и сказал:

— Да, я не могу себе этого позволить. Все мои серебряные ноты были списаны в ваш банк, и теперь они все пропали безрезультатно в нём.

Мужун Юнь Шу почувствовала себя немного виноватой и сказала:

— Я не собираюсь отказываться от долга, банк просто временно закрыт и скоро откроется. Они будут использоваться на всей территории страны, как и всегда.

— Почему вы не сказали этого раньше?

Чу Чангэ попытался сдержать смех. Он поступил грустно, приняв взгляд душераздирающего и огорченного лица:

— Если бы я знал, что их всё ещё можно использовать, я бы не использовал их, чтобы разжечь огонь!

Мужун Юнь Шу широко раскрыл глаза, глядя на неё, она не могла поверить, что он это сделал, и снова спросила:

— Вы использовали свои серебряные ноты, чтобы разжечь огонь?

— М-м-м, лес был слишком влажным, и, поскольку его нелегко поджечь, у меня просто были серебряные ноты. Поскольку банк уже закрылся, я подумал, что хранение серебряных нот в любом случае бесполезно, поэтому я сжёг их всех.

— ...

Почему то его тон звучал так, как будто он говорил:

День такой скучный, так что давайте жечь деньги...

— На самом деле это не так. Их можно было бы обменять на десять коробок с золотом, так как я уверен, что вы видели это раньше.

Лицо Мужун Юнь Шу было в шоке. Не говорите ей, что он имел в виду эти десять коробок с помолвки с подарками первого посещения?

— Вы должны беспокоиться о том, чтобы будете нищим в своей следующей жизни, если сожжёте все деньги так легко и просто.

— Вы имеете в виду секту нищих? Такая престижная секта не примет меня, я заранее подтвержу, что я буду ещё лидером секты Моцзяо в следующей жизни.

Чу Чангэ не согласился с Мужун Юнь Шу.

— Более того, поскольку банк был открыт этой мадам, сгоревшие серебряные ноты будут возвращены мадам. Мадам тоже моя, поэтому она не может считаться отходами.

Мужун Юнь Шу была глубоко тронута до сердца. Её разум всё ещё пытался вспомнить его слова... Десять золотых коробок, вы видели их раньше... сгоревшие серебряные ноты были возвращены мадам...

В мгновение ока Мужун Юнь Шу до конца что-то поняла. Он намеренно сжёг серебряные ноты, чтобы подарить ей эти десять золотых коробок. В этот момент на её сердце распространилось тёплое чувство. Её сердце начало сильно биться.

Мужун Юнь Шу согнулась и сделала беззвучную улыбку. Этот человек, даже способ, которым он даровал деньги, был настолько властным. Она обнаружила, что не может даже отвергнуть его. Конечно, она не откажется от его денег.

Свободная жена злобного мужа Глава 13

Глава 13: Лидер секты – странный.

Путешествие было тихим, так как никто из них не соизволил говорить. Вскоре, Мужун Юнь Шу смогла увидеть экипаж, который ждал её внизу.

Чу Чангэ вдруг улыбнулся и спросил её:

— Что, если я действительно стану нищим в следующей жизни? Придёте ли вы и спасёте ли меня?

Мужун Юнь Шу была ошеломлена:

— Разве не вы сказали, что обязательно станете лидером секты Моцяо-секты?

— Я подумал об этом, но это не точно.

Он продолжил с серьезным лицом:

— В нашей секции Моцзяо лидер передаёт корону своему сыну, а его сын передает корону своему внуку. Теперь, когда я являюсь лидером секты, если в конечном итоге я стану лидером секты в своей следующей жизни, тогда я не стану внуком моего внука?

— Пу-у...

Мужун Юнь Шу хотела стерпеть, но она не могла.

— Неужели быть внуком внука так плохо?

Она рассмеялась, спрашивая его.

— Конечно, это плохо.

— Что в этом плохого?

— Всё плохо! Обращаясь к своему внуку как к «предку», разве это хорошо?

— К тому времени вы даже не сможете больше помнить, что вы – предок вашего предка.

Мужун Юнь Шу попыталась удержать в себе смех, утешая его.

Однако Чу Чангэ не нашёл в этом совсем ничего смешно. Словно он окунулся в тупик, он крепко нахмурился и смущённо сжал губы.

С другой стороны, Мужун Юнь Шу с трудом пыталась сдержать в себе улыбку. Внезапно она поняла, что этот высокомерный человек выглядел очень мило, когда он подтолкнул себя в тупик.

***

Когда Чу Чангэ нёс Мужун Юнь Шу и предстал перед толпой, все четверо стражников смотрели на своего вождя со странными выражениями лиц.

— Лидер...

Они хотели высказаться, но они не могли не смутиться.

Чу Чангэ проигнорировал их, как будто они были воздушными и невесомыми, когда он нёс Мужун Юнь Шу к карете.

Луер немедленно помог Чу Чангэ поднять занавески. Она с беспокойством спросила:

— Разве наша Мисс где-то повредилась?

— Я вывихнула лодыжку, вам не о чем беспокоиться.

Мужун Юнь Шу была безмолвна. Она выглядела так, будто была в состоянии, в котором она не могла говорить?

Чу Чангэ понимал мысли Мужун Юнь Шу, когда в его глазах мелькнула улыбка. Он осторожно положил её в карету, затем наклонился и намеревался помочь ей лечить кости её лодыжки, но она прервала:

— Спасибо, что несли меня с горы, это всего лишь небольшая травма, она восстановится со временем.

— Вы уверены?

Пока Чу Чангэ спрашивал её, у его левой руки уже была её нога, а правая рука была готова к массажу её лодыжки. Просто он ещё не использовал свои силы.

— Есть ли какая-то разница, уверена я или нет? – сказала Мужун Юнь Шу с тоном, который, казалось, хотел отказаться от споров с Чу Чангэ.

— Нет разницы.

Чу Чангэ слабо улыбнулся, его правая рука слегка сдвинула ногу, движение было мягким и нежным. Его взгляд был очень сосредоточен на массировании её лодыжки.

Мужун Юнь Шу почувствовала себя тронутой глубоко в своём сердце. Она надула губы, как будто хотела что-то сказать, но потом почувствовала, что всё, что она говорит, кажется слишком претенциозным. Следовательно, она промолчала и подняла голову, глядя вдаль.

— Вам всё ещё больно?

Чу Чангэ призвал обратно Мужун Юнь Шу, которая была шокирована на некоторое время. На некоторое время её ум потупился, затем она покачала головой:

— Нет, мне больше не больно.

— Это хорошо.

Чу Чангэ убрал свою руку и вышел.

Его голос звучал так, будто он был освобождён, что породило нереалистичное заблуждение в Мужун Юнь Шу, что он беспокоился о ней. Но она думала, что это невозможно. Она чувствовала себя смешной, в то же время самоуничижившись в своём сердце.

— Вы едете в столицу?

Чу Чангэ стоял за каретой и спрашивал её.

— М-м-м.

Мужун Юнь Шу должна решить вопрос банка как можно быстрее, иначе, если она задержится, люди действительно могут начать бунт. Она слышала, что было много людей из разных мест, которые уже сильно жаловались на банк правительству. Даже чиновники из столицы обратились к правительству с просьбой принять срочные меры против банка. Император, должно быть, очень сильно пострадал от моря петиций, жалующихся на неё.

Если серебряные ноты по-прежнему будут объявлены непригодными для использования, то ситуация экономического спада в Королевстве не будет решена легко. Хотя она использовала эту критическую ситуацию в качестве рукава, чтобы угрожать королевству, если вопрос должен был быть отложен на дольше, огонь мог бы сжечь её. Даже собака найдёт силы перепрыгнуть через стену в отчаянии, не говоря уже об обычных людях.

Хотя оставить имя в истории – это хорошо, оставить вонючее имя на десять тысяч лет, не было её намерением.

— Вы собираетесь в храм Шаолинь?

Мужун Юнь Шу увидела, что Чу Чангэ молчал, поэтому она преднамеренно попросила ослабить атмосферу.

— Я могу сопровождать вас в столицу.

Мужун Юнь Шу не ожидала, что он это скажет. Несколько секунд она сидела, ошеломленная, и сказала:

— Не нужно.

— Я тоже так думаю.

Чу Чангэ улыбнулся. Собственно, он не собирался сопровождать её. Но, конечно, если бы она просила его об этом, он бы с радостью согласился.

Спустившись с горы Хуа То, они прибыли на три пути. Путь к югу приведёт к провинции Цзинь Лин, другой путь к северу приведёт к столице, а последний путь к Западу приведёт к храму Шаолинь.

— Мы расстанемся здесь, – сказал Чу Чангэ.

— Увидимся снова.

Тон Мужун Юнь Шу был чётким.

— Увидимся снова.

Чу Чангэ достал из коляски большую и длинную палитру и передал её Мужун Юнь Шу:

— Я верну это вам.

Мужун Юнь Шу даже не нужно было думать, чтобы угадать, что было внутри палитры. Внезапно она не решилась взглянуть ему прямо в глаза. Вначале она хотела высмеять Чу Чангэ, так как он был так далеко и ничего не мог с ней поделать. Итак, она взяла кисть и записала предложение:

— Где можно найти толстоподобного человека?

Теперь, когда она подумала об этом, это было так неловко. С тех пор, как она родилась, она никогда не оскорбляла кого-либо так прямо.

— Вы сожалеете об этом?

Чу Чангэ увидел, что она не приняла палитру, и ему захотелось поглазеть с ней.

— М-м-м.

Мужун Юнь Шу честно кивнула головой.

— Очень хорошо, великий добродетель.

Чу Чангэ был очень доволен ответом Мужун Юнь Шу, затем он искренне продолжал:

— Мадам должна помнить, что повиновение вашему мужу – это царский путь.

Мужун Юнь Шу услышала его слова и посчитал их смехотворными и забавными, что это за принцип?

— Разве мадам отправляется в храм Шаолинь, чтобы встретиться с мужем?

Чу Чангэ, казалось, спрашивал Мужун Юнь Шу, но на самом деле это было больше похоже на просьбу.

— Я не собираюсь стать монашкой, зачем мне туда идти? – спросила она.

— Вы не можете стать монашкой.

Мужун Юнь Шу сказала:

— Вот почему мне не нужно идти.

— Я подожду вас в городе Шапин.

— Путешествие в храм Шаолинь далёкое, оно очень утомительное.

Это правда.

— Город Шапин расположен ниже горы Шаолинь. В городе есть подземная гостиница, идите туда и найдите меня.

Мужун Юнь Шу чувствовала себя такой беспомощной, что она покачала головой, но потом она улыбнулась.

***

После того, как они расстались по пути, экипаж Мужун Юнь Шу поехал на служебный путь столицы.

— Мисс, вы уже планировали отправиться в храм Шаолинь, почему вы поступали так, как будто не хотели идти? – спросила Лу'Эр.

Первоначально причина, по которой она решила пойти в храм Шаолинь, состояла в том, чтобы спросить его, помогло ли это помолвке, чтобы вернуть доброту, которую она сделала, чтобы спасти свою жизнь в прошлом. Если это так, она сразу же нарушит обручение. Она не согласилась бы на такое обручение. Но теперь, когда он даже сжег свои серебряные ноты и позволил ей использовать его в качестве резерва, как она всё ещё могла сжечь мост после пересечения с ним? Более того, если она не выйдет за него замуж, она, скорее всего, станет монахиней.

Она не хотела возмущать своих восемнадцати предков, пока они не перерождались из мертвых.

Лу'Эр покачала головой и сказала:

— Я не понимаю.

— Выходи на улицу, тогда ты поймёшь.

...Лу'Эр знала, что Мисс не хотела позволять ей видеть картину, поэтому она тактично вышла на улицу и сопровождала колесо, чтобы насладиться холодным ветром.

После того как Лу'Эр вышла, Мужун Юнь Шу достала картину из палитры и открыла её. На ней была ещё одна строка слов, написанная слева от её изящных крошечных слов. Она прочитала скорописную каллиграфию:

— Спроси мир, что есть настоящая любовь, это заставит человека желать иметь счастливое лицо.

— Это действительно что-то.

Мужун Юнь Шу улыбнулась и наклонила голову, она, казалось, была в хорошем настроении.

Казалось, что независимо от того, что она сделала или сказала ему, он не рассердился бы на неё. Это из-за его хорошего настроения? Или были другие причины?

***

В то же время, на западной стороне официальной дороги, у каждого из четырёх опекунов были разные мысли, проходящие через их голову.

— Лидер.

Восточный Хранитель больше не мог этого вынести и спросил:

— Вы?..

Остальные трое опекунов немедленно подняли уши, чтобы их послушать, их тоже беспокоил лидер. Три года назад их лидер привёл кого-то к Хуа То Горе, но потом, когда он спустился, он был с пустыми руками. Он сердито уничтожил имя «Саи Хуа То» из подземного мира, и с этого дня Фэн Ченг был запрещён к исцелению другого человека. Теперь их лидер пошел с пустыми руками, но он спустился с кем-то вместо этого. Это заставило их почувствовать беспокойство. Это заставит их лидера вернуть старые воспоминания о подобной сцене?

— М-м-м, вы, ребята, можете ходить медленно, медленнее и веселее, – сказал Чу Чангэ спокойным тоном.

Они были освобождены после того, как услышали тон своего лидера. Он подразумевал, что он в порядке.

Каждый раз, когда Чу Чангэ поднимался по Хуа То Горе, его настроение сильно падало. На этот раз он почувствовал себя особенно отягощённым, потому что там встретил Мужун Юнь Шу.

Чу Чангэ поднял голову и наклонился к задней части. Он закрыл глаза и спросил себя в своём сердце: Сир, ты простишь меня, верно?

Свободная жена злобного мужа Глава 14.

Глава 14: Застряли в борделе.

Двери ресторанов и постоялых дворов были плотно закрыты, владельцы лавочек на улице выглядели встревоженными. В прошлом столица цвела, как сакура весной, но теперь всё было иначе. Ветер завывал, пролетая по улицам, которые выглядели с каждым днём всё более убогими.

Мужун Юнь Шу вздохнула в своём сердце, внезапно она почувствовала себя виноватой, смотря на всё это. В то же время она начала беспокоиться. Что, если Королевство не согласится принять её условия? Если это произойдёт, то она боялась, что у банка Хуэйфэн не будет другого выбора, кроме как подчиниться им. Погружать людей в нищету и страдания вовсе не входило в её планы, даже её отец, должно быть, не хотел, чтобы Секта Мужун так страдала. Независимо от того, удастся ей это или нет, она должна как можно скорее прекратить эту бесконечную войну на истощение.

— Мисс, там есть лавочка с косметикой, давайте посмотрим, - это был первый раз, когда Лу'Эр приехала в столицу. Каждый раз, когда она видела что-то новое, она была возбуждена, словно воробей.

— Вся эта косметика была произведена в провинции Цзинь Линг, здесь нет ничего нового.

— Тот факт, что косметика Цзинь Линг продаётся в столице, - ещё один повод взглянуть на неё!

С этими словами Лу'Эр побежала к лавочке с косметикой. Она взяла что-то из косметики и на её лице словно было написано: Я просто смотрю.

Мужун Юнь Шу почувствовала себя беспомощной и покачала головой, а затем подошла к Лу'Эр. Она заметила, что рядом с ними была лавка, где продавались заколки для волос, что вызвало её интерес. После пары минут выбора, её внимание привлекла тёмно-синяя деревянная заколка. Сверху на заколке была миниатюрная белая фрезия(цветок).

— Сколько стоит эта заколка для волос?

— Один серебряный таэль.

— Так дешёво?

Мужун Юнь Шу была потрясена. Используемые материалы и внимание к деталям, вложенные в заколку для волос, можно было бы классифицировать как первоклассные, она легко могла стоить по крайней мере десять серебряных таэлей.

Владелец лавки вздохнул и сказал:

— Никто бы её не купил, если бы она не была такой дешёвой! В последнее время стало нелегко вести дела. Все в столице были богаты, раньше они хранили свои серебряные таэли, вкладывали их в банк Хуэйфэн и обменивали на серебряные банкноты, но теперь, когда банк Хуэйфэн закрылся, серебряные банкноты стали сродни мусору. Богатые и состоятельные разорились до такой степени, что им даже жить стало трудно. У кого найдутся лишние деньги, чтобы купить заколку для волос? По правде говоря, вы мой первый клиент за этот месяц.

Мужун Юнь Шу почувствовала себя ещё более виноватой, чем раньше. Затем она с готовностью взяла ещё девять нефритовых заколок для волос и сказала владельцу лавки:

— Упакуйте их вместе с деревянной заколкой.

— Хорошо, я сейчас же всё упакую.

Владелец лавки был очень доволен продажей.

— Мисс, зачем вы купили столько заколок для волос? – с любопытством спросила Лу'Эр.

— Подари их тётушкам.

— Мисс, вы так добры, тетушки были бы так счастливы... А-а? Почему у вас на руках ещё одна заколка для волос? Это похоже на заколку для волос для мужчин… Мисс, вы купили её для мужчины?.. Ах! Я всё поняла, это заколка для Мастера, да? – взволнованно спросила Лу'Эр.

— Я купил её для своего отца.

— Но он уже умер.

— Разве я не могу сжечь её в память о нём?

— Можете... – Лу'Эр была сбита с толку словами Мужун Юнь Шу.

*

Прошло уже три дня с тех пор, как Мужун Юнь Шу и её слуги прибыли в столицу, но они ещё не вошли во Дворец. Не потому, что не хотели, а потому, что не могли.

— Император даже не послал кого-нибудь поприветствовать нас, как же мы войдём?!

Лу'Эр жаловалась, поддерживая ладонями свой подбородок.

— Они, вероятно, не знают, что мы здесь.

Мужун Юнь Шу осторожно накрыла чашку рукой. Она поняла, что была неправа, ей не следовало брать Лу'Эр с собой.

— Тогда что же нам делать? Мы же не можем вечно торчать в борделе, да? – с горечью спросила Лу'Эр.

Мужун Юнь Шу молча опустила голову и выпила свой чай, по крайней мере, жить в борделе гораздо удобнее, чем жить на улице.

К тому времени, как они добрались до столицы, хотя они обыскали каждую улицу и каждый угол, они не смогли найти ни одной гостиницы, которая всё ещё работала. Им негде было остановиться, поэтому они шли наугад, пока не добрались до входа в бордель. Мужун Юнь Шу внезапно пришла в голову идея переодеться мужчиной и остаться в борделе.

— Мисс, вы должны что-нибудь придумать! Если бы Мастер узнал, что вы живёте в борделе, он наверняка сошёл бы с ума!

— С чего бы ему сходить с ума?

Мужун Юнь Шу спокойно спросила это, как будто это не имело для неё никакого значения.

— Не похоже на то, что он сам никогда не останавливался здесь раньше.

— Откуда вы знаете, что он останавливался здесь раньше?

— Я догадываюсь.

— Вы хорошо умеете угадывать.

Лу'Эр восхищалась своей Мисс. Она знала, что если бы это была она, то не смогла бы так спокойно оставаться в борделе. Каждую ночь она надевала ещё несколько слоёв одежды, чтобы обеспечить свою безопасность, она так боялась, что кто-нибудь нападёт на неё.

*

Мужун Юнь Шу долго думала, а потом наконец решила сначала пойти в "Министерство финансов". Но ещё до того, как она вышла из борделя, путь ей преградили полицейские.

Бесстыжая девица вышла и поздоровалась с офицерами:

— Айо, господин офицер, что вы здесь делаете?

— Правительство получило секретную информацию о том, что в борделе "Байхуа" скрывается преступник Королевства!

Командир подал знак своей команде "вперёд", офицеры немедленно бросились в бордель и начали обыскивать его.

— Ах… Ах…

Девица хотела остановить офицеров, но у неё не хватило на это смелости. После того, как она беспорядочно замахала руками в воздухе в взволнованной манере, она повернулась лицом к офицеру и сказала:

— У нас здесь только дамы, здесь нет преступников! Господин офицер, не могли бы вы оказать нам немного милосердия?..

Говоря это, она вынула из рукава несколько серебряных банкнот и намеревалась вручить их офицеру.

Офицер увидел серебряные банкноты, и на его лице сразу же появилось насмешливое выражение:

— У меня тоже много серебряных банкнот в руках. Как насчёт того, что я подарю тебе немного, а ты отдашь мне преступника?

— Господин офицер умеет шутить.

Она виновато улыбнулась и бросился к слугам, велев им быстро достать несколько серебряных таэлей.

Мужун Юнь Шу молча вздохнула, слушая шум с улицы. В глубине души у неё мелькнула мысль, что если бы она открыла на улице лавку для обмена серебряных банкнот, то вряд ли кто-нибудь продал бы ей эти серебряные банкноты.

Как только ему отдали серебряные таэли, офицеры немедленно прекратили обыск борделя. Они вели себя так, как будто не смогли найти преступника, и на прощание сказали:

— Если вы увидите преступника, немедленно сообщите нам об этом, – а затем исчезли. После того, как офицеры ушли, бордель "Байхуа", наконец, вернулся к нормальной работе. Дамы упражнялись в танцах, пении и смеялись. Все ждали заката, чтобы начать свои ночные дела.

— Уверяю вас, этого преступника вообще не существует. Эти офицеры пришли, чтобы получить денег, – Лу'Эр был недовольна ситуацией.

Мужун Юнь Шу ничего не сказала. Некоторое время она спокойно смотрела на неё, потом повернулась и пошла наверх.

— Мисс, разве мы не едем в "Министерство финансов"?

— Уже нет.

— Но почему?

— Я вдруг почувствовала голод.

— ...

Но Мисс только что съела свой завтрак.

Мужун Юнь Шу медленно поднималась по деревянной лестнице, но краем глаза всё ещё наблюдала за происходящим внизу. Когда она, наконец, поднялась наверх, на лице девушки снаружи застыло оборонительное выражение.

Мужун Юнь Шу чувствовала, что встречает много странных людей, куда бы она ни пошла. Она рассмеялась, покачала головой и пошла обратно в свою комнату.

— Мисс, я чувствую, что в этом борделе есть что-то странное, – Лу'Эр старалась говорить тише, осторожно говоря об этом Мужун Юнь Шу.

— М-м-м, – спокойно ответила ей Мужун Юнь Шу, она обдумывала свой план побега.

Только что внизу, после того как офицеры ушли, и когда Мужун Юнь Шу тоже собралась выйти, она увидела, как выражение лица женщины внезапно стало строгим, как только она подняла правую ногу, а затем она заметила, что в её руке есть вышивальная игла. Ей не нужно было гадать, потому что она уже знала, что вышивальная игла была приготовлена для неё, поэтому она мудро изменила направление своего пути.

Мужун Юнь Шу провела ладонью по лбу и мысленно застонала:

В столице так много борделей, так почему же я выбрала именно этот бордель?

Как же мне не везёт!

Свободная жена злобного мужа Глава 15.

Глава 15: Её жизнь не должна так закончиться.

Ночь была тёмная, дул сильный ветер, туман сгущался, и, скорее всего, это была отличная возможность спастись.

Мужун Юнь Шу стояла перед окном, она хотела спрыгнуть отсюда, но её кости были очень слабыми, и она не знала никаких боевых искусств, если она спрыгнет вот так, то обязательно станет инвалидом, по крайней мере, если не умрёт. Внезапно она вспомнила тот день, когда Чу Чангэ дразнил её в персиковом лесу.

Он сказал, что каждый, кто не знает боевых искусств, должен стать птицей.

Но она чувствовала, что правильное утверждение должно быть таким: "Каждый, кто не знает боевых искусств, должен стать кошкой". Кошка такая гибкая, даже если она спрыгнет отсюда, она всё равно не умрёт.

Мужун Юнь Шу тихо рассмеялась, затем закрыла окно и приготовилась спать. Когда она обернулась, то вдруг увидела человека в маске, одетом в чёрное, стоявшим перед ней с длинным мечом. Мужун Юнь Шу была так потрясена, что чуть не выпрыгнула из окна.

Человек в чёрном холодно уставился на Мужун Юнь Шу, длинный меч в его руке слегка шевельнулся, как будто он думал, отрубить ли ей сначала ногу или руку.

— Сэр, вы ошиблись комнатой?

Первоначально Мужун Юнь Шу хотела подождать, пока он заговорит, но она догадалась, что если она будет ждать, пока он заговорит, то к тому времени она, вероятно, станет мёртвым мясом, поэтому она решила заговорить первой, когда будет ещё жива.

— Вы Мужун Юнь Шу? – спросил он холодным голосом, но с лёгким акцентом Шу.

Мужун Юнь Шу слегка сопротивлялась и ответила:

— Нет.

Эту так называемую гордыню следует отбросить всякий раз, когда она должна быть. В противном случае, что толку от гордости, когда она будет мертва?

— Вы правы, – его тон был уверенным. — Я видел вашу картину раньше.

Ты знал, но всё равно спросил? Мужун Юнь Шу не смогла удержаться от смеха :

— Тогда картина, которую ты видел, должно быть, действительно другая.

— Если вы не Мужун Юнь Шу, то кто вы?

Спокойствие Мужун Юнь Шу заставило человека в чёрном отмахнуться от её слов.

— Если ты убиваешь ради забавы, то почему тебя волнует, кто я?

— Я хочу убить только Мужун Юнь Шу.

— Тогда можешь идти.

Человек в чёрном пристально посмотрел на неё и на несколько секунд замолчал, а затем внезапно длинный меч ударил в сторону Мужун Юнь Шу.

Мужун Юнь Шу сделала холодный вдох, она была недостаточно быстра, чтобы увернуться от меча, смотря на меч, который уже достиг её шеи, расстояние между лезвием и её шеей составляло всего около одного см или меньше, она слабо чувствовала, что меч испускает холодную ауру.

Она осторожно сделала ещё один глубокий вдох и постаралась, чтобы её голос не казался дрожащим:

— Ты можешь дать мне понять кое-что, прежде чем я умру?

Человек в чёрном не ответил, но по его взгляду она поняла, что он молча одобряет её вопрос. Поэтому она снова спросила:

— Кто попросил тебя прийти и убить меня? Я верю, что у меня нет врагов; я не понимаю, почему кто-то хочет убить меня.

— Король Лян.

Мужун Юнь Шу была в ещё большей растерянности, она никогда в жизни не встречалась с Королём Ляном, она даже никогда не была в запечатанной земле Королевства Шу, как же она оскорбила этого старика?

Пока она думала, вдруг из ниоткуда в комнате появился ещё один человек в чёрном. Если бы это было не потому, что в комнате уже был незваный гость, иначе Мужун Юнь Шу действительно заподозрила, что у неё галлюцинации. Хотя в этой комнате не было ни медной, ни железной стены, но, по крайней мере, они были целыми и невредимыми, двери и окна были закрыты, но как, чёрт возьми, они вошли сюда?

Глядя на двух убийц в чёрном, Мужун Юнь Шу внезапно ощутила ни с чем не сравнимое чувство поклонения, те, кто знает о боевых искусствах, должны быть Богами, и она сама должна родиться Богом в своей следующей жизни.

В то же время человек в чёрном №1 понял, что что-то не так, и повернул голову, чтобы посмотреть в сторону. Человеку в чёрном №2 явно показалось, что он не ожидал, что кто-то быстроногий первым доберётся до его цели, он ошеломлённо смотрел на них некоторое время.

Мужун Юнь Шу внезапно нашла выход из затруднительного положения и громко закричала:

— Чего ты ждёшь, поторопись и сделай что-нибудь! – сказала она властным тоном, как будто приказывала им действовать.

Оба они были ошеломлены её криком, некоторое время тупо стояли, а потом начали драться. У них небыло выбора, так как они не с одной стороны, а значит, они враги. Если я не убью тебя, ты убьёшь меня. Тот, кто нанесёт удар первым, побеждает, тот, кто наносит удар вторым, терпит неудачу.

Лу'Эр жила в соседней комнате, и её разбудил громкий шум, она расплывчато толкнула дверь, одной рукой протирая глаза, а другой говоря:

— Мисс, мне кажется, я слышала, что кто-то дерётся...

Шум немедленно прекратился. Эти двое в чёрном внезапно поняли, что Мужун Юнь Шу сбежала, окна были открыты, и они немедленно выпрыгнули из окна, преследуя её.

Лу'Эр зевнула и открыла глаза, она увидела, что в комнате полный беспорядок, но в ней никого не было. Куда же делась Мисс?

*

Мужун Юнь Шу не умерла от падения и не стала инвалидом, потому что, когда она спрыгнула, несчастный человек случайно проходил мимо, она упала прямо на его спину, как на козла отпущения. Она поспешно сказала ему "Спасибо" и тут же убежала. Она не очень хорошо знала столицу, побродив по ней почти полдня, решила отдохнуть в заброшенном храме. Когда она остановилась, то вспомнила только, что в прошлый раз растянула лодыжку на горе Хуа Туо, и это было так больно, что она даже не могла нормально стоять. Однако сейчас, когда она бежала, она даже не почувствовала никакой боли.

Человек, несомненно, странное животное. Когда людям не на что опереться, они бессознательно становятся сильнее.

Мужун Юнь Шу посмеялась над собой, она мягко потёрла лодыжку, наблюдая за окружением. Храм был невелик, но и не мал, посреди храма стояла статуя Будды, но она была покрыта паутиной, и повсюду была пыль, она выглядела очень жалко. Перед статуей Будды была каменная терраса с двумя подсвечниками, похожая на ту, что была покрыта пылью.

Внезапно снаружи храма послышались какие-то шаги, Мужун Юнь Шу сразу насторожилась, быстро на цыпочках подошла к задней части статуи Будды и спряталась за ней.

— Ни Цин, не расстраивайся, я просто хочу немного отдохнуть. Так как солнце ещё не взошло, Дворцовая дверь закрыта, даже если ты пойдёшь быстрее, ты всё равно не сможешь войти во Дворец!

Это был Фэн Лин! Мужун Юнь Шу была рада, первый раз ей не повезло, но, может во второй...

— Я могу использовать срочную доставку мемориалов как повод войти во Дворец.

— Но ты не должен так торопиться! Я так устала...

— Если бы люди Короля Ляна приняли меры, даже если бы ты не была истощена, кто-то должен был бы убить тебя.

Мужун Юнь Шу немедленно навострила уши, чтобы прислушаться, когда услышала слово "Король Лян".

— Кто меня должен убить?

— Разве не ты говорила, что боевое искусство Чу Чангэ было Божественным? Ты убила его невесту, и если он не убьёт тебя, то кого он убьёт?

Невеста Чу Чангэ? Разве они говорили не о ней? У Мужун Юнь Шу закружилась голова, как Фэн Лин мог желать её смерти?

— Ни Цин, разве ты не понимаешь, что из-за меня она умерла? Если брат Чу узнает об этом, я умру.

— Ты оттягивала моё время, чтобы я не мог войти во Дворец, я не мог просить Императора прислать кого-то для защиты Мужун Юнь Шу, а что, если она уже убита, чья это будет вина?

Мужун Юн Шу была потрясена, Ни Цин знала, что Король Лян пошлёт кого-то убить её?!

— Ну и прекрасно. Тогда… Тогда, если брат Чу захочет убить меня, ты спасёшь меня?

— Нет.

— Ни Цин!

— Из-за тебя умерла Мужун Юнь Шу, а если он не убьёт тебя, то тогда я приму меры.

— Ты, ты, ты... Это потому, что тебе нравилась Мужун?

— Не говори такого.

— Если она тебе не нравилась, то почему ты хочешь отомстить за ней?

Мужун Юнь Шу успокоилась, она почувствовала, как раз вздулись вены в уголках её лба. Она ещё не умерла, за что она собралась мстить!

— Я мщу за имя простых людей. Банк Хуэйфэн контролирует девяносто процентов экономики всего Королевства, а после её смерти банк попадёт в "карман" Короля Ляна.

— Король Лян – младший брат Императора, не попадёт в его руки ничего равносильно попаданию в руки Королевства, из-за чего ты сердишься?

— Ничего, ты вообще ничего не понимаешь.

Мужун Юнь Шу поняла смысл слов Ни Цина – Король Лян хотел переворота. Но есть один момент, который она не могла понять: Почему, если она умрёт, банк попадёт в руки Короля Ляна? Даже если у неё нет наследников, у неё всё равно есть жених, и в худшем случае банк должен быть конфискован в пользу Королевства. Конечно, Королевство получит только пустую оболочку с тяжёлыми кредитами, серебряные таэли в банке она уже перепрятала в другое место, в то время как другая часть серебряных таэлей была спрятана её отцом в секте Минцзянь…

Внезапно Мужун Юнь Шу просветлела, секта Минцзянь и Король Лян уже вступили в сговор друг с другом. Причина, по которой Король Лян хотел убить её, заключалась в том, чтобы использовать её для разрушения экономики Королевства. К сожалению, он недооценил её удачу, а также недооценил масштабы Банка Хуэйфэн. Отец спрятал пятьдесят миллионов серебряных таэлей в секте Минцзянь, на самом деле это была небольшая часть банка, а также стоимость самого банка, исключая спасённые серебряные таэли от народа.

Отец всегда любил делать своё богатство этическими средствами, он, должно быть, решил "продать" банк Королевству, вот почему он забрал эти пятьдесят миллионов серебряных таэлей в качестве награды. Самое смешное, что секта Минцзянь выглядела так, будто они получили сокровища и вступили в сговор с Королём Ляном, чтобы захватить Королевство.

Что за сволочи! Мужун Юнь Шу холодно улыбнулась.

Ни Цин насторожился и осторожно спросил:

— Кто там?!

Мужун Юнь Шу вышла из статуи Будды и сказала:

— Я не знала, что Лорд Ни, придворный чиновник, будет таким остроухим и остроглазым.

— Мужун!

Фэн Лин вскрикнула от шока.

— Ты всё ещё жива.

Глядя на этого "друга", который "оставил её тонуть в опасности", Ни Цин не собирается делать ей хорошее лицо.

Мужун Юнь Шу не заботилась о себе, она легко сказала:

— Я всё слышала.

— Иди за мной, мы войдём во Дворец, как только небо прояснится.

Мужун Юн Шу покачала головой и сказала:

— Мне всё равно нужно пойти в бордель.

— Я пойду с тобой! – взволнованно воскликнула Фэн Лин.

Ни Цин почувствовал, что над его головой летает много больших ворон, выражение его лица было вонючим, как грязные носки, он проигнорировал Фэн Лин, повернул голову и спросил Мужун Юнь Шу:

— Что ты собираешься делать в борделе?

— Спать.

— Подожди, пока не умрёшь, и можешь спать сколько хочешь.

— В преисподней тоже есть бордель?

— …Что ты собираешься делать в борделе?

Если ты пойдёшь за мной, то узнаешь. Мужун Юнь Шу слегка приподняла брови и сказала:

— Бордель "Байхуа", пожалуйста, веди меня.

Она не знала направления.

Он разве сказал, что пойдёт за ней? Ни Цин думал, что она странная, но теперь он подумал, что странным был он сам, потому что выражение её лица было слишком спокойным и естественным.

Свободная жена злобного мужа Глава 16. ч.1

Глава 16.1: Моральный или аморальный.

Снаружи борделя "Байхуа" дорогу перед борделем освещали два больших пухлых фонаря. Девушки с тяжёлым макияжем приветствовали и провожали своих гостей.

Как только Мужун Юнь Шу и её группа из трёх человек подошли к входной двери, девушки с быстрой реакцией внимательно подошли к ним и приветствовали их.

— Пожалуйста, входите, – их голоса были сладки, как мёд.

Мужун Юнь Шу, казалось бы, в расслабленном состоянии, вошла внутрь неторопливым шагом. Фэн Лин с улыбкой на лице вошла в бордель вслед за Мужун Юнь Шу. Ни Цин с серьёзным видом сбросил руку, лежавшую на его плече, и неохотно шагнул внутрь.

Как только бауд(заведующая борделем) увидела Мужун Юнь Шу, её улыбка тут же сменилась шоком:

— Как ты...

Вошла снаружи?

Мужун Юнь Шу, выглядевшая такой же расслабленной, как обычно, не замедляла шага:

— Ты тоже знаешь кунг-фу, так что ты должна была слышать о "Появлении Богов и исчезновении дьяволов" 1*.

Теперь бауд удивилась ещё больше. Она недоверчиво пошла за Мужун Юнь Шу, её разум был полон вопросов. Согласно её источнику, Мужун Юнь Шу не была знакома с кунг-фу...

Мужун Юнь Шу пришла в комнату, в которой она остановилась, и заметила, что она обыскана. Очевидно, женщина и человек в чёрном не работали вместе.

— Так на кого же ты работаешь? – спросила Мужун Юнь Шу, усаживаясь в кресло. Ни Цин и Фэн Лин стояли по бокам от неё, как вышибалы, словно вели допрос в суде.

— Король Лян-младший, – не побоялась сказать правду женщина. Она была сильно смущена, Мужун Юнь Шу знала, что для неё расставлены ловушки. Любой другой человек убежал бы так далеко, как только мог, но она вернулась, чтобы допросить её? Может быть... просто, может быть, Мужун Юнь Шу не так уязвима, как она притворяется.

— Чего он хочет от меня?

— Отвезти тебя в Провинцию Шу.

Мужун Юнь Шу улыбнулась:

— Король Лян хочет, чтобы я умерла, Король Лян-младший хочет, чтобы я жила. Похоже, что Король Лян-младший обладает гораздо лучшим предвидением. Лучше всего Королю Ляну стать Королём-отцом после того, как Король Лян-младший станет коронованным Королём.

Услышав это, Ни Цин стал ещё более недоволен. Неосторожно и нагло – вот некоторые из терминов, которые приходили ему на ум.

— Если бы я знала, что ты будешь так сговорчива, то избавила бы себя от необходимости отдавать тебе "Похитителя душ". 2*

— Ты отдала ей "Похитителя Душ"? – закричала Фэн Лин, выглядя подавленной.

________

Примечания:

1. Идиома. Таинственное появление и исчезновение из ниоткуда.

2. Что-то вроде яда.

Свободная жена злобного мужа Глава 16 ч 2

Узнав о «Похитителе душ», Муронг Юн Шу был парализован страхом; дрожь в голосе Фен Лин еще раз подтвердила ее страх. Цзянху действительно было очень страшным местом для простых людей.

-"Может ли твой брат вылечить меня?" - спросил Муронг Юн Шу. Сай Хуа То был всемирно известным врачом.

Фэн Лин нахмурилась и покачала головой:

-«Мой брат не смог вылечить сестру Си, когда она была отравлена. Вот почему брат пришел в ярость из-за нее  и поймал ее  в ловушку на горе Хуа То, заставил ее сменить имя и запретил ей заниматься медициной».

Чу Чангге однажды .... так много сделал для своей возлюбленной? Муронг Юн Шу почувствовала странное шевеление в груди, немного неприятное чувство, которое она не могла описать. Муронг Юн Шу потратил несколько минут на то, чтобы подавить странные чувства, и повернулся, чтобы посмотреть на похлебку:

-«Как мне получить противоядие?»

-«У короля Ляна-младшего есть противоядие, и это будет его решением».

«Сколько у меня времени без противоядия?»

-«Может быть день, может быть год или секунда. Короче говоря, это может произойти в любое время без каких-либо признаков, и вы ничего не почувствуете».

Муронг Юн Шу согласился с этим, улыбаясь, она сказала: «Это как не быть отравленным? Никто не знает, когда они умрут».

Она была ошеломлена, она начинала понимать, почему король Лян-младший хотел поймать ее живой. В ней определенно было что-то особенное, просто находясь рядом с ней, ты чувствуешь умиротворение.

«Я думаю, что в ваших интересах убедить короля Ляна-младшего дать противоядие от Муронга», - сказал Фэн Лин, сердито глядя на собачку. «Ты выглядишь так, будто живешь здесь какое-то время. Я уверен, что ты слышал об инциденте три года назад, когда секта Модзяо стерла с лица земли Дом Тан за ночь. Если бы брат Чу уничтожил Дом Тан три года назад для сестры Си он уничтожит Дом Лян для Муронга ».

Муронг Юн Шу был немного поражен, слова Фэн Лин заставили ее осознать безумие Чу Чанге, которого она никогда раньше не видела. Она всегда слышала, что Чу Чанге называют злодеем, но никогда не понимала почему. Все, что она видела, было высокомерным и непослушным насмешником ... оказалось, она слишком мало его видела.

Когда человек тонет в отчаянии, он демонстрирует одну из двух крайностей: первая - самодовольно принять свою судьбу; другой - разозлиться и попытаться бороться с этим. Первый вид достигает просветления; лестница теряет сердце и превращается в злодеев. И Чу Чанге наверняка посмеялся и отказался от первого варианта и гордо смотрел, как он превращается в злодея.

В то время он, должно быть, был настолько опустошен, что хотел уничтожить весь мир, поэтому он рискнул объявить войну всему миру. Муронг Юн Шу опустила глаза, она почувствовала укол необъяснимого разочарования.

«Хм! Дом Тан - клан цзянху, поэтому правительство не вмешивалось. Король Лян - потомок императора, пользующийся военной поддержкой. Если Чу Чангэ уничтожит Дом Лян, правительство, конечно же, не будет стоять на месте». Тот усмехнулся: «У Чу Чангге не хватит смелости дотронуться до Ляна!»

«Ты ...» Фен Лин не ответила, она была взволнована и раздражена.

Муронг Юн Шу засмеялся и сказал собеседнику: «Я предлагаю вам не придумывать ничего в будущем, помните, что слова могут принести проблемы». Ее тон, как всегда, спокойный.

Губитель взревел: «Ты действительно думаешь, что Чу Чангэ будет противостоять королю Ляну?» Несмотря на то, что это должно было быть сарказмом, Муронг Юн Шу могла сказать, что непристойный желал, чтобы Чу Чанге противостоял королю Ляну.

Муронг Юн Шу глубоко и многозначительно посмотрела на него.

«Он не будет противодействовать королю Ляну за меня; однако, если бы у него было намерение, не говоря уже о короле Ляне, даже если мы говорим о коронованном принце, он сможет поступить с ними, как ему заблагорассудится», - сказала Муронг Юн. Шу в непринужденной, сдержанной манере.

«Давай посмотрим, действительно ли он такой дерзкий, как ты утверждаешь, идя к Дому Лян, чтобы спасти тебя и всех остальных!» - сказала она сквозь стиснутые зубы, ее глаза заблестели от волнения.

Муронг Юн Шу не могла не взглянуть на нее еще раз, ее взгляд бесцельно остановился на ее макушке. Она остановилась, ее глаза заблестели, уголки ее рта приподнялись. «О, ты так уверен, что сможешь забрать меня?»

«Перестань быть таким высокомерным! Я, Фэн Линь, здесь ... О ...» Фэн Лин резко схватился за грудь и нахмурился: «Ты меня отравил?»

«Я думал, что ты младшая сестра Саи Хуа Туо. Конечно, ты справишься с небольшим количеством яда», - злобно засмеявшись, сказал мерзавец.

«Кто сказал, что младшая сестра Сай Хуа Туо должна разбираться в медицине? У вас бордель, вы тоже развлекаете клиентов?» Фэн Лин зарычал в ответ.

В ярости бард поднял руку, чтобы ударить ее, но ее рука была перехвачена в воздухе, и она неловко упала на пол.

-«Сэр Не Цин, наконец, ведет себя как мужчина, - сказал Муронг Юн Шу, насмехаясь над ним и улыбаясь.

-Что она имела в виду «как мужчина»? Я - человек!

Не Цин холодно фыркнул, возвышаясь над похотью и мгновенно убив ее глазами. Он протянул к ней руку: «Противоядие».

"У меня его нет!" - сказал он, подпрыгивая и попадая в акупунктурную точку Не Цина. - Раньше я был безрассудным, ты действительно думал, что достаточно хорош, чтобы попросить у меня противоядие?

Не Цин стоял, выпрямив спину, и сердито смотрел на нее.

Муронг Юн Шу слегка улыбнулась, протянула тонкий палец и указала на грубую голову, медленно выдавая слова: «Ну, а что с ним?»

Собачка повернулась и подняла голову, но ударилась о дно кастрюли и потеряла сознание, прежде чем она смогла среагировать.

"Цянь бэй 2 такой умелый!" Муронг Юн Шу хлопал в ладоши и приветствовал.

«Все потому, что горшок качественный», - соскочил с балки старик старше 50 лет, не подавая никаких признаков запыхания.

Фэн Лин хорошо разглядела новичка, ее глаза расширились, она невероятно указала на старика и закричала: «Ты ... ты волшебный повар Го Це Де 3 !»

Муронг Юн Шу рассмеялась, когда услышала его псевдоним, который настолько аморален, чтобы кто-то мог взять такое безнравственное имя?

-----------

1 )Если это ваш первый роман уся (боевое искусство), в мире уся обычно изображают, что вы можете воздействовать на определенные точки акупунктуры на чьем-то теле и вызывать различные эффекты на человека. Самые распространенные из них - это вывод человека из строя или лишение его способности говорить.

2«Цянь» означает «до» или «ранее», «бэй» - это «поколение». «Цянь бэй» переводится как «предыдущее поколение» или «предшественник». Этот термин используется для уважительного отношения к кому-то постарше.

3)«Que De» по-китайски означает аморальный. Также название этой главы.

Свободная жена злобного мужа Глава 17 (1)

«Неплохо, неплохо. Вы узнаете меня в таком юном возрасте. У маленькой девочки впереди блестящее будущее». Го Цюэ Де остался очень доволен. Он много лет вел затворническую жизнь в секте Модзяо и не ожидал, что кто-то младший его узнает.

Фэн был польщена его комментарием, она застенчиво высунула язык:

«Мой папа иногда воспитывал тебя. Тридцать или около того лет назад ты путешествовал по Цзянху всего с одним горшком, ты прославился своей мерзостью . Твоя способность создавать проблемы. в превзошела брат Чу! "

"О, ты даже знал это!" Гуо Цюэ Де был в восторге. В те времена у него был такой престиж! У маленькой девочки такое светлое будущее, действительно светлое будущее. "Кто твой папа?" он спросил.

«Фэн Янь».

«Что? Как этого старого ублюдка  Фэн Янь оказалась такая  очаровательная дочь ?!» После шокирующего откровения Го Цюэ Де проигнорировал всех остальных, подошел в сторону и бил себя в грудь, мучаясь тем фактом, что божественные духи не оставили Фэн Яня без потомка.

Увидев это, Муронг Юн Шу потеряла дар речи. Гуо Цюэ Де действительно оправдал свое имя. Он определенно оправдал ожидания человека, назвавшего его именем. Возможно, это было ожиданием с самого начала. Подобно родителям, которые назвали своего сына «Эпиком», они, конечно, страстно потерли бы его по голове и сказали бы ему: «Сынок, обязательно вырасти человеком с эпическими достижениями». Или, в случае с Гуо Це Де, его люди, вероятно, потерли ему голову и сказали: «Гуо Це Де, будь уверен, что вырастешь и совершишь все виды аморальных преступлений».

Фэн Лин, с другой стороны, потянула Не Цина за рукав и сказала: «Видишь? Кто-то сказал, что я милая».

Не Цин закатил глаза, какой дурак!

Фэн Лин надулся и присела на корточки в поисках противоядия.

"Го Цянь бэй не был с нами, а ты?" - спокойно сказал Муронг Юн Шу, вытаскивая Го Це Де из разгар его нечестивого буйства.

"Босс послал меня!" Го Цюэ Де снова стал нормальным, как только был упомянут лидер секты, который был даже более аморальным, чем он: «О да, мадам, пожалуйста, перестаньте называть меня Цянь бей, боссу это не понравится. , так меня и босс называет. "

«Конечно, шеф-повар Го», - спокойно сказала Муронг Юн Шу. Она была рада, что он не попросил ее называть его «аморальным поваром», много раз в своей жизни она косвенно оскорбляла людей, но редко явно. Ей было бы трудно называть его «аморальный повар».

"Вы следовали за нами все это время?" - спросил Муронг Юн Шу.

«С тех пор, как вы приехали в Пекин».

"Так ты был вторым мужчиной в черном?"

«Я был уверен. Изначально я собирался подшутить над тобой, притворившись убийцей, чтобы увидеть, насколько ты храбрая. Я не ожидал столкнуться с настоящим убийцей». Смущенный, Го Цюэ Де ткнулся в затылок задней стороной своей головы  хихикая, как ребенок.

"Что случилось с убийцей?"

«Я позаботился о нем».

"Где моя горничная?"

Гуо Цюэ Де усмехнулся и указал на соседнюю комнату: «Крепко спит в соседней комнате».

"Спасибо."

«Ха-ха, добро пожаловать, добро пожаловать. Защита мадам для нашего босса была честью для нас».

Муронг Юн Шу приподняла брови в ответ на его слова: «Мы?»

«О да, с того дня, как вы начали свое путешествие, любой, кто случайно оказался на пути Пекина или обычно торчал в его окрестностях, получил« команду черного ветра »от босса. Мы должны защищать мадам любой ценой». Гуо Цюэ Де согнул шею и прошептал: «Мадам, пожалуйста, не говорите боссу об убийце, если он когда-нибудь узнает, что я случайно позволил убийце положить свой меч вам на шею, я уверен, что он отрубит мне голову и подавать с алкоголем ".

Неудивительно, что их путешествие было таким гладким, Муронг Юн Шу почувствовала укол признательности в ее сердце, уголки ее рта слегка приподнялись. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы прийти в норму, и она сказала: «Не волнуйся, я не позволю ему отрубить тебе голову и подать ее с алкоголем».

Гуо Цюэ Де был очень благодарен. Предки Чу, должно быть, накопили много доброй воли, поэтому он смог иметь такую добрую жену.

«Он слишком кровавый, чтобы его можно было есть, лучше выкопать целиком и закопать».

«…» как раз тогда, когда он задавался вопросом, не могло ли предки Чу собрать такую добрую волю !!

«Не беспокойтесь, мой брат великолепен в медицине, вы не заболеете». Фэн Линь дружно вмешалась.

Гуо Цюэ Де посмотрел на нее: "Так не мило!"

Фэн Лин стремилась защитить себя, «но я говорила только правду ...»

Не Цин еще раз взглянул на нее, именно поэтому я назвал тебя дураком!

Прямо в этот момент просыпаются баба. Она открыла глаза и увидела всех, внезапно осознала, что произошло, и попыталась встать. Еще один удар горшком по голове снова вывел ее из равновесия.

Свободная жена злобного мужа Глава 17(2)

Муронг Юн Шу ударила себя по лбу, он думал, что бард хорошо разбирается в искусстве железной головы? Даже если бы бард пережил еще несколько ударов, у нее не хватило бы умственных способностей, чтобы передать свое послание королю Ляну.

-"Поблагодари своего босса за меня!" - сказала Муронг Юн Шу, выходя из комнаты.

-«Наш босс не принимает словесную благодарность», - озорно ответил шеф-повар Го.

Муронг Юн Шу остановилась и подняла брови, признавая его слова. Она прошла через комнату по соседству, чтобы найти Лю'эр. Через некоторое время она вернулась с сонной и сбитой с толку Лю'эр и вручила письмо шеф-повару Го.

-"Это для босса?" - поддразнил шеф-повар Го.

-«Да, письменная благодарность».

"Это не то, что я имел ввиду...."

-«Я знаю, но я имел в виду именно это». сказала Муронг Юн Шу очень сухо.

***

Это было, когда группа начала выходить из борделя и направилась к месту ночлега Не Цин, когда они поняли, что не хватает одного члена группы.

-"Где Не Цин?" - спросила Муронг Юн Шу.

Фен Лин посмотрела налево и направо и не смогла найти свого возлюбленного. Внезапно ее глаза расширились, и она побежала назад, крича: -«Этот подонок! Его, должно быть, отвлекли какие-то работающие девушки!»

Муронг Юнь Шу была ошеломлена: у Фэн Линга нет глаз или у нее  просто очень плохое зрение? Разве она не заметила опустошенного взгляда Не Цина, когда он входил с ними в бордель?

Когда ей это показалось забавным, она услышала, как шеф-повар Го бормотал рядом с ней: «Это довольно впечатляет Не Цин, он все еще мог наслаждаться женщинами даже после того, как бард попал в точку акупунктуры ...»

Муронг Юн Шу уставился в небо без слов. Если бы Фэн Лин услышала этот комментарий, она, вероятно, отрубила бы ему голову и подала бы ее с алкоголем.

***

Под руководством Не Цина Муронг Юн Шу смогла беспрепятственно войти во дворец без дальнейших препятствий и выйти за пределы имперского кабинета.

«Министр финансов Не Цин, Муронг Юн Шу, войдите в имперский кабинет, чтобы встретиться с императором!» Сказал старик, который вышел из кабинета. Затем он добавил:

-«Мастер Не, император плохо себя чувствует, не разговаривайте слишком долго».

Не Цин был его старым холодным человеком. Муронг Юн Шу чувствовала, что из него выйдет очень хороший судья, всегда играя по правилам, всегда с надменным видом на его красивом, похожем на жиголо лице. Он просто не был похож на всех, кто изо дня в день работает с деньгами.

Императорский кабинет окрашен в величественный золотой цвет, придавая ему очень торжественный вид. Крестьянину не разрешается смотреть прямо на императора, поэтому Муронг Юн Шу слегка опустила голову, сохраняя умеренно скромную позу, ровным тоном она поприветствовала императора: «Да здравствует мой король».

"Вы можете встать".

«Спасибо, милорд».

Це Нин просто слегка поклонился: «Ваше величество».

-"Вы можете встать, епископ Це".

-«Спасибо, милорд».

Муронг Юн Шу спокойно наблюдала за их взаимодействием, и в ее глазах мерцала понимающая улыбка. У этого министра расходов дела шли неплохо.

«Муронг Юн Шу», - сказал император. Его голос был полон энергии, совсем не плохо.

«Крестьянская девушка здесь».

«Если я приму вашу просьбу и позволю банкам Huifeng контролировать выпуск« серебряных монет », что бы вы сказали?

« Удовлетворит ли ваше величество мою просьбу? »

« Я задаю вам вопрос! »

Муронг Юн Шу легко и медленно улыбнулась ответила: «Если ваше величество не удовлетворит мою просьбу, тогда вопрос будет спорным». «

Сначала вы должны ответить мне,

«Пожалуйста, простите эту крестьянскую девушку за то, что она не смогла ответить на вопрос вашего величества».

"Как ты смеешь!" Император был слегка раздражен.

«Пожалуйста, не сердитесь, милорд, - продолжил Муронг Юн Шу, - королевская администрация решила реформировать валюту, используя на рынке« серебряные монеты »небольшого номинала вместо настоящего серебра и золота. Теоретически это принесет пользу как страны и крестьян, но сработает ли это на самом деле, никто не знает. Следовательно, крестьянская девушка не может гарантировать никакой отдачи вашему величеству ».

«Тогда почему вы так непреклонны в сохранении права контроля над банком?»

Муронг Юн Шу продолжала держать голову опущенной, и она мягко ответила: «Потому что крестьянская девушка не хочет, чтобы ее семейный бизнес был разрушен в чьей-то руке. Сработает это или нет, Дом Муронг и банк будут жить и умереть вместе ".

Ее речь заставила императора приостановиться, орлиные глаза долго изучали ее, а затем сказали: «Хорошо, я дам тебе это, но у меня есть условие».

-«Скажите, милорд», - внимательно слушал Муронг Юн Шу.

-«Выходи замуж за наследного принца».

Свободная жена злобного мужа Глава 18(1)

Муронг Юн Шу совсем не удивился этой просьбе. Брак всегда использовался королевскими особами как политический инструмент, не говоря уже о том, что кузен уже однажды упомянул об этом. Тем не менее, она не хотела жертвовать собой. «Крестьянка боится, что не сможет подчиниться», - ответила она решительно, не задумываясь.

Император не ожидал, что она отклонит предложение. Для многих это скорее благословение, но она отказалась с такой решимостью. Это его несколько рассердило, он нахмурился и сказал с неудовольствием: «Тогда я тоже не могу удовлетворить вашу просьбу».

Услышав это, Муронг Юн Шу тайно вздохнула, она выглядела смиренной, она довольно долго колебалась, прежде чем сказать: «Мой господин, крестьянская девушка пришла сюда сегодня не для того, чтобы обсуждать с вами условия. Банк Хуэйфэн по-прежнему является собственностью Murong House, мы не позволим другим посягать на него, даже вам ".

Император был в ярости: «Если ты и дальше будешь вести себя неуважительно, я могу приговорить к смерти всех твоих родственников 9 степени! 1 »

Муронг Юн Шу по-прежнему выглядела равнодушной, как будто она уже приняла свою судьбу, очень спокойным тоном. , она сказала: «Наследный принц также является частью моего клана». Как бы сказать «мы можем умереть вместе».

Из-за давления со стороны вдовствующей императрицы королевская семья никогда открыто не признавала существование Муронгов как части имперских родственников; Также Муронги никогда не видели необходимости заявлять о своих отношениях с королевской семьей. Последние четыре года Муронги довольствовались своим статусом в деловом мире и никогда не вступали в политику. Но, в конце концов, Муронги - единственные родственники наследного принца, избавление от Муронгов было бы равносильно разрушению союза наследного принца, а это был нежелательный результат для императора, по крайней мере, в настоящее время. Семья вдовствующей императрицы была слишком сильной в династии, а также имела глубокие корни. Если император не хотел, чтобы вдовствующая императрица получила контроль над государственным делом, если он скончался 2, то важно убедиться, что Дом Муронг продержался до тех пор, пока наследный принц не утвердит свой статус.

Муронг Юн Шу слишком хорошо это понимала, что усиливало ее бесстрашие. «Крестьянская девушка не пыталась пойти против воли вашего величества. К сожалению, я уже помолвлен, поэтому не смогу подчиниться». Даже если у вас выигрышная рука, все равно важно знать, когда отступать, иногда отступление - лучшая стратегия для продвижения вперед. «Если милорд сомневается в насчет крестьянских девушек, пошлите, пожалуйста, придворного чиновника, чтобы тот сопровождал меня по этому поводу». В конце концов, единственная причина, по которой император хотел, чтобы она вышла замуж за наследного принца, заключалась в том, чтобы убедиться, что она останется верной.

Как она и ожидала, как только император услышал, что может послать кого-нибудь, чтобы следить за прогрессом, его гнев начал утихать, и он был готов пойти ей навстречу. Своим мужественным голосом он сказал: «Хорошо, епископ Не будет работать с вами по вопросу денежной реформы».

***

Выйдя из имперского кабинета, Не Цин выглядел так, как будто его мать только что умерла, он холодно сказал: «Вы знаете, суд никогда не позволит банку, ответственному за выпуск« серебряного доллара », оставаться под частным контролем. вопрос времени, когда правительство возьмет на себя управление Huifeng Bank ".

Муронг Юн Шу подняла руку, чтобы заслонить палящее солнце, и, идя вперед, сказала: «Я знаю».

«Тогда почему ты устроил бессмысленную битву? Все, что ты делал, это делал Дом Муронг занозой в глазах императора. Рано или поздно он избавится от тебя».

«Мастер Не», - Муронг Юн Шу сделал паузу, она склонила голову и посмотрела на него, вопросительно спросила: «Ты действительно, кажется, искренне беспокоишься обо мне?»

Не Цин казался смущенным, повернул голову и сказал: «Вы слишком много придаете этому значение».

"О, да?" Муронг Юн Шу подняла брови, затем повернула голову и начала восхищаться цветами на обочине дороги, продолжая: «Если я не буду сопротивляться, когда смогу, как я смогу встретиться со всеми моими предками Муронг за сто лет? . "

___

1. В древнем Китае, когда совершалось серьезное преступление, обычно против императора, к смертной казни приговаривали не только преступника, но и всех, кто был связан через «9 степень». Точное определение «9-й степени» было спорным, одна интерпретация - это сам человек, затем 4 поколения (отец, дед, прапрадед и прапрадедушка) и 4 поколения вниз (вы поняли). Еще один - 4 степень по отцовской линии (дети тети, дети сестры, дети дочери), любой, кто имеет прямое отношение (родители, братья и сестры, дети), и 3 степень по материнской линии (бабушкины родители по материнской линии и брат матери) и 2. степень со стороны жены (родителей жены).

2. 垂帘听政 - Оригинальный термин, использованный здесь, означает «слушать суд за кулисами». В старину женщинам не разрешалось посещать двор, где чиновники отчитывались перед королем. Так что несколько раз в истории Китая матери или бабушки очень юных королей слушали суд за занавесками. Это означает, что реальная власть находилась в руках этих женщин, а не молодых королей.

Свободная жена злобного мужа Глава 18(2)

Не Цин фыркнул: «Я думаю, что вы просто из тех, кто не сдастся без боя».

«Вот это», - сказала Муронг Юн Шу, ускорив шаг и поспешив к двери дворца.

Вы же не хотите проводить во дворце больше времени, чем необходимо. Император мог просто передумать в следующую минуту, ее арестовали и отрубили ей голову. Хотя она не думала, что жизнь дольше или короче делает слишком много другого, но определенно есть разница - хорошая смерть или плохая. Она предпочла бы умереть по незнанию от Похитителя душ короля Ляна-младшего, чем быть отправленной на небеса неквалифицированным душеприказчиком, вооруженным тупым мечом.

Муронг Юн Шу не могла не улыбнуться, когда подумала о Похитителе душ. Этот король Лян-младший, должно быть, окружил себя шарлатанами. Как еще ему в голову пришла такая лишняя идея? Откровенно говоря, если бы он дал ей лекарства, вызывающие диарею, она, возможно, уже сдалась.

***

Несколько дней спустя суд сделал официальное заявление о том, что суд утвердил Huifeng Bank в качестве основного дистрибьютора нового «серебряного доллара», назвав его «банком номер один», а Муронг Юн Шу - Регулятор доходов, который мог бы пользоваться преимуществами первоклассного офицера. Как только было объявлено, атмосфера вялости династии сразу рассеялась. Даже прохожие были полны энергии, не говоря уже об уличных торговцах, кричащих изо всех сил.

Благодаря двору в качестве покровителя Huifeng Bank восстановил свою репутацию. Банкноты с напечатанными на них словами «Хуэйфэн» появились на рынке, как весенние побеги бамбука после душа. Huifeng Bank снова открыл двери для бизнеса. «Серебряные доллары» еще не были напечатаны, поэтому бизнес-модель Huifeng Bank была такой же, как и раньше. За ночь все нормализовалось. Дом Муронг вернулся к богатым и властным, которые больше всего бредили Домом Муронг в Цзиньлинге.

Но в глубине души Муронг Юн Шу понимал, что это просто ход, запланированный императором, дорога, которую он проложил. Если она не хотела превратиться в пешку императора и быть отброшенной 1Когда все сказано и сделано, ей лучше все время бдительно следить и иметь план, как безопасно вернуться, когда придет время.

Лежа в желтом бамбуковом кресле в максимально удобном положении, Муронг Юн Шу закрыла в руках старинную книгу. Она подписала, власть императора была настолько устрашающей. Это сила настолько абсолютна, что неудивительно, что многие рискнули бы подвергнуться серьезной опасности или полностью разрушить свою репутацию, если бы они могли только наступить на трупы других и приблизиться к императору.

«Мисс, почему вы все еще так обеспокоены, когда император сделал вас офицером?» Люэр был сбит с толку. Должность регулятора доходов была первоклассным офицером того же уровня, что и премьер-министр, почему мисс не обрадовалась этому?

«Потому что у него есть скрытые планы». Это должно было быть высказывание ненависти, но, исходящий от Муронг Юн Шу, тон был гораздо мягче. Как будто она просто комментировала: «О, сегодня довольно хорошая погода».

Лу'эр закатила глаза: «Как он мог иметь скрытые планы, если назначил тебя на такой важный пост?»

Муронг Юн Шу понимал, что как бы она ни объясняла ей сложную ситуацию в этом вопросе, такой простой человек, как Лу'эр, никогда этого не поймет. Поэтому она просто закрыла глаза и притворилась, будто дремала и не слышит ее. Через несколько секунд она вспомнила о складе. Она открыла свои заспанные глаза и спросила: «Не Цин уже вернулся?»

«Да, я слышал, что он только что вернулся из Министерства доходов. Вы хотите его найти?»

«Можешь пойти и сказать ему, чтобы он не приходил и не беспокоил меня?»

«... Откуда вы знаете, что он пролетит мимо?

» Я предполагаю. «Вчера ему не понравилась идея, когда они говорили о строительстве склада в Шан Яне. Он, должно быть, пошел и доложил императору сегодня Муронг полагал, что император, вероятно, тоже возражал против этой идеи. Так что он, должно быть, вернулся, чтобы попытаться убедить ее. Хотя она довольно суровая, когда дело касается бизнеса, и никогда не позволит ему убедить ее, но когда кто-то придирается, это всегда неприятно. рядом с ней, когда она пытается вздремнуть.

Как и ожидалось, вскоре после прибытия Не, вскоре после того, как Муронг задремал, его остановил Лу '

Лю'эр запнулся: «Мастер Не, мисс обычно встает не с той стороны кровати. Я не думаю, что будить ее - хорошая идея. Знаете, когда кто-то, кто редко расстраивается, расстраивается, это может быть довольно ужасно ". Лу'эр вспомнила, как однажды она стала свидетельницей этого, она хотела выкопать яму и похоронить себя, чтобы не быть разорванной ужасным взглядом мисс.

Не согласился, что, вероятно, не стоит расстраивать Муронга. В конце концов, это была женщина, которая даже угрожала императору. Несомненно, она без колебаний позаботится о судебном чиновнике. Ему не потребовалось много времени, чтобы прийти к выводу: «Я буду ждать ее».

________________

1. Первоначальная поговорка была 飞鸟 尽 、 良弓 藏 ， 狡兔 死 、 走狗 烹. Прямой перевод означает, что когда все птицы ушли, лук и стрелы убраны; когда злой заяц мертв, гончую съедает [хозяин]. Короче говоря, это означает, что человек может быть отброшен или, что еще хуже, избавлен от него, когда ваша полезность станет больше.

Свободная жена злобного мужа Глава 19.1 - Бегство к настоящим бандитам

Возможно, она просто была слишком занята в последнее время, или, возможно, из-за того, что никто не прерывал ее прекрасный сон, Муронг Юн Шу не просыпалась от сна до раннего вечера и все еще чувствовала себя немного сонной. Она вяло поставила ноги на пол и вяло приподняла тело. Она потянулась, открывая дверь обеими руками, затем посмотрела на уже тускнеющее небо и зевнула.

Не Цин холодно посмотрел на нее с очень недовольным видом. Но кто мог его винить, он целый день ждал за дверью. Как он мог не быть в плохом настроении?

Фэн Лин с восхищением посмотрел на Муронг Юнь Шу. Она и пыталась, но не могла быть женственной, а другие могли выглядеть так элегантно, даже когда просто зевали ....

Закончив зевать, Муронг Юн Шу медленно направилась к беседке. По пути она не забыла сказать Лю'эру, чтобы тот принес ей закуски. И полностью игнорировать двух человек, которые странно смотрели на нее.

«Эй, Муронг, ты куда? Не Цин ждал тебя весь день…» Она замахала руками перед Муронг Юнь Шу, как будто пыталась призвать свою душу обратно.

Не Цин не был благодарен за ее помощь. Он посмотрел на нее и с тихим гневом устремился вслед за Муронг Юн Шу. Фэн Лин нахмурилась и моргнула. Затем начала подпрыгивать рядом с ним, время от времени поглядывая в его сторону.

Муронг Юн Шу прислушивалась к шагам позади нее, которые были совершенно не синхронизированы, и она начала думать, что этот Фэн Лин была настоящим персонажем. Она никогда не сдавалась, как бы Не Цин ни относился к ней. Возможно, это была какая-то система фильтрации в ее теле, которая автоматически отфильтровывала все неприятное.

Холодный ветерок полностью разбудил Муронг Юн Шу, и она была готова поговорить о делах. Она мягко сказала:

-«Можешь начинать излагать свои аргументы». Затем она перешла к неторопливой прогулке после ужина, чтобы прогуляться по небольшой дорожке, вымощенной кварцитом. Ее взгляд бесцельно бродил по растениям по обеим сторонам тропинки, выглядя очень беззаботно.

«Шан Ян находится в глуши. Это гористая местность с очень ограниченным количеством асфальтированных дорог, не говоря уже о том, что это очень далеко от Пекина…» Вскоре, когда тема коснулась Двора, тихий Не Цин сразу принял другое личность. Он был красноречив, многословен, обильно цитировал классические работы, чтобы сформулировать любые причины, которые могли бы удаленно подтвердить точку зрения, что Шан Ян не будет подходящим местом для склада. Он даже использовал фэн-шуй 1 как часть своих аргументов.

Муронг Юн Шу нахмурилась: «Когда же учитель Не устроился на работу гадалкой на полставки?»

Не Цин усмехнулся: «Вы думали, что легко стать лучшим бомбардиром на имперском экзамене?»

Муронг Юнь Шу нахмурилась еще больше: «Я не знала, что фэн-шуй был включен в императорский экзамен».

Ее вопрос лишил его дара речи. Угрюмое выражение лица, прошло несколько минут, прежде чем он ледяным тоном сказал:

-«Мы говорим о том, где разместить склад, почему вы задаете столько вопросов о вступительных экзаменах!»

"Чтобы убедиться, что вы не придумываете!" Муронг Юн Шу сохранила серьезное лицо.

Не Цин выглядел еще более раздосадованным и наконец фыркнул:

-«Император решил построить склад рядом с императорским мавзолеем».

«Значит, его предки могут помочь охранять его?» - бездумно спросила Муронг Юн Шу. Кивок Не Цин был неожиданным. Муронг Юн Шу немного нахмурилась:

«Мастер Не, вы работаете в Министерстве доходов, конечно, вы не новичок в управлении бизнесом. Наша страна делится на девять регионов, императорский мавзолей находится на горе Янмин, относящейся к области Цзин. Хотя это всего в 100 или около того километрах от Пекина, но он расположен в самом северном конце нашей страны и очень далеко от других восьми регионов, в частности от региона Мин на самом южном конце. Это была самая быстрая лошадь в нескольких месяцев, чтобы добраться туда и обратно, не говоря уже о наших транспортных тележках. Им практически придется развернуться, прежде чем серебряные доллары даже прибудут в пункт назначения ".

Не Цин пошевелил губами, но не издал ни звука. Очевидно, он это прекрасно понимал.

Муронг Юн Шу продолжила, Шан Ян, с другой стороны, принадлежит к области Чу. Он расположен в центре города и исторически играл роль транспортного узла. С другой стороны, гористая местность позволяет легко защищаться и трудно атаковать. Это идеальное место для банковского склада ». Она на секунду помедлила, затем оглянулась на Не Цин, ее темперамент мягкий, но безошибочно узнаваемое величие. Медленно она добавила:

-« Как я уже говорила ранее, либо мы поступаем по-моему, или мы вообще ничего не делаем ".

Немного подумав, Не Цин сдался

-«Вы настоящая деловая женщина!» За его искаженным выражением лица светился намек на уважение.

Муронг Юн Шу подняла брови. Вся ее семья - бизнесмены, разве не имеет смысла, что она тоже одна из них?

Свободная жена злобного мужа Глава 19.2 - Бегство к настоящим бандитам

Каким-то образом Не Цин смог убедить императора согласиться на строительство банковского склада в Шан Яне, и процесс печати также начался. Как только склад был готов, реформу можно было сдвинуть с мертвой точки.

Как только переговоры были завершены, Муронг Юн Шу немедленно отправилась в обратный путь в Цзиньлин. Не Цин теперь был ее правой рукой, поэтому он путешествовал с ней. Фэн Лин вызвался стать вторым Люэр, присоединившись к группе, помогая с поручениями и служа другим. Естественно, все знали, каковы были ее настоящие намерения. Шеф-повар Гао отправился в храм Шолинь и принес Чу Чанге благодарственное письмо Муронг Юн Шу.

Сидя в просторном конном экипаже, Муронг Юн Шу выудила заколку для волос, которую она купила в день прибытия в столицу для Чу Чангге. Она долго смотрела на нее замысловатым взглядом. Наконец, она приподняла шторы и выбросила ее. Когда она обнаружила все крайности, которые она проявляла в прошлом по отношению к женщине, она поняла, что им не суждено быть. Их отношения никогда не пойдут дальше дружбы.

К счастью, до сих пор она рассматривала Чу Чангге только как человека, с которым приятно поболтать, когда она рядом. Ей было все равно, была она с ней или нет.

Карета была просторной, достаточно большой, чтобы мог лечь высокий человек. А для человека среднего роста, такого как Муронг Юн Шу, она могла полностью лечь, как если бы она была в своей собственной кровати, и двигаться как угодно. Она легла и закрыла глаза. Когда она проснулась, она решила, что они прибудут в Джинлинг.

Тем не менее, некоторым людям никогда не суждено было иметь спокойную жизнь под парусами, и Муронг Юн Шу определенно была одной из них.

Муронг Юн Шу проснулась от резкой остановки кареты, ее тело полетело вперед, почти отбросив ее. К счастью, она быстро рефлексировала и собиралась протянуть руку, чтобы удержаться между внутренними стенками кареты.

"Что случилось?" Она подняла занавеску и выглянула наружу. Там она увидела около семи или восьми бандитов преградивших путь карете. Все они были одеты в сероватую одежду из конопли, их волосы небрежно перевязаны веревками из конопли, что делало их ужасно похожими на бандитов. Однако то, что сделало их еще более похожими на бандитов, - это их клише:

«Мы посадили деревья, мы вымостили дорогу; хочешь пройти, ты должена нам заплатить!»

Муронг Юн Шу просто притворилась, что не слышала их. Похоже, она совсем не испугалась. Она неторопливо вышла из кареты, пристально глядя на бандитов:

«Сколько вы хотите? У меня сегодня не так уж и много денег. Если мне не их хватит, просто запишете на мой счет».

Бандиты были застигнуты врасплох тем, что она не только не испугалась, не рассердилась или не обеспокоилась, но и была открыта для переговоров. Они не знали, как ответить.

Не Цин усмехнулся. Никто не знал, было ли это направлено против Муронг Юн Шу или бандитов. Муронг Юн Шу наблюдала за тем, как Не Цин хотел попасть на «линию фронта». Она подумала, что у него были какие-то планы в рукаве, вместо этого он выпустил величественный бюрократический жаргон:

«Грабить среди бела дня? Вы знаете, что в нашей стране есть законы?»

Муронг Юн Шу очень рассмеялась, что было очень педантично для лучшего бомбардира на имперском экзамене. Если бы бандиты соблюдали закон, они бы вообще не стали бандитами.

Свободная жена злобного мужа Глава 20.1 - Гостиница у скалы

Тот, кто выглядел лидером бандита, с презрением посмотрел на Не Цина, затем махнул ему, чтобы он не попадался им на глаза:

«Твоя одежда хуже, чем наша, ограбление тебя испортит нашу репутацию. Уходи и перестань вмешиваться, никто не собираюсь тебя грабить".

Не Цин казался оскорбленным словами бандита, он сурово посмотрел на Муронг Юн Шу.

Муронг Юн Шу была сбита с толку, разве я не виновата, что ты плохо оделся, зачем ты на меня пялишься?

Я бы не казался таким безвкусным, если бы не ты! Не Цин недовольно взглянул на нее. Неужели тебе пришло украшать карету серебром и золотом? Даже шелковый занавес, который был дороже, чем весь мой  наряд, был украшен золотой отделкой. Как будто ты целенаправленно хотела привлечь к себе бандитов!

Это правда, что Муронг Юн Шу целенаправленно пытался выманить бандитов, но это было месяц назад. Таким образом она «замаскировала» свою карету с единственной целью - заманить бандитов Фэн Линь и ее брата на гору Хуа То. Потом она решила, что уже потратила все деньги на его украшение, у такой роскошной кареты не было причин пропадать зря, поэтому она объезжала весь город, выставляя напоказ и привлекая внимание везде, где бывала ...

Хорошо, значит она была полностью ответственна за их сегодняшнюю встречу с бандитом. Муронг Юн Шу, казалось, бездумно протянула руку и коснулась своей аквамариновой серьги в форме китайской цитры на правом ухе. Она почувствовала, как замерцали натянутые струны на китайской модели цитры, и опустила руку. Спокойно и с намеком на властное отношение богатого человека она сказала:

«Давай, назови мне цену».

Бандиты подумали, что столкнулись с каким-то уродом, но притом симпатичным. Им потребовалось время, чтобы обсудить между собой, прежде чем глава  бандитов поднял руку и сказал:

«Пять тысяч таэлей».

Прежде чем Муронг Юн Шу смогла ответить, Фэн Лин уже воскликнула:

«Какого черта? Пять тысяч таэлей? Это грабеж!»

Муронг Юн Шу бросила на нее слабый взгляд "

Ой ой. Фэн Лин смущенно высунула язык и тихонько отошла в сторону. Это была вина элегантной деловой манеры Муронг Юн Шу, которая заставила ее подумать, что они действительно были в процессе переговоров о деловой сделке.

«Пять тысяч таэлей - это многовато. Все, что ты сделал, это срубил истину и вымостил часть дороги. Вложил труд, максимум сотню».

Бандиты были потрясены до невозможности, неужели она действительно думала, что это деловые переговоры?

"Да! Сто таэлей, бери или оставь!" Фэн Лин вмешалась:

«О да? Давай посмотрим! Мы никогда не утверждали, что мы хорошие парни!» Все бандиты после этих слов достали оружия и готовились к нападению.

Фэн Лин сразу же прыгнула и спряталась за Муронг Юн Шу, дрожа, она прошептала ей на ухо:

«Муронг, просто дай им пять тысяч таэлей. Это же не много за наши жизни».

Муронг Юн Шу был раздражена: «Эй! Я думала, ты разбираешься в драках, почему ты прячешься?»

Фэн Лин покраснела и пробормотала:

«Мой брат посоветовал мне, что если на пути возникнут проблемы, я должна их обойти. Моего кунг-фу достаточно только для таких, как Не Цин ...»

Не Цин собирался защитить . ее «посмотрев на ее миниатюрный размер, она не может бороться с этими грубыми размерами медведя и тигра». Но отказался от этого, услышав ее комментарий «достаточно хорош только для того, чтобы быть похожим на Не Цин».

Муронг Юн Шу потерла между бровей, она подумала, что Фэн Лин, единственный член цзяньху в команде, может немного помочь. Она не ожидала, что она будет наполовину той кто заварит кашу. С другой стороны, она должна была знать лучше. Судя по тому, как сильно Фэн Лин любила сунуть свой нос туда,куда не надо, она бы вмешалась гораздо раньше, если бы у нее были какие-то реальные способности ...

Это выглядело так, что одна сторона должна была упасть, прежде чем они смогли бы ударить по рукам. Не имея других вариантов, Муронг Юн Шу расписалась, неохотно подняла руку и схватила серьгу из китайской цитры.

«Мисс…» Лю'эр шагнула, набравшись достаточно храбрости, чтобы сделать шаг вперед и напомнить Муронг Юн Шу, что сейчас не время для спокойствия.

Муронг Юн Шу проигнорировала ее. Она казалась ужасно расслабленной, когда она закрыла ей глаза и потерла сережку.

Ее спокойствие озадачило бандитов и заставило их колебаться. Знала ли она какой-то магический трюк, который позволил бы ей вызвать каких-то духов?

Не Цин и Фэн Лин повернулись и одновременно посмотрели на Люэр. Твоя любовница в порядке?

Лу'эр был сбит с толку так же, как и все остальные. Ее хозяйка никогда не была нормальной, но никогда не была такой ненормальной ...

Пока все ломали голову над тем, что происходит, их окружали шорохи и шипящие звуки. Затем пронзительный крик «ЗАКУСКА!» Фэн Лин подпрыгивала от страха, крича в то же время, как будто змеи взбирались по ее телу.

«Что за змея…» Не Цин не закончил слов. Он был напуган, потерял дар речи, его лицо побледнело, и он начал бесконтрольно рвать.

"Не Цин!" Фэн Лин бросился помочь Не Цину, которого все еще рвало.

Бандиты как раз собирались посмеяться над тем, насколько трусливы богачи, напуганные лишь несколькими змеями, прежде чем они сообразили, что змея продолжала выходить из травы, трещин между камнями и деревьев. Они были напуганы до смерти.

«Змеи, все виды змей, столько змей…», бандиты в слезах убегали.

По мере того как их крики становились все дальше и дальше, Муронг Юн Шу наконец открыла глаза. По совпадению все змеи вернулись в свои норы.

«Пойдем», - апатично сказал Муронг Юн Шу. Она даже не взглянула на других ужасных людей, когда повернулась и снова села в карету.

Толпа переглянулась,

***

Свободная жена злобного мужа Глава 20.2 - Гостиница у скалы

Ранее вечером два конных экипажа прибыли в гостиницу на обочине официальной дороги. Один был шикарный и роскошный, другой старый и обшарпанный. Они резко контрастировали друг с другом.

"Завсегдатаи, идите внутрь. Ужин или ночевка?"

Как только Муронг Юн Шу вышела из кареты, официант постоялого двора угодливо поприветствовал ее.

«Ночевать будете в 2 люксах».

«Четырех», - холодно сказал Не Цин, его лицо все еще было бледным и выглядело слабым.

Муронг Юн Шу ненадолго остановилась, затем молча пошла дальше. Она собиралась подняться наверх, когда Не Цин внезапно спросил:

«Ты не собираешься регистрироваться?»

"Тебе нужно четыре комнаты для себя?" Она обернулась.

Не Цин был ошеломлен,

«Раз вы просили четыре комнаты на каждого, зачем мне идти регистрироваться?» - сухо сказала Муронг Юн Шу и пошла дальше, снова не останавливаясь.

Что это за логика? Не Цин не мог этого понять.

Лю'эр было жалко его, поэтому она перевела: «Мастер Не, моя госпожа имеет в виду, что вы несете ответственность за ваш счет».

"Какого черта?" Она была грязно богатой ...

"Это ты просила четыре комнаты!" Лю'эр предположила, что «никто не заставлял тебя делать это» своим взглядом.

«Она сама сказала две».

«Верно, но я принадлежу к дому Муронг, было правильно, что она платит за меня. Но вы и мисс Фэн нет, поэтому хозяйка попросила только две комнаты».

"..... неужели нужно быть таким мелочным?" Gigolo лицо превратилось в судьи Бао лицо 1 .

"Конечно!" Лю'эр кивнула, затем с любопытством посмотрел на него: «Мастер Не, вы же не хотите иметь сложных отношений с моей любовницей, не так ли?»

Не Цин холодно посмотрел на нее:

«Я не сумасшедший».

Люэр выглядела просветленным: «Это правда. Муж госпожи - лидер моджиао. Ты бы не посмел».

Глаза Не Цина блеснули, и он неохотно пошел на регистрацию на стойке регистрации. Он подумал про себя, что в последнее время все больше и больше сумасшедших.

При этом все обедающие за одним столом одновременно положили свои палочки для еды и миски и тихо схватились за оружие.

Так получилось, что Фэн Лин это заметила, она посмотрела на них подозрительно и подумала: «Эти люди выглядели такими знакомыми…», но она не могла вспомнить, где она их видела раньше, поэтому она встряхнула свою. голову и вскочила наверх.

***

1. Прямой перевод оригинального термина 小白脸 "маленькое белое личико" относится к симпатичным мужчинам, которых обычно содержат богатые женщины. Я вольно перевел на жиголо. Судья Бао был исторической фигурой в династии Сун, которая была известна как чрезвычайно справедливый судья. По неизвестным причинам в исторической драме он был изображен как человек с гораздо более темной кожей и шрамом в форме новолуния на лбу. Тут тоже игра слов - от «белого» до «черного» мгновенно. :)

Свободная жена злобного мужа Глава 20.3 - Гостиница у скалы

Гостевые комнаты были очень простыми, за исключением деревянной кровати, стола, четырех стульев, чайников и чашек, других украшений не было. Муронг Юн Шу поджала губы и нахмурилась. Если бы они не столкнулись с бандитами, они были бы в своем загородном доме в Цин Юань. Она открыла окно и увидела густой дым, загораживающий ее вид. Она была поражена, она огляделась и поняла, что эта гостиница была построена на краю обрыва. Кроме того, комната, в которой она находилась, находилась на склоне утеса.

К счастью, Лю'эр получила комнату напротив нее, иначе она бы кричала прямо сейчас. Как раз когда ей повезло с этим, она услышала громкий крик из соседнего дома. Что еще более странно, все закончилось внезапно на полпути; мир был восстановлен, как будто ничего не произошло.

"Фэн Лин исчезла!" Не Цин ворвался в дверь, в его обычно холодных глазах было беспокойство.

Лю'эр тоже бросился: «

Мисс, я только что спустился, чтобы заказать ужин. Когда я вернулся, нашего багажа не было!» Выражение лица

Муронг Юн Шу нахмурилась, как будто она говорила сама с собой: «

Раньше я голодала три дня после того, как увидела всего одну змею, как у тебя все еще есть аппетит ...» Лю'эр была потрясена до невозможности передать словами. , она терпеливо подчеркнула свою точку зрения:

«Мисс, наш багаж исчез».

«Это просто багаж, он не так особо ценнен. Что касается денег, мы можем снять их в банке, когда приедем в следующий город».

Лу'эр действительно хотела сказать, что в их багаже было несколько тысяч таэлей, но она не думала, что мисс сочтет это большим делом, поэтому сдалась.

«Фен Лин исчезла», - снова подчеркнул Не Цин. Хотя ему было очень любопытно, как змеи появлялись и исчезали так внезапно, и полностью согласился с ней насчет поста, но сейчас это не главное.

Муронг Юн Шу взглянула на него:

«И?»

Не Цин опешил:

«И мы идем искать ее!»

«Ты хочешь, чтобы я пошла с тобой?

Не Цин нахмурился:

« Что ты пытаешься сказать? »Неужели ей действительно нужно было быть такой загадочной во всем, что она говорила?

Муронг Юн Шу снова посмотрел на него, а затем очень милосердно, как если бы она помогала бедным или кому-то, кому не повезло, она сказала ему:

«Ты хочешь, чтобы я сопровождала тебя, тебе придется следовать моему примеру."

Не Цин теперь понял, что Муронг Юн Шу была очень контролирующим человеком, будь то в отношении «серебряных долларов» или когда дело доходило до дел с Фэн Лин. Но он мачо, почему ему нужно последовать ее примеру? Конечно, она занимала более высокое место, чем он, когда дело касалось официального титула, но это было частным, а не официальным вопросом.

Лю'эр могла сказать, что Не Цин не собирается сопротивляться, поэтому она быстро подошла к нему и прошептала Тохи: «Мастер Не, семья Муронг всегда была очень иерархичной. Один человек - лидер, остальные просто следуют приказам. ; вот почему все члены семьи Муронг очень эгоистичны, особенно одинокий ребенок, такой как мисс. Она всегда была более упрямым диктатором, чем ее отец, с тех пор как она была ребенком ... "Она сделала паузу и взяла минуту молчания  Боковой взгляд на Муронг Юн Шу и не обнаружила признаков неудовольствия. Чувствуя воодушевление, она продолжила: «Если вы хотите, чтобы она сопровождала вас, у вас нет другого выбора, кроме как следовать за ее головой. Кроме того, по моему личному опыту, послушать ее всегда - хорошая идея».

Выслушав Люэр, Не Цин внезапно вспомнил «Это» Муронг Юн Шу.когда они вели переговоры о складском помещении в банке, не оставив ему выбора. В то время он находился по приказу императора, и ему ничего не оставалось, кроме как работать и сотрудничать с ней. Но теперь у него была возможность пойти в одиночку, но он неохотно решил последовать ее примеру. Как будто внутри него раздался голос, говорящий ему: «Когда бы она ни была рядом, все становилось легче».

Не Цин  боролся долго и упорно внутри себя , прежде чем он задал вопрос

«Хорошо, каков план?»

«Мы сидим спокойно», - сказала Муронг Юн Шу, закрывая окна. Ее движения были расслабленными, а поведение - равнодушным. Не Цин был полностью сбит с толку  разве они не  сидели тут  без планов? Неужели он просто потерял доверие… пока он сомневался в собственном решении, Лу'эр снова прошептала ему:

«Не волнуйся, посмотри, какая спокойная мисс. У нее уже есть планы».

Не Цин хмыкнул, и на самом деле он хотел сказать, что ваша мисс все время вела себя равнодушно, кто мог сказать, притворяется ли она проницательной или действительно она стратег ?

Но в конце концов он отказался от этого.

Свободная жена злобного мужа Глава 21.1 Долг и несправедливость

С наступлением темноты завывающий ветер заставил дребезжать не очень крепкие окна, как если бы он сейчас  хотел разбить окно. Муронг Юн Шу чувствовала, как сероватая доска пола вибрирует под ее ногами. Ей даже не нужно было закрывать глаза, чтобы представить себе такое здание, сидящее на вершине безлюдного утеса; это была довольно пугающая мысль.

Открыв окно, ледяной ветер ударил ей в лицо, Муронг Юн Шу вздрогнула. Май уже заканчивался, а в горах по-прежнему холодно. Туман внизу, ясная луна в небе, она внезапно почувствовала, что находится на вершине мира, и чувство удовлетворения захлестнуло ее.

Муронг Юн Шу был поражен внезапной радостью. Она тихо рассмеялась про себя; она задавалась вопросом, почувствовала бы себя ли она еще более раздосадованной, если бы просто прыгнула отсюда ...

В то время как случайные мысли проносились в ее голове, она уловила легкий намек на аромат в воздухе, который ушел прежде, чем его успели уловить. Затем, когда дверь открылась, Муронг Юн шу слегка нахмурилась, и легкая улыбка расплылась с ее бровей.

Писк, и дверь открылась.

«Разве твой отец не учил тебя, что ты всегда должен стучать перед входом в комнату?» сказала Муронг Юн Шу ровным тоном. Она медленно повернулась и посмотрела на злоумышленника своими яркими глазами и едва заметной улыбкой.

Злоумышленник был весьма удивлен, что она все еще была в сознании после аромата, не говоря уже о ее тоне, как будто она ее ждала. Она была ошеломлена на несколько секунд, а затем заметила широко открытое окно позади нее: «Тебе повезло».

«Мне всегда везет»,

- Муронг Юн Шу украдкой переместила левую руку за спину, опираясь на край окна. Ветер унес большую часть аромата, но она все же немного вдохнула. Она почувствовала легкое головокружение, но, к счастью, она все еще была в сознании.

Муронг Юн Шу покачала головой, лунный свет позволил ей взглянуть на злоумышленника. По форме ее тела можно было предположить, что это женщина, которая хромает, так как в одной руке у него трость. Ее лицо было замаскировано, но по ее глазам Муронг Юн Шу определила, что ей около 30 или 40 лет.

«Так какова цель вашего визита в такой ночной час?»

«Хм, конечно, чтобы убить тебя», - сказала женщина.

"Зачем делать это"

Женщина в маске удивилась, а затем усмехнулась:

"Это  изменит ваше мнение, если вы  узнаете ответ ?"

"Нет, все еще собираюсь убить тебя!"

Это заставило Муронг Юн Шу рассмеяться:

«Тогда зачем мне беспокоиться?»

Женщина в маске опешила: «Ты не боишься?»

Муронг Юн Шу улыбнулся и проигнорировал ее вопрос. Она была невозмутима, ее улыбка напоминала безмятежное озеро, глубокое и бездонное.

Женщина в маске ненадолго поколебалась, прежде чем медленно приблизиться к ней с тростью. Она пристально смотрела на нее, ожидая любых уловок.

Один шаг, два, три, четыре, пять ... внезапно ее трость соскользнула, и она нырнула вниз с громким глухим стуком. Она немедленно попыталась подняться, но снова поскользнулась и снова упала на землю.

"Ты...."

В комнате восстановился свет, Люэр со стулом над головой очень гордилась собой:

«Мисс, я была неплохой, правда?» Лу'эр был тем, кто нанес быстрый, точный и беспощадный удар.

"Как это ты?" - спросила Муронг Юн Шу.

«Не Цин сказал, что отказывается бить женщин».

Муронг Юн Шу подняла брови и посмотрела на мужчину, держащего свечу,

«Хорошие правило».

Не Цин хмыкнул и хладнокровно отвернулся.

"Мисс, что вы положили на простыню?" - спросил Лю'эр, имея в виду пыльную простыню под женщиной в маске.

"Лед".

«Откуда у вас лед в этом сезоне?» Она даже не знала, что мисс вообще вышла из своей комнаты.

Не Цин тоже было любопытно, как ей это удалось. Когда она попросила его взять стул, спрятаться в углу и «поиграть на ухо», он ожидал рукопашного боя. Он не ожидал, что победа придет так легко.

Муронг Юн Шу опустила голову и слабо сказала:

«Неудивительно, что есть лед, когда в горах ледяной холод». Не говоря уже об обрыве за окном, от переохлаждения можно было практически умереть. Аромат действительно дошел до нее, ей просто хотелось прилечь и поспать. Что касается ее подготовки к ночи, она намочила простыню в воде, а затем вытащила ее с веревкой и заварочным чайником в туман. Когда она вытащила его час назад, он уже был покрыт льдом. Она разложила его на полу и засыпала землей, так что он выглядел как обычный пол - никому не нужно было это объяснять .

«Вы двое не вдыхали ядовитого аромата?» У нее закружилась голова, но на двух других это не повлияло.

«Нет», - покачала головой Лу'эр. Це Нин сказал, что никогда не слышал о таком.

Кажется, ей все-таки не повезло, ей не следовало стоять перед окном. Она вздохнула и потерла между глаз. «Свяжите ее, затем разбудите для допроса», - сказала Муронг Юн Шу, имея в виду женщину в маске, лежащую на полу.

****

Свободная жена злобного мужа Глава 21.2 - Долг и несправедливость

Прежде, чем ее последнее слово было закончено, они услышали приближающиеся шаги, в комнату ворвались трое странно выглядящих мужчин.

Закончится ли это когда-нибудь? Подумала Муронг Юн Шу, неохотно она спросила: «Вы все трое тоже пришли убить меня?»

Трое мужчин посмотрели друг на друга, немного сбитые с толку, невысокий мужчина средних лет с чем-то вроде бычьего рога, торчащим из правого уха, удивленно спросил: «Как ты…?» В середине предложения он заметил своего спутника на полу и крикнул: «Четвертая сестра!» Остальные также заметили женщину в маске после его крика, они все вытащили оружие и были готовы вступить в бой.

Не Цин, который связывал женщину, отбросил веревку и обвил руками ее шею. Он продолжал холодно смотреть на злоумышленников, как бы говоря:

«Я задушу ее, если вы осмелитесь двинуться».

Муронг Юн Шу с облегчением увидела:

«Я волновался, что ты тоже не убьешь женщину».

Вены на лбу Не Цина задрожали, но он не сказал ни слова.

«Отпусти ее, я, старый Туо 1 , оставлю тебя в живых». - крикнул Горбун.

Муронг Юн Шу слегка улыбнулсь. Она как раз собиралась что-то сказать, когда почувствовала себя одурманенной и шаткой.

«Мисс, здесь», - сказала Люэр, поднося стул.

Муронг Юн Шу был доволена, что Лу'эр точно знала, что ей нужно. Она медленно села, так как подумала, что ничего необычного нет, улыбаясь, она сказала: «Мне интересно, что я сделала, чтобы оскорбить вас четверых, которые требуют посещения в это время ночи, чтобы убить меня».

«О, ты сделал намного больше, чем« обидел »нас, - сердито сказал одноглазый мужчина.

«Так ли это, - улыбка Муронг Юн Шу по-прежнему была любезной и невинной. - У меня слишком много врагов, и я не могу думать об этом с головы до ног. Когда мы пересекались?»

Люэр вспотела, разве она не поняла, что они ненавидят ее кишки?

"Цзян Чжоу 2, четыре шанса!"

Муронг Юн Шу приподняла брови и поискала в памяти: «Нет,

Ее слова разозлили одноглазого мужчину и горбуна, только бычий рог выглядел равнодушным. Он заблокировал нападение других и сказал: «Мисс Муронг не принадлежит цзянху , так что нет ничего необычного в том, что вы никогда о нас не слышали».

Муронг Юн Шу был встревожен тем, что назвал ее «мисс Муронг». Она быстро оправилась от замешательства и засмеялась: «Кажется, вражда не была непримиримой».

«Правильно, у нас с тобой нет никаких претензий. С другой стороны, твоя невеста, Чу Чангге, - наш смертельный враг! Это он отрезал мне рог на голове!» - сказал рогатый мужчина, сердито указывая на симметричную точку у своего левого уха.

Муронг Юн Шу посмотрел на него, затем с величайшей искренностью и смирением она спросила: «Ты злишься на него за то, что он не отрезал и другого?»

Человек из рога уже собирался трубить, когда он услышал, как она продолжала говорить: «Это действительно дает вам больше персонажей с одним рогом». Он был шокирован до невозможности передать словами, эта сумасшедшая женщина не могла быть лидером Дома Цзиньлин Муронг, который контролировал все банки в стране. Возможно, у них был не тот человек ...?

«Но, само собой разумеется, в каждой несправедливости есть виновник, а в каждом долге - должник. Если Чу Чангэ был тем, кто отрезал тебе рог, ты должен принять это вместе с ним. Добраться до меня не поможет твоей цели отомстить за себя. . " Муронг Юн Шу попытался вразумить их.

Человек с рогом по-прежнему от недоумения потерял дар речи. Ага, определенно ошибся человеком ....

"Чу Чангэ будет в гостинице Цзянху у подножия горы Шаолинь до 15 августа. Вы можете найти его там".

Она дает им дорожную карту ...?

«Я действительно прошу вас отпустить мисс Фэн Лин перед взлетом».

Наконец, нормальная фраза от нее вернула человека с рогом в нормальное состояние: «Что за мисс Фэн Лин?»

«Девушка, которую вы забрали из соседней комнаты ранее в тот же день», - тяжело сказал Не Цин.

Муронг Юн Шу опустила свое красивое лицо и несколько секунд размышляла, затем подняла глаза и сказала: «Не Цин, отпусти ее».

«Но Фэн Линь…»

«У них нет Фэн Линга».

Не Цин хотел не согласиться, но решимость в ее глазах заставила его сдаться. Неохотно он вернул женщину в маске, по прозвищу Покмарк, Цзян Чжоу, на три шанса.

"Мисс Муронг очень напористая!" Хвалил рогоносец.

Муронг Юн Шу слегка кивнула, принимая его похвалу, затем равнодушно добавил: «Удачи в ваших усилиях».

"Мисс Муронг не боится стать вдовой?"

«Ты даже сам раньше так сказал, он мой« будущий »муж. Мы еще не поженились, я всегда могу выйти замуж за кого-нибудь, если его убьют. Я не стану вдовой».

«ХАХАХАХАХА .... Чу Чангге, даже твоя невеста не на твоей стороне. Это все твои собственные дела!» Он маниакально засмеялся.

"Когда вы встречаетесь с Чу Чангге,

"Конечно что это?" Рогатый мужчина был очень мил.

Улыбка появилась на красивом лице Муронг Юн Шу, она смотрела на него около трех секунд, а затем медленно сказала: «Попроси его… быть безжалостным».

Рогатый мужчина подумал, что он неправильно расслышал. Выражение ее лица выглядело так, будто она была женой, которая говорила мужу «не ложиться слишком поздно», вместо этого он услышал ...

*

Вскоре, когда Цзян Чжоу Четыре шанса вышел из гостиницы, горбун тут же проворчал: «Старший брат, почему мы не захватили Муронг Юн Шу в заложники для Чу Чанге?»

Рогатый мужчина ответил: «Разве вы не видели, что случилось с четвертой сестрой? И мы опоздали всего на несколько минут. Очевидно, Муронг Юн Шу не так слаба , как  о ней думают другие. Вы помните, с какой готовностью она была, когда она вернула нам четвертую сестру? Она была так уверена в себе все время, что явно не боялась нас. К тому же она сказала нам, где найти Чу Чанге. Это было похоже на то, чтобы сделать нам одолжение, и мы должны ответить  тем же. хорошо."

«Старший брат прав».

*

После того, как «Четыре шанса» Цзян Чжоу взлетели, Муронг Юн Шу, шатаясь, вошела в комнату Люэр через коридор. Она как раз собиралась рухнуть на кровать, чтобы немного поспать, когда на нее «устроил засаду» Не Цин: «Каковы наши планы насчет Фэн Линг?»

«Играй на ухо», - сказала Муронг Юн Шу, затем закрыла глаза и сразу же уснула.

Мисс, если вы спите в моей постели, где я буду спать? Люэр плакала внутри. В комнате мисс нет простыни, в комнате мисс Фэн Лин… не повезло. И Мастер Не Цин ... неважно, она могла бы просто спать на полу.

Не Цин просто стоял там, своими глазами он убил Муронг Юн Шу разорвал ее на куски ... надолго ... надолго .... время ....

***

Свободная жена злобного мужа Глава 22 Секрет серег

На следующее утро, когда Муронг Юн Шу проснулся, первое, что она увидела, была пара опечаленных глаз.

«Мисс, вы наконец проснулись», - сказал слабый Люэр.

«Ммм», - Муронг Юн Шу села. Следующее, что она увидела, был Не Цин, сидевший недалеко от нее и глядя на нее с какой-то загадочной холодностью, как будто она его заклятый враг. Она спокойно спросила: «Мастер Не голоден или просто плохо спал?»

"Что. Мы. Мы. Собираемся. К. Что. С. Фэн. Линг?" - спросил Не Цин по одному слову сквозь стиснутые зубы.

"Ты еще не пошел, чтобы вернуть ее?" Муронг Юн Шу нахмурился. Она выглядела весьма недовольной тем, как он обращался с сестрой «друга» ее жениха.

"Разве ты не сказал, что ты тот, кто?"

Муронг Юн Шу выглядела так, как будто она наконец поняла, что он сказал: «Она все еще в комнате».

"В каком номере?"

Муронг Юн Шу посмотрела на него так, будто даже не хотела отвечать на его вопрос. Она надела одежду, в которой была, и повернулась к Лю'эр: «Дай немного горячей воды, мне нужно искупаться и переодеться».

Не Цин сразу же смутился, он покраснел, неохотно встал и направился к двери, бормоча что-то вроде «эта женщина смешная».

Муронг Юн Шу притворилась, что ничего не слышит, и заколола волосы, как замужняя женщина.

Лу'эр молча смотрела на нее, были полотенца, которыми она могла пользоваться, но каждый раз, когда промахивалась купаться, она всегда заворачивала волосы, как замужняя женщина ... может, она просто умирает, чтобы выйти замуж.

Тем не менее, сейчас есть более серьезная проблема.

«Мисс, у нас пропал багаж, а этот город такой отдаленный, во что вы собираетесь переодеться?»

«Иди и посмотри под кровать».

Лу'эр бессмысленно моргнула, но последовала ее словам и заглянула под кровать. Вскоре она взволнованно воскликнула: «Мисс! Это действительно под кроватью!»

«Ммм, теперь иди набери горячей воды».

Лю'эр сунула багаж в грудь и нерешительно посмотрела на Муронг Юнь Шу. Наконец она проглотила все вопросы и ушла за водой.

*

Примерно через час Муронг Юн Шу закончила купаться и переоделась в такую белую одежду, что казалось, она не из этого мира. Золотая декоративная шпилька для волос помогала удерживать ее девчачий пучок, ее густой и водяной спад, как черные волосы, безупречно струился по спине; на ее овальном лице почти не было макияжа, но ее элегантность исходила от природы. Ее взгляд был умиротворенным, а шаг - безупречным. Она была похожа на другую светскую фею.

Она пошла прямо к столу, за которым сидели Не Цин и компания. Никто из посетителей зала не мог оторвать от нее глаз.

«Муронг, ты такая красивая сегодня!» похвалил Фэн Линь.

Лю'эр энергично кивнул в знак согласия. Она всегда говорила, что белый - лучший цвет для промаха.

Не Цин продолжал пить чай, даже не поднимая глаз.

«Мы уезжаем через 15 минут», - сказал Муронг и направился к выходу.

"Подождите, мисс, вы не хотите завтракать?"

Муронг Юн Шу слегка нахмурился и ответил на ее вопрос еще одним вопросом: «У вас серьезно аппетит?»

Лу'эр моргнул, почему бы и нет? Затем она внезапно вспомнила всех вчерашних змей, содержимое ее желудка начало бурлить: «Я закончила». Теперь даже паровые булочки были похожи на змей ...

Не Цин резко встал, показывая, что он закончил есть.

Фэн Лин не понимал, что происходит. Ее живот урчал. Она проспала всю ночь под кроватью и пропустила ужин. Теперь она голодает: «Подожди! Я еще даже не начала! Мы собираемся провести в карете несколько часов, что сказать, мы посидим здесь немного и дадим мне закончить завтрак? Пожалуйста, Муронг?»

Муронг Юн Шу бросил на нее взгляд: «Я буду ждать снаружи». Ее тошнило даже от запаха еды.

Люэр и Не Цин последовали за ней, оставив Фэн Линь набивать ей лицо паровыми булочками и кашей.

Когда все трое вышли из гостиницы, кучер уже ждал снаружи с каретой. Муронг Юн Шу как раз собирался сесть в карету, когда Люэр спросил: «Мисс, вы действительно вызвали этих змей вчера?»

"Мммм."

"Как, как ты это сделал?" Лю'эр чувствовала, что ее хозяйка настолько всемогуща, что могла даже управлять животными, такими же страшными, как змеи. Неудивительно, что она глава Дома Муронг.

«Когда я потерял аппетит на три дня после перекуса, я начал исследовать, как их вызвать».

Люэр внезапно вспомнила, что, когда ее хозяйке было 10 лет, она каждый день приносила с собой в бамбуковый лес стопку странных книг, стуча по вещам. Она даже потратила приличную сумму денег, чтобы кто-нибудь построил ей древнюю цитру, которая не производила бы никакого звука. Мастер Муронг был так зол, когда узнал, что чуть не уволил человека, который это сделал, к счастью, госпожа высказалась в его пользу ...

Внезапно все щелкнуло: «Эта древняя цитра ... серьга ... это как древняя цитра, которая не могла издавать ни звука ...», и все это возвращается к ней, то, что тогда сказала хозяйка, не было Дело в том, что цитра «не может издавать никакого звука, просто папа не может слышать звук, который она издает». Так что было то , что она имела в виду - люди не могли слышать, но змеи могли!

Люэр все больше и больше пугалась, как ... как могла промахнуться, превратив такую смертоносную вещь в серьги и носить их каждый день ...

«Ты становишься умнее», - Муронг Юн Шу была очень рада, что ей не пришлось тратить время и силы на дальнейшие объяснения. На самом деле, когда она исследовала метод приручения змей, она просто хотела покрасоваться перед змеями, чтобы отомстить за «неспособность есть в течение трех дней». Позже она попросила кого-то сделать ей эту пару серег в целях самообороны - она не хотела, чтобы змеи снова издевались над ней. Она не думала, что это спасет ее, как вчера. Откровенно говоря, если бы это было не последнее средство, она бы этого не сделала. Даже с закрытыми глазами было достаточно просто визуализировать сцену с множеством скользящих змей, чтобы она потеряла аппетит в ближайшие дни.

"Тогда как вы узнали, что Фэн Лин был в ее комнате?" Не Цин собирался сначала спросить о змеях, но однажды Люэр принесла серьги, древнюю цитру, и после взгляда на серьги все это обрело смысл. Его взгляд превратился в страх. С этого момента, что бы ни случилось, никогда не оскорбляйте женщину Муронг ...

Муронг Юн Шу повернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Не Цин вздрогнул. Озадаченная, она спросила: «Мастер Не холодный?»

Не Цин стиснул зубы: «Немного».

Глаза Муронг Юн Шу мигнули, делая вид, что она приняла объяснение Не Цин. Она продолжила: «Если бы я была намеченной целью Цзян Чжоу« Четыре шанса », они не были бы так глупы, чтобы заблаговременно похитить Фэн Лина, чтобы встревожить нас ... 1«Она заметила, что Не Цин снова вздрогнул, и поняла, почему его взгляд был таким странным. Она продолжила:« Кроме того, одна сторона комнаты Фэн Лин была соединена с обрывом, а другая сторона - с коридором. Похитители не могли сбежать через окно, и они не могли вынести ее через входную дверь, поэтому она должна быть все еще в комнате ».

« Им нечего получить, зачем они беспокоились? »

« Как я уже сказал, чтобы предупредить нас ....... "и она увидела, что Не Цин снова вздрогнул, наконец, она больше не могла сдерживаться." Если я не боюсь, почему такой человек, как ты, должен бояться змеи .... "

И Не Цин снова вздрогнул.

Муронг Юн Шу терпеливо бросил на него очень тонкий высокомерный взгляд и продолжил то, что она говорила: «Они намеренно похитили Фэн Линь и забрали мой багаж, просто чтобы предупредить ... 2 нас, что мы в опасности».

«Так что вы сказали, эти люди на нашей стороне?»

Муронг Юн Шу, казалось, бездумно взглянула на определенный стол в гостинице и сказал: «Трудно сказать».

Пока они болтали, Фэн Лин закончила завтрак и выскочила на улицу с яркой улыбкой: «Хорошо, я готова!»

Все сели в карету и медленно направились к своей следующей остановке, городу Цин Юань.

Вернувшись в гостиницу, за столиком посередине сидело три

***

Вернувшись в гостиницу, за столом в центре столовой сидели трое мужчин в богато украшенной одежде. Сидевший на месте лидера был достойно выглядящим мужчиной с золотой короной на голове и золотой отделкой на рукавах. Единственным его недостатком был шрам среднего размера на левой щеке, видимо, от ножа. От этого его суровое лицо выглядело устрашающим. Этим человеком был Хуа Е Ли, сын короля Ляна I из провинции Су.

«Мастер действительно обладает превосходным суждением о характере. Муронг Юн Шу действительно была храброй и умной. Если бы она могла быть очень полезным дополнением для нашего мастера».

Хуа Е Ли пристально смотрел прямо на то, куда направлялась карета: «Такая женщина, как она, даже когда у нее не было другого выбора, никогда не подчиняеться и не подчинится приказам».

«Так что же хозяин намерен делать ...?»

Хуа Е Ли не ответил, но посмотрел на него со сложным выражением лица.

«Учитель, вы могли бы жениться на ней. Как только она станет вашей женой, она определенно будет на вашей стороне».

«Она даже не выйдет за наследного принца, я сомневаюсь, что она выйдет за меня». Свет в глазах потемнел: «Кроме того, разве вы не видели, что произошло, когда кто-то явно пытался побороться за свою женщину? Наследный принц все еще страдает от своего яда, не говоря уже о том, что он находился под наблюдением членов секты моджиан. изо дня в день. Ему почти невозможно снова сблизиться с Муронг Юн Шу ».

"Действия Чу Чанге были, безусловно, вопиющими, но они также очень нам помогли. Наследный принц сейчас близок к смерти,

«У императора только один сын, он никогда не назовет другого преемника». Хуа Е Ли поставил чашку с чаем и приподнялся: «Мы возвращаемся в провинцию Шу».

«Мы больше не следим за Муронг Юн Шу?»

«С этого момента в каждом городе будут члены секты моджиан. Люди моего отца не смогут причинить ей вред». - сказал Хуа Е Ли, направляясь к выходу: «Кроме того, целью этой поездки было подтвердить ее ценность. Если она не могла даже защитить себя, она недостаточно хороша, чтобы стоять рядом со мной».

*

В то же время, в чайной лавке где-то в пустынном районе Си Чжоу, Чу Чангэ наслаждался чашкой чая, слушая приходящие отчеты Стражей Востока, Юга, Запада и Севера.

«После объявления Цзян Чжоу« Четыре шанса »весь цзянху теперь знает, что вы будете говорить в гостинице« Цзянху »до 15 августа».

"И что?" - спросил Чу Чангге, которого эта новость не смутила.

«У тебя много врагов», - из своей доброты напомнил Восточный Страж.

«Но у очень немногих хватает смелости заселиться в таверну Цзянху».

«Они могут расставлять ловушки за пределами гостиницы».

«Это даже лучше, - прищурился он, и на его красивом лице появилась чрезвычайно нежная улыбка, - мне не нужно копать могилы для трупов».

Мы уверены, что вы передадите эту задачу нам, - вот о чем думали четыре стража.

Три секунды спустя Восточный страж продолжил: «Дон»

Чу Чанге взял чашку чая и сделал глоток, на его лице расплылась многозначительная улыбка: «Кто еще мог бы сделать это, кроме нее?»

«Босс так внимательно относится к деталям», - East Guardian был разочарован тем, что лидера секты это совсем не беспокоило.

«Мы также слышали, что мадам пожелала Цзян Чжоу Четыре шанса удачи в их миссии по убийству», - Северный Страж снова выстрелил в него.

Внезапно его красивые брови опустились, намерение убить просочилось из его привлекательных черных глаз, но быстро рассеялось. Чу Чангэ осторожно потряс чашку с чаем в руке: «Она знала, что они пришли сюда, чтобы искать собственной смерти. Вот почему она пожелала им удачи».

«Босс такой умный! Мадам даже попросила их передать вам сообщение, она просила вас быть безжалостными!» North Guardian не хотел быть тем, кому нечего сказать, поэтому он быстро добавил перед West Guardian. Остальные трое стражей уставились на него, и тогда он вспомнил, что их цель состояла в том, чтобы сообщить лидеру секты плохие новости, а не хорошие ...

Чу Чанге улыбнулся счастливой улыбкой на своих тонких губах: «Они даже выступал за это? "

«Нет, мы слышали, что кто-то случайно подслушал это», - сказал Вест Страж, еще раз взглянув на Северного Стража. Вы все испортили!

Северный Страж опустил голову, как будто признавая свою вину. Это был просто промах, правда.

Чу Чанге наплевать на политику четырех стражей. Медленно вращая чашку с чаем, он посмотрел на холм поблизости и улыбнулся.

"Чему он улыбается?" - спросил Северный Страж, толкая Западного Стража локтем.

"Как я должен знать?" Западный Страж  все еще злился на то, что Северный  Страж не только прервал его, когда докладывал лидеру секты, но и сообщил неправильные вещи.

Восточный страж посчитал, что Северные и Западные Стражи были очень ребячливыми, поэтому он просто проигнорировал их и продолжил своим докладом: «Босс, я также получил сообщение от голубя с посланием шеф-повара Гуо. Он сказал, что приносит с собой письмо от мадам из столицы , и у него есть важные вещи, о которых нужно доложить. Не хотите ли вы замедлить наше путешествие, чтобы дождаться его? "

Улыбка Чу Чанге стала шире, его настроение явно приподнялось: «Давай, скажем, ненадолго в следующем городе».

Письмо от нее ... он задавался вопросом, что она написала, чтобы развлечь его ...

1. Мне потребовалось время, чтобы понять это. Но китайская идиома «бить траву и пугать змей» означает «случайно напугать кого-то своими необдуманными действиями». В этой истории Не Цин вздрагивал каждый раз, когда слышал слово «змея». : D

2. На этот раз Муронг Юн Шу намеренно опустила слово «змея» в своем разговоре. ^ __ ^

Свободная жена злобного мужа Глава 23 Пришло время

Чу Чанге не ожидал, что на всем листе бумаги будут только слова «Спасибо». Еще более удивительным было сообщение от шеф-повара Го о том, что Муронг Юнь Шу был отравлена Похитителем душ.

Внезапно он почувствовал, как земля раскалывается из-под него. Он долго стоял вроде не знал, что и думать. Затем он сжал лист бумаги внутри ладони и сжег его дотла. Пыль разлетелась по всей земле. После этого на его лице появилась детская невинная улыбка, он медленно начал смеяться все громче и громче: «ХА ХА ... ХА ХА ХА ХА ...»

Четверо стражей опустили головы и промолчали. Когда начался смех, они знали, что у их босса случился еще один кризис, еще хуже, чем три года назад. Тогда это был вой, на этот раз смех казался даже более отчаянным, чем вой.

Шеф-повар Го тоже опустил голову, размышляя, что ему приготовить: «Суп отчаяния» или «Суп уничтожения». Да, в любом случае, босс не очень хорошо выглядит.

Через некоторое время смех наконец прекратился. Он нахмурился и дьявольски посмотрел на шеф-повара Го, его глаза смотрели, как холодные, острые кинжалы, от которых можно было вздрогнуть. «Как она отравилась?» Его низкий и хриплый голос звучал так, будто он мог прорезать что угодно.

Колени шеф-повара Го ослабли, его тело вздрогнуло и чуть не упало на колени. Дрожащим голосом он ответил: «Один из оставшихся в живых Дома Тан, Тан Сан Нианг1, замаскированный под барда в борделе, отравил мадам по приказу короля Ляна-младшего».

Чу Чангэ с трудом ударил его по щеке, издав резкий хлопающий звук. Он сердито сказал: «Если ты не мог даже позаботиться о Тан Сан Няне, почему я хочу держать тебя рядом?»

Лицо шеф-повара Го выглядело как нормальное, без красных пятен и опухоли, но кровь текла по уголку его рта. Он бросился на колени: «Пощады, босс. Эта Тан Сан Ньянг очень хорошо маскировалась, я не узнал о ее истинной личности, пока не убил ее. К тому времени было уже слишком поздно ... "Да, я должен приготовить Суп Милосердия. Внутреннее повреждение, которое он получил от пощечины лидера секты, заняло бы у него около месяца, чтобы оправиться.

East Guardian сказал: «Босс, возможно, нам стоит попросить шеф-повара Го исправить свою ошибку, забрав противоядие в резиденции короля Ляна-младшего в провинции Шу».

«Противоядия для Похитителя душ нет. То, что король Лян-младший называл противоядием, было просто еще одной формой яда, которая могла замедлить действие Похитителя душ». Чу Чангэ тайно сжал кулак. Через несколько секунд он добавил: «Вы четверо, идите за Фэн Чэном и отведите его в дом Цзян Линь в Муронг».

"Да сэр!" торжественно ответили четверо стражей.

«Шеф-повар Го, проводите меня в провинцию Шу».

«Спасибо, босс, за проявленное ко мне милосердие! Даже если мне придется использовать мышиный яд, я отравлю всех членов и мышей в резиденции короля Ляна-младшего».

***

Вернемся к Цзян Лину, уже июнь. В середине лета солнце палило, как гигантский огненный шар. Было так жарко, что Муронг Юн Шу хотела, чтобы она могла ходить с голыми плечами и ногами. Ей следовало остаться на севере подольше или уйти в более прохладные горы. Практически везде было лучше, чем находиться в Цзян Лин, расположенном к югу от Цзянь Чжоу.

В спальне у нее уже было четыре куска льда человеческого роста, но она все еще горела. Муронг Юн Шу лежала на своем зеленом ячменном стуле и смотрела на книгу в руке. Она думала, на какую гору она могла бы пойти, чтобы купить участок земли и построить летнюю виллу. К сожалению, Чу Чангэ сжег весь персиковый лес в городе Фэн. Иначе ей очень хотелось бы купить у него хижину.

В разгар безумных мыслей Лю'эр вошла в свою комнату: «Мисс, Мастер Не и менеджер Цянь 2 ждут в вашем кабинете».

«Приведи их».

«Но это твоя спальня, я не думаю, что тебе следует позволять мастеру Не и менеджеру Цяну входить в свою спальню».

«Тогда отправь их прочь».

«Ух ... но они сказали, что у них есть вопросы, которые нужно обсудить с вами».

Муронг Юн Шу нахмурилась: «Я не выйду сегодня из своей комнаты».

Люэр сдалась, по крайней мере, в этом году мисс не пряталась под землей. Лучше впустить их в спальню, чем обсуждать под землей.

Через некоторое время Не Цин и менеджер Цян последовали за Люэр в спальню Муронг Юнь Шу.

Не Цин фыркнул, затем заметил, что менеджер Цянь ничего не сказал, поэтому продолжил: «Подготовка к печати серебряных долларов более или менее завершена. Министерство доходов запросило общую сумму первого значка серебряного доллара. напечатано ".

«Так же, как и с банкнотами, мы печатаем столько же серебряных долларов, сколько настоящего серебра».

«Проблема в том, что мы не знаем, сколько настоящего серебра есть у банка Huifeng в настоящее время», - резко сказал Не Цин.

Муронг Юнь Шу нахмурилась: «Менеджер Цянь рядом с тобой». С тех пор, как она «назначила» Не Цин работать в банке, она была полностью отстранена от всех банковских вопросов. Она просто проверяла поступления в конце каждого месяца. Она понятия не имела, сколько серебра сейчас в банке.

Как только она обратилась к менеджеру Цяну, Не Цин пришел в ярость.

Муронг Юнь Шу посмотрела на Не Цина, затем на мастера Цяня. Что собиралось идти?

«Это конфиденциальный вопрос. Я не осмеливаюсь сообщать об этом другим без разрешения мисс», - сказал менеджер Цянь очень по-деловому.

Муронг Юн Шу кивнула: «С этого момента вы можете давать ему любую информацию, которую он запрашивает». В конце концов, император послал его сюда для наблюдения за банком Хуэйфэн; если бы он ни за чем не мог наблюдать, это было бы похоже на то, что они что-то скрывали.

«Но он… не является частью Дома Муронг», - очень волновался менеджер Цянь, этот парень был шпионом из Суда!

Муронг Юн Шу улыбнулась, небрежно сказала: «Ничего страшного. С деловой хваткой мастера Ци, даже если он знает конфиденциальную информацию, он не сможет причинить никакого вреда».

От ее слов уголки его глаз дернулись, он бросил на нее убийственный взгляд. К несчастью, он увидел ее древнюю серьгу из цитры, смертоносная ци замерла в воздухе, а затем рассеялась. Не Цин угрюмо повернул голову, чтобы посмотреть на лучи в комнате.

Менеджер Цянь просвещенно посмотрел, несколько раз кивнул и сказал: «Если бы я знал, что это уровень Мастера Не, я бы не стал скрывать от него все…»

Не Цин был в ярости, но у него не хватило смелости, чтобы взорваться, поэтому все, что он сделал, это фыркнул, глядя на луч.

Муронг Юн Шу притворилась, что ничего не слышит, и продолжила спрашивать менеджера Цяня: «Что-нибудь еще?»

«Еще кое-что…» - он сделал паузу, посмотрел на Не Цина, затем на Муронг Юн Шу. Увидев ее кивок, он продолжил: «Поместье Минцзянь начало использовать пятьдесят миллионов серебра».

"Зачем?"

«Слова есть это , что они перевозят их житель короля Лян в провинции Шу. В общей сложности пять отдельных полос, охраняемом Zhen Yuan 3 Эскорт агентства 4 .»

Муронг Юн Шу поджала губы, ее глаза и брови слегка задрожали, в ее глазах появилась непостижимая улыбка.

Наконец, пришло время ...

_____

1. Сан = три, Ньянг = женщина. Скорее всего жена третьего Тан '

2. Автор использовал слово «деньги» в качестве фамилии персонажа. Это настоящая фамилия.

3. Название эскорт-агентства означает «далекий город»

4. Охранное агентство по найму. Они работают телохранителями для людей и / или грузовых автомобилей. Часто встречается в романах Уся. (Источник: WuxiaWorld.com)

Свободная жена злобного мужа Глава 24 Грязные дела

Управлять Цянь не мог быть более знакомым с этой загадочной улыбкой, с улыбкой на лице он спросил: «Что вы имеете в виду, мисс?»

"Вы знаете, какими пятью путями пойдут группы?" Муронг Юн Шу ответила на его вопрос вопросом.

«Да», - затем менеджер Цянь рассказал ей все подробности.

Муронг Юн Шу кивнула, когда закончила. Она посмотрела вниз и какое-то время глубоко задумалась, затем подняла глаза и сказала: «С тех пор, как умер отец, мы не поддерживаем дружбу с нашими друзьями из преступного мира. Это плохой знак».

Менеджер Цянь был немного шокирован, когда он впервые услышал это, затем понимающий взгляд, за которым последовала коварная улыбка: «Вы имеете в виду…»

«Мы должны воспользоваться этой возможностью, чтобы поддерживать связь и развивать наши отношения с нашими друзьями из преступного мира», - мягко сказала Муронг Юн Шу.

"Да! Отличная идея!" Менеджер Цянь воскликнул: «Это потрясающая идея - заставить кого-то делать за нас наши грязные дела, мы можем легко вернуть свои деньги из поместья Минцзянь!»

Муронг Юн Шу поджала губы, затем в своей обычной мягкой манере: «Написание писем требует много энергии…»

Белые брови менеджера Цяня дрожали вместе с уголками его рта, но в конце концов подумал только про себя: «Как отец, как дочь. Никто из членов семьи Муронг не был трудолюбивым, но, к счастью, все они были в высшей степени умны и знали как передвигаться. Им едва ли нужно пошевелить пальцем, чтобы все уладили. Возможно, все умные люди просто ленивы ".

Они двое: от диалога до остановки в середине разговора и чтения мыслей друг друга. Це Нин совершенно растерялась в разговоре: «О чем вы говорите?» Даже разговор с ее менеджером был таким загадочным, были ли среди Дома Муронг нормальные члены?

Муронг Юн Шу обращалась с ним так, как будто его здесь не было, она сказала Лю'эр приготовить кисть, чернила, чернильный шлепок,

Менеджер Цянь красиво объяснил: «Промах означает то, что мы сообщили нашим друзьям на пути дату и время, когда Агентство сопровождения Чжэнь Юань будет проходить через их территорию. Под друзьями мы имели в виду бандитов, преступников, грабителей и т. Д., И использовали их, чтобы вернуть деньги ".

Не Цин был потрясен: «Использовать бандитов для ограбления для вас?»

«Не помогая нам, просто помогая себе, они оставляют себе деньги».

".... какая польза от этого для Дома Муронг?" Он не мог придумать, какую пользу это принесет дому Муронг, но, судя по его ограниченному опыту, Муронг Юн Шу никогда ничего не делал, если она не хотела получить что-то взамен.

Менеджер Цянь слабо покачал головой и серьезно сказал: «Да, молодой человек без деловой хватки, определенно не такой умный, как наша мисс».

Не Цин фыркнул с недовольным видом, так что ты хотел смазать ее нос, тебе не нужно меня оскорблять!

Менеджер Цянь, казалось, уже привык к своему фырканью, он ничего не заметил, он бросил на него взгляд и продолжил: «Наши друзья-бандиты почитают нас. Как только они успешно ограбят Чжэня, агентство сопровождения Юань, они вспомнят об этом одолжении. В следующий раз мы сопровождают наши телеги через их территорию, они не будут нас грабить. Если нам повезет, мы сможем даже получить бесплатную выпивку. В те дни ... »

Не Цин не хотел слушать свои старые дневные истории, поэтому - резко прервал он. - Ребята, у вас такие отношения с бандитами?

«Почему это удивительно? В нашем бизнесе у нас есть какие-то отношения с людьми из всех слоев общества». - гордо сказал менеджер Цянь.

Не Цин не мог поверить в то, что слышал.

Пока они болтали, Муронг Юн Шу завершил пять писем о намерениях и передал их менеджеру Цяну: «Отправьте кого-нибудь немедленно».

«Да», - ответил менеджер Цянь и ушел.

Муронг Юн Шу потерла запястье и посмотрела на оставшуюся Ци Нин. "У тебя есть другие дела?"

Не Цин молча смотрел на нее несколько секунд, а затем наугад выпалил: «Должностные лица и бандиты никогда не бывают на одной стороне».

Муронг Юн Шу на секунду замолчал: «Ты хочешь уйти?»

Уголки рта Не Цина задрожали, он едва сдержался, чтобы не выпалить: «Это он или это я», иначе пути назад не было. «Муронг Хаус теперь представляет суд. Сопровождение с бандитами нанесет ущерб национальному престижу».

«Что бы вы выбрали? Национальный престиж или национальную сокровищницу?»

«Конечно, национальный престиж намного перевешивает казну!»

«Но я торговец». Прибыль всегда на первом месте.

«Вы также являетесь чиновником Суда». Комиссия по регулированию банковской деятельности заняла ту же позицию, что и премьер-министр, это был немалый подвиг.

«Именно поэтому я хочу, чтобы национальная казна была на первом месте». Она сделала паузу: "Кроме того, по опыту моего отца,

Не Цин был поражен болью, опытом моего отца ... моим папой ... это многое объясняло. Как отец, как дочь!

***

В течение следующих шести месяцев распространились слухи, что агентство сопровождения Чжэнь Юань было ограблено пять раз. Это вызвало множество сенсаций, а также слухов, и слухи продолжали становиться все более и более нелепыми ...

Поговаривали, что агентство Zhen Yuan Escort Agency оскорбило некоторых крупных игроков. Они будут отмечены, и все их поездки будут ограблены.

Поговаривали, что крупный игрок был лидером секты модзяо.

Как следствие, эскорт-агентство Чжэнь Юань рухнуло в одночасье, никто не осмеливался вести с ними дела.

И поместье Минцзянь сначала знало, что они виноваты, поэтому не осмеливалось поднимать шум. Им пришлось съесть потерю пяти тысяч серебра.

«О, бедное и несчастное поместье Минцзянь и эскорт-агентство Чжэнь Юань! ХА-ХА-ХА-ХА!» засмеялся Лу'эр.

Как обычно, Муронг Юн Шу просто проигнорировала ее глупость. Она продолжала читать в руке старый медицинский журнал, ища упоминания о Похитителе душ.

"Мисс, почему вы никак не отреагируете на это?" Недовольная Лу'эр подняла шум, она полностью намеревалась изменить отстраненное поведение своей мисс.

Муронг Юн Шу знала, что Лу'эр не остановится, если она что-то не скажет. Она подняла глаза, немного подумала, а затем сказала: «Почему все они думали, что крупный игрок, которого они оскорбляли, был лидером секты мацзяо?»

«Потому что Линь Шуй'эр, дочь эскорт-агентства Чжэнь Юань, украла бывшую невесту лидера секты мацзяо.

Муронг Юн Шу холодно посмотрела на нее: «Это была скороговорка?»

".... не за что."

«Разделение пары, но создание двух пар, то, что сделала Линь Шуй'эр, было хорошим делом». После этого Муронг Юн Шу вернулась к медицинскому журналу. Это был 19-й медицинский журнал, который она просматривала, но до сих пор не упоминалось о похищении души. Неужели ей суждено было умереть преждевременной смертью?

Люэр закатила глаза и, разочаровавшись в Муронг Юнь Шу, сказала: «Мисс, она украла у вас вашу невесту».

Муронг Юн Шу нахмурилась и поправила ее: «Нет, она взяла старые туфли, которые я выбросил». Это была самая большая ошибка ее отца в его жизни - договориться о свадьбе с Фан Хунфэем,

Она ни на минуту не думала, что хочет отомстить Линь Шуй'эр . То, что случилось с эскорт-агентством Чжэнь Юань, не имело к этому никакого отношения. Они вступили в сговор с поместьем Минцзянь, прекрасно зная, что эти пятьдесят миллионов - грязные деньги. Они навлекли на себя свою плохую судьбу, и она не чувствовала себя плохо, что теперь они уходят из бизнеса.

***

Свободная жена злобного мужа Глава 25 - Рассказчики

Первый июньский дождь окончательно положил конец засухе в Цзиньлине. Проливной дождь продолжался всю ночь и прекратился только во время дневного перерыва на следующий день. Дождь унес жар, ветерок, наконец, переменился с горячего на прохладный, придавая ощущение свежести.

Даже Муронг Юн Шу, которая всегда была отшельником, решила сегодня выйти из дома. Взяв с собой Люэр, они ступили на слегка грязную тропу. Возможно, это потому, что температура наконец-то остыла, улицы кишели людьми.

«Мисс, мы можем пойти в чайный домик послушать рассказчиков?»

«Конечно», - бодро ответила Муронг Юн Шу и направилась к чайному домику.

Люэр был приятно удивлена: «Мисс, вы наконец заинтересовались сплетнями?»

«Я интересуюсь чаем».

«…» Она должна была знать, мисс никогда не интересовали земные дела, не говоря уже о земных сплетнях. Возможно, слухи из потустороннего мира, но где им взять их? Внезапно Лю'эр о чем-то подумала, с озорной улыбкой сказала: «Мисс, Ню Ланг и Чжи Ну собираются встретиться. 1 »

«Хорошо», - ответила Муронг Юн Шу.

Лю'эр глубоко вздохнула. Муронг Юн Шу даже не интересовалась небесными сплетнями, она хотела сплетен из подполья? Нет, это невозможно. Если она даже не заботится о богах, зачем ей заботиться о призраках .... Вау! Средь бела дня, о чем я думаю? Лю'эр покачала головой и неоднократно повторяла себе, что призраков не существует, но это только заставляло ее бояться все больше и больше. Вдруг краем глаза она увидела очень белое лицо, она закричала: «Призрак!»

Услышав это, Муронг Юн Шу остановилась, нахмурилась и мягко сказала: «Сегодня я впервые узнала, что у тебя есть потенциал стать медиумом».

Лу'эр дважды взглянул на белое лицо и расслабился: «Мистер Фэн, вы покинули гору Хуа Туо только для того, чтобы напугать людей посреди улиц?»

Фэн Чэн был очень сбит с толку тем, что она пыталась сказать, она, подражая своему тону голоса, сказал: «Мисс Лю'эр, вы вышли из дома Муронг, просто чтобы испугаться посреди улицы?»

Лю'эр смутилась, поэтому она быстро высунула язык и посмотрела на Муронг Юн Шу за помощью.

Муронг Юн Шу улыбнулась Фэн Чэну: «Здравствуйте, мистер Фэн, мы снова встретились».

Фен Чэн немного изучил ее и с облегчением сказал: «Ты хорошо выглядишь».

Муронг Юн Шу не стала комментировать: «Хочешь чаю?»

«Я только что закончил свою».

"

«Слишком много чая может навредить вашему здоровью, но вы можете предложить мне вино».

«Я слышал, что в чайхане вода предоставляется бесплатно».

Фэн Чэн засмеялся: «Думаю, вино для тебя слишком дорого?»

«Не волнуйся, у меня достаточно денег, чтобы покрыть твои консультации». После того, как она закончила это говорить, она притормозила, вошла в чайный домик, посмотрела на вестибюль и направилась на второй этаж. Она выбрала свободное место у окна и села. Напротив них стояли дедушка и внук-сказочники.

Фэн Чэн неторопливо сел слева от нее: «Откуда ты знаешь, что я здесь, чтобы лечить твою болезнь?»

«Это яд».

Фэн Ченг был удивлен: «Твоя напористость патологична». Она так контролировала все. даже до небольшого выбора слова. Она была так похожа на Си Юэ. Хотя они не были одним и тем же человеком, но насколько удачливым нужно быть, чтобы встретить двух человек, которые были так похожи ... к сожалению, его удача была исчерпана много лет назад.

Судьба никогда не была на его стороне.

Горькая улыбка появилась на лице Фэн Чэна, все, что увидел Муронг Юнь Шу, было бесконечной печалью. Улыбки не могли осветить солнечные лучи, как облачность над его глазами. Она немного нахмурилась, еще раз взглянула на него, затем сказала: «Вы не пойдете в храм Шаолинь, расположенный в Си Чжоу, в течение этого периода времени, но в итоге оказались в Цзиньлине. Я не могу придумать никаких других причин, кроме как лечить свой яд. . " Ожидалось, что Чу Чангэ уже должен был услышать о ее состоянии от шеф-повара Гао, и, естественно, он попросит Фэн Чэна, лучшего врача, лечить ее. Конечно, это было ее основным намерением - заставить шеф-повара Гао передать ее письмо.

«Тогда вы должны знать, кто меня послал». Каждый раз, когда они говорили о Чу Чангге, Фэн Чэн всегда хотел спросить, почему. Почему там был Чу Чангге, когда уже есть Фэн Чэн? Почему Чу Чанге всегда удавалось превзойти его во всех смыслах ...

Муронг Юн Шу ни подтвердить, ни опровергнуть. Она тихонько отпила чай, ответ был очевиден.

В тот самый момент дуэт дедушки и внука рассказчиков драматически описывал запутанные отношения между домом Муронг, поместьем Минцзянь и эскорт-агентством Чжэнь Юань. Они привлекли внимание всех посетителей чайного домика, несколько детей даже сидели в очереди перед ними, стараясь сосредоточить свои усилия. Они не хотели упускать ни одной детали.

Внезапно старик с полной белой головой широко открыл глаза и спросил: «А как вы думаете, что сделал лидер секты модзяо, когда узнал, что Муронг Юнь Шу был отравлен?»

«Что? Муронг Юн Шу была отравлена? Что за яд? Она умрет? Дедушка, продолжай. Давай!» - скулила внучка, заправляя старику рукав.

«Держи лошадей, маленькая девочка, - засмеялся старик. - Не волнуйся. Вождь секты модзяо всемогущ. Он не позволит своей возлюбленной умереть».

Внучка подняла нос и продолжила: «Тогда почему его сейчас нет в Джинлине?»

«Это потому, что он в Шу Чжоу!»

"Что он делает в Шу Чжоу!"

"Конечно, чтобы обсудить это с королем Ляном-младшим!" Старик с силой ударил в барабан: «Кто, по-вашему, отравил Муронг Юн Шу? Чу Чангэ уже объявил, что если что-нибудь случится с Муронг Юн Шу, Дом короля Ляна покончит с ней».

«Что? Он собирается убить короля?»

"Это ничего. Для кого-то вроде Чу Чангге,

«Убийство короля - это преступление, за которое погибают ваши родственники девяти степеней!» У внучки было страшное выражение лица.

Старик осторожно пригладил свою белую бороду, скрытно сказал: «Я не думаю, что есть кто-нибудь в этом земном мире, кто осмелится убить девять степеней родственников Чу Чанге».

«Ты врешь, дедушка? Он действительно такой сильный?»

Старик снова погладил бороду: «Да, никто не может сравниться с ним в наше время».

В этот момент несколько охранников бросились вверх по лестнице и арестовали их двоих, не сказав ни слова.

«Дедушка…»

«Сяо Цин…»

Главный стражник махнул рукой ».

Так же быстро, как они прибыли, они увели двух рассказчиков, и в чайном домике восстановилось спокойствие.

Лу'эр ничего не мог поделать, но посмотрел на рассказчиков и умолял: «Мисс, пожалуйста, спасите их».

Муронг Юнь Шу продолжала пить чай, как будто ничего не видела и ничего не слышала. Спустя некоторое время она наконец сказала: «Я не думаю, что им понадобится моя помощь…»

Фэн Чэн услышал это и похвалил: «У тебя хорошие глаза».

Муронг Юн Шу подняла брови и поставила чашку с чаем: «Так что же это за Похититель душ?»

«Я думал, ты не боишься смерти».

«Я боюсь не знать, как я умру».

«Тогда я боюсь, что ты и дальше будешь бояться, потому что я понятия не имею, что это за яд». Фэн Чэн вздохнула: «Я пролистала все медицинские журналы за последние три года, там не было упоминаний об этом Похитителе душ. Как будто он появился из воздуха.

Муронг Юн Шу опустила голову и долго размышляла. а затем, как будто разговаривая сама с собой, она пробормотала: «Может, это не яд».

Фэн Чэн удивился: «Тогда что это может быть?»

Муронг Юнь Шу покачала головой, затем мягко: «Я не знаю». я тоже знаю ». Затем она снова погрузилась в глубокую задумчивость. Через некоторое время она повернула свою чашку с чаем в руке, встала и сказала:« Хорошо, я угощу тебя вином ».

«Отлично! Я знаю, что в городе есть магазин лучшего вина. Что скажем, мы туда пойдем?» Фэн Ченг очень обрадовался, когда упомянули вино.

Муронг Юн Шу не ответил, но начал спускаться по лестнице.

Фэн Чэн был сбит с толку, потому что он так сильно хотел вина, что у него галлюцинации?

Лю'эр стало жалко этого бледного человека, поэтому она сказала ему: «Моя мисс имела в виду то, что она приглашала тебя выпить в доме Муронг».

«О, это так…» Возможно, она все-таки не так уж похожа на Се Юэ. Се Юэ никогда не говорила так загадочно, как и ее манеры.

После того, как основные игроки вышли, четыре стража, которых все это время игнорировали, также последовали за ними из чайного домика.

«Мадам смотрела только на Фэн Чэна!» Северный Страж вздохнул.

«Ерунда! Мадам смотрит только на босса». - поправил West Guardian.

Южный Страж посмотрел на идущую перед ними «парочку»: «На самом деле ничего страшного, если у мадам есть« да »для других мужчин. У босса уже столько врагов, что еще?»

East Guardian согласно кивнул, улыбаясь, он сказал: «Пока этот парень не вы или я».

"Конечно, нет!" - в унисон сказали Стражи Юга, Запада и Севера.

Быть соперником босса в любви? Это невообразимо страшно ......

___

1. эквивалент полицейского участка в старые времена.

-----

1. Ню Ланг (пастух) и Чжи Ну (ткач) - это старая китайская история, в которой влюбленные встречаются только раз в год.

Свободная жена злобного мужа Глава 26 Шкафчик для души

Устроив Фэн Чэна остаться в комнате для гостей, Муронг Юн Шу вернулась в павильон Цинфэн в свой частный двор, ожидая незваных гостей. Разумеется, они прибыли раньше, чем она успела даже нагреть свое сиденье.

«Мадам», Стражи Востока, Юга, Запада и Севера выстроились в ряд перед ее кабинетом с уважением и очень по-джентльменски, как будто они не войдут, если она их не пригласит.

"Тебе что-то нужно?" Она задала очевидные вопросы.

«Босс послал нас, чтобы мы кое-что вам принесли», - ответил East Guardian. West Guardian достала квадратную парчовую коробку подходящего размера, держа ее обеими руками, как будто это было подношение.

«Мисс, здесь», - Люэр взяла парчовую коробку и передала ее Госпоже.

Муронг Юнь Шу взял парчовую коробку у Лу'эр, холодно посмотрел на четырех стражей и осторожно открыл коробку. Поверх красной ткани положен изящный кулон из нефрита Lantian с золотой оправой. Кулон был широким сверху и узким снизу, форма была довольно необычной. На верхней стороне вырезана огненно-красная мандзюсака 1, а на обратной стороне - очень выразительная каллиграфическая форма иероглифа «Ге» 2 . Этот нефрит - эмблема Чу Чанге, но почему он дал его ей сейчас? Что это означало?

Муронг Юн Шу закрыла парчовый ящик и посмотрел на четырех стражей. "Почему он дает это мне?"

Восточный страж сказал: «Это не обычный нефрит. Это особый нефрит из древних времен. Он обладает способностью избавляться от всех ядов. Если вы носите его близко к телу, он также может отражать все яды. быть ведущим знаком поколений лидеров секты модзяо . Он олицетворял лидера, присутствующего там, где бы он ни появлялся . Позже наш лидер разделил его на две части и нанял кого-то, чтобы отполировать их на две отдельные части - одна из них инь и другие штук янь один. вместе они могут быть кусок вместе в символ тайцзи. Это янь часть и охранялись нашим лидером. Но еще одна причина , он был нам дал это ты был из - за его имени.»

Командирский значок

Манджусака (также известная как красная паучья лилия)

"Какое имя?"

«Шкафчик душ». - ответил South Guardian.

Услышав это, Муронг Юн Шу снова открыла парчовую коробку и взяла нефритовый кулон в руке. Прохладное прикосновение вошло в ее тело через пальцы, и это было очень приятное ощущение. «Похититель душ и шкафчик для душ, конечно, звучит так, как будто это было бы что-то полезное». Она прошептала про себя.

«Не просто звучит полезно, это полезно», - подчеркнул West Guardian, энергично кивнув.

«Что ж, это полезно, когда дело доходит до других форм яда, но когда дело доходит до Похитителя душ ...»

«Малый Север!» кричали остальные трое стражей. East Guardian пристально посмотрел на него, а затем сказал Муронг Юн Шу: «У лидера секты есть еще одно сообщение для вас».

Муронг Юн Шу слегка кивнула, давая ему знак идти дальше.

"Лидер секты сказал:

Муронг Юн Шу хмыкнул. Она думала, он собирался сказать: «Если она жива, приведите ее лично; если она мертва, принесите ее труп». Она смахнула волосы с лица и холодно сказала: «Ладно, теперь можешь пойти и доложить ему».

«Лидер секты приказал нам оставаться и защищать мадам. Если кто-то захочет причинить вам боль, включая бога или Будду, не будет никаких колебаний».

Муронг Юн Шу почувствовала тепло в груди. Некоторое время она хранила молчание, чтобы подавить это чувство, затем приказала Лю'эру: «Отведите четверых в комнаты для гостей».

«Да, хозяйка», - сказал Люэр.

«Мы выйдем на пенсию сейчас».

Как только они вышли из павильона Цинфэн, Северный Страж сказал: «Почему ты не позволил мне закончить то, что я говорил? Мадам была отравлена похищением души, с этого момента она могла носить инский нефрит на себе, но это не спасет ее. Это означает, что нефрит бесполезен, когда дело касается Похитителя душ, почему вы пытаетесь скрыть это от мадам? "

Восточный страж безмолвно покачал головой от боли; он отказался удостоить ответ на вопрос North Guardian. Южный страж тоже молчал. По тесту, West Guardian сказал: «Лидер секты прекрасно знает, что нефритовый кулон Soul Locker не работает на Soul Snatcher, но он все же подарил его мадам, потому что хотел, чтобы она почувствовала себя лучше. Если вы скажете ей правду, это уничтожит всю цель ".

Просветленный, Северный Страж сразу почувствовал себя виноватым. Он так ненавидел себя, что не мог даже поднять голову. Через несколько шагов его осенило: «Эй, разве мы не всегда пытаемся разрушить планы лидера секты?»

«Да, но только когда речь идет о несущественных вещах. Это вопрос жизни и смерти мадам, у нас нет на это времени».

«Да, я думаю, ты прав», - сказал Северный Страж, затем пробормотал: «Сначала старшая мисс, теперь это мадам. Это похоже на то, что Похититель душ имеет что-то против нашей секты, верно?»

West Guardian был явно расстроен. Убийственным тоном он сказал: «Не позволяйте мне узнать, кто создал этого Похитителя душ. В противном случае, с прямым приказом лидера секты или без него,

В этот самый момент Муронг Юн Шу держала нефрит в руке, стоя перед окном. Умиротворенно глядя на банановое дерево, ее разум был далеко-далеко.

Хотя Норт-Страж так и не закончил фразу, она могла сказать, что он пытался сказать. Шкафчик душ не действует, когда дело касается Похитителя душ, это еще раз подтвердило ее подозрение, что Похититель душ не яд. Однако он мог убить человека бесшумно, что было хуже яда. При этом, если Чу Чангэ знал, что Сундук с душами не работает против Похитителя душ, то почему он дал ей нефрит?

Муронг Юн Шу легко вздохнула. Она перевернула нефрит и осторожно потерла большим пальцем слово «Ге». Она была несколько сбита с толку, но в то же время несколько ясна. Как будто она пыталась сорвать цветок в тумане, казалось, что у нее что-то есть, но также как будто она ничего не получила. Ее разум был полон смятения.

Тем не менее, этот нефритовый кулон был изменен на основе значка лидера секты, и то, что Чу Чанге носил его много лет, определенно много для него значило. Она действительно должна вернуть его ему, она ничего не сделала, чтобы заработать. Не говоря уже о том, что это могло вводить в заблуждение в другом смысле, те, кто не знал, могли подумать, что это знак его привязанности ...

Внезапно она остановилась в своих мыслях и покачала головой, чтобы развеять эту глупую мысль. Она подавила внезапную необъяснимую радость, которую чувствовала. Она положила нефрит обратно в парчовый ящик и убрала его.

Когда она увидит его снова, она вернет его ему лично. Так сказала себе Муронг Юн Шу. Она глубоко вздохнула и избавилась от всех беспокоящих эмоций. Не прошло и секунды, как она вернулась к своему обычному спокойствию.

___

1. Манджусака - это имя на санскрите. Научное название: Lycoris radiata. Другое название - красная лилия паука, но поскольку в китайском языке используется санскритское название, я решил придерживаться и этого названия. Также лучше работает с учетом периода времени. :)

2. Персонаж в имени Чу Чангге.

Свободная жена злобного мужа Глава 27 Сделка с грабителями

Небо было чистым, солнце высоко поднималось над горизонтом. Было уже начало осени, но погода была еще жаркой, особенно когда сидишь в конном экипаже без особой вентиляции. Было душно. Муронг Юн Шунь вытащила носовой платок, чтобы стереть пот с переда. Потом приподняла юбку, полусогнув, вышла на улицу и села рядом с кучером.

"Э, мисс, как вы здесь оказались?" Кучер никогда не сидел рядом с мисс, как на «равных», и был этим очень польщен.

«Внутри было жарко. Нужна передышка».

«Госпожа, когда мы собираемся прибыть в Shaping Town, чтобы встретиться с Мастером?» - спросила немощная Лу'эр с соломинкой, свисающей изо рта. Задница у нее затекла от езды в карете последние десять дней.

Муронг Юн Шу посмотрела на бесконечную дорогу и беспомощно вздохнула: «Я тоже не знаю». Было бы намного лучше, если бы они умели ездить на лошади. Было бы намного быстрее, не говоря уже о более прохладе и комфорте.

«Мы почти на границе с провинцией Си. После того, как мы пересекли границу в Си, исходя из нашей текущей скорости, мы прибудем еще через полмесяца или около того, как раз к чемпионату по боевым искусствам», - ответил Фэн. Чэн со спины лошади.

"Еще полмесяца ........" сказала Лу '

Муронг Юн Шу тоже не была в восторге от этого. Возможно, это была палящая погода или общая усталость от поездки. Эта поездка была более болезненной, чем все предыдущие. Дорога казалась бесконечной.

Фэн Чэн нашел их двоих очень забавными. С улыбкой на лице он объявил: «Мы почти в городе Цзинбянь. Мы можем переночевать там и продолжить путь завтра».

Как только она обнаружила, что может отдохнуть, Лу'эр закричала от радости: «О, Боже! Это так здорово! Мастер Фэн такой задумчивый!»

С намеком на печаль Фэн Чэн бросил взгляд на Муронг Юн Шу, затем повернулся и улыбнулся: «Не так задумчив, как твой хозяйка». В его голосе была смесь горечи и кислоты.

Муронг Юн Шу спокойно оценила пейзаж на дороге, но глубоко в ее сердце была рябь, которая не исчезла.

Она никогда не думала о том, каким заботливым был Чу Чангге, но все, что она делала для нее, каждое ее слово заставляло ее сердце биться быстрее. Как будто она делала это специально. Но, что бы она ни говорила или делала, она не могла уступить. Есть принципы, в которых нужно твердо придерживаться. Например, как она была хозяйкой дома Муронг; владелец банка Huifeng. Она должна была защищать его любой ценой. То же самое и с ее эмоциями.

С ее точки зрения, каждый может всю жизнь любить только одного человека. Независимо от причин, они никогда не должны влюбляться в другого человека. Если один человек все еще находится в вашем сердце, для другого не было бы места. Если бы этот человек не был его настоящей любовью, никто бы не упал так глубоко. Или, если один из них упал так глубоко, но другой человек все еще не был его настоящей любовью, то какой это была бы любовь?

Возможно, это было просто ее предвзятостью, потому что она никогда раньше не была влюблена. Но ее предубеждения составили то, кем она была сегодня. У нее мизофобия, она никогда не отдаст свое сердце мужчине, который был так сильно влюблен в другую женщину, каким бы удивительным он ни был.

В конце концов, она не позволяла себе.

***

Город Цзинбянь был городом, расположенным на границе провинции Си. Несмотря на то, что в последнее время не было никаких войн, но его географическое и политическое положение решило заброшенность этого городка. Не было простолюдинов, делающих покупки и развлекающихся на улицах. Скорее, это были ряды сильно укрепленных солдат. Копья с красными кисточками в их руках величественно и с достоинством указывали в небо. Их шаги звонкие и внушающие трепет. Все их все еще немного детские лица сияли гордостью и решимостью, словно копья в их руках олицетворяли смысл их жизни.

"Госпожа, мы идем на войну?" - спросил Люэр.

Муронг Юн Шу ответил не сразу, она долго следила за отрядом глазами, прежде чем уставилась вдаль и мягко сказала: «Возможно». Охрана города Цзинбянь была чрезмерной. Если бы это была граница страны, это имело бы смысл. В конце концов, граница страны должна быть сильно укреплена, чтобы защищать страну. Но город Цзинбянь граничил с провинцией Шу императора, не имело смысла, что он так сильно охраняется, если не будет сражений.

Лю'эр закричала, услышав это: «Госпожа, давайте вернемся в Джинглинг! В Джинглинге не будет войны».

«Нет, мы не уезжаем».

"Зачем?"

«Там, где случаются бедствия, надо делать деньги», - небрежно ответила Муронг Юн Шу.

Люэр воскликнула: «Госпожа, я знаю, что банковское дело - это наш семейный бизнес, но вы все равно не можете ставить деньги выше своей жизни».

"Я не буду".

Люэр вздохнула с облегчением. Она была рада это слышать, у Murong House не было недостатка в деньгах. Не было причин пытаться разбогатеть в какой-то зоне бедствия. Когда Лю'эр почувствовала облегчение, она услышала, как Муронг Юн Шу продолжил: «Я хочу денег и жизни».

«… Госпожа… надо знать, когда с ней бороться».

«Вот почему я хочу только свою жизнь».

"......" Она имела в виду деньги, деньги!

На этот раз Фэн Чэн почувствовал себя плохо за Лу'эр, он засмеялся над Лю'эром: «Твоя госпожа только дразнила тебя. Не воспринимай это всерьез».

Люэр вытерла пот,

Группа прибыла в единственный мотель в городе Цзинбянь - мотель Xiao Yue. Когда они вошли внутрь, они услышали шумные возгласы наверху. Муронг Юн Шу нахмурился. Она неохотно

поднялась наверх, надеясь, что шумы прекратятся до того, как она повернет. Чем выше она поднималась, тем отчетливее звук. Ее глаза заблестели, и она замедлила шаги. Достигнув второго этажа, она ненадолго остановилась, а затем подошла к пустому столу, закрытому у окна.

«Госпожа! Это дуэт дедушка / внук!» крикнул Лу'эр.

"Хм." Муронг Юн Шу поняла, что это они, как только смогла издать шум. Некоторые люди никогда не забывают лицо, она никогда не забывает голос.

«Это так странно. Разве их не арестовала охрана? Как они сюда попали?» Лю'эр склонила голову и пробормотала себе под нос.

Слегка улыбнувшись, Муронг Юн Шу неторопливо заняла свое место. Так же, как когда они были в Джинглинге, она сидела лицом к лицу с рассказчиками. В этот момент старик улыбнулся ей, очевидно, он тоже узнал ее. Она слегка улыбнулась в ответ.

«Хозяйка, чай», - Лу'эр внимательно налила своей хозяйке чашку чая.

Сцена была такой же, как когда они были в Jinling, зрители всех возрастов и полов. Все любят слухи. Фэн Чэн сел слева от Муронга и улыбнулся старику. «Мне было интересно, почему на улицах почти никого не было, ведь все здесь слушали рассказчиков».

Муронг Юн Шу промолчал и взял свой чай. Собираясь сделать глоток, она нахмурилась, ее рука застыла в воздухе. Она принюхалась, подумала на секунду и тихонько вернула чашку на стол.

Увидев это, Фэн Чэн небрежно взглянул на чай. Его глаза улыбнулись, и он снова обратил внимание на старого рассказчика. Старик тоже смотрел на Муронг Юн Шу, за его нежным взглядом скрывалась легкая улыбка.

Прямо в этот момент старый рассказчик внезапно ударил в барабан и сказал: «Удивительно, но после того, как лидер секты Модзяо Чу Чанге прибыл в провинцию Шу, лорд знал только то, что он сделал. Он сразу же смог получить противоядие, и говорят, что они были переданы непосредственно королем Ляном-младшим "

Внучка закатила глаза: «Я не верю в это. Король Лян такой злой человек. Ни за что он не отдал бы противоядие!»

Старый рассказчик продолжил: «Они не настоящее противоядие, они только продлят жизнь Муронг Юн Шу, они не избавят ее от яда Похитителя душ».

«Но он так старался убить ее, почему он вдруг так сговорился?» сказала внучка.

Старый рассказчик пожал плечами: «Этого я не знаю! Но кто-то якобы видел, что, как только Чу Чангэ вошел в гостиную короля Ляна, король Лян-младший так испугался, что помочился и даже не мог сформулировать слова».

"На самом деле?"

«О, я так не думаю».

"Тогда почему ты сказал это?"

Старый сказочник засмеялся: «Конечно, чтобы всех развлечь!» Он бросил еще один взгляд на Муронг Юн Шу.

Муронг Юн Шу опустила глаза, вращая чашку с чаем в руках, как будто она была глубоко задумана.

«Госпожа, как вы думаете, что Учитель сделал с королем Ляном-младшим?» - спросил Люэр.

Глаза Муронг Юн Шу мелькнули после того, как услышал ее вопрос, уголки ее рта приподнялись, и она ответила на ее вопрос еще одним вопросом: «Что, по вашему мнению, наиболее важно для амбициозного дворянина?»

Лу'эр склонила голову и на секунду подумала: «Хммм, его пост?»

Муронг Юн Шу покачала головой и мягко сказала: «Он уже планировал восстать, ему наплевать на свой пост».

"И что?" - озадаченно спросил Лу'эр.

«Его войска».

«О да! В этом есть смысл! Он не смог бы восстать без своих войск! Вы думаете, Учитель убил все свои войска?» Лу'эр сияла, она так гордилась своим Учителем прямо сейчас.

Муронг Юн Шу вспыхнула. Как Лу'эр стала такой жестокой?

"Нет?" Лу '

Сказал Норт Гардиан «Босс просто украл печать своего командира. 1 »

--

"Купила." - поправил West Guardian.

Северный Страж хлопнул себя по затылку: «О, это верно. Он купил это, босс действительно оставил записку в 100 таэлей в коробке после того, как взял печать командира».

Муронг Юн Шу рассмеялся. Сто таэлей за миллион солдат, какая честная сделка. За свою жизнь она видела много грабителей, но никогда не было такого «честного». В этом огромном мире может случиться что угодно!

___

1. Командирская печать обычно делалась из бронзы или золота, обычно в виде тигра, разделенного пополам. Одну половину оставил себе король, вторую половину - командующий. Царь отдал приказ полководцу, послав ему свою половину печати. Сопоставив половину, посланную ему, и его половину, командир выполнял приказ короля.

Свободная жена злобного мужа Глава 28 Приветствие пяти тигров

Муронг Юн Шу все еще была полона эмоций, когда официант подошел с едой и напитками. Он разложил их на столе, пробормотал какие-то тонкости и ушел.

Муронг Юн Шу посмотрела на полный стол с едой, прежде чем взять свои палочки для еды. Все остальные тоже начали есть. Мужчина продолжал рассказывать истории, в основном рассказывая о драках и бандах. Более или менее содержание заключалось в том, что то-то и то-то закончится так-то, или так-то и так-то и должно закончиться так-то. Поедая и слушая рассказы, все в группе были расслаблены.

К сожалению, чем больше людей соберутся полюбоваться видом, тем больше вероятность того, что несколько человек выскочат, чтобы уничтожить его.

Муронг Юн Шу отложила палочки для еды и подняла глаза, глядя на пять огромных фигур, которые закрывали ей обзор. «Зачем вам здесь пятеро?» - вежливо спросила она.

«Мы здесь, чтобы поймать тебя», - сказал один из них, положив руки на бедра.

Взглянув на руки, которые были толще, чем обе ее ноги вместе взятые, и на четырех тощих охранников в зеленой рубашке с ее стороны, Муронг Юн Шу почувствовала, что у нее мало шансов. Поэтому вместо этого она взяла свою миску и палочки для еды и продолжила есть.

"Привет! Я здесь, чтобы поймать тебя, ты слушаешь или нет? »

Она медленно жевала, пока не проглотила последний кусочек еды. Только после этого она со спокойным выражением лица положила палочки для еды. "Сколько ты хочешь?"

"Что вы имеете в виду?"

«Разве ты здесь не для того, чтобы похитить меня ради денег?»

"Что? Мы не такие мелкие воришки! »

Муронг Юн Шу подумала еще немного. «Или ты здесь ради моего тела?»

Все вокруг нее не могли не скорчить рожи. Как она могла так спокойно говорить такое…

Они смеялись. «Нам не интересны такие, как ты. Худая без грамма жира, там даже нечего нащупывать. Их смех был глупым, а голоса хриплыми.

Вдруг раздалось несколько звонких пощечин. Смех прекратился, и у каждой из фигур был красный отпечаток руки на лице. В то же время южный охранник, принявший меры, прижал руку к его груди, изрыгнув несколько глотков черной крови, и темная окраска также залила его лицо.

Сердце Муронг Юн Шу упало. Здесь дела шли не очень хорошо.

"Юг!" Западный стражник поспешил помочь ему вытеснить ядовитую энергию. Неожиданно его энергия взорвалась, и яд напал и на него. Он сплюнул кровь того же оттенка черного.

Северная гвардия собиралась помочь, когда восточная гвардия остановила его. «Не делай этого, иначе тебя отравят, как и их».

«В еде есть яд ?!»

Восточный стражник мрачно кивнул.

«Тогда, мадам…» Северный стражник со страхом взглянул на Муронг Юн Шу.

"Все хорошо." - спокойно сказала Муронг Юн Шу. «Это эффективно только для тех, у кого есть внутренняя энергия».

«Когда ты это узнала?»

«Когда я пила чай».

Лицо восточной гвардии упало. «Почему ты нам не сказала?»

"Я думала ты знаешь." Она не знала, что ее впечатляюще выглядящие охранники не могли даже сказать, что что-то было отравлено ...

Уголки рта восточного стражника дернулись. «Мадам, вы… действительно высоко цените нас».

Аналогичное выражение появилось на лицах других охранников. Мадам, если бы вы знали, что в еде и вине был яд, и смотрели, как мы все это съедаем, как вы могли бы терпеть свою совесть!

Муронг Юн Шу на самом деле была немного виновата, поэтому она заговорила, чтобы утешить их. «На самом деле это не такой уж и плохой яд. В худшем случае вы потеряете все свои боевые навыки, но не умрете от этого ».

Лица четырех охранников побелели. Потерять все свои навыки не было страшно? Для стражников, которые помогли создать такую могущественную силу и повсюду нажили врагов, потеря своих способностей была даже хуже смерти. Так много людей стремились полакомиться своей плотью и выпить их кровь, что, если бы они в конечном итоге оказались вивисектированными или разорванными в клочья, это было бы милосердным путем ...

Увидев взгляды на лицах четырех стражников, Лю'эр поняла, что ее мадам снова потерпела неудачу в попытке произвести впечатление. И после того, как она столько раз говорила ей не утешать людей бездумно! Это было даже не самое худшее. Однажды четвертая тетя случайно сломала ногу. Ее ответ был: «Не беспокойтесь об этом. Худшее, что может случиться, - это то, что вы больше не сможете ходить. У нас в семье много слуг, которые могут просто поднять вас, куда бы вы ни пошли ». Этого было достаточно, чтобы убедить Четвертую тетушку в том, что она останется калекой на всю жизнь, и она плакала всю ночь.

Не каждый мог утешить других. Люэр взглянула на свою хозяйку тонким взглядом и прошептала: «Мадам, тишина - золото».

Муронг Юн Шу спокойно кивнула в знак согласия. Она взглянула на высоких людей рядом с ней, чьи глаза вылезли из голов. «Противоядие».

Эти глаза выпучивались все больше и больше от гнева, а остальные лица оставались неподвижными, как будто они были сделаны из дерева.

«Они были поражены кровавым отпечатком руки Саут. Если не считать глаз, если они хоть немного шевелят лицами, они испытают боль тысячи огненных муравьев, кусающих их сердца, боль хуже смерти ». Восточная гвардия объяснила.

Мужчины не понимали, почему открывание рта им так больно. При звуке слов «кровавый отпечаток руки» их ноги подкосились. Они рухнули на пол с оглушительным «грохотом». Миски и палочки для еды на столе задрожали.

Если бы эти пятеро родились свиньями, они стоили бы неплохих денег. Муронг Юн Шу посмотрела на них сверху и снова сказала: «Противоядие».

Они вскарабкались наверх, поглядывая друг на друга, затем схватили Муронг Юн Шу.

«Постой, - сказала она, - это нормально, если ты хочешь поймать меня. Но можешь сначала сказать мне причину?

Они снова взглянули друг на друга. Затем один из мужчин указал на свой рот, чтобы показать, что он не может говорить.

«Юг, есть ли способ избавиться от кровавого отпечатка руки?» - спросила Муронг Юн Шу.

«Вам понадобится очень сильная внутренняя энергия, - сказал южный стражник, - но никто из нас не может использовать ее прямо сейчас».

Муронг Юн Шу кивнула и спросила: «Как насчет сэра Фэна?»

«Ему должно хватить. Но разве он не отравлен? »

Муронг Юн Шу улыбнулась. «Вы думаете, что« подняться над Хуа То »- это титул, который он дал себе? Если бы он не мог видеть даже яд такого сорта, как бы он вообще мог ходить по улицам, не смущаясь? »

* Хуа То - известный китайский врач.

Свободная жена злобного мужа Глава 29 - Враги снова встречаются неохотно

Муронг Юн Шу улыбнулась и сказала: «Как вы думаете, он назначил себя« Хуа То »?» Она подумала: «Если бы он даже этого не видел, как бы он справился со всеми проблемами в обществе?»

Фэнчэн тоже улыбнулся и сказал: «Я думал, ты не собиралась меня вовлекать».

«Я не хотел мешать тебе, пока ты любуешься красивым пейзажем на стене». Муронг Юн Шу ответила.

Северная гвардия с сомнением посмотрела на Фенчэна: «Очевидно, у вас было такое же вино и еда, как это возможно, что вы не были отравлены?»

Фэнчэн поднял брови: «Потому что я выбрал только те, которые не являются ядовитыми».

У четырех стражников Востока, Юга, Запада и Севера внезапно возникло странное чувство. Все они были согласны с тем, что без мастера их жизнь была бы намного труднее. Они скучали по своему хозяину, хотя он также часто давал им ядовитую пищу, он не просто стоял в стороне и ничего не делал, если бы им был кто-то другой, кто дал им яд.

Муронг Юн Шу проигнорировала грустный взгляд четырех стражников и взглянул на Пять Тигров. Затем она сказала Фенчэну: «Ты много сделал».

Фэнчэн слегка поднял голову и уставился на Пять Тигров. Он спросил Муронг Юн Шу: «Что мне выбрать?»

"Тебе решать. Кого бы вы ни выбрали, все в порядке ».

«На самом деле, я мог выбрать кого угодно».

Муронг Юн Шу ничего не выражала, она просто сказала прямо: «Тот, что далеко справа».

"Хорошо." Фэнчэн немедленно избавился от кровавого отпечатка руки на лице Большого Тигра.

Когда его лицо вернулось в нормальное состояние, первое, что сделал Большой Тигр, - это указал на Южного Стража и закричал: «Ты - кровавый отпечаток руки - Го Шаоци!»

«Раньше я был». - гордо сказала Южная гвардия.

«Ты ... как это могло быть ты ... Го Шаоци, специалист по боевым искусствам, как ты стал последователем секты Модзяо ...»

На лице Южного Гвардейца было суровое выражение, и он спросил: «Вы все еще хотите от меня еще одной пощечины?»

Большой Тигр покачал головой, затем он внезапно вспомнил, что был отравлен, но ничего не мог с собой поделать, и красноречиво улыбнулся: «Я не ожидал, что этот Кровавый отпечаток руки, Го Шаоци будет побежден мной!»

«Хотя у тебя большая рука, я полагаю, держать его немного нереально». Муронг Юн Шу сказала это небрежно.

Большой Тигр выглядел осторожным: «Что ты имеешь в виду?»

Муронг Юн Шу улыбнулась и сказала: «Вы уже забыли кровавый отпечаток руки на своем лице? Кто решил это за вас? »

Казалось, Большой Тигр вдруг все понял. Он посмотрел на Фэнчэн и сказал: «Она упомянула Хуа То, вы Хуа То Фэнчэн?»

Фэнчэн вежливо ответил: «Я Фэн, но я больше не Хуа То».

«Да, теперь я вспомнил. Три года назад Чу Чанге исключил вас из листинга. Большой Тигр сказал: «В этом случае я не думаю, что вы поможете секте Модзяо?»

"Нет"

"Это хорошо."

Фэнчэн снова сказал: «Вы можете делать с ними все, что хотите. Что касается Муронг Юн Шу, так как она сейчас моя пациентка до выздоровления, я сделаю все возможное, чтобы она выжила ».

«С этим нет проблем. Мы хотим арестовать ее и вернуться к Чу Чангге за противоядием. Мы не собираемся ее убивать. Кроме того, принц не позволит нам убить ее.

Пока Муронг Юн Шу слушала, она поняла, что принц был тем, кто сфабриковал весь инцидент. Она погрузилась в глубокие мысли: «Принц в городе Цзинбянь?»

«Да, он находится в доме маркиза Цзинбянь, у генерала Чжэньси».

«Я собираюсь увидеть его сейчас со всеми вами».

Вскоре группа прибыла в Дом маркиза. В то время маркиз Цзинбянь обсуждал некоторые вопросы с генералами, и он узнал, что пять тигров схватили Муронг Юнь Шу, он приостановил обсуждение и пригласил принца Хуа Линтяна.

«Принц, теперь у нас есть тот, кого вы хотели». - сказал Большой Тигр, ловя комплименты.

Хуа Линтянь поднял голову, а затем посмотрел на Муронг Юнь Шу; казалось, что ему есть что сказать. Однако в конце концов он просто слегка крикнул: «Юнь Шу».

Муронг Юн Шу была бесстрастной. Она сухо сказала: «Я здесь, чтобы увидеть принца».

«Почему вы все еще так отстраняетесь? Вы должны называть меня двоюродным братом, как и раньше.

«Я не смею».

«Ты… Юнь Шу…» Хуа Линтянь хотел что-то сказать, но остановился. Он долго смотрел на нее, затем сказал: «Раньше ты была другой».

Длинные ресницы Юнь Шу слегка пошевелились; она продолжала говорить прямо: «когда вы меня видели, вы не поднимали такого шума».

«Это единственный способ, которым я могу это сделать. Секта Модзяо теперь окружает вас, увидеть вас не так просто, как раньше ».

Как только они услышали слова «секта Модзяо», выражения лиц восточной, южной, западной и северной гвардии немедленно изменились. Северная гвардия сердито взревела: «Вам лучше обратить внимание на то, о чем вы говорите!»

Хуа Линтянь тоже рассердился. Он медленно повернул голову и посмотрел ему прямо в глаза. Через некоторое время он сказал: «Давай, пощечину!»

Большой Тигр закатал рукава и собирался ударить Северного Стража по лицу, но тут он услышал крик Муронг Юн Шу: «Стой!». Он немедленно сделал это и посмотрел на Хуа Линтянь: «Принц…»

Хуа Линтянь был явно недоволен, но сказал ему остановиться.

Муронг Юн Шу сказала: «Принц, ты хочешь знать, что ты чувствуешь, когда тебя преследует секта Модзяо?»

"Ты мне угрожаешь?" Хуа Линтянь злился еще больше.

Муронг Юн Шу слегка приподняла голову и продолжила своим ярким тоном: «Я хочу напомнить своему принцу. Вам нужно дважды подумать, прежде чем действовать. Он охранник секты Модзяо, если он сегодня получит от тебя пощечину. Как ты думаешь, как он отомстит? » После некоторой паузы она продолжила: «Я слышала, что люди из секты Модзяо вообще неразумны. Они также высокомерны и готовы отомстить, когда смогут ».

Хуа Линтянь был жестоким и твердо посмотрел на нее: «Юнь Шу, ты изменился».

«А разве мой двоюродный брат?»

«Ты только что назвал меня двоюродным братом…» Хуа Линтянь очень взволновалась.

«Юнь Шу не лишенный чувств». Она подписала: «Если двоюродный брат по-прежнему узнает во мне вашу двоюродную сестру, то, пожалуйста, принесите противоядие для четверых».

«Ни за что, если я это сделаю, у меня не будет возможности задерживать тебя».

«И это уже так». Юнь Шу легко ответил.

«Юнь Шу, не стоит недооценивать охрану в доме маркиза».

Она слегка рассмеялась, затем повернулась и спросила маркиза Джингбиана: «Могу я спросить маркиза, как бы вы осудили человека, который в частном порядке задерживает важное королевское должностное лицо?»

Маркиз Джинбянь не знал, что сказать: «э-э…»

«Я занимаюсь денежной реформой, следуя указаниям Императора. Препятствовать мне равносильно препятствованию реформам. Может ли быть так, что маркиз хочет помешать государственной службе и не подчиняться? Муронг Юн Шу посмотрел прямо на него и сказал: «Меня обманули на территории, контролируемой маркизом Цзинбяном, разве ты не должен сделать или сказать что-нибудь об этом?»

«Я…» Цзинбянь начинал как военный чиновник, и у него не было слов. После нескольких вопросов, заданных Муронг Юн Шу, он не знал, что делать.

«Не стоит винить маркиза Джингбиана. Я попросил его прислать кого-нибудь, чтобы тебя поймали. Хуа Линтянь попытался решить эту проблему.

«Это делает вас даже немного грешным, поскольку вы сделали это, зная, что это неправильно». Муронг Юн Шу стала более безжалостной.

«Юнь Шу, ты…»

«Принц». Муронг Юн Шу слегка прервал его, сказав: «Быть моим врагом бесполезно».

Хуа Линтянь был ошеломлен, он заикался: «Я… я не собираюсь становиться твоим врагом».

«Но это то, что ты делаешь». Сказав это, Муронг Юн Шу долго смотрел на него, затем вздохнул и сказал: «Даже если ты посадишь меня под домашний арест, Чу Чанге не даст тебе противоядия».

Хуа Линтянь был шокирован: «Как вы узнали, что мне нужно противоядие?»

Муронг Юн Шу сказала: «Помимо противоядия от черного сердечного яда, я не могу придумать других причин, по которым вы пришли в Цзинбянь, чтобы остановить меня».

«Ну, раз уж ты поняла сейчас, тебе следует очень хорошо сотрудничать».

«Я слышал, что Чу Чангэ послал людей следить за тобой, где они?» Муронг Юн Шу внезапно сменила тему.

Хуа Линтянь усмехнулся и сказал: «Я все еще наблюдаю за запасным в Восточном дворце».

Это была тактика. Муронг Юн Шу подумала и слегка улыбнулась: «Я слышала, что несколько дней назад некоторые люди уже дали противоядие от« Принца »».

Хуа Линтянь снова был шокирован: «Чу Чангэ не такой».

Не дожидаясь объяснений Муронг Юн Шу, Западная Стража предупредительно сказала: «Это правда, что Мастер не такой. Если бы наша леди не умоляла, он бы никогда не отпустил тебя так легко! »

Узнав, что Муронг Юн Шу умоляла его, Хуа Линтянь был тронут: «Почему ты не сказал раньше…»

Муронг Юн Шу засмеялась и ничего не сказала. Ей показалось, что слово «умолял» было немного преувеличено. Она просто случайно вспомнила об этом и упомянула: «Как долго Мастер будет держать принца больным?». А на следующий день Восточная гвардия сообщила ей, что противоядие уже доставлено принцу.

«Итак, в конце концов, это оказалось недоразумением». Маркиз Джингбиан улыбнулся. «Как бы то ни было, мне посчастливилось увидеть знаменитую женщину из семьи Муронг. Это недоразумение стоит того. Мисс Муронг, мы организуем для вас праздник сегодня вечером, и я приношу вам свои извинения. Что вы думаете?"

«Маркиз, спасибо за это, но у меня еще есть дела, мне нужно поторопиться, и я больше не буду тебя беспокоить». Муронг Юн Шу вежливо отказался.

«Это… ну, ладно. Я пришлю кого-нибудь сопроводить тебя за город.

"Спасибо." После того, как Муронг Юн Шу поблагодарил маркиза Цзинбяна, он сказал Хуа Линтяню: «Двоюродный брат, прислушайся к совету Юнь Шу, не будь врагом секты Модзяо».

«Даже если я их враг, ну и что?» - несчастно спросил Хуа Линтянь.

«Я безоговорочно буду на стороне Чу Чангэ».

«Юнь Шу, мы родственники по крови, мы двоюродные братья, которые выросли вместе».

«Он помог мне». - сказала Муронг Юн Шу.

*

Покинув город Цзинбянь, Муронг Юн Шу больше не думала об отдыхе, она продолжила свое путешествие и, наконец, добралась до Shaping Town за три дня до начала конференции Wulin.

Карета медленно остановилась перед гостиницей, и Муронг Юн Шу поднял занавеску и увидел огромные слова «Цзян Ху Инн», написанные на пороге, черно-белые, и они очень привлекали внимание.

Это здесь. Муронг Юнь Шу был необъяснимо взволнован.

«Мисс, это гостиница« Цзянху », о которой говорила моя тетя?»

"Да."

«Но это выглядит… очень… очень… убого!» Люэр был разочарован.

«Ну, люди из банды постоянно живут в таких гостиницах. Вам не нужно не любить это ».

«… Я не сделал». Она просто была разочарована. Гостиница Цзянху, которую часто описывали как очаровательную, даже не выглядела более выдающейся, чем дровяной сарай Дома Муронг ...

Муронг Юн Шу прищурилась и слегка прикусила губы. Когда она собиралась войти, она услышала, как кто-то сзади крикнул: «Муронг Юн Шу, остановись!» Обернувшись, она увидела пару Фан Хунфэй. И человек, который кричал на нее, была женой Фан Хунфэя, и она первая дочь семьи, которая владела услугами эскорт-услуг Чжэньюань - Линь Шуй'эр.

Враги всегда встречаются друг с другом. Муронг Юн Шу в отчаянии повернула голову и стала ждать их на прежнем месте.

Свободная жена злобного мужа Глава 30 - Гостиница Цзянху

Линь Шуй'эр уставилась на Муронг Юн Шу широко открытыми глазами и сказала: «Первое, что нужно сделать для входа в таверну Цзянху, - это то, что вы должны быть кем-то из Цзянху. Ты одна из них?"

"Нет"

«Тогда почему ты все еще остаешься здесь?» Линь Шуй'эр выглядела несчастной и попыталась оттолкнуть Юнь Шу.

Муронг Юнь Шу взглянула на Фан Хунфэй, а затем спросила охранников позади нее: «Гостиница Цзянху принадлежит поместью Минцзян или Службе сопровождения Чжэньюань?»

«Она не принадлежит ни одному из них. Ученик Шаолиня владеет этой гостиницей в Цзянху ». Восточный страж ответил.

Затем Муронг Юн Шу спросила: «Храм Шаолинь принимает учениц?»

"Нет" Ответил West Guardian.

После этого Муронг Юн Шу подумала об этом и сказал: «Кажется, миссис Линь слишком много контролирует». Ее тон был таким скучным, как будто она говорила простую фразу вроде «сегодня хорошая погода».

Лицо Линь Шуй'эр стала полностью красным, и она была так зла, что ее рот дрожал. Она хотела опровергнуть, но не могла найти слов. Ей хотелось ссориться, но она пыталась казаться доступным человеком, как будто любые слова, исходящие из ее уст, становились необоснованными. Это расстраивает! Линь Шуй'эр сердито взглянул на Фан Хунфэя и крикнул: «Что ты там делаешь ?! Залезай!"

«Шуй'эр, не расстраивайся. Всем известно, что Муронг Юн Шу очень резка в своих словах. Просто пощади ее. Фан Хунфэй утешал ее, пока шел с ней к гостинице.

Муронг Юн Шу не издала ни звука. После того, как они отошли на несколько шагов, она приподняла брови и спросила Люэр: «Неужели мои слова такие резкие?»

«Да, очень!» Лу'эр тяжело кивнула.

"В самом деле?" Она подумала про себя и старается быть вежливой со всеми.

"Да!" Четыре стража ответили в унисон.

Муронг Юн Шу странно посмотрела на них: «Даже если это так, нет необходимости получать одинаковый ответ».

«…» Четыре стража посмотрели друг на друга и подумали про себя, и это называется мысленным общением. У всех было выражение лица, которое подразумевало: «Нам все равно».

Когда они все еще думали, за их спиной внезапно раздался звук, говорящий: «Если у тебя нет имени, мы не будем приветствовать тебя».

Муронг Юн Шу посмотрела на звук. Она увидела подростка с невероятно высокомерным видом, который заблокировал входную дверь гостиницы. Он останавливал Фан Хунфэя и его жену.

«Я из поместья Минцзянь, а это моя супруга, ее зовут Линь Шуй'эр, она из службы сопровождения Чжэньюань. Она первая красавица всего города ». Фан Хунфэй с гордостью представился.

Парень остался глухим и повторил: «Мы вас не знаем. Приема не будет. Пожалуйста, оставьте."

«Вы даже не слышали об усадьбе Минцзян и Службе сопровождения Чжэньюань?» - серьезно спросил Фан Хунфэй.

«Владелец поместья Минцзянь и служба сопровождения Чжэньюань могут остаться. Остальным, пожалуйста, уйдите. Подразумевается, что даже ваш отец мог быть способным человеком, но это не значит, что вы от природы останетесь таким же.

Фан Хунфэй был в ярости: «Как ты посмел! Я решил, что останусь в этой гостинице! Что ты можешь со мной сделать? » После этого он заставил себя войти. После нескольких раундов драк он даже не смог прикоснуться к молодому парню. Наконец, он спросил: «Кто ты, черт возьми?»

«Я официант».

«Я так не верю. Как официант может обладать такими продвинутыми навыками в боевых искусствах? »

Молодой парень был просто неосторожен: «это просто потому, что твой слишком слаб».

Фан Хунфэй к этому моменту взорвался. Он взял свой меч, желая попробовать еще десять раундов, но другой человек даже не посмотрел на него. Он вежливо сказал Муронг Юн Шу: «Мисс Муронг, пожалуйста, войдите. Мы уже подготовили вашу комнату».

Муронг Юн Шу поблагодарила официанта.

Увидев большую разницу в обращении между ней и Муронг Юн Шу, Линь Шуй'эр почувствовала боль и, в свою очередь, снова закричала: «Почему ей разрешили войти? Она не имеет никакого отношения к бандам! »

«Все потому, что она Муронг Юн Шу». Из гостиницы послышался молодой голос. К ним подошел кто-то в грубой серой одежде. По мнению Муронг Юн Шу, этого человека можно идеально описать как человека, который «ощущает Цзянху», то есть выглядит приземленным. Помимо этого, в ее глазах он также имел «вид Цзянху», и это идеально соответствовало образу гостиницы.

Муронг Юн Шу подумала про себя, и это было бы самым странным делом на свете, если бы этот человек не был хозяином гостиницы.

«Мисс Муронг, я давно слышал о вашем громком имени. Меня зовут Ли Вунай, и я хозяин гостиницы ». Ли Вунай засмеялся и с энтузиазмом поприветствовал Муронг Юнь Шу.

Ли Вунай? (По-китайски это означает: ты беспомощен). Было бы хорошо, что нет такой фамилии, как «Ву» (то есть «я»). Муронг Юн Шу слегка улыбнулся ему: «Я впервые слышу твое громкое имя. . »

Ли Вунай был шокирован, а затем снова рассмеялся: «Это интересно. Понятно, что у человека хороший вкус. Женщина моего брата, безусловно, уникальна ».

Братская женщина? Муронг Юн Шу была очень смущена. Она услышала, как кто-то лениво произнес следующие слова: «Он имел в виду невестку».

Это Чу Чангге!

Муронг Юн Шу подняла глаза и встретился с ним взглядом. Она естественно нервничала. И немного успокоившись, она подождала, пока он спустится вниз.

С одной стороны, Чу Чанге расслабленно спустился вниз и улыбнулся, когда жаловался: «Моя госпожа прибыла поздно. А у ее мужа не было другого способа убить время, и я решила связать себя клятвой Ли. Это было совсем не весело ».

Ли Вунай потеряла дар речи. Она думала, что он жертва! Бог знает, захочет ли кто-нибудь с этого момента посетить его «магазин тьмы». Когда Чу был его «братом», он даже не мог сосчитать, сколько денег ему пришлось потерять! Какой дефицит!

Несмотря на беспомощность Ли, Муронг Юнь Шу чувствовал себя удивительно спокойным. Она коротко ответила: «Было бы интереснее, если бы вы связали себя клятвой перед Богом и Землей».

С Богом и Землей? Ли Вунай был ошеломлен, ему казалось, что его ударила молния.

На прекрасном лице Чу Чангэ появилась злая улыбка. Он сказал: «Я не ожидал, что моя леди будет думать так же, как я. Что ж ... теперь, когда все здесь, почему бы нам не сделать в точности то, что вы сказали, связать себя клятвой перед Богом и Землей? »

Муронг Юн Шу подумала, что это просто очередной эпизод, в котором он сходил с ума. Она предпочла не отвечать и не спорить.

Ли Вунай был шокирован, а затем снова рассмеялся: «Это интересно. Понятно, что у человека хороший вкус. Женщина моего брата, безусловно, уникальна ».

Братская женщина? Муронг Юн Шу был очень смущен. Она услышала, как кто-то лениво произнес следующие слова: «Он имел в виду невестку».

Это Чу Чангге!

Муронг Юн Шу подняла глаза и встретилась с ним взглядом. Она естественно нервничала. И немного успокоившись, она подождала, пока он спустится вниз.

С одной стороны, Чу Чанге расслабленно спустился вниз и улыбнулся, когда жаловался: «Моя госпожа прибыла поздно. А у ее мужа не было другого способа убить время, и я решила связать себя клятвой Ли. Это было совсем не весело ».

Ли Вунай потерял дар речи. Он думал, что он жертва! Бог знает, захочет ли кто-нибудь с этого момента посетить его «магазин тьмы». Когда Чу был его «братом», он даже не мог сосчитать, сколько денег ему пришлось потерять! Какой дефицит!

Несмотря на беспомощность Ли, Муронг Юнь Шу чувствовал себя удивительно спокойным. Она коротко ответила: «Было бы интереснее, если бы вы связали себя клятвой перед Богом и Землей».

С Богом и Землей? Ли Вунай был ошеломлен, ему казалось, что его ударила молния.

На прекрасном лице Чу Чангэ появилась злая улыбка. Он сказал: «Я не ожидал, что моя леди будет думать так же, как я. Что ж ... теперь, когда все здесь, почему бы нам не сделать в точности то, что вы сказали, связать себя клятвой перед Богом и Землей? »

Муронг Юн Шу подумала, что это просто очередной эпизод, в котором она сходила с ума. Она предпочла не отвечать и не спорить.

Свободная жена злобного мужа Глава 31

Муронг Юн Шу знала, что кто-то снова сумасшедший. Она решила не спорить с несовершеннолетними. Она решила полностью игнорировать его.

«Если моя леди решит не отвечать, я приму это как да». Чу Чангге посмотрел на нее. Казалось, он улыбается, но это не так.

Муронг Юн Шу вздохнула. Любой, кто сталкивался с Чу Чангге, молчал. «Мастер Чу такой харизматичный. Не нужно беспокоиться о том, чтобы не жениться ».

«Пу…» Кто-то издал звук.

Муронг Юн Шу заметила, что там был не один наблюдающий, а их около двадцати. Все они выглядели и одевались по-разному, но все казались превосходными. Несложно догадаться, что они мастера боевых искусств. Затем, когда она снова посмотрела на Чу, он был одет в роскошную одежду, и никто не мог скопировать его элегантные жесты. Выглядел он именно из обеспеченной семьи. Неудивительно, что ему завидовали как представители триады, так и нормальные общества. Если бы это было для нее, столкнувшись с кем-то с такой великолепной внешностью, она, вероятно, почувствовала бы то же самое.

Когда она сосредоточилась в своих мыслях, она услышала, как он спросил: «Вы достаточно посмотрели?» Муронг Юн Шу сразу же перестал мечтать, и она перестала смотреть на него. Она попыталась исправить это, ответив: «Никогда не достаточно взглянуть на кого-то вроде Мастера Чу».

"Ой?" Чу Чангэ был немного удивлен, услышав это. Его черные яркие глаза вспыхнули, и он улыбнулся: «Тогда продолжай. Миледи, смотрите на меня сколько угодно. Не пропустите ни одной детали ».

Что он думал о ней, гадалке? Муронг Юн Шу старалась не смотреть на него дальше. Она повернула голову к молодому парню: «Пожалуйста, направь нас».

Молодой парень не ответил. Он повернулся и вошел внутрь. Муронг Юн Шу последовала за ним и вошла внутрь. Сделав всего несколько шагов, Линь Шуй'эр снова начала суетиться.

«Муронг Юн Шу не из Цзянху. И сегодня Jianghu Inn собирается нарушить свои правила из-за нее. Не боитесь резкого мнения окружающих? » Линь Шуй'эр сказала «с праведностью».

Ли Вунай тяжело кивнула. Она задумался на мгновение серьезно, а затем сказал: «Но… - он протянул руку и указал на кого-то рядом с собой, - я больше боюсь его мнения».

Линь Шуй'эр посмотрела в указанном им направлении, и когда она заметила Чу Чангэ, она сразу же опустила глаза и заикалась: «Даже… Мастер Чу… не должен нарушать это правило».

Не дожидаясь реакции Чу Чанге, Ли Вунай громко рассмеялся: «Ты шутишь! Есть ли правила Цзянху в глазах Чу Чангге? Не говоря уже о том, чтобы сломать их! »

Линь Шуй'эр прикусила губу и нахмурилась. Через некоторое время она неохотно сказала: «Но, Муронг Юн Шу… она…»

«Если вы действительно не хотите, чтобы мисс Муронг осталась в моей гостинице. У меня есть идея. Ли Вунай улыбнулся. После этого он посмотрел на Чу Чангге.

"Что за идея?" Линь Шуй'эр была в отчаянии.

Фан Хунфэй схватил ее и попытался сдержать гнев: «Оставь это, Шуй'эр. Мы поедем в другое место ».

"Брось это!" Линь Шуй'эр отпустил голову и спросил Ли Вунай: Ли, что мы можем сделать, чтобы Муронг Юн Шу не оставалась в гостинице Цзянху?

Муронг Юньшу мягко покачала головой и засмеялась. Она всегда считала аморальным комментировать «красивые женщины безмозглые». Однако именно в этот момент она поняла, что это поговорка правильная. Безнравственно это высказывание или нет, вы должны судить, к кому оно применяется. Она согласилась, что это высказывание идеально описывает Линь Шуй'эр. Она была безмозглой.

Чу Чангге прислонился к двери, скрестив руки на груди. Казалось, он улыбается, но больше похоже, что он веселится вне сцены.

Ли Вунай тоже улыбнулся. Затем он посмотрел на Чу Чанге и сказал: «Я собираюсь сделать исключение для г-жи Муронг, и все потому, что она невеста Чу Чанге. Если нет, то она никак не сможет вмешаться ».

"Но она есть!" Линь Шуй'эр продолжала спорить.

«Ты можешь заставить ее не делать этого». - загадочно сказал Ли Вунай.

"Но как…"

«Соблазни Чу Чангге». Ли Фэнаи очень спокойно прервал ее и прямо дал ей ответ.

"Что?!" Выражение лица Линь Шуй'эр резко изменилось. «Ты посоветовал мне… соблазнить Чу Чанге?»

Фан Хунфэй выглядел еще более разгневанным. Он крепко сжимал меч и звучал очень холодно: «Ли Вунай, вы даете моей супруге такой совет среди бела дня. Каковы ваши намерения? "

Ли Вунай пожал плечами и посмотрел на Фан Хунфэя, как будто тот слишком остро отреагировал. Он беззаботно сказал: «Это не считается соблазнением или обманом. Это просто семейный скандал ».

Фан Хунфэй взял свой меч и быстро бросился вперед, желая нанести ему удар. В мгновение ока он уже положил меч Ли Вунаю на шею, «если вы осмелитесь сказать это еще раз!»

Ли Вунай улыбнулся еще больше. Он слегка прикоснулся к кончику меча: «Это хороший меч, но тот, кто использует его, не может хорошо им пользоваться. Когда ты пытался ударить меня ножом, у меня было достаточно времени, чтобы убить тебя десять раз ». Затем он схватил меч, и он был разбит на четыре части.

Фан Хунфэй с трудом поверил. Он сделал несколько шагов назад и дрожал, держа в руке оставшуюся четверть меча.

«Ты бесполезен!» Линь Шуй'эр была в ярости. Она не поняла - почему все поддерживают Муронг Юн Шу? Она самая красивая женщина в городе. Она должна была быть самой желанной ...

Ли Вунаю ничего не оставалось, кроме как отряхнуть пыль с рук. Он с энтузиазмом приветствовал всех: «Брат Фэн, наконец-то ты в моей гостинице. Восток, Юг, Запад и Север. Приди и принеси мне монеты. Заходите, пожалуйста.

Муронг Юн Шу подняла брови. Для нее не удивительно, что Фенчэн смог это понять. Но остальные четверо… они выглядели так, как будто заслужили это. Могут ли они быть важными людьми? Она вспомнила, что Большой Тигр однажды назвал Южного Стража Кровавым отпечатком руки Го Шаоци… так что оказалось, что некоторые люди даже не начинали с имени. Хотя она не знала, насколько могущественен «Кровавый отпечаток руки Го Шаоци», если им разрешили войти, это определенно означало, что они тоже были хозяевами.

Как может такой мастер не иметь собственного имени в секте Модзяо? Муронг Юн Шу начала интересоваться вещами Цзянху. По крайней мере, теперь она понимала, почему двадцать мастеров яростно смотрели на Чу Чанге, но никто не осмеливался попытаться его обидеть.

Несмотря на то, что Чу Чангге был могущественным, он не мог сражаться с четырьмя людьми одновременно.

Муронг Юн Шу снова посмотрел на всех. Затем она поднялась наверх. Она ясно знала, что скоро в Цзянху Инн произойдет что-то грандиозное.

Свободная жена злобного мужа Глава 32 - Сильный намек на убийство

На следующий день Муронг Юн Шу спустилась вниз и сразу почувствовала странную атмосферу в холле. С каждым шагом она все сильнее ощущала странную атмосферу. Как будто кто-то был готов напасть на нее в любой момент. Что еще более странно, так это то, что четыре охранника, преследовавшие ее накануне, исчезли. Не говоря уже о Чу Чанге, который принял себя за Императора.

«Мадам, почему я не виделась с сэром?» - спросил Люэр.

«Ты его ищешь?»

"О ничего." Люэр, заткнись.

Муронг Юнь Шу осмотрела вестибюль и обнаружила, что за одним из столиков посередине никого не было. Помедлив несколько секунд, она медленно подошла к ней и села.

"Чего бы ты хотела?" - спросил молодой парень с холодным лицом. В отличие от всех остальных, хотя он выглядел холодным, у него не было плохих намерений. Конечно, и у него не было добрых намерений.

«Чаша супа и чайник чая».

"Подождите минуту." Молодой парень с холодным лицом повернулся к кухне.

Муронг Юньшу почувствовала, что в тот момент, когда мальчик с холодным лицом обернулся, намек на убийство в гостинице внезапно усилился, а когда мальчик снова появился с супом и чаем, атмосфера внезапно изменилась. Что собираются делать эти люди?

«Мисс, выпейте чаю». Лю'эр налила чай Юнь Шу.

Муронг Юн Шу взяла чай и неторопливо его выпила. Она спокойно наблюдала за своим окружением и ни капли не двигалась.

Спустя долгое время некоторые люди не выдержали тишины.

«Муронг Юнь Шу, вы работали с вором, ограбили службу сопровождения Чжэньюань. Вы признаете это? »

Муронг Юн Шу подняла бровь и спросила: «Какая разница, признаю я или отрицаю?»

«Хорошо, собираетесь ли вы признать это. Я сниму тебя сегодня! Вы чудовищная и бессовестная женщина! »

Муронг Юн Шу по-прежнему не боялась, и даже улыбнулась сарказмом. Она медленно взяла чашку и тихо сказала: «Кажется, Мастер Чу не вернется еще некоторое время».

Это заявление всех удивило!

«Откуда ты знаешь ?!» - спросила Ли.

Муронг Юн Шу слегка улыбнулась, и ее тон был очень ровным: «Если он может появиться в любое время, как вы посмели бы быть таким высокомерным?»

«Ты…» Ли Дао был в ярости. Он яростно вытащил свой нож и указал на нее: «Даже если Чу Чангге здесь, я все равно убью тебя!»

«Не смей! Если вы осмелитесь пошевелить ее волосами, сэр вас не пощадит! Лу'эр сказал с полной уверенностью.

Муронг Юн Шу слегка пошевелила. Быть защищенным Лю'эром очень дорого.

- И вы ожидаете, что Чу Чангэ отомстит за нее? Ха-ха… - Ли Дао засмеялся, подняв голову. Затем он холодно сказал: «Это вопрос, сможете ли вы выбраться из храма Шаолинь живым!»

Муронг Юн Шу сильно задрожала, и из него вышло несколько капель чая.

"Госпожа!" Лю'эр быстро достала носовой платок и вытерла его с себя. Затем она со страхом спросила ее: «Мадам, неужели сэр собирается…»

«Если он умрет так легко, как он сможет дожить до сегодняшнего дня?» Ее тон был как никогда простым.

У того, кто слушает, может сложиться другое впечатление от говорящего. То, что сказал Юнь Шу, заставило всех нервничать. Они начали обсуждать тихим голосом.

«Не слушайте эту чудовищную женщину! В истории никто никогда не ломал массив из 18 беседок храма Шаолинь. Даже Чу Чангге! Все, я собираюсь убить эту чудовищную женщину сегодня. И ее кровь будет использована для поклонения героям, погибшим от рук секты Модзяо. Когда состоится собрание по боевым искусствам, мы соберемся на Горе Черного Ветра и уничтожим секту Модзяо! » То, что сказал Ли Дао, было очень обнадеживающим.

"Хорошо! Убейте чудовищную девушку, уничтожьте секту Модзяо! » Многие люди вынимали мечи и вместе кричали.

Похоже, Муронг Юн Шу выслушала самую большую шутку на свете. Она слегка рассмеялась и ничего не сказала.

"Что вы смеетесь?!" - спросил Ли Дао.

Муронг Юн Шу по-прежнему ничего не сказала, и она наслаждалась супом и чаем. Она выглядела такой спокойной и не заботилась о том, как другие ей угрожали.

«Мадам, они собираются убить вас». - спросила Лу'эр дрожащим ртом.

"Правильно." - тихо сказал Муронг Юн Шу. Она продолжала делать то, что собиралась. И она собиралась уходть сразу после еды.

Ли Дао преградил ей путь ножом. «Пока я здесь, у тебя нет возможности уйти!»

Муронг Юн Шу подняла голову и спокойно ответила: «Если хочешь убить меня, сделай это. Если нет, то уходите ».

Ли Дао недоверчиво спросил: «Ты не боишься смерти?»

«Это должен быть я, кто спрашивает. Ты не боишься смерти? »

На его лице было выражение ужаса: «Что ты имеешь в виду?»

«Это означает его буквальное значение». Юнь Шу легко ответил.

Ли Дао не понял. Затем он внезапно спросил: «А Чу Чангэ знает, как разбить массив из 18 беседок храма Шаолинь?»

Муронг Юн Шу не издала ни звука. Она пальцем слегка оттолкнула нож, который лежал перед ней. Затем она гордо вышла из гостиницы и направилась в храм Шаолинь.

«Мастер Ли, почему вы отпустили ее?» - спросил мужчина с густой черной бородой.

«Еще не поздно убить ее, когда мы подтвердим смерть Чу Чанге». Ли Дао тоже направился к храму Шаолинь.

Все кивнули, согласились и последовали за ним.

*

К храму Шаолинь была только одна дорога. Горная дорога была, и было много извилин и поворотов. Однако шаги Муронг Юн Шу казались легкими.

«Мадам, вы так восхитительны!» Вы напугали лицемеров несколькими предложениями! » Ускользнув от злых парней, Люэр был взволнован.

"Этого не достаточно. Они тебя не напугали ».

«…» Лю'эр потерял дар речи. Через некоторое время она осознала кое-что важное, а затем спросила Муронг Юнь Шу: «Мадам, вы идете в храм Шаолинь одна, как вы собираетесь спасти сэра?»

"У меня есть ты, не так ли?" - спросил Юнь Шу.

"Могу ли я рассчитывать?" Люэр подумала, разве ее всегда игнорировали из-за подобных вещей?

После того, как Юнь Шу подумал немного, она ответила: «Это лучше, чем ничего».

Свободная жена злобного мужа Глава 33: В ловушке храма Шаолинь

Древние деревья росли так высоко, что и пагода была построена высокой, прямо сквозь облака. Помещение долгое время освещалось зелеными лампами, и случайный звук израсходованных часов был довольно оглушительным. Храм Шаолинь был достоин называться храмом тысячелетней давности. Просто стоя у входа и глядя на золотую вывеску, на которой было несколько чжан [1]

«Это очень важное место буддизма, поэтому женщинам не разрешается входить. Пожалуйста, вернитесь, покровительница».

Как только Муронг Юншу ступила на ступеньки, ее остановил маленький монах, который подметал пол у двери. Она усмехнулась и спросила: «Как Маленький Мастер так уверен, что я женщина?»

Маленький монах почесал в затылке и с простой улыбкой спросил: «С таким видом покровительницы это показывает, что ты действительно женщина. Как ты можешь быть мужчиной?»

"Что, если я действительно мужчина?"

«Невозможно. Мужчины так не одеваются», - сказал молодой монах, качая головой.

Муронг Юншу улыбнулся, сказав: «Маленький Мастер - преданный человек, поэтому Маленький Мастер должен был знать, что когда есть что-то ложное, будет и что-то истинное. Иногда то, что видят глаза, не обязательно является правдой».

"Вы имеете в виду, что вы на самом деле не женщина?" - спросил молодой монах с растерянным лицом.

Муронг Юньшу ничего не сказал. Она просто улыбнулась.

«Но вы, очевидно, женщина. Как вы можете не быть женщиной?»

«Предстоит еще много тяжелой работы и пройти долгий путь, чтобы правильно практиковать буддизм. Пока Маленький Мастер посвящает себя буддизму, я верю, что Маленький Мастер однажды поймет эту истину. Амитабха, действительно, это очень хороший урок для Маленького Мастера! " - неторопливо произнесла Муронг Юньшу, входя внутрь храма, и ее глубокий и равнодушный тон звучал лучше, чем у молодого монаха.

Лу-эр последовала ее примеру, когда она вбежала, склонив голову и усмехнувшись. Она оставила позади молодого монаха, который опирался на свою метлу, размышляя о принципах Будды.

Как только Лю-эр отошла довольно далеко, она рассмеялась. «Ха, ха, ха, ха ... Мисс, этот молодой монах сейчас выглядел таким глупым».

«Это называется чистым умом».

gt; Лю-эр потерял дар речи, разве это не то же самое, что называться глупым? Он действительно был чрезвычайно глуп, так как его было намного легче обмануть, чем ее. Однако он не был полностью виноват в своей глупости. Можно только сказать, что навыки обмана мисс были на гораздо более высоком уровне, когда в тот момент, когда она начинала говорить, тридцать процентов из них были правдой, а остальные семьдесят процентов были ложными. Те, кто слышал это, не могли не принять всерьез ложные части как истину, а истину как нечто ложное.

＊

Земля в храме Шаолинь была сделана из огромного сине-серого мрамора, который был чистым и аккуратным, без каких-либо пятен. Муронг Юньшу стоял в центре открытой круглой буддийской платформы и оглядывал торжественный храм. Она задавалась вопросом, где найти Чу Чанге, когда внезапно услышала громкий боевой звук. Звук становился все ближе и ближе. Прежде чем она смогла определить направление звука, она увидела, как Чу Чангге летит к ней в сопровождении дюжины монахов с посохами позади него.

" Гай "Лю-эр громко закричала:" Мисс, смотрите, это Гай , это Гай "

Когда Чу Чангге услышал этот громкий крик, он усмехнулся, повернулся и ударил восемнадцать архатов [3]Буддист, достигший нирваны с помощью строгой дисциплины и аскетических практик.ладонями, а затем приземлился рядом с Муронг Юньшу. "Мадам здесь, чтобы спасти своего мужа?" - спросил он очень приятным тоном, широко улыбаясь.

"Тебе нужна моя помощь?" - легкомысленно спросил Муронг Юньшу, и красивое и злое лицо отразилось в его красивых глазах. Когда она увидела, что его лицо не было красным и он не задыхался, она была уверена, что он легко справится с ситуацией. Ее сердце, которое до этого тревожилось, наконец успокоилось. Она должна была знать, сколь бы высокомерной она ни была, если она попытается помочь ему без всяких навыков, пройдет совсем немного времени, прежде чем она лягнет замертво на улице.

Чу Чанге улыбнулся и ответил: «Конечно. Их так много, что этот ваш муж в настоящее время не может противостоять им голыми руками».

Диалог между ними стал промежутком для восемнадцати архатов плотно их окружить. Им обоим также было неизвестно, что Великий Мастер Сюанькун, настоятель храма Шаолинь, прибыл на платформу Будды и громко сказал: «Покровитель Чу, вы были признаны виновными в посягательстве на хранилище Священных Писаний и сожжении Священных Писаний. Я сниму запрет на убийство других людей, чтобы избавиться от вас ради цзянху Восемнадцать монахов становились в строй.Как только они построили строй они были готов к атаке.

Чу Чанге сардонически рассмеялся и крикнул: «Когда я убиваю людей, я убиваю их без разбора. А вы, люди, убивайте людей, чтобы избавиться от злых людей. Замечательно, действительно чудесно!» Как только он закончил произносить эти слова, его лицо сразу же повернулось. торжественно, он свирепо зарычал: «Цинлун, без ножен!»

В мгновение ока в воздухе промелькнула полоса света. Как только дракон прыгнул вниз, Чу Чанге подпрыгнул в воздухе, чтобы схватиться за ручку. С ревом дракона меч дрожал, и когда свет, наконец, погас, выяснилось, что в руке Чу Чангге появился длинный меч.

"Меч Цинлун!" Великий Мастер СюаньКонг был так удивлен, что случайно сломал четки Будды в руке. С недоверчивым лицом он воскликнул: «Меч Цинлун сделан из костей и крови древнего духовного зверя. Для него абсолютно невозможно выполнять приказы людей с плохим умом. Как такое возможно ... это возможно ... "

Брови Чу Чанге были холодными, когда его рука взмахнула длинным мечом. С помощью волшебного меча его глубокая внутренняя сила вырвалась наружу. Через мгновение гигантский столб, расположенный позади него, тут же рухнул и произвел огромный взрыв. "Да, я сжег Священные Писания. Я не только сожгу ваши Священные Писания, но я также сделаю омовение кровью Храма Шаолинь, поскольку я убиваю всех злых монахов, которые утверждают, что они справедливы, но заставляю других людей нести преступление быть убийца!"

Как восемнадцать монахов Увидев эту ситуацию, все они сразу же сделали два шага назад, поскольку их посохи стали нестабильными в их руках. Только что Чу Чангге был безоружен. Хотя он не вскрыл их строй, он также не причинил им вреда своей личной силой, и все же теперь в его руке был Божественный Меч Цинлун. Исход этой битвы будет ... очень опасен для них.

Когда обе стороны оказались в тупике, на горизонте внезапно появились темные тучи, и яростный ветер дико закружился вокруг, сдувая листья деревьев бодхи повсюду и взорвав длинные волосы Чу Чанге, заставляя это угловатое лицо казаться более трех - размерный и величавый, поскольку он излучает высокомерие отсутствия страха перед духами и чувства, которые его не терпят, как если бы он был злым духом в этом обычном мире. Вместо того, чтобы говорить, что его не терпят, другие презирали его.

Муронг Юньшу спокойно посмотрел на человека, который улыбался мгновением ранее, и теперь он внезапно превратился в демона, покрытого смертоносной аурой. Ее сердце потеряло дар речи.

Когда Лю-эр увидела серьезный вид своего хозяина, она попыталась успокоить ее: «Мисс, не волнуйтесь. С таким большим мастерством зятем наверняка будет хорошо ".

Муронг Юньшу вздохнула. То, что он обладал таким большим мастерством, как раз и волновало ее. Чу Чанге был бескомпромиссным и сделает то, что сказал. Если восемнадцать монахов его не смогут победить он зальет все это место кровью .Это было нормально для людей цзянху .сражаться и убивать, но для Храма Шаолинь, залитого кровью, было совершенно иначе. Это было не только лидером в кружке боевых искусств, но и олицетворением веры. Убить монаха было похоже на убийство Богов и Будд, что было серьезно осуждено общественностью.

Ассамблея боевых искусств состоится завтра, и если он сегодня залит кровью Шаолинь, разве это не то же самое, что загнать себя в тупик?

Когда ход мыслей Муронг Юньшу крутился вокруг, другая сторона уже начала сражаться при свете ножа и тени меча [5] Между ними была четкая грань между жизнью и смертью.

«Мисс, смотрите, они идут». Лю-эр указал на группу «героев», которые хотели убить их в гостинице.

Сердце Муронг Юньшу упало. Все эти люди обладали исключительными способностями. Если они вступили в битву и сражались вместе с восемнадцатью монахами против Чу Чангге, тогда он ... наверняка умрет.

После того, как она сдвинула брови и поразмыслила, внезапно в ее голове вспыхнул свет. Уголок рта Муронг Юньшу мягко соединился, когда она улыбнулась Лю-эру. "Лю-эр, ты хочешь помочь своему будущему Гаю.

"Я предполагаю!" Лю-эр тяжело кивнул: «Но я не разбираюсь в боевых искусствах. Но я буду только больше помехой, чем помощником».

«Я хочу, чтобы ты был больше помехой, чем помощью». Прежде чем Лю-эр смогла ответить, Муронг Юньшу резко подтолкнула ее формирования арахатов

Лю-эр еще не могла стоять прямо, когда увидела приближающийся к ее голове посох. Она тут же обхватила голову руками и закричала: «Не убивай меня ...»

Монах который почти случайно ранил ее, быстро остановился. Когда этот остановился, строй сразу погрузился в хаос. Чу Чангге воспользовался возможностью, чтобы ударить архата своим мечом, повредив его лопатку. Посох соскользнул с монаха и после чего постороение было разрушено.

"Брат Цинюань!"монахи остановились и окружили своего раненного .Цинюань с беспокойством.

«Не беспокойтесь обо мне. Гораздо важнее убить этого большого дьявола»сказали архаты Цинюань.

Да но формация уже нарушена, поэтому без нее мы не сможем победить его ".

Цинюань покачал головой. «Ему только что повезло». Сказав это, он посмотрел на Великого Мастера Сюанькуна: «Старший брат аббат, мне придется попросить вас занять мое место в строю, чтобы убить врага».

"Ладно." Великий Мастер Сюанькун прыгнул в боевой круг со своими сотрудниками правоохранительных органов в руке и приказал: «Создайте боевой порядок!»

"Да."формация снова обрела форму.

Муронг Юньшу немедленно оттащил напуганную Лю-эр и отступил на пять метров, поскольку она продолжала волноваться. Она только что использовала Лю-эра, чтобы беспокоить монахов

формация, застигнув их врасплох, и тем не менее, использовать тот же трюк снова не получится. Так как же ей помочь ему сломать боевой порядок?

Чжан -единица длины равна 3,3 метра

Гай- зять (используется семьей жены)

Арахат - Буддист, достигший нирваны с помощью строгой дисциплины и аскетических практик.

цзянху -горит реки и озера - люди, блуждающие с места на место и живущие своим умом, например гадалки, знахари, странствующие артисты и т. д., рассматриваемые как социальная группа

Свете ножа и тени меча- участвовать в битве, насильственном конфликте или войне (между группами людей)

Когда она думала, как с этим справиться, она внезапно почувствовала что-то ледяное на своей шее. Прежде чем Муронг Юншу смог оправиться от своей рассеянности, она услышала, как Ли Дао, который внезапно встал рядом с ней, закричал: «Чу Чанге, если ты не сдашься, я убью Муронг Юньшу!»

Свободная жена злобного мужа Глава 34: Случай с Восточным Окном

Я думал о контрмерах, внезапно у меня на шее появилось ощущение холода. Прежде чем Муронг Юншу пришела в себя,она услышала, как Ли Дао громко сказал рядом с ним: «Чу Чангге, я убью Муронг Юньшу, если не возьмусь за руки!»

Чу Чангэ резко остановился и сказал глубоким голосом: «Ли Дао, если ты не хочешь, чтобы я уничтожил твою фракцию Куньлунь, просто дай мне прокатиться как можно дальше».

Ли Дао был так напуган, что его рука тряслась: лезвие было слишком острым и порезало кожу Муронг Юньшу, истекая кровью.

Муронг Юньшу нахмурилась от боли, рос, не говоря уже о травме кожи, у него даже не было шишки, этот человек порезал ей шею ножом, это было действительно противно.

Люэр была так напугана, что Хуа Жун побледнел и закричал: «Кровотечение, у мисс идет кровь!»

Чу Чанге раньше не видел ее раненой. Услышав зов Люэра, его убийственный дух взлетел. Длинный меч в его руке вылетел с молниеносной скоростью, пронзив Ли Дао, и меч перебил его горло.

Ли Дао был потрясен, сказал лишь неполное слово «ты» и упал на землю насмерть.

Чу Чангэ медленно шел к Муронг Юньшу, и каждый его шаг заставлял других героев отступать. «Ты в порядке?» - тихо спросил он.

Когда Муронг Юньшу впервые услышал, как он разговаривает с ней таким серьезным тоном, после того, как в его голове возникла пустота, он в панике покачал головой: «Я в порядке».

«Все в порядке». Чу Чангэ выглядела так, будто хотела убедиться, что с ней все в порядке. Он смотрел на нее несколько секунд, прежде чем повернуться к мастеру Сюанькуну и сказал: «Держать безоружную невинную слабую женщину, это твой приличный стиль? ? "

Мастер Сюанькун был смущен: «Ли Шичжу действительно джентльменский подход».

Чу Чанге усмехнулся, группа лицемеров.

Внезапно Линь Шуй'эр выскочила из группы героев и сказала: «Муронг Юньшу не невиновна! Она прокралась сквозь бандитов и угнала дротик нашего эскорта Чжэньюань. Преступление очень ужасное!»

Мастер Сюанькун был шокирован: «Мисс Муронг, правда ли заявление мадам Фанг?»

Муронг Юньшу прижал платок к окровавленной области шеи и легкомысленно сказал: «Да, я сказал бандитам ограбить тележку с дротиками».

Когда он это сказал, публика была шокирована. Только Фан Хунфэй выглядел странно, дергая Линь Шуй'эр за рукава, чтобы она не продолжала создавать проблемы. «Шуй'эр, все кончено, так что не мешай Юнь Шу повторять старые вещи».

Линь Шуй'эр стряхнул его руку, холодно фыркнул и сказал: «Юньшу Юньшу, ты такой ласковый. Жалко, что ты относишься к ней как к человеку, но она не относится к тебе как к человеку!»

«Шуй'эр!» - отругал Фан Хунфэй со спокойным лицом.

Линь Шуй'эр проигнорировал его и настоял на том, чтобы попросить Муронг Юньшу объяснений. Но у Муронг Юньшу было спокойное выражение на лице, полностью свободное от смущения и беспомощности «инцидента с восточным окном».

Мастер Сюанькун медленно покачал головой с тяжелым лицом и вздохнул: «Мисс Муронг, какая у вас ненависть к эскорту Чжэньюань? Совершайте такие вредные поступки».

Муронг Юньшу слабо улыбнулась и сказала: «Глубокой ненавестью - это не проблема, но бюро сопровождения Чжэньюань увезло вещи из моего особняка Муронг без моего разрешения.

«По вашему мнению, дротики, которые держит эскорт Чжэньюань, взяты из особняка Муронг?»

«Верно. Я сказал бандитам ограбить дротик, но я просто отдал свои вещи в качестве услуги другим. Как это можно считать ужасным преступлением?» - сказал Муронг Юньшу.

«Ты солгал!» - закричал Линь Шуй'эр, указывая на нос Муронг Юньшу, - «Мой отец, очевидно, является собственностью знаменитой Виллы Меча! Сян Гун, ты пришел для дачи показаний».

«Шуй'эр, забудь, давай вернемся. Наша знаменитая вилла Меча и особняк Муронг - это Шицзяо, так что больше не смущай Юньшу», - сказал Фан Хунфэй.

Муронг Юншу слегка усмехнулся, его лицо было очень счастливым, и сказал: «Это не имеет значения, ты можешь смутиться. Вилла знаменитого меча Цзеджиао - самое большое пятно в моем особняке Муронг. Я не могу просить, чтобы это разорвало мне лицо. . "

«Ты ...» Фан Хунфэй был зол, собираясь рассердиться, но в мгновение ока сдержался и сказал приятным голосом: «Юнь Шу, мы все равно поцеловались, почему ты так говоришь? абсолютно."

Муронг Юньшу равнодушно сказал: «Фан Шаося, пожалуйста, не напоминай мне о моих ошибках».

Фан Хунфэй больше не мог держать лицо, стиснул зубы: «Муронг Юньшу, не заходи слишком далеко».

«Я мог бы быть немного большим. Верите или нет?» - сказал Муронг Юньшу.

«Что ты имеешь в виду ?!» - внезапно у Фан Хунфэя возникло зловещее предчувствие.

Муронг Юньшу не ответил ему, но повернулся, чтобы посмотреть на Линь Шуй'эр, и сказал: «Миссис Фан, вы можете также вернуться и спросить Фан Шаосиа, что это за дротики, сопровождаемые эскортом Туо Чжэньюань».

«Просто спроси!» - сказал Линь Шуй'эр: «Сянгун, что это за дротики? Почему их перевозят разными маршрутами?»

«Это ...» - колебался Фан Хунфэй, - «Это ... я ... я не знаю».

«Вы не знаете? Но эти дротики, очевидно, принадлежат вам…»

«Прекрати говорить, Шуйер».

Муронг Юньшу усмехнулась: «Поскольку Фан Шаося неудобно говорить, позвольте мне рассказать всем. Сопровождение Чжэньюань Эскорт стоит 50 миллионов таэлей серебром».

Прежде чем слова упали, все ахнули. 50 миллионов серебра! Сколько вилл знаменитых мечей можно купить.

После нескольких секунд молчания все заговорили.

«Почему на вилле« Знаменитый меч »так много серебра?»

«Да. Пятьдесят миллионов таэлей серебра - немалая сумма».

«Я потерял такую большую сумму денег, почему вы не слышали, чтобы об этом упоминалось на знаменитой вилле с мечом? В реках и озерах нет ветра».

«Неужели это угрызения совести? Может ли эта партия серебра действительно принадлежать особняку Муронг?»

«Это разумно. Особняк Муронг богат во вражеской стране, и всего пятьдесят миллионов - ничто».

«Но как серебро особняка Муронг могло оказаться на вилле Минцзянь?»

Все не могут разгадать тонкости одним словом.

Муронг Юньшу осторожно сняла платок. Неглубокая рана на ее шее уже была струпьями. Она протянула платок Лу'эр и убрала его, затем скривила губы и сказала: «Эти пятьдесят тысяч таэлей серебра были подарены особняком Муронг. . Обручальный подарок виллы Меча Мин. Жаль, что Фан Шаосся увидел обручальный подарок, но ему не понравился Муронг Юньшу, поэтому он ушел на пенсию, но не отказался от помолвочного подарка. Хотя в моем особняке Муронг не было недостатка в серебро, но это было так бесстыдно. Действия, вы не можете проглотить, это удешевляет негодяя ".

Свободная жена злобного мужа Глава 35: Использование преимущества

Все были поражены, когда он это сказал.

«Я не ожидал, что знаменитая вилла с мечом знаменитой семьи сделает такое гнусное дело».

«Это действительно позор боевых искусств».

Фан Хунфэй покраснел и закричал: «Ты несешь чушь! Это, очевидно, деньги, которые твой отец положил в мой дом, а вовсе не выкуп за невесту!»

Муронг Юншу слегка улыбнулась и сказала: «Итак, вы знаете, что это серебро моего особняка Муронг».

«Делай то, что я сказал!» Фан Хунфэй сразу понял, что его обманули, его лицо резко изменилось, его кровь потекла, он отступил на несколько шагов и уставился на Муронг Юньшу с удивлением и гневом.

«Амитабха Будда, доброта и доброта», - сказал мастер Сюанькун, - «Поскольку дело мисс Муронг было недоразумением, мы пока не будем заниматься этим. Но благодетель Чу сжигает Павильон Тибетских Священных Писаний и должен дать храму Шаолинь поколение цзяо ".

Муронг Юньшу тихонько усмехнулся, когда услышал эти слова, его улыбка казалась чуун ветреной, но в его глазах был холодок. «Это гнусное преступление - найти кого-то, кто ограбит дротик из бюро сопровождения Чжэньюань. Знаменитая вилла Меча по недоразумению присвоила серебро моего особняка Муронг. Аббат Шаолиня действительно практикующий. Размер такой большой».

Мастер Сюанькун смутился: «Как, по мнению мисс Муронг, следует поступить с этим вопросом?»

«Играй в Чу Чангге», - спокойно сказала Муронг Юн.

Прежде чем мастер Сюанькун смог что-то сказать, некоторые люди бросились воспротивиться этому: «Нет! Чу Чангэ - лидер группы демонов. Сначала сжег павильон буддийских священных писаний в храме Шаолинь, затем убил Ли Дао, главу школы Куньлунь, и отпусти его ... "

Муронг Юн приподнял брови и сказал: «Поскольку вы так усердно« идете дорогой к небу », пожалуйста, попросите справедливости для меня в вилле Минцзянь. Несправедливый поступок, такой как присвоение семейного имущества, вы не должны способен терпеть храбрых героев, правда? "

"Эта……"

«Вилла знаменитого меча - это тоже семья боевых искусств, боюсь, это неправильно ...»

«Давайте послушаем, что сказал Мастер Сюанькун».

«Да, мастера Сюанькуна уважают и уважают, просто послушайте его».

На мгновение все взгляды были обращены на настоятеля мастера Сюанькуна. Мастер Сюанькун был очень смущен.

Муронг Юньшу улыбнулся и сказал: «Если настоятель будет настаивать на аресте Чу Чангге, это приведет только к новым смертельным случаям. Монахи сострадательны, и я считаю, что вы не желаете видеть такие результаты».

Мастер Сюанькун тяжело кивнул и, пройдя с Чу Чанге, понял, что этот молодой человек, который не смотрел на весь мир, действительно имел высокомерный капитал. Считается, что в современном мире никто не может сравниться с ним. Но теперь Чу Чангэ скрупулезно относится к комфорту Муронг Юньшу и не может принять бой всем сердцем. Есть еще шанс на победу. Если вы отпустите его, я боюсь, что в будущем такой возможности не будет. Однако, если Храм Шаолинь сделал такую победную вещь, какое лицо он будет иметь в будущем?

После долгих размышлений Учитель Сюанькун принял решение: «Хорошо, Лао На не будет нести ответственности за сожжение Благодетелем Чу Павильона Тибетских Писаний. Однако благодетель Чу также обещает Лао На условие.

Чу Чангге тупо сказал: «Какие условия?»

«Отныне боевые искусства в храме Шаолинь запрещены, - сказал мастер Сюанькун.

Муронг Юньшу был потрясен, когда он услышал это, и ему не разрешили применить силу в храме Шаолинь. Разве не так ли, что, войдя в храм Шаолинь, его только зарежут?

«Хорошо, я пока прощу вам, вонючие монахи. Ради вас я скажу вам одну вещь», - сказал Чу Чангге: «Я не поджигал павильон Тибетских Священных Писаний».

Цинюань Луохань сказал: «Когда загорелся павильон Тибетских Священных Писаний, ты был единственным человеком в нем. Кто еще это мог быть, если бы ты его не вставил?»

Чу Чангэ холодно фыркнул: «Хотите верьте, хотите нет». Отказавшись от этих слов, он охранял Муронг Юньшу и хвастливо вышел из храма Шаолинь под всеобщим негодованием и вниманием.

＊

Как только он покинул храм Шаолинь, Чу Чангэ, казалось, изменился, улыбаясь и презрительно. «Спасибо, мадам, за вашу спасительную милость», - улыбнулся он.

Муронг Юньшу сказал: «Ты только что спас меня от руки Ли Дао, и мы живем».

«Ты помог мне прорваться в битву, прежде чем я смогу спасти тебя. Две вещи равны. И ты только что променял мою жизнь на то, что отпустил знаменитую Виллу Меча, и я тебе должен», - сказал Чу Чангге.

«Лидер Чу - действительно тот, кто не любит пользоваться преимуществом».

«Вовсе нет», - Чу Чанге слегка прищурился, посмотрел на нее с улыбкой, но с улыбкой, и сказал: «Некоторые дешевые, я все еще не могу никому отказать».

Муронг Юньшу покраснел, повернул голову, чтобы посмотреть на засохшее дерево у дороги, и сказал: «Такая дешевизна, вы не можете ее принять».

«Что дешевле?» - с улыбкой спросил Чу Чангге.

Муронг Юншу знал, что это было сделано намеренно, поэтому Хан сделал вид, что не слышит его, и молча спустился с горы.

Вскоре после возвращения в таверну Цзянху я увидел четырех стражей Востока, Юга, Запада и Севера, ворвавшихся в дверь со словами: «Учитель, мадам, с вами все в порядке?»

Лицо Чу Чанге было холодным, и он сказал: «Позволь тебе остаться в гостинице, чтобы защитить свою даму, где ты был?»

Донг Хуфа: «Подчиненные обнаружили, что утром был подозрительный человек, поэтому они прогнали их, но попали в ловушку тактики колеса противника, и теперь они могут выбраться».

«Мы тоже», - хором сказали защитники Юга, Запада и Севера. Очевидно, враг намеренно отвлек четырех человек с юга, востока, севера и запада, чтобы разобраться с Муронг Юньшу.

«Учитель, вы ходили в Храм Шаолинь, чтобы получить противоядие от Разрушающей пилюли?» - спросил Дун Хуфа.

Муронг Юнь был шокирован. Неудивительно, что сегодня Чу Чангэ пойдет в храм Шаолинь. Он искал противоядие. Но Сяолян Ван Минмин уже дал ему противоядие, так зачем же идти в храм Шаолинь, чтобы найти противоядие?

Свободная жена злобного мужа Глава 36: Так вот что случилось

Муронг Юньшу была приятно удивлена. Неудивительно, что сегодня Чу Чанге пошел в храм Шаолинь. Оказалось, что он искал противоядие. Однако разве король Лян-младший уже не дал ей противоядие? Почему он все еще пытался найти еще одно в храме Шаолинь?

Чу Чанге, казалось, видел ее замешательство, поэтому он объяснил: «Король Лян-младший только сказал мне, где он спрятал противоядие. На самом деле он не дал его мне».

Муронг Юньшу слегка нахмурился. Король Лян-младший был далеко, в провинции Шу. Как он мог спрятать противоядие в хранилище Священных Писаний храма Шаолинь? Более того, почему хранилище Священных Писаний не загорелось раньше и только тогда, когда Чу Чангэ вошел за противоядием? Восемнадцать архатов которые находились вдали от хранилища Священных Писаний. Как они могли там появиться как раз в момент пожара?

С того момента, как Муронг Юньшу прибыла в Город Формирования, она почувствовала сильное чувство заговора. Особенно после сегодняшних событий, когда она еще больше почувствовала, что Ассамблея боевых искусств на самом деле была собранием удаления Модзяо, которое было посвящено Чу Чанге.

«Ты будешь присутствовать завтра на Ассамблее боевых искусств?» - спросила Муронг Юньшу.

Чу Чангэ неторопливо улыбнулся: «Конечно, я должен идти, как лидер секты Модзяо, если я не пойду, Ассамблея боевых искусств не будет оживленной».

«Вы обещали Великому Мастеру Сюанькуну, что не будете применять силу внутри Храма Шаолинь».

«То, что я не могу использовать силу, не означает, что кто-то другой не может». Чу Чанге многозначительно посмотрел на Четырех Великих Хранителей Востока, Запада, Юга и Севера.

Четыре великих стража тяжело кивнули головами: «Мы хорошо защитим лидера секты и мадам».

Муронг Юньшу подняла брови. «Я не сказала, что собираюсь».

Северный страж сказал: «Когда муж поет, жена последует его примеру [1], правильно? Итак, раз уж Лидер уходит, конечно, Мадам тоже уходит ".

"Мадам должна уйти. Для таких людей, как Лидер, которые умеют привлекать пчел и бабочек [2] любом действии нужно внимательно следить. Может быть, этот Линь Шуй'эр действительно придет, чтобы его зацепить », - сказал страж.

«Если бы он действительно соединился и ушел, для меня это только упростило бы дело. Это чудо иметь такого жениха, на которого гнев небесный и гнев людей. Муронг Юньшу поднялась наверх, пока говорила. Она только что испугалась сегодня и ей нужно хорошо выспаться.

«Кажется, мадам очень хочет провести четкую линию со своим мужем». Сказал Чу Чангге со смехом.

Муронг Юньшу оглянулась и слегка спросила: «Готов ли Лидер помочь кому-то в совершении доброго дела?»

"Конечно, нет."

Действительно простой человек. Муронг Юньшу повернула голову, необъяснимо улыбнулась и поднялась наверх, чтобы вздремнуть.

На самом деле, она действительно не понимала, почему Чу Чанге так хорошо с ней обращался. От первоначального ухаживания до сегодняшнего одиночного посещения храма Шаолинь, чтобы получить противоядие, нельзя было отрицать его желание защитить ее. Но кроме того, что он спросил днем в храме Шаолинь, он никогда не говорил с ней серьезно. Его шутливые слова не позволили ей понять истинный смысл его слов и увидеть правду под его циничной маской. Его необъяснимая забота на мгновение растрогала и смутила ее.

В мире так много женщин, почему это должна быть она?

＊

Той ночью Муронг Юньшу ворочалась и не могла уснуть. Казалось, в ее голове ссорились два человека: один говорил, что она не должна отпускать свои мысли, а другой сказал, что ей следует овладеть с трудом завоеванной судьбой, и ссора разгоралась со временем. Мужчина должен жениться по достижении совершеннолетия, и девушка - тоже. В любом случае, она должна была выйти замуж. Поскольку она решила выйти за него замуж, она должна принять его все, смачивать друг друга слюной [3] оставаться преданной парой, пока волосы не поседеют [4] Однако у него было незабываемое прошлое. Даже если бы она могла отпустить прошлое и открыто принять ее, она не смогла бы убедить себя изложить свои принципы и принять его.

Однажды она вышла за него замуж, а они все еще хранили свои сердца при себе. Сможет ли она справиться с этим до такой степени?

Как могла она не тронуться мужчиной, который не колебался быть врагом всего мира, но все еще желал получить противоядие для нее и защитить ее?

Однако такое трогательное чувство было слишком нереальным, как будто человек, которого он защищал, не был ею.

Это постоянное разделение с тысячами нитей и свободных концов [7]Китайская идиома: множество вещей в беспорядке она чувствовала себя еще более непринужденно.

В любом случае, поскольку Муронг Юньшу не мог заснуть, она просто надела одежду и плотный плащ и вышла на прогулку во двор. Цзянх

У гостиницы было странное строение. Снаружи это выглядело как изношенная и убогая гостиница. Однако на другом конце второго этажа был коридор, ведущий на задний двор, где находился украшенный драгоценностями нефритовый дворец .

Спускаясь по внешней лестнице, Муронг Юньшу подошла к восьмиугольной беседке и села, когда холодный ветер дул, заставив ее потерять всякое чувство сна. Было сказано, что луна 16-го числа была намного полнее, чем 15-го , однако сегодня вечером луна была уже полной. Когда лунный свет медленно уходил, а ночь окутывала туман, вид выглядел таким прекрасным, как будто она была в волшебной стране. «Лунный дворец, расположенный высоко над Девяти Небесами, вероятно, выглядит так», - подумала она.

Когда она была опьянена прекрасным пейзажем, за ее спиной внезапно раздался ясный голос: «Вы знаете, почему так много людей хотят жить в Цзянху

От одного его голоса сердце Муронг Юньшу замирало. Он всегда появлялся, когда она хотела собраться с мыслями о нем. Это просто совпадение или судьба?

Муронг Юньшу медленно сделала глубокий вдох, чтобы успокоить свое сердце, а затем легонько сказала: «Наверное, тебя здесь найти намного легче». Что касается того, почему другие его искали, у этого было взаимное молчаливое понимание.

Чу Чанге засмеялся и сел напротив нее, сказав: «Мадам такая забавная».

Муронг Юньшу подняла на него глаза, и на несколько секунд они остановились на его ослепляюще красивом лице. Затем она спросила: «Почему я?»

Чу Чангге тупо уставился на нее: «Почему что?»

«В мире так много женщин, но почему ты так любезен со мной? Не говори, что это было потому, что я спас тебе жизнь. Если подумать, я просто оставил тебя в бамбуковом доме на произвол судьбы. вы сами. Это ваша собственная удача, что вы можете сбежать из врат ада ». Это был первый раз, когда Муронг Юньшу пришлось смотреть на него своим властным взглядом, просто чтобы попросить ответа.

«Значит, ты узнал меня. Я хочу, чтобы ты не вспомнил мой жалкий взгляд», - с улыбкой сказал Чу Чангге.

Муронг Юньшу также увидел такую улыбку в глазах Фэн Чэна, полную печали, которую невозможно смыть, и отчаяния, как будто все было черным, без дневного света. В то время Фэн Чэн показала такую улыбку, потому что упомянула женщину по имени Си Юэ, у которой, как говорили, было обсессивно-компульсивное расстройство, подобное ей.

Было ли «Си Юэ», вышедшее из уст Фэн Чэна, тем же человеком, что и «Сестра Си», сказанная Фэн Лином?

Муронг Юньшу смутно догадывалась, но она не хотела безрассудно угадывать. Поэтому она повторила свой вопрос: «Почему ты слишком любезен со мной?»

На этот раз Чу Чангге не улыбнулся. Он взглянул на яркую луну, нависшую над бесконечным ночным небом. Его длинные ресницы слегка дрожали, когда он мягко ответил после долгого молчания: «Потому что мне нужно быть с кем-то добрым, а тебе просто нужно, чтобы кто-то был мил с тобой».

В тот момент, когда Муронг Юньшу услышала ответ, она почувствовала, как ее сердце сжалось, и холодная дрожь охватила все ее семь меридианов, все пять внутренностей, заставив ее содрогнуться.

Обернув вокруг себя плащ, Муронг Юншу заметила: «В этом мире есть много других женщин, которым нужны люди, чтобы относиться к ним хорошо».

«Но ты единственная женщина, которая видела меня в моем самом жалком виде».

«Я думал, что ты предпочел бы убить меня, чтобы заставить меня замолчать, свидетеля».

«Если я убью тебя, не станут ли мои серебряные банкноты макулатурой?» Чу Чангэ широко улыбнулся.

Муронг Юньшу некоторое время смотрела на него, затем опустила глаза и замолчала. Он был таким непредсказуемым. Его глаза были явно полны печали, но лицо было полно улыбок, как будто никто не мог ему помочь.

Она должна была знать, что он был для нее просто совпадением. Как он сказал, ей нужен был кто-то, на кого можно положиться, и он хотел поддержать свои плечи, поскольку он получил то, что ему было нужно, вот и все.

Неудивительно, что после того, как днем он покинул храм Шаолинь, он настоял на том, чтобы быть в долгу перед ней, но не позволял ей быть в долгу перед ним. Ему нужно было какое-то оправдание, чтобы быть с ней вежливым, но он не хотел, чтобы она «излила свою любовь на незаинтересованную сторону», обязавшись ему чем-то одолжить.

Муронг Юньшу криво улыбнулась  Оказалось, что некоторые люди могут быть эгоистичными до самоотверженности. К сожалению, это самоотверженность было не из-за того, насколько особенной она была в его сердце, а из-за того, что ему нужно было излить те чувства, которые ему некуда было выразить.

К счастью, она была трезвой и так будет и дальше.

«Когда муж поет, жена последует его примеру [1].Китайский идиома . супружеская гармония,

Умеют привлекать пчел и бабочек [2]инжир. способность привлекать противоположный пол в

Смачивать друг друга слюной [3]. (влюбленной пары) сопровождать друг друга во времена процветания и лишений до скончания веков

Оставаться преданной парой, пока волосы не поседеют [4] ]Китайская идиома: дожить до глубокой старости в супружеском блаженстве.

черным, без дневного света  -[5]Китайская идиома: мир без справедливости

Свободная жена злобного мужа Глава 37: Ассамблея боевых искусств (1)

Изначально Муронг Юншу хотела покинуть Shaping Town на ночь, но, подумав об этом, у нее возникло подозрение, что она убегает, не попрощавшись. Зачем ей убегать из-за его эгоизма, если она на самом деле хороший человек? Он могла бы быть милой с ним без всякой причины, и она могла бы принять это со спокойствием, просто принимая то, что хотела, без оглядки на ветер или луну Поэтому она должна остаться и присутствовать на Ассамблее боевых искусств вместе с ним, как будто ничего не произошло, смотреть, как он разговаривает и смеяться, ожидая, когда он произведет фурор.

На Ассамблее боевых искусств было много участников. Не только те, кто занимал пост главы каждой секты, но и их ученики, каждый из которых имел такой большой сильный состав. Однако они были не более чем большими составами секты Mojiao.

Муронг Юншу уже знала, что Чу Чангэ не попадет в опасность в одиночку, но она не ожидала, что он принесет с собой три руля и десятки людей, которые смогут заполнить зал, как парад.

«Мадам немного отвлечена», - сказал Чу Чанге с легкой улыбкой.

"Есть ли что-нибудь, на чем стоит сосредоточиться?" - риторически спросил Муронг Юньшу с невыразительным лицом.

Чу Чанге посмотрел на место встречи, которое замолчало с тех пор, как он вошел в храм Шаолинь, и сказал, приподняв бровь: «Еще нет».

Муронг Юньшу дрожала и замолчала. Фактически, после вчерашнего «глубокого разговора» она действительно не хотела с ним разговаривать. Она не могла сказать почему. Короче говоря, когда она его видела, она была в плохом настроении.

Когда Муронг Юньшу подняла глаза, она пренебрегла четырьмя пустыми местами на арене и слегка покачала головой. Эти порядочные люди боевых искусств, с одной стороны, до мозга костей ненавидели Чу Чангге: , а с другой стороны, все еще уважал его как уважаемого гостя, очень любил щуку и щит .

Как раз когда она думала об этом, вокруг нее возник небольшой гул ...

«Послушайте, это Муронг Юньшу. У нее гораздо больший класс, чем у Линь Шуйера. Фан Хунфэй действительно слеп. Вместо того, чтобы быть с дочерью из благородной семьи с золотым холмом, он выбрал красивую девушку из скромной семьи, которая ходит пешком в Цзянху .

«Вы, должно быть, не знали. Когда Фан Хунфэй в то время отказался от своего брака, семья Муронг спустилась в этот мир  Его называли тем, кто видит ветер и ставит руль , как трава на стене, колышущаяся на ветру .

«Я действительно не ожидал, что молодой хозяин горной виллы Минцзянь обладал таким характером».

Лю-эр была вне себя от радости, когда она услышала разговоры вокруг себя, и она счастливо улыбнулась: «Мисс, вы слышали это? Все говорят, что вы намного лучше, чем Линь Шуйер!»

«Все также ставили Чу Чангэ наравне с аббатом Шаолиня, лидером Удан и стариком Шэньцзи», - безо всякого выражения сказал Муронг Юньшу.

Рот Лю-Эр сжался, когда она сказала: « Гай это так здорово. Обидно на равных с несколькими плохими стариками ".

Муронг Юньшу весело покачала головой. Лидеры боевых искусств описывались Лю-эром как плохие старики. Если бы эти слова услышали молодые монахи и даосские священники, она задалась вопросом, как бы они отреагировали.

По пути к основанию сцены Муронг Юншу собиралась развернуться и сесть на ближайшее к ней свободное место, когда ее потянул Чу Чангге, который шел впереди нее. "Куда идет мадам?"

Муронг Юньшу легкомысленно сказал: «На сцене всего четыре позиции». Подразумевается, что «тебе хорошо выйти на сцену самому».

«Я попрошу кого-нибудь поставить рядом стул».

«Положение рядом с тобой слишком опасно».

«Самое опасное место - самое безопасное».

Муронг Юньшу легонько вздохнула и беспомощно сказала: «Ассамблея боевых искусств - это ваша сцена. Какой смысл тащить меня туда?»

«Слышали ли вы когда-нибудь, что когда муж поет, жена последует его примеру ."

"Вы имеете в виду, как злодеи вступают в сговор [10]Китайская идиома: работать рука об руку с кем-нибудь (до гнусных целей)? "

«Мадам очень проницательна».

Муронг Юньшу тайком бросил на него презрительный взгляд. Как утку загоняют на жердочку , она последовала за ним на арену. Подойдя ближе к сцене, она заметила человека с божественной уравновешенностью и сагоподобными чертами лица, сидевшего рядом с аббатом Шаолинь, великим мастером Сюанькуном. Он выглядел как ... буддийский монах?

После того, как она зафиксировала глаза и взглянула еще раз, Муронг Юньшу внезапно вспомнил, что человек перед ней явно был… Старик Мо, лидер Удана, которому обрили голову. «Когда Мастер Мо оставил Удан и присоединился к Шаолинь?» - спросила она с улыбкой.

Мастер Мо нежно погладил свою бороду и сказал: «Мисс Муронг очень забавная. Этот бедный даос случайно сбрил свои белые волосы, а не сбрил их, чтобы стать монахом».

Не волнуйтесь, господин Мо, вы не единственный, кто был лысым. Даже ваш Бессмертный Чжао Голао был смелым.

Не волнуйтесь, господин Мо, вы не единственный, кто был лысым. Даже ваш Бессмертный Чжао Голао был смелым.

Кредит изображения | Чжан Лу (1464–1538

Когда дело доходит до «бритья чью-то волосы», Муронг Юньшу искоса посмотрела на человека рядом с ней, чье лицо не показывало «его не касается». Нетрудно было представить человека, который мог бы сделать такие злые дела. Однако этот лидер Удан действительно заслуживал называться мастером даосизма. Даже когда его волосы были сбриты, он все еще мог сидеть рядом с аббатом Шаолинь с такой легкостью. Напротив, Фан Хунфэй выглядел так, как будто он носил парик, и его лицо, наполненное негодованием, выглядело намного хуже.

"Мисс Муронг". Мастер Мо открыл рот, чтобы сказать многозначительные и искренние слова : искренние слова и искренние пожелания«Даже если эти бороды этого бедного даоса будут отрезаны, этот бедный даос будет продолжать давать вам советы. Добро и зло не могут сосуществовать. Вы должны дважды подумать, прежде чем действовать».

Муронг Юншу внезапно вспомнила, что Мастер Мо однажды посоветовал ей серьезно подумать о ее браке с Чу Чангге. Как оказалось ... о боже ... этот человек, Чу Чангге, действительно потерял бы весь свой разум, защищая ее.

Свободная жена злобного мужа Глава 38: Ассамблея боевых искусств (2)

Как только Муронг Юньшу села, она увидела седого старика с маленькой девочкой, идущих по эту сторону от главных сидений.

«Мисс, это пара рассказывающих историй бабушка и дедушка и внук! Они здесь, чтобы присоединиться к веселью?» - с сомнением спросил Лю-эр.

Муронг Юньшу улыбнулась старику в знак приветствия. Затем она ответила на вопрос Лю-эра: «Они должны были лично приехать посмотреть, что произошло на этой Ассамблее боевых искусств, прежде чем они смогут рассказать свои истории в чайных».

Лю-эр внезапно увидела свет, когда она кивнула и сказала: «Новости из первых рук, неудивительно, что так много людей любят слушать его рассказы».

Услышав этот разговор, Чу Чангэ улыбнулся и сказал Муронг Юншу, склонив голову набок: «Мадам, так много людей хорошо разбираются в перо и мече : прекрасный ученый и солдат  Вы не хотите сменить горничную? "

"Нет потребности." Муронг Юньшу проигнорировала его взгляд и посмотрела вдаль, когда она слабо сказала: «Кто-то, кто слишком умен, не подходит для моей горничной».

Меч как брови или Jianmei

Когда меч Чу Чангэ словно поднял брови, на его лице появилось выражение «тогда просто забудьте об этом». Через несколько секунд он не мог не поддразнить ее: «Так это все, что вы преследовали».

Муронг Юньшу удержалась от того, чтобы поджать уголки губ, сказав: «Мы, управляющие частным банком, счастливы только с деньгами. Что касается счастья с людьми, это нормально, если мы не добиваемся этого».

«Мадам имеет в виду, что ее муж любит только развлекаться?»

"Заявлено прямо".

«...» Чу Чанге испытал искушение спросить, не попадал ли он в ее глазах в категорию «не слишком умных» ...

Хотя лицо Муронг Юньшу было все еще легким, как прохладный ветерок, когда она взглянула на взлохмаченную манеру Чу Чанге и побежденное выражение лица, она внезапно не смогла сказать, насколько беззаботно чувствовалось ее сердце, поскольку уголки ее рта бессознательно слегка приподнялись.

В этот момент к ним подошел Старик Шенджи и радостно сказал Муронг Юньшу: «Маленькая девочка, мы снова встретились».

Муронг Юньшу вежливо поднялся: «Старейшина Шенджи стар, но все еще силен .

Старик Шенджи все время качал головой, садясь на крайнее левое место. Затем он сказал: «Нет, этот старик находится на грани смерти, так как этот старик уже стар. Этот старик даже задыхался после того, как поднялся по предыдущим ступеням лестницы. Не знаю, кто намеренно усложнил жизнь этому старику. человек, устроив сцену так высоко ".

«Это старый монах послал кого-то построить его», - сказал Великий Мастер Сюанькун с улыбкой.

«Я знаю, что у вас, вонючие монахи, плохие намерения!» - возмущенно сказал Старик Шенджи. Когда он отвернул свою седую голову в сочетании со своим старым «неуважением к старшим», это вызвало громкий смех в толпе.

Прибыли три великих мастера и один великий дьявол, так загремели барабаны и официально началась Ассамблея боевых искусств. Великий мастер Сюанькун первым говорил о том, что «мы провели Ассамблею боевых искусств ради гармонии всего круга боевых искусств, и все дисгармоничные факторы должны быть устранены». . После того, как Великий Мастер Сюанькун произнес свою речь, Мастер Мо высказался в том же духе. Короче говоря, все они должны работать на благо мира в кружке боевых искусств.

Большинство людей концентрировали свое внимание на Великом Мастере Сюанькуне, в то время как небольшое количество людей, например, Лю-эр, думали о собственном плане в своем сердце.

«Мисс, вы снова солгали мне». Лю-эр надулась и обвинила своего Учителя в плохом поведении в том, что он не принимает всерьез мысли своей горничной, как будто у нее нет своего собственного ума.

«Угу», - признался Муронг Юньшу.

Лю-эр внезапно почувствовала, что ей больше нечего сказать, хотя на самом деле в ее сердце было много жалоб. Но, как говорится, снисхождение к признавшимся  «снисходительность к исповедующимся, суровость к тем, кто сопротивляется», которая является одним из законов Китая., и мисс уже признала это. Что еще она могла сказать? В худшем случае, даже если мисс не признает этого, она все равно не сможет жаловаться! Ах, неудивительно, что мисс любила подшучивать над ней, ведь она была глупа, глупой от природы!

После некоторого самоанализа и самоотвержения, Лю-эр скорректировала свой разум и спросила: «Мисс, когда вы узнали, что этим старым рассказчиком был Старик Шенджи?»

"Всего лишь мгновение назад".

"Когда это было?"

Муронг Юньшу слушал Учителя Мо, отвечая Лю-эру: «Когда он подошел к сцене».

Услышав это, Лю-эр немедленно воскликнул с восхищенным видом: «Мисс, о Боже! Вы увидели его насквозь, как только он появился!»

Муронг Юньшу ни разу не подняла веки: «Ничего подобного». Дело не в том, что она была скромной, но правда была слишком очевидной - на сцене оставалось только одно свободное место, и человек, который подошел к рингу, был либо стариком Шенджи, либо сыном или внуком старика Шенджи. , в котором, согласно предположению возраста, должен был быть настоящим. Более того, когда она впервые встретила его в чайхане, она могла сказать, что его статус был необыкновенным. Поэтому неудивительно, что именно он увидел голову небесного дракона  Старик Шенджи.

"Мисс, держу пари, что позиция великого лидера будет принадлежать Гаю Как ты думаешь? »Как только Мастер Мо объявил правило« Соревнования великих лидеров боевых искусств », Лю-эр начал непрерывно болтать.

Четыре Великих Хранителя также стали беспокоиться, поскольку они начали двигать своими костями и мышцами [8]упражнения для тела шепча друг с другом.

Страж  Я давно никого не бил.

Южный страж: Я пойду первым через минуту.

Восточный страж: Ни за что. Вы будете слишком безжалостны. Просто позволь Лил Норт идти первым.

«Почему я должен идти первым, если он станет безжалостным?» North Guardian не чувствовал себя счастливым.

«Потому что ты слаб». Три стража, Юг, Восток и Запад, говорили в унисон.

Северный страж  горько коснулся своего носа и пробормотал: «Нет нужды говорить так прямо ...»

Муронг Юншу весело покачала головой и спросила Чу Чанге, наклонив голову набок: «В особняке Муронг так много глухонемых людей. Вы хотите подумать о смене Четырех Великих Хранителей?»

"Нет потребности." Уголки рта Чу Чангэ залились улыбкой, когда он объяснил: «Тот, кто слишком тих, не подходит для того, чтобы быть моим опекуном».

Муронг Юньшу также подражала ему, приподняв брови и изобразив на лице «тогда просто забудьте об этом». Затем она обратила внимание на драки на сцене. Услышав слова «Великий лидер соревнований боевых искусств», она поняла, что то, что произошло вчера, было всего лишь ловушкой, чтобы заставить Чу Чанге пообещать - не применять силу внутри храма Шаолинь. Если нельзя было применить силу, он был бы исключен из конкурса «Великий лидер боевых искусств».

Те, кто вырыл эту ловушку, должны их очень хорошо знать. Они не только знали, что она пойдет в Храм Шаолинь, чтобы спасти Чу Чанге без колебаний, они также знали, что Чу Чанге будет опасаться ее безопасности и не будет сражаться изо всех сил, что привело его к поражению в битве.

Кто это был? Кто мог так много знать о них обоих?

В голове Муронг Юншу вспыхнуло имя. Ее лоб сразу стал тяжелым, когда она посмотрела на сцену с внушительным выражением лица.

Как и все соревнования, только после креветок-солдатиков и крабовых генералов безнадежный отряд сражались бы друг с другом за выход ключевых фигур на сцену, и Ассамблея боевых искусств не стала исключением. Вскоре Фан Хунфэй поднялся и победил всех своих противников. Он насмехался над Чу Чангге и устроил провокацию: «Чу Чанге, я слышал, что твои боевые искусства не имеют себе равных в мире .

Чу Чанге все еще выглядел так, как будто его никто не беспокоил, презрительно глядя на Фан Хунфэя посреди сцены, и без всякого беспокойства сказал: «Зеленый дракон видит только  мастеров, поэтому ты недостоин ».

Свободная жена злобного мужа Глава 39: Ассамблея боевых искусств (3)

«Хм! Я думаю, ты просто боишься!»

Фан Хунфэй фыркнул.

«По фамилии Клык, ты действительно думаешь, что достоин сражаться с нашим лидером секты ?!»

Северный страж вскочил на вершину сцены и сказал:

«Сначала ты должен победить меня».

Фан Хунфэй ответил с презрением в глазах: «

Ассамблея боевых искусств - не место, где никто, как ты, не может разговаривать. Если ты не хочешь умереть, уйди с дороги».

Северный Страж рассмеялся, как только услышал эти слова, при этом обеими руками держась за живот. После того, как его смех закончился, он сказал:

«Я человек, рожденный в поисках смерти. Давай просто сделаем это».

«Хорошо! Я сначала проучу тебя, прежде чем уберу Чу Чангге».

Лицо Фан Хунфэя стало жестоким, когда он быстро ударил своим мечом вперед, который пронзил рукав Северного Стража и задел его плечо.

Северный страж  был шокирован. Он видел технику владения мечом Фан Хунфэя в Цзянху Гостиница в тот день, и она была посредственной. Даже Ли Вунай смог победить его. Как Фан Хунфэй достиг такого поразительного прогресса в технике владения мечом всего за два или три дня?

Копье с красной кисточкой

Муронг Юньшу тоже была удивлена. Хотя она не знала боевых искусств, меч Фан Хунфэй только что был явно в несколько раз быстрее, чем тот, который на днях расколол Ли Вунай. Прежде чем она успела увидеть, как он вытащил свой меч, Северного Стража уже нанесли удар в рукав. Сохранил ли Фан Хунфэй настоящую силу или была другая причина? Когда она была озадачена, она услышала позади себя крик Западного стража

«Северный, лови!»

Даже когда  страж едва успел закончить говорить, она увидела, как к сцене летит красное копье с кисточкой размером с человеческий. Северный Страж подпрыгнул, поймал железное копье, затем, естественно, резко ударил велосипедом и твердо приземлился на землю.

У Северного Стража был великий торжественный вид, когда он сказал: «Я только что проявил небрежность. А теперь позволь моему копью встретиться с твоим мечом на мгновение!»

Как только его слова умолкли, копье начало двигаться с аурой убийства. Копье с красной кисточкой, казалось, оживало, поскольку оно постепенно продвигалось и укреплялось на каждом шагу  всем пути, когда он въехал прямо, вынудив Фан Хунфэя к краю ринга, без возможности отступить .

Положение Фан Хунфэя в то время было сопоставимо с поражением войск, подобным оползню . Копье Северного Стража было слишком быстрым и безжалостным, чтобы не дать ему ни единого шанса дать отпор, не говоря уже о его победе.

Столкнувшись с красным копьем с кисточкой, которое могло пронзить его горло на один сантиметр больше, Фан Хунфэй испугался и неохотно спросил:

«Как ты мог использовать копье семьи Гу?»

«Вы все еще знаете, что это копье семьи Гу. Не так уж плохо». -

холодно сказал Северный страж.

Фан Хунфэй холодно фыркнул и ответил:

«У бывшего великого защитника государства генерала Гу Юэяна было страшное копье, которое было широко известно в мире. Как я могу не знать этого? Но копье семейства Гу было утрачено пять лет назад, когда все Семья Гу была казнена, а их имущество конфисковано. Где вы узнали об этом? "

«Генерал Гу научил меня».

«Невозможно! Копье Гу перешло только к старшему сыну…» Внезапно Фан Хунфэй понял: «Не может быть, что ты старший сын семьи Гу, который пережил казнь ... невозможно ... абсолютно невозможно ... семья Гу была полна лояльности, и они никогда не укрылись бы в секте Модзяо ... "

Северный Страж ухмыльнулся:

«Судьба верных и отважных людей, как правило, такова, что все они будут урезаны. Почему я все еще должен быть верен бестолковому правителю? Кроме того, если я не укрылся в секте Модзяо, Не говорите мне, что я должен укрыться в такой честной и выдающейся семье, как ваша? Я не могу вспомнить ни одной другой секты, которая осмелилась бы взять меня, нарушившей императорский суд, кроме секты Модзяо ».

Как только прозвучали эти слова, вся комната замолчала. Фан Хунфэй, стоявший на сцене, смутился еще больше.

Спустя долгое время ленивый голос внезапно проник в безмолвную атмосферу храма Шаолинь. «Малый Норт, так как ты понимаешь, что этот Лидер проявил к тебе великую доброту, сегодня ты будешь сражаться за этого Лидера и занять положение Великого Лидера, чтобы не позволить друзьям с правильного пути вернуться, чтобы найти несчастье моя секта Модзяо ".

"Понятно!" страж щелкнул копьем и использовал рукоять, чтобы сбить Фан Хунфэя со сцены, затем холодными глазами оглядел сцену.

«Амитабха, хорошо, это хорошо». Великий Мастер Сюанькун встал и заявил: «Поскольку этот покровитель нарушил правила Императорского двора, он больше не может участвовать в турнире. Великий лидер боевых искусств не должен быть грешником».

Помещение, которое минуту назад было тихо, внезапно перевернулось. «Совершенно верно. Грешный человек не может быть Великим лидером боевых искусств. Даже если его боевые навыки еще выше, я этого не приму».

"Да не может быть принято!"

"Не может быть принято!"

"Не может быть принято!"

Публика закипела, но  по-прежнему неподвижно стоял на сцене, как будто ничего этого не слышал.

Чу Чанге скучно щелкнул пальцами и лениво сказал:

«Забудь об этом. Малый Норт, ты можешь спуститься и сменить бойца».

Еще до того, как голос затих, Страж запада необычно выпрыгнул по собственной инициативе и крикнул: «

Я иду!»

Затем, прыгнув, он приземлился рядом с Норт-Стражем и по-братски похлопал его по плечу, сказав:

«Малый Норт, не впадай в депрессию. Когда я стану Великим Лидером, я посвящу тебя в заместители. Лидер ". Сказав это, он с улыбкой повернулся к Чу Чанге и крикнул:

«Лидер, ты будешь Великим Мастером».

Быть кукловодом по-прежнему было высоким положением, но Чу Чангэ только посмотрел на него пустым взглядом и сказал с крайним нетерпением:

«Поторопись».

"Понятно!" West Guardian огляделась и улыбнулась:

«Сначала я просто представлюсь, чтобы меня не называли никем». После этих слов у него из рукава внезапно вылетела длинная цепь.

West Guardian слабо улыбнулся и элегантно помахал Линлунгом . Я слышал, что старика Цзю Цюй не сломить никто . У меня мало таланта, так как я узнал лишь несколько вещей. Интересно, желает ли кто-нибудь из героев возглавить его тестирование? "

Готов взять на себя инициативу в его тестировании ... это было очень скромно с его стороны! Муронг Юньшу обнаружила, что высказывание « похожие вещи группируются вместе, похожие люди подходят друг другу» на стороне Чу Чанге, где один будет безумнее и лучше другого. Если копье Гу из Стража севера  могло шокировать всю аудиторию, то прямо в этот момент Джиу Цюй из Западный страж   изысканный Чейн напугал публику.

Только двое из Четырех Великих Стражей вмешались, и они уже напугали группу праведников, заставив их замолчать. Эта Ассамблея боевых искусств стала просто демонстрацией навыков секты Модзяо, которая полностью застала всех врасплох.

Старик Шенджи взглянул на встревоженное лицо великого мастера Сюанькуна. Он усмехнулся и заявил:

«Я сказал тебе, монах. Я уже сказал тебе заранее, что выбор Великого лидера боевых искусств должен был проводиться тайно, и никогда не придавать этому большого значения. Но ты бы не стал». Не слушайте. Это просто здорово. Как только Модзяо занял положение Великого лидера, с вашими выдающимися семьями, безусловно, будет покончено ".

Нельзя сказать, что все прошло хорошо. Как только эти слова были сказаны, великий мастер Сюанькун стал еще больше волноваться. Затем старик Шенджи повернулся, чтобы с горечью взглянуть на мастера Мо, который был рядом с ним, и тяжело вздохнул. Как это можно было считать!

Мастер Мо тоже был беспомощен. В настоящее время тех, кто превзошел четыре туза секты Модзяо, можно пересчитать по пальцам  очень мало. К сожалению, все они сейчас сидели за судейским столом. Таким образом, они не могли выйти на сцену.

«Старик Шенджи, как вы видели, что нам делать?»

«Что вы должны делать? Разве вы не собираетесь выбирать Великого Вождя? Теперь, когда кто-то победил своего противника, вы должны быть счастливы».

Старик Шенджи ответил сухо.

Мастер Мо сказал с глубоким вздохом, «Если этот титул Великий Лидер попадает в руки Mojiao п, то, безусловно , будет не мир в Jianghu [2]горит реки и озера - люди, блуждающие с места на место и живущие своим умом, например гадалки, знахари, странствующие артисты и т. д., рассматриваемые как социальная группа! "

«Мастер Мо, наш лидер все еще здесь, поэтому, пожалуйста, говорите вежливо!»

Восточный страж холодно предупредил.

Чу Чанге равнодушно улыбнулся и жестом приказал Восточному Стражу заткнуться, смеясь при этом: «Мастер Мо хочет мира? Тогда почему бы всем вместе не присоединиться к секте Модзяо».

В одно мгновение седые бороды Мастера Мо сильно затряслись, когда он праведно сказал: «Добро и зло не могут сосуществовать».

Чу Чангэ слегка приподнял брови:

«Вот почему я пригласил вас, ребята, присоединиться к секте Модзяо».

Старик Шенджи радостно улыбнулся и сказал:

«Чу Чангге, ты все равно уже хозяин своей собственной секты. Почему бы тебе не продать мне лицо и не передать положение Великого лидера кому-то другому, за кого он будет сражаться? Великий лидер, цзянху.

Чу Чангэ начал улыбаться с улыбкой, которая казалась дикой в глазах всех, заставляя их скрежетать зубами ,

«Насколько я понимаю, должность Великого Лидера необязательна, однако что вы собираетесь использовать для этого лица?»

Как только Старик Шенджи услышал то, что было сказано, его старые морщинистые глаза сузились, когда он несколько секунд смотрел на Чу Чанге, прежде чем улыбнулся и неторопливо сказал:

«Противоядие от Похитителя душ. Настоящее противоядие».

Свободная жена злобного мужа Глава 40: Клан Ли

Чу Чанге был шокирован:

«Ты сказал, что у тебя есть противоядие от Похитителя душ?»

Муронг Юньшу тоже была удивлена. Она не ожидала, что у Похитителя душ, у которого не было никаких очевидных признаков, действительно есть противоядие.

«Ну? Хочешь купить его?» -

спросил Старик Шенджи с улыбкой.

Не дожидаясь ответа Чу Чанге, Муронг Юньшу вскочила и сказала: «Нет».

Старик Шенджи был ошеломлен и спросил:

«Тебе не нужно противоядие?»

«Обменять должность Великого Вождя на противоядие - нерентабельно».

«Ха ... ха ... ха ...»

Старик Шенджи ударил себя по бедру и сказал:

«Маленькая девочка, мы говорим о спасительном противоядии. Ты тоже хочешь заключить сделку с этим?»

Муронг Юньшу заметила с улыбкой:

«Бизнес по-прежнему остается бизнесом».

Услышав это, Старик Шенджи был полностью побежден ею и покачал головой, вздыхая:

«Ты действительно непонятена, действительно непонятена ах!»

Чу Чангэ засмеялся. Он неторопливо встал, натянул свою слегка помятую одежду и громким голосом сказал:

«Я буду с уважением ждать вас всех на Горе Черного Ветра».

Затем он склонил голову набок, делая знак приглашения Муронг Юншу. «Мадам, я насмотрелась на волнение. Давайте спустимся с горы с этим вашим мужем».

"Вы действительно хотите отказаться от должности Великого Вождя?" -

нахмурившись, спросила Муронг Юньшу.

«Больше всего я хочу в жизни противоядия от Похитителя душ. Что касается положения Великого Лидера, честно говоря, я не хочу отказываться от своего статуса и присоединяться к этим« джентльменам »».

Тон Чу Чанге был очень высокомерным, от чего толпа пришла в ярость.

Однако Муронг Юньшу заботилась только о первом предложении - больше всего в жизни я хочу получить противоядие от Похитителя душ. По какой-то причине она чувствовала, что может легко понять логику Чу Чанге. Как и сейчас, он не пожалел средств, чтобы получить противоядие, но не для нее, а для своего упрямого и невольного «я». Он не хотел позволить своей возлюбленной умереть без видимой причины. Таким образом, даже если он откажется от должности Великого вождя, у честных и прославленных семей все равно будет возможность объединиться против него и не позволят ему уйти с противоядием. Что касается себя, она чувствовала, что ей снова везет.

＊

Хо Туо

Китайский врач времен поздней династии Восточная Хань. Он был первым врачом, который применил анестетик в хирургии. Он также был известен своими способностями в акупунктуре, прижигании, фитотерапии и лечебных упражнениях Даоинь. Говорят, что он разработал У Цинь Си, который представляет собой упражнение пяти животных или игры пяти животных. - Родд Санчес, 11 октября 2016 г.

Противоядие, о котором говорил Старик Шенджи, на самом деле было не физическим противоядием, а скорее направлением, в котором можно было искать противоядие - кланом Ли. По его словам, Похититель Душ произошел из племени Ли, которое использовало древнее колдовство клана - лекарство должно быть введено цели до удаления души. В зависимости от дозировки также варьировалось время, в течение которого цель теряла рассудок: самый быстрый - несколько часов, а самый медленный - от трех до пяти лет. Когда рассудок теряется, тело ничем не отличается от мертвого. Если противоядие не будет принято в течение двенадцати часов, иначе, даже если бы Хуа То был жив, он все равно не смог бы исправить безвыходную ситуацию

Клан Ли, таинственная группа, которая появилась только в мифологии, теперь жила в нетронутом лесу за пределами северной части династии Дае. Однако, чтобы попасть на территорию клана Ли, нужно пройти через ворота - Врата Иллюзии. Врата иллюзии должны были быть правдой, даже если было трудно сказать, существуют ли они на самом деле, поскольку никто из тех, кто прошел через скалы между двумя вершинами горы, не мог отступить. Однако, если бы один прошел, он упал бы только на десять тысяч саженей Что еще больше усугубляло ситуацию, две высокие каменные стены, образующие Врата Иллюзии, были голыми и непроходимыми. Ни один из участников группы не достиг совершенства «искусство легкости». Тело приучено быть «легким, как перышко», чтобы человек мог бегать с большой скоростью, высоко подпрыгивать и мягко опускаться на кончик пальца ноги. За исключением Чу Чангге, поэтому никто не мог добровольно взобраться на скалу.

«Сначала я пойду на вершину утеса и исследую ситуацию».

Не дожидаясь реакции толпы, Чу Чангэ взлетел в воздух, наступил на стену утеса и силой своих ног взлетел на вершину.

«Слишком опасно позволять Лидеру подниматься туда одному. Мы должны выяснить, как взобраться на утес». - сказал страж  с мрачным лицом. Остальные трое тяжело кивнули, затем посмотрели на Муронг Юньшу, который с самого начала был совершенно спокоен.

«Мадам, вы действительно гениальны, так что вам стоит придумать идею».

Муронг Юньшу ответила:

«Я могу только зарабатывать деньги, я не могу лазить по горам».

«... попробуйте думать о восхождении на горы как о способе заработка». - предположил Востоный страж, подавляя желание рвать кровью.

Муронг Юньшу приподняла брови  Затем она подняла глаза на высокие и прямые вершины , протянувшиеся сквозь облака. Спустя долгое время она отвела взгляд и сказала:

«Я решу не зарабатывать эти деньги».

"Зачем?"

«Стоимость слишком высока».

«…» Четыре Великих Стража внезапно показались растрепанными на ветру. Может быть, она никогда не терпела убытков в бизнесе?

＊

У подножия горы толпа ждала, пока сойдет солнце, и, тем не менее, они все еще не видели, как спустился Чу Чангге. Муронг Юньшу наконец потеряла самообладание и несколько раз посмотрела на вершину горы. Ее красивое лицо показало, насколько она взволнована и обеспокоена. В то время как Четыре Великих Хранителя были подобны кошке на раскаленной жестяной крыше . Только Лу-эр, который слепо поклонялся Чу Чангге и имел слепой оптимизм.

"Мисс, вы голодны?"

Никто не ответил.

"Мисс, вы хотите пить?"

По-прежнему никто не ответил.

«Мисс…» - Лю-эр натянула голос, и ее большие глаза жалобно уставились на своего Учителя. Они ничего не ели с тех пор, как вышли сегодня утром. Мисс, вы действительно считаете себя бессмертной, которая не ест пищу простых смертных  Хотя было сказано, что когда человек достигает Дао, его домашняя птица и собаки поднимаются на Небеса, Мисс в настоящее время была псевдо-бессмертной, но все же настоящим человеком. Даже если эту горничную морили голодом три дня и три ночи, она бы никогда не стала бессмертной!

Чем больше Лю-эр думала об этом, тем голоднее она становилась. Чем больше она смотрела на Муронг Юньшу, тем печальнее ей становилось. Ее сердце пробормотало, возвращайся в трактир, возвращайся в трактир ...

Прожив столько лет, Муронг Юншу определенно знал маленький ум Лю-эра. Фактически, она была так голодна, что ее грудь прижалась к спине  Однако Чу Чанге еще не вернулся, из-за чего ей стало не по себе ... подождите ... не так легко? Может ли быть так ... бессознательно она начала беспокоиться о его безопасности?

Осознание этого заставило Муронг Юньшу почувствовать беспокойство. Она немного застенчиво подняла руку, чтобы приколоть несколько прядей взлохмаченных волос, которые ветер унес ей по щеке, за ухо: «Вернемся в гостиницу».

«Но лидер еще не спустился».

- с тревогой сказал Восточный страж

«Тогда вы, ребята, можете ждать».

Как только слова вырвались из уст Муронг Юньшу, она повернулась, чтобы уйти.

Четыре великих хранителя оказались перед дилеммой. Лидер приказал им постоянно защищать безопасность Мадам, но как они могли уйти так поспешно, когда жизнь и смерть Лидера все еще оставались неопределенными?

Спустя долгое время страж наконец сказал: «Глядя на спокойную и спокойную внешность мадам, я думаю, что она, должно быть, придумала хороший план».

«Мадам смотрела на небо. Может быть, она узнала с небес, что Вождь в безопасности».

страж юга  продемонстрировал свою серьезность .

Восточный страж согласно кивнул головой:

«Кроме того, Лидер заранее разъяснил свое слово, что для нас крайне важно защитить мадам ".

Северный Страж тихо сказал:

«Да, в случае, если с мадам что-то случится, Лидер не пощадит нас, даже если он станет призраком ...»

" Что ты тут каркаешь   »

Остальные три стража - Юг, Восток и Запад - заговорили в унисон.

Северный Страж горько коснулся его носа и прошептал:

«Я просто предполагал… не более того».

Свободная жена злобного мужа Глава 41

Он не ожидал снова встретиться с ней после трех лет в Цзиньлинге - женщину, которая могла действовать самостоятельно и при этом успокаиваться перед лицом мужчины, залитого кровью.

Держа чашу вина в руке, Чу Чанге смотрел на причудливо одетую женщину, которая неторопливо шла в ресторан с небольшим крючком в уголке рта. Он спросил:

«Молодой официант, что это за женщина в зеленом?»

"Вы имеете в виду мисс Муронг?"

Молодой официант внезапно понизил голос и сказал:

«Это Муронг Юньшу, молодая женщина из семьи Муронг номер один в Цзиньлинге. Однако на днях Старик Муронг внезапно скончался из-за болезни, а вилла Миньцзянь Маунтин покинула дом. от назначенного брака, я боюсь, что хороший день Муронгов подошел к концу ".

Брови Чу Чанге в форме меча слегка нахмурились, когда он повторил: «Горная вилла Минцзянь вышла из назначенного им брака?»

«Да. Изначально у мисс Муронг был назначенный брак с Фанг Хунфэем, молодым хозяином горной виллы Минцзянь, но как только старик Муронг скончался,  она расторгла их брак. Ах, это действительно жаль».

Молодой официант покачал головой, когда говорил.

Чу Чангэ поставил бокал с вином и довольно долго бормотал себе под нос. Внезапно он сказал четырем Великим Стражам, выстроившимся позади него:

«Приготовьте десять коробок с золотом».

Восточный страж  тихо спросил:

«Для каких целей?»

«Обручальные подарки».

Обручальные подарки? Четыре человека были ошеломлены. С тех пор, как скончалась Старшая Мисс, в жизни Лидера не было другой женщины, кроме Старой Мадам. Так что с этими внезапными подарками на помолвку а?

Чу Чангге сделал легкий глоток вина из своей чашки и с улыбкой сказал: «Иди в особняк Муронг, чтобы сделать предложение».

«Сходи в особняк Муронг, чтобы сделать предложение ?! Почему?»

"Нет причин."

До сих пор Чу Чанге все еще не знал, почему он позволил Четырем Великим Стражам сделать ей предложение. Он также не думал, как справиться с последствиями своего предложения руки и сердца. В то время в его голове было только одно - превратить себя, Чу Чангге, в ее «спасителя». Как он мог позволить ей оказаться в таком затруднительном положении и подвергнуться издевательствам со стороны других? Поэтому, когда он услышал, что она разорвала помолвку, внезапно внутри него возник менталитет, чтобы скрыть ее недостатки. Он не только хотел сделать ей предложение о браке, но и хотел, чтобы это было масштабным событием, чтобы о нем узнали во всем мире, чтобы те, кто смеются над ней и думали о ней как о жалком человеке, стал бы очень завидовать и завидовать ей.

Но он не ожидал, что результат превзойдет все ожидания. Она фактически отказалась от его предложения и вместо этого попросила его жениться на ее семье.

Интересно. Это было действительно интересно.

＊

Их вторая встреча произошла в особняке Муронг. Столкнулся с сильным составом « Ten Miles of Red Costumes Men» [1]Параодия на десять миль красного приданого', она не только не паниковала, но и хотела стать торговцем людьми, продавая его последователей во дворец в качестве евнухов. Это действительно открыло его взгляд и расширило его знания о ней. Он впервые в жизни видел такую странную женщину.

Первоначально он хотел разрушить горную виллу Минцзянь, чтобы выразить гнев от ее имени, но в тот день он внезапно почувствовал, что это удача, чтобы  вышла и ступила , что дало ему возможность принять участие в ее жизни, поэтому он отверг идею драки с горной виллой Минцзянь. Однако он никогда не ожидал, что Фан Хунфэй не пойдет по дороге в рай, но толкнул себя в ад, когда не было двери. Он фактически взял группу цзянху  в особняк Муронг, чтобы найти проблемы. Хорошо, очень хорошо, теперь ему не нужно было беспокоиться о том, чтобы найти оправдание для сопротивления.

Фактически, для него брить головы всех мужчин с головы до ног на вилле Mingjian Mountain Villa было лишь прихотью. Изначально он хотел обучать Фан Хунфэя одному. Но если подумать, из-за размера цзянху  которые тоже искали бы неприятности, и если бы он учил только Фан Хунфэя в одиночку, ему было бы действительно трудно добиться эффекта подавать пример другим. Поэтому он решил обучать горной вилле Минцзянь всем вместе, чтобы те, кто утверждает, что они возвышенные на правильном пути, могли ясно видеть, что тот, кто осмелится коснуться даже волоса людей Чу Чангге, ему удалили бы все волосы!

＊

Еще одна встреча с ней на горе Хуатуо была для него самой неожиданной. В тот день это был день поминовения Си- эра , поэтому он заранее объехал Цзиньлин, чтобы посетить могилу Си- эра на горе Хуатуо.

. В ярости он повел своих последователей уничтожить клан Тан и направлялся навестить ее могилу на горе Хуатуо. Неожиданно он попал в засаду в Джинглинге, и ему пришлось пробиваться сквозь него. На последнем вздохе он сбежал в бамбуковый лес, где и встретил Муронг Юншу.

«Эй, ты должен умереть снаружи. Не пачкай мой дом».

"Эй, ты меня слышишь?"

«Забудь об этом. Я отдаю тебе бамбуковый дом».

«На кухне есть вода и еда. Если ты не умрешь, пойди поешь».

«Там немного аптечки под кроватью в спальне, но эти лекарства внутри были в беспорядке, все они были поставлены в на Lu- эр . Посмотрите на них сам, и использовать их , если вам нужно. Все из что нужно для тебя ".

Между полусонным и полусонным он почувствовал, что что-то вложили в его руку, и в трансе он услышал, как кто-то сказал: «Вот, они все здесь. Теперь решать тебе». Ее тон был холодным, с выражением нежелания связываться с ним, но между ее словами они показали, что у нее не хватило духу не спасти кого-то в беде.

Какая добрая и неуклюжая женщина. Он так подумал, потом полностью потерял сознание.

Когда он снова проснулся, он не знал, сколько дней прошло. Он просто чувствовал голод и головокружение. Когда все его тело было слабым, он внезапно вспомнил ее слова - на кухне есть вода и еда. Итак, Чу Чанге волочил свое тяжелое тело, пока он неуверенно шел на кухню. Впоследствии он обнаружил, что вода была легко доступна, а о еде нельзя было даже сказать, что это полуфабрикаты. Это была небольшая банка риса.

Wotou (букв. Гнездо)

Также известен как wowotou или китайский кукурузный хлеб.

Чу Чанге не знал, смеяться ему или плакать . Даже несколько wotou были намного богаче, чем банка сырого риса! Чтобы он дождался, пока рис будет приготовлен, когда это будет сделано? Более того, он жил как принц .Так как он умел готовить…

Ему лучше было просто пить воду.

Jinchuang Медицина

Image Credit |古剑奇谭

Чу Чангэ выпил несколько больших мисок с водой, затем нашел немного джинчуана  хотя цзинь означает золото, но в данном лекарстве это означает металл или камень, из которого изготавливают оружие. Чжуан означает рана. Итак, джинчуан означает раны, нанесенные оружием.лекарство и марля из аптечки, которую она оставила, чтобы перевязать его рану. Впоследствии он использовал юньгун ]умение вводить ци в определенные части телазалечить рану.

Хотя люди, устроившие на него засаду, не были хозяевами, он уже был обременен внутренними повреждениями до этого. В результате битва только усугубила его внутренние травмы. Поэтому ему нужно было как можно скорее отправиться на гору Хуатуо, чтобы найти Фэн Чэна.

Однако, глядя на бамбуковый дом с его духовым музыкальным инструментом, старинной каллиграфией и живописью, Чу Чанге внезапно захотелось снова увидеть хозяина бамбукового дома, чей элегантный вид запомнился ему сразу после одного взгляда. Эта комната ей действительно подходила.

Прождав в бамбуковом доме три дня, он не видел ее возвращения. Чу Чангэ понял, что она действительно «отдала» ему бамбуковый домик. Она была особенной женщиной, эксцентричной и верной своему слову.

Теперь, чем больше он контактировал с ней, тем больше он обнаруживал, что у нее есть влечение, которое заставляло людей невольно хотеть быть с ней рядом, будь то флирт или ссора. Короче говоря, находиться рядом с ней было очень приятно.

Но это не должно быть в Huatuo горы, потому что здесь, где xi- эр был погребен, может быть только горе.

Однако, просто глядя на ее легкое выражение лица и слушая ее голос, он не мог не чувствовать себя очень счастливым. Впервые за три года в Huatuo горы, он забыл о xi- эр смерти «s, его ненависть к лицемерию и оков , которые сделали его несчастным. И это заставляло его чувствовать себя виноватым. Благодаря этим оковам он смог дожить до этого дня. Если он сбросит все эти кандалы, какой тогда смысл в том, что он жив?

＊

Он знал, что ее присутствие только нарушит траекторию его жизни, но, когда они собирались пойти по другим дорогам и подгонять лошадей [8]Китайская идиома: пути разошлись на пересечении трех дорог Чу Чангэ в одностороннем порядке назначил ей свидание 15-го числа 8-го лунного месяца.

Однако до 15 числа 8-го лунного месяца он услышал новость о том, что она была отравлена смертоносным Похитителем душ.

На этот раз он действительно развалился.

Нефритовый император - общественное достояние

Старик Нефритового Императора , ты намеренно доставляешь мне неприятности, не так ли? Лицо Чу Чанге улыбалось, но его сердце урчало, почему так легко убить кого-то, но так сложно, когда кто-то хочет кого-то защитить?

Похититель душ. Другой похититель душ. Можно ли все изменить это на другой трюк? Превратите его в бессильный яд ...

К счастью, небеса никогда не перекрывали все выходы  Ее счастье было лучше , чем у Ли эр . Этот Старик Шенджи указал им четкий путь. Хотя этот путь был заменен на положение Великого лидера боевых искусств, он чувствовал, что оно того стоило, действительно того стоило. Положение Великого Вождя для него было точно так же, как положение жены наследного принца, которое он рассматривал как грязь  Противоядие от Похитителя душ было тем, чего он больше всего хотел в своей жизни. Какой бы ни была цена, он должен получить ее и посмотреть, в чем она заключалась, чтобы она была так глубоко спрятана и вышла так поздно.

Мысль о том, что Муронг Юньшу сможет выжить, естественно, обрадовала его. Даже на мгновение он не был уверен, был ли он так привязан к противоядию от Похитителя душ, потому что его сердце не хотело этого, или он сделал это ради нее. «Возможно, и то и другое», - подумал он. Что было важнее, ему пока не было ясно.

Он был еще более неуверен в своем ответе на ее вопрос накануне Ассамблеи боевых искусств.

Почему он был так мил с ней?

Неужели он случайно ее выбрал? Если ее обменяют на другую женщину, воспользуется ли он предложением руки и сердца, чтобы спасти ее лицо? Будет ли он озорным и намеренно постоянно называть ее «мадам мадам»? Разве он не позволит кому-либо издеваться над ней, или он также будет неразумным, слепо прикрывая ее недостатки?

Он не был человеком, который знал, как отплатить за доброту. Не говоря уже о том, что за эту доброту он уже достаточно заплатил ...

Свободная жена злобного мужа Глава 42: Пожар на заднем дворе

Хотя Муронг Юньшу действительно вернулась в гостиницу, она не спала и подмигнула. Она стояла у окна и ждала всю ночь, пока темный восток не побелел. Затем она рухнула на кровать и устало потерла виски.

Чу Чангге пропал.

Исчез такой всемогущий и всемогущий человек. Он исчез над скалами, откуда не было видно даже вершины, и с тех пор от него не было никаких известий.

Муронг Юньшу знала, что ей не следует так беспокоиться о нем, но ее сердце было похоже на сбежавшую дикую лошадь Она могла только беспомощно наблюдать, как она шаг за шагом впадала в состояние беспокойства и охватывало ее  беспокойство за него.

Возможно, она беспокоилась о том, что не может спать всю ночь, только из-за самообвинения; в конце концов, он исчез в поисках противоядия для нее; или, возможно, только исчезновение ее спутника заставило ее потерять веру в поиски противоядия и тем самым заставило ее чувствовать себя очень тревожно; или возможно ...

Муронг Юньшу использовала разные причины в своем сердце, чтобы объяснить свое беспокойство, затем она закрыла глаза и сделала глубокий вдох, предупредив себя, чтобы она остановилась, прежде чем зайти слишком далеко.

«Тук-тук…» кто-то постучал за дверью.

Муронг Юньшу немедленно открыла глаза и набралась храбрости. Она немного поправила платье, а затем спокойно сказала:

«Заходите».

Как только она открыла рот, она обнаружила, что у нее серьезно пересохло горло. Таким образом, она встала и подошла к столу, чтобы налить себе чаю. Этот чай заварили вчера, и она никогда не пила ночной чай, но теперь она могла спокойно его пить. Не потому, что ей очень хотелось пить, но она внезапно почувствовала, что может только смириться с этим. Что было за чашку ночного чая, когда Чу Чангге в настоящее время пропал?

Со скрипом Лю-эр толкнула дверь и вошела.

"Мисс, четыре великих стража ищут вас, чтобы обсудить вопрос о поиске Гая , -

сказала она тихим голосом, имея нечистую совесть. Если бы она не кричала, что вчера была голодна, мисс осталась бы у подножия горы и Гай  не исчез бы без слова.

Муронг Юньшу ответила:

«Скажи им, чтобы они подождали меня внизу, я буду там позже».

"Ладно."

＊

Как только Муронг Юншу спустился вниз, четыре человека, Восток, Запад, Юг и Север, окружили ее. стражи сказали:

«Мадам, Лидер не возвращался всю ночь, и он также не посылал нам никаких сигналов. Мы сейчас очень обеспокоены ...»

Он внезапно закрыл рот, потому что заметил крупного человека с Кудрявая борода только что вошла в гостиницу в окровавленной одежде и с телом, полным ран. Остальные трое стражей проследили его взгляд и тоже посмотрели. Когда они поняли, кто был посланник, их лица внезапно помрачнели.

Большой бородатый мужчина тоже их видел. На его лице сразу же проявился экстаз «спасения», когда он побежал к ним и спросил:

«Где Лидер? Я хочу увидеть Лидера, на базе критическая ситуация».

Даже если этот человек ничего не сказал, четыре человека, Восток, Запад, Юг и Север, знали, что должна была произойти чрезвычайная ситуация, потому что большой кудрявый бородатый мужчина был одним из Десяти Старейшин-Хранителей секты Модзяо. Если Лидер считался Императором, то десять старейшин приравнивались к Великим Секретарям Великого Секретариата . Когда император путешествовал в штатском, за столицей наблюдали великие секретари Большого секретариата. То же самое, когда Вождь покинул Гору Черного Ветра, десяти старейшинам не разрешили спускаться с горы, если только внешние враги не вторглись, и они были непреодолимой силой ...

Страж  нахмурился и спросил:

«Неужели известные и порядочные секты достигли Горы Черного Ветра?» В тот день, когда Вождь отказался от должности Великого Вождя, он знал, что война с известными и порядочными сектами неизбежна. Однако, несмотря на то, что было много известных и достойных сект, с сектой Модзяо было не так-то просто шутить. Вдобавок Гора Черного Ветра была опасной, в ней легко было охраняться, но трудно подвергнуться нападению. Так что его нельзя разгромить до такой степени, что старейшине секты пришлось бы спуститься с горы, чтобы попросить о помощи.

Большой кудрявый бородатый мужчина холодно крякнул и пренебрежительно сказал:

«Даже если известные и порядочные секты выйдут со всем своим гнездом  они не смогут ступить даже на половину Горы Черного Ветра ".

"Тогда почему ты спустился с горы?"

- спросил Южный страж.

Большой кудрявый бородатый мужчина взглянул на Четырех Великих Стражей и сказал:

«Я должен лично объяснить этот вопрос Лидеру».

Четверо мужчин смотрели друг на друга, пока Восточный страж не сказал:

«Лидер в настоящее время пропал».

"Отсутствует?!"

Большой кудрявый бородатый мужчина был действительно шокирован тем, что он внезапно отшатнулся на три шага назад и вытащил свой меч, когда он направил свой меч на них и осыпал их проклятиями:

«Вы мятежны, как Сян Кун и Ян Ян?»

«Что ?! Вы говорите, что правый эмиссар Сян и левый эмиссар Ян восстали ?!»

Четыре Великих Хранителя были так потрясены, что их челюсти чуть не отвисли. Как могли более твердо настроенные левый и правый эмиссары  Вождь, чем они, возможно, мог восстать ...

«Сян Кунь и Ян Ян воспользовались отсутствием Лидера, чтобы контролировать секту Модзяо и искоренить посторонних. Теперь секта Модзяо полностью под их контролем»

. Большой кудрявый бородатый мужчина бил себя в грудь и топал ногами, полный негодования.

Четверо мужчин все еще не могли поверить в восстание левых и правых эмиссаров, и все замолчали. Лояльность Эмиссаров была для них яснее, чем для кого-либо другого, и они никоим образом не поверили бы этому, даже если бы у них сегодня сменился хозяин. Но один из старейшин-хранителей спустился с горы, поэтому они не могли не поверить своим словам. Что еще более проблематично, теперь местонахождение Лидера было неизвестно, и Лидер поручил им остаться здесь, чтобы защитить Мадам. Тогда кто должен тушить пожар на Горе Черного Ветра?

«Почему вы, ребята, не разговариваете? Куда, черт возьми, ушел Лидер?» -

спросил большой кудрявый бородатый мужчина.

Южный страж сказал:

«Вчера Лидер взошел на Гору Судьбы и еще не спустился».

Крупный кудрявый бородатый мужчина начал их ругать:

«Почему вы такие сбитые с толку? Как он может вернуться, взойдя на Гору Судьбы!»

"Эта гора называется Гора Рока?" - спросила Муронг Юньшу, довольная, превзойдя ее ожидания [

Большой кудрявый бородатый мужчина посмотрел на Муронг Юншу, который внезапно заговорила и спросил Восточного Стража:

«Кто она?»

«Жена будущего Вождя».

«Вы - юная леди особняка Муронг! Отлично! Я слышал, что юная леди особняка Муронг - женщина большого ума и мудрости. Теперь, когда я видел ее, разумеется, ее имени нет в напрасно «После того, как он похвалил ее большой кудрявый бородатый мужчина опустился на одно колено и сказал:

« Мадам, пожалуйста, следуйте за этим подчиненным обратно на Гору Черного Ветра, чтобы отстоять справедливость ».

"Я не собираюсь." Муронг Юньшу без колебаний решительно отказался.

Большой кудрявый бородатый мужчина был ошеломлен и подсознательно спросил: «Почему?»

" Название неправильное, значит, произнесенные слова не соответствуют действительности .

Крупный кудрявый бородатый мужчина приподнял лоб. Почему никто не сказал ему, что жена будущего Вождя была маленьким упрямым человечком?

Муронг Юньшу неторопливо подошла к пустому месту и села, жестом приказав Лю-эр налить ей чай. Затем она сказала:

«Я еще не поклонилась в главном зале и не вошла в дверь. Следовательно, у меня нет контроля над семейными делами секты Модзяо».

Большой кудрявый бородатый мужчина сказал:

«Ситуация сейчас критическая. Мы не должны так сильно заботиться об этом».

Муронг Юньшу просто проигнорировала слова мужчины, повернула голову и снова спросила Восточного Стража:

«Эта гора называется Гора Рока?»

Восточный страж кивнул: «

Лидер боялся, что вы испугаетесь, поэтому нам не разрешили упоминать название этой горы».

Испуганный? Он думал, что она испугается! Муронг Юньшу поджала рот и сделала небольшой глоток из чашки, сказав:

«Вы, ребята, возвращайтесь в главное место собраний секты Модзяо».

«Вождь приказал нам не покидать мадам».

Четверо мужчин заговорили в унисон.

Муронг Юньшу спросила:

«Вы имеете в виду, что вы лучше будете смотреть, как узурпируют его позицию лидера?»

«Это ...» Восточный Страж не знал, иллюзия ли это, но он чувствовал, что, когда она произносила слово «узурпировать», уголки ее рта слегка приподнялись. Он был очень знаком с такой улыбкой, которая была ее типичной для нее радостью в беде и восторгом в беде ... почему мадам была такой безжалостной? Огонь охватил их брови  радоваться бедствиям и радоваться бедствиям .

Свободная жена злобного мужа Глава 43: Гора Рока

Большой кудрявый бородатый мужчина сказал:

«Четыре великих хранителя не должны больше колебаться. Жизнь и смерть секты Модзяо - наша первостепенная задача».

Как и раньше, четверо из них все еще не могли определиться. Если бы этот вопрос возложили на чье-то плечо, безопасность секты Модзяо была бы самым важным делом. Однако Лидер родился, чтобы бунтовать, и всегда думал иначе, чем другие. Возможно, в его душе мадам была самой важной. В конце концов, Лидер рисковал своей жизнью, чтобы найти противоядие болезни мадам

Прежде чем Четыре Великих Стража смогли даже заговорить, Муронг Юншу легкомысленно сказала:

«Не беспокойтесь о дорожных расходах, просто следуйте за мной наверх и возьмите их». Сказав это, она поднялась и направилась наверх.

Все четверо были озадачены. Когда они вообще беспокоились о дорожных расходах? Хотя секта Модзяо не была такой богатой, как особняк Муронг, тем не менее, у них не было недостатка в деньгах на дорожные расходы. Кроме того, если бы у них действительно не было денег, они все равно могли бы «грабить богатых и раздавать бедным»

Не видя ответа от всех четверых, Лю-эр быстро подмигнула и попросила: «Поднимитесь скорее. Вы хотите, чтобы мисс лично спустилась, чтобы отправить вас наверх?»

Четверо мужчин сразу получили сообщение, когда Восточный страж сказал большому кудрявому бородатому мужчине:

«Подожди здесь минутку. Мы вернемся через несколько минут».

Как только он это сказал, они последовали за Муронг Юньшу и поднялись наверх.

После того, как все четверо вошли в комнату, Муронг Юньшу жестом приказала Норт-Стражу закрыть дверь.

«Есть проблема с человеком внизу», - сказала она, ища что-то внутри своего свертка.

Все четверо были шокированы.

"Что за проблема?"

Муронг Юньшу не ответила им сразу, вместо этого потребовалось еще много времени, чтобы покопаться в своем свертке, прежде чем взять найденный предмет рукой. Когда она повернулась к ним лицом, она объяснила:

«Когда он услышал, что Чу Чангге ушел на Гору Судьбы, уголки его рта быстро приподнялись, прежде чем он сделал болезненное выражение, и когда он сказал эти слова,» Как он может вернуться, взойдя на Гору Судьбы? »-

уголки его рта снова приподнялись, а это означало, что он действительно был счастлив, что Чу Чангге пропал».

Услышав эти слова, четверо мужчин были потрясены и рассержены.

страж потряс кулаком и сказал:

«Я знал, что левый и правый эмиссары не взбунтовались бы!»

Муронг Юньшу ничего не сказала. Она не знала о внутренних делах секты Модзяо, поэтому не имела права говорить об этом. Она могла только сказать, что большой человек внизу определенно не был отчаянным и преданным защитником Мастера, и он чрезвычайно ненавидел левых и правых эмиссаров. Она могла сказать, потому что, когда он упомянул, что левый и правый эмиссары контролируют секту Модзяо, выражение его лица показало, что он хотел бы разрезать их на части.

Южный страж спросил:

«Тогда что нам делать, по мнению мадам?»

Муронг Юньшу сказал:

«Следуйте за ним обратно в секту Модзяо и действуйте в соответствии с обстоятельствами».

«Но Вождь…»

«Я найду его».

В спокойных глазах Муронг Юньшу появилась уверенная улыбка.

Увидев ее такой, все четверо больше не колебались. Когда мадам сказала, что пойдет на поиски Лидера, она обязательно пойдет.

«Как мы собираемся встретиться с вами после того, как разберемся с сектой Модзяо?»

«Иди в магазин денег Хуйфэн на севере города, Лю-эр будет ждать тебя там. Если ее там нет, значит, мы уехали из города».

«Хорошо. Будьте осторожны, мадам».

Четверо мужчин повернулись и собирались уйти, когда Муронг Юньшу остановила их.

«Вы собираетесь разбираться с сектой вместо Чу Чангге. Без этого, как вы можете убедить массы?»

Она улыбнулась и протянула руку, показывая кусок юпея на ладони.

Восточный страж воскликнул:

«Ящик для душ!»

"М-хм." Муронг Юншу добавила:

«Это не только вырезано из жетона Черного ветра, но и кое-что, что носит на себе Чу Чангге. Только с этим у вас будет точка сплочения».

«Ни за что. Он был оставлен Лидером для защиты тела Мадам, поэтому мы не можем его забрать».

Муронг Юньшу засмеялась :

«Даже если ты не хочешь этого, он будет лежать только в моем узле каждый день. Какую защиту тела он сделает?»

Казалось ... имеет смысл. Восточный страж нерешительно взял шкафчик душ Юпэй , а затем повел остальных троих, юга, запада и севера, покинуть гостиницу вместе с большим кудрявым бородатым мужчиной.

По официальной дороге скакали пять человек и пять лошадей.

Западный страж  спросил:

«Ребята, вы когда-нибудь чувствовали, что что бы ни говорила мадам, это всегда имеет смысл?»

«Даже если слова не имеют никакого смысла, они становятся очень разумными, исходящими из ее уст».

Южный страж согласился.

Восточный страж также кивнул в знак согласия:

«Это то, что вы называете навыком. В будущем, если вы хотите все рассуждать, позвольте мадам взять на себя ответственность».

«На самом деле, мадам скажет только то, что мы хотели услышать больше всего, не более того».

Северный страж  был вполне объективен, и на такую объективность ответил презрительным взглядом остальных троих.

Эй, даже когда он говорил правду, все все равно его презирали. Что это был за мир?

＊

После того, как Четыре Великих Стража и большой кудрявый бородатый мужчина ушли, Муронг Юньшу приказала Лу-эр пойти в магазин с деньгами и дождаться новостей, а она сама пошла к Горе Судьбы.

Одним из огромных преимуществ рождения в большой семье было то, что у человека было много свободного времени и он мог заниматься чем угодно. Но это было немного болезненно для кого-то вроде нее, у кого не было особых интересов. Каждый день, чтобы скоротать время, она всегда искала других вещей, например, то и дело заходила в подземный склад, чтобы считать деньги или что-то в этом роде.

Конечно, время от времени можно наткнуться на что-то новое и потратить много времени на выяснение этого, например, механизмы.

Когда ей было двенадцать лет, она пошла на подземный склад провести лето и считала серебро, чтобы скоротать время. Нечаянно она коснулась одного из механизмов на складе и была заключена в тюрьму на целый день. С тех пор она изучала механизмы.

Пангу

Китайско-даосский Бог творения. Иллюстрация Паньгу из Sancai Tuhui , китайской энциклопедии 17 века, составленной Ван Ци и его сыном Ван Сыи.

Среди книг о механизмах, которые она прочитала, была древняя книга, в которой упоминалась Гора Рока - десять основных неразрешенных механизмов в мире. Было сказано, что эта гора была местом, где была расположена голова Пангу после того, как он разделил небеса и землю  которая повторяла это, называлась Гора Нежити. Посреди вершины Горы Нежити находился источник толщиной с палец, называемый Весной Нежити, который можно было пить, чтобы жить вечно и никогда не стареть. Однако, чтобы подняться на Гору Нежити, нужно сначала подняться на Гору Рока и добраться до нее через «Мост пепла». Однако, не говоря уже о переходе «Пепельного моста», во-первых, было не так много людей, которые могли подняться на эту гору живыми. Постепенно об этой легенде забыли.

Причина, по которой это было записано в этой книге, заключалась в том, что Гора Рока на самом деле была искусственной горой, которая сама по себе была огромным механизмом, и только открыв механизм и войдя внутрь горы, можно было найти способ скалолазания. Это было написано в книге. Она предположила, что человек, написавший эту книгу, вероятно, не знал, что в мире существует еще один вид боевого искусства, называемый цингун . Даже если автор действительно знал, что он не должен был знать , что у некоторых люди уже достигли больших высот .

Конечно, она не знала цигун . При таком захватывающем лазании она видела только пыль другого всадника и не имела никакой надежды догнать его .Таким образом, разблокировка механизма была для нее единственным отличным способом.

Свободная жена злобного мужа Глава 44: Одинокий мужчина, одинокая женщина

Муронг Юньшу стояла несколько ли дали, чтобы наблюдать форму горы на расстоянии. Продолжая искать, она все еще ничего не могла понять. Поэтому она изменила свою стратегию с просмотра его с расстояния на вид крупным планом. Гора Рока была не только голой без всяких признаков жизни, но и безжизненной в пределах пяти метров от подножия горы, поскольку там не было ни сорняков, ни насекомых. Земля была сделана из щебня разной формы и размера. Если бы подошва обуви была недостаточно толстой, как только кто-то ходил по ней, они кололи ногу.

Вход был либо немного выступающим, либо немного шатким, чем другие части механизма. Итак, Муронг Юньшу легко обошла у подножия горы, наблюдая и похлопывая по стене, пока она слушала что-то особенное. Короче говоря, ее глаза следили за шестью дорогами, а ее уши слушали во всех направлениях  тем, что она неоднократно похлопывала руками по стене вверх и вниз. Однако она прошла всего несколько десятков метров, когда у нее начали болеть ноги и руки. По мере того, как солнце медленно поднималось, температура камня также становилась теплее, что сделало их слишком горячими, чтобы она могла их коснуться.

Муронг Юньшу отступила на землю за пределами поля из щебня, вытирая пот одним из своих рукавов, размышляя, что делать дальше. Внезапно краем глаза она увидела незнакомую ослепительную вещь, и в ее голове промелькнул след странного чувства, как будто она что-то открыла, хотя она не знала, что наконец открыла. .

Муронг Юньшу поспешно вспомнила угол вспышки, которую она только что видела, и начала все сначала, но каким-то образом чувство, которое у нее только что возникло, было несуществованием.

Что это была за штука? Муронг Юньшу стояла на месте с озадаченным лицом, внимательно наблюдая за объектами вокруг нее. Не пощадили ни единого камня. Внезапно ее внимание привлек чистый желтый камень размером с пуговицу.

Она присела и руками расчистила гравий вокруг него, заставив его полностью разделиться на ее глазах. С одного взгляда Муронг Юньшу полностью поняла все сразу, когда на ее лице в форме семечек дыни, покрытом каплями пота, появилась легкая улыбка. Все камни на земле были молочно-белыми, как грубый мрамор. Только этот был прозрачным и чисто желтым. Среди тонкой и блестящей каменистой земли он выглядел полированным, чистым и прозрачным. На ощупь она была гладкой и нежной, как кожа новорожденного. Если она не ошиблась, это был Балин Фухуанг (желтый цвет удачи) .

Изображение каменной печати Балин Фухуан

Она провела углубленное исследование только одного вида камня, а именно камня Балина . Это произошло потому, что Императорская печать династии Дае была вырезана из этого типа камня, как и ее личная печать. Что касается причины, по которой ее личная печать была сделана из того же материала, что и императорская печать, естественно, потому что - она была действительно красивой. Камень Балина был довольно редкостью в династии Дайе. Так что оно появилось здесь не случайно.

Муронг Юньшу потянулась к камню и сильно надавила на него, когда земля внезапно затряслась, гора задрожала, и камень перед ней начал трескаться. Постепенно появилась каменная дверь, посреди которой разместились фигурки странного вида. Они были похожи на детские рисунки, без каких-либо выступающих форм. Но ее интуиция подсказывала ей, что ключ к открытию каменной двери находится в этих фигурах.

Муронг Юньшу долго смотрела на эти фигуры, но не могла найти никакой подсказки. Таким образом, она отступила, посмотрела на них снова и обнаружила, что посреди фигур был поднят поворотный стол размером с кулак. Когда она подошла ближе и снова взглянула, проигрыватель исчез. "Иллюзия?" Пробормотав этот вопрос, она отступила еще на несколько шагов и увидела, как проигрыватель снова появился.

Муронг Юньшу на мгновение заколебался. Когда она потянулась, чтобы схватить его, она, к удивлению, смогла его поймать. Испытывая огромную радость, она поспешно повернула поворотный стол, только чтобы услышать звук щелчка, и каменная дверь открылась вверх, открыв перед собой черную дыру. Когда она вошла в яму, предыдущая часть прохода была необычно узкой. По мере того, как она уходила дальше, проход становился шире, а свет становился ярче, пока проход не заканчивался, и там, где было сердце пещеры, находился огромный бассейн. Луч света, падающий прямо на бассейн, освещал всю пещеру.

Внезапно Муронг Юньшу увидел фигуру, лежащую на каменной платформе посреди бассейна. "Чу Чангге!" С вскрикнув от удивления, она бросилась к краю бассейна и обнаружила, что вода была примерно по колено. Поэтому она решительно бросилась в воду и направилась к каменной платформе. Из-за того, что она была так потрясена и расстроена, она несколько раз чуть не упала. Подойдя ближе, она снова крикнула «Чу Чанге», но ответа от него все еще не было. Поэтому она положила руку ему на шею, чтобы проверить пульс.

Когда кончики ее пальцев почувствовали слабые удары, Муронг Юньшу вздохнула с облегчением. Он был еще жив. Однако его тело было очень горячим, как если бы у него была температура, а его одежда была все еще влажной. Было подсчитано, что он поднялся из воды самостоятельно.

Как он мог упасть в обморок здесь, когда вчера поднялся на вершину горы? Муронг Юньшу подняла глаза туда, куда проникал свет. Она пробормотала: «Он упал сверху? Но гора такая высокая, а вода такая мелкая. Если он действительно упадет, он все равно получит травму, даже если он не умер. Как ему удалось остаться в живых? "

Муронг Юньшу не могла этого понять, и она просто не хотела этого. Изо всех сил она потащила его к берегу, а затем нашла снаружи несколько иссохших ветвей, чтобы зажечь огонь.

Потом ... у него поднялась температура. Поскольку пещера была холодной и тяжелой, его мокрую одежду пришлось сменить ... но ... она не могла изменить ее для него, не так ли? Однако другого «живого человека», кроме нее, здесь не было.

Глядя на полумертвого Чу Чангге, Муронг Юньшу глубоко вздохнул. Она действительно должна позволить одному из четырех стражей остаться. По крайней мере, найдется кто-то, кто ее защитит, а во-вторых, ей действительно нужен помошник !

После войны между небом и человеком , Murong Yunshu, наконец, извращенец. Она все еще сопротивлялась, и все же она с удивительной скоростью снимала с него одежду слой за слоем. Затем она сняла с него верхнюю рубашку и накинула на него как одеяло. Хотя ее глаза были намеренно закрыты, прикосновение рук все еще заставляло ее краснеть, а сердце биться чаще, в то время как корни ее ушей, казалось, горели. Что еще хуже, любопытство вошло безвременно, и ее глаза не могли не смотреть на него сверху вниз ...

Он был высоким и большим. Одежда, в которой она его прикрывала, могла закрывать только верхнюю часть, но не нижнюю. Она поместила их посередине, и в результате она увидела его голую грудь и длинные голые ноги.

Муронг Юньшу подумала, что ее лицо стало горячее, что тайно рассердило ее. Она повернулась к нему спиной, обняла колени и свернулась калачиком перед огнем, глядя на пламя, пока ее разум бормотал:

Кости, это все просто кости.

Свободная жена злобного мужа Глава 45: Джентльмен не борется с женщинами

Утром, когда она была в полусне, Муронг Юньшу продолжала чувствовать, что кто-то смотрит на нее. Она выдержала сильную сонливость, чтобы открыть глаза и увидеть пару красивых черных глаз, смотрящих на нее сверху вниз. Внезапно ее лоб почувствовал, как будто его ударили по кирпичу. Почему Чу Чангге появился в ее комнате? Кроме того, ее кровать была очень твердой.

После мгновения пустоты в ее сознании Муронг Юншу вспомнил, что вчера она свернулась калачиком перед огнем и молча читала Великую мантру сострадания, когда она наконец заснула с небом как одеялом и землей как циновкой. Однако разве было так необычно видеть ее спящей на полу? Почему он смотрел на нее, как на гориллу?

Не обращая внимания на глаза определенного человека, Муронг Юншу села, опираясь руками, и обнаружила, что его верхняя рубашка была на ее теле. Вдруг она вспомнила вчерашний инцидент. В уме она невольно мелькала какие-то неуместные для детей картинки, и лицо ее согревалось, как если бы его топили печкой.

"Что ты краснешь?" - серьезно спросил Чу Чангге.

Муронг Юньшу опустила голову и сделала вид, что прибирает свою одежду, когда она сказала: «Поздравляю, ты не умер».

«Почему я чувствую, что твой тон больше похож на« Мне очень жаль, что тебе не удалось умереть »?»

Муронг Юньшу слегка приподняла брови: «Только на этот раз тебе не удалось умереть, о чем мне сожалеть?»

«...» Эти слова были более ядовитыми, чем непосредственное проклятие людей до смерти. Чу Чанге почувствовал, что ему лучше сменить тему. "Как ты попал?"

"Я вошел. Как насчет тебя?"

Чу Чанге не знал, была ли это его иллюзия, но он мог слышать намек на улыбку в ее голосе. Особенно в части «как насчет тебя?», Которая чуть не рассмеялась, но вместо этого была вынуждена улыбнуться. Поэтому он ответил с большим сотрудничеством и беспримерной серьезностью: «Я упал».

«Пфф…» Муронг Юньшу хотела вытерпеть, но она не смогла удержаться, когда ее закрытый рот в конце концов рассмеялся.

«Я рад, что вы развлекаетесь, мадам». Чу Чангге тоже засмеялся.

Муронг Юньшу улыбнулась и приподняла левую бровь, когда спросила: «Разве ты не поднимался на вершину горы? Как ты здесь упал?»

Услышав это, лицо Чу Чанге выглядело странным, когда он неопределенно сказал: «Гора была скользкой».

"Насколько это было скользко?

«Как угодно скользко». Чу Чанге попытался блефовать.

"Насколько скользко так скользко, как вы хотите?" Муронг Юньшу настоял на том, чтобы разобраться в сути вопроса.

Чу Чангэ слабо посмотрел на нее. "Вам не кажется, что это похоже на скороговорки?"

Муронг Юньшу спокойно моргнул: «Я так не думаю».

Чу Чангге в глубине души знал, что она не собирается его отпускать, поэтому он просто признался: «На вершине горы были волки, но теперь их нет, поскольку все они были убиты мной». Когда он убил последнего, его дух был утомлен, а силы истощены  К счастью, он был защищен своей внутренней энергией, которая предохраняла его мышцы и кости от любых травм.

Муронг Юньшу кивнула, как будто она наконец поняла, а затем сделала краткое заявление: «Другими словами, ты чуть не умер с волком?»

«... не сравнивай меня с волком». Это звучало так, будто он и волк были одним и тем же существом ... зверем.

"Ладно." Муронг Юньшу выразился иначе: «Волк чуть не умер вместе с тобой».

Вот как это выглядело, когда автор писал «лицо было полно черных линий».

Лицо Чу Чанге было полно черных линий, так как эти слова были для него более разрушительными. Они звучали так, будто он был намного хуже волка ... намного хуже животного. В один момент он был подобен зверю, а в следующее ему сказали, что он намного хуже зверя. Короче говоря, для нее он никогда не был человеком.

"Это что?" - спросила Муронг Юньшу, заметив неизвестный предмет в его руке.

Чу Чангге поднял его посмотреть и сказал: «Фазан с выщипанными перьями». Сказав это, он протянул ей фазана и передал глазами смысл - жарить.

Муронг Юньшу подняла глаза и посмотрела на него, говоря: «Отрежьте две ветки ивы, чтобы поставить их».

"Ладно." Чу Чанге поспешно пошел искать ветви. Пройдя несколько шагов вперед, он услышал, как она говорила позади себя: « Мы оба выросли из одного корня, почему вы так хотите поджарить нас ...» В мгновение ока его красивое и элегантное лицо яростно задрожало от несколько раз, но в итоге ничего не сказал. Он шел и сказал себе: «Джентльмен не ругается с женщинами ... джентльмен не ругается с женщинами ...», поскольку он постоянно читал их, это стало - для мести джентльмена десять лет - не слишком поздно [2]Китайская идиома: нужно выждать время и дождаться подходящей возможности, чтобы отомстить..

Муронг Юньшу обнаружил, что некий человек улыбался ей с тех пор, как вернулся за ветками ивы. Это было действительно необъяснимо и очень похоже на то, когда он был очень доволен собой. Кроме того, его обнаженное тело время от времени мелькало перед ее глазами - он случайно намочил свою рубашку, когда отправлялся искать ветки ивы, - что она не знала, подлинное оно или поддельное. Это заставило ее, которая уже чувствовала себя виноватой, как вор .

Муронг Юньшу опустила глаза и приподняла брови. Потом как ни в чем не бывало, она повернула голову, чтобы избежать его горящих глаз, но время от времени она поглядывала на него уголком глаза. Он все еще смеется! Вы так счастливы, что вас увидели обнаженным, или вам попалась вода?

"Мадам есть что сказать своему мужу?" Чу Чангге стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди и улыбаясь очень неторопливой улыбкой на губах.

Муронг Юньшу поспешно вернула боковое зрение. Ее глаза смотрели на ее нос, а ее нос смотрел на ее сердце, когда она смотрела на фазана на гриле. Она торжественно спросила: «Вы едите фазана голову или фазан хвост?»

«Я возьму бедра фазана».

«Нет такой возможности».

«Это я поймал этого фазана». Чу Чанге напомнил одной женщине, что нельзя действовать слишком диктаторски.

«Это услуга». Она никогда не поверила бы работе других людей. «Таким образом, вы можете взять либо голову, либо хвост фазана».

«Я хочу бедра фазана».

«Ну, ты можешь иметь и голову фазана, и хвост». Все равно она не любила их есть.

Чу Чанге перестал смеяться: «С каких это пор мадам не может понимать человеческую речь?»

Муронг Юньшу слегка нахмурилась и слегка улыбнулась, когда она неторопливо сказала: «Разве не в этом сила Лидера Чу?»

Прожив так долго, Чу Чанге очень хорошо знал, что когда она назвала его Лидером Чу, это означало, что больше не было места для обсуждения этого вопроса. Поэтому он сознательно держал рот на замке, глядя на фазана и с улыбкой на губах. Были некоторые вещи, которые не нужно было обсуждать между ними.

Муронг Юньшу увидела, что она выиграла соревнование, и ее рот невольно приподнялся. Подобно ребенку, который только что схватил конфету, ее перевертывание фазана казалось очень быстрым.

Оба они долгое время молчали, прежде чем Чу Чангэ внезапно угрюмо спросил: «А теперь можно поесть?»

Муронг Юньшу снова перевернул ее и сказал: «Почти готово». Как только ее слова утихли, фазан в ее руке вылетел. Прежде чем она успела отреагировать, она увидела, как некий человек гордо оторвал фазану бедро, а затем этот человек посмотрел на нее с самодовольной улыбкой.

Муронг Юньшу не знал, плакать или смеяться [5]Китайская идиома: найди что-нибудь. и смешно, и надоедает. Это было просто бедро фазана. Неужели ему пришлось зайти так далеко? Если он мог добывать пищу таким образом, почему бы ему просто не сбежать тем же путем!

По-детски! Действительно по-детски!

Свободная жена злобного мужа Глава 46.

Кто бы мог подумать, что Великий Вождь Чу, цветок-одиночка, восхищавшийся собой [1]Китайская идиома: любовь к себеи считал себя непревзойденным в мире [2]Китайская идиома: быть невыносимо высокомерным, использовал бы свои глубокие навыки боевых искусств, чтобы вырвать фазана у женщины, у которой не хватало сил даже связать курицу [3]Китайская идиома: слабая?

Муронг Юншу кисло улыбнулась  и покачала головой, призывая:

«Просто съешь это. Я не знаю, будет ли нам еще один ужин после этого».

Как только эти слова прозвучали, Чу Чангэ внезапно потерял аппетит и усмехнулся:

«Не проклинай себя, чтобы быть вдовой, когда ты еще молода».

Муронг Юньшу перестала ссориться с ним, когда открыла дверь и увидела гору [4]Китайская идиома: сразу перешли к делу, «Я слышал, что ваши левый и правый эмиссары восстали».

Когда Чу Чангэ услышал то, что она сказала, его брови опустились. Он спросил:

«Значит, четыре стража с юга на запад вернулись на Гору Черного Ветра?»

"Ммм". Муронг Юньшу мягко кивнула.

Когда он получил положительный ответ, холодное выражение лица Чу Чанге немного смягчилось. После долгих размышлений на его лице внезапно появилась широкая улыбка. Затем он спросил:

«Раз уж ты пришла в пещеру, у тебя должна быть возможность подняться на гору, верно?»

Муронг Юньшу не ожидала, что его мысли будут так быстро прыгать, что она была ошеломлена на несколько секунд, прежде чем спросить:

«Ты не собираешься возвращаться в штаб-квартиру секты Модзяо, чтобы лично навести порядок?»

Чу Чангэ ответил:

«Уже достаточно позволить четверым из них разобраться с таким тривиальным вопросом».

Можно ли считать восстание левых и правых эмиссаров тривиальным делом? Тогда что, по его мнению, можно считать большим делом? Муронг Юньшу подозрительно посмотрела на него, чтобы убедиться, что его невозмутимость - не просто игра. Только тогда она неторопливо сказала:

«Есть способ подняться на гору, но мне нужна твоя помощь». Поскольку его не волновало даже положение лидера, ей больше не нужно было вмешиваться в чужие дела. Сейчас ее главной задачей было найти людей Ли на этой горе.

Чу Чангэ спросил:

«Что мне нужно делать?»

Муронг Юньшу не ответила прямо на его вопрос, а вместо этого спросила его:

«Насколько острый у тебя Цинлун ?

Цинлун  = зеленый, длинный = дракон Божественный меч

Когда Чу Чанг услышал ее вопрос, у него внезапно возникло дурное предчувствие, и он нерешительно ответил:

«Он может резать железо, как если бы это была грязь».

«Режь железо, как если бы это была грязь ... тогда для него не должно быть проблем, чтобы прорезать несколько каменных блоков ...»

- пробормотала Муронг Юньшу себе под нос, глядя на каменную стену, и сказала ,

«Вы должны вырезать несколько ступенек из в каменной стене». [

"Вырезать несколько ступенек ?"

Чу Чанге подумал, что он, возможно, неправильно это расслышал.

«Обрежьте его вокруг каменной стены. Расстояние между каждым шагом не должно быть слишком большим. Просто обрежьте его до самой вершины горы».

Чу Чанге был ошеломлен и долго думал, чтобы переварить ее слова, прежде чем он недоверчиво закричал:

«Что ты имеешь в виду, я спил ступеньки, и ты просто поройдешь по ним?»

«Ты тоже можешь пойти».

Однако она лично чувствовала, что некий человек определенно отвергнет такой примитивный метод, поскольку посчитает, что это ниже его достоинства.

Чу Чангэ сказал с отчужденным и угрюмым лицом:

«Я могу заниматься цигун  Тело приучено быть «легким как перышко», чтобы человек мог бегать с огромной скоростью, высоко подпрыгивать и мягко опускаться на кончик пальца ноги.. »

Как она придумала такой способ, который причиняет вред другим только для своей личной выгоды.

Муронг Юншу, с выражением

«Я знала, что ты скажешь это»

на лице, приподняла брови и заявила:

«Ты хочешь или нет? В противном случае я найму рабочих, чтобы они его вырезали ступени».

В любом случае ей меньше всего были нужны деньги.

Как она посмела относиться к нему как к бесплатному работнику? Чу Чанге не мог заставить себя смеяться или плакать. За всю свою жизнь он ни разу не пострадал от чужих рук. Но с тех пор, как он встретил Муронг Юньшу, он начал заставлять себя поверить в четыре слова «потеря - это благословение».

Чу Чангэ рассмеялся над собой, сосредоточив внимание на своей силе и громко крикнув: « Цинлун мне нужна твоя помощь! »

После этого он начал работать над тем, что ему сказали делать.

Когда Чу Чангэ продолжал сокращаться на полпути к горе, он внезапно почувствовал сильную вибрацию, исходящую от подножия горы. Его нервы мгновенно напряглись, он изящно завертелся, спустился к Муронг Юншу и спросил:

«Что происходит?»

«Я открыла механизм».

Муронг Юньшу указал на каменную дверь, которая только что появилась из-за открытия механизма, затем сказала:

«Я думаю, путь в гору лежит через эту каменную дверь».

"Но как эта каменная дверь ... подожди!"

Чу Чанге внезапно пришел в себя и недоуменно крикнул:

«Ты обманул меня ?!»

"Да уж."

Муронг Юньшу равнодушно призналась  затем сказала:

«Попытайся открыть дверь своей внутренней силой».

Чу Чангге не мог поверить своим ушам. Во-первых, она обманом заставила его расколоть каменную стену своим Цинлуном, а затем, после того, как она великодушно признала свое плохое поведение, она все еще продолжала использовать его, как будто ничего не произошло? Где была справедливость ... Где была справедливость, дорогой Бог ...

"Не хочешь?" Муронг Юньшу приподняла темные брови и сказала: «Тогда я найму рабочих ...»

«Я буду толкать».

Чу Чангэ прервал ее слова, отступил на три шага и пригнулся, чтобы перенести ци , затем он с силой ударил по каменной двери, и та мгновенно превратилась в щебень.

"Большое спасибо."

Муронг Юньшу собиралась войти в дверь, когда он удержал ее.

«Я пойду первым».

Тон Чу Чанге был таким, каким он должен быть , как само собой разумеющееся. Затем он наклонился, чтобы войти в дверь.

Проще говоря, это одно его действие вызвало волнение в сердце Муронг Юньшу. Она внезапно пожалела, что подшутила над ним. Хотя он был очень недоброжелателен, ограбив ее голень, казалось, что она зашла слишком далеко, заставив его разрезать каменную стену своим волшебным мечом ... она проводила самоанализ, когда услышала, как он спросил:

«Ты обманула мне резать каменную стену в отместку за твою голень? "

Это было видно насквозь. Муронг Юньшу сразу же почувствовала себя чрезмерно смущенной. Она думала о том, как ответить, когда услышала, как он сказал:

«На самом деле, поскольку ты снял с меня мою одежду, а я ограбил твою голень, это уже сравнялось с нами».

Свободная жена злобного мужа Глава 47: Восхождение на вершину горы

Муронг Юньшу не ожидала, что он внезапно упомянет о «раздевании его одежды», из-за чего ее лицо и уши покраснели. К счастью, внутри дыры было настолько темно, что он не заметил ее лица. Иначе она не знала, сколько раз он бы ее подразнил. "Ваше превосходительство принадлежит к тому же классу, что и фазан?" Она ответила в ответ, стараясь подавить чувство смущения.

Один этот вопрос заблокировал будущий ответ Чу Чанге и заставил его застыть. Он не мог даже кивнуть или даже покачать головой. Если он кивнул, это было то же самое, что он согласился, что он ничем не отличается от домашней птицы. И все же, если он покачал головой, это противоречило бы его предыдущим словам, которые казались ему действительно несправедливыми.

Он хотел немного подразнить ее, но не предвидел, что, пытаясь украсть курицу, он потеряет рис  вместо этого, в которую он лично ввязался.

«Хорошо, хорошо, хорошо».

Чу Чангэ трижды подряд повторил слово «хорошо», кивнул и засмеялся. «Мадам действительно обладает изысканным умом. Она действительно заставила этого мужа очень гордиться».

Муронг Юньшу с невозмутимым видом поджала губы, как будто она не слушала его похвалу, хотя угол ее рта слегка приподнялся. Ее сердце было довольно довольным собой, и она чувствовала себя немного счастливой.

Когда они оба вошли через каменные ворота, они пошли по проходу внутри, и их путь прошел без приключений. Большинство секретных проходов, как правило, были сильно наслоены ловушками, но не для этой части прохода, что было несколько странно. Когда Муронг Юншу начала находить это очень странным, она услышала свистящий звук, когда внезапно появился и хлынул холодный воздух, бросившись прямо в их лица. У изумленной Муронг Юньшу не было времени, чтобы предпринять какие-либо действия, когда ее тело неожиданно дернуло влево, избегая входящего холодного воздуха. Затем последовал звук «чжэн чжэн», как будто какой-то металл ударился о каменную стену.

Это было близко. Муронг Юньшу испустила несколько огромных вздохов облегчения, и она собиралась поблагодарить его за спасение ее жизни, когда она быстро поняла, что все еще находится в его руках. Ее сердце резко пропустило удар, и все ее тело мгновенно окоченело, каждый нерв был в состоянии сильного напряжения.

Чу Чанге также обнаружил, что что-то не так с нынешней атмосферой, и он немедленно отпустил бы ее. Однако внезапно он заметил, что человек в его руках был очень напряжён. В одно мгновение его природное озорное качество снова проявилось, чтобы нанести вред. Он крепче обнял ее, и в уголке его рта появилась улыбка, когда он сказал: «Это действительно хорошо».

Его слова были просто громами, действующими на натянутые нервы Муронг Юньшу. Однако чье-то преднамеренное поддразнивание также разбудило в ней задремавшую предательскую природу из-за ее недавнего чувства смущения. Она намеренно сказала, закрыв на некоторое время губы:

«Это действительно так хорошо».

Хотя у нее не было особого желания определять, как вчера чувствовала себя ее рука ...

Чу Чанге был ошеломлен, но вскоре после этого он от души рассмеялся. «Мадам действительно необычный человек». Когда он услышал, как об этом говорит нежная и утонченная дама, это было то же самое, что встретить аббата Шаолиня в борделе, что на самом деле было сенсацией, но, тем не менее, вызывало очень комичное чувство.

Муронг Юньшу справедливо восприняла его насмешку как комплимент, и она просто заткнулась, не желая больше с ним разговаривать. Молчание было лучшим вариантом, когда не хотела возражать..

Когда Чу Чанге увидел, что она больше ничего не сказала, он сказал:

«Я задам вам вопрос, и если вы ответите на него к моему удовлетворению, я отпущу вас».

Муронг Юньшу поднял темные брови. "

Что хотите узнать.?"

Чу Чангэ мягко улыбнулся, прошептав ей на ухо свой вопрос:

«Когда ты вчера сняла мою одежду, твои глаза были закрыты или открыты?»

В его низком сексуальном голосе слышалась сильная улыбка.

Муронг Юньшу почувствовал покалывание в ушах, странное ощущение пробежало по ее телу, но они были просто мимолетными. Она собралась с мыслями и начала спокойно думать, как ей ответить. Подумав немного, она слабо сказала:

«В таком случае, я должна попросить Лидера провести меня через этот секретный проход».

Чу Чанге засмеялся над этими словами и похвалил:

«Мадам - настоящий талант!»

Муронг Юньшу молча опустила глаза. Он задал этот вопрос только для того, чтобы напомнить ей, что «она видела его без одежды ». Независимо от того, ответила закрыты глаза или открыты  , это послужит только его цели, поэтому она предпочла держать рот на замке. Кроме того, проход был сильно оборудован мощными ловушками. Всегда была вероятность того, что из укрытия выйдет еще одна скрытая стрела, поэтому было бы намного безопаснее просто позволить ему держать ее. Сделав тысячу шагов назад, он уже не в первый раз флиртовал с ней. Поскольку ее репутация женщины уже испортилась, ей незачем было заботиться о том, сколько раз она была испорчена ...

Чу Чангге изначально просто хотел ее подразнить. Ответит ли она, что она открыла или закрыла глаза, он все равно отпустит ее. Чтобы она действительно подтолкнула лодку по течению  заставляя его действовать как «ее поездка», явно ... заставляя ее не успевать с этим справляться .

После того, как Чу Чанге поднял Муронг Юньшу на спину, его сердце внезапно сильно забеспокоилось. Это был не первый раз, когда он держал ее так. Однажды он тоже нес ее вот так, когда они были на горе Хуатуо. Разница между тем временем и тем составляла всего несколько месяцев, но почему-то чувства в обоих случаях были совершенно разными. В настоящее время у него почему-то была совесть. Он никогда не был джентльменом, но не осмеливался действовать слепо, не задумываясь прямо сейчас. Казалось, даже небольшой его шаг будет рассматриваться как «скрытая атака».

Ни один из них не говорил. Атмосфера была на удивление тихой, они даже могли слышать сердцебиение друг друга. Это заставило их обоих необъяснимо нервничать еще больше.

"Ты..."

"Я..."

Даже с разными ртами они говорили одним и тем же голосом они говорили в унисон.

«Вы должны сначала сказать это».

«Вы должны сначала сказать это».

Они снова заговорили в унисон.

Муронг Юньшу просто опустила свою красивую голову и закрыла рот, ожидая, что он заговорит первым. Чу Чангге, с другой стороны, приглушил смех, сказав:

«Мадам немного набухла».

Теперь она поняла, от мерзавца хороших слов ждать не приходится! После того, как Муронг Юньшу молча прокляла кого-то в своем сознании, она заявила:

«Механизм, приведший в действие секретную стрелу, должен быть на земле».

Восемь триграмм с пятью элементами или известная как пост-небесная багуа (восемь триграмм).

Как только Чу Чангэ услышал, что она говорила о чем-то серьезном, он также отбросил свое озорное мышление и посмотрел вниз, только чтобы увидеть, что секретный проход был вымощен пепельно-серым мрамором, сформированным в виде кругов. На каждом куске мрамора были вырезаны всевозможные растения и животные, а также некоторые ландшафтные узоры. Находясь на стене, на каждом шагу они могли видеть написанные слова с неорганизованными изображениями и загадочные символы. Они могли выглядеть довольно запутанными, но те, кто понимал Пять Элементов и Восемь Триграмм, легко могли распознать и узнать скрытые за ними глубокие секреты.

Каждый символ на стене был одной из восьми триграмм, и каждая триграмма имела свой собственный узор, расположенный под ногами. Если бы они наступили на узор в соответствии с персонажем, механизм ловушки не сработал бы.

Как только Чу Чангэ получил четкое представление о том, как двигаться в коридоре, он применил свой цигун . Тело приучено быть «легким как перышко», чтобы человек мог бегать с огромной скоростью, высоко подпрыгивать и мягко опускаться на кончик пальца ноги.быстро пройти к концу секретного прохода. Затем он увидел слева узкую извилистую горную дорогу, которая вела к вершине.

«Кажется, кто-то уже спилил ступеньки в гору»,

- сказал Чу Чангге с легким издевательством над собой, смешанным с легким облегчением.

Муронг Юньшу тоже улыбнулась, глядя на извилистые горные ступени, которые не было видно конца, и научилась использовать его тон, чтобы сказать:

«Похоже, мне придется попросить носильщиков седана поднять меня. в гору."

Услышав эти слова, Чу Чангэ весело покачал головой и заявил:

«Вы действительно такая драгоценная женщина, которая отказывается даже сделать шаг вперед в одиночку».

Муронг Юньшу поднял темные брови и отказался от комментариев. Если она не могла получить от этого удовольствие, зачем ей вообще нужно было зарабатывать столько денег?

В конце концов, Муронг Юньшу не заплатила за носильщиков седана, но «кресло-седан», на котором она села, все равно позаботилось об этом. Как и сама гора, ее вершина тоже была голой, но на земле лежало несколько трупов волков. На таких безжизненных холмах не было даже вегетарианской еды, не говоря уже о мясе. Чем раньше жили эти волки?

Муронг Юньшу продолжала с удивлением наблюдать за местностью, когда внезапно обнаружила перед собой небольшую дыру. Поэтому она присела на корточки у входа в отверстие и спросила:

«Ты упал из этой дыры?»

Чу Чанге не ответил, что можно было рассматривать как молчаливое согласие на ее вопрос. Муронг Юньшу вытянула шею, чтобы посмотреть вниз из дыры, и спустя долгое время она внезапно сказала, взволнованно вздыхая:

«К счастью, ты не такой толстый . Иначе ты бы даже не упал».

Уголок рта Чу Чанге задрожал. Учитывая, что он работал так тяжело нести ее в гору, как она могла бы говорить о том, как "это было жаль, что он не был толстым?

Свободная жена злобного мужа Глава 48: Пепельный мост

Между двумя скалами было несколько десятков ли шагов по отдельности не было ничего, даже моста, соединяющего их. Даже Врат Иллюзии нигде не было видно, и везде можно было видеть только нереальную пустоту. Муронг Юньшу нашла камень и села, глядя на туманную пустоту, подперев подбородок рукой, обдумывая свой следующий ответный ход.

Другого пути на эту гору не было, кроме секретного прохода, который они только что взяли, так что эти волки, должно быть, пришли с противоположной горы. Однако между двумя горами не было прохода, так как же они сюда попали? Может быть, они прошел через Врата Иллюзии? Но где, черт возьми, эти Врата Иллюзии?

В то же время Чу Чангэ тоже думал о проблеме, но, конечно, эта проблема была не на том уровне, о котором думала Муронг Юньшу. Он думал, неужели все богатые девушки в наши дни так боятся устать? Сам он был человеком, который особенно придавал значение удовольствиям, и если бы ему дали место, даже он не захотел бы вставать. Однако она была более безнадежной: если бы ей не дали место, она не захотела бы вставать. Просто ее способность приспосабливаться к различным обстоятельствам была немного впечатляющей по сравнению с другими барышнями из будуара.

У каждого из них были свои мысли, и почему-то вокруг них было на удивление тихо. Даже ветер утих.

Спустя долгое время она внезапно спросила с очень серьезным взглядом:

«Если бы я прыгнула, что бы вы сделали?»

Чу Чанге был ошеломлен, но все же ответил:

«Конечно,  я попробую удержать тебя».

"Тогда вы прыгаете".

Муронг Юньшу сказала это прямо и решительно.

Чу Чангге был сбит с толку. Он никогда раньше не думал, что она сможет говорить так бессмысленно ...

Увидев, что он ничего не сказал, Муронг Юншу добавила:

«Врата иллюзии должны быть между этими двумя скалами. Поскольку никто из нас не может их увидеть, вы попытаетесь  спрыгнуть вниз и посмотреть. Может быть, вы получите неожиданный результат. " Как поймать тигренка, не войдя в тигриное логово .

На этот раз Чу Чанге понял ее мотив, но:

«Почему я должен прыгать?»

«Я бы прыгнула, но ты сказал, что попытаешься удержать меня, не так ли?» -

сказал Муронг Юньшу с естественным видом.

Когда Чу Чангге услышал то, что было сказано, он не мог смеяться или плакать . Как оказалось, она уже подставила его ...

Муронг Юньшу слегка приподняла веки, бросила на него слабый взгляд и неторопливо сказала:

«Если ты действительно не хочешь, я…»

"Я прыгну!"

Чу Чангге прервал ее, продолжая говорить:

«Если ты думаешь позволить себе умереть по дороге, ты можешь просто пойти домой. Тебе не нужно искать противоядие. Лучше умереть из-за яда, чем разбиться насмерть ".

Муронг Юньшу не успела ответить, как спрыгнул с крутого обрыва. Ее брови слегка искривились. Она посмотрела на покрытый туманом утес и пробормотала:

«Не нужно спешить, чтобы перевоплотиться. Если ты хотя бы оставишь последнее сообщение или что-то в этом роде ...»

Муронг Юньшу не знала, сколько времени прошло, но не было никаких признаков того, что Чу Чанге каким-то образом приближается. Постепенно она стала беспокоиться от своего первоначального спокойствия, поскольку время от времени смотрела вниз, и все, что она могла видеть, в конце концов, было просто одеялом белого тумана. Со временем, в считанные секунды, сомнение Муронг Юньшу в ее собственном суждении увеличилось на пункт. Может быть, это был просто обрыв там внизу?

Нет, определенно нет. Чем больше думала Муронг Юньшу, тем больше ей было неловко. Наконец, она сердито кричит: «На самом деле я не говорила тебе прыгать по-настоящему. Почему ты так решителен!»

«Я все равно бы прыгнул.

Я собираюсь положить конец своим страданиям, быстро умру и переродившись».

Когда Муронг Юньшу услышал то, что было сказано, ее сердце очень обрадовалось, и ее глаза посмотрели на человека, который внезапно вылетел из тумана. Ее глаза следили за ним, пока он, естественно, не приземлился на землю с развевающейся одеждой. Его внешний вид ослабил ее напряженные сердечные струны и случайно показал сдержанность, беспокойство и радость, поскольку она спокойно сказала:

«Я на самом деле не говорила вам, что вы должны прыгать».

«Есть ли еще кто-нибудь, кроме меня, готовый лично рискнуть?» Сказал Чу Чангэ с поддразнивающим лицом, намереваясь посмеяться над ее отношением «жадная до жизни, боясь смерти».

Муронг Юньшу полностью проигнорировал его дразнящее замечание и поднял брови, заявив:

«Здесь нет людей, но есть много мертвых волков».

Когда Чу Чанге услышал эти слова, он внезапно вспомнил, что она только что сказала:

«Если ты действительно не хочешь, тогда я ...» Она пыталась сказать, что, если он не захочет, она бросит мертвых волков?

Муронг Юньшу, казалось, прочитал его мысли по выражению его лица, когда она кивнула с улыбкой, которая, казалось, была полна гордости в глазах Чу Чанге.

Чу Чанге тоже смеялся, беспомощно смеясь. Что он сделал с ней не так в своей прошлой жизни, что она играла ее, как обезьяну, в этой жизни ...

Фактически, причина, по которой он прыгнул без колебаний, помимо его доверия к ней, заключалась еще и в том, что он был уверен, что сможет защитить себя. Даже если бы внизу ничего не было, он мог легко вернуться на вершину горы.

"Вы что-нибудь нашли там внизу?"

- спросила Муронг Юньшу.

"Да."

"Что?"

«Я не скажу тебе».

Чу Чанге скривил губы и улыбнулся. Выражение его лица было резким и детским, что явно говорило

«умоляляй меня».

Муронг Юньшу почувствовала себя настолько смешной, что повернулась лицом к обрыву и сказала:

«Если произойдет худшее, я просто брошу еще одного волка, чтобы исследовать путь».

Чу Чангге положил руку ему на лоб. В сущности, он был человеком, но почему в ее глазах он стоил столько же, сколько животное?  Чу Чанге.

Просто забыл об этом. Это было не время для ссор.

Чу Чангге посоветовал:

«Еще раз присмотритесь к скале. Вы найдете что-нибудь отличное от того, что было раньше?»

Услышав то, что он сказал, Муронг Юньшу присела на корточки и пристально посмотрела своими большими глазами, когда она внимательно наблюдала, когда она внезапно обнаружила, что в тумане на расстоянии от края утеса что-то вырисовывается. Она попыталась дотянуться до прикосновения. Это была скала ... нет ... это был каменный мост! На самом деле это были Врата Иллюзии, прямо как то, что говорили люди. Легендарный Пепельный мост, который был скрыт в тумане ... подождите ... если этот каменный мост был здесь давным-давно, так откуда же Чу Чангге прыгнул прямо сейчас?

Пепельный мост ... восстал из пепла ... поместил кого-то на поле смерти, и он будет сражаться, чтобы выжить ; отчаянно сражаться перед смертельной опасностью... этот мост появился после того, как он прыгнул? Как могло быть на свете такая загадочная вещь ...

Когда Чу Чанге увидел ее озадаченное лицо, он улыбнулся и объяснил:

«Этот каменный мост изначально находился в сотне метров от вершины утеса. После того, как я прыгнул на него, он начал медленно подниматься».

Муронг Юньшу внезапно осознал, что произошло. Эти волки прыгнули с противоположной скалы на каменный мост, а затем они ждали, пока каменный мост поднимется, и вскоре после этого воспользовались мостом как способом двигаться в эту сторону.

Однако волки были горными существами и собирались только там, где была еда. Так зачем им идти в безжизненное место, когда они уже были в хорошей ситуации?

Муронг Юньшу с серьезным лицом посмотрел на противоположную сторону. Она не могла сказать, насколько тяжелым было ее сердце.

Она боялась, что дорога впереди будет в сто раз более извилистой, чем сейчас.

Свободная жена злобного мужа Глава 49: Запретная территория клана Ли

Как и ожидала Муронг Юншу, пройдя через каменный мост от Горы Судьбы к Горе Нежити, их ждет самое большое испытание - солдаты Ли - она предпочла называть их нецивилизованными людьми, или для краткости «дикарями». Поскольку каждый из них был раздет, их лица были окрашены в красно-белые румяна, как маски дьявола, соломенные шляпы на головах, соломенные сандалии на ногах и круг соломенных циновок вокруг их талии, чтобы покрыть области ниже пояса и выше колен. Кроме того, на их телах не было лишних украшений.

На самом деле, когда дошли до этого, было немного несправедливо называть их нецивилизованными людьми. В конце концов, они все еще умели прикрывать нижнюю половину своего тела, поэтому считались в лучшем случае полуцивилизованными людьми.

«Кто ты? Как ты посмела вторгнуться в запретную землю клана Ли!»

- спросил человек с серым пером в соломенной шляпе.

Когда Муронг Юньшу услышала то, что было сказано, она слегка улыбнулась. Очень хорошо, у них был такой же язык, поэтому никаких препятствий в общении не было. Чу Чанге, однако, нахмурился, держа в руке складной веер, неизвестно откуда он взял его, в такое время.

Мужчина заметил, что Муронг Юньшу не только не боялся, но и улыбалась спокойно и собранно . Он внезапно стал враждебным и взревел:

«Я задаю тебе вопрос! Чему ты смеешься ...» прежде, чем слова даже стихли, послышался звук «папаши», когда на лице появилась ослепляющая краснота. мужчина с пером на голове, в то время как кровь текла из уголка его рта. Очевидно, его ударили, но никто не видел, кто его ударил, и даже когда была дана пощечина. К тому времени, как все отреагировали, он получил пощечину.

Мужчина уставился на Чу Чанге, его глаза выпучены, в горле «булькает», но он не сказал ни слова. Это потому, что как только он открыл рот, это было похоже на то, что десять тысяч муравьев съели его сердце, чрезвычайно болезненно и зудело, что было хуже смерти.

Я не знаю, кто это нарисовал, если вы знаете, дайте мне знать, но он действительно был моим изображением Чу Чангге.

Чу Чангэ больше не тряс веер в этот момент, потому что веер в его руке был закрыт. Следы крови текли из уголка рта этого человека, постоянным потоком . У этого мужчины был шанс умереть от потери крови поскольку она, казалось, не прекращала течь. Только тогда кто-то заметил, что на краю веера в руке Чу Чанге было пятно от румян.

Было видно, что мужчина вспотел, как дождь. Его лицо болезненно искажалось. Он внезапно стиснул зубы, закрыл лицо и дико взревел:

«Как ты посмел ... как ты посмел ударить ...», прежде чем он успел закончить предложение, как послышался еще один звук «пап». Он отступил на несколько шагов в сторону, и странная краснота на его лице тоже исчезла. Хотя уголки его рта все еще кровоточили, кровь была не такой, как раньше. Теперь это выглядело как нормальное проявление кровотечения после того, как нормальный человек получил пощечину от ненормального мастера боевых искусств.

"Как ты посмел ударить меня!" Мужчина взревел. После того, как он взревел, он внезапно задрожал и обнаружил, что кроме жгучей боли на лице, он не может говорить так много, как раньше. Поэтому он отбросил свой гнев, и выражение его лица сменило чувство растерянности

Веер в руке Чу Чанге на этот раз снова развернулся. Он слегка встряхнул веер, в то же время неторопливо улыбнувшись, а затем небрежно сказал:

«Вы можете продолжать пытаться относиться к ней еще немного хуже, и вы узнаете, что я не только осмеливаюсь бить вас, но и осмелюсь убить вас».

Он сказал беззаботно, но для тех, кто это слышал, это было ужасно. Особенно лидеру с пером на голове, у него задрожали ноги. Перед лицом такой угрозы со стороны человека, который может отправить себя в ад на прогулку всего двумя ударами, как он мог не дрогнуть?

Чтобы Чу Чангэ заступился за нее, сердце Муронг Юньшу была естественно тронутой. Но как бы трогательно это ни было, некоторая озабоченность все же оставалась. У него было такое отношение «Я величайший в мире», и оно действительно не должно продолжать процветать ... особенно когда вы не знали, на что способна другая сторона. Всегда было хорошо быть немного сдержаннее. Конечно, она думала только об этих мыслях в своей голове. Его никогда не переубедить, поскольку она сама была человеком, который также следовал своим собственным желаниям  , поэтому она очень хорошо понимала его поведение.

Если бы она была той, у кого были уникальные навыки, она была бы первой, кто ударил и пнул лидера ... ну, удары руками и ногами, похоже, были бы тем, что сделал бы уличный боец. Мастер, такой как Чу Чангэ, побеждал людей, даже не зная ни богу, ни призраку  Пока Муронг Юньшу думала, она внезапно улыбнулась. У нее действительно не было потенциала стать мастером боевых искусств. Даже ее мысли были на том же уровне, что и у уличного бойца, который был похож на трехногого кота , но пугать злых. Когда дошло до изучения боевых аспектов, она была легендарным куском гнилого дерева, которое невозможно вырезать .

Дикие люди никогда не видели такой улыбки, чтобы и были сбиты с толку . Естественно, в сочетании с угрозой Чу Чанге им напомнили о насмешке, которую бандиты выдавали перед тем, как начать убивать, из тех, от которых волосы могут встать дыбом ....

Вожак вздрогнул и медленно попятился. Он попятился, пока не оказался рядом со своим заместителем, и прошептал: «Бузи, я задержу их. Ты вернись и позови помощь».

Не дожидаясь ответа от человека по имени «Буси», Чу Чанге с улыбкой сказал: «Если тебе есть что сказать, просто говори. Неважно, насколько слаб твой голос, я все равно тебя слышу».

Услышав это, Муронг Юньшу беспомощно покачала головой. Этот человек ах, так боялся, что другие не узнают, что он мастер боевых искусств.

Вождь не смог успокоиться и, вздрогнув, стряхнул перо с его головы, пока не упало на землю. Бузи поспешно поднял его и снова включил.

Перо было символом статуса в народе Ли. Как и официальная печать династии Дайе, их потеря каралась смертью.

Муронг Юньшу посмотрел на лидера и сказал:

«Мы просто торговцы из династии Дайе у подножия горы. Этот варварский акт вторжения в запретную зону вашего клана на самом деле не наш выбор, но мы действительно с нетерпением ждем. встречать вас всех ". Правильный способ общения с разумными людьми - мирные меры до применения силы . Хотя она не была уверена, были ли эти дикари разумными людьми, но, поскольку кто-то сначала применил к ним «силу», в этом случае их можно было считать неразумными людьми по умолчанию. Конечно, даже если человек не понимает здравого смысла, он мгновенно становится языковым гением, особенно под чьим-то запугиванием, верно?

Таким образом, чье-то агрессивное поведение в некоторой степени облегчило ее бремя и избавило от многих проблем.

Свободная жена злобного мужа Глава 50: Лидер - человек поразительной внешности

«Я хотел бы кое-что спросить у вашего превосходительства, и я надеюсь, что ваше превосходительство скажет мне правду», -

вежливо попросила Муронг Юньшу.

Лидер выглядел настороженным, но не осмелился отказаться, поэтому осторожно спросил:

«Что ты хочешь спросить?»

Муронг Юньшу посмотрела на него и сказала только через несколько секунд:

«Похититель душ исходит из вашего клана?»

Услышав это, вождь пришел в состояние боевой готовности.

Муронг Юньшу ответила:

«Сказать по правде, я была отравлен Похитителем душ, и мне нужно противоядие, чтобы спасти свою жизнь».

Как только он услышал, что она была отравлена Похитителем душ, в глазах лидера сразу же появился страх и трепет, и он спросил:

«Вы бывали в клане Ли раньше?»

"Нет."

«Тогда как вы были отравлены Похитителем душ?»

Муронг Юньшу несколько секунд смотрела ему в глаза, а затем задала ему вопрос вместо ответа:

«Был ли кто-то из вашего клана, который покинул территорию Ли, не так ли?»

Вождь был шокирован.

"Откуда ты знаешь?!"

Муронг Юньшу равнодушно сказал:

«Похититель душ - это нечто уникальное для клана Ли, и поэтому он должен быть в цзянху, естественно, его могли забрать ".

Лидер долго размышлял, а потом спросил:

«Не хочешь ли ты пойти со мной, чтобы увидеть старейшину клана?»

Муронг Юньшу слегка улыбнулась:

«С удовольствием».

*

Под руководством этих «дикарей» Муронг Юншу и Чу Чанге прибыли к круглому земляному зданию, чтобы встретиться со старейшиной клана Ли - «девушкой», которой было более полувека, и которая все еще выглядела привлекательно. Они думали, что она «девушка», потому что она носила девичью булочку, которая была символом девушки, которая ждала в будуаре в ожидании свадьбы

Халджи, старейшина клана, с достоинством и изяществом села на почетное место, когда она спросила высоким голосом:

«Вы - женщина, которую отравил Похититель душ?»

Муронг Юньшу мягко кивнула и сказала:

«Если ты хочешь разобраться с дверью в коридоре, я могу показать тебе дорогу».

Когда Халджи услышала то, что она сказала, она слегка растерялась, затем рассмеялась и похвалила:

«Какая женщина с характером!»

Муронг Юньшу скромно улыбнулась и заявила:

«Старейшина клана меня переоценивает».

К счастью, женщины клана Ли были не такими экономными, как их мужчины, потому что они не берегли свою ткань. В противном случае она точно не захотела бы поднимать глаза из-за смущения. Как ни странно, одна лишь мысль о внешнем виде Чу Чанге раньше без одежды заставляла ее сразу же покраснеть от стыда, и как ей хотелось спрятаться под землей! Однако почему, когда она увидела этих обнаженных мужчин, она ничего не почувствовала? Может быть, это была привычка, которая стала ее природой.

Это была плохая привычка. Муронг Юньшу молча склонила голову. Она внезапно почувствовала, что это действительно отвратительно, потому что мужчины не носят достаточно одежды. Клан Ли мог существовать до сих пор только потому, что у Небес не было глаз.

Халджи посмотрела на Чу Чангге, который тряс своим складным веером с того момента, как вошел в дверь. Она спросила:

"А ты кто?"

Чу Чанге захлопнул складной веер и с улыбкой сказал:

«Я ее…» Прежде чем было произнесено слово «жених», его прервала Халджи.

"Брат, не так ли?"

Халджи с улыбкой ответила:

«Посмотри на мое замешательство. Достаточно взглянуть на вас двоих, и каждый поймет, что вы, должно быть, семья. Старший брат очарователен и удивительно красив, а младшая сестра говорит: луна прячется и стыдит цветы . Это действительно благословение для родителей иметь такую пару прекрасных детей ».

Ее слова были полны восхищения и зависти.

Муронг Юньшу молча улыбнулась. То, что между ними возникло недопонимание, было для нее совершенно нормально. Ее отношения с ним не нужно было объяснять другим.

Чу Чангге не любил объяснять. Даже когда аббат Шаолинь неправильно понял, что он тот, кто поджег хранилище Священных Писаний, он даже не объяснил ни слова :  Более того, он не ненавидел выражение брата и сестры, поэтому он не объяснил, когда Халджи неправильно поняла.

Но они никогда не думали, что разница между их мыслями вызовет такие большие проблемы, точнее, проблемы Чу Чанге.

«Мне не хватает зятя, и, учитывая, что ты человек поразительной внешности, ты присоединишься к моему клану Ли и станешь моим зятем»,

- сказал Халджи в «даровании». тон.

Как только это было сказано, Муронг Юншу и Чу Чангэ рассмеялись.

Муронг Юньшу улыбнулась. Для злого человека, такого как Чу Чанге, называть «человеком поразительной внешности», зрение этого старейшины клана действительно имело терпимость.

Чу Чангге тоже засмеялся. Этот старейшина клана действительно не боялся смерти. Он был главным лидером, так что мог ли кто-нибудь просто «одарить» его чем-нибудь? Хотя одна богатая девушка однажды сказала что-то вроде: «Мне просто нужен муж, и, видя, что ты такой красивый, я выйду за тебя замуж в моем доме Муронг, так что считай деньги для меня», и он согласился на это. , но это не означало, что кто-то мог «подарить» ему что-нибудь.

«Спасибо за вашу доброту, к сожалению, мне уже обещали свадьбу, поэтому мне не повезло, чтобы воспользоваться вашим предложением». Чу Чанге был мужчиной, который не принимал привязанности других женщин, кроме Муронг Юньшу. В обычное время он делал вид, что это была большая шутка, и со смехом отбрасывал ее. Однако в это время они искали помощи от других, поэтому ему все равно пришлось что-то сказать, просто чтобы дать понять другой стороне, что он действительно «презирает» быть таким красивым.

Муронг Юньшу была по-настоящему удивлена своей реакцией. Она не ожидала, что он хоть раз будет нормальным. По ее предположению, в такое время он должен был очень высоко подумать о себе и трижды сардонически рассмеяться, а затем сказать, подняв нос к небу:

«Если ты хочешь быть матерью этого Чу Чанге» свекровь, ты неквалифицирован »или что-то в этом роде.

Похоже, она недооценила его нормальную роль. Однако его нормальный ответ несколько разочаровал ее. Когда бы и где бы ни было не на что посмотреть, это всегда скучно.

Услышав ответ Чу Чанге, лицо Халджи немного изменилось, но на ней все еще была улыбка, которая была не совсем верной, и она сказала:

«Неважно, что у вас уже есть обещанный брак. Поскольку вы все равно состоите в клане Ли. , ваш предыдущий брак не будет засчитан ".

Чу Чангэ неторопливо улыбнулся, коснувшись и между делом сказал :

«Никто не осмелился сказать, что брак этого Чу Чанге не будет засчитан».

Когда Халджи услышал это, ее лицо внезапно изменилось, и она огрызнулась:

"Вы хотите настаивать на том, чтобы не жениться на моей принцессе клана Ли !?"

Чу Чанге кивнул с улыбкой:

«Я рад, что ты понимаешь человеческий язык».

Муронг Юньшу уронила зрение и усмехнулась. Это был Чу Чангге, которого она знала

Халджи не могла  улыбнуться, так как ее лицо стало холодным, как лед. На этой территории клана Ли никто не осмелился ей противоречить!

«Я слышала, что вы пришли попросить противоядие для своей сестры. Если вы женитесь на  моей  принцессе, я дам ей противоядие».

Складной веер в руке Чу Чанге в какой-то момент снова развернулся, когда он изящно встряхнул его, и его прекрасные глаза были полны эгоцентричного чувства:

«Я держу мир в руках».

Затем он сказал праздно:

«Поскольку я приехал сюда, противоядие, естественно, будет у меня с собой, а для клана Ли я изначально намеревался дать немного денег для мужчин здесь, чтобы они купили новую одежду. Но теперь, внезапно, я подумываю сменить их одежду на одежду для похорон ».

Лицо Халджи стало еще более уродливым. Держа чашку в руке, она, казалось, считала ее Чу Чангге, где она раздавила ее, просто используя голую руку.

Муронг Юньшу улыбнулась и подняла глаза.

«Старейшина клана, видите ли, у этого человека злобные глаза и раскосые брови. На первый взгляд, он не добрый человек. Более того, у него болтающийся язык . Учитывая, что он такой человек, вы уверены, что он достоин быть мужем вашей принцессы? "

Уголок лба Чу Чанге слегка вздрогнул, когда он услышал, о чем говорилось. Даже если она хотела помочь ему, ей не нужно было быть такой жестокой, верно?

Со своей стороны, Халджи фыркнул:

«Ты хитрая девушка! Но он должен жениться на принцессе».

Муронг Юншу легонько вздохнула и несколько беспомощно покачала головой, когда она сказала:

«Я забыла сказать еще одну вещь: он человек, который делает то, что обещает. Итак, старейшина клана, лучше трижды подумать, прежде чем действовать. «В клане Ли было всего несколько человек и немного оружия. Их оружие также было самым примитивным деревянным оружием. Для Чу Чанге уничтожение небольшого клана Ли было делом всего лишь одним щелчком пальцев! Она не поняла этого. Дурная внешность Чу Чанге и его темперамент, когда он высоко ценил себя, никому не принесут удачи и не сделали бы человека долгожителем, поэтому не тот тип, который обычно нравится старейшинам. Как Старейшина клана влюбился в него? Этот Старейшина клана также была очень настойчивой, как будто, однажды сбежав этот монах, она никогда больше не встретит лысого человека ...

Свободная жена злобного мужа Глава 51: Продажа мужа ради процветания

«Он тот, кто угрожал тебе, я просто напоминаю тебе».

Муронг Юньшу сразу же четко заявила о своей невиновности.

«Да, это я угрожал тебе. Это не имеет к ней никакого отношения».

Чу Чангге также достойно выступил вперед. Мужчина должен нести ответственность за свои действия.

Халджи усмехнулась:

«Какая лиса поет в гармонии с совой  друг с другом! Вы двое просто шакалы одного племени . "

Муронг Юньшу неодобрительно приподняла черные брови. Фактически, она чувствовала, что ее способности были подобны помощи тирану Чжоу в его угнетении . Когда некий кто-то заставлял дуть ветер и накатывал волны , в лучшем случае ее можно было рассматривать как маленького лакея, где ее уровень был ограничен, и она действительно не смела сидеть на равных за одним столом .

Чу Чанге, с другой стороны, слегка встряхнул свой складной веер и улыбнулся:

«На самом деле, если ваша дочь действительно не может найти кого-то, за кого выйти замуж, я могу помочь сватовству. Что касается женитьбы на мне, вам лучше отказаться от этой идеи, поскольку я не очень хороший человек ". Когда он сказал последнее предложение, он намеренно или ненамеренно искоса посмотрел на Муронг Юньшу.

Муронг Юньшу был таким умным человеком. Как она могла не расслышать значение последней фразы. Она не был хорошим человеком, о чем она уже знала, поэтому она давно отказалась от мысли выйти замуж за хорошего человека. В этой жизни, если бы он был готов на ней жениться, она была бы на одной волне с ним, а если бы он не хотел, она просто прожила бы свою жизнь в сопровождении одиночества, жалкая жизнь. Не потому, что она испытывала к нему глубокие чувства и не имела о нем никакого представления. Просто потому, что после встречи с ним в мире не было мужчины, который мог бы даже войти в ее глаза.

Этот человек был склонен к пустякам без уважения . Иногда он ненавидел мир и его обычаи , а иногда он становился таким эгоистичным. А в других случаях он становился очень неловким и превращался в такого ребячливого человека. Хотя он не пустил корни в ее сердце, он долгое время оставался между ее глазами. Из-за этого, на кого бы она ни смотрела, он чувствовал себя заслоненным им и посредственным по сравнению с ним.

Хотя он не интересовался ею, она никогда не позволяла себе эмоционально относиться к нему, и они все еще могли счастливо поладить. Также как в прошлые дни, когда они были мирными, они были бы мирными вместе. Когда они смеялись и играли, они смеялись и играли вместе, позволяя времени ускользать бессознательно. Когда они оглянулись, они уже были седыми и преклонными. В то время он все еще непочтительно защищал ее, как сейчас, а она, как и в прошлом, наблюдала за его тиранизацией и смеялась над ним за его полную неразумность. Таким образом, для нее этого было уже достаточно.

В то же время сердце Чу Чанге изменилось тысячу раз. Это был зловещий человек, так как он уже давным-давно спорил с Богом, поэтому он был обречен на несчастье. Когда она была с ним, к ней приходили только его несчастья и бедствия, и ее нынешний опыт был лучшим доказательством. Однако он не хотел отпускать ее. Он не хотел эту женщину, которая могла быть крутой и собранной , в его жизни он стал просто прохожим. Она была второй женщиной, которая спокойно улыбалась и молча страдала перед лицом несчастья, которое он ей навлек. Однако аромат первой из них уменьшился, и нефрит погиб , и второй ... он не был настолько уверен, что сможет защитить ее от бесчисленных закатов и восходов в будущем.

В прошлом, он думал , что он не был достаточно силен , что он сделал Ли Эр умереть насильственной смертью. Поэтому он постоянно укреплялся и заставлял весь мир терять злость, когда он слышал ветер  , как цикады в холодной погоде . Но теперь он понял, что когда человек хочет защитить другого человека своей жизнью, он никогда не будет достаточно сильным.

Чем ближе он будет следовать за ней, тем хуже она пострадает. В конце концов, он был источником несчастья. Как бы он ни старался сохранить ее невредимой, это будет просто столкновение копий и щитов .

Чу Чанге знал, что лучше всего стоять подальше и просто наблюдать за ее улыбкой. Но снова и снова он наблюдал, как выбирает самый сложный. Когда он узнал, что есть лекарство от Похитителя душ, он понял, что этот путь, полный терновников и радостей, подходит к концу. Как только ее яд будет удален, он откажется от брака и вернется к своему цзянху  С этого момента их мир будет разделен и больше не будет связан друг с другом.

В отличие от хаотичных мыслей Муронг Юншу и Чу Чанге, сердце Халджи горело. Она ударила по столу и громко крикнула:

«Что за парень, который подчиниться давлению  после первого отклонения его просьбы!» Как он посмел сказать, что моя принцесса не может найти себе жениха! Мужчины, арестуйте их и бросьте в темницу! "

Головокружительный генерал-лидер, который привел их на встречу со старейшиной клана, даже пытался отговорить ее: «

Старейшина клана, успокойся. Теперь, когда местонахождение Ю Чи все еще неизвестно, единственная подсказка, которую мы имеем, - это яд Похитителя душ, что это юную леди отравили, и этот подчиненный подумал, что мы должны быть вежливыми ».

Ю Чи был тем, кто покинул клан Ли три года назад, чтобы и забрал с собой   Похититель душ.

Он говорил грандиозно, но Муронг Юньшу знала, что это произошло только потому, что он боялся Чу Чангге. Похоже, он говорил от их имени, но на самом деле он защищал клан Ли. Это произошло потому, что он увидел силу Чу Чанге, поэтому он считал, что угроза Чу Чанге заключалась не только в демонстрации его силы [.

Услышав это, Халджи нахмурилась и кивнула, неохотно сказав: «Тогда поместите их под домашний арест». После этого она сказала Чу Чанге:

«Пока ты хочешь жениться на принцессе, я немедленно дам твоей сестре противоядие и отошлю ее. Конечно, если она хочет остаться и жить в клане Ли, она может сделай так, и я дам ей титул Владыка Луны  и помогу ей найти хорошую пару для брака »

. В клане Ли только Прямые потомки имели право на на титул Юэчжу , поэтому было очевидно, что Халджи по-прежнему высоко ценит Муронг Юньшу.

Прежде чем Чу Чангэ смог ответить, Муронг Юньшу взял на себя инициативу и сказала:

«Спасибо, старейшина клана».

Халджи поджал губы и ничего не сказал. По всей видимости. она все еще злилась, что эти двое раньше ей противоречили.

Чу Чанге, с другой стороны, в замешательстве склонил голову набок, глядя на Муронг Юньшу, и тихо спросил: «Пытаетесь продать своего мужа ради личного процветания?»

«Просто прошу сохранить мою жизнь»

. Муронг Юншу ответил ему теплой весенней улыбкой и слабо сказала: «Как говорится, каждый сам за себя, а дьявол берет на себя самое заднее» . Более того, у вас есть такая красота, как цветок, который я люблю, и, поскольку у меня есть еще одна жизнь, этот бизнес обязательно принесет нам прибыль ".

Чу Чангге потерял дар речи. Как говорится, бизнесмены ценят прибыль выше привязанности ...

*

Как только эти двое были уведены солдатами, Халджи вызвал Хуберга, главного колдуна клана Ли.

Как только Хуберг вошел, он спросил:

«Старейшина клана, я только что видел пару иноземцев , идущих сюда. Кто они?»

Халджи сказала:

«На самом деле я позвала тебя сюда, чтобы поговорить о них. Теперь, когда ты их видел, мне больше не нужно тебе рассказывать. Так что ты думаешь об этом человеке?»

Хуберг сказал:

«Судьба монарха - иметь благоприятные облака и летающего дракона, закрепившегося над головой».

"Хорошо сказано!"

Халджи с большой радостью сказала:

«Я действительно не поняла, что это неправильно. Он - правильный кандидат на пост следующего главы клана Ли».

Хуберг нахмурился, услышав новости:

«Вы собираетесь выдать за него принцессу замуж?»

"Эн." Халджи улыбнулась и кивнула: «Я только что испытала его. Этот человек может говорить и смеяться посреди моего полного гнева, и он не боится жизни и смерти. Доверяя ему клан Ли, я вольно." Оказалось, что гнев Халджи только что был актом, просто чтобы испытать Чу Чангге. Но она не знала, что причина такого спокойствия Чу Чанге на самом деле заключается в том, что он был уверен, что она ничего не может с ним сделать.

"Но..."

«Нет, но. Разве ты не предсказывал, что муж принцессы был за пределами клана Ли, а процветание клана Ли контролировалось этим иностранцем? Он единственный человек, который ворвался в клан Ли за последние три года. лет, и его возраст такой же, как и у принцессы. Он, должно быть, был человеком в пророчестве ".

Хуберг хотел сказать, что муж принцессы, о котором он предсказывал, что он не принадлежит к клану Ли, был просто доверен самой принцессой, которая хотела сбежать от того, чтобы его выдали замуж без разбора. Это не судьба. Кроме того, что касается пророчества о судьбе племени Ли, оно было правдой, но он говорил о взлете и падении племени Ли, а не о его процветании. У этого иностранца только что была имперская судьба, но он не был тем, кого клан Ли мог удержать, не говоря уже о том, что женщина рядом с ним была необычным человеком.

Но в конце концов Хуберг ничего не сказал. Во-первых, он не мог поднять камень только для того, чтобы уронить его себе на ноги разгадывая ложь, сказанную принцессой; а с другой стороны, старейшина клана, очевидно, приняла решение. Ему было бы бесполезно говорить что-либо еще.

Свободная жена злобного мужа Глава 52: Отсутствие манер

Муронг Юньшу и Чу Чангге были заперты в одном и том же глиняном здании, где снаружи стояла охрана, а внутри ждала горничная. На самом деле, изначально это был слуга, но Чу Чангэ прогнал его и настойчиво потребовал - другого в одежде. Итак, слуга превратился в служанку. Однако Муронг Юншу настаивала на том, что причина, по которой он превратил слугу-мужчину в служанку, полностью связана с природой мужчин.

«Я выгляжу чертовски развратной?» -

разочарованно спросил Чу Чангге.

Муронг Юньшу смотрела на него несколько секунд и внезапно сказала:

«Вы когда-нибудь видели утонченного негодяя

Чу Чангэ положил руку ей на лоб. После стольких лет скитаний по Цзянху .В конце концов он поверил, что существует такая смерть, которую называют смертью несправедливой.

Муронг Юньшу склонила голову, поджала губы и улыбнулась, продолжая заваривать чай. Не потому, что она общалась с литераторами и изображала любительницу культуры Но на самом деле в этой глухой долине было нечего делать, чтобы выиграть время. Судя по словам той горничной, в клане Ли был легендарный персонаж по имени Хуберг, который был очень сведущ как в прошлых, так и в настоящих делах . У него также была способность предсказывать будущее, и он был самым могущественным колдуном здесь. Было жаль, что старейшина клана ограничила свободу Муронг Юньшу, иначе она действительно могла бы навестить этого колдуна.

Муронг Юньшу пыталась придумать, как выйти из этой ситуации, когда она внезапно услышала, как Чу Чанге сказал: «Они слишком грубо одеты, чтобы появляться перед вами».

Муронг Юньшу слегка улыбнуась и возразила:

«Я помню, однажды передо мной кто-то был очень праведным и грубым». В то время, посреди пещеры, он даже не чувствовал себя грубым, когда обнажался перед ней, так почему же он вдруг начал говорить о грубости других?

Красивое лицо Чу Чанге было слегка смущенным, когда он повернул голову, чтобы посмотреть в другое место, и сказал абсолютно серьезно:

«У меня не было другого выбора в то время».

"В самом деле?"

Муронг Юньшу слегка рассмеялась.

Возможно, в то время у него действительно не было другого выбора, но дразнить ее было его профессией.

Увидев ее недоверчивый взгляд, Чу Чангэ откашлялся, чтобы скрыть смущение, и виновато кивнул головой: «Конечно. Иначе я бы не позволил тебе воспользоваться мной. Знаете, я очень консервативный человек ".

Редкие 7 лепестков Цветка сливы

«Пучи…» Муронг Юньшу засмеялась так сильно, что ее рука задрожала, и чай пролился ей на руку. Она ахнула, когда она ошпарилась, и она уронила чайный сервиз, пока она пыталась вытащить носовой платок, чтобы вытереть его, но ее помешал белоснежный платок с цветком сливы с семью лепестками, вышитыми в углу.

Изображение кредита Phoenix Eyes | Bun Bun (« Советы по макияжу для 14 разных типов азиатских глаз» , 29 мая 2011 г.)

«Этот платок ...» Муронг Юньшу удивленно посмотрел на Чу Чангге растерянными глазами феникса. Вышивать цветы сливы на платке не было чем-то странным, но вышивание семи лепестков цветов сливы было редкостью. На всех ее носовых платках в правом нижнем углу были вышиты маленькие семилепестковые цветы сливы. То, что она могла вышить семь лепестков цветов сливы, не имело особого значения. Просто однажды, когда ей стало скучно, у нее внезапно возникла мысль вышить его, и она обнаружила, что это было довольно красиво, поэтому с тех пор она продолжала эту привычку. Она была уверена, что платок принадлежит ей.

Когда Чу Чангэ нежно потер покраснение на ее руке от ошпаривания горячей водой, он сказал:

«Этот платок твой».

"Как у тебя оказался  мой носовой платок?"

"Я поднял его".

Чу Чанге случайно упомянул об этом.

"Где ты это взял?"

Муронг Юньшу безжалостно преследовала его, не желая отпускать.

«Я не помню».

Видя, что он намеревается остановиться, Муронг Юньшу перестал задавать вопросы и подождала, пока он отпустил ее руку, чтобы убрать носовой платок, прежде чем она сказала:

«Спасибо».

Чу Чангге сначала был ошеломлен, а затем улыбнулся:

«Это не более чем просто поднять палец  И не то чтобы я не получил никаких пособий ».

Когда он произнес последнее предложение, его лицо было легкомысленным .

Муронг Юньшу подняла брови. Она считала его слова чем-то неслыханным и невидимым. Она уже привыкла к «флирту» определенного человека. Она протянула руку и сказала:

«Я благодарю вас за то, что помогли мне подобрать платок, который я потерял некоторое время назад».

Чу Чангэ подсознательно спрятал платок за спину:

«Это я поднял его, значит, он мой».

«Разве ваш Учитель никогда не говорил вам, когда собираете деньги, не скрывайте это

"Нет."

«...» Муронг Юншу потерла брови, прежде чем снова протянуть ему руку, говоря:

«Верни ее».

"Не собираюсь."

"Отдай это обратно."

"Не собираюсь."

Муронг Юньшу беспомощно вздохнула:

«Великий лидер Чу, не будь веди себя как ребенок».

«Мисс Муронг, не будьте так скупы».

Чу Чанге подражал ее тону речи, но его лицо улыбалось. Действительно отвратительно.

Муронг Юньшу не знала, плакать или смеяться

«Это нормально, если ты хочешь, чтобы я была щедра. Пока ты обещаешь жениться на принцессе клана Ли, я отдам это тебе».

Пока она могла покинуть эту комнату сейчас, не нужно говорить, что отдать одну вещь, отдать ему десять тысяч вещей тоже было бы для нее нормально.

Конечно Чу  понял , что она думает, но тот факт , что она не заботится, он чувствовал себя немного расстроен, так что он сделал больно лицо и спросил с полушутя, полусерьезно

"Мадам, почему вы настаиваете на том, чтобы подтолкнуть своего мужа к кому-то другому?"

Муронг Юньшу слегка улыбнулась и риторически спросила:

«Ты плохой человек, так что толку тебя задерживать?»

Одно предложение жестко заблокировало Чу Чангге. Теперь он как бы знал, что значит поднять камень только для того, чтобы уронить его себе на ноги .

«Угадай, сколько времени потребуется, чтобы снести это земное здание?» Если она хотела уйти, у него было десять тысяч способов вытащить ее, так зачем ему жертвовать собой?

Муронг Юньшу приподняла бровь:

«Ты не знаешь,если не попробуешь сам?»

"Ладно."

Еще до того, как она закончила говорить, Чу Чангэ начал чувствовать свою удачу, поскольку он медленно готовился приступить к работе, ожидая, что она отговорит его. К сожалению, после долгого ожидания он наконец сказал: «Забудь об этом».

Он забрал свою истинную ци

«Так как мы до сих пор не знаем, где спрятано противоядие от Похитителя душ и как его следует использовать, не рекомендуется быть слишком высокомерным».

Муронг Юньшу уставился на него широко раскрытыми глазами. Солнце действительно палило с запада, чтобы неистовый Великий вождь Чу на самом деле сказал что-то вроде «не рекомендуется быть слишком высокомерным».

В этот момент из-за двери послышалось уважительное приветствие - «Приветствие принцессе».

Муронг Юньшу просияла. Наконец-то появился законный владелец.

Чу Чанге, напротив, нахмурил брови , недоволен тем, что кто-то их прерывает в это время.

Свободная жена злобного мужа Глава 53: Воссоединение

Принцесса Ли была одета в яркое платье с соломенной гирляндой на голове. Она также носила нефритовые кольца на шее, запястьях и лодыжках, по-настоящему красочные и живые. Она была очень красива, особенно те два прекрасных глаза, которые походили на ясный и яркий набор прозрачных осенних вод . В этот момент она смотрела на Чу Чанге с глубокой любовью. Ее вишнево-розовые губы хотели что-то сказать, но колебались, как будто у нее были тысячи слов ,но не знал, с чего начать.

Чу Чангге даже не взглянул на нее. Он сидел рядом с Муронг Юньшу, которая сосредоточилась на заваривании чая, который она пила один за другим. Когда она делала чашку, он пил чашку.

"Это хорошо?" -

с улыбкой спросила Муронг Юньшу, наливая свою первую порцию чая.

«Неплохо», -

ответил Чу Чангге.

Муронг Юньшу посмотрела на него с легкой улыбкой, затем она опустила голову и продолжила заваривать чай, полностью игнорируя принцессу клана Ли. Конечно, это было не более чем поверхностное незнание. С таким горящим взглядом, который мог почувствовать даже слепой, не говоря уже о ней, у которой были хорошие уши и глаза . Она думала, что эта принцесса клана Ли либо никогда раньше не видела мужчину, либо она никогда не видела мужчину в полной одежде, в результате, когда она встретила его, она вела себя голодной и жаждущей .

«А ...»

Принцесса клана Ли внезапно открыла рот. Она едва произнесла слово

«А»,

как внезапно остановилась. Она слегка сомкнула губы и сказала служанкам позади нее:

«Подождите снаружи».

«Да, принцесса».

Четыре служанки, получившие приказ, вышли в очередь.

После того, как горничные ушли, Муронг Юньшу поставила чайник и стала ждать, пока заговорит принцесса клана Ли. Поскольку все личные горничные были разосланы, то, что было дальше, не должно быть слишком скучным.

Однако Муронг Юньшу никогда не ожидала, что принцесса клана Ли откроет рот этими удивительными словами, заставив ее впервые в жизни усомниться в ее слухе.

Чу Чанге был также ошеломлен вступительным замечанием принцессы клана Ли, что он на целую минуту ничего не понимал, прежде чем начал бормотать вопрос, как будто он только что проснулся ото сна:

«Как ты меня только что назвала?»

Это был первый раз, когда Муронг Юньшу видела такого Чу Чангге, как будто он потерял свою душу. Это заставило ее усомниться в своем видении. Но ее всегда ясный ум прямо сказал ей, что все это правда. Принцесса клана Ли не влюбилась в Чу Чанге с первого взгляда, скорее, это были старые чувства, которые никогда не забывались.

Эта сцена, где Чу Чангге теряет свою душу и теряет дух .Манера поведения и глубокая привязанность принцессы клана Ли заставили Муронг Юньшу легко связать его с другим человеком - Си Юэ. Может быть, принцесса клана Ли и Си Юэ были одним и тем же человеком? Невозможно. Муронг Юньшу быстро перевернула свои мысли. Если бы они были одним и тем же человеком, Чу Чанге узнал бы ее с самого начала, вместо того, чтобы ждать, пока она откроет рот и он будет шокирован до этого момента.

«А Чанг».

Принцесса клана Ли снова позвала. Мгновенно ее глаза затуманились, и слезы навернулись на нее.

Чу Чангге посмотрел на нее в изумлении и недоверчиво спросил:

«Ты ... Си- эр ?»

Муронг Юньшу почувствовала, как что-то рушится в ее голове, и в ее ушах звенело, когда звуки вокруг нее стали необычно глухими. Она нахмурилась и осторожно покачала головой, чтобы избавиться от этого странного чувства. Затем она услышала ответ, который меньше всего хотела слышать -

"Да, я."

Принцесса клана Ли неоднократно кивала, по ее щекам текли слезы.

Чу Чангэ рванулся вперед, останавливаясь в шаге от принцессы. Он крепко сжал ее плечи и попытался подтвердить это еще раз,

«Вы действительно Си- эр ?»

Как было это возможно ... он явно похоронил ее своими руками, и внешность принцессы была полностью отличается от Си эр ...

Со слезами на глазах и улыбкой на лице принцесса клана Ли схватила его за плечо и прыгнула на него, кивнув и сказав:

«Это я, А Чанг, как ты сюда попал? Ах, нет, мы поговорим об этом позже. Моя маленькая черепашка, ты ее накормил? Кроме того, мой тибетский мастиф, ты не вырыл яму, чтобы похоронить его, не так ли? Ты так ненавидишь собак, что тебе приходится издеваться над ним, пока меня нет, Не так ли? Разве Whirlwind (лошадь) выросла? Мы договорились подождать, пока она вырастет, а затем мы будем гоняться за жизнью и вместе бродить по миру ... "

Не дожидаясь ее до конца, Чу  схватил ее в свои руки и пробормотал:

«Это действительно ты, это действительно ты ,Си- эр . Я не сплю, я?»

"Нет нет."

Она сильно покачала головой, когда ее слезы снова начали хлынуть, и она проговорила со всхлипом:

«А, Чанг, я так по тебе скучала, я действительно так по тебе скучаю…»

"Я знаю."

"Вы не представляете, как сильно я хочу каждый день покинуть эту адскую дыру и возвращаться на Гору Черного Ветра, но это сломанное тело не только никогда не занимается боевыми искусствами, но еще и слабое и больное. Я буду тяжело дышать, когда пойду еще несколько шагов по земле, не говоря уже о восхождении через горы! " Когда принцесса клана Ли упомянула эти слова, она пришла в ярость и топнула ногой, чтобы излить свой гнев. Неожиданно это возбуждение привело к головокружению, и она прихрамывала над Чу Чангге. Она не захотела, когда сказала:

«В прошлом соревнования по боевым искусствам между нами всегда заканчивались ничьей, а в будущем я никогда больше не побью тебя».

Чу Чанге был так расстроен, что помог ей сесть и сказал:

«Ты можешь восстанавливать силы, когда ты слаба, а в боевых искусствах ты можешь тренироваться медленно. Но Си- эр , ты только что сказала, что это твое тело сломано. Что на самом деле происходит? "

"Я не знаю, что именно произошло. Три года назад на Фэн Даге горит старший брат, но в данном контексте это означает «Старший брат».

Гора Хуа Туо, после того, как я очень долго выспалась, я проснулась здесь, и мое лицо и тело выглядели совершенно иначе, чем раньше, и меня почитали как принцессу. Только позже я узнала, что каким-то образом ошибся и инь, и ян  войдя в тело принцессы клана Ли.

Чу Чанге внезапно поняла, что это, должно быть, произошло, когда Похититель душ в ее теле действовал, и кто-то просто случайно изменил Закон Сдвига Души, позволив ей восстановить свою жизнь. «Си- эр , здорово, что ты еще жив. Пойдем, я познакомлю тебя с…» Когда Чу Чангэ повернулся назад, он понял, что Муронг Юньшу ушла некоторое время назад. Он поспешно выбежал и спросил солдат, охранявших дверь:

«Вы видели, как вышла дама, которая шла со мной?»

"Она сказала, что не хочет беспокоить принцессу , поэтому она вышла прогуляться, - ему ответи одна из личных служанок принцессы.

Брови Чу Чанге опустились, и он поднял ногу, чтобы погнаться за ней, но кто-то сзади внезапно потянул за угол его пальто.

Свободная жена злобного мужа Глава 54: Близнецы

"Кто она?" Эта «она» относилась

к Муронг Юньшу.

«Она ...» Чу Чангэ внезапно остановился. Он задумался на мгновение, а затем сказал с угасшим энтузиазмом: «Забудь, с ней все будет хорошо. Я тебя давно не видел. Давай хорошо поболтаем».

"Ладно."

Принцесса сладко улыбнулась и предложила:

«Давайте спарринговаться ...»

Ее улыбающееся лицо внезапно сломалось, которое немедленно сменилось тем, что она удрученно опустила голову .

«Как я могла забыть, что это тело не может заниматься боевыми искусствами».

Чу Чанге погладил ее по голове и ласково сказал:

«Ты все еще можешь выучить их снова, если не сможешь, и я могу научить тебя сам».

«Ни за что!

Если ты научишь меня, я стану твоей ученицей, которая будет на один уровень ниже тебя.

Я не позволю тебе использовать меня зря».

Княгиня энергично фыркнула, направив нос в небо.

«Хорошо, я не буду учить тебя. Я позволю своим подчиненным, которых я всегда побеждаю, научить тебя, когда мы вернемся».

Чу Чангэ улыбнулся, затем он пристально посмотрел на пустую дорогу вдалеке, втаскивая ее в комнату, чтобы догнать старые времена.

Чу Чанге воображал много возможностей, если бы его сестра была еще жива, а также бесчисленные чувства воссоединения, но не то чувство, которое он сейчас испытывал - рассеянность.

Он знал , что он не должен думать ни о чем другом , а Си- эр была наливая ее слова в стационарном потоке , но его мозг бесконтрольно думал о другом человеке - Муронг Юньшу. Он не беспокоился о ее безопасности, но был обеспокоен ее уходом, не сказав ни слова. Она не могла понять взгляды людей , особенно когда объектом был он. Так что ее внезапный уход отнюдь не был таким простым, как «нежелание беспокоить».

Отодвинуть стул в сторону, заварить чай с настроением наблюдать за толпой, пить, наблюдая, тихо слушать и тихо смеяться - это была нормальная реакция невозмутимой и непохожей на девушку из особняка Муронг. По крайней мере, по его впечатлению, она была такой, когда сталкивалась с вопросами, которые ее не касались.  ... она ревновала, Чу Чангге.

Чем больше он думал об этом, тем больше Чу Чангэ ощущал необъяснимое чувство слишком возбужденного, чтобы сидеть или стоять . Если он не знал ее слишком хорошо, зная, что, поскольку она ушла, не сказав ни слова, она определенно не хотела, чтобы ее беспокоили. Иначе он бы давно за ней гнался.

*

В то же время Муронг Юньшу бесцельно бродила по небольшой тропинке, вымощенной зелеными каменными плитами и обрамленными оттенками деревьев, и в ее сердце были смешанные чувства. Очевидно, это не было ее делом, но ее сердце было как-то грустно. От этого ей внезапно захотелось кричать. Ей хотелось выкрикнуть душное раздражение, застрявшее в ее груди. Однако в итоге она просто тихонько вздохнула. Так как она была Муронг Юньшу, молодой леди из особняка Муронг, которая должна была сохранять спокойствие, с чем бы она ни столкнулась.

После того, как Муронг Юньшу подняла руку, чтобы заправить волосы, развеваемые ветром,  за уши, она снова посмотрела вперед, на бескрайние луга, и снова глубоко вздохнула. Затем она продолжила идти вперед.

Неизвестно, сколько времени длилась ее прогулка, как вдруг позади нее послышался незнакомый голос:

«Если ты продолжишь идти, ты не сможешь найти дорогу назад».

Муронг Юньшу остановилась при звуке и проследовала в направлении источника, только чтобы увидеть мужчину средних лет около сорока лет, в синем тканевом льняном костюме, стоящего примерно в трех метрах от нее.

Здесь был кто-то еще, кроме Чу Чанге, в верхней верхней одежде? Она начала говорить, чувствуя недоумение: «Ты…»

«Хуберг».

Муронг Юньшу был слегка ошеломлена его словами.

"Хуберг, главный чародей клана Ли?"

«Это я», -

ответил Хуберг с равнодушным выражением лица.

Муронг Юньшу покосилась на него теплым взглядом и спросила:

«Когда ты пришел сюда?»

«В то время, когда вы приехали сюда, я как раз приехал сюда».

Муронг Юньшу слегка нахмурила брови и печально спросила:

«Ты меня преследуешь?»

"Да."

Хуберг посмотрел на нее с непостижимым выражением лица и кивнул в знак признательности.

Этот ответ застал Муронг Юньшу врасплох. Все люди любили оправдываться, поэтому она не ожидала, что он будет придерживаться того же принципа, что и она, который не боялся признаться в своем поведении.

"Что-то случилось?

" Она спросила кратко и по существу.

Хуберг ответил:

«Я хочу, чтобы вы и ваш друг покинули клан Ли».

Муронг Юньшу слегка приподняла темные брови и легко спросила:

«Причина?»

«Противоядие от Похитителя душ».

"По рукам."

Откровенность Муронг Юньшу удивила Хуберга, который затем с недоумением спросил:

«Не спрашиваешь, почему я хочу, чтобы вы ушли?»

"Вы готовы объяснить?"

Муронг Юйшу задал риторический вопрос.

"Конечно."

Фактически, он должен был ясно изложить свои причины, чтобы они не испытывали к нему каких-либо обид. Он действительно не хотел заводить врага ни с одним из них.

Муронг Юншу с улыбкой сказала:

«Оставь это для моего друга позже».

После этого она подняла ногу и пошла прочь. Проходя мимо него, она внезапно вспомнила очень важный вопрос: «Есть ли другой выход из горы?»

«Есть. Я пришлю кого-нибудь, чтобы проводить тебя».

"Спасибо."

Муронг Юньшу слегка кивнула ему, покачала рукавом и уходила .

"Почему ты не хочешь услышать причину?"

Хуберг смотрел на ее спину, громко спрашивая.

Шаги Муронг Юньшу на мгновение остановились, но затем она продолжила идти вперед, ответив:

«Потому что мне не нужно знать».

Единственной причиной, по которой она приехала сюда, было противоядие от Похитителя душ, и теперь, когда она была готова забрать противоядие, у нее, естественно, не было причин оставаться.

Хуберг стоял неподвижно, в ошеломленном молчании глядя на исчезающий нежный вид ее спины, как вдруг перед его глазами возникли два человека. Они совершили роковое пересечение с ней. У него было предчувствие, что эта женщина отныне будет играть важную роль в его жизни.

Увидев вчера старейшину клана, он вернулся, чтобы рассчитать судьбу клана Ли. Это дало ему самый зловещий результат гадания с тех пор, как он начал гадать для своего клана. Именно из-за их внезапного визита он был готов обменяться с ней противоядием наедине в надежде, что они смогут уйти как можно скорее и спасти клан Ли от этой катастрофы.

*

«А Чанг, ты меня серьезно не слушаешь!»

Звук жалоб заставил Чу Чанге немедленно вернуться из своих блужданий. Он не мог уверенно защищаться, даже когда сказал:

«Я слушал».

«Ты все еще пытаешься обмануть меня! Хотя я сейчас в другом теле, но, в конце концов, мы близнецы. двойняшки  Как я могу не знать, когда твое сердце и разум не спокоены  "Принцесса клана Ли, Чу Сиюэ, дракон и феникс . Чу Чангге родился на три минуты позже ее. Эти двое были связаны мыслями с детства, и, не считая гендерной разницы, они были просто как один и тот же человек.

"Это из-за той дамы, которая шла с тобой?"

Чу Чангэ слегка вздохнул и медленно кивнул.

Чу Сиюэ озорно улыбнулась, а затем со смехом спросила:

«Она ... твоя возлюбленная?»

"Невеста".

"Что?!"

«Си- эр , не волнуйся …»

«Не волнуйся?!

Вы пообещали выйти замуж, не сказав ни слова, но я не могу волноваться? Мы близнецы. Близнецы! Не могу поверить, что вы даже не сказали мне…»

«В то время я не знал, что ты еще жива ... подожди, не в этом дело».

Чу Чангге положил руки на лоб, чтобы разобраться в своих мыслях, а затем спросил:

«Ты не винишь меня?»

"В чем винить тебя?"

«Мы дали обещание состариться вместе с детства. Если ты не выйдешь замуж, я не выйду замуж…»

Чу Сиюэ моргнул и задался вопросом:

«Я? Почему я не помню?»

Чу Чангге сильно потел. Он чувствовал себя слишком виноватым, потому что не выполнил их обещание, но, к его удивлению, она даже не вспомнила об их обещании ...

Однако это было нормально. Что касается ее памяти, особенно когда это случилось в то время, когда она была еще ребенком, было бы чудом, если бы она могла вспомнить.

«А, Чанг, ты же не собираешься использовать обещание, данное в детстве, чтобы помешать себе жениться на ком-то, не так ли?»

«Это она не хочет выходить замуж ... нет ... между мной и ней ... это сложно. Ты не поймешь».

Когда Чу Сиюэ увидела, что он ерзает, и его лицо действительно стало немного красным, она прикрыла живот и начала смеяться:

«А Чан, ты такой смешной!»

Чу Чанге выглядел слегка смущенным и притворившимся злым:

«Ты снова смеешься, и я использую Цинлун

Свободная жена злобного мужа Глава 55: Захваченный

Муронг Юньшу пропала.

Это было как гром, появившийся в голубом небе для Чу Чангге. Ему потребовалось 30 секунд, чтобы восстановить свои нормальные мыслительные способности. Он холодно посмотрел на Халджи и спросил:

«Как мог такой большой человек исчезнуть?»

Халджи ответила:

«Ее видели идущей к лугам. Думаю, она заблудилась там, поэтому я послала кого-нибудь, чтобы найти ее».

Чу Чанге еще раз взглянул на нее, полный предупреждений и угроз - если она хоть немного пострадает, я буду считать только тебя ответственным и не уйду отсюда мирно.

«А Чанг, подожди меня».

Чу Сиюэ выбежала и последовала за ним, ворча:

«Раньше мы действовали вместе, что бы мы ни делали, но теперь вы зашли так далеко, что просто оставили меня позади и убежали. Просто потому, что мое тело изменилось, вы не делаете этого. Ты ведь не относишься ко мне как к одному из твоих людей, верно? "

«Конечно, нет. Кем бы ты ни стала, мы всегда будем самыми близкими людьми в мире».

Чу Чангэ произносил этот приговор много раз с детства, но, повторяя его снова после того, как они были разлучены на три года, у него действительно была совесть. Не потому, что ее положение в его сердце изменилось, а скорее потому, что в его сердце жил другой человек, человек, который делал его скучную жизнь веселой.

Перед встречей с Муронг Юншу он думал, что никто в мире не сможет заменить положение его сестры в его сердце. Хотя он родился всего на три минуты позже, он, как брат, чувствовал ответственность по отношению к ней и предпочел бы быть тем, кто был весь в порезах и синяках, чем позволял ей пострадать. После встречи с Муронг Юншу он обнаружил, что единственной, с кем он будет держаться за руки в этой долгой одинокой жизни, была его жена, а не его сестра. Даже если бы они были близнецами, это было бы невозможным.

Это была хорошая вещь , что Сиi- эр не сводила детские шутки к сердцу, или , может быть , она уже поняла правду.

Чу Чангэ внезапно вспомнил. Задолго до того, как она встретила несчастный случай, она всегда говорила о Старшем Брате Фэне. Может быть, они двое ... или Фэн Чэн была ее безответной любовью?

Чувствуя пытливый взгляд своего «брата», Чу Сиюэ наклонила голову и сделала несколько небольших шагов назад, нервно спрашивая:

«Ты, ты, ты ... почему ты смотришь на меня таким странным взглядом?»

«Ты и Фэн Ченг…»

"Там ничего не было!"

Чу Сиюэ категорически отрицала.

"Ты врешь."

«На самом деле ничего не было».

«Ты все еще лжешь».

Чу Сиюэ тревожно покраснела, признавшись:

«Хорошо, хорошо, ты угадал».

«Угу, это утверждение - правда».

Чу Чанге кивнул и улыбнулся, чувствуя огромное облегчение. Его настроение внезапно стало ликующим. Так как     Си- эр , наконец, дома она может вернуться к, теперь он может искренне заботиться о тех , кого он хотел заботиться.

Когда он думал об этом человеке, сердце Чу Чангэ наполнилось грустью и радостью, которые превратились в смесь всех пяти вкусов  Небо темнело. Где, черт возьми, она могла быть на бескрайних просторах луга?

*

Муронг Юньшу тоже не знала, где она. Проснувшись, она просто чувствовала себя рассеянной, и ее глаза могли видеть только темноту. Она протянула руки, нащупала вперед, пытаясь выяснить, но ее преградила льняная ткань. К тому времени она обнаружила, что ее поместили в небольшой мешок, что было для нее крайне удручающим. Когда она почувствовала, как земля трясется вверх и вниз, можно было услышать скрип катящихся колес. Очевидно, она ехала в движущейся карете.

В этот момент на улице разговаривали люди.

"Я действительно не знаю, что Ванье (Принц) думал. Внешность этой женщины даже не так хороша. На улицах полно женщин, которые намного нежнее и красивее ее. Зачем ему вообще возиться с такой женщиной? "

"Шумный!"

«Эй, Чжан Юй, не думай, что я боюсь тебя только потому, что ты хладнокровен».

"Скучно".

«Да, это чертовски скучно. Было бы намного комфортнее, если бы мы остались в провинции Шу. Я не знаю, что не так с Ванье  Просто нужно схватить женщину. Он мог просто послать кого-нибудь, так зачем ему это нужно? "

"Много говоришь."

«Я говорю, Чжан Юй, ты молчал весь день и говорил как мрачный, неудовлетворенный похотью человек. Сможешь удержать это или нет ?!»

Их разговор продолжился, один болтал, а другой был саркастичен.

Муронг Юньшу слушала разговор между двумя людьми, постепенно угадала некоторые детали и медленно вспомнила, что после того, как она поговорила с Хубергом в тот день, какое-то время она шла небрежно. Во время прогулки она, казалось, почувствовала, что кто-то прикоснулся к ее талии, а затем у нее не было никакого представления о том, что произойдет дальше.

Судя по их разговору, она должна быть похищена намеренно, а человек, который похитил ее, был Ванье . Но чего она не могла понять, что Принц  о ее похищении? Она не контактировала со многими, а Ванге было еще меньше ,что у нее была какая-то вражда, так как же ... внезапно, Муронг Юншу вспомнил, когда она была в столице. Она была чуть не убита людьми короля Ляна-младшего ... неужели это действительно ... он?

Чем больше Муронг Юньшу думал об этом, тем более вероятным это казалось. Поскольку он был старым знакомым, с этим было бы гораздо легче справиться. Похищение ее королем Ляном-младшим определенно будет связано с интересами, а с интересами у нее будет капитал, чтобы вести с ним переговоры.

«Если я задохнусь в этом мешке, боюсь, вам будет трудно в будущем объяснять это королю Ляну-младшему».

Этот внезапно прозвучавший легкий голос испугал Ван Чао, который чуть не ослабил поводья в своих руках.

"Чжан ... Чжан Юй, ты слышал чей-то голос?"

Чжан Юй посмотрел на него пустым взглядом, поднял занавеску кареты и развязал мешок.

Муронг Юньшу плавно вылезла наружу, и ее глаза почувствовали укол боли от внезапного вида ярких огней, когда она моргнула, чтобы приспособиться.

Муронг Юньшу уже видела перед собой молодого человека с холодным лицом, в гостинице у обрыва. Посередине сидел мужчина немного старше него. Первоначально она не слишком интересовалась посторонними людьми, но этот красивый мужчина немного постарше, который выглядел хорошо воспитанным, имел пронзительный шрам на холодном стальном лице, из-за чего ей было трудно не впечатлиться.

Она думала, что этим человеком был король Лян.

"Скажи хоть слово, и ты умрешь!"

Ван Чао тихонько выругался, остановил лошадей и сел в карету. Он внезапно наткнулся на пару чрезвычайно спокойных черных глаз и испугался.

"Как ты выбрался?"

Чжан Юй бросил на него еще один презрительный взгляд и начал игнорировать человека, который мог даже испугаться при виде мертвого муравья, как он сказал Муронг Юньшу:

« Ванье приглашает вас в качестве своего гостя ".

Свободная жена злобного мужа Глава 56: Маскировка

Между тем тысяча ли , Чу Чанге вскоре сошел с ума и чуть не утопил всех людей клана Ли в глубине трех ци .

"Может быть, она ушла одна?"

Чу Сиюэ предложила предположение.

Чу Чангэ покачал головой:

«Она не уйдет, не попрощавшись».

«Ты не она, откуда ты знаешь, что она не будет? Может быть, что-то срочное, а может ...»

"Если я скажу, что она не будет, то она не будет!" Чу Чангге повысил голос.

Чу Сиюэ была так напугана, что сжала шею и долго смотрела на него с испуганным лицом, прежде чем заявила осторожно и осторожно

«Я слышал от Хуберга, что он видел ее в тот день на лугах».

"Где Хуберг?" -

спросил Чу Чангге.

«В важном разговоре со старейшиной клана».

Хотя нынешнее тело и личность Чу Сиюэ принадлежали принцессе клана Ли, она настаивала на том, чтобы называть

Халджи лидером клана. Халджи также знала, что ее настоящая дочь уже умерла от болезни легких три года назад, а теперь этот человек был просто заменой, поэтому она не заставляла ее что-либо делать.

*

«Это конфиденциальное и важное место. Вы не можете войти без…»

Охранник получил твердую пощечину, прежде чем он успел закончить свой приговор.

Чу Чангэ ворвался в холл с холодным лицом, и его грозные глаза смотрели прямо на Хуберга:

«Что ты ей сказал?»

Халджи была очень взбешена его вторжением, что она сердито спросила:

«Ты думаешь, мой зал заседаний совета - это огород? Ты думаешь, я уже мертвый старейшина, в которого ты только что бросился ?!»

Чу Чанге не смотрел на нее и не слышал ее бессвязной болтовни. Его смертоносное зрение все еще оставалось на Хуберге, требующем ответа.

Хубергу не нужно было думать о том, кого имела в виду эта «она» из уст Чу Чанге. Через несколько секунд он равнодушно сказал:

«Я посоветовал ей как можно скорее покинуть клан Ли».

«Па…» Никто не видел, что произошло. Они могли слышать только громкий и чистый звук, когда на лице Хуберга появилось пять кроваво-красных следов от пальцев, а из уголков его рта потекла кровь.

Чу Чанге холодно посмотрел на него и попросил:

«Продолжай».

Хуберг вытер кровь изо рта, и, хотя его лицо было в беспорядке, его глаза были омрачены мягкими и мягкими манерами, когда он продолжил: «Если вы двое останетесь в клане Ли, это принесет нам только беду. вы двое можете уйти как можно скорее при условии, что я почтительно предъявлю противоядие обеими руками. Однако, хотя она и обещала мне, у меня не было времени дать ей противоядие ".

Подразумевалось, что она ушла не по собственной инициативе.

Если бы она не ушла по собственному желанию, ее могли бы только похитить.

Мгновенно в чертах Чу Чанге появилась аура убийства, и старинная ваза, которая была ростом с человека позади него, внезапно разлетелась с треском.

Сердце Хуберга упало, предчувствие стало еще тяжелее.

*

Муронг Юньшу думала, что дорога в провинцию Шу будет долгой, в то время как она, с другой стороны, полагалась на глаза и уши особняка Муронг  Это сделало бы невозможным для людей короля Ляна похитить ее и доставить в резиденцию Лян. Но она никогда не ожидала, что все их путешествие будет таким удивительно мирным и спокойным.

И этот Ван Чао. Неизвестно, был ли он невежественным или преднамеренно остановил экипаж у дверей частного банка Хуэйфэн, расположенного в маленьком городке у подножия горы. Он сказал, что ему необходимо снять деньги. Так как это было крупное снятие наличных, их пригласил во внутренний зал банка продавец. Муронг Юньшу молча последовала за ними, продолжая думать о том, что он только что сказал, что ему необходимо снять деньги из частного банка Хуйфэн. Перед лицом ее изумленного взгляда в его глазах непреднамеренно проявилась некая гордость, которая, казалось, говорила: «

Даже когда мы на вашей территории, вы не сможете сбежать».

Откуда пришла его уверенность?

Конечно, несмотря ни на что, это несомненно был звук благословения Муронг Юньшу. Частные банки Huifeng были по всей стране. В конце каждого года менеджеры каждого банка собирались в Цзиньлине, чтобы свести счеты. Хотя она только что взяла на себя управление всеми банками, в прошлом ее отец просил ее присутствовать на всех расчетах по счетам. Таким образом, независимо от того, в какой банк она вошла, менеджеры этих банков без проблем узнают ее. Однако сегодня случилось нечто неожиданное. Управляющий этого частного банка посмотрел ей в глаза и посмотрел на нее так, словно пожалел ее, и, казалось, сделал вид, будто не знает ее. Он даже не выглядел обеспокоенным из-за того, что не приветствовал ее, и не приветствовал ее кивком или улыбкой.

Муронг Юньшу была поражена. Хотя этот частный банк находился в отдаленном районе, где горы были высокими, а Император был далеко, кроме оплаты счетов в конце года, она редко посещала Цзиньлин в обычное время. Таким образом, количество раз, когда он ее видел, было минимальным. Тем не менее, для семейного слуги, которому было поручено взять на себя ответственность за одну сторону ее семейного бизнеса, для него было слишком неразумно не узнать семейную Юную Леди, которая только что взяла на себя ответственность. Перед тем, как отправиться в клан Ли, она поселилась в этом городе и зашла проверить счета. Так что этот менеджер не может ее узнать ...

Как раз когда Муронг Юньшу была озадачена, человек, который только что вошел, преподнес ей приятный сюрприз - «Лю-эр!» Она вскрикнула от удивления. Когда все уладилось, она заметила, что ее рот шевелится, но ни слова не выходит. .

Она попыталась снова, изо всех сил, но все еще не могла издать ни звука.

Теперь Муронг Юньшу как бы поняла, что Ван Чао на самом деле заставил ее замолчать, а что касается того, отравил ли это яд или точки акупунктуры, она не знала, и это не имело значения.

Теперь она просто надеялась, что Лю-эр не будет настолько слепа, чтобы не опознать ее, когда Лю-эр наконец встретит своего Учителя, к которому она относилась с любовью, как к сестре.

Однако жизнь была таким чудом, полным трагедий, когда Лю-эр неожиданно закрыла на нее глаза!

Это было, когда Муронг Юньшу пристально смотрела на Лю-эр, которая изменилась с ее обычных бледных облаков и дул легкий ветерок . Ее глаза теперь были полны нетерпеливых ожиданий, ожидая, что Лю-эр уберет чешуйки с ее глаз  и узнает ее.

Лю-эр наконец посмотрела на нее. Просто взгляните, а затем снова бросьте взгляд в дверь. Она смотрела вдаль, как будто кого-то с тоской ждала.

Муронг Юньшу изначально был человеком с ясным мышлением. После этой серии ударов она внезапно вспомнила, что что-то произошло, когда она спала прошлой ночью. В то время, когда она находилась между полусном и полуснотой, она все время чувствовала, что что-то ползет по ее лицу. Однако это чувство было слишком тонким и, казалось, не существовало, поэтому она думала, что это всего лишь сон, и не обращала на него особого внимания. Теперь, когда она подумала об этом, должно быть, это те два человека, которые повредили ее лицо.

Конечно, когда Муронг Юньшу посмотрел на Ван Чао, улыбка на его лице стала еще более гордой.

В этот момент продавец принес чай, и вода отражала свет, как зеркало.

Муронг Юньшу с сомнением посмотрела вниз. Мгновенно ее кровь не могла не конденсироваться.

В отражении воды она очень ясно увидела, что ее внешний вид сильно изменился. Раньше она была красивой, но теперь половина ее лица была темно-красной, как родинка или шрам, что пугало и давило на нее.

В мгновение ока дух Муронг Юньшу задрожал.

Хотя она не требовала, чтобы ее внешний вид действительно мог вызвать крушение государства , хотя это было временным явлением.

Свободная жена злобного мужа Глава 57: Снова встретились в таверне

На следующий день после того, как Муронг Юньшу и группа ушли, наконец-то появился важный человек, которого так ждал Лу-эр.

" Гай ! »Лу-эр приветствовала его улыбкой на лице только чтобы обнаружить, что ее хозяйки , к удивлению, не было. Она поспешно спросила:

"Где мисс?"

"Вы не видели ее?"

- спросил Чу Чангге вместо того, чтобы отвечать на ее вопрос.

"Нет." Лу-эр с недоумением покачала головой. Мисс явно была с Гаем  зять, но почему она не с тобой?

"Четверка: Юг, Восток, Север и Запад пришли сюда?"

«Нет также».

Задав вопрос, Чу Чангэ немедленно повернулся, чтобы уйти, оставив позади Лю-эра, чье лицо было похоже на трехметрового монаха, которому нельзя было потереть голову поскольку она тупо смотрела на то же место. Она долго не реагировала. Гай  спустился с горы, чтобы найти мисс. Так должна ли она все еще быть здесь и ждать, когда мисс придет?

В то же время Чу Чанге немедленно послал голубя к Четырем Великим Стражам, попросив их прийти и присоединиться к нему. В то же время он также издал приказ Черного Ветра во всех направлениях, чтобы немедленно сообщить ему, как только они узнают о местонахождении Муронг Юньшу.

Чу Чанге все время расспрашивал о ней, преследуя ее три дня подряд. Тем не менее, о Муронг Юньшу не было новостей. Однако в городе Цзинбянь он наткнулся на четырех великих стражей, на которых лошади скакали без остановки  когда они бросились навстречу.

«Лидер, что случилось с этим срочным звонком?»

- быстро спросил Восточный страж, прежде чем он даже успел отдышаться. На лицах троих мужчин с севера на юг был также большой вопросительный знак. На самом деле беспорядки в секте еще не утихли. Если бы не десять тысяч пожаров Лидера , они бы никогда не покинули Гору Черного Ветра на полпути.

«Муронг Юньшу была похищена».

Чу Чангге объяснил.

Все четыре человека были шокированы. Неудивительно, что у Лидера было убийственное выражение лица. Как оказалось ... если бы мадам можно было найти, просто убив других людей, они боялись, что династия Дайе была бы усеяна трупами.

"Любая подсказка?" -

спросил Южный страж.

Чу Чанге медленно покачал головой, его глубокие черные глаза смотрели в окно, гадая, что происходит.

«На самом деле, Лидеру не о чем беспокоиться. Возможно, мадам была слишком потрясена вашим притеснением, и она ушла сама »

Северный страж  был только на полпути к концу своего приговора, когда он получил крепкую пощечину от Восточного стража , который тоже бросил на него глубокий презрительный взгляд.

Северный бросил на Восточного стража  невероятно грустный и невинный взгляд. Он также пытался утешить Лидера ах.

Вы утешаете таких людей? Западный Страж еще раз посмотрел на него и повернулся к Чу Чанге:

«Какие враги есть у мадам? Мы пойдем проверять их одного за другим».

Чу Чангэ ответил: «Нет».

«Это сложный вопрос. Как тебя могли похитить, даже если у тебя нет врагов?»

Чу Чанге тоже не мог этого понять. Учитывая личность Муронг Юншу, должно быть немало людей, которых она обидела, но тех, кто серьезно переборщил, даже захотел похитить ее, почти не было.

«Может быть, это сделал враг Лидера?»

Северный Страж коснулся своей все еще ноющей груди, где его сердце все еще билось от страха когда он снова открыл рот.

На этот раз Западный Страж не ударил его и не бросил на него презрительного взгляда, а скорее кивнул головой в пользу своего предположения, что виновный был врагом Лидера.

«Если это так, будет еще труднее».

- заявил Южный  страж.

Восточный кивнул, соглашаясь со своим заявлением:

«Враги Лидера бесчисленны. Каждый из них ненавидит его так сильно, что хочет разрубить его на куски или разорвать его тело на тысячи частей. Только Бог знает, у кого из них может быть  похищеная мадам ".

Чу Чанге холодно взглянул на Восточного Стража и сказал:

«Ты действительно достоин быть хранителем своего Лидера»

. Зная, что в настоящее время он находится в депрессии и ему срочно нужно выплеснуть гнев, он, Восточный страж, прибыл сюда, чтобы стать пушечным мясом.

Восточный страж внезапно почувствовал сильный озноб, заставивший его улыбнуться, когда он сказал:

«Лидер меня переоценивает».

Чу Чангэ тихо сказал:

«Я не хочу снова видеть вас, ребята, в мужской одежде завтра».

Как только это заявление было сделано, лица четырех человек залились странным цветом, а их ухмыляющиеся лица превратились в большое «горькое» слово. Если бы они не носили мужскую одежду, они могли бы носить только женскую одежду. Они не могли не носить их, когда так сказал Вождь ...

"Лидер, теперь, когда страна процветала, а люди жили в мире , так как сейчас благоприятная погода  для всех, поэтому одевание мужчин как женщин покажет, что нам не хватает приличия ». Даже зная, что сопротивление было неэффективным, Восточный  по-прежнему старался бросить последний бой.

Брови Чу Чанге приподнялись: «Что это такое?»

Восточный страж потерял дар речи. Он мог только молча опустить голову и признать поражение.

Но для Запада, Севера и Юга они были разными. В лучшем случае они были сообщниками и должны были понести более мягкое наказание. «Лидер, человек, который говорит, не думая, был всего лишь Старым Востоком, в то время как мы совершенно невиновны». -

возразил Южный страж.

И Север, и Запад поддержали друг друга, кивнув головами, проявив должное уважение к его заявлению:

«Да, это не наше дело».

Восточный Гардиан бил себя в грудь и топал ногам Мне так грустно подружиться с такими плохими друзьями!

Чу Чангэ высунул свое поле зрения из окна и, после долгого молчания, выбросил краткие и исчерпывающие слова -

«Виновны все».

Лица трех людей были подобны сдутым баклажанам, пораженным морозами.

Восточный  напротив, улыбался, искренне счастлив, что у него есть трое своих «хороших братьев», с которыми он поделится своими проблемами.

*

После двух-трех дней прогулки в сумерках Муронг Юньшу, наконец, прибыла в город Цзинбянь в заложниках Ван Чао и Чжан Юй. Город Цзинбянь был ей незнаком, но, в конце концов, она нашла место, где могла оставить свои следы.

«Покровитель, ты просто зашел перекусить или ночевать?» -

с энтузиазмом спросил продавец.

«Ночевка».

Ван Чао улыбнулся и бросил ему серебрянку. Затем он смело попросил: «Мне нужны две основные комнаты».

"Все в порядке!"

Лавочник улыбнулся и пошел впереди.

Ван Чао потянулся во время ходьбы, говоря:

«Это был долгий ухабистый путь. Теперь я наконец-то могу спокойно выспаться».

Муронг Юньшу чувствовала то же самое. Хотя ее держали в заложниках, всегда было хорошо спать спокойно.

Только Чжан Ю с его мрачным видом не одобрял их пребывание здесь.

Поднявшись наверх, Ван Чао сразу же захватил комнату, положив обе руки на дверь, и сказал:

«Чжан Юй, мы будем дежурить по очереди. день.

" После того, как он это сказал, обе его руки толкнули, открыли и закрыли дверь, когда он вошел в комнату, чтобы спать.

В ответ Муронг Юншу пошла по правильному пути, как ручей следовал своим путем , когда она вошла в комнату напротив, посмотрела на Чжан Юя и сказала ему своими глазами:

«Тебе достаточно просто смотреть из-за двери», а затем она закрыла дверь и заснула.

Лицо Чжан Юй потемнело еще больше. Он привык к наглости Ван Чао, но для этой мисс Муронг она также не считала себя посторонней. Эта комната, они все равно заплатили за нее ...

На следующее утро Муронг Юньшу встала очень рано, улыбнулась Чжан Ю, который не спал всю ночь, и спустилась вниз, чтобы пообедать. На самом деле, быть похищенным было не так уж и плохо. По крайней мере, за еду и проживание не нужно было платить собственными деньгами.

В это время дверь в комнату Ван Чао также открылась, и он тоже улыбнулся Чжан Юю:

«Брат Чжан, доброе утро. Ты хорошо отдохнул прошлой ночью?»

Чжан Юй даже не взглянул на него, когда она спустилась по ступенькам Муронг Юньшу.

Как только они спустились по лестнице, троих остановил мужчина, который случайно вошел в гостиницу.

Муронг Юньшу остановилась  от радости и волнения. В мире было так много гостиниц, но он случайно зашел в эту. Как раз вовремя их четыре глаза столкнулись друг с другом.

Тем временем Ван Чао и Чжан Юй остановились из-за страха. В мире было так много гостиниц, но зачем ему приходилось заходить в эту в это время…

Свободная жена злобного мужа Глава 58: Быть ужасно быть необразованным

Чу Чангге вошел в гостиницу в окружении четырех ужасно красивых «женщин» и сел лицом на юг. Он почувствовал необычный и нетерпеливый взгляд, который, казалось, хотел проникнуть в его разум, поэтому он оглянулся и увидел уродливую женщину, стоящую на лестнице. Затем, повернувшись, она поднялась по лестнице.

Хотя Чу Чангге родился с лицом, которое могло привлекать пчел и бабочек  он не был похотливым. Ему было трудно еще раз взглянуть на красивую женщину, не говоря уже о некрасивой женщине. Он обернулся в задумчивом настроении, но на полпути он вдруг, казалось, что-то вспомнил, и снова оглянулся. К сожалению, он не смог увидеть ее. Он разочарованно отвел взгляд, так как почувствовал, что что-то упустил.

И Муронг Юньшу, которую Чжан Ю насильно втолкнул в одну из их комнат, тоже чувствовала разочарование в своем сердце. Хотя она знала, что ее лицо уже изменилось, но, прежде чем она увидела Чу Чанге, она, в целом, затаила слабую надежду в своем сердце, что он сможет узнать ее.

И теперь, когда они не знали друг друга через улицу, было страшно ...

Муронг Юньшу невыразительно посмотрела на Ван Чао, который прыгнул, словно избегая Вэнь Шэня и она равнодушно сказала: «Поскольку ты осмеливаешься меня похитить, тебе следует тщательно обойти Чу Чангге. Он не узнал меня сегодня, но, поскольку он ищет меня, у меня есть способ найти меня».

Ван Чао спросил:

«Откуда вы узнали, что он вас ищет? Он окружен красивыми женщинами и, возможно, он уже швырнул вас в затылок

Муронг Юншу засмеялась и усмехнулась:

«Глаза твоего выдающегося« я »настолько хороши, что они не могут различать мужчин. Поистине достойны восхищения».

Ван Чао смутился. Конечно, он знал, что четыре огромных «женщины» вокруг Чу Чанге на самом деле не были женщинами. Он говорил это только для того, чтобы рассердить ее, но не ожидал, что она тоже это заметит.

Причина, по которой Муронг Юньшу пришла к выводу, что Чу Чангэ появился здесь в поисках ее, заключалась в том, что его сопровождали Четыре Великих Хранителя, а не Принцесса клана Ли. Думая о четырех великих хранителях, она не могла не улыбнуться. Эти четыре человека по-прежнему действовали в унисон. Их настроения, должно быть, были действительно хорошими.

Внизу четыре великих стража выглядели печально, но ненавидели, что не смогли найти дыру, в которую можно было бы просверлить себя. Они были мужчинами семи футов ростом, и для Лидера даже заставить их носить юбки и зачесывать волосы в пучки было, честно говоря ... очень бессердечно!

«Лидер, нам не стоит так слепо искать. Почему бы нам не опубликовать объявление о награде и не позволить всем найти ее вместе». - предложил Северный страж

Восточный страж возражает, покачивая головой:

«Отправка уведомления будет только похожа на стук в траве и испугание змеи .

"И цзянху , так что, возможно, мадам столкнулась с экспертом по маскировке, и бесполезно публиковать уведомления после того, как лицо мадам изменилось », -

проанализировал Южный  страж.

Это его разбудило! Чу Чанге яростно встал, схватил продавца, который держал тарелки, и спросил строгим голосом:

«В какой комнате только что жила эта женщина?»

Владелец магазина был так напуган его, что его ноги дрожали, а зубы стучали:

«Какая, какая женщина?»

«Тот, у кого половина лица был уничтожено».

«В верхней комнате №2».

Получив ответ, Чу Чанге быстро поднялся наверх и толкнул дверь верхней комнаты номер 2. Его ждало пустое место, поскольку люди ушли.

«Это действительно была она». -

пробормотал Чу Чангге, чувствуя одновременно разочарование и восторг. Разочарованный тем, что он прошел мимо Муронг Юньшу, и воодушевленный тем, что наконец нашел ее след.

Выйдя из гостиницы, Чу Чангэ быстро поскакал к западным воротам. Город Цзинбянь был единственным городом с двумя воротами в династии Дайе, а город с двумя воротами, как следует из названия, имел только два ворот, восточные и западные. Согласно описанию владельца магазина, они пришли со стороны восточных ворот, поэтому теперь они должны направляться на запад, из города.

Четыре Великих Стража были сбиты с толку, но они уже привыкли к такой ситуации, поэтому они спокойно пришпорили своих лошадей, чтобы следовать с ошеломленными умами.

«Вряд ли Лидеру понравилась эта уродливая женщина, верно?» - недоверчиво спросил Северный Страж.

Восточный страж ответил:

«Я думаю, что она сейчас намного красивее, чем вы».

"Это правда." Западный  дернул ртом, когда сказал:

«На самом деле, я думаю, что человек, который должен одеваться как женщина, - это Вождь. Если вы посмотрите на его цветочные черты и луноподобное лицо, когда он переоденеться  женщиной, он определенно будет достаточно красивым, чтобы вызвать падение государства . Он заставит всех женщин в мире стыдиться своей неуклюжей внешности . "

Восточный  был занят, дергая его за поводья, отдаляясь от него с лицом, которое можно было прочесть…

«Я даже отдаленно не связан с этим мертвым человеком».

И Юг, и Восток подняли глаза на далекие горы, показывая, что ничего не слышали.

*

Муронг Юньшу и остальные действительно приближались к западным воротам. Она оказалась в ловушке великолепной кареты, с ее лица темно-красное исчезло, сменившись снежной кожей, красивой и трогательной, но это все еще было не ее лицо. Однако красивое лицо всегда было чем-то, чему можно было радоваться. К тому же под рукой была книга, чтобы скоротать время, так что Муронг Юньшу в тот момент был в довольно хорошем настроении. Уголки ее рта время от времени приподнимались, как будто она придумала что-то смешное или как будто ждала, что кто-то пошутит.

Звук грохочущих экипажей, постепенно приближающихся к городским воротам, как вдруг по небу пронеслось прямое копье с красной кисточкой, остановившее лошадей. Затем карету окружили от двадцати до тридцати солдат. Они также держали в руках копья с красными кисточками, выглядевшие поистине величественно и торжественно.

Чжан Юй подсознательно положил руку на мачете на поясе, готовый нанести удар. Он также изменил свое лицо, которое было еще более безжизненным, чем его первоначальное. Он выглядел точно так, как будто только что выполз из могилы.

Ван Чао быстро схватил Чжан Юй за руку и жестом приказал ему успокоиться. Затем он улыбнулся и сказал молодому генералу, остановившемуся перед их лошадьми:

«Генерал, в чем дело?»

Этим молодым генералом был Шан Шаоюй, один из пяти выдающихся людей под командованием маркиза Цзинбянь. Он был многообещающим молодым человеком и преуспел в боевых искусствах, особенно с его копьем с красной кисточкой, которое могло потрясти весь мир.

На протяжении всей своей жизни Шань Шаоюй ненавидел людей, которые больше всего любили лебезить ть перед другими людьми. Но у этого человека перед ним не только было выражение соблазнения, но даже по его внешнему виду было видно, что он заискивает перед ним. Поэтому Шань Шою внезапно почувствовал отвращение и даже не удосужился взглянуть на него, а вместо этого сказал Чжан Ю, у которого было мертвое лицо на верхней части лица: «

Лорд маркиз хочет видеть вас, люди».

Чжан Юй был очень тихим человеком. Обычно в такой ситуации, пока Ван Чао не отрезал язык, он не открывал рот. Поэтому он даже не взглянул на Шан Шаоюй и просто проигнорировал его.

Шан Шаоюй был молод и амбициозен, так как он мог вынести такое высокомерие? Внезапно появилось длинное копье и указывало прямо на брови Чжан Юй: « Не отказывайтесь от тоста только для того, чтобы вас заставили выпить штраф (.Известная китайская фраза: не решайтесь делать что-то, пока не заставят делать еще больше! ")

«У генерала и вправду хорошие глаза! Этот мой брат - прирожденный мерзавец, и если его не напоить в наказание, он все равно не пострадает!»

Ван Чао улыбнулся. Его прежнее льстивое лицо теперь стало еще более отталкивающим, что свидетельствовало о том, что ему самому нравится эта ситуация. Чем больше людей это ненавидело, тем больше доказывалось, что он обладал прекрасными навыками маскировки.

Шан Шаоюй очень хотел плюнуть на него. Как могло быть такое омерзительное лицо в этом мире ...

В вагоне же Муронг Юньшу, с другой стороны, была в хорошем настроении, глядя на книгу, а ушами прислушиваясь к разговору снаружи. Уголки ее рта изогнулись еще шире.

Как говорится, под карнизом надо было склонить голову . Это была территория маркиза Цзинбяня, и когда маркиз предложил приглашение, Ван Чао и Чжан Ю, естественно, было трудно отказаться. Итак, троих сопровождал Шан Шаоюй в резиденцию маркиза. Однако Ван Чао всегда задавался вопросом, хотя он и Чжан Ю были доверенными подчиненными короля Ляна, маркиз Цзинбянь их не знал. Они также изменили свои лица. Даже если маркиз знал их раньше, он не мог узнать их сейчас. Так с чего бы их вдруг пригласить в его резиденцию?

Подумав об этом, Ван Чао почувствовал, что есть только одна возможность. "

Ты сделала это?"

Он спросил Муронг Юньшу.

Муронг Юньшу стояла, прислонившись к стене кареты, и читала книгу. Когда она услышала вопрос, ее глаза остановились, затем она перевернула страницу и продолжила читать.

Молчание было равносильно молчаливому согласию. Конечно же, это была ее работа. Ван Чао снова спросил:

«Как ты это сделала?»

Муронг Юньшу по-прежнему не обращала на него внимания, не обращая внимания на то, что происходило за окном [ когда она сосредоточилась на чтении своей священной книги.

Ван Чао был побежден ею, поэтому он открыл ее немую акупунктурную точку и спросил:

«Теперь ты можешь мне сказать?

Муронг Юньшу закрыла книгу, удовлетворенно улыбнулась и спросила: «Вы знаете, что это за книга?»

" Юэлиу Тяньшу (Книга Небес).

"Он купил это, как он мог не знать?

- Тогда вы хоть представляете, о чем эта книга?

Ван Чао покачал головой. Он услышал это имя только в первый раз, когда она сказала, что собирается купить книгу, чтобы скоротать время. Как он узнает, о чем книга?

Муронг Юньшу снова улыбнулась. Ее улыбка была такая, как будто весенний ветерок исполнил свое желание . «Эта книга о некоторых вещах, которые были совершены в прошлом и на протяжении веков. В конце каждой истории автор очень хвалит человека, который устроил восстание».

Вены на лбу династии Ван вскочили по углам. В этот период, когда каждый куст и дерево выглядят как враги, чтобы кто-то увидел человека, читающего историю восстания ... неудивительно ... неудивительно, что маркиз Цзинбянь должен был «пригласить» их к себе домой, чтобы « выпить чаю»  (предупредить, чтобы вести себя «ответственно»)'...

Чжан Юй бросил на Ван Чао свирепый взгляд. Для них было ужасно быть такими необразованными.

Хотя он сам раньше не понимал, почему Муронг Юньшу хотела купить эту книгу, он с самого начала был против покупки ее для нее. Кто-то, кем даже восхищался Ванье  был определенно умнее себя, и его обычным стилем было игнорировать людей, которые были намного умнее его.

Свободная жена злобного мужа Глава 59: Сокамерники

Когда Чу Чанге прибыл к западным воротам, он случайно увидел великолепную карету, движущуюся в том направлении, в котором он вышел из-под охраны солдат. Он только одарил водителя слабым взглядом, а когда увидел, что это не тот человек, которого искал, не стал смотреть дальше и бросил взгляд на толпу людей, покидающих город. Он был уверен, что среди этих людей должен быть человек, которого он искал.

Восток, Юг, Запад и Север от Четырех Великих Стражей также находились под давлением со стороны прохожих, которые смотрели на них, как на уродов, когда они присоединились к поискам Муронг Юньшу.

Когда они увидели, что городские ворота вот-вот закроются, Четыре Великих Стража не смогли сдержать себя.

«Может, они снова замаскировались и уже покинули город у нас под носом».

- догадался Северный Страж. Остальные трое также согласно кивнули. Северный Страж вытер слезу эмоций в своем сердце. Наконец, то, что он сказал, было согласовано всеми.

Чу Чангге покачал головой.

«Внешний вид можно изменить, но форму тела и глаз нельзя».

Прежде чем он увидел спину темно-красной женщины в гостинице, он заподозрил, что это Муронг Юньшу. Как он усвоил урок, извлеченный из перевернутой тележки впереди , на этот раз он не ошибется. Если только… они не покинули город!

Подумав об этом, Чу Чангэ быстро сказал:

«Возвращайся в гостиницу».

"Не собираешься ее больше искать?"

Четыре человека были озадачены.

Уголок рта Чу Чанге дернулся, когда он ответил:

«Она придет искать меня». Она была такой умной. У нее определенно будет способ связаться со мной , и все, что мне  нужно сделать, только ее подождать.

Четыре Великих Хранителя посмотрели друг на друга в пустом испуге. Образ мышления Лидера на самом деле не был тем, что могли понять обычные люди, подобные им ...

На следующий день в сумерках Чу Чангэ получил известие от Муронг Юньшу. Точнее, он услышал о ней новости - маркиз Цзинбянь поймал трех реакционеров, двух мужчин и женщину, которые в настоящее время содержатся в тюрьме.

Чу Чангэ с большим удовольствием улыбнулся. Он подумал, что она каким-то образом отправила бы ему сообщение, но никогда не мечтал, что это будет так. По городу  прошел большой скандал, так что очевидно, что все знали об этом. Боялась ли она, что он не узнает, что это она?

Умна, действительно умна. Действительно достоина быть тем человеком, которого он, Чу Чангге, полюбил

«Лидер, давайте немедленно ворвемся в резиденцию маркиза!»

Северный страж , похоже, очень хотела попробовать это.

Восточный  взглянул на него, как на идиота, и сказал:

«Ты умеешь только драться и убивать. Действительно, грубый человек!»

«Если я не грубый человек, может ли быть так, что, несмотря ни на что, я все еще хороший человек?»

Северный страж парировал в ответ.

Восточный  чувствовал, что разговор с таким неграмотным человеком действительно очень рассердит его, поэтому решил проигнорировать его.

"Лидер, видя, что уже поздно, на мой взгляд, лучше подождать до поздней ночи и к тому времени посетить резиденцию маркиза, чтобы спасти мадам. Тогда это будет неизвестно богу или призраку.

«Это очень хороший способ. Эта действительно маленькая резиденция лорда Маркиза похожа на огород. Даже в середине дня несложно украсть пару овощей». Западный страж  согласился.

Южный страж, напротив, хранил молчание. Он очень хорошо знал, что у Лидера уже есть некоторые соображения.

Как и ожидалось, Чу Чанге полностью проигнорировал мнение трех стражей и рассмеялся:

«Для такого места, я, естественно, дождусь восхода солнца на рассвете, затем принесу достаточно подарков ».

Трое людей Востока, Запада и Севера были глубоко потрясены. Лидер пытаеться дать взятку…

Южный Гардиан, с другой стороны, засмеялся, не сказав ни слова, и похлопал Восточного Гардиана по плечу. Брат, успокойся.

*

С тех пор, как ее «пригласили» в тюрьму, где проживает лорд-маркиз, Муронг Юньшу удалось вырваться из лап Ван Чао и Чжан Юй - мужчин и женщин держали отдельно в тюрьме. На самом деле это не входило в ее планы, но все же для нее это было благословением. Теперь ей не нужно было проводить дни, глядя этим двоим прямо в глаза.

Даже если ее внешний вид изменился, а голос был немым, это не повлияло на удовольствие Муронг Юншу от тюремной жизни. Вчера, когда люди маркиза Цзинбянь забрали эту книгу « Юэлиу Тяньшу », они принесли ей еще одну книгу. Название этой новой книги было очень вдохновляющим, а содержание - еще более вдохновляющим.

Муронг Юньшу сидел на соломенной циновке, неторопливо листая книгу кроваво-красного цвета под названием « Верный монарху, преданный стране». Она смеялась, читая ее, а когда, наконец, закрыла книгу, она сказала себе: «Человек, написавший эту книгу, - очень преданный чиновник, и человек, который ее прочитает, рано или поздно станет мучеником». Она все еще хотела прожить еще несколько лет. Поэтому она решила, что просто оставила возможность отдать жизнь за свою страну .

Муронг Юньшу посмотрела на своих соседей с обеих сторон, на старого и молодого. Они просто «пришли погостить» сегодня утром. Она усмехнулась и немного подумала, и наконец решила отдать книгу старухе из левой камеры. В любом случае, она уже была на закате, и не имело значения, подверглась ли она еще одному великому страданию.

Муронг Юньшу только что отложила книгу и увидела, как старуха внезапно повернула голову. Со свирепым лицом она посмотрела на нее очень недружелюбно, а затем повернула голову назад. Она не знала, было ли это просто ее иллюзией, но Муронг Юньшу всегда чувствовала, что выражение глаз старухи было немного странным, как будто она ненавидела ее до мозга костей.

Обидела ли она когда-нибудь этого человека? Муронг Юньшу снова взглянула на старуху и вернулась к ее соломенной циновке, взявшись за подбородок одной рукой. Задумавшись, она внезапно почувствовала, что кто-то смотрит на нее с левой стороны, что заставило ее почувствовать покалывание в спине . Муронг Юньшу нахмурилась и повернула голову, чтобы посмотреть. Девушка из левой камеры тут же повернула голову в другую сторону, как будто чувствовала себя виноватой как воровка.

Подозрение Муронг Юньшу усилилось в ее сердце. Что происходило с этими двумя?

Между тем, в то же время Ван Чао, который содержался в мужской тюрьме, был на грани того, чтобы пожалеть об этом всем своим мужеством. «Если бы я знал сегодня, я бы превратил свое лицо в женщину, тогда бы все не закончилось так, когда мы были заключены отдельно, один на юге, а другой на севере. Даже кнут не может даже достичь. Я не знаю, удастся ли ей сбежать ".

Лицо Чжан Юй было полно черных морщин после того, как он услышал то, что было сказано, и напряженные уголки его рта много раз дернулись, но он ничего не сказал.

Независимо от того, слушал ли кто-нибудь или нет, Ван Чао продолжал говорить сам по себе: «Хотя мое тело немного большое и крепкое, никто не усомнится во мне, если я притворись толстой женщиной. . За исключением лица, вы везде выглядите как женщина. Даже если вы не похожи на женщину, никто не будет сомневаться в вашем поле, когда вы наденете женскую одежду. В лучшем случае вы можете эмоционально вздохнуть: «Эта мисс тоже немного устала от этого безобразия ... "

Когда Чжан Юй увидел, что Ван Чао становится еще более возмутительным, он не мог не сказать холодно:

«Тебе следует сожалеть, что не замаскировал ее под мужчину».

Ван Чао хлопнул себя по бедру и крикнул:

«Да, да, мы должны были сделать из нее мужчину! Почему я не подумал об этом раньше? Хотя она миниатюрная и у нее мягкие черты лица, с тех пор как я поднялся на небеса и вошел в земля , и никто не может победить этого джентльмена Тысячи Лиц. Даже превратив ее в ледибоя, я могу ... "

"Замолчи!"

Чан Ю выдавил эти два слова изо рта, подавляя желание разбить чей-то шумный рот.

Ван Чао немедленно промолчал. Мудрый человек должен знать, когда не сказать ни слова.

Свободная жена злобного мужа Глава 60: Отряд самоубийц

Рано утром, когда Муронг Юньшу была полусонной , она продолжала чувствовать, что что-то смотрит на нее. Ее кровать внезапно сдвинулась, и это «что-то» подошло к ней. Она могла видеть мельком край нижнего края пиджака, свисающий с ее подушки, и он был украшен узорами в золотой оправе на белом фоне, но она не могла поднять голову, чтобы увидеть лицо этого человека. Что-то коснулось ее волос, и послышался отчетливый вздох. Муронг Юньшу почти исчерпала всю свою энергию, прежде чем она смогла открыть веки и села. Она огляделась и обнаружила, что других людей в ее камере нет. Соседские старики и молодые отвернулись, когда она посмотрела на них.

Наверное, это был просто сон. Муронг Юньшу рухнула на соломенный циновку, в то время как ее сердце было немного потерянным.

Этот сон был слишком реальным. Даже в этот момент она все еще чувствовала прикосновение к кончику волос. Такое нежное прикосновение ...

Когда Муронг Юньшу была в оцепенении, Шань Шаоюй вошел в тюремную камеру с двумя другими солдатами и приказал им открыть дверь.

Услышав шум, Муронг Юньшу сразу оправилась от рассеянности и взглянула на посетителя. Она сразу поняла, что, должно быть, лорд Маркиз вызвал ее ко двору, поэтому она неторопливо встала, ведя себя так, как будто она всегда была готова.

Это ошеломило Шан Шаоюй, который изначально хотел, чтобы солдаты вытащили ее. Через некоторое время он поднял руку и поманил ее, когда взял на себя инициативу. Муронг Юньшу последовала за ним, а двое второстепенных солдат последовали за ними.

Через некоторое время Муронг Юньшу заметил, что Шан Шаоюй привел ее в резиденцию лорда маркиза. По дороге она чувствовала себя довольно странно. Она была реакционером, и ее следовало допросить в военном лагере. Так почему же ее увезли в резиденцию лорда маркиза? Но теперь, когда она приехала туда, она все поняла. Потому что в гостиной мужчина, красивый, как изгнанный бессмертный, как демон, надел белый парчовый халат и смотрел на нее с улыбкой, но не совсем улыбкой.

С одного взгляда Муронг Юньшу поняла, что узнал ее, поэтому она искренне улыбнулась, ее розовые губы слегка изогнулись, а брови были похожи на крючок.

Чу Чанге уставился на Муронг Юншу, которая медленно подошла к нему, и золотой солнечный свет сиял на кончиках ее длинных и густых ресниц, которые сияли ярче, чем любые золотые украшения.

Чу Чангэ внезапно посмотрел на нее сияющими глазами и похвалил:

«Без сомнения, она действительно великолепна. Такая национальная грация и божественный аромат .

Муронг Юньшу никогда раньше не слышала, чтобы Чу Чанге хвалил ее внешность. Хотя ее нынешнее лицо на самом деле было не ее, она не могла избежать пользы и покраснения от стыда. Она слегка опустила голову, не желая, чтобы он заметил ее застенчивость, и подошла к маркизу Джинбяну, сидевшему на главном сиденье. Однако она знала, что Чу Чангге все еще смотрит на нее ... и продолжал смотреть на нее ... как будто не мог ей налюбоваться ...

Муронг Юньшу сжала губы, сдерживая желание оглянуться. Она остановилась посреди гостиной и улыбнулась маркизу Джинбяну в знак приветствия.

Маркиз Цзинбянь считал, что родился с жестоким взглядом. Даже его заместитель генерала, следовавший за ним от колыбели до могилы, не могли смотреть ему в глаза. Но женщина, совершившая на его глазах чудовищное преступление, не только спокойно посмотрела на него, но и улыбнулась!

Странно, слишком странно.

Маркиз Цзинбянь долго смотрел на эту женщину, которая была полна спокойной уравновешенности и непринужденности, с головы до пят, когда он внезапно хлопнул в ладоши и засмеялся. Потом его смех становился все громче и громче. Чем больше он смеялся, тем больше походило на то, что его героический дух затуманил небо .

Чу Чангге тоже засмеялся. В отличие от хамского смеха маркиза Джинбяна, его смех был намного более очаровательным и элегантным. Прямо как скромный джентльмен с изящным нравом, как блеск нефрита.

Муронг Юньшу чувствовала себя странно. Когда этот человек Чу отказался от зла и вернулся к добру.

Вдруг она услышала, как маркиз Цзинбянь сказал:

«Брат Чу, теперь ты можешь ясно видеть ее. Она действительно твоя будущая жена?»

Брат Чу? Этот маркиз Цзинбянь был более чем на поколение выше Чу Чанге! Муронг Юньшу не знал, смеяться ему или плакать . Казалось, он еще не отказался от зла и вернулся к добру .Иначе, как он мог быть в интимных отношениях в одночасье со старым маркизом, который был ровесником его отца ...

Чу Чанге неторопливо улыбнулся, сказав:

«Кто еще в мире, кроме будущий жены этого Чу, осмелился бы прочитать книгу о восстании, действуя как большая шип на территории лорда маркиза?»

Маркиз Джинбянь от души рассмеялся и сказал:

«В этом есть смысл! Только такая замечательная женщина достойна такого прекрасного человека, как ты!»

Муронг Юньшу опустила голову и вздохнула. Демон, настоящий демон. Какая жалость, что вся известность маркиза Цзинбяна была уничтожена в руках этого демона.

Чу Чангэ, казалось, прочитал выражение лица Муронг Юньшу и посмотрел на нее с улыбкой. Затем он повернулся к маркизу Джинбяну и сказал:

«Жалко, что моя скромная жена родилась глухонемой. В противном случае вы бы обнаружили, что она гораздо более любопытна, чем вы думаете».

Услышав, что Муронг Юньшу родился глухонемым, на лице маркиза Цзинбяна сразу же проявилось сочувствие. Он вздохнул, бормоча:

«Какая жалость».

В это время Шан Шаоюй, стоявший рядом с маркизом, внезапно осознал, что произошло. Неудивительно, что она была такой тихой с момента входа в камеру и до выхода из нее. Оказалось, она действительно не могла говорить. Он просто задавался вопросом, как можно так спокойно сидеть в тюрьме. Было еще одно, что он нашел довольно странным. Согласно отчету начальника тюрьмы, она довольно хорошо проводила время в тюрьме! Когда начальник тюрьмы присылал ей еду, она говорила

«Спасибо» губами.

Какой действительно странный человек.

Но если бы кто-нибудь попросил его сравнить ее с какой-нибудь странностью, она все равно не заняла бы первое место. Тот в мужской тюрьме, который все время говорил о превращении себя в женщину, что было гораздо более странно ... и, конечно же, тот, который был перед ним, который послал восемь больших ящиков с серебром на рассвете, говоря что-то вроде « для взлета и падения страны, каждый простой человек имел свои обязательства .. Этот человек сказал, что он слышал, что у лорда маркиза закончились средства и провизия для войск, поскольку Императорский двор отказался выделить серебро на том основании, что войны не было. Поэтому он продал всю свою семейную собственность, находившуюся в его собственности, и пришел, помочь кому-то в трудную минуту'. Этот человек был самым странным из всех.

*

Как только они покинули резиденцию маркиза, Чу Чанге разблокировал немую акупунктурную точку Муронг Юньшу и улыбнулся:

«Должно быть, это было слишком большой  проблемой для мадам».

Муронг Юньшу также сказал с улыбкой:

«Лидер тоже потерял свое состояние».

«Деньги - это только наше мирское имущество. Несколько моих ящиков с серебром ничего особенного».

Чу Чанге легкомысленно относился к делу, как будто облака были бледными и дул легкий ветерок.

Четыре вороны пролетели над головами Востока, Юга, Запада и Севера. Это были чужие деньги, конечно, для Вождя это были бы только мирские владения ...

Чу Чанге добавил:

«Самое главное, что я спас мадам от крайних страданий».

Его слова были произнесены безразличным и легким тоном, но им все же удалось тронуть сердце Муронг Юньшу. Ни по какой другой причине он прошел долгий путь, чтобы спасти ее. Хотя он не узнал ее с первого взгляда, и хотя то, как он спасал ее, показалось ей странным, но все это не имело значения. Самое главное, что он все-таки пришел.

После того, как сердце Муронг Юньшу было глубоко тронутым, оно не могло не почувствовать немного горечи. Она была очень, очень слабой, но из-за этого она боялась снова взглянуть на Чу Чангге. Как будто от взгляда на него эта горечь углубится и проникнет в ее душу.

В тот момент, когда сердце Муронг Юньшу наполнилось эмоциями, из-за ее спины внезапно раздался громкий крик Шань Шаоюй:

«Чайлд Чу, подожди».

Когда все оглянулись, они увидели, как Шань Шаоюй идет с переодетыми Ван Чао и Чжан Юй.

«Слуги вашего дома, я послал их к вам».

Шан Шаоюй подтолкнул Ван Чао и Чжан Ю к Чу Чанге, улыбаясь и поддразнивая:

«Поскольку Чайлд Чу продал все свое состояние, ему больше не нужны эти два слуги, так почему бы не пожертвовать их также и маркизу».

Чу Чангге думал, как поступить с этими двумя парнями, которые не знали, жить им или умереть. Когда он услышал, что кто-то готов сделать за него эту работу, он, естественно, был рад видеть, что это произошло. Поэтому он дружелюбно улыбнулся и сказал Ван Чао и Чжан Юю:

«Редко, когда генерал Шан высоко оценил вас двоих. Почему бы вам двоим не поблагодарить его ?!»

Когда Ван Чао и Чжан Юй услышали это, их выражения резко изменились, и они не знали, что делать. Когда они свалились, Шан Шаоюй был поражен. Он просто шутил, не более того, но он не ожидал, что Чу Чанге отнесется к этому серьезно, и с готовностью согласился.

"Почему вы все еще не благодарите?"

Чу Чангэ все еще сиял от уха до уха, но это было полно угроз в глазах Ван Чао и Чжан Юй.

Даже десять лет - не слишком много для джентльмена, чтобы отомстить. Ван Чао стиснул зубы, затем выдавил улыбку и сказал:

«Спасибо, генерал».

Чжан Юй, с другой стороны, хранил молчание, что было его способом показать свое молчаливое признание.

Только тогда Шан Шаоюй понял, что из дерева уже была сделана лодка . Хотел он принять этих двоих или нет, он все равно должен был предоставить им приют. Он недружелюбно взглянул на Ван Чао и «любезно» сказал очень неохотным тоном:

«Этот генерал думает о подготовке отряда самоубийц. Я включу вас двоих в группу».

Когда Ван Чао услышал слова «отряд самоубийц», его лицо больше не выглядело лестным.

Ван Чао с горечью посмотрел на Муронг Юньшу и остальных только для того, чтобы обнаружить, что они уже ушли далеко, но по их шатающейся спине было видно, что они согнулись от смеха ...

Свободная жена злобного мужа Глава 61: Сложнее всего было вынести лукавого

Чу Чангэ ответил:

«Ты торговец. Ты так говорила».

Сердце Муронг Юньшу похолодело. Он пытался сказать, раз это было ее дело, значит, он использовал ее подло?

После того, как она на мгновение поджала губы, Муронг Юньшу добавила:

«Ты оставил Ван Чао Шань Шаоюй. Тогда кто вернет мне мой первоначальный облик?»

Чу Чанге наклонил свой и посмотрел на нее, затем приподнял бровь с улыбкой. После этого он продолжил идти вперед.

Что это значило? Муронг Юньшу некоторое время размышляла на месте, когда внезапно вздрогнула. Ее лицо выглядело совершенно изумленным. Она немедленно подошла к нему и заявила:

«Вы знаете искусство маскировки».

"Ага."

Чу Чангге слегка приподнял челюсть с улыбкой на губах. Это выражение, казалось, говорило:

«Ты должна меня умолять. Умоляй, и я помогу тебе вернуть прежний облик ».

Муронг Юньшу почувствовал одновременно и забаву, и досаду. Она долго молча улыбалась, прежде чем сказала:

«На самом деле, я считаю, что неплохо быть национальной грацией и божественным ароматом.

По крайней мере, когда я гуляю по улице, на меня будет больше людей смотреть. Кто знает, в следующий раз, когда я пойду за овощами, продавец даже даст мне еще несколько зеленых луковиц ».

Чу Чанге не смог удержаться от смеха, когда спросил ее с улыбкой:

«Вы когда-нибудь покупали овощи?»

На этом ли он делал упор? Муронг Юньшу бросила на него холодный презрительный взгляд, а затем побежала в сторону, чтобы посмотреть на вещи, продаваемые в прилавках. Внезапно она увидела, что перед ней кто-то продает шпильки. Чу Чанге с его растрепанными волосами пришел ей в голову, что поразило ее внезапным порывом. Она подумала о том, чтобы посмотреть на эти шпильки. Однако, когда она собиралась сделать свой первый шаг, она тут же снова отказалась от этой идеи. Затем она повернулась, изменив направление движения и пошла на противоположную сторону, чтобы купить румян.

Для нее уже было неправильно не держаться от него на расстоянии, так как же она могла дать ему шпильку в этот момент и выплеснуть свои личные мысли…

Она рассеянно выбирала различные виды румян, когда внезапно услышала, как Чу Чангэ сказал ей на ухо:

«На самом деле, ты все еще хорошо выглядишь без пудры для лица и подводки для бровей»

Муронг Юньшу только почувствовала, как ее уши потеплели, когда она забеспокоилась. Она сдержала чувство застенчивости в груди и спросила:

«К какому лицу вы имеете в виду?»

«Конечно ...»

Чу Чангэ намеренно сделал паузу, прежде чем сказать:

«Твое лицо».

Когда она услышала, что он сказал, Муронг Юньшу слегка скривилась. Ее голова опустилась вниз, и она сделала вид, будто не слышала его. Она посмотрела на мошенника еще мгновение, прежде чем уйти.

Когда торговец понял что его товар не будут покупать , продававший румяна, впился взглядом в Чу Чанге, чувствуя себя очень подавленным, и пробормотал:

«Если вы не хотите покупать румяна, вы будете хвалить женщин за то, что они хорошо выглядят без пудры и подводки для бровей. Молодые люди в настоящее время только скользкий рот и гладкий язык .

Естественно, эта жалоба не ускользнула от острых ушей и зорких глаз. Чу Чангэ только улыбнулся и просто сделал вид, что не слышал этого.

Когда Четыре Великих Стража увидели, что Лидер Дарен [+]титул уважения к начальствуна самом деле был настолько «снисходительным», что все последовали странному примеру торговца и сказали:

« Только скользкий рот и гладкий язык  " ».

Муронг Юньшу странно посмотрел на Чу Чанге:

«Что они сказали?»

Чу Чангге сказал:

«Я никогда не мог понять их, когда они говорят на птичьем языке».

Четыре великих стража получили сильный удар. Однако был тип человека, который родился с таким отношением, когда чем больше разочарование чувствовал, тем более смелым он становился. Как только этому типу людей удастся ухватиться за возможность, он обязательно даст отпор. Эти четверо были именно такими людьми.

Западный страж  сказал:

«Я помню, что в этом городе Цзинбянь есть частный банк Хуэйфэн».

Южный страж  посоветовал:

«Мадам, вы давно не ходили в частный банк, чтобы проверить его счет. Почему бы вам не пойти и не взглянуть?»

Восточный  поддержал:

«Да, иди и проверь. Кто знает, может, ты увидишь что-нибудь неожиданное».

Когда подошла очередь Северного стража, ему нечего было сказать. Не имея лучшего выбора, он просто посмотрел на Муронг Юньшу и изо всех сил кивнул головой. Давай, давай, мы не доставим тебе хлопот.

Муронг Юньшу знала в своем уме, что то, как они были так энергичны, предлагая ей пойти в ее частный банк, казалось, было чем-то подозрительным. Когда она посмотрела на Чу Чанге, выражение его лица показалось немного неестественным. Это подтвердило ее догадку, когда она сказала:

«Тогда пошли. Но сначала вы должны восстановить мой первоначальный вид».

Если бы она пошла в частный банк с нынешней внешностью, никто бы ее не узнал, и ее визит был бы напрасным.

Чу Чанге также понравился внешний вид Муронг Юньшу, поэтому больше ничего не сказал, он приказал четырем людям с юга, востока, севера и запада пойти за лекарствами, а сам вернулся с ней в гостиницу.

Люди, владеющие искусством маскировки, естественно, смогут выполнить задачу «умыться». После того, как Чу Чангэ приготовил зелье, он быстро смыл лекарство с лица Муронг Юньшу и восстановил ее первоначальный вид.

Муронг Юньшу спокойно посмотрела на себя в бронзовое зеркало, как будто это было целую жизнь назад. Конечно, лучше всего были только твои собственные вещи.

«Пойдем в банк». -

настаивал самый нетерпеливый Северный Страж.

Муронг Юньшу был подозрительным. Что заставило их так волноваться, что они не могли больше ждать ...

*

Как только Муронг Юншу вошела в ворота частного банка, она увидела, как управляющий вел себя так, будто видел живого Бодхисаттву, когда тот расплакался от радости.

«Юная леди, наконец-то вы пришли.

Этот старый слуга нанял кого-то на быстрой лошади, чтобы вчера он отправил письмо Цзиньлингу. Я с нетерпением ждал вашего скорого прибытия, но не ожидал, что вы приедете в мгновение ока. . "

Муронг Юньшу не могла понять. "Что случилось с банком?"

Вздохнув, менеджер тяжело кивнул и доложил:

«Прошлой ночью восемь коробок с серебром на складе серебра бесследно исчезли».

Бесследно пропали? Муронг Юньшу был ошеломлена на несколько секунд. Она внезапно вспомнила выражения лиц четырех человек с юга, востока, севера и востока, когда они предложили ей прийти в частный банк. Затем она вспомнила, что некий человек использовал серебро, чтобы «выкупить» ее ... неужели ... может быть ...

Муронг Юньшу посмотрела на юг, восток, север и запад и увидел, что четыре человека тоже смотрели на нее с молчаливыми улыбками взаимопонимания на лицах.

Муронг Юньшу сразу поняла, что полное значение фразы одного человека «деньги - это только наше мирское имущество» - ваши деньги были нашим мирским имуществом ...

Муронг Юньшу не удержалась от смеха и внезапно снова посмотрел на Чу Чанге с необъяснимой улыбкой на лице. Его улыбка была наполнена насмешкой. Хотя не было произнесено ни слова, но Чу Чангэ ясно понял значение этой улыбки - она ждала, когда он почувствует себя виноватым, смущенным и ему негде будет спрятаться .

Было жаль, что такие люди, как Чу Чанге, от природы не знали, что такое угрызения совести, смущение, и им негде было спрятаться. В его словаре было всего три сутры слов вроде «Я счастлив, я доволен». Те, кто думали, что могут видеть, как он шутит над собой, действительно были теми, кто пошутил над собой.

Чу Чангэ улыбнулся ей с несравненным спокойствием и сказал:

«Да, я взял серебро, но это было не более чем шерсть со спины овцы бесплатно, и я использовал его, чтобы выкупить вас ".

«Я знаю. Но…»

Муронг Юншу молча смотрел на него несколько секунд, а затем спокойно сказал:

«Не забудьте заплатить за замок».

Не дожидаясь, пока Чу Чанге откроет рот, менеджер с горечью сказал:

«Замок не сломан, но дверь сломана».

В одно мгновение Муронг Юньшу только почувствовала, что синие вены на ее лбу начали подпрыгивать. Слова менеджера «замок не сломан, а дверь есть» бесконечно крутились в ее голове…

В течение долгого времени Муронг Юншу внезапно почувствовала, что должна радоваться тому, что Чу Чангэ снес только дверь, а не склад серебра.

Чу Чанге, казалось, подумал, что она получила недостаточно ударов, поэтому он сказал с улыбкой:

«Деньги на замену двери, я уже оставил их на полу».

Он действительно поступил с дальновидным пониманием! Муронг Юньшу былf уверенf, что, когда ее спасли, одновременно с ней играли. Она действительно не могла понять, почему кому-то нравится усложнять простые вещи, а это до сих пор очень нравится ...

Когда Муронг Юньшу пытался дать отпор, появился Шан Шаоюй с дюжиной солдат и десятками цзянху, в том числе Ван Чао и Чжан Ю, чьи лица были восстановлены до их первоначального состояния. Однако внимание Муронг Юньшу привлек другой человек.

Когда Муронг Юньшу посмотрела на гордого и грозного старого знакомого в толпе, она слегка нахмурилась и тихо спросила:

«Почему он здесь?»

Управляющий подумал, что «он», о котором она говорила, был Шань Шаоюй, поэтому он ответил:

«Этот старый слуга только что послал кого-то, чтобы сообщить об этом лорду маркизу. Генерал Шан должен быть здесь, чтобы исследовать пропавшие серебряные монеты».

Чу Чангэ вздохнул:

«Поистине заблуждения Инь и Ян

Муронг Юньшу холодно взглянула на него и поправила:

«Это называется злое, которое навлек на себя человек, которое было тяжелее всего вынести … «Очевидно, было бесчисленное множество простых способов спасти ее, но он предпочел пойти по такому кругу. Так кого же винить?

Свободная жена злобного мужа Глава 62: Катастрофа неизбежна

«Чу Чанге, у тебя хватит наглости подшутить над маркизом!»

Шан Шаоюй сразу же вел себя очень угрожающе.

Чу Чанге приподнял брови и неторопливо сказал:

«Твоя храбрость не мала, ведь ты осмеливаешься назвать имя этого Лидера».

«А? Ты просто большой дьявол. Очевидно, этот генерал тебя не побоится!» -

сказал Шань Шаоюй, направляя копье в Чу Чанге с чистым чувством провокации.

Однако Чу Чанге даже не взглянул на него и поднял руки, показывая свою серьезность . Затем он сказал себе: «Тридцать семь. Немного сложно убить всех ... сразу. Однако, хотя я не могу убить их всех, все же можно убить некоторых».

В этот момент Чу Чанге поднял глаза в сторону экспертов по боевым искусствам, которые стояли по обе стороны и позади Шаня Шаоюй, когда он с улыбкой спросил:

«Кто пойдет первым?»

Те неосторожные слова, как будто стоящие перед ним, которые смотрели, как тигр, глядя на свою добычу  были не люди, а слепыши и муравьи, группа, которая может умереть одним ударом ноги.

В Атаку

Толпа мастеров боевых искусств во главе с Фанг Хунфэем была немедленно охвачена страхом , и они намеренно или иначе повернули голову назад. С другой стороны, сам Фан Хунфэй был таким же стабильным, как гора Тай , без всякого страха на его лице.

Шан Шаоюй тоже не боялся. Более того, он был очень зол на то, что Чу Чанге игнорировал его. Он в гневе сказал: «Какой болтун! Пусть этот генерал научит вас, секта Модзяо, настоящим боевым искусствам».

Сказав это, копье полетело в сторону Чу Чангге. Сказано - сделано , в то же время он выпустил свое копье, такое же острое копье пронзило его наконечник сбоку, и голова с лязгом приземлилась на землю. Прежде чем Шан Шаоюй успел среагировать, он увидел человека в черном, взлетевшего высоко, как ласточка, и схватил все еще целое копье. В тот момент, когда этот человек приземлился, острие копья уже было у горла Шан Шаоюй.

Шан Шаоюй мгновенно не смог сказать ни слова. В его глазах не только недоверие, но и восхищение.

Северный Страж холодно фыркнул с крайним презрением, бросив копье солдату с пустыми руками, а затем отступил за Чу Чангге. Он стоял прямо и прямо в позе стража. Никто не видел, как он это сделал. Даже этот маленький солдат не понял, почему вылетело копье в его руке.

"Как твое имя?" -

спросил Шань Шаоюй.

«У меня нет имени»,

- ответил Северный страж.

Шань Шаоюй не поверил этому:

«Как может человек не иметь имени?»

"Почему у людей должны быть имена?" -

риторически спросил Северный Страж.

«Потому что ...»

Шан Шаоюй потерял дар речи, он внезапно не смог найти причину.

«Людям не обязательно иметь имена, точно так же, как те, у кого есть имена, не все люди».

Северный Страж многозначительно взглянул на Фан Хунфэя.

Хотя Фанг Хунфэй не был настолько умен, он понимал, что Северный Страж указывает на тутовое дерево и проклинает дерево саранчи , и он тут же сказал Шан Шаоюй с праведным негодованием наполнил себе грудь

«Этот человек находится в розыске Императорского двора. Конечно, он не смеет представиться».

Когда Шань Шаоюй услышал это, он был разочарован. Изначально он хотел с ним подружиться ...

Прежде чем Северный Страж смог преподать Фан Хунфэю урок, Чу Чангэ неторопливо улыбнулся, сказав:

«Лидер Фанг говорит, что страж этой секты - разыскиваемый преступник, что в то же время подразумевает, что этот Чу укрывал его от Имперского двора. ? "

Его тон может показаться ни соленым, ни легким .

На последней Ассамблее боевых искусств, после того как Чу Чангэ отказался от должности Великого лидера, было неизвестно, какие уловки использовал Фан Хунфэй, чтобы вместо этого стать Великим лидером боевых искусств.

В прошлом, когда Фан Хунфэй видел Чу Чанге, это было похоже на то, что он только что увидел призрак. Его рот говорил, что он не боится призраков и богов, но его сердце напугано до смерти. Но прямо сейчас он действительно не боялся. Его спокойное и сдержанное поведение не было актом.

«Укрываете и ли вы преступника Императорского двора или нет, вы сами должны об этом хорошо знать!» -

сказал он с ухмылкой.

Чу Чангэ тоже почувствовал перемену в Фан Хунфэе. Мало того, он также обнаружил, что внутренняя сила Фан Хунфэя значительно улучшилась по сравнению с тем, что было во время Ассамблеи боевых искусств. Даже если бы человек практиковал день и ночь без остановки, было бы невозможно добиться такого большого прогресса без трех или пяти лет практики. Конечно, было несколько чрезвычайно удачливых людей, которые могли за год достичь такой высоты, которой другие не могли достичь за всю жизнь, и он сам был одним из них.

Однако на первый взгляд Фан Хунфэй не выглядел счастливчиком. Так что оставался только один выход ...

Думая об этом пути, огоньки в глазах Чу Чанге внезапно мерцали, и на его лице снова появилось улыбающееся выражение, когда он сказал:

«Вы сегодня приводите сюда людей, чтобы задержать стража этой секты?»

"Верно! Это долг каждого цзянху фехтовальщик, чтобы наказать коварного и уничтожить зло. Поскольку я великий лидер боевых искусств, тем более я должен подавать хороший пример ».

После паузы он добавил:

« Великий лидер боевых искусств избирается всем цзянху. Если кто-то не прислушается к зову Великого Вождя, этот человек стал врагом всего цзянху  «Вам лучше, послушно выслушать мои слова ».

Муронг Юньшу легко вздохнула. Ее сердце было переполнено недоумением, почему этот человек так любил позорить себя из-за этого единственного вопроса. Если бы Чу Чанге действительно придавал значение положению Великого лидера боевых искусств, он бы вообще не выбросил его, как изношенные сабо. Такая простая правда, но Фан Хунфэй не понимал ее.

Как и думала Муронг Юншу, Чу Чангэ не только не испугался, но вместо этого склонил голову и рассмеялся, как будто услышал отличную шутку. Его смех был полон юношеской нескромности.

«К счастью, я никогда не хотел с вами дружить, ребята».

Сказал он, смеясь, и продолжал смеяться еще несколько секунд. Затем его смех прекратился хрипящим звуком , а лицо, которое минуту назад было нежным, превратилось в демона в  эту секунду. Его лицо все еще было невероятно красивым, сравнимым с изгнанным бессмертным, но выражение его лица было несравненно злым. Прямо как дьявол.

Чу Чангэ презрительно посмотрел на толпу. Его тело было наполнено ледяной маниакальной аурой:

«Фан Хунфэй, ты знаешь причину, по которой я сохранил тебе жизнь до сих пор?»

Фан Хунфэй ухмыльнулся и рассмеялся особенно безрассудно: «

Я могу хорошо жить в этом мире, потому что у меня есть способность копаться. Какое это имеет отношение к тебе!»

Как будто Чу Чанге не слышал его, он продолжил: «

Я оставил тебя в живых только потому, что ты сделал одну вещь правильно».

Фан Хунфэй все еще хихикал, но он больше не спорил, потому что он также хотел знать, почему Чу Чангэ не зарезал его до смерти мечом, когда тот ночью посетил горную виллу Минцзянь, но вырезал несколько слов на своей голове вместо.

Другие присутствующие мастера боевых искусств тоже насторожились, недоумевая, что именно сделал Фан Хунфэй правильно, чтобы дьявол, который убивал людей, не моргнув глазом, начал снисходительно  проявил милосердие.

Чу Чангэ сказал:

«Расторжение брака с особняком Муронг - самое правильное, что вы когда-либо делали».

Аудитория возмутилась, как только он это сказал. Все были озадачены. Для женщины, брошенной женихом, это было таким унижением. Как ее нынешний жених, он просто потерял рассудок, когда даже сказал, что Фан Хунфэй поступил правильно ...

Фан Хунфэй тоже был озадачен. Разве Чу Чангэ всегда не в ладах с ним, потому что он покинул Муронг Юньшу? Почему он сказал, что поступил правильно?

Лишь Муронг Юньшу и лица четырех великих стражей сохранили свой обычный вид.

Четыре Великих Хранителя были спокойны, потому что они очень хорошо знали, насколько странный  эксцентричность человека, за которым они следовали.

С другой стороны, для Муронг Юншу спокойствие было связано с тем, что она понимала, что имел в виду Чу Чанге. Она также думала, что это было самым правильным поступком в мире, потому что женщина по имени Сиюэ умерла. Но что было делать, все сложилось не так, как она хотела ...

Подумав об этом, Муронг Юньшу почувствовала только странное чувство утраты в своем сердце, как будто она что-то потеряла, но не могла вернуть это.

Муронг Юньшу глубоко вдохнула, а затем выдохнула, пытаясь избавиться от депрессии в груди и поднять ей настроение. Этот метод оказался эффективным. Поскольку она делала это все время, каждый раз, когда она впадала в депрессию, она могла быстро избавиться от депрессии. Этот раз не стал исключением. После того, как Муронг Юньшу поправила свое настроение, она повернулась и вошла в частный банк.

Только после того, как она сделала несколько шагов, она услышала крик Фан Хунфэй:

«Муронг Юньшу, тебе не разрешено уходить!»

Муронг Юньшу не оглядывалась. Она только остановилась и равнодушно сказала:

«Держал меня здесь Великий Вождь Фанг, потому что он хотел вовлечь простых людей в борьбу цзянху ? "

Всего одним предложением лидер Фан Хунфэй был жестко задушен, так как долгое время не мог произнести ни единого слова.

В то время как Чу Чанге, который изначально выглядел хладнокровным и безжалостным, внезапно изменил свое выражение в это время и сказал с большой грустью:

«Мадам фактически проигнорировала жизнь и смерть своего мужа».

Муронг Юньшу повернулась к нему, слегка приподняла брови и сказала:

«Если ты умоляешь меня, я подумаю о твоей жизни и смерти, добавив еще два ножа к твоей умирающей жизни».

Чу Чанге не знал, смеяться ему или плакать, когда внезапно его лицо опустилось, и он сказал: «

У вас действительно огромное мужество, чтобы бросить камни в этого Лидера, который упал в колодец  Не думай, что я пощажу тебя только потому, что ты моя названая жена ! Северный страж, внимательно за ней следи. После этого Лидер покончил с этой толпой, похожей на ворон , Я рассчитаюсь с ней! "

В одно мгновение сцена снова стала беспокойной. Такие слова, как « его сердце безжалостно, как и его рука злобна»  бессердечный'все были брошены в Чу Чангге. В то же время были люди, которые сочувствовали Муронг Юньшу за встречу с таким грубым человеком.

С другой стороны, Фан Хунфэй посмотрела на Муронг Юньшу взглядом, который радовался ее беде и восхищался бедствием, с которым ей пришлось столкнуться. Она это заслужила. Вначале я сказал вам не ассоциировать себя с Moджо, но вы не послушали. Вы не пожалеете об этом сейчас?

Северный страж умолял Муронг Юньшу:

«Лидер, подумайте дважды! Мадам, она не имела этого в виду. Вам следует ...»

Южный страж отругал его:

«Заткнись. Ты смеешь не подчиняться приказу Лидера?»

«Старый Восток, ты…»

Западный Страж сказал:

«Все еще медлишь! Если она убежит, посмотри, как Лидер накажет тебя!»

Северный страж  был очень зол, но не осмелился сопротивляться. Он холодно фыркнул и махнул рукой в сторону Муронг Юньшу.

Муронг Юньшу остался равнодушным. Глубоко взглянув на Чу Чанге, она повернулась и ушла.

Свободная жена злобного мужа Глава 63: Космическая поглощающая сила

Как только Муронг Юньшу вошла в дверь, менеджер прошептал:

«Юная мисс, чтобы попасть на задний дверь вы можете пройти через дверь . Позвольте мне отвести вас туда».

"М-хм." Муронг Юньшу слегка кивнула.

Северный Страж хотел не отставать от нее, но когда он просто сделал свой шаг, он отступил и пробормотал в своем сердце: «Лидер, должно быть, произнес эти слова в гневе. Возможно, он уже сожалел об этом. Тогда я должен вернуться и помочь Лидеру ". Поэтому, увидев, как Муронг Юньшу уходит в заднюю часть здания, он вскоре повернул обратно.

Чу Чангге, который был вовлечен в борьбу с толпой и не мог от нее уйти , увидел, что Северный Страж вернулся. Он не мог больше беспокоиться об этой группе мастеров боевых искусств и спросил:

Где Муронг Юншу?»

"Она ушла."

Северный Страж прыгнул на сторону Чу Чангге и вместе с ним отбился от врага.

Чу Чанге, однако, не оценил его доброту, когда он сердито сказал:

«Город Цзинбянь погряз в кризисе, и вы позволили ей уйти одной ?!»

Стражи опешили. Он внезапно понял, что Вождь действительно хотел, чтобы он вывел мадам из логова тигра . Он должен был знать, что Лидер считал мадам более важной, чем безопасность секты Модзяо, так как же он мог сердиться на нее из-за шутки ...

Когда три стража Юг, Восток и Запад также заметили, что Северный Страж вернулся, у всех было такое выражение, как будто они ненавидели железо за то, что оно не стало сталью , и нетерпеливо видели  улучшения. Даже Восточный  страж  больше не мог сдерживать свой гнев из-за того, что он прямо ругал его:

«Действительно, такой идиот!»

Северный  тоже пожалел об этом. Раньше он думал, что он довольно умен, но почему-то с тех пор, как он присоединился к секте Модзяо, его мозг становился все хуже и хуже. Какой идиот! Изначально он хотел ударить себя по голове, но ситуация была настолько ужасной, что он был по уши в своей работе,что он не может щадить руки, чтобы ударить себя. В результате он безжалостно ударил вперед, отбросив врага, который находился перед ним.

Хотя Чу Чанге был раздражен возвращением Северного Стража, не было сомнений, что его добавление увеличило их силу в этой кровавой битве, как тигр, у которого выросли крылья , и был проблеск надежды переломить ситуацию, которая когда-то несомненно стала их поражением, или, по крайней мере, для них открылся кровавый путь .

И об этом тоже думала Муронг Юньшу. Поэтому, когда она поняла, что Северный Страж не последовал за ней, она почувствовала огромное облегчение. Изначально она не знала, какая сторона имеет преимущество в этой битве, и причина, по которой она воспользовалась шансом уйти, заключалась в том, что она не хотела увеличивать ношу Чу Чанге, но реакция Чу Чанге заставила ее сердце сжаться до самый низкий отлив . Его намерение позволить Северному Стражу «задержать» ее не могло быть более очевидным - у него не было шансов на победу.

К счастью, Северный страж вернулся. Надеюсь, с его помощью это сможет поднять их боевой дух. Даже если этого было немного, ей все равно было хорошо.

Муронг Юньшу вышла из задней двери частного банка и посмотрела на небо. Небо было необычайно красивым, голубым, с белыми облаками, окрашенными в мрачно-мрачный цвет.

«Чу Чанге, ты не должен попасть в беду».

Муронг Юньшу тихо пробормотала, продолжая смотреть на небо и.

Внезапно с дерева перед ней послышалась ледяная насмешка:

«Тебе грозит неминуемая смерть, и у тебя все еще есть сердце, чтобы беспокоиться о других людях!»

Прежде чем голос едва успел закончить говорить, силуэт прыгнул с дерева, ловко, как ласточка, и приземлился в двух метрах от Муронг Юньшу.

Разве это не молодая девушка из соседней камеры? Муронг Юньшу посмотрел на эту старую подругу перед собой, недоумевая, почему молодая девушка оказалась здесь и преграждала ей путь.

«Чу Чангге впереди».

«Я не ищу его».

Если она не искала Чу Чанге, значит, она пришла за ней. Муронг Юньшу ясно поняла, как она улыбнулась и сказала, насмехаясь над собой:

«Король Лян-младший действительно слишком высокого мнения обо мне». Сначала он послал Ван Чао и Чжан Юй, а затем, во-вторых, была хладнокровная девушка. Если она угадала правильно, старуха, которая в тот день жила по другую сторону камеры, должно быть, тоже была людьми короля Ляна-младшего. Чтобы поймать ее, он действительно двинул свои войска и взволновал людей после ломки в голове .

«Поскольку вы знаете, что Его Высочество высоко ценит вас, вам следует сделать то, что он просил, и последовать за нами, чтобы увидеть его!»

Этот холодный, довольно хриплый голос явно исходил не из уст той молодой девушки. она последовала за звуком, но не увидела даже половины человека. Она могла видеть только ту холодную молодую девушку, которая невыразительно стояла перед ней.

"Как твое имя?" -

спросила Муронг Юньшу.

" Джин Янзи [+]jin = золотой, yanzi = ласточка. "

"Где старший?" -

снова спросил Муронг Юньшу, все еще глядя на Цзинь Яньцзы , но ее глаза смотрели назад.

"Кто твой старший ?!"

С крайне недружелюбным фырканьем из-за спины Джин Янзи вышла темноволосая женщина  с фигурой, идентичной Цзинь Янзи  совершенно другим лицом, стареющим лицом, похожим на высохший труп, только что выползший из гроба.

Раньше в камере Муронг Юньшу замечала только ее лицо, поэтому она никогда не сомневалась в своем возрасте. В это время казалось, что кроме лица, она и Джин Янзи были одного возраста. Глядя на их руки, белые и нежные, казалось, что им не больше шестнадцати лет.

Оказалось, что у девочки преждевременное старение. Неудивительно, что у нее было такое большое мнение о слове «старейшина». Муронг Юньшу посмотрела на нее и улыбнулась: «У меня какая-то дружба с кем-то, кто намного лучше Хуатуо». Подразумевалось, что «если вы позволите мне жить, я покажу вам правильный путь».

Услышав это, «старуха», которую звали Инь Яньцзы [+]инь = серебро, янци = ласточка, у которой изначально было мрачное тусклое лицо, внезапно совсем просияла, когда она радостно спросила:

«Вы действительно знаете кого-нибудь, кто намного лучше Хуатуо?»

Муронг Юньшу ответила:

«Если вы имеете в виду человека, белого, как мертвец, с почти болезненным состоянием нездоровой одержимости чистотой, да, я его знаю».

Это называется чанпао .

Сразу же с левой стороны послышался теплый нефритовый голос. «Мисс Муронг, плохо говорить о людях за их спиной - не то, что человек с благородным характером будет делать».

Затем следует появление Фэн Чэна в белом чангпао , как это было в прошлом . Как и ожидалось от человека поразительной внешности, действительно похожего на нефритовое дерево на ветру .

Муронг Юньшу ответила:

«Спасибо, что напомнили мне. Я постараюсь сказать это перед вами в будущем».

Лицо Фэн Чэна было полно черных линий. Она действительно хорошо восприняла фразу «признание своих ошибок и возможность исправиться - величайшая добродетель»!

Не дожидаясь, пока двое их догонят, Инь Янзи спросила немного холодным тоном:

"Кто ты?"

«Фэн Чэн»

. Фэн Чэн равнодушно выплюнул два слова, которые должны уметь представлять все. Этому трюку он научился у Чу Чангге. В цзянху , имена значили все, и если другая сторона слышала его имя, но не знала, кто он такой, это означало, что он недостаточно известен. Люди, которые не были достаточно известны, обычно имели другое имя в цзянху  никто. Итак, обычно те, кто осмеливался произнести их имена, становились либо очень известными, либо скоро прославились. Фэн Чэн принадлежал к первым.

Инь Яньцзы естественно знала, что означает слово «Фэн Чэн». Внезапно ее выражение лица считало ее непревзойденной в мире высокомерие  потускнело. Теперь, когда она смотрела на Фен Чэна, в ее глазах был намек на лесть и восхищение.

Муронг Юньшу думала, что Инь Яньцзы Вероятно, она показала бы такой взгляд только тогда, когда столкнулась с королем Ляном-младшим, но теперь она смотрела на Фэн Чэна вот так, показывая, как сильно она относилась к своему бесстыдному лицу, что точно показывало ее слабость. Инь Яньцзы . Слабость заключалась в том, что она что-то хотела от Фэн Чэна. Как говорится, под карнизом надо было склонить голову , таких как еда, деньги и т. д., этот человек должен делать то, что они говорят. Поскольку ей было о чем спросить Фен Чэна, она определенно не усложнила бы ему задачу.

Конечно, будь Инь Яньцзы позволила бы ей сорваться с крючка, Муронг Юньшу не была уверена. В конце концов, женщины особенно любят смущать других женщин ...

"Чайльд Фэн". Муронг Юньшу небрежно спросила:

«Можете ли вы победить, используя свои навыки боевых искусств?»

Фэн Чэн взглянул на Цзинь Яньцзи и Инь Янзи, затем сказал:

«Легко».

"Что, если мы добавим еще двоих?" -

снова спросил Муронг Юньшу.

"Добавить еще двух таких, как ты, или еще двух, как я?" -

спросил Фэн Ченг.

Уголок рта Муронг Юньшу слегка задрожал:

«Вроде как ты».

«Если мне не придется тебя спасать, это не проблема».

Уголки рта Муронг Юньшу задрожали, когда она сказала:

«Тогда почему бы тебе просто не уйти».

Фэн Чэн опешил, но затем ответил:

«Хорошо, я попрошу подкрепление».

«Ну, Чу Чангге впереди. Ты должен пойти и позвать его». -

серьезно сказал Муронг Юньшу.

"Он не знал, что вы окружены?"

«Я так не думаю».

Муронг Юньшу ответил равнодушно.

Фэн Чэн еще раз взглянул на Цзинь Яньцзы и Инь Янзи . Ему было несложно разобраться с этими двумя людьми, но среди тех двоих, которые все еще прятались в темноте, один из них обладал навыками боевых искусств, сопоставимыми с его. Если он хотел спасти Муронг Юньшу, ему оставалось только искать Чу Чангге.

"Вы не можете уйти!"

Когда Инь Яньцзи  увидела, что Фэн Чэн хочет уйти, она сказала:

«Вы должны исцелить мое лицо, прежде чем уйти».

Фэн Чэн приподнял бровь:

«С твоими навыками боевых искусств ты не сможешь удержать меня здесь».

"Как насчет этого?" Инь Яньцзы инь = серебро, янци = ласточка внезапно приставила меч к шее Муронг Юньшу, угрожая Фэн Чэну.

Фэн Чэн был в ужасе и стоял перед дилеммой, но Муронг Юньшу просто неторопливо усмехнулся и сказала:

«То, что хочет король Лян-младший, не должно же быть чтобы  Муронг Юньшу стала трупов , верно?»

«Ты ...»

он был так зол что не мог дальше продлжить.

Фэн Чэн с восхищением взглянул на Муронг Юньшу, затем перепрыгнул через стену и сразу после того, как он пересек стену, услышал треск и грохот боя из зоны ворот. Его сердце сразу стало тяжелым. Его шаги стали легкими, поскольку он шел со скоростью ветра.

Когда он подошел к главным воротам, Фэн Чэн был ошеломлен. Очевидно, Чу Чангэ находился в осаде и подавлении. Почему Муронг Юньшу попросила его получить подкрепление? Разве она не знала, что Чу Чангге находится в осаде? Это не имело смысла ... внезапно в его голове мелькнула мысль. Фэн Чэн внезапно понял, что Муронг Юньшу, очевидно, знала, что Чу Чанге находится в осаде. Более того, она также знала, что сила Чу Чанге была немного слабее в битве, и то, что она сделала, было для нее лишь прикрытием, чтобы получить ему некоторую помощь. Ее первоначальным намерением было - послать подкрепление Чу Чанге, и она была подкреплением.

Она была такой беспечной, как вода, что могла быть такой спокойной даже, когда сама сталкивалась с опасностью.

Просто знала ли она, что, послав подкрепление Чу Чанге, она также отрезала себе путь к побегу?

Фэн Чэн легонько вздохнула. Она должна была знать об этом, но она все же предпочла позволить Чу Чанге выжить. На самом деле, его не удивил ее выбор, потому что он хорошо знал, что каждый, кто был привязан в его или ее сердце, сделал бы такой же выбор ...

Чу Чангэ была так рада появлению Фэн Чэна, что спросил:

«Почему ты здесь?»

«Она сказала мне прийти».

Пока он говорил, Фэн Чэн уже начал сражаться из-за пределов окружения.

Чу Чангэ знал, не спрашивая, кто та «она», о которой имел в виду Фэн Чэн, и сразу же пришел в такую ярость, что прямо ударил Фэн Чэна - что сбило врага рядом с Фэн Чэном.

Фэн Чэн также замахнулся на него ладонью - что также поразило врага со стороны Чу Чангэа, когда он сказал: «Никто не может спасти ее, кроме тебя». Даже если бы появился другой спаситель, она все равно обманула бы этого человека, чтобы прийти сюда, чтобы помочь тебе.

Как только он услышал слово «спасти», сердце Чу Чанге запаниковало. Она действительно была в опасности, как он и думал!

Черт возьми, Маленький Север! Черт побери, Фэн Ченг! Разве они не знали, что она не была ни дюймом стали , а тот, кто действительно нуждался в защите ?!

Поскольку его сердце горело от беспокойства, Чу Чангэ полностью игнорировал, насколько умной была Муронг Юньшу, и все, что было в его голове, было ее безопасностью.

В тот момент, когда Чу Чангэ был взволнован, Фан Хунфэй воспользовался возможностью хлопнуть его ладонью по спине, что сделало ци Чу Чанге  сразу стало беспорядочной  и заставило его всюду проливать кровь.

"Лидер!"

Четыре великих стража испуганно закричали. Внутри их криков, помимо беспокойства, их охватил ужас, потому что удар ладони Фан Хунфэя был не обычным ударом ладони, а скорее космической поглощающей силой ладони!

Космическое поглощение силы умение, поглощающее внутренние силы людей для собственного использования. Обладая этим навыком, те, кто говорил, что они на правильном или неправильном пути, определенно изменили бы свой цвет.

Свободная жена злобного мужа Глава 64: Ласточка попала в ловушку

Чу Чангэ давно ожидал, что внутренняя сила Фан Хунфэя значительно улучшится благодаря тому, что он практиковал навык космической поглощающей силы. Итак, Чу Чангэ попытался избежать прямого контакта с ним, чтобы снова не пострадать от нового навыка Фан Хунфэя. Он боялся того, что будет дальше, если он это сделает. Крепкая ладонь Фан Хунфэя оказала огромное влияние на его пять внутренностей и шесть кишечников [+]Традиционная китайская медицина (ТКМ):  внутренних органов - это печень, сердце, селезенка, легкие и почки, а 6 кишечников - это желчный пузырь, тонкий кишечник, желудок, толстый кишечник и мочевой пузырь., и казалось, что они вот-вот раскололись. Истинная ци  внутри его тела также истощилось из-за космической поглощающей способности Фан Хунфэя.

Как будто он был одержим, глаза Фан Хунфэя покраснели, когда он маниакально рассмеялся: «Хахахахаха ...»

Внезапно, когда подул сильный ветер и в воздухе закружилась пыль, все перестали драться. Космическая поглощающая способность была чрезвычайно разрушительной для инь , и это был тип навыка, который могли практиковать только демоноподобные люди. Для человека, получившего титул Великого лидера боевых искусств Фан Хунфэя, практика этого навыка наверняка нанесет вред его инь . Хотя многие мастера боевых искусств много критиковали практику Фан Хунфэя навыка всепоглощающей силы, они могли только злиться, но не осмеливались высказаться. Таким образом, они тихо попятились, опасаясь, что их внутренняя сила также будет поглощена им.

Северный страж  презрительно фыркнул и усмехнулся:

«Кучка лицемерных людей!»

Три человека с юга, востока и запада также были очень злы на Фан Хунфэя за то, что они хотели его убить. Единственное, что заставляло их больше ненавидеть ситуацию, это то, что у них все еще была собственная внутренняя сила. Как только они приблизятся к Фан Хунфэю, они не только не смогут защитить себя, но также будут замешаны в своем Лидере. Это произошло потому, что они опасались одной характеристики космической поглощающей способности: чем больше людей она поглощает, тем быстрее будет скорость ее поглощения.

«Фэн Чэн, у тебя есть способ?»

спросил Северный страж  у которого не осталось стратегии, чтобы попробовать .

Фэн Чэн покачал головой, и его лицо показало, что у него тоже нет другой альтернативы:

«Все, что я могу сделать, это просто подождать, пока Фан Хунфэй исцелит свои раны после того, как он истощит свою внутреннюю энергию».

Северному Стражу некуда было выразить гнев. Так что он мог только так сильно сжать копье, что вся его рука задрожала от ярости.

Когда он увидел, что кровь на лице Чу Чанге становится все меньше и меньше, внезапно в толпу бросилась тонкая фигура в одежде вишневого цвета. Не дожидаясь реакции толпы, фигура внезапно ударила по Чу Чанге, а затем сбила Фан Хунфэя.

"Лидер!"

Стражи Севера и Юга были заняты тем, что помогали смертельно раненому Чу Чанге, в то время как Восток и Запад блокировали фронт с отношением

«Если хочешь навредить нашему Лидеру, ты должен перешагнуть через наши трупы».

Чу Чангге не мог даже сделать передышку ни на секунду, поэтому он немедленно сел, скрестив ноги, и скорректировал движение своей ци.

Фан Хунфэй должен был остановить себя от использования космической поглощающей силы, так как он также был тяжело ранен. Хотя его внутренняя сила значительно улучшилась, истинная ци то, что он впитал из Чу Чангэ, расходился с его собственной истинной ци . Две истинные ци находились в беспорядке внутри его тела, причиняя ему бесконечную боль, как будто все его тело хотело взорваться.

Поскольку такая хорошая вещь была испорчена, Фан Хунфэй почувствовал себя так стыдно, что превратился в гнев . Даже не заботясь о том, сможет ли он использовать свою собственную ци , он нанес удар ладонью, но промахнулся, так как его голова начала сильно болеть.

"Ах!" Лю-эр вскочила на ноги и закричала:

«Убить человека - преступление!»

Чу Чангге не знал, смеяться ему или плакать . Ее слуга действительно походил на ее хозяина, и она даже говорила так же странно, как Муронг Юншу.

«Если ты действительно боишься смерти, почему ты посмел только что с ним столкнуться?»

«Ах, какого черта я только что наткнулся?»

Ужасное лицо Лю-эр прыгнуло за Чу Чанге, чтобы спрятаться, когда она сказала:

«Я бежала слишком быстро, и у меня не было времени остановиться».

Сказав это, она также прикоснулась к своему слегка опухшему красному носу и невинно пожаловалась:

«Я не знаю, чьи кости такие твердые. Они на ощупь как кирпичи. Они так сильно повредили мне нос».

Как оказалось, она действительно не понимала сложившуюся ситуацию! Чу Чанге действительно не знал, что сказать. Он долго колебался, прежде чем спросить:

«Почему ты тогда так быстро бежишь?»

«Когда я вошла в город, я услышал, что мисс была в городе, поэтому я поспешила найти мисс. Кстати, а где мисс?»

Лю-эр огляделся.

Он снова получил благо от нее (Муронг Юньшу). Выражение лица Чу Чанге потемнело. Он медленно встал и сказал: «Ее здесь нет». Сказав это, он обратился к Фан Хунфею с другой стороны:

«Хотя вы высосали два слоя моей внутренней силы, тем не менее, вы все еще не подходите для меня. Не говоря уже о том, что эти два уровня внутренней силы просто не то, чем вы можете управлять потоком. Заставив себя использовать свою силу, вы только станете подобны бушующему огню и одержимому демоном  Испытывать серьезные негативные физиологические и психологические изменения в результате «неправильной» практики цигун или других техник самосовершенствования.. Если хочешь жить, убирайся отсюда, пока я не передумал! "

Фан Хунфэй знал, что то, что только что сказал Чу Чангэ, было правдой. Таким образом, он долго смотрел на него с горечью, прежде чем уйти, щелкнув рукавом .

Когда Фан Хунфэй ушел, другие мастера боевых искусств, которые пришли с ним, чтобы найти недостатки, также разбежались, как птицы и звери. Шан Шаоюй взглянул на Северного Стража и на мгновение заколебался. Внезапно он вытащил флакон с лекарством Цзиньчуань и бросил егоСеверного стража . Затем он сказал:

«Хотя это не может излечить его внутренние повреждения, но может вылечить его внешние повреждения».

Сказав это, он тоже повернулся и ушел.

Северный Страж поймал лекарство и уставился в спину Шань Шаоюй. Он хотел что-то сказать, но в конце концов из его рта ничего не вышло. Он знал, что Шан Шаоюй испытывал чувство, будто талантливые люди ценят друг друга , и он тоже к нему. Как человек, который сражался копьем, Шан Шаоюй мог считаться редким экспертом. В то время как Шань Шаоюй в качестве генерала игнорировал мирские табу и оставил ему лекарство для него, это показало, что он также был человеком с характером. Но эта дружба была обречена на провал.

"Фан Хунфэй стал таким плохим. Гай

«Какого черта ты позволил ему уйти?» -

спросила Лу-эр, немного озадачена.

Чу Чангэ ответил:

«Потому что у меня есть дела поважнее».

*

По пустынной служебной дороге медленно ехала скромная ветхая карета, запряженная лошадьми. Время от времени он издавал скрипящий звук трения роликов, как будто он мог развалиться в любой момент.

Возле экипажа стояли два кучера. Один дерзко улыбался, а другой - без выражения. Это были Ван Чао и Чжан Юй.

Внутри кареты Муронг Юньшу прислонилась к стене и закрыла глаза, чтобы отдохнуть. Если бы она знала, что все равно попадет в их руки, она бы не планировала привлекать внимание маркиза Джинбяна. Во всяком случае, ей еще оставалась книга, которую она могла бы прочитать.

Также в карете сидели Цзинь Яньцзы и Инь Яньцзы. В данный момент они холодно смотрели на спокойную  Муронг Юньшу. Они хотели что-то сказать, но колебались.

«Просто скажи то, что хочешь сказать».

Муронг Юньшу с закрытыми глазами говорила равнодушно. Было странно неудобно быть с таким нетерпением наблюдающим двумя парами глаз.

На лицах Цзинь Яньцзы и Инь Яньзи было выражение удивления, когда они взглянули друг на друга. Инь Яньцзы спросил:

«Чу Чангэ так жесток с тобой. Почему ты обманул Фэн Чэна, чтобы помочь ему?»

«В этом мире есть много вещей, о которых не нужно спрашивать, почему». -

медленно произнесла Муронг Юньшу с закрытыми глазами, в ее спокойном тоне не было ни тени эмоций. Тем не менее, Инь Яньцзы могла слышать нежность в ее голосе, который был твердым и непоколебимым, а также настолько глубоким, что никто не мог видеть до дна .

Однако Инь Яньцзы не поняла. Как мог на свете существовать такой человек? Даже если другой парень (Фан Хунфэй) победил его (Чу Чангэ), Муронг Юньшу все равно вела себя так, будто облака были бледными и дул легкий ветерок : ничего не значит, думая, что она поступает правильно.

«Вы действительно любите его так сильно? Любите его до такой степени, что вы бы предпочли оказаться в тюрьме, просто чтобы спасти ему жизнь?»

Муронг Юньшу медленно открыла глаза при этих словах и ответила:

«Ты слишком много думаешь о любви. Никто не станет бескорыстно жертвовать кем-либо. Даже если один оставит шанс на выживание другому человеку, это потому, что живой будет страдать больше, и я не хочу страдать

". После паузы она добавила

: «Более того, Фэн Чэн не может спасти меня. Чтобы он остался, он тоже не сможет помочь. Так что лучше позволить ему помочь Чу Чанге, пока один из нас может. двигаться дальше."

«Если Ван Чао и Чжан Юй не появятся вовремя, и Фэн Чэн сможет спасти тебя из наших рук, ты все равно позволишь ему помочь Чу Чанге?» -

спросила Инь Янзи.

"Нет."

Муронг Юньшу ответила, не задумываясь. Ее лицо оставалось таким же спокойным, как и раньше.

Инь Яньцзы презрительно посмотрел на нее, когда она сказала несколько сердито:

«Какая ты эгоистичная!»

Увидев эту ситуацию, Муронг Юньшу внезапно скривила губы и улыбнулась, сказала:

«Я только что приняла эгоистичное решение вместо него. Почему ты так зла?»

Инь Яньцзы нахмурилась:

«А как вы узнали, что он примет такое решение?»

Муронг Юньшу улыбнулся:

«Я просто знаю».

«Всегда есть причина».

«Если вам нужно искать причину, то это, вероятно, потому, что мы с ним такие же люди». Когда дошло до четырех слов «такой же человек», Муронг Юншу, казалось, внезапно вспомнила что-то очень счастливое. Ее брови были слегка изогнуты, а глаза наполнились легкой улыбкой.

Инь Яньцзы не понимала, почему Муронг Юньшу была так счастлива. Если бы это была она, и ее схватили, она бы обязательно сражалась насмерть. Даже если она не сможет победить, она никогда не взглянет на врага хорошенько, не говоря уже об улыбке. На самом деле такая чудачка!

Инь Яньцзы странно посмотрела на Муронг Юньшу и спросила:

«Ты действительно не боишься смерти?»

"Ты хочешь убить меня?"

Муронг Юньшу использовала слово «дерзать» вместо слова «воля», потому что знала, что король Лян-младший никогда не захочет чтобы она была трупом.

Инь Янзи холодно фыркнула и сказала:

«Хотя Его Высочество не сказал, что убьет вас, он тоже не даст вам никаких хороших результатов! Посмотрим, будете ли вы все еще смеяться, когда доберетесь до состояния Шу!»

Муронг Юньшу подняла свои темные брови и насмешливо сказала:

«Тогда мы должны увидеть, сможешь ли ты сначала привести меня в состояние Шу».

Инь Яньцзы была поражена, и ее лицо стало настороженным:

«Что это значит?»

«Буквально», -

ответила Муронг Юньшу.

Цзинь Яньцзи, которая хранила молчание и ждала, что же произойдет, внезапно обнажила меч на Муронг Юньшу и холодно спросила:

«Быстро скажи, что ты планируешь!»

Лицо Муронг Юньшу не изменило цвет . Она лишь слегка усмехнулась:

«Я прямо у тебя под носом. Как ты думаешь, какой план я могу сделать?»

"Лучше всего, если ты сможешь так думать!"

Цзинь Янзи отложила меч и замолчала.

Инь Яньцзы, однако, не могла оторвать глаз от выражения лица Муронг Юньшу. Чем больше она смотрела, тем больше чувствовала, что есть что-то подозрительное.

"Ты опять какие-то уловки придумала?"

Муронг Юньшу риторически спросила:

«Какой трюк я могу использовать?»

«Похоже, вы уверены, что мы не достигнем состояния Шу».

Муронг Юньшу улыбнулась, ничего не сказав, отказавшись комментировать это. Это сделало Инь Янцзы еще более беспокойным.

Поразмыслив немного, Инь Яньцзы спросил:

«Вы рассчитываете, что Чу Чанге спасет вас?»

Муронг Юньшу молчала, а улыбка на ее губах стала шире.

« Два кулака не могут победить четыре конечности. После сегодняшней битвы, даже если Чу Чангге не умрет, он будет едва жив. Он никогда не будет иметь энергию, чтобы спасти вас, так что вы не должны упорно надеяться, чтобы это произойдет»

"В таком случае почему бы вам не позволить лошади перестать двигаться ?

Может быть, ты боишься, что Чу Чангэ догонит? »

- спросила Муронг Юньшу, как будто знала, что у них на уме. Лицо Инь Яньцзы выглядело смущенным, но ее губы настаивали на том, чтобы сказать Муронг Юншу

:« Чу Чангэ может умер."

Муронг Юньшу возразила: «Если это так, то почему ты беспокоишься? Если он умрет, никто другой не придет спасти меня. Конечно, если он не мертв, то он обязательно придет, и он не придет. в одиночку. Он также приведет с собой последователей Модзяо. Вы член Цзянху, значит, тебе следует знать силу секты Модзяо, верно? "

«Ты, ты должена прекратить пугать меня! Я, Инь Яньцзы, не боюсь его!»

Муронг Юньшу больше не спорила с ней и закрыла глаза, чтобы симулировать сон. Спустя долгое время Инь Янзи внезапно, казалось, услышал, как она сказала:

«На вашем месте я бы отправила кого-нибудь обратно, чтобы подтвердить жизнь или смерть Чу Чанге, просто чтобы спасти себя от того, что я не могу отдохнуть или поесть в мире .

Инь Яньцзы нахмурился, чувствуя, что слова Муронг Юньшу были вполне разумными. Но, подумав еще раз, она сказала себе: «Это определенно еще одна ее уловка. Она знает, что я остерегаюсь каждого ее слова, поэтому она сознательно сказала что-то вроде того, что попросила меня подтвердить жизнь или смерть Чу Чанге. хотя на самом деле хочу, чтобы я воздержался от поездки, потому что я буду беспокоиться о ее интригах, чтобы она могла продолжать подшучивать над нами. Хмф! К счастью, я была достаточно умна, чтобы разглядеть ее уловку. Тем более, что она не хочет, чтобы я шла, тем больше я пойду. Пока я удостоверюсь, что Чу Чангге наконец мертв, я больше не буду бояться ее уловок! "

Когда она подумала об этом, Инь Янзи сказала Цзинь Янзи:

«Вы, ребята, будете сопровождать и защищать ее в пути, оставляя следы по пути. Я вернусь в город Цзинбянь и присоединюсь к вам после того, как разведу реальную ситуацию. там."

Это именно то, чего хотела Джин Янзи:

«Я пойду с тобой».

Инь Яньцзы ответила:

«Нет, мне неудобно оставлять этого человека с этими двумя неудачниками».

«Эй, черт Янзи, кого ты называешь неудачником?»

Ван Чао возмущенно крикнул снаружи.

"Я говорила о тебе!"

Инь Янзи фыркнула и выскочила из кареты.

Никто не заметил, что в тот момент, когда Инь Яньцзы спрыгнула с кареты, на губах Муронг Юньшу появилась слабая улыбка. Те, кто был с ней знаком, знали, что это была та улыбка, которая появилась только после того, как ее коварный план оказался успешным.

*

Чу Чангэ преследовал по тропинке за частным банком до десяти ли за городом, но Муронг Юньшу не было видно. Наконец он вернулся в гостиницу, где остановился, с мрачным выражением лица, так как ему пришлось не торопиться с принятием решения .

десяти ли -древняя мера длины, ок. 500 м

По сравнению с местонахождением Муронг Юньшу, Фэн Чэн был больше озабочен другим вопросом:

«Вы сказали, что Си-юэ все еще жива? Что происходит?»

Чу Чанге не собирался объяснять ему слишком много. Он просто сказал:

«Я послал кого-то, чтобы отвезти ее обратно на Гору Черного Ветра. Тебе нужно просто пойти и найти ее. По другим вопросам, касающимся ее дела, ты можешь спросить ее напрямую».

Хотя у Фэн Чэна была тысяча вопросов в его сердце, он также был очень ясен, что с нынешним состоянием Чу Чанге, даже если бы кто-то приставил нож к его шее, он не думал бы ни о чем, кроме Муронг Юньшу.

"Вы нашли противоядие от Похитителя душ?"

Когда он упомянул об этом, Чу Чанге, сидевший на стуле с опущенной головой, внезапно поднял голову и сказал ему: «

Хуберг сказал  что, судя по количеству лекарства в ее теле, эффект Похитителя душ может быть скрыто до семи месяцев. Теперь остался всего месяц до крайнего срока ... »Он внезапно остановился, затем изменил разговор и резко сказал:« Юг, Восток, Север и Запад, вы четверо немедленно ищите эти четыре вещи, « носорогов рога », « дракона крови пальмы », « каракатиц » и « Линчжи корень «.

"Да!"

Четыре великих стража знали, что эти четыре предмета должны быть связаны с лекарством от яда Похитителя душ в теле Муронг Юньшу, поэтому они не осмелились ни на мгновение полениться, так как сразу же ушли после получения приказа.

Как только Четыре Великих Хранителя ушли, вошел одетый в черное человек в бамбуковой шляпе и доложил: «Лидер, в городе кто-то спрашивает о вас».

Черные глаза Чу Чанге похолодели от этой новости. Этот человек спросил о нем в такое время, потому что либо этот человек хотел его убить, либо спрашивающий боялся, что он еще не умер. Он был более склонен ко второму, потому что было довольно много людей, которые хотели убить его в нынешнем цзянху, но мало кто осмеливался открыто спрашивать новости о нем.

"Из какой секты?" -

спросил Чу Чангге.

«Этот человек не из какой-либо секты, но, глядя на ее молодую фигуру и стареющее лицо, она напоминает Цзинь Янзи и Инь Янзи из« Пара ласточек, летящих с золотыми и серебряными мечами »

« Пара ласточек, летящих с золотыми и серебряными мечами» , но они были хорошо известны в цзянху красивой младшей сестрой и старшей сестрой старческого вида. Хотя Чу Чанге не хотел никого держать в голове, тем не менее, как это случилось, он заметил их несколько месяцев назад ..

В одно мгновение темные бездонные глаза Чу Чанге наполнились пронзительно холодной, убийственной аурой. Однако на его красивом лице появилась улыбка, которая поднимала волосы у тех, кто смотрел.

Свободная жена злобного мужа Глава 65: Нет места для продвижения или отступления

Проведя несколько запросов в городе Цзинбянь, Цзинь Яньцзы узнала, что Чу Чанге не только выжил, но и избил Фан Хунфэя до полусмерти. Испугавшись, она сбежала из города ночью и последовала за отметками, оставленными Цзинь Яньцзы. В конце концов она встретилась с Цзинь Янзи в маленьком городке в западной провинции Шу. Когда она увидела Цзинь Яньцзы в гостинице, она обнаружила, что там были только Муронг Юньшу и Цзинь Яньцзы, а Ван Чао и Чжан Ю  нет на месте.

«Почему ты одна?

А как насчет двух неудачников, Ван Чао и Чжан Ю?» - спросила Инь Яньцзы.

"Я не знаю." Цзинь Янзи вспоминала:

«Три дня назад мы ночевали в небольшой гостинице на официальной дороге. Когда я проснулся на следующий день, они оба ушли, оставив только записку, в которой говорилось, что Его Высочество послал им секретный приказ для них. пойти куда-нибудь по делам ".

Инь Янзи в замешательстве нахмурилась. Когда она впервые вышла из Ванги  неоднократно подчеркивал, что захват Муронг Юньшу был самым важным делом. Итак, почему он внезапно перевел Ван Чао и Чжан Юй? что-то случилось?

«Не обращайте на них внимания, давайте продолжим наш путь. Всего через два дня мы сможем войти в состояние Шу и вернуться в Ван Принц"Особняк".

Когда она думала о скором возвращении к Вангу , на морозном лице Джин Янзи внезапно появилась нежность.

Инь Яньцзы также смела туман в ее сознании, когда ее настроение улучшилось, и сказала:

«Хорошо, давай отправимся в путь».

Внезапно из-за двери раздался чрезвычайно жуткий голос:

«Как насчет того, чтобы позволить этому Чу вас подвезти?»

Как только слова утихли, они увидели, что Чу Чанге мрачно вошел. Его ледяной взгляд заставлял человека дрожать всем телом, даже если было не холодно .

Джин Янзи и Инь Янзи подсознательно отступили. Каждый раз, когда Чу Чангэ делал шаг, они делали шаг назад с лицами, полными ужаса.

"Ты, почему ты здесь?" -

спросил дрожащий Инь Яньцзы.

Чу Чанге не ответил на ее вопрос, а бросил взгляд на Муронг Юньшу, который вместо этого сидела у кровати. Его холод мгновенно сменился жгучим жаром, когда аура убийства исчезла и сменилась полной нежностью. Когда Чу Чангэ посмотрел на Муронг Юншу, его кадык двинулся, и как только он открыл рот, чтобы что-то сказать, он внезапно нахмурился, снова наполнившись аурой убийства.

Цзинь Янзи и Инь Янзи не ожидали начала  удивлены поворотом событий. Они были напуганы до смерти из-за внезапного исчезновения и повторного появления его убийственного замысла. Они боялись, что он заберет Муронг Юньшу, и в то же время они боялись, что не смогут доложить Его Высочеству о неудачном задании. Они также хотели, чтобы Чу Чанге просто быстро забрал Муронг Юньшу. Ушел  так далеко, как мог. Просто никогда не возвращался и не пугал их снова.

"Где Муронг Юньшу?"

- глубоким голосом спросил Чу Чангге. Ледяность в его глубоком гневном голосе была подобна спокойствию перед бурей. Хотя нет ни малейшего видения, что ветер, пронизывающий башню, предвещает надвигающийся шторм в горах , они могли почувствовать его влияние на них, научив их не иметь смелости лгать ему.

"Разве она не прямо перед тобой?"

Инь Яньцзы ответила, убирая шею.

Чу Чангге сказал:

«Она не она».

Хотя кожная маска на лице этого поддельного Муронг Юньшу была изысканной, ее глаза были пусты и лишены всякого духа, неспособного обмануть его.

«Она явно Муронг Юньшу. Почему ты говоришь, что это не так? Ты слепой ...»

Инь Яньцзы внезапно заткнулась, и ее тонкое тело затряслось еще сильнее, когда от подошв ее ног пробежал холодок, точно так же, как она была голой в мире льда и снега . Даже ее кровь почти замерзла из-за холода. Инь Яньцзы никогда раньше не подозревала, что человек может быть таким страшным до такой степени, если просто взглянуть в глаза, чтобы развалить сопротивление людей, и небольшое действие, которое могло заставить людей дрожать от страха. Теперь она знала, как сейчас испытывает этот страх. Она наконец поняла, почему такой красивый мужчина может быть таким устрашающим. Просто потому, что у уродливого дьявола было страшное лицо, а у прекрасного дьявола страшное сердце.

«Я спрошу еще раз, где Муронг Юньшу?»

Красивое лицо Чу Чанге было покрыто слоем инея, отчего оно выглядело таким холодным.

Ноги Инь Янзи задрожали, когда она упала на землю. Затем она как сумасшедшая покачала головой:

«Я не знаю, я правда не знаю ...»

Чу Чанге всю дорогу следовал за Инь Яньцзы. Конечно, он знал, что она не знала, что Муронг Юньшу подменили. Причина его такой агрессивности заключалась в том, чтобы просто убить курицу, чтобы предупредить обезьяну . Все знали о « Паре ласточек, летящих с золотыми и серебряными мечами». У Инь Яньцзы был жестокий рот, а у Цзинь Яньцзы - жестокое сердце. Если нельзя было оказывать давление на Инь Яньцзы, как можно было напугать Цзинь Яньцзы?

Чу Чанге перевел взгляд на Цзинь Яньцзи, словно холодный меч приставил к ее лбу, и снова спросил:

«Где Муронг Юньшу?»

Цзинь Яньцзы в глубине души знала, что терпение Чу Чанге закончилось, и она умрет, только если не будет сотрудничать, поэтому она честно ответила:

«Ее забрали Ван Чао и Чжан Ю».

"Куда они ее забрали?"

"Я не знаю."

Цзинь Яньцзы отчаянно вытащила записку, оставленную Ван Чао, и протянул Чу Чанге.

Чу Чанге бросил на нее слабый взгляд и несколько минут читал тихим голосом. Затем он поднял глаза и сказал:

«Завтра я не хочу слышать название« Пара ласточек, летящих с золотыми и серебряными мечами » ".

С этими словами он ушел, ярости.

Джин Янзи вздрогнула, стоя на мгновение. Затем ее изысканное тело внезапно рухнуло с громким хлопком. Ее ноги стали слабыми и безвольными, из-за чего она упала, и ярко-красная кровь потекла из уголка ее рта и потекла на землю.

" Мэймэй  "Инь Янзи подползла, чтобы помочь Цзинь Янзи, когда она плакала"

Мэймэй у тебя все нормально? Как это случилось? Чу Чангге, очевидно, ничего не делал, так как же ты так получилось? "

" Мэймэй *младшая сестра!

" Jiejie , Я ... я умираю. Вы, вы скажете Его Высочеству от меня ... Чу Чангге ... это ... дьявол ... не может, не может ... не может ... "Не могу с ним бороться. К сожалению, последние два слова больше не могла произнести Цзинь Янзи.

" Jiejie *старшая сестра

" Мэймэй  »

Инь Яньцзи испустила пронзительный крик и разрыдался, чувствуя себя отчаянно убитой горем.« Как это могло быть так ... как это могло быть так ... »Инь Яньцзи была убита сердцем и потеряла всякую надежду. Она не понимала, почему Джин Янзи внезапно рухнула, и ее разум полностью потерял направление.

«Это Чу Чангге убил ее».

Над ее головой раздался жестокий голос.

Инь Яньцзы подняла глаза и поняла, что на самом деле посетитель был Фан Хунфэй.

«Невозможно. Чу Чангге вообще ничего не делал»

. Внезапно, сверкнув, она схватилась за передний лацкан Фан Хунфэя, как сумасшедшая, и спросила:

«Это ты? Ты тайно использовал свою ядовитую руку?»

Фан Хунфэй оттолкнул ее с отвращением и сказал:

«У меня не было к ней ни обиды, ни вражды. Так зачем мне убивать ее! Это был Чу Чанге. Хотя он ничего не делал, его внутренняя сила была действительно твердый, и он использовал свою внутреннюю силу, чтобы разрушить восемь необычных меридианов Цзинь Яньцзи, когда он только что задавал ей вопрос. К счастью, я принял меры предосторожности, иначе он сделал бы то же самое со мной ».

Инь Яньцзы не поверила этому:

«Тогда почему я все еще в порядке?»

«Ты тогда уже потеряла сознание, конечно, ты не могла почувствовать влияние его внутренней силы».

Фан Хунфэй сказал это с увереностью.

Инь Яньцзы была искренне убеждена им, и с жестоким выражением лица она сказала с ненавистью:

«Чу Чанге, я не отпущу тебя, даже когда я стану призраком!»

Увидев эту ситуацию, уголок рта Фан Хунфэй скривился в ухмылке. Чу Чанге, давай посмотрим, как долго ты сможешь вести себя высокомерно ...

*

В городе Цзиньлинь по улице ехала ветхая карета. Лошадь, тянущая карету, была очень худой. Она была не только тонкая, но еще и очень старой, усталой и тяжело дышала. Очевидно, ехала долго, без отдыха. Но хозяин, похоже, не собирался останавливаться. Он хлестал кнутом за кнутом, и звуки «драйв, драйв» нарастали один за другим и казались чрезвычайно настойчивыми.

Экипаж водил Ван Чао. Когда Муронг Юньшу обманом заставила Инь Яньцзы вернуться в город Цзинбянь, он понял, что что-то не так. Хотя он не знал, с чем столкнется Инь Яньцзы, когда она вернется туда, он не посмел проявить беспечность, поскольку принял предупреждение от перевернутой тележки впереди. Он пришел к выводу, что Муронг Юньшу, должно быть, что-то планировала, поэтому на всякий случай нашел женщину с телом, похожим на Муронг Юньшу, изменил ее внешний вид, незаметно украл небо и выставил мнимое солнце ,и взял настоящию  Муронг Юньшу сделал объезд через Цзянчжоу.

На самом деле объезд через Цзянчжоу был очень опасным путем, потому что внутренние районы Цзянчжоу, город Цзиньлин, были в точности территорией Муронг Юньшу. Как говорится, сильный дракон не мог удержать змею на земле, а на ее территории малейшая ошибка приведет к разорению. Однако, чтобы избавиться от преследования Чу Чанге, он мог только пойти на этот риск.

«После города Цзиньлин для нас будет безопасно». -

сказал Ван Чао Чжан Юю, одержимый вождением лошади.

Чжан Юй холодно фыркнул и ничего не ответил. Даже если они пройдут через город Цзиньлин, нельзя сказать, как далеко им следует покинуть город Цзиньлин, прежде чем они действительно почувствуют себя в безопасности. Однажды, не войдя в состояние Шу, он не подумал бы, что они когда-либо будут в безопасности.

«Не делайте свое выражение лица убийцей. Будьте осторожны, чтобы не привлечь к нам внимание феодального чиновника!»

- пошутил Ван Чао.

Чжан Юй снова фыркнул и повернул голову набок.

В этот момент из ниоткуда выскочила группа грубых залатанных пауперов и преградила дорогу.

Паупоперы-нищие pauper — «нищий») — английские бедняки, жившие за счёт прихода, в котором родились и получали денежную помощь, позднее — обозначение самого низшего класса городской бедноты.

Ван Чао поспешно натянул поводья. К счастью, его движение было быстрым, и ему удалось остановить лошадь, прежде чем она кого-нибудь ударила.

"Что вы делаете посреди дороги?" -

спросил Ван Чао.

Грязный ребенок с лицом, полным грязи, кричал:

«Особняк Муронг раздает еду, давайте встанем в очередь».

Вы этого боялись ?! Ван Чао тут же завял, как баклажан, пораженный морозом.

В карете Муронг Юньшу самодовольно улыбнулась. Этот Ван Чао считал себя умным . Откуда он мог знать, что город Цзиньлин был для нее тем же, чем Шу был для короля Ляна-младшего, где в необъятности его широкого неба и моря были местом, куда летали птицы, а рыбы прыгали.

«Пойдем вокруг». -

угрюмо сказал Ван Чао, прежде чем натянуть поводья и попытаться повернуть карету. Неожиданно лошадь только что двинулась с места, как перед ней появилась еще одна группа нищих, заблокировавших карету. Только тогда Ван Чао беспомощно осознал, что они вошли в «окружение», где им некуда было ни наступать, ни отступать .

Ван Чао тайно выругался. Неужели особняк Муронг действительно стал  раздавать еду, чтобы они могли его поймать на этот раз?

«Забудь, карета нам не нужна. Пойдем купим еще одну». -

предложил Ван Чао.

Чжан Юй не издал ни звука, что было молчаливым подтверждением его предложения. Он выпрыгнул из кареты, затем приподнял занавеску и стал ждать, когда выйдет Муронг Юньшу.

В это время Муронг Юньшу также изменила свое лицо, но в настоящее время ее внешний вид был очень обычным и невыразительным. Никто бы не взглянул на нее еще раз, если бы ее бросили в толпу. Это был эффект, которого хотел Ван Чао. Выйдя из кареты, Муронг Юншу огляделась и обнаружила, что это именно то место, где особняк Муронг раздавал еду - придорожный храм , где особняк Муронг находился всего в пятистах метрах друг от друга. Ответственным за раздачу зерна сегодня был главный управляющий. Конечно, она ничего не ожидала от тусклых старых глаз старшего стюарда.

"Торопись." -

настаивал Ван Чао. Он боялся, что она снова сыграет одну из своих шуток.

Муронг Юньшу мягко улыбнулась и повернулась, чтобы уйти с ним.

Когда все трое собирались уходить, сзади раздался холодный голос: «Мисс, пожалуйста, подождите. Похоже, мы где-то встречались раньше».

Услышав этот голос, Муронг Юньшу улыбнулась. Ей не нужно было вспоминать, так как она кому этот  голос принадлежит.

Ван Чао завизжал в своем сердце. Он превратил яркое «лицо Муронга» одного человека в нечто обычное. Как кто-то мог еще заметить ее?

Очевидно, Ван Чао не знал, что в этом мире был человек, рожденный для того, чтобы привлекать внимание. Даже если внешность этого человека стала обычной и была одета в грубое льняное полотно, несравненная элегантность, исходившая изнутри, все еще была ослепительна. Муронг Юньшу была именно таким человеком.

Свободная жена злобного мужа Глава 66: Самая умная женщина

Муронг Юньшу медленно повернулась и посмотрела в пытливые глаза Не Цина. Она улыбнулась ему и сказала с выражением глаз:

«Давно не виделись».

Не Цин лишь мельком увидел ее и скользнул взглядом по ее спине. Он думал, что она была тем человеком, о котором он думал, поэтому он был вне себя от радости. В этот раз, когда он посмотрел на нее спереди, она оказалась незнакомой женщиной. В итоге он почувствовал себя крайне разочарованным.

«Извини, я принял тебя за кого-то другого». - холодно сказал он, выглядя немного удрученным.

Муронг Юньшу хотела сказать:

«Вы не ошиблись», но Ван Чао отключил ее звук. Поэтому она ничего не могла сказать.

"Погнали." - повторил Ван Чао.

Муронг Юньшу изначально хотела использовать свои глаза, чтобы передать сообщение Не Цин, но с тех пор, как он узнал, что она не Муронг Юньшу, он больше не смотрел на нее. Поскольку он всегда делал все строго по-деловому , его взгляд был уже полностью сосредоточен на другом.

Как она и ожидала, не многие люди могли ее узнать.

Когда она подумала о человеке, которому удалось ее узнать, Муронг Юньшу легонько вздохнула. Она больше не думала о том, как сбежать, а о безопасности Чу Чанге. Хотя они и спешили во время этого путешествия, лошадь еще не остановилась, чтобы скакать , о нем тоже ходило много слухов. Она слышала, что он получил очень серьезную внутреннюю травму. Она все еще не знала, в каком состоянии сейчас состояние ...

*

После того, как Чу Чангэ узнал, что Муронг Юньшу переменили, он быстро пошел за ней через провинцию Цзян. Ни по какой другой причине, человек, захвативший Муронг Юньшу, обязательно сделает крюк, чтобы избежать его преследования. Независимо от того, какой объездной путь человек хотел бы сделать из Западной провинции в провинцию Шу, они должны были пройти через внутренние районы провинции Цзян - Цзиньлин.

Как только он прибыл в Цзиньлин, Чу Чангэ направился прямо в особняк Муронг и нашел главного управляющего особняка. Не говоря больше ничего, он спросил:

«Вы что-нибудь слышали от Муронг Юньшу?»

Шеф Цянь был ошеломлен и спросил с озадаченным лицом:

«Кто ты?»

Не дожидаясь, пока Чу Чангэ снова откроет рот, Лю-эр избила его, сказав:

«Шеф Цянь, неважно, насколько ты тупой или сбит с толку, как ты можешь не узнать Гая .

После исчезновения Муронг Юньшу Лю-эр превратилась из помощника Муронг Юньшу в помощника Чу Чанге. Изначально он не хотел брать ее с собой в дорогу, но в тот день она по ошибке уничтожила технику космической поглощающей силы Фан Хунфэй. определенно затаил обиду на нее и рано или поздно что-нибудь с ней сделает. В конце концов, она была личной горничной этого человека. В случае, если что-то случится и этот человек придет к нему, прося его сопровождать ее горничную, это будет неприятно. ..

" Гай ? »Вождь Цянь внезапно хлопнул себя по затылку и сказал:

« Если я должен сказать, почему он выглядел таким знакомым, так это на самом деле Гу ... »Звук слова« Гай » 'еще не было полностью произнесено, когда вождь Цянь внезапно побледнел с лицом, похожим на то, что его напугал медведь ", - Гай ?! "Разве не он не должен быть... глава секты Модзяо?

"Да, верно, Гай ! "Лю-эр сильно кивнула головой, подчеркнув:

" Настоящая сделка ".

« Почему ты здесь? »- спросил вождь Цянь, пытаясь вытереть пот рукавами.

"Он идет за мисс!"

Лю-эр бросила на него пустой взгляд и спросила:

«Мисс когда-нибудь возвращалась сюда или нет?»

"Нет."

Шеф Цянь покачал головой.

"Разве с вами нет мисс?"

«Изначально мы были вместе, но позже ...»

Лю-эр хотела подробно рассказать историю, но когда она почувствовала нетерпеливый взгляд некоего популярного Гая , она немедленно резюмировала оставшиеся десятки тысяч слов в три слова:

«Мы расстались».

Шеф Цянь выглядел сбитым с толку:

«Ладно, так как вы могли разлучиться? Это не первый раз, когда мисс отсутствует ...»

«Айя, когда я сказал, что мы расстались, это значит, что мы расстались! Почему ты становишься суетливее, чем старше становишься?»

Лю-эр впился взглядом в шефа Цяня и снова спросила: «

Есть ли подозрительнные люди проходящий через Цзиньлин?»

"Нет."

Шеф Цянь покачал головой.

Не получив желаемого ответа, Чу  поднял ногу , чтобы уйти, но был остановлен Лу-эр, "

Постой  ах, понимаете, раз мы уже прибыли в дом мисс, почему бы вам не освежиться перед тем, как отправиться в путь? "

"Нет потребности." В настоящее время он был так нетерпелив, как будто его сердце горело . Куда ему вздумать «нарядиться».

«Моя мисс одержима чистотой, и ей не нравятся грязные и вонючие люди», - объяснила Люэр.

Услышав эти слова, Чу Чангэ остановился. Неужели он действительно выглядел грязным и вонючим?

«Если вы мне не верите, то можете спросить шефа Цяня».

Лю-эр действительно придерживалась «кодекса братства», когда затащила вождя Цяня в воду . Когда возникла проблема, нужно поделиться ею с другими!

Вождь Цянь сказал с большой оговоркой:

«Мисс действительно одержима чистотой, и об этом известно во всем особняке Муронг». Что касается неприязни к грязным и вонючим людям, он о них не слышал ...

Чу Чангге немного подумал, прежде чем сказать:

«Я останусь здесь на ночь».

Лу-эр ответила:

«Я уберу комнату для гостей».

Чу Чанге отказался:

«В этом нет необходимости. Просто отведи меня в ее комнату».

Лю-эр была ошеломлена но затем поняла, что он имел в виду, и выглядела смущенным:

«Мисс будуар, безразличным людям входить не разрешается».

"Я равнодушный человек?"

Чу Чангэ приподнял бровь и спросил.

Лю-эр немедленно замолчала, покачала головой.

Нет, я отведу тебя туда.

Отведя Чу Чанге в будуар Муронг Юньшу, Лу-эр поспешно пошла на кухню, чтобы приготовить еду и питье, но ее «перехватили», пока она шла.

«Шеф Цянь, что вы делаете? Вы знаете, что мужчины и женщины не должны касаться рук, когда они дают или получают вещи ?

"Лю-эр была очень недоволена внезапным и пугающим поведением вождя Цяня.

Седая редкая борода вождя Цяня сильно затряслась, когда он сердито сказал:

«Моя дочь может быть твоей матерью, а ты по-прежнему относишься ко мне как к мужчине?» Тем не менее, говоря о мужчинах и женщинах, не следует касаться рук, когда они дают или получают вещи !

Он действительно терпеть не мог молодых девушек в наши дни ...

Лю-эр была немного сбита с толку:

«Даже если у тебя есть дочь, и даже если твоя дочь может быть моей матерью, это не изменит того факта, что ты все еще мужчина! Не говори мне ... ты есть особые занятия ?! »

Когда она произнесла последнее предложение, она внезапно уставилась на него широко открытыми глазами и непостижимым выражением лица.

Несколько оставшихся бород вождя Цянь начали спутываться из-за ее манеры, поскольку они имели тенденцию терять еще несколько после разговора с ней. Вождь Цянь сердито посмотрел на Лю-эра с намеком на нелепость. Он тайно пробормотал себе под нос:

«К счастью, их еще осталось несколько. В противном случае я не смогу вымыть его после прыжка в Желтую реку ... "Когда он подумал об этом, он быстро защитил свою бороду, очень похоже, что это были его драгоценности.

Не смогу вымыть его после прыжка в Желтую реку --: нечем убрать клеймо со своего имен

«А? Как ты узнал, что я хочу дернуть твою бороду?» - подумала Лю-эр.

"Без всякой рифмы и повода, что ты собираешься делать с моей бородой!" Шеф Цянь почувствовал, что эта девушка Лю-эр стала намного смелее после того, как отправилась в путешествие с мисс.

"Посмотрим, приклеенны ли они!" Лю-эр говорил как положено по правам.

Шеф Цянь вспыхнул, когда услышал ее слова. Он говорил без аккуратной дикции ,

"Твоя та, что наклеена!"

«Хотя у меня нет бороды».

«Без бороды ... без бороды, значит, у тебя все еще есть волосы. Ваши волосы - это те, которые были приклеены!» Вождь Цянь был жестоким и неразумным, как ребенок.

Лю-эр не знала, смеяться ему или плакать "Шеф Цянь, вы слишком много считали, пока не сошли с ума?"

"Ты тот, кто потерял рассудок!"

В ответ Лю-эр громко рассмеялась, пока не согнулась от смеха. Только после долгого перерыва она наконец перестала смеяться и спросила:

«Что ты хочешь, чтобы остановить меня на полпути?»

"Ой!" Шеф Цянь хлопнул себя по затылку и сказал:

«Посмотри на меня, я так зол на тебя, девочка, что даже забыл о главном».

В конце концов, он зорко огляделся. Когда он увидел, что вокруг никого нет, он понизил голос и спросил:

«Что именно этот большой дьявол здесь делает?»

"Какой большой дьявол?" -спросила Лю-эр.

"Шшш ... потише!"

«Шеф Цянь, когда ты стал таким робким?»

Лу-эр озорно улыбнулась.

"Успокойся. Гай  здесь, чтобы искать мисс ".

"Действительно?"

"Действительно."

Лю-эр сильно кивнула.

Шеф Цянь облегченно вздохнул, сбросил рукава и зашагал прочь, громко бормоча на ходу:

«Хорошо, что он пришел сюда не для того, чтобы грабить деньги ...»

Лицо Лю-эра было полно черных линий. Сделали Гай похож на грабителя? Хотя она слышала о Гайе совершил много убийств людей ради их собственностиь, но он уже был одним из них. Что с этими внезапными разговорами о том, что он их грабит ...

*

В то же время на самых процветающих цветочных улицах и ивовых переулках города Цзиньлин, в не слишком маленьком борделе, Муронг Юньшу бесконечно наслаждалась собой с черной фигуркой на левой руке и белой фигурой на правой. В то время как Ван Чао и Чжан Ю сидели с одной стороны, беспомощно глядя друг на друга.

В конце первой игры Муронг Юньшу положил черные и белые фигуры в соответствующие чаши ци и спросил:

«Вы хотите сыграть в игру?»

Она задавала этот вопрос уже восемьдесят раз, по десять раз в день. Она знала, что для того, чтобы помешать ей «разыгрывать шутки», с ней практически не общались, за исключением того, что каждый день отпускали ее немую акупунктурную точку. Но обычно она все равно спрашивала один раз после окончания каждой игры просто из-за…… зудящего во рту. Время для ее ежедневных разговоров было изначально ограничено, и тем не менее эти двое все еще считают ее воздушной. Если она не упорствовать неослабно в играть на цине корове , это было бы огромной тратой для этого редкого времени для разговоров.

Муронг Юньшу предположила, что Ван Чао, должно быть, скучно, когда никто не разговаривает. Поэтому он разблокировал ее немую акупунктурную точку, когда вокруг никого не было, чтобы утешить молчаливую. Он боялся, что пойдет по следам перевернутой тележки  от нее снова, поэтому он только осмелился послушать ее разговор, но не осмелился ответить ей.

Люди ах, почему вы так строги к себе?

Муронг Юньшу слегка улыбнулась и спросила:

«Как долго ты собираешься оставаться в борделе?»

«Пока Чу Чангэ не уйдет».

Ван Чао ответил.

Рот Муронг Юньшу слегка дернулся, в то время как ее левая рука, которая держала черный кусок, поместила его на ципан . Затем последовал белый кусок в ее правой руке, которую она также осторожно положила, так как чувствовала себя очень хорошо. Вскоре после прибытия в Цзиньлин в тот же день прошел слух, что Чу Чангге тоже приехал в Цзиньлин. Ван Чао боялся, что Чу Чангэ убьет его, поэтому он придумал способ жить в борделе. Все в цзянху знали, что Чу Чанге не был близок с женщинами, и он никогда не придет в бордель.

ципан -шахматная доска

В результате они прожили там восемь дней, а новости об отъезде Чу Чанге до сих пор не слышны ...

Когда они видели, что Муронг Юншу всегда чувствовала себя непринужденно, казалось, что охраняли именно они, а не она, которая выглядела такой непринужденной и комфортной. Ван Чао не смог помочь, но спросил:

«Скажите честно, это еще один из ваших трюков?»

Муронг Юньшу слегка прижала еще одну черную деталь к ципану, и тот издал хлопок. Ее легкие, как перышки ресницы слегка приподнялись, когда она ответила так, будто переместила тысячу фунтов с четырьмя таэлями веса , «Я ходила у тебя под носом. Думаю я что-то или нет, не следует ли тебе быть более ясным?»

Ван Чао глубоко вздохнул:

«Я уверен, что это твоя уловка. Просто скажи мне, как ты это сделала?» Он думал восемь дней и восемь ночей, но никогда не понимал, почему слухи о том, что Чу Чанге входит в город Цзиньлин, будут повсюду, как только они прибудут в Цзиньлин. Когда они разобрались в слухах и решили уйти, новая волна слухов снова поднялась из-под земли ...

Губы Муронг Юньшу слегка подергивались, она продолжала улыбаться, ничего не говоря, и продолжала играть двумя людьми вэйци левой и правой руками в спокойной и расслабленной манере.

Ван Чао держался за лоб и сильно массировал виски, искренне признавая свою ошибку перед Чжан Юй:

«Это я втянул тебя в это».

Чжан Юй был удивлен, но это было мимолетно. Он легко взглянул на Ван Чао и сказал:

«Все в порядке».

Ван Чао был тронут, когда услышал то, что он сказал. Его брат по-прежнему был тем, кто хорошо с ним обращался! Пока он взволнованно вздыхал, он услышал, как Чжан Юй добавил:

«Я уже к этому привык».

Ван Чао мгновенно окаменел. Часто ли он доставлял ему неприятности? Как часто?

Привет!

Они были напуганы до тех пор, пока им не пришлось восемь дней прятаться в борделе. Следовательно, у Ван Чао больше не было сил злиться. С горьким выражением лица он тайно вздохнул в глубине души:

«Его Высочество, Его Высочество, в мире так много женщин, как вы можете быть настолько твердо настроены, выбирая эту самую умную…»

Свободная жена злобного мужа Глава 67: Судьба еще не пришла?

На самом деле, Муронг Юншу мало что сделала, за исключением того, что воспользовалась возможностью написать иероглиф «楚 ( Чу )» на столе, полу, книгах и других местах, где только могла. Когда ей больше нечего было делать, она изучала, как копировать почерк других людей, поэтому иероглиф «楚 ( Чу )» был написан таким же образом, как и почерк Чу Чангге. Все это было благодаря привычке одного человека оставлять свое имя, когда он делал что-то плохое. Этот иероглиф «楚 ( Chu )», который был написан, как драконы летали и фениксы танцевали , не так много людей в цзянху которые не могли его распознать, поэтому он почти стал его подписью. Пока люди в цзянху смотрели . иероглиф «楚 ( Чу )», они свяжут его с Чу Чангге. Таким образом, когда был обнаружен персонаж «楚 ( Чу )», оставленный Муронг Юньшу, повсюду распространились слухи, и каждый почувствует  себя в опасности.

Муронг Юншу пришла к этому методу совершенно случайно. В тот день, когда они достигли Цзиньлин, она увидела лысого монаха, который расхаживал по дороге, флиртуя с исполнительницами. Некоторые пытались взять дубину за раненую , но монах свирепо указал на свою лысину и сказал: " Лаоцзы  у меня на голове подпись Чу Чангге, главы секты Модзяо! Кто из вас все еще достаточно храбр, чтобы остановить меня? "

Никто больше не осмеливался жаловаться, услышав его заявление.

Муронг Юньшу смотрела на эту сцену, ошеломленный . Разве монах не должен полагаться на Храм Шаолинь, чтобы обмануть других людей? Когда он объединился с сектой Модзяо…

Но опять же, у этого монаха действительно было слово «楚 ( Чу )» на голове.

Она вспомнила, что у всех мужчин горной виллы Минцзянь не только было слово « Чу )» на головах, даже их лысые головы были лично выбриты самим Чу Чангге. Разве это не значило бы, что секта Модзяо благословила их гораздо больше? Так что казалось, что Чу Чангге стал Гуаньинь ... нет, это должен быть Тагата .

Тагата горит «Прибывший таким образом»; один из титулов Будды.

Хотя Муронг Юньшу посчитала это нелепым, она не отвергла это со смехом. Скорее всего , он заставил ее понять , пугающую силу Чу  тут  . Следовательно, она придумала способ оставлять слово  Чу  везде.

Муронг Юньшу с улыбкой на губах медленно положила еще одну черную фигуру, думая, что если бы этот метод мог затянуть их пребывание здесь до тех пор, пока Чу Чангге не пришел ей на помощь, она определенно вылепила бы глиняную фигурку для этого монаха, а затем оштукатурила бы. слово «楚 ( Чу ) », написанное золотом на макушке. Затем она кладет его в самое темное место Святилища Бога Богатства - если она оставит его в самом светлом месте, тогда никто не придет поклониться!

«Чу ...» - внезапно крикнул Ван Чао, глядя на шахматную доску. Затем он сказал:

«Как я и ожидал, это одна из ваших уловок! Неудивительно, что слухи о Чу Чангге в городе Цзиньлинь ходят волнами. Как оказалось, на самом деле это вы оставили слово« '( Чу ) ». ... "

Муронг Юньшу слегка приподняла темные брови. Она была удивлена, что ему удалось узнать об этом. В конце концов, с тех пор, как она так долго общалась с ним, он никогда не вел себя так, словно у него вообще были мозги. Ей было непривычно его внезапная проницательность.

«Да, я написал их все». Поскольку она достигла своей цели, ей больше не нужно было ее скрывать.

«Я ... я ... не могу поверить, что снова попался на твою уловку!» Ван Чао заложил руки за спину. Он испугался, что потеряет контроль, и сразу задушит ее.

Когда она увидела Ван Чао, который выглядел так разозленным, что его захотелось рвать кровью, Муронг Юньшу равнодушно сказала:

«Вот почему я считаю, что невежество - это блаженство , что иногда для вас лучше, если вы не знаете все факты о ситуации. "

Хамское лицо Ван Чао начало искажаться, а уголки его рта сильно задрожали, как будто у него было чувство ритма. Ему потребовалось много времени, чтобы сопротивляться желанию укусить ее до смерти, прежде чем он спросил ее: «Если вы не хотите, чтобы я узнал об этом, то почему вы используете эти шахматные фигуры, чтобы выдать слово»  ( Чу  '? " »

Было такое? Муронг Юньшу подозрительно обратила свое внимание в сторону. Когда она повернула к себе сторону, которая изначально была обращена к Ван Чао, ей сразу же предстал прямой персонаж «楚 ( Чу )»

. На мгновение она была поражена, а затем улыбнулась: «Чу Чангге действительно везде, да».

«Чу Чангге вообще нет в Цзиньлинге!» - заявил Ван Чао.

Муронг Юньшу согласно кивнула и сказала:

«Что ж, он, должно быть, запал на твой план украсть небо и выставить мнимое солнце. Он, должно быть, гнался за вами до столицы провинции Шу ".

Изначально это был определенный факт в его сознании, но когда она сказала это так, смысл его утверждения внезапно изменился. Ван Чао снова заколебался. Эта женщина никогда не говорила им правды. Поскольку она сказала, что Чу Чангэ уехал в столицу провинции Шу, значит, Чу Чангэ, должно быть, не поехал туда. Если бы он не поехал в столицу Шу… может ли быть так… Чу Чангэ действительно приехал в Цзиньлин?

Ван Чао внезапно почувствовал, что его мозг превратился в массу пасты, которая в настоящее время пребывает в полном хаосе. Муронг Юньшу явно права, но на самом деле неправа .

*

Находясь в особняке Муронг, Чу Чанге принимала ванну. Внезапно она услышала взрыв коварных шагов из-за двери комнаты. Очевидно, что там было больше, чем один человек, поскольку голоса продолжали повышаться и понижаться. Его лихие брови нахмурились. Она стянула с экрана одежду и аккуратно оделась в мгновение ока. Затем, взмахнув длинной рукой, двойные двери комнаты широко распахнулись.

«А ...» - закричали люди, подошедшие к двери.

"Кто вы, такие?" - спросил уже раздраженный Чу Чангге.

После того, как посетители взглянули друг на друга несколько раз, старший смело сказал:

«Мы должны быть теми, кто должен задать  вам этот вопрос. Кто вы? Что вы делаете в комнате Юньшу?»

Чу Чангге приподнял брови. Юньшу? Судя по тому, как они ее называли, это должен быть человек, с которым Муронг Юньшу была близка.

«Я сначала спросил вас, ребята», - парировал он.

Старшая посмотрела на своих сестер и первой представилась:

«Я первая мать Юньшу».

«Я вторая мать Юньшу».

«Я третья мать Юньшу».

«Я четвертая мать Юньшу».

"Достаточно."

У Чу Чанге не было настроения слушать, как они продолжают. Он резюмировал:

«Короче говоря, вы все матери Муронг Юньшу».

"Да." Девять человек сказали в унисон.

Чу Чангге положил руку  на лоб. Разве старик Муронг не раздражался, женившись на стольких женщинах? Даже звук их произнесения одного слова мог убить человека. А он уже чувствовал усталость от одного взгляда на них целиком.

"Я слышала, что будущий Гай заскочил. Это ведь не ты? »-

спросила Третья Жена.

"Вы не удовлетворены мной?"

Чу Чанге холодно посмотрел на нее.

Третья жена вздрогнула и ответила:

«Довольны, конечно, мы довольны. Чтобы Юньшу смог жениться на тебе, таком блестящем и уверенно спокойном, Гай .Естественно, это грехи наших предков в особняке Муронг ... нет, это накопленные заслуги предков ». Ужасно. Действительно ужасно. Этот Гай не только не желал угождать свекрови, но и осмеливался угрожать им своим холодным взглядом. Бедная Юньшу. Она упала в костровище …

Хотя остальные дамы не разговаривали, у всех были те же мысли, что и у Третьей Жены. Всем им этот Гай  было так страшно.

Когда они заметили, что Чу Чанге больше не собирался обращать на них внимание, все тихо удалились. Как только они вышли из двора, все вздохнули с облегчением. Тогда ситуация стала шумной из-за семи уст и восьми языков  со всеми, кто пытается сказать слово.

« Предвидение Юньшу всегда хорошие. Так почему же она на этот раз сделала ошибку в суждении?»

"Да. Я всегда думала, что Не Цин был перспективным Гаем , но я не ожидала, что Чэн Яоцзинь пришел и устроил засаду на врага.

«Вообще-то и этот неплохой. Он такой красивый».

«К чему быть таким красивым? Главное - быть Гаем  в нашем особняке Муронг - нужно  зарабатывать деньги, как Не Цин ».

«Если вы спросите меня, самое важное - это иметь очень большую продолжительность жизни».

«Да, да, да. Продолжительность жизни - самое важное. Не будь таким, как Мастер ... ай!»

"Я слышала, Шеф Цянь сказал, что наш Гай это большой дьявол. Вы думаете, что он большой дьявол, это должно быть проклятие. Есть поговорка…"

«Хорошие люди не живут долгой жизнью ,

Бич остается на тысячу лет-поговорка «Хорошие люди не живут долгой жизнью, что плохое никогда не умирает..

Когда они подумали, что Чу Чангэ будет долгожителем, дамы снова вздохнули с облегчением. Хорошо, что ему предстоит долгая жизнь. Действительно хорошо. Был ли он костровой ямой  или нет, но иметь рядом мужчину было намного лучше, чем быть вдовой.

Хотя они находились на расстоянии нескольких десятков метров друг от друга, их разговор все же не ускользнул от ушей Чу Чанге. Он не слышал ничего, кроме этих двух слов - Не Цин.

Судя по тону их голосов, они, похоже, были больше заинтересованы в том, чтобы Не Цин стал их зятем, который будет жить за счет семьи своей жены.

Внезапно в его спокойных черных глазах блеснул слабый холод.

В кабинете, отделенном стеной, Не Цин, который в настоящее время писал мемориал Императору, внезапно вздрогнул. Он странно смотрел на небо. Это был участок безоблачного голубого неба. В отличие от того, как сейчас выглядело небо, почему он чувствовал, что над его головой парило темное облако?

*

Тем временем Ван Чао был обеспокоен, очень встревожен. Потому что он не мог решить, уйти или остаться. Поэтому он все утро расхаживал по их комнате.

Муронг Юньшу действительно очень хотела игнорировать его, но, похоже, он хотел специально привлечь ее внимание, когда пролетел перед ее глазами. Вздохнув, она остановила свои руки от вышивания и сказала: «Упражнения не помогут вам изменить тот факт, что вы родились глупыми. Так что просто перестаньте делать это на мгновение».

Родился глупым ... родился ... Ван Чао обнаружил, что за несколько дней он стал спокойным человеком. Как и сейчас, он на самом деле ничего не почувствовал после того, как услышал ее слова, так как он был полон решимости нести свой уже треснувший горшок, который нужно было просто разбить , он предается отчаянию, потому что ему не хватает силы и смелости, чтобы подняться на ноги. энергичность до конца ... он все равно не ожидал услышать от нее что-нибудь хорошее о нем.

"Вы счастливы видеть, как я ерзаю?" - слабо спросил Ван Чао.

Муронг Юньшу опустила голову и продолжила вышивать цветы сливы на своем платке. Она протянула иглу, чтобы наложить шов, прежде чем медленно, и довольно небрежно сказала:

«Я не хочу основывать свое счастье на твоей боли, так зачем же настаивать на том, чтобы развлечь меня своими собственными страданиями?»

Все лицо Ван Чао было покрыто черными линиями. Это была его собственная вина. Это действительно была его собственная вина. Он вообще не должен был отпускать ее немую акупунктурную точку!

Слегка прикоснувшись к нему указательным пальцем, Муронг Юньшу почувствовала, что ее воздушный поток заблокирован в ее горле. Как бы она ни старалась, прорваться не удалось. По этой причине она больше не могла произносить ни слова. Таким образом, время для нее подышать свежим воздухом закончилось.

Чжан Юй больше не мог сидеть и смотреть, когда он холодно сказал:

«Если мы подождем еще, Чу Чангэ действительно придет за нами рано или поздно».

Ван Чао тяжело кивнул. В такие моменты, даже если Чжан Юй сказал, что должен просто пойти к черту, Ван Чао все равно хвалил бы его, поскольку его слова действительно имели смысл.

"Вместо того, чтобы прятаться и прятаться в борделе, лучше приложить все усилия, чтобы положить конец нашим страданиям, позволив нам быстро умереть и переродиться  "

Ван Чао продолжал кивать.

«Поскольку у вас ясный ум, я буду вас слушать».

В результате трое окончательно покинули бордель. Они взяли экипаж, который не был ни хорошим, ни плохим, и поехали к городским воротам.

Когда Ван Чао и Чжан Юй тянули карету, чтобы повернуть направо к южной главной дороге, очаровательный и удивительно красивый мужчина в белом пришпорил свою лошадь с севера. Его длинные распущенные волосы надменно развевались по ветру, а его взгляд, острый, как ястреб-тетеревятник , следил за ними издалека, пока они не подошли совсем близко к нему, что было действительно внушительно. У Ван Чао внезапно возникла иллюзия, что он столкнулся с призраком среди бела дня. Он задавался вопросом, не слишком ли он беспокоился о встрече с Чу Чангге на узком пути, до такой степени, что у него были галлюцинации этой встречи ...

Когда Ван Чао не знал, что делать со своими руками и ногами Чжан Юй натянул вожжи и позволил карете выехать на южную главную дорогу. Он вел карету не слишком быстро и не слишком медленно, пока им не удалось ехать плавно.

«Он, кажется, видел меня ...» - сказал Ван Чао своим похожим на транс взглядом.

"Замолчи!" Чжан Ю ругал его тихим голосом, продолжая смотреть на шесть дорог, а уши слушали во всех направлениях , при этом он постоянно обращал внимание на движение позади него.

Внутри кареты Муронг Юньшу закрывала глаза, чтобы успокоиться когда она внезапно услышала, как Ван Чао упомянул Чу Чанге, и ее сердце было вне себя от радости. Она тихонько выглянула из маленького окна сбоку, как раз вовремя, чтобы увидеть, как мелькнула фигура Чу Чангге.

Муронг Юньшу тут же полностью высунула голову, а ее взгляд не переставал следить за его величественной фигурой. Ее взгляд одержимо следил за ним в течение долгого времени, пока она больше не могла видеть его, прежде чем она отвела взгляд с глубоким долгим вздохом.

После стольких дней ожидания все, что она получила, - это короткая встреча. Было ли ей суждено оставаться такой, или их судьба еще не пришла?

Свободная жена злобного мужа Глава 68: Я пришел за тобой

После ухода Чу Чангэ Ван Чао был в хорошем настроении. Всю дорогу он напевал небольшую песенку, пока они плавно уходили из города. Напротив, настроение Муронг Юньшу стало намного хуже. Когда Чу Чангэ прошел мимо, она почувствовала себя немного потерянной, и комок, который был у нее в сердце, не исчезал. Она не знала, было ли это из-за Чу Чанге или она сделала это с собой.

Трава собачьего хвоста

«Чжан Ю, ты можешь угадать, где сейчас Чу Чанге?» -

спросил Ван Чао, который наклонил голову и ухмыльнулся с травой из собачьего хвоста во рту.

"Я не знаю."

Чжан Ю не был в настроении уделять ему много внимания.

"Угадай."

Ван Чао посмотрел на него искоса, настаивая на том, чтобы он сделал предположение.

Между беспечными густыми бровями Чжан Юй промелькнул след нетерпения. Вдруг его брови нахмурились, и он срочно остановил экипаж.

Ван Чао не был морально готов к тому, что споткнулся, и чуть не выбросил свое тело из кареты.

"Вы планируете убить меня ?!" Он недовольно кричал на Чжан Юй.

Чжан Юй смотрел вперед и саркастически сказал: «Думаю, он прямо перед тобой».

«Что ты имеешь в виду, он прямо передо мной ...» Внезапно выражение лица Ван Чао резко изменилось. Он повернул голову, чтобы взглянуть, и увидел Чу Чангге, твердо сидящего на высокой лошади, как будто он жил выше их, глядя на них сверху вниз. Он холодно смотрел на них.

"Ты, ты ... почему ты здесь ?!"

Ван Чао пожалел об этом, как только сказал это. Они уже изменили свое лицо. Если бы они притворились прохожими, Чу Чанге, возможно, не узнал бы их. Но в тот момент, когда он заговорил, это было равносильно раскрытию их личности. Ван Чао сразу же не мог дождаться, чтобы выкопать яму и похоронить себя.

Чу Чанге посмотрел на занавеску кареты и сказал:

«Я жду ее».

В этот момент Муронг Юньшу приподняла занавеску и улыбнулся. Ее улыбающееся лицо было похоже на цветок, когда она спокойно смотрела ему в глаза.

В одно мгновение время замерло, мир померк, и все вокруг как будто исчезло. Над этой огромной землей остались только она и он, они тихо смотрели друг на друга. Они так и остались, никто из них не разговаривал, потому что им больше не нужны были слова для общения.

Чу Чангэ осторожно натянул поводья. Он медленно подъехал к вагону, протянул левую руку и мягко сказал:

«Я пришел за тобой».

Он приложил все свои силы, чтобы сказать это короткое предложение. Это было только потому, что это он слишком долго подавлял эмоции в своем сердце

Муронг Юньшу улыбнулась и положила руку ему на ладонь. Когда теплый ток прошел через кончики ее пальцев, она дала то же самое, как если бы она была поражена громом и молнией. Ее сердце екнуло. В ее сердце также была смесь сладости и горечи, чувство, которое она не могла объяснить, что было незнакомым, а также немного редким, исходящим от нее.

Чу Чангэ крепко держал ее за руку. Он осторожно подтянул ее к спине лошади, и в то же время приложил немного силы к ее талии, чтобы разблокировать ее немую акупунктурную точку. Затем он обнял ее за талию и прошептал: «Обними меня крепче».

"М-м-м." Муронг Юньшу послушно обвила руками его талию, позволяя ее лицу залиться румянцем.

Она редко могла быть такой послушной. Уголок рта Чу Чанге приподнялся. Он поднял кнут и поскакал прочь.

Ван Чао и Чжан Юй беспомощно наблюдали за этой сценой, поскольку у них не хватило смелости сказать слово «нет». Пока темная лошадка не исчезла из виду, оба таланта наконец восстановились. Однако первое, что пришло им в голову, было не то, как они могли просто смотреть, как они расхаживали, без каких-либо возражений, а скорее - почему Чу Чанге просто не убил их двоих.

Согласно разумной причине, поскольку они похитили Муронг Юньшу, в глазах Чу Чанге они должны были совершить преступление, которое могло привести к семейному истреблению девяти человек . Так почему же он не причинил им вреда и даже не предупредил?

Ван Чао почесал в затылке и спросил Чжан Юй:

«Что нам делать дальше?»

"Вернуться к Ванге .

«Но Муронг Юньшу ...»

«После того, как вы потеряли шанс дважды подряд, не говорите мне, что у вас все еще есть возможность вернуть ее из руки Чу Чанге?»

"...Нет." Нынешний Чу Чангэ определенно будет охранять и не расстанется с Муронг Юньшу даже на крошечный шаг. Им подобраться к ней будет даже труднее, чем дотянуться до неба .Сделав шаг назад, даже если он приблизился к ней и сумел поймать ее, он не был уверен, что сможет вернуть ее к Принцу в особняк.

Как бы он ни ненавидел признавать это, если бы у него не было выбора, кроме как сказать это, для Муронг Юншу, чтобы обмануть его, как будто он был дураком, было так же легко, как перевернуть ее ладонь . Откровенно говоря, в ее глазах он был полным идиотом.

Он не мог понять, почему Его Высочество влюбился в такую трудную женщину ...

*

Тем временем Чу Чанге вместе с Муронг Юньшу сидели верхом на лошади, пока они не вышли на безлюдную набережную с тысячами миль белых облаков над их головами и речной водой, бьющей у их ног. Атмосфера была действительно приятной!

Лошадь, казалось, понимала настроение хозяина, чтобы оценить пейзаж, поэтому она сознательно замедлилась и пошла неторопливо.

Прямо сейчас, когда лошадь бежала быстро, Муронг Юньшу боялась упасть, потому что она давно забыла принять меры к ограничению между мужчинами и женщинами. Она крепко держала Чу Чанге за талию, прижавшись лбом к его спине, и ее глаза были полностью закрыты. В ее голове не было ничего, кроме шороха ветра на улице. Теперь, когда лошадь притормозила, она сразу поняла, как близко они были в это время, и быстро выпустила руки вокруг его талии. Она не ожидала, что лошадь поднимет задние лапы в тот момент, когда она чуть не упала. Благодаря быстрому ответу Чу Чанге, ему удалось помочь ей остаться дома своим ударом слева.

«Эта авария говорит вам об одном принципе: вы должны пересечь реку, прежде чем снести мост». - поддразнил Чу Чангге.

Муронг Юньшу потеряла дар речи. Она просто ослабила хватку, и это считалось разрушением моста после перехода через реку ? Если она не отпустит, она воспользуется им. Она была очень культурной и порядочной [, так как она могла воспользоваться мужчиной ...

Чу Чангэ сказал с улыбкой:

«Мужчинам больше нравится то, что им пользуются, и тем, кто  ими пользуются».

Страшный! Муронг Юньшу была застигнута врасплох. Может ли этот человек читать мысли? Или в задней части черепа был третий глаз? Подумав об этом, Муронг Юньшу подняла голову и сосредоточила взгляд на его затылке. Третьего глаза не было ...

Внезапно подул ветер. Длинные волосы Чу Чанге, которые были безрассудно распущены, взлетели вверх, ударив Муронг Юньшу по лицу. Это было немного колюще, но в ее сердце возникло неописуемое биение, как будто было заклинание, призывающее ее приблизиться к нему.

Муронг Юньшу сразу же закрыла глаза и глубоко вздохнула, в то же время уверяя себя в своем сердце, что не может подойти к нему. Абсолютно не должно…

Лошадь продолжала идти, ветер продолжал дуть, и они снова замолчали.

Спустя неизвестное время Муронг Юньшу внезапно мягко произнес:

«Чу Чангге».

"Хм?" Голос Чу Чанге также был очень мягким из опасения, что это испортит настроение, исходящее от ее слов. Ее тон подсказал ему, что то, что она собиралась сказать, будет очень важным.

Муронг Юньшу помолчала еще секунду, прежде чем сказать: «Свяжи волосы вверх».

Ее тон был легким и спокойным, но Чу Чанге также слышал ее вздох. Очень глубокий вздох, казавшийся совершенно беспомощным. Этот вздох явно не был связан с тем, что ему нужно было завязать волосы. Чу Чанге чувствовал, что это не то, что она действительно хотела сказать. Причина этого вздоха заключалась в том, что исходные слова, которые она хотела сказать, нельзя было сказать, или было совершенно ясно, что ее слова будут бесполезны. В результате она чувствовала себя беспомощной.

Хотя Чу Чанге не мог догадаться, что это были за невысказанные слова, он понимал ее чувства. Потому что у него также был такой же конфликт в его сердце, и у него также была фраза, которую он хотел сказать, но ему было бы очень трудно сказать.

«Вы можете помочь мне связать его». Слова Чу Чанге также вызвали глубокий вздох.

Сердце Муронг Юньшу было тронуто. Однако она закусила губы, опустила голову и призналась:

«Я не умею завязывать волосы».

Чу Чангэ утешил:

«Я научу тебя».

Услышав эти три слова, Муронг Юньшу внезапно почувствовал себя такой грустно. Это должно было быть такой радостью - завязать волосы понравившемуся ей человеку ... в лучшие годы своей жизни она встретила самого выдающегося мужчину, и после этого ее сердце упало на нет.

Что делать? Она сожалела, что встретила его слишком поздно.

Легкий ветерок развевал ее длинные, похожие на перья ресницы, вызывая у нее ощущение холода. Муронг Юньшу внезапно обнаружила, что в какой-то момент ее глаза фактически стали влажными.

Поджав губы, Муронг Юньшу глубоко вздохнула, подавив печаль в своем сердце и сменив тему:

«Откуда ты знал, что мы пойдем этим путем?»

Чу Чанге усмехнулся, когда сказал:

«Угадай».

«...» Несмотря на то, что он потерял дар речи, его преднамеренные препирательства также убрали туман с ее груди и подняли ей настроение.

"Не Цин сказал мне".

Чу Чангге объяснил.

Муронг Юньшу был поражен: «Он узнал меня?»

"Ты так счастлива?"

Тон Чу Чанге был немного жестким.

Какая большая банка уксуса. Муронг Юньшу поджала губы и заявила:

«Не Цин собирается стать зятем Фэн Чэн». Подразумевалось, что он был человеком Фэн Линь, и он не стоил даже пол монеты

Услышав то, что она сказала, Чу Чангэ немного подумал. Фэн Чэн собирался стать его будущим зятем, а Не Цин был будущим зятем Фэн Чэна. Таким образом, не будет ли он связан с этим парнем через брак? Он был недоволен. Действительно несчастен.

«Вы и Не Цин хорошо ладите». Муронг Юньшу улыбнулся.

Чу Чанге поднял брови и спросил: «Как вы определили что мы хорошо с ним ладям »?»

«Говоришь с ним более одного предложения».

Муронг Юньшу ответил.

"С ним так сложно ладить?"

Он чувствовал, что Не Цин был не так уж плох ...

"Я говорю о тебе."

«...» Чу Чангэ на время вспомнил и сказал:

«Я говорил гораздо больше, чем он».

"Вы были тем, кто взял на себя инициативу, чтобы найти его?" - спросила Муронг Юньшу.

"Да."

"Почему вы искали его?"

«Я искал его ...», чтобы сразиться с ним на дуэли . Конечно, эти слова можно было хранить только в его сердце. Чу Чанге тактично изменил свои формулировки: «Я искал его, чтобы сделать его своим другом». Люди в цзянху были осторожны, если бы не было ссор, они бы не стали друзьями . С помощью пары ударов они могли превратиться в  приятелей.

На самом деле, Чу Чангэ на самом деле не ударил Не Цина, потому что, когда он увидел самого Не Цина, он вспомнил, что они встречались на горе Хуа То раньше, и знал, что Не Цин был слабым ученым, который не знал боевых искусств. Поэтому он отверг идею использования силы для решения проблемы и прямо заявил об этом:

«Если ты не хочешь умереть молодым, просто держись от нее подальше».

Повзрослевший Не Цин не только не боялся, но и вел себя так, как будто он не имел к этому никакого отношения, говоря с несравненным спокойствием:

«Если она действительно была замаскирована, как вы сказали, то человек, которого я встречал раньше, действительно был ею. С ней путешествовали еще двое мужчин ".

Затем он быстро нарисовал портреты трех человек с необыкновенным спокойствием. Поэтому, когда Чу Чанге встретил Ван Чао и Чжан Юй, переодевшихся кучерами на главной южной дороге, он сразу узнал их. Причина, по которой он притворился, что не видит их, заключалась в том, чтобы просто избежать ненужных сплетен.

Если бы ему пришлось подобрать женщину, у которой не было «лица Муронг Юньшу» на виду у публики, он мог бы стать предметом множества сплетен. Он не возражал против сплетен, но она… он не хотел, чтобы она сочувствовала. С того дня, как он вошел в ее жизнь, она воспринималась как люди Чу Чанге. Другие люди могли восхищаться ею, завидовать ей и ненавидеть ее. Только то, что они никогда не могли ее пожалеть. Потому что жалеть можно только жалких людей. И он ни в коем случае не позволит ей стать жалким человеком, даже фальшивым.

Свободная жена злобного мужа Глава 69: Лидер пойман

Прошло 36 дней. Ровно 36 дней назад, в этот момент он оставил ее.

Муронг Юньшу уставилась на свиток в своих руках, больше не в состоянии прочесть половину его слов. Поэтому она просто положила его на стол и вынула из рукава платок, пока была в изумлении. Платок был очень обыкновенный, из белой шелковой ткани, с вышитым по углам цветком сливы, но этот цветок сливы отличался от обычных цветов сливы, поскольку у него было семь лепестков. Конечно, если бы это было все, она бы не взяла его, чтобы облегчить свою любимую, когда ей стало не по себе.

На этом платке было написано слово «楚 ( Чу )», написанное драконами летали и фениксы танцевали почерк Чу Чанге, ужасно неразборчивый и неорганизованный. Предположительно, это должно быть написано им, когда он останавливался здесь.

В тот день, после того как Чу Чангэ спас ее от Ван Чао и Чжан Юя, они провели несколько кругов на окраине города. Так было только после захода солнца над западными холмами .что он отправил ее обратно к ней домой. После того, как Чу Чанге увидел, что она входит в будуар, он слабо сказал:

«Тогда я ухожу».

В тот момент казалось, что небо с треском рухнуло , и Муронг Юньшу думала, что никогда не забудет это чувство за всю свою жизнь.

Это не было разделением между жизнью и смертью, но было еще более болезненным. Просто потому, что мертвых еще можно было хранить в сердце и их можно было оплакивать совершенно безудержно. В то время как те, кто были живы, однажды уйдя, они больше никогда не увидят друг друга, и не было другого выхода, кроме как скучать по ним.

Она знала, что он был там, и сходила с ума, просто думая о нем, но она не осмеливалась видеть его или думать о нем, что делало это еще более отчаянным и беспомощным, чем разлука со смертью, которую она не могла вынести больше всего. ..

В тот день Муронг Юньшу не уговаривала его остаться, потому что у нее не было причин просить его об этом. Изначально он и она не были из одного мира. Более того, даже если бы она была готова войти в его мир, для нее там не было места ... возможно, для нее никогда не было места все это время.

В течение 36 дней она заставляла себя не спрашивать о нем, но новости всегда «автоматически» приходили к ее двери, из-за чего она не могла не слушать. Например, прямо сейчас——

«Мисс, не хорошо, не хорошо ...»

Лю-эр с испуганным лицом выбежала в дверь и воскликнул: « Гай  ».

Когда Муронг Юньшу увидела лицо Лю-эра, похожее на умирающий янтарь , как будто небо рухнуло пополам, ее сердце упало, когда она с тревогой спросила:

«Что с ним?»

" Гай  он ... он пропал! "

"Отсутствующий?" Муронг Юньшу долго была поражена, прежде чем спросил:

«Разве вы не слышали на днях, что он уехал в провинцию Шу?»

«Да. Он пошел искать короля Ляна-младшего. Он сказал, что хочет срезать сорняки и выкопать их корни, чтобы король Лян-младший больше не пытался напасть на мисс. Но я не ожидал ... что он войдет в Лян Ван Проживание и никогда больше не выходи! »Когда Лю-эр говорила о Чу Чангге, как будто он ушел навсегда, это заставило ее взволнованно вскрикнуть.

Муронг Юньшу была так взволнована, что ей не терпелось полететь в резиденцию Лян, чтобы узнать, что происходит на самом деле.

Когда Лю-эр увидела, что ее мисс молчит, она продолжила:

«То, что я слышала от рассказчика из чайханы, Гая попал в засаду короля Ляна-младшего ... "

Муронг Юньшу внезапно открыла глаза и настойчиво спросила:

«Этот рассказчик - старик с молодой девушкой?»

"Да. Как вы узнали, мисс?"

Должно быть, старик Шенджи и его внучка. Тогда в том, что сказал старик, не должно быть лжи. Подумав об этом, Муронг Юньшу внезапно встала и сказала:

«Немедленно приготовьте для меня карету».

«Да! Ах, верно, старик также сказал, что все члены секты Модзяо в ранге мастера ждут мисс».

Муронг Юньшу подумала: «Почему они меня ждут?»

"Отомстить Гаю! "Лицо Лю-эра придало такое выражение, как будто это было само собой разумеющимся .

"Отомстить за что?" - спросила Муронг Юньшу.

" Гай был убит королем Ляном-младшим .... он был убит. Не хочешь ли ты отомстить за него? »Лю-эр подумал, что вопрос ее мисс был действительно странным. Ее муж был убит, так что, конечно, жена должна отомстить за своего мужа!

"Кто сказал, что Чу Чангге был убит?" Муронг Юньшу бросила на нее пустой взгляд, когда она сердито сказала: «Ты тот, кто будет убит».

Ах ... Мисс подозревает, что слухи были ложными? Лю-эр выглядела смущенной.

Муронг Юньшу подняла глаза, чтобы посмотреть в окно, и холодно сказала:

«Как мог король Лян-младший осмелиться убить Чу Чангге, если его мечта стать Императором еще не осуществилась?»

Лю-эр был озадачена. Она наклонила голову и спросила:

«Почему король Лян-младший не осмелился причинить вред Че если он хочет быть Императором? " [

«Дело не в том, что он не осмеливается причинить ему вред, но он не осмеливается убить его. Он очень хорошо знает, что, если он убьет Чу Чангге, я не пощажу его. Хотя он не боится меня, он боюсь, что присоединюсь к наследному принцу. Как только я присоединюсь к наследному принцу, его мечте стать Императором придет конец. "

Муронг Юншу сделала паузу, а затем продолжила:

«Хотя мое официальное положение является номинальным, мои частные банки сегодня более могущественны, чем любой другой чиновник при Императорском дворе. Независимо от того, кто станет Императором в будущем, без поддержки особняка Муронг, кто отвечает за богатство мира, он не сможет безопасно сидеть в качестве Императора. Вот почему король Лян-младший так решил поймать меня ».

Люэр кивнула, хотя на самом деле она не совсем поняла.

«Но король Лян-младший не знал, что миссис Мисс больше всего ненавидит принуждение».

Муронг Юньшу медленно кивнула и сказала:

«Ты неплохая. Я изначально не хотела быть его врагом, но он неоднократно усложнял мне жизнь. Если я не избавлюсь от этого бедствия в моем сердце , Я не смогу спокойно отдыхать и есть .

"Мисс означает, что на этот раз Мисс хочет отправиться в провинцию Шу, помимо того, чтобы отомстить Гаю ... нет, я имею в виду спасти Гая . Помимо спасения Гая  «Мисс тоже хочет убить короля Ляна-младшего?»

Когда дело дошло до убийства короля Ляна-младшего, Лю-эр была потрясена, узнав, какое возмутительное замечание она только что сделала. Она быстро прикрыла рот и сказала неясно. формулировка:

«Убийство Его Высочества - великий грех, который может привести к семейному истреблению девяти человек …»

Муронг Юньшу подняла брови и искоса взглянула на нее, сказав при этом:

«Я уже говорила тебе задолго до того, что ты не в моей семье из девяти, так что это не имеет к тебе никакого отношения».

"Мисс думает, что ... Я из тех людей, которые жадны до жизни, но боятся смерти ? "-

воскликнула Лю-эр, чувствуя себя не так, потому что она думала, что мисс ее принижает.

Муронг Юньшу спросила в ответ:

«Разве ты не боишься смерти?»

«Э-э ... я знаю». Лю-эр безнадежно кивнул. Но это не значит, что она думала только о себе!

«Если мисс действительно хочет убить короля Ляна-младшего, я также ... также ...»

"Будет также что?"

Рот Муронг Юньшу игриво изогнулся.

«Я помогу выкопать яму, чтобы закопать тело!» Лю-эр выглядела так, будто она смотрела на смерть, как на возвращение домой .

Муронг Юньшу, смеясь, быстро ударил ее по голове и сказала:

«Только дураки убивают человека сами по себе. Если я хочу кого-то убить, у меня, естественно, будет способ позволить ему убить себя. Почему я должна делать это сама. ? "

«Кто будет так глуп, убив себя!»

«Когда жизнь болезненнее смерти, слабовольные люди решат покончить с собой».

Муронг Юньшу снова отвела взгляд в окно, очевидно, не собираясь ничего объяснять. Поскольку она очень хорошо знала, что голова ее горничной на самом деле была просто ракушкой, и ее основное предназначение состояло в том, чтобы быть только украшением.

*

Муронг Юньшу угадала правильно. Хотя король Лян-младший задумал захватить Чу Чангге, он не убил его, а вместо этого заключил в тюрьму.

В этот момент Чу Чангге чувствовал головокружение, и его веки, казалось, весили тысячу фунтов. Он почти использовал всю свою силу воли, прежде чем ему даже удалось открыть глаза. Первое, что бросилось в глаза, была толстая железная колонна с привязанной к ней толстой железной цепью. В это время Чу Чанге внезапно обнаружил, что его руки и ноги были скованы цепями и привязаны к четырем железным столбам, которые окружали его. В то время как все вокруг него, кроме каменной платформы, на которой он находился, было заполнено водой, которая текла медленно.

Чу Чанге снова поднял глаза. Над его головой был камень. Похоже, это место было пещерой. Но откуда в пещере течет вода? Может быть, пещера была связана с озером? Если так, то выходом был конец тока. Однако Чу Чанге был недоволен этим, потому что ему не нужно было пытаться понять, что эти железные цепи определенно не могут быть сломаны людьми. Даже если бы у человека была такая же внутренняя сила, как у него, он ничего не мог бы поделать, поскольку эта железная цепь была выкована из черной стали тысячелетней давности.

Его конечности сомкнулись в окружении, которое было полностью черным, без дневного света. Впервые в жизни он попал в такой беспорядок.

Когда он подумал об этом, Чу Чангэ опустил глаза, когда из них исходил холодный свет:

«Король Лян-младший, если я, Чу Чанге, не заставлю тебя сожалеть о том, что пришел в этот мир, мне будет казаться, что я поступил неправильно !"

*

В резиденции Лян король Лян-младший играл с парой серег в форме цитры, и его холодная красота сияла решимостью победить.

Он видел эти серьги очень давно, но не мог вспомнить точное время. Он только вспомнил, что он был тогда еще молод и уехал играть на юг. Он увидел девушку-подростка с такой парой серег и почувствовал, что они довольно необычны. Он хотел купить это у нее и отдать матери. В результате она улыбнулась и сказала:

«Ваше лицо тоже особенно необычное. Вы напишете цену, и я куплю ее».

Услышав такие абсурдные слова, он почувствовал, что маленькая девочка в то же время интересна. Позже он понял, что она была молодой мисс особняк Муронг. К счастью, он тогда не делал предложения, иначе это лицо действительно купила бы она ...

Думая о прошлом, глаза Хуа Ели вспыхнули нежностью. Он поднял руку, чтобы прикоснуться к шраму на лице, и вздохнул в глубине души:

«Боюсь, она не захочет покупать это лицо сейчас, какой бы низкой она ни была».

В это время вошел Ван Чао и сообщил:

«Ваше Высочество, шпионы из Цзиньлина сообщили, что Муронг Юньшу уже ушла».

Когда он услышал то, о чем доложили, холодное стальное лицо Хуа Ели внезапно стало намного мягче, а затем снова потемнело, когда он равнодушно сказал себе:

«Я послал людей всю дорогу, чтобы пригласить ее, и она не пришла, но теперь , как только она услышала новость о смерти Чу Чанге, она не позволила своей лошади перестать скакать. Когда я буду так же важен, как Чу Чангге в ее сердце? »

Через несколько секунд он добавил:

« Скоро. Скоро она узнает, что в мире больше, чем один мужчина, кроме Чу Чанге.

Тон этого предложения полностью отличался от его предыдущих предложений, поскольку в его решимости было непреодолимое преобладание.

Однако Ван Чао был совершенно не оптимистичен. Поскольку он раньше дрался с Муронг Юньшу, он знал, что она не будет есть мягкую или твердую пищу . Он боялся, что если Его Высочество заставит ее так поступить, это будет лишь обречением на провал. Но он ничего не сказал, потому что лучше понимал: что бы Его Высочество ни хотел сделать, он никогда не сдастся, пока не получит желаемый результат.

«Ваше Высочество, что бы вы ни имели в виду, я предлагаю вам сначала убить Чу Чангге».

Говорил Сюй Ху, который пришел вместе с Ван Чао и был военным советником Хуа Ели.

Хуа Ели покачал головой:

«Чу Чангге нельзя убить». Убить Чу Чанге было равносильно подталкиванию Муронг Юньшу к вражескому лагерю.

Сюй Ху, однако, ответил:

«Чу Чангэ должен быть убит. Если вы не избавитесь от травы, срезав ее корень, он доставит вам бесконечные неприятности ".

Хуа Ели ответил:

«Сейчас не время убивать Чу Чангге. Однако, хотя я не убью его, я не позволю ему снова увидеть дневной свет. Человек, который никогда не увидит дневного света, не будет угрозой для меня ".

Сюй Ху хотел продолжить свои убеждения, но Ван Чао остановил его.

«Его Высочество имеет свое мнение», - прошептал Ван Чао.

Сюй Ху открыл рот. Он хотел заговорить, но в конце концов смог только вздохнуть. Его разум был полон ненависти к железу за то, что он не стал сталью , и нетерпеливо видеть улучшения- потому что слабость и нерешительность не сделают его человеком большого таланта!

Свободная жена злобного мужа Глава 70: В провинции Шу есть дом сплетен

Город Шучжун, как следует из названия, находился в центре провинции Шу. Через полмесяца пути, когда лошадь неслась без остановки, Муронг Юньшу наконец прибыл в столицу Шу. Но вместо того, чтобы идти прямо к Лян Вану , она остановилась в гостинице в городе Шучжун.

Шучжун.-Чжун (中) означает середину или центр

Эта гостиница была необычной. У него долгая история, или, говоря простым языком, это была ужасно ветхая и старая гостиница. Конечно, его особенность заключалась не в убогости, а в гостях, которые представляли собой смесь рыб и драконов вместе поскольку его функция заключалась в посредничестве с людьми Цзянху .

В мире цзянху у него также было другое название - Дом сплетен. Пока что-то происходило в цзянху, независимо от того, насколько оно велико или мало, об этом можно было узнать здесь. Но было одно условие - леди Босс должна находить, что вы нравитесь своим глазам.

Все о гостинице было то, что Лю-эр слышала от рассказчика, которым на самом деле был старик Шенджи. Муронг Юньшу знала, не задумываясь, что это должно было быть сознательно раскрыто стариком Шенджи. Его целью было привести ее в Дом Сплетен. Что касается того, почему он хотел привести ее туда, она не могла догадаться, но была уверена, что ее ответ можно найти в Доме сплетен. Поэтому она отказалась от комфорта полноценной гостиницы и поселилась в Доме сплетен.

Как только Муронг Юньшу вошла в дверь, изначально шумная гостиница сразу затихла. Вдруг все встали и с трепетом посмотрели на нее.

"Мадам, вы наконец пришли!"

Восточный Страж вышел из толпы, остальные трое стражей с севера на юг последовали за ним.

Муронг Юньшу был поражена на мгновение, затем слабо улыбнулась и поприветствовала их, как старого друга, едва слышно произнеся:

«Давно не виделись».

После того, как Чу Чанге ушел, она нашла в будуаре противоядие от Похитителя душ, которое было соединено с платком с написанным на нем словом Чу. Когда она беспокоилась о том, как его использовать, четыре стража с Юга, Востока, Севера и Запада принесли другие лекарственные материалы и рассказали ей о методе детоксикации. С тех пор она их больше не видела.

«Госпожа может подумать, что прошедший месяц длинный, и все же мы чувствуем, что этот месяц не такой длинный, как настоящий час».

Восточный страж тоже улыбнулся, но улыбнулся криво. Он не понимал, почему мадам все еще удавалось улыбнуться, когда дело дошло до этого.

Восточный страж, очевидно, не знал, что для Муронг Юншу улыбка была лишь одним из немногих ее выражений.

«Эти друзья ...»

Муронг Юньшу слегка оглядела толпу в гостинице, а затем в замешательстве посмотрела на Восточного Стража.

«Они последователи и друзья секты Модзяо. Все они здесь, чтобы помочь мадам спасти Лидера».

Восточный страж объяснил.

Итак, это было намерением старика Шенджи. К сожалению, ей придется оправдать искренние ожидания этого старика.

«Если вы хотите спасти Чу Чанге, пожалуйста, помогите ему сами».

Сказав это, Муронг Юньшу приказал Лю-эру зарегистрироваться.

«О, маленькая девочка с характером. Неудивительно, что высокомерный Чу Чангэ будет очарован тобой».

Прежде чем ее голос затих, привлекательная и обаятельная вдова средних лет покачивала бедрами, направляясь к Муронг Юньшу.

"Она - леди-босс Дома сплетен, Юн Си Ньянг Ее представил Восточный страж .

Муронг Юншу улыбнулась представлению, когда она сказала:

«Так это Леди Босс. Приятно познакомиться».

«Интересно. Действительно интересно».

Юн Си Ньянг  медленно обошела Муронг Юньшу, глядя на нее с головы до ног, и заметила:

«Хотя темперамент немного холодный, этот человек не кажется бессердечным и неправедным человеком. Но почему, когда жизнь или смерть Чу Чанге - все еще сомневаешься, тебе все еще удается улыбнуться? "

Муронг Юньшу, которая изначально вежливо улыбалась, внезапно громко рассмеялась, когда она ответила:

«Если я действительно не знаю, жив Чу Чангге, то зачем мне сюда приходить?»

"Вы знаете, где он?"

Юн Си Нян  была крайне удивлена.

Муронг Юньшу медленно покачала головой и ответила:

«Я не знаю».

Для таких людей, как Муронг Юньшу, было нормально не знать. Об этой новости, о которой не знал даже ее Дом Сплетен, было маловероятно, чтобы кто-то посторонний узнал об этом. Юн Си Ньянг снова спросила:

«Тогда как вы узнаете, жив он еще или мертв?»

Муронг Юньшу внезапно стала серьезной, когда она ответила:

«Потому что я знаю, что король Лян-младший еще не осмелился обидеть меня до такой степени».

Юн Си Ньянг не ожидала, что перед ней женщина, которая думала, что тучи бледные и дует легкий ветерок , как она вошла в гостиницу, может внезапно изменить выражение лица. Юн Си Нян  была поражена на несколько секунд, прежде чем снова начала раскачиваться и улыбнулась, говоря:

«Хорошо, хорошо, хорошо!»

Юн Си Ньянг трижды подряд произнесла слово «хорошо», но Муронг Юньшу не знала, что было хорошо, и она действительно не хотела знать. Поэтому она просто спросила:

«Я по-прежнему выгляжу приятной в глазах леди Босс?»

Юн Си Ньянг снова была ошеломлена, а затем улыбнулась: «Если я не найду тебя приятным для моих глаз, ты не будешь« стоять »в гостинице и разговаривать со мной прямо сейчас». Подразумевалось, что люди, которые ей не нравились, никогда не войдут в ее гостиницу.

"Спасибо." Хотя Муронг Юньшу не хотела действовать вместе с другими людьми, ей всегда было намного удобнее жить в Доме сплетен. По крайней мере, она могла услышать больше подробностей о входе Чу Чангэ в Лян Ван .

"Почему вы отказались от их помощи?"

Юн Си Ньянг  спросила ее еще раз.

"Привычка." Была человек, который действовал в одиночку, и она оказалась именно такой человек. Пока, кроме Чу Чангэ, не было никого, с кем она хотела бы наступать и отступать. Конечно, при нормальных обстоятельствах она отступит первой.

"Лян Ван  не так прост, как вы думаете»,

- напомнил Юн Си Ньянг .

"Я знаю."

«В числах есть сила, и еще один человек может иметь значение».

Муронг Юньшу, однако, так не думала и равнодушно сказала:

«Единственное преимущество иметь больше людей - это все равно что иметь еще один рот, который нужно кормить».

Если бы это предложение было произнесено кем-то другим, высокомерная секта Модзяо давно бы рассердилась, но, поскольку Муронг Юньшу была тем, кто их произнес, никто не осмелился выразить свое недовольство.

Восточный страж  сказал:

«Поскольку мадам настаивает на этом, я позволю им подождать в гостинице, ожидая дальнейших указаний. Но мы вчетвером поклялись перед Лидером, что всякий раз, когда и где бы мы ни встречались с Мадам, мы будут сражаться до смерти, чтобы защитить мадам. Итак, мадам, пожалуйста, облегчите нам задачу, позволив нам следовать за мадам ".

«Тск, цск, цск ...»

Юн Си Ньянг легкомысленно улыбнулась:

«Достойные Стражи Модзяо на самом деле дойдут до того, что попрошайничают, чтобы работать на женщину».

"Если Лидеру понравился Юн Си Ньянг, мы также будем просить поработать для вас ». Эти слова были сказаны Южным Стражем с очень холодным выражением лица. Было видно, что он был очень расстроен из-за Юн Си Нианг легкомысленный тон.

Юн Си Ньянг с улыбкой сказала:

«Жалко, что у меня нет состояния, что я не могу пользоваться благосклонностью лидера Чу».

Муронг Юньшу слегка нахмурилась при словах, которые она услышала от Юн Си Нян . Хотя она могла сказать, что Юн Си Ньян Слова были просто шуткой, она не знала, иллюзия это или нет, но она всегда чувствовала, что Юн Си Ньянг слова были в них шипом.

Не только Муронг Юньшу, но и все присутствующие могли слышать недоброе значение Юн Си Нян слова, и в одно мгновение те, у кого были мечи, вытащили свои мечи, а те, кто держал свои копья, вытащили свои копья, поскольку атмосфера стала напряженной. Бородатый мужчина хлопнул по столу и сказал:

«Юн Си Ньянг , пожалуйста, обратите внимание на свои формулировки! »

Бородатый мужчина использовал слово« пожалуйста », очевидно потому, что у него были некоторые сомнения по поводу Юн Си Нян, поэтому он не решился действовать слишком опрометчиво.

Юн Си Ньянг снова улыбнулась, когда она сказала:

«Я, Юн Си Ньянг , я грубый человек. Я девушка не из хорошей семьи. Откуда мне знать, как использовать правильные формулировки ...

"Прежде чем она смогла закончить говорить, холодное копье было направлено ей в лицо. Юн Си Ньян проворно повернулся, избегая копья. Улыбка на ее лице тут же исчезла, когда она сердито закричала:

«Гу Бэйчуань, что ты имеешь в виду ?!»

Северный Страж изменил свои обычные медлительные и очаровательные манеры на холодное поведение, предупредив:

«Если вы проявите неуважение к мадам, вы заслуживаете смерти».

Когда Юн Си Нян  Услышав это предупреждение, она сбросила напряжение со своей улыбки и сказала:

«Ваш Учитель даже не сердится. Так почему же вы рассердились вместо этого?»

На этот раз Муронг Юньшу поняла Юн Си Нян намерение - она проверяла ее. Таким образом, Муронг Юньшу жестом приказал Северному Стражу убрать холодное на вид копье, а затем поговорил с Юн Си Нян ,

«Если леди Босс есть что сказать, просто скажи это вслух».

«Вы действительно умны. Очень хорошо. Мне нравятся умные люди»

. Юн Си Ньянг покачивала бедрами и пошла за стойку. Ее тонкие пальцы несколько раз щелкнули по счетам, затем она резко подняла глаза и заявила:

«За пять тысяч таэлей , я сделаю тебе большой подарок ".

"Какой большой подарок?"

"Способ проникнуть в  Резиденцию "

Юн Си Ньянг выглядела самодовольной. В этом мире не было никого, кто знал бы о секретном проходе, кроме нее. Изначально она не хотела вмешиваться в дела других людей, но темперамент Муронг Юньшу ей действительно нравился. Она думала, что кто-то захочет подружиться с таким добродушным и образованным человеком, который также был богат и могущественен, и все же она не могла быть ни высокомерной, ни униженной. Однако даже кровным братьям приходилось четко сводить счеты , а серебро, которое нужно было собрать, еще нужно было собрать ...

Муронг Юньшу думала, что это будет такой большой подарок, но это было как раз путь в Лян Ван . Несмотря на разочарование, она не показала этого на лице. Вместо этого она улыбнулась и сказала:

«Жалко, что, хотя у меня много денег, я не хочу тратить на это пять тысяч таэлей серебра».

"Думаешь, это слишком дорого?"

Юн Си Ньянг нахмурилась. Она продавала информацию и никогда не торговалась из-за цены.

Муронг Юньшу не сказала, что это дорого или недорого. Она просто сказала:

«Купить новость за пять тысяч таэлей серебра не дорого, но покупать бесполезную для меня информацию не в моем стиле».

"Если вы не купите мою информацию, как вы планируете войти в Лян Ван?

Бай галстук (визитная карточка), также известная как Мин Чи (визитная карточка). Первоначально он был написан на куске бамбука до того, как была сделана бумага.

"Передай мне бай галстук  и пройдите через парадную дверь ». Муронг Юньшу сказала это небрежно, как будто входя в Лян Ван   .Жить было так же просто, как пройтись по собственному огороду.

Лян Ван -Король / принц ,Резеденция.

"Пройти через парадную дверь?"

Юн Си Ньянг закричала в недоумении. Эта девушка либо приняла слишком много лекарств, либо еще не принимала лекарства. Король Лян-младший знал, что она пришла сюда, чтобы кого-то спасти, так как же он мог просто впустить ее?

«Если бы король Лян был более добродетельным, он бы даже устроил банкет, чтобы принять меня».

Глаза Муронг Юньшу были необычно холодными, когда она это сказала. Поскольку король Лян-младший пытался всеми возможными способами заставить ее прийти, естественно, она не отказывалась от нее.

Юн Си Ньянг  была в ужасе от силы Муронг Юньшу, что она не могла говорить долгое время. Она обнаружила, что эта, казалось бы, слабая женщина перед ней обладала женским духом, который не уступал мужчинам, храбрости и т. д .из-за чего ей стало стыдно за свою неполноценность .

Юн Си Ньянг -форма обращения для пожилой замужней женщины

*

Восьмиконечный седан

На следующий день Муронг Юньшу действительно подарил королю Ляну бай-галстук. Как она и ожидала, он действительно устроил банкет, чтобы принять ее, и он пригласил ее в свою резиденцию на восьмиместном седане.

"Если бы я знал, что мисс Муронг приехала в Шучжун, этот Ван пошел бы к городским воротам, чтобы лично поприветствовать мисс ".

Сказал король Лян-старший  и усмехнулся.

«Его Высочество слишком вежлив».

Муронг Юньшу ответила скромной улыбкой. Краем глаза умышленно или непреднамеренно она взглянула на короля Ляна-младшего за королем Ляном-старшим.

«Когда я проходил здесь, я услышал, что украшенный драгоценностями нефритовый дворец  Лян Ванга  резиденции была даже величественнее Императорского дворца. В результате мне стало настолько любопытно, что я взяла на себя смелость явиться и потревожить Его Высочество, поэтому я надеюсь, что Его Высочество простит меня ».

«Не стоит извиняться».

Король Лян-старший прищурился и рассмеялся с необычно лукавой улыбкой:

«Поскольку мисс Муронг хотела посетить этот королевский дворец, мисс может остаться здесь еще на несколько дней».

Поскольку у Муронг Юньшу было такое намерение, она просто толкала лодку по течению .

«Если Его Высочество настаивает, то это молодое поколение должно подчиняться».

Однажды она осталась в Резиденция, следующий шаг будет намного проще.

Свободная жена злобного мужа Глава 71: Я не стану страдать, зная, что вы страдаете

Как только Муронг Юньшу поселилась в  Резиденция Хуа Ели пришел встретить ее одну, как она и ожидала.

Столкнувшись с Хуа Ели, Муронг Юньшу не должена была обращаться с ним вежливо, но без искренности  Таким образом, она сразу перешла к делу:

«Знает ли Его Высочество, почему я здесь?

Хуа Ели ответила:

«Я знаю».

Муронг Юньшу добавила:

«Если я не найду его, я не уйду. Его Высочество знает об этом?»

"Я знаю."

Это был именно тот результат, которого он хотел.

«Поскольку Его Высочество знает об этом, нам больше не нужно тратить время друг на друга. Давайте установим условия».

Когда Муронг Юньшу сказал это, она не смотрела прямо в лицо Хуа Ели, а вместо этого склонила голову набок. Это произошло потому, что она действительно не хотела, чтобы ее глаза встречались с глазами такого презренного человека.

Хуа Ели подумал, что Муронг Юньшу чрезмерно повернула голову, потому что боялась шрамов на его лице. Его лицо сразу же потемнело, когда он холодно спросил:

«Как вы думаете, я привел вас сюда, чтобы вести переговоры с вами?» Его тон был немного раздраженным.

Муронг Юньшу нахмурилась и спросила: «Сколько лет вашему высочеству в этом году?»

Хуа Ели не понял, почему она резко задала этот вопрос. Он был ошеломлен, но все же ответил: «Двадцать пять».

Муронг Юншу прокомментировала:

«Должно быть, человеку с таким вспыльчивым характером было нелегко дожить до двадцати пяти лет».

Цвет лица Хуа Ели немного изменился, и он фактически покинул ее, не сказав ни слова.

Муронг Юньшу не ожидала, что король Лян-младший разозлится из-за ее слов. Она была очень удивлена. Человек, который хотел быть Императором, должен быть проницательным и не проявлять свои чувства в своей речи  ясно выражаются в словах и манере. Как он мог быть таким неудобным?

Муронг Юньшу была озадачена. В конце концов она приподняла брови, подняла чайник и налила себе чаю, спрашивая:

«Вы четверо что-нибудь нашли?»

Лю-эр чувствовала себя странно. Вокруг никого не было, кроме них обоих. Так с кем разговаривала мисс?

В тот момент, когда Лю-эр удивлялась, она услышала в ушах свист ветра, когда из ниоткуда возникли четыре черные тени и выстроились прямо перед ней.

Лю-эр протерла глаза, затем снова протерла глаза, когда наконец сказала: «С вашими навыками вы определенно можете заработать состояние, если вы, ребята, зарабатываете на жизнь исполнителями в цзянху.

Углы рта четырех людей дружно дрожали. Зарабатывают на жизнь исполнителями в цзянху ... это был комплимент?

Она неторопливо повернула одеяло и спросила:

«Ребята, вы нашли что-нибудь необычное?»

«В некотором смысле да и нет».

- ответил Восточный  страж.

"Что ты имеешь в виду?"

Восточный :

«Нет, потому что, помимо большей роскоши, Резеденция ничем не отличается от обычных домов ».

Муронг Юньшу мягко кивнула и тихо слушала, как Восточный Страж продолжал говорить.

«Это также потому, что слуги в резиденции никогда не слышали об аресте Лидера и даже не знали, что Лидер был в резиденции».

Муронг Юньшу нахмурилась:

«Для такой большой вещи, даже если человек не видел его собственными глазами, он, должно быть, слышал о нем.

«Да. Вот почему я чувствую себя странно».

Восточный страж  добавил:

«Независимо от того, как мы угрожаем и заманиваем, у нас есть только один ответ - я не знаю».

Лю-эр высказала свое мнение:

«Может ли быть, что король Лян-младший запретил им раскрывать это?»

"Нет." Муронг Юньшу медленно покачала головой, отметив:

«Если бы король Лян-младший хотел скрыть этот вопрос, он бы не распространился в цзянху .

«Но не будет ли он бояться, что Модзяо отомстит ему?» Лю-эр была озадачена.

«Как могут Модзяо осмелиться действовать безрассудно, когда их Учитель находится в чужих руках?»

Сказав эти слова, Муронг Юньшу повернулась к Восточному Стражу.

Восточный страж  серьезно кивнул:

«Мадам права. Поскольку Лидер все еще находится в руках короля Ляна-младшего, мы не смеем трогать его. Вот почему мы собрались в Доме сплетен, ожидая приказа мадам».

Муронг Юньшу горько засмеялся:

«Никто из вас не смеет действовать опрометчиво, не говоря уже обо мне».

Восточный страж молча опустил голову. Как могло это ускользнуть из его головы, что мадам больше заботится о благополучии Вождя, чем они ...

Следующим поинтересовался Южный Страж:

«Поскольку мадам тоже не уверена, то почему мадам жила в Резиденция так открыто? "

Муронг Юньшу вздохнула:

«Сначала я думал, что король Лян-младший будет вести переговоры со мной». Она также была готова согласиться на любые условия, которые он поставит, но она никогда не ожидала, что король Лян-младший не воспользуется захватом Чу Чанге, чтобы заставить ее подчиниться.

Все четверо тоже вздохнули. Лидер, как известно, обладал необычными способностями, так как же он мог быть легко схвачен королем Ляном-младшим? Это было действительно подозрительно.

*

В то время как Чу Чанге, который был заключен в тюрьму в пещере, никогда не видел никого, кроме немого слуги, который каждый день приносил свою еду вовремя.

Хотя жизнь без возможности видеть дневной свет была удручающей, Чу Чанге восстановил здравый смысл после своего первоначального гнева. Он наконец успокоился и сейчас был в хорошем настроении. Это произошло потому, что он знал, что для определенного человека, хотя этот человек мог видеть дневной свет, этот человек жил жизнью, которая была намного хуже, чем быть мертвым. Когда Чу Чанге подумал о собственном шедевре, на его губах появилась ухмылка.

Просто зная, что Хуа Ели страдает больше, чем он сам, он не будет страдать так сильно в одиночку.

……

……

В тот день Чу Чангэ пришел в Резиденцию, изначально желая разобраться с королем Ляном-младшим, Хуа Ели, его душе угодно. Однако Хуа Ели неожиданно оказался в кабинете и пил один. Когда Хуа Ели увидел его появление, на его лице появился след отчаяния, когда он произнес:

«Я знал, что ты придешь.

«Почему ты не сбежал, когда уже знал, что я иду убить тебя?»

Чу Чанге стоял у двери и тихо спросил. Он был здесь, чтобы убивать, и ему не нужно было говорить глупости с Хуа Ели. Но он любил разговаривать с умными людьми. Пока у них была умная голова, он позволял им жить на несколько секунд дольше, даже если бы они были теми, кого он хотел убить лично.

Хуа Ели наклонил голову и выпил бокал вина, затем холодно возразил:

«Если ты хочешь убить меня, куда еще мне сбежать?»

«Поскольку вы знаете, что не можете сбежать, это означает, что вы не глупы. Поскольку вы не глупы, у вас вообще не должно быть никаких идей о Муронг Юньшу».

Хуа Ели ответил: «Такая женщина, как она, как только вы встретите ее, она подскажет другим, кто хочет забрать ее».

Когда Чу Чангэ услышал то, что он сказал, выражение его лица изменилось. Затем он сказал:

«Я увидел, что вы мудрый человек. Сначала я хотел, чтобы вы умерли легко, но я не ожидал, что вы все равно не покаетесь и не исправитесь».

Хуа Ели небрежно спросила: «Ты знаешь, какое вино я пил?»

Чу Чанге собирался сказать:

«Я не знаю»,

когда Хуа Ели внезапно продолжил:

«Вино, которое я пил, было ядовито. Если такой принц, как я, умрет от рук такого дьявола, как ты, я не смогу противостоять мои предки в подземном мире. Вместо того, чтобы быть униженным, я лучше покончу с собой ».

Хотя Чу Чанге был главой секты Модзяо и имел печально известную репутацию, он никогда не убивал людей опрометчиво. Это произошло потому, что не многие люди в этом мире были достойны умереть от его рук. Однако этот Хуа Ели сказал, что для него было бесстыдным умереть в его руках, так как же он мог не сердиться?

У Чу Чанге был убийственный взгляд, когда он сказал:

«Если ты думаешь, что умирать в моих руках - это позор, то я сделаю вкус стыда еще хуже».

Когда он едва успел закончить говорить, чаша в руке Хуа Ели разбилась со звуком «динь». Чу Чанге уже вошел в комнату и в какой-то момент стоял перед Хуа Ели.

"Хороший цингун  чтобы человек мог бегать с огромной скоростью, высоко подпрыгивать и мягко опускаться на кончик пальца ноги."Хвалил Хуа Ели.

Чу Чангэ холодно улыбнулся и сказал:

«То, что заставит вас просить о своей жизни, - это не этот цингун».

.«Пока он говорил, его правая рука быстро похлопала по нескольким местам на теле Хуа Ели. Это были самые обычные похлопывания, которые ничем не отличались от обычных похлопываний, за исключением их невероятной скорости.

Но в мгновение ока Хуа Ели почувствовал, как его голени скрючились, казалось, будто они растянулись и сузились, в то время как его сердце колотилось, как будто он собирался умереть.

«Расщепление, расслоение сухожилий и вывих костей движением руки». Лицо Хуа Ели было настолько болезненно искажено, что шрам на его лице выглядел ужасающе.

Чу Чангэ улыбнулся. Его улыбка затмевала всех остальных и была изящно изысканной, что придавало другим людям добрый и приятный вид. Однако среди этих людей не было Хуа Ели.

«Нелегко распознать расщепленное сухожилие и вывихнуть кость движением руки, особенно соломенного мешка  ».

После паузы он добавил:

« Видя, что у Его Высочества все еще есть какое-то понимание, я позволю вам жить еще несколько лет ».

Прежде чем Хуа Ели успел понять значение слов Чу Чанге, несколько точек акупунктуры в его теле начали чувствовать колющую боль одна за другой. Боль длилась менее получаса, а затем боль внезапно исчезла, как будто пронизывающая боль была всего лишь иллюзией.

"Теперь не больно, не так ли?" Голос Чу Чанге был низким, мягким и грациозным, но со злым видом, от которого все тело могло замерзнуть. Он в хорошем настроении улыбнулся:

«Не волнуйтесь, через час чувство, с которым вы только что познакомились, будет появляться снова. Хотя каждый раз оно будет длиться всего одну минуту, уверяю вас, что эта минута заставит вас почувствовать как будто это была целая жизнь. Так что не волнуйтесь. Наслаждайтесь этим медленно.

Хотя было очевидно, что Чу Чангэ говорил ужасающие вещи, его « хорошие цветы,  заставляли их казаться необычайно жуткими.

Хуа Ели никогда не ожидал, что навыки Чу Чанге будут такими быстрыми. Чу Чангэ был так быстр, что Хуа Ели даже не успел нажать кнопку механизма. Кнопка находилась всего в двух-трех сантиметрах от его пальца, и ему нужно было лишь немного сдвинуть палец, чтобы активировать ее. Но Хуа Ели, страдавший от болей в мышцах и вывиха костей, не мог даже пошевелить пальцем. Он уже был в отчаянии, но, к удивлению, Чу Чангэ избавил его от боли. Хотя несколько минут комфорта были обменены на бесконечные пытки, оно того стоило.

Ухмылка появилась в уголке рта Хуа Ели, когда он хлопнул по кнопке механизма на столе рядом с его левой рукой. Внезапно раздался звук «шуа», за которым последовал «хлопок» - звук удара металла о землю. Все двери и окна были отрезаны железными стенами, так как кабинет сразу превратился в медную стену с железным бастионом .

Чу Чанге, не ожидавший такого изменения, был занят, толкая ладонями одну из железных стен. В результате его действия стол повалился на землю, чайники разбились, а картины на стене тоже рухнули. Однако железную стену со стороны двери по-прежнему нельзя было сдвинуть.

«Не тратьте впустую свою энергию. Эти стены сделаны из черной стали тысячелетней давности, и вы не сможете их сломать».

- холодно сказал Хуа Ели.

«Значит, вы специально спровоцировали меня сейчас, чтобы вывести меня через дверь».

Чу Чанге был настолько поглощен размышлениями о способах мучить Хуа Ели, что забыл принять некоторые меры предосторожности.

«Неплохо.

Чтобы иметь дело с таким мастером боевых искусств, как ты, я, естественно, должен использовать некоторые средства». Хуа Ели слишком хорошо понимал высокомерных людей по той причине, что он сам был таким человеком. Однако больше всего высокомерный человек терпеть не мог провокационных методов. По мере накопления опыта он постепенно научился сдерживать, скрывать и воздерживаться. С другой стороны, Чу Чангэ был честным молодым человеком, который высоко ценил себя.

Первоначально Чу Чангэ хотел сказать: «Но вы также оказались в ловушке внутри». Но если подумать, так как эта железная комната была подготовлена специально для него, у Хуа Ели должен быть выход ... Внезапно сиденье Хуа Ели взлетело, когда на крыше внезапно открылся большой световой люк, позволяющий ему и тут же снова закрылся.

Чу Чанге был действительно раздражен, когда он начал слышать внезапный звук «чи-чи», и из стены внезапно появилась струя дыма. Хотя он был уверен, что неуязвим для всех видов ядов, он не осмелился проявить беспечность после серии инцидентов. Он срочно перехватил дыхание. К сожалению, было уже поздно. Ядовитый дым уже проник через его кожу, и после этого он потерял сознание.

……

……

Когда он снова проснулся, он уже был заперт в этой странной пещере.

Чу Чангэ был озадачен. Откуда Хуа Юэли мог знать, что, хотя он был неуязвим для всех ядов, он не имел сопротивления Сюэю Миксян ? Кроме того, Сюэю Миксян был произведен в Сюэюй, а на Центральной равнине их было всего несколько ...

Сюэю Миксян [+]xue = снег, yu = регион, mi = смущение, xiang = ароматный

Свободная жена злобного мужа Глава 72.: Воссоединение

Муронг Юньшу прожила во дворце Лян три дня. За эти три дня Хуа Ели ни разу больше не приходил, но Ван Чао бегал сюда три дня. Он не сказал, когда пришел. Он просто посмотрел на нее и молча ушел. Как будто специальной целью его визитов было проверить, жива ли она. На четвертый день снова пришел Ван Чао.

Когда Ван Чао вошел во двор для гостей, он обнаружил, что внутри никого нет, но на каменном столе стоит чайный сервиз. В то время как он был озадачен, он внезапно услышал сомнительный голос, доносящийся из-за его спины, спрашивающий его спокойно, но с немного жутким тоном:

«Хочешь чаю?»

Он тут же в испуге отпрыгнул на несколько метров. Затем он повернулся и закричал:

«Если вы напугаете людей до смерти, вы должны расплатиться своей жизнью!»

Муронг Юньшу не мог разобрать ни слова:

"Ты только что сделал что-то постыдное?"

"Нет!"

«В таком случае, вы здесь, чтобы сделать что-то постыдное?»

Уголки рта Ван Чао слегка задрожали, когда он сказал с мрачным выражением лица:

«Я только что пришел к тебе, так как это можно считать чем-то постыдным!»

«Ты не сделал ничего постыдного и не хотел делать ничего постыдного. Тогда чего ты боишься?»

Муронг Юньшу подняла брови и неторопливо продолжила:

« Если вы не сделаете ничего постыдного в течение дня, вы не будете бояться призраков, стучащихся в дверь ночью.

«Я ...»

Ван Чао не мог подобрать слов. Изначально он хотел сказать:

«Я не боюсь призраков, я боюсь тебя, потому что ты страшнее призраков», но когда он подумал о ее закулисной покровительнице и полу-закулисной - Автор сцен, он проглотил эти слова. Чу Чангге и Его Высочество, которых он не мог позволить себе оскорбить!

Муронг Юньшу равнодушно взглянула на него. Затем она подошла к каменному столу, села и неторопливо выпила чай.

Ван Чао не понял. Он наблюдал за ней столько дней и обнаружил, что она ничего не делала, кроме как пила чай и ела. Она была очень неторопливой и беззаботной, просто сидела и ела, пока не умерла. Однако все эти действия, должно быть, были ее фасадом. Должно быть, она о чем-то думала в уме, но о чем она думала?

Чувствуя замешательство, Ван Чао почесал в затылке и сказал:

«Когда я вижу тебя, я возненавижу своих родителей».

Муронг Юньшу подняла брови:

«Значит, ты приходишь сюда каждый день, чтобы ненавидеть своих родителей?»

«...» Он был похож на придурка? Все лицо Ван Чао было покрыто черными морщинами, когда он ответил:

«Я пришел сюда, чтобы увидеть, когда ты умрешь».

Муронг Юньшу мягко улыбнулся и отреагировала:

«Ты действительно умеешь шутить. Поскольку ты все еще жив, как я могу умереть?»

"Ты так уверена, что я умру раньше тебя?"

«Я не уверена. Так что, чтобы быть уверенной, что ты умрешь раньше меня, ты можешь умереть прямо сейчас».

Муронг Юньшу приятно улыбнулся.

Уголки рта Ван Чао дико дернулись. Когда кто-то сказал ему умереть, он должен был рассердиться, но ее мутный тон и улыбающееся выражение на самом деле заставили его потерять гнев. «

Ты знаешь, почему я ненавижу своих родителей, когда вижу тебя?» - спросил Ван Чао.

«Конечно, я не знаю. Мы совсем не знаем друг друга».

Вы умрете, если не добавите последнее предложение? Ван Чао тайно закатил глаза и объяснил:

«Потому что я обнаружил себя таким глупым, когда увидел тебя, поэтому я ненавижу их за то, что они не сделали меня умнее».

Муронг Юньшу почувствовала, что логика этого человека действительно странная. Даже она толком не могла понять. Она долго колебалась, прежде чем сказать:

«Может, ты ошибочно винил своего отца».

"Откуда вы знаете?"

Муронг Юншу сказала ему:

«Твой отец не должен знать о человеке, который надел на него шляпу, он был даже глупее его. Если бы он знал, он не позволил бы тебе родиться, и было бы одним слабоумным. в мире. Даже у династии Дайе средний уровень интеллекта не был бы таким низким ».

Ван Чао ошеломленно уставился на нее. Что она имела в виду, говоря, что он был обузой для стольких людей? Нет-нет, что с этим надеванием шляпы? Внезапно Ван Чао, в конце концов, понял, что произошло, после чего он стал свирепым, как гром

"Как ты посмела обвинить моего отца в том, что он рогоносец!"

«Шесть секунд». Муронг Юньшу полностью игнорировала экспрессивность Ван Чао. Она была как старый бог как она сказала: «Хотя реакция немного медленная, в конце концов, вы все равно это поймете».

Как старый бог [+]Пословица Южной Фуцзянь: спокойствие / невозмутимость

Так? И что? Больше нечего сказать? Все еще хотите сказать, что его понимания было недостаточно, чтобы понять, о чем она говорила? Внезапно Ван Чао столкнулся с дилеммой, должен ли он быть в ярости или смеяться в этой неловкой ситуации, и выражение его лица застыло. Спустя долгое время, когда его лицевые мышцы наконец пришли в сознание, Ван Чао обнаружил, что его тело начало терять сознание.

«Ты ...» Прежде чем слово «ты» могло быть произнесено полностью, он упал на землю.

Муронг Юньшу сделала глоток чая из чашки, медленно проглотила его, а затем сказала: «Выкопайте яму и закопайте его».

"Ах!" Лю-эр в шоке вскочила и напомнила:

«Мисс, относитесь к человеческой жизни так, как будто она не стоит соломинки  убивать это противозаконно! "

"Кто обращается с человеческой жизнью так, будто она не стоит соломинки? »

Муронг Юньшу поставил чашку с чаем на каменный стол и сказал:

« Он еще не умер ».

«... он не мертв ... в таком случае, не нужно его хоронить, верно?»

Лю-эр выдавила смех.

«Просто похороните его заживо».

"Ах!" Лю-эр снова закричала:

«После всего сказанного ты все еще хочешь относиться к человеческой жизни так, как будто она не стоит соломинки! "

Уголок рта Муронг Юньшу слегка задрожал:

«Ты хоронишь его или нет?»

"Я…"

«Я помню, как кто-то искренне пообещал, что поможет мне выкопать яму, чтобы закопать тело».

«Я ...» - испугалась Лю-эр. Она ... она просто сказала это небрежно. Похоронить заживо… Похоронить заживо… внезапно дух Лю-эр стал возбужденным, когда она с радостью заявила:

«Я говорила о рытье ям, чтобы закопать трупы, а не о рытье ям, чтобы заживо хоронить людей!»

«Раз уж ты так сказала ...» - тон Муронг Юньшу был очень небрежным, но в ушах Лю-эра они звучали необычно жутковато, почти как прелюдия к убийству в темноте ночи », затем сначала преврати его в труп прежде чем похоронить его ".

Конечно ... конечно. Лю-эр выглядела испуганной, когда она начала умолять: «Мисс, вы, вы просто не шутите со мной ...»

«Просто забудьте об этом. Вы можете сажать траву во дворе».

Ура? От закопания человека заживо до посадки травы ... Мышление мисс прыгнуло слишком быстро, верно? Хотя Лю-эр была озадачена поступком своей мисс, она также не осмеливалась просить большего. Из страха, что ее Учитель откажется от своего слова, она быстро сказала: «Хорошо, я собираюсь посадить траву». Когда она обернулась, Лю-эр была ошеломлена. Где был Ван Чао? Разве он не упал здесь только что? Лю-эр оглянулась на своего Учителя и увидела, что она все еще была спокойна, пока пила чай и думала о вещах. "Ми, мисс?"

"Это Мисси". Муронг Юньшу поправила.

Лу-эр вспотела и продолжала спрашивать: «Куда подевался Ван Чао?»

"Вы закончили сажать траву?" - спросила Муронг Юньшу вместо ответа.

Лу-эр тактично закрыла рот и глубоко вздохнула. С тех пор, как мисс познакомилась с Гаем , она действительно стала еще прекраснее!

Ее мисс только что сделала глоток чая, и Ван Чао упал.

Сделав еще один глоток чая, Ван Чао исчез.

Было ... это было то, что цзянху люди часто говорят: убивая людей незримо, а затем уничтожая тела, чтобы доказательства правонарушений исчезли? Лу-эр сразу же вздрогнула и поплыла.

*

После исчезновения Ван Чао Чжан Юй тоже начал «заглядывать».

Муронг Юньшу по-прежнему не выходила за главные ворота и не выходила через внутренние ворота, и она ничего не делала, кроме как продолжала пить чай и есть. Когда Чжан Юй пришла, она пила чай. После ухода Чжан Юй она продолжала пить чай.

На пятый день своего визита Чжан Юй окончательно потерял хладнокровие.

"Что ты сделала с Ван Чао?"

Вы наконец знаете, как открыть рот, чтобы говорить? Уголок рта Муронг Юньшу дернулся. Она поставила чашку с чаем, затем подняла глаза, чтобы посмотреть на него, и спросила:

«Ты хочешь его увидеть?»

«Я просто хочу знать, где он».

Чжан Юй угрюмо ответил.

"Внутри Дома сплетен на окраине города, в Юн Си Ньянг «гостиница», - ответила Муронг Юньшу.

Лицо Чжан Юй резко изменилось, когда он услышал это:

«Ты отдала его Юн Си Няну ?! "

Лю-эр моргнула. Был Юн Си Ньянг так ужасна? Ужаснее, чем ее мисс? Почему этот ледяной камень так испугался?

Муронг Юньшу улыбнулась, не сказав ни слова, что можно было расценивать как ее молчаливое одобрение.

Лицо Чжан Юй стало еще более уродливым. Пока он все еще стоял на месте, он долгое время смотрел на Муронг Юньшу, прежде чем угрюмо обернулся.

"Ты собираешься искать Ван Чао?" - неторопливо спросила Муронг Юньшу.

Чжан Юй остановился, но ничего не сказал.

Муронг Юньшу продолжила:

«Хотя Дом Сплетен не большой, есть много укромных уголков и закоулков, чтобы спрятать людей. Если вы будете искать его, вы можете не найти его. Почему бы мне не оказать вам услугу, позволив кто-то вас туда приведет? "

Когда он услышал то, что она сказала, две густые черные брови Чжан Юй поднялись вверх. Хотя он не был умен, но он также знал, что пирог не просто упадет с неба. "Нет потребности." Он решительно отказался.

«Но я должна сделать тебе одолжение».

Голос Муронг Юньшу был ровным, как вода. Если внимательно прислушаться, возможно, в них все еще будут слышны улыбки, как если бы она пошутила.

Однако Чжан Юй знала что она определенно не шутила. Она не только не шутила, но и была серьезной. "

Что ты хочешь?" - очень бдительно спросил он.

Муронг Юньшу слегка наклонила губы. Она ничего не сказала, просто молча пила чай.

Чжан Юй собирался повторить свой вопрос, когда внезапно почувствовал приступ дискомфорта. Это был невыразимый дискомфорт, потому что он вообще не знал, где именно его дискомфорт, но чувствовал, что его тело, казалось, отличалось от обычного ... он терял сознание! Чжан Юй резко отступил на два шага назад:

«Ты ... что ты сделала со мной ...» Слово «я» еще не было произнесено, и его тело перевернулось.

"Ах!" Несмотря на то, что это был не первый раз, когда она видела, как кто-то необъяснимо упал прямо перед ней, Лю-эр все равно кричала: «Он ... он ... Мисс, как вы это сделали?»

Муронг Юньшу не ответила, но равнодушно сказала:

«Иди, посади еще одну траву».

«Но ...» Лю-эр все еще хотела спросить, но она знала, что не получит на это ответа. Таким образом, она сдержала рот и вместо этого сказала: «Хорошо. Я пойду сажать траву».

Лю-эр сделала два шага вперед, когда внезапно вспомнила, что с «трупом» Чжан Юй не разобрались. Следовательно, когда она повернулась назад, она снова была ошарашена.

Чжан Ю ... исчез.

Затем она снова посмотрела на своего Учителя. Ее Учитель все еще неторопливо пил чай, как будто она ничего не видела.

Действительно зло!

Лю-эр была полна сомнений, но не решалась спросить. Таким образом, ее маленькое личико сморщилось, как клецка.

В то же время Муронг Юньшу медленно поставила чашку в руку. С намеком на холод в глазах она посмотрела на траву Ван Чао и была потрясена.

«Ваше Высочество, Чжан Юй тоже исчез».

С тяжелым лицом Сюй Ху вошел в кабинет Хуа Ели, чтобы сообщить эту новость.

В то время Хуа Ели в течение минуты испытывала боль от раскола мышц и вывиха костей. Он обильно вспотел и еще не вытер пот. Вытирая пот, он спросил:

«Его исчезновение произошло в гостевом дворе, где она живет?»

"Да." Сюй Ху не нужно было спрашивать, что это за «она», о которой он имел в виду, потому что не было никакой другой «она» в устах Его Высочества, кроме Муронг Юньшу.

"Ты собираешься ее увидеть?" - спросил Сюй Ху.

Это был именно тот вопрос, который не давал покоя Хуа Ели. Должен ли он пойти к ней?

Она схватила двух его доверенных лиц за один присест, и на виду у всех - он уже выставил тайную охрану вокруг двора для гостей. Никто не видел, как она их сбила. В мгновение ока они упали и в мгновение ока исчезли. Было бы ложью, если бы он сказал, что ему не любопытно.

Но он волновался, что не сможет сдержать сильную ревность своего сердца, столкнувшись с ее холодной иронией и палящей сатирой ...

Да, он ревновал. Он был очень ревнив.

"Ваше высочество?"

Сюй Ху позвал его, призывая принять решение.

Хуа Ели помедлил еще несколько секунд, прежде чем сказать:

«Я ухожу».

В то же время он также принял решение по другому делу в своем сердце.

*

Когда за дверью послышались медленные шаги, в уголке рта Муронг Юншу появилась усмешка. Наконец он пришел.

«Куда вы спрятали Ван Чао и Чжан Ю?»

Хуа Ели не хотел начинать разговор с этих слов, но он не мог найти, о чем еще поговорить.

Муронг Юньшу улыбнулся и спросила в ответ:

«Куда ты спрятал Чу Чангге?»

Все, что вышло из ее уст, было о Чу Чангге! Хуа Ели отчаянно сдерживал ревность в своем сердце и холодно ответил:

«Место, где ты не можешь найти». Как только слова сорвались с его уст, он пожалел об этом. Он столкнулся с десятками тысяч невзгод чтобы заманить ее сюда, а не для того, чтобы она говорила холодными словами и саркастическими комментариями .

«Где это можно увидеть». Муронг Юньшу также ответила на его вопрос. Это называлось правильным поведением, основанным на взаимности

Хуа Ели на мгновение застыла, затем отреагировала: «Где?»

"Там." Муронг Юньшу махнула глазами.

Хуа Ели проследила за ее взглядом и посмотрела в сторону. Но, насколько он мог видеть, не было ничего, кроме двух пятен травы.

В это время Муронг Юншу добавила:

«Я слышала, что если человек неприятен, когда он жив, то, когда он умрет, на его могиле вырастет пятно травы. Я размышляла над этим последние несколько дней. Если на могилах Ван Чао и Чжан Юя могут расти пятна травы, разве ваша могила, Ваше Высочество, не превратится в луг? "

Хуа Ели был ошеломлен, и его лицо стало ужасно уродливым.

"Вы их убили?"

"Вы вообще заботитесь об их жизни и смерти?"

«Зачем вы наложили на них руки, когда вы уже знали, что их жизни и смерть не смогут угрожать мне?»

Муронг Юньшу ответила:

«Так как я могу заставить их исчезнуть в мгновение ока, я также могу заставить исчезнуть любого из них. Среди этих людей, естественно, есть Лян Ван Фэй  "

Лян Ван Фэй [+]wang = король / принц, fei = супруг. "

Хуа Ели никогда не был женат, и рядом с ним не было даже наложницы. Таким образом, Лян Ван Фэй упомянул о супруге короля Ляна-старшего, которая была матерью Хуа Ели. У всех были слабости, а слабостью Хуа Ели был Лян Ван Фэй . Для этой новости Муронг Юньшу не только пришлось ломать голову, но и потратить очень много серебра. Она отказалась Юн Си Ньянгу в прошлый раз, поэтому, когда она снова попросила ее о помощи на этот раз, Юн Си Ньянг просила много денег. Однако это было понятно. Если бы это была сама Муронг Юньшу, она бы сделала то же самое и научила бы другую сторону сожалеть о своих прошлых поступках перед ней.

Как только он услышал, что Муронг Юньшу угрожает жизни его матери, на лице Хуа Ели сразу появился ужас: « Му Фэй издавна жила в отдаленных горах, чтобы поклоняться Будде. Откуда ты это знаешь ... "

« Му Фэй [+]mu = мать, fei = супруга

Муронг Юньшу слегка улыбнулась и сказала:

«Как вы думаете, за что я взяла Ван Чао и Чжан Ю?»

"Невозможно. Они никогда не предадут этого Вана ! »Хуа Ели было так стыдно, что это превратилось в гнев .

«Это нормально, что ты не поверишь, потому что даже они сами не верили, что предадут тебя».

Муронг Юньшу засмеялась: «Вы слышали о Юн Си Няне? и о технике поглощающий души? "

Выражение лица Хуа Ели стало еще на несколько темнее. Очевидно, он знал силу техники поглощения душ.

Муюн  продолжила:

«Существует поговорка , в  это звучит так: «Любой, кто входит в Си Ньянг дверь опустошит их сердце, легкие и душу ».

Смысл этого высказывания, как следует из названия, заключается в том, что как только вы попадете в Юн Си Ньянг техника,и она использует эту технику, независимо от того, насколько сильна ваша воля, вы ответите на все, что она вас попросит. Ваша душа будет очень правдивой ".

Выражение лица Хуа Ели потемнело от гнева. После долгого молчания он подавил свой гнев и спросил:

«Что ты сделала с Ван Фэем .

«Все еще жив».

Ее слова были просты и лаконичны.

"Ты…"

"Ты собираешься вернуть мне Чу Чангге?" - небрежно спросила Муронг Юньшу, пока она кружила чашку. Фактически, ее сердце было взволновано до смерти. Наконец, ей пора было его увидеть.

Хуа Ели, по-прежнему с холодным выражением лица, задумался на мгновение, прежде чем сказал ненавистным тоном:

«Я никогда не позволю Чу Чанге уйти. Просто откажитесь от своего намерения!»

Рука Муронг Юньшу дрожала, когда чашка упала на стол с глухим стуком, который совпал с биением ее сердца в этот момент.

"Насколько я знаю, хотя вы жестоки и безжалостны, вы очень почтительны по отношению к Ван Фею . Если она знает, что ее сыновний сын откажется от собственной безопасности, ее сердце будет разбито. Пожилые люди не могут выдержать такого сильного удара ".

"Вы не причините ему вреда".

Тон Хуа Ели показал, что он был полностью уверен в том, что сказал.

«Я могу бы также попробовать».

«Вы добры по натуре и никогда не причините вреда невинным людям, особенно пожилым».

Муронг Юньшу спросила:

«Что ты знаешь обо мне?»

Услышав ее вопрос, Хуа Ели пристально смотрел на нее в течение нескольких секунд, прежде чем он сказал многозначительно:

«Намного больше, чем вы думаете».

Муронг Юньшу была поражена. Когда она услышала тон Хуа Ели, ей показалось, что он очень хорошо с ней знаком ...

Хуа Ели добавил:

«Если вы хотите увидеть Чу Чанге, я позволю вам увидеться с ним; если вы хотите, чтобы я отпустил его, я отпущу его. Однако у меня есть одно условие».

Муронг Юньшу вздохнула с облегчением от этих слов. Хотя ей было противно его поведение, она все же была рада, что он наконец согласился договориться об условиях.

"Если бы вы оговорили условия намного раньше, Лян Ван  я могла бы сэкономить на чае ».

«Вы не слышали моих условий».

«Я соглашусь на любые условия, которые вы установите».

Сердце Хуа Ели заполнилось экстазом. Его мрачное небо впервые прояснилось, но вскоре вернулись темные тучи. На самом деле она была готова на все ради Чу Чанге. Может быть, она не заботилась ни о чем, кроме Чу Чангге? Невозможно. Как мог такой человек, как она, отдать себя ради кого-то другого? Невозможно. Ни в коем случае не возможно ...

«Мы с вами оба очень занятые люди, поэтому, пожалуйста, перестаньте тратить мое и ваше время».

Муронг Юньшу слегка посоветовал.

Хуа Ели долго смотрел на нее, а затем сказал:

«Выходи за меня замуж».

Муронг Юньшу была ошеломлена, когда услышала его слова.

Выходи за него замуж? Он принял неправильное лекарство и говорил чепуху, или у нее были галлюцинации?

«Вы очень удивлены? Кто бы не захотел жениться на такой женщине, как вы».

Тон Хуа Ели был жестким, когда он попытался использовать самый холодный из своих тонов, чтобы высвободить глубокие чувства, скрытые в его сердце.

Муронг Юньшу была ошеломлена еще на мгновение. Потом ее осенило, и она засмеялась:

«Кроме брака, разве ты не можешь придумать лучший способ укрепить свою власть?»

Он был из Императорской семьи. Точно так же, как Хуа Линтянь, и так же, как Император, который думал, что, женившись на ней, они смогут получить ее поддержку и обеспечить себе место на троне. Как смешно.

Хуа Ели подумал, что у нее будет много разных реакций, но с его стороны не было такой реакции. Она ... на самом деле неправильно поняла его смысл. Она не только неправильно поняла, но и возмутительно неправильно его поняла.

Но это было нормально.

Если бы он вдруг сказал ей, что любил ее столько лет, и все, что он делал, было, чтобы заполучить ее, она бы не поверила этому, верно?

Хуа Ели был безжалостен, когда сказал:

«Да, я не могу придумать других способов удержать тебя и позволить тебе помочь мне всем своим сердцем».

Муронг Юньшу на мгновение помолчала, прежде чем согласилась: «Хорошо, я обещаю тебе».

Лю-эр закричала: «

Как ты можешь выйти замуж за этого плохого парня ?!»

Хуа Ели случайно посмотрел на Муронг Юньшу. Он не ошибся, не так ли? Чтобы она действительно была такой простой ...

Муронг Юньшу проигнорировала Лю-эра и посмотрела на Хуа Ели с усмешкой: «Чувствуешь себя удивленным? Я уже говорила тебе ранее, что независимо от того, о чем ты спрашиваешь, я соглашусь».

Эти слова были подобны мечу, пронзившему сердце Хуа Ели болью. Она действительно была готова на все, чтобы спасти Чу Чанге ...

Муронг Юньшу добавила:

«У меня брачный контракт с Чу Чангге. Поэтому, прежде чем я выйду за тебя замуж, я должна сначала разорвать его с ним».

"Вы хотите сначала увидеть его, прежде перед тем как выйти за меня замуж?"

На лице Хуа Ели появилась озабоченность.

«Не волнуйся. Одно слово от меня, Муронг Юньшу, стоит девяти священных треножников и я никогда его не сломаю ».

Муронг Юншу добавила:

« Люди особняка Муронг больше всего дорожат репутацией. Если я нарушу свое обещание, данное вам, я не смогу встретиться с последующими поколениями моих предков, даже если я умру ».

Хуа Ели вообще не сомневался в словах Муронг Юньшу. Причина, по которой бизнес семьи Муронг  мог выжить, заключалась в репутации Особняка Муронг..

«Хорошо, я позволю тебе увидеть его»

. - сказала Хуа Ели.

Как только Муронг Юньшу получила свое обещание, она наконец отпустила свое висящее сердце.

*

Хуа Ели должен сделать то, что только что пообещал. На следующий день он отправил Муронг Юньшу в пещеру, где был заключен Чу Чангге. Однако по пути ей завязывали глаза, поэтому она не могла видеть пейзаж во время путешествия, не говоря уже о том, чтобы узнать дорогу.

Но это не имело значения. Важно то, что она наконец смогла его увидеть.

Когда Муронг Юньшу смотрела на взлохмаченного Чу на каменной платформе, она могла только чувствовать, как ее глаза нагреваются, когда слезы текли, как весна .

"Юньшу!" Чу Чангэ в экстазе назвал личное имя Муронг Юньшу и тут же вскочил, чтобы обнять ее. Неожиданно длина цепей на его руках и ногах оказалась ограниченной. При этих его движениях его руки и ноги были задушены цепями. Но эти маленькие боли исчезли бесследно в одно мгновение из-за потока радости, который он сейчас испытывал.

Чу Чангэ спокойно посмотрел на Муронг Юньшу, и его сухие губы шевельнулись, когда он прошептал:

«Подойди ко мне».

Муронг Юньшу кивнула, вытирая слезы с лица. Она споткнулась к каменной платформе, с нее капала вода по колено.

Чу Чанге шаг за шагом следил за ее приближением. Его сердце становилось все быстрее с каждым ее шагом. Когда она наконец оказалась в пределах досягаемости, Чу Чанге обнял ее яростно и крепко, желая растворить ее до мозга костей.

Муронг Юньшу также обняла его в ответ. Она уткнулась головой в его объятия, прижавшись лицом к его груди, закрыла глаза и прислушалась к его сердцебиению. Ее сердце плавало в течение долгого времени и наконец нашло берег, чтобы бросить якорь.

Волна тоски внутри них вырвалась наружу и вышла из-под контроля.

Только сейчас Муронг Юньшу осознала, что она так страстно желала этого объятия, что хотела остаться здесь на всю жизнь.

В этот момент Муронг Юньшу выбросила эмоциональную чистоту, любовь и нелюбовь, здравомыслие, гордость ... все это за пределы девятого неба и самого эфемерного облака . Все, о чем она могла думать, это сблизиться с этим мужчиной, который в какой-то момент полностью завладел ее сердцем, крепко обнять его и сделать их мгновение вечностью.

Чу Чанге был переполнен эмоциями. Видит Бог, все эти дни он больше всего боялся того, что никогда больше не увидит ее в своей жизни.

К счастью, Бог, который всегда любил шутить с ним, наконец принял его всерьез и послал ее в свои объятия.

Спустя неизвестное время Чу Чангэ внезапно мягко крикнул:

«Юньшу».

Муронг Юньшу никогда не слышала, чтобы Чу Чангэ называл ее по имени так нежно. Ее сердце сразу же пропустило пол-удара, а на лице появилась застенчивость. "Хм?"

"Выходи за меня замуж"

Муронг Юньшу не ожидала, что он предложит жениться при таких обстоятельствах. Она вздрогнула на несколько секунд, прежде чем выйти из его рук. Она посмотрела в его выжидающие глаза и серьезно ответила:

«Это нехорошо».

В мгновение ока тело Чу Чанге застыло, выражение его лица застыло, а горло застряло. Принял ли он желаемое за действительное все это время?

Чу Чангге хотел спросить «почему», но проглотил слова обратно в рот. Потому что он был Чу Чангэ, несравненным Чу Чангге. Чу Чангэ, наделенный уникальным и беспрецедентным статусом. Чу Чангэ, который только позволял плохому обращению с собой, но не позволял плохому обращению со стороны других. Быть отвергнутым было уже прискорбно. Если он спросит почему, разве это не сделает его еще более жалким?

Свободная жена злобного мужа Глава 73: Я недостаточно сильно тебя люблю

Муронг Юньшу подумала, что Чу Чангэ спросит ее, почему, но он вообще ничего не спросил, от чего она почувствовала облегчение и немного растерялась. Она почувствовала облегчение, потому что не знала, как объяснить ему все причины. Что касается ее чувства потери, потому что он на самом деле вообще не реагировал, как будто, независимо от того, ответила она на его вопрос или нет, для него это не имело значения ...

Муронг Юньшу опустила глаза. Она не могла сказать, насколько подавленно было ее сердце.

«На какие условия, данные королем Ляном-младшим, вы согласились?» - внезапно спросил Чу Чангге.

Муронг Юн была ошеломлена, когда она подняла глаза и спросила:

«Как вы узнали?»

«Не то чтобы я не знаю вашего персонажа. Когда вы сталкиваетесь с чем-то вроде этого, вы обязательно выберете самый прямой путь». -

сказал Чу Чангге с улыбкой. Уголки его рта горько приподнялись.

Муронг Юньшу долго пристально смотрела на него, прежде чем она ответила:

«Я согласилась выйти за него замуж».

В одно мгновение Чу Чанге только почувствовал внезапный удар грома в голове, и он разрушил то, что осталось от его рассудка.

«Ты собираешься выйти замуж за Хуа Ели ?!»

Он зарычал, и его лицо побагровело.

Это был первый раз, когда Муронг Юньшу видела, как Чу Чанге сердится на нее. Он был действительно зол, в то время как ее сердце было одновременно слабым и робким. На самом деле ей не нужно было говорить ему, потому что она вообще не собиралась выходить замуж за Хуа Ели. Причина, по которой она согласилась на условия Хуа Ели, была просто временной мерой. Но она все равно сказала Чу Чанге, потому что хотела увидеть, останется ли Чу Чанге, узнав, что она выйдет замуж за кого-то, таким же ... безразличным, как он был, когда она отказалась от его предложения руки и сердца.

К счастью, он был в ярости, полон гнева. Как только ее глаза коснулись выражения лица Чу Чанге, желающего разорвать цепи и задушить ее, Муронг Юньшу почувствовала себя невероятно счастливой. Ее лицо не могло не показать улыбку, очень самодовольную улыбку.

«Ты ...»

Когда Чу Чангэ увидел растущую улыбку на ее лице, он внезапно успокоился и спросил:

«Ты только что солгала мне?»

"Нет." Муронг Юньшу улыбнулась и покачала головой, сказав:

«Он дал мне условие, что я выйду за него замуж, и я согласилась».

Лицо Чу Чангэ снова потемнело, когда он усмехнулся:

«Потомки особняка Муронг никогда не нарушат своего обещания». Поскольку она пообещала, она не откажется от своих слов ... черт возьми!

На самом деле она отвергла его и согласилась на Хуа Ели ... внезапно разум Чу Чанге снова взбудоражился, и он внезапно понял:

«Ты просто отказала мне, потому что ты обещала выйти замуж на Хуа Ели?»

Когда он подумал, что у ее отказа есть своя причина, маленький огонь в его сердце вспыхнул снова.

Услышав его вопрос, Муронг Юньшу слегка опустила глаза, и немного печали поднялось на кончик ее изогнутых бровей. Она ответила: «Нет». Хуа Ели не мог быть препятствием между ними.

Какой большой горшок с холодной водой, и Чу Чанге стало холодно

Муронг Юньшу посмотрела на него уголком глаза, а затем спросила: «Разве ты не хочешь знать, почему?»

Чу Чанге горько улыбнулся:

«Какая еще причина могла быть у женщины для отклонения предложения мужчины о замужестве, кроме как она не любит его?»

Сердце Муронг Юньшу дрогнуло от того, что он сказал:

«Ты ... ты так думаешь?»

"Я ошибаюсь?"

Чу Чанге все еще горько улыбался, но его глаза вспыхнули цветом ожидания, ожидая, что она отвергнет это его предположение.

Муронг Юньшу посмотрела на него и пристально посмотрела в черные глаза, которые очаровали ее. Через некоторое время она опустила голову и ответила:

«Ты прав, я тебя не люблю». Я не люблю тебя достаточно глубоко, поэтому я не могу тебя обидеть.

Конечно ... не следует надеяться в сердце. Чу Чанге только чувствовал горечь и горечь в своем сердце, и его тело, казалось, мгновенно лишилось своей силы, когда он начал немного шататься на ногах.

После долгого молчания, глядя в землю, Чу Чанге наконец сказал: «Теперь ты можешь уходить».

В этот момент он все еще смотрел в землю, потому что боялся, что если он поднимет глаза и увидит ее перед собой, у него не хватит решимости сказать эти слова.

Глядя на взъерошенного Чу Чанге, сердце Муронг Юньшу сжалось. Он был таким гордым человеком.

«Ты ... береги себя», - сказала Муронг Юньшу.

Чу Чангэ ничего не сказал, потому что он больше не был в настроении говорить. Он только надеялся, что она уйдет раньше.

«Ты ...» Муронг Юньшу заколебалась. В конце концов, она закусила губу, прежде чем отвернулась, чтобы уйти. Перед тем, как покинуть пещеру, она не могла сдержать слова, слетевшие с ее губ:

«В этом мире не так много вещей, которые могут удовлетворить обе стороны».

Прежде чем Чу Чангэ смог понять значение этих слов, Муронг Юньшу уже завязали глаза и забрали  люди Хуа Ели.

В этом мире не так много вещей, которые могли удовлетворить обе стороны ... Что могло удовлетворить обе стороны?

Чу Чанге был полностью сбит с толку этим бессмысленным замечанием.

*

В то же время внутри Лян Ванга  Сюй Ху : обижался  на   то, что он не оправдал ожиданий, и нетерпеливо видел улучшения

«Ваше Величество, вы были так сбиты с толку! Муронг Юншу такой умный человек, но вы даже позволили ей пойти навестить Чу Чангге. Разве это не то же самое, что открыть ей дверь, чтобы спасти его? любая другая женщина, завязывающая ей глаза, была бы надежной, но она ... она Муронг Юншу, молодая леди из особняка Муронг, женщина, отвечающая за мировое богатство. Даже если ей завязывают глаза, а руки и ноги связаны, у нее еще есть тысяча способов запомнить путь! "

Хуа Ели сказал:

«Даже если она не помнит путь, я отпущу Чу Чанге».

«Ваше Величество, вы ... вы ...»

Сюй Ху был взволнован и зол. Но, в конце концов, он глубоко вздохнул и указал:

«Этот Чу Чангге - хозяин секты Модзяо. Нам уже повезло поймать его однажды! Когда мы его отпустим, это будет все равно, что отпустить его. подготовить почву для бедствий в будущем, и к тому времени мы уже не сможем жить! "

При этих словах сердце Хуа Ели на мгновение дрогнуло, но как только он подумал об обещании Муронг Юньшу, он снова успокоился.

«Она согласилась выйти за меня замуж».

"Ваше высочество!"

Сюй Хуэй был так взволнован, что его губы дрожали. Только спустя долгое время он глубоко вздохнул и серьезно сказал:

«Сердца - это не объекты. Их нельзя обменять. Если тебе действительно нравится Муронг Юньшу, тебе следует изо всех сил тронуть ее сердце».

Как мог сам Хуа Ели не знать об этом принципе? Однако ему уже стало ясно, что в настоящее время в сердце Муронг Юншу нет места ни для кого другого. Пока Чу Чангэ существовал в этом мире, в ее глазах больше никого не было.

Поскольку он не мог заполучить ее сердце, он должен сначала заполучить настоящего человека. Однажды он даст ей понять, что Чу Чанге не единственный мужчина в этом мире.

Помимо вздоха, Сюй Ху действительно не знал, что еще сказать. Одно слово «любовь» действительно причинило людям большой вред!

В это время вошел охранник и доложил:

«Ваше Высочество, мисс Муронг вернулась в резиденцию».

В одно мгновение глаза Хуа Ели загорелись, а его холодное жесткое лицо сильно смягчилось.

«Понятно. Уходи».

Как только охранник ушел, Хуа Ели сказал Сюй Ху:

«Тебе не о чем беспокоиться. У меня есть свой способ решить этот вопрос».

Сказав это, он поднял ноги и ушел.

Сюй Ху посмотрел на очевидное нетерпение в шагах Хуа Ели и снова вздохнул. Это правда, что Муронг Юньшу была замечательной женщиной, которую редко видели за столетие. С ее помощью им не нужно было беспокоиться о том, что  нельзя добиться  больших успехов! Однако, если она действительно не испытывала никаких чувств к Его Высочеству, он боялся, что ... возможно ...

Сюй Ху действительно не осмеливался представить себе последствия, когда он беспомощно покачал головой и вздохнул:

«С древних времен красота была источником неприятностей!»

«Какая девушка на этот раз обидела военного советника Сюй?»

Когда Сюй Ху взглянул вверх, он увидел, что это был Чи Ю, один из советников короля Ляна-младшего. Он сразу сделал серьезное выражение лица и ушел, щелкнув рукавом . Этот человек, Чи Ю, вынашивал злые намерения, и ему очень не хотелось иметь с ним дело! [.

От такого нежелания лицо Чи Ю тоже помрачнело. В его глазах появился след безжалостности. Он сказал:

"Вы всего лишь собака, которая знает, как вести войну только на бумаге.  Посмотрим, посмеешь ли ты забрать меня из резиденции короля Ляна! "

В то время как разум Сюй Ху думал о другом - Муронг Юньшу и Чу Чангэ, один был самым богатым человеком среди людей, а другой - повелителем цзянху . Было неразумно заводить врага с кем-либо из них. Его Высочество легко поддавался влиянию своих эмоций . Это действительно было ... не дело мудрого мастера!

Сюй Ху покачал головой на ходу, чувствуя себя бесконечно расстроенным. Нынешний император был слаб и некомпетентен. Родственники вдовствующей императрицы были диктаторами. Наследный принц был ограничен, а король Лян-младший был нерешителен ... когда он смотрел на эту ситуацию, кого из них можно было назвать мудрым правителем?

Страдает народ, если его не будет в стране!

*

Муронг Юньшу отвлекалась с тех пор, как вернулась назад. И только когда Хуа Ели подошл к ней, она пришла в себя и была поражена. "Почему ты здесь?" - прямо спросила она.

«Я пришел к тебе».

Хуа Ели сел слева от нее и спросил: «

Вы его видели?»

Муронг Юньшу мягко кивнула: «Мм».

Затем они оба замолчали.

Спустя долгое время Хуа Ели задал вопрос:

«Согласился ли он расторгнуть с тобой брачное соглашение?»

Он не хотел торопиться об этом, но не мог найти, что еще сказать, чтобы избавиться от неловкости, помимо этого вопроса. Чем ближе он подходил к ней, тем больше понимал, что между ними очень мало общих тем для разговора. Единственными темами их разговоров были неприятные ей. Хуа Ели горько рассмеялся в душе, задаваясь вопросом, как он попал в такую печальную ситуацию.

Муронг Юньшу не ответила прямо на вопрос Хуа Ели, но вместо этого попросила:

«Отпусти его. Я останусь и помогу тебе захватить страну».

Хуа Или был ошеломлен:

«Ты хочешь отказаться от своего обещания?»

Вместо ответа Муронг Юньшу спросила его:

«Как вы думаете, Император, Наследный принц и различные вассальные короли, которые смотрят на трон, как тигр, смотрящий на свою добычу  позволит мне выйти за тебя замуж? "

"Этот Ван Они не должны указывать на брак! »-

сурово заявил Хуа Ели.

Ван-король

Углы рта Муронг Юньшу были слегка изогнуты. "

А как насчет короля Ляна-старшего?"

«Как ты узнала…»

В середине предложения Хуа Ели больше не спрашивал, потому что он уже догадался. Дело о том, что его отец не поддержал его восстание, должно быть, раскрыли Ван Чао и Чжан Юй.

"Да, мой отец не поддерживает меня в браке с тобой. Но пока Му Фэй поддерживает это, Фу Ван  больше не будет противиться этому ".

"Похоже, что король Лян-старший очень привязан к Ван Фею  многозначительно сказала Муронг Юньшу.

У Хуа Ели внезапно возникла иллюзия, просто слушая ее тон, как будто она знала обо всем ... это было невозможно. Многие вещи были неизвестны даже Ван Чао и Чжан Ю .. она не могла знать.

«Ты выйдешь за меня замуж, и я отпущу Чу Чанге. Это было соглашение между нами».

Хуа Ели внезапно стало очень тревожно. Он слабо чувствовал, что что-то не так, но не мог сказать, что не так.

Муронг Юньшу слабо улыбнулась:

«Поскольку ты настаиваешь на том, чтобы нажить себе врагов, мне не нужно больше говорить. Пока Чу Чангэ обретет свободу, я надену свою свадебную одежду». Но не для тебя. Она добавила это в своем сердце.

Хуа Ели заключил сделку:

«Сначала выйди за меня замуж, а потом я его отпущу».

«Я думала, мы достигли соглашения».

«Мы действительно достигли соглашения. Но сначала мы должны пожениться».

В словах Сюй Ху были свои достоинства. Чу Чанге был опасным человеком, и они должны были пожениться, прежде чем отпускать его, чтобы все не изменилось.

Муронг Юньшу нахмурилась и подумала об этом, прежде чем сказать: «Хорошо, я думаю, ты тоже беспокоишься о долгой ночи, полной снов , так что поженимся через три дня. После свадьбы ты его немедленно отпустишь ".

"Хорошо."

В это время Хуа Ели наконец отпустил свое висящее сердце.

Муронг Юньшу, с другой стороны, опустила глаза и слабо улыбнулась. Она с нетерпением ждала их предстоящей свадьбы.

Свободная жена злобного мужа Глава 74.1: Похищение невесты

На следующий день новость о том, что король Лян-младший собирается жениться на Муронг Юньшу, распространилась по всей провинции Шу. Вскоре эта новость передалась за пределы провинции Шу и достигла ушей Императорского дворца и различных вассальных королей. Династия Дае была разделена на девять провинций, а Цзинчжоу был столицей империи. Остальные восемь вассалов были усажены восемью вассальными королями. Однако брак короля Ляна-младшего и Муронг Юньшу, несомненно, нарушил этот баланс. Император был взволнован, в то время как умы восьми королей были встревожены.

Зал Высшего

В Имперском городе, в Запретном дворце, в Зале Высшей Гармонии, Император пришел в ярость, когда он ударил по столу и громко закричал:

«Муронг Юньшу действительно имеет много смелости, чтобы даже осмелиться быть похожим на туман и пар в мире. один воздух : в сговоре с королем Ляном! Неудивительно, что она вообще отказалась от моего предложения ! "

«Ваше Величество, пожалуйста, успокойте свой гнев».

Министры закричали в унисон.

Император громко хмыкнул, когда ушел, взмахнув рукавом .

После отказа от заседания императорского двора Хуа Линтянь немедленно отправился в Имперский кабинет. " Фу Хуан , пожалуйста, успокойся. Насколько мне известно, Муронг Юньшу уже давно обручена с Чу Чангге, мастером секты Модзяо, и она никогда не выйдет замуж за другого человека. В этом вопросе есть что-то подозрительное ». Затем он попросил разрешения:« Запрос Фу Хуанга » чтобы позволить Эрхену  .поехать в провинцию Шу, чтобы узнать правду ».

" Фу Хуан [+]фу = отец, хуан = император

Эрхену [+]горит ребенок и подданный, [архаичный] местоимение первого лица, используемое сувереном мужского пола при разговоре с императрицей-матерью, королевой-матерью, вдовствующей императрицей,

"Это исключено!" Император категорически отказался:

«Король Лян, отец и сын, подобны волчонкам с дикими сердцами . Поехать в провинцию Шу - все равно, что ягненок в логове тигра . Это слишком опасно. Вы остаетесь во дворце и концентрируетесь на том, чтобы научиться управлять страной. Что касается провинции Шу, Чжэнь ; мы [используются королевской семьей] передаст это другим министрам для обработки ".

Чжэнь [+]Я, государь

"Но…"

Я уже решил . Вы можете уйти ».

"Да, Фу Хуан  "

Как только Хуа Линтянь ушел, Император вызвал тайного эмиссара и приказал:

«Передай мое слово. Скажи Не Цин, помощник министра доходов , немедленно отправляйся в провинцию Шу и прекрати брак между Муронг Юньшу и королем. Лян младший "

*

Тем временем вассальные короли со всех концов страны отправили своих послов к Лян Вану .Проживает в провинции Шу. На первый взгляд, они пришли поздравить их, но на самом деле они собирались выяснить реальную ситуацию. Если бы Муронг  действительно объединился с Хуа Ели , было бы неплохо, если бы они увидели ветер и установили штурвал .

Жалко, что в других провинциях сто восемь тысяч ли  шагов друг  от друга, и дороги были отдаленно далеки. Итак, прежде чем посланники смогли прибыть, в резеденцию дико била в гонги и барабаны .

сто восемь тысяч ли [+]триста [или триста шестьдесят

Китайская корона феникса и одежда королевы династии Мин - Китай Top Trip

Не было бы десяти миль красного приданого и не было бы паланкина с восемью носильщиками. Муронг Юньшу была помещена прямо во внутренний двор для гостей в Лян Ван . Она уже надела свою корону феникса и облачение звания. Она ждала только благоприятного времени, прежде чем выйти замуж и переехать в Главный двор.

От входной двери до задней двери, вверх и вниз по Лян Вану , были наклеены словом '囍, что придало месту очень веселый вид.

Лян Вану -корольМесто жительства

囍xi -двойное счастье'

В свадебном зале Муронг Юньшу закончила одеваться и в данный момент сидела перед туалетным столиком, ошеломленно глядя на себя в зеркало. Никто не знал, о чем она думала. Позади нее стояли две воспитанные служанки с синиан .

синиан -женщина, нанятая для обслуживания невесты в день ее свадьбы / матрона чести твердит о различных правилах и предписаниях рядом с ней.

"Скучаешь."

Лю-эр, которая только что вошла с загадочным выражением лица, громко крикнула, чтобы привлечь внимание Муронг Юньшу.

"Что тебе нужно?"

Муронг Юньшу посмотрела на нее через зеркало.

Лю-эр взглянула на двух служанок и синианга как она сказала:

"Можете ли вы сделать шаг в сторону на секунду?"

Как только Лу-эр закончила говорить, она направилась к углу у окна, и Муронг Юньшу последовала ее примеру, но остановился после шага.

"Скучаешь."

Лу-эр повернулась и спросила:

«Что случилось?»

«Я уже сделала  шаг к тебе».

Муронг Юньшу сказала с беспрецедентной откровенностью.

Лю-эр топнула ногой, услышав ее слова. Затем она в гневе загнала Муронг Юньшу в угол. Она взглянула на служанок и синиан  осторожно, прежде чем прошептать:

«Мисс, я думала об этом сегодня и наконец придумала хороший способ спасти вас от брака с этим мерзавцем, королем Ляном-младшим!»

"Ой?"

Муронг Юньшу подняла красивые брови и спросила:

«Что ты имеешь в виду?»

«Заставлять  вас выйти замуж за него ».

Лу-эр самодовольно ответила.

Муронг Юньшу сделал вид, что заинтересована, и кивнула:

«Кто же меня может спасти?»

«Давай найдем ... кого угодно», - ответила Лю-эр.

"Где найти этого человека?"

«Пойдем… пошли… Я еще не думала об этом».

Лу-эр горько ответила.

«Иначе ты позволишь мне подумать об этом еще раз?»

«На это нет времени».

«Но ...»

Лю-эр волновалась,

«Мисс, вы не можете выйти за этого мерзавца, короля Ляна-младшего. Если вы выйдите  замуж за него как насчет Гая? .

С того момента, как Лю-эр вошла в дверь, именно эта фраза тронула сердце Муронг Юньшу. Это также заставило изначально несчастную пару ясных глаз Муронг Юньшу пробудиться рябью.

«Мне не нужно больше о нем беспокоиться».

Она холодно сказала.

Лю-эр моргнула:

«А? Мисс, вы поссорились с Гаем  «Это было неправильно, они даже не знали, где он, так как же мисс могла ссориться с ним? Однако по тону голоса мисс было ясно, что она поссорилась с Гаем

Муронг Юньшу не признавала и не отрицала этого, но только сказала: «Иди и посади еще одну траву во дворе».

Лю-эр была ошеломлена. Она правильно расслышала? Как могла мисс до сих пор не забыть сказать ей сажать траву, когда огонь сжег их брови

После этого Муронг Юньшу сказала синангу :

«Вы все можете выйти. Когда придет благоприятное время, войдите и позовите меня. Я хочу немного отдохнуть».

"Да."

Синанги   вместе с горничными вышли гуськом.

Лю-эр также пробормотала с озадаченным выражением лица, когда уходила. В процессе она не забыла закрыть дверь для своего Учителя.

После того, как толпа ушла, Муронг Юньшу сняла корону феникса, которая давила на ее шею. Она вспомнила инцидент прошлой ночью, с тревогой на бровях, когда она подперла щеку одной рукой в оцепенении.

……

После тревожного ожидания в течение двух дней всемогущей секте Модзяо, наконец, удалось «одолжить» Цисин , который мог резать железо, как грязь, от маркиза Цзинбянь. Поэтому, когда глубокой ночью на улице никого не было, Муронг Юншу попросила четырех человек с юга, востока, севера и запада сопровождать ее, чтобы спасти Чу Чангге.

Цисин - Меч семи звезд

По дороге к Чу Чанге в тот день, хотя глаза Муронг Юньшу были с завязанными глазами, ее уши не были заблокированы. Она родилась с незабываемым слухом. В то время она намеренно записывала звук качения колес и направление движения экипажа, чтобы, когда она снова закрыла глаза, маршрут представлялся в ее сознании в особой форме.

Муронг Юньшу сидела в карете, закрыв глаза, и бормотала:

«Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь ... поверните налево ... раз, два…»

Сразу после того, как сосчитала до «два», Муронг Юньшу резко открыла глаза и сказала:

«Это неправильно».

Западный страж спросил: «Что не так?»

Муронг Юньшу сказала:

«После поворота налево карета должна выехать на гравийную дорогу. Колеса будут катиться по земле и издавать низкий, слабый скрипящий звук, но теперь звук такой же мягкий, как бегущая вода. Эта дорога должна быть ровная дорога, а не гравийная дорога ".

Западный страж был удивлен:

«Мадам права. Эта дорога действительно ровная».

«Может быть, мадам запомнила неверное направление, и нам стоит повернуть направо?» -

спросил Южный страж.

"Нет."

Муронг Юньшу немного подумала и сказала:

«Это может быть потому, что колеса этой повозки отличаются по размеру от колес, которые использовались в тот день».

Западный страж хлопнул себя по бедру и воскликнул:

«Это, должно быть, причина! В тот день, когда мадам села в карету, я последовал за ней сзади. Хотя я потерял карету после того, как она ехала по кругу, я отчетливо помнил колеса этой кареты. которые были намного больше обычных колес. В то время я задавался вопросом, почему этот король Лян-младший использовал такую странную повозку? Теперь я думаю, что он, должно быть, боялся, что мадам запомнит дорогу туда, поэтому он сознательно использовал каретку с большими колесами, которая не распространена на рынке ».

Остальные трое кивнули и сказали в унисон: «У меня тоже такое впечатление».

Когда они вспомнили тот день, все четверо были очень расстроены. Если бы не то, что они плохо обращались со своим цингун. Тело приучено быть «легким как перышко», чтобы человек мог бегать с огромной скоростью, высоко подпрыгивать и мягко опускаться на кончик пальца ноги., они не были бы сброшены каретой короля Ляна-младшего, и они бы давно смогли спасти Лидера. К счастью, мадам хватило дальновидности сосредоточиться на своем окружении.

Муронг Юньшу сказала:

«Поскольку колеса больше, чем нынешние, впереди должна идти гравийная дорога. Продолжайте движение и обратите внимание на развилку слева. Когда вы увидите гравийную дорогу, поверните».

"Хорошо."

Четверо мужчин медленно вели карету.

Вскоре после этого слева от них появилась гравийная дорожка.

Муронг Юньшу сказала:

«Хорошо. Мы должны были пройти восемнадцать оборотов колес, но мы использовали тридцать шесть витков. Кажется, что колеса кареты короля Ляна-младшего были вдвое больше, чем у нас. Затем я удвою количество витков. колесо поворачивается и не меняет направление поворота, чтобы мы смогли найти пещеру ».

"Мадам действительно мудра!"

Северный страж восхищенно хлопнул в ладоши.

"В самом деле, немного умнее тебя". -

равнодушно сказала Муронг Юньшу.

Две руки Северного Стража, которые только что сомкнулись, напряглись. Хотя это было правдой ... она не должна была быть такой прямой ...

Юг, Восток и Запад засмеялись, и пасмурная ночь стала намного оживленнее.

Когда Муронг Юньшу приказала остановиться, все трое больше не могли смеяться.

«Мадам, это ...»

нерешительно сказал Восточный Страж. Он сомневался, что у него галлюцинации.

Муронг Юньшу также застыла, когда вышла из экипажа и взглянула. Проехав большую часть дня, они фактически подошли к боковой стене резиденции.

Свободная жена злобного мужа Глава 74.2: Похищение невесты

Муронг Юньшу долго смотрела на высокую стену перед собой, затем внезапно кое-что вспомнила и мгновенно просияла, когда спросила:

«Вы все еще помните секретный проход Лян Ванга  Юн Си Ньянг .

Услышав ее вопрос, четверо из них внезапно поняли:

«Может ли быть, что вход в секретный проход находится здесь?»

«Кроме этого, другого объяснения нет».

Муронг Юньшу подняла глаза, чтобы посмотреть на небо, и проинструктировала:

«Восточный страж, немедленно отправляйся в Дом сплетен и найди Юн Си Ньянг . "

"Да.

Как только Восточный страж  обернулся, он услышал тонкий и очень чарующий голос, исходящий перед собой:

«Муронг мэйзи  если ты захочешь купить этот секрет сейчас, цена будет больше пяти тысяч ».

Когда голос едва умолк, он увидел Юн Си Нян подошла к ним, покачивая бедрами в чрезвычайно ярком платье.

Муронг мэйзи [+][диалект] младшая сестра,

Муронг Юньшу была вне себя от радости и улыбнулась, когда она предложила:

«Как насчет пятидесяти тысяч?»

Юн Си Ньянг  мгновение застыла, потом ее брови приподнялись от восторга, а глаза засмеялись

"Муронг мэйзи  А ты не шутишь, да? "

"Сто тысяч." -

сказала Муронг Юньшу.

Юн Си Ньянг  улыбка застыла: «Ты ...»

Муронг Юньшу добавила: «Двести тысяч».

Юн Си Ньянг  была так потрясена, что пришла в себя и закричала:

«Нет, нет, нет. Этот Чу Чангэ может быть красив, но он не стоит двухсот тысяч!»

Четыре человека - север, юг, восток и запад - все дали Юн Си Ньянгу  убийственный взгляд.

Выражение лица Муронг Юньшу было такое, будто облака были бледными и дул легкий ветерок , когда она с улыбкой сказала:

«Ты слишком много думаешь. Мне просто нравится тратить деньги, как грязь» "

Наслаждаясь ... растрачивая деньги как грязь ... четыре человека - Юг, Восток, Север и Запад - мгновенно окаменели. Неудивительно, что так много людей в мире ненавидят этих богатых людей ... только посмотрите на ее тон и слова. Они были действительно ... ужасными!

Юн Си Ньянг  была ошеломлена еще несколько секунд, затем она рассмеялась и воскликнула:

«Отлично, действительно отлично! Просто потому, что вы это сказали, я дам вам информацию , бесплатно».

Муронг Юньшу ответила:

«Не обязательно. Я лучше куплю это за деньги».

"Почему?" Вы не хотите, чтобы пироги падали с неба?

Муронг Юньшу ответила:

«Боюсь, что когда вы попросите меня о милости в будущем, вы не сможете дать мне двести тысяч таэлей серебра».

Юн Си Ньянг лицо сразу покрылось черными линиями:

«Как вы думаете, что я за человек,

«Люди, которые любят деньги так же, как свою жизнь.

"Честно ответила Муронг Юньшу.

Юн Си Ньянг была так потрясена, что чуть не упала подбородок. Как могла быть в этом мире такая странная женщина? Она не только говорила прямо, но ее слова все еще имели смысл ...

"Да, я люблю деньги не меньше своей жизни, поэтому я не буду давать вам эту информацию бесплатно. Я не только заберу ваши деньги, но вы также будете мне должны ».

Юн Си Ньянг улыбнулась . Она действительно умела грабить горящий дом .

Грабить горящий дом [+]Китайская идиома: воспользуйтесь неудачей

Муронг Юньшу легонько вздохнул и сказала:

«Давай покончим с этим. Можешь просто открыть секретный проход? Если что-нибудь случится в будущем, я, Муронг Юньшу, обязательно помогу».

"Ха-ха, это моя хорошая мейзи

"Юн Си Ньянг смеялась, как трясущаяся цветочная ветка  когда она с радостью открыла механизм секретного прохода. Толпа почувствовала движение земли, и в углу стены образовалась небольшая дыра. Пока человек не был толстым мужчиной и весил двести фунтов, через это можно было пройти.

Как трясущаяся цветочная ветка [+]используется для описания человека [обычно девушки], который не может удержаться от смеха

"Эта собачья нора - вход в секретный ход?" -

воскликнул Северный Страж в недоумении.

Муронг Юньшу взглянула на Северного Стража и заметила:

«Даже вы сами не можете найти такую секретную дыру, так как вы можете ожидать, что собака сможет ее найти…»

Уголки рта Стражей Севера дернулись. Не могла ли она сравнить его с собакой ...

Муронг Юньшу добавила:

«Просто охраняйте снаружи. Собакам не разрешается заходить внутрь». После того, как она закончила говорить, она собиралась пройти через дыру.

«Дай мне разведать впереди». - вмешался Восточный страж.

"Хорошо." Муронг Юньшу отступила, чтобы уступить ему место.

После того, как Восточный Страж вошел внутрь, Муронг Юньшу и остальные вошли внутрь одной цепочкой, оставив печально выглядящего Северного Стража, который постоянно переваривал фразу: «Просто охраняй снаружи, собакам входить не разрешается». Чем больше он думал об этом, тем больше чувствовал, что это похоже на «Гу Бэйчуань, и собакам не разрешается заходить внутрь» ...

Муронг Юньшу последовала за Восточным Стражем, пока они шли по секретной дороге. Пройдя около четверти часа, она внезапно остановилась, посмотрела на каменную стену справа и заявила:

«Здесь должен быть выход».

"Выход находится впереди, всего в нескольких шагах от него. Выход - в скале в саду позади отеля ", - сказала Юн Си Ньянг .

Правда?

Муронг Юньшу от радости приподняла брови. Если она правильно помнила, возле скалы было небольшое озеро, которое было связано с Юэмином  за резиденцией . Также была вода там, где был заключен Чу Чангге.

Юэмином [+]юэ = луна, мин = светОзеро

«Здесь должен быть выход». -

повторила Муронг Юньшу, глядя на голую каменную стену.

«Мадам, отступите. Дайте мне попробовать».

Сказал Восточный страж.

Муронг Юньшу отступила, как ей сказали. Восточный Страж подошел к каменной стене и ударил ее обеими ладонями. Раздался громкий грохот, и в каменной стене образовалась дыра.

"Это здесь!" Муронг Юньшу увидела ситуацию внутри пещеры через вход в отверстие. Она была так охвачена радостью, что ей не терпелось сперва попасть в пещеру, перейдя через заброшенные скалы.

Когда они увидели, что она вошла, они собирались последовать ее примеру, но затем они увидели, что она просто стоит на месте сразу после того, как прошла через отверстие. Ее спина выглядела жесткой, как будто она получила сильный стимул.

Юн Си Ньянг наклонилась и мягко крикнула:

«Муронг мэйзи ? Что происходит внутри? Почему вы не двигаетесь? "

Муронг Юньшу не сказала ни слова, как будто кто-то ударил ее по акупунктурной точке.

Юн Си Ньянг странно нахмурилась, когда она наклонилась, чтобы перейти. Как только она увидела внутреннюю ситуацию, она сразу поняла, почему Муронг Юньшу молчит. На каменной платформе площадью три или четыре квадратных метра четыре цепи были прикреплены болтами к толстому железному столбу с одного конца и приземлились на каменную платформу с другого, и все с очень очевидными признаками разрушения на конце.

Очевидно, Чу Чангэ сбежал давным-давно.

«Ха-ха-ха ...» Юн Си Ньянг наклонилаь от смеха:

«Чу Чангэ действительно не разочаровал меня. Если король Лян-младший захочет соревноваться с ним, ему придется вернуться в утробу своей матери и остаться там, по крайней мере, еще на 20 или 30 лет».

Восток, Юг и Запад тоже вздохнули с облегчением. Они сказали себе : «Как мог хозяин Mojiao секта, которые буйствовать в Jianghu, и всемогущий Лидер, окажитесь в каменной пещере в ожидании смерти!

Муронг Юньшу была единственной с невыразительным лицом, не знала грустить ей или радоваться.

Как он сбежал? Если он мог сбежать, почему он не сбежал раньше?

Нет, не в этом дело. Дело в том, что он сбежал, и это было хорошо.

Но если он сбежал, почему он не пришел к ней?

Знал ли он, что она так беспокоилась о нем, что не могла спать по ночам и есть, не попробовав еды?

……

……

«Мисс Муронг, благоприятное время пришло».

Синиан  крикнула из-за двери.

Муронг Юньшу пришла в себя и равнодушно сказала:

«Входи».

Пришло благоприятное время, и пора было поклоняться Небесам и Земле.

Несмотря на то, что свадьба была простым мероприятием из-за быстрого уведомления, для простых людей она все же оставалась грандиозным событием. Приехали все помещики, магнаты, высшие сановники и знатные лорды провинции Шу.

Синиан   помогла  Муронг Юньшу пройти в свадебный зал. Затем она растянула голос и громко закричала:

«Невеста здесь…»

На Хуа Ели был большой красный халат и большой красный цветок на груди. Хотя его лицо было невыразительным, любой с ясным взглядом мог видеть, что он очень счастлив.

Сюй Ху, с другой стороны, постоянно беспокоился. Он чувствовал, что что-то не так. Эта свадьба прошла слишком гладко. Это было так гладко, что казалось немного странным.  Муронг Юньшу должна была выйти замуж за лидера секты Модзяо, но теперь Его Высочество вынудил ее выйти за него замуж, что было то же самое, что и рогоносец Чу Чанге. Хотя Чу Чанге в настоящее время находился в тюрьме и не мог явиться, чтобы создать проблемы, как могли тысячи членов секты Модзяо отказаться от нее?

Хуа Ели не был глупцом. Конечно, в его сердце было такое беспокойство. Однако он уже устроил засаду вокруг Ванга мастеров боевых искусств . Поэтому, если бы появился кто-нибудь из секты Модзяо, его бы безжалостно убили.

Когда Хуа Ели посмотрел на свою возлюбленную, которая пришла с короной феникса и облачением высокого ранга, его глаза ярко засияли, когда он нервно взял руку Муронг Юньшу из синианга рукой и осторожно повел ее в центр зала. Наверху зала сидели король Лян старший и его жена.

«Первый поклон Небу и Земле!»

"Второй поклон родителям!"

«Муж ...»

Прежде чем церемониймейстер успел сказать слова «муж и жена поклонились друг другу», он увидел длинное копье, летящее по воздуху, устремившееся прямо на поверхность Лян Ван Фэя.

В спешке Хуа Ели использовал свое тело, чтобы заблокировать копье, и вместо этого оно пронзило его левое плечо!

"Ли-эр!"

"Ваше высочество!"

Король Лян-старший и его жена были в ужасе и тревоге.

Сюй Ху затем подбежал , чтобы поддержать Хуа Ели  и кричал, «Защитить Вана! "

Однако Хуа Ели оттолкнул Сюй Ху и сказал: «Защити Ваня» ......

"Слово" Фэй 'застряло в горле и не могло выйти. Это произошло потому, что в тот момент, когда он увидел, что она приподняла красную вуаль, закрывающую голову, открыв свое красивое лицо, позади нее стояли четверо мужчин в черном. Четверо одетых в черное мужчин были не кем иным, как Стражами секты Модзяо, которые сопровождали ее в резиденцию.

Фэй [+]супруга

Лицо Хуа Ели слегка опустилось, когда он спросил:

«Что это значит ?!»

«Вы должны спросить их».

Муронг Юньшу невинно подняла руку и указала на четырех человек позади нее, улыбаясь при этом:

«Но я думаю, они должны были прийти, чтобы похитить невесту. Более того, человек, которого они собираются похитить, должна  быть невеста, а именно , я."

"Как ты посмела отказаться от своего слова!"

Хуа Ели не был дураком и очень хорошо знал, кто поставил эту пьесу. Он был так зол, что его глаза горели яростью.

Муронг Юньшу приподняла темные брови и сказала с неприятно холодным лицом:

«Вещи можно есть без разбора, но слова нельзя произносить без разбора. Я уже сдержала свое обещание, надев свадебное платье. Сможете ли вы на самом деле жениться на мне, будет зависеть от твои способности. Если кто-то похитил меня сегодня со свадьбы, тогда ты можешь винить себя в своей некомпетентности, и тебе некого винить »

. Она подразумевала:

«Я тоже хотела бы выйти за тебя замуж, но, к сожалению, люди пытаются меня похитить, и ты не можешь победить, так кто же виноват?»

«Ты ...»

Хуа Ели в гневе выплюнул полный рот крови.

"Ваше высочество!" Сюй Ху воскликнул и подошел, чтобы помочь, но Хуа Ели оттеснил его.

"Хорошо, пусть эта Ванга посмотри, лучше ли твои навыки боевых искусств или этот Ван  Армия сильнее! »

С этими словами он крикнул:« Где моя личная охрана ?! »

В мгновение ока публика замолчала, ожидая, когда ворвется армия. К сожалению, после того, как они долго ждали, они не смогли увидеть даже половины солдатской фигуры.

Восточный страж усмехнулся и громко крикнул:

«Где члены секты Mojiao ?!»

В мгновение ока бесчисленные люди в красном спустились с неба, рука об руку с одним из Лян Ван  Собственные солдаты резиденции. Когда они бросили солдат на землю, у толпы возникла иллюзия, будто земля трясется.

Лицо Хуа Ели стало еще более уродливым, но выражение Муронг Юньшу было прямо противоположным. Она улыбнулась и указала:

«Чу Чангэ дал мне десять миль красного приданого. Если вы хотите, чтобы я остался здесь, вы должны сначала отпустить их».

Хуа Ели старался не видеть Муронг Юньшу как можно чаще, потому что при таких обстоятельствах она была последним человеком, которого он хотел видеть. Однако она была не только постановщиком сцены, но и зрителями. "Не забывай, твой лидер все еще в руках этого Ванга »Хуа Ели обратил свой взор на четырех стражей.

Северный страж ответил с улыбкой на лице:

«Не волнуйтесь, мы не позволим вам сорваться с крючка, поэтому вам не придется снова и снова напоминать себе, какую ужасную вещь вы сделали».

Хуа Ели был ошеломлен. Выражение его лица стало темнее.

Западный страж, с другой стороны, по-братски похлопал по плечу Северного стража и похвалил его:

«Малыш Северный , ты лучше разговариваешь».

Так как это был редкий случай для него получить комплимент от собственного xiongdi, Северный страж застенчиво улыбнулся и сказал: «Я привык, что мадам подрывает меня, что я постепенно овладеваю ею. Длительная болезнь превращает пациента в врача.

xiongdi [+]привычная форма обращения для мужчины моложе себя "(Еще можно как брат)

Длительная болезнь превращает пациента в врача [+]Китайская пословица: с теорией медицины познакомишься после долгой болезни.

Все лицо Западного стража  было покрыто черными линиями:

«Это не способ использовать слова« долгая болезнь превращает пациента в врача »

"Тогда как вы это используете?"

Северный страж  не стеснялся советоваться со своими подчиненными .

Поразмыслив над этим, Западный страж ответил:

«Я тоже не знаю». Затем он посмотрел на южного стража:

«Старый Юг, ты вроде как ученый. Как ты думаешь, как он должен сказать ?»

Южный Страж очень спокойно объяснил:

«Например, если вы время от времени протыкаете короля Ляна-младшего своим копьем, по прошествии длительного периода времени и чем дольше его пронзают, когда он снова встречает рану от копья, он будет знать, какое лекарство использовать для этой раны ».

Западный страж громко рассмеялся его словам. В то время как Северный  Страж  внезапно просветлел, а затем он посмотрел на короля Ляна-младшего с нетерпеливым лицом, как будто он думал о том, чтобы помочь ему « стать врачом после его продолжительной болезни .

В этот момент король Лян-старший огрызнулся:

«Хватит! Не беспокойся об этой невестке. Пойдем!»

"Нет!

" Хуа Или сказал:

«Этот Ван  досчитает до трех, и вы все немедленно исчезнете . В противном случае вы можете просто подождать, чтобы забрать труп Чу Чангге! "

Прежде чем слова сорвались с его рта, он услышал ленивый, элегантный, злой, безудержный смех, который доносился со всех сторон комнаты, как будто кто-то смеялся в каждом углу, из-за чего невозможно было определить его источник.

Хуа Йели собиралась спросить, кто притворяется, что одевается как Бог, но играет дьявола  ,но он увидел мужчину в красном за дверью, все преклонили одно колено, и последовал оглушительный  голос.

"Отдать  дань уважения Лидеру!"

Table of Contents

Свободная жена злобного мужа Глава 1

Свободная жена злобного мужа Глава 2

Свободная жена злобного мужа Глава 3

Свободная жена злобного мужа Глава 4

Свободная жена злобного мужа Глава 5

Свободная жена злобного мужа Глава 6

Свободная жена злобного мужа Глава 7

Свободная жена злобного мужа Глава 8

Свободная жена злобного мужа Глава 9

Свободная жена злобного мужа Глава 10

Свободная жена злобного мужа Глава 11

Свободная жена злобного мужа Глава 12

Свободная жена злобного мужа Глава 13

Свободная жена злобного мужа Глава 14.

Свободная жена злобного мужа Глава 15.

Свободная жена злобного мужа Глава 16. ч.1

Свободная жена злобного мужа Глава 16 ч 2

Свободная жена злобного мужа Глава 17 (1)

Свободная жена злобного мужа Глава 17(2)

Свободная жена злобного мужа Глава 18(1)

Свободная жена злобного мужа Глава 18(2)

Свободная жена злобного мужа Глава 19.1 - Бегство к настоящим бандитам

Свободная жена злобного мужа Глава 19.2 - Бегство к настоящим бандитам

Свободная жена злобного мужа Глава 20.1 - Гостиница у скалы

Свободная жена злобного мужа Глава 20.2 - Гостиница у скалы

Свободная жена злобного мужа Глава 20.3 - Гостиница у скалы

Свободная жена злобного мужа Глава 21.1 Долг и несправедливость

Свободная жена злобного мужа Глава 21.2 - Долг и несправедливость

Свободная жена злобного мужа Глава 22 Секрет серег

Свободная жена злобного мужа Глава 23 Пришло время

Свободная жена злобного мужа Глава 24 Грязные дела

Свободная жена злобного мужа Глава 25 - Рассказчики

Свободная жена злобного мужа Глава 26 Шкафчик для души

Свободная жена злобного мужа Глава 27 Сделка с грабителями

Свободная жена злобного мужа Глава 28 Приветствие пяти тигров

Свободная жена злобного мужа Глава 29 - Враги снова встречаются неохотно

Свободная жена злобного мужа Глава 30 - Гостиница Цзянху

Свободная жена злобного мужа Глава 31

Свободная жена злобного мужа Глава 32 - Сильный намек на убийство

Свободная жена злобного мужа Глава 33: В ловушке храма Шаолинь

Свободная жена злобного мужа Глава 34: Случай с Восточным Окном

Свободная жена злобного мужа Глава 35: Использование преимущества

Свободная жена злобного мужа Глава 36: Так вот что случилось

Свободная жена злобного мужа Глава 37: Ассамблея боевых искусств (1)

Свободная жена злобного мужа Глава 38: Ассамблея боевых искусств (2)

Свободная жена злобного мужа Глава 39: Ассамблея боевых искусств (3)

Свободная жена злобного мужа Глава 40: Клан Ли

Свободная жена злобного мужа Глава 41

Свободная жена злобного мужа Глава 42: Пожар на заднем дворе

Свободная жена злобного мужа Глава 43: Гора Рока

Свободная жена злобного мужа Глава 44: Одинокий мужчина, одинокая женщина

Свободная жена злобного мужа Глава 45: Джентльмен не борется с женщинами

Свободная жена злобного мужа Глава 46.

Свободная жена злобного мужа Глава 47: Восхождение на вершину горы

Свободная жена злобного мужа Глава 48: Пепельный мост

Свободная жена злобного мужа Глава 49: Запретная территория клана Ли

Свободная жена злобного мужа Глава 50: Лидер - человек поразительной внешности

Свободная жена злобного мужа Глава 51: Продажа мужа ради процветания

Свободная жена злобного мужа Глава 52: Отсутствие манер

Свободная жена злобного мужа Глава 53: Воссоединение

Свободная жена злобного мужа Глава 54: Близнецы

Свободная жена злобного мужа Глава 55: Захваченный

Свободная жена злобного мужа Глава 56: Маскировка

Свободная жена злобного мужа Глава 57: Снова встретились в таверне

Свободная жена злобного мужа Глава 58: Быть ужасно быть необразованным

Свободная жена злобного мужа Глава 59: Сокамерники

Свободная жена злобного мужа Глава 60: Отряд самоубийц

Свободная жена злобного мужа Глава 61: Сложнее всего было вынести лукавого

Свободная жена злобного мужа Глава 62: Катастрофа неизбежна

Свободная жена злобного мужа Глава 63: Космическая поглощающая сила

Свободная жена злобного мужа Глава 64: Ласточка попала в ловушку

Свободная жена злобного мужа Глава 65: Нет места для продвижения или отступления

Свободная жена злобного мужа Глава 66: Самая умная женщина

Свободная жена злобного мужа Глава 67: Судьба еще не пришла?

Свободная жена злобного мужа Глава 68: Я пришел за тобой

Свободная жена злобного мужа Глава 69: Лидер пойман

Свободная жена злобного мужа Глава 70: В провинции Шу есть дом сплетен

Свободная жена злобного мужа Глава 71: Я не стану страдать, зная, что вы страдаете

Свободная жена злобного мужа Глава 72.: Воссоединение

Свободная жена злобного мужа Глава 73: Я недостаточно сильно тебя люблю

Свободная жена злобного мужа Глава 74.1: Похищение невесты

Свободная жена злобного мужа Глава 74.2: Похищение невесты