- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Начальные иллюстрации

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Пролог

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 1

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 2

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 3

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 4 (Часть 1)

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 4 (Часть 2)

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 5

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 6

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 7 (Часть 1)

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 7 (Часть 2)

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 8

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 9

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 10 (Часть 1)

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 10 (Часть 2)

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 11

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 12

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 13

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 14

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Послесловие

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 2 Начальные иллюстрации

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 2 Предисловие

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 3 Начальные иллюстрации

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 4 Начальные иллюстрации

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 4 Предисловие

- Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 5 Начальные иллюстрации

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Начальные иллюстрации

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Пролог

[1]

Воскресенье, 24 февраля 2097 года. Дзюмондзи Кацуто, действующий глава известной своим прозвищем "Железная Стена" семьи Дзюмондзи, одного из так называемых Десяти Главных Кланов — вершины магического сообщества Японии, приземлился в "Новом аэропорту Титосэ", на земле которого ещё оставался нерастаявший снег.

Он был один, без сопровождения. У него с собой была лишь небольшая дорожная сумка. Поэтому это выглядело даже не как одно-двухдневная поездка, а как командировка.

Выйдя из аэропорта, он сразу же сел в индивидуальную электрокабинку на линии Томакомай. Электрокабинки на Хоккайдо отличались от привычных Кацуто столичных, и имели полуцилиндрическую прозрачную крышу. Поэтому в некоторых районах их даже называли "трубо-кабинками" [tube cabinet]. Однако они не были полностью герметичными, поэтому даже с трубчатой формой их нельзя было использовать в транспортных системах с декомпрессией для уменьшения сопротивления воздуха, таких как проект HyperLoop, предложенный в начале века, но так и оставшийся лишь мечтой.

Станция, на которой Кацуто вышел из электрокабинки, находилась в западной части некоего города (давайте здесь будем называть его просто "город S"), расположенного на юго-западе Хоккайдо. Там он пересел на заранее заказанный "автомобиль в аренду", и поехал на нём вглубь острова по дороге, ведущей вдоль реки.

По сравнению с остальным Хоккайдо, здесь, в его юго-западной части в год обычно выпадает наименьшее количество снега, но если проехать вдоль носящей название города реки, и заехать в горный район, то там можно встретить ещё не сошедший снег. После съезда с очищенной от снега главной дороги, надо было ещё несколько десятков минут ехать по второстепенной дороге, с которой снег не убирали. В итоге Кацуто вышел из машины напротив некоей ветеринарной клиники.

На расположенном по соседству с клиникой жилом частном доме висела табличка с фамилией хозяев: "Тооками".

Кацуто заранее оповестил о своём визите, и получил на него согласие, поэтому беспрепятственно попал внутрь этого дома. Однако это не значит, что ему были рады. В сложившейся в данный момент атмосфере не было и намёка на гостеприимство. У хозяина этого дома, сидящего сейчас напротив Кацуто за низким столиком в этой гостиной в японском стиле, не особо получалось скрывать своё раздражение, а его жена, которая принесла им чай и тут же удалилась из комнаты, даже не пыталась скрывать свою враждебность.

Кацуто скрыл свой мысленный вздох под каменным покерфейсом. Он не мог упрекнуть супругов Тооками за такое поведение. Потому что хоть ему были здесь не рады, но он приехал сюда по делу. В данном случае такая простая молчаливая враждебность была вполне приемлемой. Кацуто был готов даже к неконтролируемой грубой ругани в его адрес.

Однако эта "готовность" не означала, что он не испытывал по этому поводу никаких чувств. Особенно, если учитывать, что на этот раз его сторона — семья Дзюмондзи — действительно оказалась кое в чём виновата. Поэтому Кацуто был вынужден терпеть эти неудобства до тех пор, пока не объявится ожидаемый им человек.

После формальных слов приветствия, хозяин этого дома по имени Тооками Рётаро сохранял полное молчание. Кацуто не обладал разговорными навыками, позволяющими разговорить такого откровенно отказывающегося говорить с ним человека, поэтому после знакомства тоже молчал, поддерживая нависшую здесь неловкую атмосферу.

Если просто молча смотреть прямо на "собеседника", то при отсутствии разговора это может быть воспринято как провокация. Поэтому Кацуто отвернулся в сторону коридора.

Похоже, это здание было отреставрированным старинным частным домом: были добавлены кондиционер и теплоизоляция, обеспечивающие современные стандарты уюта. Но визуально интерьер был выполнен в стиле середины прошлого века. А перегородка, отделяющая эту гостиную от коридора, была выполнена в виде традиционной фусумы [раздвижная бумажная стена-дверь]. Узор на бумаге этой фусумы представлял собой довольно изысканный пейзажный рисунок, разглядывание которого оказалось довольно хорошим способом убить время.

В таком ожидании прошло 15 минут.

— Я дома!

— Я дома.

От входа послышалось два оповещающих о возвращении домой голоса: весёлый и застенчивый.

— Наконец-то, вернулись...

Пробормотавшим это был не Кацуто. Эти слова выдавил из себя хозяин дома, Тооками Рётаро.

— Извиняюсь, опоздала.

Из-за фусумы послышался бодрый девичий голос.

Кацуто знал, что в этом доме живут две девушки. И теперь задался вопросом: девушка, из-за которой он приехал сюда — вот эта энергичная, или та тихая?

Долго ждать ответа ему не пришлось. Из коридора послышалось "я тоже хочу!", после чего были едва слышимые слова упрёка за это. Затем уже послышалось "можно войти?".

Вторая фраза уже была сказана голосом другой девушки. Вероятно, она же и была тем, кто упрекал ту энергичную девушку, тоже хотевшую поучаствовать в серьёзном разговоре с гостем.

Хоть её голос и казался застенчивым, но это не должно сразу означать, что у неё такой характер.

— Входи. — Ответил Рётаро, всё ещё сидящий напротив Кацуто.

После чего фусума открылась.

Сидящая в коридоре на коленях девушка встала и вошла в гостиную.

Увидев её, Кацуто невольно нарушил свой покерфейс.

Он не смог скрыть своё изумление, когда увидел эту девушку, севшую по диагонали напротив него, рядом с Рётаро.

Несмотря на воскресенье, девушка была одета в синий кардиган поверх чёрной матроски. Но удивление Кацуто было связано не с этим.

Распущенные волосы бледно-золотого, близкого к серебряному цвета, и тёмно-зелёные глаза девушки тоже не были причиной его волнения. Он уже слышал от своего отца Кадзуки, что настоящая мать этой девушки была русской блондинкой. Кацуто впервые видел вживую зелёные глаза, однако ему было заранее известно, что у девушки может быть европейская внешность, поэтому удивляться тут было нечему.

А удивлён до расширившихся глаз Кацуто был потому, что от этой девушки исходили чрезвычайно интенсивные признаки наличия в ней магии. Это было не излучение какой-то неведомой мощи, а просто своеобразные признаки того, что в этом маленьком девичьем теле сконцентрирована огромная энергия.

Это была отличительная черта волшебников "десятки". Если чувства Кацуто не обманывали его, то в этой девушке был скрыт талант волшебника "десятки", сравнимый по силе с ним самим.

Это предположение сильно подстегнуло интерес Кацуто.

— Алиса, представься Дзюмондзи-сану.

Последовав предложению Рётаро, девушка повернулась к Кацуто.

— Приятно с Вами познакомиться. Меня зовут Иба Алиса.

Кацуто не собирался вечно пребывать в шоке. После того, как девушка представилась, он ответил тем же.

— Дзюмондзи Кацуто. Я твой единокровный брат.

Однако если судить по тому, что связывало его с этой девушкой, такой подбор слов звучал так, будто ему нет до этого дела.

◇　◇　◇

Суббота, 23 февраля 2097 года, за день до вышеописанных событий. Это был конец той недели, во время которой инцидент с терактом в Хаконе, нацеленным на Конференцию Главных Кланов, был завершён смертью его организатора по имени Гу Цзе, также известного как Дзиэдо Хэйгу.

Дзюмондзи Кацуто, как глава семьи Дзюмондзи и как представитель Десяти Главных Кланов, преследовал Гу Цзе до самого его конца (до последних минут его жизни). В связи с чем сейчас Кацуто был вызван в кабинет Дзюмондзи Кадзуки, его отца и предыдущего главы семьи.

Хоть у их семьи и сменился нынешний глава, но хозяин этого кабинета остался неизменным. Глава "семьи Дзюмондзи из Десяти Главных Кланов" изменился, однако директором бизнеса, которым занималась семья Дзюмондзи, всё ещё оставался Кадзуки. Книжные полки в этом кабинете были заставлены папками с документами и различными книгами, связанными с деятельностью их компании.

— ...Вот такие вышеупомянутые меры будут предприняты для устранения последствий. Согласие семей Йоцуба, Итидзё и Саэгуса получено.

— Ясно. Спасибо за хлопоты по организации всего этого, Кацуто. ...Ах, да, подожди, не уходи. У меня к тебе тоже есть разговор.

Когда Кацуто поклонился и уже собирался уйти, Кадзуки остановил его.

Уже вставший Кацуто не сопротивлялся и сел обратно на одноместный диван.

— По правде говоря, Кацуто...

Кацуто молча ждал, когда отец продолжит говорить.

Однако Кадзуки почему-то никак не мог перейти к главной теме разговора.

— Предшественник*?

[Крайне формальное и почтительное обращение к отцу.]

Наконец, не выдержав, Кацуто призвал отца продолжить.

Смирившись, Кадзуки снова заговорил.

— Кацуто, по правде говоря...

Но в итоге лишь повторил предыдущие слова и снова замолчал.

— ...Если трудно об этом говорить, то, может, отложим до другого раза?

Кацуто использовал вежливую форму японского языка, потому что как текущий глава "семьи Дзюмондзи из Десяти Главных Кланов" старался соблюдать правила приличия перед предыдущим главой. В данный момент Кацуто даже не предполагал, что разговор, который хотел начать Кадзуки, будет на настолько личную тему.

— Нет, лучше рассказать сейчас. На самом деле я должен был рассказать тебе об этом раньше.

Кацуто откинулся на спинку дивана, вернувшись к нормальной позиции для сидения.

Кадзуки снова заговорил и на этот раз перешёл к главной теме.

— Кацуто, у тебя есть младшая сестра от другой матери.

Кацуто хоть и округлил глаза, но дар речи не потерял.

— ...На всякий случай спрошу, речь сейчас ведь не про Кадзуми?

У Кацуто были единокровные (от другой матери) брат с сестрой, а также один "названый брат", ранее бывший двоюродным братом. Названого брата звали Юто, единокровного брата — Тацуки, а единокровную сестру — Кадзуми.

Настоящая мать Кацуто скончалась от болезни, когда ему было два года.

А когда ему было пять лет, его отец Кадзуки вступил в брак со своей нынешней женой. Тацуки и Кадзуми — это дети от этой второй жены.

Из-за разницы в возрасте, отношения Кацуто с младшим братом и сестрой были не особо близкими. К тому же, Кацуто с самого юного возраста строго воспитывался как будущий глава семьи, поэтому у него физически не было времени на заботу о младших брате с сестрой. Однако они с самого рождения жили в одном доме. Они не были настолько отчуждены, чтобы ему нужно было напоминать, что у него "есть младшая сестра".

— Разумеется, нет. Её зовут Иба Алиса. Насколько мне известно, она живёт в городе S на юго-западе Хоккайдо. В сентябре этого года ей будет 14.

— Иба Алиса... Того же возраста, что и Тацуки? А день рождения в сентябре... означает, что она родилась в следующем году после твоей свадьбы с Кейко-сан?

Кейко — это вторая жена Кадзуки и мачеха Кацуто. Во второй брак Кадзуки вступил 14 лет назад, в декабре. Кацуто тогда было пять лет.

— Я расстался с Дарьей ещё до свадьбы с Кейко.

Тацуки исполнится 14 в феврале следующего года. Хоть они и находятся на одном и том же году обучения в школе, но родился он почти на полгода позже Алисы. В таком случае, если учесть продолжительность беременности, то Алиса действительно может быть ребёнком, сделанным ещё до второго брака.

— Другими словами, это была измена непосредственно перед свадьбой. Отец, это никак не оправдывает тебя.

Кацуто изменил свою манеру речи с "отношения к предыдущему главе семьи Дзюмондзи из Десяти Главных Кланов" на "отношение к отцу".

Кадзуки отвёл глаза после этого упрёка сына. Похоже, он действительно чувствовал вину.

— ...Дарья-сан — это имя той, с кем ты совершил измену? На японское имя не похоже.

Вообще, есть слово "Дариа*" (название цветка), которое вполне подходит под использование в качестве японского женского имени. Однако в данном случае это была "Дарья", что уже не особо похоже на японское имя.

[Японский транслит от слова Dahlia — международного названия цветка георгина]

— Измену... Ну, пусть будет так. Она русская эмигрантка.

Кадзуки, похоже, не хотел соглашаться со словом "измена", но в итоге не смог ничего поделать и признал, что встречался с другой женщиной незадолго до своей свадьбы. Несмотря на то, что эти встречи он начал ещё до того, как познакомился со своей второй женой.

Нынешняя жена Кейко была выбрана для Кадзуки его ныне покойным отцом Дзюмондзи Гаем, основателем клана Дзюмондзи, стоявшим во главе семьи в течение целых двух поколений. На тот момент титул главы семьи уже перешёл к Кадзуки. Однако, несмотря на то, что его родители были ему "родителями" лишь генетически, и у них не было кровной связи в традиционном смысле этого слова (Кадзуки был не "улучшенным человеком", а "ребёнком из пробирки", рождённым с помощью искусственного оплодотворения в искусственной матке), Кадзуки не стал отказываться от жены, выбранной ему отцом, вырастившим его как собственного сына.

Но причиной этому было не только то, что он не мог противиться желаниям отца. После смерти первой жены Кадзуки, поиски замены велись более двух лет, и Кейко оказалась наиболее подходящей кандидатурой на роль жены, способной родить достойных волшебников прямой наследственной линии семьи Дзюмондзи.

А у Дарьи (Дарьи Андреевны Ивановой, на тот момент уже натурализовавшейся и взявшей имя Иба Дарья) имелись кое-какие обстоятельства, помешавшие ей стать кандидаткой. Даже если не принимать во внимание тот факт, что она была русской эмигранткой, существовал некий фактор неуверенности, что она сможет стать достойной женой "главы одного из Десяти Главных Кланов".

Кацуто не особо интересовала национальность матери его единокровной сестры. Его слова лишь выразили вслух его мимолётную мысль "похоже, она не японка". Если она ещё жива, то могут возникнуть проблемы из числа таких, что она может оказаться иностранным агентом, семью которого держат в заложниках, а если она уже мертва, то уже нет нужды беспокоиться о предательстве. ...При этом Кацуто не был настолько подозрительным человеком, чтобы посчитать, что дочь возьмёт на себя такие обязанности своей матери.

— Отец, я понимаю, что у тебя тогда были свои обстоятельства, поэтому не хочу ворошить прошлое... Но я не могу понять, почему ты решил рассказать о своём скрываемом внебрачном ребёнке сейчас?

— Н-не скрывал я ничего. Я и сам не знал, что Дарья родила от меня ребёнка.

Кацуто уставился на отца упрекающим взглядом.

Кадзуки снова отвёл глаза в сторону от сына.

— ...Когда я передал тебе место главы семьи, у меня появилось свободное время, чтобы оглянуться на свою собственную жизнь. И первое, что меня заинтересовало — это Дарья, расставание с которой было для меня нежеланным. Дарья исчезла, ничего не сказав, и оставив после себя лишь одно единственное письмо.

Молча надавив на отца взглядом, Кацуто вынудил его продолжить.

— Разумеется, я нашёл бы её, если захотел. Но Дарья наверняка исчезла из моей жизни, посчитав, что так будет лучше для меня. Тогда я подумал, что должен уважать это её решение. Я был молод и глуп, и даже подумать не мог, что она была беременна.

Опустившиеся уголки губ передавали глубокое сожаление Кадзуки.

Направленный на отца взгляд Кацуто слегка смягчился.

— Я лишь хотел узнать какие-нибудь новости о Дарье: как она поживает, как здоровье и так далее. Никаких других целей я перед собой не ставил. Однако оказалось, что её уже нет с нами. Она скончалась от болезни 8 лет назад.

Губы Кадзуки задрожали.

Кацуто молчал. На этот раз он не стал давить на отца, а просто ждал, когда тот продолжит сам.

— ...Твою сестру приютила пара, помогавшая Дарье с эмиграцией. Я знаю, что это меня не оправдывает..., но если бы мне сообщили о ней, то я не оставил бы её без внимания.

Кацуто некоторое время смотрел на своего отца, стиснувшего зубы почти до скрежета, после чего всё же решился задать вопрос.

— Отец. Ты хочешь взять этого ребёнка на своё попечение?

Кадзуки перестал избегать взгляда Кацуто и встретился с ним глазами.

— Кацуто, это тебе решать. Точнее, я хочу, чтобы именно ты принял решение.

Кадзуки поднял руку, остановив попытку Кацуто возразить.

— Алиса... твоя младшая сестра почти наверняка унаследовала мою силу.

— Магию семьи Дзюмондзи?

— Да. Поэтому я хочу, чтобы ты принял решение. Как глава семьи Дзюмондзи, ты должен решить, что делать с девочкой, которая с большой вероятностью унаследовала магию "десятки". Следует ли проявить уважение к её личной жизни и оставить её в покое? Или же она должна исполнять обязанности, присущие обладателям силы Десяти Главных Кланов?

— Раз так, тогда...

Кацуто совершенно не колебался.

Снова вернув себе тон голоса "главы одного из Десяти Главных Кланов", он изложил своё мнение. Точнее, своё решение.

— Нам следует принять её в семью. Если она унаследовала магические качества "десятки", то должна научиться правильному использованию этой силы. Иначе это может стоить ей жизни.

У разработанных в ныне закрытой Десятой Лаборатории волшебников Дзюмондзи есть одна "встроенная" способность (skill), позволяющая вывести силу их магии за их собственный предел. Важно уметь управлять этой способностью, иначе она может выйти из-под контроля. Такова уж её натура.

Кадзуки потерял свою магическую силу в середине пятого десятка лет в результате продолжительного использования этой способности. Даже Кадзуки, знакомый с опасностями, подстерегающими семью Дзюмондзи, прекратил своё существование в качестве волшебника. Если не научиться использовать эту способность, то простым лишением магической силы дело не ограничится. Это может привести даже к сокращению продолжительности жизни.

Таким образом, решение Кацуто было основано не только на интересах Десяти Главных Кланов. Однако тот факт, что он без колебаний решил забрать девушку из её нынешней семьи, был связан именно с тем, что его система ценностей уже находилась под глубоким влиянием механизма под названием Десять Главных Кланов.

— ...Ясно.

Кадзуки, казалось, был тронут решением "забрать девушку из нынешней семьи и взять её на попечение". Вероятно, у него уже сформировались зачатки отцовской любви к ребёнку, которого он ещё даже не видел.

В противовес нерешительному Кадзуки, Кацуто продолжил разговор уверенным тоном.

— Поэтому прошу сообщить мне фамилию и адрес семьи, взявшей на попечение мою сестру. Я хотел бы как можно скорее отправиться на переговоры.

Слова Кацуто подразумевали, что он собирается поехать на встречу с сестрой сам, в одиночку. Он не думал, что Кадзуки будет его сопровождать. И, разумеется, дело было не в том, что он принимал во внимание "честь" Кадзуки. И дело было не в том, что он учитывал чувства сестры, к которой внезапно приедет бросивший её отец и скажет "давай жить вместе". Может, у Кадзуки действительно не было намерения её "бросать", но ничего не поделаешь, если до сих пор остававшаяся без внимания дочь считает именно так.

Кацуто решил взять на попечение свою единокровную сестру не только потому, что она была его родной (хоть и наполовину) сестрой, но и потому, что она с большой вероятностью была волшебником семьи Дзюмондзи.

Поэтому ход мыслей Кацуто был таким: раз речь идёт о приёме человека в семью Дзюмондзи как волшебника клана, то этим должен заниматься он сам как глава семьи, а оставившего место главы семьи Кадзуки это уже не касается.

— ...Адрес покажу на карте позже. А фамилия приёмной семьи — Тооками.

Набравшись решимости, Кадзуки сообщил фамилию семьи, взявшей на попечение сестру Кацуто. Против решения Кацуто поехать одному он тоже не возражал, видимо, восприняв решение главы семьи как должное.

— ...? Это, случаем, не те Тоогами?

— Да, те самые бывшие Тоогами.

Это была фамилия так называемых "Экстра" — семьи, однажды изгнанной из Десятой Лаборатории с лишением их "номера".

◇　◇　◇

Вопреки ожиданиям Кацуто, Алиса не потеряла самообладание, услышав, что он её единокровный брат.

— Понятно. Значит, вы и правда мой брат... — Пробормотала она таким тоном, будто разговаривает сама с собой.

— Тебе что-то известно? — Вежливым тоном спросил Кацуто. Это казалось слишком формальным для обращения к девушке на 6 лет младше него, к тому же являющейся его младшей сестрой.

— Я слышала от мамы... от моей покойной матери. О том, что мой отец живёт где-то далеко. О том, что он был великим волшебником и очень любил её, но имелись некоторые непреодолимые обстоятельства, и мать сама разорвала их отношения. "Поэтому ты не должна злиться на своего отца, ведь именно я за всё это в ответе" — всегда повторяла моя мать.

Алиса опустила голову, и её бледно-золотые волосы скрыли её лицо.

— Я была ещё совсем ребёнком и ничего не понимала... Мне кажется, что слова моей матери скорее были не для меня, а чтобы убедить саму себя.

Алиса говорила о погибшей матери отстранённым тоном.

— Алиса, не говори плохо о Дарье-сан. — Упрекнул Алису Рётаро. Но его упрёк почему-то казался каким-то неуверенным. По крайней мере, так казалось Кацуто.

— Думаю, что "великий" — это большое преувеличение.

Кацуто решился перейти на деловой тон.

— До недавних пор отец был главой семьи Дзюмондзи из Десяти Главных Кланов. Ты знаешь, что такое Десять Главных Кланов?

Услышав фразу "Десять Главных Кланов", Рётаро слегка нахмурился, но Кацуто притворился, что не заметил это.

— Да, я знаю. Значит, "Дзюмондзи"-сан из той самой семьи "Дзюмондзи" из Десяти Главных Кланов?

— Верно.

Возможно, это было немного поспешно, но Кацуто решил перейти к главной теме прямо сейчас.

— В тебе тоже течёт кровь семьи Дзюмондзи из Десяти Главных Кланов.

— Мне так не кажется...

— Но магию ты ведь можешь использовать? — Вежливым тоном уточнил Кацуто у отстранённо пробормотавшей отговорку Алисы.

— Я не знаю...

Ответ Алисы оказался неожиданным для Кацуто.

— Дзюмондзи-сан. Мы не даём Алисе контактировать с магией. Думаю, вы сами понимаете, почему.

Рётаро многозначительно посмотрел на Кацуто. В этом взгляде читалась как ирония, так и сострадание.

Среди разработанных в Десятой Лаборатории волшебников, техника повышения активности зоны расчёта магии, имеющая название "Разгон", была предоставлена только волшебникам семьи Дзюмондзи. Благодаря этой способности, волшебники семьи Дзюмондзи были признаны "сильнейшими из десятки", то есть среди всех выходцев из Десятой Лаборатории. Но при этом "Разгон" также может привести к так называемому "явлению выгорания зоны расчёта магии", которое значительно сокращает жизнь пользователя в качестве волшебника.

Дзюмондзи Кадзуки, предыдущий глава семьи Дзюмондзи, был вынужден отойти от дел в качестве волшебника именно из-за частого использования "Разгона". Сострадание Тооками Рётаро, "экстра десятки", было связано именно с этой судьбой семьи Дзюмондзи, "быть сильными, но недолговечными".

Но Кацуто оставался спокойным. Его это никак не задело.

— Тооками-сан. Похоже, вы в курсе наших обстоятельств. Тогда вы должны понимать. Если Алиса-сан унаследовала магические качества семьи Дзюмондзи, то отсутствие должного обучения гораздо рискованнее.

У Рётаро перехватило дыхание, когда он услышал, что сказал Кацуто.

— ...Но если отказаться от активного использования магии, то риск перегрева будет низким.

— Это лишь снижает риск. Но если перегрев всё же случится, то за счёт усиления "разгоном", его эффект с большой вероятностью будет куда серьёзней, чем у обычных волшебников. Жить без обучения методам контроля опасно.

Кацуто и Рётаро сцепились взглядами.

Точнее, "вцепился взглядом" только Рётаро, а Кацуто, похоже, пребывал в лёгком замешательстве. Но в любом случае, эти двое просто сидели и молча смотрели друг на друга.

— Эмм?

И тогда, словно втиснувшийся между ними, прозвучал голос Алисы.

— А что такое перегрев? Это имеет какое-то отношение ко мне?

— Это...

— Одзи-сан, извини.

Рётаро поспешно попытался ответить, но Алиса его перебила.

Алиса называла Рётаро "одзи-саном*", потому что в семье Тооками она была приёмной дочерью.

[Дядя. Не тот дядя, который родственник, а тот, который "чужой дяденька" для ребёнка.]

— Я хочу услышать, что скажет Дзюмондзи-сан.

Алиса встретилась взглядом с Кацуто. Только что от неё исходило впечатление робкого, неуверенного человека, а теперь Кацуто увидел в её глазах невероятно сильную волю. В глубине души он был крайне удивлён таким поворотом.

— Перегрев зоны расчёта магии — это свойственная волшебникам "болезнь", которая может быть опасна для жизни. Алиса-сан, похоже, ты плохо знакома с магией, поэтому не буду вдаваться в подробные объяснения, но есть вероятность, что у тебя, как у прямой родственницы предыдущего главы семьи Дзюмондзи, может случиться серьёзный перегрев, и эту вероятность нельзя игнорировать.

— Я умру от этой болезни?

Алиса не выглядела напуганной, когда говорила о смерти. Конечно, она, вероятно, просто скрывала свои истинные чувства, однако Кацуто казалось, что тут не всё так просто.

— Нет. Нам известна причина, почему волшебники семьи Дзюмондзи так легко подвергаются перегреву. Меры против этого уже разработаны. Если ты научишься у семьи Дзюмондзи надлежащим методам обращения с магией, то не умрёшь, даже если лишишься магии от перегрева.

— Понятно... То есть, Дзюмондзи-сан научит меня этим "методам"?

— Верно.

— ......

Алиса снова опустила голову, скрыв лицо под свисающими волосами.

— Однако это не главная причина, по которой я приехал встретиться с тобой.

Но услышав, что сказал Кацуто, она опять подняла голову.

Её глаза расширились, будто она что-то осознала, а её лицо застыло, будто она что-то предчувствовала.

— Алиса-сан. Я предлагаю тебе вступить в семью Дзюмондзи. Это может показаться запоздалым предложением, но семья Дзюмондзи готова принять тебя как члена семьи.

Хоть Алиса и выглядела напуганной до потери дара речи, но Кацуто без колебаний изложил свою настоящую цель.

Алиса посмотрела на Рётаро уповающим, ищущим опоры взглядом.

— Алиса, ты вольна поступить, как захочешь. — Мягким и добрым голосом сказал Рётаро.

Алиса опустила голову в третий раз.

Её лежащие на коленях руки были спрятаны под столом, поэтому Кацуто не увидел, как она сжала их, чтобы унять возникшую в них дрожь.

— Почему... — Едва смогла выдавить из себя Алиса очень тихим тоненьким голоском.

У Кацуто было предположение, какой вопрос последует за этим "почему", но он ждал, когда Алиса скажет это сама.

— ...Почему только сейчас?

Вопрос был задан таким тоном, что больше напоминал упрёк, чем вопрос.

— Стыдно это говорить, но наша семья до недавних пор не знала о твоём существовании, Алиса-сан. В прошлом месяце отец сложил с себя полномочия главы семьи Дзюмондзи, после чего занялся поисками информации о твоей матери... Лично я узнал о тебе от отца только вчера.

— Поисками... информации о маме? Зачем?

— Отец оправдывается тем, что освободившись от обязанностей главы одного из Десяти Главных Кланов, он, наконец-то, получил свободное время для выяснения местоположения твоей матери. Он очень сожалеет о том, как поступил с твоей матерью... Дарьей-сан.

— Несмотря на то, что он нас бросил!?

Алиса впервые продемонстрировала сильные эмоции.

— То, что отец "ходил налево" — это факт. В результате тебе и твоей матери пришлось нелегко. Ты вольна упрекать в этом отца сколько хочешь.

— Вы говорите так, будто вас это не касается!

— Алиса, ты не права, обвиняя Дзюмондзи-сана.

Рётаро упрекнул перевозбудившуюся Алису.

— Дарья-сан начала встречаться с отцом Дзюмондзи-сана за три года до твоего рождения. Сразу после смерти матери Дзюмондзи-сана. В то время Дзюмондзи-сан был ещё совсем маленьким, и вряд ли запомнил хоть что-то о Дарье-сан. Мы пытались отговорить Дарью-сан от этих встреч, но она нас не слушала.

— Нет, если кого в этом винить, то только моего предшественника, Дзюмондзи Кадзуки. А Дарье-сан здесь можно только посочувствовать.

Кацуто полностью отверг слова Рётаро. И сам Рётаро, и Алиса интуитивно поняли, что Кацуто не притворяется и говорит именно то, что думает.

Вероятно, именно эта непоколебимая воля Кацуто поглотила кипевшие эмоции Алисы, и помогла ей успокоиться.

— Алиса-сан.

— Да...?

— У тебя есть законное право упрекать отца. У тебя есть право бесцеремонно бранить его. А ещё у тебя есть право затребовать долг за всё это прошедшее время.

Алиса посмотрела на Кацуто вопросительным взглядом. Она не могла понять, что имеет в виду её единокровный брат.

— Не хочешь хотя бы разок встретиться с отцом, чтобы выплеснуть на него всю накопившуюся обиду? Если тебе неприятно жить вместе с ним, то я организую тебе квартиру в Токио. А если ты хочешь остаться жить здесь, то можешь вернуться сюда после изучения методов контроля магии. Я не собираюсь заставлять тебя жить как человека из Десяти Главных Кланов. Я обещаю это от имени главы семьи Дзюмондзи из Десяти Главных Кланов.

Сидящий сбоку от Алисы Рётаро округлил глаза. На его лице было буквально написано, что он такого не ожидал. Алиса тоже выглядела совершенно растерянной. Она и подумать не могла, что Кацуто предложит нечто такое, что будет удобно для неё самой.

— Одзи-сан...

— Алиса. Как я уже говорил, ты вольна поступить, как захочешь. Но если ты действительно хочешь знать моё мнение...

— Угу, хочу.

— Тогда как насчёт того, чтобы для начала хотя бы просто встретиться с отцом? А уже после этого ты решишь, стоит ли тебе жить в Токио или нет.

Сказав это, Рётаро повернулся к Кацуто.

— Разумеется, я не против такого варианта.

Кацуто моментально выразил согласие.

— Можно... мне немного подумать?

В итоге Алиса, отведя глаза, попросила отсрочки для своего ответа.

— Хорошо. В таком случае, я вернусь на следующей неделе. Вы не против?

— Нас это устраивает... — Сказал Рётаро, глядя на Алису.

— Да... — Алиса тоже согласилась, всё ещё отведя взгляд от Кацуто.

◇　◇　◇

— Ася!

Сразу после того, как Кацуто покинул дом семьи Тооками, в гостиную ворвалась девушка в идентичном Алисиному кардигане и в точно такой же матроске.

Это была довольно миловидная девушка с большими выразительными глазами и прямыми тёмными волосами, коротко стриженными под каре.

— Мина.

Девушку, которую Алиса назвала Миной, на самом деле звали Марика, и она была старшей дочерью и при этом самым младшим ребёнком семьи Тооками. Прозвище "Мина" Марике дала ещё мать Алисы. Оно происходит от сокращения русского женского имени "Жасмин". ...Ну а "Ася*" — это, соответственно, аналогичное прозвище Алисы.

[Пишется кстати точно так же, как имя индийской докторши "Аша". Японский транслит — очень неоднозначная штука. Однако, мне не кажется, что индуска может быть Асей, а русская Ашей.]

Алиса, имеющая в свои 13 лет уже довольно взрослые черты лица, и Марика, выглядящая скорее миловидной, чем симпатичной, благодаря своей атмосфере неуёмной "пацанки". Хотя они были совершенно разными и не имели кровной связи, но создаваемая при их общении атмосфера больше походила на сестринскую, чем на дружескую.

Если судить по внешности, то выглядящую более взрослой Алису можно было назвать старшей сестрой, а выглядящую на свой возраст Марику — младшей. К тому же, Алиса была почти на 5 сантиметров выше Марики, хоть это было и не заметно, пока она сидела, а вошедшая Марика стояла.

Но реальность была такова, что эти двое родились с разницей всего в один день. Алиса родилась на день раньше, поэтому заявление о том, что "Алиса — старшая сестра, а Марика — младшая", технически не является ошибочным.

— Ты чего ещё не переоделась? — Спросила Алиса Марику, носящую такую же школьную форму, как и она сама.

— Меня сейчас совсем не это интересует!

Марика села за стол, но не с противоположной стороны от Алисы, а прямо рядом с ней, повернувшись к ней лицом. Алиса оказалась "зажата" между Рётаро и Марикой.

— Марика, закрой фусуму.

Рётаро упрекнул плохие манеры своей дочери, оставившей раздвижную дверь-стену открытой.

— Ася, о чём вы говорили с тем человеком!?

Однако отцовский голос не достиг ушей (а точнее, сознания) Марики.

Даже когда Марика придвинулась почти вплотную к Алисе, та не отодвигалась и не отклоняла тело.

Вместо этого Алиса повернулась к Марике и мягко улыбнулась, посмотрев ей прямо в глаза. Между ними было настолько малое расстояние, что в этот момент они почти касались носами.

Марика слегка покраснела и смущённо отодвинулась.

— Тем человеком? Ты про Дзюмондзи-сана?

— Дзюмондзи? Из Десяти Главных Кланов!? Что Десяти Главным Кланам от тебя нужно?

— Оказалось, что мы с ним родственники — он мой старший брат. И он предложил жить вместе с ним в Токио.

— Ася, ты уедешь в Токио!?

Марика схватила Алису за плечи.

— Нетушки! Не уезжай!

И снова придвинулась почти вплотную к ней.

...Чмок.

Но мгновение спустя Марика резко ретировалась в коридор через всё ещё открытую фусуму, даже забыв встать с коленей, на которых сидела. При этом она выглядела как какой-то персонаж комедийной манги.

Лицо Марики было ярко-красным, потому что Алиса только что поцеловала её. ...Правда, не в губы, а в кончик носа.

— Прости. Мина такая милашка, что я не смогла удержаться.

Алиса "извинилась" и показала язык Марике, которая лишь хлопала ртом как рыба и не могла вымолвить ни слова. Такая игривость разительно отличалась от того серьёзного поведения, продемонстрированного ею перед Кацуто всего несколько минут назад.

Рётаро был совершенно невозмутим, глядя на эту непристойную (?) сцену, разыгранную его дочерьми. Потому что в течение последних двух-трёх лет подобные сцены стали обычной повседневностью.

— Я тоже не хочу расставаться с Миной.

Когда всё ещё красная Марика услышала это заявление Алисы, её глаза засияли в надежде.

— Но Дзюмондзи-сан сказал, что если оставить всё как есть, то долго я не проживу.

— Это правда?

Вопрос ворвавшейся обратно в гостиную Марики был адресован не Алисе, а Рётаро.

— Её преждевременная смерть не является строго предопределённой. Просто есть некая вероятность, что это случится.

— Но вероятность всё же есть?

Рётаро не знал, что ответить на этот вопрос дочери.

— ...Так вот. Похоже, что Дзюмондзи-сан может научить меня методике, позволяющей это предотвратить.

— Ну тогда пусть научит!

Алиса многозначительно улыбнулась в ответ воспылавшей энтузиазмом Марике.

Выражение лица Марики изменилось на такое, будто она что-то осознала.

— ...Возможно ли, что условием является совместное проживание в Токио?

— Угу, так и есть. — Кивнула Алиса.

Лицо Марики снова покраснело, но уже в другом смысле.

— Да что он себе позволяет! Пользуется слабостями людей! Это подлость! Отвратительно!

— Марика.

Рётаро притормозил перевозбудившуюся Марику.

— И Алиса тоже, идите пока что переоденьтесь. Давайте подробнее обсудим всё это чуть позже, вместе с Серикой-сан.

Серика — это жена Рётаро и мать Марики.

— Хорошо.

Алиса послушно согласилась с предложением Рётаро, потому что сама желала для начала немного обдумать это в одиночестве.

— ...Ла-а-адно.

Марика казалась слегка недовольной, но тоже согласилась отложить разговор.

◇　◇　◇

Вернувшись в свою комнату, Марика упала на кровать и глубоко вздохнула. Но тут же осознала, что так её форма помнётся, поэтому сразу же вскочила с кровати и сняла с себя кардиган и матроску.

Хотя это был март, но снег ещё не сошёл полностью. В ночное время температура воздуха опускается ниже нуля, а днём не превышает 10 градусов по Цельсию. Тем не менее, под матроской у неё были только бюстгальтер, шорты и гольфы длиной до середины бедра.

Для ученицы первого года обучения средней школы у неё были довольно пышные формы. У неё был третий (C) размер чашечки бюстгальтера. Но это не значит, что она была толстушкой. Она очень любила двигаться, поэтому у неё была подтянутая талия и практически полностью отсутствовали жировые отложения на животе.

"Слегка полноватой" можно было назвать только область между гольфами и шортами, что было причиной тайных страданий Марики.

Её комната изначально использовалась её братом, который на 7 лет старше неё. Во времена младшей школы у них с Алисой была одна комната на двоих, но когда их старший брат Рёске поступил в Университет Канто (обычный, не магический), Марика заполучила в личное пользование его освободившуюся комнату.

Кстати говоря, этот брат в январе прошлого года уехал учиться по обмену в Ванкувер, СШСА, и через два месяца после этого связь с ним прекратилась. С тех пор прошёл почти год, но он так и не объявился. Однако ни его отец, ни мать, ни Марика почти не переживали за него.

Обучение за границей людей, унаследовавших гены волшебников, было запрещено. Однако по какой-то причине оно разрешалось в форме "обучения по обмену". Этот факт показался всей семье подозрительным, но даже зная это, Рёске всё равно уехал учиться за границу.

Являясь так называемыми "Экстра", семья Тооками не могла даже надеяться на шанс получить достойную работу в качестве волшебников. Хотя в последнее время дискриминация "Экстра" значительно ослабла, но всё равно, они смогли бы принимать активное участие в жизни магического сообщества, только если бы стали скрывать свой изначальный "номер". "Не использовать особые способности, полученные от так называемых номерных лабораторий" — это главное условие, при соблюдении которого "Экстра" могут быть приняты сообществом волшебников.

Однако магия семьи Тооками необычайно сильно наследственно привязана к характерным особенностям магии "десятки". Если они будут скрывать магию, происходящую из Десятой Лаборатории, то они будут лишь второсортными, в лучшем случае "полуторасортными" волшебниками. Семья Тооками для себя решила, что раз им всё равно нужно притворяться, то следует выбрать жизненный путь обычных людей, неволшебников.

Однако так связаны руки у них были только в пределах Японии.

lt;Стоило только сбежать из Японии, и это открыло мне путь к деятельности в виде настоящего себя.gt;

Примерное такое содержание было у письма, присланного Рёске из Ванкувера. Письмо было не электронным, а бумажным. Вероятно из-за опасения, что его перехватят. Именно поэтому и отец, и мать, и Марика считали, что это исчезновение было инициативой самого Рёске. Поэтому особо и не переживали по этому поводу.

"...Брат, где ты сейчас?"

Однако в данный момент Марика пребывала в состоянии, когда не может не пожаловаться на отсутствие старшего брата.

Возможно, из-за солидной разницы в возрасте, Рёске был для Марики надёжным старшим братом, на которого она могла положиться. Марика испытывала своего рода эмоциональную привязанность к Рёске.

А Алиса была привязана к Рёске даже больше, чем Марика. Если бы Рёске был сейчас здесь и выступил бы против поездки Алисы в Токио, то она без колебаний последовала бы его словам. А если бы Рёске всё ещё учился в университете, расположенном рядом с Токио, то Алиса, возможно, приняла бы решение перебраться в Токио только по той причине, что так она окажется поближе к нему. Но в этом случае, если бы Рёске вернулся на Хоккайдо, то Алиса вернулась бы вместе с ним.

Родители Марики хотели, чтобы Алиса вышла замуж за Рёске и унаследовала ветеринарную клинику. Алиса была не против этого. Хотя она пока ещё на первом году обучения средней школы, но это уже доказывало, то она собирается стать ветеринаром. Тем более, что до учёбы за границей Рёске был на инженерном факультете, а оценки Марики оставляют желать лучшего, поэтому даже если Алиса не выйдет замуж за Рёске, она унаследует клинику у Рётаро без каких-либо проблем. Разумеется, ни Рётаро, ни Марика не намерены заставлять Алису наследовать клинику.

Марика искренне не хотела, чтобы Алиса уехала в Токио. Но при этом она разумно осознавала, что не должна вставать на пути у Алисы, если та хочет жить со своими кровными родственниками.

К тому же, Марика считала, что сможет некоторое время потерпеть одиночество, если существует способ снизить вероятность, что с Алисой случится что-то плохое.

У Алисы есть генетическая предрасположенность к преждевременной смерти. Это было известно семье Тооками. Это знали не только Рётаро и его жена Серика, но и Рёске. И Марике они тоже об этом рассказали. Возможно, это не то, что можно было рассказывать тогда ещё ученице младшей школы, но её мать Серика настояла на том, что лучше будет рассказать ей, чтобы в случае чего она смогла принять соответствующие меры.

Вышеупомянутый генетический фактор был унаследован Алисой не от семьи Дзюмондзи, а от своей матери.

Мать Алисы Дарья была улучшенным человеком, созданным в Новом Советском Союзе.

Технологии генной инженерии в НСС были более развиты, чем в Японии, за счёт накопления большого количества экспериментальных образцов. Однако успешность "улучшения" волшебника не определяется только биохимическими генными манипуляциями. Очень сильное влияние на процесс оказывают магические факторы. Или, если выражаться чуть точнее, так называемые "сверхъестественные" факторы. Подход к данному вопросу с этой стороны в НСС был гораздо слабее.

Несмотря на то, что на тех землях с давних пор процветал оккультизм (или, можно сказать, именно по этой причине), когда был основан Новый Советский Союз, люди там стали более склонны к доктрине материализма. Возможно, такова была народная реакция на долгое пребывание государственной мощи на низком уровне.

Хотя магия является "техникой разума", они долгое время занимались анализом и доработкой последовательностей магии математическими методами. Они слишком цеплялись за свои принципы, и как бы иронично это не звучало, попытки использования технологий магической инженерии с помощью электроники застопорились. Однако к нынешней ситуации это отношения не имеет.

Суть в том, что разработанные в НСС улучшенные люди обладали менее стабильными (в плане поддержания жизни) телами, чем улучшенные люди, разработанные в Японии или СШСА. Нередки были даже такие случаи, когда никаких видимых аномалий не наблюдалось, но организм всё равно не функционировал нормально. С медицинской точки зрения причина была неизвестна. Единственное, что удалось установить экспериментальным путём, это взаимосвязь: "чем более сильная используется магия, тем чаще возникают проблемы с функционированием организма".

В Новом Советском Союзе только недавно (с помощью шпионажа) узнали, что необходимо заранее, ещё на этапе эмбрионального развития будущего "улучшенного человека", принять меры по адаптации разума к генно-модифицированному телу. Такие меры были созданы на основе анализа древних оккультных ритуалов, с подстройкой их под реалии современной магии. Мать Алисы, Дарья Андреевна Иванова, эмигрировавшая почти 20 лет назад, конечно же, не прошла через такие процедуры адаптации. Дарья жила обычной жизнью, не используя магию, поэтому аномальные состояния её тела возникали совсем редко, однако в результате она всё равно скончалась в довольно молодом возрасте.

Даже не используя магию, она не смогла избежать участи несовершенного улучшенного человека.

Являющаяся вторым поколением, прямым потомком такого "несовершенного улучшенного человека", Алиса тоже не знала, когда ей ждать подобной трагедии. С добавлением негативных факторов семьи Дзюмондзи (конкретно каких, Марика не знала), шансы на такую трагедию значительно увеличиваются.

Если существует способ избежать трагедии или хотя бы снизить её вероятность, то необходимо его заполучить. Это даже не обсуждается.

Однако Марика не желала расставаться с Алисой даже при крайней необходимости.

Это была не логика, а эмоции.

Эмоции, с которыми она пыталась справиться, сидя на полу в одном нижнем белье, вместо того, чтобы переодеваться.

◇　◇　◇

Разделившись с Марикой перед её комнатой, Алиса вошла в свою комнату и села за письменный стол.

Сразу после чего глубоко и долго, но беззвучно вздохнула. У неё была такая привычка — не издавать лишних звуков. Сама Алиса не знала, откуда у неё такая привычка. У неё не было никаких воспоминаний о каких-либо серьёзных издевательствах или притеснениях. А в вопросе дисциплины семья Тооками была довольно нетребовательной.

Алиса сидела неподвижно около минуты. Она хотела сменить школьную форму на домашнюю одежду, но её тело не двигалось. Хотя беседа с Кацуто длилась недолго, но была для Алисы довольно утомительной.

"Для начала, нужно всё же переодеться" — Мысленно пробормотала Алиса и плавно встала.

Первым делом она сняла с себя синий кардиган и повесила его на вешалку.

Следом она сняла с шеи тёмно-красный шарф, расстегнула пуговицы на рукавах и переднюю застёжку матроски.

Под матроской у неё была камисоль, объединённая с чашечками бюстгальтера.

Верхняя часть стройного тела Алисы обнажилась.

Это скорее была незрелость, чем худоба. Грудь тоже успела вырасти только до первого (A-cup) размера, но Алису особо не волновала эта отсталость от других девушек её возраста.

Далее она сняла юбку, отстегнув пуговицу и расстегнув боковую застёжку на ней.

Обнажились стройные ноги, облачённые в чёрные колготки.

Тело, как у феи, от которого невозможно было оторвать взгляд даже человеку, не увлекающемуся миниатюрными женщинами.

А незрелая верхняя часть, наоборот, лишь усиливала её очарование.

Добросовестно повесив матроску на вешалку в шкафу, и вынимая оттуда свитер и шерстяную юбку, Алиса задумалась над недавним разговором.

"Что же со мной будет...?"

Хоть ей и сказали, что она может умереть преждевременно, но чёткое осознание этого к ней ещё не пришло. Хотя у Алисы был реальный опыт потери близкого человека — матери, но сейчас ей всего 13 лет. Собственная смерть ей виделась чем-то далёким и не скорым.

Ей было известно, что в отличие от других, обычных тринадцатилеток, её жизнь нестабильна. Но это было лишь полученное в разговоре знание. И хотя она иногда чувствовала, как внутри неё вспыхивало "нечто" вроде неясного мерцающего огонька, но понять, несёт ли это угрозу для неё, или нет, она понять не могла. У неё не было чёткого опыта, чтобы она могла определить, что это такое и какова природа этого явления, поэтому она не могла судить, является ли этот феномен угрозой, способной ей навредить.

"В конце концов, я не знаю всю правду о себе..."

Внушительная нехватка знаний и опыта. Для учеников первого года обучения средней школы такое было в порядке вещей, вот только она не могла себя назвать обычной ученицей средней школы. Она явно была необычной.

"Я должна хотя бы узнать... наверное."

Хоть Алиса ещё не была способна осознать последствия смерти, но хотя бы, что такое смерть, она понимала.

Смерть.

Потеря близкого человека.

Это когда кто-то остаётся лишь в воспоминаниях.

И вы с ним больше никогда не встретитесь снова.

"Не хочу... чтобы мы с Миной и Рё-ниисаном... Рёске-саном больше не могли встретиться снова..."

Ей была неприятна не сама смерть, а мысли о том, что она больше не встретит любимых ею людей. К такому вот заключению пришла Алиса после своих раздумий.

◇　◇　◇

К обсуждению предложения Кацуто семья Тооками приступила, собравшись за общим столом после того, как все поели, и посуда была помыта. Мытьё посуды и прочее наведение порядка после приёма пищи в этой семье было работой Марики и Алисы. С точки зрения дисциплины "дочерей", Серика, жена Рётаро, не проводила различий между Марикой и Алисой.

Когда стол был приведён в порядок, Серика расставила чайные чашки в количестве присутствующих для проведения семейного чаепития, после чего Рётаро обратился к Алисе.

Первой за стол рядом с уже сидевшим Рётаро села Серика, следом за ней, ответив "да", напротив Рётаро села Алиса, и следом Марика села рядом с ней.

— Перед тем, как мы выслушаем, что думает Алиса, я вкратце озвучу суть разговора. — Заговорил Рётаро после того, как все заняли свои места. — Сегодня наш дом посетил глава семьи Дзюмондзи из Десяти Главных Кланов, и заявил, что хочет забрать Алису на своё попечение. Нынешний глава Кацуто-си — единокровный брат Алисы. Алисе об этом уже известно.

Серика посмотрела на Алису вопросительным взглядом, будто спрашивая "это правда?".

Алиса тоже повернулась к Серике и утвердительно кивнула в ответ.

— Похоже, семья Дзюмондзи не знала об Алисе до недавних пор.

— И вы в это поверили? — Колким тоном спросила Серика.

— Исходя из сложившегося впечатления, я могу сказать, что это была не ложь.

— Именно это меня и раздражает...

Серика всё равно выглядела несогласной. Похоже, что она была разгневана на семью Дзюмондзи куда сильнее, чем Рётаро. В отличие от Рётаро, Серика не была изначальной "Тоогами", и её злоба была отражением скорее её сострадания к судьбе погибшей Дарьи, чем обиды на Десятую Лабораторию.

— Итак, Дзюмондзи-сан только это сказал? Или что-нибудь ещё?

Похоже, подробностей Серика не слышала. Это вводное объяснение Рётаро затеял по большей части из-за Серики.

— Суть его предложения в том, чтобы забрать Алису на попечение, во время которого Алису научат технике профилактики магической болезни, характерной для семьи Дзюмондзи.

— Пап, а что это за болезнь? — Вмешалась Марика. Этот вопрос не давал ей покоя всё это время.

— Среди всех разработанных в ныне закрытой Десятой Лаборатории, только у "сильнейших из десятки" волшебников семьи Дзюмондзи есть особая способность, ставшая их козырем, на котором держится их прозвище "железная стена".

Рётаро и так собирался объяснить это с самого начала своего повествования.

— Это секретная техника, которая путём временного ускорения работы зоны расчёта магии буквально выжимает из пользователя магическую силу, превышающую его предел. Однако при этом она также вредит и самому пользователю.

— Как вредит?

Марика опять перебила Рётаро, но его это, похоже, не волновало.

В этом и была вся суть. Он с самого начала собирался ответить на любые возникшие вопросы.

— В подсознании волшебников... точнее, в подсознании всех людей существует некая область, в которой информация обо всём окружающем мире собирается и затем перерабатывается в форму, понятную сознанию. Эту область мы, волшебники, называем "зоной расчёта магии".

— Перерабатывается? — Задала бесхитростный вопрос Марика.

Вряд ли в данном случае её можно было назвать непонятливой. Алиса хоть и не сказала это вслух, но подумала о том же.

— Весь мир, по сути, это единое целое, и информации о мире настолько много, что человеческое сознание не в силах вместить в себя её всю. Поэтому в подсознании происходит процесс обработки — деления изначально единой информации о мире на части такого размера, который мы уже способны осознать. Марика, тебе это понятно?

Рётаро намеренно прервался, потому что знал, что у его дочери плохая успеваемость.

— Хм...

Как он и ожидал, Марика хоть и пыталась изобразить на своём лице понимание, но фактически было ясно, что она не понимает.

— Мина, если ты возьмёшь торт целиком, то тебе ведь будет трудно его съесть прямо в таком виде? Когда подают торт, его обычно режут на восемь кусочков и раскладывают на тарелки, а потом ещё вилкой отламывают кусочки поменьше. Вот и здесь всё то же самое.

— Вот оно что. Как и ожидалось от Аси. Не просто тарелки, но ещё и вилки — всё продуманно. Верно, пап?

— ...Ну, главное, что это помогло тебе понять.

"А ведь эти двое уже в средней школе" — подумал Рётаро, но тут же отказался от нравоучений, потому что если постоянно отклоняться от темы, то этот разговор никогда не закончится.

— Вернёмся к нашему разговору. Магия — это техника, обращающая вспять эту функцию разума, отражая человеческое сознание на мир. Давайте пока отложим вопрос, как именно мы можем это делать. Пока что вам достаточно знать лишь что магия творится путём работы этой самой зоны расчёта магии.

Алиса и Марика синхронно кивнули. Серика, кстати, была хоть и не высокоуровневым, но опытным волшебником, так что для неё это было нечто само собой разумеющееся.

— Производительность зоны расчёта магии у каждого человека разная. Обычные люди-неволшебники не могут использовать магию потому, что у них уровень этой производительности не достигает минимального значения, при котором можно перезаписывать реальность.

Рётаро изменил выражение лица.

— Марика. Алиса. Не поймите меня неправильно. Волшебники могут использовать магию только потому, что у них высокая производительность зоны расчёта магии. Но это не значит, что волшебники лучше неволшебников.

Ошибочное чувство неполноценности перед волшебниками превратилось в бесконтрольно плодящиеся подозрения и страхи, из которых возникло движение "гуманизма", переросшее в обычный терроризм. А ошибочное чувство превосходства опасно тем, что может исказить людей куда сильнее, чем ошибочное чувство неполноценности.

Волшебники не являются высшей расой. Об этом следует зарубить у себя на носу и никогда не забывать.

...Вот чему Рётаро пытался научить дочерей своей речью.

Однако.

— Э-э? Что ты такое говоришь? Разве это не само собой разумеется? — Удивлённым тоном заявила Марика, вслед за которой сдержанно кивнула и Алиса, выражая согласие.

Похоже, что не было необходимости в особом подчёркивании этого факта для этих двоих.

— Ясно. Хорошо, что вы это понимаете. Вы обе достойны восхищения.

Марика горделиво надула ноздри от этой похвалы Рётаро. Хотя она уже ходила в среднюю школу, но в подобных вопросах она всё ещё была ребёнком.

Реакция Алисы была немного более взрослой, но она всё равно не сумела скрыть счастливое выражение на своём лице.

Это доказывало, что обе девушки искренне любили Рётаро. Другие отцы, глядя на эту сцену, испытывали бы чувство зависти.

Рётаро прокашлялся, чтобы прочистить горло. Или из-за того, что немного смутился.

— ...Разумеется, разница в производительности зоны расчёта магии есть и среди волшебников. Когда про кого-то говорят, что он обладает "магическим талантом" — это в большинстве случаев означает высокую производительность зоны расчёта магии. Эта производительность по большей части определяется при рождении, однако есть и другие факторы, влияющие на неё. В некоторой степени её можно усилить тренировками. Однако как для врождённой, так и для натренированной производительности существует некий определённый предел. Это так называемый предел силы волшебника.

Ни у Марики, ни у Алисы вопросов не было.

Обе ждали продолжения рассказа.

На Рётаро смотрели две пары глаз, ожидающих возвращения к главной теме разговора.

— Но как я уже недавно говорил, у семьи Дзюмондзи есть способность, позволяющая временно преодолеть этот предел. Способность, повышающая активность зоны расчёта магии, выводя её за верхнюю границу исходного предела, что позволяет продемонстрировать магическую силу, превышающую все допустимые пределы. И называется эта способность "Разгон".

— Такой термин вроде использовался в старинных компьютерах?

Рётаро утвердительно кивнул в ответ вопросительно наклонившей голову Марике.

— Совершенно верно, Марика. Термин "разгон" происходит от способа повышения производительности старинных персональных компьютеров. И в данном случае мы имеем не простое совпадение слов. Потому что в обоих случаях при повышении производительности возникает вероятность поломки и сокращается срок службы.

— То есть, использование этой способности сокращает продолжительность жизни?

На этот раз вопрос последовал от Алисы.

Рётаро не колебался с ответом.

— Если повысить свою силу сверх допустимого предела, то нагрузка на пользователя превысит предел его прочности. То же самое верно и для машин, и для человека — и для тела, и для разума. Магия, превысившая предел конкретного человека, повреждает его зону расчёта магии, что сокращает срок её службы. Этот симптом называют "перегревом зоны расчёта магии". Перегрев может случиться абсолютно у любого волшебника, однако Разгон повышает вероятность, что это произойдёт.

— Значит, вот какой перегрев вы тогда обсуждали с Дзюмондзи-саном...

Алиса кивнула с лицом, будто говорящим "теперь-то я это поняла".

Рётаро кивнул в ответ и продолжил рассказ.

— Однако воздействует перегрев не только на зону расчёта магии и магические навыки. Зона расчёта магии есть не только у волшебников, и предназначена она, по сути, совсем не для использования магии. Её функция — помогать человеку осознавать этот мир, тем самым позволяя ему жить в этом мире. Если зона расчёта магии перестанет работать, то человек не сможет нормально осознавать мир.

— То есть, сойдёт с ума?

— Это в лучшем случае. — С натянутой улыбкой ответил Рётаро на вопрос дочери. — Фактическое предназначение зоны расчёта магии — делить образ мира на части такого размера, который человек способен осознать. Человек не способен выдержать образ мира таким, какой он есть. Человека, получившего слишком много избыточной информации, ждёт смерть от шока.

— ......

Алиса и Марика потеряли дар речи.

— ...Самое плохое в том, что у волшебников семьи Дзюмондзи такая способность разгона является врождённой. Риск, что разгон будет использован неосознанно, без ведома пользователя, действительно существует. Чтобы защитить свой разум, недостаточно просто отказаться от использования этой способности. Необходимо её контролировать, чтобы она не активировалась самопроизвольно*.

[Дословно там написано "нужно держать её под контролем, чтобы она не вышла из-под контроля", лол.]

— Одзи-сан.

Алиса посмотрела на Рётаро с куда более серьёзным лицом, чем до этого.

— Другими словами, Дзюмондзи-сан говорил правду?

— По поводу Разгона он не врал.

— Только семья Дзюмондзи может обучить меня методу осознанного контроля этой способности, чтобы из-за неё не случился перегрев?

— Среди разработанных в Десятой Лаборатории волшебников, эту способность получила только семья Дзюмондзи. Так что способам её использования могут научить только они.

— Понятно.

Лицо кивнувшей Алисы впервые за всё время разговора стало спокойным.

— Одзи-сан, спасибо, что рассказал мне всю правду.

Алиса поклонилась кивком. Судя по её лицу, решение уже было принято.

— Мы понимаем, что Алисе следует пройти обучение в семье Дзюмондзи.

В этот момент в разговор вмешалась Серика, будто для того, чтобы помешать Алисе огласить принятое решение.

— Но затем, после обучения методу контроля, почему бы тебе не вернуться сюда?

— Дзюмондзи-сан сказал, что не возражает против этого.

Серика не смогла скрыть своё удивление этим ответом Рётаро.

— Тогда следует воспользоваться этим предложением. — Быстро придя в себя, продолжила она. Эти слова уже были скорее для Алисы, чем для Рётаро.

— Не думаю, что всё так однозначно... — Покачав головой, сказал Рётаро, прежде чем Алиса успела отреагировать. — Уникальные врождённые навыки каждого из кланов, как правило, считаются "не подлежащими выносу" за пределы клана. Более того, Разгон — это секретная техника, делающая семью Дзюмондзи сильнейшими. Не может быть такого, чтобы постороннего обучили бы этой технике и просто отпустили. Независимо от обещаний главы семьи, люди из его окружения такое не позволят.

— Это...

— Прежде всего, семья Дзюмондзи предложила взять на попечение дочь, связанную с ними кровными узами. Можно сколько угодно жаловаться на их попытки отказаться от ответственности и нажиться на этой ситуации, однако ими уже была озвучена готовность взять на себя всю ответственность в том числе за всё прошедшее время. У наших попыток вмешаться в это тоже есть свои пределы.

— ......

Вероятно, Серика в какой-то степени смогла понять его доводы, поэтому ей тоже не было чем возразить.

— Ася, и тебя это устраивает? — Спросила сидящая рядом с Алисой Марика, схватив её за руку.

— Это Токио, Мина. Всё ещё Япония. Поэтому это не значит, что мы больше никогда не увидимся.

— Токио далеко. Мы не сможем видеться в любое время.

— Мы сможем увидеться и поговорить по видеофону.

— Но не сможем прикоснуться друг к другу.

Со слезами на глазах, Марика отпустила руку Алисы и обняла её обеими руками.

— Я не смогу почувствовать твоё тепло по видеофону.

— Ох, Мина, ну ты...

Алиса мягко улыбнулась, обняв Марику в ответ.

Казалось, что под этой улыбкой она сдерживает слёзы.

[2]

Воскресенье, 3 марта.

Как и на прошлой неделе, Кацуто ехал к дому семьи Тооками на арендованной машине.

Сегодня на второстепенной дороге снег уже был убран. Однако он был лишь сдвинут на обочину, образуя небольшие "стены" слева и справа от дороги.

Поэтому видимость была плохая. И хотя автомобиль был оснащён по современным стандартам — то есть имел на борту систему предотвращения столкновений, но это была всего лишь узкая второстепенная дорога, не охваченная системой контроля трафика. Кацуто ехал довольно медленно.

Именно благодаря этому он без особого труда смог остановить машину, когда увидел внезапно выпрыгнувшую на дорогу человеческую фигуру.

"Ребёнок?"

Человеческий силуэт, вставший прямо на пути его машины, был довольно низким, 150-155 сантиметров ростом.

"...Нет, скорее, ученица средней школы?"

Одета она была в нейтральной моде: пуховик и узкие джинсы, пилотка на голове и короткие сапоги без каблуков на ногах. И эта девушка (причём довольно миловидная) стояла и сверлила взглядом сидящего на водительском месте Кацуто.

Кацуто понятия не имел, почему она так на него смотрит. От резко затормозившего автомобиля до девушки оставалось более десяти метров, к тому же, выскочила она на встречную ему полосу, а не прямо под колёса. Если взглянуть на ситуацию объективно, то виноватой тут была она сама, и это её нужно пронзать взглядом, а не наоборот.

Тем не менее, вставший у него на пути человек — это всё ещё ребенок. Просто посигналить и проехать мимо было как-то не по-взрослому.

К счастью, других машин в данный момент на дороге не было. Кацуто решил выйти из машины, чтобы узнать, не хочет ли девушка что-то ему сказать.

Как только он открыл дверь, девушка тоже пошла в его направлении.

Выйдя из машины, Кацуто встал в одном метре от неё, и стал ждать, когда девушка к нему подойдёт.

Девушка остановилась в двух метрах от него.

— Прошу прощения за неподобающее поведение.

Это было первое, что сказала девушка.

При этом она отвесила довольно низкий поклон. Выпрыгивание на дорогу перед машиной нельзя назвать достойным похвалы поступком, однако её нынешнее поведение вызвало благосклонность Кацуто.

— Вы ведь Дзюмондзи-сан, верно?

Продолжила девушка, прежде чем Кацуто успел среагировать на её первую фразу.

— Да, а что?

— Меня зовут Тооками Марика.

Услышав имя девушки, Кацуто слегка округлил глаза.

◇　◇　◇

По мере приближения времени, на которое был назначен визит Кацуто, дом семьи Тооками заполнялся неспокойной атмосферой.

Но нервничали тут только двое взрослых — Рётаро и Серика. А Алиса, главная "виновница" данных событий, наоборот, была спокойна.

Сегодня она была уже не в школьной форме. На ней было обычное длинное платье спокойной расцветки. Создаваемая с помощью такого образа атмосфера элегантности очень подходила Алисе.

По сценарию Рётаро и Серики, приезда Кацуто Алиса должна ожидать в своей комнате. Следуя этому указанию, она тихо сидела за столом, занимаясь учёбой. Она уже сдала выпускные экзамены первого года обучения, но у неё была своя собственная цель — стать ветеринаром.

Когда у тебя есть чёткая и ясная цель, легко сохранять мотивацию. В случае Алисы так всё и было. Учёба на ветеринара уже давно стала частью её распорядка дня.

— Алиса?

Но она не уходила в учёбу с головой настолько, чтобы не слышать ничего вокруг себя.

— Да-а!

Алиса практически без задержки отозвалась на позвавший её голос Серики.

— Можно тебя на минутку?

В ответ на просьбу Серики, Алиса встала и открыла дверь в свою комнату.

— Оба-сан, что такое?

— Алиса, ты не знаешь, где Марика?

— Я не видела её ещё с обеда. А что, она не дома?

— Да, обуви на месте нет, наверное, ушла куда-то...

У Серики было довольно растерянное лицо.

— Извини, оба-сан. Я не знаю. И ничего от неё не слышала... Клубной деятельности у неё сегодня тоже не должно быть...

— Ясно... Какой трудный ребёнок. Почему она никому не сказала, куда пошла...

Говоря это, Серика не выглядела особо обеспокоенной.

Сейчас было только 13:50. Такое время нельзя было назвать опасным для прогулок ученицы средней школы. Они жили в довольно благополучном районе, и вероятность случайно натолкнуться на что-то криминальное была крайне мала. К тому же, несмотря на свой образ, Марика была довольно смышлёной. Поэтому можно было не беспокоиться, что она попадёт в неприятности.

Просто уже подходило время встречи с Кацуто, назначенной на 14:00. На прошлой неделе ни Серика, ни Марика не осмелились присутствовать во время разговора с Кацуто, однако на этой неделе решался вопрос передачи Алисы на его попечение, так что необходимо было проявить хотя бы минимальную вежливость.

— ...Что ж, так даже лучше. Если бы она была дома, то, наоборот, лишь показала бы гостю свои грубые манеры.

Раз её нет дома, то она не встретится с Кацуто. Серика решила думать об отсутствии дочери с точки зрения преимуществ от этого.

— ......

Алисе оставалось лишь многозначительно улыбаться, слушая такую резкую критику лучшей подруги, с которой она выросла как с настоящей сестрой.

◇　◇　◇

— ...Юная леди из ветлечебницы Тооками?

Кацуто вёл себя по-джентльменски. Даже с молодыми девушками моложе него он предпочитал говорить максимально вежливо до тех пор, пока их нельзя будет назвать хотя бы близкими знакомыми.

— Ой... ахаха. Да какая из меня леди...

Однако Марика была девушкой, для которой все эти формальности были очень сложным делом.

— ...Нет, это сейчас не важно. Дело в том, что я... У меня...!

Посмеявшись сама над собой, Марика снова сделала встревоженное лицо.

— Дзюмондзи-сан, у меня есть к вам просьба! — Сказала Марика, показывая пальцем прямо на Кацуто.

Даже если отбросить в сторону тот факт, что это был довольно невежливый по отношению к собеседнику жест, в её речи всё же фигурировало слово "просьба", а не "требование".

— Я как раз еду к тебе домой. Если у тебя есть что мне сказать, то как насчёт того, чтобы я выслушал тебя там?

— Нет, выслушайте здесь, пожалуйста!

Кацуто успокаивающим тоном предложил компромисс, однако Марика проявила упрямство.

— Хорошо. Но назначенное время наступит уже совсем скоро. Так что прошу быть краткой.

— Конечно.

Марика легко согласилась на просьбу Кацуто.

— Дзюмондзи-сан!

Согнувшись в глубоком поклоне, она сложила ладони вместе над головой. Это действительно была своеобразная поза для "прошения".

— Прошу вас! Не забирайте Асю... Алису в Токио!

Кацуто примерно предполагал, о чём "попросит" Марика.

— Но Алиса-сан с очень большой вероятностью унаследовала магические качества нашей семьи Дзюмондзи. Если она не научится магии Дзюмондзи, то ей будет угрожать опасность.

Подняв голову, Марика посмотрела на Кацуто. Её взгляд был настолько невинным и прямым, что Кацуто даже почему-то почувствовал себя виноватым.

Побывав здесь неделю назад, он примерно понял положение дел в семье Тооками. Даже Кацуто мог понять чувства тринадцатилетней девочки, не желающей расставаться с подругой, с которой она выросла как с родной сестрой. Точнее, он предполагал, что может это понять.

Честно говоря, Кацуто и самому не хотелось разлучать Алису и Марику. Однако то, что жизни Алисы угрожает опасность, это тоже неоспоримый факт. Поэтому он не мог ответить согласием на эту мольбу Марики.

— Я слышала от отца об опасности, которая угрожает Асе. Но я всё равно не хочу расставаться с Асей!

— Но...

— Дзюмондзи-сан. Не могли бы вы отправить наставника, который научит Асю магии семьи Дзюмондзи здесь?

Эти слова Марики застали и так уже растерявшегося Кацуто врасплох, и он расширил глаза.

— Я понимаю, что это слишком дерзкая просьба. Но мне не нравится, что я не смогу больше видеться с Асей, и что Ася тоже будет горевать из-за этого!

Обычно только детям свойственна способность действовать на основе всего двух эмоций: "нравится"/"не нравится". Точнее, современным мальчикам, вероятно, трудно быть такими "чистыми" (непорочными). Так что это прерогатива только девочек.

Даже для Кацуто, ставящего долг перед Десятью Главными Кланами на первое место, эта "чистота" казалась чем-то ослепительно красивым.

Нельзя сказать, что он не был тронут этим.

Но всё равно...

— ...Я не могу этого сделать.

Он не мог выполнить эту просьбу.

— Но почему!?

— Магия Дзюмондзи не может выйти за пределы семьи Дзюмондзи.

Если бы здесь была Серика, она загнала бы Кацуто в тупик, спросив: "значит, ваши слова про то, что она сможет вернуться на Хоккайдо после обучения методам контроля, были ложью?". Но Марика, к сожалению, оказалась не такой умной.

— Разве Ася не милашка!? Она ведь ваша, хоть и наполовину, но сестра!

Вместо логичных доводов, Марика пыталась давить на чувства.

— Лично я считаю, что ты права. Однако я не могу нарушить общепринятые правила по своему усмотрению.

— Дзюмондзи-сан, вы ведь глава семьи? Разве это не наивысшая позиция в семье Дзюмондзи!?

Кацуто с кислой миной на лице покачал головой в ответ на упрёк Марики.

— Хоть я и глава, но я ничего не решаю единолично. Не знаю, как в других кланах, но в семье Дзюмондзи "глава" — это сильнейший её представитель и её последний козырь. Последняя стена, которая остановит вражескую атаку. Не более того.

— ...То есть, вы никак не сможете выполнить мою просьбу?

— ...Извини.

Марика плотно сомкнула губы и сжала руки в кулаки.

— Понятно... Тогда ничего не поделаешь.

Говоря это, Марика начала отступать назад.

Выглядело это так, будто она набирает дистанцию для разбега.

Если судить только по словам Марики, то она сдалась. Однако напряжённость Кацуто не ослабла, а, наоборот, повысилась. В её голосе даже Дзюмондзи Кацуто, представитель группы сильнейших в этой стране волшебников, почувствовал признаки опасности.

— ...Это больше не просьба! Я заставлю вас прислушаться к моим словам! — Прокричала Марика. И одновременно с этим её тело засияло ярким псионовым светом.

◇　◇　◇

— Рётаро-сан.

— Серика-сан.

Рётаро и Серика, вместе готовившие на кухне закуски к чаю, одновременно обратились друг к другу по имени.

— Рётаро-сан, ты тоже почувствовал?

— Да. Это...

Они кивнули друг другу с суровыми лицами.

Причиной этому была мощная магия, активацию которой они почувствовали.

О Рётаро, являющимся так называемым Экстра, даже можно было не упоминать, а Серика была хоть и не первоклассным, но достигшим стандартного уровня волшебником. Они даже с некоторого расстояния могли почувствовать, что это именно их дочь активировала данную магию.

— Но как? Она ведь ещё не проходила обучение использованию магии...

В системе образования нынешней Японии официальное обучение магии начинается только в "старшей школе магии". Однако в семьях с "номерами", как правило, самостоятельно учат детей магии. А ещё есть так называемые частные курсы, где учат основам магии всех, даже не имеющих "номера". Такие курсы проводятся в средних школах в качестве подготовки перед поступлением в старшую школу магии.

Однако Марику не учили магии дома и не отправляли на магические курсы. Какой бы талантливой она ни была, она не должна была быть способной сходу активировать такую мощную магию.

— ...Обобщённый курс боевых искусств в школьном клубе Марики построен так, что его, в принципе, можно использовать как вводный курс в Магические боевые искусства. Возможно, она как-то выучила основы магии незаметно для себя и тренера.

— Талант, что ли...? — Отстранённо пробормотала Серика. В её словах скрывалась не только родительская любовь к ребёнку, но и лёгкая зависть перед возможным талантом дочери.

Рётаро не упрекнул жену за это. Потому что он и сам испытывал чувства, похожие на эти непотребные чувства его жены к дочери. Ведь у него была зависть к Кацуто, которую он не мог отрицать.

— Одзи-сан, оба-сан!

Возникшая на кухне душная атмосфера была развеяна паникующим криком прибежавшей Алисы.

— Там ведь что-то случилось с Миной!? Мы должны ей помочь!

Как не прошедшая магическое обучение Алиса смогла это понять? Сейчас у Рётаро и Серики не было времени на размышления над этим вопросом.

— Верно. Я за ключами от машины!

Рётаро быстро пришёл в себя и побежал за ключами от автомобиля.

Хотя их интересовало, что это за ситуация, в которой потребовалось использование такой мощной магии, но гораздо больше их беспокоило текущее состояние Марики, применившей мощную магию, при этом не пройдя должного обучения. Серика и Алиса тоже сорвались с места, направившись в гараж.

Рётаро разблокировал двери электронным ключом, сел на водительское место и запустил водородный двигатель своего массивного внедорожника. К этому моменту Серика уже сидела на переднем пассажирском сиденье, а Алиса — на заднем.

— Рётаро-сан, ты знаешь, куда ехать?

— Вон туда!

Ответившей на вопрос Серики была Алиса.

— Нужное место находится на главной дороге, если немного проехать по ней от той небольшой фермы в направлении нашего дома!

Рётаро не стал спрашивать у Алисы, как она узнала то, что сейчас объяснила.

— Именно по этой дороге должен приехать Дзюмондзи-сан, верно?

Зловещее предчувствие перекрыло собой все вопросы относительно восприятия Алисы.

— Рётаро-сан. Неужели она...?

Голос Серики слегка дрожал.

— Поспешим. — Сказал Рётаро и резко дал газу, даже не проверив, пристегнулись ли пассажиры.

◇　◇　◇

Вокруг тела Марики сформировался магический барьер, испуская вокруг себя интенсивный свет избыточных псионов.

"Это... «Реактивная броня», магия персональной брони тех самых «Тоогами»?"

Тоогами были изгнаны из Десятой Лаборатории и стали "Экстра" 37 лет назад. Это были последние годы так называемых "двадцати лет вспыхивания войн по всему миру", также известных как Третья Мировая Война. Это было сразу после того, как сформировались СШСА, и конец войны уже был очевиден (концом той войны принято считать сентябрь 2065 года).

Целью ныне закрытой Десятой Лаборатории была разработка магии для обороны столичного региона и защиты важных персон. Однако магия семьи Тоогами была способна покрыть магическим барьером только самого пользователя, что не соответствовало вышеупомянутым целям. Официально считается, что они были изгнаны из Лаборатории именно поэтому.

Однако в действительности всё было не совсем так. У магии Тоогами нашёлся ещё один способ применения: прорыв облачённого в несокрушимую броню волшебника вглубь вражеских построений. Армейские верхи были заподозрены в планировании суицидальных атак с помощью этой магии, поэтому в спешке убрали волшебников Тоогами со сцены, спрятав их ото всех. Официально это никто никогда не признавал, но именно такую историю слышал Кацуто.

"И всё же... это...?"

Однако магический барьер, развёрнутый вокруг тела девушки совершенно не тянул на "несокрушимую броню". На вид он не имел достаточно прочности, чтобы считаться суицидальным оружием.

Это, вероятно, потому, что эта девушка всё ещё неопытна в магии "Тоогами"?

Марика не обращала внимания на эту растерянность Кацуто и была переполнена боевым духом. На вид она совершенно не боялась, что её магия может не сработать.

— Я иду!

Этой фразой она скорее воодушевляла себя, чем обращалась к Кацуто.

Одновременно с этим криком, тело Марики, всё ещё обёрнутое магическим барьером, резко рвануло вперёд, будто отпущенная пружина.

— Й-йя-а-а!

Кацуто перехватил летящую на него в позе удара ногой в прыжке Марику защитной версией Фаланги.

Магический барьер, покрывающий правую ногу Марики, столкнулся со сформированным Кацуто куполообразным магическим барьером.

После чего... магический барьер Марики разрушился.

Это был вполне естественный результат, учитывая прочность барьера Кацуто.

Однако.

В следующий момент... точнее, мгновение спустя... магический барьер, покрывающий Марику, восстановился.

Марика продолжала бороться с магическим барьером Кацуто.

И не только за счёт того, что её барьер восстановился.

Прочность восстановленного барьера Марики возросла до уровня, сравнимого с Фалангой Кацуто.

Магия движения, ранее пославшая тело Марики в полёт, отказала первой.

После чего сила отталкивания между магическими барьерами отбросила Марику назад. Эта сила взаимного отталкивания возникла из-за того, что оба столкнувшихся барьера обладали свойством "инверсии вектора объекта".

Ловко извернувшись во время полёта, Марика легко приземлилась на ноги. Это говорило не только о том, что у неё хорошая моторика тела, но и о том, что она занимается ежедневными тренировками.

Однако внимание Кацуто привлекли не физические способности Марики, а выполненное ею перестроение магического барьера.

Это возобновление барьера было явно непреднамеренным.

Не в том смысле, что это была случайность или что-то в этом роде. Промежуток времени был слишком мал, чтобы за него можно было успеть заметить разрушение предыдущего барьера и умышленно переактивировать магию.

Поэтому было очевидно, что барьерная магия переактивировалась автоматически.

"Она устроена так, что активация новой барьерной магии вызывается разрушением изначального барьера...?"

Кацуто слышал, что эта персональная барьерная магия семьи Тоогами получила в Десятой Лаборатории название "Реактивная броня".

Если магия, которую он сейчас увидел, это та самая "Реактивная броня", то её базовые принципы точно такие же, как у Фаланги семьи Дзюмондзи.

Держать в режиме ожидания заранее подготовленные несколько барьеров разных видов, и развёртывать следующий барьер одновременно с разрушением предыдущего. Такова система работы "защитной версии Фаланги".

Принципом "защитной версии Фаланги" является "непрерывное возобновление барьеров". А что, если "Реактивная броня" имеет принцип "каждый следующий барьер сильнее предыдущего"?

"...Тогда должно быть ограничение на количество повышений прочности?"

Если количество перестроек барьера не имеет жёсткого ограничения, то прочность "Реактивной брони" будет повышаться бесконечно. Однако "бесконечность" — это абстрактное понятие, и в этом мире её не существует не только в магии, а вообще. Поэтому можно даже не сомневаться, что у количества перестроек "Реактивной брони" есть верхний предел. Причём это количество должно быть не таким уж и большим.

"Поэтому её посчитали суицидальной?"

К такому выводу пришёл Кацуто в результате накопившихся догадок. Если у этой магии существует предел и количество её последовательных активаций невелико, то высока вероятность того, что она откажет прямо посреди боя с противником, оставляя пользователя беззащитным. Поэтому неудивительно, что её признали пригодной только для суицидальных атак "с билетом в один конец".

Разумеется, Кацуто не собирался поддерживать тех, кто расценивает волшебников как инструмент.

Пока Кацуто был погружен в размышления, он не забывал поддерживать свою защиту. В этот момент Марика бросилась на него ещё раз, снова крикнув "Йя!". Для Марики её крик был "боевым кличем". Однако для Кацуто её девичий голосок был слишком миленьким и лишь вызывающим улыбку.

На этот раз атака Марики была совсем простой — она шла на таран. Она неслась правым боком вперёд, подготовив плечо для удара. Её левая рука была выставлена в сторону противника, будто прикрывая голову. Вероятно, это было полуинстинктивное действие по защите важной для женщин части тела — лица.

Сила столкновения была значительной. На этот раз к барьерной магии была добавлена не магия движения, а магия системы веса. Последовательная активация различной магии, соответствующей конкретной ситуации. Магия Марики была ещё незрелой, но по-настоящему практичной.

Однако её сила, всё же, ненормальна.

Мастерство тоже ненормально.

Всё, что она показала на текущий момент, было за гранью нормы.

Одновременно с окончанием действия магии веса, Марику снова отбросило.

На этот раз Марика упала на дорогу. Однако она быстро поднялась и не выглядела раненой. Даже на её одежде не было ни грязи, ни надрывов. Похоже, магический барьер надёжно защитил её.

— Я ещё не всё!

Марика подбежала к Кацуто. Однако куполообразный барьер не давал ей приблизиться к нему.

— Таааа-тататататата!

Издавая пронзительные крики тонким девичьим голосом, Марика обрушила на барьер Кацуто серию ударов кулаками. Вероятно, из-за использования магии самоускорения, скорость нанесения ударов была как у профессионального боксёра.

Однако ей всё равно не удалось разрушить Фалангу Кацуто. Одиночные барьеры были разрушены несколько раз, однако для разрушения следующего барьера, появляющегося сразу после предыдущего, атакам Марики не хватало мощи.

При этом барьеры, защищающие Марику, тоже начали разрушаться.

"...четыре...пять...шесть..."

Кацуто улавливал перестроения барьеров Реактивной брони через отклик, приходящий от его Фаланги.

"Семь"

На седьмом перестроении Марика отступила. Когда она набрала дистанцию 5 метров, вокруг неё уже не было магического барьера. Вероятно, отмена магии произошла не по её воле.

При использовании барьерной магии или подобной ей, трудно заранее предсказать, когда можно будет её отменить. Поэтому обычно заранее готовят другую магию, которая отменит текущую. Кацуто тоже так делает при использовании своей Фаланги. Однако сейчас не было никаких следов использования Марикой магии для отмены.

Вероятно, магия была отменена неким механизмом самозащиты, сработавшим до того, как был достигнут реальный предел пользователя, означающий границу между жизнью и смертью. Это невозможно с точки зрения системы современной магии, однако магия — это человеческая способность и функция разума. Нельзя сказать, что механизм самозащиты, действующий за пределами человеческого сознания, всегда будет работать без нарушений.

Однако это также означает, что тот самый "реальный предел" совсем близко.

"Значит, Реактивная броня может восстановить барьер 8, максимум 9 раз?"

У Фаланги, имеющей точно такую же базовую систему, предел количества восстановлений барьеров зависит от конкретного пользователя. Например, предел Кацуто составляет 999 раз. Однако это лишь измеренное в ходе испытаний число, и в реальном бою это значение скорее всего будет немного меньше.

Кацуто и Марика отличались друг от друга не только возрастом и опытом, но и (что более важно) количеством и качеством тренировок. Но даже с учётом этого, разница между 9 и 999 просто колоссальна.

"Всё-таки, система «новый барьер сильнее предыдущего» является неблагоразумной."

К такому выводу относительно магии бывшей семьи Тоогами в итоге пришёл Кацуто.

На этом он закончил свои размышления о технических аспектах этой магии.

В данный момент у него была более приоритетная проблема.

Его взгляд был прикован к тяжело дышащей Марике, пытающейся привести в порядок своё дыхание.

Очевидно, что она собиралась продолжить.

Однако... продолжать для неё было опасно.

Официально волшебники начинают получать магическое образование только со старшей школы. И на то есть причина.

Считается, что волшебникам лучше не перегружать свою зону расчёта магии в период, начинающийся за два года до проявления вторичных половых признаков, и заканчивающийся через два года после этого. А для девушек, ради их же безопасности, этот срок продлевается ещё на два года сверх этого. В Японии существует общепринятое мнение, что магия оказывает вредоносное влияние на рост организма. Для мальчиков "опасным" периодом считается возраст от 9 до 13 лет, а для девочек — с 8 до 14. Считается, что практиковать магию в этом возрасте нужно с особой осторожностью. ...Кстати говоря, в СШСА этот стандарт не принят за неубедительностью обоснований.

Девушка, стоящая сейчас напротив Кацуто, была как раз в том самом возрасте, когда "магию лучше не использовать". Причём её родословная хоть и относится к так называемым Экстра, но всё же происходит из "Лаборатории разработки волшебников". Поэтому можно было не беспокоиться о том, что дома она получит должный уход. Однако если в таком возрасте, когда даже при нормальных обстоятельствах магия оказывает на организм сильную нагрузку, вести продолжительный интенсивный магический бой, то неизвестно, к каким последствиям это может привести в будущем.

"Я должен завершить это сражение таким способом, который сведёт нагрузку на её зону расчёта магии к минимуму."

Кацуто решил закончить всё быстро. Нужно снести магический барьер вместе с механизмом его восстановления, не задев этой атакой саму Марику. Для этого нужно произвести следующую атаку до того, как перестройка барьера завершится. Такое можно сделать, если использовать "атакующую версию Фаланги".

После чего можно будет временно парализовать магические способности несистемной магией. Кацуто не был особо хорош в таких тонких техниках, но сейчас была не та ситуация, чтобы волноваться о чём-то таком.

Изнутри Марики начал проистекать неконтролируемый псионовый свет.

Кацуто продолжал стоять неподвижно, приняв стойку активации магии.

Напряжённость между Кацуто и Марикой повысилась.

◇　◇　◇

— Началось!? — Взволнованно пробормотал Рётаро сразу после того, как они выехали из гаража.

Он пришёл к такому выводу, потому что уловил волну псионов, возникшую от столкновения двух барьеров. Сознание Рётаро восприняло это как слуховую галлюцинацию, похожую на отзвук от удара в гигантский гонг.

— Рётаро-сан, быстрее!

Этот "звук" был настолько чётким, что его "услышал" бы любой обладатель магического восприятия. Разумеется, Серика тоже услышала.

— Одзи-сан, это Мина сделала!?

Даже Алиса почувствовала эту волну.

— Вероятно, это сделали Марика и Дзюмондзи-сан.

— Дзюмондзи-сан? Но почему?

Алиса была на грани паники.

— В данный момент Дзюмондзи-сан, похоже, просто парирует удары. Но даже в таком случае это вредно для Марики. Надо скорее её остановить.

Спокойствие и самообладание полностью исчезли с лица Рётаро. Он изо всех сил давил на педаль газа, но скорость больше не поднималась из-за ограничителя, установленного в автомобиле ради безопасности.

Признаки присутствия Марики исходили уже с довольной близкой дистанции, которую даже пешком можно пройти меньше чем за 20 минут. А на автомобиле с его текущей скоростью они доберутся в течение пяти минут. Но для Рётаро и Серики, а также в гораздо большей степени для Алисы, эти пять минут казались невыносимо и раздражающе долгим сроком.

"Мина!"

Алиса плотно закрыла глаза.

И в тот же самый момент в "поле зрения" Алисы появилась спина Марики.

— Э?

Издав возглас удивления, Алиса открыла глаза.

Перед ней предстал всё тот же интерьер автомобиля. Марику она уже не видела.

— Алиса, что с тобой? — Спросила Серика с переднего пассажирского сиденья.

Но Алисе сейчас было не до ответа.

Вместо этого она ещё раз закрыла глаза.

У неё в голове снова возникла спина Марики. А с противоположной стороны стоял Кацуто, грозным взглядом смотрящий на Марику.

Тело Марики засияло ярким светом.

Алиса интуитивно поняла, что это магический свет.

Кацуто протянул в сторону Марики правую руку.

И сконцентрированная в этой руке "сила"...

— Неееет!

Изо рта Алисы вырвался крик. Из её тела захлестал псионовый свет. А из "врат", открывшихся на границе между её сознанием и подсознанием (врат, связывающих разум с "внешним миром"), была выпущена мощная магия.

◇　◇　◇

— Это ещё не всё!

Марика снова подстегнула свой боевой дух криком. У неё не было CAD, и она не выполняла никаких магических процедур. Но даже несмотря на это, вокруг неё сформировался магический барьер.

...Эта девушка словно была гибридом волшебника и обладателя "суперсил".

По крайней мере, так сейчас показалось Кацуто.

Однако игнорирование должных процедур конструирования магии означает повышенную по сравнению с обычным применением магии нагрузку. Если не прекратить это как можно скорее, то последствия действительно могут оказаться необратимыми.

Чтобы положить этому конец, Кацуто увеличил выходную мощность своей зоны расчёта магии.

С помощью CAD в форме мобильного терминала, который был у него в левой руке, он вызвал последовательность активации атакующей версии Фаланги.

...Установить точку испускания на правую руку.

...Задать мощность испускаемого барьера на значение, равное прочности защитного барьера для их взаимонейтрализации при столкновении.

...Установить прицел на магический барьер Марики.

...Условием завершения установить разрушение барьера.

...Активировать Фалангу атакующего типа.

До того, как Марика успела броситься вперёд с помощью магии, из правой руки Кацуто выстрелили "снаряды" из множества идущих один за другим магических барьеров.

А в следующий момент случилось нечто неожиданное.

— Неееет!

Этот голос прозвучал прямо в голове.

И одновременно с этим вокруг Марики сформировался куполообразный магический барьер, который остановил Фалангу Кацуто!

Барьеры-снаряды и куполообразные барьеры разбивались, нейтрализуя друг друга.

Каждый из надвигающихся барьеров-снарядов...

Разбивался о перестраиваемые один за другим куполообразные барьеры.

— Это же...

Кацуто применил магию, играющую роль команды для остановки Фаланги.

Выстрелы снарядами-барьерами по Марике прекратились.

После небольшой задержки, сформированный вокруг Марики куполообразный барьер тоже исчез.

Марика выглядела полностью ошеломлённой. Увидев это, Кацуто понял, что барьерную магию, остановившую его Фалангу, активировала не она.

Точнее, это было понятно даже без взгляда на её лицо.

Куполообразный барьер возвела точно не Марика.

Потому что это была...

"...Фаланга"

Кацуто заметил, неосознанно начал озвучивать свою мысль вслух, но, спохватившись, закончил фразу про себя. И он был прав — эта барьерная магия была "защитной версией Фаланги".

Окутывающий Марику по контуру тела барьер "Реактивной брони" исчез. Похоже, попав в такую неожиданную для себя ситуацию, она утратила весь свой боевой дух.

И словно сигнализируя об окончании сражения, сзади к Марике подъехал и остановился высокий внедорожник. Из него вышел отец Марики Рётаро, её мать Серика, и Алиса (с некоторой помощью Серики).

Увидев, что Алиса пошатывается, едва стоя на ногах, Кацуто понял, что произошло.

Это Алиса активировала "защитную версию Фаланги", защитившую Марику. Алиса, которая ещё не должна уметь использовать магию, смогла выполнить такую продвинутую технику, как конструирование магического барьера, защищающего удалённый объект, не видимый напрямую невооружённым глазом.

"Как я и думал, по магической одарённости она сравнима со мной, или даже превосходит меня."

Кацуто окончательно убедился в том, что в его единокровной сестре скрывается талант волшебника. И одновременно с этим он понял, что для неё будет опасно, если не начать магическое образование как можно быстрее.

Потому что чем выше предрасположенность к магии, тем выше вероятность выхода этой магии из-под контроля. Кацуто даже вспомнил времена, когда сам ходил в старшую школу. Там у него была одна кохай, которая имела настолько высокую силу вмешательства в явление, что часто непреднамеренно замораживала реальность. Но Алиса была в гораздо большей опасности, чем та кохай. Если она не изучит хотя бы техники сдерживания активации магии, то с высокой вероятностью рано или поздно убьёт сама себя.

Согласно общепринятой теории, Алиса сейчас в таком возрасте, когда следует избегать магического образования. Однако из этой недавней активации "защитной версии Фаланги" можно сделать вывод, что в её случае опаснее оставаться без должного обучения.

— Мина, ты в порядке!?

Алиса и помогающая ей стоять на ногах Серика побежали к Марике.

— Зачем ты сделала нечто настолько глупое!? — Послышался ругающий голос Серики.

— Дзюмондзи-сан, приносим вам извинения за доставленные неудобства. — Сказал Рётаро, склонившись в глубоком поклоне перед Кацуто.

— Ничего страшного... Тооками-сан, вы уже учили свою дочь магии "десятки"?

Покачав головой, Кацуто задал только что пришедший ему на ум вопрос.

— ...Нет, не учили. Не может быть, она использовала магию Тоогами...?

Рётаро тоже покачал головой, сделав удивлённое лицо, будто говорящее за него: "я не могу в это поверить".

— Ясно... Возможно, я лезу не в своё дело, но...

— Нет, ничего подобного. — Рётаро перебил Кацуто, не дав ему договорить. — Мы недооценивали магическую одарённость дочери. Мы начнём обучение как можно скорее.

Рётаро понимал опасность таланта Марики и без лишних советов от Кацуто.

И таланта Алисы тоже.

— Сегодняшние события помогли мне осознать, что эмоции следует отодвинуть на задний план. Первым делом мы должны думать о детях.

— Согласен.

Возможно, в этот момент Кацуто следовало ответить другими словами.

— ...Спасибо, я ценю это.

Но Рётаро даже захотел пожать руку выразившему согласие Кацуто.

[3]

Через некоторое время после той стычки между Кацуто и Марикой, у Алисы и Кацуто состоялся разговор в присутствии семьи Тооками.

Марика всё равно продолжала противиться отъезду Алисы в Токио. Однако когда ей указали на то, что даже она сама была в одном шаге до выхода её магии из-под контроля, в итоге она была вынуждена согласиться с переходом Алисы на попечение семьи Дзюмондзи.

В итоге было принято решение, что Алиса отправится в Токио во время весенних каникул, которые начнутся совсем скоро, и со следующего учебного года будет ходить в среднюю школу в Токио из дома семьи Дзюмондзи.

Воскресенье, 31 марта. Вестибюль Нового аэропорта Титосэ.

Сегодня Алиса покидает Хоккайдо и отправляется в дом семьи Дзюмондзи в Токио.

— Ася, не забывай обо мне! Я буду звонить тебе каждый день! — Слезливым голосом сказала Марика, вцепившись в Алису, попытавшуюся пройти через выход, ведущий на посадку. Хотя слышавшие её посторонние люди наверняка подумали "как она тебя забудет, если ты будешь звонить ей каждый день?", но сама она явно была серьёзна, когда говорила это.

— Конечно, я тебя не забуду. Что бы ни случилось, я никогда не забуду Мину. Ведь даже в разлуке я всегда буду думать про Мину.

— Асяяааа!

Марика, наконец, расплакалась по-настоящему. У Алисы тоже начали наворачиваться слёзы, пока она похлопывала Марику по спине.

Неизвестно, сколько это могло продолжаться, если бы никто не вмешался.

— ...Алиса, тебе уже пора на посадку. Марика, отпусти уже её.

Хотя Кацуто и Рётаро тоже были здесь, но лишь Серика смогла вклиниться между этими двумя.

— Угу... Хорошо.

Марика отцепилась от Алисы, отступила на один шаг назад, и протёрла глаза от слёз.

— Мина, я... пошла.

— Алиса, я ведь серьёзна по поводу того обещания. Встретимся через два года.

— Угу, я тоже буду стараться. До встречи через два года.

— Непременно!

Марика со слезами на глазах сильно помахала рукой на прощание Алисе, проходящей через выход на посадку.

Алиса оглянулась, и с широкой улыбкой на немного покрасневшем лице слегка помахала рукой в ответ.

◇　◇　◇

Март 2099 года.

Сегодня тот самый день, когда одновременно во всех девяти старших школах при национальном университете магии проводятся вступительные экзамены.

Здесь, в расположенной в Хатиодзи Первой школе тоже собралось множество желающих сдать экзамены. В основном все они были выпускниками средних школ региона Канто, однако среди них были даже те, кто в надежде сдать экзамены и поступить в эту школу приехал сюда издалека. От острова Исигаки далеко на юге, до острова Хоккайдо на севере.

Острова Нансэй это отдельный разговор, а вот на Хоккайдо есть своя Восьмая школа. В регионах Тохоку, Тюгоку, Сикоку и Кюсю тоже размещены свои старшие школы магии. Тем не менее, множество подростков ставят перед собой цель поступить именно в Первую школу во многом из-за того, что здесь учился тот самый Шиба Тацуя.

Будучи ещё совсем молодым (в этом году ему исполняется 20 лет), Шиба Тацуя уже широко известен как в военной, так и в технической и научной сферах, причём не только в Японии, но и во всём мире. Среди молодых людей, стремящихся стать волшебниками (и особенно среди тех из них, которые стремятся стать инженерами магии), Шиба Тацуя стал объектом восхищения и примером для подражания. Пытаясь "быть как он", множество юношей и девушек со всей страны собрались здесь, что значительно повысило уровень конкуренции при поступлении в Первую школу.

Среди этого множества экзаменуемых особенно выделялась Алиса с её бледно-золотыми, близкими к серебряным волосами и дополняющим картину симпатичным лицом. Волшебники в большинстве своём склонны к опрятной внешности. Но даже среди них внешность Алисы значительно выделялась.

Поэтому отыскать её в такой толпе особого труда не представляло.

— Асяаааа!

Улыбнувшись, Алиса развернулась в сторону раздавшегося сзади голоса, навевающего тёплые воспоминания. Хоть она и слышала этот голос по телефону каждый день, но вживую это было уже довольно давно.

— Мина.

— Давно не виделись!

Марика подбежала и обняла Алису ещё до того, как та успела полностью развернуться. Они обе выросли за эти два года, но Алиса всё ещё была на 5 сантиметров выше, поэтому сейчас Марика буквально повисла на ней.

— Я приехала, как и обещала! Я тоже много училась!

Обещание, которое дала Марика Алисе во время того расставания в аэропорту звучало так: "я поступлю в ту же старшую школу, что и ты".

— Я тоже надеюсь, что мы обе будем учиться здесь с апреля.

Марика размашисто кивнула в ответ Алисе.

— Я обязательно буду учиться вместе с тобой! Поэтому, Ася, не провались на экзаменах!

— Разумеется. Я ведь тоже готовилась.

Для собравшихся здесь экзаменуемых эти двое были лишь конкурентами.

Однако ученики средних школ, вне зависимости от их пола, поголовно невольно улыбались, когда видели, какие близкие дружеские отношения у этих двоих, идущих к зданию школы.

(Девы-Лебеди — Конец Предисловия)

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 1

2 апреля

10 часов утра, четверг, 2 апреля 2099 года. Дзюмондзи Алиса вышла из автомобиля, припарковавшегося на стоянке Международного аэропорта Токио. Далее она последовала за своим вторым по старшинству братом к зданию терминала.

Два года назад семья Дзюмондзи из Десяти Главных Кланов взяла её на своё попечение, ведь она — единокровная сестра нынешнего главы семьи, Дзюмондзи Кацуто. Её мать — эмигрантка из России по имени Дарья Андреевна Иванова. И хотя Алиса по факту наполовину японка и наполовину русская, но внешность у неё по большей степени русская.

Стройная длинноногая зеленоглазая блондинка. Такая внешность сильно выделялась даже в Токио, где поток иностранных туристов был крайне высок.

Однако всеобщее внимание привлекали не её иностранные особенности внешности, а её личная красота и пропорции тела. Свойственная волшебникам симметричная внешность в сочетании с привлекательными чертами обеих национальностей собирала на себе взгляды не только представителей противоположного пола, снующих по вестибюлю аэропорта, но также и женские взгляды.

Однако самой Алисе не нравилось быть в центре внимания, и она считала это крайне неприятным. Поэтому, когда они пришли в зал ожидания прибытия, она встала, спрятавшись ото всех за силуэтом своего спутника.

— Алиса, похоже, она прибыла. — Обратился к Алисе юноша, ставший её щитом от назойливых взглядов. Его имя — Дзюмондзи Юто. Второй по старшинству сын семьи Дзюмондзи, на год старше Алисы. И с апреля этого года он переходит на второй год обучения в той же Первой школе при национальном университете магии, в которую поступила Алиса.

Юто на законных основаниях считается так называемым "вторым сыном" семьи Дзюмондзи, однако по оказываемому на окружающих впечатлению он разительно отличается от старшего сына семьи Кацуто, унаследовавшего пост главы семьи. Он довольно высокий — 177 сантиметров, однако при этом выглядит довольно худощавым. Вообще, фактически он был довольно мускулистым и атлетичным, но просто относился к такому типу людей, которые в одежде кажутся более стройными, чем они есть на самом деле. И если ему изменить его обычное выражение лица, то его, пожалуй, можно будет назвать самым натуральным "мачо".

Фактически, Юто — младший двоюродный брат Кацуто. Его родной отец — младший брат предыдущего главы семьи, Дзюмондзи Кадзуки. Оба его родителя скончались один за другим, поэтому Кадзуки взял его к себе в семью приёмным сыном.

А здесь он был в качестве сопровождающего Алисы, приехавшей сюда кое-кого встретить. Именно Юто привёз Алису в аэропорт на машине. Сейчас, в конце 21 века условия для получения прав на управление четырёхколёсным транспортом остались всё те же — возраст должен быть больше 18 лет. Однако теперь в этом правиле существуют вполне официальные лазейки. Например, правилами предусмотрено, что права на управление четырёхколёсным транспортом могут быть получены, если человек окончил обязательное образование, а также имеет "производственную необходимость" и "поручительство от работодателя". Юто воспользовался этими особыми правилами и получил права сразу после окончания средней школы.

Услышав Юто, Алиса подняла взгляд и посмотрела на информационное табло. Как он и сказал, на табло высветилось оповещение о том, что внутренний рейс из Нового аэропорта Титосэ прибыл с некоторым опозданием. Мрачная от назойливых взглядов Алиса тут же просияла.

В предвкушении она уставилась на вход для прибывших пассажиров. И вскоре она увидела, как через этот вход, катя за собой чемодан на колёсах, прошла та самая девушка, которую она так ждала.

— Ася!

И первой голос подала эта самая девушка, только что сошедшая с самолёта. Это была довольно миловидная девушка с прямыми тёмными волосами, коротко стриженными под каре. Её округлые желудевидные глаза обладали неким природным очарованием. Однако в контраст такому миловидному лицу, её тело было довольно фигуристым, с заметно выступающей грудью и бёдрами.

"Ася" — это прозвище Алисы. Но кроме её покойной матери так её называл всего один человек.

— Мина!

Алиса прокричала прозвище этого человека в ответ.

Прозвище Тооками Марики, её самой близкой и дорогой подруги, с которой они выросли как родные сёстры.

Девушки побежали навстречу друг другу и крепко обнялись.

— Ася, я приехала.

— Добро пожаловать, Мина.

— Теперь мы снова вместе.

— Да, я тоже рада нашему воссоединению.

Дело было в вестибюле прибытия Международного аэропорта Токио. Вокруг было много народу.

Однако этих двоих, похоже, совсем на заботили глаза и уши окружающих. Всё ещё обнимаясь, они обменивались вводящими в заблуждение репликами.

— Ох, Алиса. И ты тоже, Тооками-сан. Тут становится многолюдно. Может, для начала уйдём отсюда?

Погрузившихся в свой маленький мирок Алису и Марику окликнул Юто с выражением неловкости на лице.

К тому же, причиной "многолюдности" стал тот факт, что к встречающим теперь добавились выходящие из прибывшего самолёта люди, невольно остановившиеся или замедлившиеся, чтобы поглазеть на двух обнимающихся красавиц.

Слова Юто заставили Алису и Марику расцепиться.

Теперь Алиса заметила, что они являются центром всеобщего внимания, поэтому сильно смутилась и запаниковала. А вот Марика, в свою очередь, развернулась в сторону Юто и посмотрела ему в глаза уверенным взглядом.

— Можно просто Марика.

Можно говорить не "Тооками-сан", а "Марика". Если смотреть только на содержание сказанной ею фразы, то она казалась довольно дружелюбной и открытой. Однако тон её голоса, который можно было назвать вызывающим или даже "колючим", давал понять, что это было далеко не дружеское обращение.

— И можно не добавлять всякие "сан" или "тян".

— В-вот как?

Юто растерялся не потому, что оказался под психологическим давлением, а потому, что не знал, как лучше справиться с данной ситуацией.

— ...Хорошо, тогда не будем церемониться. Марика, прошу следовать за мной и Алисой к машине. Ты не против, если я довезу вас до твоего нового местожительства?

— Не против, Дзюмондзи-сан.

Услышав уверенный ответ Марики, Юто чуть было не нахмурил лицо, однако в последний момент смог сдержаться.

— Мы с Алисой — оба "Дзюмондзи"...

— Алису я называю "Асей", так что путаницы не возникнет.

— ...Понятно.

Получив такой чёткий и ясный ответ, он понял, что называть его по имени она не собирается. Сдержав вздох, Юто повёл Алису с Марикой к выходу.

◊ ◊ ◊

Планировалось, что Марика, поступившая в Первую школу при национальном университете магии, будет жить одна до самого окончания школы. Её съёмная однокомнатная квартира находилась в городке Курамаэ, который с точки зрения административного деления на провинции по старой системе находился в (бывшем) районе Тайто столичного региона. И о съёме этой квартиры позаботился именно Юто.

Несмотря на то, что Юто был лишь старшеклассником, он уже мог провернуть нечто такое, потому что данная квартира была расположена в доме, находящемся в собственности у компании по работе с недвижимостью, с которой была в хороших отношениях строительная компания, управляемая семьёй Дзюмондзи. Короче говоря, это были родительские связи. Тем не менее, нельзя отрицать тот факт, что Юто взял на себя инициативу в поиске жилья. Заботу о Марике проявил не отец семейства Дзюмондзи Кадзуки, и не нынешний глава семьи Кацуто, а Юто. А причиной этому стало беспокойство Алисы за Марику.

Алиса стала членом семьи Дзюмондзи всего 2 года назад. И из всей семьи с наибольшей любовью к ней относился именно Юто. Точнее, более походящим словом для описания его чувств к Алисе была не любовь, а забота.

Юто и сам был принят в главную семейную линию клана Дзюмондзи после смерти его родителей. Возможно, именно поэтому он не смог оставить без внимания Алису, жившую в другой семье после смерти её матери. Когда его брат Кацуто привёл Алису в семью, именно Юто приложил немало усилий для того, чтобы она познакомилась с членами семьи и обосновалась в Токио. Возможно, именно это было причиной тому, что среди всей семьи Дзюмондзи наиболее открыта душой Алиса была именно к Юто.

Для Юто Марика была всего лишь "лучшей подругой" Алисы.

Каких-то особых мыслей по поводу Марики у Юто не было.

К дому, в котором находилась квартира для Марики, они подъехали в 11 часов утра. Высадив девушек напротив здания, Юто отправился к себе домой, чтобы поставить машину.

Ключ от квартиры был у Алисы. Поэтому девушки без промедлений сразу же отправились в квартиру.

Электричество и водоснабжение уже были включены (а газ не использовался, так как всё было электрифицировано). Поэтому всё, что оставалось сделать сейчас — это дождаться грузчиков из транспортной компании, которые должны приехать уже совсем скоро.

А пока что они открыли окно, чтобы проветрить помещение, и сели прямо на лежащий на полу ковёр, чтобы отдохнуть и расслабиться.

— Самолёт немного задержался.

— В пути нас прилично так потрясло.

— У одзи-сана и оба-сан всё по-прежнему?

— Угу, у них всё в порядке.

Начав с такого обмена фразами, они погрузились в безостановочные девичьи разговоры, которые в итоге были прерваны заигравшей мелодией домофона.

— Наверное, это Юто-сан, я открою.

Алиса встала и подошла к домофону. Как и ожидалось, монитор домофона показал Юто.

От резиденции семьи Дзюмондзи до этой квартиры можно добраться пешком менее чем за 10 минут. Соседство в пешей доступности было просьбой Марики, переданной через Алису.

У поднявшегося на этаж Юто с собой была сумка с покупками из автоматизированного магазина (без продавцов и кассиров).

— Я купил чаю, но... только вот такого, охлаждённого. Сойдёт?

— Большое спасибо, Юто-сан.

— Спасибо. Вполне сойдёт.

После этих слов благодарности Алисы, Марика уже не могла ответить прохладным тоном. Она послушно приняла от Юто бутылку с чаем.

Юто купил не только напитки. В принесённом им пакете из биоразлагаемого пластика также были лёгкие закуски. Хотя для обеда было ещё рано, но уже было такое время, когда лёгкий голод давал о себе знать. Однако нечто вроде посуды и мебели только предстоит сюда завезти. Индукционная плита и духовка с функцией автоматической готовки были установлены здесь заранее, но вот холодильник ехал вместе со всей остальной мебелью, поэтому еды в этой квартире до этого момента не было. Марика была вынуждена признать, что покупка лёгких закусок — хорошая идея. Фактически, она без промедлений протянула руку к гарнирным булочкам в пакете.

Дзюмондзи Юто оказался довольно добросовестным и практичным человеком для своего возраста.

Примерно в тот же момент, когда они закончили свой перекус, домофон зазвонил ещё раз.

— Да-а-а, кто там?

Алиса подошла к домофону и нажала кнопку ответа, но, по правде говоря, в этой квартире была установлена модель домофона, которая позволяла отвечать, просто подав голос. Кроме того, она позволяла услышать ответ посетителя, даже стоя у окна в противоположной части помещения.

Позвонившими в домофон оказались грузчики. Марика встала, подтвердила личность грузчиков через монитор и открыла замок входной двери в здание.

Данная квартира была расположена на самом верхнем этаже двенадцатиэтажного дома. Поэтому потребовалось немного подождать, прежде чем домофон зазвонил снова. На зазвонивший другой мелодией домофон ответила ожидавшая около него Марика, а Юто направился к входной двери.

За открытой Юто дверью ожидали двое грузчиков и тележка с багажом.

Переезжая, чтобы жить одному, человек обычно не берет с собой много вещей, однако в данном случае "багаж" состоял из стульев и стола, холодильника, кондиционера, шкафа для одежды и много чего ещё по мелочи. А Юто изначально пришёл сюда именно с расчётом на то, что потребуется помощь по мужской части — в таскании тяжестей.

Однако увидев, что грузчики облачены в силовые экзоскелеты, он понял, что его выход на сцену не состоится.

Переезжающим человеком была юная девушка. Юто подумал, что у неё, возможно, имеется что-либо, что она не хотела бы показывать парню примерно своего возраста, и если он останется, то будет только мешать.

— Марика, я, пожалуй, тогда пойду. — Обратился Юто к Марике перед тем, как уйти.

— Хорошо, спасибо за помощь.

Марика ответила не сожалеющим и не грубым, а самым обычным тоном.

— Алиса, свяжись со мной вечером, чтобы я забрал тебя.

— Да, хорошо.

Ответ Алисы был более дружелюбный, чем Марики. Однако один вопрос оставался открытым — не было ли такое её поведение проявлением стеснения перед чужими людьми?

◊ ◊ ◊

Оставшись одни после установки мебели и электроприборов, Алиса с Марикой в приподнятом настроении занялись распределением посуды, одежды и прочих мелочей.

Начали они распределение багажа по своим местам чуть позже полудня, а когда закончили, было уже около 17 часов. Может показаться, что они довольно неуклюжи, раз им потребовалось столько времени, чтобы вдвоём распределить вещи одного человека в небольшой однокомнатной квартире-студии.

Несмотря на то, что они постоянно болтали, кухонная утварь была разложена по местам довольно быстро. Приспособления для учёбы в эту эпоху по большей части являются цифровыми приборами, так что для их использования не требуется много времени. Настолько, что при переезде Марика выбрала не письменный стол, а небольшой столик на четверых (или в данном конкретном случае на двоих).

Большую часть времени в итоге заняло разбирание одежды. Кому-то покажется, что это не должно занимать много времени, однако в данном случае причиной задержек стали постоянные комментарии по поводу размера и дизайна одежды, а также несколько раз наступавшее внезапное молчание. В частности, наиболее часто такие "торможения" наблюдались при разборе нижнего белья. Вероятно, разбор личной одежды человеку лучше проводить самому в одиночестве.

В любом случае, работы по переезду были завершены, и теперь всё, включая кровать, было готово к использованию. Для транспортировки грузов до сих пор использовались картонные коробки, однако картон можно было выбросить в специальный утилизатор, установленный в конце коридора каждого этажа здания. Когда с этой задачей было покончено, Алиса позвонила домой, согласно договорённости. ...Был ещё только ранний вечер, но Юто будет встревожен, если она пойдёт домой одна. Нет, кричать на неё он не будет, но неприятного выговора избежать не получится.

Честно говоря, Алиса хотела, чтобы к ней перестали относиться как к ребёнку. Однако она понимала, что беспокойство Юто искреннее, поэтому не могла просто взять и категорически отказаться от этой заботы.

— Да, дом Дзюмондзи.

По телефону спокойным и уравновешенным голосом ответила девушка, которая была ещё младше, чем сама Алиса.

— Кадзуми-сан? Это Алиса.

— Да, это Кадзуми.

Это была Дзюмондзи Кадзуми, сестра Алисы от другой матери, которая в этом году идёт во второй класс средней школы.

У них два года разницы, но Алиса не называла её "Кадзуми-тян", и Кадзуми не называла Алису старшей сестрой. Но это не значит, что она не была согласна с принятием Алисы в семью. Кадзуми не пакостила Алисе и не обращалась с ней грубо, когда они встречались дома. Она с самого начала воспринимала присутствие Алисы настолько сухо, что та задумывалась, действительно ли она младше неё.

— Тебе нужен Юто-сан? — Спросила Кадзуми ещё до того, как Алиса успела огласить свою просьбу. Но такой вопрос она задала не потому, что Алиса обычно разговаривает только с Юто. В данном случае это было всего лишь предположением Кадзуми.

— Да, пожалуйста.

Алису, как и всегда, совершенно не озадачил такой вопрос на опережение.

— Подожди немного.

Алиса звонила со своего мобильного терминала, поэтому связь была только голосовая. Функция видеосвязи у мобильных терминалов имеется, однако использовать камеру для мобильных звонков, или не использовать — это личное предпочтение каждого. И Алиса была из фракции "только голос".

Она не использовала отделяемый модуль для голосовой связи. Вместо этого она слушала музыку поставленного на ожидание звонка, приложив терминал прямо к уху, как это делали во времена устаревших "смартфонов". Благодаря увлечениям Кацуто, в качестве мелодии удержания вызова на домашнем телефоне семьи Дзюмондзи стояла классическая музыка, а не какая-нибудь попса.

— Алло? Это Юто.

Мелодия успела проиграть 8 пассажей, прежде чем вместо неё из динамика заговорил Юто.

— Это Алиса. Мы закончили разбор вещей, и сейчас я пойду домой.

— Понял. Скоро буду, жди.

Алиса хотела как бы ненароком попросить пойти домой одной, но этот запрос был моментально отвергнут.

— Хорошо.

— Ладно, до встречи через 10 минут.

10 минут означало, что он придёт пешком. Как и следовало ожидать, похоже, его опека не была настолько чрезмерной, чтобы брать автомобиль для такой короткой дистанции.

Но это не значит, что она не испытывала недовольство по этому поводу. И эти глубинные чувства непроизвольно проявились сейчас на её лице. Увидев это лицо Алисы, Марика в точности догадалась о содержании телефонного разговора, который не слышала.

— Да он в тебя влюблён, Ася.

— ...Это не так. Я уверена, что Юто-сан — хороший человек, но всё это — лишь проявление его заботы. Я не говорю, что я этим недовольна, но это точно не влюблённость или что-то типа неё. — Возразила Алиса совершенно равнодушным и сухим тоном.

— Хмм...

Марика уставилась на Алису с таким лицом, будто хочет что-то сказать. А ещё этот взгляд показался Алисе каким-то упрекающим.

— Хочешь что-то сказать? — Прямо спросила Алиса, понятия не имевшая, в чём её упрекает Марика.

— Ничего особенного.

Марика ответила на вопрос Алисы отрицанием в пассивно-агрессивной форме. Однако Алиса провела с ней много времени с самого раннего детства и до расставания два года назад. Поэтому она поняла, что Марика чем-то в ней недовольна.

И что это явно что-то бесполезное и незначительное.

— А судя по лицу, у тебя очень даже есть чего сказать.

Алиса уставилась так называемым "пронзительным взглядом" на пытающуюся уклониться от ответа Марику.

— Ничего такого. Я просто так подумала, и всё. — Явно обиженным тоном ответила Марика. Алиса в целом понимала, какие мысли сейчас были в голове у её подруги детства.

— Даже если предположить, что Юто-сан испытывает ко мне какие-либо чувства помимо заботы... то у меня всё равно нет таких чувств, о которых ты подумала, Мина.

— Но он мне показался довольно хорошим человеком. И выглядит красивее своего старшего брата. — На этот раз уже серьёзным тоном заявила Марика.

Под "его старшим братом" она подразумевала Кацуто, нынешнего главу семьи Дзюмондзи. Марика видела Кацуто всего пару раз два года назад, однако Алиса не стала ей возражать.

Во-первых, за два года Кацуто почти не изменился, а во-вторых, большинство женщин действительно скажут, что Юто красивее. Алиса не сказала это вслух, но подумала именно так.

— Я никогда не рассматривала Юто-сана с этой точки зрения.

Алиса чётко дала понять, что следует различать, где одно, а где другое.

Юто — приёмный ребёнок в семье Дзюмондзи, а по кровному родству он старший двоюродный брат Алисы. Так что для их потенциальной любви не было никаких препятствий.

Но, по правде говоря, у Алисы имелись проблемы в отношениях с другими членами семьи Дзюмондзи, и привнесение влюблённости в такую семью только ухудшило бы и так непростые отношения. У Алисы не было пристрастия вляпываться в подобные неприятности.

Похоже, до Марики, всё же, дошло, что Алисе эта тема неприятна. И на этом она перестала ревновать Алису к Юто, который был рядом с ней эти два года.

◊ ◊ ◊

Спустя 8 минут Юто в очередной раз позвонил в домофон квартиры Марики. Он немного опередил своё утверждение "через 10 минут". ...Ну, можно считать, что это было в пределах погрешности.

— Извиняюсь за вторжение.

Добросовестно поприветствовав девушек, Юто поинтересовался у них, не ходили ли они ещё за покупками.

— Ещё нет. — Озадаченным тоном ответила Алиса на этот вполне естественный вопрос.

— А готовить ты ведь не умеешь? Марика, если есть желание, можешь прийти к нам домой поужинать.

Похоже, вопрос о покупках был предпосылкой для этого предложения.

Было ясно, что Юто говорит это из добрых намерений. В день, когда переезжаешь в другое жильё, обычно не остаётся времени (или сил) на покупку продуктов и готовку.

Марика не считала, что в действиях Юто кроется тайный умысел.

— Нет, спасибо, меня устроит доставка еды на дом.

Однако она отклонила приглашение Юто. Марика мало думала непосредственно о самом Юто. А вот враждебность к семье Дзюмондзи, разлучившей её с Алисой, никак не выходила у неё из головы.

Не то, что бы Алиса и Юто это заметили, но особо настаивать они не стали.

— Ладно, Мина, давай, до завтра.

— Угу, до завтра.

Марика радостно кивнула Алисе, сообщившей около входной двери, что придёт завтра.

◊ ◊ ◊

Вообще, Алиса не отличалась особой болтливостью. Нет, она не была прямо молчуньей, просто у неё был тихий характер.

Юто тоже не обладал мягким характером, даже при всей своей заботливости. Он был из тех, кто показывает себя не словами, а делами и поведением. Вот только навыками свободного общения с девушками он не обладал.

Поэтому эти десять минут они шли почти молча.

Вскоре в пределах видимости появились ворота резиденции семьи Дзюмондзи.

Непосредственно сам особняк семьи Дзюмондзи был не таким уж и большим. Однако участок, на котором он находился, был довольно просторным. И не скажешь даже, что это центр Токио.

Но в этом не было ничего удивительного, ведь резиденция располагалась на территории ныне закрытой Десятой Лаборатории, полностью унаследованной семьёй Дзюмондзи. Территория огорожена забором и на первый взгляд кажется отдельным участком, однако фактически вся земля, на которой остались нетронутыми (не снесёнными) все постройки бывшей Десятой Лаборатории, тоже является собственностью семьи Дзюмондзи.

Изначально Десятая Лаборатория была государственной собственностью, но в итоге перешла в частное владение семьёй Дзюмондзи потому, что семье Дзюмондзи было поручено заведование исследованиями бывшей Десятой Лаборатории и предотвращение утечки информации.

Десятая Лаборатория была закрыта в 2066 году. С тех пор прошло уже больше 30 лет, но большинство результатов исследований до сих пор остаются в статусе важной военной тайны.

Семья Дзюмондзи, "Последний рубеж обороны столицы", и семья Тоояма, козырь для охраны важных персон. Если произойдёт утечка информации о магии этих двух семей, то в стене, защищающей самое сердце страны, может образоваться дыра. Именно по этой причине правительство поместило семью Дзюмондзи на пост "сторожа" бывшей Десятой Лаборатории.

Следовательно, ворота резиденции семьи Дзюмондзи были куда более надёжными, чем казались на первый взгляд (хоть и не вели напрямую к помещениям бывшей Десятой Лаборатории). И из этих ворот только что вышел один молодой парень.

— Тацуки, ты уходишь?

Этого парня, к которому обратился Юто, звали Дзюмондзи Тацуки. Для Юто он был двоюродным младшим братом, а для Алисы — младшим братом от другой матери с разницей в возрасте примерно в полгода.

Тацуки не проигнорировал Юто.

— Просто захотелось прогуляться.

Однако он дал лишь краткий ответ и попытался пройти мимо с раздражённым лицом.

— В такое время? А готовиться к завтрашнему уже закончил?

Когда Алиса услышала первую половину речи Юто, собравшийся у неё в голове туман слегка прояснился с мыслью "значит, он так не только со мной...". Однако вторая половина в очередной раз напомнила ей о занозе, вонзившейся в её сердце.

— Давно уже. Если что, могу отправляться хоть сейчас.

Юто растерялся от такого ответа Тацуки, и не знал, что сказать.

— Тацуки-сан, возвращайся пораньше. — Сказала Алиса, выглянув из-за умолкнувшего Юто. В честь завтрашнего отъезда Тацуки, на сегодняшний вечер был запланирован торжественный семейный ужин. Кейко, мать Тацуки, даже решила готовить для этого ужина вручную, вместо того, чтобы поручить это автоматизированной кухне.

Алиса считала, что Тацуки ни в коем случае не смог бы проморгать этот факт. Тем не менее, с тех пор, как было принято решение об отъезде Тацуки, Алиса уже неоднократно видела опечаленное лицо мачехи. Поэтому она и не смогла сейчас промолчать.

Но Тацуки ничего не ответил Алисе, а лишь на мгновение бросил на неё взгляд, после чего ушёл быстрым шагом.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 2

3 апреля

Дзюмондзи Тацуки с апреля этого года будет посещать Третью школу при национальном университете магии.

Причиной тому, что он выбрал Третью школу, а не Первую, стала Алиса. Сам он это отрицал, но и Алиса, и Юто... и остальные члены семьи считали именно так.

Два года назад, когда семья Дзюмондзи взяла Алису на своё попечение, лишь один Тацуки не встретил её радушием.

Он не проявлял открытой враждебности. И даже не игнорировал её. Но при этом даже не скрывал, что не хочет иметь с ней дело сверх необходимого.

Все его негативные эмоции были по отношению не к Алисе, а к своему отцу, Дзюмондзи Кадзуки. Для Тацуки существование Алисы было не чем иным, как доказательством предательства матери отцом. Вдобавок к этому, в его сердце также поселилась враждебность по отношению к старшему брату Кацуто, принявшему окончательное решение по поводу приёма Алисы в семью.

Тацуки понимал, что сама Алиса ни в чём не виновата. ...Да и вообще, если учесть все обстоятельства, на самом деле никакого "преступления" никто не совершал.

Поэтому он и не мог позволить себе обвинять Алису. Но при этом и отца со старшим братом он тоже не мог упрекнуть. Кадзуки был для Тацуки заслуживающим уважения отцом, а Кацуто — старшим братом, которым можно гордиться. Эти чувства препятствовали формированию дурных мыслей о них у него в голове.

В итоге отношение Тацуки к Алисе было результатом того, что он не мог справиться со своими эмоциями.

Алиса ни в чём не виновата. И всё же, ей тяжело было жить с мыслью, что она внесла разлад в семью. Поэтому она не могла не обвинять саму себя каждый раз, когда сталкивалась с таким холодным отношением Тацуки к ней.

◊ ◊ ◊

Вылет самолёта, на котором Тацуки должен был добраться до Канадзавы, был назначен на раннее утро.

В вестибюле отправления не было никого из его семьи. Потому что он сам это попросил. Он даже своей матери отказал в просьбе его проводить. Он понимал, что ведёт себя как ребёнок. И понимал, что вся семья тоже так считает. Даже его младшая сестра Кадзуми не скрывала свой упрекающий взгляд на него после того, как он решил поступать в Третью школу.

У него было стойкое чувство, что мать тоже винит его. Не только в том, что он поступил в Третью школу, но и в том, что ещё до этого не принял Алису.

Его чувства кричали, что эти обвинения необоснованны. "Ведь я злюсь именно из-за своей матери". "Ведь сестра — ребёнок от другой матери". Разумеется, вслух он это не говорил. Поэтому лишь ещё больше упрямился. Он просто не мог не упрямиться.

Прозвучало объявление о начале посадки на его самолёт.

Тацуки направился к входу на посадку, чтобы, наконец, покинуть родной город и сбежать от своей семьи.

◊ ◊ ◊

Полёт от Ханэды до Комацу занял 1 час.

В аэропорту Ханэда проводов не было, а вот в аэропорту Комацу Тацуки встречали.

Вышедшему из ворот для прибывших Тацуки помахал рукой некий молодой человек в тёмно-красной (настолько тёмной, что чуть ли не чёрной) куртке.

Тацуки знал этого молодого человека. Они уже встречались раньше.

Это был Итидзё Масаки, старший сын семьи Итидзё из тех же самых Десяти Главных Кланов, что и семья Дзюмондзи. Тацуки слышал, что Масаки на некоторое время оставил свой статус наследника поста главы семьи, чтобы попытаться вступить в семью Йоцуба в качестве жениха наследницы. Однако отменить уже существующую помолвку не удалось, поэтому на данный момент он уже должен был вернуть себе статус наследника семьи Итидзё.

Тацуки не знал, кто именно будет ждать его в аэропорту Комацу. "Но раз он смотрит на меня и машет мне рукой, то это значит, что он здесь для того, чтобы встретить меня?" — подумал он.

Тогда это не тот случай, когда можно продолжать двигаться прогулочным шагом.

С такой мыслью Тацуки быстрым шагом рванул в сторону Масаки, потащив за собой чемодан на колёсиках.

— Итидзё-сан, давно не виделись. Я Дзюмондзи Тацуки.

Детское отношение Тацуки к Алисе никуда не делось, однако по своему характеру он был настолько вежливым человеком, что его можно было назвать чрезмерно педантичным. Поэтому, даже зная, что собеседник знает его имя, он всё равно представился на опережение.

— Давно не виделись. Добро пожаловать в Канадзаву.

Приветственные слова Масаки, грубо говоря, были неверны. Как следует из названия "Аэропорт Комацу", расположен он в городе Комацу, а не в городе Канадзава. Однако Масаки сказал именно так из-за того, что, во-первых, у него в сознании была чёткая ассоциация "мой родной город — Канадзава", а во-вторых, конечным пунктом назначения Тацуки было общежитие в Канадзаве, неподалёку от Третьей школы. ...К счастью, услышавшие его реплику жители города Комацу не стали придираться.

— Не думал, что ты будешь лично меня встречать, Итидзё-сан.

Когда сегодня утром Тацуки покидал свой дом, Юто сообщил ему, что его встретит и проводит до нужного места человек из семьи Итидзё. Но Тацуки посчитал, что его проводником будет просто какой-нибудь работник из компании, управляемой семьёй Итидзё, либо подчинённый семье Итидзё волшебник. Он совершенно не ожидал, что встречающим окажется лично наследник семьи Итидзё.

С другой стороны, не было ничего удивительного в том, что Масаки, студент второго курса Национального Университета Магии, был сейчас здесь. В Университете Магии в данный момент всё ещё шли весенние каникулы, поэтому было вполне естественно, что на это время Масаки вернулся домой.

Он является вторым официально признанным волшебником стратегического класса Японии. Ему нужно по максимуму показывать Новому Советскому Союзу и Великому Азиатскому Альянсу своё присутствие в регионе Хокурику. Он не может позволить себе отвлекаться на подработку или клубную деятельность. По правде говоря, проживание в Токио из-за необходимости посещать университет тоже было нежелательным.

В Токио уже имеется семья Дзюмондзи. Хоть среди них и нет волшебников стратегического класса, но они — "Железная стена". К югу от Токио также расположена база семьи Йоцуба, которой заведует тот Шиба Тацуя. Даже этих двух пунктов уже хватает, чтобы сделать данный регион перенасыщенным боевой силой.

В этом отношении, сторона Японского моря сильно уступает стороне Тихого океана по магической боевой силе — и это при наличии большой угрозы на севере. После вторжения на остров Садо в 2092 году, туда было передислоцировано большое количество сухопутных, морских и воздушных войск. А вот из магической боевой силы там выделяется только семья Итидзё. За базами Майдзуру и Ниигата сил самообороны закреплено по одному батальону волшебников, однако так называемые "батальоны волшебников" сил самообороны не состоят полностью из волшебников. К тому же, уровень армейских боевых волшебников существенно ниже, чем у волшебников Десяти Главных Кланов.

Учитывая эти обстоятельства, было неудивительно, что Масаки находился сейчас в своём родном городе. "Но при таких обстоятельствах он ведь должен быть очень занят?" — подумал Тацуки. Как официально признанный государством волшебник стратегического класса, вернувшийся на весенние каникулы домой Масаки наверняка должен принимать участие во всевозможных процедурах по обмену информацией с прикреплёнными к базам Майдзуру и Ниигата подразделениями волшебников сил самообороны. Теоретически, его могут даже призвать на совместные учения.

Тацуки пока ещё особо не был посвящён в дела сил самообороны, однако он ещё со времён начальной школы начал замечать, что Кацуто постоянно приглашают на военные базы. И хотя он мог лишь предполагать, чем он там занимается, но по большей части он был уверен, что всё именно так.

Поэтому Тацуки и был сейчас так обеспокоен. Из-за того, что Итидзё Масаки, следующий глава семьи Итидзё, слишком усердствует в выполнении просьбы старшего брата Тацуки — главы семьи Дзюмондзи.

— Итидзё-сан... эм... а ты разве не занят?

Тацуки понимал, что этот вопрос может показаться нахальным, но всё равно не мог не спросить.

— В каком смысле? В университете сейчас каникулы.

"Он заметил моё беспокойство и притворяется, что не понимает, о чём речь?" — подумал Тацуки, после чего украдкой посмотрел на выражение лица Масаки. Однако, насколько мог судить Тацуки, на лице Масаки не было ни намёка на что-либо подобное.

— Нет, я... про твои дела с силами самообороны...

— А-а, так ты в курсе? — С улыбкой, будто говорящей "не переживай об этом", ответил Масаки на боязливо и неуверенно заданный вопрос Тацуки.

— У меня действительно бывают дни, когда я получаю различные запросы от сил самообороны, из-за которых мне нужно ехать к ним. Но это же не каждый день происходит. К тому же, я студент не Академии Обороны. Я пока ещё простой гражданский. Да и вообще, не всё же должно происходить для удобства одних лишь военных. Тацуки-кун, ты ведь теперь мой кохай в моей родной школе. Так что вполне естественно, что я выделил время на тебя.

— ...Благодарю.

Это можно было назвать простодушием, однако Тацуки искренне считал мужественность Масаки "крутой". Испытанное им в этот момент чувство можно было назвать своего рода восхищением по отношению к Масаки, которое по своей природе отличалось от уважения к Кацуто.

— Я сделаю всё возможное, чтобы стать кохаем, за которого тебе не будет стыдно, Итидзё-сан.

— Ага, Тацуки-кун. Буду ждать с нетерпением. — Сказал Масаки, похлопав Тацуки по плечу, чтобы подбодрить.

— Да. — С улыбкой ответил Тацуки.

Это была искренняя улыбка, которую он ни разу за последние два года не показывал ни своему отцу, ни старшим братьям.

Масаки приехал в аэропорт на автомобиле. Это был четырёхдверный седан с дизайном, не особо подходящим для молодёжи. Вероятно, он позаимствовал его у родителей или у одной из семейных компаний.

Масаки предложил Тацуки сесть на заднее сиденье, однако тот сел на переднее пассажирское место.

Ничуть не обидевшись на такое неповиновение, Масаки стартовал автомобиль.

— Возможно, ты уже знаешь, что моя младшая сестра в этом году тоже поступила в Третью школу. — Сказал Масаки, когда они выехали на бесплатное высокоскоростное шоссе.

Тацуки знал о сестре Масаки даже без каких-либо особых расследований.

— Да, мне это известно. Её зовут Итидзё Аканэ-сан, верно? Я слышал, что она добилась выдающихся результатов на турнире по магическим боевым искусствам, будучи ещё ученицей средней школы.

Масаки криво улыбнулся, услышав ответ Тацуки.

— Она стала ещё более несносным сорванцом, чем была раньше... И всё же, у тебя довольно взрослая манера речи.

— ...Это плохо?

— Нет, для представителя прямой наследственной линии одного из Десяти Главных Кланов это, наверное, самая подходящая манера речи. Вот бы и моя сестра взяла с тебя пример...

На это заявление Тацуки смог ответить лишь расплывчатой улыбкой.

◊ ◊ ◊

Комната, в которую въезжал Тацуки, находилась в деревянном двухэтажном доме для студентов. Это здание порекомендовало агентство по недвижимости, с которым семья Итидзё состоит в хороших отношениях, а всеми организационными вопросами по переезду руководил лично Кацуто, однако когда было принято решение о поступлении в Третью школу, Тацуки тоже приезжал сюда лично, чтобы взглянуть на своё новое жильё. И его вполне устроила эта комната, предназначенная для одиноких студентов, приехавших издалека, и оборудованная лишь минимальным комплектом мебели и набором домашней автоматизации.

— Спасибо тебе большое, Итидзё-сан.

— Когда у меня начнётся учёба в университете, я снова уеду в Токио, поэтому лично ко мне уже не получится обратиться. Но если у тебя возникнут какие-нибудь трудности, не стесняйся обращаться к моей семье по любым вопросам.

— Хорошо, так и поступлю.

Масаки ушёл с лицом, выражающим полное удовлетворение таким прелестным поведением Тацуки.

Тацуки никогда ещё не жил один. Раньше он всегда жил в окружении родителей и домработниц, поэтому у него практически не было навыков работы по дому. Однако непосредственно вопрос проживания его сейчас почти не беспокоил.

Вместо беспокойства его сознание было сейчас заполнено вопросом: "а как вообще оно — жить одному?". Он не стремился к беззаботной жизни, однако свобода принимать все решения самостоятельно в глазах 15-летнего подростка выглядела крайне привлекательно.

Возможность решать всё самостоятельно означает, что ты должен решать все вопросы сам. Тацуки прекрасно это понимал. ...По крайней мере, думал, что понимает. И если бы он сейчас не забил себе голову ожиданиями от жизни одному, то он быстро бы пожалел о своём выборе покинуть родной дом. А в случае Тацуки, лишь этим дело не ограничилось бы. В конечном счёте ему пришлось бы признать своё упрямство и свои ошибки.

Вот почему он был так оптимистично настроен к своей новой жизни в одиночестве.

Багаж уже был доставлен в комнату. А на входе в здание Тацуки встретил управляющий. Это ведь было что-то вроде общежития для студентов. И управляющий жил в том же здании, что в современных реалиях является редким явлением.

Комната управляющего — самая первая от входа на первом этаже. Управляющий оказался довольно дружелюбным старичком. Он особо не расспрашивал Тацуки. Вероятно, просто посчитал, что став самостоятельным задолго до своих сверстников, ребёнок выбрал себе работу, требующую проживания в одиночестве.

Кстати говоря, комната Тацуки была самой дальней по коридору на втором этаже.

Багажа у него было немного. Точнее, вообще почти не было. Как уже упоминалось ранее, эта комната уже была укомплектована всей необходимой для одиночного проживания мебелью и бытовой техникой. А еда готовится на практически полностью автоматизированной кухне, поэтому привозить свои кастрюли и сковородки смысла нет. И Тацуки, разумеется, не сделал ничего настолько бесполезного.

Когда он закончил разбирать свой немногочисленный багаж, в дверь постучали. Тацуки с подозрением посмотрел на входную дверь. Потому что в дверь именно постучали, хотя все комнаты здесь были оборудованы домофоном с камерой.

Может, это злоумышленник, который не хочет, чтобы его лицо было записано на камеру?

Но ведь даже если не позвонить в домофон, проход по коридорам будет записан на камеры системы общественной безопасности. Так что такая уловка бесполезна, даже если это действительно какой-то злоумышленник.

Тацуки нажал кнопку ответа на домофоне и коротко ответил: "да?". Переводя при этом CAD в режим ожидания. Это был CAD с полным мысленным управлением, разработанный в FLT (Four Leaves Technology) и поступивший в продажу 3 года назад. Данный CAD фактически стал общепринятым стандартом, даже при наличии на рынке CAD с функциями мысленного управления от других производителей. Теперь у волшебников нет проблемы занятости рук CAD-ом. Этот CAD дал волшебникам невероятную скорость и свободу в пользовании магией.

— Я из соседней комнаты, пришёл познакомиться.

Ответившим в такой деликатной, но не очень вежливой манере, был парень одного с Тацуки возраста. Похоже, он не сразу заметил домофон, так как его глаза поначалу смотрели не в камеру, а в каком-то другом направлении.

Он нервничает? Комнаты в этом общежитии были предназначены исключительно для парней, учащихся в Третьей школе. Поэтому у него не должно быть причин нервничать, верно...?

Ломая голову над этим вопросом, Тацуки открыл дверь.

— Рад знакомству.

Парень начал разговор первым. На его лице была хоть и скромная, но дружелюбная улыбка, не оставляющая места застенчивости.

Через домофон это было не понятно, но теперь Тацуки увидел, что этот парень сантиметров на 5 ниже него. А вот по весу оппонент, похоже, выигрывал. Причём это было явно не ожирение, а мускулистое телосложение. Если не брать в расчёт рост этого парня, то чем-то он напомнил Тацуки его старшего брата Кацуто.

— Икура Самон, первый год обучения.

"Икура? ...Неужели?"

— Рад знакомству. Дзюмондзи Тацуки.

Тацуки почувствовал сходство фамилии Икура с фамилией "Итинокура" из 28 семей, но в своём ответе он не озвучил эту мысль, а лишь представился.

— Я тоже поступил на первый год обучения в Третью школу. — Добавил Тацуки, после чего Икура Самон убрал элемент "скромности" из своей улыбки и улыбнулся теперь во весь рот.

— Так и знал, что ты тоже новенький. Можешь звать меня Самон. Э-э, ты ведь не против такой манеры речи?

Это казалось слишком фамильярным отношением, но про манеры он, похоже, был в курсе. И, как ни странно, ни тон голоса, ни выражение лица Самона не вызывали чувства неприязни или несоответствия.

— Нет, со сверстниками так в самый раз. Меня тоже можешь называть Тацуки.

— Ага, лады.

Самон протянул правую руку.

Тацуки не растерялся и эту руку пожал.

Рука Самона была крепкая и сильная. В этом он снова напомнил Тацуки его старшего брата.

— Моя комната — по соседству. Я тоже впервые в Канадзаве, так что давай помогать друг другу, если возникнут проблемы? — Сказал Самон сразу после рукопожатия.

— Понятно. Я, кстати, приехал из Токио. А ты откуда? — Сказал Тацуки, после чего, будто вспомнив, отошёл немного в сторону от двери и добавил: — Ах, да, заходи.

— Ага, спасибо...

Самон проскочил в прихожую мимо Тацуки, разулся и вошёл в комнату.

Закрыв дверь, Тацуки тоже пошёл в свою комнату.

В его комнате (как, возможно, и в комнате Самона) не было стола. Зато была двухъярусная кровать, первый ярус которой был переоборудован под письменный стол с полками. Двое парней уселись прямо на деревянный пол.

— Извини. Напитками я ещё не закупился.

— Давай тогда потом сходим и купим? ...Да, насчёт моего родного города. Я из Нагаоки, которая в Ниигате. А ты приехал из Токио и фамилия у тебя "Дзюмондзи" — это те Дзюмондзи из Десяти Главных Кланов?

— Да.

Тацуки не собирался скрывать, что он из семьи Дзюмондзи из Десяти Главных Кланов, поэтому подтвердил предположение Самона.

— А о причине, почему ты поступил в Третью школу, а не в Первую, мне лучше не спрашивать?

— Да там ничего серьёзного. Просто семейные обстоятельства.

В этом вопросе Тацуки тоже особо обманывать не хотел.

По крайней мере, сам он не считал это блефом.

Тацуки думал, что ухудшение отношений в семье из-за сделанных отцом на стороне детей — это "довольно обыденное явление" для всего мира.

— Ясно. А у тебя, кстати, довольно взрослая манера речи.

— ...Думаешь? Да я вроде не пытался говорить как-то по-особому.

— Я не про подбор слов, а про тон голоса. Всё же, в Десяти Главных Кланах практикуют какое-то особое домашнее образование, да?

— Не думаю, что это так...

Ответ Тацуки был довольно расплывчатым, так как он делал это не намеренно.

Вместе с этим, он не чувствовал необходимость менять свою манеру речи.

Кстати говоря, недавно Масаки тоже обратил на это внимание, однако Тацуки не считал это недостатком, требующим изменения.

И неважно, хорошо это было или плохо. Просто такой уж был характер Тацуки.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 3

4 апреля

Суббота, 4 апреля. За день до церемонии поступления в школу, полдень.

Алиса уже второй день подряд проводила в квартире Марики.

А если добавить день переезда, то будет уже третий день подряд. Многие задались бы вопросом, не устала ли она от такого времяпрепровождения. Однако для этих двоих этой пары дней было недостаточно, чтобы компенсировать время разлуки. ...Хотя это вряд ли можно было назвать разлукой, ведь они каждый вечер разговаривали по видеофону.

Тем не менее, Алиса не собиралась увиливать от обучения магии семьи Дзюмондзи. Да и Марика тоже не тратила впустую время, проведённое в разлуке с Алисой. Они обе всё это время занимались тем, чем должны были, и тратить время на тоску по лучшей подруге было бы глупо.

— ...Ася, как насчёт обеда?

— Извини, я уже пообедала. ...А ты что, меня ждала? — Робко ответила Алиса, пытаясь предугадать реакцию Марики.

— Не переживай об этом. — С широкой улыбкой ответила Марика. — Тогда хотя бы поужинаешь у меня. А пообедала дома ты потому, что иначе твоя мачеха будет ворчать?

— Угу. — Уклончивым тоном ответила Алиса.

— Ну, тогда ничего не поделаешь. Я быстро, подожди минутку.

Сегодня Алиса планировала переночевать у Марики. Именно поэтому Марика сказала "поужинаешь у меня". Если бы это была обычная семья, то не было бы никаких причин волноваться, однако положение Алисы в семье хоть и не было редкостью, но обычным его нельзя было назвать. Ну, это хотя бы в очередной раз напоминало, что о ней беспокоятся.

— Мина, я займусь готовкой.

— Да ладно, не стоит. — С удивлением на лице ответила Марика, помахав головой из стороны в сторону.

— Но я хочу это сделать. Пожалуйста.

Однако Алиса настояла на своём. Ей пришла в голову мысль, что так они хотя бы будут вместе за обеденным столом.

— ...Да? Ну тогда ладно.

Марика не смогла ответить на эти чувства Алисы холодным отказом. К тому же, когда они жили вместе, Алиса всегда готовила лучше Марики. Поесть стряпню Алисы после долгой разлуки для Марики было только в радость.

Алиса надела фартук, висевший на стене кухни. Этот фартук Марика прикупила специально для Алисы вчера, во время их совместного похода в ближайший розничный магазин.

И раз они ходили за покупками вместе, Алиса уже знала, что сейчас имеется в холодильнике. Более того, похоже, она выбирала продукты, исходя из предположения, что будет готовить из них сама. Ничуть не растерявшись, она сразу же приступила к готовке.

— Ого! Выглядит вкусно!

На готовку ушло около 20 минут. На столе перед Марикой теперь стояла тарелка с потрясающим томатно-сырным ризотто ярко-красного из-за томатов цвета.

— Сделала на скорую руку из уже готового риса. Кушай на здоровье.

— Итадакимааас!

Ещё было только 12:30, но Марика, похоже, уже проголодалась. Она ловким движением зачерпнула ложкой из глубокой тарелки и отправила её себе в рот.

— Вкусно! Ася, твои навыки заметно улучшились!

— Спасибо.

Алиса сидела напротив Марики, положив руки перед собой на стол, и уткнувшись в них подбородком. И эта похвала явно сильно обрадовала её, так как она довольно улыбалась.

— Фафя (Ася), а ф томе Фюмофи... (а в доме Дзюмондзи)...

Марика попыталась что-то спросить с остатками еды во рту, заставив Алису сменить радостное лицо на хмурое.

— Мина. Разговаривать с набитым ртом — это плохие манеры.

— Умху. — Совершенно невозмутимо ответила Марика. Тем не менее, она всё же прервала свою речь и проглотила оставшееся во рту ризотто. — ...А ты в доме Дзюмондзи часто занимаешься готовкой? Я думала что в Десяти Главных Кланах нанимают профессиональных поваров или что-то типа того.

Услышав вопрос Марики, Алиса смущённо улыбнулась.

— Повара у нас нет, но зато есть домработница. Но она не отвечает прямо за всю работу по дому. Например, пару раз в неделю даже моя мачеха сама занимается готовкой.

— Хм... Пару раз в неделю?

Алиса криво улыбнулась, услышав это бормотание Марики, произнесённое с подтекстом "я так и думала".

— А мне поначалу особо не разрешали помогать.

— На кухне?

— Угу. — Кивнув, ответила Алиса.

— Типа потому что нельзя заниматься работой прислуги?

На этот раз Алиса покачала головой.

— Думаю, они считали, что я могу перенапрячься в своих стараниях.

Хотя это не было реальным увлечением Алисы, но она очень любила готовить. Да и не только готовить. Любая работа по дому была ей не в тягость.

Однако существует распространённое мнение, что взятая на попечение незаконнорождённая дочь будет стремиться выполнять любую работу (даже такую, к которой не привыкла), лишь бы задобрить мачеху и единокровных братьев и сестёр.

— Вот оно что... Трудно тебе. — Так истолковав ответ Алисы, пробормотала Марика с заскучавшим лицом.

— Но они всё поняли примерно за месяц.

Алиса улыбнулась, но не стала отрицать интерпретацию Марики. Ведь у неё самой тоже были свои мысли о людях семьи Дзюмондзи.

— Всего за месяц?

Месячный срок крайне удивил Марику. Она считала, что напряжённость отношений между Алисой и семьёй Дзюмондзи длилась намного дольше.

— Угу. И теперь я постоянно занимаюсь готовкой вместе с домработницей-сан.

— А с мачехой?

Марика задала свой вопрос безо всякого умысла.

— ......

— ...Извини.

Но увидев кислую мину на лице у Алисы, Марика почувствовала неловкость ситуации и извинилась.

— Нет, мы не в плохих отношениях.

На этот раз Алиса была взволнована, когда отвечала.

— С мачехой у меня всё хорошо. Правда.

Алиса ответила категорическим опровержением, но в тоне её голоса Марика уловила едва различимое сомнение.

— ...А с другими членами семьи?

Лицо Алисы помрачнело. Однако на этот раз она не стала отмалчиваться.

— Мне не удалось поладить только с одним членом семьи...

— И это явно не тот позавчерашний Юто-сан, верно? Может, младшая сестрёнка?

Алиса — красивая девушка. Марика ни разу не видела, чтобы мальчики относились к ней прохладно. Поэтому Марика решила, что если Алисе и не удалось с кем-то поладить, то это явно её сестра от другой матери.

Однако Алиса отрицательно покачала головой.

— Не могу сказать, что с Кадзуми-сан... с сестрой мы в хороших отношениях, но мы с ней более-менее ладим. А того, с кем я не могу поладить, зовут Тацуки-сан.

— Тацуки-сан? Это вроде твой брат-одногодка? Который на полгода младше тебя.

— Угу, он самый.

Память не подвела Марику, и на этот раз голова Алисы качнулась уже вертикально.

— Он тебя задирает?

— Нет! Ничего подобного!

Алиса изо всех сил помахала головой.

— Значит, он тебя игнорирует?

— Не игнорирует, но...

— Может, не отвечает, если пытаться с ним заговорить?

— Ну, что-то вроде того. Ему явно неприятно встречаться со мной лицом к лицу. Настолько, что при переходе из средней школы в старшую он выбрал не Первую школу магии, а Третью, которая в Канадзаве.

— Хмм...

На этом их разговор прервался. Марика полностью сосредоточилась на поглощении ризотто, безостановочно орудуя ложкой и используя свой рот только для жевания, а не для говорения.

— Спасибо за еду. Было очень вкусно!

— Не за что.

Марика понесла тарелку в посудомоечную машину. Посудомоечные машины, входящие в состав современных систем домашней автоматизации, не требуют точного и аккуратного размещения посуды в определённом положении. Использовать выключатель тоже не нужно. Машина сама примет все решения и сделает все действия.

— Но тогда это ведь хорошо? — Внезапно сказала Алисе Марика, когда вернулась за стол.

Похоже, недавний разговор всё ещё не вышел у Марики из головы. И прервала она этот разговор только потому, что ризотто лучше есть, пока оно не остыло.

— ...Что именно?

— Ну, я имею в виду, что не в ладах ты ведь только с этим Тацуки-куном, верно? Я раньше не говорила, но я очень за тебя переживала, думая, что тебе живётся совсем тяжко.

— Я тебя... понимаю.

Для членов семьи Дзюмондзи, Алиса — это ребёнок, сделанный отцом семейства на стороне. Поэтому не было бы ничего удивительного, если бы внутри семьи к ней относились прохладно. Алиса прекрасно понимала, что вероятность её травли была крайне высока.

— Братьев и сестёр у тебя аж четверо. Неудивительно, что с одним из них отношения не заладились.

— ...Тоже верно.

— Ага. Может, этот парень покинул дом потому, что сам понял своё плохое поведение? Отдалившись от семьи, он хочет привести в порядок свои чувства.

— Думаешь...?

— Да. А тебе остаётся лишь терпеливо ждать.

Марика сделала своё заявление в крайне категоричной форме. Но не потому, что была полностью уверена в своём предположении, а потому, что просто хотела подбодрить Алису.

— Понятно.

Алиса, несомненно, поняла эти чувства Марики, и поэтому в своём ответе не показала ни капли сомнения.

◊ ◊ ◊

Эти двое уже два дня подряд выезжали в город под предлогом "покупки всякого необходимого". Например, вчера они закупились пищевыми продуктами и предметами первой необходимости в ближайшем магазине. А сегодня их целью была одежда и аксессуары. Как и большинство обычных девушек, они были в крайне приподнятом настроении во время своей прогулки.

Ближайшим от квартиры Марики оживлённым кварталом была Асакуса, однако чуть дальше также были районы Уэно и Канда. До Нихонбаши тоже было не особо далеко. Алиса прожила здесь уже два года, а вот Марика впервые покинула свой городок на Хоккайдо, который даже полноценным городом не назовёшь. Поэтому для Марики такая незнакомая окружающая обстановка совершенно не способствовала весёлому и беззаботному времяпрепровождению.

Первым делом Алиса повела Марику в торговый центр с бутиками модной одежды в Асакусе.

— ...Хеее~, значит, вот где Ася обычно затаривается нижним бельишком?

— Мина, ты говоришь слишком громко...

— Ой, извини. Или ты берешь в интернет-магазинах?

Марика не выглядела особо извиняющейся, но всё равно задала следующий вопрос уже тихим голосом.

— В интернете я тоже покупаю... но иногда лучше, чтобы размер чашечки бюстгальтера измерял специалист... Мы с тобой ведь ещё растём.

— Вон оно что. Тебе трудно спрашивать о чём-то таком у неродной мачехи.

— Не поэтому. Просто если поручить подгонку размеров специалисту — это совсем другое дело. Например, может возникнуть ситуация, что размер совпадает по голым цифрам, а форма чашечки немного отличается.

— Вот как? Тогда я, пожалуй, с тобой.

— Глупо постоянно тратить на такое деньги, но время от времени можно.

— Тогда сделаем это прямо сейчас.

— Э-э, ты собираешься покупать!?

Сегодня Алиса планировала экскурсию по окрестностям, "рассматривание витрин" и просто повеселиться, однако она непроизвольно повысила голос, когда увидела, что Марика нажала кнопку вызова продавца-консультанта, расположенную рядом с объёмным изображением образца товара.

— Это будет на память. На память о моём первом свидании с Асей в Токио.

— Свидании... Мина, что ты несёшь...

Проигнорировав промямлившую это Алису, Марика попросила у продавца вещи на примерку. После чего взяла Алису за руку и потащила в примерочную.

Закупившись подходящим по размеру нижним бельём, девушки на этот раз начали присматриваться к обычной одежде. Правда, они ничего не покупали — просто до самого вечера весело проводили время, наряжаясь друг для друга. Кроме Асакусы, они побывали также и в Уэно. К сожалению, чтобы добраться до Нихонбаши, у них не хватило времени.

Когда время перевалило за 18 часов, они вернулись в квартиру Марики.

Разрешение на ночёвку у Марики было получено у мачехи Алисы прямо перед её выходом из дома. Но Алиса всё равно на всякий случай позвонила в дом Дзюмондзи и предупредила, что сегодня не вернётся домой.

— Ася, ты сначала в ванную или ужинать?

Марика произнесла фразу, сильно напоминающую слова молодых жён из коротких романов. С её точки зрения это был самый обычный вопрос, однако Алиса невольно рассмеялась. После такой реакции Марика тоже заметила двусмысленность своих слов и криво улыбнулась.

— ...Ну, я же в конце не добавила про "меня".

— Можешь и не говорить так, если стесняешься... Ладно, давай первым делом поужинаем? Я проголодалась.

— Ахаха... Тогда давай готовить вместе?

Как и сказала Алиса, слегка покрасневшее лицо Марики выдавало её смущение. И Марика смогла лишь неловко отсмеяться в ответ.

Первой принимать ванну пошла Марика. И когда она вышла из ванной комнаты, надет на неё был лишь недавно купленный бюстгальтер и идущие с ним в комплекте трусики-шорты.

Алиса не стала её упрекать за появление в таком виде. Ведь они были здесь лишь вдвоём. Алиса не была настолько недалёкой, чтобы упрекать в "бесстыдстве" в ситуации, когда никто другой их не видит.

— Ты уже надела их?

Но при этом она не могла не удивиться. В нормальных магазинах все продукты полностью стерильны, поэтому можно без проблем сразу надевать только что купленное. К тому же, это не какой-то предмет роскоши, не предназначенный для повседневного ношения. Просто Алиса подумала, нужно ли надевать новое бельё, если сейчас они никуда не идут.

— Я ведь так долго этого ждала.

— О чём ты? Вообще ничего не понимаю.

— Ася, ты тоже, вот.

Марика вынула комплект Алисы из сумки с покупками и протянула его ей.

— Я тоже?

— Угу.

Марика кивнула Алисе, широко улыбнувшись.

— Что ж, ладно.

Для Алисы это не было чем-то таким, от чего она принципиально отказалась бы. Она без препирательств взяла бюстгальтер и шорты, и направилась в ванную.

Когда Алиса вернулась из ванной, Марика ещё не надела ни домашней одежды, ни пижамы.

Она всё ещё была в одном нижнем белье.

— Мина, тебе так не холодно?

На дворе был апрель. А отопления здесь не было. И хоть они были сейчас в помещении, но в одном лишь нижнем белье можно и замёрзнуть.

— Нисколечки.

Однако Марика лишь помахала головой с самоуверенной улыбкой на лице.

— Здесь не так холодно, как дома.

Под "домом" Марика, разумеется, имела в виду дом семьи Тооками на Хоккайдо. "Городок S", в котором проживает семейство Тооками, расположен на юго-западе Хоккайдо, поэтому зимы там не такие уж и суровые, и снега выпадает не так уж и много.

Но всё равно это же Хоккайдо. Снег там остаётся лежать до позднего марта — начала апреля, а на улицу не выйти без пальто или пуховика.

Но с другой стороны, дома там надёжно утеплены. Поэтому температура внутри помещения должна быть примерно такая же, как и в этой съёмной квартире в Токио. По крайней мере, так считала Алиса.

— Мина... Если будешь такой рассеянной, то быстро простудишься. — Сказала Алиса, открывая гардероб Марики. Они заполняли его вместе, поэтому она знала, где что лежит. Достав оттуда пижаму бледно-лимонного жёлтого цвета, она протянула её Марике. Если старые предпочтения Марики не изменились, то это был её любимый цвет.

— Спасибо. Ты всё ещё помнишь мой любимый цвет. — Сказала Марика, принимая пижаму с довольным лицом.

Однако когда Алиса достала свою пижаму из небольшой "бостонской сумки" и обернулась, Марика ещё даже не просунула руки в рукава пижамы.

— ...Почему не надеваешь?

И тут до Алисы дошло, что именно у Марики сейчас на уме.

— Подойди сюда, Ася.

...И по правде говоря, ничего страшного там не было.

Потащив Алису за руку, Марика поставила её прямо перед большим зеркалом во весь рост.

— Угу, сочетаются*.

Марика довольно рассмеялась, когда увидела в зеркале одновременно себя и Алису.

[Существует общеизвестное (для всей японской молодёжи) правило, что влюблённые парочки показывают другим, что они являются парочкой, при помощи ношения схожей ("сочетающейся") одежды. Например, одного дизайна, с одинаковым рисунком или в схожей цветовой гамме.]

— А вот фигура у меня не такая хорошая, как у Аси.

Но в следующий момент Марика пробрюзжала это недовольным тоном.

— Это мои слова. Талия у нас особо не изменилась, а вот грудь Мины стала явно больше. — Ответила Алиса примерно таким же тоном, как у Марики.

— Средний размер груди гораздо лучше! При слишком больших размерах много своих минусов: снижается подвижность, затекают плечи и становится невозможным ношение миленькой одежды, так как из-за груди нарушается её силуэт!

В глазах подступившей вплотную к Алисе Марики зажёгся горячий свет. Не "яркий", а именно "горячий".

— Я-ясно... — Находясь под давлением этого жара, Алиса смогла ответить лишь так.

— С этой точки зрения у Аси самый подходящий размер груди и стройность ног... Мне аж завидно... Я бы хотела убрать немного жира со своих бёдер...

Алиса была в курсе о том, что Марика комплексовала по поводу полноты своих бёдер. И похоже, за прошедшие два года она от этого комплекса не избавилась. С непредвзятой точки зрения, бёдра Марики были совсем не толстыми, однако комплексы по поводу своей фигуры — это не то, что поддаётся объективной логике. К тому же, в данном случае речь идёт про относительные, а не про абсолютные величины.

— Но почему именно сочетающееся нижнее бельё, а не, например, юбки или кардиганы?

Почувствовав, что продолжать говорить о фигуре опасно, Алиса внезапно сменила тему. ...Во взгляде Марики начало нарастать подозрение.

— Э? ...Ну ведь школьная форма у нас и так будет одинаковая? Тогда остаётся лишь нижнее бельё.

"Это и есть причина?" — подумала Алиса, но вслух это не сказала.

Такие слова только шокировали бы Марику, да и сама Алиса всё-таки тоже была немного рада.

У Алисы возникло такое чувство, что если ничего не сделать с Марикой, то она так и проведёт весь вечер в одном нижнем белье и в итоге простудится. Поэтому Алиса настояла на том, чтобы Марика всё же надела пижаму. ...После чего Алиса и сама, наконец, смогла надеть пижаму.

Данная квартира была рассчитана на проживание одного человека, поэтому кровать, само собой, была односпальная. И на полу не было расстелено дополнительных футонов. Исходя из этого, можно было подумать, что кто-то из них будет спать прямо на ковре. Однако...

— Извиняюсь за вторжение...

— Прошу, прошу.

Первая реплика принадлежала Алисе, а вторая Марике.

Марика залезла на кровать первой, а Алиса собиралась лечь прямо рядом с ней.

Марика приподняла одеяло, зазывая Алису залезать побыстрее.

— ...Всё же, тесновато.

Хотя они обе — девушки, но кровать, всё-таки, односпальная. К тому же, они обе не обладали присущим многим женщинам признаком — миниатюрностью. Рост Алисы — 165 сантиметров. А Марика хоть и не дотягивала до Алисы, но тоже имела рост 160 сантиметров. При этом, если Алиса была довольно стройной, но вот у Марики была эффектная фигура, достойная того, чтобы ею украшали гравюры. Поэтому в этой односпальной кровати им было довольно тесно лежать вдвоём.

— А если вот так?

— Э-э!?

Марика внезапно обняла Алису. Она обвила вокруг неё руки и ноги, как вокруг подушки-обнимашки.

— Эй, Мина!

Хотя голос Алисы был слегка строгий, но из объятий Марики она освободиться не пыталась.

Однако даже если голос был намного строже, Марику это бы не остановило.

— Эхехе, Ася... — Распутным голосом пробормотала Марика с младенческой улыбкой на лице.

— ...Если сделаешь что-нибудь странное, я тебя столкну.

Судя по покорному голосу, Алиса была готова поднять белый флаг в любой момент.

— Поцелуйчик перед сном?

— Нет.

— Ну хотя бы потереться щёчками?

— Тоже нет.

— Жадина. Ну тогда вот так.

Слегка сменив позу, Марика уткнулась лицом в плечо Алисы.

С улыбкой, выражающей мысль "с тобой ничего не поделаешь", Алиса тоже перекатилась со спины на бок и слегка обняла Марику.

...Кстати говоря, позади Марики была стена, поэтому что бы Алиса ни сделала, Марика не упала бы с кровати.

...Когда они проснулись утром, Марика всё ещё обнимала Алису, но теперь уже со спины.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 4 (Часть 1)

6 апреля

Понедельник, 6 апреля 2099 года. В актовом зале Первой школы при национальном университете магии собрались две сотни новичков.

Грудь и плечо каждого из первоклассников, прилежно сидящих на переносных стульях, украшала эмблема из восьми лепестков.

Система двух потоков, которая в прошлом вызывала серьёзную вражду между учениками, и даже способствовала эксплуатации учеников иностранными преступными группировками, была упразднена с прошлого, 2098 года. И это произошло не из-за опасений по поводу разногласий между учениками, а по большей части из-за того, что окончивший Первую школу в марте 2098 года Шиба Тацуя при поступлении попал на второй поток.

Будучи ещё учеником старшей школы, он решил две из "трёх великих загадок системной магии веса", а также реализовал на практике магию полёта и термоядерный реактор на основе магии контроля гравитации. И тот факт, что такой талант... точнее, такой гений стал учеником второго потока (которых считают статистами и дублёрами), поставил под сомнение весь смысл существования такой системы.

Если он — всего лишь "замена", то кто тогда другие ученики?

Были ли ученики первого потока, не являющиеся "заменой", хоть в чём-то лучше Шибы Тацуи?

Разумеется, он — исключение. Неправильно требовать от старшеклассников полезных для общества достижений.

Но если это неправильно, тогда можно ли считать правильной школьную систему двух потоков, разделяющую учеников по признаку наличия или отсутствия школьной эмблемы...?

Вполне естественно, что возник такой вопрос. Люди стали задаваться этим вопросом ещё с конца мая 2097 года, когда стало известно, что старшеклассник Шиба Тацуя является "Таурусом Сильвером". И споры по этому поводу лишь усилились, когда Шиба Тацуя продемонстрировал всему миру свои способности, превосходящие волшебников стратегического класса. Точнее, на этом этапе уже были сделаны выводы.

Таким образом, давняя система двух потоков, доставлявшая всем только проблемы, была отменена. Начиная с новичков прошлого года, 200 учеников перестали разделяться на первый и второй потоки. Все носят одинаковую форму и получают одинаковые наставления от преподавателей.

Однако возникшая в связи с изменением системы неразбериха не утихла до сих пор...

◇　◇　◇

На церемонии поступления только что закончилась вступительная речь президента школьного совета, и слово было передано представителю новичков.

До этого момента Алиса с Марикой прилежно сидели на стульях и внимательно слушали выступающих на сцене. Сидели они рядом друг с другом. Это было само собой разумеется, ведь выбор мест был свободным.

— Что за? — Вырвалось у Марики в тот самый момент, когда представитель новичков подошёл к трибуне. — Как необычно. На ней очки.

И это случилось не потому, что у её хороших манер был предел, а потому, что её удивление превратилось в слова и непроизвольно сорвалось у неё с губ.

— Действительно...

Даже Алиса согласилась с Марикой вместо того, чтобы её упрекнуть.

Очки, предназначенные для коррекции зрения, в эту эпоху являются редкостью. Рецепт на препараты для лечения близорукости, дальнозоркости и астигматизма могут выписать в самых обычных офтальмологических клиниках, но даже самые тяжёлые случаи, когда требуется вмешательство врача, решаются всего за один день. Так что намеренно носить очки в эту эпоху — это, наоборот, куда более затратно, чем вылечить свою близорукость, дальнозоркость или астигматизм. Если не считать людей, которые делают так по религиозным убеждениям, то такое встречается довольно редко.

Из этого следует вывод, что очки обычно носят просто как модный аксессуар. Однако девушка на сцене носила очки в серебристой нижней оправе. К тому же, ношение девушкой очков в таком месте хоть и не было совершенно невозможным явлением, но "довольно редким" его точно можно было назвать.

— Наверное, это не очки.

Марике потребовалось пару секунд, чтобы осознать, что эта внезапно сказанная откуда-то сбоку фраза была адресована ей. ...Кстати говоря, до Алисы этот голос не дошёл. Настолько тихим был этот шёпот.

Марика повернулась в сторону этого голоса.

Первоклассница, сидящая на противоположной Алисе стороне от Марики, оказалась миниатюрной и во многих отношениях хрупкой девушкой.

Увидев на себе взгляд Марики, она широко улыбнулась.

— Нагатоми Кохару.

Всё таким же тихим шёпотом она протараторила своё имя скороговоркой. Вероятно, она хотела успеть до того, как начнётся речь представителя новичков.

— Тооками Марика.

Марика ответила тоже тихо и быстро.

— И почему не очки?

И тут же спросила у Кохару смысл её недавнего заявления.

— Мне кажется, что это AR-терминал.

— AR? Дополненная реальность?

— Ага. Я уже видела похожую модель. К тому же, у неё в руках нет шпаргалки с текстом речи.

— Думаешь, она не выучила наизусть, а записала на терминал?

— Да, и похоже, текст речи будет выводиться на этот экран, внешне похожий на очки.

— Начинает. — Послышалось предупреждение от Алисы.

Марика и Кохару прервали свою тайную беседу и стали слушать речь представителя новичков.

Церемония поступления подошла к концу. Далее состоится раздача удостоверений ученика, после которой сегодняшние мероприятия будут закончены.

Из актового зала убрали переносные стулья, и ненадолго вышедшие оттуда первоклассники снова зашли внутрь и выстроились в очередь на освободившемся полу.

До выдачи карточек-удостоверений первоклассники ещё не знают, в какой класс они попали. Кроме представителя новичков, церемония вручения удостоверения которого состоялась прямо во время церемонии поступления.

В данный момент разделение на классы ещё не произошло, поэтому в очередь все выстроились по собственному усмотрению. Другими словами, Алиса с Марикой стояли прямо друг за другом.

Алиса спереди, Марика позади неё. А следом за Марикой пристроилась Нагатоми Кохару. Такой случайно возникший порядок "по росту" со стороны выглядел довольно забавно.

Пока они выходили наружу, Алиса и Кохару представились друг другу. Марика с Кохару тоже ещё раз представились друг другу, теперь уже официально.

Марике Кохару казалась миниатюрной девушкой, но фактически разница в их росте составляла всего 5 сантиметров. Рост Марики — 160 см, а Кохару — 155 см. Однако для них самих (особенно для Кохару, которой нужно было поднимать взгляд, чтобы смотреть в глаза собеседнице) это была довольно существенная разница. А если продолжать тему возникших впечатлений, то Кохару и правда была "во многих отношениях хрупкой девушкой". А если говорить конкретней, то размер её груди и бёдер совершенно не подходил её росту. Ну, зато хотя бы талия у неё была в пределах нормы.

Хотя у них был общий фактор в виде большой груди, но Марика закаляла своё тело тренировками боевых искусств. Поэтому от неё впечатления "хрупкости" не возникало.

Полнота её бёдер, о которой она так переживала, была из-за развитых мышц, спрятанных под совсем тонким "женским" слоем жира. Другими словами, её ноги не были "жирными", даже если таковыми и выглядели. Даже наоборот, если удалить весь этот умеренный слой жира, то она будет выглядеть грубой и мускулистой, что значительно снизит её женскую привлекательность. Однако комплексы, связанные с фигурой и красотой, нельзя решить объективной логикой.

Но давайте пока отложим в сторону это чувство близости Марики к Кохару, возникшее на основе её субъективного комплекса.

Очередь вручения ученических удостоверений постепенно продвигалась, и, наконец, настал черёд Алисы.

При этом единственная процедура, которая происходит перед выдачей — это проверка личности. Все данные, которые должны быть записаны на карту, уже определены заранее. А на карты эти данные не записывают заранее исключительно из-за эффективности такого метода раздачи. Вместо того, чтобы физически выискивать готовую карту, чтобы её выдать, быстрее будет взять пустую карточку и пропечатать на ней подготовленные заранее данные назвавшегося ученика.

— Ася, какой класс? — Прошептала Марика Алисе, получившей свою карту и вышедшей из очереди.

— "A". Надеюсь, мы попадём в один класс. — Прошептала Алиса в ответ, после чего отправилась в пустую часть помещения, чтобы никому не мешать.

Бормоча себе под нос "класс A, класс A...", Марика подошла к ответственному за выдачу карт. Назвав своё имя, она положила руки на устройство распознавания венозного рисунка на пальцах, а глаза направила в устройство распознавания сетчатки.

Проверка личности была завершена мгновенно.

Карта была выдана.

Зажав полученное ученическое удостоверение обеими руками с двух сторон, Марика закрыла глаза и приложила его ко лбу, будто молилась на него.

После чего резко раскрыла руки и глаза.

На карточке было напечатано её фото, фамилия, имя, ученический номер, а также класс.

— А-а-ах...

Многие новички обернулись и увидели устремившую свой взор в небеса Марику, выглядящую так, будто наступил конец света.

Однако самой Марике было сейчас не до этих, и не до других направленных на неё сомнительных взглядов.

— Мина, что случилось?

Потому что для Марики сейчас не существовало никого, кроме Алисы, быстрым шагом подбежавшей к ней.

— У меня класс B... — Заплаканным голосом ответила Марика.

— ...Ясно.

Услышав ответ Марики, Алиса не смогла скрыть недоумение на своём лице.

— Печально, конечно, но теперь остаётся лишь приложить все усилия, чтобы в следующем месяце попасть уже в один и тот же класс.

С отменой системы двух потоков организация классов Первой школы изменилась. Чтобы упростить обучение практическим навыкам, классы разделены именно по уровню этих самых практических навыков, и перераспределяются каждый месяц.

К тому же, дело не ограничено только Первой школой. В любой из школ при национальном университете магии классы отличаются именно наличием или отсутствием подобающего наставничества в части практических навыков. С отменой разделения на два потока количество учеников, требующих наставничества, возросло вдвое, а вот количество учителей не увеличилось. По этой причине ещё с прошлого года в качестве мер по повышению эффективности обучения была принята система разбиения классов по результатам учеников с ежемесячным перераспределением.

Другими словами, если ученики попали в разные классы, это не означает что это на все три года обучения. И даже не на год. В мае классы будут сформированы снова.

Тот факт, что Алиса оказалась в классе A, а Марика — в B, отражал результаты их вступительных экзаменов. И чтобы они попали в один класс, Марика должна хорошо потрудиться на практических занятиях в этом месяце.

— Угу, ты права.

Всё это было написано в "руководстве для поступающих". И Марика, разумеется, его читала. Поэтому как только Алиса упомянула об этом, она сразу это вспомнила.

От такой быстрой смены настроения Марики у Алисы случился приступ апатии.

"И что это тогда был за заплаканный голос...?"

Разумеется, Алиса не стала рушить разговор, который она с таким трудом повернула в удачном направлении.

В этот момент к ним подошла Кохару с умиротворением на лице.

— Я в классе B. А вы двое? — Спросила она, как будто ничего и не случилось.

Но по факту действительно ничего не случилось. Просто Марика немного перестаралась с драматизмом.

— Я тоже в B. Надеюсь, мы поладим. — С беспечным видом ответила Марика.

— А я в классе А. — Максимально приветливо ответила Алиса, изо всех сил стараясь не думать об этом произошедшем здесь театре одного актёра.

Однако её поведение, похоже, оказалось уж слишком приветливым.

— Ася, ты чего? Мне кажется, или ты ведёшь себя как совсем другой человек?

По мнению Марики, такое поведение совершенно не подходило для общения со сверстниками.

— Э? Ничего подобного.

— Мы ведь только познакомились. Это я, наоборот, слишком бесцеремонная личность, а Алиса-сан — нормальная.

Неожиданная поддержка пришла со стороны Кохару.

— Э? Но тогда это значит, что я ещё более бесцеремонна, чем ты?

Вследствие этой поддержки, внимание Марики переместилось на Кохару.

— Н-нет. Ахаха... Кстати, Алиса-сан, похоже, Марика-сан называет тебя "Ася"? — Кохару внаглую просто сменила тему разговора.

Такую реакцию можно было назвать правильной в данной ситуации. Потому что в вопросах, от которых не зависит победа или поражение, упорство Марики не проявлялось.

— Ещё с детства.

Ответившей была не Алиса, а Марика. Причём ответила она почему-то с гордостью в голосе.

— Мне почему-то кажется, что это очень подходит Алисе-сан. Можно я тоже буду так тебя называть?

Кохару не вкладывала глубокий смысл в свои слова. Просто она действительно подумала, что это прозвище очень подходит Алисе.

— Нет.

Однако ответ на удивление оказался отрицательным.

Это не прозвучало как категоричный отказ строгим тоном. Тон, наоборот, был мягким, однако отказ в ответе читался безошибочно.

— Я наполовину русская. Поэтому и выгляжу вот так...

— Ага...

Короткий ответ Кохару нёс в себе смысл "понимаю".

Её ведь очень заинтересовал цвет волос и глаз Алисы. В настоящее время "наполовину иностранцы" — это не такая уж и редкость, однако люди с ярко выраженной европейской внешностью, как у Алисы, всё же, встречаются редко.

— Прозвище Ася вместе с такой внешностью делает меня ещё меньше похожей на японку.

Её самоуничижительный тон голоса означал, что у неё имеется неприятный опыт, связанный с её внешностью.

— А мне можно, потому что я с самого детства её так называю. — Опять с гордостью в голосе добавила после Алисы Марика, видимо, пытаясь так поддержать её отказ.

Такую хвастливую манеру речи Марики можно было назвать детским поведением, но это без сомнений поспособствовало удалению "ядовитости" из явно недружественного запрета называть себя по прозвищу.

— Вот оно что.

А Кохару по факту совсем не удивилась этому категоричному отказу.

— Я буду рада, если ты так и будешь называть меня Алисой. "Лиса"[Риса] в качестве сокращённого имени тоже сойдёт, если хочешь. Такое имя, по крайней мере, ещё похоже на японское.

— Тогда я буду, как и сейчас, звать тебя Алиса-сан. — С беззаботным видом сказала Кохару. После чего добавила с крайне заинтересованным лицом: — Дайте угадаю, у Марики-сан тоже есть особенное прозвище только для вас двоих?

— Есть. — Ещё более гордым, чем раньше, голосом ответила ей Марика.

— Не знаю, можно ли назвать это прозвище "особенным", но... я называю Марику "Миной". Так её называла моя скончавшаяся мать. Похоже, в России используется такое имя.

Алиса выглядела слегка смущённой. Вероятно, такой вид у неё был из-за слова "особенное".

— Это сокращение от "Жасмин". Но "Марика" и "Мина" с точки зрения языка звучат настолько по-разному, что я, наверное, не пойму, что это обращаются ко мне, если так будет говорить кто-то другой кроме Аси.

— Значит, они и правда для вас особенные.

— Угу.

В отличие от Алисы, Марика, похоже, не стеснялась того факта, что её с Алисой отношения назвали "особенными". По выражению гордости на её лице можно было, наоборот, прочитать, насколько она хочет, чтобы они и правда были "особенными".

— Значит, вы близкие подруги...?

— Конечно. — Ответила Марика на вывод Кохару, сделанный восхищённым голосом.

— Правда ведь, Ася?

Марика задала этот вопрос с выражением "это ведь само собой разумеется" на лице.

Однако Алиса не успела ей ответить.

— Кохару, ты уже успела завести подруг? Как и ожидалось, при твоих-то коммуникативных способностях.

До того, как Алиса ответила, сбоку послышался мальчишеский голос. Все трое сразу повернулись в его направлении.

— Джои... Ну вот зачем так пугать? Не нужно подкрадываться и так внезапно начинать говорить.

— Хаха, прости, прости. Просто мне на глаза попалось знакомое лицо.

Поверхностно извинившись перед Кохару, парень, которого она назвала "Джои", повернулся к Алисе с Марикой.

Это был довольно рослый парень со слегка рыжеватым оттенком волос. Даже Алисе, рост которой был 165 сантиметров, нужно было не просто поднимать взгляд, а поднимать голову, чтобы смотреть ему в глаза. На вид его рост был 180 или даже 185 сантиметров. А из-за своего худощавого телосложения он выглядел ещё выше.

У этого парня не было сутулости, присущей людям с таким телосложением. Правильная осанка лишь усиливала впечатление от его высокого роста.

— Рад знакомству. Меня зовут Кагари Дзёи*. Мы с Кохару знакомы с начальной школы, но не состоим в романтических отношениях, поэтому я был бы признателен, если вы подружитесь и со мной тоже. Ах, да, я попал в класс A.

[Тут ситуация, схожая с тем, что было с Эйми. Его "прозвище" написано катаканой, а настоящее имя — японскими кандзями. Поэтому чтобы их отличать, я буду прозвище писать на буржуйский манер, а имя — православной поливановщиной.]

Представившись в такой не слишком вежливой и не слишком грубой форме, он создал о себе "первое впечатление" нормального и приятного в общении человека в глазах как Алисы, так и Марики.

— Меня зовут Дзюмондзи Алиса. Я тоже в классе A. Надеюсь, мы поладим.

Первым в ответ представилась Алиса, которая тоже попала в класс A.

— Тооками Марика. Я в классе B.

Когда собеседником оказался парень, Марика тоже внезапно переключилась на обычную (нормальную) манеру речи.

— С начальной школы, говоришь? Значит, вы с Кохару — друзья детства?

Однако у Марики был не такой характер, чтобы заканчивать разговор сразу после представления друг другу. По правде говоря, Алису тоже заинтересовал этот момент, но она промолчала, а вот Марика не постеснялась спросить.

— Это не так!

Кохару ответила отрицанием крайне категоричным тоном.

— Мы просто знакомы со времён начальной школы. Мы не друзья детства!

— Но вы ведь друзья? — С удивлением на лице спросила Алиса.

— Ух... Ну, то, что мы друзья, я не отрицаю.

Кохару нехотя согласилась.

— Я был бы шокирован, если бы ты и это стала отрицать. — Рассеянно прошептал Дзёи после ответа Кохару.

— А с какого класса начальной школы вы знакомы? — Спросила у Дзёи на этот раз Алиса.

— Э-э, с третьего, вроде...?

— Джои, со второго.

Кохару немедленно поправила неуверенный ответ Дзёи.

— Со второго класса начальной школы... значит, с восьми лет?

— Ага. — Согласилась Марика с расчётами Алисы.

— Вы ведь друзья с младших классов начальной школы? Именно это и называют "друзьями детства", разве нет?

— Это совсем другое!

После пояснения Марики уже следовало бы согласиться, но Кохару упорно стояла на своём.

— Марика-сан, ты не понимаешь!? Алиса-сан, может, хотя бы ты понимаешь!?

— Э-эм... Ты имеешь в виду, что одного лишь давнего знакомства недостаточно, чтобы зваться "друзьями детства"?

Кохару выглядела настолько устрашающе, когда напирала с вопросами на Марику и Алису, что они были на грани того, чтобы сдаться под этим напором.

Алисе пришлось приложить немалые усилия, чтобы выдавить из себя этот вопрос, находясь под исходящим от Кохару давлением.

— Верно! Давнее знакомство ничем не отличается от роковых уз*! Понимаешь?

[В оригинале там разговорное выражение, примерно означающее "нежелательные, но неизбежные отношения".]

— Н-наверное. — Полурефлекторно ответила Марика. Честно говоря, она не до конца поняла, о чём говорит Кохару.

В свою очередь, Дзёи, к которому применили выражение "роковые узы", ничего не сказал. И не показал особо никакого недовольства ни на лице, ни в поведении. Возможно, он уже привык к таким выходкам Кохару.

— "Друзья детства" — это нечто такое... ну, такое, более кисло-сладкое!?

Изо рта Кохару вырвался крик, в который было вложено довольно много силы.

Алиса с Марикой лишь обменялись взглядами, никак это не прокомментировав.

К тому времени, когда Кохару вернула самообладание, раздача ученических удостоверений уже подходила к концу.

— ...Не пора ли нам уже на выход?

Осмотрев актовый зал, в котором уже почти не осталось людей, Алиса предложила уйти.

— Ага. ...А вон там что за столпотворение? — Озадаченно спросила Марика, которая тоже огляделась вокруг и обнаружила небольшое скопление людей прямо под трибуной.

— Это вербовка в школьный совет.

Голос, донёсшийся из-за спины Алисы, принадлежал не Дзёи и не Кохару.

Алиса обернулась.

— Юто-сан.

Ответившим на вопрос Марики оказался Юто.

— Подслушивал наш разговор? — Придирчивым тоном спросила у Юто Марика.

— Я только что подошёл, чтобы с вами поговорить, так что услышал только последнюю фразу.

Ничуть не запаниковав, Юто заявил о своей невиновности.

Ответ Юто, по-видимому, не убедил Марику, но в препирательства это не переросло.

— Вербовка в школьный совет, значит?

Потому что перед этим Алиса вернула разговор к главной теме.

— Ага. Это традиция Первой школы.

— А, да, слышала про такое. — Присоединилась к разговору Кохару. — Приглашение представителя новичков в школьный совет?

— Ага, верно. У тебя кто-то из старших братьев или сестёр учился в Первой школе?

— Нет, дело не в этом.

— Юто-сан.

Алиса пресекла попытку Юто заговорить с ними так, будто они знакомы.

— Эту девушку зовут Нагатоми Кохару-сан, она из класса 1B. А это Кагари Дзёи-кун из класса A.

Юто смущённо отвел глаза от этого упрекающего взгляда Алисы.

— ...Вице-президент школьного совета, Дзюмондзи Юто, класс 2A.

После чего, наконец, представился, хоть и с опозданием.

— А, эм... Как уже сказали, меня зовут Нагатоми Кохару...

То же самое можно было сказать и про Кохару, не назвавшей своё имя человеку, с которым встретилась впервые. Она выглядела настолько извиняющейся, что на неё было жалко смотреть.

— Кагари Дзёи. Дзюмондзи-сэмпай, надеюсь, мы поладим.

Дзёи заговорил сразу же после Кохару, вероятно, для того, чтобы привлечь внимание Юто на себя. И не важно, намеренно это было сделано, или неосознанно.

— Взаимно.

Возможно, Юто понял, о чём беспокоится Дзёи, поэтому ответил на его представление с максимально дружелюбным видом.

— Кстати, а разве вице-президент не должен участвовать в этой вербовке? — Спросила у Юто Марика. Её поведение было не таким уж и очевидным, однако дружелюбным к Юто его вряд ли можно было назвать.

— Если будет трое старшеклассников против одной девушки-новичка, то это может показаться попыткой принуждения. Так что лучше оставить это президенту.

Заявление Юто казалось довольно правдоподобным. По крайней мере, дальнейших препирательств от Марики не последовало.

Вместо этого Марика ещё раз посмотрела на это скопление людей.

Там некая миниатюрная девушка с пышной курчавой шевелюрой что-то активно рассказывала стройной и высокой (наверное, такой же высокой, как Алиса, и даже более худой, чем она) девушке-представителю новичков. Все присутствующие помнили эту миниатюрную девушку. Это была президент школьного совета Мицуя Сиина, ранее зачитывавшая приветственную речь со сцены.

— ...Президент-сан и сама почему-то на вид как новичок.

Вероятно, неосознанно пытаясь продолжить этот спор (?) с Юто, Марика позволила себе пару острых слов.

— Мина, это немного...

Услышав этот упрёк Алисы, Марика схватилась за рот рукой. Вероятно, осознала свою оплошность.

— Хахаха, ну да, наш президент и правда выглядит как новичок.

Однако в этот момент кто-то пришёл Марике на помощь.

Это был парень, стоявший рядом с Юто, который, судя по поведению, был его приятелем, однако Алиса видела его впервые. Юто познакомил её с несколькими своими друзьями, которые приходили к нему в гости домой, однако этого парня среди них не было.

— Сома... это грубо по отношению к президенту. Да и Ягуруму-сэмпая это может разозлить.

— Ягурума-сэмпай не станет злиться из-за таких мелочей.

— А что ты будешь делать, если об этом узнает Урабэ-сэмпай? Что ты ей тогда скажешь?

— Эй, погоди! Я ж пошутил! Стучать об этом главе — подлость!

— Я не стану этого делать, если ты перестанешь нести чушь перед новичками.

Заставив этими словами замолчать вторгнувшегося в их разговор парня, Юто вернул свой взгляд на оставленных без внимания новичков.

— Извините, что вам пришлось лицезреть нечто такое неприглядное.

— Нет, ничего...

Алиса с растерянным видом помахала головой в ответ криво улыбнувшемуся Юто. Однако наполненный подозрением взгляд, направленный на парня по имени Сома, ей скрыть не удалось.

Юто заметил этот взгляд, и сделал такое лицо, будто едва сдержал вздох.

— Этого придурка зовут Изаёй Сома. Вы удивитесь, но он член дисциплинарного комитета.

— Оу...

— Дисциплинарного комитета...

Неверящим тоном пробормотали Алиса и Марика.

— Да уж, оплошал, извиняйте. ...Меня зовут Изаёй Сома. Поздравляю с поступлением.

Сома прямо в середине своей речи полностью изменил своё поведение и будто стал другим человеком. ...И это, наоборот, лишь усилило просматривающийся в нём образ не внушающего доверия человека. У Алисы воображение работало не настолько ярко, а вот у Марики впечатление от Сомы, что он является "не внушающим доверия человеком", было особенно сильным. Причём нельзя было отрицать вероятность, что таким образом на этого "друга-придурка" просто проецировалась её враждебность к Юто, основанная на её мысли "он хороший человек, но всё равно почему-то мне не нравится".

— Юто, познакомь их и со мной тоже. Эта девушка ведь та самая твоя младшая сестра, которой ты так хвастался?

— Сестра, которой ты хвастался!?

Такая чрезмерно эмоциональная реакция последовала от... Марики. А сама Алиса лишь пробормотала "сестра, которой хвастался..." со смесью замешательства и смущения на лице.

— Эй, слышь, Сома!

Юто откровенно запаниковал. Если присмотреться, то можно было заметить, что его уши слегка покраснели. В отличие от своего названого брата Кацуто, его лицо было довольно богато на эмоции.

— Теперь уже поздно смущаться. У тебя есть такая красавица-сестра. Желание похвастаться вполне естественно.

— Ну и заткнись тогда! А то не стану вас знакомить!

— Э-эй, так не пойдёт. — С наигранным недовольством в голосе пожаловался Сома. В ответ Юто посмотрел на него сердитым взглядом.

Сома съёжился в такой же "театральной" манере.

— Окей, понял. Я прекращаю шутить, так что познакомь нас уже. Я не хочу оставаться с сестрой лучшего друга в отношениях, когда нас официально даже не представили друг другу.

Сома поднял руки, показывая жест "сдаюсь".

— Кого ты там назвал лучшим другом...? — С угрюмым видом пробормотал Юто. — ...Алиса, ты как, не против?

Алиса была ошеломлена таким немыслимым для первой встречи сумасбродным поведением Сомы. Но она не стала противиться и молча кивнула.

— Это моя младшая сестра Алиса. Сома, даже не думай к ней лезть. Потому что Кацуто-ниисан в отличие от меня церемониться не будет.

Сома содрогнулся всем телом. И эта дрожь совершенно не казалась наигранной.

— Я наслышан о тебе от Юто. Алиса-сан, надеюсь, мы поладим. Можешь в любое время обращаться ко мне с проблемами, о которых тебе трудно говорить с Юто.

— Рада знакомству.

Сказав это, Алиса впервые взглянула на лицо Сомы.

И впервые заметила там одну деталь.

"Глаза разного цвета..."

Правый глаз, наполовину скрытый под длинной чёлкой из тёмно-коричневых волос, слегка отдавал фиолетовым оттенком. А левый глаз был самого обычного карего цвета.

"Может, поэтому он так отрастил чёлку?"

У самой Алисы не возникало о людях каких-либо особых мыслей только потому, что у них гетерохромия. Но наверняка существуют и люди, которых это волнует. Алиса и сама иногда страдала от того, что отличалась от других людей по цвету волос и глаз, поэтому именно такая мысль у неё возникла, когда она увидела глаза и причёску Сомы.

Внезапно что-то заслонило её поле зрения.

— Меня зовут Тооками Марика.

Марика встала прямо между Алисой и Сомой.

Сома был ростом около 170-175 сантиметров, а Марика на 5 сантиметров ниже Алисы. Поэтому направленный на Сому взгляд был перекрыт не полностью, но этого было достаточно, чтобы Алиса осознала, что сейчас бесцеремонно уставилась на старшеклассника, с которым только что познакомилась.

Внезапно смутившись, Алиса поникла головой.

Но, к счастью, внимание Сомы (по крайней мере, на вид) было направлено на внезапно заговорившую с ним Марику.

— Сэмпай, извини за грубость, но... ты случайно не из той самой семьи Изаёй*?

[Фамилия сэмпая — 誘酔, а она спрашивает про 十六夜. Далее в тексте вторая будет помечаться звездочкой.]

Вопрос Марики нельзя было назвать совсем неуместным. Услышав фамилию "Изаёй", большинство японцев подумают именно про фамилию, которая пишется как "16 ночей". А среди связанных с магией людей эта тенденция особенно сильна.

Семья Изаёй известна как сильнейшая среди "Ста Семей" семья волшебников. Их родословная не была искусственно разработана, как у представителей Десяти Главных Кланов. Эту семью волшебников можно было назвать самым настоящим (не искусственным) знатным родом, который в своё время сделал себе имя за счёт того, что они, будучи волшебниками древней магии, приняли в употребление современную магию. Даже ходят слухи, что по своим способностям они не уступают Десяти Главным Кланам.

Однако, несмотря на отличные способности и старинную родословную, о семье Изаёй* ходят не только хорошие слухи. При наличии такой силы, Изаёй* были известны, как семья, относящаяся крайне осуждающе к генетически модифицированным волшебникам. В отношении к Десяти Главным Кланам они, как и ожидалось, сдерживают свои эмоции, а вот к "улучшенным людям" и к "экстра" они относятся с неприкрытым пренебрежением. И именно этот факт является "плохим пятном" на их хорошей репутации.

И как раз именно эта дурная репутация была причиной тому, что Марика начала своё обращение со слов "извини за грубость".

— Нет, я никак не связан с семьёй Изаёй* из "Ста семей".

Судя по ответу Сомы, вопрос Марики ничуть его не задел.

— Моя фамилия "Изаёй" пишется не как "16 ночей", а через символ 誘 из слова "приглашать" и символ 酔 из слова "пьяница".

— ...Это довольно редкое чтение для этих символов.

"Изаёй" действительно было довольно редким вариантом чтения комбинации символов "誘酔". Марика даже слегка растерялась.

— Хаха, и то верно.

Сома не рассердился на такую "грубость". И обиженным тоже не выглядел.

— По правде говоря, мы даже специально сменили фамилию в поколении моих родителей, чтобы нас не путали с членами этого "клана Изаёй". Их хоть и уважают, но и врагов у них тоже много.

После раскрытия такого "секрета", все кивнули с пониманием. В сообществе волшебников дискриминация "улучшенных людей" и "экстр" считается публично порицаемым и постыдным поведением. Есть множество семей волшебников, которые тайно аплодируют семье Изаёй за то, что они даже не скрывают своё отношение. Однако и настроенных к ним враждебно волшебников тоже много.

— В общем, я не испытываю никакого особого чувства дискриминации по отношению к улучшенным людям и экстрам.

Такое оправдание можно было считать естественным продолжением данного разговора. Однако Марика в очередной раз испытала чувство, будто ей указали пальцем на то, что она является "экстрой".

— Извини, Дзюмондзи-сэмпай?

То ли Кохару прочитала эти скрытые чувства Марики, то ли это было чудесным совпадением, но она заговорила с Юто именно в тот момент, когда это было нужно больше всего.

— Есть ли на пути от школы к станции какое-нибудь нормальное кафе?

— Кафе? — С подозрением в голосе спросил Юто, поражённый такой внезапной сменой темы. Однако Кохару ничуть не смутила такая реакция. Видать, в её характере не было места робости.

— Да. Мы с Алисой-сан в разных классах, поэтому мне стало интересно, есть ли тут поблизости какое-нибудь место, где мы смогли бы спокойно общаться.

— Юто, как насчёт того места?

Хотя вопрос был задан Юто, первым идею подкинул Сома.

— Того? ...А, ты про то кафе?

Хотя конкретное название заведения никто из них не произнёс, но судя по их репликам, это кафе было хорошо известно им обоим.

— В общем, имеется тут одно хорошее кафе. У тебя есть с собой терминал? — Достав свой терминал, спросил у Кохару Юто.

Кохару достала свой мобильный терминал, и Юто отправил ей данные.

— ..."Eine Brise"?

Кохару прочитала вслух название кафе из полученного сообщения.

— Юто-сан, можно и мне тоже?

— Да, конечно.

На терминал Алисы тоже пришло заветное сообщение.

— Всего в паре шагов от дороги между станцией и школой... Там, должно быть, всегда много посетителей? — Глядя на карту, спросила у Юто Алиса.

— Это кафе было любимым местом того Шибы-сэмпая и его друзей.

— Шиба-сэмпай? Это тот, который со звёздным реактором?

Услышав неожиданно всплывшее имя, Алиса не смогла скрыть своё удивление.

Не только Алиса, но и Кохару, и Дзёи слегка расширили глаза. Одна лишь Марика никак не могла понять, почему они так удивились.

— Да, любимое место того самого Шибы-сэмпая и его невесты — бывшего президента школьного совета. Именно поэтому вокруг этого кафе витает атмосфера "невежливо другим ученикам пользоваться тем же местом, что и они". И хотя предыдущий президент Саэгуса-сэмпай часто туда захаживала, но большинство нынешних учеников второго и третьего годов обучения обходят это место стороной.

— Понятно, значит это "хорошее место, известное немногим". — Подключилась к разговору Кохару.

— Что-то вроде того.

— Большое спасибо, Дзюмондзи-сэмпай. Я зайду туда по дороге домой. — Сказала Кохару, поклонившись лёгким кивком.

— Спасибо, Юто-сан. Я тоже, пожалуй, схожу.

Алиса тоже поблагодарила Юто, после чего улыбнулась Марике, ожидая её одобрения.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 4 (Часть 2)

◇　◇　◇

В итоге новички ненадолго разбрелись по своим классам, где обменялись приветствиями с одноклассниками. После чего компания Алисы воссоединилась в "Eine Brise".

— Какое замечательное кафе.

— Угу, мне тоже нравится.

Послышались восхищённые голоса двоих из класса B, пришедших с небольшим опозданием.

Пришедшая чуть раньше них в одиночестве Алиса разделяла их точку зрения. ...Кстати говоря, Дзёи постеснялся идти из школы вдвоём с девушкой, с которой он только сегодня познакомился.

Алиса прождала их меньше пяти минут, поэтому в её чашке ещё оставался кофе. Алиса больше любила пить чай, но здесь ей порекомендовали первым делом попробовать именно кофе, и она согласилась.

— Ася, ну как тебе?

— Вкусно.

— Тогда я тоже попробую.

Марика знала Алису достаточно долго, чтобы понять, являются ли её слова пустой лестью или нет. Поэтому она со спокойной душой заказала кофе.

— Мне café au lait, пожалуйста.

Официантка-робот вежливо поклонилась и ушла к стойке. Кстати говоря, этого "Серверноида" — модель гуманоидного робота, предназначенную для коммерческого использования — подарил хозяину кафе Шиба Тацуя после окончания школы, однако Алиса и остальные узнают об этом немного позже.

От заказа до выдачи напитков прошло некоторое время. Не десятки минут, конечно. Просто, например, у обычных современных автоматизированных кафе-киосков практически отсутствует время ожидания заказа. Привыкшим к такому людям трудно избавиться от впечатления, что "на это потребовалось много времени".

— Это самое настоящее, классическое кафе.

Однако Марика восприняла это положительно. Хотя этот случай не был особенным, так как она в принципе предпочитала придерживаться позитивных взглядов на вещи.

Даже толком не охладив принесённый кофе, Марика залпом выпила его прямо в неразбавленном виде.

— Марика-сан, ты можешь пить чёрный кофе?

Сидящая напротив Кохару округлила глаза. Кстати, сидели они за четырёхместным столом: Алиса на самом дальнем от прохода стуле, Марика рядом с ней, а Кохару — напротив Марики.

— Угу. Мне вообще без разницы.

Марика хоть и не была толстушкой, но при первом взгляде на неё практически у кого угодно в голове формировался образ любительницы сладостей. И фактически это впечатление не было ошибочным. Марика не толстела исключительно из-за своего крайне подвижного образа жизни.

Поэтому, как и сказала Кохару, выпитый Марикой кофе в неразбавленном чёрном виде вызвал лишь чувство удивления.

— Это консервированный кофе горький. А нормальный вкусный кофе можно пить и так.

Похоже, Марика, всё-таки, была не из тех, кто считает, что "если пить кофе, то только чёрный".

— И всё равно удивительно. Вот лично я чёрный кофе выпить не смогла бы.

Но Кохару всё равно была под впечатлением. И даже немного завидовала.

Вероятно, потому, что в её возрасте чёрный кофе нередко ассоциируется с образом взрослого человека.

Марика сделала горделивое, самодовольное лицо.

— Зато чёрный чай Мина не может пить без молока. Поэтому, не переживай о том, что не можешь пить чёрный кофе, Кохару.

Алиса, вероятно, захотела поддразнить сделавшую такое самодовольное лицо Марику, поэтому вмешалась в их разговор.

— Э-э...

— Эй, Ася!

— Как необычно. Кофе может пить чёрным, а чай просто с сахаром не может?

— Да, но...! Блин, я только создала себе крутой образ! Обязательно было всё портить!? — Протестующим тоном пожаловалась Алисе покрасневшая Марика. — Ася, ты злюка! Правильно, Кохару?

— Ничего подобного. Я лишь сказала, что нет ничего странного в добавлении молока в кофе. Обидно, когда тебя за такое называют злюкой. Верно, Кохару?

— Ахахахаха...

Не зная, на чью сторону встать, Кохару попыталась просто отсмеяться в ответ.

К счастью, обе собеседницы не стали на неё давить.

В этот момент зазвенел дверной колокольчик, и Алиса ненароком повернулась на этот звук. После чего издала такое же неосознанное "А..." тихим голосом.

— Что такое?

Услышав Алису, Марика проследила за её взглядом. После чего издала такое же "А...", как и Алиса.

Вошедший посетитель носил точно такую же школьную форму, как и эти трое. И хоть сейчас на ней не было тех очков в нижней оправе, но это, несомненно, была та самая девушка-представитель новичков, читавшая речь со сцены на церемонии поступления.

— ...Это ведь представитель новичков Исори-сан, верно?

Кохару тоже обернулась, увидела кто вошёл, и повернулась обратно. После чего она не выразила удивление, а задалась вопросом, не ошиблась ли она в опознании человека.

— Да, это она. — Ответила Алиса, после чего снова перевела взгляд на вошедшую в кафе девушку.

И та, похоже, уловила на себе этот взгляд. Она быстрым шагом направилась прямо к Алисе.

— Привет. Вы тоже новички?

Взгляд девушки-представителя упал именно на Алису потому, что она просто бросалась в глаза сильнее всех остальных.

— Да, привет. Я — Дзюмондзи Алиса из класса A. А ты, вроде, Исори-сан?

Алиса первым делом представилась в ответ на этот взгляд.

— Да, меня зовут Исори Мэй. Я тоже в классе A. Если можно, называй меня Мэй, пожалуйста.

У неё была подходящая её "умному" образу манера говорить с чёткой формулировкой фраз.

— Конечно. Тогда и ты меня Алисой.

— Окей, Алиса. Можно мне сесть с вами?

— Да, конечно, присаживайся.

Этот мгновенный ответ последовал не от Алисы, а от Марики.

Кохару пересела на дальний стул, и Мэй села напротив Марики.

— А я — Тооками Марика. Класс B. Рада знакомству. Можно я тоже буду называть тебя Мэй?

Едва Мэй села, Марика сразу же заговорила с ней, будто ей очень не терпелось.

— Да, конечно. А мне тебя Марикой можно называть?

— Разумеется.

Будто "заразившись" улыбкой Марики, Мэй тоже улыбнулась.

На вид Мэй была типичным интеллектуалом, из-за чего возникало стойкое чувство о её замкнутости и "неприступности". Однако после этой её улыбки, это впечатление изменилось на совершенно неожиданное чувство открытости и общительности.

— Эм... а меня зовут Нагатоми Кохару. Я в том же, что и Марика-сан, классе B. Называй меня Кохару, пожалуйста.

— Да, рада знакомству. Думаю, что ты и сама уже понимаешь, что меня можно называть Мэй.

— Да, Мэй-сан.

— "Сан" не нужно... А хотя, ладно.

Мэй, похоже, слегка соблазнилась этим чрезмерно вежливым тоном Кохару, и в итоге не стала возражать.

— Заранее извиняюсь, если ошиблась. Кохару, а ты, случаем, не имеешь отношения к "Тохо Гисан"?

Услышав вопрос Мэй, Кохару округлила глаза.

— Как ты догадалась!? О клане Тохо — семье основателей бизнеса — знают многие, а вот о семье Нагатоми не должно быть широко известно...

— Семья Нагатоми является держателем второго по величине пакета акций "Тохо Гисан" — компании, которую можно отнести ко второму эшелону промышленности, даже если сравнивать со всеми отечественными производителями оборудования, в том числе и не связанными с магией. Заинтересованные люди прекрасно знают эту фамилию.

Глаза Кохару засияли, когда она услышала ответ Мэй.

— Значит, тебя интересуют продукты магической инженерии? — Спросила Кохару, сильно наклонившись в сторону сидящей рядом с ней Мэй.

Мэй не стала от неё отстраняться.

— Да. Ведь я хочу стать инженером магии.

— А, ты ведь из семьи Исори.

Родители Кохару были бизнесменами, работающими в сфере магической промышленности, поэтому она знала о семье Исори.

— М?

А вот Марика понятия не имела, о чём речь. Над её озадаченно наклонённой головой всплыл вопросительный знак.

— Мэй?

Алиса обратилась к Мэй по имени. Когда они встретились взглядами, Алиса спросила глазами "можно я ей объясню?".

Мэй поняла этот вопрос и легонько кивнула в ответ.

— Мина, семья Мэй — Исори — признанный авторитет в области магии гравировки.

Алиса и сама мало что знала о сообществе волшебников, пока не приехала в Токио. Она ничем не отличалась от нынешней Марики. Но начав жить в семье Дзюмондзи, она не только стала изучать магические техники, но и впитала в себя общие знания и понятия магического общества.

— Из-за своих особенностей, магия гравировки тесно связана с магической промышленностью.

— Правда? Мэй, ты ведь заняла первое место по результатам вступительных экзаменов? И если сравнивать возможные пути для ученика школы магии, то путь инженера магии ведь менее престижен, чем путь волшебника?

— Я так не думаю.

Мэй категоричным тоном опровергла это общераспространённое предубеждение Марики.

— 4-5 лет назад действительно было так, как ты говоришь, но сейчас всё по-другому. Благодаря тому господину, статус магической науки и магической инженерии резко скакнул вверх. Эпоха, когда инженеры магии станут популярнее волшебников, уже не за горами.

— Что ещё за тот господин?

Марика озадаченно склонила голову.

Похоже, Мэй была крайне разочарована такой непонятливостью, поэтому она сильно наклонилась в сторону Марики и ответила ей:

— Шиба Тацуя-сама! Выпускник нашей школы!

— А, да... Недавно я уже слышала это имя. Вице-президент Дзюмондзи говорил, что это кафе было любимым местом этого парня.

— Совершенно верно! Я пришла сюда именно поэтому!

— ...Похоже, он для тебя как идол.

Недавний спокойный и хладнокровный образ как будто испарился. Как и сказала Марика, своим новым поведением Мэй напоминала заядлого фаната, говорящего о своём почитаемом кумире.

— Идол? Нет. Суперзвезда! Этот господин меняет наш мир прямо сейчас. И его действия приведут нас — волшебников — в новую эру!

— Похоже, ты очень уважаешь Шибу-куна. — Послышался откуда-то сверху-сбоку посторонний мужской голос.

— Ой... Простите, что подняла шум...

Этот голос помог перевозбудившейся Мэй вернуть самообладание.

И принадлежал этот голос не официантке-серверноиду.

Это был хозяин кафе, вышедший из-за стойки и держащий в руке поднос со стаканом воды.

— Нет-нет, достаточно будет лишь немного уменьшить громкость. А самим по себе разговорам про Шибу-куна я, наоборот, буду только рад. — Сказал хозяин кафе, ставя стакан с водой перед Мэй. Её это слегка обескуражило, но после недолгих раздумий она всё-таки заказала у хозяина чашку американо.

— Похоже, Шиба-кун в последнее время сильно занят. — Обратился к Мэй хозяин кафе с улыбкой на лице. И это была не "бизнес-улыбка", а улыбка ностальгирующего человека.

— Да, на днях он опубликовал статью, которая войдёт в историю.

Мэй ответила ему хоть и приглушённым голосом, но с сияющими глазами. После чего спросила с надеждой в голосе:

— Вы хорошо с ним знакомы, не так ли?

— Не сказал бы, что хорошо, но Шиба-кун был тут частым посетителем. И я не видел его с тех пор, как он окончил школу. Хотел бы я, чтобы он пришёл ещё раз, но это вряд ли случится... — Сказал хозяин кафе, не скрывая своего ностальгического настроения. После чего в шутливой форме добавил: "Он ведь теперь VIP" и вернулся обратно за стойку.

Когда хозяин ушёл, Мэй внезапно поникла головой. Похоже, ей только сейчас, с небольшим опозданием, стало стыдно за своё недавнее перевозбуждённое поведение.

— ...Всё хорошо. Хозяин ведь разрешил. — Заботливым тоном прошептала ей Кохару.

Однако эти слова оказали обратный эффект на застыдившуюся Мэй, будто став для неё контрольным выстрелом.

— Пожалуйста, забудьте всё, что сейчас видели и слышали... — Сказала она, закрыв всё ещё смущённое лицо обеими руками.

◇　◇　◇

Чтобы добраться до школы из дома и наоборот, большинство учеников Первой школы (кроме тех, кто живёт на расстоянии пешей прогулки) пользуются так называемыми индивидуальными электрокабинками.

Как уже говорилось ранее, Алиса с Марикой живут в одном районе. Поэтому сейчас они возвращались домой вместе, в одной кабинке (утром они, впрочем, тоже ехали вместе). Вероятно, так будет и в дальнейшем.

— Приятное кафе, мне понравилось. — Заговорила Алиса с Марикой внутри этой двухместной кабинки. Марика почему-то всю дорогу молчала, погрузившись в свои мысли, поэтому Алиса решила начать разговор сама. — А вот Мэй меня удивила.

Алиса рассмеялась. Но это была не насмешка. Просто Мэй показалась ей забавной.

— ...Слушай, Ася.

— М-м, чего?

Алиса озадаченно склонила голову. В данном случае этот жест означал попытку заставить собеседника не тянуть с вопросом.

— Этот Шиба Тацуя... он что, настолько знаменит?

"Так и знала, что ты задумалась именно об этом" — подумала Алиса, услышав вопрос Марики. Ведь она и сама заговорила про "Eine Brise" только потому, что догадывалась, о чём думает Марика.

— Среди обычных людей он, скорее всего, не особо известен. Но вот среди связанных с магией людей он — суперзнаменитость.

Марика не особо была посвящена в положение дел в магическом мире по большей части потому, что семья Тооками отдалилась от сообщества волшебников. А за время подготовки к вступительным экзаменам в Первую школу она узнала лишь совсем чуточку больше, чем знают неволшебники.

— ...Почему?

Под своим вопросом "почему" Марика имела в виду "почему о такой знаменитости не известно широкой публике".

Магия играет немаловажную роль в национальной обороне. По идее, тема сильных волшебников в новостях должна заслуживать внимания и обычных людей, никак не связанных с магией.

— Из-за наложенных на СМИ ограничений. ТВ и радио умышленно о нём не рассказывают, а размещённые в интернете новости, похоже, тоже фильтруются путём исключения их из поисковых запросов.

— Ограничения на СМИ? Он что, так опасен?

— Я знаю о нём только хорошее... Думаю, он, наоборот, порядочный человек.

Алиса задумалась, как бы лучше это объяснить.

— ...Мина, ты помнишь "эксперимент со звёздным реактором"? Ну, об этом ещё разговоры ходили, когда мы только перешли в среднюю школу.

Похоже, такого объяснения не хватило, чтобы Марика вспомнила.

— ...О чём ты? — С рассеянным видом спросила она.

— Ну, о том случае, когда ученикам Первой школы удалось с помощью магии успешно провести эксперимент с термоядерным реактором...

— А, да! Вспомнила. Этих учеников даже президент филиала иностранной компании хвалил. Говорил, что типа они ещё школьники, а уже такие выдающиеся результаты.

Марика преувеличенно закивала, услышав дополнительные объяснения Алисы. А её посвежевшее выражение лица, похоже, отражало мысль "ура, я смогла это вспомнить".

— Ключевым членом группы, проводившей тот эксперимент, был Шиба Тацуя-сан. Исори Кей-сан, старший брат Мэй, тоже был членом той группы. А затем Шиба-сан ввёл звёздный реактор в практическую эксплуатацию. Это было в позапрошлом году.

— Хе-е, как поразительно.

— Помимо этой, про него есть множество других невероятных историй. Как и сказал хозяин кафе, сейчас он — общенациональный японский VIP.

— И среди этих историй явно есть такие, которые нельзя раскрывать публике?

— Не знаю, может и есть... Но так или иначе, я думаю, что здесь стоит вопрос чести.

— Чести? Чьей?

— Если раскрыть все достижения Шибы-сана, то мне кажется, что поднимется шум на тему "а чем вообще заняты наши военные, политики и учёные?"...

— В нашем мире полно людей, которые предпочитают презирать не добившихся успеха, вместо того, чтобы хвалить успешных людей. Другими словами, речь идёт о чести взрослых, правильно?

— Угу... Вполне вероятно, что так оно и есть.

Вместо разговоров на более подходящие девушкам темы, их язвительная беседа продолжилась в таком же ключе до самого приезда к ближайшей к их домам станции.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 5

7 апреля

Вторник, 7 апреля.

Добравшись до школы вместе, Алиса с Марикой разделились напротив кабинета класса B. После чего Алиса вошла в кабинет класса A через заднюю дверь.

В классах было неравное количество парней и девушек, что, вероятно, было последствием формирования классов на основе результатов вступительных экзаменов.

Парней в классе A было 11, а девушек — 14. Первый и третий ряд от коридора были для девушек, второй и четвёртый — для парней, а в расположенном у окна пятом ряду первые 4 места были для девушек, а оставшееся место в самом хвосте — для парня.

Распределение мест было в алфавитном порядке. В классе оказалось много девушек с фамилиями из строк "А" и "Ка", поэтому* Алисе досталось последнее место в третьем ряду.

[Японская азбука для простоты разбита на "строки" по 5/10/15 символов. Первая строка называется "А" в честь первой буквы, вторая — "Ка/Га". Фамилия Дзюмондзи начинается с символа じ расположенного в третьей (комбинированной) строке "Са/За".]

Сев на своё место, Алиса окинула взглядом класс.

С одноклассниками она познакомилась ещё вчера. У неё была превосходная память (что является нормой для всех волшебников), поэтому она легко запомнила имя и лицо каждого из них.

Однако это ведь не означало, что они подружились. Алиса ещё вчера почувствовала, будто от неё старались держаться на расстоянии. И это, к сожалению, не было лишь её воображением.

Алиса тихонько, чтобы не услышали одноклассники, вздохнула. Ей была знакома такая атмосфера. Её точно так же сторонились, когда она только поступила в среднюю школу на Хоккайдо. И то же самое было, когда она только перевелась в среднюю школу в Токио.

"Ничего не поделаешь, да...?"

Причина была ясна: её внешность слишком сильно отличалась от внешности одноклассников. И это тоже не было лишь её воображением. Об этом ей прямым текстом поведала её подруга через некоторое время после её перевода в среднюю школу в Токио.

В конце 21-го века иностранцы в Японии перестали быть такой уж редкостью. Из-за особенностей обучения волшебников, в той школе не было учеников-иностранцев (запрет на выезд волшебников за границу — общемировая тенденция), а вот наполовину или на четверть иностранцев там было довольно много. Тем не менее, их "чужеродность" от этого не пропадала. А такие ученики, как Алиса — выглядящие как представители совершенно другой расы — были редкостью даже среди таких же, как она, наполовину иностранцев.

"...Да, ничего не поделаешь. Нужно просто потерпеть пару-тройку недель."

Примерно столько потребовалось её одноклассникам в средней школе на то, чтобы перестать её сторониться. Но здесь школьники уже взрослее, поэтому, скорее всего, времени на это потребуется уже меньше. ...Примерно такими мыслями утешала себя сейчас Алиса.

Алиса перестала осматривать класс и решила запустить терминал. До начала занятий ещё оставалось некоторое время, но руководство уже должно быть доступно. Будучи осмотрительной (или робкой, в зависимости от точки зрения), она решила вкратце прочитать его ещё до того, как придёт учитель.

Она открыла терминал и включила питание. Затем она вставила карту-удостоверение в считыватель, и экран сразу же переключился в режим готовности к использованию.

И как раз в тот момент, когда Алиса начала пробегать глазами по меню...

— Доброе утро, Алиса.

Сверху раздался знакомый голос. Это был голос девушки, с которой она познакомилась только вчера.

— Угу. Доброе, Мэй.

Она ответила на утреннее приветствие только после того, как подняла голову, но слова для ответа она подобрала чуть раньше.

Перед ней стояла Исори Мэй. Другими словами, вывод, сделанный Алисой лишь по голосу, оказался верным.

— Уже записываешься на курсы? — Сев на ещё пустующее соседнее место, спросила Мэй самым обычным, непринуждённым повседневным тоном. Алиса ощутила своеобразную поддержку в таком естественном поведении Мэй.

— Ещё нет. Просто хотела посмотреть, как это всё тут выглядит.

Разумеется, вслух свои мысли она не выразила. Это сделало бы атмосферу слишком тяжёлой или неловкой. И разговор тогда закончился бы на пустом месте.

— Хмм... Ну-ка, дай мне тоже посмотреть.

Мэй придвинула стул поближе и уставилась на экран терминала Алисы. При этом они соприкоснулись плечами, от чего Алиса ощутила некое чувство неловкой щекотки, в отличие от чувства тепла в аналогичной ситуации с Марикой.

— Дзюмондзи-сан, доброе утро.

Алиса и Мэй изучали учебные материалы на экране терминала, когда на фоне всяких рассеянных и радостных голосов сверху спереди вдруг послышался приветствующий мальчишеский голос.

Обладателя этого голоса Алиса тоже вспомнила очень быстро.

— Доброе утро, Кагари-кун.

Это был Кагари Дзёи, друг детства Кохару.

— Ой, прости. Я заняла твоё место?

Когда Дзёи повесил свою сумку на крючок сбоку парты, Мэй поняла, что это его место, поэтому встала и извинилась. ...Кстати говоря, у учеников школ магии нет никаких школьных принадлежностей, которые требуется приносить с собой, но многие ученики пользуются сумками для ношения с собой личных вещей.

— Ничего страшного. — Улыбнувшись, ответил Дзёи. — Ты ведь представитель новичков, верно? Меня зовут Кагари Дзёи. Мы теперь одноклассники как минимум на один месяц, так что, рад знакомству. — Добавил он, после чего слегка поклонился кивком.

Услышав, что сказал Дзёи, Алиса вспомнила, что Мэй вчера не заходила в классную комнату.

— Исори Мэй. Рада знакомству. Вот только я не собираюсь вылетать из класса A.

Мэй ответила ему уверенным тоном, соответствующим её образу.

— Хаха, ну, тогда мы, похоже, надолго в одной компании. — Слегка рассмеявшись, ответил ей Дзёи. И в его самоуверенном ответе тоже просматривалось заявление "я тоже не собираюсь вылетать из класса A".

◇　◇　◇

Сразу после расставания с Алисой, Марика вошла в кабинет класса B через переднюю дверь.

Ей досталось первое место во втором от окна ряду. Поэтому ей неизбежно пришлось пересечь переднюю часть класса. Отвечая жизнерадостными приветствиями на направленные на неё взгляды, Марика дошла до своего места.

Места слева и справа ещё пустовали. А вот место прямо позади неё уже было занято.

— Доброе утро, Марика-сан.

— Доброе, Кохару.

Это место занимала Кохару. "Тооками" и "Нагатоми". Вполне естественный* порядок рассадки.

[В японской азбуке символ "на" идёт сразу за символом "то/до"]

— Наконец-то сегодня всё начнётся. — Взволнованным тоном обратилась Кохару к спине только что севшей Марики.

Марика развернулась к ней боком, и вдобавок к этому так выгнула верхнюю половину тела, что стала повёрнута прямо назад.

— Ты настолько этому рада? — Спросила она у Кохару.

— Э? Но ведь узнавать что-то новое — это так волнительно... — С крайне удивлённым лицом ответила Кохару Марике.

— Мне не особо нравится учиться. Мне бы лучше что-нибудь, где больше движения и использования магии.

— Ахаха... Это очень похоже на тебя, Марика-сан.

Кохару не знала, какое лучше сделать лицо в данной ситуации, поэтому в итоге просто рассмеялась.

— ...Но тогда сегодня тебе будет где повеселиться.

— А что сегодня такого?

— Сегодня день выбора направленности.

— А-а... Экскурсия по практическим занятиям. И правда, будет весело.

— Выбор направленности будет проводиться совместно с классом A, поэтому вы с Алисой-сан там пересечётесь.

— Чё, правда!?

Реакция Марики на этот раз была совсем другой.

— Тебя больше волнует именно это...?

На лице Кохару всплыла хоть и горькая, но излучающая теплоту улыбка.

◇　◇　◇

На первом уроке в сегодняшнем расписании новичков проводился выбор курса обучения и выполнялась запись на этот курс.

Ещё каких-то два года назад наличие учителя было привилегией классов первого потока. Но эта дискриминация исчезла вместе с отменой системы двух потоков в прошлом году.

Одновременно с этим, обзорные экскурсии стали проводить, объединяя по 2 класса в одну группу. Ученики классов A и B образовали единую группу в коридоре, после чего учитель класса A повёл их в корпус для экспериментов.

В лаборатории №4 на втором этаже корпуса для экспериментов проводилось практическое занятие по магии системы поглощения у класса 2G. Суть занятия заключалась в извлечении железа из железной руды.

К магии системы поглощения относятся магии химического соединения, восстановления, растворения и выделения. На данном занятии перед учениками была поставлена задача провести химическое восстановление. Причём им нужно было не просто удалить кислород из оксида железа, получив тем самым чугун, но также удалить и остальные примеси, получив на выходе чистое "железо". Другими словами, оценка будет зависеть от чистоты полученного железа.

Самые шустрые ученики уже успели выполнить своё первое в учебном году практическое задание, и уже занимались измерением результатов. Работа с прибором для спектроскопического измерения содержания элементов внешне напоминала занятия в техникуме/ПТУ или на инженерном факультете университета. Однако, взглянув на то, как на соседнем стенде железная руда будто самостоятельно меняет свой цвет и текстуру, можно было догадаться, что это занятие по магии.

Учитель медленно обходил всех учеников — как занятых непосредственно самим опытом, так и уже измеряющих результаты своего опыта — и время от времени раздавал им советы. Некоторые из пришедших на экскурсию первогодок заметили, что помимо учителя, советы ученикам раздаёт некий другой ученик.

— ...Это там Юто-сан, верно? — Прошептала Алисе Марика.

Алиса тоже уже заметила Юто, поэтому молча кивнула Марике.

— Сэнсэй, можно вопрос?

Мэй подняла руку и попросила слова.

— Прошу, Исори-сан.

Учитель класса A, Чиката Фуджино, дала разрешение задать вопрос.

Они обе говорили тихим голосом, чтобы не мешать занятию второгодок, однако их голоса были отчётливо слышны остальным почти пятидесяти (а если говорить точнее, то 49) ученикам.

— Сэмпай, который помогает остальным, уже прошёл эту тему?

— Я собиралась рассказать об этом позже, но раз мы имеем наглядный пример, то можно объяснить и сейчас.

Фуджино, похоже, не обиделась на такой вопрос.

— С прошлого года в нашей школе введена система коучинга.

Она начала своё объяснение ровным тоном.

— Это система, при которой ученики, справляющиеся с практическими заданиями на отлично, могут помогать с выполнением заданий другим ученикам. И если такая помощь оказывается успешной, то это приносит дополнительные баллы помогающему. Таким образом наша школа пытается поднять уровень обучения.

— Извините, сэнсэй. Можно мне тоже спросить? — Подняв руку, сказала Алиса.

— Да, Дзюмондзи-сан.

— Похоже, сэмпаи занимаются коучингом не только в своих, но и в чужих классах...

В данный момент они наблюдали за занятием класса 2G. Однако Юто был из класса 2A. Алису озадачил тот факт, что Юто пришёл раздавать советы ученикам из другого класса прямо во время урока.

— Учеников, занимающихся коучингом, называют ТА (ти-эй). TA могут заниматься коучингом только в периоды терминального обучения, и только с разрешения ответственного за их практические занятия учителя. Кстати, Дзюмондзи-кун из класса 2A ведь твой названый брат? Ты поэтому заинтересовалась?

— Да, эм, простите.

Алиса извинилась, потому что посчитала, что непроизвольно смешала свои личные дела с общественными.

— Тебе не за что извиняться.

Однако Фуджино лишь улыбнулась в ответ.

— Если у вас ещё остались вопросы, не стесняйтесь спрашивать. С радостью отвечу на любые ваши вопросы, кроме дурацких, естественно.

Обращение Фуджино было адресовано не только Алисе, но и остальным новичкам.

◇　◇　◇

Сегодняшние экскурсии закончились ещё в первой половине дня. А во второй половине дня уроков сегодня не было. Причём не только у новичков, но и у учеников второго и третьего годов обучения.

По окончанию обеденного перерыва новички начали собираться в актовом зале. На вторую половину дня было назначено знакомство с клубной деятельностью в актовом зале. Такое мероприятие начали проводить с прошлого года.

Участие новичков было на добровольной основе. Приходить было не обязательно, однако более чем две трети от общего числа первогодок уже сидели в актовом зале ещё до начала мероприятия. Возможно, тут сказывалась активная деятельность учителей каждого класса, рекомендовавших посетить это мероприятие.

Спустя некоторое время мероприятие началось.

Огромный на вид ученик поднялся на сцену и взял в руку микрофон. Это был коротко стриженый старшеклассник с образом типичного спортсмена. Компания Алисы сидела в самых дальних рядах, но даже с такого расстояния они смогли чётко оценить неординарный рост и мышечную массу этого ученика.

— Уважаемые новички, поздравляю с поступлением.

Его дерзкий голос тоже подходил к его внешности.

— Я — Усуи Такэмицу, глава Ассоциации внеклассных мероприятий, также известной, как Группа управления клубами. Молодцы, что пришли сюда сегодня.

У него был довольно грубый подбор слов, но впечатления неуместности или неотёсанности он не производил. Такая манера говорить "без излишеств" очень подходила этому парню. Наоборот, если бы он говорил в вежливой или скромной манере, то это вызвало бы у присутствующих лишь ощущение неправильности происходящего.

— Обучение в нашей школе — далеко не из самых лёгких. Каждый день по окончанию уроков многие из вас будут доведены до состояния полного умственного истощения, при котором больше не хочется ничего делать. Но именно поэтому я хочу, чтобы вы на этом не останавливались. Школа — это не просто место для получения знаний. Я хочу, чтобы через клубную деятельность у вас остались самые полные и приятные воспоминания — точно такие же, как и большинства наших сэмпаев, уже окончивших обучение. Наши клубы будут рады приветствовать вас в своих рядах.

100 лет назад такую речь могли посчитать "сказанной на эмоциях", но сейчас она никому не показалась странной или неуместной. Речь была хоть и "пламенной", но не гнетущей. И, похоже, это было заслугой личных качеств парня по фамилии Усуи.

— Итак, теперь каждый клуб ознакомит вас со своей деятельностью. Руководствуйтесь этим в выборе вашей дальнейшей школьной жизни.

Усуи поклонился, положил микрофон обратно на трибуну и покинул сцену.

Одновременно с этим от многих новичков послышались вздохи, напоминающие выдохи облегчения после задержки дыхания. Похоже, многие из первогодок были ошеломлены излучаемой Усуи энергией.

— Какой страшный сэмпай.

Марика не вошла в число "выдохнувших", но прошептала это Алисе. И Алиса была с ней полностью согласна.

Вот только у Алисы также было некое чувство убеждённости, которого не было у Марики. Она слышала, что её старший брат Кацуто, который привёз её в Токио, во времена учёбы в Первой школе тоже был главой Группы управления клубами. Она ничуть не сомневалась, что "преемник" Кацуто (даже если их разделяют три "поколения") будет именно таким.

Первая половина ознакомительного мероприятия была посвящена спортивным клубам, а вторая — культурным. Кроме того, первая (спортивная) половина была организована так, что клубы, представляющие магические и немагические соревнования, выходили на сцену, взаимно чередуясь.

Пятая по счёту презентация проводилась клубом магических боевых искусств.

— ...Думаю, многие из вас уже знают, но...

С такого вступления началась презентация клуба магических боевых искусств.

Презентацию проводил глава клуба по имени Чигуса Тадасигэ. Сначала он вкратце поведал о том, что так называемые "магические боевые искусства" (Martial magic arts) были придуманы в Америке, и основываются на "боевых искусствах" морской пехоты США (предшественника СШСА). Для краткости их также иногда называют просто "магическими искусствами" (magic arts). Как соревнования магические искусства должны проводиться исключительно с ограничением на использование некоторых видов магии.

Затем в своём выступлении Чигуса Тадасигэ коснулся основных изменений, произошедших за последние два года.

— Летом позапрошлого года CAD с полным мысленным управлением производства FLT был разрешён официальными правилами магических боевых искусств, и большинство спортсменов теперь соревнуется с использованием этой новой технологии. С этим CAD магия и боевые искусства становятся поистине единым целым. За последние два года магические искусства развились настолько, что этот скачок можно назвать настоящей эволюцией.

Сидящая рядом с Алисой Марика размашисто закивала, соглашаясь с оратором.

— А сейчас мы продемонстрируем вам типичный поединок с применением магических искусств.

Чигуса положил микрофон. Словно восприняв это как сигнал, на сцену резво забежали двое парней в предназначенной для соревнований униформе.

Начавшийся следом за этим постановочный бой выглядел так, будто профессиональные каскадёры выполняли сложные акробатические трюки.

И происходило это на грани доступной невооружённому глазу скорости.

Они двигались во всех трёх измерениях, используя в качестве точек опоры не только пол, но и воздух.

И выглядело это всё настолько убедительно, что казалось, будто они дерутся по-настоящему, всерьёз.

Честно говоря, на Алису это оказало очень сильное впечатление. Их движения были настолько головокружительными, что она съёживалась всем телом при каждом ударе (даже несмотря на то, что это была лишь видимость ударов), будто получала эти удары сама.

А вот Марика, наоборот, сжала кулачки и смотрела на выступление горящими глазами. У неё был опыт в магических искусствах. В те времена, когда они с Алисой жили вместе, Марика, находясь под влиянием старшего брата, состояла во внешкольном клубе смешанных боевых искусств (в данном случае имеются в виду не те смешанные боевые искусства (MMA — Mixed Martial Arts), которые основаны на унифицированных правилах). Но когда Алиса решила переехать в Токио и поступить в школу магии, Марика переключилась на изучение магических искусств.

Постановочный бой, который не показался зрителям-новичкам ни затянутым, ни коротким, вскоре закончился.

Алиса с Марикой одновременно выдохнули. У Алисы это был явный вздох облегчения, а у Марики — своеобразное проявление удовлетворения.

Марика собиралась и в Первой школе продолжить ходить в клуб магических боевых искусств. И выступление парней из этого клуба, похоже, полностью её удовлетворило.

После этого ознакомление с клубной деятельностью продолжалось ещё около двух часов. Между спортивной и культурной половинами был организован перерыв, во время которого также произошла частичная смена одних зрителей-новичков на других.

Марика уже решила, куда будет вступать, поэтому ей больше не было нужно оставаться в актовом зале. А вот Алиса не только ещё не решила, куда ей вступить — в спортивный клуб или в культурный, а даже еще не определилась, стоит ли ей вообще заниматься клубной деятельностью. Поэтому она решила остаться здесь до самого конца мероприятия.

А Марика, в итоге, тоже осталась за компанию с Алисой до самого конца.

◇　◇　◇

Когда они приехали на ближайшую к их домам станцию, Марика пошла не к себе домой, а вместе с Алисой направилась в дом семьи Дзюмондзи. Ограничившись кратким приветствием у входной двери, она сразу же пошла вместе с Алисой в её комнату, расположенную в отдельной пристройке. Её построили сразу после того, как Кацуто принял решение взять Алису на своё попечение.

У семьи Дзюмондзи был довольно обширный "задний двор", что можно считать нетипичным для столицы явлением. Точнее, это пространство более уместно будет называть не двором, а пустырём. Потому что за пределами участка, приведённого в порядок под использование в качестве "двора", ещё оставалось много пустующей земли. А пристройка, в которой поселили Алису, была примером эффективного использования этого пространства.

Территория под строительство была обширная, да и на бюджет тоже не скупились. Поэтому пристройка Алисы была не совсем "пристройкой", а полноценным отдельным одноэтажным однокомнатным домом с современной кухней и ванной комнатой. Её младшая сестра Кадзуми даже часто приходит из главного здания, чтобы воспользоваться этой ванной, аргументируя это тем, что "ей здесь удобнее".

— ...Как-то слишком похоже на мою квартиру.

Такое впечатление возникло у Марики, когда она впервые вошла в комнату Алисы.

— Насколько я знаю, строительство этой пристройки было поручено той же самой конторе, которая строила здание, где находится твоя квартира.

Ответ на эту загадку нашёлся сразу же.

— Общая планировка помещений, кухня, ванная — всё точно такое же, как в твоей однушке.

Другими словами, впечатление Марики о похожести оказалось верным.

— И комната тоже такая же.

Сказав это, Алиса засмущалась.

— Угу. — Широко улыбнулась ей Марика, размашисто кивнув.

Марика уселась на стул за небольшим обеденным столом, а Алиса пошла готовить напитки.

— Мина, тебе чай с молоком пойдёт? — Повернув голову к Марике, спросила Алиса, наливая кипяток в заварочный чайник.

— Можно просто с сахаром.

Казалось, что Марика ответила слегка обиженном тоном. А корни этой обиды, очевидно, уходили во вчерашнее поддразнивание в "Eine Brise".

— Правда? Ничего себе.

В ответе Алисы не было и намёка на её вчерашнее заявление про то, что Марика "не может пить чай без молока". Она либо забыла об этом, либо очень хорошо притворялась.

Алиса поставила заварочный чайник и банку с кубиками рафинированного сахара на поднос и понесла его к столу. Как и было запрошено, молока на подносе не было.

Переставив эти два предмета с подноса на стол, Алиса сказала Марике "погоди немного" и вернулась на кухню. Там она взяла из шкафа два набора из чашки, блюдца и чайной ложки, и поместила их на поднос. Затем она достала из кладовой миниатюрную (однопорционную) упаковку пастеризованного молока и положила её на поднос.

— Я же сказала, молоко не нужно. — Упрямым тоном заявила Марика, увидев содержимое поставленного на стол подноса.

— Это для меня. Мне захотелось чая с молоком.

— ...Ясно.

— И буду рада, если ты присоединишься ко мне.

— ...Ася, так нечестно. — Надув губы, пожаловалась Марика.

Алиса ничего не сказала в ответ, а лишь улыбнулась и принесла ещё одну упаковку молока.

Перед сидевшими напротив друг друга Алисой и Марикой стояло по чашке чая с молоком. От чашек столбом поднимался пар. Чай был ещё достаточно горячим, так как был заварен кипятком с добавлением молока комнатной температуры.

Тем не менее, обе девушки сделали по глотку чая и вернули чашки на стол. И Алиса, и Марика были довольно терпимы к горячей еде и напиткам.

Столик, за которым они сидели, был совсем миниатюрным, буквально на двух человек. Между сидящими было такое расстояние, что если протянуть руку, то можно коснуться лиц друг друга. Чем, собственно, эти двое и воспользовались: в перерывах между попиванием чая они кормили друг друга маленькими (на 1 укус) печеньками, лежащими прямо между ними на столе.

— Ася, по клубам что-нибудь уже решила? — В один из таких перерывов спросила Марика. Точнее, это лишь выглядело как случайность, а в действительности было главной темой этого чаепития.

— Хочу вступить в какой-нибудь клуб. А вот в какой — пока не решила.

В ответе Алисы просматривалась нерешительность.

— А ты решила вступать в клуб магических искусств? — Задала она Марике встречный вопрос.

— Угу. — Марика не стала усложнять ответ.

— Вроде, там говорили, что тем, кто уже принял решение, следует сразу же подать заявление на вступление в клуб?

При вступлении в клубы обычно нет такого понятия как "проходной балл". Однако на ознакомительном мероприятии было упомянуто, что в вопросе передачи необходимого для клубной деятельности снаряжения сэмпаи будут отдавать приоритет тем, кто вступил в клуб раньше остальных.

— Я собираюсь подать заявление послезавтра, когда начнётся официальная вербовка. Но и в твоём походе по клубам я тоже хочу поучаствовать. Ведь реальная клубная деятельность, похоже, начнётся только по окончанию недели вербовки новичков. Да и если вступить в клуб на этой "вербовочной неделе", новичков наверняка сразу же завалят кучей мелких поручений.

Алиса рассмеялась от последнего предложения в монологе Марики.

— И то верно. Но, похоже, там разрешено состоять сразу в нескольких клубах, и на вербовочной неделе можно просто сказать "я хочу посмотреть и другие клубы".

О возможности состоять сразу в нескольких клубах они услышали во время "культурной" половины мероприятия ознакомления с клубами. Похоже, культурные клубы, в отличие от спортивных, каждый год испытывают трудности в наборе новых членов. В частности, один из сэмпаев честно рассказал, что его немагический культурный клуб обеспечил себя достаточным для ведения клубной деятельности количеством членов только за счёт этой системы "многоклубия".

— Тогда, Мина, с послезавтра рассчитываю на твою помощь в обходе клубов.

Алиса отвесила Марике самый настоящий, вежливый поклон (правда, не вставая со стула). ...Разумеется, в шутку.

— Ага, положись на меня. Я защищу Асю от любых невоспитанных парней.

Марика тоже широко улыбнулась и размашисто кивнула.

И хотя она тоже явно шутила, но в её отношении просматривались нотки серьёзности.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 6

8 апреля

Так называемую "неделю вербовки новичков", во время которой клубы могут активно вербовать себе новых членов, в Первой школе было принято начинать через три дня после церемонии поступления. В Первой школе существовало правило: в другое время (кроме вербовочной недели) ученики могут записаться в клубы лишь по собственной инициативе, а члены клубов не должны заниматься вербовкой.

На текущий момент после церемонии поступления прошло уже два дня. Другими словами, с завтрашнего дня клубы заведут свою шарманку. А сегодня на территории Первой школы была тишина и спокойствие даже после окончания занятий.

Ни один из клубов не попытался обскакать конкурентов в погоне за ценными новичками, и не начал принимать заявки на вступление сегодня. На данный момент пока ещё не было никакой деятельности после занятий (даже домашнее задание пока не задали), поэтому Марика вознамерилась сразу пойти домой и с этой идеей направилась прямиком к Алисе в класс A.

Классы A и B — это соседние комнаты. К тому же, место Марики расположено ближе к передней двери, а место Алисы — к задней. Между ними настолько короткий путь, что в обычном случае какие-либо события просто не успели бы произойти.

Но не сегодня.

— Эй, можно тебя на минутку?

Когда Марика уже хотела войти в класс A, сзади её окликнул некий дерзкий голос.

— Кого, меня?

Марика послушно оглянулась. Это всё-таки не улица, а территория школы. К тому же, игнорирование окликнувшего было не в её стиле.

— Я — Усуи из класса 3B. Не могла бы ты позвать парня по фамилии Кагари?

Марика узнала этого старшеклассника, на которого ей пришлось смотреть снизу вверх. Этого парня трудно было бы забыть не только ей, а любому ученику, пришедшему вчера в актовый зал на мероприятие по ознакомлению с клубной деятельностью.

— Глава Группы управления клубами, Усуи-сэмпай? Хорошо, я поняла. Сейчас позову.

— Спасибо.

В данной ситуации не было особой нужды представляться в ответ, поэтому Марика просто развернулась и вошла в кабинет класса A.

И направилась прямиком к месту Алисы.

— Мина.

Заметив Марику, Алиса встала.

— Извини, Ася. Подожди немного.

Однако Марика остановила Алису взглядом и словами, после чего перевела взгляд на Дзёи.

— Кагари-кун, тебя там старшеклассник зовёт в коридор.

— Ты Тооками-сан из класса B? Что ещё за старшеклассник? — Вставая, спросил Дзёи.

— Усуи-сэмпай из класса 3B.

— Усуи-сэмпай — это тот, который глава Группы управления клубами!?

Похоже, Дзёи тоже запомнил фамилию Усуи.

При этом Дзёи понятия не имел, зачем его позвали, поэтому направился в коридор со слегка напряжённым лицом.

Марика последовала за ним. Без какой-либо особой причины. Просто так.

А Алиса последовала за Марикой. В отличие от Марики, у неё был чёткий мотив — Марику нельзя оставлять без присмотра.

Усуи ждал у окна. При этом его взгляд был направлен наружу. Вероятно, чтобы не пугать первогодок. Имея рост 190 см и вес 90 кг, Усуи оказывал серьёзное психологическое давление на первогодок, которые всего несколько дней назад ещё были учениками средней школы.

Вдобавок к этому, его черты лица можно было кратно описать одним словом: "мужланские". Короткая стрижка "под ёжика" тоже очень ему шла. Точнее, даже слишком шла. В общем, вся эта совокупность элементов внешности делала его неким "неотёсанным мужланом" в глазах слабых девушек.

Именно поэтому он и отвернулся от двери: чтобы случайно не встретиться с кем-нибудь взглядом, и чтобы его взгляд по ошибке не приняли за "угрожающий".

Тем не менее, Усуи сразу же заметил появление Дзёи в коридоре.

— Я — Кагари Дзёи.

Дзёи представился первым посмотревшему на него Усуи.

— Извини что так внезапно. Я — Усуи Такэмицу, третий год обучения.

Слегка поклонившись Дзёи (это было больше похоже на некий наполненный чувством собственного достоинства кивок), Усуи заметил Марику у него за спиной и слегка приподнял брови. Это выражение лица означало немой вопрос "зачем ты пошла с ним?".

— А, не обращайте на меня внимания. — Легкомысленным тоном сказала Марика, сумев по этому лицу прочитать причину недоумения Усуи.

Усуи аж растерялся от того, что посмотревшая ему прямо в глаза Марика не только не испугалась, а не показала даже малейшего намёка на напряжённость. Но одновременно с растерянностью он также почувствовал и облегчение от того, что его не испугались. Причём Марика была не единственной, кто сохранял в данный момент своё естественное поведение. Стоявшая позади неё Алиса тоже не проявляла признаков испуга. Для Усуи, которого школьницы обычно пугаются при первой встрече, это было своего рода "спасением" (как бы преувеличенно это не звучало).

— ...Итак, сэмпай. Какое у тебя ко мне дело?

Голос Дзёи вернул Усуи из глубин размышлений в реальный мир.

— ...Не буду ходить вокруг да около. Кагари, не хочешь вступить в исполнительный комитет Группы управления клубами?

— Исполнительный комитет Группы управления клубами...?

— Если у тебя есть время, то пойдём со мной. Я объясню всё в другом месте.

— Время-то есть, только...

Дзёи показал явную нерешительность после этого явного требования Усуи.

Но раздумывал он в итоге совсем не долго.

— ...Хорошо, я понял. Идём.

Дзёи резким движением поклонился Усуи. Но это был не поклон кивком. Он согнулся пополам в пояснице, и его спина при этом оставалась прямой.

С одного лишь взгляда на эту картину становилось понятно — у Дзёи и Усуи помимо высокого роста есть ещё кое-что общее: они оба спортивные. У наблюдавшей за этой сценой Марики даже возникло впечатление, что "эти двое, возможно, даже поладят, вопреки всем ожиданиям".

Усуи пошёл к лестнице, и Кагари последовал за ним.

— Эй, а ну-ка подождите-ка!

Однако до лестницы они дойти не успели. У них на пути встала некая ученица.

Эта старшеклассница была чуть ниже Марики — ростом примерно с Кохару. Но если не брать в расчёт рост, то впечатление от неё было совсем другое. Её, наверное, можно было назвать противоположностью Кохару. У неё была причёска каре средней длины без чёлки и острые черты лица. А её слегка суровый взгляд добавлял ещё больше веса к создаваемому ею "острому" впечатлению.

Однако эта суровость не означала невоспитанность. Даже наоборот. Это была девушка, которой очень подходило звание "председателя".

— Урабэ? У тебя какое-то срочное дело?

Голос Усуи почему-то сделался усталым и отрешённым. Его тон был такой, как если бы он говорил с хорошо знакомым человеком, но не другом.

— Дело-то есть, но не к тебе, Усуи-кун.

Ученица по имени Урабэ бесцеремонно прошла мимо Усуи и встала лицом и к Дзёи.

— Ты Кагари Дзёи-кун, верно? Я — Урабэ Аки из класса 3A, глава дисциплинарного комитета Первой школы.

— Да, я Кагари Дзёи.

Хотя на вид Дзёи представился в естественной манере, но фактически он был обескуражен. Урабэ Аки внаглую вклинилась между Дзёи и Усуи. Однако, хоть у Усуи тоже было к Дзёи своё дело, но тот согласился лишь выслушать его, не более. Поэтому если кому и обвинять Аки за неподобающее поведение, то только Усуи. А раз он молчит, то у Дзёи нет причин совать нос в чужое дело.

Дзёи оставалось только ждать, когда эта старшеклассница сообщит, какое у неё к нему дело. И долго ждать ему не пришлось.

— Кагари-кун, вступай в дисциплинарный комитет.

— Я? В дисциплинарный комитет?

Дзёи растерялся. Причём его больше озадачило само содержание фразы, чем приказной тон.

— Для начала, хотелось бы узнать, почему меня вообще приглашают в дисциплинарный комитет...?

— Потому что ты занял второе место на вступительных экзаменах.

Среди уже успевшей собраться толпы зевак послышались возгласы из разряда "ого" или "ничего себе".

— Значит, Кагари-кун занял второе место...

Марика же выразила своё удивление более чёткой фразой. Система распределения классов отправила его именно в класс A, поэтому было очевидно, что оценки у него высокие. Однако высокий рост и худощавость Дзёи создавали ему образ некоего долговязого парня, который у многих почему-то попутно ассоциировался с неуклюжестью и неумелостью. Поэтому нельзя было отрицать тот факт, что в глазах окружающих он совершенно не выглядел особенным.

— Дисциплинарный комитет играет важную роль — поддержание порядка на территории школы, и нуждается в самых лучших кадрах. Особенно в тех, кто умеет хорошо обращаться с магией. Я, конечно, хотела, чтобы к нам присоединилась занявшая первое место Исори-сан, но она уже вступила в школьный совет. Поэтому, Кагари-кун, я хочу, чтобы ты непременно присоединился к дисциплинарному комитету.

— Погоди-ка, Урабэ.

В этот момент, наконец, заговорил Усуи.

— Чего?

Аки скривила лицо. Тем не менее, Усуи она не проигнорировала.

Аки посмотрела вверх на лицо Усуи, расположенное очень-очень высоко над ней. Выглядела она при этом крайне раздражённо.

— Исполнительный комитет тоже играет важную роль. К тому же, я первым заговорил с Кагари.

— Сфера деятельности Группы управления клубами распространяется лишь на факультативные клубные занятия. А сфера деятельности дисциплинарного комитета охватывает всю школьную жизнь полностью. К тому же, здесь нет такого правила, что "кто первый пришёл — тот и забирает". Решать будет сам Кагари-кун.

Контраргументы Аки (особенно последний) были вполне логичны.

— Кагари-кун, похоже, решать тебе. — Прошептала Марика на ухо Дзёи.

— Эхехе...

Дзёи почесал голову. Его лицо при этом выражало мысль "как же это хлопотно".

— С тем, что решать должен сам Кагари, я согласен. Кагари, что ты выбираешь, исполнительный комитет группы управления клубами или дисциплинарный комитет?

— Постой, Усуи-кун. Мы должны дать Кагари-куну больше информации для принятия решения. Давайте сменим обстановку и расскажем ему о нашей деятельности?

— Угу, звучит разумно.

— Тогда, может, пойдём в штаб дисциплинарного комитета? Штаб группы управления клубами находится в подготовительном корпусе, а штаб дисциплинарного комитета — на третьем этаже главного здания школы, что намного ближе.

— Подождите, пожалуйста.

Всё шло к тому, что Дзёи потащат в штаб дисциплинарного комитета, однако он остановил такое развитие событий.

— Урабэ-сэмпай, ты сама сказала, что нет правила "кто первый пришёл — тот и забирает"... И я тоже считаю, что нельзя игнорировать очередь.

— Что это значит, Кагари-кун?

— Я ещё не решил вступать в группу управления клубами, но первым всё равно хочу выслушать именно Усуи-сэмпая. К тому же, я не хочу заниматься чем-то вроде сравнения сэмпаев между собой.

Дзёи выпрямился и поклонился Аки.

— Поэтому, извините меня, Урабэ-сэмпай. Я отказываюсь от рассмотрения возможности присоединения к дисциплинарному комитету.

— Вот это я понимаю. Ты мне уже нравишься, Кагари. — Хлопнув ладонью по спине Дзёи, радостно заявил Усуи с широкой улыбкой на лице, прежде, чем Аки успела что-нибудь сказать.

— Ой, прости, прости.

Дзёи пошатнулся от хлопка, но Усуи моментально его поймал за руку, не дав упасть.

— Такие вот дела, Урабэ. Извиняй, но Кагари вступит к нам. — Ухмыльнувшись, сказал Усуи.

— ...Это ещё не решено окончательно. Да и решать будет сам Кагари-кун. — Ответила ему Аки, пронзая его досадным взглядом. Её ответ про то, что "решать будет сам Кагари-кун" был не чем иным, как нежеланием признать своё поражение, которое она и сама уже осознала. Исходя из сказанного Дзёи, даже если он в итоге не вступит в исполнительный комитет группы управления клубами, то в этом случае он не собирается становиться членом дисциплинарного комитета чисто из уважения к Усуи. Аки хоть и с неохотой, но признала это.

— Само собой. Я его ни к чему не принуждаю. А если он откажется, я попрошу его выслушать и тебя тоже.

— Не стоит себя утруждать.

Пропустив мимо ушей ответ Аки, выплюнутый с явным раздражением в голосе, Усуи окликнул Дзёи:

— Кагари, идём.

Ещё раз поклонившись Аки, Дзёи последовал за Усуи, направившимся к лестнице.

Проводив досадным взглядом удаляющуюся спину Усуи, Аки повернула голову обратно вперёд и вздохнула с сожалением, поникнув головой.

А когда мгновение спустя она снова подняла голову, её глаза слегка расширились от удивления.

— ...А ты, случаем, не Дзюмондзи Алиса-сан?

Взгляд Аки зафиксировался на Алисе. У Алисы довольно выделяющаяся внешность, но Аки, похоже, совершенно её не замечала до этого момента.

— Да, верно.

Алиса же, в свою очередь, немного насторожилась, так как не понимала, почему Аки смотрит на неё таким взглядом.

— Не то, что бы ты была заменой Кагари-куну, однако... Дзюмондзи-сан, не хочешь вступить в дисциплинарный комитет?

— Я!? — Широко раскрыв глаза, спросила Алиса. Этот вопрос содержал в себе единственный смысл: "почему?".

Исходя из подслушанного ею разговора, в дисциплинарный комитет требовались "люди, хорошо обращающиеся с магией". Другими словами, обязанности будут заключаться в поддержании порядка на территории школы путём применения реальных магических способностей.

"Не думала, что скажу так сама про себя, но эта обязанность точно не подходит для такой ненадёжной девочки, как я" — подумала Алиса.

— Да, ты. Ты ведь заняла третье место после Исори-сан и Кагари-куна, не так ли?

Ответ Аки снова был простым.

"Ого!" и прочих подобных перешёптываний в толпе зевак на этот раз было даже больше, чем предыдущем аналогичном случае.

— Как и ожидалось от Аси.

Марика выглядела радостной и довольной как за саму себя.

А стоявшая рядом с ней Алиса смогла лишь пробормотать себе под нос "но как же конфиденциальность...". К лучшему или к худшему, но это бормотание никто не услышал.

— Ну? Что скажешь?

Аки без какого-либо стеснения приблизилась к Алисе. Манера речи у неё была мягкая, а вот глаза излучали психологическое давление.

— Эм...

Несмотря на это давление, Алиса нашла в себе силы для ответа.

— Не думаю, что смогу этим заниматься... Извини.

— Да? Почему?

Но Аки не собиралась сдаваться так просто.

— Я из тех людей, кто испытывает трудности в применении магии против других людей.

— Члены дисциплинарного комитета не используют магию для участия в драках.

— Нет, я не драки имела в виду...

— Мы используем магию только для того, чтобы остановить учеников, перешагнувших за грань дозволенного.

Аки усилила давление на замолкнувшую Алису.

— Дзюмондзи-сан, ты ведь сестра вице-президента? Тогда всё в порядке. Раз ты из семьи Дзюмондзи, значит, с лёгкостью справишься с обязанностями члена дисциплинарного комитета.

— Я действительно сестра Дзюмондзи Юто со второго года обучения, но меня нельзя назвать такой же надёжной, как он...

— Не переживай. Человека определяет его статус. К тому же, для меня ты выглядишь вполне надёжной, Дзюмондзи-сан.

Сколько бы Алиса ни отказывалась, Аки не собиралась уступать.

Однако, когда Алиса уже была готова сказать "ничего не поделаешь, я выслушаю тебя"...

— Сэмпай. Извиняюсь, что влезаю в разговор, но ты не можешь заставить её принять решение прямо сейчас.

Марика встала прямо между Алисой и Аки.

Аки некоторое время (вероятно, от неожиданности) стояла молча, хлопая глазами. Очнувшись, она посмотрела на Марику изучающим взглядом.

— Эм, а ты...

— Тооками Марика, класс 1B.

— Ясно. Тооками-сан, значит? Ты подруга Дзюмондзи-сан?

— Самая близкая подруга.

Без какого-либо смущения и стеснения, Марика заявила о том, что она "самая", как о каком-то общеизвестном факте.

— Вот, значит, как...

Аки не смогла скрыть своё замешательство.

— Сэмпай. Не могла бы ты дать Асе... то есть Дзюмондзи-сан время подумать? В её случае, ей нужно сначала посоветоваться со своей семьёй. — Сказала Марика, воспользовавшись паузой, возникшей из-за этого замешательства.

— Ясно... Похоже, Дзюмондзи-сан и правда нужно сначала посоветоваться с членами семьи. Извини, что упустила это из внимания.

— Нет, ничего страшного.

Алиса с виноватым видом помахала головой в ответ поклонившейся Аки.

— Тогда могу я услышать твой ответ завтра после занятий?

"Слишком скоро!" — одновременно подумали Алиса с Марикой. Однако если сейчас не согласиться, то текущий разговор затянется ещё сильнее.

— ...Хорошо. Постараюсь обдумать это до окончания завтрашних занятий.

Алиса согласилась с предложением Аки, лишь бы завершить этот разговор.

◇　◇　◇

Кадзуки, отец Алисы, особо не вмешивался в дела своих детей. Это можно было сказать про всех его детей, но с Алисой это проявлялось особенно заметно. Видимо, из-за обострившегося чувства ответственности. Поэтому Алиса не посчитала необходимым сообщать Кадзуки о вопросе с дисциплинарным комитетом. Но при этом считала, что должна посоветоваться с Кацуто и Юто.

Однако перед тем, как обратиться за советом к старшим братьям, она решила обсудить завтрашние "контрмеры" с Марикой.

В данный момент они находились в квартире у Марики. Приехав из школы, Алиса не пошла к себе домой, а направилась прямиком домой к лучшей подруге.

— Сэмпаи в старшей школе поразительные. — Снимая школьную форму, сказала Марика и рассеянно рассмеялась. Разумеется, она не беспокоилась о том, что Алиса может её увидеть.

— Я бы сказала, поразительно энергичные. Я была потрясена. — Ответила Алиса из кухни. Она решила воспользоваться временем, пока Марика переодевается, чтобы приготовить чай. — Мина, что там с печеньками?

— Я сама достану. Неси только чай.

— Угу, ладно.

В руке у выглянувшей из кухни Алисы был поднос с одной сахарницей и двумя чайными чашками. В одной чашке был просто чай, а в другой — чай с молоком.

Искоса взглянув на содержимое подноса, Марика проскользнула мимо Алисы. Эту кухню нельзя было назвать просторной, но для того, чтобы эти двое могли пройти мимо друг друга места хватало.

Марика вынула из духовки свежевыпеченные печеньки размером "на 1 укус" и переложила их с покрытого бумагой для выпечки противня на блюдце. Не забыв при этом попробовать одну штуку на вкус.

— Вот, бери.

Марика поставила печенье на стол и предложила Алисе их попробовать ещё до того, как села за стол сама.

— Итадакимас.

Алиса взяла одну печеньку и положила в рот. Её рука двигалась без каких-либо задержек и колебаний.

— Вкусно... — Расплывшись в улыбке, сообщила она. — Приготовленные Миной сладости очень вкусные, как я и ожидала. Твои навыки стали ещё лучше.

— Эхехе... спасибо.

На этот раз Марика не сделала своё обычное "самодовольное лицо", а, наоборот, выглядела смущённой.

— В приготовлении сладостей я всё ещё тебе не ровня.

— А в остальной готовке ты лучше меня. Так что всё в порядке, Ася.

Это была не простая лесть друг другу, а признанный в том числе и третьей стороной факт. Алиса была лучше не только в русской кухне, но и в японской, западной и китайской тоже. Марика превзошла её только в рыбных блюдах в японском стиле.

С другой стороны, Марика лучше умела делать такие сладости, как печенье и пирожные. Да и вообще, из всех кондитерских изделий, единственным, что Алиса могла сделать лучше неё, был яблочный пирог.

И за два года их разлуки это не изменилось. Они и сами не считали, что что-то изменилось, поэтому про печенье они больше не говорили.

— Итак, Ася, что будешь делать?

— Хотелось бы, конечно, отказаться. Я не смогу заниматься надзором за людьми.

— Ну это-то понятно. Уж я-то знаю, что ты не способна применить силу даже к тем, кто младше тебя. А тебя в роли судьи, разрешающей конфликты между твоими сверстниками или даже старшеклассниками, я даже представить себе не могу.

— Старшеклассниками!? Ни за что! Никогда! Это нереально!

Алиса энергично помахала головой.

— Да говорю же, я это знаю. Я спрашиваю, как именно ты собираешься отказаться?

Услышав вопрос Марики, Алиса словно окаменела.

— Ты должна ответить завтра после уроков, но срок, который дала Урабэ-сэмпай, слишком мал. Мне кажется, его следует продлить хотя бы до недели. Но характер у этой сэмпай такой, что долго уклоняться от ответа, похоже, не получится.

— Я это понимаю... Именно поэтому и переживаю. — Слезливым голосом ответила Алиса.

Марика хотела ответить Алисе помягче, но не смогла подобрать слова, которые подошли бы для утешения.

Ситуация была не из приятных. Нельзя прогуливать школу сразу после поступления, а если прийти туда, то на тебя сразу начнут давить. И просто сбежать от этого "давления", скорее всего, не выйдет. Алиса тоже это понимала, поэтому и была так истощена психологически.

— Мина, у тебя, случайно, нет на примете какой-нибудь хорошей отговорки?

— Хмм...

Сложив руки на груди и положив палец на подбородок, Марика погрузилась в размышления.

— Попросить брата о помощи... нельзя, да?

— Ты про Юто-сана? Нет, это точно не вариант.

Попросить у Юто, чтобы он отказался за неё, было самой первой придуманной Алисой идеей, однако она сразу же её отвергла. У Алисы с Юто неплохие отношения, но они всё ещё находятся на этапе "просто заботы друг о друге". И хотя для двухлетних отношений такой прогресс можно считать довольно медленным, но тут уж ничего не поделаешь, учитывая характер Алисы, в котором напрочь отсутствовал эгоизм. А если принять во внимание ещё и позицию и репутацию Юто в школе, то она тем более не могла себе позволить привлекать его к этому делу.

— Да, понимаю. К тому же, исходя из увиденного нами сегодня, твой брат, похоже, тоже окажется подавлен напором Урабэ-сэмпай.

— ......

Алисе нечем было возразить против такой оценки Марики. Она тоже считала, что наиболее вероятное развитие событий будет именно таким.

— А просто отказываться — это грубо.

— Угу...

— В худшем случае можно даже создать себе репутацию дерзкой нахалки.

— ...Да. При самых неблагоприятных обстоятельствах, слух об этом, пройдя через десятки людей, может обернуться серьёзным ущербом для меня.

— Хмм... А если сказать, что после уроков ты хочешь заниматься клубной деятельностью?

— Тогда она скажет, что это "можно совмещать". Даже если по факту совмещать не получится.

— Мда... Походу, так и будет...

Марика снова погрузилась в раздумья. Алиса на этот раз присоединилась к ней.

— О! Как насчёт вот такого?

Окрылённая своей идеей, Марика неосознанно повысила голос.

— Какого "такого"?

Алиса наклонилась поближе к Марике с надеждой в глазах.

— Скажи ей, что примешь приглашение, только если она согласится принять нас обеих.

— ...Тебя вместе со мной? А так, вообще, можно?

— Скорее всего, нельзя. Думаю, у них чётко фиксированное число мест. Потому что если бы количество людей не было фиксированным, тогда она пригласила бы не только Кагари-куна, но и тебя вместе с ним одновременно.

— А, вот ты о чём. Похоже, освободившееся место только одно... Но тогда мы ведь не сможем попасть туда вместе?

— В этом-то и дело! Это же просто отговорка для отказа.

Алиса вернулась к нормальному сидячему положению и слегка задумалась. Это определённо казалось хорошей и не грубой отговоркой.

Тем не менее, оставалось ещё одно сопутствующее опасение.

— ...А если сэмпай примет это требование? Тогда не только мне, но и тебе придётся вступить в дисциплинарный комитет.

Беспокойство Алисы было связано с тем, что она вовлекает в свои проблемы Марику.

— Всему своё время. Да и вообще, если мы будем вместе, то, может, и в дисциплинарном комитете будет весело? А беспокоящим тебя разниманием драк вместо тебя буду заниматься я. Для меня это ерунда.

— Вместе...

Такой расклад тоже показался Алисе привлекательным. Из-за разных увлечений и предпочтений, они не могли совмещать свою клубную деятельность. Марика решила заниматься магическими искусствами, но Алиса даже просто смотреть на боевые искусства не могла. Что-то вроде фехтования, где всё тело покрыто доспехом, ещё было более-менее терпимым, но в целом она считала неприемлемым всё, вызывало у неё мысль "это выглядит больно". Поэтому ей не подходил даже вариант вступления в клуб в качестве "менеджера".

Дисциплинарный комитет ей не нравился по той же самой причине: "даже смотреть не могу на всё, что выглядит больно", однако на территории школы инциденты с насилием происходят не так уж и часто. И если задачей дисциплинарного комитета является поддержание порядка на территории школы, значит, основная его работа — это предотвращение конфликтов ещё до того, как они перерастут в применение силы. Алиса подумала, что если с ней будет Марика, то она сможет вытерпеть это, даже вопреки своему "физиологическому отвращению".

— ...Угу. Но ты не против, что я втягиваю тебя в это?

— Конечно же, не против! Работа в комитете, может, и будет хлопотным занятием, но я буду только рада дополнительному времени, проведённому вместе с тобой.

— А что, если не получится совмещать с клубной деятельностью?

Алиса знала, что Марика с полной самоотдачей и со всей серьёзностью увлекается магическими боевыми искусствами. Переключилась на магические искусства она только после переезда Алисы в Токио, но даже разговоров по видеофону оказалось достаточно, чтобы передать Алисе, с каким пылающим энтузиазмом она к этому относится.

— Ася для меня важнее клубов.

И теперь эта Марика без каких-либо колебаний заявила, что "Алиса важнее магических искусств".

— ...Спасибо, Мина. Тогда я посоветуюсь с Кацуто-саном и Юто-саном по поводу этой идеи.

На этом вопрос был исчерпан, но Алиса не встала со стула. В итоге она засиделась у Марики дотемна, поэтому ей пришлось выслушивать нравоучения обеспокоенного Юто по телефону.

...В результате Алиса не смогла обсудить вопрос о приглашении в дисциплинарный комитет ни с Юто, ни с Кацуто.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 7 (Часть 1)

9 апреля

На следующий день, после уроков. Едва закончились уроки, как в кабинете класса 1A объявилась глава дисциплинарного комитета Урабэ Аки.

— Дзюмондзи-сан.

Её целью была, разумеется, Алиса. Она без каких-либо колебаний вошла в кабинет первогодок и встала прямо напротив места Алисы. Прямо по соседству было место Дзёи, но сегодня Аки даже не взглянула в его сторону.

— А ты...

Но это не значит, что она не видела сейчас никого кроме Алисы. Она крайне удивилась, когда заметила Марику, сидевшую с другой стороны от Алисы.

— ...Тооками-сан, вроде, да?

Аки без особого труда вспомнила фамилию Марики, вставшей вместе с Алисой.

— Всё верно, я — Тооками Марика из класса 1B. — С улыбкой ответила Марика без единого намёка на робость в поведении.

Так называемая лучшая подруга Алисы по имени Марика была лишней в деле, которое было у Аки к Алисе, но трудно было сказать, что эта девица с простодушной улыбкой сможет ей помешать.

— Дзюмондзи-сан, ты подумала?

Решив не придавать присутствию Марики особого значения, Аки сразу перешла к главной теме.

— Да. Я много об этом думала, и...

Алиса хотела огласить свой отказ, но смогла промямлить лишь это, путаясь в словах.

— Извини, погоди немного с ответом.

Воспользовавшись заминкой Алисы, Аки перебила её. Это можно было назвать властной манерой поведения, подходящей под её строгую внешность.

— Прошу меня простить, но как насчёт того, чтобы продолжить разговор в штабе дисциплинарного комитета? А то начавшаяся сегодня "неделя вербовки новичков" — это самое загруженное время в году для дисциплинарного комитета.

— Но если вы так загружены, то может нам перенести разговор на то время, когда вы освободитесь?

На лице у Аки на мгновение промелькнуло удивлённое выражение. Вероятно, её удивил тот факт, что Алиса не заняла пассивную "послушную" позицию, а сразу же начала подбирать контраргументы.

— Если ты пообещаешь стать членом дисциплинарного комитета, то это не проблема.

Однако Аки была не таким простым противником, который так легко сдастся.

— ...Хорошо. Идём.

Алиса и не считала, что всё разрешится так просто. Если бы противник сдался после первого отказа, то эта история закончилась бы ещё вчера.

Уже вставшая Алиса послушно последовала за Аки, направившейся к выходу из класса.

Удовлетворённая шагами у себя за спиной Аки не заметила Марику, последовавшую прямо за Алисой.

◇　◇　◇

Штаб дисциплинарного комитета — самый дальний кабинет на третьем этаже главного здания школы — кипел бурной жизнью.

"Похоже, слова про самое загруженное время не были преувеличением" — одновременно подумали Алиса с Марикой.

Последовав за Алисой, Марика вошла в штаб дисциплинарного комитета с совершенно беззаботным и непринуждённым видом. Только в этот момент Аки, наконец, заметила присутствие Марики. Но веской причины, чтобы выгнать зашедшую так далеко Марику не нашлось, поэтому Аки пришлось разрешить ей остаться.

— Можете присесть вон там. — Сказала Аки, указывая на четырёхместный стол в углу комнаты. Стулья там были раскладные. Но не такие "раскладные", которые изготовлены из металлических трубок и пригодны лишь для временного использования, а солидные офисные стулья с подлокотниками и мягкой обивкой, которые используют для собраний.

Алиса с Марикой, севшие рядом с одной стороны стола, даже не подозревали, что подлокотники на этих стульях предназначены для удержания "подозреваемых" во время допроса членами дисциплинарного комитета.

— Итак, не могла бы ты огласить своё решение?

Севшая прямо напротив Алисы Аки испустила волну психологического давления из своих глаз.

— Да. Я, всё-таки, считаю, что не смогу следить за соблюдением школьных правил.

— Почему? Возможно, ты неправильно поняла, чем занимаются члены дисциплинарного комитета?

Взгляд Аки был непоколебим. И Алиса терпела на себе этот взгляд, решив, что отводить взгляд будет невежливо.

— Я... неправильно поняла...?

— Дисциплинарный комитет действительно должен подавлять конфликты между учениками, иногда применяя для этого магическую силу. Но это не значит, что все члены комитета обязаны этим заниматься. Раньше считалось, что члену дисциплинарного комитета абсолютно необходимы навыки силового подавления, но теперь всё иначе. Число девушек в комитете возросло, и достаточно просто позвать на помощь — и всю "грубую" работу возьмут на себя другие члены дисциплинарного комитета или даже члены исполнительного комитета группы управления клубами. Члену дисциплинарного комитета нужно обладать умениями для защиты самого себя, а также честностью для того, чтобы придерживаться правды.

— Умениями для защиты самого себя? Значит, в итоге, нужно будет вступать в сражения...?

— Нет. Многие люди пребывают в таком заблуждении, однако побег — это тоже один из способов самозащиты.

— Можно просто сбежать!?

Сидевшая до этого момента тихо Марика от удивления невольно повысила голос.

Аки не стала упрекать Марику, а лишь на мгновение бросила на неё взгляд.

— Можно. Всё, что нужно сделать — это сообщить о нарушении. Причём не обязательно делать это в режиме реального времени, если ситуация опасна для вас. Можно сообщать лишь после того, как обеспечите собственную безопасность. Обеспечивать вещественные доказательства тоже не нужно.

— Тогда всё это запросто может превратиться в рассадник ложных обвинений...

Марика выразила свои опасения по поводу заявления Аки, что никаких доказательств не требуется.

— ...Именно поэтому "честность" — это одно из условий?

Но в итоге она правильно поняла смысл.

— Верно. Дисциплинарный комитет ставит доверие на первое место. От членов прежде всего требуется быть честными. Поэтому новых членов выбирают исключительно по рекомендациям. А правом выдвигать кандидатов обладает только школьный совет, группа управления клубами и преподавательский состав. И каждый из них может назвать только по три имени. По правде говоря, настоящей причиной тому, что я заговорила с тобой, Дзюмондзи-сан, были не твои высокие оценки на вступительных экзаменах. Вы с Кагари-куном были в списке рекомендованных учеников, предоставленном преподавательским составом.

— Значит, кроме меня есть ещё кандидаты...? — С опаской спросила Алиса.

Аки с досадой покачала головой.

— К сожалению, в данный момент неизрасходованным лимитом рекомендаций обладает только преподавательский состав, и трое рекомендованных учителями — это Исори-сан, Кагари-кун и ты, Дзюмондзи-сан. Исори-сан уже стала секретарём школьного совета, а Кагари-кун ещё на обеденном перерыве сказал, что отказывается, так как уже вступил в исполнительный комитет группы управления клубами. Если и ты откажешься, дисциплинарный комитет будет вынужден работать с одним пустующим местом.

Алиса с Марикой, наконец, поняли причину такой настойчивости этой старшеклассницы.

Другими словами, Алиса оказалась крайней. Одновременно с этим был снят вопрос о том, откуда Аки знает, какие места заняли Алиса и Кагари на вступительных экзаменах. Источником утечки оказались учителя. Нельзя было сказать, что Алиса примирилась с этим фактом, но она хотя бы почувствовала облегчение от того, что эта информация была получена не мошенническим путём.

— В дисциплинарном комитете и так нехватка людей. Рекомендовать можно только новых учеников, поэтому некоторое время мы не сможем получить новые рекомендации от преподавательского состава... Пожалуйста, Дзюмондзи-сан, помоги нам.

После таких откровений Алисе стало тягостно на душе и она уже не могла ответить категоричным отказом. Если бы не давление, излучаемое из глаз Аки, Алиса уже давно бы ответила согласием из чувства сострадания.

— ...И всё же, я не уверена в своих силах.

Аки уже было хотела чем-то на это возразить.

Однако её опередила Алиса, уже решившая, что говорить дальше.

— Но я готова согласиться, если вы примете меня вместе с Миной... то есть с Тооками-сан.

Такое предложение оказалось для Аки совершенно неожиданным.

— ...Ты имеешь в виду, что готова вступить к нам, но только вдвоём с Тооками-сан?

— Да, одной мне будет одиноко. Неужели моя просьба невыполнима?

— Одиноко...? Вообще, тебя с самого начала никто не собирался оставлять одну. Мы, старшеклассники, будем должным образом следить за тобой и поддерживать тебя.

— Да, я это понимаю.

Хотя Алиса огласила своё понимание, но никаких признаков её отказа от своего предложения не наблюдалось.

— Но свободное место только одно... — Страдальческим тоном простонала Аки.

Теперь, когда Алиса поставила свои условия, право хода перешло к Аки. И она была слишком "порядочной", чтобы просто отклонить этот запрос и заставить Алису присоединиться к комитету в принудительном порядке.

Алиса с Марикой молча ждали ответа Аки. Они обе понимали, что поставленное ими условие было совершенно необоснованным. Это условие с самого начала было основано на предположении, что оно не будет принято. А услышав правила выбора кандидатов в дисциплинарный комитет, они лишь углубили свою уверенность в том, что Аки не сможет согласиться с этим условием, даже если очень хочет этого.

Алиса с Марикой со смиренными лицами ждали, когда Аки поднимет белый флаг.

Однако в этот момент произошло неожиданное вмешательство.

— Глава, давайте просто рассмотрим этот вопрос?

— Изаёй-кун?

Аки невольно произнесла имя человека, внёсшего это предложение.

Внезапно подошедшим к столу и вмешавшимся в их разговор человеком оказался Изаёй Сома. Повернувшись на голос, Алиса с Марикой вспомнили, что представляя Сому, Юто сказал "Вы удивитесь, но он член дисциплинарного комитета".

— Сейчас в комитете всего одно вакантное место, но это лишь означает, что нужно увеличить число этих мест. В школе все давно знают, что дисциплинарному комитету постоянно не хватает рук. Так почему бы нам не воспользоваться этой возможностью, чтобы попросить директора расширить штат дисциплинарного комитета? Мне кажется, это самая подходящая для этого возможность.

— Расширить штат, говоришь...?

Аки погрузилась в размышления, но уже с несколько другим выражением лица, чем ранее.

К такому нелепому развитию событий Алиса с Марикой были совершенно не готовы. "Можно не надо?" — синхронно подумали они. Разумеется, вслух они ничего подобного не сказали, а их лица так и оставались смиренными.

— ...Хорошо. Изаёй-кун, не мог бы ты подать заявку на расширение штата дисциплинарного комитета? Переговоры я буду вести сама.

— Гех! — Простонал Сома. Но Аки совершенно не интересовал его ответ. Она его даже не слушала.

— Дзюмондзи-сан. И Тооками-сан тоже.

— Да?

— Что?

Алиса с Марикой отозвались в том порядке, в котором к ним обратились.

— Если расширение штата не будет одобрено, то мне, к сожалению, придётся отозвать приглашение. Но если расширение одобрят, вы готовы присоединиться к дисциплинарному комитету?

Причиной тому, что Алиса с Марикой кивнули в ответ без каких-либо колебаний, с высокой вероятностью была подавляющая "аура настойчивости", присутствующая в голосе Аки.

◇　◇　◇

Независимо от результата, Алиса с Марикой были временно освобождены от приглашения в дисциплинарный комитет.

Несмотря на накатившее чувство ужасной усталости, они обе быстро пришли в себя и начали обход клубов.

И хотя это был "обход", но первая цель была определена заранее. И этой целью был клуб магических боевых искусств. Но вступать туда собиралась только Марика, а Алиса была просто с ней за компанию.

Местом проведения демонстрационных поединков по магическим искусствам был малый спортзал №2, также известный как "Арена". Из двух имеющихся в Первой школе малых спортзалов клубы различных боевых искусств и рукопашного боя обычно предпочитали использовать именно зал №2.

— Мина, уже скоро начнётся.

Не только клуб магических искусств использовал малый спортзал №2 для показа своих "представлений". Клубы других боевых искусств и рукопашного боя тоже будут использовать этот малый спортзал №2 в течение всей вербовочной недели. В обычное время система квот распределяла разные клубы по разным дням недели, однако на вербовочной неделе, ради того, чтобы привлечь как можно больше новичков, была введена особая система квот с выделением каждому клубу небольшого количества времени раз в 2 дня.

И сейчас как раз уже подходило время выступления клуба магических искусств. Если пропустить его сейчас, то следующего раза придётся ждать до субботы.

— Поспеши, не жди меня.

У Алисы была не такая уж и плохая физподготовка, но она была явно на один-два шага позади Марики, ежедневно закаляющей своё тело тренировками по боевым искусствам: от простых упражнений на скорость ног, до силовых упражнений на повышение мгновенной силы и силы броска. Алиса сама прекрасно это понимала, поэтому предложила Марике пойти вперёд неё.

Марика тоже отлично знала объективную разницу в их физических способностях. Тем не менее, она не последовала совету лучшей подруги.

— Лучше вот так.

Марика крепко схватила Алису за руку, и потянув её за собой, побежала в направлении малого спортзала №2.

— Ух, вроде успели.

Они прибыли к малому спортзалу №2 как раз к началу демонстрации клуба магических искусств.

— ...Зачем ты со мной так жестоко, Мина? — С сильной одышкой пожаловалась Алиса. Точнее, это был скорее упрёк, а не жалоба.

— Ахаха, извини, извини.

Рассмеявшаяся Марика хоть и извинилась, но виноватой совершенно не выглядела.

Впрочем, Алиса не особо на неё и злилась. Нечто подобное не смогло бы разрушить крепкую дружбу между ними.

— А тут довольно людно...

Как и сказала Марика, довольно много учеников тоже устроили себе "обзорную экскурсию по клубам". Возможно, так на всех подействовал тот призыв, прозвучавший в актовом зале во вторник.

— О, вон оттуда, наверное, хорошо будет видно.

Не то, что бы ученики опасались сексуальных домогательств (или ложных обвинений в них), но так уж вышло, что в основном все вышедшие на обзорную экскурсию новички разбились на однополые группы. Заметив небольшую "впадину" в женской части толпы, теперь уже Алиса потянула Марику за собой.

Алиса с Марикой были выше среднего роста обычных японских старшеклассниц. Поэтому, отыскав место позади невысоких девушек-первогодок, они без проблем смогут увидеть всё происходящее.

— Ну ты даёшь. Спасибо, что нашла место с таким хорошим обзором.

И Алиса привела Марику именно в такое место.

— Не за что. Всё, смотри, начинается.

Последовав этому совету, Марика переключила своё внимание на представление.

В том месте, куда был направлен её взгляд, началась демонстрация искусств.

И начавшийся там поединок был куда ближе к настоящему сражению, чем тот постановочный бой, который был продемонстрирован в актовом зале.

Марика сконцентрировала всё своё внимание на этом образце матча по магическим искусствам.

Один за другим было показано пять поединков.

— Ух... Ничего себе. Всё-таки, ученики старшей школы на порядок круче. Ученики средней школы не идут ни в какое сравнение с ними. — Удовлетворённо, или даже восхищённо сказала Марика.

— Ты не пойдёшь?

Демонстрация перешла на стадию, когда желающим первогодкам дали возможность поучаствовать в поединках. Вопрос Алисы означал: "не хочешь ли ты пойти поучаствовать?".

— Не... Я хоть и подготовилась, но сейчас это неважно. Я уже поняла, что уровень клуба превысил все мои ожидания. Я схожу подам заявление на вступление после окончания представлений.

До этого момента у Марики не было никаких сомнений, что она вступит в этот клуб без каких-либо проблем.

— А!

Однако этот возглас некой девушки со второго года обучения, состоящей в этом клубе, в некотором роде положил начало изменению обычного развития событий.

— Эй! Ты же Тооками-сан, верно? Чемпион Хоккайдо среди средних школ. — Довольно громким голосом прокричала эта второгодка, указывая на Марику.

— Э? Чемпион средних школ?

— Хоккайдо? Та самая Тооками Марика?

— Та, которая победила даже чемпиона среди парней?

— Э? Это правда она?

Одновременно с этими возгласами к Марике стянулась целая толпа из состоящих в клубе девушек, за исключением той третьегодки, которая выступала противником в поединке с вызвавшейся первогодкой.

От такого напора Марика неосознанно встала в стойку готовности к побегу.

Старшеклассницы расценили такое поведение как реальную попытку сбежать, поэтому мгновенно окружили Марику с Алисой.

И все они хором бросились умолять Марику вступить в клуб.

Марика попыталась было ответить, что и так планировала вступить в этот клуб, но её голос утонул в шуме, состоящем из голосов старшеклассниц, одновременно пытающихся что-то сказать. Таким образом в этом спортзале образовался сосредоточенный на Марике "порочный круг", в котором среди старшеклассниц нарастала напряжённость из-за того, что они ошибочно считали, что не получают положительный ответ, и подступали всё ближе и ближе, сжимая кольцо.

Если бы окружённой оказалась только одна Марика, то всё это могло перерасти в серьёзную давку. Однако в этот момент оказавшаяся вместе с ней в "осаде" Алиса издала болезненный вскрик...

...который стал для Марики последней каплей.

Рука Марики протянулась к воротнику второгодки, навалившейся всем телом на Алису.

Мгновение спустя эта второгодка уже лежала на полу.

От такого небывалого варварства остальные окружившие их девушки замерли на месте.

Однако они просто остановились, но никуда не делись. Другими словами, Марика с Алисой всё ещё оставались посреди давки как в переполненном поезде столетней давности.

Марика отшвырнула всех столпившихся около Алисы девушек-членов клуба одну за другой.

Она не применяла удары руками или ногами. Хотя она была в состоянии "меня это достало", но похоже, у неё ещё осталось немного самообладания, чтобы не решаться наносить болезненные удары девушкам.

Кому-то могло бы показаться, что ей помог элемент внезапности, но картина со старшеклассницами, разбросанными в разные стороны без возможности чем-либо ответить, всё равно выглядела в некотором смысле шедеврально.

— Во даёт, эта девчонка! — Послышался голос со стороны мужской части членов клуба.

— Это занятно!

То ли она расценила это как провокацию, то ли просто в ней воспылал боевой дух.

Та самая третьегодка, которая выступала противником для вызвавшейся первогодки, рванула прямо к Марике, отбросив своё показное спокойствие, которое она сохраняла до этого момента, и обнажив свой боевой дух.

Почуяв этот боевой дух, Марика обернулась.

После чего моментально прыгнула вперёд. Это было подсознательное действие, выполненное для того, чтобы не вовлекать в это Алису.

В результате Марика встретила третьегодку лоб в лоб.

— А ты хороша!

На лице у этой третьегодки была искренне радостная и свирепая улыбка.

У неё были светлые волосы и короткая стрижка (вероятно, чтобы волосы не мешали тренировкам), но своими старомодными чертами лица она чем-то напоминала "юную леди". Однако манера речи и мимика у неё были как у задиристого парня.

— Глава женской секции клуба, Китахата Чика!

За мгновение до их столкновения третьегодка представилась. И оказалась она не кем-то, а целым главой женской секции клуба.

Притворившись, что целится прямым ударом в лицо, она ударила хуком в корпус. Этот удар Марика заблокировала, но Чика моментально отдёрнула плечо и на полученной от этого инерции сделала оборот вокруг себя, прочертив ногой дугу в высоком ударе.

Эта комбинация Чики была словно стремительный поток, но Марика ловко увернулась от второго удара, отскочив назад. Сразу после чего она начала снимать с себя школьную форму.

В малом спортзале поднялся шум растерянных перешёптываний. Не обращая на это внимания, Марика стянула с себя сначала пиджак, потом полупрозрачную мантию, а затем и платье.

Оказалось, что под всей этой школьной формой у неё надет ещё и спортивный костюм.

Отдав снятую одежду подбежавшей Алисе, Марика снова встала в боевую стойку.

— Претендент на вступление, Тооками Марика! Начинаю!

— Вот это я понимаю мотивация! Я устрою тебе радушный приём!

В этот момент они обе уже забыли приведшие к этому обстоятельства и свои цели.

Но, вероятно, ни той, ни другой это уже и не было нужно.

Чика и Марика схлестнулись в бою.

Они обе, похоже, имели атакующий характер, поэтому их бой представлял собой головокружительный обмен ударами руками и ногами. Поначалу они были наравне. Но постепенно Марике приходилось уделять всё больше времени обороне.

Решив, что такими темпами она проиграет в этой битве на истощение, Марика сделала принудительный контратакующий выпад кулаком.

Однако одновременно с этим выпадом в неё прилетел перекрёстный удар левой.

Марике едва удалось увернуться от этой болезненной атаки на своих врождённых молниеносных рефлексах.

Последовавший за этим средний удар ногой Марика заблокировала, но при этом мысленно простонала:

"Она... офигенна! Впервые у меня такой сильный и умелый соперник!"

Точнее, она восхищалась.

Марика была загнана практически в глухую оборону потому, что весь этот бой разворачивался практически по одному шаблону: Чика сбивает её с ритма встречным контрвыпадом, после чего проводит догоняющую атаку.

Причём контрвыпады Чики были не такими, когда смотришь, какой удар наносит противник, и реагируешь на это "постфактум". И даже если включить в это "смотришь" элемент предугадывания, обычные контратаки всё равно заключаются в том, что ты начинаешь свой контрвыпад только "после" того, как противник начал свой удар.

А контрвыпады Чики были именно что "одновременными". Будто бы предсказывая момент, когда Марика начнёт атаку, она проводила свою атаку одновременно с ней.

А ещё на этапе совершения контрвыпадов Чика занимала такую позицию, в которой удар Марики её не достанет. Как будто реально предсказывала все движения Марики.

Тем не менее, Марика уклонялась либо блокировала атаки Чики благодаря своей превосходной скорости реакции. Но при этом она сама была в середине своей атаки, поэтому не могла занять подходящую позицию. Чика незамедлительно пользовалась этой брешью в обороне и наносила "догоняющий" удар.

Вот и сейчас в очередной раз повторилось то же самое.

Противник был явно превосходящим по способностям. Чика — третьегодка и, к тому же, глава женской секции, поэтому нет ничего удивительного в том, что она превосходила Марику в техниках.

Однако Марика была из тех людей, кто, даже будучи загнанным в угол, демонстрирует непреклонный дух и волю к победе. Она не могла просто так признать поражение.

"Если не получается победить ударами, тогда...!"

Чика была немного ниже Марики. А в их мышечной массе вообще практически не наблюдалось никакой особой разницы. А ещё, хоть это могло быть принятием желаемого за действительное, но Марика чувствовала своё превосходство в гибкости.

Уклонившись нырком от очередного удара, она сделала выпад Чике в грудь.

Встречную контратаку Чики коленом Марика приняла на блок скрещёнными руками.

И затем, не просто схватившись, а вцепившись в Чику, Марика повалила её на пол.

Если не помогают ударные техники, то надо попробовать техники борьбы с захватами.

Если проигрываешь в стоячих техниках, ищи путь к победе в техниках лежачей борьбы.

Сами по себе эти выводы не были тактически неверными.

Просто в данном случае было одно большое "НО".

В лежачей борьбе разница в умениях ощущается намного сильнее, чем в стоячей.

Вместо того, чтобы оседлать соперницу, нужно постараться взять в захват какой-нибудь из суставов руки. Не получается с локтем — пробуй плечо, не получается с плечом — пробуй с запястьем.

Если руки — не вариант, переходим к ногам. Не получилось с коленями и щиколотками — переходим к удушающим приёмам.

И во время всей этой потасовки и попыток сделать всё вышеперечисленное, в определённый момент Чика смогла забраться Марике за спину и обвиться рукой вокруг её шеи.

Марике с большим трудом удалось протиснуть несколько пальцев правой руки между своей шеей и рукой Чики, ослабив тем самым эффективность удушающего захвата, и предотвратив досрочное завершение поединка. Тем не менее, даже в таком состоянии захват надёжно сдавливал сонную артерию.

"Если так продолжится, я потеряю сознание..."

Это была даже не мысль, а рефлекторное мимолётное "чувство"... прямо после которого, вопреки её намерениям, активировалась магия, сокрытая в её крови.

Магия семьи "Тоогами", так называемых Экстра.

Псионовый свет окутал всё тело Марики.

Это был не просто ослепительный нефизический свет, а духовный свет с такими невозможными для физического света свойствами, как высокоплотная концентрация без рассеивания.

В следующий момент окутавший Марику прочный противообъектный барьер отбросил вцепившуюся в её шею Чику.

Марика сделала перекат, чтобы набрать дистанцию от Чики, после чего поспешно вскочила на ноги.

К этому моменту покрывавшая всё её тело магия персональных доспехов "Реактивная броня" уже была отменена.

Тоже быстро вскочившая Чика многозначительно ухмыльнулась Марике.

— Во как... Неплохо, очень даже неплохо!

В контраст выглядящей крайне радостной Чике, лицо Марики помрачнело... а точнее, стало отрешённым.

— ...Извини, сэмпай. Я испортила наш матч.

— Ты что, переживаешь из-за использования магии, что ли?

Марика промолчала. Это можно было расценить как ответ "да".

— Что за чушь!

Чика резким тоном отфутболила сожаления Марики.

— Магические искусства — это вид боевых искусств именно что с использованием магии. То, что я не использовала магию, не означает, что и ты обязательно не должна. Или что? Ты думала, что сможешь победить меня даже без магии? Не недооценивай меня, новенькая!

Под воздействием этого громового крика Чики, лицо Марики вернулось в норму.

— ...Вот оно что. Извиняюсь ещё раз. В таком случае, я... атакую снова!

Одновременно с самоободряющим выкриком Марики, вокруг неё образовался "персональный доспех".

На этот раз более сильный и прочный, чем раньше.

— Ага! Тогда и я покажу, что умею!

Чика осуществила вывод последовательности активации из CAD с полным мысленным управлением, который был спрятан под протектором на запястье, чтобы не мешать боевым техникам.

— Больше не нужно сдерживаться!

— Да, я не буду сдерживаться!

Тело Марики было окутано магией персональных доспехов "Реактивная броня".

В свою очередь, у Чики неким магическим силовым полем были покрыты только кулаки. Отчасти из-за того, что Чика даже не пыталась это скрывать, Марика быстро поняла, что кулаки соперницы покрыты магией силы противодействия односторонней направленности "Отталкивающий кулак" [Repulsion knuckle].

Эта магия Чики обладала такой мощью, что если получить прямой удар, то одними лишь переломами не отделаешься.

— Уооо! — Взревела Чика.

— Йяааа! — Прокричала Марика.

Издав каждая свой боевой клич, они рванули друг на друга. И расстояние между ними сократилось до нуля ещё до того, как они закончили кричать.

Марика сделала выпад прямой правой.

А Чика — правый хук в корпус.

Кулак Марики лишь царапнул Чику по волосам.

Кулак Чики впечатался Марике прямо в живот.

Раздался громкий грохот.

Марика взлетела в воздух.

Однако она смогла сгруппироваться в полёте, и приземлилась на ноги. На её лице не было ни малейшего признака боли.

"Реактивная броня" Марики блестяще выдержала удар "Отталкивающего кулака" Чики.

Тем не менее, эта сцена наглядно показала очевидное превосходство Чики в способностях.

Но Марика, не дрогнув, всё равно бросилась к Чике. А та, в свою очередь, на этот раз просто приготовилась её принять.

— Всё, время вышло.

Однако в этот момент раздался своего рода беззаботный голос.

— Ты чё творишь, отпусти!

Чика, которую крепко схватили сзади, начала брыкаться и кричать.

А Марика, в свою очередь резко затормозила из-за некой возникшей у неё на пути "стены".

— Ася!?

И этой остановившей её стеной была мгновенно сформированная барьерная магия Алисы.

— Чигуса, это сексуальное домогательство!

А остановившим Чику был глава мужской секции клуба, Чигуса Тадасигэ.

— Да-да. Удобно, наверное, обращать внимание на то, что ты женщина, только в выгодные для тебя моменты? Прекращай уже, а?

Как и ожидалось от главы мужской секции — Чигуса смог удержать буйную Чику.

Тот голос чуть ранее принадлежал именно ему. И смысл фразы "время вышло" был не только в том, что время, выделенное их клубу, подходило к концу.

Раздался пронзительный свист предупредительного свистка.

— Так, все успокоились тут!

А за ним такой же резкий пронзительный голос. И этот голос принадлежал главе дисциплинарного комитета, Урабэ Аки.

И она была не одна. Получив уведомление о "возникшей драке", дисциплинарный комитет примчался, чтобы навести порядок.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 7 (Часть 2)

◇　◇　◇

Марику с Чикой препроводили не в штаб дисциплинарного комитета, а в штаб группы управления клубами, расположенный в подготовительном корпусе.

Выслушивание обстоятельств происшествия проводилось именно там, причём в присутствии не только главы дисциплинарного комитета Аки, но также главы группы управления клубами Усуи и вице-президента школьного совета Юто.

Алисы там не было. Она была всего лишь вовлечённым лицом, поэтому ей не разрешили присутствовать.

— ...Итак, Тооками-сан, ты утверждаешь, что всё шло к тому, что Дзюмондзи Алиса-сан вот-вот пострадает, и ты приняла меры, чтобы предотвратить это?

— Да.

По поведению Марики, кивнувшей в ответ на подтверждающий вопрос Аки, можно было понять, что она не считает себя хоть в чём-то виновной. Кстати говоря, Алису назвали полным именем потому, что здесь в данный момент находился ещё один человек с фамилией "Дзюмондзи".

— Если всё было именно так, как рассказала Тооками-сан, тогда ответственность практически за всё произошедшее лежит на клубе магических искусств... Чика, есть чем опровергнуть?

Аки назвала Чику по имени, причём довольно фамильярным тоном. Это однозначно намекало, что они не просто одноклассницы, но ещё и близкие подруги.

— Нет. Вся вина целиком и полностью лежит на мне — главе женской секции, не сумевшей остановить своих разбушевавшихся подопечных.

Аки демонстративно вздохнула в ответ на это своего рода чистосердечие Чики.

— Чика, блин... Ты выглядишь, будто сама тут не при чём, а в итоге подлила масла в огонь именно ты.

— Как я уже сказала, вся ответственность за всё произошедшее, включая это, лежит на мне.

Чика не спорила.

— Постойте! Китахата-сэмпай всего лишь была спарринг-партнёром в учебном бое. Я не согласна с тем, что вы называете это дракой!

Неизвестно, какие мотивы были у Марики, но в спор вступила именно она.

— Но насколько я понял из услышанного, Китахата-сэмпай внезапно набросилась на тебя, Тооками-сан, верно?

Юто оспорил утверждение Марики.

— Совсем не внезапно. Сэмпай дождалась, пока я переоденусь со школьной формы в то, что сейчас на мне.

Марика всё ещё была в спортивном костюме. А её школьная форма всё ещё оставалась у Алисы.

— Нет, я про самое первое нападение.

— Это не было односторонним нападением. Это было приветствие с приглашением на учебный поединок.

— Приветствие? Тооками-сан, ты...

Юто замолчал, не зная, что сказать. А последовавший за этим вздох будто передавал его мысль: "ладно, всё, я сдаюсь".

В противоположность ему (если можно так выразиться), Усуи раскатисто рассмеялся.

— ...Довольно занятная первогодка. Урабэ, она ведь сказала, что потерпевшие не получили ранений? Тогда пусть Китахата отвечает только за то, что её подчинённые вышли из-под контроля?

— Усуи-кун, ты её защищаешь потому, что она твоя коллега по клубной деятельности?

Недовольно нахмурив брови, Аки бросила на Усуи острый взгляд.

— Дзюмондзи, а ты что думаешь?

— Учитывая, что в итоге никто не пострадал, я считаю, что нет нужды в каких-либо особых разбирательствах.

Используя правильную при общении со старшими "формальную" манеру речи, Юто косвенно выразил своё согласие с Усуи.

— Урабэ, ты ведь и сама не хочешь отстранять Китахату от занятий?

— ......

Усуи задал неудобный вопрос, и на этот раз Аки промолчала.

— У нас, группы управления клубами, наивысший приоритет имеют проблемы, входящие в сферу клубной деятельности. Поэтому вердикт по этому делу выносить буду я.

— ...Да, таково одно из правил нашей школы. Поэтому возражений у меня нет.

— У школьного совета тоже нет возражений.

Аки и Юто выразили своё согласие с заявлением Усуи: Аки — неохотно, а Юто — равнодушно.

— Отлично.

Удовлетворённо кивнув, Усуи перевёл свой взгляд обратно на Чику с Марикой.

— Китахате запрещается посещать клуб до конца вербовочной недели.

— Поняла. Приняла.

Чика послушно согласилась с вынесенным вердиктом.

— Тооками — без наказания. Полностью оправдана.

— Извиняюсь за созданные мной проблемы.

Марика энергично поклонилась и покинула штаб группы управления клубами первой. Она поняла, что старшеклассникам ещё есть о чём поговорить, и если она останется, то будет им мешать.

◇　◇　◇

— Китахата, новенькая тебя спасла.

Дождавшись, когда Марика выйдет и закроет за собой дверь, Усуи заговорил с Чикой.

— Я тоже так думаю.

Чика, которая до этого стояла посреди комнаты, как и подобает обвиняемым, спокойно взяла себе стул и бесцеремонно плюхнулась на него задницей.

— Чика, опять ты была в этом своём "режиме"? — Ошарашенным тоном спросила Аки. Незнакомым с обстоятельствами людям этот вопрос мог бы показаться непонятным, но все присутствующие здесь поняли, что она имела в виду.

— Да... Она заставила мою кровь вскипеть, и я не могла это унять.

— Кто такая эта Тооками-сан? Дзюмондзи-кун, ты её знаешь?

Всё ещё выглядящая ошарашенной Аки перевела взгляд на Юто.

— Достаточно ли будет лишь поверхностного ответа?

Похоже, Аки о чём-то догадалась из такого ответа Юто.

Прошептав "да, так я и думала", она ответила Юто:

— Да, конечно.

— Она ребёнок из той семьи, в которой моя младшая сестра жила на Хоккайдо.

Не только Аки, но и Усуи с Чикой были в курсе, что Алиса была взята на своё попечение семьёй Дзюмондзи. Это не означало, что все третьегодки об этом знают. Просто эти трое были для Юто сэмпаями, с которыми он, заглядывая в будущее, сблизился больше всех остальных.

— Думаю, Китахата-сэмпай знает больше деталей, но эта девушка — чемпион турнира по магическим боевым искусствам среди средних школ округа Хоккайдо. А ещё на том турнире у неё состоялся "товарищеский матч на публику" против чемпиона среди мужчин, и она одержала в нём победу. Поэтому её неофициально называют "чемпионом средних школ Хоккайдо".

— Хех... Чика, это ведь здорово, не так ли?

— Ага. Даже с учётом наличия магии, разница в силе между мальчиками и девочками третьего года обучения средней школы имеет решающее значение. Девочка не сможет победить мальчика в матче по магическим искусствам без наличия весомого превосходства в техниках и магической силе.

— Хмм... Я непременно должна заполучить её. — Сделав коварное лицо, пробормотала Аки.

Услышав её, Чика побледнела.

— Эй! Хотя официально она ещё не вступила в клуб, но она — наша надежда!

— Я не собираюсь её переманивать, не переживай.

По манере речи Аки нельзя было определить, действительно ли она пытается успокоить Чику, или нет.

— Клубную деятельность и работу в дисциплинарном комитете можно совмещать.

— Клубная деятельность — в приоритете!

— Разумеется, принуждать к чему-либо мы её не будем.

Аки ответила безразличным тоном, но её лицо показывало наличие каких-то скрытых мотивов.

Чика с сомнением уставилась на это явно подозрительное лицо.

◇　◇　◇

Забрав свою школьную форму у Алисы, ждавшей в коридоре прямо около выхода из штаба группы управления клубами, Марика воспользовалась раздевалкой на первом этаже, чтобы одеться и привести себя в порядок, после чего они вышли из подготовительного корпуса.

Хотя Марика была полностью оправдана, но желание покинуть место, где её допрашивали, было вполне естественной психологической реакцией. Марика потащила Алису за руку, провела через всю школьную аллею и остановилась только напротив здания библиотеки, после чего уселась на первую попавшуюся уличную скамью.

— Ну и как в итоге поступишь?

Алиса молча проследовала за Марикой весь этот путь, и задала этот вопрос только после того, как села рядом с ней.

— М? А, ты про клуб магических искусств?

Вопрос Алисы звучал слишком расплывчато, но Марика была озадачена лишь одно мгновение, после чего быстро поняла суть этого вопроса.

— Конечно же, вступлю в него.

— После всего произошедшего?

Несмотря на такой вопрос, Алиса не выглядела особо удивлённой. Это показывало глубокое понимание чувств Марики, будто бы этой их двухлетней разлуки и не было.

— Да ведь ничего серьёзного и не случилось.

Как и следовало ожидать, Марику совершенно не беспокоили эти недавние "проблемы".

До этого момента всё было в пределах ожиданий Алисы.

— Даже наоборот, теперь я мотивирована гораздо сильнее.

А вот эти слова уже вышли за пределы ожиданий Алисы, так как её реакцией на них было слегка удивлённое лицо.

И хотя изменение в выражении лица Алисы было минимально, но Марика его заметила.

— Ну так ведь там есть настолько поразительные личности.

Таков был её ответ на этот не сказанный вслух вопрос Алисы.

— Ты про главу-сан?

— Да! — Ответила Марика, размашисто кивнув. — Сегодня был такой хороший шанс, но не вышло, поэтому я хочу ещё. Где-нибудь, где нам никто не помешает.

— ...Только не устраивайте дуэль за зданием школы.

Услышав это, Марика раскатисто рассмеялась.

— Нет же... Я не собираюсь заниматься чем-то подобным. Ася, ты что, перечитала ранобэ и манги, что ли?

— Наверное.

Будто заразившись этим смехом, Алиса тоже рассмеялась. Однако она всё равно не могла избавиться от засевшего в глубине души беспокойства, что Марика таки может учудить нечто подобное.

Клубы были не единственным, о чём им нужно было поразмыслить.

— Кстати, Ася, что будем делать с дисциплинарным комитетом?

На этот раз уже Марика задала Алисе вопрос.

— Если говорить честно, вступать я не хочу.

Ответ Алисы казался вполне чётким, но главный вывод был расплывчатым.

— Ты имеешь в виду, что, вероятно, не можешь дать честный ответ?

— Угу... — Алиса нерешительно кивнула. — То, что сэмпай в затруднительном положении, я понимаю..., а вот правильно ли то, что если ты девочка, то тебе можно сбежать от конфликта между учениками, я понять не могу.

— Не думаю, что это "из-за того, что ты девочка", но... разве это вообще проблема?

— ......

Будучи загнанной в тупик таким вопросом, Алиса смущённо потупила взгляд.

— ...Я тут подумала...

Алиса подняла взгляд и повернулась к Марике. Но в глаза ей посмотреть не удалось.

Потому что Марика смотрела куда-то вверх.

— Если тут постоянно происходит что-то типа сегодняшнего, то дисциплинарный комитет и правда необходим.

— ...Тебе ли это говорить? Ты же сама в этом участвовала.

Алиса говорила не с упрёком в голосе, а с изумлением.

— Ахаха, ты права.

Марика перевела взгляд на Алису.

— Давай пока что отложим этот вопрос... Всё-таки, мы ещё дети. Это раньше ученики старших школ выглядели как надёжные взрослые, а сейчас...

— И поэтому ничего не поделаешь с тем, что будут происходить драки и всякие шалости, переходящие черту дозволенного?

— Я бы не сказала, что прям ничего не поделаешь. Хмм... как бы это сказать...

Алиса тихо ждала, пока Марика сформирует у себя в голове то, что хочет сказать.

— ...Не то, что бы тут ничего нельзя было поделать, просто это... неизбежно?

— Может быть, ты и права.

Алиса согласилась с таким мнением без каких-либо сомнений. Ведь она и в начальной, и в средней школе лично видела до омерзения много всевозможных приставаний и издевательств, которые уже нельзя было назвать обычными шалостями (даже если не учитывать такие, где доходило до прямого применения грубой силы). Она была вынуждена это видеть, даже если ей этого не хотелось. И она была уверена, что в старшей школе ничего из этого не изменится.

По сравнению со скрытыми коварными издевательствами, публичные драки даже можно считать полезными.

— Поскольку мы сами уже "почти взрослые", нам не нравится, когда взрослые держат нас в узде. Мы противимся этому и становимся, наоборот, испорченными. Учитывая это, нетрудно понять, что необходима система решения проблем самими учениками между собой.

Алиса прекрасно понимала, что Марика пытается до неё донести. Однако...

— Мне кажется, что дисциплинарный комитет Первой школы — это нечто немного другое.

Дисциплинарные комитеты старших школ магии вполне можно назвать разумными мерами по восполнению нехватки рук среди преподавательского состава. Неспособные использовать магию взрослые не справятся с такой работой, а те, кто справится — волшебники — и так много где востребованы, поэтому невозможно обеспечить ими старшие школы в необходимом количестве.

Вот почему обладающим превосходными практическими навыками в магии ученикам дают такие полномочия — чтобы они поддерживали порядок на территории школы. Примерно так Алиса понимала суть дисциплинарного комитета.

— Э? Правда?

Здесь, вероятно, сказывалась разница в восприятии, которая была обусловлена полученным Алисой домашним обучением уровня Десяти Главных Кланов. Кацуто — старший брат Алисы и глава семьи — неоднократно показывал ей опасность магии на конкретных примерах. Про нападение террористов на Первую школу, случившееся во времена его учёбы, он тоже рассказывал.

— Но работа дисциплинарного комитета очень полезна для всех нас, так что... да, я считаю, что ты права, Мина.

Тем не менее, эмоционально Алиса разделяла с Марикой её вывод.

Различия в их среде воспитания не могли помешать её сопереживаниям.

◇　◇　◇

Вернувшись домой, перед ужином Алиса зашла в комнату Юто.

— Хотела о чём-то посоветоваться?

Едва Алиса села на предоставленный ей стул, как Юто задал упреждающий вопрос.

— Да, о дисциплинарном комитете.

— Значит, Урабэ-сэмпай пытается тебя завлечь? — Без каких-либо раздумий ответил Юто.

"Всё-таки, он знал" — подумала Алиса. Она, собственно, так и предполагала, поэтому и пропустила вступление, но ей всё равно стало немного неприятно от того, что он следит за её деятельностью.

— И ты сомневаешься?

Этот вопрос вернул витавшую в облаках Алису обратно на землю. Она понимала, что нет смысла отмалчиваться, ведь это она сама пришла сюда за советом.

— Да. В том смысле, подходит ли мне это.

— Думаю, тебе не стоит относиться к этому настолько серьёзно.

Возможно, легкомысленный тон Юто был своего рода проявлением его заботы об Алисе в виде мнения, что она "слишком накручивает проблему на пустом месте", однако ей самой такая реакция показалась проявлением невнимательности.

— Но Юто-сан, ты ведь прекрасно знаешь, что заниматься чем-то подобным — это не моё.

По этой причине её ответ был в несколько "мятежной" манере.

— Под чем-то подобным ты имеешь в виду боевые действия?

Судя по реакции Юто, такое поведение Алисы его ничуть не озаботило. И этот его вопрос был лишь для того, чтобы удостовериться в том, что он правильно понял Алису.

— Не только это. Я ведь вообще не способна атаковать.

Алиса говорила не только про свой характер. Помимо доброты и робости, у неё действительно была неприязнь к нападению на других людей.

Но помимо всего прочего, у неё полностью отсутствовала пригодность к магии атакующего типа (что, в принципе, можно назвать взаимосвязанными факторами).

До такой степени, что она не могла активировать даже простую магию системы движения или ускорения, если предполагалось её использование для атаки человека. Как будто где-то в глубинах её разума стояла какая-то психологическая блокировка.

"Фалангу" семьи Дзюмондзи она могла активировать без каких-либо проблем, но только в оборонительных целях. В этом она уже даже превзошла Юто. Однако в использовании "атакующей версии Фаланги" у неё не наблюдалось даже малейших признаков успеха. Вдобавок к этому, если взять ситуацию с окутыванием себя простой барьерной магией, чтобы "пойти на таран" — хоть Алиса технически способна такое выполнить, но в тот же самый момент, когда она узнает, что целью "тарана" является человек, активация магии сразу же провалится.

— А как насчёт того, чтобы рассматривать работу в дисциплинарном комитете в качестве удобной возможности попытаться побороть этот свой недостаток?

— Думаешь, получится?

С нескрываемым недовольством на лице Алиса задала встречный вопрос.

Она и так уже "прилагала все усилия" для этого. Несмотря на неудачи, следующие одна за другой, она неустанно продолжала практиковаться в атакующей магии, следуя всем инструкциям.

Сейчас Алиса живёт в семье Дзюмондзи, но в итоге планирует вернуться на Хоккайдо. Но она не понимает, что уже стала частью Десяти Главных Кланов. Точнее не "не понимает", а, скорее, "не осознаёт". У неё не было планов в будущем становиться сотрудником служб, связанных с ведением боя, например, военным или полицейским. Да и дать в экстренной ситуации отпор врагу, встав во главе отряда волшебников, она тоже была не готова. Точнее, у неё даже мыслей об этом не возникало.

Тем не менее, она в полной мере понимала, что могут возникнуть ситуации, когда для самообороны потребуется нейтрализовать противника. Даже Фаланга не сможет продержаться несколько десятков часов. Чтобы перестали "падать искры", нужно нейтрализовать нападающего на тебя врага. В зависимости от обстоятельств, возможно даже потребуется убить противника. Головой она это понимала.

Поэтому и не отлынивала от тренировок...

— ...Не думаю, что у меня в реальных условиях внезапно получится сделать то, что не получалось на тренировках.

"Техника, которая не получалась на тренировках, внезапно получилась в реальных условиях". Алиса не считала, что такого совсем никогда не бывает. Но при этом почему-то была безосновательно убеждена, что это крайне редкое явление.

К тому же, Алиса считала, что если у кого-то не получалось на тренировках, но получилось в реальных условиях, то это скорее всего означает, что на тренировках он был недостаточно серьёзен, либо у него просто было недостаточно тренировок.

У неё и самой был опыт непреднамеренного успешного использования магии, которую она до этого ни разу не использовала. Но такое более правильно будет называть "вообще без тренировок". Это нельзя сравнивать с атакующей магией, к тренировкам по которой она каждый раз подходила со всей серьёзностью, но всё равно каждый раз у неё ничего не получалось.

— Напряжение в реальной битве совершенно другое.

Четыре года назад, ещё будучи учеником средней школы, Юто участвовал в боевых действиях "инцидента в Йокогаме" в качестве добровольца. К моменту его прибытия на поле боя основные ожесточённые сражения уже сошли на убыль, но Алиса всё равно тоже считала, что на настоящем поле боя царит совершенно иная атмосфера. ...Хотя на что конкретно это похоже, она даже представить себе не могла.

Тем не менее, Алиса не считала, что преуспеет в этом деле, если её просто вбросить в такие условия. Она могла представить лишь оцепеневшую себя, неспособную делать даже то, что в обычных условиях она делает без проблем.

— Нет, Первая школа — это не поле боя, а работа дисциплинарного комитета — не боевые действия.

Похоже, по изменениям на лице Алисы, Юто понял, что его предыдущие слова оказали на неё противоположный ожидаемому эффект, поэтому он поспешно опроверг самого себя.

— Поэтому не нужно настолько пугаться этого. Возможно, ты уже слышала это от Урабэ-сэмпай, но не все члены дисциплинарного комитета обязаны решать проблемы самостоятельно. Если не можешь справиться сама, то можно обращаться за помощью. Главное — уметь защитить себя. А этому самому важному условию ты вполне соответствуешь.

Он сказал не "я думаю, что ты соответствуешь", а просто "ты соответствуешь". Такое крайне категоричное заявление, по всей видимости, оказало успокаивающий эффект, так как беспокойство на лице Алисы слегка поубавилось.

— ...Но ведь дисциплинарный комитет довольно нагружен? Смогут ли они позволить себе помогать таким членам комитета, как я?

— Если у членов дисциплинарного комитета не будет хватать свободного времени, то им поможет группа управления клубами или школьный совет. К тому же, самое загруженное время для дисциплинарного комитета — это текущая "вербовочная неделя". Когда она закончится, у членов комитета не будет такой загруженности, чтобы не было времени помогать коллегам-новичкам. Вся работа будет представлять собой обычные дежурства по очереди.

— То есть, не каждый день? — Удивлённо спросила Алиса.

— Думаю, каждый день работает только глава. Поэтому твоей учёбе это мешать не будет, да и с клубной деятельностью можно будет совмещать.

— ......

Алиса погрузилась в раздумья. Она выглядела так, будто её мысли начали понемногу поворачиваться в противоположном направлении.

— ...Говорят, что членство в дисциплинарном комитете не добавит баллов в твои оценки, и не станет плюсом при поступлении в университет или устройстве на работу. Однако многие из самых лучших сэмпаев нашей школы состояли в дисциплинарном комитете. Тот самый Шиба-сэмпай тоже состоял в дисциплинарном комитете, когда был на первом году обучения.

— ...Ты имеешь в виду того Шибу-сэмпая, который парень?

Два человека разного пола, подходящие под обращение "Шиба-сэмпай", были крайне известными выпускниками этой школы.

— Да. Кроме того, Ватанабэ-сэмпай, которая в следующем году окончит Академию Обороны, была главой дисциплинарного комитета. А ещё главой комитета был Йошида-сэмпай, который уже сделал себе имя умелого волшебника древней магии, хотя всё ещё является студентом. Я считаю, ты сможешь значительно расширить свои личные связи, если будешь состоять в дисциплинарном комитете.

— Понятно... Хорошо. Я серьёзно подумаю над этим.

До прихода в комнату Юто, Алиса была заинтересована лишь в том, "как бы ей от этого отказаться". Но теперь она начала серьёзно думать о том, чтобы стать членом дисциплинарного комитета, и о том, сможет ли она этим заниматься.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 8

10 апреля

После уроков вся территория школьного двора (и передний двор, и внутренний двор, и спортивные площадки) заполнилась криками, зазывающими новичков в клубы.

— Мина, ты пойдёшь подавать заявку на вступление? — Спросила на мгновение нахмурившаяся от всего этого шума Алиса у идущей рядом с ней Марики, выглядящей совершенно невозмутимой.

Марика уже давно решила вступить в клуб магических искусств. Однако из-за вчерашней суматохи она не смогла подать заявку на вступление.

— Пока нет.

Ответ Марики оказался неожиданным.

— Почему?

Даже Алиса не смогла бы категорично заявить, что "может понять это без объяснений".

— Главе клуба Китахате запрещено посещать клуб до конца вербовочной недели. Я подам заявку на вступление только после того, как она вернётся к клубной деятельности.

Услышав ответ Марики, Алиса озадаченно наклонила голову.

— ...То есть, ты считаешь, что разделяешь вину за её наказание?

— Угу, и это тоже.

Ответ Марики поразил Алису.

— Мина. Неужели ты планируешь перед вступлением в клуб "закончить начатое" с главой-сан?

— Как ты узнала!? — Повышенным тоном спросила Марика, расширив глаза.

Алиса приложила к своему лбу руку таким жестом, будто у неё заболела голова.

— Мина... Дуэли категорически запрещены!

Алиса повернулась лицом к Марике и уставилась на неё остекленевшими глазами.

— Да не дуэль это!

В свою очередь, Марика возмутилась в ответ на эти подозрения Алисы.

— Вот, значит, как ты обо мне думаешь, Ася?

— Драться нельзя.

— Это всего лишь спортивное состязание по всем правилам! Я вполне способна отличить хорошее от плохого!

Алиса уставилась Марике прямо в глаза.

Марика не отвела свой взгляд от Алисы.

— ...Извини.

Посверлив некоторое время Марику взглядом, Алиса признала свою вину и извинилась.

— Ну тебя... Постарайся больше так не ошибаться. — Сказала Марика, после чего сменила тему: — Ася, ты ведь ещё не определилась с клубом? Вот почему сегодня я с тобой за компанию.

— Угу, я планирую походить тут, осмотреться. — Ответила Алиса, уже вернувшая себе обычное выражение лица.

— Вот и пошли. Если попадётся что-нибудь интересненькое, то я, возможно, возьму себе это на заметку как второй клуб.

— Похоже, здесь довольно много тех, кто совмещает посещение сразу нескольких клубов.

— Ага.

Продолжив разговор, они вошли прямо в гущу круговорота шумной вербовочной суеты.

◇　◇　◇

Алиса не была прямо совсем неспортивной. Даже наоборот, можно сказать, что физподготовка у неё была довольно хорошей. Она и бегала быстро, и выносливость у неё была на высоте. Однажды на уроке физкультуры в средней школе она даже поставила рекорд в одной из спортивных дисциплин, после чего каждый год входила в список лучших, наравне с членами клуба лёгкой атлетики.

Тем не менее, у неё было фатальное отсутствие так называемого "боевого духа". В клубе она хотела заниматься чем-то, где требуется двигаться всем телом, но при этом избегать состязаний с людьми. Такое вот сложные и обременительные предпочтения у неё были.

В первую очередь исключаются групповые состязания — чтобы не докучать своими проблемами товарищам по команде. Также был снижен приоритет у всевозможных индивидуальных "игр с мячом", в которых требуется напрямую соревноваться с соперником за победу. Лёгкая атлетика тоже не подходит — там нужно соревноваться с другими людьми, например, в беге. Алиса решила сначала осмотреться, потому что даже если в итоге она выберет какой-то состязательный вид спорта, но сначала хотя бы попробует найти какие-нибудь соревнования "с подсчётом очков" — где игроки выходят на испытание по очереди, напрямую не контактируя друг с другом.

Первым делом Алиса и сопровождающая её Марика посетили малый спортзал №1. Второй спортзал использовался в основном клубами боевых искусств и рукопашного боя, а первый — в основном клубами "комнатных" соревнований, таких, как, например, гимнастика или танцы.

В данный момент в малом спортзале №1 проходила демонстрация клуба лёгкой гимнастики. Этот клуб представлял соревнование, в котором участники добивались более акробатических и скоростных движений, чем обычно, за счёт применения магии системы веса. Причём использовать можно было только магию системы веса. Использование магии систем ускорения или движения означало дисквалификацию.

— ...Какие у них на удивление изящные движения. — Некоторое время понаблюдав за представлением, пробормотала себе под нос Марика соответствующим её словам удивлённым тоном.

Так называемая лёгкая гимнастика сама по себе была таким видом спорта, в котором первостепенное внимание уделяется именно акробатичности движений и скорости, а гибкость и красота считаются менее важным элементом, чем в обычной гимнастике. Однако Марика не знала, что в последнее время увеличилось число девушек, которые пользуются красотой поз для извлечения преимуществ из этой тенденции.

Возможно, именно поэтому в последнее время женские спортивные купальники стали более цветастыми и узорчатыми, да и формат купальников изменился так, чтобы лучше подчёркивать изгибы тела и длину рук и ног.

— Такой купальник будет хорошо смотреться на Асе.

Увидев, что выступающая девушка встала в финишную позу, Марика заговорила с Алисой, искоса взглянув на неё.

— Это как-то немного... смущает...

Алиса застыдилась не только на словах. Её щёки тоже немного покраснели. Вероятно, она представила себя в этом спортивном купальнике клуба лёгкой гимнастики.

У этих купальников были длинные рукава, а большая часть ног была покрыта колготками, так что по сравнению с другими аналогичными видами спорта, обнажение кожи было минимальным. Но как уже говорилось ранее, их обтягивающий дизайн сильно подчёркивал длину конечностей и изгибы тела.

— У тебя хорошая фигура, Ася, поэтому я считаю, что тебе нечего стесняться.

Эти слова Марики, если можно так выразиться, оказали обратный эффект.

— Я стесняюсь не своих пропорций...

Лицо Алисы стало резко набирать красноту, и в итоге она смущённо потупила взгляд.

— ...Похоже, здесь нам ловить нечего. Пойдём отсюда?

Алиса кивнула в ответ на это предложение Марики, и направилась к выходу из спортзала, не поднимая потупленный взгляд.

◇　◇　◇

Выйдя из малого спортзала №1, Алиса с Марикой пошли не обратно в сторону спортплощадок, а, наоборот, вглубь территории школы, в тренировочный лес.

— Ух ты... А тут просторно.

— И правда...

Впервые войдя в тренировочный лес, эти двое восхитились его масштабами.

— Э-эм... Вроде, сейчас в тренировочном лесу должны проводиться демонстрации клуба "СС-борд-биатлона" и клуба охоты. Ася, с какого хочешь начать?

То, что сейчас шла вербовочная неделя, не означало, что учебное время было сокращено. Солнце в данный момент уже склонилось далеко на запад. Но Марика, похоже, намеревалась посмотреть и то, и другое.

— Ммм... Давай сначала СС-борд?

Алиса искренне считала, что не стоит настолько стараться ради этого, но раз у Марики было такое настроение, то не нужно напрасно терять время, и если в итоге они посетят оба места, то неважно, с какого из них они начнут. Поэтому она без каких-либо особых колебаний выбрала клуб СС-борд-биатлона.

В названии "СС-борд-биатлон" "СС-борд" означает сокращение от "Скейтбордamp;Сноуборд". Исходя из своего названия, это такое соревнование, в котором спортсмены, попутно отстреливая мишени, зимой (когда дороги покрыты снегом) передвигаются по маршруту на сноубордах, а в остальные времена года — на скейтбордах.

И отличия от обычного биатлона были не только в использовании сноуборда (скейтборда) вместо лыж. В этом соревновании вместо использования винтовок пули посылаются в цель магией. Стандарт используемых пуль чётко регламентирован, однако количество взятых с собой на маршрут пуль не ограничено. Тем не менее, мишени отличаются по цветам, и спортсмен получит штрафные очки, если поразит цель отличного от назначенного ему цвета, поэтому тактика беспорядочных выстрелов дробью в разные стороны тут не подходит. Вдобавок к этому, спортсмены соревнуются не только в количестве чисто поражённых мишеней, но и в затраченном на это времени.

Другими словами, СС-борд-биатлон — это соревнование, в котором оцениваются сразу два компонента умелого обращения с магией системы движения: скорость и точность.

В апреле в Токио уже нет снега. Поэтому, к сожалению, демонстрация проводилась на скейтбордах, а не на сноубордах, более привычных для выросших на Хоккайдо Алисы и Марики. Тем не менее, у них обеих был богатый опыт катания и на скейтбордах тоже.

Марика предпочитала сноуборду лыжи, а вот Алиса любила именно сноуборд. Именно поэтому в бесснежные времена года она использовала скейтборд в качестве замены сноуборду. Марика каталась с ней за компанию, поэтому уровень катания у них был примерно одинаковый.

С таким опытом у них не возникло никаких особых трудностей в "тестовом забеге" по пересечённой местности на "внедорожных скейтбордах". Мишени своим видом даже отдалённо не напоминали людей, поэтому Алиса без особых проблем справилась со стрельбой, изменив своё восприятие происходящего со "стрельбы по мишеням" на "задание траектории полёта пули". А вот Марике, плохо владеющей магией дальнего действия, наоборот, было тяжко.

Однако Алиса в итоге так и не сказала, что собирается вступить в этот клуб.

— ...Этот вид спорта тебе очень подходит, Ася. Да и сэмпаи, как я погляжу, проявили к тебе симпатию.

— СС-борд-биатлон выглядит интересно... но эта атмосфера...

— Ясно. Тебе нелегко даётся упорство, необходимое для достижения победы.

— Угу... Я считаю правильным стремление побеждать в соревнованиях, но у меня это обычно лишь на уровне осознания.

— Там действительно создавалось такое настроение, при котором кровь становится горячей.

Марика тоже стремилась всегда побеждать в соревнованиях, однако она была из тех людей, кто ради победы оттачивает своё мастерство в упорных тренировках и находит удовольствие в изучении новых, более продвинутых техник.

— Что ж, раз атмосфера клуба тебе не подходит, то тут ничего не поделаешь. Ведь это очень важно.

Согласно кивнув друг другу, они направились к месту, где находился следующий клуб — клуб охоты.

"Охота (hunting)", которой занимался охотничий клуб, представляет собой соревнование, в котором игроки ездят на лошадях (настоящих, живых) и стреляют пулями с краской по "преследуемым зверям (quarry)" — роботам, выполненным в форме мелких животных. В данном клубе занимаются как "охотой" с добавлением магических факторов, так и обычной немагической "охотой". В магической "охоте" используются CAD в форме винтовок, производящие выстрелы окрашивающими пулями с помощью магии. При этом становится возможным управление пулями в полёте, поэтому движения "зверей" становятся более сложными и запутанными.

Родом занятий семьи Тооками, в которой раньше жила Алиса, было ветеринарное дело. Также они вели дела с местной фермой, разводящей скаковых лошадей. Благодаря этому у них обеих был опыт езды на лошадях. А Марика до того, как начала серьёзно заниматься изучением магии, даже подумывала стать дрессировщицей лошадей.

Точнее, это следовало говорить не в прошедшем времени, так как она до сих пор всё ещё не отказалась окончательно от этого жизненного пути. У Марики не было стремления становиться волшебником, она просто хотела ходить с Алисой в одну школу. Мысли о будущем, в котором она станет волшебником или же не станет таковым, она обычно просто отодвигала в дальний угол сознания.

Такие вот обстоятельства способствовали тому, что навыки верховой езды Алисы восхитили членов клуба охоты, а навыки Марики — просто шокировали.

А вот со стрельбой возникли проблемы.

Там нужно было стрелять по движущимся мишеням из устройства в форме пистолета. Этот процесс чётко ассоциировался с "атакой", поэтому у Алисы плохо получалось даже хотя бы активировать магию. Марике же, в свою очередь, иногда удавалось компенсировать свою "недальнобойность" за счёт приближения к мишени с помощью хороших навыков верховой езды, но в целом эта задача для неё была явно непосильна. Так что, несмотря на то, что члены клуба высоко оценили их навыки верховой езды, они обе вежливо отклонили приглашение в клуб.

— Извини. Я что-то увлеклась.

— Да ничего страшного. Ведь тебя это заинтересовало. В случае чего, тебе ведь можно вступить в клуб вместе со мной?

— Мне нет смысла вступать во второй клуб, если в него не вступишь ты.

Беседуя на эту тему, Алиса с Марикой вернулись из тренировочного леса на основную территорию школы. Западное небо к этому моменту уже окрасилось в багряный цвет. На сегодня эти двое решили закругляться и собирались уже отправиться домой.

Свои личные вещи они оставили в классе. Туда они сейчас и направлялись — чтобы эти вещи забрать. Они шли через двор, самой короткой дорогой от тренировочного леса до входа в здание школы.

И в этом дворе повсюду были расставлены вербовочные палатки различных клубов.

Хоть они и собирались уже отправиться домой, тем не менее, они не торопились настолько, чтобы пройти мимо, совсем не оглядев окрестности. Стараясь не сталкиваться со снующими туда-сюда другими первогодками, они прогуливались, заглядывая в палатки.

— Ого? Как необычно. — Внезапно сказала Марика слегка повышенным тоном.

— Что?

— Вон там.

Алиса посмотрела в указанном Марикой направлении.

— ...Это что-то типа клуба моделистов, наверное? Потому что роботы уже были в предыдущей палатке робоклуба.

"Необычным" Марика назвала небольшую самоходную машину, курсирующую по заданному маршруту внутри палатки. Это был миниатюрный 15-сантиметровый робот, передвигающийся на колёсах, прикреплённых к кончикам его многосуставных шарнирных ног. Ног у него было шесть, но в целом он напоминал паука.

— Э-эм... мотоклуб...?

Алиса с сомнением в голосе прочитала написанное на палатке название клуба.

— Хех, значит, в старших школах магии даже такой клуб есть? Может, они занимаются сборкой-разборкой или что-то типа того?

Как и сказала Марика, от наличия "клуба байкеров" в "старшей школе при национальном университете магии" возникало впечатление, что "что-то здесь не так". Но ещё более скептически Алиса относилась к этой "миниатюре".

"Этого мелкого робота следует считать мотоциклом, что ли...?"

Этот вопрос настолько засел в её сознании, что она начала более пристально осматривать всё, что находилось внутри палатки. Из-за этого... а точнее, благодаря этому, Алиса смогла заметить знакомое лицо.

— Кохару...

— Э-э, где?

Услышав бормотание Алисы, уже рассматривающая следующую палатку Марика обернулась.

— Да вон же. В предыдущей палатке.

— И правда. Хочет вступить, что ли? Ася, можно я к ней схожу?

— Я тоже пойду. — Ответила ей Алиса. После чего они внезапно взялись за руки и ворвались в толпу.

Похоже, именно тот странный миниатюрный робот стал причиной тому, что перед палаткой мотоклуба скучковалось довольно много первогодок. Алисе с Марикой каким-то образом удалось без особого труда просочиться через эту толпу, и они благополучно вошли в палатку.

— Кохару.

— Марика-сан? И Алиса-сан тоже?

Кохару, которая почему-то следила за работой миниатюры вместе с членами клуба, от неожиданности ответила Марике повышенным тоном.

— Ты им помогаешь, потому что уже вступила в клуб?

— Да, эм... — Смущённо ответила Кохару на вопрос Марики. — Мне нравится возиться со всякими механизмами... Для девушки ведь необычно иметь такое увлечение, да?

— Почему?

— Нет, я так не считаю.

Марика озадаченно склонила голову, а Алиса отрицательно покачала головой в ответ на вопрос Кохару, заданный в застенчивой манере.

— Верно. Кохару, увлекающиеся механизмами школьницы в наши дни не являются редкостью.

После этого дополнения от Марики на лице Кохару появились признаки облегчения.

— Кстати, Кохару, почему вместо робоклуба ты выбрала мотоклуб? Насколько я помню, клубное помещение мотоклуба находится вне школьной территории? — Спросила Алиса, вспомнив то, что услышала в актовом зале 7 числа. Там говорилось, что робоклуб в качестве клубного помещения использует гараж, расположенный по соседству с подготовительным корпусом, а в мотоклубе предпочитают возиться с устаревшими механизмами, поэтому в качестве клубного помещения они арендовали закрывшуюся старую автомастерскую, расположенную за пределами школьной территории.

— ...Потому что мне нравятся мотоциклы. — С ещё более смущённым лицом, чем раньше, ответила Кохару на вопрос Алисы.

— Нравятся...? В смысле, катаешься?

Марика округлила глаза. Похоже, у неё возникли определённые трудности с тем, чтобы представить во многих отношениях хрупкую девушку Кохару, лихо несущуюся по дороге верхом на байке.

Тем не менее, Кохару, находящаяся под любопытными взглядами Марики и Алисы, размашисто кивнула.

— У нашей семьи есть частная трасса, поэтому я езжу на мотоцикле с самого детства. Сначала это был робобайк, но со временем мне стало нравиться водить самой.

— Да, кстати, Тохо Гисан же... — Пробормотала себе под нос Алиса таким тоном, будто что-то осознала.

— Да. Тохо Гисан начинали именно как производитель мотоциклов. Да и сейчас робобайки — один из самых ходовых наших товаров.

Улыбнувшись, Кохару дополнила слова Алисы.

Этой улыбки оказалось достаточно, чтобы убедить Алису с Марикой.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 9

11 апреля

Кабинет класса 1A, сразу после окончания занятий.

— Ты уже определилась с клубом? — Спросил у Алисы сидящий за соседней партой Дзёи.

— Ещё нет. — Ответила она, отведя взгляд от дисплея терминала, на котором она в этот момент проверяла школьные информационные материалы.

— А сам ты, кстати, определился? — Послышался голос сверху.

Подняв голову, они обнаружили там Мэй, которая когда-то успела встать со своего места и подойти к ним.

— Я уже в клубе альпинистов.

— Альпинистов? И как тебе там с твоим тощим телом?

В голосе Мэй не ощущалось беспокойства на безопасность Дзёи. Но и насмешливым её вопрос тоже не казался. Это выглядело так, будто она просто говорит ровно о том, что видит.

— Просто я хочу заниматься скалолазанием. Чем меньше мой вес, тем лучше.

— Скалолазанием? В смысле боулдерингом?

— Не только боулдерингом, а всеми видами свободного скалолазания.

— Хмм...

Мэй не ответила Дзёи ни "тебе это подходит", ни "тебе это не подходит". Но не потому, что она не проявляла к этому интереса, а, похоже, потому, что не в её принципах было придираться к чужим увлечениям.

— А ты, Исори? Определилась уже?

Дзёи задал Мэй встречный вопрос. И прозвучало это так, будто он не просто спрашивает для приличия, а действительно интересуется этим.

— Я вступила в клуб лёгкой атлетики.

Мэй не собиралась это скрывать, поэтому ответила без промедлений и колебаний. За несколько дней их общения Алиса уже успела заметить, что Мэй не нравится манера речи, при которой говорят не прямо, а "ходят вокруг да около". Должно быть, у неё был прямой и незатейливый темперамент. А ещё, хоть это можно назвать стереотипным образом, но её характер казался каким-то мальчишеским.

— Примерно этого я и ожидал. А специализируешься ты на спринте, а не на беге на длинные дистанции... нет, скорее даже на прыжках в длину или в высоту?

— Угадал. Моя специализация — прыжки в высоту.

Алиса пребывала в лёгком недоумении от выбранных этими двоими клубов.

Мэй и Дзёи заняли первые два места по результатам вступительных экзаменов. Но, несмотря на это, они присоединились к клубам, представляющим немагические соревнования.

Слушая их разговор, Алиса почувствовала, как "завидует тому, что они могут заниматься тем, что им нравится, полностью погружаясь в процесс без оглядки на плюсы и минусы". Примерно такое же чувство она испытывала и по отношению к Марике.

◇　◇　◇

Продолжив начатое вчера, Алиса обошла демонстрации разных клубов. Демонстрации проводились и в актовом зале, однако пределы того, что можно было показать с этой тесной сцены, были ограничены. К тому же, нечто вроде практических мероприятий можно было проводить только в естественной для этого вида деятельности среде.

Марика, разумеется, сопровождала Алису. Всё было так же, как и вчера, за исключением того, что сегодня они с самого начала переоделись в спортивные костюмы. Это были самые обычные трикотажные школьные спортивные костюмы с длинными рукавами и длинными штанами.

На вчерашнем практическом мероприятии в охотничьем клубе им пришлось позаимствовать одежду для верховой езды. Сэмпаи из клуба смеялись, рассказывая, что им каждый год приходится готовить сменную одежду для таких случаев, поэтому им было вдвойне неловко, когда они отказывались от вступления в клуб. И именно это послужило причиной их сегодняшнему "превентивному переодеванию".

Но это не означало, что их внешний вид выделялся из толпы. К третьему дню вербовочной недели большинство новичков уже серьёзно задались вопросом, в какой клуб им вступить. И большая часть из них считала необходимым попробовать поучаствовать в "практических мероприятиях" спортивных клубов. И эта самая большая часть новичков была одета точно так же, как и Алиса с Марикой — в одежду, которая не стесняет движения.

Первым делом эти двое отправились к спортплощадкам. Вероятно, на это решение повлиял услышанный Алисой в классе разговор между Мэй и Дзёи. До вчерашнего дня Алиса была сосредоточена лишь на клубах магических видов спорта, а сегодня решила взглянуть и на клубы немагических состязаний.

Кроме того, она перестала избегать не подходящих под её характер соревнований с мячом и различных групповых соревнований, в которых нужно бороться за победу. Вероятно, потому, что она предполагала, что могут возникнуть ситуации, противоположные вчерашнему клубу СС-борд-биатлона — когда само соревнование заключается в борьбе с другими участниками, но атмосфера в клубе при этом гармоничная.

На спортплощадке только что началась демонстрация клуба лякросса. Но занимали они при этом только половину площадки. На другой половине расположился клуб легбола*.

[Ага, там прямо так и написано — レッグボール (LegBall). Это тот самый "футбол"(в переводе руры), в который играли Тацуя, Лео и Микихико в 1 главе 3 тома махорки.]

Клуб лякросса представляли только девушки. И начали они свою демонстрацию с показа мод. Увидев это, Марика даже подумала: "чего?".

Далее они перешли к постановочному матчу, демонстрирующему, как вообще играют в эту игру. Играли они хоть и постановочно, но довольно убедительно, поэтому во время игры то и дело слышались восхищённые возгласы первогодок. А вот Алиса лишь тихо пробормотала себе под нос:

— Разве в женском лякроссе не запрещена контактная игра...?

В результате эти двое ушли отсюда, так и не досмотрев до конца.

Следующим местом, в которое забрели Алиса с Марикой, был теннисный корт.

— Ася, ну что? — Спросила у Алисы Марика, пока они наблюдали за демонстрационным матчем, последовавшим за коротким акробатическим представлением.

— Хмм... Не знаю... Но пока возьму на заметку, наверное.

Как и сказала держащая микрофон третьегодка, в теннисном клубе царила непринуждённая атмосфера. Похоже, это была своего рода традиция этого клуба. Алиса была только рада тому, что за победой тут никто не рвётся, но и практика здесь была скорее просто формальностью, а такого ей не хотелось.

Алиса хотела вполне серьёзно заниматься спортом. Честно говоря, ей не хотелось вступать в клуб, в котором не имеют ничего против "призрачных членов", и в котором всем безразличен твой энтузиазм.

Демонстрационный матч завершился, и первогодок пригласили попрактиковаться.

Алиса покинула теннисный корт, не подняв руку.

На обратном пути с теннисного корта в сторону остальных спортплощадок (там как раз скоро начиналась демонстрация другого клуба) Алису с Марикой окликнула некая второгодка. Как они узнали, что она именно второгодка? Всё просто — она сразу же представилась.

Эта сэмпай оказалась главой клуба краудбола*. И звали её Хаттори Хацунэ.

[У руры это называлось "отражение множества мячей". В оригинале — クラウド・ボール(CrowdBall). "Клуб отражения множества мячей" звучит как-то глупо, поэтому взял вариант с транслитерацией (по аналогии с любым видом спорта, заканчивающимся на *бол).]

— У нас в клубе сейчас только второгодки.

У Алисы с Марикой на лицах будто был написан немой вопрос: "второгодка и уже глава клуба?". Хацунэ это заметила, и объяснила текущую ситуацию в клубе, прежде чем они успели это спросить.

— Если вы ещё не решили, в какой клуб вступить, то не могли бы вы уделить мне немного времени? — С приятной улыбкой на лице спросила Хацунэ. Её просьба прозвучала ни навязчиво, ни раболепно. Наоборот, возникло такое ощущение, что и её отношение, и тон голоса, и выражение лица были идеально сбалансированы.

Будто увлечённая этой улыбкой, Алиса кивнула ей в ответ.

Хацунэ привела Алису с Марикой не в палатку клуба краудбола, а в кафетерий, расположенный рядом со школьной столовой.

— В отличие от переполненных суетой спортплощадок, кафетерий пустует на этой неделе. — Пояснила Хацунэ, прочитав озадаченность на лице Алисы. Как и в прошлом случае, она предвидела вопрос и сразу ответила на него. Однако Алиса хоть и подумала про неё, что она "довольно проницательная сэмпай", но чувства настороженности у неё при этом почему-то не возникло.

Похоже, Хацунэ создавала вокруг себя атмосферу, "успокаивающую" бдительность окружающих. Но не в том смысле, что она казалась "ни на что не влияющей", а в том смысле, что она "будто сливалась с окружением". Поэтому от неё не возникало такого чувства, что она намеревается сделать что-либо агрессивное.

— Заказывайте что хотите. Я угощаю.

— Э-э, но...

— Да ладно вам. Я не попрошу ничего взамен. Честное сэмпайское. Ну, что?

Оказалось, что и напористой она тоже может быть. Если подбирать слова, чтобы описать Хацунэ одной короткой фразой, то "она умеет хорошо держать темп" — это как раз про неё.

В итоге Алиса с Марикой согласились взять напитки за счёт Хацунэ. Алиса взяла чёрный чай, Марика — обычный кофе, а Хацунэ — латте. Они поставили свои чашки на столик и сели вокруг него.

— Э-эм... Вы ведь Дзюмондзи-сан и Тооками-сан, верно?

— Дзюмондзи Алиса.

— Тооками Марика.

Алиса с Марикой не стали спрашивать, откуда она их знает. С момента своего поступления, они уже неоднократно сталкивались со случаями утечки персональных данных новичков, поэтому они уже смирились с этим.

— Независимо от того, присоединитесь к клубу или нет, скажу ещё раз: рада знакомству.

Хацунэ протянула Алисе правую руку.

— ...Ага.

Алиса на секунду замешкалась, будучи сбитой с толку, но в итоге протянула руку в ответ.

— Тооками-сан, и с тобой тоже.

— Ага, взаимно.

Марика пожала руку Хацунэ.

В следующий момент брови Марики едва заметно шевельнулись. Рука Хацунэ оказалась очень нежной — мягкими были даже те места ладони, к которым прикладывается давление при хватании.

— Итак. Что вы двое знаете о краудболе? Предположу, что вы не знаете ничего, кроме того, что этот вид спорта не особо популярен?

Услышав этот довольно самоуничижительный вопрос Хацунэ, Алиса с Марикой переглянулись.

— ...Раньше эта дисциплина была включена в Турнир Девяти Школ, верно? Насколько я знаю, это похожая на теннис игра с мячом, проводимая внутри прозрачного корта-коробки, и в игре может использоваться до девяти мячей.

На вопрос Хацунэ ответила Алиса.

— Ну, раз вы так много знаете, значит, разговор будет короткий.

Хацунэ широко улыбнулась.

— Как и сказала Дзюмондзи-сан, четыре года назад краудбол ещё была включён в Турнир Девяти Школ, поэтому и членов в клубе было предостаточно. Но три года назад краудбол был исключён из списка дисциплин Турнира, и не вернулся в этот список с возобновлением Турнира в прошлом году, поэтому количество новых членов продолжает сокращаться. Сейчас у нас всего четыре второгодки, а количество новичков равно нулю. В данный момент клуб краудбола пребывает в настолько плачевном состоянии, что в любое время рискует быть упразднён.

— ...Кроме Турнира Девяти Школ существуют и другие турниры с магическими дисциплинами. Поэтому уменьшение количества членов клуба мне кажется странным... если, конечно, не было какого-то громкого скандала.

Марика поставила под сомнение сказанное Хацунэ.

— Никаких скандалов не было. Причина проста: неудобство.

— Неудобство...? В каком смысле? — Озадаченно спросила Алиса.

— Корт для краудбола немного специфический, поэтому раньше мы арендовали соответствующее помещение вне школы. В те времена, когда мы были в благоприятном положении, принося пользу за счёт участия в Турнире Девяти Школ, у нас было много членов, поэтому школа предоставляла нам микроавтобус. Но теперь такого благоприятного положения больше нет, и количество членов стало сокращаться, поэтому и школа перестала оказывать такую щедрую поддержку. Поэтому теперь мы должны самостоятельно обеспечивать себя средством передвижения. И хотя мотоклуб посодействовал нам, и теперь у нас для этого есть электросамокаты, но так всё равно неудобно, верно?

Это был слишком неудобный вопрос, чтобы ответить на него "да", но и отрицание в данном случае можно расценить как неприкрытую дерзость. Поэтому Марика для начала решила ответить "вот оно что", а Алиса просто молча кивнула, соглашаясь с ней.

— Из-за этого неудобства количество членов клуба сократилось ещё сильнее. Что, в свою очередь, повлекло за собой сокращение количества арендуемых кортов, что ещё дальше усилило неудобство. И результатом этого порочного круга стало текущее количество членов.

— Вот, значит, как всё было.

Ранее сомневавшаяся Марика теперь выразила своё понимание ситуации в клубе.

— Из-за такой ситуации во внешних соревнованиях уже особо не поучаствуешь, но вот с практикой проблем нет. В краудболе важно, чтобы ни один мяч не приземлился на твою половину корта, поэтому на тренировках упор делается не на шлифовке умений взаимодействия с противником, а на оттачивании собственных техник и закалке магической силы. В этом виде спорта больше значения придаётся самодисциплине, чем стремлению к победе.

— Вот оно как. Не знала.

Во время этого объяснения в голове у Алисы зародился интерес к краудболу.

— Дзюмондзи-сан, ты ведь заметила эту атмосферу безразличия в теннисном клубе?

Хацунэ будто заглянула Алисе прямо в голову.

— Как ты об этом...? — Растерянно спросила Алиса, не сумев скрыть своё смятение.

— Мне пришло это на ум после того, как я взглянула на твоё лицо, Дзюмондзи-сан.

— Ты наблюдала за Асей ещё до того, как окликнула нас? — Слегка колким тоном спросила Марика вместо замешкавшейся с ответом Алисы.

— Асей? Это ты про Дзюмондзи-сан? "Ася" — это от... "Алиса"? Понятненько.

— Хаттори-сэмпай? — Сузив глаза, спросила у Хацунэ Марика, почуяв, что та пытается увильнуть от ответа.

— Наблюдала ли я за Дзюмондзи-сан ещё до того, как заговорила с вами?

Хацунэ будто вложила в свой вопрос дополнительный смысл: "Не нужно так суетиться".

— Да, наблюдала. Ведь Дзюмондзи-сан настолько бросается в глаза.

После такого ответа Марике оставалось только "сложить оружие". Алиса действительно очень сильно выделялась — это был бесспорный объективный факт.

У неё были редкие для Японии светлые русые волосы и зелёные глаза. Но это ещё не всё. Даже если волосы и глаза Алисы заменить на чёрные, она всё равно будет выделяться своей красотой среди большинства учениц.

— Я некоторое время не могла отвести глаз от Дзюмондзи-сан, а потом я, наконец, пришла в себя и вспомнила данные Дзюмондзи-сан. Ах, да, сбор данных о ценных новичках — обязанность главы клуба.

Хацунэ даже не пыталась это скрыть, и Марика лишь вздохнула в ответ. Отношение к утечкам персональных данных уже приближалось к состоянию "абсолютного смирения".

— Такие вот дела... Дзюмондзи-сан, не хочешь разок взглянуть на нашу практику? Занимаемся мы вот тут.

Хацунэ положила на стол карточку размером с визитку. На её лицевой стороне было напечатано название организации, предоставляющей корты, а также FQRC (Fine QR Code — QR-код высокого разрешения).

— Завтра — воскресенье, но практику мы всё равно проводим. Я уверена, тебе обязательно понравится. Ах, да, если ты всё-таки придёшь, то не обязательно быть в школьной форме.

Сказав это, Хацунэ встала.

Почувствовав, что её понимают лучше, чем она сама себя, Алиса не стала ни спорить, ни спрашивать что-либо.

◇　◇　◇

— Сегодня тоже не нашлось ни одного подходящего клуба. — Разочарованным тоном заговорила с Алисой Марика по пути домой в электрокабинке.

— Пойти что ли завтра сходить туда...

Ответ Алисы вышел за пределы ожиданий Марики.

— ...Ты имеешь в виду клуб краудбола?

— Угу. У меня возникло ощущение, что слова Хаттори-сэмпай не были совсем уж неуместными.

— Тогда я тоже пойду!

Марика без раздумий потребовала пойти вместе.

— Я пойду с тобой.

И ещё до того, как Алиса попыталась скромно возразить, Марика перевела свою просьбу в категоричное утверждение.

— ...Спасибо. Мне будет спокойнее, если ты тоже пойдёшь.

Однако вместо того, чтобы неохотно принять заявление Марики о походе вместе, Алиса приняла его с радостью.

— Угу, положись на меня!

Лучезарно улыбнувшись, Марика хлопнула себя по груди.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 10 (Часть 1)

12 апреля

Воскресенье, 8 часов утра. В квартире Марики раздался звонок домофона.

— Да-а-а. — Прокричала Марика, подбегая к монитору.

— Доброе утро, Мина.

Ранним утренним гостем оказалась Алиса.

Марика без промедлений нажала кнопку открытия двери.

— Доброе. Я открыла, поднимайся.

— Извиняюсь за вторжение.

Произнеся стандартные слова вежливости, Алиса вышла из поля зрения камеры.

Уже готовая к выходу из дома Марика стала готовиться к чаепитию с Алисой.

— Привет, заходи.

Алиса была сбита с толку этим приглашением Марики зайти к ней домой.

— Но ты, вроде, уже готова выходить...?

Причиной её растерянности было то, что Марика выглядела уже готовой выходить.

— У нас ведь ещё есть время попить чайку? Давай?

В итоге Алиса поддалась на уговоры Марики и зашла к ней домой.

Сев за обеденный стол, она в слегка обеспокоенной манере посмотрела на готовящую чай Марику, стоящую в данный момент к ней спиной. Будто почувствовав этот взгляд, Марика обернулась. Точнее, у неё в руках был поднос с двумя чашками, что означало, что чай уже готов.

— Вот, прошу.

В обеих принесённых Марикой чашках был обычный, ничем не разбавленный чёрный чай. Однако чашка Алисы была заполнена примерно на 2/3, а чашка Марики — наполовину.

На подносе также присутствовала сахарница и пакетик ультрапастеризованного молока, предназначенный для хранения при комнатной температуре.

— Будешь? — Открыв пакетик с молоком, спросила Марика.

— Нет, я так. — Сказала Алиса, после чего сделала глоток чая.

Марика вылила молоко в свою чашку.

Немного подумав, Алиса добавила в свою чашку пол-ложки сахара.

После этого Алиса с Марикой одновременно поднесли свои чашки ко рту.

Алису вкус, похоже, устроил, так как она больше не потянулась за возвращённой на стол чайной ложкой.

А вот Марика слегка нахмурилась и на этот раз взяла в руки сахарницу.

— Кстати, Ася. — Заговорила она с Алисой, помешивая ложкой свой чай с молоком после добавления в него сахара.

— Чего? — Остановив в воздухе руку с чашкой, спросила Алиса, переведя взгляд на Марику.

— Почему ты в школьной форме?

— Э, ну, это...

Алиса отвела взгляд от Марики.

Она хоть и взяла с собой сумку со сменной одеждой, но, как и сказала Марика, была одета в свою обычную школьную форму.

— Вчера глава-сан ведь сказала, что не обязательно приходить в школьной форме?

Марика озадаченно склонила голову.

На Марике была футболка с длинными рукавами, короткие штаны и гольфы. В таком виде вполне можно было полноценно заниматься спортом.

— Ну, я, это... — Всё ещё отведя взгляд, промямлила Алиса.

— Может, ты считаешь грубостью приходить в обычной одежде или что-то типа того?

— Я не считаю это грубостью.

Алиса посмотрела Марике в глаза, но тут же потупила взгляд.

— Скажем так: я не знаю, какая именно одежда в данном случае выглядела бы "обычной"... поэтому решила, что раз это связано со школой, то школьная форма — самый безопасный выбор...

Услышав эту исповедь Алисы, Марика не удержалась и разразилась смехом.

— Чего смешного?

— Прости, прости.

Кое-как уняв приступ смеха, Марика извинилась перед надувшейся и смотрящей в сторону Алисой.

— Ну ведь... хоть это и не свидание, но я всё равно переживаю о таких вещах.

— А по-моему, ты просто слишком застенчива.

— Не говори так. И вообще, чай остывает.

Марика продолжала смеяться, но уже беззвучно. Алиса же начала допивать свой чай, всё также демонстративно отвернувшись в сторону.

Чашка Алисы быстро опустела, и вскоре они вышли из квартиры — Марика навеселе, а Алиса с надутым лицом.

◇　◇　◇

Как и ожидалось, к моменту их выхода из электрокабинки на ближайшей к школе станции, настроение Алисы уже вернулось в норму.

А у Марики, наоборот, был усталый вид. Кто знает, что произошло за время их поездки в этой двухместной кабинке...

Ну, по крайней мере, на лице Марики была не только усталость, но и облегчение, так что, похоже, всё разрешилось мирным путём.

— Нам, похоже, вон туда?

— Вроде, идти надо в противоположную школе сторону, так что ты права. Но лучше свериться с картой.

Спросившая Марика и ответившая ей Алиса говорили уже совершенно обычным дружеским тоном.

— Угу, значит, идём туда. Э, чего...?

Проверявшая пункт назначения на информационном терминале Алиса нахмурилась.

— Что такое?

— Он мне показывает, что расчётное время прибытия — 15 минут.

— Но ведь на сайте было написано "10 минут ходьбы от станции"?

Путеводитель на вебсайте отображал информацию на основе среднестатистических данных и нормативных актов, а встроенный в информационный терминал путеводитель отображал эту информацию в соответствии с собираемыми персональными данными пользователя. Это означало, что по нормативным документам, входящим в так называемые "правила честной конкуренции в отношении демонстрации недвижимости, утверждённые Японской комиссией по справедливой торговле", "среднестатистическая взрослая здоровая женщина" пройдёт этот путь за 10 минут, а вот Алисе на это потребуется уже 15 минут.

— ...Я не собираюсь идти настолько медленно. — Недовольным тоном пробормотала Алиса.

— Ух. От школы до станции мы как раз идём около 10 минут, значит, это место ещё дальше?

Марика озвучила свои впечатления настолько изнурённым тоном, что это было похоже на нытьё.

— Значит, от школы туда идти около 30 минут? Тогда и правда нужны средства передвижения. — Пробормотала Алиса, после чего, взяв себя в руки, обратилась к Марике: — Ну, что, идём?

Путь к зданию, используемому клубом краудбола для практики, оказался довольно запутанным. Например, часть пути пролегала через дорогу, проложенную неестественными причудливыми зигзагами (это было сделано ради защиты пешеходов путём принудительного снижения скорости движения транспортных средств). И дорога там была настолько узкой, что не только крупным автобусам, а даже микроавтобусам приходится объезжать этот участок окольными путями. "Так вот почему электросамокаты..." — подумали эти двое, увидев эту дорогу.

— А, добро пожаловать! Вы всё-таки пришли!

Когда они вошли на участок, обозначенный как "арендовано клубом краудбола Первой школы при национальном университете магии", их поприветствовала глава клуба Хацунэ — сначала удивлённым, а потом радостным голосом.

— Извините за вторжение.

— Я просто с ней за компанию, но можно мне тоже посмотреть?

Продолжившая вслед за Алисой Марика дала ясно понять, что не является кандидатом на вступление.

— Конечно. Просто зрителям мы тоже рады.

— Ну не то, что бы я просто зритель...

Марика занервничала, когда её назвали зрителем*.

[В оригинале там используется слово, обозначающее человека, заходящего в магазин "просто посмотреть".]

— Да шучу я, шучу. — Хихикнув, сказала Хацунэ, увидев растерянность Марики. Судя по лицу Хацунэ, она не поддразнивала Марику, а с самого начала пыталась в шуточной манере устранить её чувство вины.

— Садитесь вот сюда. У нас как раз сейчас начинается тренировочный матч, так что я объясню правила, пока мы будем его смотреть.

— Да, пожалуйста.

Выражая согласие, Алиса слегка поклонилась.

— Тогда пусть Ася садится ближе к главе-сан?

— Ага, так и сделаем.

Последовав совету Марики, Алиса села рядом с Хацунэ. Марика села рядом с Алисой. В итоге они расположились на трёхместной скамейке с Алисой посередине.

Как и сказала Хацунэ, вскоре начался матч. На корте, окружённом прозрачными стенами и потолком, напротив друг друга стояли два игрока, разделённые сеткой. У обоих в руках были теннисные ракетки (или нечто, напоминающее их).

Из-за спины правого игрока на левую сторону выстрелил довольно медленный мяч.

— Так происходит подача в краудболе. В отличие от тенниса, она выполняется не игроками. Скорость подачи фиксированная и не меняется до самого конца. Так что это буквально можно назвать "одолжением*".

[В оригинальном тексте автор использует для этих терминов английские слова. А на английском теннисную подачу называют "serve". В данном случае имеется в виду, что это созвучно со словом "service", что в данном случае означает "услужение, одолжение".]

Левый игрок отбил эту подачу, нацелив мяч в потолок. Отскочив от потолка, мяч полетел на правую половину корта.

Однако мяч так и не коснулся пола — он был плавно отбит примерно на высоте талии.

Обратно мяч полетел по высокой дуге — это была техника, которую в теннисе называют "свеча".

Левый игрок отбил мяч обычным сильным смэшем без магии.

Правый игрок отбил мяч в направлении себе за спину. Отскочив от задней стенки, мяч снова по высокой дуге полетел на левую половину корта.

Тем временем, на этот раз уже из подающего механизма на левой половине вылетел ещё один мяч. Правый игрок со всей силы ударил по нему.

Отбитый мяч и отскочивший от задней стенки мяч пересекли сетку примерно одновременно.

— Вот оно что. — Пробубнила себе под нос Марика.

Тем не менее, громкости её бормотания было достаточно, чтобы и Алиса, и Хацунэ её услышали.

— Всего с интервалом 20 секунд подаётся 9 мячей. Использование этого момента — стандартная "дебютная" тактика.

— Он в уме отсчитал 20 секунд?

Хацунэ покачала головой в ответ на вопрос Алисы.

— Не то, что бы прямо считал. Когда привыкнешь, сможешь интуитивно предугадывать момент, когда вылетит следующий мяч.

Прямо во время их разговора количество мячей постепенно увеличивалось.

— Теперь они всё чаще отбивают магией.

На этот раз после замечания Алисы Хацунэ кивнула.

— С увеличением количества мячей одной лишь ракеткой их отбить никак не успеешь.

— Но и полагаться только на магию не получится, верно?

— Да, потому что каким бы быстрым ни был CAD с полным мысленным управлением, на таких близких расстояниях будет быстрее двигаться самому.

— Ага, понимаю. — Выразила своё согласие Марика, сидящая по другую сторону от Алисы.

— Бывают такие моменты, когда твоё тело движется быстрее, чем ты об этом подумаешь.

— А магия не активируется, пока не подумаешь о ней.

Алиса согласно кивнула.

— Поэтому у игроков есть ракетки. Три года назад правила изменились, и отбивать все мячи одной лишь магией стало очень сложно.

— А что именно было добавлено в правила?

Алиса явно проявила большой интерес. Что было вполне естественно, ведь с учётом её магических особенностей, для неё это был довольно важный фактор, напрямую влияющий, как следует играть в данную конкретную игру.

Хацунэ, в свою очередь, была впечатлена такой проницательностью.

— Дзюмондзи-сан. Всё-таки, ты великолепна. У тебя хорошее чутьё.

— Эм, спасибо?

Не понимая, за что её похвалили, Алиса ответила вопросительным тоном.

— В правила были добавлены ограничения на размеры щитов.

Это была своего рода грубая реакция, но Хацунэ это ничуть не смутило.

— Был добавлен регламент на случай, если игрок защищает свою половину корта магическим щитом. В этом случае максимальная размерность щита, то есть его вертикальный, горизонтальный и диагональный размер не должен превышать третью часть от ширины корта. В одиночном разряде ширина корта составляет 6 метров, поэтому максимальная размерность щитов — 2 метра. А в парном разряде корт имеет ширину уже 9 метров, соответственно и щиты ограничены 3 метрами. Это правило является довольно строгим, и его нарушение влечёт за собой немедленную дисквалификацию.

— Действительно, если не ввести подобное ограничение, то игры не получится.

Алиса легко согласилась с этим правилом. Точнее, даже наоборот, она была в недоумении, почему это правило не ввели ещё раньше.

— ...Вот только когда у меня дойдёт дело до реальных матчей, играть без нарушения этого правила будет довольно трудно.

— Почему? — Не поняв опасения Алисы, спросила Марика.

— Ну щиты ведь обычно делаешь, не задавая конкретных размеров в метрах, а так, чтобы они закрывали какую-то область, определяемую на глаз. Например, если на мою половину одновременно залетает 2 мяча на расстоянии 2-3 метра друг от друга, обычной моей реакцией будет создать один щит размером более трёх метров, а не два маленьких щита.

— А, понятно.

— К тому же, измеряется ведь непосредственно размер самой поверхности щита, верно?

Этот вопрос был адресован Хацунэ.

— А ты довольно проницательна.

Хацунэ выглядела ещё более впечатлённой, чем в прошлый раз.

— Э, что ты имеешь в виду?

Марика не смогла понять смысл вопроса Алисы.

— Я специализируюсь на магических щитах не плоской, а сферической формы.

— Ах, вот ты о чём...

Этого объяснения хватило, чтобы до Марики дошло.

— Да. Если ширина сферического щита будет ровно 2 метра, то измерение длины его поверхности покажет размер более двух метров. Я не говорю, что совсем не могу использовать плоские щиты, просто для этого потребуется повозиться с настройками последовательностей активации в CAD.

— Короче, магические щиты бывают разных видов. — С оттенком восхищения в голосе пробормотала Марика.

Алиса отреагировала на это изумлением на лице.

— ...Ты говоришь, будто тебя это не касается, но разве твоя собственная специализация — не магические щиты?

— Ну, так-то оно так. Просто я...

Марика натянуто улыбнулась.

Она не любила затрагивать эту тему, поэтому Алиса не стала давить на неё дальше.

— И всё-таки, у игроков, похоже, совершенно нет времени на отдых.

Хацунэ согласно кивнула в ответ на эти меняющие тему разговора слова Алисы.

— В этом, пожалуй, самая большая разница между краудболом и прочими подобными играми вроде тенниса и ракетбола. В краудболе нет такого понятия как "аут", поэтому игра ведётся без остановок.

— А продолжительность одного сета, вроде, три минуты?

— Да. Игра ведётся без остановок, поэтому если бы не было магии, то игроку приходилось бы непрерывно совершать рывки в течение трёх минут. Такова главная причина, почему краудбол — это именно магическое соревнование.

— Но играть три минуты без перерывов, наверное, тяжело даже с магией...

Марика снова подключилась к разговору между Алисой и Хацунэ.

— Да, верно. А после того изменения правил выносливость стала ещё более важным фактором. — С едва заметной горькой улыбкой ответила Хацунэ. — Вероятно, это и есть причина снижения его популярности.

В этих словах проглядывались опасения по поводу дальнейшего сокращения членов клуба.

И будто сигнализируя об этом "трауре" Хацунэ, поверхность корта внезапно потемнела. Только после этого Алиса с Марикой заметили, что корт выполнен из люминесцентных панелей.

— Потемнение корта — это сигнал об окончании сета. В краудбол играют на множестве кортов, расположенных вплотную друг к другу, поэтому легко пропустить "свой" звуковой сигнал.

— Но это ведь не единственная причина? Там ведь наверняка ещё встроены датчики, считающие количество отскоков мячей?

— Правильно. Поверхность мячей покрыта специальным токопроводящим волокном. Прикосновение мяча можно обнаружить, фиксируя изменение электрического сопротивления слегка наэлектризованной поверхности корта. — Кивнув, объяснила Хацунэ после замечания Марики.

— Но тогда ведь будет учитываться даже попадание капель пота?

Однако Марика пошла дальше в своих размышлениях.

— Компьютер умеет различать подобное.

— Ахаха, и то верно.

Марика снова натянуто улыбнулась. Хацунэ широко улыбнулась ей в ответ, и прямо с этой улыбкой на лице перевела взгляд на Алису.

— Ну, что, Дзюмондзи-сан? Попробуешь сыграть?

— Э?

С мыслью о том, что матч ведь состоит из трёх сетов, она посмотрела на корт, и увидела, что игравшие там второгодки в данный момент с помощью магии убирают рассыпанные по корту мячи.

— Ты ведь не просто посмотреть пришла? Инвентарь и обувь можешь использовать клубные. Если хочешь, можем дать и одежду.

— Нет, сменную одежду я принесла свою.

— Ясно, подготовилась, значит. Пойдём, покажу где раздевалка.

Алисе так и не дали возможности отказаться, и в итоге ей пришлось принять участие в тренировочном матче.

— А такой CAD можно использовать? — Спросила у Хацунэ вышедшая на корт с ракеткой в руке Алиса, указав глазами на своё левое запястье.

— На самом деле всё это чётко регламентировано, но это не официальный матч, так что ничего страшного.

Хацунэ стояла на противоположной стороне корта. Она решила лично стать оппонентом Алисы в этом тренировочном матче.

— Ладно, Дзюмондзи-сан, сначала ты будешь на принимающей стороне.

В краудболе сторона, которая принимает первый мяч, считается имеющей преимущество. Именно этот факт учитывала Хацунэ, предлагая это.

— Да, хорошо.

Вспомнив только что увиденный тренировочный матч, Алиса расслабила поясницу и встала в выжидающую стойку в центре своей половины корта.

— Ася, постарайся! — Раздался подбадривающий выкрик Марики.

Мгновение спустя из подающего механизма на сравнительно небольшой скорости вылетел мяч.

Опыта в теннисе у Алисы не было, а вот ракетбол она использовала для укрепления физической силы после переезда в Токио. Ракетка краудбола была ближе к теннисной, чем к ракетбольной, но для Алисы разница была в пределах её возможностей подстроить свои чувства. Она ударила по прилетевшему мячу смело и без колебаний.

— О-о-о... — Послышались восхищённые возгласы, причём не только от Марики.

Даже когда количество мячей увеличилось до трёх, розыгрыш продолжался с текущим счётом 0-0. Алиса настолько хорошо справлялась с краудболом, что и не подумаешь, что играет она в него впервые в жизни.

Однако сразу после того, как количество мячей увеличилось до четырёх, половина корта Алисы засветилась ярко-красным цветом. В то время как панели на стороне Хацунэ потемнели.

— Ой, что это...? — Остановившись, спросила у Хацунэ Алиса.

— К сожалению, Дзюмондзи-сан, ты проиграла из-за нарушения правил.

— Э-э?

— Too big shield. Ты получила фол по превышению размеров щита.

Только после этого объяснения Алиса сообразила, что произошло.

— ИИ автоматически принимает решения не только по размерам щитов, но и по другим связанным с магией фолам. Для этого используются самые современные датчики.

Одним из правил краудбола является запрет на прямое вмешательство в траекторию мяча. Без ИИ, напрямую подключённого к датчикам, действительно было бы невозможно отслеживать подобные нарушения в соревновании, в котором одновременно используется до 9 мячей.

— У ИИ плохая гибкость суждения. Раз этот матч предназначен просто для того, чтобы ты попробовала игру на личном опыте, то давай я выключу ИИ.

— Нет, давай продолжим как было.

Алиса отклонила предложение Хацунэ.

Хацунэ была явно удивлена этой непреклонной волей Алисы, совершенно не вяжущейся с её внешностью. Тем не менее, выражение лица Хацунэ быстро поменялось на счастливую улыбку.

— Хорошо. Тогда давай начнём игру снова при тех же условиях.

Хацунэ с помощью магии оттеснила рассыпанные по полу мячи в дальний угол своей половины корта. Алиса последовала её примеру.

После чего откуда-то выехала маленькая машина, чем-то напоминающая "робот-пылесос", и собрала все мячи.

Алиса и Хацунэ заняли позиции, и игра снова началась с Алисой в роли принимающей.

Пробный матч Алисы против Хацунэ был перезапущен уже в пятый раз.

До этого момента все розыгрыши заканчивались поражением Алисы из-за нарушения правил. И все они были из-за превышения размеров щита.

"На этот раз надо постараться не сфолить..."

Алиса была переполнена твёрдой решимостью доиграть эту игру до конца.

И самым надёжным способом достичь этого было перестать использовать магию щитов. Но при этом Алиса понимала, что так нормальной игры не получится.

Алиса решила применять магию щитов только для отражения одного мяча одновременно. А для остальных мячей — которые не успеет покрыть щитами — она решила применять метод прямой инверсии вектора и банальное отбивание ракеткой.

И, разумеется, с такой тактикой она стала пропускать мячи. Очки Хацунэ неуклонно увеличивались.

"...Почему я настолько стараюсь...?"

Такая мысль пришла Алисе в голову во время усердного рывка за очередным мячом.

У неё не было стремления к победе. Отсутствие желания побеждать ничуть не изменилось с момента начала игры.

"...Мне просто досадно."

Не понимая, что именно вызывает досаду, Алиса гналась за мячом, размышляя об этом.

Один за другим сетку пересекли семь мячей.

Два из них Алиса отбила магическими щитами, один — методом векторной инверсии, и ещё один отбила ракеткой. А вот три оставшихся благополучно приземлились на её половине корта.

Хацунэ заработала ещё три очка, после чего свет на поверхности корта погас.

В пятой игре Алиса впервые смогла продолжать матч в течение трёх минут.

Счёт был 7-25. Это было более чем троекратное превосходство, что вполне можно считать полным разгромом.

Алисе было досадно. Но это было не сожаление о проигрыше. Алиса не знала, что именно её расстроило, но интуитивно понимала, что причиной был не проигрыш.

— Ты меня удивила. Это была хорошая игра. И не подумаешь даже, что ты играла впервые.

Хацунэ протянула над сеткой правую руку.

— Спасибо, за, похвалу. — Ответила запыхавшаяся Алиса, пожав Хацунэ руку.

К вышедшей из корта-коробки Алисе подошла Марика с полотенцем в руке.

— Ася, хорошо потрудилась.

— Угу, спасибо.

Вытирая пот с лица полотенцем, Алиса села на скамейку. Точнее не просто села, а грубо и шумно плюхнулась, что обычно за Алисой не наблюдалось. Этого было достаточно, чтобы понять, что она реально вымоталась.

— В последнем розыгрыше ты, вроде, уже окончательно освоилась с игрой, да?

Это была не лесть и не утешение, а просто оценка Марикой увиденного. Тем не менее, Алиса отрицательно покачала головой.

— Наоборот. Насколько я могу об этом судить, я отставала по всем параметрам.

— Это дело привычки, так что ничего не поделаешь. — Ответила вышедшая с корта Хацунэ. — Возможно, это было немного по-детски, играть так против неопытной Дзюмондзи-сан. Члены клуба меня уже отругали за это.

Похоже, она слегка задержалась с возвращением на скамейку из-за того, что ей пришлось выслушивать упрёки других членов клуба. Скорее всего, ей сказали что-то вроде "о чём ты думала, громя почти всухую кандидатку на вступление?".

— Нет, я так не считаю. Глава-сан явно играла не на полном серьёзе.

Фраза Алисы была не вопросом, а утверждением. Тон голоса тоже был не сомнительным, а уверенным.

— А-ага. Это, ну...

Услышав ответ Хацунэ, сделавшей неловкое выражение лица, Алиса поняла одну из причин своего сожаления.

— Прошу прощения. Я сильно вспотела, мне бы переодеться.

Услышав просьбу Алисы, Хацунэ моментально изменилась в лице.

— Да, точно. Хочешь воспользоваться душем?

В голосе и выражении лица Хацунэ перемешались облегчение и отчаяние.

Облегчение от того, что Алиса не обиделась.

А отчаяние от предположения, что Алиса уже собирается уйти.

— Не откажусь.

— Окей. Я провожу. Идём.

Но вопреки предположению Хацунэ, после принятия душа и переодевания обратно в школьную форму, Алиса продолжила наблюдать за практикой клуба краудбола аж до полудня.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 10 (Часть 2)

◇　◇　◇

Чуть позже полудня.

Расставшись с Хацунэ, Алиса с Марикой пообедали в кафе у станции, после чего отправились домой в электрокабинке.

— Ася, ну как тебе клуб краудбола?

Прямо во время поездки в двухместной электрокабинке Марика спросила у Алисы её впечатления.

— Мне было досадно.

Тон голоса Алисы был абсолютно равнодушным, и на слух не казался даже хотя бы немного досадным.

— Э?

Настолько, что Марика даже подумала, что ослышалась.

— Я уверена, что меня посетило чувство досады, но что конкретно меня разочаровало, я и сама понять не могу. Думаю, частично это было из-за того, что я не смогла заставить главу отнестись ко мне серьёзно.

— Разве не просто из-за проигрыша?

Предположение Марики было вполне разумным.

— Думаю, нет.

Однако Алиса ответила отрицанием. Причём не каким-то расплывчатым тоном, а вполне даже уверенным.

— Понятно. А что именно является причиной, тебе не ясно, верно?

— Да.

— Но и оставлять это невыясненным ты тоже не собираешься?

— Угу, не собираюсь.

— Тогда...

— Я вступлю в клуб краудбола.

Не успела Марика договорить вопрос "тогда что будешь делать?", как Алиса дала на него ответ.

— Хмм...

Хоть Марика и ожидала именного такого развития событий, но не удивиться она не смогла. Независимо от реальных причин, присоединяться к клубу из-за чувства досады — это совершенно не было похоже на Алису. ...По крайней мере, с тем складом ума Алисы, который знала Марика.

"Всё-таки, теперь всё уже не так как раньше..."

Марика считала это само собой разумеющимся, но всё равно испытывала чувства грусти и одиночества. Единственное, что совсем не изменилось, это то, что они ещё не повзрослели. Поэтому изменения — это естественно, и если бы совсем не было никаких изменений, то это, наоборот, было бы тревожным признаком.

Марике было грустно не от того, что Алиса изменилась, а от того, что они не были вместе в то время, когда она менялась.

◇　◇　◇

Перед тем, как начать посещение клуба, Алисе нужно было подтвердить ещё кое-что, помимо своих собственных чувств.

После ужина Алиса сначала вернулась в свою "пристройку", а потом, получив от домработницы сообщение, что Кацуто вернулся домой, направилась в главный дом. У входа в который та самая домработница сообщила ей, что Кацуто ждёт её в своём кабинете. Узнав об этом, Алиса направилась прямо в кабинет Кацуто.

— Прошу прощения, это Алиса.

— Входи.

Ответ последовал прямо после стука в дверь.

— Извиняюсь за вторжение...

Алисе кое-как удалось унять дрожь в голосе из-за напряжения, после чего она вошла в кабинет Кацуто.

Перед Кацуто Алиса нервничала сейчас даже сильнее, чем в первые дни пребывания в этом доме. Она считала, что причиной этому, вероятно, было улучшение её навыков владения магией.

Два года назад она не понимала, насколько ужасающим является Кацуто. Но со временем к ней шаг за шагом приходило осознание этого. Вместе с этим она начала испытывать колоссальное давление его магической силы, что побудило её заняться самоанализом.

Иллюзия "давления" явно была не только из-за существенной разницы в их телосложении. Вообще, под излучаемой Кацуто аурой для человека из семьи Дзюмондзи правильно было бы считать себя "надёжно защищённым", но Алиса перед ним впадала в оцепенение. И из-за такой реакции она чувствовала себя виноватой.

А нервничала она не только из-за своей реакции на давление, но также из-за опасения, что Кацуто может обнаружить, что пугает её.

Никому не будет приятно узнать, что ты являешься источником беспричинного страха. Кацуто тоже вряд ли является исключением из этого утверждения.

Алису охватывала тревога каждый раз, когда она об этом думала.

Поэтому сама она очень редко просила о встрече с Кацуто. Но на этот раз она решила, что сама должна обратиться за советом.

— Кацуто-сан, я хотела бы кое о чём проконсультироваться.

Как и в случае с Юто, Алиса не называла Кацуто "нии-саном". И уж "онии-самой" тем более. Она использовала самые обычные обращения: "Юто-сан" и "Кацуто-сан". Это вряд ли можно было назвать сдержанностью, но при этом нельзя было отрицать тот факт, что она сама отгораживалась от других.

— Какие-то проблемы в школе?

Однако то же самое можно было сказать и про Кацуто. Его отношение к Алисе было далеко от того, как обычно относятся к младшей сестре. Однако это не ограничивалось одной Алисой: с Кадзуми он тоже вел себя не как старший брат, а как некий "старший член семьи", несущий за неё ответственность. Другими словами, как глава семьи. А до того, как перенял эту должность у Кадзуки, он относился к ней как "следующий глава семьи". Вероятно, это отношение Кацуто послужило причиной тому, что ко второму классу средней школы Кадзуми казалась Алисе слишком взрослой для своего реального возраста.

Но сейчас Алиса была лишь благодарна ей за пример такого взрослого поведения.

— Можно ли мне начать заниматься клубной деятельностью в школе? Предположительно, это повлияет на время моих тренировок, но я обещаю прилагать на тренировках больше усилий.

— Клубной деятельностью, говоришь?

— Можно?

— Понял. Скажи мне, если тебе что-либо потребуется для клуба.

Кацуто без лишних вопросов одобрил посещение Алисой клуба.

Алиса и не ожидала возражений, просто всё прошло куда более гладко, чем она предполагала.

— Хорошо, только...

— О тренировках тоже не беспокойся. Твои магические навыки неуклонно улучшаются. Ты достигнешь необходимого уровня к выпуску из школы, даже если будешь тратить время на клубную деятельность.

Кацуто отсёк все опасения Алисы по поводу её магических тренировок, ещё до того, как она успела спросить, как с ними быть.

Однако это разрешение Кацуто, наоборот, встревожило Алису.

— Правда? Но ведь за последние полгода не наблюдается ни малейшего признака моего избавления от того недостатка, что я не могу атаковать...

— Тебе и не нужно овладевать атакующими навыками.

Алиса невольно надулась от такой манеры речи, будто её мнение никого не волнует.

Причём надулась не только мысленно, но и лицом.

— Алиса, твоя задача — научиться не использовать слишком много своей силы.

Однако Кацуто это не смутило. В его поведении не было ни малейшего намёка на то, что это его оскорбило.

— Чтобы не допустить перегрев зоны расчёта магии, нужно определить свои пределы и надёжно контролировать свою магию. Именно этим навыком ты должна овладеть в первую очередь. Атакующие навыки — второстепенны. Пока главная цель не достигнута, второстепенные задачи можно игнорировать.

Слова Кацуто осадили Алису.

Ведь целью её приезда в Токио было именно преодоление генетического недостатка семьи Дзюмондзи — предрасположенности к перегреву.

— К тому же, ты ведь не собираешься становиться боевым волшебником?

— ...Да.

— Тогда и приоритет изучения атакующей магии у тебя должен быть низкий. Лучше удели больше внимания тому, что можешь получить от клубной деятельности старшей школы.

— Тому, что я могу получить от клубной деятельности?

— В клубах спортивной направленности прежде всего культивируется физическая сила, являющаяся основой всего.

В устах Кацуто, обладающего чрезмерно массивным телосложением, эта фраза звучала крайне убедительно. Тем не менее, сказанное им было настолько очевидно, что вызывало невольный приступ апатии.

— Но куда более важно иметь друзей за пределами класса и учебного года.

— Друзей не из класса...

Кто бы что ни говорил, но занятия в школе действительно проводятся только в рамках одного класса либо одного года обучения. Поэтому утверждение о том, что без присоединения к клубу трудно создать дружеские отношения с сэмпаями и кохаями, можно считать правильным. Это Алиса поняла ещё по опыту обучения в средней школе. В период обучения в средней школе Алиса не посещала ни один клуб и не участвовала в деятельности ни школьного совета, ни какого-нибудь из комитетов, поэтому круг её друзей не выходил за рамки её одноклассников.

— Хотя мне кажется, что уже поздно учить тебя чему-то такому.

— Нет, ничего подобного. Спасибо за совет.

У совета Кацуто "завести друзей" было много общего со словами Юто про "установление связей", сказанными им, когда Алиса приходила посоветоваться по поводу дисциплинарного комитета. Для Десяти Главных Кланов, по факту ведущих за собой всё остальное сообщество волшебников, это был крайне важный вопрос, про который ни в коем случае нельзя было забывать.

Но даже для Алисы, не собирающейся приобщаться к обязанностям членов Десяти Главных Кланов, "завести друзей" и "установить связи" тоже можно считать важными задачами. Алиса прекрасно понимала, что не может просто сказать "мне хватит одной Марики".

А также в разговоре с Кацуто Алиса отметила для себя ещё один момент.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 11

13 апреля

Прошла лишь половина недели вербовки новичков, но Алиса с Марикой уже выбрали свои клубы, поэтому больше не считали необходимым страдать в толкучках.

Мэй, Дзёи и Кохару были похожи на них с той точки зрения, что тоже уже выбрали, куда вступить, однако Мэй и Дзёи уже с головой окунулись в работу школьного совета и исполнительного комитета, а Кохару, едва вступив в мотоклуб, уже активно помогала его членам с вербовкой.

На пути из школы к станции Алиса с Марикой были лишь вдвоём, поэтому у них не было нужды заходить куда-нибудь посидеть. Алиса проводила Марику до её квартиры, где они развлекались девичьими разговорами до тех пор, пока не настало время магического обучения в доме семьи Дзюмондзи.

◇　◇　◇

Таких учеников, "достигших спокойствия" ещё во время вербовочной недели, было уже довольно много. А вот школьному совету и дисциплинарному комитету такая роскошь была непозволительна.

В 16:30 глава дисциплинарного комитета Урабэ Аки зашла в комнату школьного совета с промежуточным отчётом за сегодняшний день. Этот промежуточный отчёт был придуман для того, чтобы избежать таких абсурдных для школы вещей, как сверхурочные переработки в рамках деятельности школьного совета и дисциплинарного комитета. А заключительный отчёт планировалось предоставить в обеденный перерыв следующего дня.

Такое решение было принято в ходе обсуждения между Аки и нынешним президентом школьного совета Мицуей Сииной. ...Правда, в итоге всё это вылилось в крайне затруднительное положение, когда дисциплинарный комитет был вынужден приходить в школу раньше всех утром, а у школьного совета не было времени даже на обед.

Тем не менее, в их соглашении не было пункта, что письменный отчёт должен быть принесён именно главой комитета.

— Эм, Урабэ-сан. Может, у тебя есть ещё какое-то дело к школьному совету...?

По правде говоря, Аки для Сиины была крайне непростым собеседником.

Кудрявые объёмные тёмно-коричневые волосы и спрятанные под ними наушники, защищающие острый слух. Добавить к этому добрые глаза, и общий образ Сиины, напоминающей милого пушистого зверька, можно назвать "мягким".

Прямые волосы, подстриженные под каре без чёлки так, что был виден весь лоб, и собранные одной невзрачной на вид заколкой. Добавить к этому острый взгляд её миндалевидных глаз, и общий образ Аки можно назвать "острым".

И противоположностями эти двое были не только по внешности.

Сиина готова была идти на уступки практически во всём, а Аки была готова даже на конфликт, если требовалось достижение "справедливости". И хотя Сиине с её девизом "избегать конфликтов" это доставляло немало проблем, но, как ни странно, эти двое не были в плохих отношениях.

— У нас недостаточно сотрудников.

Аки ответила прямо и без каких-либо предисловий.

— Шеф Урабэ, преподавательский состав уже должен был предоставить список кандидатов.

В этот момент в "противостояние" между Аки и Сииной вмешался казначей школьного совета Ягурума Сабуро. При поступлении в школу он попал на второй поток, однако со второго года обучения он перевёлся на курс магической инженерии и попал в верхнюю часть списка результатов письменных экзаменов.

— Или ваша нехватка рук возникла как раз именно из-за того, что вы потерпели неудачу в вербовке этих кандидатов?

Аки выглядела явно недовольной этим фактом, на который указал Сабуро, однако никаких прямых попыток оспорить сказанное она не предприняла.

— Я говорю о том, что самого по себе установленного количества мест в комитете, то есть девяти человек — недостаточно.

Аки говорила не просто про пополнение штата. В своём заявлении она пошла ещё дальше.

— Ты имеешь в виду... что необходимо изменить сам регламент дисциплинарного комитета?

— Верно.

Вопрос Сиины был задан с нотками нерешительности в голосе, в то время как ответ Аки был дан абсолютно уверенным тоном.

— Но дисциплинарный комитет ведь обладает сильными полномочиями, можно даже сказать выводящим его за рамки дозволенного ученикам в школе. Количество его членов так просто не увеличишь.

В качестве аргумента Сабуро использовал текущие правила.

— Если говорить про полномочия, то у школьного совета они тоже высокие. Тем не менее, школьному совету позволено свободно увеличивать количество своих членов на усмотрение президента.

— ...То есть, вы хотите получить такие же полномочия, как у президента школьного совета?

— Мне не нужно право свободно назначать членов комитета. Я просто прошу расширить нам штат, так как наши ребята считают, что девяти человек нам недостаточно.

В своём запросе на расширение штата Аки применила слово "прошу", а не слово "требую".

— Не думаю, что школьная дисциплина так сильно ухудшилась по сравнению с прошлым годом.

Сабуро никак не сдавался. Он понимал, что его роль — принимать на себя все удары вместо не любящей конфликтовать Сиины. ...А нравилось ли такое его поведение Сиине или нет — это уже отдельный вопрос.

— Ягурума-кун, когда она ухудшится, будет уже поздно. Тебе так не кажется?

— Шеф Урабэ, есть ли какие-то предпосылки к ухудшению?

Аки и Сабуро уставились друг на друга грозными взглядами. ...И для этих двоих подобное было относительно обычным делом, чуть ли не повседневным.

— К-как бы то ни было...

В таких случаях больше всех нервничает обычно Сиина. В результате Сабуро тоже лишь поспособствовал обострению её беспокойства.

— У школьного совета нет полномочия определять число мест в дисциплинарном комитете. Для этого нужно разрешение директора.

— В таком случае, президент, пойдём со мной в кабинет директора.

— Прямо сейчас!?

— Прямо сейчас.

Сиина от удивления аж невольно повысила голос, на что Аки равнодушным тоном снова попыталась принудить её пойти с ней.

— Подожди-ка, шеф Урабэ. Невежливо будет вваливаться к директору, не уточнив его расписание.

Вице-президент Юто знал, что причиной тому, что Аки вообще заговорила на эту тему, является его названая сестра Алиса. До этого он молча слушал дискуссию (спор?) между третьегодками, но сейчас встал и упрекнул Аки. Видимо, потому, что почувствовал, что если оставить эту проблему без внимания, то есть риск, что искры пожара распространятся и на Алису.

— Так и есть.

Однако, похоже, что подключение Юто к дискуссии было в пределах ожиданий Аки.

— В таком случае, вице-президент Дзюмондзи, уточни, пожалуйста, у директора, когда ему будет удобно нас принять.

— Почему я? ...Хотя ладно. Я спрошу об этом у замдиректора.

Юто сначала попытался отказаться, но заметив направленный на него умоляющий взгляд Сиины, неохотно встал и направился в учительскую.

◇　◇　◇

Незадолго до 17:00.

Аки и Сиина стояли прямо напротив директора Момоямы в его кабинете.

Когда Юто спросил у замдиректора о планах директора, к счастью (или "к несчастью" для Сиины), оказалось, что у Момоямы нет никаких важных планов. Более того, им было предложено "встретиться прямо сейчас".

— Я слышал, что у вас есть запрос, связанный с управлением дисциплинарным комитетом.

Несмотря на свой пожилой (середина восьмого десятка лет) возраст, Момояма обладал крайне острым взглядом. Хоть он и не сверлил Сиину этим взглядом (и вообще даже не направлял на неё взгляд), но она всё равно невольно съёжилась от напряжения.

Для Сиины всё происходящее было исключительно "чужим делом", в которое она была принудительно втянута без своего согласия. Она искоса посмотрела на спокойно стоящую рядом с ней Аки обиженным взглядом, будто выражающим вопрос "и зачем я тебе здесь нужна...?".

— Да, директор. Скажу прямо. Я хочу попросить о расширении штата дисциплинарного комитета.

— Насколько я помню, в дисциплинарном комитете сейчас не полный штат сотрудников?

Несмотря на свой преклонный возраст, Момояма довольно подробно знал положение дел в Первой школе. Сиина уже к этому привыкла, поэтому особо не удивилась, но если вдуматься, это было довольно необычно. В том смысле, что директор знал о пустующих местах в органах ученического самоуправления, хотя преподавательский состав не рассматривал этот вопрос как какую-то особо важную проблему.

— Да. Предложенные учителями кандидаты отказались от вступления.

— В таком случае можете подать заявку на выбор новых кандидатов. Если преподавательский состав не выдвинет кандидатов, то я лично прикажу им заняться этим в принудительном порядке.

— Большое спасибо. Тем не менее, директор. По словам тех, кто занимается непосредственно патрулированием, при текущей загруженности дисциплинарного комитета, самого установленного лимита в 9 человек недостаточно.

Момояма направил острый словно выстрел взгляд на возразившую ему Аки.

Стоявшая рядом с ней Сиина была настолько напугана этим взглядом, что готова была под землю провалиться.

— Разве причина этого не в особенностях временного промежутка, идущего следом за поступлением в школу новых учеников?

— Да, я признаю, что нехватка рабочей силы в полной мере проявляется при этой "сезонной проблеме". Однако, директор, нехватка сотрудников определённо будет ощущаться и после завершения этого промежутка времени.

— Прошло уже почти 10 лет с момента создания нынешней системы дисциплинарного комитета, и до прошлого года таких проблем не возникало. Верно, замдиректора?

— Да, директор.

Не только одна Сиина неприкрыто нервничала, стоя напротив Момоямы. Это можно было понять, лишь взглянув на замдиректора, тоже явно находящегося под сильным давлением. Сиина в этот момент даже задумалась о том, что это довольно странно, что Аки способна сохранять спокойствие и невозмутимость в таких условиях.

— Чтобы должным образом выполнять работу дисциплинарного комитета, наши сэмпаи жертвовали своим личным временем. До принесения в жертву учёбы дело, конечно, не доходило, но, насколько мне известно, некоторые из сэмпаев фактически полностью отказались от клубной деятельности ради этого.

— Если речь лишь о клубной деятельности...

— Понятно.

Замдиректора Яосака хотел было уже сказать, что нет ничего страшного в том, что на клубы не оставалось времени. Но Момояма его перебил.

— Клубная деятельность — тоже одна из важнейших частей школьной жизни. И если у учеников не остаётся на неё времени, то это серьёзная проблема.

— Благодарю за понимание.

— Урабэ-кун. Значит, ты утверждаешь, что для того, чтобы разобраться с этой проблемой, необходимо расширить штат дисциплинарного комитета?

— Я не собираюсь просить у вас просто расширить штат.

Услышав ответ Аки на вопрос Момоямы, Сиина непроизвольно издала удивлённое "э?".

— Я хочу, чтобы вы добавили одно исключение в способ подсчёта сотрудников.

"Ты ни о чём таком не говорила!" — такая фраза первым делом пришла в голову Сиине после услышанного. Ранее она слышала лишь про "подачу заявления на расширение лимита членов дисциплинарного комитета".

— А конкретней?

Направленные на Аки глаза директора Момоямы загорелись светом любопытства.

— Как насчёт того, чтобы при подсчёте сотрудников комитета считать первогодок за 0.5 человека?

— Имеешь в виду за полчеловека*?

[Используемое слово дословно значит "полчеловека", но чаще всего применяется в значении "никчемный, бесполезный человек"]

— Я не говорила прямо "полчеловека". Однако новичкам в любом случае нужно время на обучение. К тому же, если исключить первогодок из членов комитета, то знания не будут передаваться должным образом.

— То есть, это меры, способствующие приёму первогодок и устраняющие потери времени на их обучение?

— Верно.

— Понятно. Разрешаю.

— Большое спасибо.

Аки не показала на своём лице ни радости, ни гордости за свою "победу", а лишь вежливо поклонилась.

— Однако система рекомендаций остаётся прежней. Если у вас на примете есть ученики, которых вы хотите принять, то проконсультируйтесь сначала с преподавательским составом.

— Поняла. Так и сделаю.

Аки ещё раз поклонилась, после чего добавила:

— Всего доброго.

Сиина поспешно повторила за ней "всего доброго" и тоже поклонилась.

◇　◇　◇

— В разговоре с директором что-то пошло не так? — Сходу спросил Юто, увидев лицо вернувшейся в комнату школьного совета Сиины.

— Нет, вряд ли. — Покачав головой, сказал Сабуро, прежде чем Сиина успела ответить. — Сиина, опять Урабэ тобой воспользовалась?

Сабуро — так называемый "друг детства" Сиины. В местах, где все "свои" (членов школьного совета можно считать за таковых), он переходил на такую фамильярную манеру речи.

— Воспользовалась ли...? Была ли вообще необходимость в моём присутствии...? — Проворчала Сиина, сделав измученное лицо.

Таким образом, и Юто, и Сабуро, и даже тихонько сидящая в роли слушателя Мэй в общем и целом примерно представили себе, что там произошло.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 12

16 апреля

Вчера закончилась неделя вербовки новичков, и во внеклассное время в Первой школе вновь воцарилось спокойствие.

После уроков Марика зашла за Алисой в кабинет класса A, но на выходе из здания они снова разделились.

Алиса направилась в подготовительный корпус.

А Марика — в малый спортзал №2. Так называемая "Арена" сегодня была в распоряжении клуба магических боевых искусств.

Марика направлялась в малый спортзал №2 с заявлением на вступление и сумкой со сменной одеждой в руках, и с решимостью в глазах.

— Извините за вторжение!

Открыв дверь в спортзал и остановившись прямо у входа, Марика громким голосом заявила о себе и поклонилась.

— Тооками-сан!

— Ты пришла вступить!?

— Ты всё-таки пришла!

Один за другим послышались радостные приветственные голоса девушек-членов клуба.

Глава женской секции клуба Китахата Чика, у которой как раз только что закончился запрет на посещение, как представитель клуба, подошла к Марике.

— Тооками, ты пришла вступить?

У неё как обычно было суровое выражение лица и мальчишеская манера речи.

— Да, именно для этого я и пришла. Но сначала!

Сказав это, Марика усилила давление взглядом на Чику.

— Ого, ну-ка, ну-ка?

Чика, похоже, уже поняла, к чему клонит Марика, так как изогнула губы в довольной ухмылке.

— Глава Китахата, пожалуйста, преподай мне эксклюзивный урок!

— Урок? В смысле, матч? Причём ты хочешь реального, серьёзного состязания, верно?

Чика уставилась на Марику наполненными жаждой крови глазами.

Марика не дрогнула.

— Я рада, что ты смогла это понять.

Ответ Марики на предложение серьёзного состязания не был импульсивным. Её голос казался непоколебимым.

Чика коротко рассмеялась.

— ...Тооками. И всё-таки, ты офигенна.

Она подозвала ближайшую второгодку и скомандовала ей показать Марике, где раздевалка.

◇　◇　◇

— Дзюмондзи-сан.

Когда Алиса подошла к входу в подготовительный корпус, с ней заговорил некий вышедший оттуда ученик.

— Кагари-кун.

Этим учеником оказался Дзёи, который покинул классную комнату раньше неё. Сам он уже говорил, что присоединился к клубу альпинистов. А ещё Алиса слышала от Аки, что он вступил в исполнительный комитет Группы управления клубами. Вероятно, в подготовительном корпусе у него было дело, связанное либо с клубом, либо с комитетом.

— Что, пришла подать заявку на вступление в клуб?

— Да. Я иду в комнату клуба краудбола.

Алиса не собиралась это скрывать, поэтому ответила честно. После чего спросила, где расположена искомая клубная комната.

— Ты хочешь вступить в клуб краудбола!?

Вероятно, удивление Дзёи было связано с тем, что ему было известно, в каком плачевном состоянии сейчас пребывает клуб краудбола.

Алиса не была удивлена или возмущена такой реакцией Дзёи, так как сама понимала, что клуб находится на грани превращения в "группу со схожими интересами".

— Ах, да, извини. Значит так: сейчас идёшь вверх по лестнице, на втором этаже поворачиваешь направо. Комната клуба краудбола — вторая с конца коридора. ...Возможно, это будет трудно, но ты постарайся.

— Ага, спасибо.

Слегка поклонившись, Алиса пошла вверх по лестнице.

Войдя в коридор второго этажа, она повернула направо. Если смотреть со стороны главного здания школы, это была левая половина подготовительного корпуса.

"О... А вот тут у нас комната клуба магических искусств."

Первая комната направо по коридору была подписана как комната клуба магических боевых искусств.

Тут она вспомнила про Марику. Судя по ощущениям Алисы за последние несколько дней, простой подачей заявления дело там не ограничится. Алиса даже немного подняла себе настроение, представив, как её лучшая подруга совершает нечто вроде "захвата додзё*".

[В оригинальном тексте применяется слово, означающее "прийти в чужое додзё и победить там всех". Типичная для японцев и китайцев тема, когда все пытаются доказать друг другу, что "моё кунгфу лучше твоего".]

Благодаря этому, её походка стала совсем лёгкой. Она направилась вглубь коридора и остановилась напротив той двери, про которую ей сказал Дзёи.

Надпись на дверной табличке гласила: "Клуб краудбола". Значит, информация оказалась правильной.

— Извините, есть кто?

— Да-а-а. Входите, открыто.

Получив разрешение, Алиса осторожно отворила дверь.

— Я бы хотела к вам вступить...

После чего спокойным голосом озвучила своё желание вступить в клуб.

— Э, Дзюмондзи-сан!?

В клубной комнате было всего 2 человека — глава клуба Хаттори Хацунэ, а также некая светловолосая ученица, которую Алиса не видела во время своего "смотра" клуба.

— Я уж думала, что ты больше не придёшь. Э? Стоп, что ты сказала? Вступить?

— Да. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

Пока Хацунэ стояла в ступоре с неверием на лице, Алиса протянула ей заранее подготовленное заявление на вступление.

— Это правда?

— Да.

Неужели набор новичков был настолько безуспешен? Мысленно склонив голову с таким вопросом, Алиса с улыбкой кивнула, всё ещё держа заявление в протянутых руках.

Видимо, Хацунэ только сейчас пришла в себя, так как, наконец, приняла это заявление из рук Алисы.

— Ах, как же я рада. У нас сразу двое новых членов.

Вероятно, из-за переизбытка эмоций, голос Хацунэ казался заплаканным.

"Двое?"

По-видимому, вторая присутствующая здесь девушка — это тот самый второй член, а значит тоже первогодка.

Алиса перевела на неё взгляд, чтобы поздороваться.

— Рада знакомству. Сэнгоку Хиёри, класс D.

Однако другая сторона её опередила.

— А, да. Приятно познакомиться. Дзюмондзи Алиса, класс A. Надеюсь, мы поладим.

Алиса поспешно представилась в ответ.

— Да, взаимно.

У Хиёри была довольно броская внешность, однако её поведение было очень вежливым.

Хотя Алиса была слегка удивлена этим, однако если смотреть с точки зрения разрыва между внешностью и поведением, то Хиёри, несомненно, испытала схожие впечатления.

◇　◇　◇

Во время прошлого "состязания" с Чикой Марика была одета в обычную спортивную форму, а сегодня на ней была форма в стиле магических боевых искусств.

На ней был эластичный комбинезон с длинными рукавами и специальный спортивный шлем с визором для защиты глаз. На ногах была мягкая обувь, а на коленях, голенях и предплечьях — специальные протекторы. Такой стиль был введён вместе с разрешением использовать CAD с полным мысленным управлением.

Только шлем и CAD были позаимствованы у клуба. Так как вербовочная неделя закончилась, все ученики (за некоторыми исключениями) теперь обязаны сдавать свои личные CAD на хранение школе через автоматическую стойку у входа в главное здание. Всё остальное было личными вещами Марики. По своему дизайну её комбинезон отличался от комбинезонов других присутствующих. Поэтому выход Марики из раздевалки создал на площадке атмосферу "захвата додзё".

— Чигуса, нам нужно немного места.

— Да, да. Даже если я откажу, ты ведь всё равно не послушаешь, верно?

Марика помнила сказавшего это парня. Это был Чигуса Тадасигэ, глава мужской секции клуба, который в прошлый раз хоть и внезапно напал со спины, но всё же смог остановить Чику, применив к ней захват нельсона.

— Мужская секция, прекратить поединки и освободить место. Глава женской секции проведёт демонстрационный матч с чемпионом средних школ. Всем сесть в ряд и смотреть.

По команде Чигусы все члены мужской и женской секций уселись в ряды вдоль стен в "правильных" японских позах на коленях.

Наблюдая за этой картиной, Марика подумала, что глава Чигуса не просто силён в магических искусствах, но также способен сплотить вокруг себя не только мужскую, но и женскую секцию клуба.

— Судьёй буду я. Китахата и Тооками-сан, вы не против?

— Эй, Чигуса. А почему это я — "Китахата", а первогодка — "Тооками-сан"?

— Глава Чигуса. Меня можешь называть без "сан".

Одна вслед за другой прокричали Чигусе Чика и Марика.

— Да вы прям два сапога пара... Хм... Вторая Китахата в клубе? Да поможет нам бог... — С прискорбием в голосе пожаловался Чигуса.

— В каком это смысле!? — Рявкнула на Чигусу Чика.

— В прямом! — Рявкнул в ответ Чигуса.

— Тооками, тебе не нужно подражать Китахате. — После чего умоляющим тоном обратился к Марике.

— Не понимаю, о чём речь, но возьму на заметку.

Несмотря на внезапность, Марика ответила тактично.

Увидев по лицу Чики, что та хоть и недовольна, но не злится, Чигуса успокоился.

— На позиции!

Но после этого выкрика Чигусы, лица всех троих, включая его самого, напряглись.

Ринг магических искусств похож на ринг любительской вольной борьбы. Другими словами, он ничем не окружён — ни верёвками, ни оградой. Пол делают не из татами, а из деревянных досок с мягким покрытием. И под "мягким", разумеется, имеются в виду далеко не подушки.

Главное отличие в том, что нет чёткого регламента по размерам ринга. Форма тоже не регламентирована. На каждом конкретном месте проведения соревнования просто очерчивают линией определённый участок, и он тем самым становится "рингом". В нынешнем случае "ограничительными линиями" стали ряды из членов клуба, севших понаблюдать за поединком.

Марика и Чика стали друг напротив друга с двух сторон от Чигусы.

Чигуса сделал шаг назад.

Теперь между соперницами не было никаких препятствий.

Чигуса поднял правую руку над головой.

— Fight!

И крикнул это одновременно с резким взмахом рукой вниз.

Марика с Чикой одновременно понеслись навстречу друг другу.

В качестве открывающего удара обе одновременно произвели выпад ведущей рукой.

И оба этих удара не прошли. Два практически одинаковых удара прямой ведущей левой, выполненные примерно с одной дистанции, были одновременно заблокированы протекторами на их правых руках.

Далее своей левой рукой Чика внезапно схватила Марику за правую руку и потянула. Если сейчас наклониться вперёд, то станешь лёгкой добычей для пинка коленом. Поэтому Марика расслабила свою правую руку и дала ей вытянуться вперёд, не сопротивляясь тянущей силе соперницы. Однако прямо перед тем, как её рука вытянулась полностью, она резко рванула её вниз, и тем самым освободилась от захвата Чики.

Левая рука Чики по отдаче вздёрнулась вверх. Нацелившись в открывшийся бок, Марика выполнила средний удар ногой. Однако рука Чики вернулась на место быстрее. Она отбила ногу Марики локтем. И тут, наоборот, сама Марика получила бы урон, если бы не протектор на её голени.

В следующий момент Чика предприняла попытку схватить Марику, пока та ещё находилась в положении взмаха ногой.

Марика увернулась от этого приёма, совершив прыжок опорной ногой. Точнее, не мышечной силой ноги, а с помощью магии.

Оказавшись прямо над Чикой, Марика махнула вниз ногой, словно "втаптывающим" движением.

Однако в следующий момент Марику резко отбросило в сторону. Это был результат работы барьера векторной инверсии, установленного на основе точного расчёта траектории пинка Марики.

Марика приземлилась, не нарушив стойку.

Поднялся тихий шум перешёптываний, но тут же затих. Такой уровень нападения и защиты в магических искусствах нельзя было назвать редкостью. Поэтому члены клуба наблюдали за этими двоими, затаив дыхание, чтобы не пропустить следующее их столкновение.

Марика с Чикой двигались на такой скорости, что за ними было трудно уследить невооружённым глазом. Всё произошедшее до этого момента можно было назвать просто "проверкой соперника", однако скорость их перемещений была настолько высокой, что казалось, будто они оставляют за собой двойников с помощью послеобразов.

Глухие звуки, которые можно было услышать время от времени, были не чем иным, как звуками от ударов голыми кулаками. При беготне на такой высокой скорости они обе не могли позволить себе наносить удары ногами, даже с учётом того, что помогали себе магией. А техники захватов они не применяли, так как всё равно не смогли бы друг друга поймать. Поэтому поединок проходил как некий простой "обмен ударами".

И выход из этой ситуации нашла, всё-таки, Чика.

Внезапно она остановилась.

У Марики не было времени на раздумывания о ловушке, и она, будто купившись на соблазн, нанесла удар прямой правой.

И, разумеется, это была ловушка.

Увернувшись от прямого правого Марики путём наклона головы в сторону, Чика одновременно с этим взмахнула своей левой рукой.

Но это был не боковой контрудар.

Чика зажала руку Марики между своей левой рукой и шеей.

Ожидавшая боковой контрудар Марика тоже отклонила голову, поэтому не смогла быстро среагировать.

Тем временем Чика попыталась выполнить приём "захват сустава" на локте Марики.

Чтобы избежать полного захвата, Марика попыталась перекатиться вперёд.

Однако вместо переката у неё вышел резкий "нырок".

В тот же самый момент, когда Марика оттолкнулась ногами от мата, Чика активировала магию уменьшения гравитации.

Эффект уменьшения гравитации был кратковременным — менее одной секунды.

Но этого было достаточно, чтобы Марика оказалась в невыгодном положении прямо напротив Чики.

Чика подпрыгнула.

После чего нанесла удар ногой прямо по рукам Марики, которыми она закрыла затылок, при этом свернувшись калачиком прямо в полёте.

Марика рухнула на пол.

Сила удара была такой, что в обычном случае вызвала бы сотрясение мозга, даже несмотря на то, что голова была защищена руками.

Однако Чика без промедлений выпустила следующую магию. Отклик от удара ногой дал ей понять, что Марика не получила повреждений.

Магия системы веса "Отталкивающий выстрел" [Repulsion shot]. Эту магию можно назвать расширенной версией "Отталкивающего кулака": поле отталкивания формируется вокруг кулака пользователя и посылается в полёт выпадом кулака. Выпущенное Чикой поле отталкивания попало прямо во встающую Марику.

Однако Марика в итоге просто встала, будто даже ничего не почувствовала. Всё её тело было покрыто противообъектным магическим щитом. Это была "Реактивная броня" — магия персональных доспехов Марики... а точнее, "семьи Тоогами".

Щит Марики останавливает только физические объекты. Тем не менее, порождённое магией силовое поле не смогло продолжить существовать в тех же самых координатах пространства, где возникло более мощное магическое силовое поле. Другими словами, "Отталкивающий выстрел" Чики был заглушен "Реактивной бронёй" Марики вне зависимости от свойств щита.

Всё ещё облачённая в магию персональных доспехов Марика рванула на Чику.

◇　◇　◇

За исключением новичков в лице Алисы и Хиёри, в комнате клуба краудбола не было ни одного члена клуба кроме Хацунэ.

— Члены нашего клуба редко заглядывают в клубную комнату.

Словно оправдываясь, объяснила Хацунэ, пока несла три чашки чёрного чая на подносе. Вероятно, этот вопрос настолько читался на их лицах, что она не могла не ответить.

Эта комната была оборудована простой кухней. Точнее, не только эта, а все клубные комнаты подготовительного корпуса. Похоже, в этих клубных комнатах предполагалось проводить неформальные встречи, клубные собрания и мероприятия. Соответственно, чай был заварен на предназначенной для этих целей кухне.

— В данный момент новых членов всего двое. Это, конечно, печально, но давайте с вами подружимся.

После этих слов Хацунэ, Алиса с Хиёри невольно отвесили друг другу вежливый поклон.

— ...Я вот совершенно неопытная в краудболе. А что насчёт тебя, Сэнгоку-сан?

Почувствовав признаки нарастания неловкости от молчаливого разглядывания друг друга, Алиса проявила инициативу, чтобы избежать такого исхода.

— Я более-менее опытная.

Ответив, Хиёри ненадолго замялась, после чего продолжила:

— Называй меня Хиёри, если хочешь. А ещё мы ведь одногодки, поэтому я бы хотела менее формального общения.

Алиса ничуть не возражала против такого предложения.

— Тогда и ты тоже называй меня Алисой.

Хиёри вздохнула с облегчением после такого ответа Алисы, сказанного с дружелюбной улыбкой на лице. Вопреки своей броской внешности, похоже, наглости не было места в её характере. ...Хотя, общепринятое мнение о том, что человек с броской внешностью обязательно окажется нахальным наглецом — это, скорее всего, лишь предубеждение.

— Эм... Ну, я хоть и назвалась опытной, но на самом деле мои знания лишь поверхностны... В основном я занималась лишь теннисом, а в краудболе, наверное, не буду чем-то особо отличаться от Алисы.

— Правда? Тогда не стесняйся спрашивать, если у тебя будут какие-либо вопросы.

— Конечно, если ты не против.

"Похоже, я смогу поладить с Хиёри". Такое впечатление возникло у Алисы из этого короткого разговора.

◇　◇　◇

Матч между Марикой и Чикой длился уже почти 10 минут.

Матчи магических боевых искусств в принципе не ограничены по времени, однако матчи, длящиеся больше 10 минут — большая редкость. Вот и сейчас у обеих соперниц постепенно начала проявляться усталость.

В частности, усталость Чики, вероятно, была связана с тем, что она привыкла заканчивать матчи намного быстрее, чем за 10 минут.

Отбив очередной прямой удар ногой Чики, Марика прыгнула вперёд сразу после того, как выправила нарушенное равновесие.

Вместо того, чтобы приблизиться с помощью работы ног, она вошла на дистанцию удара за один шаг-прыжок, и одновременно с приземлением нанесла внезапный удар, замахиваться которым начала ещё в полёте. Вертикальный кулак Марики добрался прямо до центра груди Чики.

Из рядов зрителей послышались тихие возгласы "ого!". Первый чистый удар Марики попал Чике чуть выше сердца.

Чика пошатнулась.

Марика подобралась ещё ближе, чтобы нанести догоняющий удар.

Чика резко упала на мат и зажала ноги Марики между своими ногами. Чтобы прервать комбо Марики, она прибегла к приёму "ножницы".

[https://www.youtube.com/watch?v=dlz_7Q8ccU8]

Однако Марика, поспешно активировавшая магию персональных доспехов, не упала, а осталась на ногах, которые всего лишь немного согнулись в коленях.

Марика замахнулась ногой вверх.

Чтобы избежать этого топчущего удара, Чика вскочила на ноги и набрала дистанцию с помощью магии движения.

Воспользовавшись отдачей от попавшего по мату топчущего удара, и тоже активировав магию движения, Марика совершила небольшой прыжок, чтобы снова сократить дистанцию.

Приняв живот летящей на неё Марики на свою пятку, Чика завалилась спиной назад.

Ступня Чики тоже была защищена противообъектным щитом. Хоть и не таким стойким, как у Марики, но его, по крайней мере, хватило, чтобы защитить её ногу на время соприкосновения.

В тот же самый момент, когда спина Чики коснулась мата, она совершила резкий толчок ногой вверх.

Это был приём томоэ-нагэ (бросок через себя с упором стопы в живот) из дзюдо, но без использования рук.

[https://www.youtube.com/watch?v=JL9o5rd1E9s]

К толчку ногой добавилась сила отталкивания, возникшая между примерно равными по мощности магическими щитами, и в результате Марика взмыла высоко в воздух.

Она попыталась восстановить положение тела прямо в воздухе, но не успела и в итоге приземлилась на руки. Причём она ударилась бы об мат, если бы не замедлила скорость падения магией. ...Хотя даже в таком случае она не получила бы повреждений, благодаря магическому щиту, полностью покрывающему её тело.

Резко прыгнув прямо из положения "на четвереньках", Марика выполнила сальто вперёд с ударом ногой. Как и следует из названия, это довольно прямолинейная техника, представляющая собой переворот вперёд в полёте и удар по противнику пяткой. Однако Чика увернулась от этой атаки с помощью техники отклонения корпуса.

Но атака Марики на этом не закончилась. Она не приземлилась после первого переворота, а сделала ещё один переворот.

Однако на этот раз это был не полный переворот вперёд — в середине его выполнения она сделала полувинт и, оказавшись лицом к сопернице, выполнила верхний удар ногой. Тем не менее, этот удар был принят на перекрёстный блок.

Зависшую в воздухе головой вниз Марику Чика ударила прямым пинком ногой. Правая ступня Чики лишь скользнула по прикрывающему лицо блоку Марики и угодила ей прямо в грудь, отбросив её назад.

Марика упала животом на мат. Удар от падения она погасила упором рук в мат, после чего, оттолкнувшись руками от мата, сделала обратное сальто с полувинтом и оказалась лицом к Чике.

— Стоп!

Но в следующий момент судья Чигуса остановил матч.

Поняв, что произошло, Марика посмотрела на Чигусу с ошарашенным лицом.

— Технический нокаут. Победитель — Китахата.

Чигуса вынес своё безжалостное судейское решение. Марика неосознанно удручённо рухнула на колени.

Всего в магических боевых искусствах есть 4 варианта завершения матча. Первый — это нокаут с отсчётом до 10. Если борец не может встать в течение 10 секунд после объявления нокаута судьёй, то ему приписывается поражение. Причём эти 10 секунд отсчитываются не судьёй — их отмеряют точно по секундомеру.

Второй вариант — когда один из борцов не может продолжать бой, попав в удушающий захват. И учитываются не только случаи полной потери сознания, а также и случаи, когда судья выносит решение, что продолжать матч нельзя.

Третий вариант — поражение из-за заявления о сдаче. Включая случаи добровольного отказа от продолжения.

И, наконец, четвёртый вариант — технический нокаут из-за разницы в очках. В матчах магических боевых искусств применяется магия, а это значит, что если один из участников спрячется под магическим щитом, то трудно будет завершить матч нокаутом. Для этого была введена система очков, основанная на эффективности нанесённых ударов, и установлено правило: технический нокаут, если разница в очках достигнет 10.

Эффективность ударов в магических искусствах подсчитывается не только "чистотой" нанесённого удара. Если удар был распознан как потенциально отправляющий в нокдаун при отсутствии магической защиты, то за него даётся от 1 до 3 очков в зависимости от предполагаемого нанесённого урона. Вдобавок к этому, наблюдение ведется за эффективностью не только ударов, но и бросков, а вот эффективность приёмов захвата суставов и удушающих приёмов уже не учитывается.

Все решения полностью строятся на субъективной оценке происходящего судьёй. Для судей магических искусств самое трудное — это именно принятие решений по эффективности нанесённых ударов, но это также и самая важная их обязанность.

Чика подошла к обессиленно усевшейся на пол Марике и протянула ей руку.

Марика взялась за эту руку и поднялась.

— Ты слишком полагаешься на магические щиты.

Чика заговорила с Марикой своим обычным мужицким тоном.

— Тооками, твои магические щиты действительно сильны. В реальном бою они стали бы грозным оружием. А вот в матче магических искусств они могут стать причиной проигрыша техническим нокаутом, так как ты не будешь замечать полученные эффективные удары. Например, как в этом матче.

Это было наставление от главы клуба. Она уже не казалась просто главой клуба, упивающимся битвами, словно наркоман.

— ...Да. Возьму на заметку.

— Научись вести матч, не полагаясь слишком сильно на магию щитов.

— Да!

Марика выпрямилась по струнке и поклонилась.

— ...Тем не менее, это был потрясный матч.

Марика подняла голову.

На лице Чики была довольная ухмылка, возникшая явно не из лести.

— Тооками. Это надо будет повторить. Буду ждать с нетерпением. — Сказала Чика, подмигнув Марике в довольно неожиданной для неё женственной манере.

— Большое спасибо! Я очень признательна!

Марика ещё раз, теперь уже более энергично поклонилась Чике.

◇　◇　◇

Незадолго до 17:00.

— Давай закончим на сегодня.

Сказав это, Хацунэ встала. Вслед за ней встали со своих стульев и Алиса с Хиёри.

Арендуемые корты клуб краудбола использует не ежедневно, а 3 раза в неделю. Сегодня Хацунэ как сэмпай читала новеньким лекцию не только о клубе, но и о Первой школе в целом. Точнее, лекцией можно было назвать только первую половины их беседы. А вторая половина вылилась в "типичную болтовню старшеклассниц".

Однако это не было совершенно пустой тратой времени. Такая непринуждённая болтовня тоже необходима для укрепления дружбы. Особенно между девушками.

Благодаря этому Алиса сильно сблизилась с Хиёри за короткий промежуток времени. Она сразу же прочувствовала на себе эффект сказанного Кацуто утверждения о необходимости "завести друзей".

Все трое занялись уборкой и наведением порядка в клубной комнате.

Алиса собрала со стола мусор (вроде пакетов от лёгких закусок) и отнесла в расположенный на кухне мусоропровод.

Там в этот момент Хацунэ мыла кружки, считающиеся не чем иным, как клубным инвентарём.

— Дзюмондзи-сан.

Вероятно, Хацунэ выжидала эту возможность. Когда Алиса выбросила мусор, Хацунэ вдруг обратилась к ней шёпотом.

— Как я тогда и сказала, я думала, что ты не придёшь, Дзюмондзи-сан.

— Почему? — Озадаченно спросила Алиса.

Однако немедленного ответа не последовало.

— Глава. Уборку мы закончили. Нужно ли ещё что-нибудь сделать?

Но это не значит, что Хацунэ проигнорировала вопрос. Просто в этот момент издалека последовал другой вопрос — от подметающей пол Хиёри.

— Нет, больше ничего не нужно. Дальше я и сама управлюсь.

— Понятно. В таком случае, глава, я пойду первой, до свидания. Алиса, до завтра.

— Угу, до завтра, Хиёри.

Похоже, у Хиёри после этого была намечена встреча с друзьями из своего класса. Алиса и сама собиралась встретиться с Марикой, однако факт был налицо: с Хиёри они сдружились до называния друг друга по имени, но ещё недостаточно близко, чтобы пойти из школы домой вместе.

Подождав с неловкой улыбкой на лице до того момента, как Хиёри выйдет из клубной комнаты, Хацунэ продолжила их прерванный разговор, сказав, что "на то была причина".

— Во время того матча тебе явно было ужасно трудно использовать магию. И я подумала, что краудбол тебе совсем не подходит.

— Понятно... Не буду отрицать, что у меня были трудности с использованием магии. — Честно ответила Алиса, соглашаясь с подмеченным Хацунэ фактом. — Однако я не считаю, что краудбол мне совсем не подходит.

Точнее, она согласилась лишь наполовину.

— Да? А я думала, что правило "too big shield" станет для тебя тяжким бременем. Спортсмены-волшебники обычно выбирают подходящий под их магические качества вид спорта. Чтобы выиграть в неподходящем тебе соревновании, нужно приложить вдвое... нет, в несколько раз больше усилий, чем в том соревновании, которое тебе подходит. Бороться на неподходящем соревновании — это как выйти на марафон, будучи спринтером. Подобные мазохисты — это редкость.

— Мазохисты...?

Алиса в этот момент почувствовала, что должна во что бы то ни стало смыть с себя этот ярлык.

— И ты мне совершенно не кажешься таким мазохистом, Дзюмондзи-сан.

Но, к счастью, Хацунэ сама показала, что у неё не возникло такого заблуждения. Алиса вздохнула с облегчением, услышав это.

— Вот почему я не думала, что ты выберешь наш клуб.

Анализ Хацунэ был логичен, но она допустила одну большую ошибку. Алиса решила, что лучше сразу прояснить этот момент, чтобы подобных недопониманий больше не возникало.

— Глава. Я занимаюсь спортом не потому, что "хочу побеждать". Честно говоря, борьба за победу для меня — это нечто ужасно сложное.

— ...Правда?

Хацунэ была явно удивлена. И это была нормальная реакция для человека, который услышал, что некто вступает в клуб игры с мячом без желания побеждать. Если дело было бы в каком-нибудь "серьёзном" клубе, где все одержимы достижениями, то такие слова вызвали бы волну возмущения с фразами вроде "ты что, нас за дураков держишь?".

— Я решила начать заниматься краудболом, потому что испытала чувство досады в том матче.

— ...Э-эм, тебе было досадно от поражения, при том, что побеждать тебе не хочется?

— Нет. Досадно мне было во-первых от того, что я не смогла заставить главу выложиться на полную.

Услышав это, Хацунэ неприкрыто занервничала.

— Но... это... я...

— Да. Я понимаю, что это было неизбежно. Ведь это был не официальный матч, и у меня, как у новичка, не было подходящих для этого навыков.

Занервничала Хацунэ именно из-за предположения, что её упрекают в том, что она не выложилась на полную. Но после этих слов Алисы эта нервозность испарилась. Однако это также усилило её подозрения. Алиса сказала, что ей "было досадно от того, что она не смогла заставить выложиться на полную", но при этом особо раздосадованной она не выглядела. Хацунэ осознала, что теперь ещё хуже понимает чувства Алисы.

— Но ещё более досадным для меня оказался тот факт, что я не могла должным образом контролировать свою магию.

— Ты про too big shield?

— Да.

Алиса ответила с настолько серьёзным лицом, что Хацунэ невольно удивилась.

— По правде говоря, я вообще не могу использовать агрессивную атакующую магию. Для волшебника семьи Дзюмондзи я дефектная... неполноценная.

Хоть Алиса и назвала себя неполноценной, но при этом она не выглядела так, будто её это хоть немного беспокоило. Это даже вызвало у Хацунэ некое "чувство несоответствия".

— По этой причине я отдавала все свои силы на тренировках по защитной магии. Результаты были неплохие, и я собиралась воспользоваться этими навыками в этой подвернувшейся ситуации. Именно поэтому я в итоге была сильно раздосадована этим матчем.

— ...Потому что ты не смогла контролировать магию щитов в рамках правил?

Хацунэ, наконец, пришла к пониманию картины в целом. Поэтому недавно возникшее у неё чувство неправильности происходящего полностью исчезло.

— Верно. Моя магия — это сила, которая принадлежит мне самой, а не кому-то другому. Поэтому я считала, что приложила достаточно усилий для её обуздания, а на самом деле оказалось, что их было недостаточно. Получив этот урок, я была так раздосадована... и поняла, что просто не могу оставить всё как есть.

— И поэтому краудбол?

— Да. Если хочешь использовать магические щиты в краудболе, то тебе неизбежно придётся научиться тонкому контролю, чтобы соответствовать правилам. Я подумала, что это может быть идеальным вариантом для того, чтобы отточить этот недостаток в моих магических навыках.

В этот момент выражение лица Алисы стало встревоженным.

— ...Это грязный мотив, да?

До этого момента Алиса будто давила на Хацунэ стойким чувством, заставляющим ошибочно считать её старше себя. Но увидев нынешнее, совершенно "кохайское" лицо Алисы, просящее поддержки и опоры, Хацунэ невольно расслабилась.

— Ничего подобного. Я считаю, что оттачивание собственных навыков — это цель куда более близкая к истинной сути спорта, чем стремление к победам. К тому же, меня совершенно не волнует, грязная эта цель или нет.

Хацунэ игриво подмигнула.

— Ведь для нашего малочисленного клуба важен каждый новичок.

Будто заразившись улыбкой Хацунэ, Алиса тоже улыбнулась.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 13

17 апреля

После уроков на следующий день после того, как Алиса с Марикой завершили все формальные процедуры по вступлению в свои клубы.

Приход Марики к Алисе сразу после окончания занятий стал уже обычной ежедневной практикой, однако сегодня практически одновременно с ней пришёл ещё один человек.

— Дзюмондзи-сан, Тооками-сан, здравствуйте.

— Здравствуй, Урабэ-сэмпай.

— Привет.

И этим нагрянувшим в кабинет класса A человеком была глава дисциплинарного комитета Урабэ Аки.

— Хорошо, что вы вместе. Я по поводу продолжения того нашего разговора.

Алиса сразу поняла, о чём говорит Аки.

— Того разговора... А, тогда это значит...

Марика тоже довольно быстро сообразила.

— Да. Разговора по поводу моей просьбы о вашем вступлении в дисциплинарный комитет. Я хочу поговорить спокойно, поэтому как насчёт того, чтобы пойти со мной в штаб комитета?

— Да, конечно.

Немедленный ответ Алисы заставил Марику посмотреть на неё слегка удивлённым взглядом.

— ...Хорошо. Спасибо.

Похоже, удивлена была не только Марика, но и Аки, так как её реакция была слегка запоздалой, несмотря на то, что это именно она начала этот разговор.

Не обращая внимания на эту неестественную заминку Аки, Алиса встала, взяв сумку со своими личными вещами.

— Я уже готова.

После чего обратилась к Аки, почему-то застывшей на месте.

— Поняла. Тогда идём?

Тут, наверное, следует сказать "как и следовало от неё ожидать". Неестественное поведение Аки полностью исчезло, и она зашагала к выходу.

— Мина, идёшь?

Позвав с собой Марику, Алиса последовала за Аки.

Фактически, Алиса ещё вчера переосмыслила в положительную сторону своё вступление в дисциплинарный комитет. После беседы с Юто на прошлой неделе её нежелание становиться членом дисциплинарного комитета сильно поубавилось.

А затем к этому добавились вчерашние события.

Когда Алиса пришла к Кацуто проконсультироваться по поводу клубной деятельности, он дал ей совет "заведи друзей, от этого будет польза".

И вчера, вступив в клуб, она завела подругу по имени Хиёри.

Юто сказал, что дисциплинарный комитет "поможет установить связи".

Совет Кацуто сработал, поэтому Алиса решила, что и в дисциплинарном комитете у неё может получиться установить связи с сэмпаями или даже выпускниками.

До позавчерашнего дня такие "связи" казались Алисе хлопотными, но после непринуждённых разговоров с Хацунэ и Хиёри, её отношение к этому начало меняться в сторону принятия.

Алиса не собиралась оставаться в Токио навсегда, и зарабатывать на жизнь магией тоже не планировала. В состав семьи Дзюмондзи она вошла лишь временно — исключительно для того, чтобы освоить навыки, необходимые для избежания саморазрушения. Это её мнение тоже нисколько не изменилось. Поэтому она хоть и опасалась возникновения некоего "забора", отделяющего её от остальных, но всё равно не собиралась активно расширять свой круг общения со связанными с магией людьми.

Но в итоге Алиса начала приходить к пониманию, что если упрямо запираться в своём тесном мирке, то ей это лишь навредит.

◇　◇　◇

В штабе дисциплинарного комитета им предложили те же стулья, что и в прошлый раз. Те самые, которые фактически являются "местами для допроса" подозреваемых в нарушении школьных правил.

Но это не проблема, ведь они об этом не знали. Алиса с Марикой сели на места для подозреваемых без каких-либо задних мыслей.

— Вы ведь уже обе завершили все формальности по вступлению в клубы?

Аки уже откуда-то прознала о вчерашних событиях.

— Дзюмондзи-сан — в клубе краудбола, а Тооками-сан — в клубе магических искусств.

— Да.

— Типа того.

Однако ни Алису, ни Марику уже не беспокоили утечки информации о них. Они поняли, что это могут быть и не утечки — возможно, существует какой-то легальный механизм раскрытия информации, и, следовательно, когда о тебе что-то знают другие — это и не проблема совсем.

— Я не подходила к вам до вчерашнего дня, чтобы не мешать вам освоиться в клубах, но теперь, наконец-то, можно поговорить. ...Директор разрешил расширение штата дисциплинарного комитета.

Тон голоса Аки на втором предложении стал вежливым. Это отражало серьёзность её намерений.

— Разрешил!?

Такова была реакция Марики на слова Аки.

В противовес ей, Алиса лишь спокойно сказала "понятно".

— Грубо говоря, именно "расширение" штата не было одобрено. Вместо него нам одобрили изменение в методе подсчёта членов комитета: теперь первогодки будут считаться за 0.5 члена.

Алиса с Марикой особо никак не среагировали на это уточняющее объяснение. Они обе сразу поняли, что "подсчёт по 0.5 человека" ничем не отличается от "расширения штата на одного человека".

— Одобрение от преподавательского состава тоже уже получено. Таким образом, теперь вы обе можете вступить в дисциплинарный комитет.

Реакция Алисы и Марики и сейчас тоже была противоположной.

Марика едва заметно скривила лицо. Она явно пыталась это скрыть, но без особого успеха.

Алиса же приняла слова Аки с полной невозмутимостью.

— Дзюмондзи-сан, Тооками-сан.

Аки заговорила совсем немного (но достаточно, чтобы это понять) повышенным тоном.

— Вы вступите в дисциплинарный комитет?

Эта фраза прозвучала не как вопрос, а как утверждение.

И это не было каким-то особым способом огласить приглашение. Это был совершенно бесполезный словесный оборот, призванный простимулировать бунтарские чувства собеседника.

Но абсолютная серьёзность Аки наделяла убедительностью даже такую неумелую попытку уговорить.

— Да.

Будто обескураженная таким подходом, Алиса согласно кивнула.

— Позаботьтесь о нас.

После чего склонила голову в поклоне в такой манере, будто у неё совершенно не осталось сил.

— Ася. ...Ты уверена? — Спросила Марика, но не с возражением, а с беспокойством в голосе. Вероятно, поведение Алисы показалось ей неестественным.

— Мы ведь именно так и договаривались. Мина, ты ведь вступишь вместе со мной? — Спросила Алиса у Марики, улыбнувшись так, будто совершенно не замечает беспокойство своей лучшей подруги.

— ...Угу. Хорошо.

Вероятно, это был какой-то "знак", понятный только им двоим. Беспокойство Марики развеялось, и она выразила согласие с Алисой.

— Урабэ-сэмпай, в общем, ты слышала. Мы с Миной... то есть, с Тооками-сан, хотим присоединиться к дисциплинарному комитету.

— ...Спасибо.

Аки низко поклонилась.

С объективной точки зрения, самый загруженный период закончился, поэтому нехватка людей уже не должна была сильно давить на неё срочностью. Тем не менее, её эмоции сейчас были явно усилены навалившемся на неё бременем.

— Кстати, сэмпай... то есть, глава. У нас тоже есть к тебе просьба.

— Какая? Говори без стеснения.

Подняв голову, Аки своим прежним тоном предложила высказать просьбу. Вероятно, добившись своей цели, она стала более раскованной. Даже возникло такое ощущение, что сейчас она готова выполнить любую, даже совсем необоснованную "просьбу".

Однако Алиса не стала нагло использовать эту возможность.

— Я хочу, чтобы нам с Тооками-сан разрешили совмещать работу в дисциплинарном комитете с клубной деятельностью. В частности, я думаю, что Тооками-сан будет активно принимать участие в соревнованиях.

— Об этом можно было и не просить. Я обещаю вам, что для работы в комитете вам не потребуется жертвовать ни учёбой, ни клубной деятельностью.

Ответ Аки был настолько чётким, что прозвучал как безусловная гарантия.

— Ты уверена, глава? Это было довольно категоричное заявление.

Похоже, у некоторых членов дисциплинарного комитета тоже были подобные опасения.

Тем, кто огласил эти общие опасения вслух, был подошедший к столу Изаёй Сома.

— Уверена. Само расширение штата затевалось именно для этого.

Однако Аки не разделяла беспокойство своих подчинённых.

— Лучше скажи мне, Изаёй-кун. Разве сегодня не твоё дежурство? — Спросила Аки у Сомы, подразумевая вопрос "что ты тут делаешь?".

— Просто я подумал, что глава сегодня будет заниматься вербовкой Дзюмондзи-сан и Тооками-сан.

— Хотел оказать мне поддержку, что ли?

Голос Аки не был раздражённым. На удивление (не столько для Алисы, сколько для Марики), Аки, похоже, полностью доверяла Соме.

— Да. Но, похоже, в этом не было необходимости.

Сома был на удивление красноречив, но Алисе всё равно почему-то было не по себе от его ответа, а Марика вообще посчитала его подозрительным.

Но причину этого они понять не могли. Поэтому и не стали спорить с Сомой.

— Приветствую вас двоих как членов дисциплинарного комитета.

И поэтому, когда он это сказал, им оставалось лишь ответить ему:

— Спасибо, позаботься о нас.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 14

18 апреля

Суббота, 18 апреля 2099 года.

В кабинете класса 1B Третьей школы при национальном университете магии только что закончилось завершающее учебный день классное собрание.

— Дзюмондзи. Задержись ненадолго.

Классный руководитель по имени Маэда Кэйто остановила Дзюмондзи Тацуки, идущего в потоке учеников, направляющихся кто сразу домой, а кто — перекусить в школьной столовой.

Тацуки уже был признанным "почётным учеником" Третьей школы (кстати говоря, стоит отметить, что разделение на классы в Третьей школе происходило не на основе оценок, как в Первой школе). Поэтому многим идущим к выходу из класса ученикам было крайне любопытно, зачем классный руководитель задержала Тацуки.

Однако таких учеников, которые готовы были тратить своё драгоценное время в субботу после школы на то, чтобы остаться поглазеть на что-то любопытное, были единицы. Однако Кэйто чётко скомандовала "другим ученикам — разойтись", и вскоре в классе больше не осталось любопытных зевак. ...Несмотря на то, что Кэйто была женщиной, ходили слухи, что среди преподавательского состава Третьей школы она является самым ярым "ястребом*". Не прошло и двух недель с момента поступления, как ученики 1B класса уже стали очевидцами этого. А если говорить точнее, то "удостоверились на своей собственной шкуре", что этот слух — это факт.

[https://ru.wikipedia.org/wiki/Ястреб_(политика)]

Кэйто подошла к Тацуки, который остался на своём месте, как ему и было велено. После чего она села к нему боком на место перед ним.

Кэйто сейчас 26 лет. Её закалённое в бесчисленных тренировках тело излучало соответствующую возрасту привлекательность. И, разумеется, у неё были свойственные волшебникам опрятность и красота.

Однако Тацуки не проявлял ни малейшего влечения к этой привлекательности. Такого эффекта ему удалось достичь за счёт своего крайне серьёзного темперамента в синергии с успехами, достигнутыми под ежедневным чутким руководством Кэйто.

Как и ожидалось от Тацуки, он не встал и не выправил позу, но хотя бы положил руки на колени и выпрямил спину, после чего спросил:

— Сэнсэй, о чём вы хотели поговорить?

— Дзюмондзи.

В свою очередь, Кэйто сразу перешла к делу, пропустив всякие ненужные предисловия.

— Я назначаю тебя в дисциплинарный комитет.

Она не спрашивала "не хочешь ли вступить в дисциплинарный комитет?" и не командовала "иди вступи в дисциплинарный комитет", а просто "назначила" его. Было совершенно очевидно, что отказ Тацуки не принимается.

— Можно узнать причину?

Тем не менее, Тацуки не собирался молча повиноваться кому бы то ни было, даже если это его классный руководитель.

— Почему я был выбран в дисциплинарный комитет?

Точнее, он не хотел оставлять этот вопрос без ответа.

— У нас в Третьей школе вроде как есть традиция — назначать в дисциплинарный комитет ученика, занявшего первое место по результатам вступительных экзаменов. И это не я.

Традицией Первой школы является вербовка занявшего первое место ученика в школьный совет.

А вот в Третьей школе, как и сказал Тацуки, лучший ученик назначается в дисциплинарный комитет. Формально, конечно, его "просят", но фактически он именно "назначается". Причём нередко это происходит прямо так, как сейчас. Таковы уж традиции этой школы.

— Твой вопрос оправдан, Дзюмондзи.

Кэйто признала то, что сказал Тацуки. Казалось, будто у неё не было другого выбора, кроме как признать это, ведь так оно и было на самом деле, однако у неё был и другой выбор — просто "пропустить это мимо ушей". С учётом этого, Кэйто не казалась совсем тираном, хоть и была "ястребом".

— Первое место среди новичков этого года заняла Итидзё Аканэ, а не ты. Следуя традиции, Итидзё была назначена в дисциплинарный комитет. Всё как ты и сказал.

Тацуки согласно кивнул.

— Однако у Итидзё есть определённые обстоятельства, мешающие ей выполнять обязанности члена комитета. В течение последних 10 дней мы пытались внести коррективы в различных аспектах этого вопроса, но всё равно ничего не вышло. Поэтому выбор пал на тебя, занявшего второе место.

Тацуки понял, что является всего лишь заменой Итидзё Аканэ.

— А можно ли узнать, что это там за обстоятельства у Итидзё-сан?

Тацуки задал этот вопрос, потому что подумал, что раз его назначили заменой, то можно хотя бы объяснить ему причину.

— Нельзя.

Но в ответ он получил безапелляционный категоричный отказ.

— Дзюмондзи, надеюсь, никаких недопониманий не будет?

Кэйто многозначительно посмотрела на Тацуки.

Тацуки не был глуп настолько, чтобы намеренно ошибиться с ответом.

— Понял, я принимаю назначение в дисциплинарный комитет.

Как и не был настолько глупым, чтобы не понять, что выбора у него нет.

— Мне теперь нужно явиться в штаб комитета?

— Не сейчас, а в понедельник. Сегодня можешь быть свободен.

— Понял. Тогда всего доброго.

Тацуки вступил в клуб кроссфилда*. В таком же клубе в своё время состоял Кацуто в Первой школе. Он неосознанно "шёл по стопам" Кацуто даже в состоянии своего "внутреннего протеста" из-за Алисы.

[В оригинале написано Crossfield(катаканой). В 9 томе махорки давалось пояснение, что это нечто вроде магического страйкбола.]

Но сегодня суббота. Если не перекусить перед клубом, то на него не останется сил.

Покинув Кэйто, Тацуки направился в школьную столовую.

◇　◇　◇

Когда Тацуки зашёл в столовую, он обнаружил там всё ещё обедающего Икуру Самона — своего одноклассника и соседа по общежитию. Разговор Тацуки с Кэйто был коротким, но за столами уже образовалось много свободных мест.

Тацуки знал, что Самон не из тех, кто ест не спеша. Вероятно, просто взял вторую порцию.

— О, Тацуки.

Самон позвал Тацуки.

Тацуки кивнул, чтобы показать, что услышал, после чего подошёл к нему и поставил свой поднос с комплексным обедом на его столик. Он собирался сесть здесь с самого начала, даже если бы Самон с ним не заговорил первым.

— О чём говорили с сэнсэем?

Самон первым поднял эту тему. Похоже, ему тоже было это любопытно.

— Меня назначили в дисциплинарный комитет.

Тацуки не видел необходимости в сокрытии этого. В любом случае, в понедельник об этом узнает уже вся школа.

— Хахах. Значит, Итидзё таки не сможет работать в комитете.

Все в Третьей школе знали, что Итидзё Аканэ заняла первое место по результатам вступительных экзаменов этого года. Именно она читала речь представителя новичков на вступительной церемонии, и именно она — старшая дочь семьи Итидзё из Десяти Главных Кланов — стала горячей темой для обсуждений даже среди тех, кто не участвовал во вступительной церемонии. Ни среди новичков, ни среди второгодок и третьегодок, ни среди преподавателей и прочего школьного персонала, не было никого, кто не проявлял интерес к этой теме.

— Самон, тебе что-то известно?

Самон говорил так, будто что-то знает. Поэтому Тацуки, не добившийся ответа от Кэйто, без колебаний задал ему этот вопрос в надежде, что так сможет узнать причину, по которой стал заменой.

— Тацуки, ты знаешь, что одна из наших одноклассниц — двоюродная младшая сестра Итидзё Аканэ?

— Двоюродная младшая сестра? Разве у неё была такая? У младшего брата главы семьи Итидзё, вроде, только сын?

— Её только так называют, но на самом деле они не кровные родственники. А зовут её Итидзё Рэйра.

— То есть, семья Итидзё её удочерила...? Видимо, какие-то особые обстоятельства?

Семья Итидзё из Десяти Главных Кланов взяла на своё попечение приёмного ребёнка, не принадлежащего к их основной родственной линии. Единственное, что приходит при этом на ум — что возникли какие-то определённые обстоятельства. Например, что это дочь главы семейства, сделанная на стороне. ...Тацуки подумал о чём-то таком только потому, что провёл параллели со своей семьёй.

— Это лишь слухи, но...

Самон перешёл на шёпот.

Тацуки наклонился над столом, чтобы лучше слышать.

— Вполне возможно, что на самом деле Итидзё Рэйра — это Лю Лилей из ВАА.

Тацуки чуть не повысил голос, но чудом сдержался.

— Это лишь слухи, верно? Была бы она настоящая — её узнали бы в лицо.

В Японии два года назад тоже видели ту публичную трансляцию из ВАА, в которой они показали внешность своего официального волшебника стратегического класса по имени Лю Лилей.

— Один и тот же человек в военной и в школьной форме создаёт совершенно разное впечатление. Да и с момента выпуска того видео прошло уже два года. Даже если у неё изменились черты лица, всё равно нельзя сказать, что это совершенно точно не она.

— ...Ладно. Допустим, Лю Лилей из Великого Азиатского Альянса ходит в нашу школу.

Сколько ни спорь, истину не раскрыть на основе одних лишь предположений.

— И какая тогда связь между Итидзё Аканэ и Лю Лилей?

Тацуки решил отложить принятие каких-либо решений и для начала продолжил этот разговор.

— Она у неё под надзором?

— Очень похоже на то. По-видимому, силы самообороны поручили семье Итидзё надзор за Лю Лилей... и в крайнем случае её усмирение.

Если это правда, тогда понятно, почему она не может выполнять обязанности члена дисциплинарного комитета.

Однако...

— В этой истории есть одна небольшая странность. Итидзё Аканэ вроде бы вступила в клуб магических боевых искусств. Если она уже приступила к обязанностям по надзору за волшебником стратегического класса, то клубную деятельность она себе тоже не может позволить.

— Итидзё Рэйра тоже вступила в клуб магических искусств.

— Типа, если они в одном клубе, то можно без проблем держать её под надзором...?

— Всё это лишь слухи.

Этими словами Самон поставил точку в разговоре. Похоже, на самом деле, он и сам не особо верил этим "слухам". По крайней мере, именно такое впечатление производил сейчас этот парень, невинно ковыряющийся в миске с рисом.

А вот Тацуки, наоборот, нашёл в себе намного больше доверия этим словам про то, что Лю Лилей ходит в Третью школу, а Итидзё Аканэ — её надзиратель. И это будет звучать куда более убедительней, если ему назначили роль члена дисциплинарного комитета именно по этой причине.

Следует ли сообщить об этом старшему брату Кацуто?

Нет, если это правда, то брат уже должен быть в курсе. Тогда каковы его намерения, если он отпустил меня в такое место, зная обстоятельства?

Что брат хочет, чтобы я сделал?

Что мне сделать, чтобы оправдать его ожидания...?

Примерно такие размышления были сейчас в голове у Тацуки, забывшего про свой "протест" против Кацуто, ставший причиной его отъезда из Токио.

◇　◇　◇

В столовой Первой школы Алиса с Марикой уже заканчивали свой поздний обед.

А припозднились они не из-за того, что занятия были продлены. Просто после окончания уроков в столовой оказалось так много народу, что они решили немного подождать и прийти попозже.

— Алиса, ты сейчас в клуб? — Спросила у Алисы Мэй.

Алиса сидела рядом с Марикой. Напротив Алисы сидела Мэй, а напротив Марики — Кохару. Все четверо перенесли своё обеденное время по одной и той же причине.

— Нет. В дисциплинарный комитет.

— Алиса-сан, ты стала членом дисциплинарного комитета?

Такими словами (и соответствующим лицом) выразила своё удивление Кохару после того, как Алиса, покачав головой, ответила на вопрос Мэй.

— Хоть и с неохотой, но я тоже в него вступила.

Слова Кохару хоть и были в вопросительной форме, но вопросом не являлись, однако Марика на них ответила. И хотя она сказала, что сделала это "с неохотой", но какой-то особой неприязни на её лице заметно не было.

— Вступили вы только вчера? Значит, сегодня ваш первый рабочий день? — Спросила Мэй.

"Да" и "Угу" — одновременно ответили соответственно Алиса и Марика.

— Потому что вчера была клубная деятельность.

— Алиса, ты ведь вступила в клуб краудбола? У них практика, вроде, 3 дня в неделю... Среда, пятница и воскресенье, если я правильно помню.

— Угу, верно. Откуда знаешь?

— Видела недавно во время работы в школьном совете.

— А у тебя, Марика-сан, разве сегодня нет занятий в клубе? — Спросила у Марики Кохару, слушавшая разговор между Алисой и Мэй.

— Есть, но, похоже, между главой клуба и главой дисциплинарного комитета существует какая-то договорённость. Глава клуба позволила мне заниматься делами дисциплинарного комитета раз в неделю.

— Хех... Даже представить себе не могу, как вообще так вышло? — Пробормотала Кохару. По правде говоря, Марика и сама задавалась таким вопросом.

— Видимо, глава дисциплинарного комитета Урабэ и глава клуба магических искусств Китахата и правда очень близкие подруги.

Подсказку для решения этой загадки предоставила Мэй.

— Э, вот оно что. Тогда неудивительно.

Марика сначала выглядела озадаченной, но быстро пришла к пониманию и согласно кивнула.

— Думаешь? Но они такие разные на вид...

Алиса озадаченно наклонила голову.

— Если говорить об этом, то вы двое тоже совершенно разные.

Мэй вставила шутливый комментарий в ответ на слова Алисы.

— Что, правда?

— Правда, что ли?

Алиса с Марикой на этот раз синхронно наклонили голову. В результате вопрос об отношениях Урабэ и Китахаты был временно отложен.

◇　◇　◇

— Мина, по поводу того разговора.

— Какого того?

— Ну, того, где говорилось, что нет ничего удивительного в том, что Урабэ-сэмпай и Китахата-сэмпай — близкие подруги.

По пути в штаб дисциплинарного комитета Алиса вспомнила тему недавнего разговора.

— А-а, ты об этом? У меня нет никаких оснований так полагать. Это всего лишь мои впечатления от увиденного.

— Ну ты же не с пустого места так считаешь?

— Думаешь...? Хм, а помнишь, когда меня с главой увели как обвиняемых?

— Конечно, я это помню. Это было девятого числа, верно?

— ...Ничего себе. Даже дату помнишь?

Марика округлила глаза от удивления.

— В штабе группы управления клубами что-то произошло?

Никак не отреагировав на удивление Марики, Алиса призвала её продолжить.

— Не "что-то". Просто я видела отношение главы комитета к главе клуба.

— Отношение?

— Если судить только по содержанию её фраз, то она упрекала главу клуба. Но при этом было ощущение, что тон её голоса и взгляд совсем мягкие. Ну, знаешь, когда говоришь кому-то "с тобой ничего не поделаешь".

— Хмм... Значит, вот какие у сэмпаев отношения.

Объяснение Марики представляло собой некий эмоциональный поток сознания, но этого, похоже, было достаточно, чтобы Алиса поняла, о чём речь.

— Но раз глава клуба официально это одобрила, то это никак не повлияет на клубную деятельность? Отлично же.

— По ощущениям, это было больше похоже на рабочий приказ, чем на официальное одобрение.

Видимо, посчитав манеру речи Марики забавной, Алиса сначала хихикнула, а потом рассмеялась.

И будто заразившись от неё, следом за ней рассмеялась и Марика.

— Что это с вами? Над чем веселитесь? — Послышался голос у них из-за спины.

Алиса с Марикой особо не удивились.

— Значит, Изаёй-сэмпай у нас из тех, кто любит внезапно начинать разговор, подкравшись сзади? — Оглянувшись, с лёгким упрёком в голосе спросила Марика. Они обе ничуть не испугались, потому что уже привыкли к этим внезапным выходкам Сомы.

— Простите, простите. — Без малейшего признака раскаяния в голосе извинился Сома. — Итак, о чём болтаете? — После чего сразу же задал этот вопрос. Видимо, его извинения действительно были лишь на словах.

— Обычные девичьи разговоры, сэмпай.

Однако Алиса просто взяла и бесцеремонно отфутболила любопытство Сомы.

Они были уже на подходе к штабу дисциплинарного комитета.

Оставив невольно остановившегося Сому позади, Алиса с Марикой быстро вошли в штаб.

— ...Ну и ну, какие мы неподатливые. Хоть я делаю это ради тебя*, но, похоже, подружиться** будет ой как непросто... — Многозначительно пробормотал Сома, провожая взглядом удаляющуюся спину Алисы. Эти слова были сказаны им вслух неосознанно.

[* В оригинальном тексте применено устаревшее слово 御前, которое может означать либо ты/вы, либо являться обращением к некоей важной персоне. Да и вообще вся фраза какая-то мутная. Без контекста не понятно, это у него такая манера речи и он просто говорит это вдогонку Алисе, или он действительно чей-то прихвостень, и в этой фразе имеет в виду какого-то своего "босса".]

[** Тут тоже используется нестандартный оборот, дословно означающий "стать товарищами" или "сделать (кого-то) своим товарищем". Применяется именно слово 仲間, а не 友人(друг).]

Вероятно, он и сам это заметил, так как после этого, на мгновение нахмурившись, он пробормотал: "что-то я потерял бдительность".

Однако он быстро натянул на своё лицо дружелюбное выражение, немного не дотягивающее до совсем легкомысленного, после чего открыл дверь в штаб дисциплинарного комитета.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Послесловие

Основная концепция этой книжной серии — "школьная жизнь".

Здравствуйте. Не знаю, уместно ли будет сказать нечто такое, но... знакомьтесь с новой серией. Спасибо, если дочитали до этого места.

У серии книг "Девы-Лебеди" имеется подзаголовок "Новый Непутевый ученик в школе магии", однако того самого элемента "посредственности" тут практически нет. Это просто новая история, события которой развиваются в мире "Непутевого ученика в школе магии". Некоторые персонажи из прошлой серии тут тоже есть, однако в основном новая история будет закручена именно вокруг новых персонажей.

Как я уже сказал во вступлении, эта серия — о "школьной жизни". В "Непутевом ученике в школе магии", по сути, описаны отношения между еретиками (обладателями сверхпособностей) и обществом на сцене старшей школы. В отличие от него, "Девы-Лебеди" сосредоточатся на школьной жизни и семейных отношениях.

Но если честно, я должен признаться, что очень смутно помню свою школьную жизнь. Воспоминания о ней нечёткие, словно окутаны серым туманом... У меня в голове нет практически ничего, что можно было бы назвать "воспоминаниями о школьной/студенческой жизни". Разумеется, совсем не потому, что я был злостным прогульщиком.

Поэтому вся "жизнь старшеклассников", описанная в этой серии книг, является вымыслом. Написанное совершенно никак не отражает мой личный опыт. Осмелюсь заявить, что это "художественная литература, написанная на основе школьной жизни, знания о которой я почерпнул из другой художественной литературы". Думаю, вы найдёте для себя множество моментов, которые при прочтении покажутся вам далёкими от реальности. Однако у нас, писателей, есть прекрасная отговорка для таких мнений. "Вся эта история — вымысел".

...Ладно, на этом пора заканчивать с третьесортными шутками. Далее я хотел бы рассказать вам о том, как я вообще придумал эту серию.

Самая первая идея посетила меня, когда я исследовал звёзды и созвездия, чтобы набрать материала для "Звёзд" из предыдущей серии. Меня поразил тот факт, что в статье на Википедии по созвездию Лебедя было написано: "В Японии есть регион, в котором его [созвездие] называют Дзюмондзи-сама*". И я такой: "о, это можно будет где-нибудь использовать". Я знал, что Лебедя называют Северным крестом, но чтобы прямо "Дзюмондзи-сама" — это я узнал именно из той статьи на Википедии.

[Дзюмондзи переводится как "крест".]

В итоге, у меня не было возможности использовать это в "Непутевом ученике в школе магии", но сама идея осталась у меня в голове. И когда я формировал концепцию для следующей серии, у меня в голове родилась фраза "Девы-Лебеди". Возможно, поклонники той известной манги рассердятся, но у меня лебедь чётко ассоциируется с образом "девочки" или "юной девы".

Исходя из этого образа, главного героя решено было сделать девушкой. При этом, держа в уме ту заметку из Википедии про то, что "В Японии есть регион, в котором его называют Дзюмондзи-сама", я попытался связать главную героиню с семьёй Дзюмондзи из предыдущей серии.

Созвездие Лебедь находится в северном небе, и сам лебедь — это северная птица, тогда местом действия пусть будет северный регион... Хоккайдо?

Тогда как насчёт того, чтобы установить связь между семьёй Дзюмондзи и Хоккайдо через внебрачного ребёнка?

В таком случае, потребуется причина, почему ребёнка не взяли на своё попечение сразу — например, потому что она дочь русской эмигрантки. Заурядный сеттинг с её жизнью в приёмной семье будет не особо интересным...

...Результатом сборки всех этих идей воедино стала эта серия книг "Девы-Лебеди".

Иллюстрирование на этот раз снова взяла на себя Исида Кана-сан. Я чувствую себя виноватым, так как заказал ей детальный дизайн новых персонажей в то самое время, когда она трудилась над аниме-экранизацией арки "Гость". Огромное ей спасибо за этот замечательный дуэт героинь.

Директор М-сан из редакции, ваше замечание о том, что "это именно то, чего хотела вся редакция", я искренне воспринял как комплимент. Надеюсь, редакторы не слишком сильно напряжены работой с моими текстами.

Что ж, давайте на этом закончим пустую болтовню. До встречи во втором томе.

(Сато Цутому)

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 2 Начальные иллюстрации

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 2 Предисловие

"Ведь каждый ученик — что Первого, что Второго потоков — является учеником нашей школы. И ничто не заменит ученикам те три года, что они проводят здесь."

(Выдержка из речи тогдашнего президента школьного совета Саэгусы Маюми, произнесённой на внеплановом собрании учеников Первой школы при Национальном Университете Магии в апреле 2095 года)

...В нынешней Первой школе нет различий между учениками Первого и Второго потоков. Даже сама система "двух потоков" была отменена в апреле предыдущего, 2098 года. И на данный момент удалось достичь "школы без дискриминации и обратной дискриминации", к которой стремилась бывший президент Саэгуса. Однако в своей речи она говорила не только об этом. Пожалуй, самое главное было в следующей её фразе:

"Ничто не заменит ученикам эти три года."

За очень редкими исключениями, школьная жизнь — событие разового характера. Это касается в том числе и учеников старших школ магии. Даже если ты способен использовать магию, ты всё равно остаёшься учеником старшей школы.

Время обучения — что в средней и старшей школах, что в университете — это период подготовки к становлению самостоятельным взрослым человеком. Но это ещё не всё. Три года пребывания старшеклассником — это такой период жизни человека, к которому он никогда больше не сможет вернуться, и ничем не сможет заменить.

Старшая школа магии предназначена для подготовки волшебников, однако это не значит, что в этом месте нужно заниматься только этим.

Ученики должны прилежно заниматься и тренироваться, но это не значит, что они могут заниматься лишь этим. Как говорится: "учись, пока молодой". Однако также говорится: "жизнь коротка, успей влюбиться". На первый взгляд, кажется, что любовь и учёба — противоречащие друг другу слова. Однако у них есть один общий момент: юность — это настолько короткий промежуток времени, что если во время него ничего не предпринимать, то он пролетит так быстро, что ты и не заметишь.

Независимо от того, станут они в будущем волшебниками или нет.

Независимо от того, могут они использовать магию или нет. Сейчас они — ученики и ученицы старшей школы.

Учёба важна, школьная жизнь тоже важна. Время, проведённое с друзьями или возлюбленными — это тоже важная страница юности... точнее, всей жизни.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 3 Начальные иллюстрации

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 4 Начальные иллюстрации

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 4 Предисловие

Предисловие: Замыслы взрослых

В Японии существует обладающая неофициальной властью организация под названием "Сенат". Другое её название — "Теневой Сенат".

В 19 веке, ещё до основания имперского парламента существовал законодательный орган с таким же названием — "Сенат", однако нынешний Сенат не является его преемником. Со внеконституционным аппаратом "старейшин гэнро" он тоже никак не связан.

В Сенате есть так называемые "четыре старейшины" — четыре человека, обладающие особо сильным влиянием. Среди людей, знакомых со структурой закулисной политической власти, большинство считают, что "Сенат = четыре старейшины". Однако властью, позволяющей скрытно оказывать воздействие на политический мир — "манипулировать политикой" — обладали не только четыре старейшины, но и другие члены Сената.

Хотя организация и называется "Сенатом", но регулярных "заседаний" у него не бывает. И какие-то "общие решения" тоже не принимаются. По сути, он не является систематизированной организацией, и в нём не занимаются объединением усилий ради работы над какими-либо общими задачами. Это больше похоже на встречи объединённых схожим статусом "друзей" ради того, чтобы посовещаться и обменяться мнениями.

О собрании, проводимом сегодня вечером в некоем засекреченном месте, было сообщено не всем членам Сената. Более, того, участников собрания не набралось и половины от общего числа. Это был своего рода небольшой банкет (но всё равно со сверхроскошными выпивкой и закусками) для самых близких друзей из Сената.

— ...Что ж, пора перейти к главной теме. — Насладившись всеми предоставленными деликатесами, заговорил самый старший из присутствующих.

— Мы хотели бы поговорить о том юноше, который заинтересовал ваше святейшество. — Ответил ему пожилой человек, сидящий прямо напротив него за круглым столом.

— Его боевой потенциал не вызывает никаких сомнений.

— Но проблема в том, что эта сила — его личная собственность.

Один за другим послышались голоса других участников собрания.

Большинство членов сената — пожилые люди старше 55 лет, однако мужчины и женщины среднего возраста среди них тоже имеются. ...Юношей и девушек, как и следовало ожидать, среди них нет. А на этом собрании присутствовали только старики старше 60.

— Совершенно верно. К тому же, даже если пока не рассматривать вопрос о наличии патриотизма у этого молодого человека, единственное можно сказать точно — у него всего одна жизнь и он далеко не бессмертен.

— Но ведь у него есть близкая к бессмертию способность самоисцеления?

— Тем не менее, он — человек, значит когда-нибудь умрёт. Как и все мы.

— Кроме того, один человек не может находиться в двух местах одновременно. Области, в которых он компетентен, тоже имеют свои границы.

— Касаемо нежелательности концентрации власти. Речь не только об одном человеке. В течение двух лет после того, как этот парень вышел на сцену, десять главных кланов перешли в состояние с единственным доминирующим игроком на политической арене — Йоцубой.

— Если сейчас этот парень внезапно погибнет в результате какого-либо несчастного случая, то для Йоцубы это будет означать полный крах. Также есть вероятность, что в такой ситуации главные кланы тоже не смогут нормально функционировать. Как говорится, "даже маленькая течь может потопить огромный корабль", а в нашем случае это будет далеко не "маленькая течь".

— Это означает, что национальная оборона может пошатнуться от несчастного случая, произошедшего со всего одним человеком?

— Магия — это боевая мощь, которую нельзя игнорировать. Учитывая эти обстоятельства, я считаю, что необходимо в срочном порядке вырастить магическую боевую силу на замену главным кланам. Как вам такое предложение?

В ответ на этот вопрос один за другим послышались одобрительные возгласы.

А возражений, наоборот, не последовало.

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 5 Начальные иллюстрации

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется

Table of Contents

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Начальные иллюстрации

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Пролог

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 1

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 2

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 3

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 4 (Часть 1)

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 4 (Часть 2)

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 5

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 6

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 7 (Часть 1)

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 7 (Часть 2)

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 8

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 9

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 10 (Часть 1)

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 10 (Часть 2)

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 11

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 12

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 13

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Глава 14

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 1 Послесловие

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 2 Начальные иллюстрации

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 2 Предисловие

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 3 Начальные иллюстрации

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 4 Начальные иллюстрации

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 4 Предисловие

Новый Непутевый ученик в школе магии: Девы-Лебеди Том 5 Начальные иллюстрации