- Возрождение и Искупление Глава 1: Возрождение

- Возрождение и Искупление Глава 2: Искупление

- Возрождение и Искупление Глава 3: Исповедь

- Возрождение и Искупление Глав 4: Забота

- Возрождение и Искупление Глава 5: Уплата долга

- Возрождение и Искупление Глава 6: Переход

- Возрождение и Искупление Глава 7: Беспокойство

- Возрождение и Искупление Глава 8: Сосед по парте

- Возрождение и Искупление Переводчику заплатите чеканной монетой!

- Возрождение и Искупление Глава 9: Цели

- Возрождение и Искупление Глава 10: Усердие

- Возрождение и Искупление Глава 11: Возвращение домой

- Возрождение и Искупление Глава 12: Ночной рынок

- Возрождение и Искупление Глава 13: Одеяло

- Возрождение и Искупление Глава 14: Беседа

- Возрождение и Искупление Глава 15.1: Спокойствие

- Возрождение и Искупление Глава 15.2: Спокойствие

- Возрождение и Искупление Глава 16.1: Реклама

- Возрождение и Искупление Глава 16.2: Реклама

- Возрождение и Искупление Глава 17.1: Шоппинг*

- Возрождение и Искупление Глава 17.2: Шоппинг*

- Возрождение и Искупление Глава 18.1: Выдержка

- Возрождение и Искупление Глава 18.2: Выдержка

- Возрождение и Искупление Глава 19.1: Учебная консультация

- Возрождение и Искупление Глава 19.2: Учебная консультация

- Возрождение и Искупление Глава 20.1: Жалость

- Возрождение и Искупление Глава 20.2: Жалость

- Возрождение и Искупление Глава 21.1: Праздничные каникулы

- Возрождение и Искупление Глава 21. 2: Праздничные каникулы

- Возрождение и Искупление Глава 22.1: Выпуск рекламы

- Возрождение и Искупление Глава 22.2: Выпуск рекламы

- Возрождение и Искупление Глава 23.1: Экзамены

- Возрождение и Искупление Глава 23.2: Экзамены

- Возрождение и Искупление Глава 24.1: Оценки

- Возрождение и Искупление Глава 24.2: Оценки

- Возрождение и Искупление Глава 25.1: Стратегия*

- Возрождение и Искупление Глава 25.2: Стратегия*

- Возрождение и Искупление Глава 26.1: Нрав (Характер)

- Возрождение и Искупление Глава 26.2: Нрав (Характер)

- Возрождение и Искупление Глава 27.1: Фотографии

- Возрождение и Искупление Глава 27.2: Фотографии

- Возрождение и Искупление Глава 28.1: Выяснение

- Возрождение и Искупление Глава 28.2: Выяснение

- Возрождение и Искупление Глава 29.1: Ранение

- Возрождение и Искупление Глава 29.2: Ранение

- Возрождение и Искупление Глава 30.1: Переговоры

- Возрождение и Искупление Глава 30.2: Переговоры

- Возрождение и Искупление Глава 31.1: Рождество

- Возрождение и Искупление Глава 31.2: Рождество

- Возрождение и Искупление Глава 32.1: Подарок

- Возрождение и Искупление Глава 32.2: Подарок

- Возрождение и Искупление Глава 33.1: Настроение

- Возрождение и Искупление Глава 33.2: Настроение

- Возрождение и Искупление Глава 34.1: Зимние каникулы

- Возрождение и Искупление Глава 34.2: Зимние каникулы

- Возрождение и Искупление Глава 35.1: Сюрприз

- Возрождение и Искупление Глава 35.2: Сюрприз

- Возрождение и Искупление Глава 36.1: Публикация

- Возрождение и Искупление Глава 36.2: Публикация

- Возрождение и Искупление Глава 37.1: Цянь Нянь

- Возрождение и Искупление Глава 37.2: Цянь Нянь

- Возрождение и Искупление Глава 38.1: Канун Нового Года

- Возрождение и Искупление Глава 38.2: Канун Нового Года

- Возрождение и Искупление Глава 39.1: Случайное столкновение

- Возрождение и Искупление Глава 39.2: Случайное столкновение

- Возрождение и Искупление Глава 40.1: Свидание

- Возрождение и Искупление Глава 40.2: Свидание

- Возрождение и Искупление Глава 41.1: Мобилизация

- Возрождение и Искупление Глава 41.2: Мобилизация

- Возрождение и Искупление Глава 42.1: Удивление

- Возрождение и Искупление Глава 42.2: Удивление

- Возрождение и Искупление Глава 43.1: Связи

- Возрождение и Искупление Глава 43.2: Связи

- Возрождение и Искупление Глава 44.1: Моделирование

- Возрождение и Искупление Глава 44.2: Моделирование

- Возрождение и Искупление Глава 45.1: Поддержка

- Возрождение и Искупление Глава 45.2: Поддержка

- Возрождение и Искупление Глава 46.1: Богатый

- Возрождение и Искупление Глава 46.2: Богатый

- Возрождение и Искупление Глава 47.1: Гаокао

- Возрождение и Искупление Глава 47.2: Гаокао

- Возрождение и Искупление Глава 48.1: Выезд

- Возрождение и Искупление Глава 48.2: Выезд

- Возрождение и Искупление Глава 49.1: Путешествие

- Возрождение и Искупление Глава 49.2: Путешествие

- Возрождение и Искупление Глава 50.1: Любовь

- Возрождение и Искупление Глава 50.2: Любовь

- Возрождение и Искупление Глава 51.1: Зачисление

- Возрождение и Искупление Глава 51.2: Зачисление

- Возрождение и Искупление Глава 52.1: Работа

- Возрождение и Искупление Глава 52.2: Работа

- Возрождение и Искупление Глава 53.1: Начало занятий

- Возрождение и Искупление Глава 53.2: Начало занятий

- Возрождение и Искупление Промокод к НГ

Возрождение и Искупление Глава 1: Возрождение

Глава 1: Возрождение

Чу Фэна разбудил звонок в дверь. Даже при том, что он не хотел вставать, было неприятно оказаться разбуженным со сна.

Он встал, открыл дверь и увидел свою сестру Чу Жоу. Она выглядела бледной, без макияжа, с красными и опухшими глазами, видимо, только недавно плакала.

— Кто над тобой издевается? — нахмурился Чу Фэн и потянул ее внутрь. Он и Чу Жоу с детства очень хорошо ладили. Он не выносил, если его сестра страдала. Чу Жоу такая же нежная и благоразумная, как и ее имя, и он заботился о ней.

Чу Жоу посмотрела на Чу Фэна покрасневшими глазами и хрипло произнесла:

— Жун Юнь покончил с собой.

Жун Юнь... Для него это одновременно незнакомое и знакомое имя, поэтому он не сразу ответил. Это было, как будто бы внезапно вскрылось далекое воспоминание, и имя Жун Юнь оказалось наполнено слабой болью, но неясность все еще осталась.

Увидев реакцию Чу Фэна, Чу Жоу потеряла самообладание и схватила его за воротник. Ее глаза мгновенно наполнились слезами:

— Чу Фэн, ты ублюдок! Ты что, забыл о нем?! Ты забыл о Жун Юне?!

Ее слезы упали ему на руки, они были не теплыми, а горячими. Он действительно забыл о нем. Он никогда больше не думал об этом имени, об этом человеке...

— Отдай Жун Юня! Верни мне его! Он обещал жить... Он обещал... — закричала она, тряся его за плечи.

Сестра трясла его, а он не знал, что делать.

Тряска перешла в избиение, а ее слезы потекли быстрее:

— Десять лет ты жил счастливой жизнью. Но как же он? Десять лет его мучила депрессия, и он походил на суслика не решавшегося увидеть свет. Чу Фэн, ты должен ему, и даже твоей жизни не будет достаточно!

Депрессия, это слово как нож вонзилось в его сердце. Депрессия – это не смертельная болезнь, но она может стать смертельной.

— Знаешь, ты ему всегда нравился... Ты ему всегда нравился, но что ты с ним сделал? Ты-презренный! Почему ты жив, а Жун Юнь мертв?! Почему?! Почему?... — Чу Жоу больше не могла говорить, она медленно осела и истерически зарыдала.

— От кончиков пальцев, Чу Фэн почувствовал в своем теле онемение, как будто его кровь перестала циркулировать. Скорбная атмосфера разлилась по всему дому. Плачущее лицо Жун Юня всплыло в его памяти, оно было столь реальным и ясным...

Каждая школа будет иметь, в той или иной степени, плохих парней. Когда она не заботилась об этом, эти парни становились главными силами в инцидентах с запугиваниями. Иногда для этого даже не было причин. Просто потому, что им кто-то не нравился, они его били.

В то время, в средней школе, Чу Фэн был одним из тех самых плохих парней, и он являлся их главарем. Старшая школа — должна быть хорошим временем для учебы, но не во всех школах имеется настолько хорошая атмосфера. Особенно если это средняя школа-интернат, где они находятся в своем мятежном возрасте. Группа богатых учеников второго поколения и дети чиновников второго поколения смешались вместе и стали школьными тиранами. Каждый день они запугивали и провоцировали... Это было школьной жизнью Чу Фэна и его "приятелей".

Жун Юнь был очень деликатным мальчиком. Он рос чистым и имел хорошую внешность, что редко встречалось в средней школе. Кроме того, его успеваемость также хороша, и он добр к другим людям, поэтому он был очень популярен у девочек.

На третьем курсе средней школы, когда начался новый учебный год, он вдруг услышал, что Жун Юнь – гомосексуалист. Когда слух вышел наружу, девочки не поверили ему, а мальчики почувствовали отвращение. Поэтому многие мальчики стали избегать Жун Юня и, казалось, боялись общаться с ним и относиться к нему как к гею. Долгое время Жун Юнь оставался исключён из их жизни.

Была пятница, и большинство учеников после школы вернулись домой. Отношения Чу Фэна с отцом плохие, в результате они по телефону поссорились. Он был в плохом настроении. После того, как вернулся с игры в баскетбол, он был готов вернуться в класс, чтобы забрать свой портфель и пойти обратно в общежитие. Он услышал шум и насмешки на лестнице.

Чу Фэн поднял бровь, ему был знаком этот голос, и он вырос с его обладателем, это был его друг Гуй Хан.

Прислушиваясь к его тону, он не знал, с кем из одноклассников тот связался. Настроение у него нехорошее, а шум сделал еще более раздраженным. Он медленно подошел.

— О чем здесь болтаете? — с недовольством спросил Чу Фэн. В школе, он определенно плохой парень, его одноклассники оценивают его не очень хорошо, и он только выглядит красивым. Но если добавить ещё некоторые вещи о нем, то это борьба и баскетбол, в которых он очень хорош.

— Все окей. Он мозолил мне глаза и я преподал ему урок. — увидев его сказал Гуй Хан, засмеявшись.

Чу Фэн взглянул на парня, которого несколько человек прижимали к земле. Это был не кто иной, как Жун Юнь. В это время на его лице уже есть несколько синяков, синяки в уголках рта становятся фиолетовыми, а лоб - синим. Его рубашка измазалась, а пуговицы исчезли. Он ясно видел его белое тело и тонкие ключицы. Даже штаны его не пощадили. Его одежду разорвали и снова надеть её не представляется возможности.

Глаза Жун Юня покраснели, но он не плакал. Он просто молча вцепился в свою рубашку без пуговиц.

Гуй Хан легонько толкнул его локтем, приподнял подбородок и улыбнулся:

— Слышал слухи? На самом деле он гей.

Несколько мальчиков со стороны также засмеялись:

— Фэн гэ, что скажешь? Ему нравятся мужчины, так отвратительно.

— Считаешь себя девчонкой? Носишь дома платья?

— Моя подружка к тому же сказала, что он хорош собой. Он выглядит таким хрупким, на что тут смотреть? Может ли он стать таким же высоким, как я?

____________________

Их шум еще более выбесил Чу Фэна, и гнев в его сердце не имел выхода. Увидев смущенное состояние Жун Юня, он почувствовал еще большее раздражение, и его лицо стало еще более уродливым.

Один из парней подошел к Чу Фэну с ухмылкой на лице и посмотрел в сторону Жун Юня:

— Фэн гэ, я слышал, что делать это с мужчиной очень увлекательно.

Гуй Хан стоял рядом с Чу Фэном и услышал его. Он улыбнулся, толкнул другого и сказал:

— О чем ты болтаешь? — на самом деле, в их возрасте большинство из них были зависимы от такого рода вещей.

Из-за семейного положения Чу Фэна, он часто ездил за границу и знал об этом больше, чем его друзья. Он вдруг посмотрел на Жун Юня и подумал о кое чем плохом.

Лицо Чу Фэна вытянулось, и он вспомнил свою ссору с отцом, и его раздражение только возросло. Он искал место, где можно было бы спустить пар, но не хотел делать этого с другими находящимися вокруг.

— Идите. Позже, когда вы увидите его просто обходите, чтобы избежать заражения. — по-доброму сказал он.

Несколько человек издали несколько издевательских смешков и больше не задерживались. Попрощавшись с Чу Фэном, они ушли с Гуй Ханом, как будто ничего не произошло.

На лестнице стало тихо, остались только Чу Фэн и Жун Юнь. Жун Юнь медленно сел, движение было медленным, и он, казалось, был очень изранен. Он опустил голову и не смотрел на Чу Фэна.

Чу Фэн посмотрел на его грязную одежду, и огонь в его теле разгорелся еще больше. Думая о своем споре с отцом, в сочетании с недавними неприятными вещами, он просто хотел найти место, чтобы выразить свой гнев и недовольство, поэтому он протянул руки, дотянувшись до Жун Юня...

Вспоминая тот период прошлых событий, он, казалось, услышал крики Жун Юня. Он не плакал, когда его били и унижали другие, но плакал, когда он входил в него.

До сих пор Чу Фэн не знал, почему он принудил Жун Юня к соитию, но он абсолютно понимал, что это не являлось занятием любовью, даже если Жун Юнь на самом деле был очень привлекательным. Когда к нему вернулся рассудок, он уже вышел из него. Но ему было все равно, и он на него даже не посмотрел, и одевшись ушел.

С тех пор Чу Фэн больше никогда не видел Жун Юня. Некоторые люди говорили, что он бросил учебу, другие говорили, что он уехал за границу... Короче говоря, тот исчез. Жун Юнь ничем не отличался от одноклассников, которых он запугивал раньше. Может поначалу он еще задумывался о нем, но спустя долгое время он медленно забыл о нем.

Чу Жоу успокоила свои эмоции и села на диван. Затем она неохотно достала из сумки четыре толстых блокнота и аккуратно положила их на кофейный столик. Из-за заложенного носа звуки ее голоса стали странными.

— Это оставил Жун Юнь. Ты наименее квалифицирован, чтобы принять это. Но... ты все же единственный, кто может это унаследовать.

Онемевшее тело Чу Фэна пришло в сознание и повернулось, чтобы посмотреть на книгу на кофейном столике. Две стороны книг уже начали желтеть с небольшой отметкой.

— Чу Фэн, я тебя никогда не прощу... — закончив говорить эти слова, она взяла свою сумочку и ушла.

Он долго стоял в оцепенении, потом сел и стал рассматривать блокноты.

Это оказался написанный от руки роман. Человек написавший его – Жун Юнь. Главными героями к тому же являлись Жун Юнь и он. Это очень простая история любви, не слишком много поворотов и изгибов, но с истинной любовью, и изящное написание, казалось, имело бесконечные чувства. В романе Жун Юнь не сталкивался с хулиганами, как в жизни, они выросли и влюбились. По сюжету, он и Жун Юнь начали общаться в средней школе, поступили в университет и вошли во взрослую жизнь и сообщество. Жун Юнь стал писателем, использующим псевдоним, чтобы заработать на жизнь, а он сам не стал актером, а простым офисным работником. Жизнь двух людей была проста, но это как сладкий пирог, сладость переполняла всюду.

Хотя Чу Фэн в этой истории полностью отличается от него самого, он знал, что персонаж в этой истории – он, независимо от внешности, личности, предпочтений, привычек и т. д... Это все он. Он, не знавший сам себя, Жун Юнь на самом деле знал так хорошо.

Когда он закончил читать уже стемнело.

Через эти слова, он мог ясно ощутить чувства Жун Юня к нему. Они были очень чистыми, грустными и застенчивыми. Некоторые люди говорят, что слова могут выразить только одну десятую часть эмоций, потому что многие чувства не могут быть записаны в изложении. Они лишь могут спрятаться в сердце автора.

В конце последней книги был постскриптум.

«Он – человек, которого я не должен был любить больше всего в своей жизни, но любовь не всегда можно контролировать. Когда я встретил его в моем лучшем возрасте, я получил самый печальный результат. Моя депрессия не полностью из-за совершенного им со мной. Это стало не более чем спусковым крючком.

Я намеренно написал эти вещи и изначально намеревался дать себе мотивацию жить. Но чем счастливее любовь в этой истории, тем печальнее она на самом деле. Так что она не вылечила меня, а просто позволила мне остаться в своем сне.

Я пообещал Чу Жоу, если она не будет упоминать его при мне. Я стану упорно трудиться, чтобы жить дальше. Но на этот раз, боюсь, я нарушу свое обещание. Я слишком устал, чтобы любить. Слово "негатив", казалось, впиталось до самых костей. Чу Жоу – хорошая девушка, я благодарен ей за то, что она навещает меня время от времени, но я не могу любить ее.

Прощай, Чу Фэн. Я думаю, что ты никогда не узнаешь, что кто-то, кого ты обидел, любил тебя и так никогда и не избавился от этого чувства.»

Слезы упали с глаз Чу Фэна. Когда он отреагировал, слезы упали на книгу на завершающую точку.

Чу Жоу не критиковала его. Он действительно подонок, и он разрушил его жизнь. Теперь он также понял, почему Жун Юнь так сильно плакал. Одно дело – иметь с кем-то безответную любовь. Но совсем другое дело, если человек, в которого ты тайно влюблен, причиняет тебе боль. Последний рухнет, как и все остальные.

Привязанность Жун Юна к нему тронула его, но у него никогда не появится возможности компенсировать это.

Он не ел целый день, отчего слегка кружилась голова, но аппетита не появлялось. Он встал, выпил стакан воды, откинулся на спинку дивана и потер кожу, представляя, что это лицо Жун Юня. Он не знал, когда, но Чу Фэн внезапно упал на диван и потерял сознание.

Когда он открыл глаза, то явно находился не у себя дома. Чу Фэн был ошеломлен и внезапно сел. Далекая и знакомая обстановка действительно предстала перед ним – это оказалось его школьное общежитие на протяжении трех лет.

Чу Фэн на мгновение растерялся и ударил кулаком по стене. Холод и боль заставили его осознать, что это не сон – он родился заново и вернулся в среднюю школу!

Возрождение и Искупление Глава 2: Искупление

Глава 2: Искупление

В спальне больше никого не было. Чу Фэн инстинктивно повернулся, чтобы найти свой мобильный телефон. Он взял его и посмотрел на часы, в какой учебный год он попал. Ему не терпелось нажать на кнопку телефона. Экран загорелся и показал время и дату – Пятница, 12 сентября, 8: 29 вечера.

Он действительно вернулся на десять лет назад. Он вернулся к началу третьего класса средней школы.

В изумлении и замешательстве, выскочило имя "Жун Юнь" и заставило его сердце замереть. Он не мог вспомнить конкретный день, когда он его принудил. Он только помнил, что это было незадолго до того, как он пошел в школу. Это тоже была пятница...

В это время снаружи открыли дверь спальни, и вошел Гуй Хан. Он положил вещи, которые держал в руках, на стол. Его белая футболка с буквами оказалась чем-то измазана. Лицо Гуй Хана все еще полно ребячества, и он выглядит, как еще не выросший ребенок. По прошествии десяти лет он сильно отличался от нынешнего забавного и аккуратного вида, но выражение недовольства осталось точно таким же.

— Ты спал? — спросил он удивлённо, когда увидел Чу Фэна, сидящего на кровати. Гуй Хан не возвращался домой на этой неделе. Он и его одноклассники пошли на совместный ужин и принесли немного Чу Фэну.

— Ага, — пробормотал Чу Фэн и спросил, — Что произошло с твоей одеждой?

— Не стоит беспокоится. — сразу же снял свою футболку Гуй Хан и бросил ее в мусорное ведро. — Когда я ел острый суп, я случайно пролил его, и немного попало на одежду.

Этот знакомый разговор стимулировал память Чу Фэна, которая раньше была не очень ясной – это сегодня!

Тогда, закончив с Жун Юнем, он вернулся в свою спальню и почувствовал усталость. Он принял душ и лег спать. Затем он не просыпался, пока не вернулся Гуй Хан. У него была та же самая одежда, залитая супом, но Гуй Хан не тот человек, который стирал бы свою одежду, поэтому он выбросил ее. Причина, почему он запомнил это, потому что они оба носили похожую одежду, он также имел такую. После того, как его порвалась, тот брал ее сказав, что ее удобно носить. Но он не настолько жаден и отдал Гуй Хану одежду.

Разбитые кусочки памяти сложились, и он не стал медлить. Он тут же вскочил с кровати, достал из шкафа длинную ветровку и выбежал на улицу.

После того, как он ушел, Гуй Хан крикнул ему:

— Эй, уже темно, куда ты идешь? Эй, Чу Фэн!

Чу Фэн не удосужился ему ответить. Он вышел из общежития и помчался прямо к зданию школы.

Школа по-прежнему открыта для учащихся на самообучении. К 9: 00 вечера Чу Фэн побежал к зданию школы, но никто не увидел.

Используя свою память, Чу Фэн тихо подошел к лестнице. От нервов и волнения, казалось, что его сердце билось невероятно громко. Он не знал, находился ли Жун Юнь все еще там, и не знал, испугает ли того его внезапное появление.

Свет рядом с лестничной клеткой не включен. Из-за этого свет был тусклым, и у него не получалось ясно видеть. Чу Фэн взял свой мобильный и открыл его, подсвечивая экраном. Когда он свернул за угол лестницы, его сердце забилось быстрее. Худая фигура свернулась калачиком в углу и прислонилась спиной к стене. Он закрыл лицо руками и спокойно отдыхал, как будто не дышал. Рубашки, брюки и нижнее белье были разбросаны по земле. Почти все оказалось изорванной настолько, что надеть их невозможно.

Кажется, что прикосновение кожи Жун Юня осталось на его пальцах.

Он тихо подошел, присел на корточки перед ним и прошептал:

— Жун Юнь?

Жун Юнь не ответил вообще, как будто не слышал.

Чу Фэн дважды окликнул его, но итог остался прежним. Чу Фэн нахмурился и почувствовал, что что-то не так. Протянув руку, он коснулся руки Жун Юня. Такая холодная...

— Проснись, Жун Юнь. — приподняв его перед собой, Чу Фэн завернул его в ветровку.

Глаза Жун Юня все еще закрыты, и он походил на марионетку. И по-прежнему, совсем не отвечал. Он поспешно коснулся лица Жун Юня. Его тело холодное, но лицо горячее, особенно лоб. Чу Фэн не знал, что у того проявилась лихорадка, и не мог с этим ничего поделать. Крепко укутав его ветровкой и, выбежал из школы. Он не знал, когда у Жун Юня началась лихорадка. Начался сезон холодов, и недавно прошел тайфун. Температура уже совсем низкая. Жун Юнь пробыл в коридоре несколько часов, в его простуде ничего странного.

Охранник остановил их, поинтересовавшись:

— Что происходит? — оставался еще час, прежде чем ему запирать ворота. Они выходят изнутри, и к тому же Жун Юня несут на руках. В таком случае охранники, естественно, должны обо всем расспросить.

— У моего одноклассника температура, и в клинике никого нет. — успокоившись, сообщил Чу Фэн. — Я отправлю его в больницу.

Охранник выслушал и спросил:

— Какой класс? Зарегистрируй свое имя, и я проверю его.

Учитель лазарета в медицинской клинике также отправился домой в эту пятницу, а ученикам, остававшиеся в школе и испытывавшие дискомфорт, оставалось только отправится в больницу. Охранник не удивился, плюс свет на этой стороне не слишком яркий, Жун Юнь к тому же укутан в ветровку, и его лицо скрыто. Он проделал обычную процедуру.

Чу Фэн сообщил свой класс и имя, и после этого охранник отпустил их, сказав ему, что, если есть какие-то проблемы, он должен позвонить директору школы и семье Жун Юня. Чу Фэн вообще не слушал, что ему говорил охранник. Он остановил такси у школьных ворот и повез Жун Юня в больницу.

В такси Чу Фэн позвонил своему кузену. Его двоюродный брат работал врачом в шестой городской больнице. Больница находится немного далеко от их школы. Однако там удобнее устроить палату. Еще Чу Фэн хотел найти надежного врача, который ничего не скажет. Его кузен, естественно, строгий врач.

Когда они прибыли в больницу, Сун Бинь уже ждал их у дверей. Сегодня он был на обычном дежурстве. Чу Фэн сказал ему по телефону, что у него есть одноклассник, страдающий от лихорадки, и он не слишком раздумывал о произошедшем. Он просто подумал, что друг Чу Фэна подрался с кем-то. Однако почувствовал себя немного не в своей тарелке, увидев, как Чу Фэн вытаскивает другого парня из машины. Если он правильно помнит, мальчик, кажется, одет в одежду Чу Фэна. На его обнаженных ногах есть несколько синяков, и ступня чистая. "Что это за драка, когда его ноги чисты?" - подумал он. Как бы он ни сомневался, но все же принял его и пошел в свою приемную.

Он положил Жун Юня на кровать, а Сун Бинь снял с него куртку и увидел обнаженное тело и неоднозначные следы и теперь понял, что произошло. Его прежние подозрения оказались верны. При тусклом свете Чу Фэн не видел положения, в котором тот находился. Теперь же после увиденного, он был очень жесток с Жун Юнем, синяки и царапины на ногах, а в том месте имелась густая белая сперма.

— Убирайся отсюда! — холодно произнес Сун Бинь.

Чу Фэн посмотрел на Жун Юня в таком состоянии, и ему стало очень неудобно. Ничего не сказав, он послушно вышел.

Через полчаса Сун Бинь дал Жун Юню лекарство от всех его ран и позволил медсестре поставить капельницу.

Чу Фэн стоял в коридоре и ожидал, доклада о ситуации от Сун Биня.

Сун Бинь подошел к нему и холодно произнес:

— Чу Фэн, ты знаешь, что наделал?

На первый взгляд Сун Бинь выглядел очень мягко, но он тот человек, которого не рекомендовалось провоцировать. Перед своим двоюродным братом он по-прежнему почтителен. Хотя его душе сейчас двадцать восемь лет, но Сун Биню сейчас – тридцать. Он все еще смотрел на него как на своего старшего брата.

На самом деле, Сун Бинь выглядел как элита, но когда-то он также был хулиганом. Даже он не мог победить его в драке. Однако Сун Бинь всегда знал, чего хочет, поэтому на третьем курсе перестал бунтовать и начал серьезно учиться. Сун Бинь умный, и получил дополнительное обучение. Он просто прошел весь курс, после двухлетнего загула в старшей школе. Он также поступил в очень престижный медицинский университет и начал свою карьеру в качестве врача.

— Я возьму на себя ответственность. — сказал Чу Фэн.

— Чепуха! Если ты не осмелился взять на себя ответственность, то сейчас я бы тебе влепил пощечину! — уставился Сун Бинь на Чу Фэна. И обеспокоенно добавил, — Чу Фэн, ты когда-нибудь думал об этом? Ты действительно хочешь взять на себя ответственность? Другое дело, если он готов простить тебя. Но ты причинил ему боль не только физически, но и психологически, и это одна из труднейших проблем для решения. Я всегда думал, что ты урод, но, по крайней мере,мне казалось, у тебя были пределы, которые ты бы не переступил. Теперь кажется, что я был неправ. Я очень разочарован в тебе.

— Мне очень жаль... — сказал Чу Фэн. На самом деле, он также очень разочарован собой. Особенно сейчас, когда он оглянулся назад. В старших классах он, похоже, не сделал ничего достойного гордости.

Его извинения вызвали у Сун Биня некоторое удивление. С его пониманием Чу Фэна, тот должен был разозлится за сказанное им только что. неожиданно, реакция Чу Фэна оказалась спокойной, и сожаление в его глазах было не ложным. Сун Бинь не знал, как продолжать.

После минутного молчания Сун Бинь вздохнул и сказал:

— Я могу понять бунт мальчиков, сам таким был. Но как твой кузен, я надеюсь, что ты сможешь подумать обо всем этом. Чего ты на самом деле хочешь? Не трать свое время зря, тебе нужно повзрослеть.

— Я понимаю, — сказал Чу Фэн и кивнул. Его осознание пришло после его воспоминаний о событиях десятилетней давности, он так и остался незрелым ребенком, и его отношения с семьей все так же оставались плохими. Возможно, в глазах других людей его семья избаловала его. Однако, когда он вспоминает об этом, он также играл большую роль в своем собственном деле. Он не созрел, потому что не хотел принимать на себя ответственность.

— Окей. — Сун Бинь похлопал его по плечу и сказал, — Я дам ему палату на два дня и посмотрю, что будет дальше. Дай ему во что-нибудь переодеться и поесть легкой пищи. Лучше всего есть жидкую пищу, чтобы он мог побыстрее вылечится.

— Понял, — сказал Чу Фэн с облегчением и продолжил смотреть на приемную.

— Некоторое время он не проснется. — сказал Сун Бинь, — Иди, а я за ним присмотрю.

— Тогда я побеспокою тебя, — если Сун Бинь здесь, то он, естественно спокоен.

— Почему ты такой вежливый? — Сун Бинь чувствовал, что его кузен немного отличается от себя прежнего, но он не мог точно сказать в чем дело.

Он тоже не стал тянуть время. В двух остановках от больницы находится торговый район. В это время суток торговый центр находится не близко. Он мог бы сходить туда, чтобы купить немного одежды для Жун Юна. И он надеется, что, вернувшись, Жун Юнь все еще будет спать, так что у него все еще останется время подумать о причине, почему он сделал с ним такое.

Возрождение и Искупление Глава 3: Исповедь

Глава 3: Исповедь

Когда Чу Фэн вернулся со своими покупками, Жун Юня уже перевели в палату. Он тихонько толкнул дверь и открыл ее. В палате очень тихо, и свет был ярким. От этого в комнате казалось еще холоднее.

Чу Фэн мягко положил вещи, купленные им, Жун Юнь не проснулся. В капельнице осталась еще половина, похоже, ее только недавно меняли. Жун Юнь хмурился, ясно, что его сон неспокоен. И не понятно, то ли от плохого сна, то ли его тело испытывает дискомфорт. Палата предоставленная Сун Бинем – одноместная комната, она не большая, но удобства полные, и ванная комната внутри, что очень удобно. Однако, имелась только одна кровать, так что спать Чу Фэн мог только на диване.

Чу Фэн выключил потолочное освещение и включил прикроватную лампу, и слишком яркое освещение в комнате сразу же стало уютнее, приятные полутени окутали окружение. Он задернул занавески и сел на край кровати, глядя на все еще нахмуренного Жун Юня. Он накрыл его одеялом.

Его возвращение действительно поражало, но еще это его шанс искупить свою вину. Он больше не может совершать ошибок, как раньше. Он должен быть готов к будущему не только для себя, но и для Жун Юня.

Чу Фэну очень ясно, что он просто обязан нести искупление Жун Юню всю оставшуюся жизнь. Он хотел, чтобы у него настала хорошая жизнь. Это его долг перед Жун Юнем и чего тот заслуживает.

Однако, чтобы дать тому хорошее будущее, ему самому следует обзавестись экономической стабильностью. Если он сможет получить ее, то сможет проложить путь для будущего Жун Юня и его путь станет гладким.

В своей прошлой жизни его не приняли в отечественный университет, поэтому семья решила отправить его за границу. В иностранном университете он не учился всерьез. Закончив его, он ничему не научился, и все, что он вынес – простой диплом. Вернувшись домой, он решил поиграть в развлекательных кругах. Результат удивил даже его. Генетическая наследственность – действительно замечательная вещь. Как и его мать, он также оказался очень талантлив. Даже если он не прошёл профессиональные тренировки, а простую немного походил на курсы, он оказался не хуже прошедших профессиональную подготовку и кажется даже лучше. С дополнением в виде поддержки семьи, его путь к актерству проходил более гладко. В свой первый год в шоу-бизнесе он выиграл награду лучшего новичка, а в следующем году непосредственно стал лучшим актером. Такое развитие событий, для актёров лучшее начало. В возрасте двадцати шести лет он стал лучшим актером в двух международных наградах с литературным фильмом и стал одним из лучших актеров в Китае.

Он не мог придумать иного способа заработать денег кроме актерской игры. Так что в этой жизни он, вероятно, продолжит следовать по этому пути. Хотя индустрия развлечений хаотична, он должен хорошо смешаться с ней и познакомиться с большим количеством людей. Ему также легче будет проложить путь для Жун Юня.

Что касается остального, он может делать это медленно. Короче говоря, после прочтения романа, оставленного Жун Юнем, ему выпал шанс вернуться в прошлое. Чу Фэн посчитал, что это благоволение богов. По крайней мере, у него появилась возможность компенсировать свой проступок, и он не будет жить в сожалении до конца своей жизни. Он не позволит Жун Юню почувствовать, что его чувства ничего не значат.

Дыхание Жун Юня изменилось, его веки слегка затрепетали и его глаза медленно открылись.

Чу Фэн заметил его пробуждение, быстро встал, придвинулся к нему поближе и прошептал:

— Проснулся? Тебе где-нибудь некомфортно?

Жун Юнь несколько смутился, но услышав голос Чу Фэна, его сознание, казалось, проснулось, он уставился на него в течение нескольких секунд и вспомнив сотворенное им, схватил одеяло и спрятался внутри. Похоже, он очень испугался Чу Фэна и совсем не хочет его видеть.

Чу Фэн поспешно схватил его руку с вставленной капельницей и прошептал:

— Не бойся, я больше не причиню тебе вреда.

Будучи схваченным Чу Фэном, он стал бороться еще сильнее, и его дыхание снова участилось.

Чу Фэн расстроился. Он похлопал Жун Юна, спрятавшегося в одеяле, и сказал:

— Не двигайся, у тебя в руке находится игла, и она может изогнутся, причинив боль.

Кажется, что в одеяле тот нашел чувство безопасности, он больше не боролся, но Чу Фэн все еще чувствует, что Жун Юнь боялся настолько, что крепко сжал в руках одеяло.

Внутренне Чу Фэн вздохнул. Это его собственная вина. Если бы даже Жун Юнь решил избить его сейчас, он бы совсем не сопротивлялся.

Сидя на краю кровати, он нежно похлопал Жун Юня и сказал:

— У тебя в руке игла, так что ты не должен слишком много двигаться. Если будешь послушен, то я тебя отпущу, договорились?

В следующий момент одеяло сдвинулось, и Чу Фэн понял, что Жун Юнь просто кивнул. Он отпустил его руку, и расположил ее на кровати, задав вопрос:

— Ты голоден?

Жун Юнь ничего не ответил и просто съежился в одеяле, как беззащитный детеныш, внезапно нашедший защиту.

Чу Фэн уставился на этого спрятавшегося от него зверька. Ему очень хочется дать себе пощечину. Он действительно хуже всех, совершить такой поступок. Он не хотел думать о том, как Жун Юнь проводил дни, постоянно вспоминая как он его принуждал и насиловал его.

Одеяло слегка подрагивало. Чу Фэн нахмурился, он забеспокоился, что у него вновь повысилась температура.

— Замёрз?

Жун Юнь все так же ему не отвечал.

Чу Фэн подумал, что если он дрожит из-за лихорадки, то он должен поспешить и позволить доктору осмотреть его. Не обращая внимания на сопротивление Жун Юня, он потянул одеяло. Там он увидел лицо заполненное слезами лицо Жун Юня.

От этого вида сердце Чу Фэна заболело, и он потянулся вытереть слезы. Но чем больше он вытирал, тем больше падало слез.

— Прости, — сказал Чу Фэн остановившись.

Жун Юнь на него не смотрел, лежал на кровати и что-то шептал. Его голос очень тихий, но Чу Фэн смог его услышать. Он задавал ему вопрос: "Почему."

Чу Фэн поднял подушку, приподнял голову Жун Юня и дал ему на нее лечь, постаравшись чтобы ему было удобнее. После минутного молчания он ответил:

— Жун Юнь, ты мне нравишься.

Жун Юнь был так шокирован, что забыл, как плакать. Уставившись на Чу Фэна со слезами на глазах, кажется, он не мог поверить в только что услышанное.

Нравится ли ему Жун Юнь? Ответ на этот вопрос очень ясен в его сердце. Он не ненавидел его, он не хотел видеть его грустным, он хотел защитить и лелеять его... но это не любовь. Это чувство очень похоже, но не любовь, даже если его тронули чувства Жун Юня и он раскаивается из-за своих действий, но он все равно не может лгать своим чувствам. Это не любовь, по крайней мере сейчас.

Сказанное им, это желание найти разумную причину сотворенного с Жун Юнем. В прошлой жизни, его действия послужили спусковым крючком для депрессивного расстройства Жун Юня. Он не может позволить этому вновь случиться. Он отплатит Жун Юню своей жизнью, так что даже если он не любит, он все же его не оставит. Это его искупление, и он к тому же хочет, чтобы у Жун Юня наладилась его жизнь.

— Правда... Ты уверен? — немного глупо по уставился на него Жун Юнь.

— Да, иначе отчего бы я так поступал с тобой? — Чу Фэн попытался смягчить свой тон и сказал, — Прости, я знаю, что использовал худший способ причинить тебе боль. Я возьму на себя ответственность. Сегодня я поссорился с отцом и вышел из себя, а увидев твой растрепанный вид, не смог себя контролировать... Прости...

— Сегодня ты был таким... Я испугался... — глаза Жун Юня снова прослезились.

Если другие перед ним плакали, Чу Фэн, несомненно, сразу же терял терпение. Но Жун Юнь совсем другой, так что он совсем не раздражен. Только по словам Жун Юня, он уже мог заметить, что тот очень деликатный человек. С тем, что случилось сегодня, разве он мог позволить всему так остаться? На самом деле, лучше всего сказать ему что-то, что уменьшит его проблемы.

— Это моя вина. В будущем такого больше не повторится. — Чу Фэн натянул одеяло и накрыл им Жун Юня. Хотя тот был одет в одежду пациента, ночью было холодно, а она не очень-то прикрывала. — Поверь мне еще раз, ладно?

Жун Юнь схватил его за рукав и мягко кивнул. Это заставило Чу Фэна почувствовать себя еще более грустным. Жун Юнь такой хороший, и он его тяжело ранил. Его вина не уменьшалась, а становилась все тяжелее.

Эмоции Жун Юня успокоились, Чу Фэн сходил взять ему немного горячих полотенец и вытереть его лицо. Синяки в уголках рта и на лбу выглядели неприглядно. Он старался действовать помягче и не причинять ему боли.

— У тебя жар, поэтому ты должен остаться в больнице на два дня, мы вернемся, когда твоя температура спадет. — сообщил он Жун Юню, закончив его вытирать. — Тебе придётся питаться более легкой пищей, чтобы ваше тело быстрее заживало. Ты голоден? Я купил тебе кашу, хочешь поесть?

Жун Юнь покачал головой. Прямо сейчас у него не было аппетита.

Чу Фэн задумался, Жун Юнь не ел ни ужин, ни чего-либо еще. Если он не ел, то у него будет болеть живот. Он сказал:

— Как насчет того, чтобы поесть совсем немного? Если наполнишься силами, то будешь исцеляться быстрее.

Жун Юнь посмотрел на его обеспокоенное лицо и в конце концов кивнул головой.

Чу Фэн улыбнулся и поднял его, приподняв подушку, чтобы тому стало удобнее. Он подошел к журнальному столику и взял запечатанную чашку с кашей внутри и тарелку с какими-то гарнирами.

Чу Фэн и его мать ходили в магазин конге несколько раз, но интереса к этому продукту у него не возникало. Жун Юнь должен есть более легкую и питательную пищу, поэтому Чу Фэн вспомнил об этом магазине. Тот находился прямо в центре города, там он купил несколько каш и заказал двухдневную доставку. Хотя цены в этом магазине немного дороговаты. Но обслуживание лучше, вроде этой запечатанной чашка, магазин предоставил ее, но ее тоже придётся оплачивать.

Наливаем кашу в маленькую миску, которая к ней прилагалась. Чу Фэн аккуратно перемешал ее ложкой. Каша все еще горячая, поэтому он должен слегка её остудить. Он выбрал фирменную магазинную кашу, приготовленную из дюжины видов зерна. Это питательно и вкусно.

Он подождал, пока каша немного остынет, и скормил ее Жун Юню.

Чу Фэн улыбнулся и сказал:

— Ешь.

Жун Юнь открыл рот и отъел немного каши.

Чу Фэн кормил его кашей, а также прибавил к ней несколько гарниров, чтобы накормить Жун Юня. Эти блюда были очень мягкими, вкусными и очень аппетитными. После того, как Жун Юнь съел часть каши, он покачал головой и не желая снова есть её.

Когда он увидел, что Жун Юнь немного устал, то взял мешок для капельницы и пошел в ванную, чтобы помочь ему с его делами и полоскать рот. Затем уложил того в постель, заботливо укрыл одеялом и сказал:

— Спи, я присмотрю за тобой.

— Ладно. — Жун Юнь посмотрел на Чу Фэна с чувством замешательства.

Он очень смутился, когда Чу Фэн помог ему снять штаны. Однако он все же должен был закончить свои физиологические потребности. Он мог только покраснеть и стараться не обращать ни на что внимания.

Чу Фэн посмотрел на него и сказал:

— Если тебе неудобно, просто скажи мне.

— Окей. — кивнул Жун Юнь и закрыл глаза. Слишком много всего произошло сегодня. Ему нужно переварить все это.

Чу Фэн присматривал за ним. Он также допил остатки каши, оставленные Жун Юнем. Он тоже не ужинал, и на самом деле уже проголодался. Поставил запечатывающуюся чашку на стол. Тут зазвонил его телефон, и Чу Фэн побоявшись разбудить Жун Юня, который только что заснул, быстро выключил его. Посмотрел на экран, напоминание о пропущенном звонке показало имя Гуй Хана.

Чу Фэн посмотрел на Жун Юня и убедился, что того звук не разбудил, и тихо вышел, чтобы ответить на звонок.

**********

Конге (конжи) — рисовый отвар. Он бывает разный, либо полностью разваренные зерна риса, либо только водичка с него. По-видимому, в магазине, описанном в новелле, эта кашка идёт с другими крупами и различными добавками с травами или какими ни будь продуктами вроде слив или даже креветок.

Возрождение и Искупление Глав 4: Забота

Глав 4: Забота

Чу Фэн сразу же перезвонил, так что Гуй Хэн подумал, что он просто случайно повесил трубку. После подключения он сразу спросил:

— Где ты? Ты вообще сегодня вернешься вечером? Они уже заперли дверь и выключили свет.

— Я понял, мне нужно кое-что закончить здесь, и сегодня я не смогу вернуться. — сказал Чу Фэн. На этой неделе никто не будет проверять их посещаемость.

— У тебя неприятности? Тебе помочь? — быстро спросил Гуй Хэн. Если что-то не так в это время ночи. Он чувствовал, что это будет нехорошо.

— Никаких проблем, это просто семейное дело, — сказал он. Думая о Гуй Хэне, некоторые люди думают, что он непостижимый человек, поэтому не хотят общаться с ним. Чу Фэн стал дружить с ним не для чего-то другого, а для развлечения. Гуй Хэн — также первый человек, вставший на его сторону, независимо от того, что произошло.

— Хорошо, не забудь позвонить мне, если что-то случится, — в случае если его изобьет отец, того же остановят, верно?

— Не вешай трубку, хочу кое-что сообщить. — сказал Чу Фэн. На этот раз он единственный в коридоре.

— Говори тогда.

Чу Фэн сел на стул в коридоре и сказал мягким тоном:

— Убери с пустой кровати в спальне все лишнее. Через два дня кое-кто переедет туда.

— А? Кто? — Гуй Хэн вообще был не в курсе. Смена комнаты в начале учебного года-обычное дело, в этом нет ничего страшного. Но кто-то переедет в их комнату в общежитии, почему это он не знает?

— Это Жун Юнь. — прямо сообщил Чу Фэн.

— А? Подожди, брат Фэн, что произошло? — в голосе Гуй Хэна слышались удивление и недоумение. Он же только-что издевался над ним сегодня. Почему вдруг уже на вечер Чу Фэн говорит, что он переезжает к ним? Он не мог разобраться со всей этой информации.

— Я сегодня находился в ужасном настроении. — говорил ему Чу Фэн, — После того, как ты ушел, я поговорил с Жун Юнем. Он дал мне небольшой совет, чем помог мне чувствовать себя получше.

Гуй Хэн поднял бровь и подумал: Может ли кто-нибудь придумать решение для Чу Фэна? Это невероятно. Он всегда с Чу Фэном и никогда не видел никого, кто мог бы убедить его.

— Значит, я позволю ему оставаться в комнате и разговаривать с ним, во время своего плохого настроения, — продолжил он. На самом деле, если задуматься об этом, его оправдание не такое уж хорошее. Но Гуй Хэн все еще недостаточно взрослый, чтобы понять, что что-то не так с его словами. Обмануть его оказалось легко.

— Я понял, уберу там завтра. — Гуй Хэн легко согласился. все знают, если Чу Фэн сильно раздражен, даже он не смел приближаться к нему. Теперь у них появился сдерживающий фактор, Гуй Хэн сразу почувствовал себя лучше. Он сможет жить еще лучше.

— Скажи это и другим тоже, Жун Юнь будет жить с нами. Не запугивай его. Даже если сегодня у вас были терки, скажи им, чтобы они больше не задирали его. — сказал Чу Фэн. Неправильно, что эти люди издевались сегодня над Жун Юнем. Но именно он приводит к конечному результату. Поэтому его ошибка гораздо серьезнее, чем их.

— Тебе не о чем беспокоиться. — засмеялся Гуй Хэн. Хотя ему не нравился Жун Юнь, но он даже не трогал его. Он просто был рядом тогда, и комментировал.

— Ладно, скажи это и Сы Сяню, я не стану ему звонить.— сказал Чу Фэн.

— Хорошо, оставь это на меня.

Сы Сянь также из второго поколения богатой семьи, и его семья занимается ювелирным бизнесом. Разница между ними заключается в том, что Сы Сянь очень хорошо учится и у него хорошие оценки. Он легок на подъем и очень популярен в своем классе. В общих комнатах школы проживало четверо учащихся. Это делалось для того, чтобы классному руководителю было легче информировать учеников в ночное время. В начале учебного года каждый класс имел несколько комнат. Но из-за Чу Фэна только трое из них жили в четырехместной комнате общежития. Пустая кровать обычно использовалась, чтобы положить одежду или закуски, которые не помещаются в их шкафу.

Хотя Сы Сянь и Чу Фэн не росли вместе, но они оба были из второго поколения богатых семей города С, поэтому они немного знали друг о друга. Они не ожидали, что оба выберут одну и ту же среднюю школу и поселятся в одной и той же комнате общежития. Они быстро познакомились друг с другом. Сы Сянь — не такой же, как он, кто тратит свое время впустую, но они не смотрели на него свысока и не запугивали его. На самом деле с ним очень легко ладить, поэтому у Чу Фэна и него хорошие отношения. Кроме того, они могли скопировать у него задания, так что иметь такого как он проживающего рядом было хорошо. Они были очень счастливы.

Вернувшись в палату, он увидел, что Жун Юнь спит очень хорошо. Капельницы все еще пополам, но Чу Фэн не мог спать. Он сел на кровать и посмотрел на Жун Юня. Он также вызвал медсестру, чтобы та починила иглу.

Жун Юнь очень худой, синяки на его лице выглядели плохо, но это не влияло на его нежный внешний вид. Чу Фэн не знал, родился ли тот худым или он слишком много учится, что не мог о себе позаботиться. Но что бы ни случилось, позже, когда они будут вместе, он позволит ему жить счастливой, здоровой и мирной жизнью.

На следующее утро Сун Бинь пришел к Жун Юню. Тот только что проснулся, и он все еще немного смущен, но его состояние намного лучше, чем вчера.

— Привет, я кузен Чу Фэна Сун Бинь. — изящно представился Жун Юню Сун Бин. Его кузен такой ублюдок, что совершил нечто подобное, поэтому тоже чувствовал себя ответственным. Он неосознанно стал более нежным. Таким образом Сун Бинь легко завоевал благосклонность другого, а также дал ему более комфортное чувство во время разговора.

— Здравствуйте, Доктор Сун. Извините, что побеспокоил Вас, — вежливо сказал Жун Юнь. Он не ожидал, что у Чу Фэна имеется двоюродный брат, работающий врачом в этой больнице. Неудивительно, что Чу Фэн пришел сюда.

— Я врач. Это мой долг – лечить пациентов. — Сун Бин улыбнулся и продолжил: — Чу Фэна всегда было трудно контролировать. Если он тебя раздражает, ты можешь прийти ко мне в любое время. Я могу помочь тебе проучить его. — отношение Сун Биня совпадали с его тоном, это походило на весенний бриз. Он не только приносил людям комфортное ощущения, но и небольшое чувство радости.

Жун Юнь не говорил и только слегка улыбался.

После осмотра Жун Юнь кивнул и сказал:

— Тело не слишком пострадало. Как только температура спадет, тебя завтра выпишут.

— Хорошо, — сказал Чу Фэн, выдавая себя за охранника.

— Его диета должна быть легкой, Жун Юнь ты все еще молод, поэтому быстро выздоровеешь. Ты должен выдержать несколько дней небольших ограничений в пище. — наставлял Сун Бинь.

— Хорошо, я понял, — покивал Жун Юнь.

Он также рассказал ему о необходимых лекарствах и сказал, что будет работать в ночную смену, если возникнут какие-то проблемы, Чу Фэн может позвонить ему напрямую. Если нет никаких проблем, они могут подождать его завтра утром после работы, и тогда смогут покинуть больницу. Он уже сказал об этом медсестре, чтобы они ни о чем не беспокоились.

Поблагодарив Сун Биня, Чу Фэн провел своего двоюродного брата.

— Он простил тебя? — поинтересовался Сун Бинь, направляясь к лифту.

— Нет, он не злился на меня. — мягко улыбнулся Чу Фэн.

— Этот ребенок такой хороший. — слегка вздохнул Сун Бинь. — Он не такой, как ты. — Он видел, общался и имел дело с людьми, походившими на Чу Фэна. Зная подобные личности, Сун Бинь стал немного увереннее.

— Знаю, — кивнул Чу Фэн.

Пока они разговаривали, подъехал лифт. Дверь открылась, и кто-то доставил кашу, заказанную Чу Фэном в магазине конжи.

После подписания Сун Бинь улыбнулся и сказал:

— Иди, я принесу тебе что-нибудь поесть вечером. — Жун Юню требуется питаться легкой пищей. Но Чу Фэн не может постоянно питаться кашей три раза в день. Жун Юнь нуждается в физической поддержке, поэтому Чу Фэн должен есть питательную пищу и заботиться о том правильно.

— Понял, береги себя, брат.

— Окей. — когда Сун Бинь ушел, тот вошел в лифт и вернулся обратно в палату.

Хотя нынешняя ситуация Жун Юня намного лучше, чем прошлой ночью, Чу Фэн все же покормил его. Утром Чу Фэн заказал тыквенную кашу, а также необходимые гарниры и булочки на пару. Жун Юнь может есть только это меню. Жун Юнь ничего не говорил.

После того, как они оба поели, Чу Фэн дал тому стакан теплой воды и медленно напоил.

— Вернувшись в школу, ты переселишься в мою комнату.

Если учащиеся перед этим обсудили и договорились об этом, то переселится в другую комнату легко, нужно только сообщить об этом директору школы. Но обычно, это происходило в начале школы. После сентября, если нет особых обстоятельств, то обычно ничего не менялось.

Жун Юнь посмотрел на него и ничего не сказал.

— Я признался тебе. Даже если ты не ответишь мне, ты должен дать мне шанс ухаживать за тобой, верно? — сказал, улыбнувшись Чу Фэн.

— Я...Это не так. — смущаясь, сказал Жун Юнь прихлебывая.

Улыбка Чу Фэна стала еще шире. Он понял, о чем беспокоился Жун Юнь.

— Можешь быть спокоен, я уже сказал ему обо всем, и он уже согласился. Я здесь, никто не станет тебя запугивать.

— Но Гуй Хэн... Похоже, ненавидит, что я гей... — он все еще помнил, сказанное вчера Гуй Хэном. Он сказал, что я должен избегать их, чтобы они не заразились.

— Сказанное им нехорошо, но он очень заботливый человек. — он понимал, что Жун Юнь может не захотеть жить с Гуй Хэном, но он все еще думает обо всех вещах из прошлой жизни. Он поговорит с Гуй Хэном в случае чего, но... — Если ты не хочешь оставаться с ним, мы можем попросить освободить комнату для нас двоих.

Тот задумался на мгновение и сказал:

— Не волнуйся, я лучше не буду провоцировать его.

Чу Фэн дотронулся до его волос и успокоил его:

— Это нормально, провоцировать его. Он не посмеет тебя коснуться.

Немного помолчав, Жун Юнь сказал:

— На самом деле, многие люди в школе недолюбливают меня...

— Знаю. — перебил его Чу Фэн. Он был в курсе слухов о Жун Юне и ситуации в целом. — Тебе не нужно беспокоиться о том, что думают другие люди. Ты просто должен знать, что ты мне нравишься.

Слова Чу Фэна заставили глаза Жун Юня загореться как фонарики, а его уши при этом покрылись розовым.

Чу Фэн улыбнулся и поддразнил его:

— Я говорил тебе это прошлой ночью, ты ведь еще не забыл, верно?

— Нет... — покачал он головой.

— Это хорошо. Это просто вопрос смены спальни. Я помогу тебе завтра со сборами, — сказал Чу Фэн, держа его покрасневшее ушко.

— Хммм... — мягко произнес Жун Юнь, а в его сердце сладко и кисло. Чу Фэн не отверг его, из-за чего он очень счастлив. Есть еще много вещей, с которыми им придется столкнуться в будущем. Он не знает, как далеко может зайти по этой дороге. Но пока Чу Фэн рядом с ним, он не будет одинок. Когда он думал об этом, то наполнялся мужеством.

Возрождение и Искупление Глава 5: Уплата долга

Глава 5: Уплата долга

Жун Юню после завтрака нужно сменить капельницу. Но перед этим сначала ему требуется нанести лекарство не только на лицо и тело, включая то место, куда солнце не светит. Из-за жестокости Чу Фэна, он получил там раны и нуждается в хорошем уходе.

Сун Бинь прописал ему несколько лекарств. У каждого из лекарств есть инструкции, как использовать и в какой части пораженного участка он может применить лекарство.

Жун Юнь послушно позволил Чу Фэну помочь ему нанести лекарство на лицо и тело. Когда Чу Фэн сообщил, о необходимости применения лекарства на заднюю часть, тот наотрез отказался. С раскрасневшимся лицом он кинулся в сторону туалета, при этом воскликнув, что сам применит его на себя.

Использовав немного силы Чу Фэн уложил его в постель, но этого вполне хватило, чтобы Жун Юнь не убежал.

— Как ты можешь это сделать, если сам не видишь? — уговаривал его Чу Фэн, — Тебе нужно как следует его применить.

— Я сам могу это сделать... — сказал Жун Юнь. То другое место, как он может позволить ему увидеть его?

— Будь послушным, — сказал Чу Фэн и поцеловал того в ухо.

От сделанного Чу Фэном, тело Жун Юня мгновенно застыло, и он, казалось, абсолютно не знал, как реагировать.

Чу Фэн громко засмеялся, он стянул штаны Жун Юня и начал применять лекарство. Это лекарство следует применять не только снаружи, но и внутри. Чу Фэн не осмеливался действовать там слишком сильно при нанесении, поэтому делал это тщательно, но осторожно, он даже немного вспотел. Он посмотрел на красное лицо Жун Юня.

В это время к Жун Юню подошла медсестра и повесила капельницу. Он слегка избавился от своего смущения.

Опасаясь, что Жун Юню станет в больнице скучно, Чу Фэн вымыл руки и спустился купить журналы.

Окрестности больницы довольно людное место, в отдалении имелись небольшие магазинчики, продающие газеты и журналы. Чу Фэн не знал, что нравилось Жун Юню. Он подобрал несколько вещей, выглядевшие более подходящими для его возраста. На обратном пути он купил фрукты. Проходя мимо цветочного магазина, он купил корзину цветов. Цветы могут сделать людей счастливыми, поэтому он уверен, что Жун Юнь будет счастлив.

Вернувшись в палату, он заметил, что за время его отсутствия, смущение Жун Юня уменьшилось. Но он все еще избегал взгляда Чу Фэна.

Проходя к своему спальному месту Чу Фэн, положил журналы на кровать. Корзину с цветами он установил на подоконнике, а затем коснулся руки Жун Юня. Почувствовав, что та не холодная, он успокоился и произнес:

— Я не знал, что ты любишь читать, поэтому я просто купил несколько разных.

— Спасибо, — Жун Юнь взглянул на журнал. На самом деле он редко покупал подобное. Просто их покупка тратит много денег. А ему нужно накопить для себя немного денег.

Чу Фэн посмотрел на капельницу, а затем очистил фрукт для Жун Юна. Он знал немного техник, как очистить и разрезать фрукты, так что на этот раз он купил фрукты дракона, и легко его очистил Он очистил кожуру драконьего плода и положил его в тарелку, предложив Жун Юню поесть.

В палате тихо, и Чу Фэн, облокотившись на диван, читал газету. Время от времени он поглядывал на капельницу Жун Юня, контролируя ее. Тот же сидел на кровати, и молча ел фрукты и читал журналы.

Вчера Чу Фэн поздно уснул, затем на рассвете его разбудила медсестра, пришедшая измерить температуру Жун Юня. Теперь Чу Фэн, мгновенно заснул на диване.

Просматривая журналы и почувствовав усталость, Жун Юнь поднял голову и увидел заснувшего на диване Чу Фэна, спящего на диване. Какое-то мгновение он не мог отвести взгляд. Жун Юнь жадно наблюдал за Чу Фэном, будто желая вырезать в глубине своего сердца.

Внешность Чу Фэна имела выдающиеся черты, красивое лицо, высокий нос и пара образцовых персиковых и непокорных глаз. Обычно он всегда очень серьезен, и мнение окружающих о нем не очень хорошее. Поэтому, кроме его друзей, немногие люди осмеливались приблизиться к нему.

Когда он впервые увидел Чу Фэна на первом курсе, то моментально влюбился в него. Существует такой факт: на то, чтобы влюбиться, может потребоваться всего секунда, но столь же легко и забывается предмет своего обожания. Нравилось ему или нет, но для него эти секунды наступили быстро, но на то, чтобы забыть, уходит целая жизнь...

Жун Юнь редко имел возможность смотреть на Чу Фэна с настолько близкого расстояния, не беспокоясь о том, что он заметит его. В прошлом он делал это втайне, боясь быть обнаруженным другими. Когда Чу Фэн сказал, что он ему нравится, он очень удивился, но в то же время, он обрадовался. От этого счастья его печаль улетучилась. Признание Чу Фэна также успокоило его чувства от произошедшего ранее. Даже если совершенное Чу Фэном, все еще заставляло его испытывать чувство грусти, но, по крайней мере, это не унижение, и это оставило ему немного достоинства. Чу Фэн проявил к нему такую заботу, заставив его поверить, что не ненавистен ему. Касаемо того, действительно ли Чу Фэну он нравился, он все еще не мог прийти к однозначному выводу об этом.

Хотя Чу Фэн дремал, но мысленно он решил, что Жун Юнь не мог уснуть. Из-за этого он плохо спал и в конце концов проснулся. Открыв глаза, он заметил Жун Юня в оцепенении наблюдающего за ним. Он ухмыльнулся и спросил:

— Красивый?

Жун Юнь также не ожидал, что Чу Фэн так быстро проснется. Он ничего не ответил, только кивнул.

Чу Фэн широко улыбнулся, встал и подошел к Жун Юню. Ущипнув его за лицо, он сказал:

— Ты тоже хорошо выглядишь.

Черты лица Жун Юня также неплохо смотрелись. Его двойные веки чуть шире, что делало его глаза милыми и наивными. В этом возрасте подобная красота могла не привлекать, но по мнению Чу Фэна, Жун Юнь станет популярен спустя. лет десять. А ныне Жун Юнь тот типаж, который немного нравился девочкам и людям постарше, даже больше немолодым. Он тихий и вежливый и не нес никому угрозы.

— Вовсе нет. — Жун Юнь склонил голову и больше не смотрел на него. По его мнению, Чу Фэн красивый и хорошо выглядит. Даже если он станет знаменитостью, он будет выдающимся.

Лихорадка Жун Юня не возобновилась. В воскресенье утром Сун Бинь еще раз осмотрел Жун Юня и решил, что все в порядке, позволив ему выписаться из больницы. Сун Бинь сообщил некоторые меры предосторожности и предупредил Жун Юня не есть ничего, прежде чем не освободит живот. Так же требовалось целую неделю вовремя применять лекарство.

Прописанное Сун Бинем лекарство очень хорошее. Синяки на лице и теле Жун Юня почти исчезли менее чем за два дня. Когда оно почти закончилось, Чу Фэн попросил своего кузена снова приготовить лекарство.

Вернувшись в школу, Чу Фэн сразу же отвел его в свою спальню.

В общежитии никого не было, и он не знал, где Гуй Хэн. Однако не используемая кровать напротив кровати Чу Фэна чистая. Все спальни в общей комнате одинаковы. В одной комнате может находится до четырех человек, и две кровати отделены от двух других кроватей располагаясь параллельно друг другу. Есть столы и шкаф, и пространство также довольно большое. Также в распоряжении проживающих имелась ванная комната и балкон. Площадь балкона не большая и может использоваться только для просушки одежды. Ванная комната и прачечная разделены, поэтому никто друг другу не мешал

Кровать Чу Фэна находится справа от двери, а рядом с ним расположился Гуй Хэн. Противоположная сторона Сы Сяня. После переезда кровать Жун Юня будет находится в левой части у окна.

Чу Фэн позволил Жун Юню сесть на стул, и немного отдохнуть. Он указал на пустую кровать и сказал:

— Будешь спать там?

Тот кивнул, свет там лучше, и ему нравилось. Однако он все еще не решается переехать сюда. В конце концов, кроме Чу Фэна, здесь живет и Гуй Хэн.

Чу Фэн заметил его колебания, потому взял стул и уселся рядом с Жун Юнем. Он сказал:

— Не волнуйся. Я никому не позволю причинить тебе боль.

— Хорошо. — кивнул Жун Юнь. На самом деле, просто оставаясь рядом с Чу Фэном, он уже чувствует себя в безопасности.

Чу Фэн улыбнулся, потер голову и сказал:

— Побудь какое-то время на моей кровати, а я соберу твою сумку. Потом мы вместе пообедаем, а затем приберемся.

— Я и сам могу это сделать. — у него не так много дел, и он мог сделать это самостоятельно.

— Отдохни, я быстро. — сказал Чу Фэн тоном, не терпящим возражения.

Глядя на такое жесткое отношение, у Жун Юня не осталось выбора, кроме как согласно кивнуть головой. Увидев кивнувшего Жун Юня, он сначала сходил к директору школы и сообщил, что Жун Юн хочет поменять свою комнату в общежитии.

Для таких учеников, как Чу Фэн и Гуй Хэн, пока они не провоцируют главного учителя, та слишком ленива, чтобы обращать на них внимание. Не то чтобы их не критиковали или не вызывали их родителей. Она просто не хотела тратить свое время. Потому что даже если скажет им вести себя хорошо, все опять продолжится. Поэтому обычно классный руководитель только говорил им, не мешать другим ученикам заниматься. (Насчет главного учителя не знаю то ли это главный над всеми учителями, то есть завуч, то ли главный по общежитию.)

Главный учитель, Дун Фан, немного удивилась, услышав, что Чу Фэн хочет, чтобы Жун Юнь переехал в их комнату. Жун Юнь – хороший ученик, имеющий отличные оценки и хорошую личность. Хотя она не знала, откуда пришел тот слух, но как учитель, она должна исправить отношение учеников, поэтому она не искала Жун Юня специально, чтобы поговорить, но обращала больше внимания на его психическое состояние. По ее мнению, Жун Юнь и Чу Фэн вообще не разговаривали друг с другом. Почему же Чу Фэн вдруг попросил жить с Жун Юнем?

Чу Фэн знает, что его опрометчивая просьба насторожит главного учителя. Поэтому он придумал оправдание и сказал, что это Сы Сянь предложил эту идею, надеясь, что в комнате появится еще один прилежный человек. Если у Сы Сяня появятся проблемы в его учебе, то он сможет обсудить их с Жун Юнем.

Услышав это Дун Фан вздохнула с облегчением. Характер Жун Юня и Сы Сяня должны походить друг на друга. Тем не менее, она все еще немного обеспокоена, потому что пришедшим являлся Чу Фэн. Тот просто позвонил Жун Юню и попросил его поговорить с главным учителем.

Дун Фан поняла, что Жун Юнь сам решил переселится. Она также спросила, запугивал ли его Чу Фэн. Узнав, что это не так, она больше не волновалась и кивнула в знак согласия.

Чу Фэн видел, что только поговорив с Жун Юнем Дун Фан согласилась, и беспомощно вздохнул. В конце концов, он все еще неблагоприятный ученик. Все правильно. Несколько слов порядочного ученика заставят учителя легко поверить.

Возрождение и Искупление Глава 6: Переход

После того, как классный руководитель согласилась, Чу Фэн сначала уложил Жун Юня в свою кровать, затем отправился в комнату Жун Юня собирать его вещи.

Спальня Жун Юня находилась недалеко от его спальни, всего в четырех дверях от лестницы. Поскольку Жун Юнь все еще планировал вернуться в школу, на пятничные занятия после нее, поэтому книги все еще оставались в классе. Он также планировал поесть перед возвращением в школу, поэтому его ключи все еще находились в общежитии. Чу Фэн сначала постучал в дверь, и узнать, есть ли кто-нибудь в комнате. Если никого не будет, он спустится вниз и найдет управляющего.

Дверь спальни быстро открылась изнутри, и человек с другой стороны с удивлением уставился Чу Фэна. Чу Фэн знал его так как они с ним находились в одном классе, но не мог вспомнить его имени. Не поздоровавшись, Чу Фэн немедленно вошел в комнату. Присутствовали все трое жильцов, что несколько удивило его. Когда двое других заметили Чу Фэна, они не осмелились поздороваться, но недоумение на их лицах было очевидно.

— Который из них стол Жун Юня? — спросил Чу Фэн.

Мальчик, открывший дверь, указал на стол слева от двери.

На столе не было никаких предметов, как и книг на книжной полке. Простыни были светло-голубыми и выглядели очень освежающе.

Маленький чемодан был расположен на самом нижнем уровне гардероба Жун Юня. Чу Фэн достал чемодан и начал укладывать в него вещи. У того имелось очень мало вещей; вещей в его шкафу было достаточно, чтобы упаковать их в маленький чемоданчик. Постельное белье и книги можно было сразу перемещать без хлопот, так как расстояние было небольшим.

Остальные трое в комнате в молчании наблюдали за действиями Чу Фэна. С их безразличным отношением они продолжали заниматься своими делами.

Увидев подобное отношение, Чу Фэн внутренне на них цыкнул. Эти три человека явно не уезжали домой в выходные, и Жун Юнь не возвращался в течение двух дней. И несмотря на то, что Чу Фэн сразу же вошел в комнату и начал упаковывать его вещи, эти трое не могли даже задать ни одного вопроса, показывая свое пренебрежение к Жун Юню. Он предположил, что их отношения были в первую очередь связаны со слухами о нетрадиционной ориентации Жун Юня, но в любом случае, совместное проживание в одной комнате в течение двух лет не должно было вызвать такое безразличие. Это выглядело так будто Жун Юнь вообще никогда не жил в этом месте. Очевидно, Жун Юнь никогда не чувствовал себя здесь комфортно. При этом Чу Фэн почувствовал еще более уверенности в своем плане по переселению Жун Юня к нему, иначе тот рано или поздно впадет в депрессию.

Однако отношение этих троих в их возрасте может быть поверхностно правильным. Если они оказались бы близки к Жун Юню, они могут быть вовлеченными в те же самые гей-слухи и остаться на стороне презираемых. Но в глазах Чу Фэна, это являлось по-детски смешным. Однополая любовь не должна подвергаться дискриминации. В средней школе нет необходимости проводить настолько четкую грань различия. Как только вы войдете в общество, такое отношение сделает вашу жизнь трудной. Это была такая вещь, которая не могла ждать, пока вы переучитесь позже, поскольку не все могут это сделать.

Закончив сборы, Чу Фэн вышел в комнату как раз в тот момент, когда прибыл Сы Сянь.

— Помогаешь Жун Юню упаковать его багаж? — весело спросил Сы Сянь, наблюдая, как Чу Фэн вытаскивает чемодан. Узнав, что Жун Юнь переезжает к ним, он разузнал, где его комната и решил помочь с переездом.

Сы Сянь был очень нежен. В отличие от чистой и изящной ауры Жун Юня, его темперамент нес в себе благородный оттенок. С первого взгляда на него можно сразу сказать – из него выйдет хороший наставник. Тем не менее благодаря своему юному возрасту он не раздражал, наоборот с ним было легко ладить.

В предыдущем мире его приняли в хороший университет, в то время как Чу Фэн и Гуй Хэн учились за границей, поэтому они стали менее близки. Позже Сы Сянь стал директором и вошел в ту же индустрию, что и Чу Фэн, так что их взаимодействие постепенно увеличивалось. Однако, Чу Фэн также чувствовал, что им не хватало близости, которую они имели раньше. На самом деле, Сы Сянь был очень хорошим другом. Он его не слишком раздражал, и пока Чу Фэн сталкивался с проблемами, тот старался изо всех сил помочь ему.

— Чего это ты вернулся домой так рано? — обычно Сы Сянь возвращался в школу до обеда.

— Слышал, что Жун Юнь хочет переехать, поэтому вернулся раньше, чтобы узнать, нужна ли вам помощь. — сказал Сы Сянь и улыбнулся.

— Отлично. — не стал обращаться с ним как с гостем Чу Фэн и сунул ему маленький чемоданчик. — Ты несешь это. Я что-нибудь найду.

Первоначально он планировал сначала переместить чемодан и книги, прежде чем переносить постельное белье. Сы Сянь прибыл как раз вовремя, чем спас от еще одного похода.

Взяв вещи Жун Юня, они вместе направились в спальню. Сы Сянь спросил:

— А Жун Юнь?

Жун Юню явно следовало бы самолично переносить свои вещи.

— Он немного простудился, поэтому я разрешил ему отдохнуть в спальне. — ответил Чу Фэн.

Сы Сянь понимающе кивнул и улыбнулся.

— Я редко вижу, чтобы ты помогал другим паковать чемоданы, — Чу Фэн обычно себя вел подобно молодому мастеру, так что даже если он упаковал свои собственные вещи, то это уже поразительно.

— Ну, я не могу позволить больному человеку носить вещи. — придумал отмазку Чу Фэн.

— И то верно. — Сы Сянь согласился.

Жун Юнь лежал в постели Чу Фэна, но ему еще не спалось. В постели Чу Фэна было какое-то сухое тепло, очень нравившееся Жун Юню. На самом деле, лежа в постели своего возлюбленного в первый раз, он немного взволнован.

Как только Чу Фэн вошел, то увидел неспавшего в его постели Жун Юня обнимавшего одеяло.

То, что его заметили обнимающим одеяло с таким красным лицом, очень смутило Жун Юня, но, когда он увидел Сы Сяня, входящего за Чу Фэном, он не мог продолжать прятаться в постели. Он избегал смотреть на Чу Фэна.

— Что у тебя с лицом? — Сы Сянь был очень рад переезду Жун Юня, но он не мог не обратить внимание на синяк на его лице.

Жун Юнь коснулся уголка рта, и немного неестественно улыбнулся, и сказал:

— Случайно споткнулся. Ничего страшного.

Сы Сянь не трехлетнее дитя. Это явно его не убедило, но все же не стал настаивать. Вместо этого он переключил свое внимание на Чу Фэна. Первоначально, когда Чу Фэн позвонил ему, то заявил, что он поговорил с Жун Юнем, а затем пригласил к ним жить. Но теперь у Сы Сяня в голове стоял вопросительный знак. Жун Юню невозможно было оказаться избитым без причины, а травма явно вызвана избиением. В их школе, пожалуй, имеется горстка людей, готовых причинить такой физический вред, а в их спальне находилось сразу двое.

Чу Фэн знал, что этот ушиб не мог избежать взгляда Сы Сяня, но он не был готов сказать правду. Поэтому открыл рот, чтобы взять всю вину на себя.

— Это был я, и я больше не буду этого делать.

— Ты должен сдержать свои обещания. — со вздохом произнес Сы Сянь. Он знал, что Чу Фэн и Гуй Хэн хорошо сражались, и иногда бранил их. Нет никакой гарантии, что эти двое послушают его; однако, и ему придется пропустить это мимо ушей. По мнению Сы Сяня Жун Юнь совсем не такой. Он не мог взять на себя инициативу и спровоцировать таких парней. Если раны Жун Юна действительно были вызваны дракой с Чу Фэном, то вина скорее всего именно на Чу Фэне.

— Обещаю. — торжественно кивнул Чу Фэн.

С его обещанием Сы Сянь немного успокоился, но он решил уделять пристальное внимание, чтобы Чу Фэн снова не запугивал Жун Юня в будущем. В конце концов, Жун Юнь не такой же, как Чу Фэн. До тех пор, пока Жун Юнь может учиться в хорошем колледже, у него гарантировано светлое будущее.

В середине разговора вернулся Гуй Хэн, неся жареного цыпленка и пиццу. Из-за того, что в старших классах не разрешалось принимать доставку, ученикам приходилось самим выходить и покупать еду.

Гуй Хэн едва отреагировал на появившегося в комнате Жун Юня. Он вел себя так, словно ничего не случилось в пятницу вечером. Только когда Гуй Хэн заметил синяки на его лице, его улыбка на мгновение дрогнула, но если не присматриваться, то это совсем не заметно.

— Ты купил еду так рано? — посмотрел на еду, купленную Гуй Хэном, Сы Сянь. Если бы это могло заставить Гуй Хэна вставать с постели по выходным, то, вероятно, это оказалось бы единственное чем тот питался.

Этот вид пищи редко ели дома, так как они не соответствовали диетам, установленным диетологами плюс в глазах старших, это являлась нездоровой и калорийной пищей. Но люди в этом возрасте любили так питаться, поэтому, когда родителей не было рядом, они тайно покупали поесть что-нибудь эдакое.

— Это всего лишь обед. —он купил более чем достаточно, чтобы все четверо могли поесть.

— Жун Юнь не может есть ничего слишком жирного. — заявил Чу Фэн. Он знал, что Гуй Хэн принес их, чтобы помочь его отношениям с Жун Юнем, но тот, к сожалению, не мог есть такое.

Гуй Хэн нахмурился, явно не слишком довольный.

Чу Фэн посмотрел на его несчастное лицо и добавил:

— Так сказал мой брат.

Услышав это, Гуй Хэн сразу же смягчился. Он очень боялся кузена Чу Фэна.

Жун Юнь облизал губы. До него донесся восхитительный запах жареной курицы, и это было очень аппетитно. Обычно он не мог есть таких вещей. Только если в конце месяца у него появлялись лишние деньги, он сможет поесть что-то подобное.

Заметив, что уже обеденное время, Чу Фэн сказал:

— Схожу куплю каши Жун Юню. Ребята, хотите, принесу что-нибудь?

Видя, что Чу Фэн взял на себя инициативу купить обед, испугался как Гуй Хэн, так и Сы Сянь. Гуй Хэн осмотрел Чу Фэна, сказав:

— Молодой Мастер Чу, у Вас жар?

— Какой еще жар. Если ничего нет, тогда я пошел. — Чу Фэн понимал, как он вел себя в старших классах. Без сомнения, его новое поведение заставило обоих людей почувствовать себя странно. Но есть некоторые вещи, к которым, если он изменится сейчас, люди привыкнут через день или два. Будь он постарше, такая внезапная перемена наверняка вызвала бы подозрения. Но ему все равно нужно было придумать какие-то оправдания.

Глядя на Жун Юня, находившегося в постели Чу Фэна, необъяснимо спросил Гуй Хэн:

— Ты можешь объяснить, как ты просветил Молодого Мастера Чу? Ты промыл ему мозги?

Чу Фэн схватил Гуй Хена за шею и сказал:

— Не мели ерунды и пойдем со мной.

Сы Сянь улыбнулся тем двум и посмотрел на лежащего в постели Жун Юня. Нынешний Чу Фэн был немного подавляющим и стал менее жестоким. Жун Юнь, вероятно, заслужил большую часть похвалы. Этот вид Чу Фэна казался намного более нормальным.

Чу Фэн достал свою карточку, и как только собирался открыть дверь и уйти, кто-то постучал в нее.

Гуй Хэн открыл дверь и увидел, что кто-то держит сумку, стоя в дверях с милой и мягкой улыбкой.

— Брат Гуй, мой брат дома? — произнесла Чу Жоу.

Услышав голос Чу Жоу тело Чу Фэна напряглось. В тот день, плача и требуя, чтобы он вернул ей Жун Юня – он понятия не имел, как смотреть ей в лицо…

Возрождение и Искупление Глава 7: Беспокойство

Услышав голос Чу Жоу, тело Чу Фэна напряглось, и он вспомнил сцену из прошлой жизни, где она плакала и просила его вернуть ей Жун Юня. Он все еще не желал с ней встречаться…

Но теперь, даже если он не хотел с ней встречаться, она его сестра, и он не может ее избегать. Сейчас он не может избежать с ней встречи, да и сейчас она не помнит боли и горя прошлой жизни, и ему не нужно смотреть в глаза, наполненные слезами и ненавистью своей сестры.

Чу Фэн тихо глубоко вздохнул и попытался успокоить свои эмоции. Он сказал:

— Я здесь.

— Брат, — услышав его, Чу Жоу подошла и с энтузиазмом приветствовала его. Но когда она увидела Жун Юня, лежащего на кровати Чу Фэна, то удивилась, увидев синяк на его лице.

— А что с твоим лицом?

Чу Жоу была моложе Чу Фэна на два года и только что поступила в среднюю школу. Она была простой новенькой в школе. И еще даже не потеряла свою детскую пухлость, поэтому все еще выглядит очень мило и очаровательно, и ее характер очень нежный. Она быстро нашла группу друзей и познакомилась со школьной обстановкой. Обычно в их школе нет правила, запрещающего девушкам входить в спальню парней, но мальчики не допускаются в спальню, поэтому обычно Чу Жоу сама приходит навестить своего брата, и если Чу Фэну требуется поговорить с ней, ему остается только пригласить ее к себе в спальню.

— Ничего страшного. Я случайно. — улыбнулся ей Жун Юнь.

Чу Жоу на самом деле не была столь догадливой, как Сы Сянь, поэтому она поверила ему, а затем сказала серьезно. — Старший, ты должен быть осторожнее.

— Эн, я знаю. — кивнул тот и замолчал.

— О, почему брат Жун здесь? — она вспомнила, что Жун Юнь раньше не жил в их комнате.

— С этого момента Жун Юнь останется здесь. — сказал, улыбнувшись Чу Фэн.

Чу Жоу сразу же обрадовалась и улыбнулась Жун Юню, сказав:

— Неужели? Здорово. В будущем, если у меня возникнут какие-либо вопросы о школьной работе, я могу просто спросить старшего.

— Да. — улыбнулся и кивнул тот, но больше ничего не сказал. У него не было большого контакта с Чу Жоу прежде, но он имел хорошее впечатление о ней. Узнав, что она оказывается сестра Чу Фэна, то очень удивился, потому что оба брата являлись совершенно отличными друг от друга, кроме того, что они хороши собой.

— Так что же ты принесла? — спросил Чу Фэн, глядя на сумку в руках своей сестры. Наблюдая, как его сестра разговаривает с Жун Юнем, он чувствовал себя странно неловко, поэтому ему захотелось, чтобы она отвлеклась от Жун Юня.

— О, это каша и овощи из дома. — Чу Жоу положила сумку на кровать. — Ты не возвращался домой в эти выходные, поэтому мама попросила меня принести это для тебя.

— Эн. — он открыл сумку и увидел коробку для завтрака и контейнер с кашей из овсянки и клейкого риса, гарнир из жаренных грибов и коробку тушеных свиных ребрышек. Еда была все еще горячей, и сейчас Жун Юнь может питаться только легкой пищей, поэтому ему не нужно было идти в кафетерий, за едой для Жун Юня.

— Отлично, ты как раз вовремя. Я только что притащил жареную курицу и пиццу, так что оставайся с нами, — Гуй Хэн очень хорошо знаком с Чу Жоу, поэтому есть вместе – обычное явление.

Чу Жоу очень огорчилась, сообщив:

— Я уже обещала подруге сходить с ней сегодня за покупками, поэтому боюсь, что не смогу с вами поужинать. Она уже ждет меня внизу.

Услышав это, Чу Фэн кивнул.

— Жаль, но раз обещала, то ты не можешь просто передумать. В следующий раз я куплю тебе чего-нибудь и принесу тебе, а ты можешь взять их с первого этажа общежития.

— Спасибо, старший брат. — Чу Жоу улыбнулась брату и повернулась, чтобы уйти. Ее отношения с остальными в общежитии, кроме ее брата, также хороши, и она приходит сюда достаточно часто, и им нет нужды проводить ее.

— У тебя достаточно денег? — спросил ее Чу Фэн, не подумав. Она любит ходить по магазинам, а ходить по магазинам, безусловно, имеет требование в большем количестве денег. Только после того, как он заговорил, он понял, что сейчас они оба получают свои деньги от своих родителей, и он ничего не зарабатывает, поэтому Чу Жоу не будет просить и умолять его о деньгах, как она делала в предыдущей жизни.

Чу Фэн кашлянул, постаравшись это скрыть.

— Становится холоднее, поэтому, когда будешь ходить по магазинам купи теплую одежду, чтобы не простудилась.

— Да, у меня достаточно денег. — улыбнулась она. Видя, что брат заботится о ней, она тоже была счастлива.

— Эн, не возвращайся слишком поздно и позвони мне, когда вернешься в свою комнату. — напомнил он ей. Чу Фэн всегда считал, что их отношения были хорошими, но, честно говоря, он не заботился о ней слишком сильно или очень очевидно.

Чу Жоу удивленно на него взглянула, но затем кивнула и пообещала.

— Ладно.

— Отлично. Теперь иди. — улыбнулся он ей и проводил взглядом. В этой жизни он должен не только хорошо относиться к Жун Юню, но и компенсировать недостатки прошлого. Его тревоги и заботы о сестре, естественно, будут поставлены на повестку дня.

Чу Фэн вернулся после ее ухода и сказал сидевшему на кровати парню.

— Спускайся вниз, поешь каши пока теплая.

— Ее же для тебя принесли. Как я могу ее есть. — колебался Жун Юнь.

— Ничего страшного. — отмахнулся он от его беспокойств. — Какая разница между тобой и мной?

От этого его вопроса Жун Юнь усмехнулся и отправился к столу, ожидая пока ему передадут овсянку.

Гуй Хэн и Сы Сянь переглянулись. Хотя у них были некоторые сомнения по поводу внезапной перемены в поведении Чу Фэна, они ничего не сказали, даже если его слова прозвучали немного странно. С другой стороны, нет большой разницы между друзьями.

Чу Фэн, Сы Сянь и Гуй Хэн сели за стол, есть жаренную курицу и пиццу. У них также было несколько бутылок Кока-Колы поставленные на общий стол. Чу Фэн также принес тушеные свиные ребрышки, а жареные грибы оставил Жун Юню. В конце концов, тому требуется особое легкое питание, но затем, думая, что тот может найти такую пищу слишком уж пресной, и снял верхний слой жареной курицы передав ее Жун Юню.

— Сейчас тебе можно есть только это. Я отведу тебя поесть куда-нибудь, когда ты поправишься. — сказал ему Чу Фэн.

Тот кивнул и почувствовал себя счастливым от внимания, оказанного ему Чу Фэном. Его осторожное, но счастливое отношение и слабая скрытая улыбка заставили Чу Фэна почувствовать грусть, думая, что такой маленький жест может также повлиять на этого человека до такой степени. Даже такие его небольшие поступки, совершенно обычные для него, Жун Юнь будет лелеять их.

После еды Чу Фэн попросил Жун Юня отдохнуть, пока он застилал его постель. Жун Юнь лег, но не чувствовал себя очень сонным. Он просто смотрел на Чу Фэна, застилающего его постель, и улыбка на его лице не исчезала.

Закончив с кроватью, Чу Фэн также занялся его столом и шкафом. Это было простым заданием и не заняло у него много времени. В это время Сы Сянь предложил ему свою помощь, но он отмахнулся. Даже если он не очень хорош во многих вещах, он все равно может справиться с этим.

Закончив, Чу Фэн подошел к Жун Юню и потянулся вперед, схватить его за маленький носик.

— Не спишь?

— Не могу. — ответил он, пряча нос под одеяло.

— Тогда закрой глаза и немного отдохни. Через час я тебя разбужу. — сказал ему Чу Фэн.

— Я все еще не сделал домашнее задание. — слабо запротестовал Жун Юнь.

— Ты все еще болен, какое еще домашнее задание? Завтра я возьму тебе отпуск по болезни, так что не парься об этом. — пока есть медицинское заключение врача или из больницы, можно получить отгул и не сдавать домашнее задание, и учителю все равно, подадут его позже или нет, пока учащиеся не отстают от уроков в классе.

— По крайней мере, дай мне почитать книгу. — Жун Юнь всегда являлся образцовым учеником, и он никогда не забывал сдавать домашнее задание, поэтому ему немного претила эта идея.

— Прочитаешь после отдыха. — закрыл ему лицо руками Чу Фэн и спросил, — Какие фрукты хочешь? Я куплю их позже для тебя.

— Не беспокойся обо мне, я ничего не хочу. — сказал очень смущенный его заботой Жун Юнь.

Глядя на Жун Юня, закутавшегося в одеяло, Чу Фэн не мог сдержать улыбку.

— Витамины будут полезны для организма.

Если выйти из восточных ворот школы, то вскоре будет супермаркет. Это было удобно, но вещи там дороговаты.

— Я в порядке. — кроме синяков, болевшие при прикосновении, Жун Юнь действительно был в порядке.

— Ты скажешь, что в порядке, даже если это не так. — сказал Чу Фэн, мягко касаясь его шелковистых волос. — Ложись. Я выйду, а по возвращении разбужу.

— О…. — Жун Юнь не хотел показывать, что он просто счастлив от этого и кивнул.

Сы Сянь, слышавший их разговор, сказал со смешком.

— Чу Фэн, то, как ты беспокоишься о Жун Юне, смахивает на заботу о ребенке.

Услышав это, Чу Фэн тоже засмеялся и весело ответил.

— Разве Жун Юнь еще не ребенок? — после этого он надел куртку и протянул руку, чтобы взять телефон, ключи и бумажник. Увидев, что он уходит, Гуй Хэн, который уже сыт по горло своей домашкой, поспешно встал и объявил, что он идет с Чу Фэном, который против этого не возражал. Они вышли вместе.

Сы Сянь смотрел, как они уходят, а затем слегка улыбаясь посмотрел на почти уснувшего Жун Юня. Он только чувствовал, что это способ Чу Фэна компенсировать Жун Юню, и думал, что это действительно должно быть так.

В 7:00 утра по местному времени в общежитии прозвучал ранний звонок. Жун Юнь давно проснулся, но не вставал. Чу Фэн и Сы Сянь проснулись от звонка и изо всех сил пытались встать и подготовиться.

Чу Фэн не мог вспомнить, сколько времени прошло с тех пор, как ему приходилось вставать так рано. Даже если ему иногда приходилось вставать рано для съемок, в основном он мог вставать поздно, но теперь раннее пробуждение для него действительно неприятно.

После того, как Чу Фэн встал и оделся, он взял из шкафа Жун Юня одежду для него. Их школа не требовала ношения униформы, поэтому студенты могли носить все, что им наиболее удобно, кроме особых случаев, требующих униформы. Конечно, слишком яркая одежда для парней и короткие юбки и шорты запрещены в школе, так что ученики в основном носят повседневную одежду, спортивную одежду и тому подобное.

После того, как Жун Юнь переоделся, Сы Сянь закончил пользоваться ванной, поэтому Чу Фэн потащил Жун Юня с собой на умывание.

Сы Сянь начал свой распорядок дня с понедельника по пятницу, чтобы разбудить Гуй Хэна. А будить того особенно трудно, и если Сы Сянь его не разбудит, то вполне возможно, что он не проснется до полудня.

Подождав, пока Жун Юнь очистится, Чу Фэн применил на его тело лекарство, в то время как тот старался не двигаться, когда Чу Фэн применял его.

Затем Чу Фэн потянул краснеющего Жун Юня к столу, заполненному продуктами по уходу за кожей, купленные его матерью. Хотя он на самом деле не хотел их использовать, но позже он нуждался в них из-за своей карьеры, поэтому умел их использовать. Обычно он не любил пользоваться ими в старших классах, но также не хотел обидеть свою мать, поэтому забросил те в ящик стола и давал тем, кто хотел ими воспользоваться. Впоследствии из-за своего агента он должен был использовать их, потому что как актер его лицо являлось источником его дохода.

Он достал из ящика стола несколько бутылок и посмотрел на них. Затем выдавил немного крема на руки и начал намазывать его на лицо Жун Юня. Тот спрятал лицо, говоря, что ему не нужно их использовать. Хотя он не узнал марку, он знал по упаковке, что они должны быть очень дорогими.

— Конечно нужно. — схватил его Чу Фэн и прижал к стулу, избегая синяков, и продолжил использовать крем. — Твое лицо должно хорошо выглядеть.

Хотя Жун Юнь не очень заботился о своем лице, но из-за молодости его кожа довольно хороша и очень нежна. Чу Фэну нравится текстура его кожи, и он инстинктивно надеется сохранить ее. Во всяком случае, у него есть много продуктов с натуральными ингредиентами, которые не вызовут химической аллергии.

В сопротивлении Чу Фэну Жун Юнь не очень хорош, поэтому он просто позволил ему делать то, что тот хотел. Пальцы Чу Фэна двигались по его лицу, что заставляло его немного нервничать, но также чувствовать и возбуждение. Он так близок к человеку, который ему нравится. Жун Юнь чувствовал, что это сон, настолько все казалось нереальным. Но прикосновение руки к лицу и глазам мягко заставило его поверить в обратное.

Возрождение и Искупление Глава 8: Сосед по парте

Подготовившись, они вчетвером вышли из комнаты, затем отправились в кафетерий, чтобы позавтракать, было еще рано, так что времени на завтрак у них имелось в достатке.

По пути четверка обратила на себя много внимания от студентов. Все, кто видел Чу Фэна и Гуй Хэна, отошли в сторону, чтобы не обидеть двух молодых мастеров. Сы Сянь ежедневно ел с этими двумя, так что никто не придавал ему внимания. Что на самом деле привлекло студентов, так это шедший с ними Жун Юнь, создавая ощущение олененка, гуляющего со стаей волков. Это выглядело слишком опасно, и заставило людей задуматься о странных причинах, почему он должен находится с ними.

Только некоторые новоприбывшие девочки открыто пялились на Чу Фэна и Гуй Хэна, их внимание привлекла внешность двух парней, не знающих, что эти двое были помещены в верхнюю часть списка самых опасных людей в школе. Это заставляло несчастных студентов мужского пола, знавших их истинные лица, плакать от горя.

Школа имела большой обеденный зал и небольшую столовую в школьном кампусе, так что людям не нужно было ходить из одного конца школы в другой, чтобы поесть, но утром для учащихся открывался только большой обеденный зал, а маленькая столовая обеспечивала питание только в полдень. По утрам студенты могли позавтракать только в большом обеденном зале. Завтрак, как правило, легкий и не занимал много времени. Иногда студенты съедали его стоя, а затем просто шли в класс на учебу пораньше, поэтому по утрам в кафетерии имелось чувство пустоты.

Войдя в кафетерий, Чу Фэн погладил Жун Юня по волосам.

— Иди поищи нам место, где можно присесть. Я принесу еду.

— Хорошо. — кивнул тот. Перед выходом Чу Фэн забрал у него карточку для еды и где-то ее спрятал. Очевидно, он не хотел, чтобы он тратил деньги. Жун Юню оставалось только позволить ему заплатить за свою еду.

Жун Юнь выбрал столик на четверых в тихом уголке. Чу Фэн, Гуй Хэн и Сы Сянь вместе отправились за едой. Еда, предоставленная кафетерием неброская и вкус неплох. Чу Фэн получил две миски каши, две клецки, две фаршированные булочки, два чая, яйца и .......... . Сы Сянь и Гуй Хэн также купили овсянку и булочки, и трое подошли к месту, выбранном Жун Юнем, и начали есть.

Чу Фэн передал завтрак через стол Жун Юню и для него очистил яйцо, а затем начал есть свою собственную еду. Десерт поданный Жун Юню еще горячий и его можно было съесть позже.

С булочками каша не будет казаться такой пресной, но все же Жун Юнь съел совсем немного и почувствовал себя сытым. После того, как Чу Фэн закончил свой, он увидел наполовину съеденную булочку Жун Юня, которую тот изо всех сил пытался доесть. Не желая тратить его впустую, он просто взял и съел ее.

Покраснев Жун Юнь взглянул на него и улыбнулся. Взяв пакет с десертом, тот сказал Жун Юню:

— Можешь съесть его в классе.

— Эн. — ответил Жун Юнь и взял сумку.

Покончив с едой, все четверо вместе отправились в класс. По пути туда Сы Сянь и Гуй Хэн шли впереди, а Чу Фэн и Жун Юнь позади них.

Наконец-то у них двоих появился шанс поговорить наедине. Чу Фэн спросил:

— Откуда ты знаешь Чу Жоу?

На самом деле Чу Фэн хотел спросить об этом со вчерашнего дня, но так и не получил возможности сделать это.

Жун Юнь улыбнулся ему.

— Когда новые первокурсники прибывают в школу каждый год, разве старшеклассники не должны приводить их в общежития и помогать с регистрацией? Я просто привел Чу Жоу в общежитие, и так мы познакомились.

— Так вот оно как.

Как правило, средние школы не будут этого делать, но средняя школа Цзиньхуа – гостеприимная школа, и для того, чтобы первокурсники привыкли к школьной среде, старшие помогают им всем чем могут.

Как правило, классный руководитель ищет более стабильных учеников, поэтому разумно, что отправили Жун Юня. Когда новые студенты прибывают, они ничего не знают, поэтому старшие будут нести ответственность за их школьное размещение, и большинство из них будет поддерживать связь позже, поэтому, если у новых студентов есть какие-либо вопросы, они могут задать их старшим.

В день прибытия в школу, Чу Фэн не пошел, и никто не просил его об этом, поэтому он не знал об этом.

После прибытия в класс Жун Юнь хотел сходить в кабинет классного руководителя, чтобы рассказать ей о пропуске домашней работы и о том, что он выполнит ее в следующие выходные. По такому вопросу ему лучше сходить самому, но Чу Фэн остановил его и сказал, что он все равно должен попросить учителя о кое-чем, и он даст ей знать и об этом деле тоже. Жун Юнь не возражал против этого. Так или иначе, именно Чу Фэн отправил его в больницу, и именно он знает предписания врача.

Чу Фэн постучал в дверь кабинета, и Дун Фан подняла голову, увидела его и жестом пригласил войти.

Чу Фэн пошел к ней и отдал медицинскую справку Жун Юня, сказав:

— Учитель, Жун Юнь в эти выходные приболел, поэтому я не позволил ему делать домашнее задание, так как ему требовался хороший отдых. Вот медицинская справка, можете взглянуть.

Выслушав его, Дун Фан удивилась.

— Как, он заболел? — когда тот звонил ей по телефону, то не упомянул ничего подобного.

— В последнее время было холодно, и он простудился. — сказал Чу Фэн, — Он болел два дня и сейчас ему лучше.

— Тогда ладно. Он уже в старшей школе, вам сейчас следует уделять больше внимания своим телам. — услышав, что ничего особенного не случилось, Дун Фан сразу расслабилась и стала расспрашивать дальше. — Он в порядке после переезда к вам в комнату?

— Все в порядке. — сказал Чу Фэн с улыбкой. — У него хороший характер, и он отличный парень.

— Ну, время пройдет в мгновение ока, Тебе также стоит планировать на будущее, у Жун Юня хорошие оценки, и я могу быть уверенна в его будущем и учебе. Тебе также следует упорно трудиться, поступление в хороший университет поможет тебе в будущем. — Дун Фан воспользовалась возможностью наставить Чу Фэна на путь истинный, раз у нее появился такой шанс

В отличие от обычного своего поведения, Чу Фэн не выказал никакого нетерпения, а вместо этого сказал:

— Вы правы. Вчера Жун Юнь помог мне с некоторыми вопросами, и я понял их лучше. Благодаря ему они показались очень легкими.

Дун Фан на мгновение растерялась. Для Чу Фэна очень необычна попытка активно учиться.

— У Жун Юня есть свой собственный метод объяснения вещей, и я думаю, что он для меня самый подходящий для учебы. — сказал Чу Фэн. — Я хотел поговорить об этом с Вами учитель, Вы можете позволить мне пересесть к Жун Юню, он будет помогать мне в обучении?

Нахмурившись Дун Фан колебалась. С достижениями Жун Юна ему нетрудно попасть в ключевой университет. Конечно, так как ученик искренне желает учиться, она, как его классный руководитель, очень счастлива. Все хотят, чтобы их ученики были готовы учиться, но помогая ему, она не может позволить упасть оценкам Жун Юня.

Чу Фэн знал, о чем она думает, поэтому быстро сказал:

— Обещаю, что это не повлияет на его учебу. Если это произойдет, то немедленно поменяюсь местами обратно.

Слушая его обещание, Дун Фан понимала, что откажи она ему, и в конечном итоге разрушит его энтузиазм к обучению, что несомненно плохо. Но получить вдохновение легко, но продолжать упорно трудиться.....

— Ладно, пока возвращайся в класс. Когда я приду в класс, то спрошу самого Жун Юня, не хочет ли он посидеть с тобой. Если он согласится, я поменяю ваши места.

— Эн, спасибо учитель. Я пойду тогда. — сказав это, Чу Фэн развернулся и ушел.

Дун Фан смотрела в спину Чу Фэну и почувствовала, что он вырос с тех пор, как она видела его в последний раз. Если бы он поступал в соответствии с обычным своим поведением, не говоря уже о том, чтобы попросить о смене своего места, даже если ему посоветуют усердно учиться, все, что он сделает – это уставится на тебя с бесстрастным и холодным лицом. Сегодня он действительно выслушал ее и даже взял на себя инициативу попросить ее пересесть на другое место, что очень ее удивило.

Когда Чу Фэн вошел в класс, то увидел, что Жун Юнь держит свой десерт и ест его, читая книгу. Он выглядел как хомяк, и для Чу Фэна это выглядело особенно мило, ему захотелось сжать его щеки, но поскольку в классе находилось так много людей, он мог только думать об этом, но не действовать.

Первые два занятия утром быстро пролетели. Когда урок закончился, Дун Фан взяла на себя руководство классом. После окончания средней школы только несколько учеников изучали гуманитарные науки, и только два или три из каждого класса выбирали их, поэтому школа не беспокоилась об этих уроках. Их в основном больше не преподавали, и это сэкономило время учеников, а учителя повторно организовали время, которое раньше уходило на них, и вместо этого преподавали другие предметы. Таким образом третьекурсники и заканчивали свои уроки раньше. Этот класс является первым классом в школе.

При виде синяка на лице Жун Юня, сердце Дун Фан упало, и она спросила:

— Что случилось с твоим лицом?

Дун Фан была не глупа, и ее нелегко было убедить, но Жун Юню спустя время наконец, удалось ее убедить, что он случайно ранил себя. Наконец она поверила в это, так как у Жун Юня действительно не имелось причин лгать ей. Она больше не спрашивала об этом.

Вместо этого она спросила его:

— Тебе лучше? Важно учиться, но еще важнее заботиться о своем теле. Если ты испытываешь дискомфорт, то скажи это. Не стоит молчать об этом только для того, чтобы потом пожалеть.

— Эн, я знаю. Сейчас я в порядке и в будущем постараюсь держаться в тепле. — Честно сказал Жун Юнь.

Учительница удовлетворенно кивнула.

— Ну, мне тоже нужно кое-что с тобой обсудить. Сегодня утром ко мне пришел Чу Фэн и сказал, что хочет сидеть рядом с тобой. Если ты согласишься, я позволю ему сделать это, но я не буду принуждать тебя, если ты не хочешь.

Тот никогда не ожидал, что это было то, о чем хотел поговорить с учителем Чу Фэн. Видя, что он хочет сидеть за одним с ним столом, Жун Юнь почувствовал себя немного счастливым и взволнованным. Изо всех сил стараясь не улыбаться, он сказал учителю:

— Я согласен.

Увидев, что он не выглядит недовольным, и даже казался удовлетворенным она дала свое согласие.

— Эн, вы оба можете сидеть вместе, но не откладывай свою учебу из-за Чу Фэна. Если ты снизишь успеваемость, то я поменяю ваши места обратно.

— Эн. Вы можете быть уверены, что я не стану из-за него откладывать учебу. — серьезно сказал ей Жун Юнь.

— Эн, продолжай. — он являлся особенно послушным учеником и никогда не разочаровывал ее, поэтому она была благоприятно настроена по отношению к Жун Юню.

После занятий у них был десятиминутный перерыв. Некоторые студенты решили бы прогуляться, поболтать или сходить на игровую площадку или, возможно, пойти в супермаркет и купить закусок. Обычно Чу Фэн с остальными ходил в супермаркет и оставался там поесть, но сегодня он поспешил вернуться в класс пораньше.

Когда классный руководитель отпустила Жун Юня, он знал, что это, должно быть, было связано с изменением места. Он знал, что тот не откажется и теперь определенно будет двигать стулья. Он не хотел, чтобы он уставал, поэтому он поспешил назад, чтобы помочь ему.

Конечно же, как только он вошел в класс, он увидел, что Жун Юнь тянет стулья к столу. Чу Фэн улыбнулся и подошел, чтобы обнять его сзади.

Жун Юнь шокировано обернулся, но увидел, что это был Чу Фэн, а затем он почувствовал смущение и начал краснеть.

— Эй, прекрати так делать. А если кто-то увидит? Кто знает, какие слухи станут распространяться.

— Будь уверен, никто не увидит. — лениво положил подбородок на плечо Жун Юня Чу Фэн и вдохнул аромат, исходящий от его шеи. Это был слабый запах, оставленный стиральным порошком. — Я помогу тебе передвинуть сиденья.

— Хорошо. — согласно кивнул Жун Юнь. Хотя ему нравился Чу Фэн и его близость, он все еще не привык к подобному и нервничал из-за этого.

Чу Фэн улыбнулся и лизнул мягкую мочку уха, прежде чем отпустить его и расставить стулья.

Жун Юнь посмотрел на Чу Фэна, передвигавшего стол и стулья, казалось, без каких-либо усилий, и его сердце испытало наполненность. Хотя сейчас он сидел во втором ряду, но там было всего пять рядов, так что он не сильно пострадал. Он все еще мог легко видеть доску, так что беспокоиться было не о чем.

Возрождение и Искупление Переводчику заплатите чеканной монетой!

Чеканной монетой оооу! 😂

Спасибо за покупку❤

Возрождение и Искупление Глава 9: Цели

Вернувшись в класс, ученики очень удивились, увидев Жун Юня сидящим с Чу Фэном. Потом они сообразили, что раз уж они сели вместе, значит все согласовано с учителем, так что они больше не обращали на это особого внимания. Девочки немного сочувствовали Жун Юню, так как Чу Фэна было легко разозлить, а о Жун Юне распространились все эти слухи о его ориентации гея. Что произойдет, если Чу Фэн услышит эти слухи о Жун Юне и изобьет его, почувствовав отвращение? Они были не в курсе того, что это инициатива Чу Фэна сидеть таким образом и что тот вполне этим доволен.

Несмотря на то, насколько эти девушки сочувствовали ему, они не осмелились показать свое недовольство перед Чу Фэном, поэтому никак не высказались.

Вскоре после того, как начался третий урок, Жун Юнь открыл свои книги, достал блокнот и начал делать заметки, действуя в своей обычной манере. Что было удивительно, так это то, что Чу Фэн, обычно либо пялившийся в окно, либо спавший, либо пользовался телефоном на уроке, был необычайно внимателен на лекции и действительно слушал ее, и к тому же делал заметки.

Учительница английского некоторое время пристально смотрела на него и убедилась, что ее глаза не обманывают ее, но затем, несмотря на удивление, продолжила вести урок.

От мнения, бытовавшего о нем прежде, даже Чу Фэн почувствовал себя немного беспомощным. Он оставил такое впечатление, и теперь ему приходилось носить этот титул невнимательного ученика и после своего перерождения. К счастью, он переродился и имел возможность начать все сначала.

На самом деле, вспоминая о том, когда разделялись на гуманитарное и научное направления, он не слишком задумывался об этом. Он не думал, что есть большая разница между ними, так как они будут иметь одинаковые системы оценки, поэтому, видя, что Сы Сянь выбрал гуманитарное направление, он последовал его примеру и выбрал то же самое.

У него, честно говоря, не было представления, что он когда-либо изучал то, что преподавали сегодня в классе. Он чувствовал, что ему придется заново все это выучить. Единственный предмет, который он действительно понимал, был английский, так как он оставался за границей в течение нескольких лет, и кроме того, изучение английского языка являлось обязательным для актера.

Все это время внимание Жун Юня было сосредоточено на классной доске. Отвлекшись, он краем глаза посмотрел на Чу Фэна. Когда он увидел его серьезное лицо, его сердце почему-то успокоилось, а уголки рта смягчились в легкой улыбке. Почему-то он не запомнил, что именно слушал после этого.

После того, как утренние занятия закончились, Чу Фэн повел Жун Юня на обед в маленькую столовую. Маленькая столовая находилась в противоположном направлении от Обеденного зала, но расстояние до них обоих было одинаковым. Еда, подаваемая в маленькой столовой, была более изысканной и соответственно более дорогой. Во время своих школьных лет Чу Фэн всегда ел в маленькой столовой, но в то время это было связано с тем, что здесь обычно находилось меньше людей и было потише, чем в другой столовой. Теперь причина у него была в более качественном питании для Жун Юня, чтобы у него была энергия продолжать учиться на дневных занятиях.

Поскольку Жун Юнь впервые посещал маленькую столовую, он не знал, что есть. В столовой работники просто давали всем одинаковые блюда, а в маленькой столовой каждый мог выбрать, что он хочет, а затем заплатить за выбранное на кассе.

— Выбирай все, что приглянется, но помни, что нельзя брать слишком тяжелую пищу. — напомнил Жун Юню Чу Фэн, подавая ему тарелку.

— Я могу есть все, что ты выберешь для меня. — тихо прошептал Жун Юнь. В течение долгого времени он ел в одиночку, и теперь он мог есть вместе с Чу Фэном. Всякий раз, когда Жун Юнь думал об этом, его глаза начинало щипать, но на сердце становилось очень тепло.

— Отлично, сходи и принеси нам суп, а я принесу еду. — улыбнулся и сказал Чу Фэн. — Будь осторожен и не обожгись.

Суп был бесплатным, и ученики могли брать его сколько угодно. Жун Юнь кивнул.

Пока Жун Юнь получал суп, Сы Сянь и Гуй Хэн уже нашли себе место, где можно присесть.

— Жун Юнь, сюда. — поднял руку и позвал его Сы Сянь. Жун Юнь подошел к ним. Как раз в тот момент, когда он садился, у входа в столовую послышался шум. Жун Юнь поднял глаза, и вдруг его руки, держащие чаши, слегка задрожали. Группа, вошедшая в столовую, была той самой группой мальчишек, которые издевались над ним в прошлую пятницу.

Гуй Хэн посмотрел на этих людей и слегка нахмурился. Вообще-то эти люди не приходили обедать в маленькую столовую. На самом деле Гуй Хэн сам немного смущен, из-за того, что сегодня сам сидел с Жун Юнем. Он был с этой группой, когда они издевались над ним, но после того, как Чу Фэн привел Жун Юня жить в том же общежитии, что и они, он не осмелился ничего сказать в присутствии Чу Фэна, и у него не было возможности спросить Чу Фэна о причине такого его поведения. У него не было возможности поговорить с Жун Юнем, и пока тот не беспокоил его, он не заботился о нем, но теперь стоять с этаким человеком было равносильно тому, чтобы поставить себя в опасную зону.

Парни тоже увидели Гуй Хэна и подошли к его столику поздороваться. Они подошли к столу и заметили Жун Юня, идущего с двумя мисками супа, которые, похоже, предназначались для Гуй Хэна и Сы Сяня.

Парни понимающе переглянулись и улыбнулись, подойдя к ним.

— Йо, а это не тот маленький гей-извращенец? А теперь он к тому же стал горничной? — прогоготал Юй Чжимин.

— Чжимин, будь осторожен, чтобы не подхватить его микробы и не стать таким же извращенцем, как он. — в том же тоне предостерег его Пан Сюань.

Юй Чжимин высокомерно махнул рукой в сторону Жун Юня.

— Все еще не свалил? Вали отсюда и не мешай Хэн Гэ есть. Не думай, что я не побью тебя в следующий раз, если здесь увижу.

Жун Юнь стоял совершенно неподвижно и слегка склонил голову, его сердцу стало душно и некомфортно.

Он всегда знал, что в младших и старших классах есть хулиганы, но никогда раньше не становился их мишенью. Он не знал, как на это реагировать.

На самом деле он не единственный, кто не знал, как действовать. Гуй Хэн тоже чувствовал себя очень невнятно. Он знал, что как только он скажет хоть слово, все эти парни перестанут издеваться над Жун Юнем, но он не чувствовал, что хочет этого. Эти ребята были его друзьями в течение последних двух лет в средней школе, и если сравнить его отношения с Жун Юнем и ими, то с Жун Юнем у него лишь поверхностное знакомство.

Выражение лица Сы Сяня охладело, и было ясно видно, что слова парней очень рассердили его. Он также слышал слухи о сексуальной ориентации Жун Юня, но, честно говоря, это его личный выбор, и никто не имел права запугивать кого-то за такое. Кроме того, никто не знает, верны ли слухи, и все же они решили запугать Жун Юня, даже не подтвердив это. На его взгляд такое поведение чрезвычайно глупое.

— Чего тебе еще? Вали давай! — сказал угрожающим тоном Пан Сюань.

— И кто тут должен свалить? — холодно спросил его сзади только что вернувшийся Чу Фэн.

Чу Фэн сейчас выглядел очень устрашающе, его глаза так холодны, что казалось, будто в них совсем нет тепла. Это походило на то, что он швырнет тому в лицо тарелку, если Чу Фэну придется не по вкусу ответ этих парней. Чувство, которое Чу Фэн испускал прямо сейчас, совершенно отличается от прошлого. Раньше, если он был зол, то дрался или избивал кого-нибудь, и его гнев выходил наружу, но теперь убийственное намерение в его глазах и спокойная атмосфера вокруг него заставляют людей чувствовать, как их головы немеют от страха и ужаса.

Увидев позади себя Чу Фэна Пан Сюань неловко рассмеялся.

— Эй, брат, я не тебе это говорил. Я сказал это Жун Юню.

Они не учились в одном классе с остальными четырьмя, поэтому не понимали, что там произошло.

Чу Фэн поставил поднос, который держал в руках, на стол, подвинул его к Жун Юню и усадил того на стул рядом с собой.

— Наслаждайся.

После этого он посмотрел на этих хулиганов, стоявших перед ним, и медленно произнес:

— Забудь все, что случилось в пятницу, и никогда больше не говори об этом. Жун Юнь теперь мой друг, и я никому больше не позволю запугивать его.

Все мальчики внезапно переглянулись с опустевшими взглядами, будто не понимая, что происходит, прежде чем одновременно уставится на Гуй Хэна, надеясь, что он сможет объяснить, что происходит. На самом деле Гуй Хэн и сам чувствовал себя так, словно ничего не понимал, поэтому он только жестом велел им тихо уйти, собираясь объяснить им все позже.

Парни беспомощно решили уйти. Они могли только слушать Чу Фэна, так как идти против него равносильно самоубийству. Человек, над которым они издевались раньше, за несколько дней сблизился с боссом, и они могли только беспомощно смотреть на него. Это было трудно принять для всех них, кроме Гуй Хэна, который видел, как много Чу Фэн заботился о Жун Юне. То, что Жун Юнь решил находится рядом с сильным Чу Фэном, Гуй Хэн не мог винить его в этом, ведь все хотят иметь защиту.

После того, как они ушли, Чу Фэн сел рядом с Жун Юнем, но его лицо помрачнело.

Жун Юнь был счастлив, что Чу Фэн защитил его, но он не хотел, чтобы его расстроило что-то связанное с ним. Он взял кусок жареного кальмара и положил его в миску Чу Фэна.

— Это очень вкусно.

Его речь была очень нежной.

Чу Фэн посмотрел на очаровательную внешность Жун Юня, и все удушье в его сердце утихло, и он немедленно показал улыбку.

— Это мое. Тебе такое есть нельзя. — напомнил он ему, об ограничении в его пище. Приподнявшись, он забрал свою порцию и решил угостить его этим позже.

— Ладно. Не буду, ешь сам. — улыбнулся тот и взял свою кашу из золотистой фасоли (маш).

— Съесть один не страшно. — разрешил Чу Фэн, но больше не позволил.

— Эн. — улыбнулся Жун Юнь и кивнул, прежде чем приступить к еде.

Гуй Хэн наблюдал за ними обоими и был удивлен, увидев, что помрачневшее до этого настроение Чу Фэна в мгновение ока переменилось, и все, что сделал Жун Юнь, это дал ему кусок еды ...

После еды Гуй Хэн и Сы Сянь отправились в супермаркет, купить перекус. После долгой учебы они часто чувствовали голод, поэтому многие студенты покупали еду на день вперед. Жун Юн ничего не покупал не только для того, чтобы прийти на занятия пораньше, но и ради экономии, поэтому на вопрос Чу Фэна, что бы он хотел, он ответил, что ничего не хочет. Чу Фэн просто дал денег Гуй Хэну и Сы Сяню, и попросил купить чего нибудь, так как они уже знали его вкусы и не купят ничего что ему не нравится.

В сопровождении Жун Юня Чу Фэн вернулся в класс, где большинство учеников либо дремали, либо отдыхали, и только пара из всех читала свои книги. В это время в классе было очень тихо, лишь изредка слышался шепот или тихий звук переворачиваемой страницы книги.

Чу Фэн уже давно не обращал внимания на занятия, поэтому, сосредоточившись на уроке и пытаясь вспомнить то, что он узнал на уроке, он почувствовал, как в его голове нарастает огромная головная боль, поэтому после обеда он планировал вздремнуть в классе. После того, как он опустил голову и затих, Жун Юнь, который не привык дремать, достал маленькую записную книжку и начал писать в ней.

Мирная атмосфера класса позволяла Жун Юню легче думать и писать.

Вероятно, потому что Чу Фэн не привык спать в полдень, он не мог заснуть. Отдохнув некоторое время с закрытыми глазами, Чу Фэн немного заскучал, поэтому он открыл глаза и спокойно наблюдал за Жун Юнем сидевшим рядом с ним.

Тот, сильно погрузившись в чтение, не заметил, что другой не спит.

Наблюдая за Жун Юнем, который то улыбался, то хмурился и иногда выглядя смущенным, Чу Фэн, казалось, видел внутренний мир Жун Юня через его эмоции. Чу Фэн наблюдал за пишущим Жун Юнем, в то время как тот полностью поглощен в своем собственном мире.

Закончив абзац, Жун Юнь собирался начать новый, но перед этим заметил, что Чу Фэн проснулся.

— Проснулся? — спросил он мягко.

— Больше не спится, — улыбнулся ему Чу Фэн, — О чем это ты пишешь? — ему не хотелось, чтобы Жун Юнь знал, что он подглядывал за тем, как он пишет.

— Ничего особенного. Просто пишу произвольно. — Жун Юнь, похоже, не очень-то стремился показать Чу Фэну написанное им.

— Ты хочешь писать для журнала? — спросил Чу Фэн, как будто предыдущая тема была отброшена.

В наши дни имеется много журналов, направленных на их возрастную группу, и если вы пишете, то лучше всего представить свои работы им. Большинство журналов сосредоточено на романтическом жанре, в котором Жун Юнь очень хорошо писал.

— Да, — не скрывал своих мыслей Жун Юнь. — В выходные я хожу в интернет-кафе, напечатать все это и отправить по электронной почте. — услышав его слова, Чу Фэн нахмурился, так как Жун Юню использование интернет-кафе влетало в копеечку, но для студентов, у которых не было компьютера использование интернет-кафе довольно распространено. Размышляя об этом, Чу Фэн обрел идею, но он не упомянул об этом и вместо этого спросил его, — Тебе нравится писать?

— Ага, интересно. — ответил тот, закрывая свой блокнот. Когда Чу Фэн разговаривал с ним, Жун Юню не хотелось писать, но вместо этого хотелось слушать его.

— В университете ты хочешь выбрать специальность, связанную с писательством? — спросил его Чу Фэн.

— Эн, планирую, но я должен увидеть результаты вступительных экзаменов в колледж. — Жун Юнь был заинтересован в писательстве и сопутствующих с ним специальностях.

— В какой университет ты хочешь поступить? Это местный колледж? — спросил его Чу Фэн, прищурившись и думая о чем-то своем.

— Да, я хочу сдать экзамены в университет нашего города. — ответил Жун Юнь.

Университет их города является одним из лучших университетов в разных областях, а специализации разделены на многих кафедрах, и окружающая среда и расположение кампуса также идеальны. Это действительно хороший выбор.

Чу Фэн задумался на мгновение, прежде чем кивнуть.

— Тогда мы поучаствуем в тесте на поступление в университет. — поскольку Жун Юнь хочет поступить в университет, то Чу Фэн будет сопровождать его. Хотя это было бы трудно, но у него есть достаточно времени, чтобы догнать Жун Юня.

Возрождение и Искупление Глава 10: Усердие

После окончания занятий все учителя собирали сумки, намереваясь покинуть учительскую. В это время Учитель Дун оказалась в окружении своих коллег.

Учитель Английского первым нарушил молчание.

— Сяо Дун, что сегодня происходит с Чу Фэном? (1)

— О чем вы? — спросила растерянная Учитель Дун, перестав собирать свои вещи.

Учитель Английского с энтузиазмом сказал ей:

— Он не спал сегодня в моем классе и вместо этого очень внимательно слушал меня. Я просто не могу к этому привыкнуть.

С другой стороны, Учитель Истории съязвил:

— Сегодня и на моем уроке он не спал, я даже сначала подумал, что мне приснился чудесный сон.

Учитель Китайского, взявший в руки газету, улыбнулся.

— В моем классе он тоже не спал, но слушал очень внимательно. Я и сам немного удивился.

Учитель Дун, подумавшая было, что они станут на него жаловаться, но они вместо этого хвалили Чу Фэна. Это стало для нее приятной неожиданностью.

— Но Сяо Дун, как ты позволила Чу Фэну сидеть с Жун Юнем? — с любопытством допытывался Учитель Английского.

— Хочу, чтобы Жун Юнь помог Чу Фэну с учебой. Это заключительный год в школе, и если он не поднапряжется в этом году, то будет сожалеть об этом всю жизнь. — она не объяснила, что именно Чу Фэн попросил ее об этом, так как знала, что никто не поверит ей, даже если она так скажет.

— Это не повлияет на учебу Жун Юня? — обеспокоенно спросил Учитель Истории.

— Я буду следить за его успеваемостью. Если она снизится из-за Чу Фэна, то я, естественно, поменяю их места на прежние позиции. — если она позволит Жун Юню страдать из-за Чу Фэна, то будет слишком предвзятой.

— Ладно, давай подождем и посмотрим. Если Чу Фэн сможет добиться прогресса, не тормозя Жун Юня, то это, естественно, к лучшему. — улыбнулся Учитель Английского.

После ужина Чу Фэн не позволил Жун Юню уйти учиться в библиотеку, так как он все еще должен уделять внимание отдыху, поэтому не имеет значения, если он просто станет учится в комнате.

Придя в комнату, Чу Фэн велел Жун Юню искупаться, а следом и сам вымылся. В любом случае, они никуда не выходили, и сразу после занятий легли спать.

После купания, выйдя Жун Юнь увидел на своем столе ноутбук.

Школа разрешала ученикам приносить свои ноутбуки в школу, но большинство родителей на самом деле не покупают их для учеников, поскольку не чувствовали, что те важны для учебы их детей.

— Подходи, — сказал Чу Фэн, сидевший на стуле.

Жун Юнь подошел к нему, и Чу Фэн поймал его руки в свои.

— Это для тебя. Так как тебе нравится писать, то просто используй его. Это избавит тебя от необходимости печатать все заново. Даже если это непривычно печатать все сразу, но со временем привыкнешь.

Когда Чу Фэн работал актером, он встречался со многими сценаристами и слышал их рассказы о своем опыте работы с компьютерами. Теперь он знал, что поначалу у них имелись некоторые трудности, но позже им становилось удобнее пользоваться именно ноутбуками.

— Нет, ты же на нем работаешь. Я не могу его взять. Я просто могу печатать в компьютерном классе или интернет-кафе, если понадобится. — это принадлежало Чу Фену, так что, наверное, нуждался в нем, раз купил. Кроме того, это дорогая вещь, так что, если тот вдруг сломается?

— Ты принимаешь меня за чужака? — строго спросил Чу Фэн у Жун Юня.

— Это не так.

Чу Фэн мягко рассмеялся и притянул Жун Юня еще ближе, обхватив его одной рукой за талию.

— Я хочу перестать пользоваться интернетом, потому отдаю его тебе для использования. Я стану лучше учиться, если не буду отвлекаться. Кроме того, время от времени компьютеры в клубе ломаются. Что делать, если твои данные будут потеряны?

— Это не так уж и важно. — Жун Юнь уже сталкивался с таким раз или два, и на самом деле для него это не проблема.

— Не противься. В компьютерном классе слишком много людей, и разве это может сравниться с комфортом нашей комнаты? Ты можешь просто писать здесь, не отвлекаясь. — Чу Фэн пытался уговорить его, как ребенка. Интернет в классе предоставляется школой хватавшего только на открытие нескольких веб-сайтов, но, если есть желание смотреть видео или играть в игры, скорости уже не хватает. Кроме того, его в определенные часы его отключают, чтобы учащиеся не тратили слишком много времени на такое.

Жун Юнь посмотрел на ноутбук на столе, поверхность которого была достаточно гладкой, чтобы отражать его окружение.

— Хорошо, но говори мне, когда захочешь им воспользоваться. — Жун Юнь, наконец, пошел на компромисс, так как он действительно мог писать в комнате, не отвлекаясь, все, как и сказал Чу Фэн.

— Он мне не понадобится. Ты меня будешь контролировать. Если мне нужно получить какую-то информацию, то можете поискать ее для меня. — Чу Фэн увидел, что Жун Юнь согласился, и его улыбка стала шире.

— Ты можешь и сам посмотреть, это не так уж и важно. — сказал Жун Юнь, думая, что для человека, ежедневно пользующегося интернетом и внезапно прекратившего это делать, это точно принесет раздражение.

Чу Фэн покачал головой и очень серьезно сказал ему:

— Жун Юнь, я хочу сдать с тобой экзамены в университет, но мои предыдущие оценки не очень хорошие. Мне нужно будет работать усерднее, чем когда бы то ни было, поэтому важно избавиться от привычки пользоваться интернетом.

— Ты действительно хочешь сдавать экзамены в университет? — удивился Жун Юнь решившему упорствовать на этом Чу Фэну.

— Эн, в будущем я хочу остаться с тобой. — серьезно сказал Чу Фэн, посмотрев на Жун Юня, боясь, что тот ему не поверит. — У меня должно быть хорошее будущее, чтобы стать достойным тебя.

Невольно губы Жун Юня расплылись в улыбке, и, глядя на Чу Фэна, он не знал, что сказать. Он не был уверен, что Чу Фэн поступит в университет, но, если он будет работать достаточно усердно, кто знает, может быть, это и произойдет.

Чу Фэн улыбнулся и крепче обнял того за талию, так что он оказался еще ближе к нему.

— Компьютер можно использовать сначала для выполнения домашнего задания, а затем использовать его для чего угодно еще не более трех часов. — мягко заговорил с ним Чу Фэн.

— Хорошо, — послушно кивнул он.

— Чу Фэн удовлетворенно потрепал Жун Юня по волосам.

— Ладно, давай начнем делать уроки. После того, как Гуй Хэн вернется, он обязательно попросит тебя сделать копию.

Он кивнул и запер ноутбук в шкаф, прежде чем взять сегодняшнее домашнее задание и начать работать. На третьем курсе большая часть работы состояла в том, чтобы просто пересматривать вещи, а не изучать что-то новое. В основном пакеты обзора даются студентам для завершения, и пока ты прикладываешь немного усилий, то можешь легко делать домашнее задание.

Чу Фэн достал свои домашние задания и книги и начал учиться. Для него все было совершенно иначе, потому что ему требовалось начать учебу с самого начала, и следует многое пересмотреть.

Сы Сянь, выходивший кое-что купить, на обратном пути приобрел немного фруктов для Чу Фэна и Жун Юня. Когда он открыл дверь, то был потрясен видом учившегося с такой сосредоточенностью Чу Фэна, что он подсознательно посмотрел на дверь, чтобы убедиться, что он не вошел не в ту комнату, а затем задался вопросом, не снится ли ему это.

— Я принес немного фруктов, угощайтесь, — сказал он, ставя на стол пакет.

— Хорошо. Спасибо. — Чу Фэн встал, чтобы взять немного фруктов, и отнес их Жун Юню. Положив пакеты на стол, Сы Сянь больше не смотрел на них, а потом пошел мыть руки и принять душ.

— Гуй Хэн не вернулся с тобой? — спросил Чу Фэн Сы Сяня, когда тот еще принимал душ.

— На обратном пути он встретил Пан Сюаня. — Сы Сянь больше ничего не сказал, но Чу Фэн уже понял, что тот имел ввиду, и больше не обращал на это внимания.

Он протянул Жун Юню банан.

— Съешь его, а после пиши. — Жун Юнь просто взял банан из его руки и начал есть, пока писал, и Чу Фэн беспомощно наблюдал за ним, боясь, что в таком состоянии концентрации он может съесть кожуру от него.

Спустя почти полчаса Гуй Хэн вернулся и сразу же пошел к Жун Юню и Сы Сяню , чтобы узнать, насколько они выполнили домашнее задание, а затем попросил их обоих одолжить ему свои заметки после того, удостоверившись, что о нем не забудут, он повернулся и пошел в душ. Чу Фэн понял, что в прошлом он был таким же раздражающим, как и Гуй Хэн, и почувствовал себя немного неловко.

На обратном пути Гуй Хэн встретил Пан Сюаня и предупредил его, чтобы тот не говорил плохо о Жун Юне и не обижал его, иначе Гуй Хэн не будет вежлив с ним.

Чу Фэн посмотрел на часы и встал, чтобы налить Жун Юню стакан молока. Молоко может дополнить кальций и помочь со сном, поэтому Жун Юню не повредит выпивать стакан молока каждый день.

Когда он принес тому стакан с молоком, тот с замешательством на него взглянул. Чу Фэн мягко велел ему выпить молока, что он послушно и сделал. Он пил медленно, маленькими глоточками. Молоко было комнатной температуры и очень приятным на вкус.

Молоко оставило след на его верхней губе и сделало его немного симпатичным. Чу Фэн взял стакан из рук Жун Юня, наклонился к его губам и поцелуем любовно слизал это молоко.

Жун Юнь испугался Сы Сяня, присутствующего в комнате вместе с ними. Как мог Чу Фэн быть столь беспечным? Он пришел в себя, огляделся и с облегчением увидел, что тот в углу учится и ест фрукты, отчего почувствовал облегчение. Жун Юнь вернулся к своей домашней работе и сделал вид, что ничего не произошло.

Чу Фэн улыбнулся и почувствовал, что молоко, оставшееся на губах Жун Юня, имело самый сладкий вкус, который он когда-либо пробовал. Он больше того не беспокоил и пошел мыть стакан, прежде чем вернуться к своей работе.

Через некоторое время Жун Юнь, наконец, закончил со всей своей работой и повернулся, чтобы посмотреть на Чу Фэна, который закончил лишь наполовину и все еще пытался выполнить свою работу. Было очевидно, что он в прошлые годы вообще не учился, но, по крайней мере, он готов делать свою домашнюю работу, а не переписывать, как Гуй Хэн.

Жун Юнь кое-что придумал и снова начал писать на чистом листе бумаги. Через некоторое время Сы Сянь закончил свою работу и лениво встал, чтобы потянуться, прежде чем собрать вещи и лечь в постель с ноутбуком, решив немного почитать. Бедный Гуй Хэн все еще пытался закончить свою работу и понять хотя-бы половину из того, что он писал.

После того, как Жун Юнь закончил писать, он бросил написанное на стол Чу Фэна, который посмотрел на него с сомнением, прежде чем взять его и прочитать. Это оказался план повторения пройденного материала, и вопросы и время для изучения были разделены таким образом, чтоб Чу Фэн сумел это осилить.

Чу Фэн улыбнулся и ущипнул Жун Юня за щеку.

— Ты действительно моя счастливая звезда.

— У меня есть записи со всех классов, — смущенно избежал его руки Жун Юнь, — Ты можешь скопировать их.

Чу Фэн кивнул, теперь с его помощью его туманная идея повторения материала получил направление, в котором следовало двигаться.

Сы Сянь посмотрел на Чу Фэна и почувствовал, что это для него хорошо наконец взяться за ум и учиться. Если понадобится, он также будет помогать Чу Фэну в учебе, но есть ли необходимость называть Жун Юня таким неловким прозвищем, как "его счастливая звезда"? Что ему нужно сделать, так это сделать домашнее задание и лечь спать!

Чу Фэн повесил план повторения на стену и собирался начать его с завтрашнего дня. На сегодняшний вечер он уже понял, что не сможет выполнить домашнее задание в одиночку, и решил не усложнять себе жизнь, поэтому одолжил его у Жун Юня и переписал оставшееся.

Жун Юн также понимал, что Чу Фэн не сможет догнать его всего за один день, поэтому он ничего не сказал и передал выполненное Чу Фэну для копирования.

Чу Фэн быстро все переписал.

— Давай приготовимся ко сну и ляжем пораньше, чтобы набраться сил на завтра. Если хочешь, воспользуйся перед сном компьютером, но только в течение часа. — шепнул Чу Фэн Жун Юню.

Тот кивнул и взял компьютер. В любом случае, он не хотел пользоваться интернетом и просто хотел записать свою историю. Он довольно быстро освоился с компьютером.

*******

1. Сяо – маленький, младший. Обычно этим словом называют детей или младших членов семьи. Но если отношения достаточно хороши, то и коллеги могут назвать так младшего сотрудника. Вроде и уменьшительно-ласкательно, но и не переходя границы. И да, пол учителей английского, китайского и истории не обозначали, это могут быть и женщины, и мужчины.

Возрождение и Искупление Глава 11: Возвращение домой

В течение недели производительность Чу Фэна была очень хорошей. В классе он был внимателен, и если имелось что-то, чего он не понимал, он брал на себя инициативу спросить учителя проводившего урок. Хотя у него плохой фундамент знаний, но учителя всегда терпеливы с учениками, которые задают вопросы, и они не проявляли никакого недовольства, даже если им приходилось объяснять это три или четыре раза.

Если он продолжал в чем-то сомневаться, то вернувшись в общежитие, он просил помощи у Жун Юня или Сы Сяня. Кроме того, он также следовал плану повторения школьных знаний, составленный Жун Юнем. Хотя он не мог ответить на каждый вопрос и время от времени все еще нуждался в помощи, все уже не так, как раньше, когда он даже не знал, к какой главе относится вопрос.

В четверг мать Чу Фэна, Сун Синь, позвонила ему и попросила приехать домой на выходные. Чу Фэн сразу согласился. Причина – его мать не часто бывала дома, поэтому в моменты, когда она приезжала, Чу Фэн старался бывать дома чаще.

Повесив трубку, Чу Фэн повернулся к Жун Юню.

— Поедешь домой на эти выходные?

Тот кивнул.

— Отлично. Провожу тебя домой. — сказал Чу Фэн.

— Не нужно, метро совсем рядом с домом, — отказался Жун Юнь, зная, что Чу Фэн и он сам не живут в одном направлении, и он не хотел, чтобы тот напрягался.

— Я хочу проводить тебя, — твердо сказал Чу Фэн, не оставляя места для отказа.

— Хорошо. — согласился Жун Юнь после минутного колебания.

После занятий в пятницу они вдвоем вышли из школы с Чу Фэном, несущим обе их сумки, а Жун Юнь нес ноутбук. Первоначально Жун Юнь хотел нести свою сумку сам, но Чу Фэн отказался отдавать ее, поэтому ему осталось только нести ноутбук.

Чтобы добраться до дома Жун Юня, требуется проехать всего две остановки на метро, а потом пройти пешком почти десять минут. Дом Жун Юня находится в старом районе с шестью-семьюэтажными зданиями.

Цвета зданий разные, не так, как в современных районах города, где все здания одинаковы по цвету и форме. Однако дорога широкая, и все виды общественных объектов доступны, движение удобное, так что район удобен для проживания.

Когда они подошли к дому Жун Юня, тот сказал:

— Мы уже пришли. Возвращайся, не задерживайся и не заставляй всех домашних ожидать тебя.

— На каком этаже ты живешь? — спросил его Чу Фэн и посмотрел на немного старый фасад здания, но был заметен ремонт и видимо оно безопасно для проживания.

— Третий этаж. — указал Жун Юнь на одно из окон. — Вот мой дом.

Чу Фэн кивнул, передал тому сумку и ноутбук и с заботой произнес:

— Если возникнут проблемы, звони мне. Тебе не позволяется слишком долго пользоваться компьютером. Сегодня за ужином наконец закончится период приема лекарств. Ложись сегодня спать пораньше и не засиживайся допоздна.

— Эн, я знаю. — кивнул Жун Юнь. Он чувствовал тепло внутри, видя такую его заботу о себе.

— Поднимайся. — сказал Чу Фэн.

— Эн, приедешь домой отправь мне сообщение. — ответил ему Жун Юнь.

— Ладно. Я запомню. — кивнул он.

Жун Юн открыл дверь и вошел в здание. Войдя в дом, он вышел на балкон посмотреть, не ушел ли Чу Фэн.

Чу Фэн, казалось, ожидал, что Жун Юнь выглянет наружу проверить – ушел ли он уже. Увидев выглянувшего на улицу Жун Юня, Чу Фэн помахал рукой.

— Я пошел.

— Да. — Жун Юнь помахал ему в ответ и улыбнулся.

Чу Фэн больше ничего не сказал и повернулся, чтобы уйти. Жун Юнь смотрел на спину Чу Фэна, пока тот не скрылся из виду,прежде чем вымыть руки и начать готовить ужин.

Когда Чу Фэн вернулся домой, было уже время ужина. Увидев его входящим в дверь, Сун Синь подошла и заулыбалась:

— Почему ты так поздно?

— Мне нужно было кое-что сделать до приезда, и это заняло немного больше времени, чем я рассчитывал. — ответил ей Чу Фэн с улыбкой.

Сун Синь пристально посмотрела на Чу Фэна, которого давно не видела.

— Ты выглядишь очень счастливым.

Чу Фэн только улыбнулся и сказал:

— Пойду наверх переоденусь.

— Иди, — встала и улыбнулась она сыну. А когда он обернулся, она заметила у него на плече сумку, которую раньше не замечала. — А что там?

— Книги и домашние задания. — небрежно бросил он через плечо и оставил позади сбитую с толку мать. Она не могла поверить, что Чу Фэн действительно принес свои книги и домашнюю работу. На самом деле, она скорее поверила, если бы он сказал ей, что принес любовные письма или игровое устройство.

Чу Фэн не стал ничего объяснять и просто поднялся наверх переодеться.

Войдя в свою комнату, Чу Фэн окончательно убедился, что его отправили назад во времени. Эта знакомая и в то же время незнакомая комната вызывала у него неудержимое чувство ностальгии. После того как он уехал учиться за границу, его семья переехала в новый дом. Хотя это место и не было продано, но тут перестали жить, просто пустой дом. Потом он купил себе собственный дом и забыл о том месте, где так долго жил. Несмотря на то, что он часто приезжал к родителям, комната, приготовленная для него, сильно отличалась от этой.

К счастью, он не забыл адрес этого места, с юмором подумал Чу Фэн, если бы он приехал в купленное позже его родителями место, было бы очень неловко найти кого-то другого, живущего там.

Приведя себя в порядок, он переоделся и позвонил Жун Юню, чтобы сообщить ему, что он дома, после чего они с ним поболтали еще несколько минут, прежде чем мать позвала его есть.

Сегодня за обеденным столом присутствовали только он и Сун Синь. Обычно его занятой отец не появлялся на обеде, и он не спрашивал о нем, но то, что он не видел Чу Жоу, немного его озадачило.

— А где Жоу? — спросил он.

Сун Синь села рядом с ним за обеденный стол и передала ему миску супа, сказав:

— Она сказала, что поест со своими друзьями, прежде чем вернуться домой сегодня вечером. Кажется, у ее одноклассницы были купоны в ресторан, и сегодня последний день, когда ими можно воспользоваться.

Чу Фэн больше не спрашивал и продолжал есть. Сун Синь не была хороша в уборке или приготовлении пищи, поэтому у них всегда были повара для приготовления пищи и домработницы на полставки для уборки, поэтому Сун Синь не заботилась о таких делах.

Выпив супу, Чу Фэн спросил у мамы:

— Съемки идут хорошо? — его мать вернулась домой в прошлое воскресенье. Если бы все было в порядке, он бы обязательно вернулся домой, чтобы поесть с ней, но так как он отвозил Жун Юня в больницу, то не вернулся, из-за чего его мать послала ему ужин через Чу Жоу.

Сун Синь – международная актриса и много раз в год выезжала для съемок на длительные периоды, иногда более чем на полгода. Отец Чу Фэна очень поддерживает профессию своей жены. Вероятно, из-за чувства вины за недостаточно уделяемого детям времени, у Сун Синь были очень низкие требования к своим детям в их учебе и тому подобным делам, ей только хотелось, чтобы они росли счастливо. Поэтому, даже если Чу Фэн не особо хорошо учился, она никогда ничего не высказывала ему. Ее самым большим сожалением было то, что она никогда не могла сопровождать своих детей на родительские собрания, так как за ней повсюду следили репортеры, и если бы она пошла, то скорее всего это вызвало бы переполох в школе, поэтому она могла только поговорить с учителями своих детей по телефону.

— Все не так уж плохо. Единственная неприятность заключается в том, что погода очень сухая, поэтому нам приходится увлажнять кожу несколько раз в день. — улыбнулась она. Как актеру, ей приходилось сниматься в различных условиях и преодолевать трудности, связанные с этими условиями. Хотя это немного трудно, но она научилась справляться с этим.

По мнению Чу Фэна, его мать всегда выглядела безупречно. Даже сейчас он не мог найти ни единого изъяна на ее лице. Единственным признаком ее напряженной работы была ее худоба, она явно сбросила в весе.

Он выбрал несколько баклажанов, любимую еду матери, и положил их в ее тарелку.

— Тебе надо наедаться, пока ты дома.

Сун Синь посмотрела на него с приятным удивлением, так как прошло уже довольно много времени с тех пор, как он добавлял что-то в ее тарелку из еды.

Чу Фэн уже привык заботиться о Жун Юне в школе, поэтому по привычке добавил овощи в тарелку матери. Он не знал радости в ее сердце, но, глядя на ее счастливое лицо, подумал, что его матери очень легко угодить. С самого детства он в основном виделся со своей матерью через экран телевизора, что вызывало у него чувство дистанции от нее, несмотря на их хорошие отношения. На самом деле, это расстояние не так уж велико, поэтому он не понимал и не чувствовал ничего такого в подростковом возрасте, но теперь, после многих лет опыта, он может понять ее чувства и узнать все с другой точки зрения.

Сун Синь поспешила съесть положенное им на тарелку для нее, и также угостила его вкусненьким.

— Школьная еда не так вкусна, как домашняя. Кушай лучше, — Чу Фэну осталось только соглашаться и хорошо кушать.

Сун Синь хотела побольше узнать о своем сыне, поэтому продолжала задавать ему вопросы.

— Как дела в школе? — спросила она, стараясь оставаться непринужденной. Чу Фэн улыбнулся ее вопросу.

— Отлично. Учитель пересадил меня на место рядом с отличником, и он очень помогает мне во время учебы. — Чу Фэн чувствовал, что ему нужно произвести впечатление о Жун Юне на своих родителей в самом начале, чтобы в будущем все шло гладко.

— О? Тогда тебе следует быть подобрее к своему соседу. — Сун Синь никогда не слышала, чтобы Чу Фэн упоминал своих товарищей по парте. Похоже, он никогда не был очень доволен своими предыдущими соседями.

— Знаю. — кивнул он головой и продолжил есть. — О да, я тоже хочу кое о чем с тобой поговорить.

— В чем дело? — нетерпеливо спросила его Сун Синь.

— Я хочу найти репетитора, который поможет мне пройти весь пройденный материал по всем предметам. — спокойно сказал ей Чу Фэн. Он уже знал, что если не будет искать посторонней помощи для своих исследований, то никогда не достигнет поставленной перед собой цели – догнать Жун Юня.

— Э? — Сун Синь не была уверена, но это прозвучало так, будто ее сын попросил ее найти ему репетитора.

Чу Фэн терпеливо повторил сказанное. Сун Синь с тревогой посмотрела на него и спросила:

— У тебя неприятности в последнее время? Почему ты решил найти репетитора? Твои школьные учителя придираются к тебе?

Чу Фэн улыбнулся ее беспокойству и поспешно успокоил.

— Нет, ничего подобного. Мой сосед по парте только что помог мне найти новый метод обучения, который, как мне кажется, подходит мне больше всего. На прошлой неделе я виделся с кузеном, и он также толковал мне, что сейчас самое время приложить больше усилий к учебе. Я больше не могу валять дурака. По крайней мере, я не хочу позорить тебя и папу. Кроме того, я хочу суметь поступить в тот же университет, что и мой товарищ по парте.

— Ты же знаешь, меня такие вещи не опозорят. — не успокаивалась она, — Я довольна, пока ты счастлив и здоров.

— Я знаю. — улыбнулся он любви и привязанности своей матери. — Но я хочу сделать это и для себя тоже. По крайней мере, не будешь ли ты более уверена в моем будущем, если моя учеба улучшится?

Сун Синь внимательно вгляделась в выражение лица своего сына и, наконец, решила, что никто не заставляет его это делать, и он сам инициатор, поэтому она улыбнулась и приняла это как часть его взросления.

— Ты вырос, и теперь мне не нужно больше беспокоиться о тебе. Насчет репетиторства можешь быть спокоен, я найду для тебя кого-нибудь хорошего.

— Эн, тогда я просто встречусь с учителем снаружи. Я, вероятно, буду меньше приходить домой и оставаться в школе по выходным ради учебы, так как в школе легче учиться. — хоть он так сказал, но на самом деле у него были другие планы.

— Ладно, делай, что хочешь. — с удовольствием согласилась Сун Синь.

После обеда Чу Фэн немного поболтал с мамой, прежде чем отправиться заниматься в свою комнату. Как родитель Сун Синь никогда не будет препятствовать своим детям учиться.

— Иди, я сейчас пришлю тебе фруктов поесть.

— Ладно, — согласился он.

— О, кстати, пригласи своего соседа по парте на ужин, когда у него будет время. Он был внимателен к тебе, и следует отплатить ему за доброту. — напомнила Сун Синь.

— Эн, я приглашу его попозже. Сейчас, наверное, не самое подходящее время. Давай еще раз поговорим об этом перед моими зимними каникулами. — Чу Фэн немного подумал, прежде чем ответить, и Сун Синь осталась довольной его ответом.

**********

Это последняя глава в анлейте. Девушка (третья по счету) взявшаяся за эту новеллу писала, что слегка переоценила свою занятость на учебе, поэтому обновления будут редкими. Я держу руку на пульсе и не бросаю перевод. Ledi_Grim.

Возрождение и Искупление Глава 12: Ночной рынок

В девять вечера отец Чу Фэна, Чу Тан, вернулся домой после развлечений. Хотя Чу Тан относился к своим детям со всей суровостью, он очень любил свою жену и не хотел отказывать, какой бы неразумной она ни была временами.

— С возвращением, — услышав, как вошел Чу Тан, нежная улыбка Сун Синь с очарованием зрелой женщины заиграла на губах, делая ее еще краше.

— Чем занимаешься? — спросил он.

— Режу фрукты, для отправки Чу Фэну и Чу Жоу. — улыбнулась она. Чу Жоу тоже недавно вернулась и отправилась наверх принять душ после прогулки.

— Если они голодны, то пусть спустятся и отнесут себе сами. — Чу Тан не мог вынести, когда его жена была занята даже тем, что касалось его детей.

— Я уже завершила с нарезкой, — снова засмеялась она. — Когда поднимешься наверх, то можете отнести их Чу Фэну. — раз ее сын начал усердно учиться, она решила позволить мужу взглянуть на это, ведь он мечтал об этом.

— Ладно, — не отказывался Чу Тан, взял тарелку с фруктами для Чу Фэна и направился наверх.

Чу Тан постучал в дверь комнаты Чу Фэна, и оттуда донесся его голос:

— Входи пожалуйста.

Толкнув дверь Чу Тан вошел и увидел, как Чу Фэн переворачивает страницу книги и пишет на бумаге. От увиденного он замешкался у дверей, но через некоторое время подумал, что тот скорее всего просто возится с домашним заданием, занимаясь показухой, но на самом деле ничего не делает. Он вошел с серьезным лицом, положил фрукты на стол и украдкой взглянул на писанину Чу Фэна. В настоящее время там было исписано более чем наполовину, и почерк был очень аккуратным и хорошо организованным, что полностью отличалось от прошлого бессвязного и неорганизованного почерка ранее. Не говоря уже о том, что ответы правильные, а если и нет, то, по крайней мере, отношение правильное.

Чу Фэн думал, что фрукты принесла его мать, и он не поднял глаз и просто пробормотал "Спасибо", но вскоре почувствовал запах мужской туалетной воды и понял, что это его отец.

Чу Фэн поднял глаза только для того, чтобы увидеть, что в течение нескольких минут его отец смотрит к нему в тетрадь, а затем смотрит на него, ничего не говоря. Затем он оставил фрукты и перед закрытия дверей скупо высказался:

— Сделай перерыв и не засиживайся допоздна.

Раньше Чу Фэн и его отец всегда разговаривали друг с другом весьма напряженно, и они могли поссориться всего после нескольких слов. Однако сегодняшнее отношение отца не позволяло Чу Фэну найти ничего, что можно было бы счесть раздражающим.

Приняв душ, Чу Тан не пошел сразу в кабинет, а спустился вниз, поговорить с Сун Синь.

Сун Синь сидела в гостиной, смотрела телевизор с сушеной клубникой в руке и время от времени ела их.

— Что сталось с нашим сыном? — спросил он присев рядом с ней.

— А что с ним такое? Что тебя беспокоит? — небрежно взглянула на него Сун Синь.

— Он действительно учился, и выглядел очень серьезным. — сказал он нахмурившись. — Я обратил внимание на несколько книг на столе, и это явно учебники. Я не знал, были ли они одолжены или нет. Что заставило его вдруг так серьезно заняться учебой?

— Ты недоволен свои сыном, что в кои то веки всерьез занялся учебой? — шутливо стукнула она по его плечу.

— Не то что бы я был недоволен, но это неестественно. — ответил он ей.

Сун Синь беспомощно улыбнулась, и рассказала мужу то, что Чу Фэн сказал ей сегодня в обед.

— Он действительно так сказал? — Чу Тан, очевидно, в это не верил.

— И зачем, по твоему, мне лгать тебе? — спросила она, уставившись она на него недовольная этими расспросами.

— Я не это имел в виду, — почувствовал он себя немного неловко. — Мне просто кажется, что это будет трехминутная лихорадка, а затем он вернется к тому с чего началось или даже более разочаровывающим.

— Я в слова сына верю, — решительно сказала Сун Синь.

Пока они разговаривали, вниз спустилась за теплым молоком Чу Жоу. Увидев отца, она кинулась ему в руки, и какое-то время обнимала с милым выражением на лице. Чу Тан очень любил свою дочь, ведь Чу Жоу не провоцировала его, и была очень внимательна, так что отношения между отцом и дочерью всегда были хорошими.

Проявив к родителям немного милой заботы, Чу Жоу отправилась за своим молоком. Чу Тан сказал ей вслед:

— Отнеси и брату.

— Окей. — улыбнулась она, отец внезапно начал заботиться о ее брате, и Чу Жоу была просто на седьмом небе от счастья. По какой бы причине это ни происходило, гармония в семье была самой важной вещью для нее.

В субботу Чу Фэн не разочаровал своих родителей и весь день читал книги. Только к вечеру он переоделся и спустился вниз.

— Собираешься прогуляться? — спросила Сун Синь, глядя на его одежду.

— Эн, я хочу попросить своего соседа по парте сходить со мной на ночной рынок, — ответил он ей.

Едва услышав, что он встречается со своим товарищем по парте, Сун Синь сразу же почувствовала облегчение и сказала:

— Иди, ты целый день учился дома, так что сходи и расслабься. Оплати все расходы и хорошо подружись со своим новым другом, хорошо?

— Хорошо, — ответил Чу Фэн.

Сидевший в гостиной Чу Тан увидел, что Чу Фэн уходит, и не стал возражать на это, а только сказал:

— Не возвращайся слишком поздно, а если у тебя не хватит денег, просто возьми немного у меня.

Чу Фэн немного удивился, это первый раз, когда его отец проявил инициативу и спросил, достаточно ли у него денег.

— Мне хватит. не волнуйся. Я вернусь не позже 9.30, — решил послушно сообщить ему он, когда вернется, в отличие от своего прежнего бунтарского поведения ранее.

— Эн. — кивнул Чу Тан, ничего не добавив.

Сегодня Чу Фэн учился целый день, и хотя обучение важно, также важно поддерживать сочетание работы и отдыха. Кроме того, Чу Фэн просто сходит на ночной рынок, ему не хотелось ходить куда нибудь еще..

Чу Фэн взял такси до дома Жун Юня и был счастлив, что избежал пробок. Если бы он хоть немного опоздал, то застрял бы в вечернем потоке машин.

Чу Фэн не предупреждал Жун Юня заранее, но пошел к месту перед его домом и позвонил ему на телефон.

Жун Бнь поднял трубку почти сразу, после первого звонка. Затем в трубке раздался его приятный голос, заставивший Чу Фэна улыбнуться:

— Привет, Чу Фен, — поприветствовал он.

— Эн, ты сейчас свободен? — спросил Чу Фэн. На самом деле, он внезапно пришел и велика вероятность, что тот вообще не дома, но ему просто хотелось увидеться с Жун Юнем, и он мог подождать, если того дома не было.

— Да, а что? — спросил он в ответ.

Голос Жун Юня заставил его почувствовать себя немного увереннее, потому Чу Фэн рассмеялся..

— Я под твоим домом стою, — сказал он.

На мгновение в комнате Жун Юня воцарилась тишина. Как и ожидал Чу Фэн, спустя время тот открыл окно и посмотрел на Чу Фэна.

Помахав ему Чу Фэн сказал в трубку:

— Переодевайся, сходим поужинаем.

Прибытие Чу Фэна уже удивило его, и теперь он собирался пригласить его на ужин, не в силах сдерживаться Жун Юнь улыбнулся:

— Тогда жди меня.

— Ладно, не волнуйся, я буду тут ждать. — мягко сказал Чу Фэн, успокаивая его.

Минут через пять Жун Юнь переоделся и спустился вниз.

— Ты иак внезапно пришел, с чего бы это? — слегка застенчиво улыбаясь, остановился перед ним Жун Юнь.

— Мне захотелось увидеть тебя, — сказал Чу Фэн с улыбкой. Он весь день чувствовал себя очень устало. А решив выйти вечером развеяться, он не хотел ни с кем встречаться, просто хотел найти Жун Юня.

Жун Юнь смущенно улыбнулся и промолчал.

— Пойдем, я отведу тебя на ночной рынок, — сказал Чу Фэн.

— Окей. — кивнул Жун Юнь и ушел вместе с Чу Фэном.

В Городе С есть много ночных рынков, и места с ними разбросаны повсюду. Один из них оказался в пятнадцати минутах от квартиры Жун Юня.

Разнообразие ночного рынка очень сложное. Предметы, которые можно найти, включают в себя всякое, от одежды до мелочей для ежедневного использования, таких как зубная паста и туалетная бумага, но главной достопримечательностью по-прежнему является разнообразие продуктов питания, и аромат, распространяющийся по всей улице, очень привлекателен. Жун Юнь больше не ограничен только в легкой пище, но если он вдруг съест что-то слишком жирное, он боится, что его желудок не выдержит этого, поэтому Чу Фэн сначала пошел на ночной рынок. Во-первых – разнообразие выбора, а во-вторых – вкусно.

— Не стесняйся говорить чего хочешь, а когда наешься, пойдем по домам, — сказал Чу Фэн войдя на ночной рынок.

— Окей. — улыбнулся Жун Юнь.

Итак, они начали бродить по киоскам, и когда хотелось съесть что-то, что выглядело хорошо или пахло приятно, Чу Фэн покупал это, но обычно покупал только одну порцию, и затем они делили еду, чтобы суметь съесть побольше разнообразия, иначе они бы наелись всего после нескольких порций, и сожалели, что не смогли попробовать больше.

Когда они были почти полны, Чу Фэн пошел купить две чашки чая с молоком без сахара, и каждый из них выпил по одной. На ночном рынке стало больше народу, поэтому тут стало немного переполнено. Чу Фэн беспокоился, что Жун Юня могут с ним разделить, поэтому он протянул руку и взял того за руку.

Руки Жун Юня казались немного холодными, но держать их было удобно.

Внезапно взявшись за руки, Жун Юнь даже не осмелился поднять голову. Он покраснел, как спелый помидор, и выглядел очень мило.

Чу Фэн рассмеялся, но ничего не сказал и продолжал держать его за руку, прогуливаясь по ночному рынку.

Позже, когда оба насытились, Чу Фэн перестал водить его по закусочным, а пошел в лавки и магазины, где можно было приобрести одежду. Здешняя одежда была далеко не брендовая, да и качество тоже разнилось, но если быть внимательным, то есть возможность купить хорошие вещи по особо дешевой цене.

Погода становилась все холоднее, поэтому Чу Фэн купил Жун Юню шарф на осень. Он обернул черно-бело-серый клетчатый шарф вокруг шеи Жун Юня, что делало его моложе.

— Не траться на меня слишком, — Жун Юнь чувствовал, что для Чу Фэна и так потратившегося на него немало, будет слишком накладно. Хотя Чу Фэн, казалось, был очень рад сделать ему подарок.

— Раз ты можешь это использовать, то деньги не пропали даром, — взяв его за руку, сказал Чу Фэн.

— Но так нельзя, — продолжал протестовать без энтузиазма Жун Юнь.

— Ничего страшного, я с удовольствием заплачу за тебя, — улыбнулся Чу Фэн. Теперь он не зарабатывал деньги самостоятельно, поэтому всегда немного сдерживался в своих тратах. Когда он сам станет зарабатывать, он купит Жун Юню еще лучшие вещи.

Чу Фэн сказал это таким образом, что Жун Юнь не знал, как возразить на это, поэтому ему осталось только молчать, но в своем сердце он все еще немного сопротивлялся.

Когда они возвращались, Чу Фэн купил еще несколько понравившихся вкусняшек для Жун Юня, сказав, чтоб тот съел их дома. Он купил еще несколько порций для Чу Жоу. Его мать должна была поддерживать свою фигуру, поэтому она была очень разборчива в еде, а его отец не любил уличную еду, поэтому им ничего из этого не нужно.

Спускаясь по лестнице к дому Жун Юня, Чу Фэн вдруг сообщил ему:

— Я заеду за тобой завтра после обеда, и мы вместе вернемся в школу.

— Хорошо, — послушно кивнул Жун Юнь, все его лицо пылало.

Взглянув на него Чу Фэн не ответил, а опустил голову и поцеловал в губы.

Лицо Жун Юня стало еще краснее, и заикаясь он промямлил:

— ... Я поднимаюсь, а ты возвращайся …

— Эн, иди, — с улыбкой сжав его красное лицо ответил он.

Жун Юнь поспешно вышел, опасаясь, что покраснеет настолько, что упадет в обморок, помахал рукой Чу Фэну и побежал наверх.

Подняв глаза Чу Фэн дождался зажегшегося в комнате Жун Юня света. Затем, как он и ожидал, тот открыл окно, чтобы посмотреть, там ли он еще. Увидев его, он снова помахал ему рукой.

— Закрывай окно, я пошел, — повысив немного голос, крикнул он.

— Ладно, — ответил Жун Юнь, но не стал сразу его закрывать.

Как раз в этот момент мимо проезжало пустое такси, проголосовав Чу Фэн остановил его, снова оглянулся на Жун Юня и бросил "До завтра”, прежде чем уехать на такси.

Жун Юнь закрыл окно и поднял руку, чтобы коснуться шарфа на шее. Еще немного рано носить этот шарф, но тепло заставило Жун Юнь чувствовать себя в безопасности. Как и рука Чу Фэна, оно было теплым и успокаивающим.

Возрождение и Искупление Глава 13: Одеяло

Когда Чу Фэн вернулся домой, то поприветствовав родителей, поднялся наверх и нашел Чу Жоу. Он постучал в дверь ее комнаты, и дождался пока она откроет двери. Увидела Чу Фэна, она надула губы и приобрела вид вселенской обиженки.

— Что случилось? — с улыбкой спросил Чу Фэн. Он не помнил, сколько лет прошло с тех пор, как он видел дующуюся Чу Жоу, маленькая девочка не будет делать этого, когда вырастет.

— Ты ходил на ночной рынок с Жун Юнем? — спросила Чу Жоу, ее тон казался очень расстроенным.

— Эн. — Чу Фэн уже сказал своей семье, что отправится гулять со своим соседом по парте, и Чу Жоу точно узнает, если спросит их. На самом деле, он не рассказывал ей, что сидит за одним партой с Жун Юнем. Однажды Чу Жоу купила напиток со скидкой в супермаркете и решив принести ему на угощение в класс, увидела его сидящим с тем вместе.

— Ты не взял меня с собой. — вдруг недовольно пожаловалась Чу Жоу, на его взгляд она выглядела забавно.

— В следующий раз я не забуду взять и тебя, — сказал он, улыбнувшись. Что касается следующего раза, о котором он говорил, то кто знает, когда он наступит.

На самом деле, после самоубийства Жун Юня, состояние Чу Жоу и эпилог, написанный Жун Юнем в книге, позволили Чу Фэну уверится, что тот всегда любил именно его. Жун Юнь был в курсе ее чувств, но не мог ответить на них так, как она хотела. В этой жизни Чу Фэн будет с Жун Юнем. Он также знает, что Жун Юнь всегда любил его, поэтому у Чу Жоу нет шансов. Однако она девушка, и Чу Фэн не хотел говорить слишком прямо, обидев ее, поэтому старался свести к минимуму их вероятную связь. Когда Чу Жоу станет немного старше и стойче, он расскажет ей об этом, чтобы не причинять ей такой боли.

— Тогда не забывай об этом, — ее выражение лица улучшилось.

— Эн, я принес тебе вкусненького и оставил на кухне, иди и поешь, пока я не передумал, — поддразнил ее Чу Фэн.

Услышав, что Чу Фэн принес ей что-то поесть, Чу Жоу немедленно улыбнулась и сказала:

— Брат – самый лучший! — после этого счастливо поскакала на кухню.

Чу Фэн беспомощно улыбнулся и вернулся в свою комнату.

Приняв душ, Чу Фэн сел за стол, готовясь некоторое время просматривать записи Жун Юня, а затем, если устанет, то ляжет спать. Именно в это время он услышал стук в дверь, не отрываясь, он крикнул, чтоб входили.

Когда Сун Синь вошла в дверь, она принесла небольшую коробку и вошла.

— Как твоя учеба? — посмотрела на него с улыбкой Сун Синь и продолжила, когда он сказал ей, что все идет хорошо, — Боялась, что забуду завтра, поэтому решила принести его тебе сейчас.

— Что там? — с любопытством спросил Чу Фэн и посмотрел на руки матери.

— Одеяло, — сказала Сун Синь и опустила коробку. — С каждым днем становится все холоднее. Возьми одеяло в школу и хорошо укрывайся им на ночь. Я купила по одному для тебя и Чу Жоу. Твоя тетя Гуань Минь рекомендовала его, она такое же и своему ребенку приобрела, и я подумала, что для вас с Жоу они в самый раз.

Гуань Минь – агент Сун Синь. Гуань Минь помогла Сун Синь дебютировать.. Они примерно одного возраста и обладают хорошими личностями, поэтому их отношения всегда очень хорошие, и у них никогда не было конфликтов. Помимо работы, они часто ходят по магазинам, путешествуют вместе, а возраст их детей одинаков, потому у них всегда найдутся новые темы для разговоров.

Чу Фэн внимательно посмотрел на коробку с надписью "Шелковое одеяло", и оно показалось ему хорошего качества. Каждый год, на смену времен года, мать готовила ему новое одеяло. Когда он осматривал шкаф раньше, то увидел там чистое толстое одеяло, которым он очень мало пользовался. Тогда он не обратил на него внимания, но использовать его зимой определенно в самый раз. И того одеяла ему определенно хватит для использования зимой.

Хотя в общежитии у него имелось одеяло, Чу Фэн не отказался. Он только сказал:

— Хорошо, я отнесу его завтра в школу. Кстати, ты завтра будешь куда-нибудь ездить?

— Нет, тебе что-то нужно? — спросила она.

— Ты можешь позволить своему водителю отвезти меня в школу? Я просто хочу взять в школу какую-нибудь зимнюю одежду, а с этим одеялом ехать на своей машине удобнее, — сказал Чу Фэн. Сначала он хотел взять завтра такси, чтобы забрать Жун Юня, но с большим количеством вещей, удобнее иметь свой собственный транспорт. Такси в школу не пускают, но когда родители проводят своих детей в школу, если показать свой студенческий билет и зарегистрироваться у ворот, то можно подъехать прямо к общежитию.

— Ладно, я скажу водителю. — без колебаний согласилась на это маленькое дельце Сун Синь.

— Эн, завтра я заберу своего соседа по парте, и он, вероятно, тоже заберет из дома одежду в школу. — если бы он попросил водителя завтра забрать Жун Юня, тот обязательно по возвращении сообщит его матери, поэтому он попросил ее об этом заранее.

— Да, это совсем не проблема, — Сун Синь, естественно, не имела причин отказывать Чу Фэну подвести друга в школу.

Во время разговора взгляд Сун Синь упал на тетрадь, лежащую на столе Чу Фэна.

— Разве это твое?

— Эн, они принадлежат моему соседу по парте, он организовал их и позаимствовал мне, — сказал Чу Фэн. Конспекты Жун Юня написаны очень тщательно. Чтобы скопировать их, требовалось много времени, но они действительно полезны.

— Какой хороший мальчик, — с чувством сказала Сон Синь. Она знала, что в выпускном классе трудно повторить весь материал самостоятельно, как можно еще и о других заботиться? Если он отдал переписывать свои записи другому, это задержало его собственное повторение.

— Я скажу кухне сделать больше вкусненького на завтрашнее утро, и ты его угостишь, 1 сказала Сунь Синь.

— Хорошо, — сказал Чу Фэн. Даже если мама этого не сделает, он сам попросит кухню приготовить что-нибудь вкусненькое на завтрак завтра утром.

— Кстати, как зовут твоего соседа? — Сун Синь вдруг поняла, что даже не знает имени его соседа, и это странно продолжать называть его соседом Чу Фэна.

— Жун Юнь, — Чу Фэн написал на бумаге имя Жун Юня, чтобы его мать знала, из каких двух символов оно состоит.

Посмотрев Сун Синь кивнула и постаралась запомнить.

— Ладно, ложись пораньше, не занимайся допоздна. — сказала Сун Синь.

— Ладно, ты тоже не задерживайся, спокойной ночи, — кивнул тот в ответ.

— Спокойной ночи, — улыбнулась она сыну и пошла к себе.

Чу Фэн снова начал изучать записи, а затем почувствовав сонливость. Затем он взял телефон и послал Жун Юню сообщение: "Спокойной ночи". Потом выключил свет и улегся. Через несколько минут Жун Юнь также вернул сообщение написав: "Спокойной ночи". Чу Фэн приподнял уголок рта в улыбке, положил свой мобильный на тумбочку и мирно заснул.

Позавтракав на следующий день, Чу Фэн собрал свои вещи и был готов забрать Жун Юня.

— Брат, я тоже еду в школу, возьмешь меня с собой? — сказала Чу Жоу, догнав Чу Фэна, который уже спустился вниз.

Только тогда Чу Фэн вспомнил, Чу Жоу же тоже нужно забрать в школу одеяло. Даже если он не хочет, чтобы Чу Жоу сильно сближалась с Жун Юнем, он не может позволить своей сестре ехать на такси в одиночку.

— Окей, тащи его сюда, — сказал он.

— Ладненько, — быстро вернулась в комнату Чу Жоу, чтобы забрать свои вещи.

От их матери, за завтраком, Чу Жоу услышала, что Чу Фэн по дороге собирается захватить с собой Жун Юня.

Сев в машину, они первым делом помчались к дому Жун Юня, и по пути на губах Чу Жоу играла довольная улыбка, и у нее было хорошее настроение.

Добравшись до дома Жун Юня, Чу Фэн позвонил ему, и тот быстро спустился вниз со своими вещами. Помимо ноутбука, он также нес сумку с одеждой, подходящей для этого сезона. Сегодня утром Чу Фэн позвонил и попросил его собрать их. Удобнее везти их на машине, что явно лучше, чем когда Жун Юнь привозил их на метро.

— Брат Жун Юнь, — позвала Чу Жоу помахав ему рукой.

— Ты тоже здесь? — улыбаясь подошел к ним он.

— Эн, я решила воспользоваться тем, что мой брат взял машину, чтобы увезти в школу свои вещи.

Чу Фэн взял вещи Жун Юня и положил их на сиденье возле водителя. Затем он сам сел на заднее сиденье, прежде чем позвать Жун Юня в машину. После того, как тот сел в машину, водитель снова завел машину и направился в школу.

Они втроем сидели сзади. Здесь было не слишком тесно, но и не просторно. Чу Фэн сидел посередине, отделяя Жун Юня от Чу Жоу. На самом деле, было бы лучше, если бы один из них сел на переднее место, но он не мог позволить Жун Юню и Чу Жоу сидеть вместе, и он не мог позволить Чу Жоу сидеть спереди, и, конечно, он не мог сидеть отдельно от Жун Юня, что привело к нынешнему решению.

По пути Чу Жоу болтала с Жун Юнем, чувствуя себя особо жизнерадостно.

Чу Фэн не хотел, чтобы она перетягивала на себя внимание Жун Юня, поэтому он спокойно взял его руку в свою, спрятав их сцепленные руки за собой, чтоб она не заметила.

Лицо Жун Юня порозовело, будто посыпанное розовой пудрой, но он не вырвался и покорно позволил ему держать его.

Прибыв в школу, парни провели Чу Жоу к ней в общежитие, и затем отправились к себе. Чу Фэн не просил Жун Юня помогать ему с вещами, и позволил только взять свою сумку, а затем попрощался с водителем, взял сумки и пошел наверх.

Они открыли дверь спальни. Воздух в комнате был довольно спертым, потому что окно не открывалось уже два дня. Жун Юнь положил свои вещи и сперва открыл окно. В комнату проникал свежий воздух, и они чувствовали себя более комфортно.

Чу Фэн закрыл дверь и в определенном порядке разложил вещи на столе. Гуй Хэн и Сы Сянь еще не вернулись, и они должны ждать до обеда.

— Что ты принес? — внимательно посмотрел на большую коробку от Чу Фэна Жун Юнь, обнаружив, что это одеяло.

— Я положу его на твою кровать, — сказал Чу Фэн.

— Не надо, у меня уже есть, — поспешно отверг его Жун Юнь.

— Становится все холоднее, с таким одеялом тебе холодов в октябре не выдержать, тебе придется сменить его раньше. — спокойно сказал ему Чу Фэн, вымыл руки, потом вернулся и открыл коробку.

— Я могу носить немного более толстую одежду. — он не менял одеяла так же часто, как Чу Фэн, но его одеяло все еще в состоянии согреть его, пока в общежитии не включат отопление.

— Это одеяло лучшего качества, и тебе больше не нужно приносить из дома свое, — упаковывая вещи для Жун Юня, то не заметил в шкафчике других одеял. Если бы ему было на что поменять, Жун Юнь точно забрал бы его из дома уже сегодня.

— У меня много одеял, — сообщил он. — И мне столько не нужно. Потому я просто даю его тебе. — Чу Фэн взял одеяло и положил его на его кровать.

На кровати Жун Юня находилось только одно тонкое одеяло. Он предположил, что у него дома нет подходящего одеяла, которое он мог бы принести. Чу Фэн нашел комплект голубого с белым белья из своего собственного шкафа. Сначала он бросил простыни и наволочки на кровать Жун Юня, а затем сказал:

— Вымой руки и помоги мне с этим, — такая работа, пусть и не слишком сложная, доставляет много хлопот молодому мастеру, которому никогда не приходилось заниматься подобными вещами дома.

Видя, что Чу Фэн хочет постелить постель, Жун Юнь больше не отказывался, вымыл руки, вернулся и сказал:

— Я сам сделаю. Ты явно нечасто это делаешь.

Жун Юнь больше не мог терпеть, когда Чу Фэн барахтался с этим, пытаясь заправить одеяло в пододеяльник, поэтому он направился туда и сделал это за три минуты, что заставило Чу Фэна онеметь. Он был немного озадачен тем, как эта задача казалась такой легкой, когда ее выполнял Жун Юнь.

— У тебя хороший метод, — сказал Чу Фэн с улыбкой.

— Научился у мамы, — ответил Жун Юнь.

Позже Чу Фэн помог Жун Юню поменять все наволочки и простыни. Ему нравилось чувство однотипности целого набора постельных принадлежностей. Этот комплект простыней был куплен во время летних каникул. Он принес его в школу после стирки, но он был бесполезен и просто пылился здесь, пока не потребовался Жун Юню.

Жун Юнь почувствовал его нежность и приятный запах, когда коснулся легкого и мягкого одеяла. Чу Фэн оказался настолько дотошен, и это выходило за рамки его ожиданий, это заставило его еще больше увериться в своих симпатиях к Чу Фэну.

Чу Фэн не знал, о чем думал Жун Юнь, но когда он дал тому одеяло, он вдруг почувствовал, что одеяло такое же мягкое мягким, как лицо Жун Юня.

Возрождение и Искупление Глава 14: Беседа

После выходных напряженная и насыщенная школьная жизнь вновь заняла большую часть времени старшеклассников.

Учитель Дун Фан опасалась, что после того, как Чу Фэн будет неделю настойчиво продолжать в том же духе, он в итоге вернется к своим старым привычкам. Вот по этой то причине она часто подходила к задней двери класса и проверяла ситуацию. Но в те моменты она была лишь довольной увиденным – Чу Фэн все еще внимательно слушал уроки и очень серьезно относился к записям. Вчера учителя даже похвалили доклады написанные им, как очень хорошо выполненные. Не говоря уже о снижении коэффициента исправлений, даже его отношение оставляло их довольными.

После обеда Жун Юнь возвращался в класс, чтобы делать там домашнее задание. Чу Фэн тоже не оставался на улице после обеда и часто возвращался вместе с ним.

В прошлом, во время полуденного перерыва, Жун Юнь брал с собой небольшую записную книжку, чтобы писать в классе, но после того, как Чу Фэн дал ему компьютер, он перешел к выполнению домашних заданий в полдень, чтобы, вернувшись вечером, он мог закончить остальное как можно скорее, а затем со спокойной душей писать свои истории на компьютере.

Сегодня Чу Фэн и Жун Юнь некоторое время занимались в классе, и в самый разгар их занятий внезапно завибрировал телефон Чу Фэна. Звонила мать Чу Фэна и он ответил на звонок. Сообщив Жун Юню кто это он вышел ответить на ее телефонный звонок.

— Чего, мам? — найдя место без людей он наконец ее окликнул.

— Побеспокоила? — с улыбкой в голосе спросила Сун Синь.

— Нет, занятия еще не начались, все в порядке? — он знал, что если бы не было чего-то срочного, его мать не позвонила бы ему в такое время.

— Ты помнишь своего дядю Ю Дао? — спросила его Сун Синь.

— Дядю Ю? Естественно помню, — ответил он.

Имя Ю Дао звучало как иностранное, но таковым не являлось. Чу Фэну не чужд Ю Дао, который много раз работал с его матерью, и к тому же знакомый его отца, поэтому иногда его приглашали поужинать к ним. В своей прошлой жизни он познакомился с ним ближе, когда собирался войти в индустрию развлечений. В то время, несмотря на репутацию его матери, он был всего лишь новичком, потому, будучи новичком, он был весьма ограничен. Хотя для Режиссера Ю было все равно, новичок Чу Фэн или нет. Просто потому, что он показался ему подходящим, то дал ему возможность сниматься в рекламе. С этой возможностью Чу Фэн также сделал себе имя, и будущая дорога к славе прошла для него гладко.

Говоря о Ю Дао, Чу Фэн всегда чувствовал сожаление. Как режиссер Ю Дао очень талантлив, однако его не интересовали съемками фильмов и телешоу, и ему только нравилось делать рекламу. Если бы иногда его не искали с просьбами о занятии должности помощника режиссера, среди друзей из его круга, то он бы так и оставался режиссером снимавшим только рекламу. Поэтому репутация Ю Дао была очень громкой в своем кругу, но мало кто за его пределами знал о нем. Ведь после выхода рекламы, публика смотрит на звезды и рекламируемую продукцию. Кто будет достаточно свободен, чтобы проверить, кто является директором, стоящим за рекламой? Таким образом, имя Ю Дао не очень хорошо известно, но если упомянуть рекламу снятую им, на людей, видевших ее она, безусловно, произвела впечатление, и будь то реклама или сам продукт, оценка всегда будет хорошей.

Хотя Чу Фэн раньше был немного ублюдком, он все же был благодарен ему за это. Поэтому после того, как он стал популярным, всякий раз, когда Ю Дао просил его сняться в рекламе, пока у него было время и тип рекламы был подходящим, он никогда не отказывался и цена была не превышала любого обычного актера.

Эн, Режиссер Ю запланировал съемку рекламы какого-то напитка. мужчина-актер, который был нанят, внезапно разорвал контракт. Тем не менее, Ю Дао должен уже в следующие выходные предоставить материал. Сейчас очень трудно найти кого-то на замену этого артиста, потому что они не знают, надежен ли новый. Я уже упоминала о тебе раньше, поэтому он хотел, чтобы я спросила, не хочешь ли ты сняться. Он считает тебя подходящим.

Сун Синь и Чу Тан не возражали против вступления своих детей в индустрию развлечений. Но Сун Синь также знала, что Чу Фэн сейчас находится в стадии интенсивного обучения, и было бы нехорошо отнимать у него время. Но Ю Дао обратился к ней за помощью, и она не могла ему отказать. На съемку рекламы не уходит много времени, так что ничего страшного в участии Чу Фэна, если тот согласится.

— Сколько Дядя Ю мне заплатит? — прямо спросил Чу Фэн. Сейчас он не тот, кто независим в своих финансах. И к тому же он хотел приобрести много вещей для Жун Юня. Естественно, он вообще не мог игнорировать оплату.

— Ах ты мелкий... — засмеялась Сун Синь. — Тебе что денег не хватает?

— Нет, но разве это не мой первый самостоятельный заработок? Конечно, я должен четко спросить об этом, — он еще не рассказывал матери о своих планах, в конце концов, время еще не пришло.

Сун Синь сообщила ему официальную цену предложения.

Услышав ее, Чу Фэн почувствовал, что цена уже была очень высока для такого безымянного актера, как он сейчас. В конце концов, другие даже не знали, что он сын Сун Синь. Ю Дао мог дать ему такую цену только из-за своей дружбы с Сун Синь.

— Хорошо, я возьмусь за эту рекламу, — сказал он.

— Отлично, я тебе потом все расскажу. Я интересовалась подробностями, и съемка этой рекламы может завершится за один день, так что она не слишком то тебя задержит, — сказала Сун Синь.

— Мы будем снимать в выходные? — спросил Чу Фэн.

— Эн. В эту субботу я попрошу водителя забрать тебя утром, — Сун Синь в последнее время ничем особым не занималась, и водитель как раз оказался свободным для него.

— Окей, — ответил Чу Фэн и спросил,— Ты узнавала о репетиторстве?

— Как раз собиралась сказать тебе, я нашла учителя. Это студент, он в этом году учится на первом курсе в одном из ключевых университетов. Достаточно, чтобы учить старшеклассников вроде тебя, — Через некоторое время я пришлю тебе его номер телефона, и ты сам сможешь с ним связаться. Плата за обучение была согласована, ты можешь сам решить с ним посещение занятий.

— Понял, спасибо, — сказал он.

— Тогда я ложу трубку, — Дао Ю вс еще ждал ее ответа.

— Хорошо, — сказал он в ответ.

Получив свою первую работу, Чу Фэн был очень счастлив, по крайней мере, он сделал еще один шаг к своей экономической независимости.

Положив телефон обратно в карман, Чу Фэн обернулся и увидел, что стоял позади него Гуй Хэн. Все это время он был занят учебой и стал меньше общаться с Гуй Хэном, НоЧчу Фэн не хотел терять этого друга.

Гуй Хэн увидел, как Чу Фэн повернулся к нему, и его глаза на мгновение вспыхнули, а затем он неохотно улыбнулся:

— Чего это ты в коридоре стоишь?

— Мама звонила, — посмотрев на него, ответил Чу Фэн, а затем предложил, — Поболтаем?

— Хорошо, я тоже хотел поговорить с тобой, — ответил тот с кивком, слегка перед этим задумавшись.

Они вдвоем направились к маленькой лестнице, на которой никого не было.

— Брат, я думаю, что ты внезапно сильно изменился, — начал Гуй Хэн. — Конечно, это очень здорово, что ты начал учиться. Я понимаю это, но мне просто не нравится, что у тебя вдруг не осталось времени, чтобы провести его со мной и другими нашими друзьями, — Гуй Хэн в этом возрасте все еще очень прямолинеен. Такой импульсивный и дерзкий подросток.

— Я тоже хотел поговорить с тобой об этом вопросе, — внутренне вздохнув, сказал он. — Гуй Хэн, ты когда-нибудь думал, что мы не можем вечно полагаться на семью?

Гуй Хэн посмотрел на него с немым вопросом в глазах: "Почему бы и нет?"

— Сейчас, в нашем возрасте, мы мало что знаем о ситуации дома, и наши родители ничего нам не говорят. Но ты должен понимать, что такое не будет длиться вечно. Особенно такие потомки чиновника во втором поколении или молодые мастера в третьем поколении, вроде нас. Никто не может гарантировать, что семья будет процветать.

— Гуй Хэн, наши родители думают, что однажды мы вырастем и станем поддержкой для наших семей, но те люди, которыми мы являемся сейчас, действительно ли мы в состоянии на такое? — Чу Фэн сейчас говорил с ним с позиции старшего брата. — Наши родители не могут сопровождать нас всю жизнь, а сколько лет мы можем прожить на деньги наших родителей и как мы тратим деньги прямо сейчас, сможем ли мы быть самостоятельными?

— Если мы ничего не будем делать, то после того, как наши родители уйдут, у нас не будет никого, кто мог бы поддержать нас, кто, как ты думаешь, станет о тебе заботиться? Хотя реальный мир сейчас немного далек от нас, рано или поздно нам придется столкнуться с ним лицом к лицу. Всегда полезно заранее осознать этот факт. Я заметил, что твоя семья не хочет, чтобы ты продолжал заниматься политикой, как они сейчас. Это значит, что когда твой отец уйдет в отставку, ты не сможешь продолжать в том же духе.

— Мы росли вместе с самого детства. Я на несколько месяцев старше тебя и могу считаться твоим братом. Эта привязанность никогда не исчезнет. Как твой брат, я считаю необходимым напомнить тебе, что в будущем тебе, возможно, придется столкнуться со многими вещами. Я не хочу, чтобы у нас была слава или богатство, просто надеюсь, что мы сможем быть финансово независимыми, чтобы иметь возможность прокормить себя. Я думаю, что твои родители, ожидают от тебя того же.

После того, как они уехали за границу, семья Гуй Фэна действительно пережила некоторые неудачи, но, к счастью, никто из них не пострадал, но будущее все еще далеко, и кто может сказать, что все, что произошло в прошлой жизни произойдет и в этой?

— Брат, почему это вдруг ты задумался о столь далеких временах? — раздраженно надув губы, сказал Гуй Хэн. Он никогда по-настоящему не думал об этом, но анализ Чу Фэна не был необоснованным.

— Я не хочу осознать, что я не дорожил чем-то, уже потеряв это, поэтому я должен использовать собственные способности и дать лучшее тем, кого я люблю, как материально, так и духовно, — ответил Чу Фэн.

С точки зрения Гуй Хэна, так называемые дорогие для Чу Фэна должны были быть его родители и сестра.

— Брат, ты кого-то потерял? — он не знал, почему Чу Фэн вдруг так много думал о будущем, но должна же быть какая-то причина.

— Нет, но некоторое время назад мне приснился сон. Мне снилось, что я потеряла человека, которого должен был бы любить больше всего на свете, я до сих пор помню эту печаль и сожаление. Я не хочу, чтобы это стало реальностью, поэтому я должен изменить свою жизнь, — Чу Фэн не мог рассказать ему о прошлой жизни, поэтому все это можно было свести только к сновидению. Но он очень хорошо знал, было ли это сном или реальностью, которую он пережил.

Глядя на ошеломленного Гуй Хэна он произнес:

— Ты, вероятно, не понимаешь сейчас моих слов. Но ведь я никогда не причинял тебе вреда, не так ли?

Гуй Хэн подсознательно кивнул.

— Так что подумай о сказанном мной, и не трать зря свое время, — похлопал его по плечу Чу Фэн. — По крайней мере, в этом году возьми себя в руки, поступи в приличный университет и оставь путь для своего будущего. Я думаю, что если ты хочешь сдать экзамен в А-университет, ты можешь присоединиться ко мне в сдаче главного экзамена.

Чу Фэн знал, что если дать Гуй Хэну цель в это время, он сможет думать об ней как о настоящей цели, если поразмыслит об этом. Если целью на данный момент является А-университет, то даже если Гуй Хэн действительно не сможет сдать экзамен после тяжелой работы, он может, по крайней мере, поступить в приличный университет, и ему не придется ехать учиться за границу.

Гуй Хэну внезапно внушили столько всего, и его разум пришел в небольшой хаос, но в глубине души он знал, что сказанное Чу Феном определенно оправдано и не причинит ему вреда.

— Я подумаю об этом, брат, — сказал Гуй Хэн.

— Ладно, у тебя есть время хорошенько поработать. Только один год, не позволяй себе сожалеть об этом, — как только голос Чу Фэна утих, прозвенел звонок для подготовки к занятиям.

Они больше не оставались в коридоре и поспешили обратно в класс.

Чу Фэн сказал все, что хотел сказать, и теперь результат зависит только от другого. Никто не может разбудить человека, который хочет притвориться спящим. Он сказал все, что может. Просыпаться или нет это его собственный выбор.

В тот день Гуй Хэн был рассеян, и слова Чу Фэна эхом отдавались в его голове. Время от времени, глядя на Чу Фэна, он всегда видел, что тот либо делает заметки, либо обсуждает какие-то вопросы с Жун Юнем. Он вдруг почувствовал, что это тоже хорошо. Может быть, он еще не осознал этого, но не было никакого вреда в том, чтобы слушать слова Чу Фэна.

Что касается А-университета ... Гуй Хэн посмотрел на книги на своем столе, как на книгу небес, и внезапно почувствовал, что цель от него была далеко, но это даже немного взволновало его. Он чувствовал, что до экзаменов в университет у него достаточно времени, и он вполне может попробовать.

Возрождение и Искупление Глава 15.1: Спокойствие

Чу Фэн как обычно привел Жун Юня в кафетерий на ужин. Гуй Хэн и Сы Сянь тоже отправились с ними. Они ели вчетвером, так как все уже привыкли к этому.

Чу Фэн также постепенно выяснил предпочтения Жун Юня в еде. Жун Юнь не абсолютно плотоядный, как большинство мальчишек. Вместо этого он предпочитал разумное сочетание мяса и овощей. Как правило, из трех блюд, ему достаточно только одного мясного блюда. Что касается вегетарианских блюд, то он не перебирал едой и обычно ел все, что предлагал ему Чу Фэн.

— Собираешься на эти выходные домой? — спросил его Чу Фэн, положив ему ребрышек в тарелку.

— Я ездил туда на прошлой неделе. Хочу на этой неделе остаться в школе и поучиться, — ответил Жун Юнь между укусами. В школе имелись комнаты для самостоятельных занятий, а в столовой подавали обычные блюда. Пребывание в школе и учеба постепенно станут нормальным выбором для большинства старшеклассников, особенно по мере приближения к экзаменам.

— Ну, на этой неделе я тоже не собираюсь возвращаться, но в субботу мне нужно будет уехать, а к вечеру, по идее, я вернусь, — Чу Фэн чувствовал, что должен рассказать Жун Юню о своем расписании, чтобы предупредить его.

— Ясно, — ответил тот.

— Не спросишь, куда я собираюсь? — Чу Фэн поднял брови, так как большинство людей в отношениях хотели бы знать больше.

— Если у тебя появится желание рассказать, то ты, естественно, расскажешь, — покачал головой тот. При этом, Жун Юнь чувствовал, что у Чу Фэна также имеется свое личное пространство и он не обязан сообщать ему обо всем. Даже если бы он хотел знать, он все равно не стал бы спрашивать больше, боясь показаться назойливым.

— Я собираюсь сняться в рекламе, — с улыбкой объяснил Чу Фэн. Если реклама будет транслироваться гладко, все обязательно узнают. Вместо того, чтобы объяснять это постфактум, лучше просто сказать это сейчас.

— Реклама? — с удивлением воззрился на него Жун Юнь с широко открытыми глазами.

В ожидании объяснений, Сы Сянь и Гуй Хэн тоже повернулись к нему.

— Ну, это одолжение для дяди (叔叔 (shūshu) – обращение к младшему брату отца, или дружеское обращение к младшему сверстнику отца), — не стал вдаваться в подробности Чу Фэн. И Гуй Хэн, и Сы Сянь знали о положении его семьи, и возможность оказаться в итоге на съемках рекламы была для него достаточно велика, потому не удивились. Возможно, Жун Юнь еще не знает о его семье, Но в будущем, Чу Фэн планировал рассказать ему об этом, главным образом из-за опасений, что, узнав об этом, тот не сможет принять это. В конце концов, личность его матери уже достаточно удивительна.

Жун Юнь знал, что семья Чу Фэна была очень богата, и некоторые в классе обсуждали, что Чу Фэн – богатое второе поколение. Но он, как и другие люди в классе, не знал точно, каким семейным бизнесом они владели. Гуй Хэн и Сы Сянь, бывшие в курсе этого, никогда не открывали этого. Одноклассники, любившие посплетничать, не получали от них ничего полезного.

— Планируешь войти в индустрию развлечений? — спросил его Сы Сянь.

Чу Фэн только улыбнулся, не став ни признаваться, ни отрицать, только сказал им:

— Дядя попросил мою мать порекомендовать кого-нибудь в качестве одолжения, и она позвонила мне сегодня в полдень, подумав, что я смогу немного подзаработать. Я и согласился. В конце концов, это всего лишь реклама. Это не займет много времени.

— В таком случае действительно трудно отказать, — кивнул Сы Сянь, узнав об этом. Все в порядке, я попрошу тебя подписать пятьсот автографов по одному центу за каждый. А когда ты станешь популярным я их продам за кругленькую сумму. Надеюсь, что они по крайней мере удвоятся в цене.

— Это для тебя слишком дешево, — улыбнулся Чу Фэн. Как только он повернул голову, то увидел, что брови Жун Юня слегка нахмурились, но на первый взгляд казалось, что с ним все в порядке. Вместо того, чтобы снова посмотреть на Чу Фэна, он опустил взгляд на свою миску с рисом. Чу Фэн ничего не сказал, а просто взял немного овощей, чтобы дать ему еще.

После еды, Чу Фэн отправился с Жун Юнем в супермаркет. Когда он вернулся в прошлые выходные, то принес только ту еду, которую передала его мать. Они съели ее в тот же вечер. Других закусок в общежитии не было, как и молока. По совпадению, сегодня им задали не так много домашки, поэтому он решил взять с собой Жун Юня, и пойти купить немного закусок и молока.

Идя по дороге, Чу Фэн посмотрел на молчаливого Жун Юня, и спросил:

— Ты расстроен? — он интуитивно чувствовал, что молчание Жун Юня связано с его сообщением, о его намерении сниматься в рекламе.

— Нет, — Жун Юнь следовавший за ним, все еще не глядел на него.

Остановившись, Чу Фэн серьезно посмотрел на Жун Юня и сказал:

— Я во многих вещах не очень то и внимателен. Но я хочу, чтоб ты был счастлив в любое время. Поэтому, если ты недоволен, обязательно скажи мне, не заставляй гадать об этом, ладно? Я не могу делать это постоянно.

Жун Юнь тоже остановился, и, взглянув на Чу Фэна, неловко сказал:

— Я не расстроен. Просто ... Ты действительно в будущем намерен войти в индустрию развлечений?

— Если я скажу "Да", ты будешь возражать? — Чу Фэна очень беспокоили мысли Жун Юня. Поскольку он был полон решимости продолжать в будущем эту деятельность, ему нужно обсудить все с Жун Юнем.

— В индустрии развлечений будет много красивых людей… — прошептал тот.

Чу Фэна это позабавило. В индустрии развлечений действительно много соблазнов. Жун Юнь тревожило не только это, но и, что он слишком много о нем заботится.

— Жун Юнь, куда бы я ни пошел, нить, удерживающая меня, всегда будет в твоей руке, — сказал он, взяв того за руку. — Так что тебе не нужно беспокоиться на этот счет. Это мое обещание тебе, и я всегда буду его выполнять, — мысль о том, что нить, соединяющая их, находится в его руке, мгновенно улучшила настроение Жун Юня. Чу Фэн был очень добр к нему, и ему следует больше доверять Чу Фэну.

— Ну, я просто немного волнуюсь, — объяснил Жун Юнь.

— Понимаю. Думаю, нужно рассказать тебе о моей семье и ее положении, — Чу Фэн приготовился немного рассказать об этом, чтобы не напугать Жун Юня, — Моя семья занимается индустрией развлечений. Ты мало что знаешь об этом, просто знай, что они владеют развлекательной компанией. Даже если я не войду в круг развлечений, если я, в будущем, возьму на себя семейный бизнес, мне все равно придется окунуться в эту сферу деятельности. По семейным причинам я с детства лучше понимаю этот круг, также я знаю, как оставаться в нем независимым, так что такого не произойдет. Будь уверен.

Жун Юнь был удивлен. Он действительно не ожидал, что семья Чу Фэна владеет развлекательной компанией, и что новости, которые никто не мог найти, Чу Фэн лично рассказал ему так просто.

— Жун Юнь, — сжал его руку Чу Фэн, — В этой жизни, я буду только с тобой. Если однажды ты не захочешь меня, я не стану искать никого другого.

— Такого не случится. Это... — встревоженно произнес Жун Юнь, но тут же покраснел. Закончить сказанное было по собственной инициативе это слишком.

— Я запомню сказанное тобой, не сожалей о них в последствии, — улыбнулся Чу Фэн. Он знал, что Жун Юнь не изменит своего решения. Он был ублюдком в течение десяти лет в своей прошлой жизни, и Жун Юнь так и не забыл его. Жун Юнь очень преданный человек, даже слишком преданный, заставляя других чувствовать себя расстроенными из-за него.

— Ум... яЯ не пожалею об этом ... — тихо сказал Жун Юнь. Чу Фэн огляделся вокруг, затем беспомощно вздохнул, — Мне очень хочется тебя сейчас поцеловать, но место действительно неподходящее, — они шли по оживленному маршруту, люди приходят и уходят, и тут действительно неудобно.

Жун Юнь покраснел и потащил Чу Фэна в сторону супермаркета, выпалив на ходу:

— Хватит болтать!

Чу Фэн наблюдал, как румянец на лице Жун Юня медленно распространился до ушей, а улыбка в уголках его рта стала глубже. Жаль, что целоваться здесь действительно неуместно. Будет неприятно, если их увидят школьники, которые тоже идут в супермаркет. Чу Фэн не боялся выйти из шкафа (признаться в том, что он гей), но время еще не пришло.

***************

Переводчица на английский извинилась за задержку, по видимому она переболела коронавирусом, а сейчас еще и учится пытается. Я же желаю ей здоровья и сил, потому что, уже начала присматриваться к китайскому, а мне с него еще одну новеллу вообще не хочется брать. Так что пусть будет в здравии, и почаще переводит) Единственное, что она не пишет названий глав, а я их всех понаходила)

Возрождение и Искупление Глава 15.2: Спокойствие

Закончив с покупками вернулись в спальню, Сы Сянь уже работал над своей домашней работой, а Гуй Хэн в коридоре, где отвечал на звонок. Он был загадочным, и Чу Фэн не знал, кому он звонил.

Чу Фэн предложил Жун Юню мыться первым, а сам достал свой мобильный и связался с матерью по поводу репетитора. Она послала ему номер мобильного телефона репетитора, и он поблагодарив ее, а попрощавшись, позвонил по этому телефону.

На звонок ответили почти сразу, репетитором оказался молодой человек с очень мягким, чистым голосом. После того, как Чу Фэн первым представился, он спросил его о школьном, профильном и опыте репетиторства. Тот явно не обиделся на это и отвечал на вопросы один за другим. Ведь необходимо убедиться, что он репетитор-профессионал. Другая сторона должна расспрашивать более тщательно, и это избавит его от дальнейших неприятностей.

Наконец, Чу Фэн спросил о плате за обучение. За него, естественно, заплатила мать, поэтому она не упомянула ему о плате за обучение. Чу Фэн спросил об этом не для того, чтобы заплатить за себя самому, а для Жун Юня, так как он хотел пригласить того с собой на обучение.

Собеседник сообщил Чу Фэну почасовую оплату. Подсчитав, он определил, что эта цена все еще доступна ему, учитывая ежемесячные карманные деньги, потому сказал:

— Я хотел бы, чтобы Вы стали моим репетитором. Но мне нужно обсудить с вами еще кое-что, прежде чем мы закончим договариваться.

— Я слушаю, — послышалось в ответ, мягкий голос учителя.

Услышав это, Чу Фэн знал, что независимо от того, что он попросит, тот постарается сделать все возможное, чтобы удовлетворить его запрос. Он понимал, что это как-то связано с более высокой, чем обычно, платой за обучение.

— У меня есть одноклассник, который хочет учиться вместе со мной. У него лучшие оценки, и он не потребует к себе слишком много Вашего времени. Мы будем приходить на занятия каждую неделю, как думаете, это нормально? Я заплачу за его репетиторство, — объяснил Чу Фэн.

— Конечно. До тех пор, пока ты не возражаешь, если кто-то разделит твое время со мной, у меня нет никаких проблем с этим, — у наставника не было на этот счет претензий. На самом деле, обучение двух студентов одновременно – более выгодно.

— Тогда ладно. Мне нужно кое-что сделать в эту субботу, так что давайте договоримся о занятиях в воскресенье. Я заранее пришлю вам адрес места встречи, — сообщил ему Чу Фэн. Он знал, что Жун Юнь не нуждается в дополнительных занятиях в других классах, но его английский и математика все еще нуждались в дополнительной работе.

— Окей. Поскольку вас двое, то дам тебе скидку в 20% на оплату репетиторства для второго человека, — похоже тот справедлив и, похоже, не хотел воспользоваться преимуществом.

— Большое спасибо. Пожалуйста, не сообщайте моей матери о том, что к нам присоединится еще один. Я сам сообщу ей, когда возникнет такая необходимость, — Чу Фэн чувствовал, что нет никакой необходимости говорить об этом своей матери. Если бы его мать знала, то она бы не возражала, но Жун Юнь все еще мог ощущать давление.

— Не волнуйся, я не болтлив, — засмеялись на другом конце.

— Хорошо, увидимся в воскресенье, — сказал Чу Фэн, готовясь отключиться.

— Увидимся в воскресенье, — ответили с той стороны и они повесили трубку.

Когда Чу Фэн вышел в коридор, Гуй Хэн все еще разговаривал по телефону. Чу Фэн не знал, что он так долго обсуждал, но, увидев его серьезное лицо, он не стал беспокоить его и вернулся в спальню.

Когда Жун Юнь вышел из душа, Чу Фэн усадил его на стул, и с полотенцем в руках начал вытирать ему волосы.

— Сходишь со мной в это воскресенье, — сказал ему Чу Фэн.

— Куда ты собрался? — спросил его Жун Юнь.

— Мама нашла мне репетитора, и я надеюсь, что ты будешь ходить к нему вместе со мной, — не скрывал этого Чу Фэн.

— А? — Жун Юнь повернул голову, и посмотрел на него, задумался, но все же, в итоге, покачал в ответ головой, — Ты можешь просто пойти сам; мне не нужны уроки.

— Я только что говорил с моим репетитором, пойдем вместе, — сказал Чу Фэн.

— Я... — не то чтобы Жун Юнь не хотел найти репетитора, но плата за репетиторство была действительно недешевой, потому он не рассчитывал на это свой бюджет.

— Я заплачу за обучение, и ты пойдешь со мной, — прошептал ему на ухо приблизившийся к нему Чу Фэн.

— Как я могу позволить такое? — неодобрительно нахмурился тот. У него действительно не было ни причины, ни оправдания, чтобы позволять Чу Фэну заплатить за себя.

— Не хмурься, — потер ему брови Чу Фэн. У Жун Юня не было выбора, кроме как расслабить свое выражение, но он не прекратил смотреть на него.

— В эти выходные я закончу съемку рекламы, и обязательно заработаю деньги, необходимые для твоего обучения, — Чу Фэна все рассчитал. Хотя у него достаточно карманных денег, он все таки не может многого позволить себе на них.

— И все же... — прежде чем он закончил, его прервал Чу Фэн.

— Я должен заплатить за тебя. Ведь теперь у нас совсем иные отношения… — сказал тот.

Слова Чу Фэна щекотали сердце Жун Юня, как перышко, заставляя его чувствовать зуд и небольшую радость.

После этого Чу Фэн перестал понижать голос и сказал:

— Ты просто поможешь мне прослушать урок. А если что-то забуду, ты напомнишь, — естественно, эта веская причина была для Сы Сяня.

— Тогда ладно, — сказал он Чу Фэну. Естественно, у Жун Юня не было причин отказываться, и он радовался возможности остаться с Чу Фэном на выходные.

Затем Чу Фэн спросил Сы Сяня, хочет ли тот ходить с ними. На самом деле, эон предложил это только чтоб тот не слишком много думал об этом, и в действительность он совсем не хотел, чтобы Сы Сянь был с ними. Он также знал, что Сы Сянь не станет ходить с ними к репетитору, в конце концов, лучше обучаться один на один.

Сы Сянь отказался, сказав, что его семья уже нашла для него репетитора. Хотя его результаты также хороши, необходимо закрепить материал, и на этот процесс может уходить много времени и сил, и наставник, которого ему нашли, очень помогал в этом.

Чу Фэн почти ничего не говорил. Думая о том, что будет ходить на занятия с Жун Юнем по выходным, он чувствовал, что это правильное решение. Возможно, в более поздний период у него будет меньше мотивации ходить в одиночку, но с Жун Юнем он будет особенно активен.

“Даже если ты не сделаешь это для себя, ты должен сделать это для Жун Юня”, - вот что он думал.

***************

Оказывается Жун Юня зовут вовсе не так. Он – Жун Сюнь 容洵 (róng xún), хотя в анлейте везде идет Rong Yun. Пока не знаю, следовать ли анлейту или все же оригиналу...

Возрождение и Искупление Глава 16.1: Реклама

Ранним субботним утром Чу Фэн был готов отправиться в путь. Машина, чтобы забрать его, почти прибыла, и ему просто останется спуститься вниз и дождаться ее. Жун Юнь, в оцепенении, открыл глаза, и хриплым, полусонным, голосом спросил Чу Фэна:

— Уходишь?

— Угу, — подойдя к нему, Чу Фэн подоткнул одеяло и прошептал, — Еще очень рано, ты можешь продолжать спать, пока сам не проснешься.

— Ммм... — тихо ответил тот, закрывая глаза и готовясь продолжать спать. Выходные – лучшее время для сна, поэтому его нельзя пропустить, но, зная, что Чу Фэна сегодня не будет, он почему-то чувствовал себя немного опустошенным.

— Я положу тебе на стол карточку на питание, ешь хорошо, не экономь деньги. дождись, пока я не вернусь вечером и мы куда-нибудь сходим и поедим, — тихо сказал ему Чу Фэн.

— Ага, — ответил Жун Юнь и закрыл глаза. Услышав, что Чу Фэн вернется к ужину, его меланхоличное настроение немного улучшилось.

— Если что-нибудь случится, позвони мне. Ты меня не побеспокоишь, — сказал Чу Фэн, и с озорной улыбкой добавил, — Можешь проверить своего парня в любое время.

— Кто хочет тебя проверять... — пробормотал Жун Юнь и немного приподнял одеяло, прикрыв уголки рта.

Чу Фэн слегка усмехнулся и больше не беспокоил его. Взяв свои вещи, он вышел.

В спальне снова воцарилась тишина. Гуй Хэн и Сы Сянь в эти выходные в общежитии не оставались. Никто не станет шуметь, тревожа сон Жун Юня. Через некоторое время тот снова уснул.

Съемка рекламы была назначена в частной студии Режиссера Ю, где у него имелась очень хорошая студия. Хотя это место не слишком большое, для съемки рекламы его достаточно.

Когда Чу Фэн прибыл, режиссер уже ждал его внутри.

— Режиссер Ю, — первым поприветствовал его он.

Режиссер Ю вста и подошел к нему, похлопав по плечу, он с улыбкой произнес:

— Не будь таким чуждым со мной и называй меня Дядей Ю. Твоя мать сказала, что ты готова сделать это для меня в самый последний момент, что действительно избавило меня от многих неприятностей.

— На съемочной площадке мне лучше называть тебя “Режиссер Ю". В конце концов, я здесь, чтобы работать. Я буду называть тебя “Дядя Ю", после работы. Для меня большая честь стать твоим младшим, но здесь все же лучше проявить профессионализм, на случай если я создам проблемы, — сказал Чу Фэн. (Я выбрала обращение на ты.)

Личные и деловые вопросы всегда должны разделятся, Чу Фэн изучил и действовал по этому принципу в прошлой жизни, иначе другие могли решить, что он относится к своей работе несерьезно, или он хотел построить отношения, основанные на этом знакомом способе обращения к другим. В этом кругу тебе стоит быть корректными и уважительным, когда обращаешься к другим, и быть на стороже, чтобы избежать критики.

Слова Чу Фэна были вполне логичны, но Режиссер Ю немного удивился. В конце концов, при разговоре с Чу Таном (отцом Чу Фэна) о детях, Чу Тан всегда выглядел очень недовольным Чу Фэном. Во время своих немногочисленных контактов с Чу Фэном он также обнаружил, что тот очень гордый ребенок и немного бунтарь к тому же. Если бы эти два момента можно было изменить, внешность и семейное происхождение Чу Фэна сделали бы его хорошим саженцем, чтобы войти в мутную почву индустрии развлечений. Сегодня, при виде Чу Фэна, всего по после нескольких слов, он уже чувствовал, что бунтарство Чу Фэна, казалось, исчезло, и тот казался просто спокойным и гордым.

— Ладно, — улыбнулся Режиссер Ю, взял со стола какой-то документ, и протянул ему со словами, — Это контракт. Просмотри его. Если нет никаких проблем, то подпиши, и мы готовы приступить к работе.

— Хорошо, — взяв контракт, Чу Фэн не глядя подписал его, что очень обрадовало Режиссера Ю.

— Почему ты не посмотрел на него немного дольше? — спросил он с улыбкой у Чу Фэна.

— Нет необходимости, — сказал Чу Фэн, — Ты известный режиссер, и не станешь меня обманывать.

Он сделал это по нескольким причинам. Во-первых, это заставило бы Режиссера Ю думать, что он полностью ему доверял, оставив о себе хорошее впечатление. Во-вторых, его мать, должно быть, прочитала этот контракт, и ему действительно не нужно делать ничего лишнего.

— Хороший парень, — рассмеялся тот. Слова Чу Фэна явно пришлись ему по вкусу, — Пойдем, я отведу тебя в гримерную и, кстати, расскажу тебе содержание рекламы.

Возрождение и Искупление Глава 16.2: Реклама

Контракт и содержание рекламы на самом деле должны были быть предоставлены актеру за день вперед, но поскольку Чу Фэн старшеклассник в средней школе, ему очень трудно выделить время для съемок, и им остается только втиснуться во время в выходных.

Визажист Китти, работавшая над Чу Фэном, также являлась одним из лучших визажистов в этом кругу. В прошлой жизни он также работал с Китти и знал, что она очень жизнерадостная женщина.

При виде Чу Фэна Китти улыбнулась:

— Режиссер Ю, где вы взяли этого красивого мальчика? Он выглядит более подходящим для этой роли, чем предыдущий.

— Он сыс Сестры Синь, — с улыбкой представил его Режиссер Ю.

— Тогда это объясняет его красоту. Это заложено в его генах, — улыбаясь произнесла Китти, — Ну ка, дай тете взглянуть, с чем я сегодня работаю.

— Сестра Китти, ты должна быть немного старше, чтобы я мог называть тебя тетей, — тоже улыбаясь сказал Чу Фэн, подойдя к ней.

Китти всего на шесть лет старше Чу Фэна. По окончании средней школы, из-за финансовых трудностей она не поступила в колледж, поэтому пошла учиться макияжу у известного визажиста. Китти оказалась очень талантлива и через два года стала профессионалом. Она начала путешествовать между различными съемочными группами, продвигаясь от начального грима для статистов и шаг за шагом достигла до главного гримера для главных ролей, печаль и борьба в середине путешествия известны только ей самой.

— Ты меня знаешь? — удивилась Китти. В конце концов, она всего лишь закулисный работник.

— Слышал, как мама однажды упомянула, что, когда она делала обложку журнала, ты сделала ей макияж, и она была очень довольна потрясающим результатом, — с очень вежливой улыбкой ответил Чу Фэн. Это случилось около года назад. На самом деле, поначалу он не особо обращал внимания на подобное, но после вступления в круг ему всегда приходилось улучшать свои межличностные отношения, поэтому он специально приспособился, изменив свое поведение, чтобы стать более привлекательным.

— Для меня это оказалось случайное совпадение, — прищурившись с улыбкой сказала Китти. — Для меня было большой честью получить возможность сделать макияж Сестре Синь.

У Сун Синь имеется личный визажист, но в тот день у визажиста был острый гастроэнтерит, и он действительно не смог прийти. И тогда Гуань Мин попросил прийти Китти. Сун Синь и журнал остались очень довольны результатом. Это оказалось очень приятное сотрудничество.

— Время уходит, мы поговорим позже, так что давайте сначала нанесем макияж, — вовремя прервал между ними разговор Ю Цзинь.

Китти взглянула на часы, ей действительно необходимо поторопиться, поэтому она улыбнулась и отодвинула стул, показывая Чу Фэну сесть. Затем открыла косметичку и начала накладывать макияж Чу Фэна. Грим для мужчин на самом деле относительно прост, к тому же у Чу Фэна хорошая основа, так что это не заняло много времени.

Тем временем Ю Цзин сидел рядом с Чу Фэном и рассказывал ему содержание рекламы, чтобы не задерживаться.

Это напиток для учеников, богатый питательными веществами, он очень подходит для школьников-студентов с умственными перегрузками. Более того, его можно пить в любое время суток, что может не только дополнить питательные вещества, необходимые каждый день, но и снять усталость и принести пользу здоровью.

А реклама рассказывает, как учащиеся пьют этот напиток в разное время суток.

Чу Фэн изначально ученик-старшеклассник в средней школе. Такая реклама для него как нельзя кстати. Хотя некоторые звезды могут притворяться моложе своих лет, они не так убедительны в своей актерской игре, как настоящие ученики.

Поведав Чу Фэну содержание съемочного процесса, Режиссер Ю специально взял для него три бутылки разных вкусов, а именно черничный, клубничный и натуральный вкус. Чу Фэн взял бутылку с черникой и, получив разрешение Китти, открыл ее, сделав глоток. Вкус был неплох, хотя и сладковат, так как большинством ингредиентов являлась мякоть грецких орехов и молоком, поэтому он имел немного более густую консистенцию, но вкуса молока не было. Поскольку была добавлена мякоть черники, цвет отдавал фиолетовым и выглядел немного странно. Возможно, в доказательство того, что в качестве ингредиентов использовались настоящие материалы, поэтому цвет был немного слабым.

— Ну, как он на вкус? Если нравится, дам целую коробку, заберешь с собой, — спросил его Ю Цзинь. Производитель предоставил много образцов, которые не станут забирать обратно, поэтому их распределят на всех по окончанию съемок.

— Не плохо, — ответил Чу Фэн, все еще потягивая напиток. Пока он пил он напоминал фруктовое соевое молоко. Он догадался, что Жун Юню это понравится.

— Хорошо, когда съемки закончатся, то заберешь коробку, — посмеялся тот.

— Спасибо, — не стесняясь ответил Чу Фэн.

Через час весь персонал был на месте, команда артистов загримировалась и надела одежду, и съемки рекламного ролика начались.

Первый кадр был нацелен на бутылку с напитком, и Чу Фэну взял бутылку с напитком, как будто собирался в школу . В этом, казалось бы, простом действии было нечто такое, на что актеру следовало обратить особое внимание. Во время этой сцены актер должен держать переднюю часть бутылки лицом к камере во время движения. Если бутылку брать как обычно, то для камеры останется только тыльная сторона руки, а поворачиваясь спиной к камере, уходя, что очень неприглядно и не является целью рекламы. Если напиток возьмут параллельно камере, чтобы тот продолжал показывать этикетку на камеру, это нельзя делать, чтобы выглядеть слишком преднамеренным, иначе зрителям покажется слишком искусственным.

Такого рода вещи, естественно, не представляли трудности для Чу Фэна из-за его актерского опыта в прошлой жизни. Когда он взял бутылку, передняя часть бутылки продолжала оставаться обращенной к объективу, но когда он собирался оставить объектив, то повернул запястье, чтобы передняя часть бутылки повернулась на пятнадцать градусов, чтобы камера могла видеть бутылку. Его пальцы, вроде, и были обернуты вокруг напитка, но, все еще показывая название напитка камере. Такая естественная ротация дает людям ощущение спешки, что он и правда спешит в школу с напитком в руках.

Эти короткие кадры съемки в две или три секунды не содержали никаких проблем.

Фокусировка на этих маленьких действиях и движениях тела – привычка, выработанная Чу Фэном из многолетнего опыта и руководства его старших по актерскому мастерству, и медленно развилась в его подсознательные действия при съемках, так что результат вышел без каких либо противоречий.

— Снято! — радостно воскликнул Режиссер Ю.Сначала он подумал, не нужно ли ему проинструктировать Чу Фэна, но с этими кадрами он понял, что все инструкции излишни. Чу Фэн выступал очень хорошо, и Режиссер Ю не знал, обучал ли его кто-то или самородок.

Последующая съемка прошла гладко. Утром они снимали сцены на завтрак и перемены в школе, а днем – кадры после тренировки и перед сном.

Чувство объектива Чу Фэна было признано всеми членами съемочной группы, и его игра также была очень естественной. Его образ красивого и серьезного ученика, будто реалистичная версия “Дня Чу Фэна в школьной жизни”.

На самом деле, Чу Фэн также рассматривал многое с точки зрения производительности линз. Если бы Чу Фэна заменил кто-то другой, он, вероятно, подумал бы о том, чтобы выглядеть красивым и подчеркнуть образ красивого ученика. Это также обычная практика во многих рекламах. Но на этот раз Чу Фэн не сделал никаких лишних броских движений, а просто продемонстрировал энергию и живость, которые должны иметься у ученика. В конце концов, это напиток для учеников, и обычно именно родители покупают такие вещи для своих детей, являющихся учащимися. Какие дети нравятся родителям? Это очевидно. Поэтому, только если реклама оставит хорошее впечатление у родителей, родители обратят внимание на это, в итоге купив товар для своих детей. Если главный герой рекламы выглядит как кричащий молодой человек без дисциплины и интереса к учебе и время от времени подмигивающий в камеру, то родители, вероятно, подсознательно отвергнут товар, и тогда напиток вообще не станет продаваться. Несмотря на популярность в молодежной среде, реклама не привлечет целевой аудитории, что приведет к ее провалу.

Эта идея Чу Фэна совпала с идеей Режиссера Ю, поэтому даже если Чу Фэну не нужно было говорить или делать какие-либо чрезмерные движения в рекламе, тот остался очень доволен результатами съемки.

Что касается впечатления, произведенного на студенческую часть аудитории, то, основываясь на многолетнем опыте Режиссера Ю, если презентация рекламы была хорошей, цвета яркими, фоновая музыка привлекательной, то внешности Чу Фэна было достаточно, чтобы оставить хорошее впечатление у учащихся даже без того, чтобы он пытался быть крутым на камеру.

И Чу Фэн также намеренно принизил свои актерские навыки, которые могли казаться слишком зрелыми для его возраста и опыта, показывая некоторую шероховатость (неотточенность), чтобы не вызвать подозрений у опытного режиссера. Ведь есть вещи, которые требуют опыта и не могут быть объяснены только природным талантом актера.

После съемок рекламы было уже четыре часа дня. Ю Цзин пригласил всех поесть вместе после того, как упакуют вещи, и он угостил всех ужином.

После того как Чу Фэн снял грим, он сказал Режиссеру Ю, что ему нужно вернуться в школу, чтобы учиться, и не пойдет с ними ужинать.

Тот знал, что для Чу Фэна обучение было в настоящее время главным приоритетом, поэтому не заставлял его присутствовать на ужине. Завернув красный конверт (1) для Чу Фэна, он попросил своего помощника отнести коробку с напитками в школу Чу Фэна, а затем лично проводил его к машине.

Попрощавшись с Режиссером Ю, Чу Фэн быстро ушел. На самом деле он не хотел возвращаться к учебе, но пообещал поужинать с Жун Юнем, и он определенно не пропустит встречу. Деньги на эту рекламу, вероятно, не будут доступны до следующего вторника, но красного цвета, подаренного Ю Цзином, вероятно хватит на хороший ужин для Жун Юня.

********************

Автору есть что сказать:

[Маленький Театр]

Чу Сяофэн (Чу Маленький Фэн): Я – главный герой! Я прошу о дополнительных сценах!

Жун Сяоюнь (Жун Маленький Юнь): ( указывая на себя) А что насчет меня?

Чу Сяофэн: Ты – жена главного героя!

Жун Сяоюнь: ...

Чу Сяофэн: (серьезно кивая) Эн.. больше сцен должны быть добавлены для моей жены тоже!!

********************

1. В красных конвертах, по китайской традиции, принято вручать чаевые и иные подарки денежного свойства, особенно молодожёнам на свадьбах и детям во время празднования Нового года, и он означает пожелания удачи. По китайским представлениям, красный цвет конверта предвещает удачу. Конверты оформляются нарочито ярко, слова поздравления зачастую вытиснены крупным золотым шрифтом. Находящаяся в конверте сумма обязательно должна быть чётной. В старину в конвертах красного цвета вручались взятки. В организациях в таких конвертах сотрудникам часто выдаётся премия к празднику

Возрождение и Искупление Глава 17.1: Шоппинг*

Глава 17: Шоппинг

Днем (1) Жун Юнь ждал возвращения Чу Фэна, делая домашнее задание. Во время этого ожидания, он время от времени поднимал голову и смотрел на часы, чувствуя, что время тянется бесконечно долго.

Хотя Чу Фэн сказал, что он может позвонить в любое время, однако тот впервые снимается в рекламе, и скорее всего неизбежно нервничает. Если он позвонит в неудачное время, это может повлиять на Чу Фэна.

Когда он закончил писать задания по английскому языку, солнце начало клониться к закату. В этот момент у Жун Юня как раз зазвонил мобильный, это оказалась его мать.

— Мам, — сказал он в телефон с улыбкой, сразу ответив на звонок.

— На этой неделе ты приедешь домой? — спросила Жуй Си сына.

— Нет, я останусь в школе, — ответил Жун Юнь.

— Тебе на жизнь хватает? — задала следующий свой вопрос Жуй Си.

— Хватает, — поскольку его расходы в этом месяце в основном за счет Чу Фэна, у него осталось еще много.

— Тогда я переведу тебе денег на жизнь на следующей неделе, — сказала она.

— Хорошо, — с улыбкой ответил Жун Юнь.

Несмотря на улыбку, в его глазах имелась тень одиночества, он выглядел счастливым, однако и несчастным одновременно.

Родители Жун Юня развелись, когда он учился на втором курсе средней школы, из-за измены отца. После развода его отец женился на любовнице. Та не захотела жить с Жун Юнем, поэтому подбила его отца отказаться от родительских прав над ним. Ведь у них в будущем. все еще будут собственные дети. Его отец прислушался к словам любовницы и оставил свою старую квартиру исключительно Жун Юню. Он также каждый месяц вовремя переводил ему деньги на расходы и проживание, однако помимо этого его ничего больше не заботило. Ему только вынужденно приходилось звонить Жун Юню на Новый Год.

А Жуй Си, спустя год после развода, нашла свою вторую любовь. Но отчим Жун Юня не захотел, чтобы тот с ними жил. Хотя Жун Юню было немного грустно, но не хотел мешать своей матери. В конце концов, его мать была тогда еще молода и не могла оставаться одинокой на всю жизнь. Поэтому его мать после свадьбы переехала к отчиму, а Жун Юнь остался в их старой квартире. Жуй Си также вовремя оплачивала ему ежемесячные расходы на проживание, и его обучение. К тому же она звонила Жун Юню раз в неделю, спрашивая, как у него дела, однако не больше этого.

В прошлом году его мама родила его младшего брата, и теперь не успевала и этого, хорошо, если раз в месяц звонила.

Возможно, оттого что он преждевременно потерял любовь своих родителей, Жун Юнь и жаждет родственных чувств, но он очень рассудителен, зная, что его отчим и мачеха не любят его, поэтому он не напрягал их своими звонками родителям. Если родители позвонят ему, он будет очень счастлив, но когда он счастлив, он не может не чувствовать себя немного грустным.

Ради любви родителей, Жун Юнь всегда ведет себя хорошо, много учится и много работает, чтобы быть хорошим ребенком. Он думал, что если у него все хорошо и его родители будут счастливы, возможно, однажды его заберут обратно, проявят к нему свое внимание и заботу ...

Однако, когда он вырос, он понял, что эта мечта несбыточна. Но он по-прежнему хочет оставаться для них хорошим ребенком, даже если он не может жить с родителями, он все еще хочет сделать своих родителей счастливыми, потому что, если его родители перестанут его любить, они перестанут звонить ему по телефону ...

— Я позвоню тебе еще в этом месяце. Холодает, потому одевай больше теплых вещей. Если у тебя не будет хватать денег, и захочешь погулять, то дай мне знать, — произнесла Жуй Си в трубку. По отношению к Жун Юню она испытывала небольшую вину, однако сейчас, когда новорожденный сын забирает все ее силы, в заботах о ребенке ее чувство вины стало исчезать.

— Хорошо, — ответил Жун Юнь. Всякий раз, как сезон сменяется, его мать дает ему деньги на покупку одежды, а отец выплачивает чуть большую сумму. Несмотря на то, что они не говорили об этом, Жун Юнь понимал, что это на покупку одежды. Однако ему приходилось ходить по магазинам в одиночку, они не ходили с ним вместе.

На самом деле, обычно его родители давали ему прожиточный минимум только на то, чтобы он мог поесть и купить канцелярские принадлежности. После поступления в среднюю школу ему приходится покупать больше консультационных материалов из года в год, и стоимость на них также выросла. Жун Юнь не смел просить у родителей большего. В конце концов, его родители – обычные люди из рабочего класса. Он боится, что, если он захочет слишком многого, его родители останутся недовольны, поэтому он решил экономить на еде и использовать деньги оставленные на одежду с разных сезонов. А сэкономив, он перераспределит свой бюджет на каждый месяц. Так что у него в основном имеются деньги на покупку консультационных материалов. Кроме того, он каждый месяц отправлял публикации в журнал, и мог заработать на этом денег на карманные расходы. Поэтому ему удавалось свести концы с концами.

— В старшем классе много забот? Тебе следует уделять больше времени отдыху, не перетруждайся, — наставляла его Жуй Си.

Жун Юнь хотел было ответить, что он «в порядке», раздался детский плач.

Жуй Си моментально переключила свое внимание с Жун Юня, и только сказала:

— Твой брат плачет, я пойду посмотрю что там, — и повесил трубку.

Глядя на экран завершившегося звонка, Жун Юнь поднес край трубки ко рту и всхлипнул, а затем молча положил телефон обратно на стол. Поведение матери расстроило его, но он не мог спорить с младшим братом, который даже говорить не мог. Он мог утешать себя только усердной учебой, чтоб сделать свою маму счастливой.

Войдя, Чу Фэн увидел Жун Юня, сидевшего там в оцепенении.

— Что случилось? — спросил Чу Фэн, поставив коробку с напитками, — Тебя кто-то расстроил?

— Нет, я просто устал писать, вот и решил немного отдохнуть, — сказал с улыбкой Жун Юнь, при виде вернувшегося Чу Фэна, поспешно приведя свои эмоции в порядок.

Чу Фэн интуитивно почувствовал, что тот сказал неправду, но не копал. По выходным в школе остается не так много учеников, и Жун Юнь остается в общежитии один, поэтому шансы что это одноклассники его расстроили очень малы. И в школе он в этот день не был, и вероятность того, что это спровоцирует Жун Юня, еще меньше, так что виной всему, видимо, это личные причины. В этом отношении Чу Фэн уважает частную жизнь Жун Юня, если тот не хочет это обсуждать, дальше он расспрашивать не станет. Все, что ему нужно, это сделать его счастливым, что гораздо практичнее, чем что-либо еще.

— Переодевайся, я свожу тебя на ужин, — сказал Чу Фэн.

— Ладно, — ответил тот, и открыл шкаф в поисках еды.

Чу Фэн подошел, помогая ему выбрать, затем взял одежду и начал его переодевать. Это не первый раз, когда Чу Фэн помогает ему переодеться, но у Жун Юня, каждый раз, неудержимо пылало лицо.

Чтобы отвлечься, Жун Юнь взглянул на большую коробку, принесенную Чу Фэном, и спросил:

— Что это?

— Рекламируемый мною напиток, режиссер выделил мне один. У него неплохой вкус, попробуешь, после того, как вернемся, — ответил тот.

— Хорошо, — кивнул ему Жун Юнь.

Переодевшись, Чу Фэн вышел вместе с Жун Юнем. Машина, забиравшая Чу Фэна, ждала их внизу. Сев в машину, Чу Фэн сообщил место назначения, после чего водитель завел машину и отвез их туда.

Чу Фэн выбрал пиццерию, открывшаяся совсем недавно, и оценки ее были очень хорошими. Сегодня за обедом, он услышал, как Китти хвалила ее и решил привезти сюда Жун Юня, чтобы сменить его диету (привычки питания). В конце концов целую неделю питаться в школьной столовой нереально надоедает. Поэтому он решил побаловать себя и его.

Перед самым пиком в ресторанчике был очень пусто, поэтому Чу Фэн пригласил Жун Юня сесть у окна.

Чу Фэн заказал здесь особую пиццу, добавив по порции жареных креветок и салат, а из напитков заказал свежевыжатый сок, чтобы добавить Жун Юню витаминов. Жун Юнь заказал еще одну порцию картофельного пюре, которого хватит на двоих, поэтому они больше ничего не заказывали.

Закуски и напитки подали быстро, и во время еды они болтали.

********************

Анлейт слишком долго переводит, вот я и решила поднапрячься и начать все таки перевод с китайского. Я китайского не знаю, и, естественно, в некоторых местах, я могу чего-то недопонять, или перевести немного вольно, однако я стараюсь. Надеюсь читателей устроит машинный перевод со сверкой в словаре. Постараюсь выкладывать полную главу раз в месяц, может чаще.

********************

1. Тут 午时 (wǔshí) время с 11 до 13 часов.

Я оставила Жун Юня, и не меняю на Жун Сюня.

Возрождение и Искупление Глава 17.2: Шоппинг*

— Как прошли съемки, все хорошо? — спросил Жун Юнь.

— Все в порядке, в основном ничего сложного. Режиссер не предъявляет ко мне высоких требований, поэтому процесс не запутан, — ответил Чу Фэн. — После того, как представится возможность, я отведу тебя посмотреть.

— Эн, — улыбнулся Жун Юнь, кивнул и с беспокойством спросил его, — Что ты ел на обед?

— Бенто (коробка с едой, рисом, ланч-бокс). Все это едят, — Бенто на самом деле является стандартной едой для всех съемочных групп. Обычно группы с лучшими условиями могут выбирать свои собственные блюда бенто. Для групп с меньшим бюджетом у есть единое меню, и все едят одинаково. Некоторые кинозвезды, иногда приносят бенто с собой. Новички, без особой популярности, и даже, кто поумнее, все предпочитают есть в команде. Следует иметь в виду, обед – лучшее время для общения друг с другом. Знакомство с людьми в группе полезно для съемок и дальнейшего развития, в конце концов, таким образом накапливаются межличностные отношения.

— Вкусно было? — с детства и до нынешнего возраста, Жун Юнь никогда не ел бенто, видел только, как ели другие. Он также знал, что качество такой упакованной еды также различно. Некоторые напоминают домашнюю еду, или даже лучше. А бывает просто чтоб набить желудок.

— Почти то же самое, что и в нашей большой столовой, — сказал Чу Фэн. На самом деле, бенто выбранное Режиссером Ю, на этот раз считается неплохим, да и вкус вполне удовлетворительный.

Немного подумав, Жун Юнь почувствовал, что слишком часто ел в маленьком кафетерии, и как будто уже позабыл вкус обедов и ужинов в большом столовой.

Когда принесли пиццу, Чу Фэн тут же протянул ему кусочек:

— Ешь, пока горячая.

— Эн, — сказал Жун Юн, глядя на аппетитный сыр на пицце, отчего у него сразу потекли слюнки.

Фирменная пицца здесь немного отличается от обычной пиццы. Она выглядит как пирог. Ингредиенты внутри, корочка очень тонкая, и полно начинки. На самом деле по ощущениям они будто пирог ели, и вкус очень хороший, поэтому приезд сюда стоил того.

Эта пицца кажется обычного стандартного размера, но из-за обилия ингредиентов, в конце еды они оба немного переели.

Закончив и расплатившись, Чу Фэн взял Жун Юня за покупками и за едой. Ресторанчик пиццерии находится во внутренней части рынка.

Еще не зима, но на людях вокруг уже вовсю наряжены зимние наряды. Было еще рано, и Чу Фэн водил Жун Юня из одного места к другому. Первоначально Жун Юнь думал, что Чу Фэн собирается покупать одежду для себя, но увидев, что каждый новый предмет, который он брал посмотреть, Чу Фэн примеряет на него, он понял, что тот, похоже, покупал именно для него.

— Ты только на себя присматривай, не беспокойся обо мне, — сказал он тогда. Одежда в этих магазинах не дешевая, но стиль действительно хорош.

— Я хочу купить его для тебя, — Чу Фэн взял другой свитер и сравнил его с пропорциями Жун Юня.

— В этом нет необходимости. Мне сегодня звонила мама и сказала, что даст мне денег на покупку одежды на следующей неделе, — сказал Жун Юнь.

— Эн? А когда она тебе звонила? — Чу Фэн повесил свитер и взял другой.

— Прямо перед твоим возвращением, — сказал ему Жун Юнь, — Так что тебе не нужно покупать мне ничего, я куплю сам. Тогда ты поможешь мне выбрать.

Услышав сказанное, Чу Фэн понял, что был прав, предполагая, что Жун Юнь расстроился по личным причинам. Это все дела семейные. Чу Фэн вообще не знал о внутрисемейных взаимоотношениях Жун Юня. Но сейчас, он не собирался его о чем-либо расспрашивать. Рано или поздно Время придет, и тот ему все расскажет. И спросить тоже никогда не будет поздно.

— Я хочу купить тебе одежду в подарок, а потом ты купишь для меня такую же, — сообщил Чу Фэн.

Жун Юнь покраснел, одинаковая одежда или что-то в этом роде его действительно очень растрогала (взволновала). Но ...

— Что о таком люди подумают?

— Значит мы просто купили одинаковые, — улыбнулся Чу Фэн. Одинаковый набор одежды может значить, что им просто понравились такие же вещи при совместных покупках, и никто не сможет сказать что это странно. В конце концов, у него и Гуй Хэна тоже одинаковые шмотки, но смысл совершенно иной.

Жун Сюнь все еще колебался, купить такую же одежду можно, однако он чувствовал, что это подточит сбережения Чу Фэна.

— Если тебе неловко, из-за того, что я куплю тебе что-то, тогда поцелуй меня, и мы в расчете, — сказал с улыбкой Чу Фэн, толкнув того в уголок.

Лицо Жун Юня покраснело еще больше, он оттолкнул того со словами:

— Да кто вообще хочет с тобой целоваться... — они же снаружи!

— Значит тебя поцеловать мне? — со смешком Чу Фэн преградил ему путь. Затем склонил голову и поцеловал в лоб. В конце концов, это происходит снаружи. Если бы он опустил голову, и поцеловал Жун Юня в губы, это было бы слишком заметно, а вот поцелуй в лоб совсем незаметен.

Жун Юнь покраснел, склонил голову и ничего не сказал.

Чу Фэн улыбнулся и схватив его за запястье, потянул, мерять одежды.

В конце концов, Чу Фэн купил Жун Юню одежду и две пары обуви, и они оба купили идентичный пуховые куртки, и только после этого довольный Чу Фэн вытащил Жун Юня из торгового центра. В сегодняшних расходах, хотя он и превысил прожиточный минимум на следующий месяц, который мать перевела ему только вчера, но когда прибудет его гонорар за рекламу, он восстановит потраченное, и там еще многое останется. Остальные деньги, помимо платы за репетиторство, он тоже должен обдумать, а потом купить что-нибудь для Жун Юня.

У Жун Юня, прежде, настроение было немного грустным, а теперь все развеялось. Думая о том, что Чу Фэн одну за другой подбирал для него одежду, тащил его в примерочную, помогал одеться, и даже лично присел, чтобы помочь примерить обувь, Жун Юнь чувствовал, как жар на его лице никак не утекает. Похоже, пока есть Чу Фэн, какие бы негативные эмоции ни возникали, они со временем исчезнут.

— Спасибо, Чу Фэн, — он сумел вымолвить только это, хотя он хотел сказать ему еще много всего.

Заметив, что настроение Жун Сюня улучшилось, Чу Фэн с улыбкой сказал:

— Хочешь меня поблагодарить? Давай, этой ночью, спать вместе.

На мгновение тот опешил, а затем так покраснел, что даже шею затронуло.

Чу Фэн засмеялся, потащил Жун Юня за руку в такси и вернулся в школу.

Возрождение и Искупление Глава 18.1: Выдержка

Глава 18: Выдержка (Терпение)

Вернувшись в спальню, Чу Фэн предложил Жун Юню мыться первым, а сам срезал бирки с одежды купленной им, разложив их по шкафам. Эту одежду еще рано носить, но тенденции торговцев, продающих одежду, таковы – если вы действительно ждете холодов, чтоб купить ее, вся одежда окажется весенними моделями.

Некоторую нательную одежду, Чу Фэн разместил ближе к внешнему краю, чтоб носить ее, ту прежде необходимо простирать. Когда придет это время, все зависит от того, заберет ли Жун Юнь вещи на стирку домой, или постирает в школе.

Упаковав одежду, Чу Фэн отправил смс учителю назначив время и место встречи на завтра. С репетитором все уладил, проблем быть не должно.

Жун Юнь закончил мыться и вышел из ванны вытирая волосы, сообщив:

— Я закончил, твоя очередь.

— Хорошо, — Чу Фэн взял свою пижаму и собрался идти в ванную.

Жун Юнь ненароком поднял глаза и внезапно обнаружил, что подушки на его кровати не оказалось. Через секунду он повернулся и посмотрел на кровать Чу Фэна. Конечно же, его подушка появилась рядом с подушкой Чу Фэна.

Бросив на Чу Фэна скрытый взгляд, Жун Юнь про себя решил, что, когда тот пойдет мыться, он заберет подушку обратно, а затем быстро ляжет спать. Вымывшись, Чу Фэн увидит, что он уже спит, и не станет лезть к нему спать вместе.

Как могли эти невинные мысли Жун Юня скрыться от Чу Фэна, он с улыбкой сказал ему:

— Если после мытья я увижу, что ты спишь в своей постели, я обязательно пойду спать к тебе, во всяком случае, одеяло достаточно широкое для двоих.

Жун Юнь, которого видели насквозь, некоторое время не знал, как реагировать, тупо глядя на Чу Фэна, выглядев при этом очень мило.

— Разве ты не хочешь меня поблагодарить? Будь все таки немного искренним, — улыбаясь сказал Чу Фэн, проходя мимо него, чувствуя себя так, как словно издевался над невежественным мальчиком.

Пока Жун Юнь мылся, Чу Фэн перенес его подушку к себе. Двум подушкам на кровати немного тесновато, и Чу Фэн подумал, что им с Жун Юнем тоже будет тесно, но это позволит ему прижимать его к себе посильнее.

Дверь ванной глухо захлопнулась, и Жун Юнь остолбенело посмотрел на свою кровать, затем на кровать Чу Фэна, и немного поколебавшись, послушно забрался в чужую постель. Он немного нервничал ночевать в одной кровати с Чу Фэном, и чуть-чуть возбужден от этого. В конце концов, он собирался спать с человеком, который ему нравился. Это сокровенное чувство давало ему чувство парения, что ему хотелось несколько раз покачаться по кровати, чтобы успокоить свое зудящее сердце.

После того, как Чу Фэн вышел из ванны, он увидел лежащего в его постели Жун Юня, закутавшегося в одеяло, словно кокон шелкопряда. Он коснулся головы Жун Сюня, погладив его волосы, почувствовав, что те уже почти сухие, он начал вытирать свои собственные. В школьном общежитии запрещено пользоваться электроприборами, поэтому волосы можно только вытереть полотенцем. Для Чу Фэна, привыкшему пользоваться феном, это было неудобно, но выбора все равно не было.

— А... — Жун Юнь немного опустил одеяло, обнажив рот и подбородок, сказав, — Что, если Гуй Хэн или Сы Сянь вернутся завтра утром и увидят нас? — он все же немного беспокоился.

— Не переживай. Я запер дверь, и они не смогут войти, — улыбнулся тот. Даже если он хочет спать с Жун Юнем, он позаботится, чтоб этого никто не увидел. Он обязательно защитит его. Это впервые, когда он чувствует, насколько важно запереться.

Более того, с его пониманием Гуй Хэна и Сы Сяня, эти двое должны вернуться самое раннее в полдень. По выходным они будут спать до поздна, чтоб набраться сил на ранние вставания в течении учебной недели.

Жун Юнь почувствовал легкое облегчение.

После того, как Чу Фэн высушил волосы, он включил прикроватную лампу, выключил в спальне свет и задернул шторы, и, наконец, лег спать.

Для одного, кровать в общежитии довольно просторная, а вот для двоих, кажется тесновато. Чу Фэн поправил одеяло, затем протянул руку, чтобы заключить Жун Юня в свои объятия, так что им уже было не так тесно.

— Спи, а завтра уйдешь, — мягко сказал Чу Фэн. Обнимать Жун Юня очень удобно, но он все же немного худенький, ему явно нужно поправиться.

Когда Чу Фэн так его обнимал, тело Жун Юня несколько окоченело. После того, как тот выключил свет, его окоченение немного ослабло. В конце концов, в темноте Чу Фэн не мог видеть его выражение и внешний вид, отчего он не так нервничал.

Жун Юнь спал у него на руках, и Чу Фэн не знал, что делать. Ему очень хотелось приподнять его одежду, коснуться его тела, однако боялся напугать его. В конце концов, для Жун Юня он плохой парень, причинивший ему боль.

Не известно, сколько времени это заняло, но Жун Юнь, наконец, полностью расслабился и нашел удобное положение в руках Чу Фэна, ворочаясь и потираясь, словно милый котенок.

Стиснув его лицо, Чу Фэн сказал ему:

— Не трись об меня, моя выдержка не такая уж и хорошая.

Сейчас он в энергичном возрасте, и если потереть, то он вспыхнет. И его нынешняя терпимость сейчас намного хуже, чем спустя десять лет ... Кто знает, сколько ему усилий стоило, чтоб не завалить Жун Юня, подмяв под себя.

После этого Жун Юнь не осмеливался шевельнутся, на нем будто появилась надпись "Невиновен".

Чу Фэн безмолвно вздохнул. Он сам настоял спать с Жун Юнем. С одной стороны ему хотелось подразнить его, а с другой стороны, он хотел продвигать их отношения. Но он не ожидал того, что, его собственная идея обернется испытанием для его собственной выдержки.

Через некоторое время Жун Юнь осторожно положил руку на тело Чу Фэна. Едва погасший огонь Чу Фэна вновь воспрял.

— Ты не хочешь спать?

— Нет, я буду спать, — прошептал Жун Юнь.

— Хватит крутиться, — сказал Чу Фэн, стиснув зубы.

После этих слов, Чу Фэн поднял пижаму Жун Юня, засунул под нее руку и завел ему за спину.

Возрождение и Искупление Глава 18.2: Выдержка

— Не... — застенчиво произнес Жун Юнь, легонько толкнувшись лицом в Чу Фэна.

— Именно так, больше ничего не делай, — Чу Фэн взял мочку уха Жун Юня, дважды лизнул ее кончиком языка, а затем пососал. Рукой же он творил еще более нескромные вещи, гладя, то сзади, то спереди.

— Гм ... — Жун Сюнь был настолько чувствителен, что съежился, но кровать была столь узкой, что он не мог оттолкнуть Чу Фэна.

Когда Чу Фэн вдоволь нацеловался, Жун Юнь почувствовал себя опьяненным, у него пылало лицо и кружилось голова.

Усмехнувшись, Чу Фэн прекратил с ним играть, он снова его обнял, позволяя спокойно спать, однако руки из пижамы Жун Юня не убрал. Тот не отвергал этой его шалости, что для Чу Фэна было хорошим знаком. Жун Сюн еще молод, и Чу Фэн чувствовал, что ему придется терпеть еще два года и ждать, пока умственная и физическая зрелость Жун Юня полностью не созреет.

По правде говоря, после нынешней возни, они оба уже пришли в себя. Однако Жун Сюнь больше не осмеливался произносить и слова, иначе Чу Фэн снова бы его поцеловал, но рука Чу Фэна, лежавшая у него на спине, все еще давала ему смущающее чувство. Он чувствовал, что вообще не сможет уснуть, но в его сердце ощущалась сладость. Ему нравился Чу Фэн, и Чу Фэн не отвергал его, ему даже нравилось целовать его. Он уже доволен этим.

Полежав в спокойствии около получаса, только тогда их начала одолевать вернувшаяся сонливость, вскоре они оба, один за другим уснули. Даже уснув, Чу Фэн так и не вынул руку из пижамы Жун Юня. Ему нравилось нежное и мягкое прикосновение кожи Жун Юня, совсем как и у его характера, нежный и милый.

Когда Чу Фэн проснулся на следующее утро, Жун Юнь все еще спал. Взглянув на время, ему хотелось полежать еще немного. Однако некоторая его часть имела утреннюю реакцию, и так как он лежал близко к Жун Юну, то мог его напугать, пробудив плохие воспоминания. В конце концов, это не то же самое, что и поглаживания и ласки. Так что отказался от идеи лежать в постели, он встал.

Как только он начал выползать со своего места, Жун Юнь тоже проснулся, Чу Фэн поспешно накрыл его одеялом и прошептал:

— Еще рано, продолжай спать. Позже, я разбужу тебя.

Услышав это, Жун Юнь поудобнее завернулся в одеяло, и вскоре снова сладко заснул.

Глядя на это спящее личико с румяными щечками и дрожащими длинными ресницами, Чу Фэн со смешком тыкнул ему в нос, затем встал с постели, чтобы умыться, и подготовится купить завтрак для Жун Юня.

Когда Жун Юнь снова проснулся, Чу Фэн уже вернулся с купленным завтраком. На самом деле, уже почти девять и это скорее поздний завтрак. Но до обеда еще далековато, получается посредине. Чу Фэн подумал, что может съесть полдник после занятий, так что он мог просто купить немного позднего перекуса и вернуться.

Позавтракав, они некоторое время выполняли задания (1). Когда время почти подошло, Чу Фэн собрал свою сумку, поднял школьные сумки их двоих, и вместе с Жун Юнем вышел на улицу.

У Чу Фэна в кофейне была назначена встреча с репетитором. Во-первых днем наплыв небольшой, и им никто ничего не скажет. Во-вторых, он может купить чего-нибудь, чтобы утолить жажду или голод, что удобно.

Войдя в дверь, Чу Фэн нашел уголок, чтобы сесть. Здесь относительно свободно и потише, и атмосфере в самый раз соответствует легкая музыка. Усевшись, Чу Фэн отправил еще одно сообщение репетитору, сообщив, где они сидят. Жун Юнь достал из портфеля все книги и тетради, готовясь ждать, делая домашние задания.

Вскоре после этого вошел приятный на вид юноша в очках в черной оправе. Посмотрев на телефон, он направился в ту сторону, где они сидели, быстро их заметив, ведь в этой стороне кафе присутствовали только они. На их столе лежали учебники, что тоже говорило само за себя.

При виде репетитора, направлявшегося к ним, Чу Фэн немного опешил. Он ведь знал этого человека, но не сейчас, а войдя в звездный развлекательный круг. В то время этот молодой человек был сценаристом, притом хорошо известным в индустрии, но в то время он, видимо, использовал псевдоним «Ши Шу», а мама сообщила ему имя Шэнь Ши.

— Привет, это ты Чу Фэн? — с улыбкой спросил Шэнь Ши.

— Верно, это я, привет, — ответил Чу Фэн вставая.

— Извини, я опоздал, — сказал Шэнь Ши, обращая взгляд на Жун Сюня, и спросил, — Это тот одноклассник, о котором ты упоминал?

— Эн, его зовут Жун Юнь, — представил Чу Фэн.

Шэнь Ши с улыбкой кивнул и представился Жун Юню:

— Меня зовут Шэнь Ши, и я учусь на факультете китайского языка и литературы Университета L, и я на год старше вас, — первоначально он думал, что «одноклассник», о котором говорил Чу Фэн, будет девушкой, и не ожидал, что тот приведет мальчика, но, похоже, он слишком много думал.

— Привет, Учитель Шэнь, — вежливо крикнул Жун Юнь. Университет L также является ключевым университетом в городе C, но поскольку университет A расположен ближе к его дому, Жун Юнь предпочитает именно университет A.

— Не называйте меня учителем, — со смешком ответил тот, — Можете звать меня Шень-гэ. Я прочту вам лекцию, и, если вы где-то не понимаете, говорите об этом сразу, лучше делать это вовремя. Конечная цель – заставить вас получить хорошие баллы на вступительных экзаменах и поступить в идеальный университет.

— Хорошо, — кивнули Чу Фэн и Жун Юнь вместе.

— Тогда давайте готовимся к началу — Шэнь Ши сел напротив них двоих и вынул подготовленные им конспекты для обучения.

После того, как Чу Фэн спросил Шэнь Ши, что он хотел бы выпить, он поднялся, желая принести ему кофе. Но был остановлен Шэнь Ши, сказавшим, что, поскольку он их учитель, и сегодня их первая встреча, поэтому это он должен их угощать. Чу Фэн не стал с ним спорить, позволив Шэнь Ши угостить их.

Пока Шэнь Ши заказывал кофе, Чу Фэн продумывал, что ему во что бы то ни стало поддерживать с ним хорошие отношения. У Шэнь Ши в кругу имелась очень хорошая репутация. Если Шэнь Ши позже станет сценаристом, то Жун Юнь выбравшему этот путь, может понадобится дополнительный толчок, или даже больше, это очень важно. Однако он еще не готов рассказать об этом Жун Юню, а сейчас, все, что ему нужно, это подготовиться к вступительным экзаменам. Одним словом, контакт с Шэнь Ши точно не стоит отпускать.

********************

1. На самом деле там экзаменационная работа, читала в какой-о новелле, что в Китае их выполняют как самостоятельную работу, и можно купить в любом книжном. Вроде модно даже сдавать как домашку. Не знаю правда ли это все ¯\_(ツ)_/¯

Возрождение и Искупление Глава 19.1: Учебная консультация

Глава 19: Учебная консультация

Шэнь Ши вернулся с тремя чашками кофе и начал репетиторствовать, объясняя им тему. Поняв, что у Жун Юня относительно хорошие основы, и он действительно знает раздел, он решил отправить его решать задания, а потом подтянуть с ним английский и математику. Что же касается Чу Фэна, то с ним он начал с самого начала, но основное внимание по-прежнему уделял экзаменационным темам, добавив рассмотрение основ, не являющиеся ключевыми.

Пояснения Шэнь Ши очень подробные и имеют свой собственный набор методов памяти. С его методом, Чу Фэн почувствовал, что скорость его обучения даже возросла. В сочетании с методом планирования, созданным для него Жун Юнем, он уже имеет определенное понимание всех основных знаний, так что после получения подробного объяснения их будет намного легче запомнить, и он не запутается.

Во время перерыва, Жун Юнь заглянул в тетрадь Шэнь Ши, обнаружив, что краткое изложение и записи тем намного подробнее и лучше, чем его собственные конспекты.

Увидев, что его глаза остановились на тетради, с написанным им планом обучения, Шэнь Ши улыбнулся, достал из сумки четыре или пять тетрадей и подтолкнул их Жун Юню. Тот немного смущенно ему улыбнулся, затем начал их просматривать. В них находились все основные необходимые им темы, они даже были отмечены по разному в зависимости от степени важности, все это напоминало идеальную тетрадь для самоподготовки.

— Эм... можно взять скопировать? — спросил он.

— Конечно, — кивнул Шэнь Ши. Он написал эти конспекты на третьем году обучения в старшей школе. Он изначально планировал их им показать, но Чу Фэну все еще необходимо укрепить фундамент знаний, так что на данный момент они им не требуются. На самом деле, у Жун Юня вообще нет проблем с его школьной подготовкой. Просто взглянув на решение заданий, становится понятно, что он хорошо учится. Но если Жун Юнь захочет копировать, он не остановит этого. В конце концов, это суть его трехлетней школьной учебы, и он всегда может оказать им некоторую помощь.

— Спасибо, — благодарно улыбнулся Жун Юнь.

— Да не за что, — раз он их репетитор, значит нужно приложить все силы к их обучению.

Их репетиторство длится с часу до пяти часов дня. После того, как Шэнь Ши позанимался с Чу Фэном два с половиной часа, он достал набор заданий, подготовленные им заранее, позволив ему выполнить их самостоятельно. А дальше начал заниматься с Жун Юнем. английским языком и математикой

Открыв конспекты с английским, он закрепил с ним уже полученные знания. Время от времени используя фразы, чтобы составлять предложения, и большинство из этих предложений можно скомпоновать в какое-нибудь изложение. Фактически, у каждого школьного учителя будут свои собственные уникальные методы и методики обучения. Шэнь Ши учил Жун Юня методике, по которой учился сам, тем самым Жун Юнь, при повторе, полностью вникал в тему, после чего уже более твердо все запоминал.

С точки зрения математики, задания остаются основой. Вместе с Шень Ши они писали как минимум два решения для одной задачи. Формула также очень четкая, так что Жун Юнь от одного взгляда понимал, как разобраться с задачей.

День пролетел очень быстро. В конце дня Шэнь Ши потребовалось десять минут, чтобы одобрить работу Чу Фэна, и показатель точности ответов очень удовлетворила Шэнь Ши.

Следующее занятие должно быть как раз к ноябрьским праздникам. У Шэнь Ши нет других договоренностей. Чу Фэн предложил, раз это праздники, то неплохо будет добавить занятий. Шэнь Ши не возражал, сказал только уточнить с ним по телефону.

Чу Фэн хотел пригласить Шэнь Ши поужинать с ними, но у того оказалась назначена встреча, поэтому он не настаивал. Чу Фэн оплатил репетиторство Жун Юня, а доля за него выплатила его мама, прямо на счет Шэнь Ши. Перед тем как уйти, Шэнь Ши оставил свои тетради по математике и английскому языку Жун Юню, чтобы тот не торопясь их скопировал, а затем отдал на одной из встреч.

После того, как Шэнь Ши ушел, Чу Фэн также собрал их вещи и пригласил Жун Юня на ужин.

— Как ты себя чувствуешь? Помогает? — спросил Чу Фэн.

— Шэнь-гэ довольно мощный в обучении, — с улыбкой кивнул Жун Юнь, — Ранее я просто зубрил все основные моменты, но после объяснений Шэнь-гэ, запоминать стало легче.

— Это хорошо, — он все еще думал, что если Жун Юнь не привык к манере чтения лекций Шэнь Ши, он мог бы нанять тому еще кого-то.

— Ладно, поужинаем быстрее, и вернемся пораньше. Я хочу быстрее скопировать записи, — сказал Жун Юнь. Он уже немного нетерпелив, конспекты Шэнь Ши для него как сокровище, кажется, что в любой момент можно откопать сюрпризы.

После ужина Чу Фэн упаковал поздний перекус, и они вернулись в школу.

Сы Сянь и Гуй Хэн оба уже вернулись. Увидев, что они входят в дверь, Гуй Хэн разбиравший одежду, принесенную из дома, спросил:

— А почему подушка Жун Юня лежит на твоей кровати?

Чу Фэн на мгновение замер, он просто забыл об этом, и Жун Юнь не обратил внимания, неожиданно позволив проявить Гуй Хэну редкостную осторожность, обнаружив это.

Жун Юнь на мгновение растерялся, не зная, как все объяснить, а в глазах появилось легкое беспокойство.

— Утром я ленился, не хотел вставать с постели, — в отличие от Жун Юня, Чу Фэн остался совершенно спокоен, потому быстро сориентировался, придумав ложь. — Жун Юнь пришел ко мне в постель, улегшись рядом, начав со мной болтать. Чтоб ему было удобнее лежать, он принес с собой подушку, а потом просто забыл унести подушку обратно.

Вращаясь в индустрии развлечения, Чу Фэн научился хорошо придумывать ложь. Независимо от того, выдержит ли это оправдание проверку, он мог просто послать их. В конце концов, Гуй Хэн и Сы Сянь не репортеры желтых изданий, охочих до сплетен, и они не станут докапываться до сути, так что пока есть, казалось бы, разумная причина, этого достаточно.

— А-аа, — кивнул Гуй Хэн и не стал спрашивать, ему этих объяснений было достаточно.

Жун Юнь также вздохнул с облегчением, тихо напомнив себе, что в следующий раз он должен уделять такому больше внимания!

Чу Фэн взглянул на большую картонную коробку перед столом Гуй Хэна и спросил:

— Что притащил?

— Инструменты для рисования, — ответил тот.

— И что ты собрался делать с этими инструментами? — удивился Чу Фэн.

********************

Шэнь-гэ использованное мною, буквально старший брат Шэнь. В некоторых моментах мне так удобнее, тем более так сразу понятно, что это старший брат.

Возрождение и Искупление Глава 19.2: Учебная консультация

Чу Фэн знал, что Гуй Хэн хорошо рисовал. Бабушка, по материнской линии, Гуй Хэна даже была хорошо известным художницей, но его мать не унаследовали этой черты. Впрочем, когда эта бабушка проверила Гуй Хэна, то посчитала, что талант к этому у него имеется, и даже напоминала его матери об этом несколько раз.

В детстве Гуй Хэн был совсем непослушен. Поэтому семья посчитала, что ему следует чему нибудь учится, чтоб он сосредоточился на этом и успокоился. Поэтому родители последовали совету его бабушки, позволив ему учиться рисовать. Хотя Гуй Хэн не прикладывал много усилий, но все таки учился рисовать почти десять лет. И несмотря, но то, что он перестал рисовать после третьего класса, но фундамент все же остался. Иногда, наведываясь к своей бабушке, чтобы порадовать старую леди, я также сопровождал его, он рисовал вместе с ней несколько штрихов.

Самое глубокое воспоминание Чу Фэна об учебе в начальных классах, это как Гуй Хэн часто хватал лист бумаги и что-то начинал рисовать, получалось очень хорошо. В то время в классе не было других учеников, умевших рисовать. Симпатичные рисунки Гуй Хэна также пользовались большим успехом у молодых девушек. Были даже маленькие девочки, отметившие, что Гуй Хэн – принц умеющий рисовать, но этот «принц» на самом деле совсем не «принц» в учебе ...

Чу Фэн помнил, что к третьему классу начальной школы, Гуй Хэн практически перестал рисовать, в итоге вовсе бросив. И, с тех пор, как он вырос, Чу Фэн вообще не помнил, чтоб тот рисовал, потому воспоминание об этом весьма расплывчаты.

— Я же собирался стать лучше, верно? — слегка кашлянув сказал Гуй Хэн. Он смущался тому, что такой шлак, вдруг заявляет, что хочет стать лучше.

— Этот негодник готовится учится на художественном, — сказал за него улыбавшийся Сы Сянь. — Без умения рисовать это ведь невозможное дело.

— Учится на художественном? — улыбнулся Чу Фэн. — Это действительно возможно, только с горячкой не свались.

В их школе есть курс художественного направления, как и для спортивного обучения, но отдельных классов для них нет, приходится заниматься этим помимо обычных занятий. Когда Гуй Хэн думал об этом пути, он, очевидно, прислушался к его словам, что сделало его очень счастливым, и он также надеялся, что у Гуй Хэна может быть другое будущее.

— Я знаю, — кивнул Гуй Хэн.

Фактически, Гуй Хэн все еще растерян внутри себя, но, как сказал его отец, растеряться – это нормально. И, для начала, снова начать рисовать, это всегда правильно. Но важно понять, что он хочет идти этим путем, иначе замешательство пройдет, а идти этим путем будет уже поздно.

— Не забудь, завтра тебе нужно поговорить с классным руководителем, пусть она организует тебе учителя по этой специальности, — сказал Сы Сянь.В школе есть специальные репетиторы для студентов этих специальностей.

— Угу, зайду к ней завтра рано утром, — сказал Гуй Хэн.

— Как прошли твои занятия? — обсудив Гу Хэна, Сы Сянь переключился на него.

— Очень хорошо, — сказал Чу Фэн, вынимая свои вещи и вещи Жун Юня.

— После ноября будет экзамен, и тогда ты сможешь проверить свои недавние результаты обучения, — сказал Сы Сянь с улыбкой, — Не заставляй Жун Юня слишком с тобой нянчиться, занимаясь твоим обучением и после этого.

— Я буду стараться изо всех сил, — в конце концов, это всего лишь месяц, и он действительно не может сказать, насколько он сумеет продвинуться.

Думая об успеваемости Чу Фэна, Жун Юнь посмотрел на картонную коробку Гуй Хэна, сказав Чу Фэну:

— Может и тебе стоит подумать о художественном? — просто он не знал, есть ли у Чу Фэна опыт в подобном.

— Мы вернемся к этому, — сказал Чу Фэн, подходя Жун Юню, — В конце концов, я же хочу поступить с тобой в один универ. Если в итоге не смогу, то я рассмотрю этот путь.

Он и сам думал сдать экзамен по искусству (видимо по актерской его части, но тут явно не театральный), по большей части там проверяли игру и выступление. Но сейчас он действительно не особо об этом думал. По сравнению с относительно легким экзаменами, по искусству, его целью был тот же университет, что и у Жун Юня. Все остальное на втором месте, и только.

Услышав эти его слова, Жун Юнь ничего не сказал. Он видел тяжелую работу Чу Фэна. В любом случае время еще есть. Кроме того, ему и самому хотелось сдать экзамены и затем учится в тот же университет, что и Чу Фэн.

В конце ноября будут маленькие каникулы (второстепенные праздники?). Само собой разумеется, что в старших классах школы достаточно поставить условные выходные на два дня, ведь дополнительные занятия важнее. Но тем не менее, бюро образования строго проверяло, и ни одна школа не смела нарушать даже под дулом пистолета, предоставляя учащимся остаточно дней. Что касается того, как провести небольшой праздник, это зависит от желания учащихся.

— Какие у тебя планы на ноябрь? — спросил Чу Фэн, когда вернулся в спальню, чтобы упаковать свои вещи.

— Планов никаких, просто буду заниматься дома. Я почти не переписывал записи Шэнь-гэ, поэтому воспользуюсь возможностью и закончу их, — у Жун Юня нет родственников, которых нужно навещать, поэтому во время каникул он может оставаться дома.

— Хорошо, если ничего такого не произойдет, я останусь с тобой. Давай найдем место позаниматься, я назначу встречу Шэнь-гэ, и скажу тебе, когда назначено время, — с улыбкой сказал ему Чу Фэн.

— Ладно, — кивнул Жун Юнь. Чу Фэн сказал, что он навестит его во время каникул, чему был очень счастлив. На самом деле, каждые каникулы он очень скучал, но в этом году с ним будет Чу Фэн, и все будет иначе.

Проверив вещи, и убедившись, что ничего не забыли, Чу Фэн потрепал волосы Жун Юня, сказав:

— Пойдем, сначала проведу тебя домой

— Эн, — не стал отказывать ему Жун Юнь, даже если Чу Фэн придет к нему, они, вероятно, не увидятся в течение дня или двух, поэтому ему хотелось остаться с Чу Фэном еще немного.

Чу Фэн проводил Жун Юня до дома, и ни какое-то время стояли болтая ни о чем. Заметив что уже поздно, Жун Юнь поспешил сказать, чтоб тот шел домой.

— Если тебе что-нибудь понадобится, то звони в любое время, — сжав руку Жун Юня, сказал Чу Фэн.

— Эн, — ответил Жун Юнь, улыбаясь одними губами. — Ты тоже.

— Хорошо, — Чу Фэн снова потрепал его по волосам, и только затем отпустил его руку.

Помахав ему на прощанье рукой, Жун Юнь поднялся наверх.

Чу Фэн дождался, пока Жун Юнь задет в квартиру и откроет окно, чтобы найти его внизу, затем улыбнулся и тоже помахал на прощанье, а затем остановил такси, поехав домой.

Возрождение и Искупление Глава 20.1: Жалость

Глава 20: Жалость (心疼 довольно много значений, это и жалость и обожание, не чаять души, любить, тосковать)

Когда Чу Фэн вернулся домой, его родители уже вернулись, и Чу Жоу тоже вернулась. В момент его прихода она сидел в гостиной и смотрела телевизор с мамой вместе.

— Вернулся? — встретила его улыбкой Сун Синь, когда он вошел, — Иди, мой руки и переодевайся, скоро начнем ужинать.

— Хорошо, — ответил Чу Фэн, неся свой школьный рюкзак, собираясь подняться наверх.

— Разве сегодня в школе занятия закончились не рано? Почему ты вернулся так поздно? — спросил Чу Тан, посмотрев на время. Чу Жоу уже некоторое время как вернулась, Чу Тан даже начал подозревать о том, что Чу Фэн снова сорвался и наделал делов.

Если бы это был прежний Чу Фэн, услышав вопросы отца, он бы непременно взорвался. Но сейчас Чу Фэну не так просто выйти из себя, хотя слова отца все еще немного расстроили его.

— Давай обсудим это позже, за ужином, уже немного позже, — хоть Чу Фэн не смог сказать это с улыбкой, но и не стал выходить из себя.

— М-мм, тогда иди наверх и переодевайся, — помолчав, ответил Чу Тан.

Отношение отца заставило Чу Фэна немного замереть. Он вдруг осознал, что, пока он не набедокурил, то с отцом вполне можно неплохо ладить.

— Ты не доверяешь собственному сыну, — отчитала его Сун Синь.

— Разве я не проявляю о нем заботу? — беспомощно спросил Чу Тан.

Чу Жоу с мягкой улыбкой наблюдала за непривычно неловко ведущим себя отцом, а затем подмигнула Чу Фэну.

Улыбнувшись на ее подмигивание, Чу Фэн поднялся наверх так ничего и не сказав.

За ужином вся семья сидела за столом, и Чу Жоу рассказывала о происходившем в школе за последние несколько дней. Чу Тан и Сун Синь очень внимательно слушали и время от времени задавали некоторые вопросов. В доме царила очень хорошая атмосфера.

После того, как Чу Жоу закончил рассказ, Сун Синь спросила Чу Фэна:

— Какие у тебя планы на каникулы?

— В данный момент планов никаких у меня нет. Просто хочу провести с репетитором еще несколько занятий, чтоб наверстать упущенное. Только отдохну перед этим два дня, — изложил свой план Чу Фэн, а затем спросил, — А как обстоят дела дома?

— Завтра я собираюсь пообедать с твоими бабушкой и дедушкой. После этого никаких договоренностей нет. — сообщила Сун Синь.

— Хорошо, — сказал Чу Фэн, кивнув.

Его дедушка и бабушка ушли из жизни несколькими годами ранее, поэтому теперь он обычно ест у бабушки и дедушки на новогодних праздниках. По отцовской линии больше родственников нет, остальные могут просто гулять под Новый год. (1)

— Доволен преподавателем? — спросила Сун Синь.

— Эн, очень хороший, я понимаю все, чо он объясняет, — ответил он ей.

— Просто отлично, — с радостной улыбкой кивнула она. — Ну, раз ты назначил дополнительные задания на праздники, то я перечислю ему дополнительную плату на карту.

— Хорошо, — ответил Чу Фэн подмигивая, и позволил матери долить себе супа.

Сун Синь посмотрела на сына взглядом полном любви, и цветущей радостью улыбкой.

После еды Чу Фэн поднялся наверх читать. Он знал, что результаты экзамена по возвращении из длительных каникул могут оказаться не очень, если не заниматься. Но он только надеется, что не подведет Жун Юня. Так же, он хотел подарить Жун Юню уверенность в том, что они поступят в один университет.

В семь часов вечера внезапно прибыли родители Гуй Хэна. Его родители заняты больше, чем Чу Тан и Сун Синь, поэтому смогли найти время навестить их, только на больших каникулах.

Этот внезапный визит родители Гуй Хэна нанесли, чтобы выразить благодарность Чу Фэну. Они сказали, что, послушав Чу Фэна, Гуй Хэн, наконец, начал двигаться в нужном направлении. Раньше у них не нашлось на это времени, но теперь, наконец, у них оно появилось, вот они и поторопились прийти.

Чу Фэн и Гуй Хэн с малолетства дружили, и шкодили, а затем и причиняли неудобства своим семьям тоже вместе. Теперь, когда Чу Фэн начал добиваться прогресса и не оставил их сына, а наставил его на нужный путь, они были неимоверно ему благодарны. Родители Гуй Хэна видели, что тот действительно начал усердно работать, независимо от результата, и пока он усердно работал, то, как родители, они довольны.

Кроме того, это впервые, когда Чу Тана благодарили за подобное. Он так удивился, что не знал, что ответить. Он чувствовал себя непринужденно сцене и развлекательных кругах, но он всегда пасовал перед детскими проблемами.

Напротив, Сун Синь улыбнулась и похвалила Гуй Хэна. Сказав, что это его труд, а ее сын просто немного помог.

Поговорив с ними немного, Сун Синь позвала Чу Фэна вниз, ведь это к нему пришли с благодарностью. И Чу Фэну необходимо появится перед ними.

После этого обе семьи начали обсуждать свои дела. И только к девяти родители Гуй Хэна поехали домой.

Когда Чу Фэн поднялся наверх, Чу Тан остановил его со словами:

— Чу Фэн, ты должен усердно учиться. Папа очень счастлив.

Это впервые, когда его отец сказал ему что-то подобное. Чу Фэн несколько секунд смотрел на отца, улыбаясь. Он внезапно обнаружил, что ни ему, ни его отцу не нужно было так резко противоречить друг другу. Всему виной его бунтарство; он бунтовал, отец был им недоволен, после чего на его голову сыпались упреки, он естественно несчастен и начинал спорить с отцом. Но если он вел себя лучше, даже не получая результатов, его отец не проявлял недовольства, и они не ссорились между собой, поэтому все спокойно. Такое развитие событий намного лучше.

После таких слов отца, он почувствовал необходимость что-то на это ответить:

— В предыдущие два года я мало учился, и результаты могут получится не на высоте. Надеюсь, ты не будешь слишком разочарован, при виде табель с оценками.

— Это мелочи. У каждого есть то, в чем он хорош, а в чем нет. Дело в том, что когда ты растешь, достаточно знать, что ты работаешь с усердием. От оценок может зависеть твоя отправная точка, но какой высоты ты сумеешь достичь, зависит от тебя самого. Сами оценки, это лишь небольшая составляющая. — произнес Чу Тан. Он знает много людей, так и не окончивших престижного университета. Некоторые из них даже не ходили в университет по разным причинам, но они нашли то, в чем были хороши, и, наконец, они стали блистать на сцене.

— Эн, я понял, — на самом деле от слов отца он немного расслабился, ведь от него не ожидали многого, и давление на него уменьшилось. — Тогда я продолжу читать наверху.

— Иди, — кивнул ему Чу Тан, одарив его редкой улыбкой.

Вернувшись к себе в комнату, Чу Фэн размышлял о словах своего отца. Он почувствовал, что у него действительно хорошая семья. Возможно, в прошлой жизни он и его отец выбрали неправильный способ сосуществования, из-за чего их отношения практически испортились.

В течение следующих двух дней Чу Фэн просыпался к шести часов утра. Спускался вниз, чтобы выпить стакан воды, затем начинал заучивать английский язык и математические формулы. Он завтракал со своей семьей в семь часов и затем продолжал учебу. После обеда Чу Фэн просил кухню приготовить ему кофе, а затем пил ее продолжая читать, после чего весь день был бодр. Перед ужином Чу Фэн выходил на прогулку, в конце концов, оставаться дома целый день без активности – нехорошо. После ужина Чу Фэн продолжит читать и ложился спать в 11: 00, не задерживаясь.

********************

1. Тут нет уточнений с какой стороны эти бабушка и дедушка, ни в первом ни во втором случае, и чьи родители, отца или матери умерли.

Возрождение и Искупление Глава 20.2: Жалость

За исключением похода к дедушке по матери на обед в полдень в первый день праздника Нового Года, Чу Фэн проводил время за учебой. Сун Синь даже начала волноваться, а не переусердствует ли он в своем обучении.

Рано утром, после завтрака, Чу Фэн сообщил родителям:

— В полдень хочу сходить к Жун Юню и позаниматься вместе с ним. У меня есть несколько вопросов, которые я хочу ему задать

— Иди, хорошенько позанимайтесь, и пообедать не забудьте, — сразу кивнула ему Сун Синь, услышав про Жун Юня.

Чу Тан озадаченно взглянул на Сун Синь.

— Жун Юнь – это сосед по парте Чу Фэна, — с улыбкой просветила его жена.

— О, — внезапно сказал Чу Тан, — У меня имеется членская карта Клуба Чанфэн. Хочешь сводить его туда поесть? Оплату снимут с моего счета.

Клуб Чанфэн – лучший клуб Города С, там очень приятная обстановка и контингент. Это популярное место для встреч с друзьями или семейного ужина.

— Тогда нам лучше там поужинать, — подумав над предложением, ответил Чу Фэн. — Вечером я свожу туда Жун Юня. А пообедаем мы неподалеку от его дома, и найдем тихое местечко для занятий.

— Хорошо, — у Чу Тана не было на это никаких возражений. — Если будет поздно, то звони домой, я пришлю за тобой водителя.

— Хорошо, — кивнул Чу Фэн.

Поев, Чу Фэн выполнил еще несколько учебных заданий, и уже почти пришло время собираться. Попрощавшись с родителями, он поехал на встречу с Жун Юнем.

Вчера вечером перед сном, он уже связался с Жун Юнем и попросил его подождать дома к полудню. Первоначально Чу Фэн думал попросить Жун Юня спуститься вниз, как они поступали раньше, но поразмышляв об этом, решил, что должен навестить родителей Жун Юня. В конце концов он намеревался провести с Жун Юнем всю оставшуюся жизнь, поэтому будет лучше произвести хорошее впечатление на старших пораньше. Потому, перед приходом в гости, он зашел в супермаркет и купил фруктов и еды.

Подойдя к дому он позвонил Жун Юню.

— Ты уже здесь? — спросил Чу Фэна Жун Юнь, почти сразу ответив на звонок, даже по телефону чувствовалось, что он улыбается.

— Эн. Удобно будет проведать твоих родителей? Чувствую, что это немного невежливо, — улыбнулся Чу Фэн.

На мгновение Жун Юнь замолчал.

Интуитивно почувствовав его напряжение, Чу Фэн сразу пошел на попятную.

— Забудь, все в порядке.

— Подходи, я открою тебе двери, — сказал ему Жун Юнь.

— Хорошо, — улыбнулся Чу Фэн и повесил трубку.

Дверь автоматически открылась домофоном, и он поднялся на третий этаж.

Там его уже ждал Жун Юнь.

— Входи, — сказал тот, при виде поднимавшегося Чу Фэна.

Зайдя в дом с пакетом в руках, Чу Фэн положил пакет на шкафчик и одел тапочки, спросив:

— Твои родители не дома?

— М-гм... — ответил Жун Юнь, разглядывая принесенное Чу Фэном. — Сперва присядь, я принесу тебе попить.

— Ладно, — ответил Чу Фэн, поскольку дома никого нет ему не нужно быть таким сдержанным. Усевшись на диван он осмотрелся.

Квартира Жун Юня – это очень стандартное жилье с двумя спальнями и одной гостиной, с окнами на юг и север, с хороши освещением. Несмотря на то, что обстановка старая, тут очень опрятно и чувствуется уют. Трудно сказать почему, но Чу Фэну все время чудилось, что жилье Жун Юня выглядело немного заброшенным, но он не мог указать, в чем именно это проявлялось.

— Ты накупил так много фруктов, мы не сможем всего этого поесть, — сказал Жун Юнь, ставя перед ним воду.

— Ничего страшного. Их можно хранить в холодильнике, какое-то время пролежат. — Чу Фэн чувствовал, что семья из трех человек Жун Юня вполне сможет закончить закончить их за эти выходные. — Твои родители пошли навестить родственников?

— Я не живу со своими отцом и матерью, — покачав головой в ответ на вопрос, добавил Жун Юнь, садясь рядом с Чу Фэном.

— А? — опешил на мгновение Чу Фэн, не совсем понимая, что тот имел в виду.

Жун Юнь мягко вздохнул и рассказал Чу Фэну о ситуации в его семье.

— Почему ты не сказал мне раньше, — сказал ему Чу Фэн, заключив Жун Юня в объятия.

Ребенок-подросток, который столько лет жил в одиночку, всегда хотел хорошо учиться и нравиться родителям. Как его не пожалеть?

— В конце концов, это семейное дело, — прошептал Жун Юнь в объятиях Чу Фэна. — Считаю, что тебе не стоит беспокоится обо мне. — если бы тот не заявился к нему в гости, он не стал бы ему ничего рассказывать.

— Это нормально расстраиваться, ведь я забочусь о тебе, — внутренне Чу Фэн вздохнул. — Думаю, если ты будешь счастлив со мной каждый день, то я не буду расстраиваться.

— Я с тобой очень счастлив, — ответил на это Жун Юнь. Крепкие объятия, в которых обнимал его Чу Фэн, позволили ему почувствовать огромное облегчение.

— Но если бы ты сказал мне раньше, я бы определенно не дал бы тебе провести каникулы в одиночестве, — мысль о том, что Жун Юнь оставался дома в одиночестве в течение двух дней, дала Чу Фэну тягостное чувство.

— Я к этому привык, — слегка улыбнулся Жун Юнь, — Кроме того, разве ты все же не пришел ко мне в гости?

— Ты... — Чу Фэну уже казалось, что он постоянно жалеет Жун Юня, а тот ему этого не дает.

— Я рад, что ты зашел ко мне, — улыбнулся Жун Юнь.

— Этого мало, я должен сделать тебя счастливее, — поцеловав того в макушку, ответил он.

Возрождение и Искупление Глава 21.1: Праздничные каникулы

Глава 21: Праздничные каникулы

Подержав его в объятиях некоторое время, Чу Фэн отпустил Жун Юня со словами:

— Мы не будем заниматься, я отведу тебя на фестиваль.

— Нет, мы можем остаться дома вместе, — Жун Юнь чувствовал, что, пока Чу Фэн остается с ним, ему этого достаточно и он доволен.

— Да это всего один день, много времени это не займет, — сказал Чу Фэн.

— Но ... — все еще колебался Жун Юнь, в конце концов, вернувшись из этих праздников в школу, им придется сдавать экзамены.

— Послушай меня, я прекрасно понимаю нашу ситуацию, — улыбнулся Чу Фэн и добавил, — Переодевайся, мы уходим.

Поняв, что Чу Фэн уже все решил, Жун Юнь больше не возражал, встал и пошел переодеваться.

Чу Фэн присел на диван, и его настроение тут же упало. Он наконец понял, почему дом Жун Юня такой нежилой. Поскольку тут живет лишь Жун Юнь, сразу сказывается отсутствие родительской заботы. Как бы чисто здесь ни было, возникает чувство одиночества, которое невозможно стереть.

Чу Фэн вспомнил о словах на последок, написанных Жун Юнем. Там говорилось, что сделанное им, послужило лишь искрой наложившейся на его депрессию. Теперь, узнав обо всем этом, он понял, его депрессия длилась долгое время, и от той искры депрессия переросла в замкнутость. От того, что его покинула семья, тот впал в депрессию, а его собственное деяние, развило эту депрессию в замкнутость, после чего он, не в состоянии вынести одиночества, покончил с собой.

Если бы в это время у Жун Юня была забота родителей и счастливая семья, даже если бы депрессия одолевала его, он бы нашел в себе силы преодолеть ее за счет мыслей о семье. Если бы все было так, ему бы не приходилось полагаться на написание рассказов, чтобы жить за счет эмоции в них.

Думая об этом, Чу Фэн почувствовал себя еще более ненавистным, его действие стало последней каплей, сокрушившей Жун Юня. Он действительно ничего не знал о жизни Жун Юня, не знал его тревог и мыслей, он даже не в курсе, что тот испытал в жизни. Такой невежественный, как он, нанес тому такую травму, как он теперь не мог почувствовать себя настоящим ублюдком. Он теперь не знал, как ему теперь смотреть тому в лицо.

— Что случилось? — спросил переодевшийся на выход Жун Юнь, когда вышел в гостиную и увидел там Чу Фэна, находящегося в оцепенении.

Увидев зашедшего в комнату Жун Юня, Чу Фэн быстро скрыл тягостные эмоции, не желая влиять на него.

— Ничего такого, просто думал о том, куда тебя отвезти. Мой отец дал мне членский билет в Клуб Чанфэн. Хочешь поедим там, в обед или вечером?

— Как скажешь, так и будет, пойдет любое время, — улыбнулся Жун Юнь.

— Тогда мы там пообедаем, — немного подумав решил Чу Фэн. — Затем сходим по магазинам, а вечером пойдем в кино.

— Хорошо», — радостно кивнул Жун Юнь, — Я давно не смотрел фильмов. — он даже не мог вспомнить, когда смотрел его в последний раз.

— Тогда надо, перед походом, подумать, какой фильм тебе хочется, — сказал Чу Фэн. Как правило, в это время года будет много новинок.

— Точно!, — с улыбкой ответил Жун Юнь, выходя вместе с Чу Фэном.

Клуб Чанфэн располагался в центре города, в очень хорошем месте, поэтому от него удобно идти в любом направлении.

Сначала Чу Фэн отправился с Жун Юнем, чтобы купить билеты в кино, позволив тому выбрать на что он хочет сходить. После некоторых раздумий выбор Жун Юня пал на анимированный фильм с хорошими отзывами и большими кассовыми сборами. Чу Фэн уже и сам не помнил, когда он смотрел мультики. С одной стороны, качественных отечественных мультфильмов слишком мало, и хорошие начнут выходить еще не скоро. С другой стороны, такие мультфильмы в целом привлекают детей. На просмотре может быть шумно, поэтому Чу Фэн не стал бы его выбирать. Но поскольку Жун Юню хотелось его посмотреть, он, естественно, хотел смотреть его вместе с ним.

Купив билеты, они направились в Клуб Чанфэн. Уже было обеденное время, но места еще имелись.

После показа членской карточки, официант усадил их на место у окна и принес меню.

— Бери все что приглянется, это угощение от папы, так что не стесняйся, — с улыбкой пригласил его выбирать Чу Фэн.

— Лучше не заказывать слишком много, иначе не съедим, — улыбнулся в ответ тот.

— Хорошо, — Чу Фэн знал, что Жун Ю ня по-прежнему вел очень скромную жизнь. Цены здесь относительно высоки, но это в основном домашние блюда, и количество не малое, для них двоих съесть полноценный обед не так уж и дорого.

На двоих они заказали в общей сложности четыре блюда, суп и два основных блюда, после чего официант ушел выполнять заказ, перепроверив меню.

Взяв в руку массивный стакан, Жун Юнь отпил воды, глядя на улицу. Клуб Чанфэн находился на четвертом этаже, откуда открывался чудесный вид, где можно наблюдать за небольшой частью уличной сцены, а также людей, снующих туда-сюда. За наблюдением этой картины можно было приятно провести время.

— Тебе нравится это место? — спросил Чу Фэн, при виде как уголки его рта слегка приподнялись.

— Здесь так солнечно, очень приятно, — сказал Жун Юнь с улыбкой. Поскольку все окна от пола до потолка, в полдень в это время солнце заливает все вокруг. Стекла здесь не совсем прозрачные, а с небольшим количеством темно-зеленого оттенка, поэтому даже при ярком солнце оно не будет ослепительным.

— Если тебе нравится, то в будущем будем приходить сюда почаще, — отозвался Чу Фэн. Если на этот раз ему удастся немного улучшить свои оценки, от отца он получит членский билет этого заведения..

Жун Юнь лишь молча на это улыбнулся.

— Мои родители вечно заняты, и обычно у них мало времени, чтобы проводить со мной время, — отпив несколько глотков сока, заговорил Чу Фэн. — Если на выходных нечего не наметится, сходим сюда вместе еще раз. Моим родителям спокойнее, пока я с тобой.

Вообще-то, если они не едут домой на выходные, они остаются вместе в школе, но теперь они могут уезжать домой к Жун Юню, тем самым оставаясь наедине. Чу Фэн предположил, что, когда его мать отправится на съемки, он спокойно может уехать домой с Жун Юнем, чтобы быть с ним еще больше.

— Ладно ... — Жунь Юнь в любом случае особо не задумывался над этим, они ведь все равно оставались вместе, когда не уезжали по домам.

Возрождение и Искупление Глава 21. 2: Праздничные каникулы

— Что важнее, если ты в будущем почувствуешь себя несчастным, то обязательно скажи мне об этом, не держи в себе негативных эмоций, — Чу Фэн не хотел упоминать депрессию, чтобы Жун Юнь не думал о лишнем, это принесло противоположные результаты. Он надеялся, что сможет удержать Жун Юня подальше от негативных эмоций с помощью дружеских отношений. Пока его больше не будут беспокоить негативные эмоции, это должно значительно снизить вероятность депрессии.

— Эн. Я понял, — ответил тот.

На самом деле, он всегда чувствовал, что ему трудно обсуждать семейные дела, особенно с Чу Фэном. Он не хотел сочувствия Чу Фэна, хотя не мог не взгрустнуть, когда рассказывал об этом. Но после того, как он все поведал сегодня Чу Фэну, ему стало намного легче. Он чувствовал, что Чу Фэн очень его жалел, но не был в то же время сочувствующим, отчего на душе ему стало тепло.

— Я просто не могу не волноваться, ты ведь так перенапрягаешься за обучением, боюсь что ты слишком на себя давишь. Если что-то случится, хорошее или плохое, тебе следует обо всем рассказывать мне, — Чу Фэн взял за холодную руку Жун Юня и продолжил, — Я хочу знать о твоих делах все. Я могу узнать, только если ты расскажешь об этом. Так что не скрывай от меня ничего, ладно?

— Эн! — с искренней улыбкой ответил Жун Юнь.

— Естественно ты можешь хранить от меня свои маленькие секреты, но только маленькие. — тоже улыбнулся ему Чу Фэн. — Большие нельзя скрывать, ни в коем случае, обязательно рассказывай мне.

Жун Юнь сдержал смешок, но уголки рта у него немного дернулись, а затем он ущипнул Чу Фэна. Место, где его ущипнули зудело, отчего ему неудержимо захотелось его поцеловать, но изо всех сил сдерживался.

Вскоре им подали блюда, и двое начали есть.

Здесь очень вкусно готовили, и Чу Фэн всегда подкладывал Жун Юню самые вкусные кусочки, отчего миска у того никак не пустела.

В конце трапезы, Жун Юнь взмолился, жалобно глядя на него слезящимися глазами:

— Я уже не могу есть.

— Тогда ешь пудинг, — сказал Чу Фэн, поняв, что тот и правда много ел сегодня.

— Эн, — ответил Жун Юнь, поняв, что на пудинг у него местечко найдется.

Чу Фэн был занят накладыванием пищи Жун Юню, потому сам практически не притронулся к еде. Теперь, когда тот наелся, он забрал его тарелку и пересыпал содержимое себе, принявшись за еду. На самом деле он брезговал чужими объедками и никогда ни за кем не доедал, но к Жун Юну такого не испытывал.

Чу Фэн съел остатки, а Жун Юнь увлеченно ел пудинг маленькой ложечкой, чувствуя себя очень неловко, но так же смутно ощущая легкую сладость, как будто по телу порхали перышки, щекотавшие своей мягкостью.

После ужина Чу Фэн отвел Жун Юня в ближайший книжный магазин. Существуют не только полный ассортимент книг, но и множество канцелярских принадлежностей, а также множество их разновидностей, причем относительно низкие цены и хорошее качество, поэтому многие студенты любят прогуливаться сюда в свободное время.

Войдя в это место заполненное книгами, Жун Юнь стал похож на маленькую рыбку плавающую в море. Похоже даже его шаги взбодрились. Вскоре он направился в район, где продавались обучающие материалы для третьего класса старшей школы, начав просматривать их со всей серьезностью, при этом уголки рта его не прекращали улыбаться.

Глядя на Жун Юня в хорошем настроении, Чу Фэн не оставлял мыслей, что следует подзаработать побольше денег. Он купит для него много книг, и поставит их на большую книжную полку, размером со стену, целиком заставив ее. но сейчас... он мог купить ему только несколько учебников...

— Бери все, что приглянется и что полезно, — сказал он Жун Юню, подойдя ближе. Он считал, что в такие моменты не стоит экономить.

— Здесь есть несколько новинок, — указал тот на некоторые из книг Чу Фэну.

— Ты часто сюда за покупками приходишь? — приподнял брови Чу Фэн. Он похоже знаком со здешним ассортиментом.

— Нет, — смущенно улыбнулся Жун Юнь, — Я здесь ошивался, чтобы взглянуть и понять тип вопроса. Покупка этих учебников стоит больших денег, я далеко не всегда могу их купить. Он не настолько богат, чтоб покупать учебники каждую неделю, на их покупку, как правило, он откладывает в течении месяца.

Погладив Жун Юня по голове, Чу Фэн взял указанные им книги, а затем они начали бродить по различным отделам в поисках еще чего нибудь.

— Бери что хочется, это все вклад в будущее, — сказал он ему. — Я куплю тебе это. Если ты планируешь писать небольшие сочинения, тебе следует больше читать, выбирая свой путь.

— Этого не нужно... — неловко запротестовал Жун Юнь, ему было стыдно, что Чу Фэн платил за него. Тем более эти книги дороже обычных руководств.

— Если не будешь сам выбирать, то я выберу сам, потом не жалуйся, что это не то, — Чу Фэн улыбнулся и ущипнул Жун Юня за щеку.

Заметив, что Жун Юнь не сдвинулся с места, Чу Фэн сам взял книгу. Как только он взял два экземпляра, Жун Юнь остановил его, положив обратно, и послушно взял две книги, понравившиеся ему.

Довольный Чу Фэн забрал их у него, а затем он купил много тетрадей и канцелярских принадлежностей. Учащиеся, при подготовке, расходуют много всего, поэтому им нужно запастись.

Когда они вышли из книжного , Чу Фэн тащил три больших пакета.

Затем он очень естественно взял Жун Юня за руку и повел его через дорогу.

— До начала фильма еще есть время. Пойдем в торговый центр, купим тебе рюкзак, — с улыбкой сказал Чу Фэн.

— Не нужно... — застыв, ответил Жун Юнь с округлившимися глазами. — Мой старый рюкзак еще очень хороший.

— Будет лучше, чтоб ты использовал то, что я купил, все они лучше твоих, — улыбнулся Чу Фэн.

— Но моим все еще можно пользоваться... — тихо пробормотал Жун Юнь.

— Выбирая рюкзак, мы выберем более хорошую прочную модель, — ответил Чу Фэн, услышав сказанное. — А по окончании школы спрячем. Затем, когда станем старше, мы вытащим их, будем разглядывать и вместе вспоминать былое.

Только от одной мысли, что они состарятся вместе и будут вспоминать былое вместе, дали Жун Юню чувство умиротворения и счастья на сердце.

— Тогда я должен выбрать тот, который мне нравится, — сказал он.

— Оки, — сказал Чу Фэн и потянул его за руку в сторону торгового центра.

Возрождение и Искупление Глава 22.1: Выпуск рекламы

Глава 22: Выпуск рекламы (на самом деле глава имеет название Выпуск или Трансляция, я просто уточнила, что это касается рекламы.)

Закончив с покупкой рюкзака, почти настало время просмотра их фильма. Чу Фэн сложил все учебные материалы, книги и канцелярские принадлежности, купленные ими, затем отправился с ним на перевес на этаж, где находился кинотеатр. Помимо своего рюкзака, он так же закинул на спину и рюкзак Жун Юня, но там было всего несколько ручек, ему просто не хотелось, чтоб тот таскал тяжелое.

Перед проверкой билетов Чу Фэн купил ведро попкорна и два напитка, чтобы создать при просмотре нужную атмосферу, хотя это и мультфильм ...

Войдя, они оба нашли свои места, а когда уселись, Чу Фен передал Жун Юню попкорн. Фильм скоро начался, Чу Фэн съел немного попкорна и больше не двигался, но Жун Юнь, держа бумажное ведерко, ел во время просмотра сосредоточившись на просмотре, так что Чу Фэну было неловко беспокоить его.

В середине фильма завибрировал мобильный телефон Чу Фэна. Прошептав об этом Жун Юню, он направился к выходу из зала, чтобы ответить на звонок.

— Привет, брат? — ответил Чу Фэн в трубку.

— Где ты? — раздался голос Сун Биня.

— Смотрю фильм в кинотеатре, что случилось? — ответил он.

— Просто сегодня свободен, хочу увидеться с тобой, можем поужинать вместе, ты как, не против? — спросил его Сун Бинь. В первый день каникул он уже встретился с Чу Фэном в доме их деда. Он даже слышал, что Чу Фэн начал усердно учиться. Ему хотелось поговорить с ним, но возникли дела, срочно пришлось ехать в больницу на вызов. Поэтому он решил увидеться с ним в другой раз.

— Не против, я с Жун Юнем, — с Сун Бинем ему нечего скрывать свои отношения с Жун Юнем.

— Ничего страшного, возьми его с собой, — посмеялся в трубку Сун Бинь, услышав это.

— Хорошо. Место выбираешь ты, — раз старший брат хочет угостить их, то место, естественно, должен выбрать он.

— Отлично, сейчас пришлю адрес, — ответил тот.

— Ага.

Ничего не ответив Сун Бинь положил трубку.

Чу Фэн повернулся, чтобы вернуться в зал кинотеатра, но немного пройдя остановился. Немного подумав, он позвонил маме.

— Что случилось? — почти моментально ответила Сун Синь.

— Хочу кое-что с тобой обсудить. У Жун Юня никого нет дома, и я хочу пожить у него пару дней. Мы будем вместе готовится и делать задания, если возникнут вопросы, то всегда смогу к нему обратиться напрямую.

— А это не слишком хлопотно? — поколебавшись, спросила Сун Синь. В конце концов, для ее сына нехорошо беспокоить других во время праздников.

— Нет, я понимаю ситуацию. Мне тоже не очень нравится жить у других, ты же понимаешь это, — посмеялся он. У него не было привычки оставаться в чужих домах, даже если это школа. (?)

— Да. Тогда ладно. Я попрошу кого-нибудь прислать туда несколько смен одежды для тебя. Старайся быть благоразумным, и не издевайся над ним, понял? — напутствовала его Сун Синь.

— Понял, не волнуйся. Сегодня мы ужинаем с братом. Когда закончим ужинать, можешь отправить к дому Жун Юня водителя с одеждой. Он знает адрес его дома, — сказал Чу Фэн.

— Хорошо, позвони после того, как поешь, — она помнила, что в день, когда Чу Фэн вез одеяло в школу, он подобрал Жун Юня. И она совершенно не была против, чтоб ее сын обедал с ее племянником, они всегда были близки и постоянно перезванивались.

— Окей. Тогда, я кладу трубку.

— Угу.

Повесив трубку, Чу Фэн улыбнулся. Теперь нет необходимости позволять Жун Юню проводить каникулы в одиночестве.

Он испытывает перед Жун Юнем чувство вины, самообвинения, страдания, но так же и симпатии. Но он очень хорошо знал, что эти эмоции и добрые чувства не любовь, но они, казалось, были чем-то большим, чем любовь. Дело не в том, что Жун Юнь недостаточно хорош, но любовь – нечто очень серьезное, он должен отнестись к этому со всей серьезностью на которую способен. Только ответив на чистую любовь Жун Юня, он сможет быть достоин его привязанности к себе. Следовательно, ему необходимо время.

После окончания мультфильма, Чу Фэн рассказал Жун Юню об ужине с Сун Бинем. Тот оказался не против, и они пошли прямо в ресторан, забронированный Сун Бинем.

Они прибыли почти одновременно с Сун Бинем.

— Рад, что ты выглядишь хорошо, мне от этого легче, — при виде Жун Юня сказал Сун Бинь.

— Все благодаря стараниям Доктора Сун, — улыбнулся Жун Юнь.

— Я делал свою работу. Присаживайтесь. — сказал он.

Следовавший за Жун Юнем Чу Фэн сел напротив Сун Биня.

После того, как трое человек закончили делать заказы, Сун Бинь заговорил с Чу Фэном об учебе.

Сун Бинь ведь тоже когда-то учился на третьем году старшей школы, и тоже боролся за каждый балл. И, несмотря на то, что прошло несколько лет, он все еще помнил некоторые моменты, поэтому он хотел поделится этим опытом с Чу Фэном. Конечно, я также хочу, чтобы Жун Сюнь слушал и знал, каких результатов лучше всего достичь на каждом этапе.

Когда эти трое ели и болтали, между ними не было никакого напряжения, Сун Биня заботили результаты Жун Юня, чувствуя, что он более надежный, чем Чу Фэн.

Чу Фэн боялся, что из-за присутствия Сун Биня Жун Юнь будет стесняться набирать еду палочками, поэтому он взял на себя задачу прислуживать Жун Юню, желая чтоб он ел как можно больше.

После ужина Жун Юнь с Сун Бинем обменялись номерами телефонов. Сун Бинь попросил его звонить ему, когда у него возникнут какие-либо проблемы, и уделять больше внимания своему здоровью. Для старшеклассника на первом месте стоит их хорошее физическое состояние. Что касается отношений между Чу Фэном и Жун Юнем, то он ни о чем не расспрашивал, увиденного было достаточно, больше его не интересовало.

Поговорив с Сун Бинем, у Чу Фэна появились некоторые идеи по направлению своей учебы, так что ужин вышел плодотворным.

После ужина Сун Бинь отвез их домой. Машина подъехала к дому Жун Юня и Чу Фэн вышел из машины вместе с ним.

— Не идешь домой? — озадаченно спросил Сун Бин. Хотя еще не так поздно, почти пора возвращаться.

— Не беспокойся обо мне, — посмеялся Чу Фэн. — Водитель скоро подъедет. И мы купили полно книг для учебы, хочу оставить их у Жун Юня.

— Ладно тогда. Не задерживайся у Жун Юня до поздна, иначе помешаешь его отдыху, — не особо задумывался над этим Сун Бинь.

Возрождение и Искупление Глава 22.2: Выпуск рекламы

— Понял, — ответил Чу Фэн.

Попрощавшись с Жун Юнем, Сун Бинь уехал.

Сегодня они купили много книг, и Жун Юнь не спрашивая повел Чу Фэна к себе.

Зайдя в дом, Чу Фэн воспользовался моментом, пока Жун Юнь мыл руки, позвонил домой вызвав водителя.

Вымыв руки, Жун Юнь налил обоим по стакану воды, Чу Фэн тоже пошел мыть руки, потом они начали делить вещи.

— Похоже я не смогу израсходовать все это, мы столько всего накупили, — пока они покупали это было незаметно, но теперь, когда перебирали, стало понятно, какая же это гора.

— Главное выискать ключевые моменты, — улыбнулся Жун Юнь. — Некоторые темы будут затронуты только поверхностно, поэтому повторно их учить не надо. К тому же важные вопросы можно рассмотреть более детально.

Раз уж вернуть купленное нельзя, то лучше не давать пропадать им зря, хотя Чу Фэн выглядел так, будто у него болела голова, он продолжал этим заниматься.

— Ты прав, — согласился Чу Фэн, — Если завтра у нас все будет в порядке, давай попросим Шень-гэ дать нам еще уроков, как тебе? У нас есть еще несколько выходных, договоримся по три часа в день.

— Годится, — кивнул тот.

Не теряя времени даром Чу Фэн позвонил Шэнь Ши. Время занятий назначено на каждое утро с 8: 30 до 11: 30, так что он и Жун Юнем могли спокойно пообедать на улице, а во второй половине дня вернуться, чтобы, не откладывая, сделать задания.

Как только Чу Фэн закончил договариваться по телефону, их семейный водитель как раз прибыл. Как только Жун Юнь собирался его проводить, Чу Фэн небрежно сказал:

— Дай мне свой ключ.

— Ключ?

— Я сказал семье, что в эти дни не вернусь, а буду жить у тебя, — улыбнулс он.

Жун Юнь отупело на него посмотрел и, казалось, не знал, как реагировать.

— Где ключ? — снова спросил с улыбкой Чу Фэн. Жун Юнь указал на ящик обувного шкафа, взяв оттуда ключ Чу Фэн спустился вниз.

Когда Чу Фэн вернулся с двумя большими бумажными пакетами, он увидел, что Жун Юнь продолжает стоять, застыв на месте.

Но при виде него, его глаза вновь обрели яркость, они продолжали внимательно за ним следить, будто опасаясь, что Чу Фэн может исчезнуть.

Чу Фэн улыбнулся и положил вещи на журнальный столик, обнял Жун Юня сзади и сказал:

— Скорее приходи в себя.

— Ты и правда хочешь жить со мной? — будто моля его об этом, спросил Жун Юнь глядя на него.

— Мне привезли одежду, чтоб было во что переодеваться. Так о чем ты? Или не хочешь, чтоб я жил у тебя? — сказал на это со смехом Чу Фэн.

— Нет, — ответил он, а затем поспешно добавил, — Я... Просто я очень счастлив.

— Я тоже очень счастлив, — улыбка Чу Фэна стала шире. — Но я не взял с собой полотенце или зубную щетку. У тебя есть? Если нет, то сгоняю в супермаркет, куплю необходимое.

— Есть, — кивнул Жун Юнь.

— Хорошо, тогда иди прими душ, а затем мы вместе сделаем домашку, —учитель разослал много работ во время каникул, и Чу Фэн еще не закончил их.

— Ага, — согласился Жун Юнь, мило улыбаясь.

В течение следующих нескольких дней Чу Фэн жил в доме Жун Юня. По утрам они занимались с Шэнь Ши, а затем обедали в ближайших уличных ресторанчиках. По дороге домой, они заходили на рынок и покупали еды на ужин, после чего возвращались домой. Выпив совместный кофе, чтоб взбодриться, они принимались за выполнение подготовки к экзаменом или домашних заданий. Готовка ужина была на Жун Юне, он не готовил ничего сложного, пока этого в достатке всех устраивало. После ужина они вместе ходили гулять. А вернувшись мылись и опять принимались за учебу. Ложились спать они в положенное время.

Такое регулярное расписание, учебы и отдыха, позволило Чу Фэну хорошо выносить обучение, и его результаты за последние несколько дней были хорошими, отчего Жун Юнь даже похвалил его за большой прогресс.

В последний день праздничных каникул, по телевизору по основным каналам в прайм-тайм, начали крутить рекламу в которой снялся Чу Фэн. В то время Чу Фэн зубрил историю, когда ему позвонила Чу Жоу с этой новостью. Поскольку рекламные ролики перемежаются в середине телесериала, Чу Фэн рассчитал время следующего блока рекламы, включил телевизор при этом выключив звук, и продолжил учебу.

— Почему без звука? — спросил его вышедший из душа Жун Юнь.

— Я не сериал смотрю, а жду рекламу. Звонила Чу Жоу, сказала, что крутят рекламу в которой я снялся. Хочу глянуть, — рассказал ему все Чу Фэн.

Затем он отправил сообщение о рекламе матери, ведь это она поспособствовала его участию в ней, хотя Режиссер Ю видимо уже сообщил о ней. Вероятно, мать не говорила ему об этом, опасаясь повлиять на его занятия. Во всяком случае, он больше никогда не спрашивал, как будто ему все равно.

— Правда? Нужно тоже глянуть, — вытирая мокрые волосы полотенцем, Жун Юнь сходил в кабинет, вял учебники, и тоже сел у телевизора ожидая рекламы, просматривая их.

Они с Чу Фэном сидели рядом в ожидании поглядывая на экран. Сегодня последний день каникул, завтра в школу, а значит им рано вставать, поэтому сегодня они лягут пораньше, чтоб завтра у них было хорошее настроение.

Очередной эпизод сериала завершился и началась реклама, Жун Юнь включил звук и начал серьезно ждать нужной рекламы. Вскоре лицо Чу Фэна появилось по телевизору.

Свежий рекламный стиль, студгородок наполненный жизненными силами, полный юношеской энергией, красивый и солнечный образ Чу Фэна дает ощущение свободы и жизнерадостности, и его улыбка также особенно очаровательна. По сравнению с другими рекламами в том же блоке, реклама этого напитка действительно впечатляет, независимо от содержания или стиля, люди чувствуют себя очень естественно и комфортно.

Рекламный ролик длился меньше минуты, и вскоре прошел.

— Очень красивый, — улыбнулся Жун Юнь, глядя на Чу Фэна.

— Если бы ты снялся в этой рекламе, я бы точно купил напиток, даже если там только показали как ты сидишь и пьешь его, — сказал Чу Фэн поцеловав его и выключая телевизор.

— Подобная реклама ... — сказал Жун Юнь с легкой улыбкой, — Завтра мы купим две бутылки, хочу выпить этот напиток.

Ту коробку с напитками, принесенную Чу Фэном перед праздниками, они разделили на четверых, и там было всего три вкуса на выбор.

— Ладно, поставлю будильник, выйдем пораньше и позавтракаем в классе, — сказал Чу Фэн. Они могли бы отправиться спать в общежитие, но им не хотелось, поэтому они остались еще на одну ночь, а завтра они отправятся прямиком в школу.

— Угу, — кивнул тот.

Увидев, что время почти настало, Жун Юнь уложил недавно купленный школьный ранец и готовился ко сну. Завтра экзамен, и им нужно набраться энергии.

Возрождение и Искупление Глава 23.1: Экзамены

Глава 23: Экзамены

Рано утром Чу Фэн и Жун Юнь проверили воду, электричество и окна в доме, заперли дверь и поспешили в школу. Утром было довольно прохладно, но перед выходом из дома Чу Фэн специально попросил Жун Юня надеть шарф, чтоб он не замерз.

Когда они зашли в класс, то там оказалось немало народу, все они повторяли перед экзаменом, попутно завтракая. Сегодня и завтра череда экзаменов, никто не смеет пренебрегать учебой, торопились просмотреть еще несколько вопросов. Кто знает, может даже удастся сдать экзамен, если взглянуть утром еще раз?

Усевшись на свои места, Чу Фэн и Жун Юнь тоже начали просматривать вопросы по экзаменам во время завтрака, как и они. После такой организованной учебы, Чу Фэн теперь знает, на чем стоит сосредоточиться, а на что просто взглянуть чтоб знать о чем речь. Начиная с третьего года обучения в средней школе, их ежемесячные экзамены соответствуют той же модели и баллам, что и вступительные экзамены в университет. Все, чтоб они привыкли к этому и не ошибались.

Во время еды каждый раз, когда Жун Юнь случайно поднимал глаза, он замечал девушек тихо заглядывающих в его класс, хотя они не из их класса. Правда он не знал из каких они классов.

Заглянув в дверь их класса эти девушки отыскали там Чу Фэна, при этом их взгляды случайно пересеклись со взглядом Жун Юня, после чего смущенно убежали.

После нескольких подобных повторений, Жун Юнь понял, эти девушки видимо пришли к Чу Фэну, должно быть все из-за вышедшей вчера рекламы. В конце концов редко когда школьники снимаются в рекламе, да еще и такие симпатичные. Из-за любопытства или новизны естественно появится желание сходить взглянуть на нее.

— На что ты там смотришь? — заметив, что Жун Юнь часто поглядывает в сторону входа, Чу Фэн оглянулся туда, но ничего особенного не заметил, так что не понимал чем тот таак заинтересовался.

— Ничего такого, — ответил тот ему, решив не упоминать об этом. Скоро экзамены и он не хочет влиять на душевное состояние Чу Фэна. Хотя этот вопрос не должен повлиять на Чу Фэна, но, кто знает наверняка?

Собрав пакеты, оставшиеся от еды, Чу Фэн отнес их к мусорке у стены класса, попутно набрав горячей воды (из кулера видимо). Две бутылки с напитками, которые он рекламировал, еще не выпиты, так что можете оставить их до полудня.

Только он принес к их месту воду, как в класс вошли Гуй Хэн и Сы Сянь. Они видимо тоже не ночевали в общежитии, оставаясь дома до последнего.

— Фэн-гэ, ты снялся в отличной рекламе, — сразу же улыбнулся Гуй Хэн, при виде Чу Фэна.

— Почему вы двое вместе? — спросил их Чу Фэн, игнорируя похвалу.

— Встретились у школьных ворот, — ответил Гуй Хэн и ткнув его локтем, ухмыльнулся, — Едва мы поднялись на наш этаж, к нам подошла девушка и спросила не в одном ли мы классе.

Чу Фэн приподнял брови, но на этом больше никакой реакции дальше не последовало, не приняв в серьез. Он долгое время пробыл актером, и хорошо понимал временные увлеченности чем-то новым у столь юных девушек, особенно у таких богатеньких девушек с которыми он учился в школе. Но стоит к этому привыкнуть и интерес пойдет на спад.

— Как ваша учеба? — поинтересовался у него Чу Фэн.

Гуй Хэн скривился и лицо у него приобрело угрюмое выражение, ему явно не хватало уверенности в своих силах.

— Я в любом случае на праздниках дома не развлекался, почти все время учился, — с улыбкой сказал Сы Сянь, выглядев при этом довольно уверенно.

Сы Сянь всегда был очень сдержанным человеком и обладал сильным самоконтролем. Можно ведь поступить в университет и на следующий год после выпускных экзаменов, тогда будет полно времени для развлечений, но он определенно не тот человек, который так поступит.

Ученики собираются в классе один за другим, и многие из них обращают особое внимание на Чу Фэна, но они так же в курсе его репутацию, хотя некоторые люди все же осмелились поговорить с ним.

Вскоре в класс вошла классный руководитель Дун Фан, оглядев помещение, она удовлетворенно отметила, что явились все и с улыбкой произнесла:

— Похоже все на месте. Ну как, хорошенько подготовились на каникулах?

— Подготовились, — сказали ученики в унисон. Правда неизвестно правда это или нет.

— Что ж, позже я раздам вам карточки с номерами мест и классов на экзамене. Все возьмут свои канцелярские предметы и начинают готовится к экзамену. В полдень все возвращаются в свой класс, а после дневного экзамена все могут возвращаться в общежитие. Если у вас есть вопросы, то можете прийти в учительскую, и найти меня во время перерыва. Хочу всем вам напомнить, чтоб вы показали все на что способны, и не списывайте, иначе, если вас поймают, за экзамен получите ноль баллов. Перед вторым экзаменом хорошенько подкрепитесь, чтоб хватило сил. — в конце концов экзамены – это колоссальное напряжение для ума, и ей обязательно нужно напомнить все нюансы. — У кого-нибудь есть еще вопросы?

— Нет.

— Тогда, повторяйте пока не прозвенит звонок, после звонка займите свои места согласно номеру на вашей карточке, — сказав все организационные вопросы Дун Фан раздала карточки с номерами мест и классов. Так же она разместила на партах номера, чтоб дети, пришедшие на экзамен, смогли без труда занять свои места.

Получив свою карточку, Чу Фэн посмотрел на информацию там. В ней были указаны его имя, класс, класс где проходит экзамен и номер места. Он сдает экзамен в классе 3, а Жун Юнь останется в их собственном классе, поэтому ему нет необходимости менять классные комнаты, просто пересядет.

— После утреннего экзамена, подожди меня здесь, поедим вместе, — сказал Чу Фэн.

— Хорошо, — кивнул Жун Юнь, от того, что он будет сдавать экзамен в своем классе, он почувствовал облегчение.

Раздался звонок, и Чу Фэн взял свой школьный портфель и приготовился идти в трети класс.

— Постарайся, — прошептал ему Жун Юнь.

— Ты тоже, — улыбнулся ему Чу Фэн.

Жун Юнь проводил взглядом уходящего из класса Чу Фэна, после чего отнес свои вещи на назначенное место.

На экзамене время прошло совсем незаметно, в мгновении ока утро закончилось.

Поскольку всех четверых распределили в разные классы, Чу Фэн отправил сообщение, чтоб встретится в столовой в полдень, а сам вернется в класс забрать Жун Юня и пойти с ним на место встречи.

Жун Юнь не хотел давить на Чу Фэна, потому не спрашивал, как у него дела на экзамене.

— Что хочешь съесть на обед? — спросил у него Чу Фэн. Экзамены были тяжелыми, поэтому ему хотелось побаловать Жун Юня.

— Жареные кольца кальмаров, — заказал Жун Юнь. Когда он их попробовал, то ему очень понравилось, теперь он ел их два-три раза в неделю.

— Слушаюсь, — ответил тот.

Возрождение и Искупление Глава 23.2: Экзамены

Зайдя в маленькую столовую, Чу Фэн обнаружил, что сегодня там намного больше людей, чем обычно, и шумнее обычного. Но ему все равно, ведь он не единственный желающий побаловать себя во время экзаменов.

— Сюда, — помахал им рукой Гуй Хэн.

Чу Фэн кивнул друзьям, показывая, что подойдут, как только выберут еду, а затем повел Жун Юня к раздаче.

— Брат (Гэ), — Чу Жоу не заметила, когда он успел прийти сюда, поэтому похлопала Чу Фэна сзади, затем повернулась к Жун Юню рядом с Чу Фэном, тоже поприветствовав его, — Старший, — улыбнулась она ему.

— М-гм, — ответил на это он.

На самом деле, Чу Жоу тоже любит есть в маленькой столовой, но, поскольку она ходила сюда со своей хорошей подругой, ей неудобно сидеть с Чу Фэном и остальными. В конце концов, у девочек есть свои маленькие секреты, о которых нужно поговорить, так что они обычно просто здороваются.

— Сегодня много народу, думаю Хэн-гэ занял вам место, ничего страшного, если мы тоже к вам присоединимся, — с миленьким видом обратилась Чу Жоу к Чу Фэну.

— Хорошо, — естественно Чу Фэн не стал отказывать сестре, чтоб она с подругой посидела с ними за обедом.

Подруга, пришедшая с Чу Жоу, смотрел на Чу Фэна ярким взглядом, с небольшой застенчивостью, она явно стеснялась заговорить.

После того как все четверо расплатились со своих карточек на еду, взяли еду и направились к столику Гуй Хэна.

— Фэн-гэ, как думаешь, сколько же из находящихся здесь людей тебе завидуют? — ухмыльнувшись спросил Гуй Хэн, когда они сели.

— Чему там завидовать, это просто заработок. Ешь себе спокойно. — сказал Чу Фэн. Несмотря на то, что он снялся в рекламе, до индустрии развлечений ему как до луны. ОН не успокоится на одной рекламе, только потому-что стал немного популярным. В конце концов он уже бывалый, и эти вещи он уже испытал, зная что по чем.

— Думаю брат Хэн прав, брат. Несколько одноклассниц в моем классе сегодня расспрашивали меня о тебе, — она никогда не скрывала, что сестра Чу Фэна, поэтому многие знали о ее близости с ним.

— Ешь давай, не повторяй глупостей за своим Хэн-гэ, — Чу Фэн сунул Чу Жоу блюдо, а к себе пододвинул то, что любит Жун Юнь.

— Это не глупости, — опустив голову, ЧУ Жоу съела немного, а затем вновь подняла, обращаясь к Сы Сяню и Жун Юню, — Старший Жун Юнь, Сянь-гэ, что думаете вы?

Жун Юнь слабо улыбнулся и не сказал ни слова, он уже отметил реакцию девушек сегодняшним утром.

— Твой брат все прекрасно понимает, не стоит беспокоится, — ответил ей Сы Сянь.

Хотя в кафетерии было слишком много народу, никто не лез к Чу Фэну с разговорами. В большинстве случаев это просто взгляды, никак на них не влияющие. Поев они шли обратно, и Чу Фэн заметил у магазинчика в столовой продающиеся чупа-чупсы, и захотелось купить один для Жун Юня. Но Чу Жоу тоже была там, и, очевидно, покупать одному человеку неправильно. Он просто купил их на всех, раздал, а свой сунул в карман, позже он отдаст его Жун Юню в качестве бонуса.

Подруга Чу Жоу очень обрадовалась получив леденец, врученный Чу Фэном, и покраснев мягко поблагодарила его.

Чу Фэну было все равно на нее, а вернувшись к Жун Юню, он увидел, как тот держит во рту леденец, и выглядит очень милым. Когда он разговаривал, то от него шел ванильно-шоколадный запах, он будто превратился в один большой леденец.

При виде подруги, покрасневшей от подарка брата, то Чу Жоу не волновалась на ее счет, она не какая-то озабоченная, а хорошо воспитанная тихая девушка, не влюбляющаяся при первой встрече, поэтому спокойно привела ее за стол к брату.

Двухдневный экзамен закончился в мгновение ока. Только на следующую ночь, когда они вернулись в свою комнату, Жун Юнь спросил Чу Фэна, как он сдал.

— Точно лучше, чем раньше, — улыбнулся Чу Фэн.

— Это хорошо, — на самом деле, пока есть прогресс, у него нет высоких требований к результатам Чу Фэна.

— Я так привык с тобой спать, — прошептал он, наклонившись к уху Жун Юня. — А вернувшись в общежитие, мне все время кажется, что мне чего-то не хватает, когда сплю в одиночестве.

Лицо Жун Юня мгновенно вспыхнуло жаром, он оттолкнул Чу Фэна, а затем схватив сменную одежду поспешно убежал в ванную. Иногда Чу Фэн произносил такие вещи, которые он вообще не мог вынести. От них он чувствовал, что не может дышать, но так же очень волновался.

Чу Фэн слегка усмехнулся и не стал его преследовать. В конце концов, это общежитие, а не дом Жун Юня, светиться не стоит.

На следующий день перед уроком Дун Фан позвала Чу Фэна в учительскую.

— Я видела рекламу, в которой ты снялся, также слышала, как многие девушки обсуждают тебя между собой, — серьезным тоном заговорила с ним Дун Фан. — Если ты хочешь развиваться в этом направлении, ни школа, ни учителя не будут вмешиваться. Однако мы надеемся, что ты не начнешь творить глупостей из-за ранней любви, и мешать тем самым своей учебе.

— Вам не стоит беспокоится, я не стану заводить отношений с девушкой, — поклялся Чу Фэн.

— Это хорошо, — изначально она опасалась ранить Чу Фэна своим предупреждением, но похоже Чу Фэна это вообще не трогает, — Ты сейчас очень популярен, и для детей такого же возраста, как ты, нормально гоняться за звездами, я даже могу это понять. Но это временно. Надеюсь, ты не бросишь учебу из-за временной популярности.

— Я понимаю, — улыбнулся Чу Фэн.

— Хорошо. Тогда можешь идти, — сказала она в итоге.

— Зачем тебя вызывала учитель Дун? — наклонился и тихо спросил его Жун Юнь, когда он вернулся в класс, — Это по-поводу экзаменов?

— Это не имеет ничего общего с экзаменами, это связано с ранней любовью, — улыбнулся он.

У Жун Юня расширились глаза, но, подумав еще раз, он понял, почему классный руководитель Дун хотела с ним поговорить.

— Я обещал ей, что не стану встречаться с девушкой. Но я не обещал, что у меня не будет парня, — прошептал Чу Фэн.

Жун Юнь почувствовал, что его уши, будто, обожжены жаром выдыхаемым Чу Фэном. Он быстро сел прямо, перестав задавать вопросы, начав старательно читать свой учебник, его смущение выдавали только покрасневшие уши ...

Возрождение и Искупление Глава 24.1: Оценки

Глава 24: Оценки

Результаты экзаменов появились очень быстро. После урока все ученики в классе столпились желая узнать свои оценки. Чу Фэн не позволил Жун Юню толочься в толпе и сам пошел проверять. В классе шумно и кажется даже более оживленно, чем на овощном рынке. Хотя это не настоящий вступительный экзамен в университет, это в любом случае экзамен, и результаты всегда радостные или печальные, но результаты на этом этапе также могут дать студентам понять, что им следует повторить на следующем этапе.

— Сколько очков? — спросил Жун Юнь, когда Чу Фэн вернулся, схватившись за край его одежды.

— У тебя общий балл 681, третье место в классе, седьмое на потоке, сообщил Чу Фэн. На самом деле, видя достижения Жун Юня, Чу Фэн почувствовал себя очень неуютно. Это не потому, что он завидовал хорошим оценкам Жун Юня из-за собственных оценок, а потому, что он думал, что в своей предыдущей жизни у Жун Юня тоже были такие хорошие оценки, но он в конце концов все бросил, полностью отказавшись от будущего. Он не только не закончил учебу, но и всю жизнь страдал от депрессий. Из-за этого он чувствовал себя очень подавленным.

— Как насчет твоих? — Жун Юня, похоже, не волновали свои оценки.

— 544 балла, девятнадцатый в классе и двухсотый в на потоке, — сказал Чу Фэн.

— Большой прогресс! — Жун Юнь радостно улыбнулся, ведь раньше Чу Фэн всегда оказывался в самом конце.

— Да. — этот результат действительно превзошел его ожидания, но он все равно не мог по-настоящему радоваться.

— Что случилось? — поинтересовался Жун Юнь, заметив его поникшее состояние. — Недоволен? Тебе не нужно так расстраиваться. До вступительных экзаменов в универ еще полно времени.

— Я не расстроен. Просто чувствую ... — Чу Фэн никак не мог рассказать о своих чувствах, только и мог сказать, — У тебя такие хорошие оценки, вот и почувствовал внезапно, что не достоин тебя.

— Что ... — для Жун Юня было неожиданностью, что Чу Фэн подумает в таком ключе.

— Ты и правда слишком хорош для меня, — Чу Фэн действительно чувствовал, что, как бы он ни старался, он не был достоин такого хорошего Жун Юня.

— Но я не хочу быть с тобой порознь, никогда не хочу разлучаться... — внезапно сказал он.

Эти слова стали неожиданностью для Чу Фэна, после них его подавленное настроение было разрушено, позволив им сиять в его душе подобно солнцу, согревая.

— Я не разлучусь с тобой, — тихо сказал он улыбнувшись.

— Тогда не говори таких вещей, как будто ты не хочешь быть со мной... — ворча сказал ему Жун Юнь.

— Не думай об этом, я больше не буду так говорить, — поспешно ответил он. При этом у него промелькнула мысль, что ему не следует говорить подобного Жун Юню, ведь он все еще очень чувствителен. Вместо того, чтобы говорить такое, ему нужно подумать о том, как стать достойным Жун Юня.

— Угу, — согласно кивнул Жун Юнь.

— Ты отлично сдал экзамены, я тоже добился некоторых успехов, — сказал Чу Фэн незаметно взяв его за руку под столом. — Как насчет сходить отпраздновать это на выходных?

— Хорошо, — согласился Жун Юнь, подумав, что это действительно стоит отпраздновать. Хотя результат Чу Фэна был далеко позади, он действительно намного улучшился, по сравнению с прежними его оценками.

— Тогда выбирай место, — улыбнулся Чу Фэн.

— Ага, — увидев, что он в хорошем настроении, Жун Юнь тоже воодушевился.

В полдень Дун Фан раздала всем табеля с итогами. По ее словам, подписи родителей не нужны, это только для сравнения с оценками на будущих экзаменах, так что ученикам лучше их сохранить.

Взяв табель Чу Фэна, Жун Юнь начал внимательно его изучать, обнаружив, что тот написал английский на отлично. Он действительно не знал, что английский у Чу Фэна настолько хорош, но, учитывая семейное происхождение Чу Фэна, возможно, семья специально нанимала ему репетитора, убедив его изучать его. Но он не думал об этом слишком тщательно. Язык и литература тоже приемлемы, в пределах нормы. По ним можно почитать дополнительную литературу, но есть еще много возможностей для улучшения. Хуже всего математика, оценка за нее сильно снизила общий балл. Хотя он и на гуманитарный идет, точные науки нужно знать, а эти 88 баллов просто ужас.

— И английский, и китайский – хорошо, а математика и литература нуждаются в доработке, подтянуть их и будет хорошо, — подытожил Жун Юнь.

— Ага, понял, — ответил Чу Фэн. Ему нравилось, как Жун Юнь вел себя подобно маленькому учителю, помогая ему анализировать результаты, боясь обидеть его он очень внимательно слушал.

— На этот раз ты хорошо сдал экзамен и добился большого прогресса, — сказала ему подошедшая к их парте Дун Фан выдавшая все табели. — Продолжай усердно трудится.

— Хорошо, так и буду, — улыбнулся Чу Фэн и кивнул.

Улыбнувшись ему в ответ она больше ничего не говорила, а повернулась и направилась к Гуй Хэну. Хотя на этот раз результаты Гуй Хэна не очень хороши, он все же лучше, чем его прежде.

После школы все четверо пошли ужинать в кафетерий.

На этот раз успеваемость Сы Сяня была также очень стабильной. Он сдал экзамен на 675 баллов. Он был четвертым в классе и девятым на потоке. Как и Жун Юнь, он был учеником, о котором учителю не нужно беспокоиться.

Увидев опущенную голову Гуй Хэна, Чу Фэн медленно сделал несколько шагов, пропуская Жун Юня с Сы Сяня вперед, и, подойдя к Гуй Хэну спросил:

— Сильно ругали?

— Немного, — Гуй Хэн схватился за волосы и сказал, — Фэн-гэ, на этот раз ты реально хорошо сдал.

— Я взялся за ум чуть раньше тебя, к тому же мне сильно помог английский, а вот с математикой у меня те еще проблемы. Теперь ты студент по специальности, поэтому давление на уроках культуры может быть не таким большим, и тебе не нужно слишком нервничать по этому поводу, вначале всегда сложно. Ты только начал учится, и сразу под экзамен попал, немудрено, что ты плохо сдал. Я же спокойно учился целый месяц, — утешил его Чу Фэн.

— Верно. Учитель похвалила меня сегодня, — улыбнулся Гуи Хэн.

— Да. Меньше гуляй, больше учись, и все получится, — сказал Чу Фэн.

— Знаю. В последнее время я не болтался с теми парнями.

Чу Фэн перестал гулять в компании Ю Чжимина и остальных. Он попросту потерял интерес к развлечениям такого рода. Он и правда успокоился.

— Ага. Лучше делать домашку самому. А если что-то не получится, то можно спрашивать у учителя, Сы Сяня или Жун Юня, так дело пойдет намного быстрее, — сказал Чу Фэн.

— Понял, — ответил Гуй Хэн.

Возрождение и Искупление Глава 24.2: Оценки

Подбадривая, Чу Фэн похлопал его по плечу. Еще не поздно увидеть результаты следующего экзамена.

Когда они шли к маленькой столовой, внезапно выбежала девушка и преградила путь Чу Фэну. Затем она вручила розовый конверт со словами:

— Ты мне очень нравишься, Чу Фэн.

Если честно, такой способ признания в любви очень смелый. Обычно девушки тайно отправляют любовные письма через других или тайно кладут их на стол понравившегося парня. Такое публичное признание не часто, ведь обычно они заботятся о собственной репутации.

Кто-то блокировал путь ради признания, Гуй Хэн невольно присвистнул на это. Шедшие спереди Сы Сянь и Жун Юнь тоже остановились. Сы Сянь безучастно наблюдал за представлением, а Жун Юнь взглянул на Чу Фэна, затем на девушку, после чего склонил голову.

Жун Юнь предполагал, что такое может случиться в последующие днм после показа рекламы, снятой Чу Фэном. Но Чу Фэн все время оставался с ним и не разговаривал ни с одной девушкой, он было подумал, что надумывает. И оказывается, дело не в том, что он надумает, просто таких смелых девушек не так много.

Жун Сюнь даже знал эту девушку, она считалась самой красивой девушкой в школе по имени Ци Хуэйно. Она очень красива и хорошо учится. Он слышал, что эта девушка хочет поступить в киноакадемию и развиваться в индустрии развлечений.

Другим, знавшим Ци Хуэйно, оказался Гуй Хэн. На первом году обучения в старшей школе Гуй Хэн встречался с девушкой и она частенько сидела с ними во время обедов. Но затем он расстался со своей девушкой и больше не контактировал с Ци Хуэйно.

— Извини, у меня уже есть кто-то, кто мне нравится, — бросив на нее мимолетный взгляд ответил Чу Фэн.

— Лжешь! — тут же возразила она, — Я спрашивала, у тебя нет девушки.

— У меня есть тот кто мне нравится, это мое дело, так зачем мне докладывать другим? — подняв брови сказал Чу Фэн. — Если другие не знают, это не значит, что у меня никого нет.

— Чу Фэн, ты мне очень нравишься, я уже давным-давно влюблена в тебя. Я не возражаю, если у тебя есть девушка, я могу ждать тебя! — серьезно сказала она.

— Ты не в моем вкусе, так что нет. До встречи. — после этих слов он просто прошел мимо. Когда он подошел к Жун Юню, он улыбнулся и сказал, — Идем быстрее, а то твои любимые кольца кальмаров не останется.

— О, — Жун Юнь быстро последовал за ним. Отношение Чу Фэна к Ци Хуэйно было очень отчужденным, и он в конечном счете обрадовался этому.

Поглядев на уходившего Чу Фэна, Сы Сянь тоже последовал за ним.

Гуй Хэн тоже собирался уйти. Он не знал, действительно ли есть кто-то нравящийся Чу Фэну. Но он мог с уверенностью сказать – Ци Хуэйно ему точно не по вкусу, и влазить в это дело он не хочет.

Но всего через пару шагов после того, как он отошел, Ци Хуэйно схватила его и запихнув в руки письмо, сказала:

— Гуй Хэн, помоги мне передать Чу Фэну письмо, может прочев его он передумает.

— Разве Чу Фэн не прояснил это? — Гуй Хэн не осмелился вмешиваться в дела Чу Фэна, иначе тот прибьет его.

— Из уважения к Сяо Мэн, пожалуйста, помогите мне хоть раз? — взмолилась Ци Хуэйно с очень жалким выражением лица.

Сяо Мэн, упомянутая ею, бывшая девушка Гуй Хэна Доу Мэн.

При упоминании Доу Мэн, Гуй Хэн больше ничего не чувствовал. Он влюбился в Доу Мэн с первого взгляда в старшей школе, искал ее расположения, покупая ей дорогие и очень популярные в то время вещи, помогал ей делать домашнее задание и ходил покупать для нее еды посреди ночи ... Позже родители Доу Мэн прознали об их ранней влюбленности, пришли в школу к учителю и даже потребовали у того позвонить его родителям. Оказалось, что когда родители Доу Мэн узнали обо всем, она сказала им, что Гуй Хэн принуждает ее к этим отношениям. И он ей совсем не нравится. Будто бы Гуй Хэн сказал, что, если она не будет встречаться с ним, он сделает ее изгоем в классе, заставив одноклассников избегать ее, помешает ей заводить друзей и будет издеваться над ней. Именно поэтому ей только и оставалось, что подчиниться Гуй Хэну.

В то время у Гуй Хэна не было возможности опровергнуть эту ложь. В конце концов, едва он поступил в школу, то заимел репутацию одного из главных хулиганов. Кроме того, Доу Мэн в то время так плакала и заливалась слезами, как будто над ней и правда издевались, Гуй Хэну больше никто не верил, ему оставалось только молчать. Никто не знал, но Гуй Хэну тогда было по-настоящему грустно и паршиво на душе.

Его отец ударил его на глазах у родителей Доу Мэн. С тех пор он не знал как ему быть, совершенно запутавшись. Среди всех людей единственным человеком, верившим ему, был Чу Фэн, но его в то время не было в школе, поэтому помочь он никак не мог. Когда Чу Фэн вернулся, и ясно объяснил все его родителям, дело уже окончилось.

Девушка сказала это для самозащиты. Гуй Хэн ничего не мог сказать о ней, но как ему быть со своим разбитым сердцем?

— Идем, Гуй Хэн, — окликнул его Сы Сянь, ушедший вперед, заметив, что он отстал.

— Иду, — откликнулся пришедший в себя Гуй Хэн, сунул письмо в руки Ци Хуэйно и нагнал друзей.

Ци Хуэйно посмотрела на уходящую четырку, в глазах у нее плескался гнев, как будто чувствовала унижение, а лицо у нее выглядело перекошенным. В этот момент из-за дерева вышла еще одна девушка, это была Доу Мэн. Она хотела сказать что-то Ци Хуэйно, убедить в чем-то, но та лишь фыркнула на нее, отвернулась и побрела в спальню. Доу Мэн чуть поколебалась, но все же догнала ее.

После еды Чу Фэн повел Жун Юня прогуляться по школе.

— Не беспокойся об этой девушке, ты же знаешь мое мнение, — сказал Чу Фэн. Пока с ними Сы Сянь и Гуй Хэн, ему неудобно объясняться перед Жун Юнем.

— Эн. На самом деле, ты, должно быть, нравишься многим девушкам, но она единственная, у кого есть смелость признаться публично... — Жун Юнь считал, что по крайней мере ее храбрость достойна похвалы.

— К счастью, здесь не так много людей, иначе учителю пришлось бы снова провести со мной беседу, — улыбнулся Чу Фэн.

Жун Сюнь помнил, как их классная руководительница вызывала Чу Фэна на беседу, и помнил слова Чу Фэна после этого.

— Брат, старший Жун Сюнь, — позвала их подошедшая Чу Жоу, передав небольшую коробку в руки Жун Юню. — Думала позвонить брату и вызвать его ко входу в общежитие, но неожиданно наткнулась на вас здесь. Купила тортик, попробуй, старший.

— Зачем это? Немного смущает. — сказал Жун Юнь на ее действие. Ведь это он старший, а значит само собой разумеется, что именно он должен делать подарки Чу Жоу.

— Зачем? Старший так усердно старается в обучении моего братца. Я видела его табель, он так улучшился. Это все твоя заслуга. Вот и хочу угостить старшего этим тортом, как выражение моей признательности, — улыбнулась Чу Жоу.

— Не говори так, это твой брат много работал, — смущенно улыбнулся он принимая торт.

— Это тоже воздействие старшего. Давай пообедаем, старший, когда будет время, — Чу Жоу сладко улыбнулась, а лицо у нее порозовело, а взгляд, направленный на Жун Юня, таил в себе чувства.

При виде сестры в таком состоянии, Чу Фэн не мог не заволноваться, что, возможно, ему не стоит ждать, пока Чу Жоу вырастет, прежде чем говорить с ней о нем и Жун Юнь. Возможно, лучше всего развеять ее надежды пораньше.

Возрождение и Искупление Глава 25.1: Стратегия*

Глава 25: Стратегия

После того, как Чу Жоу ушла, Жун Юнь улыбнулся Чу Фэну со словами:

— Этот торт довольно большой. Как вернемся, поделим на всех.

— Угу, — поняв, что тот не намерен продолжать прогулку, Чу Фэн вернулся вместе с ним. Поколебавшись мгновение, Чу Фэн спросил, — Что думаешь о Чу Жоу?

Подняв на него взгляд, Жун Юнь, без задних мыслей о причине такого вопроса, с улыбкой ответил:

— Лучше всех, ах, у нее прекрасный характер, и внешность милая.

— Она – твой тип? — Чу Фэн хотел бы знать, что Жун Снь в конце концов думает о Чу Жоу.

Жун Юнь на мгновение опешил, застыв на месте, улыбка на лице исчезла, а на лице явственно проступило огорчение, и он сказал:

— Мне... Девушки не нравятся...

Чу Фэн раздраженно шлепнул себя по лбу. Задумавшись о Чу Жоу, он проигнорировал вопрос о сексуальной ориентации Жун Юня.

— Прости, мне не следовало спрашивать такое. — немедленно извинился перед ним Чу Фэн. Что касается Чу Жоу, он больше не намерен скрывать свои с Жун Юнем отношения, — Жун Юнь, я всегда думал, что ты можешь нравится Чу Жоу. Нравится, как мужчина нравится женщине.

— А? — Жун Юнь никогда не думал о ней в таком направлении, — А не надумываешь ты часом?

Если бы не было прошлой жизни, у Чу Фэна, возможно, и в мыслях бы не возникла подобная идея. Но вспоминая, как она хваталась за его одежду и молила вернуть ей Жун Юня, он не осмелился относится к этому легкомысленно. Он действительно не мог отдать Жун Сюня Чу Жоу. Чу Жоу может обрести свое собственное счастье, а счастье, которого желал Жун Юнь – это быть с ним. Он не мог уклоняться или не хотел уклоняться от этого.

— Подожди, когда я найду время поговорить с ней, — лучше сказать это пораньше. На самом деле, девушки лучше умеют скрывать заветные мечты, чем мальчики. Чу Фэн действительно не хочет в конечном итоге испортить с Чу Жоу отношения без возможности примирения.

— Думаю, лучше не говорить ей об этом, это может ранить ее достоинство, — сказал Жун Юнь покачав головой, подумав над этим. — В особенности потому-что ты ее старший брат, вы будете постоянно сталкиваться, и это нехорошо.

Чу Фэн размышлял, как провернуть это дело с наилучшим результатом, но так и не смог придумать ничего путного.

— Давай поступим так, — предложил Жун Юнь, — Если она действительно мне признается, я скажу ей, что не заинтересован в девушках.

— Как это может сработать? — нахмурился Чу Фэн. Пока что он не желал распространяться об ориентации Жун Юня кому бы то ни было.

— Правда – лучший способ. Чу Жоу не разговорчивая девушка, думаю, она сумеет держать это в секрете, — с улыбкой посмотрел на него Жун Юнь, — Если выпадет шанс, то, для начала, скажи ей, что у меня уже есть тот, кто мне нравится. Тогда она будет морально к этому готова. Возможно, узнав это, она даже сдастся.

— Забудь об этом, — вздохнул Чу Фэн, тоже подумав над ситуацией. — Рано или поздно она узнает о наших отношениях. Я представлю тебя ей, как своего парня, чтоб она перестала думать о тебе. Так будет лучше и для нее, и для нас. Как ты упомянул – Чу Жоу не из болтливых. Я также считаю, что она умеет хранить секреты и поймет наши отношения.

— Это нормально? — удивился тот решением Чу Фэна. Жун Юнь действительно не ожидал, что Чу Фэн так скоро представит его Чу Жоу. На самом деле в глубине души он был счастлив, но неизбежно немного нервничал. В конце концов, это сестра Чу Фэна, и это не сильно отличалось от встречи с родителями.

— Пока ты не против. Если сумеем привлечь ее на свою сторону, позже мне будет легче рассказать о нас родителям, — улыбнулся Чу Фэн.

Он считал новую стратегию, придуманную им сейчас, вполне хорошей. Чу Жоу девушка не упрямая. Она очень разумна и проста в общении. Так что, если она примет их чувства и встанет на их сторону, давление со стороны семьи на него сильно уменьшится.

Покамест они определились со своим планом, а потом пригласят Чу Жоу на совместный ужин.

Между занятиями Жун Юнь пошел в туалет, а на обратном пути в класс кто-то внезапно преградил ему путь. Жун Юнь взглянул на этого человека и обнаружил, что его остановила не кто иная, как Ци Хуэйно, признавшаяся вчера в школе Чу Фэну.

— Чем могу помочь? — сделав небольшой шаг назад спросил он ее.

Оглядев его с ног до головы, Ци Хуэйно вытащила розовый с синим узором конверт и сказала:

— Пожалуйста, передай для меня это письмо Чу Фэну.

— Разве Чу Фэн не разъяснил тебе все вчера? — спросил Жун Юнь моргнув.

— Разве? — едва заметно нахмурила она брови. — В тот день было слишком много людей, он просто смутился.

Жун Юнь не дурак, понимая, что это просто оправдание, Ци Хуэйно не желала сдаваться просто так. Но на этот раз Ци Хуэйно нашла не того человека, он в любом случае не будет передавать это письмо.

— Извини, тебе лучше передать ему самой, — сказав это Жун Юнь хотел уйти.

— Эй, почему ты такой? — сказала Ци Хуэйно схватив его за рукав. — Разве вы с Чу Фэном не сидите за одной партой? Это же небольшое усилие. Тебе, что тяжело? Пожалуйста, сделай мне маленькое одолжение. Пожалуйста?

Повернув голову, Жун Юнь выдернул у нее из рук свой рукав, аккуратно приведя его в порядок, он сказал:

— Не думаю, что неправильно понял слова Чу Фэна, поэтому не смогу помочь тебе.

Если он поможет Ци Хуэйне с передачей письма Чу Фэну, он был бы сумасшедшим, ведь даже он сам не писал ему писем!

Поняв, что он этого не сделает, Ци Хуэйно решила не давить на него больше, ведь перерыв между занятиями не вечен, она просто решила спросить его еще кое-что:

— Скажи, а то что сказал мне Чу Фэн правда? Он правда встречается с кем-то?

— Правда, — без колебаний ответил Жун Юнь

— Кто это? — мгновенно вспыхнули глаза Ци Хуэйно.

— Без комментариев. — Эта Ци Хуэйно – его соперница, как он мог сказать ей хоть слово?

— Ты ... — Ци Хуэйно так разозлилась, что не могла говорить.

— Жун Юнь, ты чего здесь торчишь? — заметив, что тот все не возвращается, Чу Фэн вышел на его поиски. В результате, едва выйдя, он обнаружил стоявшего в коридоре Жун Юня, а напротив него девушку, встреченную ими вчера. Вчера за обедом Сы Сянь сказал, что эту девушку, похоже, зовут Ци Хуэйно.

Услышав голос Чу Фэна, у Ци Хуэйно тут же появилась нежная улыбка.

Возрождение и Искупление Глава 25.2: Стратегия*

— Заходи давай, урок вот-вот начнется, — сказал Чу Фэн Жун Юню, не обращая на девушку внимания.

— Ага, — проигнорировав Ци Хуэйно Жун Юнь быстро подошел к Чу Фэну, и они вместе вошли в класс.

Нежная улыбка Ци Хуэйно, которой никто не восхитился, тут же сошла с ее лица. Она крепко стиснула зубы, и казалось, послышался звук скрежета зубов. Когда прозвенел звонок на урок, Ци Хуэйно которая не могла больше там оставаться, прошептала:

— Подождем – увидим, Жун Юнь, — сказав это она отбросила волосы за спину и ушла.

Ни в чем неповинный Жун Юнь не знал, что Ци Хуэйно его возненавидела лютой ненавистью...

— Зачем она искала тебя? — тихо спросил Чу Фэн, прежде чем пришел учитель.

— Хотела передать через меня любовное письмо для тебя, — начав вести себя мило, Жун Юнь продолжил, — Не хочу передавать его тебе. Я не Купидон, и помогать в любви другим людям в мои обязанности не входит.

— Но ты можешь им стать, — наклонился к нему и зашептал ему на ухо, подразнивая. — Я куплю тебе пару маленьких крылышек и маленький лук со стрелами. Будешь с обнаженной попкой и с лукам и стрелами в руках. Это будет незабываемый образ.

Лицо Жун Юня залилось краской и он отвернулся, решив его игнорировать. Да кто захочет щеголять голой задницей?! Если Чу Фэну такое по-вкусу, он может сам так наряжаться! Он не такой!

В полдень Чу Фэну позвонила мама.

— Извини, что беспокою, ты ел? — спросила Сун Синь с улыбкой в голосе, явно в хорошем настроении.

— Уже поел и иду в класс, — сказал Чу Фэн.

— Слышала вчера от твоей сестры, что ты хорошо сдал этот ежемесячный экзамен. Почему ты не сказал мне об этом? — снова улыбнулась Сун Синь.

— Это просто ежемесячный экзамен, — психологический возраст Чу Фэна прошел стадию, когда он просил родителей похвалить его за хороший результат.

— Ого, — тон Сун Синь звучал несколько беспомощным, — Не переусердствуй в работе и береги себя. На следующей неделе у меня начинаются съемки. Ты хорошо справляешься, теперь могу о тебе не беспокоится.

— Я знаю, не волнуйся, — Чу Фэн знал, что его мать не останется дома надолго, и съемки важная часть жизни для нее, можно даже сказать, что они и есть ее жизнью.

— Как прошли экзамены Жун Юня? — спросила Сун Синь об оценках Жун Юня.

— Хорошо, третий в классе, седьмой на потоке, — улыбнулся Чу Фэн.

Услышав, что его упомянули в разговоре, Жун Юнь взглянул на него.

— Вот и славно, не хочу, чтоб его успеваемость снизилась, — сказала довольная этим Сун Синь. — Мои свободные деньки закончились. Когда в следующий раз у меня выпадет свободное время, я обязательно должна пригласить Жун Юня к нам домой пообедать.

— Угу, я понимаю, — ответил Чу Фэн.

— Мгм, у меня есть кое-что, что я хотела бы обсудить, — после того, как Сун Синь похвалила Чу Фэна за его достижения, ей все же пришлось перейти к обсуждению деловых вопросов.

— Тогда слушаю, — Чу Фэн был весь внимание.

— Реклама, в которой ты снялся, получила очень хороший отклик. Многие компании спрашивают о тебе, а некоторые ищут как с тобой связаться. Я разобралась с этим за тебя, но не давала никакой точной информации. — рассказала Сун Синь. — Я обсуждала это с твоим отцом. Скоро я еду на съемки, и ты сам не сможешь обо всем позаботится. Тебе обязательно нужен тот, кто позаботится о всяких происшествиях в будущем. Если хочешь продолжать сниматься в рекламе или еще какие планы, лучше подыскать тебе агента, и тебе и нам так будет намного легче. Если у тебя нет возражений, твой отец хочет, чтоб ты напрямую подписал договор с компанией нашей семьи. Там все свои люди, и все будет под контролем, вряд ли так появятся неприятности. Что скажешь?

В прошлой жизни Чу Фэн не подписал контракт с компанией их семьи из-за плохих отношений с отцом. Хоть он и сумел успешно влиться в индустрию развлечений, без потерь все же не обошлось. В будущем он тоже хочет войти в индустрию развлечений, и контракт с агентом подписан необходимо, поэтому ему будет выгоднее разработать все аспекты на ранней стадии.

— Хорошо. Но мне все еще нужно сосредоточиться на учебе. В этом году я должен выбирать рекламу в соответствии с расписанием, — ему вовсе не хотелось, чтоб агент отрывал его от обучения ради каких-то съемок.

— Не волнуйся. Твой отец больше заботится о твоих оценках, чем ты, и он обязательно найдет тебе надежного агента, — улыбнулась Сун Синь.

— Все в порядке, пусть будет так, — не возражал Чу Фэн.

— Тогда твой отец сообщит тебе, когда подготовит документы и можно будет подписать их, — по-видимому, когда все будет готово, она уже будет на съемках.

— Хорошо, — сказал Чу Фэн, — Ты тоже береги себя во время съемок фильма. Не перетруждайся.

— Угу, мама знает. Хорошо, не буду тебя беспокоить. Когда тебе что-нибудь понадобится, звони мне в любое время, — мобильный телефон Сун Синь включен 24 часа в сутки, но не для всех подряд, а для того, чтобы двое ее детей могли связаться с ней, когда захотят.

— Хорошо, — ответил Чу Фэн и повесил трубку.

— Хочешь сняться в новой рекламе? — спросил его Жун Юнь. Он только что услышал слово "реклама" из разговора Чу Фэна.

— Это не реклама, — ничего не скрывал он от того, начав с улыбкой рассказывать о разговоре. — Мама поинтересовалась, не хочу ли я заключить контракт с посредником-агентом, который будет помогать мне с моей деятельностью актера, а также будет отвечать за мои дела. Ведь она тоже занята, у нее нет возможности разбираться и с моими делами тоже.

— О, — кивнул Жун Юнь и не стал расспрашивать о многом. До того как Чу Фэн снялся в рекламе, он беспокоился о том, будут ли какие-то изменения между ними. Но теперь, похоже, никаких изменений нет, за исключением того, что многие люди в школе будут уделять особое внимание персоне Чу Фэна. Так что даже если Чу Фэн снова снимется в рекламе, ему не о чем беспокоиться, поэтому, естественно, он не спрашивает.

В это время звякнул мобильный телефон Жун Юня, это было текстовое сообщение. Достав его, Жун Юнь взглянул, затем с широкой улыбкой сказал:

— Мне прислали гонорар. Разве ты не говорил, что хочешь пойти отпраздновать в эти выходные? Позволь мне тебя угостить!

Сначала Чу Фэн хотел отказаться, но, видя счастливый вид Жун Юня, он не хотел портить ему настроение, поэтому он улыбнулся и кивнул:

— Хорошо.

На лице Жун Юня расцвела счастливая улыбка. В мыслях Чу Фэна, при виде этой его улыбки, промелькнуло, что он не может купить ему маленькие крылышки Купидона, но он мог купить ему комплект пушистой белой пижамы, чтоб укутать в нее как котенка. Это зрелище должно быть особенно милым!

Возрождение и Искупление Глава 26.1: Нрав (Характер)

Глава 26: Нрав (Характер)

Каждую пятницу вечером для учеников-искусствоведов проводились дополнительные занятия. После окончания урока, Гуй Хэн, вместе с несколькими другими учениками-искусствоведами, пошел мыть кисти и баночки с водой. Он уже готовился собраться и отправится на встречу с Сы Сянем.

Когда Гуй Хэн впервые присоединился к классу репетиторства, он был очень непопулярен среди своих одноклассников. В конце концов многие предпочитают, чтоб обстановка вокруг них была хорошей. А тут им навязали парня-хулигана, любивший драться и создавать неприятности. Однако вынуждено с ним пообщавшись они обнаружили, что Гуй Хэн казался намного более честным, и не провоцировал своих одноклассников в классе совсем не беспокоя. Кроме того, картины Гуй Хэна действительно хорошо прорисованы, хотя в некоторых местах мазки неровные, базовые навыки хороши, он, вероятно, давно не рисовал. Постепенно одноклассники в классе начали принимать его, в отличие от того, как раньше они даже разговаривать с ним не хотели.

Вымыв кисти, Гуй Хэн собирался пойти в класс, когда его остановили. Оглянувшись, он обнаружил Доу Мэн ...

На самом деле Гуй Хэн не видел Доу Мэн уже очень долго. После того инцидента он избегал ее какое-то время, и не знал делала ли она так же. Так что некоторое время они не виделись. Позже он медленно забыл об этом, и его уже не особо заботило, встретится ли он с ней или нет, но, у него сложилось впечатление, будто видел Ду Мэн несколько раз, и каждый раз просто взглянул на нее издали.

— Есть дело? — заговорив с Доу Мэн после такого длительного перерыва, Гуй Хэн чувствовал себя абсолютно спокойным.

— Слышала, ты снова начал рисовать? — Доу Мэн показала спокойную улыбку с очень естественным выражением лица, как будто они только вчера болтали с Гуй Хэном.

— М-гм, — кивнул Гуй Хэн. Доу Мэн знала, что он умеет рисовать. Однажды он потратил два дня на рисование ее портрета.

— Это хорошо, я всегда считала, что художество – это твое, — с улыбкой глядя на него, сказала Доу Мэн.

— Правда? — Гуй Хэну, похоже, не о чем было разговаривать с Доу Мэн, поэтому он спросил прямо, — У тебя есть ко мне дело?

— Я иду в общежитие, проводишь меня? — спросила Доу Мэн с некоторым ожиданием в глазах.

— Нет, я пойду с Сы Сянем, — ответил ей Гуй Хэн. Он уже договорился с Сы Сянем, на этой нделе они не едут домой и тот по вечерам занимался на продленке. Так он заходил за Сы Сянем и они шли в общежитие вместе.

— Ясно, — на самом деле Доу Мэн побаивалась Сы Сяня. Когда в начале у нее с Гуй Хэном были в хороших отношениях, Сы Сянь относился к ней очень холодно, будто видел ее сущность. А после произошедшего и подавно.

— Если ничего нет, то я пошел, — сказал Гуй Хэн начав идти в сторону класса.

— Эй, подожди, у меня к тебе есть вопрос, — поспешно остановила его Доу Мэн.

Гуй Хэн снова остановился, повернулся, и в ожидании, пока она продолжит, посмотрел на нее.

— Хуэйно действительно нравится Чу Фэн, — сказала она поколебавшись немного. — Не мог бы ты помочь ей и поговорить с Чу Фэном, попросить его подумать о Хуэйно? Она красива и очень милая. Если Чу Фэн проведет с ней несколько дней, она определенно понравится ему. Я знаю, что ты сильно переживал из-за произошедшего между тобой и мной, но я надеюсь, что это не повлияет на впечатление Чу Фэна о Хуэйно. Так ты можешь помочь ей?

— В тот день Чу Фэн все ясно разъяснил Ци Хуэйне, — помолчав мгновение сказал Гуй Хэн глядя на Доу Мэн. — У Чу Фэна действительно есть кто-то, кто ему нравится, ради меня он не станет менять пару. Поскольку он сказал это, он на самом деле не интересуется Ци Хуэйно, это не имеет ничего общего с тобой и мной.

— Как это ничего общего? — докапывалась Доу Мэн. — Даже если ему нравится Хуэйно, он обязательно учел бы твои чувства. В конце концов, вы близкие братья.

— Ты не знаешь Чу Фэна. — улыбнулся Гуй Хэн. — Если мне не нравится человек, понравившийся ему, он найдет способ заставить чтоб мне он понравился, вместо того, чтобы отвергать.

— Но Хуэйно настолько красива, что у Чу Фэна нет причин не любить ее, — нахмурилась Доу Мэн.

— Предпочтения Чу Фэна неподвластны другим, — пожал тот плечами. — Кроме того, ты слишком уверена в Ци Хуэйно. На уровне школьниц, Ци Хуэно действительно хороша собой, но снаружи школы ее красоты недостаточно, чтоб обратить на нее внимания. Если у тебя есть лишнее время, чтоб найти меня, то лучше потрать его на убеждение Ци Хуэйно, пусть как можно скорее сдаться.

Сказав это, Гуй Хэн повернулся и ушел. Нынешняя Доу Мэн полностью отличается от той, в которого он влюбился с первого взгляда, но он не знал, изменилась ли она а самом деле, или он никогда не видел ее истинную. Но несмотря ни на что, это не имеет к нему никакого отношения.

Доу Мэн тупо смотрела в сторону, куда ушел Гуй Хэн.

Сегодня после занятий Чу Фэн пошел навестить своего отца. Компания составила для него договор, он собирался проверить его и заодно подписать. На выходных у отца намечались важные дела, поэтому он спешил туда в пятницу вечером. Чу Фэн неохотно оставил Жун Юня в школе одного, но ему все равно придется вернуться в школу после того, как он разберется с договором. Завтра они договорились поужинать вместе, чтобы отпраздновать хорошие результаты на экзамене. Единственное, что изменилось, это то, что завтра с ними будет Чу Жоу. Они решили решить все дела с Чу Жоу, и, естественно, чем раньше все закончится, тем лучше.

На сегодняшний ужин с Чу Таном, присоединится новый агент Чу Фэна.

Скромного человека, которого устроил для него отец, звали Бо Фэй. Это был довольно молодой приятный на вид мужчина в очках, выглядевший особенно предупредительно. Несмотря на то, что Бо Фэй еще не известен, однако Чу Фэн знал о нем. В прошлой жизни, когда он вошел в круг, Бо Фэй уже считался золотым агентом, вытащившим на свет двух или трех кинозвезд. Он агент со способностями и смелостью, и его связи также довольно сильны. Чу Фэн действительно не ожидал, что отец устроит для него Бо Фэя. Однако сейчас это не эксцентрично, в конце концов – Бо Фэй всего лишь мелкий агент. Никто не скажет, что к нему имеется особое отношение.

— В будущем я побеспокою (причинит хлопоты) брата Бо, — улыбнулся Чу Фэн.

— Так и нужно. Если Младший Чу планирует войти в индустрию развлечений, лучше начинать планировать все заранее.

Бо Фэй всегда славился своей планомерностью. Хотя Чу Фэн помогал Режиссеру Ю в съемках рекламы из-за семейных отношений, однако результат оказался просто отличным, продемонстрированные им актерские навыки были очень естественны. Когда Бо Фэй увидел рекламу, то решил, что Чу Фэн имеет потенциал, и талант он должно быть унаследовал от Сун Синь. Поэтому, когда босс обсудил с ним о его помощи Чу Фэну, он без колебаний согласился.

— Бо-гэ, ты можешь просто звать меня по имени. Я все еще новичок и буду сильно беспокоить тебя, если не разберусь в чем-то, — сказал Чу Фэн. Даже если он не новичок, он притворится им. Избавившись от бунтарства прошлой жизни, Чу Фэн чувствует, что ему все еще нужно приложить больше усилий в межличностных отношениях. Помимо прочего, захватив контакты Бо Фэя, если Жун Юнь в будущем захочет написать сценарий, он также сможет найти путь для него через Бо Фэя.

— Без проблем, — кивнул Бо Фэй с улыбкой

Глядя на такого рассудительного сына, Чу Тан почувствовал, что Чу Фэн действительно повзрослел, и лицо у него озарилось счастьем.

— На этот раз у тебя хорошие оценки, — заговорил Чу Тан обращаясь к сыну, дождавшись окончания беседы Бо Фэна и Чу Фэна. — Если хочешь что-то, я куплю тебе это.

— Отдай мне членскую карточку Клуба Чанфэн, — улыбнулся Чу Фэн. — Там вкусно готовят.

— Хорошо, когда деньги на карте закончатся, скажите мне, перечислю новые, — кивнул Чу Тан, эта просьба была вполне приемлемой для него.

— Хорошо, — снова улыбнулся Чу Фэн. Теперь, когда Жун Юнь захочет поесть, он может отвести его туда в любое время.

После ужина Чу Фэну придется вернуться в школу, поэтому он не засиживался и ушел первым. Первоначально отец хотел его отвезти, но Чу Фэн хотел купить Жун Юню закуски, чтобы принести ему домой, поэтому он отказался.

Войдя на территорию школы, Чу Фэн взглянул на время, не зная закончил ли Жун Юнь со своим писательством. Сегодня вечером Сы Сянь пошел на продленку, у Гуй Хэна дополнительный класс, а он вообще не в школе. Изначально он предлагал Жун Юню пойти на продленку с Си Сянем. Но Жун Юнь хотел писать в спокойствии, поэтому отказался от продленки. Подумав о этих выходных, Чу Фэн не возражал, поэтому отпустил его.

— Чу Фэн! — встала перед ним Ци Хуэйно вставая со скамейки скраю, когда он быстро достиг лестницы в общежитие.

Возрождение и Искупление Глава 26.2: Нрав (Характер)

— Чего тебе? — хмуро спросил Чу Фэн.

— На днях я спрашивала у Жун Юня, и он сказал, что у тебя нет никого, кто бы тебе нравился! — сказала Ци Хуэйно с взглядом "Я вижу тебя насквозь".

Взглянув на нее, Чу Фэн вообще не хотел с ней связываться, тем паче разговаривать, поэтому он проигнорировал ее и пошел дальше. Как только он услышал это, то понял, что она лжет, Жун Юнь не мог сказать такое.

— Раз молчишь, то ты согласен? — последовала за ним Ци Хуэйно. (Хоспади, так и хочется сказать — Уймись, женщина.)

Чу Фэн отнесся к ней так, как будто ее вообще не существовало.

— Этот Жун Юнь такой мелочный. Я попросила его передать мое любовное письмо, но он отказался. Почему ты дружишь с таким парнем? — произнесла Ци Хуэйно тоном с толикой жалобы, едя себя так, будто бы она уже девушка Чу Фэна.

— Тебе не нужно комментировать поведение Жун Юня, — холодно сказал Чу Фэн.

— Я же ради тебя стараюсь, разве ты не слышал слухи о нем? — сказала она, повысив голос.

Чу Фэн остановился и посмотрел на Ци Хуэйно без капли теплоты во взгляде.

Посчитав, что Чу Фэн действительно не знал об этом, Ци Хуэйно улыбнулась:

— В начале школы ходили слухи, что Жун Юнь – гей. Разве это не отвратительно? Я не знаю, как он подружился с тобой, но у него определенно не добрые намерения. Будь с ним осторожен. По-моему, тебе лучше держаться от него подальше. Ты же все время с ним тусуешься, из-за этого тебя могут тоже геем окрестить.

— Ты умственно отсталая? — во взгляде Чу Фэна можно было прочесть явственное желание придушить ее. В присутствии Жун Юня, перед друзьями и семьей он научился сдерживать свой вспыльчивый нрав и раздражительность. Но это не значит, что он будет по-доброму относится к кому-то чужому. — Ты – пустышка полная лжи, которой нравится распространять ложь, отчего чувствуешь свое превосходство. Тебе голова дана для украшения? Кто-то, вроде тебя, вообще не имеют права упоминать при мне Жун Юня. Попробуй сделать это еще раз, и узнаешь последствия.

Сказав это, Чу Фэн развернулся и ушел. Он не бьет женщин, но если Ци Хуэйно будет опять отзываться о Жун Юне плохо, он действительно не может гарантировать, что он все еще может соблюдать свои принципы.

Ци Хуэйно глядела на уходящего Чу Фэна с покрасневшим лицом и внезапно почувствовала себя сбитой с толку. Возможно Жун Юнь, рассказал Чу Фэну об их тогдашнем разговоре, и, скорее всего, преувеличил все в свою сторону. От этого она возненавидела Жун Юня еще пуще прежнего. Когда пошли слухи об ориентации Жун Юня, она посчитала его отвратительным. У нее и в мыслях не было, что Чу Фэн может и правда дружить с ним.

Яростно топая, Ци Хуэйно сердито развернулась и направилась к себе, по пути шепча проклятия на Жун Юня. В глазах прохожих ее нынешнее состояние немного напоминало психическое заболевание ...

Когда Чу Фэн зашел в комнату, Гуй Хэн как раз выходил из душа. Пи виде Чу Фэна нагруженного пакетами, он сразу же подбежал к нему, желая порыться в вещах.

Чу Фэн проигнорировал его, только достал пудинг, купленный специально для Жун Юня, поставил его на стол и сказал:

— Ложись сразу после еды, завтра рано выходить.

— Угу, — ответил Жун Юнь, с улыбкой поглядев на мягкий пудинг Желтый Дуду, а затем спросил, — Хорошо все прошло?

— М-гм, хорошо. Как насчет тебя? Хорошо писалось? — спросил Чу Фэн.

— Угу, написал более трех тысяч знаков, — теперь он уже привык использовать компьютерные кодовые слова напрямую. (видимо пиньинь)

— Отлично. Я в душ, — откликнулся Чу Фэн.

— Иди, — Жун Юнь планировал съесть пудинг, продолжить писать еще немного и лечь спать, домашку он планировал написать послезавтра.

Сы Сянь и Гуй Хэн тоже узнали о писательстве Жун Юня, иногда, после прочтения его историй, они начинали напрягать свои черепушки, чтоб расширить границы истории. И хотя их идеи не могли быть использованы к этим историям, они предоставляли новые темы, и это отвлекало от домашки и учебы, поэтому их обмен был довольно частым. (?)

В субботу утром, Чу Фэн и Жун Юнь оделись в удобную одежду, и, позвонив Чу Жоу, отправились в ресторан хотпот в центре города с самообслуживанием.

Когда холодно, есть хотпот, естественно, лучший выбор. Этот ресторанчик порекомендовала Чу Жоу, тут цена невысокая, а выбор богатый. Раньше она слышала от одноклассников, что здесь неплохо, поэтому она захотела попробовать. Она знала, что сегодня угощает Жун Юнь, поэтому поступила разумно и не стала выбирать дорогие места.

Они прибыли в самое время, обед только начинался, а народу не так уж и много. Официант нашел для них хорошее относительно тихое место, подходящим для болтовни и не слишком далеко от места, где была размещена еда.

Горшочки, используемые здесь, предназначены для одного человека, а основу для супа можно выбрать в соответствии со своими предпочтениями. Чу Жоу явно опытна в этом деле, сняв сумку и пальто, она потянула Чу Фэна за едой. Народу сейчас мало, поэтому можно брать что душе угодно. Можно даже заполучить хорошие продукты, а не какие-то обрезки. Жун Юня усадили на за столом присматривать за происходящим, он был наиболее расслабленным из трех.

К тому времени, как суповая основа была доставлена, Чу Фэн и Чу Жоу принесли еду, заставив ею половину стола. Чу Фэн уже знал предпочтения в еде Жун Юня и не нуждался в расспросах.

— Почти готово, давайте сначала поедим, — сказал Жун Юнь, когда Чу Фэн вернулся с еще несколькими тарелками мяса. Если он снова что-то принесет, их стола не хватит.

— Тогда, давайте есть, — согласилась Чу Жоу, отметив, что все почти готово.

Чу Фэн кивнул и сел рядом с Жун Юнем. Трое начали есть.

В этом ресторанчике и правда хорошо кормят, еда была свежей, и все трое прекрасно провели время. Время от времени Чу Фэн клал любимую еду Жун Юня в свой горшок, и когда у Жун Юня кончалось готовое, он перекладывал ему из своего горшка, совершенно при этом не стесняясь Чу Жоу.

Поначалу Чу Жоу было все равно, но после многих раз он невольно почувствовала стеснение в сердце, но внешне она сохраняла спокойствие и почти ничего не говорила.

Когда все трое были почти сыты и перешли к десерту, Чу Фэн сказал:

— Сяо Жоу, я позвал тебя сегодня, потому что я хочу тебе кое-что сказать.

Интуиция Чу Жоу говорила ей, что она не хочет этого слышать, но она все же послушно ждала слов Чу Фэна.

— Сяо Жоу, — заговорил с серьезным лицом Чу Фэн, взяв Жун Юня за руку и положив их сцепленные руки на стол, — Жун Юнь и я встречаемся. Надеюсь получить твою поддержку.

Рука Чу Жоу дрогнула, опрокинув пустую чашку перед собой, а лицо у нее побледнело.

Чу Фэн знал, что его решение ранило Чу Жоу. Но иного способа нет. Кратковременная боль лучше затяжных страданий. Так что лучший способ – сказать Чу Жоу прямо.

— Прошу прощения, — сказала она сжав кулаки, после чего подняла чашку, поставив перед собой, и сказала, — Схожу в уборную, — после чего поспешно ушла.

— Я схожу, — сказал Жун Юнь, останавливая поднявшегося было за ней Чу Фэна.

Сказав это, он встал и последовал за ней.

Возрождение и Искупление Глава 27.1: Фотографии

Глава 27: Фотографии

Когда Чу Жоу вышла из уборной, то увидела Жун Юня, стоящего в коридоре в ожидании ее.

Она подошла к нему с поджатыми уголками рта, но не знала как с ним заговорить.

— Прости, мы напугали тебя, так внезапно рассказав тебе о подобном, — прошептал Жун Юнь, заметив, что глаза у Чу Жоу совсем красные.

— Старший, тебе правда нравится мой брат? — хрипло спросила Чу Жоу покачав головой.

— Да, он мне очень нравится, — глядя на нее ответил тот. — Не знаю, доходили ли до тебя слухи о моей ориентации гея. На самом деле этот слух небезоснователен. Не знаю, кто пустил его, но могу предположить нескольких знакомых мне людей. Я ничего от тебя не скрываю, мне не нравятся девушки, о чем я узнал, когда учился в младших классах средней школы. Слухи об этом начались еще там. Тогда все начали меня отталкивать, честно говоря, для меня это был большой удар. Потом между мной и твоим братом кое-что произошло, потом он сказал мне, что я ему нравлюсь. Я тогда по-настоящему удивился, но твой брат оказался поистине добр ко мне и помог постепенно избавиться от ситуации изоляции. Даже мое психологическое состояние постепенно улучшилось. И хотя между нами правда произошло некоторое неприятное событие, без его общества я бы точно окончательно отчаялся.

У Жун Юня всегда была привычка вести дневник. В тот день, одноклассник из их комнаты попросил его одолжить конспект для копирования. Он был в душе, поэтому он попросил своих одноклассников достать их со стола. В результате тот перепутал его дневник с конспектом. Прочитав его, он узнал, что ему нравятся парни. Почти сразу об этом узнали и двое других, после чего его тайна распространилась по всей школе. Он не знал, кто из них виновен в этом, или же все трое сыграли свою роль, но он не мог ничего спросить, потому что все это правда.

Он не рассказывал об этом Чу Фэну, а тот не расспрашивал. Он подумал, что так будет лучше, потому-что есть вещи, о которых он не хотел упоминать.

(В некоторых местах текста вместо Чу Жоу написан Чу Фэн. В этом предложении я не могу с точностью сказать есть ли ошибка. Поэтому ниже напишу второй вариант.)

Он не рассказывал о произошедшем Чу Жоу, а та не расспрашивала. Он подумал, что так будет лучше, потому-что есть вещи, о которых он не хотел упоминать.

Чу Жоу не знала о произошедшем между Жун Юнем и ее братом, но его тон был серьезен. Однако, поскольку он не желал раскрывать деталей, не желая упоминать, то она не интересовалась подробностями.

— Может, ты не можешь понять моих отношений с Чу Фэном, — слегка улыбнулся Жун Юнь, — Но поскольку ты важный член его семьи, я решил, что мы должны сказать тебе о нас. Не знаю, смогу ли я дойти до конца с Чу Фэном, но я хочу попробовать. Даже если мы в конце концов расстаемся, я хотя бы попробую, и не буду потом сожалеть.

Говоря о ее брате, Чу Жоу на самом деле не была уверена, как далеко он сможет зайти с Жун Юнем. Сейчас ее брат вроде довольно сильно успокоился, но она-то знала какой он на самом деле. Так что в их отношениях, Жун Сюнь, скорее всего, окажется пострадавшей стороной. Однако, поскольку это ее брат ясно сказал ей об их отношениях, у него должно быть есть к Жун Юню чувства, верно?

— Этот путь непростой, — Чу Жоу не дискриминирует однополую любовь, но сказать это все же стоило.

— Знаю, — мягко улыбнулся Жун Юнь, — Даже если не будет результата, время, проведенное с Чу Фэном, станет лучшим воспоминанием в моей жизни.

Чу Жоу на мгновение не знала что на это сказать, ведь они оба были дорогими ей людьми. Да и старший Жун Юнь уже прямо сказал, что девушки не в его вкусе. Все, что ей теперь остается, это благословить их.

— Давай не будем заставлять моего брата ждать, идем обратно, — глубоко вздохнув, сказала она с едва заметной улыбкой.

— Хорошо, — заметив, что ее настроение значительно улучшилось, Жун Юнь почувствовал облегчение и вернулся к их столику вместе с Чу Жоу.

Заметив их возвращение, Чу Фэн внимательно наблюдал за выражениями их лиц и обнаружил, что не было ничего необычного, кроме того, что у Чу Жоу покраснели глаза, почувствовав облегчение.

Откинувшись на спинку стула, Чу Жоу разобралась со своими эмоциями, посмотрела на Чу Фэна и сказала:

— Сказанное тобой меня немного шокировало. Но, раз уж старший Жун Юнь тоже любит тебя, то я ничего не скажу. Хорошо к нему относись, и не издевайся. Иначе не стану помогать.

— Понял. На самом деле тебе мы сказали первой, даже Гуй Хэн еще не в курсе. Так что держи это в секрете, — с улыбкой сказал Чу Фэн.

— Угу, не волнуйся», — она понимала, что о подобном не болтают попусту. Даже если они решат выйти из шкафа (признаются в том, что они геи), они должны хорошо подготовится.

С Чу Жоу в качестве союзника Чу Фэн чувствовал, что она станет хорошим подспорьем в семье. Когда он решит выйти из шкафа, она будет на его стороне.

— Спасибо, Чу Жоу, — серьезно сказал Жун Юнь.

— Раз уж у меня появился еще один старший брат, — улыбнулась Чу Жоу, — В будущем, если у меня возникнут проблемы с учебой, я смело могу к тебе обращаться.

Она понимала, что их отношения, как между любыми парнем и девушкой, могут не сложится и они расстанутся. Но если все сложится, то, как парень ее брата, в будущем он может превратиться в члена семьи. Даже если у ее брата и Жун Юня не сложится, она все равно сможет поддерживать с Жун Юнем близкие отношения. Разве не так?

— Конечно, в любое время, — улыбнулся тот.

Заметив, как Чу Жоу пришла в себя и ведет себя как обычно, Чу Фэн понял, что решение сказать ей все оказалось верным. Он действительно видел, что та и правда плакала. Но это не оттого, что он встречался с парнем, а скорее из-за его отношений с Жун Юнем. А значит он был прав – Чу Жоу нравился Жун Юнь. К счастью, проблему решили в кратчайшие сроки и избежали неприятностей в будущем.

Во второй половине дня они договорились об уроке с Шэнь Ши, потому поев все трое ушли. Сначала парни проводили Чу Жоу до машины, попросив позвонить, когда она вернется домой, а затем отправились на место встречи.

На выходные Чу Жоу уезжала домой, но из-за сегодняшней встречи она осталась в школе на еще один день.

Занятия во второй половине дня прошли хорошо, но был эпизод в середине, когда Чу Фэну встретились поклонники.

Несколько девчушек-учениц подошли к ним, осторожно спросив не Чу Фэн Ли он. Получив положительный ответ, они сразу же пришли в восторг и захотели с ним сфотографироваться. Подумав немного, Чу Фэн согласился, но только на одно совместное фото, и девушки с радостью согласились. Таким образом, Чу Фэн впервые сфотографировался со своими поклонниками после своего возрождения.

Поклонники заметили на их столе учебники, и поняв, что они занимаются, решили больше не беспокоить, поэтому ушли.

Чу Фэн не обратил особого внимания на этот эпизод, продолжая сосредотачиваться на учебнике и внимательно слушать.

На обратном пути Жун Юнь держался за лямки своего рюкзака и выглядел немного подавленным.

— Что случилось? — спросил Чу Фэн, заметив его ненормальность.

— Ничего, — улыбнулся тот в ответ, — Просто сонный немного.

Чу Фэн не дурак и сразу понял, что что-то не так, потянув того за руку, он привел парня в переулок, сказав.

— Ты же мне неправду сказал?

— Нет... — Жун Юнь опустил голову, как будто он сделал что-то не так.

Крепко обняв его, Чу Фэн тихо спросил его на ухо:

— Что случилось?

Помолчав немного, Жун Юнь выдал:

— Похоже мы не фотографировались с тобой вместе.

Возрождение и Искупление Глава 27.2: Фотографии

Обычно это бы не волновало Жун Юня, но, когда сегодня появились поклонницы и попросились сфотографироваться с Чу Фэном, он вдруг осознал, что отношениям между ними чего-то не достает.

Обдумав его слова, Чу Фэн понял, что это действительно так. Но нынешняя техника и в сравнение не идет с той, что появится спустя десять лет. Для фотосъемки можно будет использовать любые мобильные телефоны и планшеты, и эффект на высшем уровне. Фото нынешних телефонов очень низкого качества. Как правило непрофессионалы, желающие хороших фото, предпочитают использовать цифровую камеру.

— Моя невнимательность, — сказал Чу Фэн. — Потом позвоню Сяо Жоу, попрошу привезти из дома фотоаппарат. После этого пофотографируемся вместе.

— Не беспокойся ... — на самом деле, он просто немного позавидовал, при виде Чу Фэна фотографирующегося с поклонницами, но сказать этого не мог.

— Никаких проблем, — держа его за руку сказал он, — Фотографии – это запечатленные воспоминания, они должны быть. Дальше будем сниматься каждый сезон, так мы сможем увидеть как мы со временем меняемся. Разве это не интересно?

На самом деле фото – это тоже своеобразное свидетельство роста. Зрелость проявляется не только в речи и поведении, но и во внешнем виде.

— На самом деле не нужно столько снимков, только один. Как сувенир... — сказал Жун Юнь.

— Глупый, как может хватить одного? — такая осторожность Жун Юня очень огорчила Чу Фэна. Держа его за руку, Чу Фэн поцеловал его пальцы и сказал, — У нас будет много фотографий. В будущем мы сделаем фотостену дома и разместим на ней наши фотографии, хорошо?

— Не нужно, — погладив его губы улыбнулся Жун Юнь. — Лучше спрятать их в фотоальбом, а когда нужно вынимать, тогда они не пожелтеют.

— Ладно, будь по-твоему, — тоже улыбнулся Чу Фэн. Похоже, когда он закажет для Жун Юня книжный шкаф, то нужно обязательно оставить место для фотоальбомов.

После наступления поздней осени температура сильно упала. Ветер усилился и нагнал холодного воздуха.

После завтрака Жун Юнь и Чу Фэн пришли в класс пораньше, чтоб позаниматься. В то, казалось бы, обычное утро, взгляды, брошенные на Жун Юня несколькими одноклассниками, были немного странными.

Чу Фэн также заметил, что некоторые парни смотрели на Жун Юня с легким отвращением во взглядах. Чу Фэн внезапно почувствовал гнев, как только собрался поймать одного из них и спросить, какие у них проблемы, в класс вошла Дун Фан.

— Жун Юнь, выйди ненадолго, — сказала Дун Фан.

Жун Юнь тут же отложил книгу и пошел с Дун Фан в коридор.

Сейчас время для самообучения и в коридоре находились только двое, Дун Фан и Жун Юнь, так что разговаривать удобно. Дун Фан взяла фотографию и, протянув ее Жун Юню, спросила:

— Это ты человек, запечатленный здесь?

Взяв фотографию и взглянув на нее, Жун Юн поразился. На фотографии изображена спина, но поскольку он повернул голову и посмотрел на человека рядом с собой, то стала видно лицо сбоку, поэтому было легко понять, что это он. Людей с ним намерено скрыли мозаикой, но в одном из них можно было четко разглядеть парня. Дело в том, что на фото он и этот парень держались за руки.

— Сегодня утром оно было конфисковано учителем в другом классе, и он немедленно показал его мне. Школа не вмешивается в личные предпочтения учеников, но такие вещи всегда оказывают плохое влияние, если становится известны общественности, — Дун Фан ничего не могла с этим поделать. Если бы фотографий не было, она даже не заговорила об этом с ним. Тогда, как и в прошлый раз, из-за отсутствия доказательств она не восприняла бы это всерьез.

Мозг Жун Сюня быстро заработал. Он очень хорошо знал, что нельзя признавать свою гомосексуальность, не говоря уже об отношениях между ним и Чу Фэном. Он не мог быть импульсивным, иначе это навредит Чу Фэну.

В этот момент выглянул беспокоящийся о Жун Юне Чу Фэн. Он сразу же увидел их неподалеку, а Жун Юнь держал какое-то фото, конечно, он сразу подошел и забрал его. Увидев изображение Чу Фэн тут же нахмурился. Эта фотография явно направлена против Жун Юня, и странное отношение сегодняшних учеников, вероятно, связано с этой фотографией.

— Учитель, где вы взяли это фото? — прямо спросил у нее Чу Фэн.

Беспомощная Дун Фан рассказала откуда оно.

— Учитель, это я под мозаикой, — сказал Чу Фэн серьезно. — В субботу мы, перед тем как пойти на занятия у репетитора, ходили обедать вместе с Жун Юнем. Тогда-то нас тайно сфотографировали. Мы, видимо, держались за руки, потому-что в ресторане много людей и я боялся, что кто-то наткнется на Жун Юня. Очевидно, у кого-то были скрытые мотивы, вот он прикрыл меня мозаикой, как будто Жун Юнь делал что-то постыдное. К тому же в тот день с нами ходила и моя сестра. Если не верите, можете спросить ее, — продолжал говорить Чу Фэн указывая на нечеткую фигуру перед ними. Поскольку на Чу Жоу в тот день было розовое пальто, она была отчетливо заметна.

Услышав это, Дун Фан сразу решила, что это недоразумение. Речь Чу Фэна оставалась спокойной и четкой, а главное, не было никакой боязни оказаться разоблаченным. Они точно не могли встречаться, или что-то такое, в присутствии сестры Чу Фэна. Это просто обычная встреча между одноклассниками.

— Учитель, это дело переходит границы, — Чу Фэн чувствовал, что в этот момент необходимо проявить гнев, чтоб окончательно развеять сомнения учителя. Потому он сразу начал копать под этот вопрос, — Мы пошли ужинать в субботу, чтоб отметить мои хорошие отметки на ежемесячном экзамене. Изначально мы хотели сделать это вместе с Сы Сянем и Гуй Хэном, но у них на весь день оказались занятия с репетиторами. Поэтому пошли мы втроем. Наше приятное времяпровождение обернули так, будто мы с Жун Юнем занимались чем-то постыдным. Думаю, что это очень несправедливо по отношению к Жун Юню и мне.

Дун Фан кивнула. Причина, по которой Чу Фэн с остальными отправился праздновать, вполне обоснована. Ее ученики не скрываясь ужинали, но кто-то взял и все опорочил. Это ее очень разозлило. Сейчас настало время серьезной учебы. Человек, затеявший все это, явно нацелился на психологическое состояние Жун Юня, чтоб повлиять на его успеваемость, что, по ее мнению, совершенно недопустимо.

— Кажется, у кого-то есть скрытые мотивы, — сказала Дун Фан со вздохом, похлопав Жун Юня по плечу. Учитель обязательно досконально расследует этот вопрос и вернет тебе доброе имя. Не принимай это близко к сердцу, чтобы не повлияло на твои оценки.

— Угу, я все понимаю, не волнуйтесь, — ответил Жун Юнь.

Дун Фан больше ничего не говорила, и вернулась с фотографией в учительскую. Ей следует как можно скорее решить этот вопрос, чтобы Жун Юнь спокойно себя чувствовал.

— Не волнуйся, я решу этот вопрос, — сказал Чу Фэн сжав руку Жун Юня, после того как ушла Дун Фан.

— Я в порядке. Оставим это учителю Дун, — хотя настроение у него немного сложное, оно не слишком тягостное. В конце концов с ним Чу Фэн, и он не слишком обращает на это внимание.

— У учителя Дун свои методы, а у меня свои. Раз над тобой осмеливаются издеваться, я не могу этого отпустить так просто, — сжав его руку, он направился в класс.

Вскоре в классе раздался резкий звук. Жун Юнь тут же вбежал узнать что там такое. Чу Фэн стоял на подиуме класса, а кафедра учителя была отброшена в глубь класса почти на метр. Это заставило всех учеников посмотреть на него.

— У кого из вас есть те фото? — холодно глядя на одноклассников спросил Чу Фэн. — В последнее время я стал спокойнее, и вы действительно решили, что я остепенился? Рано или поздно я разузнаю, кто сделал это фото. А еще я вам скажу, человек скрытый мозаикой – это я. Еще там была моя сестра, обедавшая с нами в тот день. Так что отбросьте свои грязные мысли и догадки и не дай бог я что-нибудь эдакое услышу от вас.

— Что случилось, Фэн-гэ? — ничего не мог понять Гуй Хэн, так-как не знал произошедшего.

— Кто-то хочет унизить Жун Юня, вот и выдумал кое-какую ничего не значащую шутку, и разнес это повсюду. Урок закончится, я все тебе расскажу, — сказав это Чу Фэн снова взглянул на одноклассников внизу и продолжил, — Если кто-то одарит Жун Юня еще одним подобным взглядом, не вините меня за грубость.

Сказав это они с Жун Юнем вернулись на свои места.

Момент, когда Чу Фэн предупреждал одноклассников перед собой, Жун Юнь почувствовал, будто Чу Фэн стал прежним собой, снова став хулиганом. Но на этот раз все происходило ради него, что дало ему теплое приятное чувство легкости.

Возрождение и Искупление Глава 28.1: Выяснение

Глава 28: Выяснение

После окончания первого урока, прежде чем Гуй Хэн успел нормально расспросить о произошедшем, к ним явилась Чу Жоу.

— В чем дело? — увидев ее, Чу Фэн вышел из класса. Гуй Хэн и Сы Сянь тоже последовали за ним, желая узнать о произошедшем. А Жун Юня вызвал учитель, предположительно он не вернется до начала следующего урока.

Чу Жоу не таясь от Гуй Хэна и Сы Сяня, передала фотографию показанную ей сегодня утром однокласником, Чу Фэну и спросила:

— Ты видел это брат? Кто-то определенно напрашивается на пластическую операцию.

— Угу, видел, — с отвратным выражением лица сказал Чу Фэн при виде этих фото. — Я так просто это не оставлю.

Гуй Хэн взял снимок, Сы Сянь тоже склонился рассмотреть его.

— Это ты рядом с Жун Юнем? — и хотя изображение было покрыто мозаикой, Гуй Хэн с первого взгляда узнал его. В конце концов, он узнал одежду Чу Фэна, даже если там остался только рукав.

— Да, — сказал Чу Фэн, — Кто-то использовал снимок, чтобы доказать, что Жун Юнь – гей, и даже скрыл меня за мозаикой, чтоб сделать меня неясным.

— Это фото сделано, когда вы обедали с Чу Жоу на выходных? — глядя на него спросил Сы Сянь. — он вспомнил одежду на Чу Фэне и Жун Юне в тот день.

— Угу. Видимо за нами никто не следил специально. Скорее всего, то, что нас сфотографировали, простое совпадение. Там было людно, поэтому я некоторое время держался с Жун Юнем за руки, чтоб нас не разделили. Видимо в этот момент нас и запечатлели.

На самом деле, дело было не в том, что в тот день было слишком много людей. Это был ресторан, где проходила их встреча, и он действительно взял Жун Юня за руку. Поскольку они уже обо всем рассказали Чу Жоу, им не нужно было скрываться перед ней.

— Они явно действуют против Жун Юня. Похоже к тебе это не имеет отношения, — улыбнулся Гуй Хэн, ткнув Чу Фэна локтем.

Он ни капли не сомневался в объяснениях Чу Фэна. Иногда, когда они вместе гуляли, он вечно пялился в свой мобильный на ходу, и иногда хватался за одежду Чу Фэна, чтоб ни обо что не ударится или не отделился.

Сы Сянь немного задумчиво глянул на Чу Фэна и ничего не сказал по этому поводу, просто спросив:

— Что будешь делать?

— Буду расследовать, — сказал он. — Учителя расследуют по своему, а я по своему.

Сы Сянь кивнул, независимо от причины, такой поступок достаточно отвратителен.

— Это точно нужно разузнать, это же издевательства над Жун Юнем, — Гуй Хэн тоже очень расстроен. Даже если он не очень-то и общается с Жун Юнем, они же с одной комнаты, верно? Кроме того, после такого долгого контакта с ним, он виде, насколько он поменялся и нынешний он совсем его не раздражал, как раньше.

— Боюсь, тебе будет сложно об этом расспрашивать, брат. Давай я выясню, — сказала Чу Жоу. Она девушка, так что удобнее расспрашивать. Более того, другие не знали, что за мозаикой на фото ее брат, а в розовом пальто на задней части именно она, поэтому никто не станет уклоняться от ее вопросов.

Немного поразмыслив над ее предложением, Чу Фэн согласился.

— Хорошо, дай знать, если появятся какие-либо новости.

Он прекрасно знал, что девушки любят поболтать, и Чу Жоу будет легче разузнать от них что-нибудь.

— Ага, поняла. Тогда я пошла, — закончив разговор, Чу Жоу помахала им на прощание и ушла. Независимо от того, кто она для Жун Юня, она обязана ему помочь и защитить его. Хотя обычно она добра к другим, это не значит, что она стерпит эту злость.

— Я тоже помогу вам расспрашивать об этом. В любом случае, чем раньше вы сможете решить эту проблему, тем лучше, — с точки зрения отношений с людьми, он намного лучше, чем Гуй Хэн с Чу Фэном, и ему определенно легче разузнать об этом, чем им.

— Хорошо, прости за беспокойство, — Чу Фэн прекрасно осознавал свою репутацию хулигана, и если он начнет расспрашивать о таком, все попрячутся в мгновении ока. Как они осмелятся сказать ему хоть что-нибудь?

— С чего это ты такой вежливый со мной? — Сы Сянь улыбнулся и похлопал Чу Фэна по плечу, а затем вернулся в класс.

— Я точно не смогу помочь с расспросами, но если соберешься бить кого-то, то зови, — со смешком сказал Гуй Хэн.

— Тебе лучше успокоится, — ткнув его ответил Чу Фэн.

В полдень от Чу Жоу пришло известие о том, что некоторые одноклассницы заметили Ци Хуэйно распечатывающую много фотографий в типографии рядом со школой, но они не были уверены точно ли это была она.

Сы Сянь тоже кое-что нарыл, ему сказали, чо кто-то видел Ци Хуэйно входила в здание мужского общежития с толстым конвертом, и непонятно почему старалась сделать это украдкой. Все фотографии, появившиеся сегодня, были воткнуты в двери. Хотя нет уверенности, что это именно Ци Хуэйно, ее действия реально подозрительные.

Даже не доев, Чу Фэн отправился в типографию о которой упоминала Чу Жоу. Как только работник увидел фото, он сразу же признал, что оно распечатано здесь. Он даже помог ей с мозаикой, она сказала, что изучает искусство, и учитель дал задание на основе этого фото, поэтому ей нужно распечатать побольше и раздать одноклассникам. Будто-бы им нужен только тот, кто слева, а всех остальных надо убрать, иначе это повлияет на композицию восприятия учеников.

Если тщательно подумать, то эта причина выглядит надуманно, но как это понять работнику типографии? Кроме того, ученики из их школы часто приходят к нему, чтобы напечатать что-нибудь, поэтому большую часть времени он не особо задумывался над причинами, считая, что это необходимо для обучения.

Чу Фэн спросил, как выглядела девушка, пришедшая напечатать это.

Работник уже догадался, что с этими фото что-то не так, отличаясь от названных ему причин, поэтому, не желая проблем, он описал внешность другого человека. Так как это был заказ на большое число фото, да еще и требовало дополнительного фотошопа, он прекрасно запомнил внешность девушки.

Выслушав его описание, Чу Фэн уже мог подтвердить, что это была именно Ци Хуэйно.

Возрождение и Искупление Глава 28.2: Выяснение

Поблагодарив работника, Чу Фэн вернулся в школу, направившись прямиком в класс Ци Хуэйно. Когда Гуй Хэн вышел из класса, чтобы пойти в туалет, он увидел Чу Фэна входящего в класс 6 потока, и последовал за ним.

Как только Чу Фэн вошел в дверь, первоначальная оживленная классная комната мгновенно затихла.

Сидевшая на своем месте Ци Хуэйно, болтала с Доу Мэн, она тоже увидела входящего Чу Фэна, после чего снова посмотрела в сторону подруги.

— Ты пришел сюда ради меня, Чу Фэн, — немедленно встала и заговорила к нему она.

Подойдя к ней, Чу Фэн швырнул ей в лицо несколько фотографий, его взгляд содержал абсолютный холод.

— Твоих рук дело? — спросил он грубо.

При виде фотографий взгляд Ци Хуэйно немного дрогнул, но вскоре вернулся в норму, она с улыбкой спросила:

— О чем ты?

У Чу Фэна не хватило терпения болтать с ней попусту, он оттолкнул сидевшую рядом Доу Мэн, поднял ее стул и обрушил тот на Ци Хуэйно. Та тут же испуганно завизжала.

Едва вошедший в дверь Гуй Хэн стал свидетелем этой сцены и тут же бросился останавливать Чу Фэна. Он действительно не сомневался, что стул в руках Чу Фэна попадет прямиком в голову Ци Хуэйно. По оценкам от такого удара, учитывая ее телосложение, она сразу же отправится в больницу.

— Фэн-гэ, Фэн-гэ, не делай этого, — Гуй Хэн схватился за стул и потянул за него, сбивая направление удара. От его действий стул попал не в голову девушки, а в стол, сметя все там.

В это время другие ученики в классе также отреагировали и поспешили подойти и убедить его не буянить, но они не осмелились подойти слишком близко, чтобы избежать случайной травмы.

Ци Хуэйно так перепугалась, что тряслась как осиновый лист, если бы Гуй Хэн не остановил его, она бы действительно пострадала.

— Это не я, это не я, — испуганно закричала она, — Это снимок Доу Мэн!

— Что ты мелишь?! — возразила Доу Мэн, а лицо у нее побледнело.

— Лучше скажи мне правду, у меня не так уж много терпения, — сказал Чу Фэн, все еще не выпустивший стула из рук, глядя на Доу Мэн.

В глазах Доу Мэн и Ци Хуэйно нынешний Чу Фэн подобен дьяволу из ада, способный в любой момент запросто проломить им головы.

— В тот день мы пошли поесть и случайно заметили вас, — заговорила Ци Хуэйно вжавшись в стену и дрожа всем телом. — Доу Мэн сфотографировала вас на камеру и предложила эту идею. Я невиновна.

— Чепухи не неси, это ты взяла мою камеру, чтоб сфотографировать их, — парировала Доу Мэн, она вовсе не хотела провоцировать Чу Фэна.

— Как я могла использовать твою любимую камеру? Именно ты подкинула мне идею, сказав, что Чу Фэн будет держаться подальше от Жун Юня и заметит меня. Вот видишь, к чему это все привело, — Ци Хуэйно плакала красиво стекающими слезами, с особенно невинным видом.

— Это же только тебе нужно, и ты явно для себя это делала, — воскликнула Доу Мэн. — Я любезно разрешила воспользоваться моей камерой, но в итоге ты выставляешь виноватой меня?!

— Это твое фото, ты же не выпускаешь камеру из рук, ты даже коснуться его не дала. Как я могла им фотографию сделать? — огрызнулась Ци Хуэйно.

Доу Мэн едва не задохнулась от гнева, что не могла ничего ответить от душащей ее злости, но все же выдавила из себя:

— Это тебе нравится Чу Фэн, признай уже, что эта отвратная идея именно твоя. И теперь, когда вышло не по-твоему ты перекладываешь вину на меня. Разве можно быть такой неблагодарной?

В этот момент в класс вбежали классный руководитель 6-го потока с Дун Фан, они получили вызов о драке, увидев происходящее они тут же забрали их в учительскую.

Гуй Хэн сразу же сообщил о произошедшем Жун Юню, спокойно занимавшемуся в их классе, после чего тот сразу побежал в учительскую. Завуч увидел его и не стал прогонять, ведь Жун Юнь одна из сторон конфликта и имел право знать подробности.

Вплоть до начала дневных занятий они улаживали этот дело. По какой-то причине Ци Хуэйно и Доу Мэн не прекращали спорить между собой. Дун Фан попросил Чу Фэна и Жун Юня вернуться в класс. Хотя сегодняшние действия Чу Фэна были несколько импульсивными, но вреда он никому не причинил. Дун Фан просто чутка отчитала за это. Также из-за действий Чу Фэна и декану, и директору школы сообщили о происшествии. Поэтому, хотя Чу Фэна и Жун Юня отпустили, Ци Хуэйно и Доу Мэн все еще остались в учительской.

Школа абсолютно не допускает инцидентов, в которых из ничего создаются слухи подставляющие соучеников. Предыдущие слухи о Жун Юне не имели доказательств, и школа ничего не могла с этим поделать, поэтому Дун Фан просто порекомендовали уделять больше внимания эмоциям пострадавшему от них Жун Юне. Но в этот раз все иначе, имелись, как доказательства свидетелей, так и вещественные доказательства. Теперь дело стояло только в том, чья это все же вина – Ци Хуэйно или Доу Мэн. Чтобы сохранить школьный дух и предотвратить повторение подобных инцидентов, школа должна отнестись к этому со всей возможной серьезностью.

По пути в класс, Жун Юнь увидел, что вокруг никого нет и незаметно сжав руку Чу Фэна сказал:

— Не сердись так больше, впредь я буду осторожнее.

— Если другие намеренно причиняют тебе вред, тебе бесполезно быть осторожным., — со вздохом ответил на это Чу Фэн. В таких вопросах нужно сразу же исключать первопричину, это наиболее эффективно.

— После произошедшего сегодня в полдень, они дважды подумают, перед тем как делать так снова. — оглядев его, Жун Юнь спросил, — Не поранился?

— Со мной все в порядке, — успокаивающе ответил тот.

Услышав о произошедшем, Жун Юнь был действительно шокирован. Чу Фэн едва не проломил стулом череп девушке, но так-как это ради него он не мог сердиться за это. Но...

Потеребив рукав, Жун Юнь высказался:

— Понимаю, это все ради меня, но больше так не делай. Если ты пострадаешь, мне будет грустно.

Если бы Чу Фэн и правда нанес тот удар Ци Хуэйно, они, возможно, не смогли бы выкрутится так легко.

Чу Фэн знал о чем Жун Юнь беспокоился, да и сам понимал, что если бы Гуй Хэн не остановил его вовремя, сейчас он мог бы сидеть в полицейском участке. О сегодняшнем поступке он ни капли не сожалел, он никому не может позволить издеваться над Жун Юнем. Но, единственный вывод, возникший у него в мыслях, что позже, если произойдет что-то подобное, он не должен позволить узнать об этом Жун Юню. Это событие явно перепугало его, заставив сильно поволноваться.

Возрождение и Искупление Глава 29.1: Ранение

Глава 29: Ранение

Погода с каждым днем становится все холоднее, но еще не пришло время отопления, поэтому, когда они возвращались в общежитие, то забирались под одеяло укутываясь, как могли, и становилось немного легче жить. Такое происходило каждую зиму. Как человек бывалый, Сы Сянь уже достал свой маленький надкроватный столик из шкафа и поставил его на кровать. Двое других, что раньше почти не учились, не покупали такие столики, как Сы Сянь. А вот Жун Юнь жил очень экономно, потому даже не думал покупать подобное. Вообще, он в этот сезон всегда одевал много слоев одежды, ожидая, когда же наконец начнут топить.

Естественно, Чу Фэн не мог допустить рукам и ногам Жун Юня мерзли, как это было в предыдущие годы. Поэтому, позвав с собой Гуй Хэна, он отправился после ужина покупать надкроватный столик. Перед школой был большой супермаркет, так что им не пришлось далеко ходить. Ему и Гуй Хэну тоже бы пригодился такой складной надкроватный столик, поэтому им было легче купить их вместе. Однако этот столик, вероятно, не так уж полезен для Гуй Хэна, как для остальных. Например, когда он рисует акварелью, то может только сидеть или стоять за ним, и нет возможности разместить его над кроватью. Но вот делать домашку самое то.

Так же стали известны результаты дела Ци Хуэйно и Доу Мэн. Это и правда оказалась задумка Ци Хуэйно, Доу Мэн лишь одолжила ей свою камеру. Школа пригласила родителей Ци Хуэйно. Поскольку она училась уже в выпускном классе, то школа не хотела записывать это в ее дело. Поэтому ей лишь вынесли устное предупреждение, а так же распространена критика на всю школу. Классных руководителей каждого класса попросили прояснить инцидент с их соучениками, и напомнить им, что ничего подобного никогда не должно повториться.

Классному руководителю 6 класса также было поручено присматривать за Ци Хуиной, чтобы она больше не доставляла неприятностей школе.

Приняв душ Жун Юнь залез в постель, поставив перед собой надкроватный столик, только-что купленный для него Чу Фэном. Этот надкроватный столик идеально подходил под кровать и очень прочный. Когда он не используется, он складывается и убирается в сторону, совершенно не занимая места.

Чу Фэн вышел из душа и посмотрел на Жун Сюня, который сидел на кровати и послушно делал уроки, почувствовав, что холод сейчас довольно кстати. Если он так всегда будет делать уроки под одеялом, то он сумеет неплохо развлечься на этом. Сейчас, когда он спал в своей кровати, ему все время казалось, что чего-то не хватает.

За этими размышлениями, Чу Фэн вытер волосы, взял свои уроки и залез прямиком в постель к Жун Юню, сказав достойную причину этому:

— Помоги мне с несколькими вопросами, ладно?

Мог ли Жун Юнь отказаться? Конечно, нет.

Таким образом, Чу Фэн забрался к Жун Юню под одеяло, принявшись бесчестно касаться его бедер...

Жун Юнь покраснел и попытался уклониться, но спрятаться было негде, поэтому он мог только скрытно схватить Чу Фэна за запястье, показывая, чтобы он не двигался.

Ни Гуй Хэн, ни Сы Сянь не могли видеть, что творилось под одеялом. Один продолжал сопя рисовать картину, а другой делал домашнее задание.

Когда Чу Фэн перестал доставлять ему неприятности, Жун Юнь открыл задания, которое принес Чу Фэн, и рассказал ему о важных вопросах, из-за которых легко потерять очки.

На середине темы зазвонил мобильный телефон Чу Фэна. Звонил Бай Фэй, сообщивший, что появилась новая реклама жевательной резинки, и спросил его, интересно ли ему. Место было в городе, съемки можно завершить за полдня, да и деньги хорошие.

Чу Фэн немного подумал, затем согласно кивнул. В последнее время ему нечем заняться, учеба шла своим чередом, так-что можно изредка сниматься в рекламе.

Бай Фэй сказал, что все вопросы будут согласованы с Чу Фэном заранее, и он приедет за ним рано утром в субботу.

Закончив разговор, он нажал на отбой.

— Собираешься опять сниматься в рекламе? — спросил Жун Юнь.

— Ага, появилась небольшая реклама, ее съемки не займут много времени, — сжав под одеялом руку Жун Юня, ответил Чу Фэн. — Поэтому, мы не пойдем на занятия в субботу. Нужно будет сообщить Шэнь-гэ.

Жун Юнь кивнул.

В следующем месяце Рождество, а затем Новый год. Он хочет что-то купить для Жун Юня, поэтому ему, естественно, нужно подзаработать. Заполучив такую возможность, он ее точно не упустит.

Когда пришло время ложиться спать, Чу Фэн нахально заявил, что не хочет возвращаться в свое холодное одеяло и остался спать в кровати Жун Юня. Сы Сянь улыбнулся и ничего не сказал. Однако, когда Гуй Хэн забрался в свое холодное одеяло он несколько раз жалобно вскрикнул, повернул голову и спросил Сы Сяня, не хочет ли он тоже спать вместе, ведь одеяло у него уже нагретое.

— Катись, — послал его Сы Сянь.

Чу Фэну удалось остаться в постели Жун Юня, но он уже не вел себя так самонадеянно, как раньше, ведь в комнате они не одни, и ему следовало быть осторожнее.

Итак, Жун Юнь крепко спал в объятиях Чу Фэна.

В раннее субботнее утро в их комнате Чу Фэн встал самым первым из всех.

Поскольку каждую пятницу вечером у Гуй Хэна проводились занятия по искусству, то он теперь практически не возвращался домой по выходным. А занятия Сы Сяня находились ближе к школе, и погода начала холодать, поэтому он не утруждал себя беготней туда-сюда, и на выходные в основном оставался в школе.

Вроде и мелочь, но это повлияло на него, или, по крайней мере, на то немногое время, которое они с Жун Юнем могли провести вместе.

Жун Юнь смутно открыл глаза и посмотрел на одевавшегося Чу Фэна.

Увидев, что он проснулся, Чу Фэн подошел и прошептал:

— Еще рано, поспи еще немного. На обратном пути захвачу тебе что-нибудь поесть.

— Ммм, — едва слышно ответил Жун Юнь, скручиваясь под одеялом.

Подоткнув на нем одеяло Чу фен вышел на улицу.

Когда он вышел из здания общежития, то оказался под порывами холодного ветра, Чу Фэн вдруг почувствовал себя, будто он идет зарабатывать деньги, чтобы содержать свою семью. Это было неплохое чувство, оно даже давало ему ощущение ответственности, от которой невозможно отмахнуться. Очень сокровенное и занимательное чувство...

Место съемки на этот раз находилось в студии, что просто прекрасно. Торчать на улице в такую погоду не лучший выбор.

Возрождение и Искупление Глава 29.2: Ранение

Когда он вошел в студию, Бай Фэй сначала пригласил его поприветствовать режиссера и рабочую группу, чтобы он мог сблизиться и сделать съемку более плавной. В то же время это еще и способ накопить контакты. Конечно, этот метод не дает мгновенного результата, но он всегда полезен в долгосрочной перспективе.

На этот раз режиссер не так известен, как Режиссер Ю, но репутация в отрасли неплохая, поэтому Бай Фэй согласен позволить Чу Фэну заняться этой рекламой.

Поскольку это новый бренд, да к тому же жевательная резинка, основное внимание уделяется естественному вкусу. Основная направленность этой жвачки – освежить дыхание и предотвратить кариес, поэтому стиль съемки также должен быть очень свежим. Выступление должно быть слегка преувеличено, чтобы подчеркнуть хороший вкус продукта.

Это тот вид рекламы, требует определенной доли преувеличения, но не настолько, чтобы это выглядело чересчур надуманно. Чу Фэн правильно оценил масштаб, и его выступление не только соответствовало требованиям, но и казалось очень естественным. В сочетании с наложенными позже эффектами, можно предвидеть, что это будет еще одна впечатляющая реклама.

Так как ролик довольно короткий, то отсняли все очень быстро, завершив за утро. В полдень Чу Фэн пообедал со съемочной командой, а поскольку он все еще школьник, ему не разрешалось пить. Когда трапеза почти закончилась, Бай Фэй обменялся достаточным количеством контактной информации, после чего забрал Чу Фэна и уехал.

Вместо того чтобы позволить Бо Фэю отвезти себя обратно в школу, он решил пройтись по торговому центру.

— Можешь возвращаться, Бай-гэ, — сказал он прибыв на место. — Я вернусь сам, на метро.

Бай Фэй поколебался, у него на дневное время имелись свои планы, поэтому он не мог сопровождать Чу Фэна повсюду.

— Хорошо, не задерживайся и возвращайся в школу пораньше. — напутствовал он. — Оплата поступит в четверг, тогда и напишу тебе.

— Окей, прости за беспокойство, тогда я пошел.

— Угу, — кивнул Бай Фэй.

Чу Фэн вышел из машины и направился прямо в торговый центр. Он планировал купить Жун Юню шапку и шарф потеплее, чтоб он носил их, когда окончательно похолодает. А еще посмотреть, нет ли хорошей теплой пижамы. Ту, что носит Жун Юнь, уже тонковата для такой погоды, так что он намеревался купить ему утепленную.

Было почти три часа дня, когда Чу Фэн вернулся в школу с большой сумкой вещей.

Как только он вошел в спальню, он обнаружил, что что-то не так, и атмосфера казалась немного тихой.

Гуй Хэн сидел на стуле, а Сы Сянь стоял перед ним, прикладывая лекарство к уголку рта. Жун Юнь сидел на своем месте, склонив голову, и не произносил ни слова.

Первая мысль, возникшая у Чу Фэна, что Гуй Хэн издевался над Жун Юнем и получил от него. Но, если подумать, то становится ясно, что это не так. Случись подобное, Гуй Хэн обязательно бы ему позвонил.

— Что случилось? — спросил Чу Фэн, закрыв дверь.

— Ты вернулся, Фэн-гэ? — Гуй Хэн все еще выглядел беззаботным, но зашипел от боли, когда попытался улыбнуться.

Жун Юнь тоже повернулся к нему, и Чу Фэн увидел, что на лбу у него синяк.

Бросив вещи в руке, Чу Фэн немедленно подошел и осмотрел рану на голове Жун Юня, задав вопрос:

— Кто это сделал?

Не говоря ни слова Жун Юнь схватил его и не отпускал. Дело не в том, что он испугался, а в том, что он пытался удержать его и не дать вырваться.

— Это Ю Чжимин и Пань Сюань, — заговорил Сы Сянь вместо двух других. — Утром Жун Юнь отправился в библиотеку вернуть книги, на выходе они то его и заловили. Гуй Хэн внезапно вспомнил, что тоже не вернул свои книги по художеству, и застал их за этим. В то время они уже начали бить Жун Юня. Гуй Хэн бросился сражаться с ними, и так получил несколько травм.

— Эти сосунки не успели воспользоваться случаем на полную, — усмехнулся Гуй Хэн одним уголком рта. — Пока мы боролись там, мимо как раз проходил директор, он всех нас поймал. — тот каждую неделю выходил домой в это время.

— Что потом? — нахмурившись, спросил Чу Фэн.

— Да они просто дебилы, В школе полно камер видеонаблюдения, и директор с легкостью узнал, что происходило там все это время. — презрительно сказал Гуй Хэн.

РАнее, когда их компания запугивала кого-то, то искала для этого лестничные пролеты и другие непросматриваемые места. Но эти идиоты осмелились заниматься подобным в кампусе. Гуй Хэн вообще не понимал, как ему вообще удавалось находить общий язык с этими людьми.

— Фэн-гэ, я говорю тебе, лучшее еще впереди, — воодушевленно продолжал Гуй Хэн. — Когда директор школы посмотрел запись с камер наблюдения, он был так зол, что позвонил их родителям. Парни так перепугались, что тут же раскололись обо всем. Оказывается, это Ци Хуэйно попросила их сделать это. Едва директор услышал ее имя, то тут же вызвал ее к себе. Естественно Ци Хуэйно все отрицала, говоря, что ее подставили. Когда мы с Жун Юнем уходили, то как раз прибыли родители этих придурков, а так же классные руководители их классов и нашего. Похоже там назревает то еще веселье.

— Почему они послушались Ци Хуэйно? — спросил Чу Фэн в замешательстве.

— Ци Хуэйно и Ю Чжимин стали парочкой. — улыбнулся тот. — Этот безмозглый идиот купился на ее слезы и решил вступится за свою девушку, показав свою крутость.

— Ранее Ци Хуэйно подставила Жун Юня, и получила в итоге противоположный результат. — заговорил Сы Сянь. — В этот раз она решила использовать Ю Чжимина. На этот раз она тоже не достигла успеха.

— Со мной все в порядке. — притягивая его к себе, мягко заговорил Жун Юнь. — Просто голову немного задело.

Чу Фэн угрюмо осмотрел его травмы.

— Все в порядке, — улыбнулся ему Жун Юнь. Поначалу он немного испугался, но к счастью вскоре появился Гуй Хэн, так все закончилось неплохо.

Не произнося ни слова Чу Фэн открыл шкаф Жун Юня, достал оттуда его пальто, надел на него и потянул за собой на улицу.

— Куда собрался? — спросил тот, когда его тащили за собой.

— В больницу, — его стукнули по голове, естественно нужен осмотр!

Возрождение и Искупление Глава 30.1: Переговоры

Глава 30: Переговоры

((У новеллы появился анлейт, так что снова попробую переводить с английского. Не знаю ускорит ли это процесс, но надежда есть. Хотя я буду сверятся с китайским. P.S. Анлейт к началу этого года окончательно помер...))

— Успокойся, со мной все правда в порядке, — потянув на себя Чу Фэна за руку сказал Жун Юнь. — Это просто ушиб.

— Тебе необходим осмотр, — серьезно произнес Чу Фэн остановившись. — А что, если ты поглупеешь. Ты и так не особо умен.

— Я не глупый... — недовольно сказал на это Жун Юнь, немного опешив. — У меня отличные оценки по экзаменам.

Чу Фэн беспомощно вздохнул в своем сердце. Сейчас он был в огне, но не время давать волю чувствам, да и злиться перед Жун Юнем не стоит.

— Это моя вина. Я занимался рекламой, оставив тебя в школе одного., — извиняющимся тоном произнес Чу Фэн. — Я не защитил тебя.

— Ты не имеешь к этому никакого отношения, — он сам не ожидал, что случится подобное. — Гуй Хэн пришел вовремя. Они просто толкнули меня. Я не устоял на ногах и врезался в дерево. Но неожиданно Гуй Хэн помог мне сегодня. В конце концов...

Жун Юнь не закончил, но Чу Фэн уже понял, что он имел в виду.

В конце концов, они тусовались вместе с Ю Чжимином, дерясь и запугивая людей. Чу Фэн расстался с Ю Чжимином ради Жун Юня, и он знал причину, приняв это. Однако Жун Юнь удивился по поводу Гуй Хэна, сражавшегося против Ю Чжимина ради него, будто само собой разумеющееся.

— Гуй Хэн действительно тот еще придурок, — сказал Чу Фэн понижая голос. — Конечно, я не имею права говорить о нем что-либо , Но Гуй Хэн тоже хочет исправить свои ошибки. Да и отношения у него лучше со мной, чем с Ю Чжимином. Теперь, когда у меня с тобой хорошие отношения, с его характером, я уверен, он встанет на твою сторону. Кроме того, разве вы не ладили с ним в последнее время? Так что в его защите нет ничего удивительного.

— Ага, — с улыбкой ответил Жун Юнь, — Не сердись на произошедшее. Впредь буду осторожнее.

— Теперь я не оставлю тебя одного, — сказал Чу Фэн, взяв Жун Юня за руку. — Тем не менее, тебе все равно придется поехать со мной в больницу, чтобы удостовериться в твоем состоянии. Это не займет много времени. Будь паинькой. А вечером я приглашу тебя на ужин.

На мгновение задумавшись, Жун Юнь не хотел, чтобы Чу Фэн беспокоился о нем, поэтому кивнул.

Чу Фэн был доволен, вызвал такси и отвез Жун Юня в больницу.

Для удобства Чу Фэн выбрал больницу Сун Биня, которая также находилась недалеко от центра города и из которой удобно найти место для ужина.

Чу Фэн не хотел беспокоить Сун Биня, но так совпало, что тот сегодня отдыхал, а его наставник перенес операцию. Поэтому он тоже явился в больницу, желая понаблюдать за операцией. Когда Чу Фэн вошел в больницу вместе с Жун Юнем, Сун Бинь как раз собиралась идти домой. В итоге все трое пересеклись в одном месте.

Увидев Чу Фэна, Сун Бинь удивился, но, заметив синяк на лбу Жун Юня, его лицо тут же посуровело и он спросил Чу Фэна:

— Ты дрался?

— Как это возможно? — быстро внес ясность Чу Фэн, а затем кратко изложил суть дела.

— Ты не в состоянии защитить своего человека, — хмуро отчитал его Сун Бинь. — На что ты тогда годен?

Чу Фэн тоже не стал этого опровергать. Все верно, сегодня он оставил Жун Юня.

— Бинь-гэ, я был неосторожен, — вмешался Жун Юнь, не желая, чтоб Чу Фэна отчитывали.

— Это не твоя вина, это те ученики в твоей школе. Они уже в выпускном классе, но вместо учебы занимаются не тем чем надо.

Сун Бинь был очень недоволен. Он знал, что Чу Фэн в своем возрасте все еще довольно импульсивен. В случае, если с Жун Юнем действительно что-то случится, он не мог гарантировать, что он сможет сохранять спокойствие, как сейчас, вовремя вспомнив отвезти Жун Юня в больницу на проверку.

— Что ты собираешься с этим делать? — спросил его Сун Бинь.

Чу Фэн промолчал. У него имеются некоторые идеи, но он не мог рассказать о них в присутствии Жун Юня, иначе он точно не согласится.

— Ты уже в выпускном классе школы, — чуть пристальнее посмотрел на него Сун Бинь. — Не делай глупостей, способных тебе навредить, иначе тем, кто пострадает, будешь именно ты. Предоставь это мне.

Не понимая, что задумал Сун Бинь, Чу Фэн озадаченно посмотрел на него.

— Мы не можем позволить Жун Юню страдать напрасно, — похлопав Чу Фэна по плечу сказал Сун Бинь. — Сначала я устрою Жун Юню полный осмотр, а позже ты дашь мне номер телефона своей классной руководительнице.

Кивнув, Чу Фэн не стал допытываться. Осмотр Жун Юня важнее всего.

********************

((Около 20% этой части пришлось с китайского переводить. Анлейт слишком доверяет гуглу.))

Возрождение и Искупление Глава 30.2: Переговоры

Кивнув, Чу Фэн не стал допытываться. Осмотр Жун Юня важнее всего.

После серии обследований, с Жун Юнем действительно оказалось все в порядке, сотрясения мозга не было. Это и правда оказался просто синяк. Ему прописали мазь и тут же смазали ушиб.

Чу Фэн тут же почувствовал полное облегчение. Забрав выписанное Жун Юню лекарство, он спросил Сун Биня:

— Что задумал, брат.

Поняв, что тот хочет обсудить это, Сун Бинь не стал ничего скрывать.

— Я притворюсь братом Жун Юня и попрошу родителей замешанных учеников оплатить медицинские расходы и о возмещении морального ущерба. Даже если я не смогу снять с них шкуру, я заставлю запомнить это надолго.

Сун Бинь не знал, какой обстоят дела в семье Жун Юня, но, учитывал возможность, что тот мог бояться и не желать рассказывать о произошедшем, чтоб не беспокоить их. Но как старший брат Чу Фэна, он все же должен был что-то сделать, чтобы помочь своему младшенькому, иначе он снова отобьется от рук начав беспредел.

Поразмыслив над этим, Чу Фэн решил, что это неплохой выход. Если он вмешается, избив Ю Чжимина и остальных, это не только навредит ему, но и заставит Жун Юня беспокоится. Поэтому он не мог на такое пойти. Лучше найти возможность преподать им урок, чтоб они страдали, но не могли жаловаться.

— Бинь-гэ, не беспокойся обо мне. Ты – человек занятой, не стоит беспокоится о моих проблемах, — Жун Юня действительно беспокоило и смущало то, что Сун Бинь за него заступается.

— Ничего такого, нужно показать, что о тебе беспокоятся, чтобы они не посмели снова запугивать тебя. Сейчас у тебя важный период, и тебе нельзя беспокоить подобными вещами, — сказал Сун Бинь Жун Юню. — Я понимаю ситуацию, не волнуйся. Пока ты в порядке, Чу Фэн не будет бесится.

— Тогда я побеспокою тебя, брат, — не стал церемонится с Сун Бинем Чу Фэн.

— Ага. Куда ты сейчас? — спросил Сун Бинь.

— Хочу с ним поужинать и вернуться, — ответил тот.

— М-гм, тогда идите. Позже я позвоню вашей классной руководительнице и проясню ситуацию.

— Окей, — сказал Чу Фэн и дал ему номер телефона Дун Фан.

Попросив дождаться новостей от него, Сун Бинь провел их из больницы.

Оставив это дело На Сун Биня Чу Фэн почувствовал облегчение. Хотя сегодняшние события все еще немного расстраивали его, Жун Юнь в порядке, что улучшало настроение.

Выйдя из больницы, он взял такси и отвез Жун Юня в центр города на ужин.

Связавшись с Дун Фан, Сун Бинь поехал в школу Чу Фэна.

Директор школы тоже прибыл. Несколько родителей и проблемных учеников находились в кабинете директора. Школа высказала свое собственное мнение по этому поводу, в то время как родители надеялись, что школа отнесется к этому снисходительно и даст детям еще один шанс. Самым большим аргументом было не то, какое наказание назначить ученикам, а то, что двое детей, Ци Хуэйно и Ю Чжимин, влюбились друг в друга, и кто кого соблазнил.

Родители с каждой из сторон думали, что ребенок другой стороны соблазнил их ребенка. Семья Ю Чжимина считала Ци Хуэйно звездой (человек) приносящей неудачу. Она соблазнила их сына на раннюю любовь и даже понудила драться для себя, из-за чего он попал в неприятности. Семья Ци Хуэйна напротив считала виновником Ю Чжимина, это именно он соблазнил их дочь, именно поэтому он сам решил впутаться в драку за нее, в результате, когда у него начались неприятности, он решил прикрыться их дочерью, выставив ее виновной. В результате, Ци Хуэйно вынесли от школы предупреждение, в результате она оказалась под прицелом и больше не могла попадаться.

Когда Сун Бинь прибыл, родители с обеих сторон все еще рвали друг друга, пытаясь уменьшить ответственность своих детей и возложить ответственность друг на друга. Родители детей, участвовавших в избиении Жун Юнея вместе с Ю Чжимином, считали своих детей всего лишь сообщниками.

Родители занимались перекладыванием ответственности, а на лица директора и учителей было трудно смотреть – в конце концов, никому не нравилось, если их вызывали в школу, для разборок с подобным в свои выходные.

После того, как Сун Бинь вошел в кабинет, он сначала представился, назвавшись двоюродным братом Жун Юня. Поскольку родители Жун Юня не смогли приехать, они попросили его прийти, чтобы разобраться в ситуации. В конце концов, независимо от степени тяжести, Жун Юня травмировали. Поэтому он намерен все тщательно обсудить с другими родителями.

Перед приходом Сун Бинь уже позвонил Дун Фан, директор школы тоже был в курсе его визита. Жун Юнь – одна из вовлеченных сторон, и его родители, естественно, должны пойти в школу, чтобы разузнать о ситуации, узнав о ранении сына.

Для начала Сун Бинь предъявил результаты обследования в больнице. а затем высказал собственное мнение – для начала, он попросил этих родителей компенсировать медицинские расходы. Затем он потребовал возмещения за моральный ущерб. Причина в том, что Жун Юнь уже в выпускном классе. Можно сказать, что каждый день был очень важен. Ни в чем неповинный человек оказался раненным и получил испуг, из-за чего Жун Юнь оказался подвержен определенному влиянию на нормальную учебу и повседневную жизнь. Именно поэтому требование о возмещении за моральный ущерб вполне обоснованны.

Школа согласилась с предложением Сун Биня. Даже если бы он не упомянул об этом, школа подняла бы этот вопрос. Независимо от размера травмы, Жун Юнь и Гуй Хэн были ранены, и медицинские расходы должны быть компенсированы. Что касается расходов на моральный ущерб, которые использовались для успокоения, школа также надеется, что эти родители пойдут навстречу и все оплатят.

Поскольку Сун Бин с самого начала хотел взыскать с этих родителей за медицинские расходы, список, приведенный врачом, был особенно подробным. Почти все, что можно было проверить, было проверено. Более того, ни одно из обследований не являлось ненужным и не представляло потенциальной опасности для здоровья. Поэтому проведение их вполне приемлемо.

Суммарная стоимость этих осмотров также очень "впечатляющая", поэтому лица родителей мгновенно изменились при виде обозначенных сумм.

Некоторые не слишком обеспеченные семьи немедленно вскочили и возразили, что семья Жун Юня поднимает шум и намеренно выманивают у них деньги. В итоге они сплочились и заявили, что не намеренны ни за что платить. В итоге недовольство учителей возросло, а выражения лиц ужесточились, эти родители вообще не желают договариваться, что ставило школу в неловкое положение.

Сун Бинь не стал с ними спорить, а просто сказал, что если они не согласны, то ему придется пригласить адвоката. Большинство родителей посчитало это пустой угрозой с его стороны. В конце концов, приглашать адвоката для решения проблем между детьми, это стрелять из пушки по воробьям (1).

Сун Бинь почти не отвечал на все это. Проконсультировавшись со школой, он позвонил своему адвокату, попросив его приехать.

Он не приглашал адвоката с самого начала, так как опасался, что школа может посчитать его слишком агрессивным и не идущим на контакт, и это, впоследствии, может навредить их мнению о Жун Юне. Теперь же школа встала на его сторону, потому-что это не он препятствовал соглашению. Сейчас он может спокойно вызвать адвоката для законного урегулирования дела.

Эти родители не ожидали, что Сун Бин действительно пригласит адвоката. Когда прибыл адвокат, все они хранили молчание.

Адвокат был очень профессионален. Он проанализировал этот вопрос при помощи профессионального подхода и четко объяснил рациональность требования о компенсации, а также проблемы и последствия, с которыми они столкнутся, если не выплатят компенсацию. Несколько родителей были ошеломлены и в конце концов согласились на выплаты.

Что касается обсуждения вопроса о наказании нескольких учеников школой, адвокат также высказал некоторое мнение. Цель состояла в том, чтобы оказать самое серьезное лечение. К счастью, Жун Юнь сегодня не пострадал. Однако, если они не отнесутся к этому серьезно, и некоторые ученики в будущем будут полагаться на удачу, это действительно может привести к непоправимым последствиям, и ответственность школы окажется намного больше, чем сейчас.

Учителя кивали снова и снова. Они не хотели, чтобы подобное опять повторилось, поэтому пообещали серьезно с ними разобраться.

Сун Бинь и его адвокат не стали задерживаться, поэтому ушли первыми. Что касается того, как школа справлялась с этим, то это их дело.

После выхода из школы уже стемнело. Сун Бинь позвонил Чу Фэну и сообщил о результатах. Эти двое просто перекинулись парой слов и закончили общение.

— Идем ужинать, — с улыбкой похлопал адвоката по плечу Сун Бинь.

Адвокат не сторонился его, а просто с ответной улыбкой сел в машину.

Этот адвокат – одноклассник Сун Биня по средней школе, они вместе сидели за одной партой, и у них всегда были очень хорошие отношения. Сегодня им выпал редкий момент, когда они оба свободны. Поэтому они договорились поужинать вместе. Неожиданно Сун Бинь собиравшийся домой переодеться, а затем пойти на ужин, встретил Чу Фэна и Жун Юня в больнице.

Сун Бинь заранее сообщил однокласнику о деле, поэтому адвокат пришел так быстро.

После того, как Чу Фэн повесил трубку, он просто рассказал Жун Юню о результатах.

— Бинь-гэ такой могущественный, — отозвался Жун Юнь, кушающий торт с кокосовым молоком.

— Ага, — кивнул Чу Фэн. Его брат действительно был намного спокойнее его. Хотя в нем имелся элемент "чувства путают суждения", по сравнению с ним, он сам все еще думал недостаточно зрело. Ему предстоит многому научится. В будущем, если они столкнутся с проблемами, ему следует больше использовать мозг. И Жун Юню, очевидно, такой подход нравится больше.

********************

1. 杀鸡用牛刀 (shā jī yòng niú dāo) — досл. резать курицу большим тесаком (или тесаком для забоя скота), по нашему стрелять из пушки по воробьям.

Возрождение и Искупление Глава 31.1: Рождество

Глава 31: Рождество

Вернувшись в школу, в качестве благодарности Чу Фэн принес Гуй Хэну полно его любимой еды. Конечно, он не забыл и о Сы Сяне.

Увидев еду, Гуй Хэн уже забыл о "Почему Чу Фэн не отвез его в больницу". Он не гурман, но как минимум это означает, что брат его не забыл.

На самом деле, после того, как Чу Фэн потащил Жун Юня в больницу, Гуй Хэн тупо посмотрел на Сы Сяня, спросив:

— А как же я? Думаю, мне в больницу нужно даже больше Жун Юня.

— Угу, — приподняв уголок рта Сы Сянь, добавив, — Тогда переодевайся, я отвезу тебя в больницу, а потом получу компенсацию от Чу Фэна.

— Нет уж, — покачал головой тот. — Какой смысл ходить туда с такими царапинами? Позор еще тот.

На самом деле, Гуй Хэн из тех, кто терпеть не может больниц, в том числе навещать там пациентов. Если у него есть возможность не ходить туда, то он не станет туда ходить. Когда он был совсем маленьким, в возрасте трех или четырех лет, иммунитет его организма был очень слабым. Он часто болел, ему всегда приходилось ложиться в больницу под капельницы. А все дети терпеть не могут всевозможных уколов. Со временем у Гуи Хэна появилась небольшая психологическая тень. Хотя, когда он вырос, стало намного лучше, от запаха больницы его мутило.

— Так ты все еще хочешь, чтоб Чу Фэн тебя туда отвез? — Сы Сянь бросил мазь в аптечку и убрал ее в шкафчик.

— Я просто так сказал... — похоже Гуй Хэн не воспринимал это в серьез.

Проигнорировал его, Сы Сянь достал тетрадь и начал делать домашнее задание.

Итак, Чу Фэн вернулся и принес ему угощения, Гуй Хэн сразу же почувствовал себя полностью выздоровевшим.

Чу Фэн взял сумку, отброшенную им в угол ранее, поставив ее рядом с Жун Юнем.

— Взгляни, это тебе.

Взглянув на него, Жун Юнь начал доставать вещи из сумки и открывать их. Там была плюшевая пижама из цельного куска молочно-желтого цвета со шляпой на которой красовалась пара очаровательных кошачьих ушек.

У Жун Юня просто речь от такого отняло. К счастью, у пижамы не было хвоста. Так-что его репутация пострадает не сильно.

— Переоденься, посмотрим, в пору ли, — улыбнулся Чу Фэн. Когда он увидел эту одежду, то посчитал, что она идеально пойдет Жун Юню. Он еще раньше хотел купить Жун Юню подобное, но не ожидал, что встретит что-то такое.

— Она странная, — Жун Юнь действительно никогда не носил подобных пижам. Она похожа на вещь для детей, когда они становятся счастливы едва одев ее.

— Что странного? — заговорил Чу Фэн. — Это просто ради тепла. Твоя нынешняя уже слишком тонкая. Ну-ка, надень. Попробуй. Если не подходит, можете поменять.

Жун Юнь колебался. Эта одежда давала ему чувство неловкости, но раз пижама уже куплена Чу Фэном, поэтому он не может отказаться. В конце концов, деньги уже потрачены. С такими мыслями Жун Юнь начал раздеваться, чтоб одеть ее.

Чу Фэн наблюдал, как опрятно одетый Жун Юнь превратился в котенка. По его мнению это было очень мило. Но в комнате есть другие, поэтому он не мог сказать это прямо.

Приблизившись к нему, он проверил длину рукавов и штанин. Все оказалось впору.

— Отлично, можешь спокойно носить после стирки, — удовлетворенно кивнул он. Можно было бы и так, но одежду, прилегающую к коже, лучше стирать перед ноской.

— М-мм, — ответил он. Будет странно, если он откажется из-за стиля. Пижама действительно очень теплая и мягкая. Его будто бы завернули в одеяло. Поэтому внутренний дискомфорт Жун Юня испарился.

— Фэн-гэ, — сказал Гуй Хэн, вытирая жирный рот салфеткой, — В последнее время твой вкус становится все более и более странным, — на его памяти Чу Фэн никогда не интересовался подобными вещами.

— Здесь слишком холодно. Я всегда хотел одеться потеплее. Но этот костюм был только на размер Жун Юня, так что купил только ему, — конечно, это только оправдание. Он просто хотел купить его для Жун Юня.

— Слава богу, — отозвался Гуй Хэн, испытывая облегчение.

Чу Фэн только глянул на него, решив проигнорировать.

В понедельник также были обнародованы результаты для тех студентов, издевавшихся над Жун Юнем. Все они получили дисциплинарные взыскания, которые были занесены в их дела. Ци Хуэйно и Юй Чжимин были даже поставлены на испытательный срок, на случай новых серьезных проступков. Такого рода наказание было в одном шаге от исключения. Если они доставят еще какие-либо неприятности, даже если они не такие серьезные, как эта, их точно исключат. Так что этим двоим теперь необходимо быть паиньками и держаться от проблем подальше, до самого выпуска.

В итоге было установлено, что Ци Хуэйно была замешана в подстрекательстве Юй Чжимина и других к избиению Жун Юня, и именно Доу Мэн выступила в качестве свидетеля. Они с Ци Хуэйно сидели за одним столом и спали в одной комнате, и раньше были хорошими друзьями, поэтому Доу Мэн не составило бы труда заметить любые действия Ци Хуэйно, если бы она была хоть немного внимательна.

Когда Доу Мэн выступила с показаниями против нее, Ци Хуэйно вышла из себя, обвинив ее во лжи, что это она все устроила. Будто Доу Мэн мстит ей за тот инцидент с камерой. Однако семья Ю Чжимина верила Доу Мэн, потому-что тот ни с кем до этого не встречался, и Ци Хуэйно оказалась его первой, поэтому они верили, что это она соблазнила их невежественного сына.

Школа подвергла показания Доу Мэн тщательной проверке, ведь у нее действительно имелся конфликт с Ци Хуэйно. Позже классный руководитель 6 класса тайно спросил двух других соседок по комнате. Оба они слышали, что, когда Ци Хуэйно разговаривала с Ю Чжимином по телефону, они слышали упоминание Жун Юня, и надеялись, что Ю Чжимин поможет ей добиться справедливости. После этого Ци Хуэйно так и не смогла сложить с себя ответственность. Школа рассмотрела этот вопрос в соответствии с правилами. Только после того, как родители Ци Хуэйны умоляли школу дать их дочери еще один шанс, школа пересмотрела свое решение и не стала исключать ее сразу. Тем не менее, школа собирается уделять особое внимание ее будущим действиям.

Несколько родителей выплатили медицинскую и моральную компенсацию Жун Юню в установленный срок. Эти деньги были переведены Сун Бинем на карту Жун Юня. Получив деньги, тот его поблагодарил и угостил на них Гуй Хэна, чтобы поблагодарить его за свое спасение в тот день.

После того, как Гуй Хэн исправился, он также обнаружил, насколько раздражающим являлось его предыдущее поведение. Воспользовавшись этой возможностью поесть, он также официально извинился перед Жун Юнем за предыдущие вещи.

В тот день Гуй Хэн действительно сказал нечто ранившее чувства Жун Юня, но все же не избил его. Кроме того, на этот раз Гуй Хэн его спас. И они обычно хорошо ладят в общежитии, Жун Юнь на самом деле уже давно перестал сердиться на него .Однако, после официальных перед ним извинений, Жун Юню стало легче на душе.

Возрождение и Искупление Глава 31.2: Рождество

Вскоре, как и было запланировано, пришел второй ежемесячный экзамен. По сравнению с прошлым разом, на этот раз Чу Фэн был намного спокойнее. Хотя он все еще многого не знал, но это не значило, что все безнадежно.

На этот раз Чу Фэн набрал на 30 баллов больше, чем в прошлый раз. Увидев его результат, Жун Юнь радостно нарисовал в своей тетради большой палец вверх. Хотя рисунок был не очень хорош, Чу Фэну он все равно понравилось.

В этот раз и Жун Юнь, и Сы Сянь также улучшили свои показатели, не намного, но стабильно.

Гуй Хэн тоже настойчиво шел к своему. Хотя он все еще оставался последним в классе, его оценка была на 40 баллов выше, чем в прошлый раз. За это Дун Фан не скупилась на похвалы в его адрес. Если он снова будет усердно работать, у него не будет проблем со сдачей экзамена по искусству.

После того, как семья Гуй Хэна узнала об этом, в качестве награды они купили ему новый мобильный телефон. Такое произошло впервые, когда семья захотела навестить его, так что Гуй Хэн чувствовал себя немного не по себе. Приняв телефон, Гуй Хэн несколько раз переспросил: "Это правда мне?" В конце концов его отец разозлился, взял книгу и стукнул его ее краем, после чего тот, наконец-то, убедился, что это все взаправду.

Новая реклама Чу Фэна также была показана по телевидению в декабре. Она немного отличалась от предыдущей рекламы напитков, исчезла предыдущая живость ученика, и появилась некоторая зрелость. Он выглядит как новичок только что из университета, который вот-вот выйдет на работу.

Когда реклама вышла в эфир впервые, Чу Фэн сидел вместе с Жун Юнем на диване. Приобняв Жун Юня, Чу Фэн, вместе с ним, ел бутерброды. У Шэнь Ши на этой неделе оказались дела, и он не мог дать им урок репетиторства. Так получилось, что у них выпала целая неделя отдыха. Чу Фэн не сказал своей семье о том, что не останется в школе на эти выходные. Взяв два сменных набора одежды, он отправился домой к Жун Юню.

— Какой стиль больше нравится? — спросил он после окончания рекламы.

— Хотя они разные, но обе хороши, — сказал Жун Юнь с улыбкой. Сидя на диване рядом с Чу Фэном укутанные тонким одеялом, Жун Юню было очень тепло. Это тепло было тем, которое он не испытывал очень долгое время. — Хотя в нашем возрасте реклама напитков была бы более подходящей для тебя, но с образом в рекламе жевательной резинки у тебя вообще не было противоречия образу. Очень круто.

— Круто? — с улыбкой спросил Чу Фэн, протягивая ему горячее какао, — В будущем они станут еще круче.

Сказав это, Чу Фэн расстегнул пуговицы пижамы Жун Юня и протянул руки внутрь.

Жун Юнь покраснел и поспешно сказал:

— Не создавай проблем, какао прольется, — на самом деле он очень боялся щекотки, и ему потребовалось много усилий, чтобы не упасть, когда Чжу Фэн внезапно коснулся его таким образом.

Чу Фэн улыбнулся и забрал у него какао, затем поцеловал его в губы с запахом свежих помидоров. Он был очень счастлив похвале Жун Юня. Но когда он был счастлив, он не мог не флиртовать с ним, желая подразнить Жун Юня. Конечно, он не зашел бы слишком далеко. Сейчас дома не так уж тепло, и, если он разденет Жун Юня чуть больше, то рискует, что он подхватит простуду. Оно того не стоит.

В это время по телевизору транслировалась реклама нового мобильного телефона, купленного Гуй Хэну, с рождественским спецпредложением. Только тогда Чу Фэн вспомнил, что скоро Рождество. Он не помнил, когда это началось, но в один момент этот иностранный праздник начал отмечаться китайским народом, особенно молодежь. И с каждым годом это начало становится все более популярным и оживленным. Сейчас это все еще не так заметно. Через два года крупные торговые центры будут устраивать рождественские елки и украшать все различными светящимися гирляндами к Рождеству, что очень красиво и сделает атмосферу праздника более насыщенной.

— Что бы ты хотел на Рождество? — спросил Чу Фэн. Жун Юнь уже слишком стар, чтобы верить легенде о Санта Клаусе, поэтому лучше спросить напрямую.

— Ничего не хочу, и в этот день нет праздника, — посмеялся Жун Юнь. — Тебе лучше вести себя прилично и делать свои работы в школе.

— Не спросишь, чего я хочу? — приподняв брови, спросил Чу Фэн.

— Чего ты хочешь? — совершенно серьезно спросил Жун Юнь глядя на него.

— Я не скажу тебе сейчас, но попрошу тебя об этом, когда придет время, — слегка улыбнулся Чу Фэн.

— Тогда лучше не проси слишком сложного подарка. — вытерев уголки губ сказал он. — Боюсь, ты будешь разочарован, если не сможешь их получить.

— Расслабься, — погладил Жун Юня по голове Чу Фэн со смешком, — Это то, что ты можешь дать.

В мгновение ока наступил Сочельник. Вечером Жун Юнь и Чу Фэн вместе учились в классе. В середине вечера зазвонил мобильный телефон Чу Фэна. Сказав Жун Юню, что собирается ответить на телефонный звонок, он вышел из класса.

Жун Юнь не обратил на такое внимания, это обычное дело.

Но на этот раз, когда Чу Фэн вернулся, он нес особенно изысканную упаковку с полупрозрачной коробкой в которой можно было увидеть часть торта. Украшение на коробке было выполнено в рождественской тематике. Такое ощущение, что даже после того, как торт съедят, коробку можно будет использовать как украшение, положив туда разные мелочи.

Одноклассники, сидевшие рядом с ними, тоже видели это, но они могли только завидовать.

— Собирайся, пойдем со мной, — шепнул Чу Фэн ставя коробку с тортом на стол.

Жун Юнь несколько секунд завис, глядя на торт, а затем поднял взгляд на Чу Фэна. Он не стал много объяснять и начал собирать его вещи. Через некоторое время они ушли с тортом.

Чу Фэн не повел Жун Юня обратно в их комнату в общежитии, а поднялся наверх в коридор со столами и стульями. Эти столы и стулья были подготовлены школой к ремонту. Некоторые были повреждены, а некоторые шатало, но посидеть некоторое время было вполне приемлемо.

Свет здесь был немного тускловат, но все еще достаточен, и только с ними двумя очень тихо.

Чу Фэн открыл коробку с тортом и достал тортик размером с ладонь. Торт был изысканно сделан, усеян орехами и двумя маленькими мальчиками. Распространился сильный шоколадный аромат с легким привкусом сладости и легкой горечью.

— Ешь, я заказал его специально для тебя, — распечатав одноразовую вилку, Чу Фэн протянул ее ему.

— Когда только успел? — Жун Юнь понятия не имел, что Чу Фэн заказал его. Хотя он не мог прочитать марку, он понимал, что это недешевая вещь с точки зрения изысканности.

— Я заказал его за неделю вперед, но они его не доставляют, — улыбнулся тот. — Брат забрал его и только-что занес.

— Побеспокоил Бинь-гэ, — отозвался на это не ожидавший таких хлопот Жун Юнь. — Как неловко.

— Он рекомендовал этот магазин, — со смехом сказал Чу Фэн, — Ешь быстрее. После еды я попрошу свой подарок.

— Чего ты хочешь? — спросил тот держа вилку.

Чу Фэн приподнял уголки рта, наклонился ближе к нему и сказал:

— Сначала поешь, а потом расскажу.

С учащенно бьющимся сердцем у Жун Юня запылало лицо. Он не мог сопротивляться Чу Фэну, тихо шептавшего ему на ухо, давая ему ощущение, что он согласится на все, что бы ни сказал Чу Фэн.

— Ты тоже попробуй... — предложил Жун Юнь, когда его сердце немного успокоилось.

— Угу, — Чу Фэн не очень интересовался тортом, но попробовал кусочек от двух маленьких мальчиков сверху, а остальное досталось Жун Юню.

Когда Жун Юнь доел свой последний кусочек торта, Чу Фэн посмотрел в его ясные глаза и сказал:

— Поцелуй меня.

********************

В китайском тексте последние слова написаны — Kissme. ヾ(≧▽≦*)o

Возрождение и Искупление Глава 32.1: Подарок

От просьбы Чу Фэна сердце Жун Юня забилось быстрее, кончики пальцев слегка задрожали, а лицо покраснело и разгорячилось.

— Именно я всегда проявлял инициативу, чтоб поцеловать тебя, — взяв его руку прошептал Чу Фэн с мягкой улыбкой. — Теперь твой черед.

Жун Юнь бессознательное переплел свои пальцы с пальцами Чу Фэна. Его покрасневшее, как помидор, лицо легко бросалось в глаза, даже в столь тусклом свете.

Чу Фэн знал о застенчивости Жун Юня, но чем больше он смущался, то тем больше ему хотелось дразнить его. При виде выступивших у того слез, ему еще сильнее захотелось поцеловать его.

Чу Фэн не считал себя геем. По крайней мере, после инцидента с Жун Юнем, у него не возникало подобных влечений ни к одному мужчине. Но теперь, поразмыслив, он не решался назвать себя абсолютным гетеросексуалом. До того, как он влился в актерскую индустрию, он никогда не заводил подружек. Он вел довольно безудержный образ жизни с гулянками и пьянками, но даже тогда он действительно не делал ничего необычного. После вступления в круг сложные межличностные отношения в кругу сделали его особенно осторожным в этом отношении. Были некоторые женщины-звезды, использовавшие его для шумихи и сплетен, но ни одна из них не являлась правдой.

Теперь, глядя на Жун Юня, Чу Фэн чувствовал, что все его энергичные мысли, казалось, сосредотачивались на Жун Юне. Это действительно заставило его чувствовать себя одновременно счастливым и беспомощным.

— Разве ты не хочешь? — сказал Чу Фэн, видя его долгое бездействие, — Или я тебе так сильно не нравлюсь? — конечно, он знал, что он нравится Жун Юню. Этим он просто хотел подразнить его.

— Нет, нравишься... — поспешно ответил тот.

Улыбнувшись, Чу Фэн притянул его к себе, продолжая внимательно наблюдать за ним, ожидая его дальнейших действий.

— Закрой глаза, — попросил Жун Юнь, подсознательно облизав губы.

Чу Фэн послушно закрыл глаза.

Обняв Чу Фэна за талию, Жун Юнь поцеловал его.

Губы Жун Юня оказались на редкость теплыми и мягкими, настолько, что Чу Фэну нестерпимо захотелось его укусить. Жун Юнь, конечно, не знал, что у Чу Фэна на уме. Он просто пытался вспомнить, поцелуи от Чу Фэна, стараясь вести себя подобным образом.

Мягкий маленький язычок высунулся, коснувшись губ Чу Фэна, после чего он спокойно открыл рот, позволив ему войти внутрь. Сладкий шоколадный аромат распространился во рту Чу Фэна, и в то же время возникло сильное чувство удовольствия.

Проникнув на территорию Чу Фэна, кончик языка Жун Юня будто растерялся. Его действия были очень неуклюжими и неорганизованными. Такой осторожный флирт оказался более соблазнительным, нежели искусное поддразнивание. Это было одновременно заманчиво и трогательно.

Чу Фэн открыл глаза и увидел дрожащие ресницы Жун Юня, напоминающие две Мимозы, которые закрываются при малейшем прикосновении.

Такой вид Жун Юня заставил Чу Фэна не сдерживаться. Приподняв его, он положил его на стол, а затем властно углубил поцелуй.

Жун Юнь снова перешел от активного к пассивному, но он, вероятно, привык быть пассивным, что сделало его немного более расслабленным, чем раньше.

Чу Фэн очень хорошо освоил ритм. Боясь, что Жун Юнь не сможет перевести дыхание, отчего станет некомфортно, поэтому во время этого длительного поцелуя, он периодически отпускал его на несколько секунд, чтобы дать ему возможность дышать. Из-за этого поцелуй казался нескончаемым. Жун Юнь игнорировал время и все происходящее снаружи. Чу Фэн единственный, кто остался в его глазах, сердце и прикосновениях.

Когда Чу Фэн наконец закончил поцелуй, у Жун Юня подгибались ноги, его губы покраснели и опухли, и он мог только лежать на спине на столе, стараясь перевести дух.

— Ты в порядке? — спросил Чу Фэн, проведя пальцами по волосам.

— М-гм, — ответил Жун Юнь, его голос звучал хрипло и мягко, будто сладкая вата.

— Идем, — сказал Чу Фэн подняв Жун Юня и отряхивая его одежду.

— Угу, — смущенно склонил голову Жун Юнь и вернулся в их общежитие вместе с Чу Фэном. Его ноги все еще были немного мягкими, но с поддержкой Чу Фэна он точно не упадет.

Когда они вернулись в общежитие, то обнаружили, что Гуй Хэн возится со своей акварелью, а Сы Сянь только что закончил принимать душ и сидит на стуле, вытирая волосы. Уже начался отопительный сезон и теперь в комнате стало намного комфортнее, а после принятия душа не надо было залазить в постель, чтоб согреться.

— Что с твоими губами? — озадаченно спросил Гуй Хэн, увидев слегка покрасневшие и припухшие губы Жун Юня. Обычно Гуй Хэн не такой внимательный, но кожа Жун Юня была белой, поэтому трудно не обращать внимания на его ненормально красные губы.

Это настолько смутило Жун Юня, что он не мог найтись, как на это ответить.

В глубине души Чу Фэн посмеялся, но внешне притворялся спокойным и сказал:

— Случайно обжегся, когда хлебнул кипяток.

— Ох, — повелся на это Гуй Хэн. Во всяком случае, иногда вода, которую он пил, была слишком горячей, и его рот становился красным.

Не осмеливаясь сказать что-либо, Жун Юнь схватил пижаму и бросился в ванную, чтоб принять душ. Втайне он молился, чтобы не быть таким красным, когда выйдет!

Сы Сянь взглянул на Гуй Хэна, затем на Чу Фэна, но ничего не сказал, отложил полотенце и залез в постель, чтобы заняться домашним заданием.

Возрождение и Искупление Глава 32.2: Подарок

После того, как Жун Юнь вышел из ванны, его место занял Чу Фэн. Высушив волосы, Жун Юнь тоже залез в кровать, готовый закончить все задания и пораньше лечь спать. Перед выходом он рассмотрел покраснение на губах, похоже оно не спадет до завтра.

На следующее утро Чу Фэн встал до того, как прозвенел звонок. Надев костюм, он достал вещи, которые были сложены в шкаф, и подошел к кровати Жун Юня.

Завернувшись в одеяло Жун Сюнь крепко спал, выглядев при этом премило.

— Проснись, Жун Юнь, — позвал его шепотом Чу Фэн, склонившись к самому его уху.

Потревоженный во сне, Жун Юнь нахмурился. Через некоторое время он приоткрыл глаза.

— Который час? — спросил он, сонно глядя на Чу Фэна.

— Звонок прозвенит через полчаса, — Чу Фэн коснулся его лица, помогая ему проснуться.

— С чего ты проснулся в такую рань? — обычно Чу Фэн вставал, после звонка.

— Это подарок от Санта-Клауса для котенка (1), — прошептал Чу Фэн и положил коробку на подушку Жун Юня.

— Ты не Санта-Клаус, а я не котенок, — протестуя ответил Жун Юнь, приподняв одеяло и наконец проснувшись.

— Да, это рождественский подарок от Чу Фэна Жун Юню, — ухмыльнулся тот. — Давай посмотрим, понравится ли тебе.

— Разве ты не подарил мне вчера торт? — он считал, что именно торт являлся подарком.

— То был Канун Рождества, а это Рождество.

— Я не подготовил ответного подарка... — немного виновато сказал на это Жун Юнь.

— Почему нет? Разве ты не дал его мне вчера вечером? — сказал Чу Фэн и указал на свои губы.

За ночь произошедшее вчера забылось, но, после напоминания, Жун Юнь сразу вспомнил об этом. Он тут же протянул руку и натянул шляпу, желая прикрыть лицо, и смутился, уткнувшись в одеяло.

Наклонившись над ним, Чу Фэн ущипнул его за ушко шляпы и сказал:

— Ты действительно собираешься стать котеночком.

— Нет... — глухо отозвался Жун Юнь.

Утреннее время не совсем подходящее и Чу Фэн перестал дразнить, а вместо этого похлопал его по заднице под одеялом и сказал:

— Встань и посмотри, нравится ли тебе подарок.

Через некоторое время Жун Юнь почувствовал, как лицо перестало гореть, поэтому он сел, снял шапку и пошел распаковывать подарок.

Подарком оказался мобильный телефон, он был той же модели, что и подаренный Гуй Хэну, только у того был черный, а этот белый.

По идее, Чу Фэну следовало бы купить такой же телефон, что и у него, чтоб создать пару, но на рынке марка Гуй Хэна была лучшей на нынешний момент. Хотя Чу Фэн купил свой телефон в начале учебы, и он все еще новый, он уже не последней модели. Было бы слишком расточительно менять его всего через несколько месяцев. На деньги, чтобы купить мобильный телефон, он может купить больше полезных вещей для Жун Юня.

— Это... слишком дорого, — Жун Юнь не осмеливался принять это. Он слышал, как Гуй Хэн упомянул цену этого мобильного телефона.

— Твой мобильный совсем старый, пришло время его заменить. В следующий раз мы купим одинаковые, — ответил Чу Фэн.

На этот раз гонорар за рекламу жевательной резинки принес ему много денег. Однако, учитывая расходы на обучение и проживание Жун Юня в университете, Чу Фэн решил, что ему все же следует экономить. Родители Жун Юня действительно дают ему деньги, но у них, в конце концов, имеются свои семьи. Трудно сказать, что может произойти в будущем. У него должны быть определенные сбережения для беззаботной жизни в универсетете.

— Как насчет... Чтоб ты пользовался этим, а мне отдай свой старый, — Жун Юнь все еще стеснялся пользоваться этим новым мобильным телефоном.

— Он куплен для тебя, потому ты и будешь им пользоваться, — сказал Чу Фэн, вынимая симку с прежнего мобильного Жун Юня и вставляя ее в новый, кладя старый в коробку, добавив, — Можешь медленно изучать его функции, когда будет время. Сначала спрячь старый, подумай, хочешь ли ты его оставить или выбросить позже.

— Не нужно выбрасывать, отнесу его домой, — Жун Юнь привык экономить, потому не любил выбрасывать то, что могло еще пригодится.

— Хорошо, — пусть такая мелочь останется на усмотрение Жун Юня. — Иди умывайся, они скоро встанут.

— М-гм, — кивнул тот и пошел умываться, встав с постели.

Чу Фэн первым делом переоделся, а потом собрал их ранцы в школу, после того, как Жун Юнь закончил утренние процедуры, он тоже пошел в ванную.

На Новый Год школа дала три выходных дня. Сун Синь все еще находилась за городом на съемках и на Новый Год не вернется. После разговора с отцом Чу Фэн отправился в дом Жун Юня.

После улучшений оценок Чу Фэна, отец перестал так сильно беспокоиться и следить за ним. Он даже обрадовался, что тот живет со своим соседом по парте.

В канун Нового Года в Городе С. должно было состояться шоу фейерверков. Чу Фэн отправился туда вместе с Жун Юнем.

Шоу фейерверков проходило на площади, и пешеходная дорога, ведущая к площади, также была устроена как улица закусочных с обеих сторон, где продавались всевозможные яства. Чу Фэн и Жун Юнь пришли после ужина, так что им не особо хотелось покупать еду. Однако Чу Фэн все равно купил Жун Юню клубничный тангулу (2). Множество людей медленно передвигалось, так что Жун Юнь мог есть его в комфортной обстановке.

Из-за огромного столпотворения было легко разделиться, поэтому Чу Фэн всю дорогу держал Жун Юня за руку. В такой обстановке их действия не казались неуместными, и они могли бы подумать, что они пара братьев в дружеских отношениях, пришедших вместе встретить новый год.

Место, где запускали фейерверки, находилось на большой площади посередине, так что дорога туда была закрыта. Те, кто пришел посмотреть шоу фейерверков, могли выбрать одну из четырех небольших площадей вокруг нее, такое рассредоточение делало его менее многолюдным.

Некоторые продавцы пользуясь этой возможностью, для продажи небольших веревок, чтобы предотвратить разделения в переполненной толпе. Существовало много стилей и типов. Там была маленькая школьная сумка для детей. Один конец веревки был на школьном ранце, а другой конец держали родители. Были и для взрослых, оба конца которых можно было привязать к поясу. Существовали браслеты для влюбленных, которые можно было застегнуть на запястьях двух людей.

На самом деле, такой простой дизайн может быть не очень эффективным, но в такой атмосфере и толпе некоторые люди купили бы его и использовали. С одной стороны, это все еще могло сыграть определенную роль, а с другой стороны, это была также свежая и забавная идея.

Подумав об этом Чу Фэн купил один такой в виде браслетов, после чего соединился с Жун Юнем. Но даже так, он не отпускал его руку, так что это было просто украшение.

Жун Юнь немного смутился, увидев, как два мальчика или две девочки покупали просто ремни, и только Чу Фэн купил , как для влюбленных. Но когда он держал сильную руку Чу Фэна, Жун Юнь все же чувствовал себя немного счастливым. Форма была просто отношением. Чу Фэн, державший его за руку, был самым настоящим.

— Замерз? — спросил Чу Фэн.

— Нет, — Жун Юнь доел последнюю клубнику и выбросил бамбуковую палочку в мусорное ведро.

Чу Фэн отвел его в более темное место. Сильный свет на площади иногда заставлял людей чувствовать себя неуютно.

Так они и стояли в укрытии. В 11:30 вечера официально началось шоу фейерверков. Фейерверк на этот раз был очень красивым. В дополнение к тем, что были расположены в небе, относительно низкие внизу также были очень красивыми. Там было много цветов и узоров, и время пребывания в воздухе также было очень долгим, что давало людям яркое и необычное чувство.

Чу Фэну, который наблюдал фейерверки через десять лет, они конечно не впечатляли, но ему нравилось наблюдать за ними вместе с Жун Юнем.

В кульминационный момент шоу фейерверков в воздухе расцвело бесчисленное множество фейерверков. Вверху появилось число, образованное фейерверком, отсчитывающим новый год. Когда обратный отсчет достиг “1”, Чу Фэн склонил голову и поцеловал Жун Юня. Глядя на отблески фейерверков в глазах Жун Юня, и увидев в его глазах неприкрытое удивление и невинность, Чу Фэн внезапно почувствовал, что провести свою жизнь с ним будет большим счастьем.

********************

Автору есть, что сказать:

[Маленький Театр]

Жун Юнь: [С презрением на лице] маленький котенок или что-то в этом роде, ты ведешь себя по-детски.

Чу Фэн: [расстегивая пуговицы] У меня есть кое-что не детское. Хочешь опробовать?

********************

1. Вообще-то там маленький молочный кот 小奶猫, в одном из словарей говорится, что 奶猫 (nǎimāo) - маленький котенок синоним беспомощного человека, вызывающего жалость. Но возможно это отсылка к пижаме Жун Юня купленной Чу Фэном ( вроде она напоминает кошку? искала об этом но не нашла).

1. 糖葫芦 (tánghúlu) — засахаренные плоды на палочке, ягоды и фрукты в сахарной карамели на палочке (боярышник, яблоки, дольки мандарина, клубника и др.)

Возрождение и Искупление Глава 33.1: Настроение

Вернулись домой они довольно поздно. Чу Фэн предложил вымыться вместе, но Жун Юнь напрочь отказался, для него переодевание в присутствии Чу Фэна уже было пределом.

Посмеявшись Чу Фэн поцеловал его в лоб, затем взял сменную одежду и пошел в ванную, чтобы принять душ.

Сев на диан, Жун Юнь отправил родителям сообщение с новогодними поздравлениями, использовав новый телефон, купленный ему Чу Фэном. Однако ответа так и не последовало, даже спустя долгое время. Со временем разочарование в сердце Жун Юня становилось все нарастало, и он выглядел немного подавленным, но он все равно утешал себя, думая, что уже поздно и его родители, возможно, уснули, и не заметить сообщение вполне нормально.

Когда Чу Фэн вышел из душа, то увидел Жун Юня, похожего на брошенного котенка. Он пялился в телефон в руках, так что Чу Фэн вполне мог догадаться о причине.

Приблизившись к Нему, Чу Фэн погладил его по волосам и просил:

— Ты несчастен?

— Нет, — улыбнулся ему тот, — Просто сонный.

— Тогда иди в душ, а я расстелю постель, — Чу Фэн не заставлял его ничего говорить. В такой момент, если Жун Юнь не желал разговаривать, то все, что ему остается, это составить ему компанию.

— Угу, — ответил Жун Юнь, отложив телефон, он встал, чтобы направиться в душ.

Чу Фэн пошел в спальню и, постелив одеяло, также отправил текстовые сообщения своим родителям. Вечером он уже разговаривал по телефону со своей матерью, и еще потому, что его мать ложилась спать раньше, когда у нее не было ночных съемок. Она рано поговорила с Чу Фэном по телефону и поведав много интересного, а также сказала, что не пойдет на Новый Год с молодыми людьми, в конце пожелав ему, чтобы они с Жун Юнем повеселились.

Ответное сообщение от Чу Тана пришло быстро. В дополнение к ответу “С Новым Годом”, он поинтересовался достаточно ли у него денег, чтобы потратить... Чу Фэн внезапно обнаружил, что его отец заботился о нем, спрашивая, достаточно ли у него денег, чтобы потратить, и это было довольно глупо. Но похоже, Чу Жоу он отправил такое же, только добавив дополнительное предложение “Не играй на улице допоздна". Но это ни в коей мере не означает, что их отец о них не заботился, он просто использовал другой способ. Если не задумываться, то могло показаться, что это слишком поверхностно. Но, если поразмышлять об этом, то становилось понятно, что это своего рода отцовская любовь.

Чу Фэн знал, что его отец сегодня будет на вечеринке, поэтому ответил сообщением, с убеждением пить меньше и идти домой пораньше.

Чу Тан быстро ответил, что уже едет домой.

После этого Чу Фэн ответил ему пожеланием спокойной ночи.

Отложив телефон, Чу Фэн почувствовал, что общение с отцом через смски чувствуются гораздо более естественно и непринужденно, нежели лицом к лицу.

Приняв душ и высушив волосы, Жун Юнь тоже забрался в постель. Они оба немного устали и почти не разговаривали в постели.

Мобильный Жун Юня так и не позвонил, Чу Фэн знал, что из-за этого тот расстроен, поэтому наклонился и прошептал ему на ухо:

— У тебя еще есть я.

— М-гм, — тихо ответил Жун Юнь, затем повернулся и попал в объятия Чу Фэна.

Чу Фэн обнял его и нежно похлопывал по спине, пока тот не уснул.

Они вдвоем проспали почти до полудня – редкий ленивый сон с тех пор, как начался выпускной год. Если бы их не разбудил телефонный звонок от матери Жун Юня, Жуй Сы, они, вероятно, смогли бы поспать чуть дольше.

Жуй Сы сказала, что прошлой ночью видела текстовое сообщение Жун Юня, но его брат так сильно плакал, что она ему не ответила.

Жун Юнь считал, что матери нелегко заботиться о ребенке в одиночку, потому попросил ее внимательнее заботиться о себе и не переутомляться. Едва он сказал это, как на заднем фоне раздался плач ребенка. Жуй Сы больше не могла уделить ему время и в спешке повесила трубку, чтобы позаботиться о ребенке.

Из-за поведения матери Жун Юня, которая родила маленького сына и игнорировала старшего сына, Чу Фэн был немного недоволен, но он не мог ни в чем ее винить, в конце концов – она мать Жун Юня.

Он обнял Жун Юня сзади.

— Поспим еще немного? — спросил он низким голосом.

— Встаем, иначе ночью не уснем. — поглядев на время, решил Жун Юнь.

— Может сходим вечером в Зал Чанфэн, поедим там? — он знал, что Жун Юню там нравилось.

— Хорошо, — кивнул Жун Юнь со смягчившимся выражением.

В такие дни, если они хотят посетить Зал Чанфэн, то следует заранее забронировать столик, иначе они рискуют столкнуться с неловкой ситуацией напрасной поездки.

Они вызвали такси. Чу Фэн чувствовал себя неловко, что не вел машину самостоятельно, но сейчас у него нет времени сдавать экзамен на водительские права, поэтому он мог только подождать, пока не закончатся вступительные экзамены в университет.

Войдя в дверь, Чу Фэн протянул членскую карточку официанту. Подтвердив обслуживание, тот улыбнулся и повел их к забронированным местам.

— Сяо Юнь?

Всего через несколько шагов они услышали, как кто-то окликнул Жун Юня.

Возрождение и Искупление Глава 33.2: Настроение

— Мама, — тут же узнал ее по голосу Жун Юнь, даже не поворачивая головы.

Чу Фэн взглянул на говорившую и увидел очаровательную женщину только что вошедшую в дверь, держа на руках мальчика, а рядом с ней стоял мужчина средних лет, выглядевший несколько строгим.

Жун Юнь вежливо поприветствовал его, назвав "дядей".

Мужчина слегка кивнул и ничего не сказал. Впрочем Жуй Сы подошла ближе с ребенком на руках и спросила:

— Почему ты здесь?

— Пришел поужинать со своим одноклассником, — улыбнулся Жун Юнь.

— Пришли сюда на ужин? — с немного удивленным выражением лица поинтересовалась Жуй Сы, и ее взгляд повернулся в сторону Чу Фэна.

На самом деле, Чу Фэну вовсе не хотелось встречаться здесь с Жуй Сы. Жун Юнь из-за нее и так в тягостном настроении, и он привел его сюда на ужин, чтоб немного осчастливить, но в итоге они встретили ее здесь.

Но, раз уж встретились, то Чу Фэну приходилось сохранять самую элементарную вежливость и поприветствовать Жуй Сы.

— Сяо Юнь же не доставляет хлопот, не так ли? — с улыбкой произнесла Жуй Сы.

— Нет, это я причинил ему много хлопот, — это прозвучало как вежливость, но в глубине души Чу Фэн очень хорошо знал, что он действительно причинил Жун Юню много неприятностей.

— У Сяо Сюня появился хороший друг, теперь я могу быть спокойной, — улыбнулась Жуй Сы.

— Мама, почему вы решили прийти сюда сегодня на ужин? — зная отношение Жуй Сы, Жун Юнь считал, что та не пришла бы на ужин в такое место. Он приходил сюда вместе с Чу Фэном, и от всегда использовал членскую карточку, но он все еще видел цены в меню. Поэтому он имел представление, насколько дорогая здесь еда.

— Это твой дядя пригласил нас, как гостей, — с немного неестественной улыбкой сообщила Жуй Сы. Говоря так, она сообщила, что это семейное собрание. Хотя Жун Юнь ее сын, но он не принадлежит "семье".

— Тогда идите быстрее, не заставляйте людей ждать, — благоразумно сказал Жун Юнь.

Жуй Сы тоже неловко заставлять ждать других, потому она затараторила:

— Увидимся в другой раз, уже холодает, надевай побольше одежды и не забудь позвонить, если тебе что-нибудь понадобится.

— Угу, я понял, — кивнул Жун Юнь.

Жуй Сы вернулась к своему новому мужу с ребенком на руках и попросила официанта проводить ее.

Жун Юнь и Чу Фэн продолжали следовать за официантом, который провел их к их столику.

На этот раз им достались те же места у окна. Так совпало, что место пребывания семьи Жуй Сы находилось очень близко от них, и они могли увидеть их, как только поднимали головы. Чу Фэн решил, что, когда они придут сюда в следующий раз, то он обязательно закажет отдельную комнату. Хотя забронировать отдельную комнату сложно, и стоит немалых средств, это лучше, чем столкновение с Жуй Сы.

Изучив меню, Чу Фэн быстро заказал несколько блюд, нравившиеся Жун Юню, а затем спросил о сегодняшних особых блюдах и убедился, что не было ни одного, которое бы ему не понравилось, поэтому он заказал и их тоже.

— А есть ли еще шоколадный фондан? — спросил Чу Фэн.

Официант немедленно запросил заднюю кухню по рации и получил известие, что там остался один.

Чу Фэн поспешно заказал его, чтоб не опоздать. Пирожные в этом клубе готовятся каждый день в ограниченном количестве и не продаются на вынос. Такие пирожные, как шоколадный фондан, заказывает практически каждый столик, так что необходимо заранее уточнять, есть ли они в наличии. Чу Фэн не очень интересуется сладким, но Жун Юнь такое любил, поэтому он, естественно, решил заказать это.

Когда официант ушел, Чу Фэн пододвинул лимонад Жун Юню и сказал:

— Не бери близко к сердцу эту неприятность. У каждого из нас есть своя семья, неважно большая она или маленькая. Однажды мы с тобой тоже создадим семью, поэтому смотри не на то, что у тебя есть, а на то, что у тебя будет в будущем.

Жун Юнь посмотрел на него, его первоначально мрачное выражение лица прояснилось, очевидно, из-за слов Чу Фэна его настроение значительно улучшилось.

Заметив, что ему полегчало, Чу Фэн кивнул и с улыбкой произнес:

— У меня на наше будущее есть свои собственные идеи и планы. Но поскольку я недостаточно взрослый, я не хочу говорить тебе об этом так рано. Самое важное для нас сейчас – вступительные экзамены в колледж. Когда экзамены закончатся, я тебе все постепенно расскажу.

— Эн, — кивнул Жун Юнь, а его глаза заблестели.

Блюда приносили одно за другим, и у Жун Юня появилось хорошее настроение, и, естественно, он был в настроении поесть.

На этот раз Чу Фэн не стал активно обслуживать Жун Юня, а просто передал ему любимые блюда. Место, где сидел Жуй Сы, находилось слишком близко к ним, и Чу Фэн не хотел причинять неприятности. Он не знал Жуй Сы или семью ее нового мужа, так что он контролировал ситуацию.

Жун Юнь не обратил на это внимания, и, продолжая думать, что у них с Чу Фэном будет маленькая семья, радостно наслаждался пищей.

На самом деле, для таких семейных сборищ лучше выбирать приватную комнату, что еще и удобнее. Но, неизвестно по какой причине семья мужа Жуй Сы выбрала для посиделок главный зал. Из-за этого в зале стало довольно шумно. В такой ситуации официанты не могли им ничего сказать, так как все они – клиенты, поэтому поведение клиентов зависит от них самих. Многие клиенты поблизости уходили сразу после еды, потеряв всякий интерес к разговорам из-за царящего гвалта.

Что было еще более неприятно, так это то, что младший сын Жуй Сы разрыдался, причем очень сильно, но никакие уговоры не помогали. Семья Жуй Сы не очень переживала по этому поводу, но по прошествию долгого времени у людей вокруг начало кончаться терпение. Официант тоже был очень смущен и, чтобы не мешать другим гостям, подошел и спросил, не хотят ли он пойти в гостиную, чтобы успокоить ребенка и затем вернуться.

У них имелась специальная комната для матерей с детьми, которая была очень удобна для кормления детей или смены им подгузников.

У официанта были добрые намерения, но он не ожидал, что пожилая женщина за столом посмотрит на него и скажет:

— Что плохого в том, что ребенок плачет? Здесь все взрослые. Разве они не могут потерпеть ребенка, который еще даже говорить не умеет?

Официанты потеряли дар речи — работая в таком клубном заведении, они действительно не осмеливались обидеть ни одного гостя.

Увидев эту сцену, Чу Фэн внезапно почувствовал радость за то, что Жун Юнь не переехал жить к Жуй Сы в ее новый дом, иначе он перенял бы их ужасные привычки, либо подвергался издевательствам.

Взрослые должны терпимо относиться к детям, но у всего есть свои пределы, не говоря уже о том, что все здесь чужие, и никто не имел права постоянно просить незнакомцев проявлять терпение. Более того, дело не в том, что здесь нет специальной гостиной, а в том, что они отказались туда идти, что немного перебор.

— Давай после еды сходим посидеть в кафе, а затем уже вернемся? — предложил Чу Фэн. Изначально он хотел посидеть здесь еще немного, купить что-нибудь, и, когда будет пора, отправится прямиком домой. Но в этой ситуации он не в настроении задерживаться здесь ни на секунду. Вместо того, чтоб слушать плач детей и громкие разговоры взрослых, будет лучше найти тихое местечко, и немного посидеть с Жун Юнем.

— Угу, — кивнул на это Жун Юнь, поедая пирожное, и прошептал, — Интересно, плакал ли я так же, когда был ребенком.

— Такого не может быть, — посмеялся Чу Фэн. Хотя он не знал, каким был Жун Юнь, когда был ребенком, сейчас он такой послушный, что, должно быть, в детстве был хорошим мальчиком.

Улыбнувшись, Жун Юнь ничего не сказал.

В это время шестилетний или семилетний мальчик из семьи Жуй Сы увидел пирожное, которым лакомился Жун Юнь, и потребовал его. Но официант сообщил, что они уже закончились, и будто бы наступил на мину. Этот ребенок закатил истерику, что хочет его, а, когда не помогло, начал кататься по полу. В итоге родители сделали клубу выговор за ненадлежащее обслуживание, за то, что у них не оказалось пирожного. От такой наглости официант опять потерял дар речи. Весь обеденный зал напоминал овощной рынок, а не фешенебельный ресторан, без малейшего чувства стиля.

Чу Фэн проигнорировал этих людей, в любом случае, Жун Юнь съел уже половину торта, и он верил, что Жуй Сы не станет приходить к нему с просьбой поделится. Что касается детей, у которых выработалась привычка закатывать истерики и вести себя неразумно, если они не могли есть то, что хотели, родители должны сами пересмотреть это.

Когда Жун Юнь покончил с десертом, Чу Фэн увел его. В зале все еще было шумно, но это не имело к ним никакого отношения...

********************

Шоколадный Фондан (если бы повелась на анлейт, то это бы были шоколадные пирожные с лавой))

Возрождение и Искупление Глава 34.1: Зимние каникулы

Перед новогодними праздниками все старшеклассники занимались подготовкой к выпускным экзаменам, а после этого будут уже вступительные экзамены в высшие учебные заведения.

Теперь Чу Фэн начал просыпаться раньше обычного, чтоб иметь возможность готовиться на лишний час больше. Первоначально он был единственным в общежитии, кто так делал, но через несколько дней Гуй Хэн тоже подпал под его влияние, начав просыпаться рано, чтоб позаниматься зубрежкой. Только Сы Сянь и Жун Юнь продолжали спать вплоть до звонка будильника. У Сы Сяня имелся свой план, потому ему не требовался ранний подъем. Что касается Жун Юня, то Чу Фэн не позволял ему вставать рано, чтоб он мог выспаться и накопить силы на день.

Поскольку оценки Жун Юня были очень хорошими и стабильными, лучше всего было поддерживать это состояние и неуклонно совершенствоваться. Такая спешка с делами не имела для него большого значения, так что ему лучше хорошенько отдохнуть.

В это время Чу Фэну позвонил Чу Тан сообщив, что он уедет на некоторое время за границу и не вернется до Весеннего Фестиваля, поэтому Чу Фэну следовало хорошенько заботиться не только о себе, но и Чу Жоу.

Ответив на звонок, Чу Фэн кратко с ним побеседовал и отключился.

Это время года это самое напряженное для компаний в развлекательной сфере. Различные выступления, сотрудничество, организация работ на новый год для актеров, а так же налаживание контактов во всех аспектах... все это незаменимо. Обычно перед окончанием года Чу Тан отправляется за границу, чтобы встретиться с зарубежными компаниями-партнерами и телеканалами, вместе пообедать, а затем обсудить и организовать работу на новый год.

Хотя раньше Чу Фэна не интересовало, чем занимался его отец, после прихода в индустрию развлечений он немного знал об этом. У развлекательной компании было гораздо больше рабочих мест и проектов, которые необходимо обсудить, это не только агенты или актеры, и, как у босса развлекательной компании, у него должно было иметься более четкое и уникальное видение.

После двух дней выпускных экзаменов первый семестр выпускного класса средней школы подошел к концу. Чу Фэн чувствовал, что эта половина семестра действительно не прошла даром. Не говоря уже о результатах выпускных экзаменов, но что касается его жизни, то он проживал ее на полную катушку каждый день.

До официальных зимних каникул оставалось еще три дня, но сердца учеников после выпускных экзаменов уже очистились, и они ждали каникул.

— Какие у тебя на этот праздник планы? — спросил Чу Фэн у Жун Юня.

— Никаких планов, — зимой и летом он обычно оставался дома.

— Может, тебе стоит переехать пожить у меня? — предложил Чу Фэн.

— О, разве это не было бы неудобно? — поколебавшись спросил Жун Юнь. У него дома никого кроме него, потому Чу Фэн мог свободно приходить к нему в любое время, но в доме Чу Фэна были его родители, и его пребывание могло вызвать проблемы или побеспокоить их.

— Никаких неудобств, — сразу догадался о тревогах Жун Юня Чу Фэн. — Моих родителей нет дома, и они не вернутся до Праздника Весны (1), поэтому Чу Жоу тоже дома не оставят из-за беспокойства. Она поживет некоторое врем дома у дедушки и бабушки, так что мы будем дома одни.

Услышав, что родителей Чу Фэна не окажется дома, Жун Юнь почувствовал небольшое облегчение и сказал:

— А ты спрашивал Чу Жоу об этом? Что, если ей будет неловко? — в конце концов, Чу Жоу – девушка, так что даже если он любовник Чу Фэна, проживание там могло бы ее беспокоить.

— Хорошо, тогда спрошу ее, — Чу Фэн не думал, что Чу Жоу будет возражать, но, как и сказал Жун Юнь, всегда полезно спросить.

Поэтому во время перерыва Чу Фэн сразу же спустился вниз, чтобы найти Чу Жоу. Выслушав его она с готовностью согласилась, сказав, что дом у них большой, так что никаких неудобств не будет. Кроме того, как только она переедет жить к дедушке с бабушкой, то будет переживать, что Чу Фэн останется один, так что она радовалась их возможности побыть вместе.

Итак, все было улажено.

Вскоре были опубликованы окончательные результаты. Жун Юнь и Сы Сянь по-прежнему находились в десятке лучших в своем году и в пятерке лучших в своем классе. Гуй Хэн и Чу Фэн так же добились значительного прогресса. У Чу Фэна отличные оценки по английскому, что очень выручало в баллах. Самой большой проблемой, с которой он столкнулся сейчас, по-прежнему оставались математика и общеобразовательные предметы. На зимних каникулах он намерен заняться ими вплотную. Но даже так он становился все ближе и ближе к своей цели.

Так же, итоговых оценок Гуй Хэна достаточно, чтобы сдать экзамен по искусству на художественном факультете обычного университета, но если он собрался выбрать лучший, то ему требовалось больше работать.

Перед праздником Министерство Образования официально уведомило школы о строгом запрете дополнительных занятий. Хотя школы знали, что в этот важный период наверстать упущенное было невозможно, они все же не осмеливалась противостоять Министерству Образования. Поэтому им пришлось прислушаться к Министерству Образования и отменить все планы на дополнительные занятия, а уж как учиться во время каникул, решали сами ученики.

Чу Фэна это не слишком беспокоило. Он уже договорился о дополнительных занятиях с Шэнь Ши во время каникул. Даже если в школе нет дополнительных занятий, он не расслаблялся.

В пятницу после школы Чу Фэн упаковал багаж Жун Юня и отвез его к себе домой.

Хотя Жун Юнь знал, что дома у Чу Фэна больше никого не было, он все же нервничал. А, когда он подошел к двери его дома, то был поражен еще больше.

Дом Чу Фэна расположен в элитном поселке вилл. Хотя дом был немного старым, все удобства были очень хорошими. Главный момент в том, что безопасность и конфиденциальность здесь очень надежна. Это также одна из причин, по которой Чу Тан выбрал это место, так как это лучшее место для сохранения в тайне жизни Сун Синь и двух их детей.

— Входи, — потянул его в дом, взяв за руку, Чу Фэн.

Чу Жоу еще не вернулась, она уже позвонила, сообщив, что вернется после ужина со своими друзьями.

Тетя, ответственная за приготовление пищи, уже ушла, все приготовленные блюда были в кастрюле, и еще горячие.

********************

1. Праздник весны, Китайский Новый Год (1-го числа 1-го месяца по китайскому лунному календарю; второе новолуние после 21 декабря; один из дней между 21 января и 21 февраля).

Возрождение и Искупление Глава 34.2: Зимние каникулы

— Твой дом такой большой, — Жун Юнь впервые посетил такую виллу, это оставило на него впечатление новизны.

— Нравится? — спросил Чу Фэн, приподняв бровь.

— Он просто кажется очень ярким, — улыбнулся Жун Юнь и снова сказал, — Но в маленьком доме есть свои преимущества.

— Ага, если дом меньше, то я смогу увидеть тебя, как только поверну голову, — нашелся на это Чу Фэн.

Улыбка Жун Юня стала шире и его пальцы потерли тыльную сторону руки Чу Фэна.

— Отведу тебя в свою комнату, — Чу Фэн повел Жун Юня наверх. Он так никого и не попросил подготовить для Жун Юня комнату для гостей, посчитав свою кровать достаточно широкой, чтобы на ней могли разместиться два человека.

Жун Юнь с интересом зашел в комнату Чу Фэна, начав любопытно осматривать ее, любое место казалось ему интересным. В комнате Чу Фэна также стоял настольный компьютер, используемый Чу Фэном для игр, но после того, как он начал учиться, то перестал играть, и компьютер долгое время простаивал.

— Твоя комната такая же большая, как две комнаты в моем доме, — Жун Ююнь коснулся блестящего стола Чу Фэна, черного стола из цельного дерева и гладкой столешницы, чувствуя особое обаяние этих предметов.

— У меня нет кабинета, поэтому, естественно, мне нужна комната побольше, — вымыв руки Чу Фэн развесил одежду Жун Юня одну за другой в своем шкафу.

— Здесь даже есть отдельный туалет? — удивился Жун Юнь подойдя к другой двери и обнаружив там ванную комнату. Там был туалет и душевая кабина.

— Ага, так удобнее, — сказал Чу Фэн, развешивая свою одежду. Видя Жун Юня таким взволнованным, Чу Фэн тоже был в хорошем настроении.

К тому времени, как Чу Фэн развесил свою одежду, Жун Юнь также закончил осматривать комнату Чу Фэна.

— Спасибо, что привел меня в свой дом, — прошептал Жун Юнь, вернувшись у Чу Фэну. Для Жун Юня это было своего рода признанием.

— Кого я могу привести, кроме тебя? — с улыбкой обнял его обернувшийся Чу Фэн. Я пока не могу рассказать о нас своим родителям. Дай мне еще немного времени. После того, как вступительные экзамены в университет закончатся и я стану финансово стабильным, я им скажу.

— Вообще-то, ничего страшного, если ты им не скажешь, — с чуть увядшей улыбкой, тихо промолвил Жун Юнь. — Многие люди тайно встречаются и никому об этом не говорят.

— Зачем нам скрывать свои отношения? — щелкнул его по лбу тот. — Я хочу, чтобы ты открыто стоял рядом со мной и говорил всем, что ты мой возлюбленный. Это может занять некоторое время. Мы также можем столкнуться с некоторой критикой и неприятием, но это не имеет значения. Пока ты остаешься рядом со мной, все в порядке.

— У меня нет таких чрезмерных надежд, — сказал обнявший его Жун Юнь.

— И вовсе они не чрезмерные, — обнял его в ответ Чу Фэн и продолжил, — Это то, чего ты заслуживаешь, и то, что я должен тебе дать. — для него это была не компенсация, а то, что он должен был иметь, поскольку Жун Юнь его возлюбленный. Так же, как может быть обнародована личность девушки, почему не может быть обнародована личность парня?

Жун Юнь замолчал, просто закрыл глаза и подавил болезненное ощущение в глазах. На самом деле, от слов Чу Фэна, он ощутил неимоверную радость, даже не совсем вверя в это, будто это нереально.

— Ладно, предоставь это мне, не думай об этом слишком много, — похлопав его по спине сказал Чу Фэн. — Идем ужинать, еда стынет.

— Хорошо, — кивнул тот.

Чу Фэн достал из шкафа комплект своей домашней одежды и надел ее на Жун Юня, чтобы было удобнее. После того, как тот переоделся, Чу Фэн помог ему подтянуть штанины и манжеты, а затем взял за руку и спустился вниз, чтобы вместе поесть.

Когда Чу Жоу вернулась, Жун Юнь сидел в гостиной с Чу Фэном и смотрел телевизор. Уже настали каникулы, так что можно было немного посмотреть телевизор и расслабиться.

— Пришел, старший? — спросила она с улыбкой при виде Жун Юня.

— Угу. Прости за беспокойство, — улыбнулся он ей в ответ.

— Старший слишком вежлив, ты пришел как раз вовремя, иначе нам с братом было бы скучно дома, — Чу Жоу теперь намного спокойнее по поводу Чу Фэна и Жун Юня:, — Кстати, я купила вкусняшек, так-что угощайся. Ешьте. А я сначала поднимусь наверх и переоденусь.

— Иди, — отозвался Чу Фэн.

После того, как Чу Жоу поднялась наверх, Чу Фэн направился на кухню, чтобы приготовить чай с молоком. Это был растворимый чай с молоком, который его мать купила за границей. Нужно просто положить чайный пакетик в чашку и залить его горячей водой. Обычно его могли пить только мама и Чу Жоу. Но он посчитал, что Жун Юню тоже может понравиться.

Когда Чу Фэн заварил чай с молоком и подал его, Чу Жоу тоже переоделась и спустилась вниз. Они втроем сидели в гостиной, смотрели телевизор и болтали. Они говорили обо всем, начиная со школы и заканчивая как проведут каникулы, от учебного плана до выбора занятий по гуманитарным или естественным наукам... Чу Жоу была гибкой и хорошо поддерживала беседу, поэтому могла очень хорошо ладить с Жун Юнем. Ей также редко выпадала возможность так долго разговаривать с Жун Юнем, поэтому она, естественно, была очень счастлива.

Чу Фэн и Жун Юнь договорились завтра вместе сходить в супермаркет, а затем вернуться, чтобы приготовить поесть. Чу Жоу очень интересовалась кулинарией, но дома никто не умел хорошо готовить, и тетя, которая приходила готовить, не могла постоянно учить ее, поэтому она имела богатую теоретическую базу, но испытывала недостаток в практическом опыте.

На этот раз тут был Жун Юнь, и Чу Жоу почувствовала, что может попробовать себя в кулинарии. Если бы у нее что-то не получалось, Жун Юнь помог бы ей исправить это. Если бы это будет действительно невкусно, она скажет, что это готовка Жун Юня, и тогда ее брат не будет возражать, и даже может съесть все что будет!

Возрождение и Искупление Глава 35.1: Сюрприз

На следующее утро Жун Юнь отправился за покупками в супермаркет вместе с Чу Жоу, благо за ними заехал семейный водитель. Изначально Чу Фэн планировал пойти с ними, но Жун Юнь решил, что на этот раз тому нужно будет выполнить учебные задания. Обдумав это Чу Фэн решил, что ничего страшного, если Жун Юнь прогуляется вместе Чу Жоу, поэтому честно ждал дома.

Жун Юнь и Чу Жоу отсутствовали примерно два часа и вернулись с большим количеством наполненных сумок. Теперь продуктов, похоже хватит на целую неделю.

Вымыв руки, Жун Юнь просмотрел задания решенные Чу Фэном. На первый взгляд все было выполнено аккуратно, но точность пока неизвестна, но на первый взгляд все должно быть в порядке.

— Учитель Жун хочет проверить задания? — засмеялся Чу Фэн.

— Нет, просто просмотрел, — посмотрел на него с улыбкой в глазах Жун Юнь.

— Не иди на поводу у Сяо Жоу, — сказал Чу Фэн беря того за руку. — Просто приготовь два блюда. — когда он раньше жил дома у Жун Юня, тот тоже готовил для него. Все было очень вкусно, и являлись хорошими домашними блюдами.

— Угу, я понимаю, — по пути в супермаркет Жун Юнь и Чу Жоу уже обсудили меню, выбирая продукты. Это не хлопотные блюда, а некоторые выбранные ими продукты были полуфабрикатами, так чтобы потом пожарить или сварить.

— Помоги мне с решением нескольких задач, после обеда, а то не могу решить, — попросил Чу Фэн.

— Хорошо. Но сначала готовка, — кивнул Жун Юнь. Время поджимало, а все потому, что ответственной за готовку сегодня Чу Жоу, так что им нужно было уделить немного времени, иначе обед может превратиться в полдник.

Хотя Чу Жоу готовила в первые, за ней присматривал Жун Юнь, потому она не торопилась. Главное определить готово блюда или нет, а Жун Юнь контролировал температуру готовки. В итоге подгорел лишь запеченный баклажан, и то немного, а все остальное вполне неплохо. По крайней мере, с внешним видом проблем не было.

У Чу Роу также появилось особое чувство успеха, и она съела на полмиски риса больше, чем обычно.

После еды. Чу Жоу вернулась в свою комнату, чтобы почитать и немного поспать.

Чу Фэн приготовил две чашки кофе и сел за маленький столик у окна в компании с Жун Юнем. Они разговаривали, попивая кофеёк. Такое комфортное ощущение несло некое чувство удовлетворения.

Спустившаяся за напитками Чу Жоу стала свидетелем сцены – Жун Юнь мягким голосом поясняет лекцию по теме заданий Чу Фэну. Чу Фэн внимательно слушал и время от времени задавал свои вопросы. По комнате витал слабый аромат кофе от их чашек. Солнце было в самый раз, оно светило тепло и не слепило глаза.

Чу Жоу была тронута и позавидовала такой сцене, они выглядели такими умиротворенными и красивыми.

Пробыв дома меньше недели, Чу Жоу собрала свои вещи и переехала жить к бабушке и дедушке. За ней приехала машина, поэтому Чу Фэну не было необходимости идти ее провожать.

Когда они остались дома вдвоем, Жун Юню стало спокойнее. Шэнь Ши также начал приходить в дом Чу Фэна каждое утро по расписанию, чтобы давать им обоим дополнительные уроки.

Время шло день за днем, они вдвоем делали уроки, читали книги, вместе решали задачи и иногда выходили на прогулки ... Скоро наступит Праздник Весны (Китайский Новый Год), а значит, по старому обычаю, следует прикупить новых вещей. У Чу Фэна полно одежды, потому он решил ограничится лишь туфлями и пальто. Что касается Жун Юня, то ему, естественно, необходимо купить полный комплект, как верхней, так и обычной одежды.

После обеда в полдень того дня они оба почувствовали сонливость. Чу Фэну не хотелось подбадривать себя кофе, поэтому он обнял Жун Юня и вернулся в свою комнату с ним вместе, чтобы вздремнуть.

Когда Сун Синь вернулась домой, в доме было очень тихо. Только обувь, стоявшая у входа, доказывала, что дома кто-то есть, но там стояла пара обуви, с которой она была незнакома. Она задавалась вопросом, а не Гуй Хэн это часом.

Съемочная группа предоставила актерам отпуск, чтобы они могли пораньше отправились домой, ради встречи Нового Года со своими семьями. Они должны были вернуться к съемочной бригаде на пятый день Лунного Нового Года, продолжив съемки. Первоначально она хотела вернуться завтра, но когда она узнала, что есть свободные билеты, она вернулась раньше со своим агентом.

Поставив свой багаж, Сун Синь поднялась наверх. За дверью она не слышала никакого шума и подумала, что Гуй Хэн не стал бы вести себя так тихо. С сомнениями она постучала в дверь и открыла.

Занавески в комнате были наполовину задернуты и там царил полумрак. Сун Синь вошла и увидела двух парней, лежащих на кровати. Одним из них был ее сын Чу Фэн, а другим оказался парень, которого она никогда не видела, но он выглядел почти того же возраста, что и Чу Фэн. Два мальчика спали в одной кровати и были укрыты одним одеялом. Сун Синь, много лет проработавшая в индустрии развлечений, почувствовала себя немного неловко. Если бы не тот факт, что на руках обоих виднелась одежда, она бы подумала о некоторых вещах.

Услышав стук в дверь Чу Фэн тут же проснулся и нахмурившись открыл глаза, тут же увидев Сун Синь стоявшую у края кровати. Внезапно Чу Фэн окончательно проснулся и подсознательно взглянул на Жун Юня рядом с собой, увидев, что тот мирно спит, его сердце также успокоилось. Его мысли заметались, после чего он спокойно показал Сун Синь знак "тсс", а затем указал на дверь, показывая, что им следует поговорить снаружи.

При виде того, что ее сын не паникует и не выглядит виноватым, Сун Синь кивнула, почувствовав облегчение и вышла первой.

Подоткнув Жун Юню одеяло, Чу Фэн одел тапочки и тоже вышел.

Тихо прикрыв двери, Чу Фэн слегка улыбнулся и сказал:

— Почему ты вдруг вернулась? Не позвонив заранее.

— Мне дали отпуск, чтоб отметить Праздник Весны с семьей, и мне случайно достался билет на сегодня, поэтому я поспешила обратно, — сказала Сун Синь, а затем спросил его, — Кто это там?

— Жун Юнь, — улыбнулся Чу Фэн.

Сун Синь была немного удивлена, но выражение ее лица смягчилось, и она сказала:

— Почему ты не сказал мне раньше? Я дам тебе больше денег. Ты можешь развлечь друга.

— Это долгая история. Давай сначала спустимся вниз. Я все тебе расскажу, а еще, есть кое-что, что я хочу с тобой обсудить, — сказал Чу Фэн.

— Хорошо, — Сун Синь кивнула и спустилась вниз с Чу Фэном.

Возрождение и Искупление Глава 35.2: Сюрприз

Чу Фэн заварил для Сун Синь черный чай и они расселись в гостиной.

— Ситуация в семье Жун Юня немного сложная, — начал рассказ Чу Фэн. — Его родители развелись, когда он учился в младших классах средней школы, и каждый из них создал свою собственную семью. Ни отчим ни мачеха не пожелали принять его в семью, поэтому он всегда жил один. Я узнал о его ситуации только после моего переезда к нему жить, ведь он не хотел никому об этом рассказывать. Зимние каникулы такие длинные, да и Лунный Новый Год приближается, не хочу, чтоб он оставался в этот период один. Поэтому я предложил ему приехать и пожить у нас во время зимних каникул. Он не хотел приходить, но Сяо Жоу настойчиво его уговаривала и он в итоге согласился. Поэтому мне захотелось, чтобы он остался у нас дома на эти каникулы и провел Весенний Фестиваль с нами. Как думаешь?

В рассказе Чу Фэна почти не было лжи, только часть о том, что именно Чу Жоу привела его домой, была единственной неправдой, но вреда не несла.

После его рассказа Сун Синь тут же согласно кивнула.

— Ты поступил правильно. Эх, какой несчастный мальчик. Тебе стоит проводить с ним больше времени, ему нелегко. В любом случае, на Новый Год нас дома остаются лишь четверо, с Жун Юнем будет веселее. Скажи ему, чтоб чувствовал себя у нас как дома и не стеснялся.

— Ага, понял. Я еще не говорил с ним о Новом Годе, сначала планировал обсудить с тобой и папой, прежде, чем сообщать ему, — Чу Фэн давно это планировал, но, конечно, ему сначала следовало поговорить с родителями.

— Для меня это не проблема, для твоего папы тоже. Просто развлекай Жун Юня и ни о чем не беспокойся.

Хотя Сун Синь только мельком взглянула на Жун Юня, ее интуиция подсказывала, что он очень послушный ребенок.

— Хорошо, я скажу ему об этом вечером, — с улыбкой сказал Чу Фэн. — Поскольку я боялся что он к такому не привык, я не приказывал подготавливать ему комнату для гостей, и он остался в моей. А еще так мне легче с ним готовится, даже по ночам.

— Пока Жун Юня все устраивает и он не испытывает вынужденности, все в порядке, — кивнула Кивнула Сун Синь, почувствовав полное облегчение.

— Кстати, — Чу Фэн подошел к маленькому столику у окна, вытащил табель успеваемости из своей школьной сумки, отнес его Сун Синь и сказал, — Учитель просил показать родителям итоговый табель успеваемости.

Взяв табель успеваемости Сун Синь просмотрела его и тут же улыбнулась.

— Ого, неплохо, сынок, — результаты превзошли все ее ожидания.

— Если бы ты посмотрела на оценки Жун Юня, и сравнила с моими, то мигом поняла разницу, — тоже улыбнулся Чу Фэн.

Когда речь зашла о Жун Юне, Сун Синь слегка вздохнула. Она не могла винить родителей Жун Юня, в конце концов она не имела к их семье никакого отношения. Однако с тех пор, как она стала матерью, она стала придавать большое значение связи между родителями и детьми, и ее сердце смягчилось. Когда она услышала о Жун Юне, то невольно расстроилась, и ей действительно стало его жаль.

— Без Жун Юня ты бы не сумел достичь таких результатов, — сказала Сун Синь. — В будущем, где бы ты ни был и что бы ни делал, не отдаляйся от Жун Сюна и не забывай его. Только умея благодарить за помощь, ты сумеешь достичь многого.

— Я понимаю, — сказал Чу Фэн.

— Я тебя разбудила, еще довольно рано, — глядя на часы сказала Сун Синь, — Иди поспи еще немного.

— Нет, раз уж встал, то немного почитаю, — сказал Чу Фэн.

— Кстати, напиши мне список любимых блюд Жун Юня, я скажу на кухню и там будут готовить одно из его любимых блюд на каждый прием пищи в будущем, — кивнув ему, поинтересовалась Сун Синь.

— Ладно. Он не очень разборчив в еде, но предпочитает больше овощи, — улыбнулся Чу Фэн.

— Хорошо, я поняла, — Сун Синь тоже любила овощи, потому подумала, что их вкусы вполне могут совпадать.

Когда Жун Юнь проснулся, то не увидел Чу Фэна, поэтому он надел тапочки и, потерев глаза, которые все еще были немного сонными, спустился вниз. Как только он спустился на несколько ступенек, то увидел Сун Синь, сидевшую в гостиной и улыбающуюся ему.

Жун Юнь ошеломленно застыл. Некоторое время он глупо смотрел на Сун Синь, затем огляделся. Если бы он не был уверен, что это дом Чу Фэна, он бы подумал, что попал на съемочную площадку.

Даже если он не часто смотрит телевизор, Жун Юнь все же знал Сун Синь. Трудно не удивиться, когда такая большая звезда внезапно появляется в доме Чу Фэна.

Сун Синь отставила чайную чашку, улыбнулась, встала, подошла к Жун Юню и произнесла:

— Здравствуй, я мама Чу Фэна. Он причинил тебе много беспокойств. Спасибо, что помогаешь ему с учебой.

— Здравствуйте, те... Тетя, — вежливо поприветствовал ее Жун Юнь, выглядя немного нервным.

— Здравствуй, — Сун Синь нравился тип мальчиков, вроде Жун Юня, с нежной и порядочной внешностью. К сожалению ее собственный сын совершенно отличается от этого образа, а вот Жун Юнь полностью соответствует ее идеальному типу. — Я всегда хотела пригласить тебя на ужин к нам домой, но всегда была занята. Как хорошо, что ты пришел погостить, так что не спеши уходить и побудь дома еще несколько дней, когда ты рядом об учебе Чу Фэна я не беспокоюсь.

— Вы очень добры, — как можно вежливее ответил Жун Юнь.

Видя, что Жун Юнь не знает, как себя вести, Чу Фэн с улыбкой подошел и сказал:

— Мам, тебе лучше заняться своими делами, — пока его мама здесь, Жун Юнь явно не знает куда себя деть.

— Хорошо, вы двое можете развлекаться своими делами, а я поднимусь к себе, — с улыбкой согласилась Сун Синь. Допив чай она планировала подняться наверх и принять ванну, после чего наложить маску, чтоб снять усталость после путешествия.

После того, как Сун Синь покинула их, Чу Фэн подвел Жун Юня к маленькому столику и сказал:

— Я не рассказывал о том, кто моя мама, потому что боялся, что тебе будет трудно принять это. Теперь, когда увидел твою реакцию, то мне следовало сообщить тебе раньше.

— Просто удивился, — покачал головой тот. — Твоя мама – Королева Кино, естественно тебе следует защищать свою частную жизнь.

— Конечно, защищать свою частную жизнь – правильно, но это от чужих, а не от тебя. Это мой промах. Если в будущем что-то произойдет, я первым сообщу об этом именно тебе, — улыбнулся Чу Фэн.

— Хорошо, — улыбнулся вместе с ним Жун Юнь.

Чу Фэн на мгновение задумался и не сразу упомянул о новом году. Он скажет это во время, когда будут ложиться спать ночью. Как правило, когда Жун Юнь сонный, то мозг соображает туго, так что его будет легче провести.

Возрождение и Искупление Глава 36.1: Публикация

Во второй половине дня Жун Юнь с Чу Фэном вместе отвечали на вопросы и заучивая необходимые материалы. Постепенно Жун Юнь стал меньше беспокоиться о том, что Сун Синь мать Чу Фэна. Он успокоился и запомнил материалы, на которые ему нужно было обратить внимание.

Когда Сун Синь еще не было дома, Чу Фэн попросил тетю-повариху приходить раз в день и готовить им обед и ужин. Обычно, после того, как она готовила им, он отпускал ее домой, чтобы провести больше времени наедине с Жун Юнем. Ужин они просто разогревали. Но теперь, когда Сун Синь вернулась, тете-поварихе пришлось остаться здесь до конца обеда, чтобы, если Сун Синь вдруг захочется что-нибудь съесть, она не осталась голодной.

За ужином Сун Синь специально попросила тетю приготовить несколько блюд с овощами, нравившиеся Жун Юню. Сун Синь тоже ужинала с ними. Она лично подала Жун Юню рис и зачерпнула суп. У нее совсем не имелось высокомерия знаменитости, и была совсем как обычная мать.

— Ешь больше, не стесняйся, — улыбалась она, предлагая еду.

— Угу, — с улыбкой кивнул Жун Юнь. Он уже и не припомнит, как давно не ел со старшими, поэтому неизбежно то, что он будет осторожен.

— Не волнуйся за него, — улыбнулся Чу Фэн маме. — Я подам ему еду сам, и убежусь, что он не останется голоден.

— Ладно, оставлю это на тебя, — тоже улыбнулась Сун Синь. Ее радовали хорошие отношения мальчиков.

Чу Фэн привык подавать еду Жун Юню, он знал, что ему придется по-вкусу. Как обычно, у него было много еды для него, но на этот раз он не осмелился подкладывать ему сверх меры. В случае, если Жун Юнь не сможет доесть, то будет расточительством. Обычно, если Жун Юнь не мог уже доесть, он доедал вместо него. Но теперь, когда его мать здесь, он не мог так поступить, чтобы у нее не возникало лишних подозрений. Поэтому он оценивал примерную сытость Жун Юня.

— Кстати, послезавтра я собираюсь присутствовать на церемонии награждения, — отпив немного супа, заговорила Сун Синь. — Я могу взять с собой компаньона-мужчину. Хочешь пойти со мной?

Если бы Чу Фэн пошел с ней, это, несомненно, стало бы для него хорошей возможностью повысить свою популярность, а так же добиться лучших результатов в индустрии развлечений. Но если она возьмет его с собой, ей придется сообщить всем, что он ее сын, чтобы черные СМИ не распространяли какие-то преувеличенные слухи, что было бы неприятно.

— Думаю, лучше не идти, — ответил Чу Фэн подумав. — Сейчас я всего лишь новичок в индустрии развлечений и моя компания не очень уместна. Кроме того, если люди узнают, что я твой сын, боюсь, мне не дадут житья. Сейчас трудный период, и я не хочу, чтобы это повлияло на учебу. В следующем семестре я не планирую брать какую-либо работу, вплоть до поступления в университет.

Хотя он намеревался заработать больше денег и обеспечить Жун Юню лучшую жизнь, на данном этапе он не должен терять большую прибыль ради малой прибыли, теряя в итоге выгоду.

Сун Синь была счастлива такой дальновидностью сына и его рациональностью. Причина, по которой она упомянула ему об этом, заключалась в том, что это была действительно редкая возможность. Индустрия развлечений быстро менялась, и многие возможности предоставлялись только однажды. Если он упустит их, то может больше никогда их не получить. Даже если она королева кино, есть вещи, которые она не может контролировать. Вот почему она хотела спросить Чу Фэна его мнения, и поскольку тот решил сосредоточиться на учебе, она подумала, что это правильно. Возможно, шанс отвести его на подобную церемонию появился лишь однажды, но для сдачи вступительных экзаменов также есть только один шанс, поэтому очевидно, что важнее.

— Хорошо, я поговорю с Бай Феем позже и посмотрю, какие договоренности можно заключить в будущем, которые будут более выгодными, — сказала Сун Синь. Поскольку Чу Фэн уже вошел в индустрию развлечений, получив лучший отклик из возможных, было важно организовать и вести дела должным образом, прежде чем Чу Фэн решит открыться. Для некоторых артистов полгода могут быть просто вопросом ресурсов и людей, но для некоторых артистов это вопрос накопленного богатства. Здесь были наполовину личные факторы, наполовину удача. Для Чу Фэна всегда имелось полно возможностей с теми ресурсами, что он имел благодаря своей семье. Что же касается того, сможет ли он завладеть ими, то это зависело от него самого.

Когда Чу Фэн вышел из ванны, Жун Юнь уже лежал в постели и ждал его, словно собирался заснуть.

Чу Фэн лег в постель, обнял его, приглушил прикроватную лампу и сказал:

— Есть кое-что, о чем я хочу с тобой поговорить.

— Хм... — неопределенно ответил Жун Юнь, неизвестно было, слушал он или нет.

— У тебя нет никаких планов на Новый Год? Мама хочет, чтобы ты остался у нас здесь на Новый Год, хочешь?

Новый Год уже совсем скоро, но от родителей Жун Юня все еще не было никаких вестей. По одному этому понятно, что никто из них не желал приглашать его. Первоначально он думал, что если у его родителей будут другие планы и Жун Юню будет неудобно оставаться у них дома, то он поедет встречать Новый Год у него. Теперь, когда других договоренностей нет, и его мама пригласила того в гости, это избавило Жун Юня от необходимости готовить новогодний ужин.

— Разве так можно? Новый год – это воссоединение семьи, я же посторонний... — сонным тоном сказал Жун Юнь, не забывая при этом думать.

— Какой посторонний? Ты для меня не посторонний. Позже мы скажем о нас моей семье, тогда моя семья тоже станет твоей семьей, — сказал Чу Фэн. — Просто оставайся со мной. Во время Нового Года у моих родителей много общественных мероприятий, и днем их не будет дома. Вместо того чтобы мне пришлось бегать к тебе каждый день, ты мог бы с таким же успехом остаться у нас. Таким образом, я могу спрашивать тебя о непонятном сразу, и тебе не придется утруждать себя готовкой. Так, мы сможем уделить учебе больше времени. Такой вариант наиболее выгоден для нас, верно?

— Угу... — согласился Жун Юнь, поняв, что это так.

— Тогда почему бы тебе не остаться и не отпраздновать Новый Год у нас? — сказал ему на ухо Чу Фэн.

— Ммм. — послушно ответил тот.

Улыбка Чу Фэна стала шире, и, чтобы не разбудить Жун Юня он тихо выключил свет в комнате и сказал:

— Тогда решено, спи.

— Спокойной ночи... — голос Жун Юня был очень мягким, и казалось, что он немедленно заснет.

— Спокойной ночи, — ответил Чу Фэн, затем закрыл глаза и заснул.

На следующий день Жун Юнь проснулся и вспомнил, о чем разговаривал с Чу Фэном прошлой ночью, и ему показалось, что в этом нет ничего плохого. Кроме того, он согласился и не мог забрать его обратно, поэтому он больше не упоминал об этом, и вопрос был решен.

Возрождение и Искупление Глава 36.2: Публикация

В день церемонии награждения Сун Синь уехала готовится сразу после завтрака. Хотя церемония начиналась только вечером, на примерку необходимого платья и подбор макияжа уходило уйма времени, поэтому, чтоб подготовится, ей пришлось выйти рано.

Жун Юнь держал в руках учебник английского языка и удобно откинулся на диване, внимательно вникая в материал, дожидаясь прихода Шэнь Ши. На завтрак он переел, Сун Синь уговаривала его съесть еще одно жареное яйцо, и у него не хватило духу отказать ей. На самом деле, хотя возвращение Сун Синь вынудило его немного сдерживаться, он также чувствовал, некую материнскую ауру. Это было очень приятное, давно забытое чувство. В отличие от заботы, которую он получал от Чу Фэна, забота Сун Синь несла в себе заботу зрелой любящей женщины.

Чу Фэн накинул на него тонкое одеяло. Хотя дома было не холодно, сейчас все же зима, поэтому ему следует проявить осторожность.

— Ты уверен, что не хочешь идти? — поинтересовался Жун Юнь, спрашивая о сегодняшней церемонии награждения.

— Нет, лучше останусь с тобой дома, — улыбнулся Чу Фэн.

— Если ты хочешь пойти, то просто иди, я могу побыть один, — Жун Юнь не хоте становиться Чу Фэну обузой.

— Глупый, — чуть помотал он головой. — Моя главная задача попасть вместе с тобой в университет, все стальное может повременить.

— Угу, — улыбнулся Жун Юнь, пока Чу Фэн хочет этого, и не заставляет себя, то все хорошо.

— Посмотрим вечером церемонию награждения вместе?

Эта церемония награждения транслируется в прямом эфире. Хотя Чу Фэн не собирался идти, он хотел бы посмотреть ее и узнать о текущей ситуации в индустрии развлечений. В своей предыдущей жизни, в это время он еще не дебютировал в индустрии, и мало что знал о тенденциях этого периода.

— Хорошо, — Жун Юню было без разницы, но, раз там будет Сун Синь, то неплохо будет глянуть. Он видел домашнюю сторону Сон Синь, и ему не терпелось увидеть ее на сцене.

Едва он вернулся к чтению английского, как у Жун Юня зазвонил телефон. Увидев входящий звонок, он немного удивился, но быстро взял трубку.

Чу Фэн не знал, кто звонил, но тон голоса Жун Юня отличался от того, которым он разговаривал с родителями. Больше напоминал дружеский, разве у Жун Юня есть друг, о котором он не знает?

Хотя у него образовались вопросы, Чу Фэн не беспокоил его. Он пошел на кухню, чтобы заварить чай и выпить его во время занятий.

Когда Чу Фэн принес чай, телефонный звонок Жун Юня закончился. Увидев у него улыбку, он невольно тоже улыбнулся ему в ответ, и спросил:

— С чего ты такой счастливый?

— Помнишь, я отсылал свои короткие рассказы? Один из этих рассказов получил высокую оценку, и мне позвонили, сообщив, что издадут сборник мих коротких рассказов, — радостно рассказал Жун Юнь.

— Опубликуют книгу? — немного удивился Чу Фэн.

— Ага. Но это не новелла, это сборник всех коротких рассказов, написанных мною в их журнале. Контракт будет отправлен на мой почтовый ящик после Нового Года, и они попросили меня написать два новых коротких рассказа, чтобы освежить его, — глаза Жун Юня загорелись, как звезды.

— Почему они вдруг сказали, что твой сборник рассказов вот-вот будет опубликован? — по мнению Чу Фэна, сборников рассказов этого молодежного жанра все еще было относительно немного.

— Это весенний спецвыпуск, и со мной будут публиковаться еще несколько авторов, которые тоже издаются у них. За них часто голосуют и дают хорошие отзывы, — Жун Юнь был очень взбудоражен публикацией.

— Звучит здорово. Когда придет контракт, я попрошу адвоката взглянуть на вас, — Чу Фэн также был рад, что Жун Юнь опубликовал книгу, но контракт не следует оставлять без внимания. Они должны найти профессионала, чтобы разобрался с ним.

— Хорошо, — кивнул Жун Юнь.

— Хочу поговорить с тобой о писательстве, — сказал Чу Фэн садясь рядом.

— М-гм, — согласился Жун Юнь и его улыбка чуть померкла, но он внимательно его слушал.

— Знаешь, я не возражаю против того, чтобы ты писал рассказы. Но до вступительных экзаменов в университет еще полгода, и для нас это очень важный момент. Поэтому я надеюсь, что ты закончишь писать два этих коротких рассказа, которые тебе задали во время каникул, а затем перестал их сдавать, пока не закончатся экзамены. Я знаю, написание рассказов не потратит слишком много энергии и не задержит тебя, но для старшеклассников каждая секунда на счету. Надеюсь, что ты сможешь подумать об этом, и пока сосредоточиться на учебе.

Даже без этой публикации, Чу Фэн хотел поговорить об этом с Жун Юнем. Это может показаться незначительным, но на важном этапе необходимо устранить любые факторы, способные повлиять на обучение.

— Знаю, — кивнул Жун Юнь. — После того, как представлю новые рассказы, то прекращу на время писать. Я тоже не хочу проваливать экзамены в университет.

Хотя таким образом его доход уменьшится, на его счету есть деньги. Все оттого, что Чу Фэн сильно ему помогал и его собственные средства почти не тратились. Он даже сумел кое-что сэкономить, так что все будет хорошо.

— Угу, когда поступишь в университет, то сможешь писать тогда, когда вздумается. Я никогда не буду вмешиваться, — увидев, что Жун Юнь знает свои приоритеты, Чу Фэн почувствовал облегчение.

— Ага, не беспокойся обо мне, я понимаю, — улыбнулся Жун Юнь. Было действительно неудобно не иметь возможности писать. В конце концов, иногда вдохновение длилось всего несколько дней, и восприятие написанного, могло измениться через несколько дней, но перед лицом вступительных экзаменов в университет, даже если ему хотелось писать, лучше отказаться от этого и сделать перерыв.

Чу Фэн погладил его по волосам и больше ничего не сказал, пока Жун Юнь все понимал, все в порядке.

********************

Анлейт просто взял и... пропустил 13 абзацев ¯\_(ツ)_/¯ , хорошо, что проверяю с китайского.

Возрождение и Искупление Глава 37.1: Цянь Нянь

Вечером Чу Фэн вымыл много фруктов и уселся на диване смотреть церемонию награждения вместе с Жун Юнем. Эта церемония награждения была очень весомой в шоу бизнесе. Как правило, актеры, приглашенные на это мероприятие, найдут время, чтобы посетить его. Даже если им не удалось завоевать награды, они могут показаться на публике. Может быть, у них даже появятся возможности для съемок. Никто не хотел бы пропустить такое важное событие.

На этот раз Сун Синь была номинирована на лучшую женскую роль, а что касается того, сможет ли она выиграть награду, то пока было неизвестно.

Как международная королева кино, Сун Синь должна была пройти по красной дорожке в самых первых рядах. Они только закончили есть яблоко, когда появилась Сун Синь.

Сегодня Сун Синь надела облегающее платье телесного цвета, украшенное шикарными цветами и мелкими бриллиантами, и выглядела великолепно. Изюминкой всего наряда являлся особенный дизайн пояса, придававший платью немного винтажный вид, а также подчеркивал прекрасную фигуру Сун Синь. Оператор специально снял поясной ремень Сун Синь крупным планом. Когда камера приблизилась, то стало заметно, что на нем вышит красивый феникс, а хвост феникса также был украшен бриллиантами, что придавало ему сдержанную роскошь.

— Тетя такая красивая, — искренне похвалил ее Жун Юнь.

— М-гм, — Чу Фэн искренне считал, что его матери нет нужды скромничать по поводу своей красоты, она заслужено является одной из самых красивых женщин в индустрии развлечений. После появления у его матери двоих детей, она стала более консервативной в одежде и не демонстрирует свою фигуру слишком часто, как современные молодые актрисы. Но чем больше она так поступала, тем больше демонстрировала свои элегантность и очарование. Что заметно выделяло ее на фоне актрис, демонстрирующих свои тела, но не показывавших ничего более.

— Если бы ты пошел, то тоже был красавчиком, — сказал Жун Юнь с улыбкой. Он действительно считал, что внешность Чу Фэна не уступает ни одному актеру.

— Позже такая возможность еще предоставится, — ответил с улыбкой Чу Фэн, сунув в рот клубнику.

— Ага, — улыбнулся и кивнул тот на это.

После того, как Сун Синь прошлась по красной ковровой дорожке, у них двоих не осталось никакого интереса смотреть на то, как по красной ковровой дорожке проходят другие. Каждый из них взял в руки книгу и медленно читал ее, приготовившись ждать начала церемонии награждения.

Примерно через час началась церемония. Только тогда они оба снова обратили свое внимание на телевизор.

Помимо номинации, Сун Синь была также почетным гостем на вручении премии "Самый Перспективный Актер". Эта награда досталась актеру по имени Цянь Нянь.

— Я знаю этого актера, и у него очень хорошие актерские способности. Во время прошлых летних каникул по телевизору показывали сериал, в котором он снимался, — с улыбкой отозвался Жун Юнь, при виде Цянь Няня, который стоял на сцене, чтобы получить награду.

Услышав имя Цянь Няня, Чу Фэн почувствовал некоторую грусть. Цянь Нянь для него вовсе не чужой, можно сказать, что они были хорошо знакомы, из за чего он остро воспринял его появление, ведь Цянь Нянь позже покончит с собой.

Цянь Нянь очень сильный актер, он довольно молод, но актерские навыки очень хороши. Он очень красив на лицо, что, возможно, не самое подходящее слово для описания мужчины, но это единственное слово, которое подходило наа ум, когда его видели. Цянь Нянь впервые стал широко известен публике, когда сыграл женскую роль новичка в коротком ситкоме. Это шоу было очень популярно в то время, и выходки Цянь Няня были настолько ошеломляющими, что его результаты заметили, что проложило ему путь в индустрию развлечений.

После этого Цянь Нянь снялся в нескольких телесериалах и в первый же год получил награду "Лучший Новичок" во всех отечественных наградах, так что, можно сказать, что он получал награды пока руки не устали. Его также оценили как актера с лицом айдола, но его актерское мастерство было безупречным и мощным.

Таким образом у Цянь Няня в течении нескольких лет все шло гладко, но в конце концов все попало в руки его агента.

Чу Фэн очень хорошо помнил, что за два года до его регрессии утром появились ошеломляющие новости о том, что “Цянь Нянь заставил своего агента-мужчину стать его любовником”.

Говорили, что кто-то сфотографировал Цянь Няня, целующуюся со своим агентом-мужчиной в машине, а затем агент поспешно оправдался, сказав, что Цянь Нянь сначала соблазнил его, а потом угрожал ему. Чтобы сохранить свою работу, он должен был поддерживать отношения с ним.

Когда Чу Фэн увидел новости, его первой реакцией было то, что кто-то подстроил это Цянь Няню. На самом деле, существовала сотня способов скрыть подобные поцелуи и фотографирование, но тому агенту не терпелось выскочить, выставив себя невиновным. Как ни посмотри, в этом все есть проблема.

Из-за этих событий у Цянь Няня возникли большие проблемы. В то время не оказалось никого, кто бы выступил в его защиту. Популярность Цянь Няня упала, тысячи его последователей покинули его, и его еще больше осудили и раскритиковали на его аккаунте в Weibo.

Если бы всплыло, что Цянь Нянь гей, в лучшем случае его актерский путь был бы ограничен, поскольку это сейчас эпоха, когда имелось относительно высокое признание однополых отношений. Но если Цянь Нянь действительно принудил агента к взаимоотношениям, то уже вопрос морального облика.

Чу Фэн познакомился с Цянь Нянем во время съемок. В то время они оба играли второстепенные роли в кино. После более длительного общения Чу Фэн почувствовал, что Цянь Нянь хороший человек, хотя внешне он казался немного холодным, ладить с ним было нетрудно. Он также часто давал ему некоторые советы, как более опытный, уже прошедший через это, человек, что очень помогло Чу Фэну. Они двое хорошо ладили, и вскоре стали друзьями. С тех пор они поддерживали связь.

После того, как скандал с Цянь Нянем всплыл, то все затаились, молча наблюдая за происходящим. Но Чу Фэн не мог оставить все так просто, и очень хотел помочь ему. Сначала он поговорил с ним по телефону, сказал чтоб не беспокоился, и что он обсудит это, как дело будет закончено. Было бы лучше, если бы агентство Цянь Няня могло решить это. В этот период Чу Фэн также пытался связаться с несколькими режиссерами и рекомендовал Цянь Няня, но в конце концов получил от всех отказ.

Цянь Нянь – прирожденный актер, любивший играть больше всего на свете, но в конце концов он дошел до того, что никто даже не хотел, чтобы он сыграл небольшую роль. Такой разрыв недопустим.

Возрождение и Искупление Глава 37.2: Цянь Нянь

После этого Чу Фэн устроился на несколько зарубежных работ и проводил в Китае очень мало времени. Он также подумывал о том, чтобы вернуться в Китай и поговорить со своей матерью, чтобы узнать, сможет ли он привлечь Цянь Нянь в их собственную компанию. Но неожиданно, прежде чем он успел вернуться, Цянь Нянь попрощался с миром, совершив самоубийство. В предсмертной записке осталась лишь одна строчка, в ней говорилось: "Я гей, но я никого не принуждал."

Именно из-за этой предсмертной записки в Интернете поднялась большая шумиха. Некоторые хакеры начали расследование подноготной агента, обнаружив, что тот давно покинул страну. Однако были обнаружены некоторые записи чата и банковские вклады, все доказательства свидетельствовали о невиновности Цянь Няня. Сам агент был геем, но его парнем оказался еще один актер, конкурировавший с Цянь Нянем за статус. Эти двое объединили усилия, чтобы заманить Цянь Няня в ловушку, а после его падения, тот актер заполучил ресурсы Цянь Няня. Агент же мгновенно перешел на сторону того актера, начав работать на него.

Позже тот актер уехал за границу для развития, и агент тоже отправился с ним. Что было еще более отвратительно, так это то, что хакеры обнаружили присутствие тайной поддержки богатого бизнесмена. Этот богатый бизнесмен желал оказать Цянь Няню поддержку, в обмен на сексуальные отношения (1), но Цянь Нянь отказался. Богатый бизнесмен почувствовал себя униженным, поэтому объединился с актером и менеджером Цян Няня, чтобы все это осуществить. После инцидента богатый бизнесмен продолжал оказывать давление со всех сторон, не позволяя съемочным группам нанимать Цянь Няня. Богатый бизнесмен думал, что Цянь Нянь сдастся на его милость, если тот потеряет источник дохода, после чего он сможет контролировать его. В итоге даже в самое трудное время Цянь Нянь так и не пошел по пути содержанца и в конце концов покончил с собой.

После этого люди, подставившие Цянь Няня, подверглись оскорблениям в интернете, а некоторые актеры встали на его защиту, и в интернете появились коллективные мемориалы... тянувшиеся длинной чередой, но человек уже мертв, какой в этом был прок?

Чу Фэн присутствовал на похоронах Цянь Нянь. Тот предстал перед ним сильно исхудавшим и измученным, но в глазах Чу Фэна это был его невинный друг, который также был его учителем. Честно говоря, в его окружении было очень мало настоящих друзей, и Цянь Нянь – один из них.

После перерождения он был так озабочен судьбой Жун Юня, что совсем забыл о Цянь Няне. Но раз уж ему выпал такой шанс в жизни, как перерождение, он не станет повторно стоять в стороне и наблюдать за несчастьем Цянь Няня.

— Я тоже думаю, что он хорош. Только вот, по моему мнению, агентство, с которым он подписал контракт, не очень хорошее.

— Что там не очень хорошее? — Как только Чу Тан вошел в дверь, он услышал, как Чу Фэн сказал, что агентство не очень хорошая.

— Папа? — удивился Чу Фен, вернувшемуся без предупреждения отцу.

— Мгм, что смотрите? — спросил их Чу Тан, поставив чемодан в прихожей и заходя в гостинную.Он не из тех отцов, запрещавших своим детям смотреть телевизор, скорее он считал, что те могут получить представление об обществе, посмотрев немного телевизора в нужное время.

— Мама ушла на церемонию награждения. Вот мы и смотрим ее вместе с Жун Юнем, — после чего представил, — Это Жун Юнь.

Жун Юнь уже встал вместе с Чу Фэном. Отец Чу Фэна произвел на него первое впечатление несколько сурового мужчины, но, судя по тону его голоса, он неплохой.

Чу Тан уже знал о ситуации Жун Юня от Сун Синь, и полностью поддержал ее решение.

— Я отец Чу Фэна, — заговорил он с Жун Юнем. — Можешь приходить к нам в любое время. Мы с его мамой не так много времени проводим дома, поэтому не стесняйся, просто чувствуйте себя как дома.

— Спасибо, дядя, — кивнул Жун Юнь. По крайней мере, сейчас он чувствовал, что с отцом Чу Фэна не так уж трудно ладить.

Сняв пиджак и положив его на диван, Чу Тан рядом с ними, чтобы посмотреть церемонию награждения. В конце концов, там участвует его жена, даже если он не мог сопровождать ее лично, он должен поддерживать ее дома.

Чу Фэн налил отцу чашку чая, а затем продолжил есть фрукты, сидя вместе с Жун Юнем под одеялом на диване.

Чу Тана не волновал тот факт, что два парня укрылись одним одеялом, потому что зимой Чу Жоу устраивала подобное гнездышко с Сун Синь, говоря, что так теплее. Чу Тан привык к этому, так что даже если люди сменились, он не чувствовал никакой неловкости.

— Кстати, о чем ты говорил, называя агентство не очень хорошим? — спросил Чу Тан, попивая горячий чай, налитый его сыном.

Подумав, что это удобный случай, Чу Фэн сказал:

— Только что вручали награду "Самый Перспективный Актер", победителем оказался Цянь Нянь. И мы с Жун Юнем обсуждали его прекрасные актерские способности. Однако я слышал, что его агентство не очень хорошее, с недостаточными ресурсами и слабыми навыками связей с общественностью. Если бы Цянь Нянь смог сменить свое агентство на другое, такое как СинИ (2), его будущее было бы безграничным.

Развлекательная компания (агентство) СинИ – это компания их семьи.

— Ты много знаешь об этой развлекательной компании, — отозвался Чу Тан, приподняв брови.

— Я не узнавал специально. Сейчас Цянь Нянь на пике популярности, и многим девушкам в школе он нравится, — нашелся Чу Фэн. — Иногда слышал, как они сплетничали в классе, так что кое-что о нем знаю.

— Этот Цянь Нянь действительно хорош. Твоя мама тоже упоминала о нем при мне, но срок его контракта еще не истек, это немного хлопотно, — кивнул Чу Тан.

— Это просто вопрос компенсации за неустойку. Хотя я мало знаю о компании нашей семьи, но для СинИ эта сумма не должна быть такой уж большой. Цянь Нянь еще не Король Экрана, и СинИ нетрудно перетянуть его к себе. С таким талантом, как у Цянь Няня, становление Королем Экрана – всего лишь вопрос времени. Если СинИ дотянет до этого момента, а после начнет перетягивать его к себе, думаю именно тогда появятся проблемы с выплатой штрафа за нарушение контракта, — проанализировал Чу Фэн.

В данный момент Цянь Нянь просто популярный актер, и агентство не станет сильно противится его уходу. Но, если он станет Королем Экрана, то вопрос встанет иначе. Компания определенно перезаключит контракт с Цянь Нянем под предлогом увеличения ресурсов, и неустойка определенно достигнет заоблачных цифр.

Чу Тан серьезно задумался.

— В чем у СинИ нет недостатка, так это в ресурсах, но, есть нехватка актеров способных максимально использовать эти ресурсы, — подлил он масла в огонь. — Топовых актеров в СинИ немного, но рабочая нагрузка каждого всегда ограничена. Если считаешь, что Цянь Нянь имеет ценность для развития, лучше переманить его, прежде чем он станет по-настоящему популярным. Если он в будущем достигнет статуса Короля Экрана, то выиграет именно СинИ. С таким раскладом, это только вопрос времени, когда неустойка, выплаченную компанией, будет возмещена. Сейчас, раз Цянь Нянь получил награду "Самый Перспективный Актер", то, если его компания достаточно умна, они найдут причину переподписать контракт или дополнительное соглашение, хорошо бы переманить его до того, как он подпишет его. Неустойка за нарушение контракта будет в разы меньше.

Чу Тан посмотрел на Чу Фэна с некоторым удивлением, он действительно не ожидал, что тот продумает эту ситуацию так тщательно и далеко.

— Не смотри на меня так, папа, — посмеялся Чу Фэн. — Это всего лишь мое личное мнение, и я действительно ценю Цянь Няня, поэтому и рекомендовал его тебе. Если что-то не так, ты можешь просто игнорировать это.

— Я подумаю об этом, — сказал Чу Тан. Ему необходимо учесть больше вещей, чем назвал Чу Фэн. Но в одном его сын прав – переманить Цянь Няня сейчас было лучшее соотношение цены и качества. В этом кругу общим законом было то, что хорошие птицы выбирают превосходные деревья, чтоб жить на них. О нынешнем агентстве Цянь Няня, Чу Тан знал больше Чу Фэна. Так же он знал политику развлекательных компаний, придерживающихся позиции "поживем увидим". Если бы СинИ проявил инициативу и нанес удар сейчас, то риск действительно выше, но это также идеальное время.

Чу Фэн не уверен, насколько ему удалось убедить отца. Если не сработает, ему придется ждать другого шанса.

Была объявлена награда за лучшую женскую роль, и Сун Синь снова завоевала эту награду.

— НЕ задерживайтесь и ложитесь спать вовремя, — с улыбкой на лице сказал Чу Тан поднимаясь, надев пиджак он вышел на улицу.

— Куда это дядя? — озадаченно спросил Жун Юнь.

— Собирается забрать маму, — улыбнулся Чу Фэн и добавил, — Идем наверх, позанимаемся еще.

— Хорошо, — ответил Жун Юнь, выключил телевизор и вместе с Чу Фэном поднялся наверх.

********************

1. 包养 (bāoyǎng) — содержать, материально обеспечивать (в обмен на сексуальные отношения); материально обеспечивать любовницу.

2. 星熠 — Яркая Звезда, можно использовать Starlight.

Возрождение и Искупление Глава 38.1: Канун Нового Года

Когда Чу Тан отправился за Сун Синь, церемония награждения только что закончилась. Некоторые звезды уже ушли, в то время как другие остались в главном зале, чтобы обменяться любезностями и поболтать. Большинство из этих актеров были актерами-победителями и после этого были готовы отправиться на свои собственные праздничные вечеринки.

Прибытие Чу Тана привлекло внимание многих людей, но никого это не удивило. Для многих он являлся боссом агентства, в котором работала Сун Синь, а для посвященных он был ее мужем. Вполне логично, что он поспешил сюда, чтобы поприветствовать ее с наградой.

Так как он являлся боссом СинИ, естественно, было много людей желавших установить с ним отношения, но далеко не каждый осмеливался опрометчиво сделать шаг вперед.

В этот момент Сун Синь разговаривала с Цянь Нянем в углу. Увидев приближающегося Чу Тана, она не выказала удивления, как будто уже ожидала, что он подойдет.

— Поздравляю, — на лице Чу Тана не было никакого выражения, но его тон прозвучал очень мягко.

— Спасибо — улыбнулась Сун Синь, ее глаза округлились, было очевидно, что она действительно счастлива.

— Пойдем, или как? — Чу Тан не знал, есть ли у нее иные планы на этот вечер, поэтому и поинтерисовался.

— М-гм, давай перед возвращением поужинаем, ты угощаешь, — улыбнулась Сун Синь. Хотя она получила премию за лучшее исполнение главной роли, они с Чу Таном женаты много лет, у нее больше нет необходимости в специально организованном праздничном банкете от СинИ. По сравнению с многолюдным праздничным банкетом она предпочитает теплый ужин с Чу Таном.

— Хорошо, — согласился Чу Тан в лаконичной манере и протянул визитную карточку Сун Синь под таким углом, чтобы никто не видел.

Сун Синь была умна и хорошо знала мужа. Чу Тан тайно сунул ей что-то, ощупав предмет она поняла, что это визитная карточка и скорее всего его собственная. Что касается того, кому предназначалась визитка, ей, естественно, не нужно было задавать слишком много вопросов, просто посмотреть на того, кто рядом с ней. Чу Тану неудобно давать визитную карточку самолично, она все это понимала. (1)

После этого Чу Тан покинул ее под предлогом того, что собирается о что-то обсудить с Гуань Мином.

Сун Синь продолжала как ни в чем не бывало непринужденно болтать с Цзянь Нянем. Однако она не прекращала следить за окружением, внимательно наблюдая за происходящим вокруг, а затем улучила момент, когда никто больше не смотрел на них, и сунула визитную карточку в руку Цянь Няню.

Цянь Нянь на секунду остолбенел, Сун Синь же сохраняя естественное выражение лица подмигнула ему. Хотя он не знал, что за карточку она ему дала, он инстинктивно усилил хватку. Не желая, чтоб это кто-нибудь заметил, Цзянь Нянь естественно сунул карточку в карман.

Больше не задерживаясь, Сун Синь сказала, что ей пора, после чего покинула его.

Выражение лица Цзянь Няня так и осталось равнодушным, так что никто не обращал на него внимания.

После этого Цянь Нянь тихо связался с Чу Таном, и никто не знал, о чем они говорили.

На следующий день, когда Шэнь Ши пришел чтоб провести занятие, то едва зайдя в дом, как застал сидевшую в гостинной Сун Синь. Это очень потрясло его. Он не знал, что мать Чу Фэна – Сун Синь, они общались только по телефону, и он всегда называл ее "Госпожа Чу".

Увидев потрясенного Шэнь Ши, Жун Юнь улыбнулся, он ведь и сам так же удивлялся.

Сун Синь мягко поговорила с Шэнь Ши, узнав о прогрессе и результатах занятий Чу Фэна. Поблагодарив Шэнь Ши за успехи сына, она вышла вместе с Чу Таном. Сегодня у них запланированы дела, и они вернутся только к вечеру.

Шэнь Ши никак не винил Чу Фэна в утаивании информации о своей семье, в конце концов, будь у него самого подобные родители, он и сам бы скрывал это.

Во время их занятия вернулась Чу Жоу. Был почти Канун Нового Года, и она вернулась от дедушки с бабушкой, готовая провести новогоднюю ночь со своей семьей. Видя, что они занимаются, она не стала их беспокоить, поздоровалась и поднялась наверх.

********************

1. Здесь, в части предложений, визитка принадлежит Чу Фэну, но этого никак быть не может, потому-что он все еще неизвестен. Так что исправила на визитку Чу Тана.

Возрождение и Искупление Глава 38.2: Канун Нового Года

После занятий Чу Фэн оставил с Шэнь Ши на обед. Сейчас дни холодные, Шэнь Ши пришел рано, потому он не мог позволить ему вернуться голодным. Пока у Шэнь ши не было других занятий, он всегда оставался на предложение Чу Фэна. Таким образом это был еще один способ для Чу Фэна произвести о себе хорошее впечатление.

Когда Чу Жоу тоже спустилась вниз, Чу Фэн их представил. Она сказала, что ей тоже предстоит сдавать в следующем году выпускные экзамены, потому-что она переходит в последний класс, поэтому попросила Шэнь ши тоже заняться ее репетиторством. Шэнь Ши не отказался, он просто сказал, что если в то время у него окажется много времени, он не станет отказываться.

Поскольку ему нужно было спешить с рукописью в журнал, Жун Юнь каждый вечер находил время, чтобы занимать понемногу написанием рассказов. Обычно в это время, Чу Фэн сидел напротив и занимался решением своих задач. Едва Чу Фэн заканчивал, Жун Юнь тоже прекращал писательство. После этого они зубрили учебник, чтобы закрепить свои знания, или некоторое время смотрели телевизор, а затем поднимались наверх отдохнуть.

Жун Юнь сел за маленький столик и начал, как обычно, печатать. Клавиатура ноутбука Чу Фэна была очень хорошей, а звук печатанья очень слабым, что никак не влияло на учебу Чу Фэна.

Чу Жоу спустилась вниз и сказала, что хочет съесть горячие сладкие пирожки с яйцом. Жун Юнь знал, что у нее это плохо получается, поэтому отправился на кухню, чтобы помочь. Вообще говоря, многие люди все еще выбирали духовку для разогрева такого рода закусок, но Жун Юнь предпочитал использовать микроволновую печь, что могло сэкономить много времени. Но в этом следует правильно выбрать время, иначе закуска получится очень твердой и не очень вкусной.

Пока Чу Жоу и Жун Юнь занимались разогревом закусок, успели вернуться Сун Синь и Чу Тан.

Сон Синь посмотрела на ноутбук с противоположной стороны от Чу Фэна, тогда как сам он занимался учебой, поэтому она подошла, и, как раз собираясь спросить “чем занят”, когда ее взгляд скользнул по тексту на экране ноутбука. Подобная история в ее возрасте неизбежно кажется немного наивной, но стиль письма был очень хорошим, словарный запас на месте, и текст не отдавал незрелой поверхностностью. Она не знала, что это за история, но ей захотелось сесть и прочитать ее.

— Что это? — Сун Синь подняла глаза и посмотрела на сына.

— Это написал Жун Юнь, — с улыбкой сказал тот. — Он всегда публиковал такого рода короткие рассказы в журнале, чтобы заработать немного на жизнь. Недавно из журнала, в котором он публикуется, позвонили и сообщили, что хотя опубликовать сборник коротких рассказов, попросив его написать два новых рассказа. Вот он теперь и торопится их написать.

Сун Синь немного удивилась, но искренне сказала:

— Довольно неплохо.

Такому маленькому ребенку нелегко зарабатывать на таком деньги.

— О чем вы болтаете? — с кухни вышел Чу Тан со стаканом воды, за ним последовали Жун Юнь и Чу Жоу со своими лакомствами.

— Обсуждаем то, что наш Сяо Юнь собирается стать успешным писателем, — улыбнулась Сун Синь.

— Нет, это просто сборник, — смущенно сказал тот, невольно зардевшись.

— Что за сборник? — спросила ничего не знающая Чу Жоу.

Чу Фэн снова вкратце рассказал о чем они.

— Старший потрясающий, — с завистью отозвалась Чу Жоу.

Лицо Жун Юня покраснело еще больше. На самом деле, он вообще не хотел рассказывать об этом, единственный кому он сказал, это Чу Фэн.

— Когда сборник опубликуют, дай мне знать, — улыбнулась Сун Синь. — Куплю несколько экземпляров и порекомендую их своим друзьям. Потом, Сяо Юнь, придешь подпишешь их мне.

Чу Тан так же взглянул на написанное Жун Юнем, кивнув, он сказал:

— Если у тебя есть любовь к писательству, то пойти по этому пути хороший выбор. Если решишь заниматься этим всерьез, приходи и сообщи мне об этом, я могу познакомить тебя с несколькими учителями.

И слова Сун Синь, и слова Чу Тана явно предназначались для того, чтобы проложить путь Жун Юню.

Жун Юнь, возможно, не осознавал этой связи, но Чу Фэн все прекрасно понимал и тут же улыбнулся:

— Папа, мама, тогда с этого момента Жун Юнь будет полагаться на вас, так что позаботьтесь о нем.

— Он же мне уже, как родной, и, естественно, я должна помочь, — Сун Синь нежно посмотрела на Жун Юня. Чем больше она узнавала этого ребенка, тем более редким он становился, и она была рада видеть, что у Чу Фэна есть такой друг, как Жун Юнь.

— Спасибо, дядя, спасибо, тетя, — несмотря на смущение, Жун покорно поблагодарил их. Он не знал, что это значит, а просто считал, что родители Чу Фэна очень добры к нему. Если бы это его родители услышали такую новость, они, вероятно, не захотели купать его книгу, верно?

— Не за что. Вы тут занимайтесь, а я пойду наверх, переоденусь, — сказала Сун Синь.

Жун Юнь и Чу Фэн кивнули, и Сун Синь поднялась наверх вместе с Чу Таном.

Чу Жоу не ушла, она подошла к Жун Юню и спросила о его псевдониме. Для отправки работ в журнал, Жун Юнь использовал псевдоним "Цин Юнь". Первоначально только он знал этот псевдоним. Позже Чу Фэн тоже узнал о нем, а позже Сы Сянь и Гуй Хэн тоже. Сначала Жун Юнь слишком смущался рассказывать об этом другим, но теперь, когда люди спрашивают его, он мог спокойно отвечать. Конечно, он также должен был бы увидеть, кем являлся тот человек.

Узнав псевдоним, Чу Жоу удовлетворенно поднялась наверх. Она хотела поискать его в Интернете, чтобы узнать, в каких журналах появлялись работы Жун Юня, чтобы купить их все и посмотреть.

— Не смущайся, — утешил его Чу Фэн, протянув яичный пирог, — Все хорошо.

— Угу, — Жун Юнь принял яичный пирог и медленно съел его.

Чу Фэн еще не был готов рассказать Жун Юню насколько важны для него создание условий от его родителей. С одной стороны, он не хотел подвергать того давлению. С другой, еще не время. Об этом можно поговорить после поступления в университет. Его родители были готовы помогать Жун Юню из-за его таланта. Просто мировоззрения Жун Юня все еще немного незрелые. Когда он поступит в университет, он вступит в контакт с большим количеством людей и вещей, его кругозор расширится, а работы, написанные им, станут более глубокими и значимыми.

В мгновение ока наступил Канун Нового Года, и тетя, которая готовила для семьи, уже уехала домой на праздники. Это не проблема для семьи, которая привыкла, что в Новый Год никого нельзя нанять. Сун Синь заранее заказала новогодний ужин, и его, как обычно, доставят на дом перед ужином.

Благодаря специальным теплоизолирующим коробкам, ужин доставили еще горячим.

Жун Юнь помог Сун Синь разложить блюда и рис по тарелкам одну за другой и поставить их на стол. Чу Тан повел Чу Фэна развешивать фонари во дворе. Чтобы достичь благополучия, они каждый год выполняли все эти задачи самостоятельно. В гостиной Чу Жоу рассортировала закуски по отдельным подносам, чтобы легче было есть смотреть новогодние концерты.

Все выполняли свои обязанности и казались занятыми и оживленными. Хотя он сейчас у Чу Фэна в гостях, Жун Юнь уже привык быть здесь, и по сравнению с предыдущими годами, когда он проводил Новый Год дома один, нынешнее волнение заставило его чувствовать себя очень тепло. Накладывая еду, Сун Син время от времени давала ему попробовать разные вкусности, как будто угощала собственного ребенка, отчего у Жун Юня потеплело на сердце.

Когда все было готово, все сели за стол и приготовились есть.

Чу Тан открыл бутылку красного вина, а Чу Фэн открыл бутылку сока. Все налили полные бокалы с приятными улыбками на лицах.

— Прежде всего, я очень рад, что Жун Юнь приехал, чтобы провести Новый Год с нами, — начал произносить тост, как глава семьи, Чу Тан. — Если Жун Юнь согласится, мы также приглашаем вас приезжать каждый год, дом будет более оживленным. За последние пол года Чу Фэн сильно вырос, и его оценки улучшились, чему я очень рад. Это тоже заслуга Жун Юня. Сяо Жоу никогда не позволяла нам беспокоиться о ней, мы с твоей матерью спокойно относимся к тебе, так что я больше ничего не скажу. Как старшее поколение я надеюсь, что в Новом Году вы все сможете вырасти здоровыми, усердно учиться и достичь своих жизненных целей. Ваше здоровье.

— Ваше здоровье, — все зааплодировали и чокнулись бокалами, а затем официально начался новогодний ужин.

********************

1. 蛋挞 (dàntà) — тарталетка с яичным кремом; сладкий пирожок с яйцом. Видимо что-то такое:

Возрождение и Искупление Глава 39.1: Случайное столкновение

После окончания обратного отсчета Чу Фэн, Жун Юнь и Чу Жоу поздравили Чу Тана и Сун Синь с Новым Годом, после чего они вручили трем детям красные конверты с одинаковыми суммами на удачу. Изначально Жун Юню было неловко принимать эти деньги, Сун Синь уверила его, что это подарок старших, поэтому ему не стоит заморачиваться по этому поводу. Только после этого Жун Юнь тщательно сложил красные конверты, а затем серьезно поблагодарил их. Сун Синь так нравился этот его послушный вид.

Раздав красные конверты, Сун Синь отправилась на кухню готовить пельмени (цзяоцзы или гедза). Согласно обычаю, люди должны есть пельмени перед сном. Жун Юнь тоже пошел помогать, в конце концов, Сун Синь не умела готовить, и он уже знал об этом. Чу Фэн упоминал, что пельмени, сваренные Сун Синь в прежние годы, напоминали что угодно, даже суп с лапшой, но ни в коем случае не пельмени. Конечно, никто из семьи не упоминал об этом в ее присутствии. В конце концов, это просто еда на удачу, так что ешьте что дают.

Они заранее купили замороженных пельменей с разными начинками. Такого количества определенно хватит, чтоб наестся вдоволь. С помощью Жун Юня пельмени были приготовлены круглыми и цельными, совсем не ломаными, и на вид красивые, такие не стыдно и продать.

Рассевшись в гостинно все приступили к своим пельменям, а доев разошлись по своим комнатам отдыхать.

Дома в этом районе располагались в отдалении друг от друга и даже если они запустят петарды, это не создаст проблем соседям. Поэтому незадолго до полуночи Чу Тан и Чу Фэн вышли, чтоб взорвать несколько пачек новогодних петард. Это было пиковое время для фейерверков, но сейчас здесь тихо, лишь изредка слышались далекие взрывы петард.

Видимо из-за влияния новогодней эйфории, Жун Юнь, несмотря на сонливость, пребывал в приподнятом настроении.

Когда Чу Фэн вышел после душа, то увидел Жун Юня, сидевшего на кровати с ноутбуком в руках.

— Не спишь? — Чу Фэн подошел к нему и заглянул в то, что он писал – это была сцена в канун Нового Года.

— Приступ вдохновения, я соро закончу, — улыбнулся Жун Юнь. После пережитой им праздничной атмосферы, ему намного легче описать ее.

Чу Фэн не стал его беспокоить, он взял книгу и начал заниматься. Сегодня они с Жун Юнем никак не учились и не решали никаких задач. Высокая интенсивность занятий не всегда идет на пользу. Поскольку это Лунный Новый Год, они решили сделать перерыв и продолжить учебу только после четвертого дня. Шэнь Ши также хотел провести Новый Год со своей семьей, и некоторые родственники хотели навестить его, поэтому занятия продолжались на восьмой день, и в эти дни им приходилось полагаться только на себя.

После праздничного стола, вернувшись в комнату, Жун Юнь позвонил своим родителям, чтобы поздравить их с Новым Годом. Конечно, едва перемолвившись с ним несколькими стандартными фразами, они вешали трубку. Если бы такое произошло в прошлом, то Жун Юнь обязательно расстроился, но в эту Новогоднюю Ночь все иначе. Он очень хорошо провел время и совсем не чувствовал себя одиноким, так что ему стало на это все равно.

— Кстати, — заговорил Чу Фэн отложив книгу, — На третий день наша семья отправится в дом наших бабушки и дедушки, ради нанесения новогоднего визита. Мои родители хотели бы, чтоб ты съездил с нами, и поручили мне обсудить это с тобой.

Пальцы Жун Юня, летавшие по клавиатуре, замедлились, и он спросил:

— Разве это нормально?

Когда он проводил Новый Год с семьей Чу Фэна, то чувствовал, что он все же отделен от них, оставаясь в основном с Чу Фэном. Но, если он отправится в дом к его дедушке и бабушке, то это уже немного перебор.

— В этом нет ничего плохого, мой брат тоже поедет. Ты не считаешься незнакомцем. Со всеми людьми в доме моего дедушки легко ладить. Не нужно переживать. Мы просто собираемся перекусить и вернуться вечером, — сказал Чу Фэн.

— Тогда ладно. Хлопот не доставлю, — улыбнулся Жун Юнь.

— Да какие там хлопоты. Ты все равно рано или поздно встретишься с ними, так что неплохо сначала узнать друг друга получше, — ответил Чу Фэн.

Жун Юнь улыбнулся и больше ничего не сказал.

Утром третьего дня Лунного Нового Года Жун Юнь последовал за семьей Чу Фэна в дом дедушки Чу Фэна.

Сун Синь уже предупредила их заранее. Бабушка Чу Фэна очень любила детей и приготовила для Жун Юня много вкусной еды. Сун Бинь знал о визите Жун Юня, поэтому приехал раньше. Он боялся, что в свой первый визит тот будет чувствовать себя скованно или неловко, так что решил поддержать его своим присутствием.

Увидев Жун Юня, бабушка Чу Фэна с улыбкой взяла его за руку и не стесняясь сказала:

— Наша Сяо Жоу смогла найти такого хорошего парня, теперь я спокойна.

— Бабушка, сколько лет Сяо Жоу? Она еще молода, — улыбнулся Чу Фэн. Его бабушка была очень жизнерадостным человеком. В ранние годы она училась за границей, поэтому ее мышление было менее консервативным, и она любила шутить, поэтому никто в семье не воспринимал ее слова всерьез.

Если бы бабушка сказала эти слова до того, как Чу Фэн признался ей о своих отношениях с Жун Юнем, Чу Жоу точно бы смутилась, но теперь она приняла Жун Юня за еще одного старшего брата, так что, естественно, ей вовсе не стыдно. Она просто улыбнулась и сказала:

— Бабушка, в прошлый раз, когда мой двоюродный брат привел своих коллег, чтобы получить материалы, ты говорила то же самое.

— Разве это не от моего желания, чтоб ты удачно вышла в будущем замуж? — ответила ей бабушка посмеиваясь.

— В будущем я обязательно покажу тебе своего парня, — кокетливо ответила Чу Жоу.

— Ладно тогда, — кивнула ее бабушка. — Я все еще неплохо разбираюсь в людях, так что не позволю тебе страдать от других. Взгляни на свою мать и отца, и ты поймешь.

— Да! — хотя, вероятно, пройдет еще десять лет, прежде чем она найдет себе парня для замужества, ее бабушка рада поговорить об этом, поэтому она просто согласилась.

— Если ты найдешь себе такую же как он послушную женушку, то насчет тебя я буду спокойна, — сказала бабушка Чу Фэну переведя на него взгляд.

— Слушаюсь, — рассмеялся Чу Фэн.

Бабушка радостно похлопала Чу Фэна, затем вынула еще одно большое красное яблоко и сунула его Жун Юню.

Разговор между бабушкой и Чу Фэном, возможно, никто не воспринял всерьез, но улыбка в уголке рта Сун Биня дрогнула. Он задавался вопросом, удивится ли семья, когда Чу Фэн действительно выйдет из шкафа.

Рядом с Сун Бинем Жун Юнь не чувствовал себя так скованно, а Чу Фэн всегда рядом с ним. В сочетании с добротой и жизнерадостностью их бабушки, Жун Юнь действительно почувствовал, что эта семья и правда отлично ладит. Хотя дедушка Чу Фэна немного строг, было видно, что он человек, не перечивший жене.

Возрождение и Искупление Глава 39.2: Случайное столкновение

Только после окончания ужина семья Чу Фэна вернулась, сказав напоследок, что семья снова соберется вместе после того, как Сун Синь закончит съемки.

Во второй половине дня четвертого дня Лунного Нового Года Сун Синь вернулась к съемочной группе вместе с Гуань Мин. Чу Тан также был занят встречами или обсуждением дел с друзьями и днем отсутствовал дома. У Чу Жоу также были назначены встречи с друзьями, и ей приходилось время от времени выходить, так что дома оставались только Жун Юнь и Чу Фэн.

В один из этих дней семью Чу Фэна, ради новогодних поздравлений, навестил Гуй Хэн, немного удивившись встретив там Жун Юня. Чу Фэн сказал, что Жун Юнь здесь ради помощи в учебе и выполнению домашних заданий. Гуй Хэн не особо задумываясь кивнул на это, приняв такое объяснение. В конце концов, в общежитии Жун Юнь всегда занимался с Чу Фэном вместе.

Обычно новогодние празднования перемежались с праздником всех парочек – Днем Святого Валентина.

У Чу Жоу нет парня, но она настолько жизнерадостна, что не хотела пропустить этот день – грубо говоря, она просто хотела найти предлог, чтобы сходить куда-нибудь и поесть. Поэтому она пригласила подругу, у которой тоже не было парня, отпраздновать с ней вместе. Даже если Чу Фэн был занят учебой, ему все же следует провести этот день с Жун Юнем. Но теперь, когда Чу Тан дома, если он пойдет куда-нибудь с Жун Юнем в такой деликатный праздник, и будет обнаружен Чу Таном, то это немного опасно. Поэтому он придумал предлог, что сходит поужинать вместе с Жун Юнем и Чу Жоу, потому-что оставаться дома в такой день сущее расточительство. Чу Тан ничего не сказал, а просто дал ему немного карманных денег и отпустил.

Они втроем отправились в центр города, после чего Чу Фэн решительно "бросил" Чу Жоу, оставив развлекаться с подругой, а сам ушел вместе с Жун Юнем.

На улице очень оживленно, магазины продавали шоколад и различные товары для влюбленных, а так же цветы, и атмосфера была очень праздничной. Чу Фэн сначала повел Жун Юня покупать билеты в кино. В этот период выпускалось много романтических фильмов, поэтому есть из чего выбирать и, конечно, много людей. Чу Фэну повезло и он отхватил последнюю пару билетов места для парочек в 15:30 в Зале Влюбленных. Несмотря на укромное место, сколько из тех, кто сегодня пошел в Зал Влюбленных, чтобы посмотреть фильм, на самом деле пришли сюда на фильм?

Взяв билеты в кино, он спустился вниз и увидел, что продается очень известная марка шоколада. Чу Фэн не колеблясь сразу же купил для Жун Сюня самую большую коробку.

— Разрешено только две в день, — сказал Чу Фэн. Дело не в том, что он запрещал ему есть их, просто слишком много сладостей вредно для зубов.

— Угу, — кивнул Жун Юнь с улыбкой, держа в руках розовый пакет с нарисованным на нем большим сердцем, как будто сразу же слился с праздничной атмосферой.

Чу Фэн оплатил счет и собрался уходить вместе с Жун Юнем. Как только он повернул голову, то заметил Сы Сяня, стоявшего неподалеку и смотревшего на них с улыбкой.

Сначала Жун Юнь никого не заметил, но Чу Фэн внезапно замер и он понял, что тот кого-то заметил. Проследив за направлением его взгляда, он увидел его. Увидев Сы Сяня он тут же замер. Все, что у него было на уме – это найти оправдание сложившейся ситуации.

Чу Фэн внимательно наблюдал за Си Сянем, обнаружив, что тот вовсе не удивлен, но вместо этого у него имелась и искренняя понимающая улыбка. По сравнению с Гуй Хэном, Сы Сяня явно не так-то просто обмануть. Глядя на выражение лица Сы Сяня, возможно, он уже давным-давно догадался об отношениях между ним и Жун Юнем, но ничего не говорил и даже не спрашивал ни о чем. Даже если бы они не встретили Сы Сяня сегодня, он уверен, что тот не стал бы лезть к ним с расспросами. Это событие просто подтвердило его догадки.

Поскольку Сы Сянь обо всем догадался, Чу Фэн больше не собирался это скрывать. Он притянул к себе Жун Юня и спросил:

— Развлекаешься на празднике?

— У меня нет парня, как я мог праздновать на этом празднике? (1) — улыбнулся тот пожав плечами. — Я вышел со своей двоюродной сестрой, чтобы прикупить справочники, — он указал на девушку перед ним, выбиравшая закуски из кучи сладостей.

Жун Юнь не знал, что сказать, и мог только надеяться, что Сы Сянь не слишком задумывался об этом.

Но Сы Сянь не последовал за тем, что хотел Жун Юнь, и поинтересовался:

— Когда вы двое сошлись? Вы так хорошо скрывались.

От этих слов Жун Юнь крепко стиснул пальцы и опустил голову, как будто немного боялся встретить презрительный взгляд Сы Сяня. В конце концов, он уже считал Сы Сяня другом и не хотел терять этого друга.

— С начала учебного года, — непринужденно улыбнулся Чу Фэн.

— А я еще задавался вопросом, с чего ты позволил Жун Юню переехать к нам, — Сы Сянь улыбнулся, посмотрел на Чу Фэна, затем на Жун Юня и сказал, —Поздравляю, теперь вам нет необходимости проводить праздники в одиночестве.

Услышав его слова, Жун Юнь поднял голову и встретился с искренним взглядом Сы Сяня.

— Чу Фэн мне вообще ничего не говорил, ты тоже решил скрыть это от меня? — с улыбкой потрепал его по волосам Сы Сянь.

— Я не нарочно, — ответил Жун Юнь, поняв, что Сы Сянь не презирает его, отчего с души у него свалился тяжелый камень.

— Угу, правильно, что не болтаешь о таком. Ты должен знать, как защитить себя, — улыбнулся Сы Сянь.

— М-гм, — Жун Юнь был очень тронут пониманием Сы Сяня.

— Как друг, который так долго обманывал меня, разве ты не должен выразить свои извинения? — перевел не Чу Фэна взгляд Сы Сянь.

— И чего ты хочешь? — улыбнулся Чу Фэн.

— Несколько дней назад я хотел купить пару туфель ограниченной серии, но мне не хватило денег на покупку ...

— Этого хватит? — спросил Чу Фэн, неохотно достав деньги и протянув их Сы Сяню.

— Хватит, — сказал тот взяв несколько купюр. — Спасибо молодому мастеру Чу за подарок.

В это время двоюродная сестра Сы Сяня тоже вернулась, купив конфет.

— Точно, — сказал Сы Сянь вынув из кармана серебряную карточку, — Сегодня я собирался сводить эту мелочь в ресторан, но она настояла на бургерах. Берите, когда проходил мимо, то случайно увидел, что в том ресторане проводят мероприятие в честь Дня Святого Валентина. Там должно быть неплохо, — сказав это, Сы Сянь сунул карточку в руку Чу Фэна, помахал рукой и повел свою двоюродную сестру прочь.

После того, как Сы Сянь ушел, Чу Фэн внимательно посмотрел на карточку. Это была скидочная карта известного ресторана Юго-Восточной Азии внизу. Она была стоимостью тысячу юаней, и количество раз было неограниченным. Подсчитав деньги переданные Сы Сяню на покупку обуви, он все равно оставался в плюсе. Не зря он раскошелился!

********************

1. Удивительно, но он упомянул именно парня — 男朋友 – любимый парень, ухажер, молодой человек, бойфренд.

Возрождение и Искупление Глава 40.1: Свидание

Этот ресторан Юго-Восточной Азии был очень популярен. Возможно, в городе C не так много ресторанов подобного стиля. Все хотели попробовать чего-то новенького, поэтому в этом ресторане полно посетителей почти круглый год. Так что им определенно придется ждать, пока освободится столик.

Чу Фэну и Жун Юню пришлось дожидаться почти пятнадцать минут, пока наконец не подошла их очередь и столик освободился. Ресторан был небольшим, с относительно тусклым освещением, а концепция окружения несла атмосферу тропического леса, и он казался относительно новым. Официант отвел их к месту на двоих, а затем вручил меню, попросив их выбрать, что они хотят съесть, и просто заказать их напрямую.

Жун Юнь никогда не ел таких блюд, и у него появились небольшие трудности с выбором блюд. Чу Фэн несколько раз ел блюда Юго-Восточной Азии, но Жун Юнь действительно не знал, что заказать, поэтому Чу Фэну оставалось только заказать ему.

Закончив заказ, Чу Фэн подозвал официанта, который проверил меню и порекомендовал им фирменное блюдо – Пирог с Сыром Дуриан на гриле.

Ни Жун Юнь, ни Чу Фэн не из тех, кому противно есть дуриан. К тому же Жун Юня это блюдо очень заинтересовало. Он повернулся и посмотрел на Чу Фэна, прося совета.

— Если хочешь, то мы купим его на вечер, и заберем с собой — улыбнулся Чу Фэн. — Сейчас есть его неуместно.

Жун Юнь моргнул, гадая, что означает это “неуместно”, но поскольку Чу Фэн сказал, что он может купить его на вечер, он подождет до вечера.

После того, как официант ушел, Чу Фэн огляделся. Это темное освещение действительно особенно подходило для свидания парочек, если бы друзья или семья обедали здесь вместе, это могло бы показаться немного угнетающим.

Как раз в момент, когда Чу Фэн собирался закончить оглядываться и отвести взгляд, его брови внезапно нахмурились – он увидел двух мужчин, сидящих в углу возле декоративного дерева и наслаждающимися совместной трапезой, ведя себя интимно. Если бы они были просто двумя обычными мужчинами, Чу Фэну было бы все равно, но эти двое были не просто незнакомцами, это были агент Цянь Няня Лу Кэ и актер Шан Лэй, соперник за звездный статус с Цянь Нянем.

Чу Фэн видел Лу Кэ много раз, и его невозможно было перепутать, даже если свет тусклый, он не настолько тускл, что нельзя различить лиц. Просто Лу Кэ сейчас моложе, чем был, когда он с ним познакомился в той жизни. А с Шан Лэем все еще проще, несмотря на то, что он сейчас не так популярен и снялся всего для нескольких постеров и несколько раз участвовал в съемках Драконьего Набора (1), но после несчастного случая с Цянь Нянем Шан Лэй упоминался практически в каждом посте интернета. Даже если Чу Фэн не смотрел на него специально, он все равно запомнил это лицо.

Эти двое осмелились встречаться в подобном месте так открыто, во-первых, потому, что Лу Кэ всего лишь агент, и обычно его никто не замечал. Во-вторых, из-за того, что Шан Лэй еще не знаменит, вероятность выйти на улицу и встретиться с поклонниками очень мала.

Уголки рта Чу Фэна приподнялись, и он подумал: "К сожалению вам двоим не очень повезло, и вы действительно нарвались на меня." Он размышлял над тем, как позволить Цянь Няню пораньше выгнать Лу Кэ, разглядев его сущность, но теперь это будет действительно несложно. Казалось, что небеса действительно наблюдали за ним и помогали Цянь Няню.

— Что случилось, — спросил Жун Юнь заметив его задумчивость.

— Ничего такого, мне нужно в уборную, — улыбнулся ему он.

— Ладно, — кивнул Жун Юнь не особо задумываясь.

В уборную Чу Фэн не пошел. В конце концов, там так много людей, что говорить совсем неудобно. Уборная находилась рядом с магазином, поэтому Чу Фэн вышел, нашел менее заметное место и набрал номер отца. Когда он только что выходил из зала, то специально прошел мимо Лу Кэ и Шан Лэя, чтобы еще раз убедиться, что не ошибся.

— Алло? — раздался в трубке голос Чу Тана.

— Пап, ты сейчас можешь говорить? — спросил Чу Фэн, — Я должен сказать тебе кое-что очень важное.

— Подожди минутку, — Чу Тан некоторое время молчал, как будто искал место для разговора.

На самом деле, первой мыслью Чу Фэна было позвонить Бай Фэю. С нынешними способностями Бай Фэя нетрудно найти нескольких репортеров-папарацци, чтобы последовать за ними. Но затем быстро отверг эту идею, в конце концов, это не имело никакого непосредственного отношения к Бай Фэю, а круг настолько велик, и вечно хранить секреты невозможно. С нынешними контактами Бай Фэя, если найденный им человек окажется ненадежен, и передаст об этом деле Лу Кэ, после чего тот воспользуется возможностью спровоцировать Цянь Няня, то пострадают именно они. Поэтому, подумав об этом, Чу Фэн почувствовал, что нет ничего более надежного, чем сказать об этом своему отцу напрямую. В конце концов в их кругу нет никого, кто осмелился бы оскорбить его отца.

— В чем дело? — снова донесся голос Чу Тана через некоторое время.

— Папа, ты рассматривал вопрос о переименовании Цянь Няня в СиньИ? — спросил Чу Фэн.

— Что случилось? — в основном Чу Тан не особо упоминал о своей компании в присутствии Чу Фэна. Хотя Чу Фэн его наследник, он все еще студент. Он планировал дождаться, когда Чу Фэн доучится до последнего курса, и только затем позволить ему вступить в компанию и всему научиться.

— Я видел, как агент Цянь Няня Лу Кэ и Шан Лэй вместе обедали в ресторане. И они довольно близки... — сказал Чу Фэн уже заготовленными словами. — Хотя я мало что знаю об индустрии развлечений, Лу Кэ – агент Цянь Няня. А если он живет с Шан Лей, то это как-то подозрительно. Ранее Бай-гэ говорил, что между агентом и другими, не подопечными ему, актерами должна соблюдаться надлежащая дистанция. А этот Лу Кэ так себя ведет, не знаю, может быть, я просто слишком надумываю.

Отношения между агентом и актером – это отношения сотрудничества, и в некоторой степени близки. Чтобы заставить художника доверять себе и поддерживать хорошие отношения сотрудничества, агент должен уделять больше внимания взаимодействию с другими художниками. Одно дело - общаться с другими, и совсем другое - быть слишком близким. Это было табу среди художников. Чтобы заставить художника доверять себе и поддерживать хорошие отношения сотрудничества, агент должен уделять больше внимания взаимодействию с другими актерами. Одно дело – простое общение с другими актерами, а вот интимность – совсем другое дело. Для многих актеров это абсолютное табу.

Чу Тан какое-то время молчал и, наконец, спросил:

— Откуда ты знаешь Лу Кэ?

По его мнению, Чу Фэн вообще не должен знать Лу Кэ. Возможно он и знает Шан Лэя, в конце концов то какая-никакая, но знаменитость. А вот с Лу Кэ все иначе.

Зная, что отец определенно что-то заподозрил, Чу Фэн уже придумал причину и со спокойной улыбкой заговорил:

— Разве я не говорил, что восхищаюсь Цянь Нянем? Иногда в Интернете встречаются его снимки от фанатов. Иногда их фотографируют вместе, например Лу Кэ помогал Цянь Няню при встрече из самолета или что-то в этом роде. Естественно, у меня сложилось такое впечатление, так как я внимательно слежу за ним.

Доводы Чу Фэна действительно верны. Даже если Чу Тан сейчас проверит фотографии, то обязательно найдет некоторые, на которых встречалось лицо Лу Кэ.

********************

1. 龙套 (lóngtào) — театральный костюм с изображением дракона – для ролей как императорских слуг или императорских сценических конвоев.

Возрождение и Искупление Глава 40.2: Свидание

— Думаю этот Лу Кэ – человек с сомнительной личностью. Если бы мне сказали так раньше, то я бы подумал, что они надумывают, но, после сегодняшнего, я уже не был в нем так уверен. Ты лучше меня знаешь, насколько важны доверительные отношения между актерами и их агентами. Мне действительно трудно поверить, что Цянь Нянь знает об этом и будет счастливо наблюдать за ними. Так что, если хочешь переубедить Цянь Няня, не позволяй ему брать с собой Лу Кэ, думаю, это испортит репутацию СиньИ, — сказал Чу Фэн.

Если бы не то происшествие в прошлой жизни, Чу Фэн никогда бы не осмелился говорить подобное с такой уверенностью. Однако его понимание Цянь Няня говорило, что, если бы тот знал об отношениях Лу Кэ и Шан Лэя, то низа что не оставил Лу Кэ подле себя, и тем более не стал бы с ним встречаться.

Что касается Лу Кэ,, то Чу Тан уже наводил о нем справки. Хотя никто не упомянул Лу Кэ и Шан Лэя, однако повадки Лу Кэ делали его довольно нежеланным человеком в СинИ. Он хотел переманить Цзянь Няня, и тот действительно спросил может ли он перейти вместе с Лу Кэ. В конце концов они сотрудничают уже давно и хорошо знакомы друг с другом, но его отношение в этом вопросе не было сильно непреклонным. Однако, ради безопасности, Чу Тан чувствовал, что ему все еще необходимо принять меры предосторожности. В случае, если Цянь Нянь в будущем отделится от компании из-за дел Лу Кэ, для его агентства такой исход будет довольно неприятным и экономически невыгодным.

— Пришли мне адрес ресторана, займусь этим вопросом, — сказал Чу Тан с этими мыслями.

— Ладно. Через минуту пришлю СМСку, — ответил Чу Фэн.

— М-гм, — просто ответил Чу Тан, больше ничего не произнеся.

Повесив трубку, Чу Фэн отправил адрес своему отцу. Что же касается действий его отца, то он ни за что не станет вмешиваться. Во всяком случае, с точки зрения опыта, отец более опытный и искушен в таких делах поболее его самого.

Когда он вернулся на свое место, еду уже почти подали. Жун Юнь не спросил его, почему он там так долго. В конце концов, ресторан был переполнен, и ожидание в очереди обычное дело. Чу Фэн перестал обращать внимание на Лу Кэ и Шэнь Лэе, полностью переключившись на Жун Юня.

Блюда были в определенной степени улучшены, что не только сохранило вкус Юго-Восточной Азии, но и облегчило восприятие китайцами их употребления. Жун Юнь ел с большим удовольствием, особенно кокосовый пудинг, и он съел его почти в одиночку.

После еды Чу Фэн немного поводил его по городу, затем посидели в кофейне за чашкой кофе. Когда он увидел, что время почти подошло, они поднялись на этаж, где располагался кинотеатр.

Как только эти двое сели, начался фильм. Зал для влюбленных был забит парочками липнущими друг к другу, а, когда выключили свет, то и вообще стали совершенно развязными. Их места были настолько удалены, что вряд ли кто-то обратил бы на них внимание, но Жун Юнь все равно немного смущался, в конце концов, это общественное место.

Сначала Чу Фэн просто держался с Жун Юнем за руки и вместе смотрел фильм, но фильм оказался нереально скучным. За исключением красивого главного героя и красивой главной героини, сюжет был просто ужасен. Если бы не сегодняшний День Святого Валентина, то кассовые сборы за этот день обещали близится к нулю.

Почувствовав, что Жун Юнь постепенно расслабился, Чу Фэн обнял его и прислонился. Сначала он просто легонько поцеловал его в лоб и ухо, затем медленно двинулся вниз, накрыв его губы своими.

Наконец до Жун Юня дошло, почему Чу Фэн сказал, что есть Пирог с Сыром Дуриан неуместно. К счастью, он послушался Чу Фэна. В противном случае, даже если бы Чу Фэн не возражал против запаха дуриана, его бы самого это напрягало.

Чу Фэн нежно поцеловал Жун Юня, не осмеливаясь применить слишком много силы. Если Жун Юнь вернется домой с распухшим ртом, им ни за что не удастся обмануть его отца.

Жун Юня целовали до головокружения. Иногда Чу Фэн отпускал его, и, прежде чем он успевал даже вздохнуть, снова принимался целовать. Поскольку они почти безостановочно были погружены в поцелуй, Жун Юнь чувствовал, что время пролетело очень быстро. Фильм закончился в мгновение ока. Что касается сюжета и окончания, он не имел о них вообще ни малейшего представления...

Когда они вышли из кинотеатра, уже наступили сумерки. Чу Фэн позвонил Чу Жоу, договорившись с ней о встрече и совместной поездке домой, а затем повел Жун Юня в ресторан, покупать то, что обещал в полдень – Пирог с Сыром Дуриан и кокосовый пудинг. Он сказал отцу, что они только пообедают, так что им все равно пришлось бы вернуться рано вечером. Тем более друзьям Чу Жоу нельзя задерживаться допоздна, поэтому из свидание на День Валентина пришлось закончить раньше.

По дороге на встречу с Чу Жоу Чу Фэн купил Жун Юню большой букет красных роз. Он с самого начала хотел их ему купить, но тогда бы ему было неудобно с ним возиться, поэтому он отложил покупку до вечера.

Когда Чу Жоу увидела, как Жун Юнь идет, держа в руках большой букет роз, ее губы дрогнули, но она почувствовала прикосновение нежности.

Когда они вошли в дом, Чу Фэн сразу заметил зажженный свет, и понял, что отец уже вернулся. Поэтому вынул цветы из рук Жун Юня и отдал их Чу Жоу, попросил ее отнести их в дом, чтобы его отец подумал, что они куплены для сестры.

После того, как Чу Тан увидел это, то действительно ничего не заподозрил. Он только попросил их подняться наверх, переодеться и подготовиться к ужину. Поднявшись наверх, Чу Фэн сразу забрал цветы обратно, унеся их к себе в комнату. Чу Жоу взглянула на свои пустые руки, ведь она даже не успела понюхать эти цветы, и вдруг почувствовала, что возможно ее брата подменили...

Возрождение и Искупление Глава 41.1: Мобилизация

В мгновение ока зимние каникулы закончились в напряженной учебной атмосфере. Неизвестно, когда это началось, но летние и зимние каникулы всегда вызывают у студентов чувство ”недостаточности". Вероятно, это связано с тем, что даже во время каникул студенты оставались заняты, просто меняли место учебы с одного на другое.

В последний день февраля Чу Фэн и Жун Юнь вместе вернулись в школу. На прошлой неделе Жун Юнь уже представил две короткие рукописи, и контракт был подписан. Теперь он просто ждал, чтобы получить деньги от издания. Хотя гонорар за публикацию был невелик, Жун Юню определенно хватило чтоб покрыть его расходы на целый год, так он сможет жить вполне комфортно.

Когда они прибыли в общежитие, Сы Сянь и Гуй Хэн только что вошли в дверь, открыв окно для проветривания. После зимних каникул в общежитии скопился небольшой слой пепла. И несмотря на то, что Чу Фэн и Гуй Хэн редко проявляли инициативу по уборке, в этот раз убирали общежитие вместе с Ся Сянем и Жун Юнем. В прошлом, когда они возвращались с каникул и приходил черед убираться, Чу Фэн и Гуй Хэн нанимали аккуратных одноклассников за небольшие деньги, чтоб те поубирали в комнате. Сы Сяню был из тех, кто не против прибраться, но Гуй Хэн всегда ворчал: “Ты потратил деньги, просто сядь и займись чем-нибудь другим.”. И тогда Сы Сяню оставалось только вздохнуть про себя и позволить им обоим договориться.

На самом деле комната общежития была небольшой, и его уборка не стоила больших денег. Некоторые студенты,желавшие подзаработать, и готовы помочь. Если бы школа не запрещала убирать слугам, то Чу Фэну и Гуй Хэну вообще не пришлось напрягаться о таком.

Первоначально Чу Фэн готов был поступить так же, как прежде, в конце концов, он действительно не умел хорошо убираться. В то же время он не мог смотреть, как Жун Юнь делает это сам. Однако Жун Юнь сказал, что это их последний семестр, и они должны убираться сами, что было бы хорошим началом нового семестра. С другой стороны, если они это не сделают, то не получат приятного воспоминания о совместной уборке.

Что касается Гуй Хэна, то сначала он хотел попросить своих одноклассников помочь ему с уборкой, но Чу Фэн тоже сказал ему о том, что это их последний семестр и лучше убираться самому. Услышав это, Гуй Хэн почувствовал, что в этих словах есть смысл, поэтому начал убираться вместе с ними.

Поскольку Чу Фэн и Гуй Хэн никогда не занимались уборкой, их скорость была медленнее, чем в других общежитиях, но они также считались дотошными, и в конце концов также прибрались чисто и аккуратно.

Начало нового семестра все еще остается напряженным, учителя по всем предметам раздавали больше работ, чем они успевали закончить. Чтобы использовать время для обсуждения вопросов, спора по ним и закрепления знаний, учителя больше не требовали выполнения всех задания, разрешая оставлять то, что они не могут выполнить. Теперь на уроках учителя разбирали экзаменационные работы. После урока каждый должен был запомнить пункты, что они плохо или вовсе не знали, записав их в отдельную тетрадь и провести ключевой обзор.

На перемене Жун Юнь читал Чу Фэну лекцию о неизвестной тому теме, когда вошла Дун Фан и объявила:

— Сегодня в 7 вечера школа проведет мобилизацию перед экзаменами для учащихся старших классов. В 6:30 ученики собираются в классах и строем идут в актовый зал. Не пропадайте и не опаздывайте.

Это событие проводилось каждый год в это время, что также означало, что официально начнется 100-дневный обратный отсчет до вступительных экзаменов в колледжи (1).

********************

1. Гаокао, Единый государственный экзамен для поступления в высшие учебные заведения (КНР)

Здесь анлейт пишет, что новелла была удалена с официального источника JJWXC и у них больше нет равок, но они всенепременно продолжат перевод. Но по существу их перевод обрывается на средине 42 главы, часть 1 есть, а части 2 нет. Либо они перешли на донат, либо забили. На меня этот момент не особо влияет, я в любом случае сверяюсь с оригиналом и просто продолжу без английского)

Возрождение и Искупление Глава 41.2: Мобилизация

Чу Фэн вспомнил предэкзаменационную мобилизацию в своей прошлой жизни, в которой ни он, ни Гуй Хэн не участвовали. В то время Дун Фан, вероятно, полностью в них разочаровалась, что даже выговора не сделала.

— Как думаешь, кого пригласят в этом году? — шепотом поинтересовался Жун Юнь.

Для ежегодной предварительной мобилизации обычно приглашались некоторые люди, у которых в предыдущие годы были хорошие оценки за экзамены. Конечно, они также приглашали специалиста по образованию и тому подобное. В любом случае, ключевым моментом являлось поощрение старшеклассников личным опытом или темой их выступления, для мотивации учащихся на последнем этапе.

Изначально такого рода речи действительно могут сыграть хорошую роль, но насколько эффективными они окажутся, зависит от человека к человеку.

— В прошлом году наша школа не выпустила ни одного, кто вошел бы в тройку лидеров по общим экзаменам, так-что максимум что будет, это тройка лидеров школы предыдущего года. Но это тоже зависит от занятости этих людей, сейчас в университетах почти началась сессия.

Чу Фэн действительно не помнил, кого школа приглашала в его прошлой жизни, но это не должен быть кто-то известный, иначе школа определенно обсуждала бы это.

— Угу. Прослушав выступления на мобилизации, давай после этого сразу же отправимся в общежитие. Сегодня вечером мы не пойдем в библиотеку, — сказал Жун Юнь. Когда все закончится уже будет поздно, а учитывая время, потраченное на дорогу между учебными корпусами, лучше сразу вернуться в общежитие.

— Ладно, — кивнул Чу Фэн.

После перерыва все вернулись в свои классы. Увидев, что все собрались, Дун Фан построила всех в коридоре, после чего они вместе пошли в школьный актовый зал. Школьный актовый зал использовался нечасто, поэтому в основном он использовался только для церемоний открытия школы, вечеринок и так далее.

Актовый зал рассчитан на всех учителей и учеников школы, сейчас здесь собрались только будущие выпускники, так что выглядел он пустынным. К тому же температура в помещении была довольно низкой, и плохо одевшиеся ощущали себя неуютно.

— Замерз? — спросил Чу Фэн Жун Юня.

Тот лишь покачал головой. Прежде чем покинуть класс, классная руководительница уже напомнила всем накинуть верхнюю одежду, но когда они только сели, то почувствовали, что стулья довольно холодные, но все остальное в порядке.

Свет в актовом зале стал немного ярче, и директор школы первым вышел на сцену, начав речь. Общее содержание его выступления сводилось к тому, что все они вышли на финальную стадию забега в своей учебе. Он выразил надежду, что все студенты смогут продолжать учебу и усердно работать, чтобы получить хороший балл на будущих экзаменах.

Закончив свою речь, директор школы сказал:

— Полагаю, что все знакомы с человеком, которого пригласили выступить с мобилизационной речью. Я также хочу поблагодарить его за то, что он нашел время в своем плотном графике, чтобы прийти в школу и выступить перед всеми. Возможно, вы не знаете, но на самом деле он выпускник нашей школы. Он окончил школу несколько лет назад, и его результаты вступительных экзаменов в колледж также были очень хорошими. А теперь давайте поприветствуем горячими аплодисментами – Цянь Нянь.

Все присутствующие студенты на мгновение остолбенели, а затем разразились бурными аплодисментами. После того, как Цянь Нянь вышел, аплодисменты стали еще более восторженными, сопровождаясь возбужденными криками.

— Школа действительно пригласила Цянь Нянь, — сказал Сы Сянь с улыбкой, сидевший по другую сторону от Чу Фэна. — Глядя на колледжи и университеты по всей стране, думаю, что наша школа может хвастаться этим вопросом в течение года.

Вообще говоря, знаменитости не очень рвались читать лекции об обучении, и школа редко приглашала знаменитостей для участия в мобилизации вступительных экзаменов в колледжи. В конце концов, в их глазах не так много знаменитостей, которых можно назвать прилежными учениками или у которых действительно отличная успеваемость. Школа не пригласила бы знаменитость с плохими отметками. Во-первых, они не смогли бы сказать ничего полезного, а во-вторых, их речи были бы неубедительны.

Цянь Нянь определенно принадлежал к тем редким актерам, кто имел хорошую успеваемость и умную голову. Нет абсолютно ничего постыдного в том, чтобы попросить его выступить с речью.

Для Чу Фэна новость о том, что они с Цянь Нянем оказывается заканчивали одну и ту же Среднюю Школу Цзиньхуа, оказалась неожиданным сюрпризом. Они говорили об университетах, жизни за границей, работе и профессиональных проблемах, но, похоже, не упомянули какую из начальной, неполной средней или средней школы каждый из них заканчивал. Он только знал, что оценки Цянь Ниань всегда были довольно хорошими, в том числе и в университете, в то время как сам он всегда являлся плохим (проблемным) учеником. Большинство резюме знаменитостей в Интернете посвящены актерскому опыту. В большинстве из них упоминаются университеты и колледжи, а о школах записей очень мало.

Чу Фэн, сидевший в аудитории, слегка нахмурился. В его сердце зародилось сомнение – даже если он не ходил на мобилизационное собрание в своей прошлой жизни, Цянь Нянь точно не выступал здесь с речью. Просто тогда одноклассники точно бы обсуждали такое событие, и он точно такое запомнил.

Он пристально всмотрелся в Цянь Няня. Тот выглядел моложе, чем когда они встретились в прошлой жизни, и от него по-прежнему веяло холодом, но глаза, кажется, стали другими. Чу Фэн не знал, как это описать, будто в его глазах появился дополнительный слой мрака. Хотя это и не было очевидно, Чу Фэн, знавший Цянь Няня много лет, быстро заметил.

Цянь Нянь начал речь с легкой улыбки. Он рассказал о своей школьной жизни, методах обучения, настроении в то время и планах на будущее. Четкие объяснения и мягкая речь, причем очень глубокая проработка рассказа. Он не только рассказывал о своих собственных методах обучения, но и рассказывал о методах обучения других людей в общежитии в то время. Он сказал, что это потому, что его методы обучения могут подходить не всем, поэтому он предоставляет больше, и всегда найдется тот, который подойдет другим студентам.

На самом деле, Чу Фэн не вслушивался в речь Цянь Няня, но ему все время мерещилось, что этот Цянь Нянь немного отличался от того, которого встречал раньше. Ему не была неприятна эта разница, он просто хотел знать, почему это так. Можно даже сказать, что Цянь Нянь, стоявший на сцене с ласковым выражением, больше напоминал актера игравшего роль. Дело не в содержании его речи, а в том, что он изо всех сил старался скрыть мрачное состояние своих глаз.

Независимо от своих сомнений, Чу Фэн не мог уловить разгадки, отчего его брови нахмурились еще сильнее.

Жун Юнь заметил, что тот нахмурился, но не знал, о чем тот думает, поэтому спросил:

— В чем дело?

Чу Фэн не мог рассказать Жун Юню о своих сомнениях, поэтому расслабил хмурый взгляд и улыбнулся:

— Ничего, в туалет захотелось.

Кивнув, Жун Юнь ничего больше не сказа. Если он отпросится у учителя, то может спокойно уйти.

Двадцать минут спустя Цянь Нянь закончил свою речь. Директор школы вышел на сцену, чтобы выразить ему свою благодарность, а затем начал следующий этап выступлений. Некоторые девушки с более живыми характерами, казалось, хотели броситься и попросить автограф, прежде чем Цянь Нянь уйдет. В конце концов, такая возможность одна на миллион.

От вопросов, роившихся в его сердце, Чу Фэну было не по себе, поэтому он поговорил с классным руководителем и вышел под видом похода в туалет. Дун Фан кивнула и отпустила его.

После того, как Чу Фэн покинул аудиторию, он некоторое время шел в направлении туалета, но не стал заходить внутрь. Он просто стоял у окна и смотрел на ночь снаружи – ему было интересно, были ли глаза Цянь Няня такими же мрачными, как сейчас, за год или два до самоубийства? Может быть, в то время были не только мрачные, но и негативные эмоции, такие как депрессия, гнев, печаль и нежелание, верно? В противном случае Цянь Нянь невозможно было бы подавить.

— Молодой Чу? (1) — послышался звук шагов, сопровождаемый знакомым голосом.

Нахмурившись, Чу Фэн повернул голову посмотрев туда – даже не глядя, он знал, что голос принадлежал Цянь Няню.

— Господин Цянь, — слегка кивнул Чу Фэн. У него возникло еще одно сомнение. То, что тот знал его, не так уж удивительно, в конце концов он снялся уже в двух рекламных роликах. Но что это еще за "Молодой Чу"? О его происхождение известно лишь нескольким людям, близким к его родителям, и он не пошел на церемонию награждения вместе с матерью, поэтому его еще не раскрыли. Разве не получается, что обращение Цянь Няня чрезмерно резкое, разве не так?

********************

1. Звучит, как Чу шао. В принципе так часто обращаются к молодым мастерам богатых семейств.

Возрождение и Искупление Глава 42.1: Удивление

— Почему господин Цянь так меня назвал? — заговорил Чу Фэн без тени улыбки на лице.

Улыбка в уголках губ Цянь Няня на секунду застыла, затем он ответил:

— На церемонии награждения на Новый Год, я пообщался с твоей матерью, и она упомянула тебя... Даже не ожидал, что ты тоже окажешься учеником Цзиньхуа.

Брови Чу Фэна нахмурились.

Как могла его мать говорить с Цянь Нянем и обсуждать с ним его, когда она даже спросила его мнение по поводу совместного похода на церемонию награждения? Более того, по его впечатлению, дружба между его матерью и Цянь Нянем не такая уж и близкая. По крайней мере, до того, как они с Цянь Нянем не подружились, его мать никогда не приглашала того на их домашние вечеринки или банкеты проводимые дома. Конечно, это так же связано с том, что они принадлежали разным компаниям, но многие друзья родителей из круга также не принадлежали к СинИ.

— Бессмысленно лгать, господин Цянь. Я знаю свою мать лучше, чем ты, она никогда бы ничего не упомянула обо мне, — сказал Чу Фэн.

— Так и быть, я специально тебя проверял, — сказал Цянь Нянь смущенно из-за того, что его тал легко разоблачили.

— Проверял меня? — поднял брови Чу Фэн. На первый взгляд это вполне возможно, но, если подумать, то навряд ли. Учитывая связи Цянь Няня, кого он мог попросить провести расследование? В лучшем случае он обратился бы к Лу Кэ. Только вот, если бы Лу Кэ осмелился только сунуться копаться в его информации, родителям тут же стало бы известно об этом. Так что эта причина не убедительна. Тем более, зачем Цянь Няню он вообще сдался? Он же всего лишь новичок, с всего двумя рекламными роликами за плечами, и вообще не представлял угрозы для Цянь Няня. И, согласно его пониманию Цянь Няня, он бы вообще не стал проявлять инициативу и делать что-то подобное. Еще более маловероятно, что из-за рекламы он мог приглянуться Цянь Няню. Он знал Цянь Няня много лет, но между ними никогда не возникало искры привязанности. Так что этот вариант тоже отпадает.

— Прошу прощения за грубость, — сказал Цянь Нянь при виде его замешательства, развернулся и направился в сторону туалета.

Внезапно в мозгу Чу Фэна вспыхнула невероятная идея, отчего он резко развернулся и произнес раньше, чем успел остановить себя:

— Сян-гэ (1).

Цянь Нянь тут же замер и в шоке повернул к нему голову. Его изначально мрачные глаза наполнились удивления. С некоторым колебанием он произнес:

— Сяо... Сяо Фэн?

Внезапно в сердце Чу Фэна возникли смешанные чувства. После того, как они с Цянь Нянем подружились, тот всегда называл его Сяо Фэн, а он всегда называл его Сян-гэ. Однажды они оба выпивали, когда каким-то образом заговорили о прозвищах. Тогда-то Чу Фэн и узнал, что прозвище Цянь Няня – СянСян (2), хотя, с тех пор как он вырос, никто его так не называл. К тому же только Чу Фэн знал об этом прозвище, тот никому не говорил о нем, и даже Лу Кэ не знал этой информации. Именно так Чу Фэн стал называть его Сян-гэ.

Можно сказать, что это прозвище уникально. Так вот, сейчас Цянь Нянь, очевидно, незнаком с ним. И раз он сумел так быстро назвать его прозвище, Чу Фэн почувствовал, что в этот момент все его подозрения разрешились.

— Это я, — сказал Чу Фэн, испустив долгий вздох.

Цянь Нянь не мог думать ни о чем другом, поэтому быстро схватил Чу Фэна и потащил его в туалет. Убедившись, что внутри никого нет, он схватил Чу Фэна за воротник. Он много раз произнес слово "ты", но так и не смог продолжить предложение.

— Сян-гэ, ты вернулся, — спросил Чу Фэн, схватив слегка дрожащие руки Цянь Няня.

— Ты... ты тоже вернулся? Почему? — Цянь Нянь думал, что он переродился, потому что Бог дал ему шанс изменить все, так почему же Чу Фэн тоже вернулся?

— Это долгая история. Брат, когда ты вернулся? — спросил Чу Фэн.

— За неделю до церемонии награждения, — сказал Цянь Нянь. Он тогда был в шоке от произошедшего, и что еще хуже, все его негативные эмоции продолжали преследовать его, что не очень хорошо для актера.

Цянь Нянь умер раньше него, но возродился позже него. Он не обращал внимания на Божий план, но надеялся прожить новую жизнь, и Цянь Нянь тоже сможет вести другую жизнь.

— Брат (Гэ), это неподходящее место для разговоров. Ты свободен в эти выходные? Давай встретимся и поговорим, — сказал Чу Фэн. Он должен вернуться в аудиторию, и Цянь Нянь тоже следует вернуться.

— Хорошо, у тебя есть мобильный телефон? — Цянь Нянь не был уверен, есть ли у Чу Фэна, учащегося в средней школе, мобильный телефон.

Достав мобильный, Чу Фэн попросил Цянь Няня сказать ему свой номер.

— Если тебе что-нибудь понадобится, брат, звони мне в любое время, — сказал Чу Фэн после обмена номерами.

— Хорошо. Я сделаю все возможное, чтобы освободиться в выходные и свяжусь, когда смогу назначить встречу, — Цянь Нянь тоже постепенно успокоился.

— Ладно, — ответил Чу Фэн и не задерживаясь вернулся в актовый зал. Цянь Нянь немного подождал, а затем вернулся на отдых, и приготовился возвращаться.

********************

1. Тут игра со смыслом в иероглифах — Сян (想 xiǎng) — думать, мыслить; а имя Нянь (念 niàn) в имени Цянь Няня тоже имеет значение думать, мыслить. Кстати оба этих иероглифа (念想) образуют – думать, скучать, беспокоиться (о ком-л.).

2. 想想 (xiǎngxiǎng) — подумать, поразмыслить.

Возрождение и Искупление Глава 42.2: Удивление

Эмоции Чу Фэна были сложными, он не знал, должен ли он радоваться возрождению Цянь Нянь или нет. Если бы Цянь Нянь не переродился, он бы сделал все возможное, чтобы дать ему хорошее будущее, загладив его сожаления. Но теперь, когда Цянь Нянь возродился, то отягощен всевозможными негативными эмоциями, что было последним, что он хотел видеть.

Верно, теперь Цянь Нянь может собственноручно отомстить человеку опозорившему его доброе имя. Но в равной степени чувство ненависти будет преследовать Цянь Няня до конца его жизни и даже повлияет на его дальнейшую жизнь и развитие.

На сцене так и продолжал заливаться красноречием директор. Чу Фэн тихо держал руку Жун Юня внизу, чувствуя себя счастливым. Он радовался, что это именно он переродился, поучив возможность возместить то, что он задолжал Жун Юню, позволить тому беззаботно прожить свою жизнь. Если бы вместо него вернулся Жун Юнь, то его, вероятно, продолжала гложить депрессия. Судя по рукописи Жун Юня, он точно бы не смог забыть ту жизнь. Тогда конец Жун Юня вряд ли будет отличаться от той жизни.

Думая об этом, Чу Фэн почувствовал, что Бог не только благоволит ему, но и пожалел Жун Юня. Ему нравился нынешний невинный Жун Юнь, его счастливый и беззаботный облик. Когда он видел Жун Юня таким, то чувствовал, что жизнь прекрасна, и для него это настоящий дар Бога. Даже если их настигнут неудачи и разочарования, в итоге все трудности останутся позади.

Повернув голову, Жун Юнь взглянул на спутника. Хотя их руки внизу не видны, то, что они так держаться, приносило обжигающее трепетное чувство.

— Держа тебя за руку, я чувствую себя спокойнее, — прошептал ему на ухо Чу Фэн, слегка придвинувшись.

Поджал губы, подавляя улыбку в уголках рта, Жун Юнь легонько пощекотал его пальцем.

У Чу Фэна в сердце вспыхнуло непреодолимое желание, если они не находились в общественном месте, он бы немедленно поцеловал его.

Цянь Нянь связался с ним в пятницу. Для удобства они условились встретиться дома у Цянь Няня. После чего тот прислал ему сообщение с адресом.

Пока-что Чу Фэн не мог рассказать Жун Юню о своем знакомстве с Цянь Нянем. С его детальным мышлением, тот тут же напридумывает кучу идей. Поэтому лучше было бы подождать, пока он придумает хорошую причину или выберет подходящее время, и только затем говорить об этом Жун Юню.

Поэтому Чу Фэн придумал предлог, что в субботу ему необходимо домой, будто его для чего-то ищет отец. Наказал Жун Юню послушно сидеть в школе и прилежно учиться, из-за переноса репетиторских занятий на воскресенье, а так же пообещал принести ему что-то вкусненькое.

Жун Юнь ни в чем его не заподозрил и просто кивнул.

Сы Сянь и Гуй Хэн не вернулись в эти выходные, и Жун Юнь оставался вместе с ними, так что Чу Фэну не о чем беспокоиться.

Ранним субботним утром Чу Фэн взял такси до дома Цянь Нянь. Перед выходом он зашел в школьную столовую, чтоб купить Жун Юню завтрак, заодно захватив долю Сы Сяня и Гуй Хэна. Сегодня была не очень хорошая погода, и Чу Фэн не хотел, чтобы Жун Юнь бежал в столовую на пустой желудок. Поэтому он купил кашу и блины с начинкой, а затем сложив их в специальную теплоизолированную коробку, принесенную им из дома в начале учебного года. Теперь, Жун Юнь сможет полакомится теплым завтраком, когда встанет.

Место, где живет Цянь Нянь, найти несложно, Чу Фэн быстро прибыл к воротам жилого комплекса. Затем он позвонил Цянь Няню, чтоб тот сообщил охране впустить его. Подобные закрытые жилые комплексы являются предпочтительным выбором для многих актеров, в конце концов такие места более безопасны, и конфиденциальность лучше.

Когда он вошел в дом Цянь Няня, Чу Фэн обнаружил несколько картонных коробок, сваленных в гостиной, и немного озадаченно спросил:

— Брат, ты переезжаешь или упаковываешь свои старые вещи?

— Я только что переехал сюда. Не хочу жить там, где побывал Лу Кэ, — со слабой улыбкой ответил Цянь Нянь.

Чу Фэн похлопал его по плечу, ведь мог понять мысли Цянь Няня.

— Садись, не стесняйся, в доме сейчас все еще немного беспорядок, — хотя в доме царил беспорядок, он явно не испытывал неловкости, не считая Чу Фэна чужим.

— Завтракал? — спросил он, тоже не обращая на это внимания.

— Эн, съел немного хлеба, — видимо под властью эмоций он мало ел, почти не чувствуя голода. Еда тоже казалась не более чем способом выжить.

— У тебя есть черный чай? — спросил Чу Фэн. Теплый черный чай прекрасно подходит пить зимой, а также полезен для желудка, пить его по утрам гораздо полезнее, чем кофе.

— Да, на кухне в маленьком шкафчике над плитой, — сказал Цянь Нянь. Он уже принял тот факт, что возродился, но, узнав, что Чу Фэн тоже такой, как он, то очень удивился. Однако узнав, что тот тоже возродился, он внезапно почувствовал гораздо меньше напряжения, будто нашел надежного друга в огромном море людей.

Чу Фэн принес заваренный черный чай в гостиную, и они сели друг напротив друга. Из-за плохой погоды без солнечного света, окружение казалось немного мрачным, но аромат черного чая нес в себе особое тепло.

Обоим было что сказать, но они не знали, с чего начать.

— Брат, прости меня, — наконец заговорил Чу Фэн, после минутного молчания. — Тогда я занимался своим развитием за рубежом, и не смог вовремя помочь твоим проблемам...

— Ты не имел к этому никакого отношения, — улыбнулся Цянь Нянь, — Я знаю, что ты пытался помочь мне со связями, но никто не решался откликнуться из-за давления.

На самом деле, иногда Чу Фэн невольно задавался вопросом, было бы все иначе, если бы его отношения с отцом не были такими холодными. По крайней мере, ему не пришлось искать мать и разговаривать с отцом окольными путями, да и с ней встретиться в нужное время было не так просто, так что это несколько затянуло дело.

— Президент Чу внезапно захотел переманить меня в СинИ, это твоя помощь, верно? — спросил Цянь Нянь. В его прошлой жизни такого события точно не было, поэтому он очень удивился, когда Сун Синь вручила ему его визитную карточку.

— Вообще-то отец давно тобой заинтересовался, подумывая переманить тебя к себе, просто выжидал и наблюдал, как и положено большой компании. Так совпало, что во время церемонии награждения он зашел ненадолго домой, и мы обсуждали событие. Я просто сказал, что, если он переманит тебя сейчас, то неустойка будет намного меньше, чем потом.

Чу Фэн не хотел присваивать себе эту заслугу, в конце концов, окончательное решение все еще стоит за отцом. Теперь, когда он услышал от Цянь Няня, что отец уже связался с ним, большая часть этого вопроса уже улажена.

— В любом случае, спасибо. Я ухожу из нынешней компании, а с СинИ в качестве покровителя я избавлюсь от многих проблем, — по крайней мере, тот богатый бизнесмен не посмеет снова приставать к нему, потому что связываться с Чу Таном себе дороже.

— Как тогда обстоят дела с Лу Кэ? Каков план? — спросил Чу Фэн.

Цянь Нянь опустил глаза и на мгновение замолчал, а затем сказал:

— Ему удалось подставить меня, убедив всех, что я принудил его к отношениям, а не за гомосексуализм как таковой. И на данный момент я не нашел никаких доказательств того, что он встречается с Шан Лэем, так что ничего не могу с ним поделать. Даже если я его споймаю на этом, то они свободны в любви, и никто не упрекнет их за это.

Чу Фэн кивнул, анализ Цянь Няня абсолютно верен. В этом отношении, даже если он захочет отомстить, это практически невозможно. Но, если попробовать взглянуть на это с другой точки зрения, то шансы все-таки есть.

Цянь Нянь сделал глоток чая и сказал:

— Когда твой отец спросил меня, есть ли у меня желание перейти в СинИ, то первым делом я спросил у него, могу ли я перетянуть с собой и Лу Кэ. Тогда у меня были мысли о том, что под присмотром такого агентства, как СинИ, он не сможет собирать все сливки. В конце концов, лучше знать, кто враг, чем позволить врагу заполучить еще одну неизвестную цель.

Цянь Нянь действительно много думал в эти дни, ведь ему приходиться анализировать плюсы и минусы каждого своего шага. Возможно, многое сложилось не так, как ему хотелось, но всегда безопаснее обдумать на несколько шагов вперед.

— Лучше всего пресечь действия Лу Кэ в самом зародыше, пока он не попытался причинить тебе вред, — сказал самый безопасный метод Чу Фэн. — Поскольку он на стороне Шан Лэя, то обязательно оставит след. Просто будь начеку, и обязательно найдешь прорыв.

На самом деле вначале Чу Фэн подумал, что общественное признание гомосексуализма не так высоко, как это будет шесть или семь лет спустя. Если бы дело Лу Кэ и Шан Лэя было открыто разоблачено, то им может нехило так достаться. Но у всего есть две стороны, и сейчас, когда общество движется вперед семимильными шагами, трудно сказать, вызовет ли эта история должный резонанс, привлечет ли это достаточно внимания, вызовет ли оно споры в правильном направлении, возможно ли, что вопрос однополой любви окажется принят большинством людей раньше, чем в прошлом. Если все вдруг получит такое развитие, то выгоду извлекут именно Лу Кэ и Шан Лэй, что не в интересах их самих. Поэтому этот недостоверный метод, по мнению Чу Фэна, лучше не использовать.

— Брат, ты можешь следить за такими аспектами, как распределение ресурсов и финансовая прибыль, возможно, тогда ты сможешь поймать Лу Кэ на месте преступления, — сказал Чу Фэн. Конечно, это был только одна из сторон.

— Угу, я прослежу за этим, — кивнул Цянь Нянь.

Что касается Лу Кэ, им все еще может предоставится возможность, так что не стоит торопиться.

— Кстати, брат, с чего ты решил выступить с речью в нашей школе? — отпив чая спросил Чу Фэн, — Вроде я помню, что в прошлом это был не ты.

— Угу. На самом деле, школа всегда приглашала меня, но Лю Кэ все время им отказывал. На этот раз мне хотелось расслабиться и я согласился. Встреча с тобой и для меня оказалась неожиданностью. Сначала я хотел притвориться и спокойно пройти мимо, но все же захотел поговорить с тобой. Не ожидал, что благодаря этому мы узнает друг о друге, — улыбнулся Цянь Нянь.

Чу Фэн посмотрел на Цянь Няня, он видел, что тот по настоящему рад встрече с ним, но даже с его присутствием, меланхолия во взгляде у него ни капли не рассеялась. Эта меланхолия совсем не подходила к красивому лицу Цянь Няня, и Чу Фэн не хотел, чтобы эти затаенные чувства погубили его друга.

— Скажи, брат, ты не думал сходить к психологу? — заговорил Чу Фэн после некоторых размышлений.

Возрождение и Искупление Глава 43.1: Связи

Держа чашку с чаем в руках, Цянь Нянь молчал. Однако в душе он все отчетливо осознавал, в его нынешнем состоянии, ему попросту необходимо обратиться к психологу, для его же блага. Просто, будучи актером, он не решался небрежно разузнавать об этом, ведь, если об этом прознают репортеры, то начнут писать всякую чушь. В конце концов, нынешняя эпоха все еще далека от восприятия психологических проблемах, чем несколько лет спустя.

— Брат, — заговорил Чу Фэн, посчитав, что тот не желает этого. — Твое нынешнее психологическое состояние, оставляет желать лучшего. Тебе выпал шанс на новую жизнь, не упусти его. С твоей нынешней силой ты сумеешь достичь гораздо большего, чем тогда. Я знаю, ты ненавидишь Лу Кэ и Шан Лэя, но мы найдем способ вернуть им все сторицей. Ты не должен сдерживать себя ради них. Чем лучше ты живешь, тем злее они будут. Брат, надеюсь, ты сможешь вернуться к себе прежнему, то есть к себе самому.

Сначала Цянь Нянь просто подумал, что если он не обратится к психологу, то рано или поздно все вернется на круги своя. Но, выслушав Чу Фэна, он вдруг осознал, что ему необходимо обратиться к психологу, даже если это просочится в новости, он должен признать проблему. Чу Фэн совершенно прав. Рано или поздно он им отомстит, но он не должен посвящать свою новую жизнь только мести. У него есть еще много дел, гораздо более значимых, чем месть, и любимое занятие. Если он отомстит им, но на этом его жизнь закончится, то этим он причинит вред в первую очередь себе самому.

— Ты прав. Я постараюсь найти более надежного психиатра, — пообещал Цянь Нянь.

— Если доверяешь мне, предоставь вопрос поиска психиатра мне, — предложил Чу Фэн. — У меня есть двоюродный брат, работающий врачом, он имеет широкий круг контактов и очень надежен. С его поддержкой не составит труда найти надежного психолога.

Услышав это предложение, Цянь Нянь понял, что так гораздо надежнее, чем искать его самому, поэтому кивнул и сказал:

— Тогда рассчитываю на тебя.

— Чего ты такой вежливый? Позже я отправлю ему сообщение, узнаю, какое время ему удобно, и перезвоню, чтобы уточнить.

Он не знал расписания Сун Биня, поэтому, если ему нужно сказать что-то важное, то следовало сначала уточнить.

— М-гм, — кивнул Цянь Нянь. Сейчас Чу Фэн единственный, кому он может доверять, ведь он один-единственный пытался ему помочь в той тяжелейшей ситуации, что он оказался.

— Кстати, если ты начнешь ходить к психологу, Лу Кэ для сопровождения не подходит. Если ты дашь ему знать, это дело точно станет достоянием гласности, — сказал Чу Фэн.

Не только в эту эпоху, но даже через несколько лет все еще остаются люди, мало что понимающих об этой области, приравнивающие психологические проблемы к психическим заболеваниям, и которые мало что знают о таких состояниях, как депрессия, или даже считающих, что это не так серьезно. Если Лу Кэ раскроет визит Цянь Няня к психиатру, да еще и приукрасит, это точно окажет на Цянь Няня негативное влияние.

— Ты прав, — ради своего будущего он должен отказаться от намерения держать Лу Кэ рядом и использовать СинИ для его сдерживания. Месть Лу Кэ и Шан Лэю может свершиться в любой момент, главное – безотлагательно вернуть себе здоровье.

— Брат, как можно скорее подпиши контракт с СинИ. Мой нынешний агент – Бай Фей, ты его знаешь? Если ты не против делить со мной агента, я упомяну ему об этом в разговоре и попрошу проявить инициативу и подать заявку на твое сопровождение. Что думаешь? — спросил Чу Фэн. Сейчас он не берет на себя никакой работы, и Бай Фэй относительно свободен, так что нет абсолютно никаких проблем с тем, чтобы принять еще одного актера. Дело в том, что Бай Фэй абсолютно надежен и имеет многообещающее будущее.

— Бай Фэй? — немного поразился Цянь Нянь, конечно, он знал о Бай Фэе, просто этот человек еще не проявил свою известность. — Если он согласен, то, конечно, с моей стороны нет никаких проблем.

— Отлично, прямо сейчас и позвоню. — улыбнулся Чу Фэн. — Он быстро продвинулся в кругу развлечений и теперь у него есть достаточно собственных связей, так что если Лу Кэ сделает какие-то движения, он должен быть в состоянии что-то услышать. С одной стороны, нужно следить за окружающими тебя людьми, особенно за теми, кто необъяснимым образом сближается с тобой, даже если это простой человек. С другой стороны, найди способ поймать Лу Кэ и Шан Лэя на месте преступления, чтобы они как можно скорее покинули развлекательный бизнес.

Откровенно говоря, из-за того, что эти двое находятся в кругу, пострадал Цянь Нянь, и теперь, кто знает, кто в последствии от них пострадает? Изгнать их прочь и тогда жить станет свободнее не только им.

— Угу. Спасибо, Сяо Фэн, — совершенно серьезно ответил Цянь Нянь, глядя ему в глаза.

— Ой, не нужно этих церемоний, брат. То, что ты здоров, и все у тебя идет хорошо, это то, что я хочу видеть больше всего.

Это правда. Цянь Нянь – его друг и старший брат. Он относится к Цянь Няню так же, как к Сы Сяню и Гуй Хэну.

Цянь Нянь глубоко вздохнул и выпил полчашки уже подостывшего черного чая, почувствовав себя спокойнее.

— Почему ты возродился? — спроси он затем. — Ты тоже покончил жизнь самоубийством?

— Нет... — покачал головой Чу Фэн, а затем кратко рассказал Цянь Няню о своих обстоятельствах.

— Чу Фэн, — сказал Цянь Нянь нахмурившись, когда выслушал его. — При всем уважении, ты такой мудак.

Чу Фэн не злился, Цянь Нянь совершенно прав, "мудак" – это еще мягко сказано.

— Сам знаю. В этой жизни я буду к нему хорошо относится. Хотя я знаю, как компенсировать ему все, я знаю – этого вовсе недостаточно. Все, что у меня есть, я отдам ему.

— Ты не сможешь погасить этот долг до конца своей жизни, — сказал Цянь Нянь.

— Да, поэтому буду возвращать и в следующей жизни, — вспомнив наивные глаза Жун Юня, Чу Фэн неосознанно улыбнулся.

Возрождение и Искупление Глава 43.2: Связи

Допив чай, Цянь Нянь позвонил Чу Тану и сказал, что уже все обдумал, и, пока СинИ готова его принять и пойти на некоторые проблемы, вызванные его переходом, он в любой момент готов поменять агентство. Что касается вопроса Лу Кэ, Цянь Нянь сказал, что все контакты и ресурсы Лу Кэ связаны с его нынешним агентством, поэтому он опасался, что тому будет трудно влиться в СинИ. Ранее он не обдумал эту просьбу тщательно, но теперь все обдумал и решил, что лучше позволить Лу Кэ остаться там, где он есть, что также способствует его будущему развитию.

Чу Тан с самого начала не хотел подписывать контракт с Лу Кэ, и, когда понял, что Цянь Нянь более не настаивает, то посчитал, что хорошо с ним сработается. Он сказал, что после обеда секретарь принесет ему необходимые бумаги, после чего он может просмотреть контракт и внести свои изменения. После того, как они внесут необходимые доработки, то смогут подписать контракт в кратчайшие сроки.

С другой стороны, Чу Фэн также позвонил Бай Фэю, он не говорил ничего конкретного, просто упомянул, что отец обмолвился о своем желании переманить Цянь Няня в СинИ. Только этот вопрос еще не решен и должен храниться в тайне. Если у Бо Фэя есть желание, он может обраться к его отцу и добиваться у него возможности стать агентом Цянь Няня. Что касается того, что говорить при этом, то Бо Фэй должен думать сам.

— Ты не против разделить агента с Цянь Нянем? — спросил его по телефону Бай Фэй.

— Я недавно пообщался с Цянь Нянем, мне он показался неплохим человеком. Именно поэтому я бы хотел, чтоб Бай-гэ сам боролся за него, это ведь упрочит твое положение в развлекательном кругу. Только Цянь Нянь не знает, кто мой отец, поэтому, пожалуйста, не сообщай ему об этом.

После этого Бай Фэй с радостью согласился, сказав, что постарается изо всех сил.

Больше ничего не говоря, Чу Фэн нажал отбой.

Отношения между ним и Цянь Нянем необходимо чутка замаскировать. Его отец уже в курсе визита Цянь Няня в его школу, для произнесения речи, и этот инцидент мог логически привести к встрече между ними. Пока они скрывают знание Цян Няня, что он будущий владелец СинИ – их знакомство более чем естественно. Когда придет время, то они сыграют пьесу, что Цянь Нянь узнал о нем правду. Вот и все. Кроме того, они двое теперь под присмотром Бай Фэя, так что их хорошие отношения никого не удивят.

— Играть в жизни намного сложнее, чем на экране, — слегка улыбнулся Цянь Нянь.

Чу Фэн, отправлявший сообщение Сун Биню, усмехнулся.

— Эти шесть месяцев я полностью посвящу себя вступительным экзаменам в университет, не буду ходить в компанию и сниматься в рекламе. За это время ты придешь в норму, так что ничего не раскроется.

— Я ни о чем не беспокоюсь, но слышал, что у Господина Чу особенно злые глаза, так что мне все равно нужно быть осторожным.

На самом деле, после своего возвращения, при каждом контакте с Чу Таном, он вынужден был глядеть в оба, чтоб случайно не проколоться при нем. К счастью, после подписания контракта, то будет меньше контактировать с Чу Таном, поэтому уже не придется так сильно волноваться.

— Все в порядке, твой младший представился твоим фанатом, под этим предлогом я могу нормально общаться с тобой, и отец мне ничего на это не скажет, — сказал Чу Фэн.

— Когда появится возможность, позволишь мне познакомится с этим ребенком, хорошо? — Цянь Нянь действительно интересовался Жун Юнем.

— Хорошо. Но быстро познакомить вас не получится. Он особенно внимателен и вдумчив, если у меня не будет веских доказательств законности нашей дружбы, что мы сошлись совершенно естественно, он напридумывает себе всякой всячин, — улыбнулся Чу Фэн.

Дело в том, что Жун Юнь не просто напридумывает, а еще и затаит это в сердце, не станет ни о чем допытываться и будет ходить расстроенный, отчего его депрессия может вернуться. Поэтому, когда он видит Жун Юня не в настроении, то он спрашивает об этом, и, если это ничего серьезного, то он не допытывается, оставляя за ним право хранить небольшие секреты.

Вскоре после отправки текстового сообщения раздался телефонный звонок Сун Биня.

— Что случилось? — с места в карьер начал Сун Бин.

— Брат, ты дома или в больнице? — ответил вопросом на вопрос Чу Фэн.

— Дома, сегодня днем поеду в больницу, — ответил Сун Бин. Недавно он услышал, что Чу Фэн сейчас особенно сдержан, отчего чувствовал облегчение.

— Дело вот в чем, у тебя есть знакомый надежный психолог, которого ты мог бы порекомендовать? — спросил Чу Фэн. В разговоре с братом, ему не нужно ходить вокруг да около.

— Психолог? Для кого? Для тебя или Жун Юня? — они единственные, кто пришел Сун Бину на ум, если бы в семье был кто-то другой, тот поговорил бы с ним сам.

— Никому из нас. Это друг с немного особым статусом, и ему нужен кто-то профессиональный и с отличнейшей рабочей этикой, — сказал Чу Фэн.

— Что за друг? — он знал всех друзей Чу Фэна. Если тот немного переволновался из-за давления на учебе, он мог это понять.

— Он из индустрии развлечений. Мы познакомились не так давно, но хорошо поладили. В последнее время он не в лучшем настроении, и я предложил ему обратиться к психологу. Ты же знаешь, что люди этого круга очень избегают любой личной информации, а о подобном и речи быть не может, поэтому я решил узнать, нет ли у тебя подходящего врача, которого можно ему представить.

Чу Фэн уже вошел в индустрию развлечений, поэтому вполне нормально иметь несколько друзей в этой отрасли. Согласно пониманию Сун Бина о Чу Фэне, это не друг, который вырос вместе с ним и которому действительно можно доверять. Чу Фэн редко вмешивался в такие личные дела. Теперь, когда он готов просить его о помощи, это означает, что у него должны быть хорошие отношения с этим другом из шоу бизнеса.

По отношению к этому другу Чу Фэна из развлекательного круга у Сун Биня имелись некоторые вопросы. В конце концов, он хорошо представляет себе, насколько хаотичен этот круг. Теперь, когда Чу Фэн спросил, он не мог ему отказать, но может воспользоваться случаем и проверить этого друга Чу Фэна, а заодно и уберечь его, если что. Если этот человек хороший, то все в порядке, но, если не очень хороший, то лучше держать его подальше, насколько это возможно. По крайней мере, к его словам Чу Фэн все еще прислушивался.

— Хорошо, я позабочусь об этом. Позже дай мне номер телефона этого человека, тогда мне будет проще его уведомить, — сказал Сун Бин.

— Ладно, позже пришлю сообщение.

Чу Фэн не видел ничего плохого в знакомстве Цянь Няня с братом, поскольку оба они люди, которым он мог доверять. Теперь, если подумать, раньше он их не знакомил, возможно потому что они из разных кругов, и ему в то время не пришло это в голову.

Положив трубку, Чу Фэн отправил Сун Биню СМСку.

— Мой двоюродный брат хороший парень, можешь не сомневаться, — успокоил он Цянь Няня.

— Хорошо, — кивнул Цянь Нянь. Он верил Чу Фэну и, естественно, был готов поверить тем, кому верил Чу Фэн.

Возрождение и Искупление Глава 44.1: Моделирование

Составив Цянь Няню компанию за едой, Чу Фэн двинулся обратно в школьное общежитие. На обратном пути в школу он как раз проходил мимо популярного ресторанчика жаренной во фритюре еды. В ассортименте этого ресторанчика имелось не только мясо и морепродукты, но и овощи, что пришлось бы Жун Юню по вкусу.

Этот ресторанчик небольшой, но многолюдный и стояла длинная очередь. Чу Фэн никуда не спешил, потому спокойно встал в очередь, занимавшую несколько поворотов, и медленно продвигался по ней. Его очередь подошла только спустя пол часа ожидания. Популярность ресторанчика обусловлено вкусной едой, но даже если она остыла, то оставалась неизменно вкусной, без маслянистого вкуса от застывшего масла, а так же оставалась хрустящей. Как правило, такое жареное блюдо, подавалось с жидкой кашей или рисом, с добавлением небольшой порции освежающего гарнира и чашка горячего чая – это своего рода самый простой способ насладиться этим вкусом.

— Что купил, Фэн-гэ? — тут же учуял вкусненькое своим чутким носом Гуй Хэн, едва он вошел в их комнату.

Чу Фэн молча поставил пакет с едой на стол, пусть просто посмотрит на название ресторанчика, напечатанное на пакете. Он купил достаточно, чтоб все могли насладится закуской вместо полдника.

— Вау, Фэн-гэ, каким ветром тебя туда занесло, ты действительно ходил за покупками в тот ресторанчик? — Гуй Хэн показал очень преувеличенное выражение лица. Все они прекрасно знали, что каждый раз, когда они хотели съесть что-нибудь в этом месте, самым неприятным моментом была очередь, это было буквально десять минут еды за час в очереди.

— Угу, — просто ответил Чу Фэн, не став ничего объяснять. Пусть подумает, что он специально туда наведался. В конце концов, он использовал предлог, что пойдет сегодня домой, но этот ресторанчик совсем не на пути домой, поэтому говорить, что купил его по дороге, нельзя.

Взяв нижнюю коробку и положив ее на стол перед Жун Юнем, Чу Фэн улыбнулся и сказал:

— Вот, ешь, это тебе. Там в основном овощи во фритюре, ты же их любишь, а так же половина куриной отбивной и кальмар.

— Угу, — улыбнулся ему Жун Юнь. Этим утром, когда он встал и увидел теплую кашу, то уже почувствовал насколько заботится о нем Чу Фэн. А теперь, когда тот подал ему его любимые блюда, на сердце у него стало еще слаще.

За исключением порции Жун Юня, остальные три с совершенно одинаковым содержимым, там в основном мясо и морепродукты, а так же нет и тени овощей.

— О, у меня как раз черный чай есть, — Сы Сянь нашел в шкафу коробку с пакетиками черного чая.

Все четверо заварили себе по чашке с чаем и наслаждались редкими спокойным мгновениями.

— Я собираюсь начинать готовится к пробным экзаменам. Атмосфера экзаменов на поступление все тяжелее и тяжелее, — улыбнулся Сы Сянь.

В общем, после завершения трех пробных экзаменов у каждого появляется понимание какими будут его оценки, и представление, куда поступить. За исключением случаев, когда внезапно проявляются неожиданно высокие или даже исключительные результаты экзамена, цель поступления практически не меняется.

— И, куда вы двое собираетесь поступать? — непринужденно поинтересовался Чу Фэн у Сы Сяня и Гуй Хэна.

— В нашем городе можно рассматривать, как А, так и М, — с улыбкой отозвался Сы Сянь. — Но, если ехать в другой город, то нужно учитывать больше аспектов. Но лично я все равно предпочту оставаться здесь для учебы в местном университете, это близко к дому и удобно во всех отношениях.

Гуй Хэн откусил свиную отбивную и сказал:

— Мой учитель рисования посоветовал мне поступить в Художественную Академию города С. Хотя, сравнивая с подобными академиями по всей стране она совсем не выделяется и весьма средняя, но, по крайней мере, это официальное учебное заведение, и работать в этой сфере потом будет легче.

Его семья не хотела, чтобы он продолжал заниматься политикой, поэтому его выбор был относительно широк.

— А вы, ребята? — спросил Сы Сянь Жун Юня и Чу Фэна.

— Жун Сюнь хочет сдать вступительный экзамен в университет А, — уыбнулся Чу Фэн. — Я хочу поступить вместе с ним, но в конечном итоге это будет зависеть от оценок и специальности. Если не получится, то училище поблизости с А вполне сойдет.

Благодаря планировке города, университеты их города распределены по регионам и находятся не слишком близко друг к другу, но вот училища поблизости от университетов имеются.

— Хорошо, лучше все трое поступайте в университет А, — засмеялся Гуй Хэн. — Иначе придется мне, бедному, бегать между тремя учебными заведениями, чтоб найти вас для игры. — он знал, что с его оценками поступить в университет А невозможно, поэтому он и не старался.

Если все пройдет гладко, то Сы Сянь и Жун Юнь без труда поступят в университет А. Что касается Чу Фэна, то у него тоже есть надежда, но, конечно, все зависит от его сдачи экзамена в тот день.

Так, проведя полдник за чаем, они вчетвером вернулись к своим напряженным занятиям. Сейчас каждая минута на счету, и никто не собирается терять время.

Сун Бинь быстро связался с надежным психологом. Они учились в одном университете, а она была старше него на курс. Она была строгая, но добрая и очень компетентная. Она также хорошо известна в академических кругах и является очень надежным человеком.

После этого Сун Бинь связался с Цянь Нянем и они договорились о месте встречи, после чего он отвез Цянь Няня в частную клинику этой старшей.

В тот момент Сун Бин не знал, что человек, собиравшийся посетить психолога – это Цянь Нянь. Когда Сун Бинь увидел представшего перед ним Цянь Няня, то от потрясения долго не мог прийти в себя. В то время было неудобно его о чем-либо расспрашивать, ведь того могут в любой момент окружить фанаты. Поэтому попросив его сесть в машину, Сун Бинь решил поговорить с ним по пути.

Причина, по которой Цянь Нянь смог узнать Сун Биня, стоящего у машины, заключалась в том, что он попросил Чу Фэна прислать ему фотографию, чтобы он легко опознал его. В это время Чу Фэн стоял в очереди в столовой, чтобы купить еду для Жун Юня, а так как скоро должна была подойти его очередь, поэтому он не стал долго расспрашивать и сразу отправил фотографию Цянь Няню.

Как Цянь Нянь и Сун Бинь встретились и ладили после этого, Чу Фэн понятия не имел.

Через несколько дней, в день подписания контракта с СинИ, Цянь Нянь вновь позвонил Чу Фэну. Поскольку он перешел в СинИ, подписание контракта не афишировалось. Чу Тан организовал, чтобы Бай Фэй взял его под свое крыло, поэтому теперь он чувствовал себя спокойнее. Так же Цянь Нянь сообщил Чу Фэну, что найденная Сун Бинем психолог очень хороша, и после беседы с ней он чувствует себя лучше.

После прояснения дел с Цянь Нянем, Чу Фэн почувствовал за него облегчение. Они разговаривали еще некоторое время, а затем попрощались.

Возрождение и Искупление Глава 44.2: Моделирование

Первый пробный экзамен настал в назначенный срок, результаты были получены, и Чу Фэн не показал высоких результатов, что действительно немного его расстроило. Однако Жун Юнь не выглядел грустным, с улыбкой сказав ему:

— Не отчаивайся, вопросы в этот раз действительно сложные, 70% из них трудные, и из-за них легко потерять баллы. Ничего страшного, как только подтянешь эти области, в будущем эти темы не станут угрожать.

Хотя для других это может послужить ударом, для Жун Юня в этом ничего страшного, просто более полное изложение трудностей и ключевых моментов.

Чу Фэн со вздохом обнял Жун Юня рядом с собой.

— Наверное все потому, что я неустанно совершенствовался в учебе, но внезапно проиграл, вот и расстроился.

Сейчас в комнате общежития они лишь вдвоем, так что Жун Юнь не смутился, продолжая утешать:

— Наши с Сы Сянем оценки тоже упали, все в порядке.

Оценки его и Сы Сяня также снизились примерно на шесть или семь баллов по сравнению с ежемесячным экзаменом.

— Угу, — Чу Фэн потянул его вниз, усадив себе на колени, и лукаво сказал, — Мне таак плооохооо, пожалуйста, утешь меня.

— Как утешить? — озадаченно посмотрев на него, Жун Юнь поднял руку и погладил его по волосам, спросив, — Так пойдет?

— По твоему от меня так легко отделаться? — со смешком сказал он на это.

— Где уж там... — тихо пробормотал Жун Юнь.

— Не пытайся меня одурачить, — слегка сжав руку на его талии, сказал Чу Фэн.

Лицо Жун Юня порозовело. Хотя сейчас в комнате общежития никого, это все таки не дома. Однако подумав, что Чу Фэн и правда расстроился из-за оценок, Жун Юнь не мог его игнорировать и не утешить, поэтому быстро наклонился и чмокнул его в губы, после чего вскочил и опрометью убежал.

Уже давно разгадавший его маневр Чу Фэн, сразу же схватил его за руку, затем прижал к столу и наградил глубоким поцелуем.

Рот Жуж Юня оказался намного теплее, чем его руки или лицо, к тому же он пах клубникой, съеденной им недавно. Чу Фэн предавался захватывающему поцелую, когда его прервал звонок мобильного телефона.

Неохотно отпустив Жун Юня, достав телефон он взглянул кто звонил, оказалось, что это его мама. Жун Юнь воспользовался возможностью и вырвался из объятий Чу Фэна, схватил свою пижаму и побежал в ванную, принимать душ.

Чу Фэн улыбнулся и ответил на звонок.

Сун Синь звонила ему, чтоб пригасить его и Жун Юня приехать к ним на ужин на выходные. Ее съемки были завершены, и она только вчера вернулась домой.

Чу Фэн ответил, что вернется в полдень, так как утром вместе с Жун Юнем идет в книжный магазин, чтобы купить тетради. К тому же в этот понедельник, по всей стране поступила в продажу первая книга Жун Юня, и на этот раз он отправляется в книжный, чтобы купить экземпляр.

— Хорошо, останетесь дома на ночь и возвратитесь в школу в воскресенье, — рассмеялась в трубку Сун Синь.

— Хорошо, я скажу Жун Юню позже, — в любом случае, пока Жун Юнь с ним вместе, неважно где они, в школе или дома.

— Угу. Кстати, я слышал, что сейчас начались пробные экзамены, в вашей школе они уже прошли? — спросила Сун Синь.

— Я сдавал экзамены, но результаты не слишком хорошие, — посетовал Чу Фэн. С такими достижениями ему даже думать не стоит об университете А.

— Сколько баллов? — спросила Сун Синь.

Чу Фэн назвал цифру.

— Разве эти оценки не хорошие? — произнесла с некоторым замешательством Сун Синь. По ее мнению, эти оценки и так очень хорошие, она действительно не просила ничего другого.

К своей матери, не требовавшей от него сверх меры, Чу Фэн испытывал, с одной стороны, очень теплые чувства, а с другой, напоминал себе не расслабляться. В конце концов, его целью был не обычный университет.

— Они все еще далеки от моей цели, — сказал Чу Фэн.

— Чу Фэн, мама ничего от тебя не требует, что бы ты ни делал и в какой бы университет ни поступил, я буду рада поддержать тебя. Поэтому, не дави на себя, сынок, — произнесла Сун Синь. Она действительно так думала, и так было всегда.

— Я знаю, — Чу Фэн немного смягчил тон и сказал, — Дело в том, что у меня есть требования к себе, и я также надеюсь достичь своей цели. Если я не смогу достичь ее в итоге, то просто забуду об этом, но сейчас главное – стараться изо всех сил.

— Хорошо иметь цели и всегда отдавать все силы для их достижения, — улыбнулась Сун Синь.

— М-гм, я понимаю, — ответил Чу Фэн.

Повесив трубку, Чу Фэн почувствовал себя намного лучше. Сначала его утешал Жун Юнь, а затем и мама. Благодаря этому он снова почувствовал себя целеустремленным. Независимо от того, поступит он в университет А или нет, он всегда должен стараться изо всех сил, а остальное будет зависеть от удачи.

********************

Название главы 模拟 – моделирование, но позже узнала, что это часть слова пробный экзамен – 模拟考试. Возможно название что-то вроде — Попытка?

Возрождение и Искупление Глава 45.1: Поддержка

Поскольку в субботу они решили навестить родительский дом, то занятие с репетитором было перенесено на вторую половину дня в воскресенье, чтобы они могли вернуться в школьное общежитие сразу после занятий без каких-либо задержек.

Уже прошло столько времени с их знакомством с Шэнь Ши, потому ничего неудивительного в том, что они очень сблизились с ним. Они часто обедали вместе, и Шэнь Ши часто угощал их вкусностями продаваемыми в окрестностях школы. После занятий они к тому же болтали о других вещах, например, о последних горячих новостях, некоторых интересных событиях в жизни и прочем, точно так же, как обмен мнениями между друзьями.

В субботу они спали, пока сами не проснулись, затем встали, привели себя в порядок, собрали вещи и вышли. Сы Сянь и Гуй Хэн ушли домой вчера вечером, что означало, что в конце недели в их общежитии никого не оставалось.

К этому времени завтрак в кафетерии почти остыл, к тому же от еды в столовой целую неделю, волей-невой чувствуешь от нее усталость. У Чу Фэна конечно же не было проблем с аппетитом, но так же верно и то, что ему не хотелось опять кормить Жун Юня едой из школьной столовой, потому повел его завтракать в знаменитый ресторанчик специализирующийся на паровых пирожках с бульоном (1).

Хотя у этого ресторана есть несколько филиалов, но ни один из них не находится поблизости от средней школы Цзиньхуа, поэтому им сюда не очень-то и по-пути.

К их приходу завтрак уже закончился, потому людей было совсем не много, и свободных мест предостаточно. Они подошли к стойке с едой и сделали заказ, затем Чу Фэн стал ждать у стойки, а Жун Юнь пошел искать им место.

Жун Юнь любит тихие места и обычно выбирает место в углу. Он не любил смотреть по сторонам, поэтому спокойно сидел в одиночестве на своем месте, сняв пальто, выглядел он при этом необычайно послушным мальчиком.

Вскоре после этого к нему подошел с их заказом Чу Фэн, и, поставив поднос, сказал:

— Там человек все время наблюдает за тобой, знаешь его?

Он заметил его, когда только что проходил мимо, так как в ресторане немноголюдно, движения мужчины привлекли его внимание. К тому же он наблюдал за Жун Юнем, так что он сразу насторожился.

— Хм? — Жун Юнь поднял голову, огляделся и увидел недалеко от них человека, о котором говорил Чу Фэн. Однако при виде него у Жун Юня вовсе не появилось улыбки при виде знакомого человека, а просто сказал Чу Фэну, — Это мой отец, пойду поздороваюсь с ним.

Он уже и не помнил, сколько времени прошло с тех пор, как он виделся с отцом, тот даже не просил его приехать к нему домой на Новый Год, а просто отделался звонком.

— Давай, — отца Жун Юня Чу Фэн вообще никак не судил. В любом случае, отныне и в будущем самым важным членом семьи Жун Юня будет он, а не два этих биологических родителя, которые не виделись с сыном в течение года.

— Отец, — заговорил Жун Юнь, подходя к его столику.

Молодая женщина, сидевшая напротив его отца, Жун Минхуна, была его мачехой, но Жун Юнь никак не поприветствовал женщину, даже не кивнул головой. При взгляде на него у женщины в глазах не появилось ни следа тепла, очевидно, он ей не нравился.

Жун Юню так же не нравилась эта любовница, разрушившая их семью. Он действительно жаждал семейной привязанности, но ее должны давать его родные родители, а не мачеха. Любовница, разбившая их семью, совершенно отличается по своей природе от родителей, создавшие свои собственные семьи после добровольного развода из-за разногласий. Первое – вопрос морали, второе – нормальное явление. А после того, как мачеха вышла замуж за его отца, она так и не забеременела. Отец похоже торопился, ведь женщина еще молода, а он уже не так молод.

— Почему ты здесь? — спросил Жун Минхун. Он и его молодая жена жили по соседству, поэтому в выходные, когда отсыпались по полной, они время от времени приходили сюда позавтракать. Никто из них не умел хорошо готовить, потому питание на вынос обходилось в копеечку, к тому же жена юбила есть особенно знаменитые вкусности, или изысканные деликатесы и никогда не смотрела на цену.

— Я приехал покупать учебные материалы, а заодно заглянул сюда позавтракать, — ответил Жун Юнь.

Что касается учебы Жун Юня, то Жун Минхун, можно сказать, вообще в ней не участвовал. Его это редко волновало, иногда он задавал пару вопросов, но потом, едва отвернувшись, тут же забывал об этом. В конце концов, опека над Жун Юнем была возложена на Жуй Сы. С точки зрения Жун Минхона, это нормально, если он не может вспомнить такие тривиальные вещи, ведь ему все равно не нужно ходить на родительские собрания.

— Тебе денег хватает? — спросил Жун Минхун это, пожалуй, единственное, о чем он может спросить.

Прежде чем Жун Юнь успел ответить, его мачеха дважды сильно кашлянула, а затем пристально посмотрела на Жун Минхуна.

— Помолчи, я разговариваю с ребенком. — осек он ее с ледяным выражением лица, видимо из-за неловкости. Если бы он не послушал этой женщины и не отказался от опеки над Жун Юнем, его бы не высмеивали за спиной за то, что он отказался от своего ребенка, а теперь у него до сих пор нет ребенка. А еще, она так нагло требует денег для своих родителей, превратив его в учреждение по борьбе с бедностью. Прошло уже столько лет, а она даже не забеременела.

Когда Жун Минхун даже не проявил к ней малейшего уважения на людях, порыве гнева мачеха откинула палочки для еды, схватила сумку и одежду и направилась к выходу.

Жун Минхун нахмурился, подумав, что какой бы плохой ни была эта женщина, она все равно живет с ним, а его сын больше не близок ему, поэтому он поспешно встал, схватил куртку, небрежно достал горсть денег и протянул их Жун Юню со словами:

— У меня есть дел, так что я пойду, — сказав это, он ушел вслед за женщиной.

Жун Юнь вернулся на свое место, положил деньги на стол, а затем начал их разбирать. Горсть денег состояла в основном из монет по пять юаней, даже не по десять. Чу Фэн искренне считал этот поступок, подачкой нищим, но Жун Юню хватит этих денег на покупку учебника, так что он сэкономил деньги.

Когда он закончил разбирать их, Чу Фэн сказал:

— Иди вымой руки и поешь. Если еда остынет, то будет не вкусно.

— Угу, — кивнул Жун Юнь и первым делом пошел мыть руки. Поскольку между ним и отцом всегда стояла мачеха, то его с ним отношения всегда были хуже, чем с матерью. К поведению отца он тоже привык, ведь для него он уже чужак.

********************

1. 汤包 Танбао или суповые булочки — это большие булочки с суповой начинкой, приготовленные на пару (баоцзы) в китайской кухне. Их также иногда называют гуантан бао или булочки с суповой начинкой. В разных частях страны встречаются различные разновидности с некоторыми вариациями названий. Все эти булочки готовятся путем заворачивания желатиновой начинки в тесто, которое затем готовится на пару, чтобы начинка превратилась в суп.

Возрождение и Искупление Глава 45.2: Поддержка

— Не думай б этом, — поддержал его Чу Фэн, подставляя порцию.

— Угу, я и не думаю, — улыбнулся ему Жун Юнь, если бы Чу Фэна не было рядом, он, вероятно, не смог бы так быстро успокоить свой разум. И теперь он уже относительно легко мог встретиться с ним лицом к лицу.

После еды они вдвоем отправились в книжный магазин и купили несколько учебников и контрольных работ по вопросам, на которых Чу Фэн провалился. Выбрав их, Чу Фэн теперь повел Жун Юня в отдел художественной литературы. На видном месте висел сборник рассказов, изданный Жун Юнем, рядом с книгами нескольких авторов рассказов, изданных вместе с ним. Обложки книг были выполнены в стиле маньхуа и выглядели очень мило.

Когда они подошли, там уже стояло довольно много девушек, выбиравших книги, похоже они постоянные читатели журналов коротких рассказов, шепотом обсуждавших стиль каждого автора рассказов.

— Позвольте пройти, — сказал Чу Фэн, не обращая внимания на их болтовню, затем взял пять книг Жун Юня и приготовился идти к кассе.

Девочки, вероятно, подумали, что мало кто из мальчиков захочет читать такие романы, потому присмотрелись повнимательнее, после чего действительно сразу узнали его.

Девушки принялись взволнованно толкать друг друга, пытаясь побудить другую выйти вместо себя, чтоб начать с ним разговор, но при этом помнили о том, что это книжный магазин, и не кричали громко. Наконец, одну девушку таки вытолкнули вперед, и она дерзко спросила:

— Вы тоже читаете романы Цинь Сюня?

Он мне очень нравится, во всех аспектах, — с улыбкой ответил Чу Фэн. — Пожалуйста, поддержите его больше в будущем. — сказав это он забрал книги и ушел. Обычно, если его узнавали, то он не говорил много и старался как можно скорее уйти оттуда. Но поскольку этим девушкам нравились романы Жун Юня, он лишь улыбнулся и сказал им несколько слов, что можно расценить как хорошую поддержку Жун Юню.

Конечно же, как только он ушел, девушки, все еще раздумывающие о том, какую книгу купить в первую очередь, немедленно схватили копию книги Жун Юня и направились прямо к кассе.

Чу Фэн не позволил Жун Юню заходить, поэтому он просто стоял недалеко от кассы, ожидая пока тот принесет ему оплаченную книгу. Он также видел, как эти девушки разговаривали с Чу Фэном, но не знал о чем. Когда он увидел, что девушки выстроились на кассу с его книгами, то невольно улыбнулся. Он догадался, что Чу Фэн, должно быть, помог ему продвинуть книгу, иначе, если бы девушки были хорошими подругами, одна из них купила бы книгу и передала ее по кругу. В конце концов в школах принято обмениваться книгами.

Причина, по которой Чу Фэн купил так много копий, в том, что Сы Сянь, Гуй Хэн и Чу Жоу тоже хотели их. В конце концов, это первая публикация книги Жун Юня, поэтому ему всегда нужно поддерживать его. И ему самому пришлось взять две копии, одну оставить себе для коллекции, а другую прочитать.

Наконец они поехали домой, войдя они услышали, как на кухне готовился обед. Услышав шум в прихожей, из кухни вышла Сун Синь и с улыбкой поприветствовала их:

— Вы приехали.

— Ага, — кивнул Чу Фэн.

— Здравствуйте, тетя, — вежливо поприветствовал Жун Юнь.

— Хорошо, хорошо, заходи. На улице холодно? — Сун Синь шагнула вперед и взяла Жун Юня за руку.

— Не холодно, — улыбнулся Жун Юнь. Постепенно погода начинала теплеть, хотя до настоящего тепла еще далеко, но уже не так холодно.

Чу Фэн посмотрел на стоящую у двери большую картонную коробку с прикрепленным к ней листком доставки и спросил:

— Что это?

— О, книга Сяо Юня. Сегодня утром ее принес курьер. Помоги мне потом отнести его наверх, одна не донесу, — рассмеялась Сун Синь.

— Ты столько их купила? — хотя он знал, что она обязательно купит, раз обещала, но такого количества точно не ожидал.

— У меня много друзей, — сказала Сун Синь. — Я обещала им прислать по экземплярчику.

В глубине души Чу Фэн знал, что его мать не будет небрежно раздавать книги кому попало. Скорее всего те, кому они будут посланы, могут послужить подспорьем Жун Юню в будущем. И это не те люди, что отбросят книгу едва получив.

— Спасибо, тетя, — поблагодарил от всего сердца Жун Юнь, он действительно не ожидал, что Сун Синь купит так много.

— Не будь вежлив с тетушкой, — Сун Синь ущипнула маленькое личико Жун Юня и сказала, — Идите наверх и переодевайтесь. Еда на кухне почти готова.

— Хорошо, — ответил Чу Фэн, а затем отвел Жун Юня наверх.

— Мне прям неловко, — отозвался Жун Юнь входя в комнату, — Тетя столько купила.

Чу Фэн улыбнулся, потрепал Жун Юня по волосам и сказал:

— Для мамы это легче-легкого. Если в будущем станешь крупным писателем или сценаристом, то можешь отдать предпочтение мне, а не кому-нибудь еще, если будешь снимать фильмы.

Жун Юнь кивнул, если он пойдет по этому пути, то обязательно заставит Чу Фэна сыграть во всех своих до единого фильмах.

Чу Фэн улыбнулся, он не сказал ему, что сценаристы или писатели практически не имеют права голоса при выборе актеров. Но какое это имело значение? Он просто пройдет прослушивание, приложив максимум своих усилий.

Возрождение и Искупление Глава 46.1: Богатый

Пообедав с ними Сун Синь начала собираться на прогулку. Она пригласила Гуан Минь попить с ней после обеда чаю, а затес сходить по магазинам.

Таким образом дома остались лишь двое, Чу Фэн и Жун Юнь, поэтому теперь им нет необходимости слишком осторожничать и стесняться того, что они вместе. Благодаря отоплению в доме было очень тепло. Жун Юнь дремал под тонким одеялом, лежа на диване. Чу Фэн сидел рядом с ним, листая книгу Жун Юня.

В прошлом семестре он прочитал все романы Жун Юня, но когда снова прочитал этот сборник, у него остались двоякие чувства. Истории, написанные Жун Юнем, очень разнообразны, есть школьные романы, есть проза, и даже детские рассказы... Хотя написание недостаточно зрелое, сюжет хорошо выстроен и легко приводит в движение эмоции, заставляя читателя бессознательно переносить себя в него. Чу Фэн вздохнул от богатого внутреннего мира Жун Юня и внимательного наблюдения за этим миром. Так он вспомнил слова одного писателя старшего поколения: "Самое сложное в написании – не сюжетная постановка, а максимально точными словами изложить на бумаге то, что чувствуешь, чтобы у читателей возникло ощущение погружения, или ощущение чего-то знакомого, пусть они чувствуют, что это мир, в котором они живут, или чувства, которые они испытывали."

Чу Фэн чувствовал, что в этом аспекте навыки Жун Юня находятся на высоте, он действительно талантлив. Если Жун Юнь захочет, он надеется, что тот сможет продолжать писать, писать о мире, человеческих чувствах и жизни, существующих в глазах Жун Юня...

— Разве ты не хочешь спать? — Тон Жун Юня был полон сонливости, как будто он мог погрузиться в сон в любую секунду.

Когда Чу Фэн посмотрел на него, укутавшегося в одеяло, его сердце тоже смягчилось, подойдя, он поцеловал его в уголок рта и сказал:

— Спи, я рядом посижу.

— Я не хочу спать один… — прошептал Жун Юнь.

— Хорошо, — усмехнулся он на это, — Я не дам тебе спать одному, — сказав это, он поднял его на руки и отправился с ним наверх.

Диван в гостинной подходит для двух человек, сидящих бок о бок, но он слишком тесный для двух людей, если они вздумают лежать бок о бок, поэтому лучше отдыхать в спальне.

После этого они легли спать вместе. Когда Жун Юнь проснулся и повернул голову, то увидел Чу Фэна, лежащего рядом с собой. Когда он смотрел на его спящее лицо, то на сердце испытывал чувство удовлетворения. На самом деле, он не хотел многого, до тех пор, пока человек, который ему нравился, мог оставаться с ним, болтая о том о сем, он был счастлив. Что касается бедности или богатства, его это никогда не волновало.

Палец нежно взъерошил длинные ресницы Чу Фэна, и Жун Юнь улыбнулся. Ему всегда нравился Чу Фэн. А теперь, когда он относился к нему все лучше, так сильно заботясь, он влюблялся в Чу Фэна все больше, и уже не в состоянии оставить его.

Легкая щекотка пробудила Чу Фэна ото сна, и, поняв, что это работают маленькие пальчики Жун Юня, он схватил его руку и засунул под одеяло, сказав:

— Не балуй, малыш.

— Разбудил? — Жун Юнь просто хотел дотронуться до его ресниц, но не хотел будить.

— Угу, — Чу Фэн потянулся к нему и обнял, не открывая глаз, он спросил, — Который час?

— Почти половина второго, — ответил Жун Юнь, взглянув на будильник над кроватью.

— Пора вставать, иначе ночью точно не уснем, — Чу Фэн вовсе не расстроился тому, что его разбудили. Ему вовсе не хотелось спать, он просто составил Жун Юню компанию. Возможно, из-за близости с ним, он неосознанно расслабился и уснул.

Не желая вставать, Чу Фэн обнял Жун Юня, принявшись болтать.

— Я еще не спрашивал, но на какую специальность ты хочешь поступить? — спросил Чу Фэн.

— Думаю будет связано с литературой, вроде специальности китайский язык и литература, или близкой к ней, я все еще раздумываю.

— Угу, неплохо, — пока Жун Юню нравилось, он не возражает.

— Что насчет тебя? — спросил его Жун Юнь в ответ.

— Если судить по обстоятельствам моей семьи, то мне было бы лучше специализироваться на чем-то, связанном с управлением бизнесом, или на журналистике. Но для меня, если хочу легче закончить университет, то лучшим выбором станет английский.

— М-гм, все направления неплохи. Любое из них будет отличным выбором, — ответил Жун Юнь, удивляясь разнообразию выборов Чу Фэна.

— Тогда посмотрим, каковы будут результаты, — пока оценки соответствуют требованиям, но, если у него не выйдет сдать нормально, то все эти мысли бесполезны.

Они полежали еще немного, после чего все-таки встали.

Они вдвоем собирались спуститься вниз, чтобы выпить суп. Этим утром Сун Синь специально приказала кухне приготовить суп. Перед уходом она специально напомнила им двоим, чтобы они не забыли его выпить. Чу Жоу нет дома, так что они могут выпить весь этот суп на двоих.

Когда Чу Фэн унес Жун Юня в свою комнату, то оставил его тапочки в гостинной, поэтому теперь они немного в затруднении. В итоге, чтоб дойти до тапочек в гостинной, Чу Фэн снова решил нести Жун Юня на себе, только не на руках, а на спине. Ведь спускаться с ним на руках может быть опасно, поэтому выбор пал на спину.

Таким образом Чу Фэн с Жун Юнем на спине подошли к дивану в гостинной, и не успел он положить его на диван, как вошел Чу Тан.

Увидев Чу Фэна, несущего Жун Юня на спине, Чу Тан подозрительно спросил:

— Чем это вы здесь занимаетесь?

Возрождение и Искупление Глава 46.2: Богатый

— Он сказал, что толстый, — моментально сориентировался Чу Фэн. — Я не поверил, вот и взгромоздил его на спину, чтоб проверить.

Если бы они сейчас обнимались, то оправдаться так просто бы точно не вышло. В конце концов, такое слишком двусмысленно. Но ношение его на спине кажется нормальным, как обычные мальчики, которые заигравшись иногда запрыгивают друг другу на спину.

— Совсем не толстый, — прокомментировал Чу Тан, оглядев фигуру Жун Юня, — Но выглядит лучше, чем когда я впервые его увидел.

Жун Юнь перепугался до чертиков, но благодаря быстрой реакции Чу Фэна, он облегченно выдохнул, чутка успокоившись. Хорошо, что он не покраснел, иначе даже с таким объяснением, вероятно, было бы трудно его обмануть.

Чу Фэн опустил Жун Юня на пол, после чего тот надел тапочки.

— Почему ты вернулся, пап? — поинтересовался Чу Фэн. — Мама говорила, что ты не вернешься до вечера.

— Ммм, деловой обед \отменили. Ладно, вы, парни, занимайтесь своими делами, а я пойду наверх.

Чу Фэн и Жун Юнь кивнули.

Только после того, как Чу Тан поднялся наверх, Жун Юнь вздохнул с облегчением и прошептал:

— Фух, к счастью, ты быстро среагировал.

— Похоже мне пора копить на новый дом, — с улыбкой прошептал он ему на ушко, — Нужно купить его как можно скорее, тогда нам будет куда легче.

Жун Юнь безмолвно воззрился на него, как бы говоря: "Очевидно же, впредь тебе просто нужно быть осторожнее, ясно?!"

Погода постепенно налаживалась, переходя от едва теплой к теплой, а затем от теплой к жаре. Из-за учебы жизнь незаметно становилась все насыщеннее (плотный распорядок дня), и это было чрезвычайно тяжелым испытанием.

Второй и третий пробные экзамены прошли один за другим, и Чу Фэн и Жун Юнь были очень довольны результатами. Хотя это не результат вступительных экзаменов в универ, этого достаточно, чтобы придать Чу Фэну больше уверенности.

Хотя Чу Фэн и Цянь Нянь не встречались в этот период времени, они беседовали по телефону хотя бы раз в неделю, чтобы узнать, как дела друг у друга.

Цянь Нянь снимался в новом фильме, играя главного злодея. Нынешнему Цянь Няню совсем не сложно сыграть этот мрачный образ злодея. Хотя психолог говорит, что ему стало намного лучше, для полной реабилитации потребуется преодолеть процесс, и невозможно уподобляться западной медицине, где можно просто принимать лекарства и видеть результаты.

Но насколько он помнил, Цянь Нянь, кажется, никогда не играл ролей антагонистов.

— С чего ты внезапно решил сняться в роли злодея? — спросил Чу Фэн.

Вообще говоря, большинство актеров неохотно играют отрицательных персонажей, так как это не очень привлекательно. Но часто именно злодей проявляет лучшие актерские способности, и если его хорошо сыграть, он произведет на зрителей более глубокое впечатление, чем главный герой.

— Раньше с выбором ролей мне помогал Лу Кэ, отбирая только положительные. На самом деле, мне всегда хотелось сыграть злодея, но никак не выпадало этой роли. Несколько дней назад я разговаривал об этом с Бай Фэем, он тоже посчитал, что я могу попробовать себя в другой роли, и это может оказаться для меня прорывом. Я также рассмотрел мое нынешнее состояние, решив, что лучшего момента, сыграть мрачного злодея, не найти, — рассказал Цянь Нянь. Хотя съемки фильма еще не начались, он чувствовал волнение при одном упоминании об этой роли.

Раз уж Цянь Няню нравилось, то и возражать Чу Фэн не стал.

— Когда закончу со всей этой кутерьмой с вступительными экзаменами, то навещу тебя на съемочной площадке, — сказал Чу Фэн.

— Ладно, — ответил тот, к тому времени съемки еще должны продолжаться. Подумав, Цянь Нянь предложил, — А ты хочешь сняться со мной? Если ты не против того, что ты главный герой, то другие роли можно легко скорректировать, и тогда сможешь сняться после экзаменов.

— Как я могу претендовать на главного героя? — улыбнулся Чу Фэн. — Но забудь об этом. Даже после экзаменов, у меня будет полно дел, а еще, я хотел прогуляться с Жун Юнем. У нас еще будет шанс, не торопи событий.

— Тогда ладно, — Цянь Нянь знал, что после сдачи вступительных тоже полно работы, ожидание результатов и количества баллов, подача заявления о приеме в учебное заведение, начало занятий... Полно вещей. А еще будет полевая подготовка в течении месяца. Так что брать приработок и правда не лучший вариант. Да и роль в три-пять строчек, которую могут вырезать в любой момент, не стоит того, чтобы Чу Фэн специально торопился сыграть.

— Ты договорился с врачом, когда поедешь на съемки? — естественно, Чу Фэн говорил о встрече Цянь Няня с психоогом.

— М-гм, доктор Тао сказала, что мы можем общаться по видеосвязи, и это довольно удобно. Это малобюджетный фильм, так-что съемки не займут много времени и задержек не предвидится, — сказал Цянь Нянь. Он также понимал, что его здоровье важнее актерских наработок, и прежде получил разрешение врача на эту роль.

— Хорошо. Если что-то случится, не стесняйтесь обращаться ко мне, — сказал Чу Фэн.

— Понял, отправляйся на вступительные экзамены в университет, — произнес с легкой улыбкой Цянь Нянь. В его уме Чу Фэн – это совершенно взрослый, сформировавшийся человек, и когда речь заходила о сдаче экзаменов в университет, он всегда чувствовал себя немного не в своей тарелке. Но ничего не поделаешь, кто заставил Чу Фэна вернуться в выпускной класс? Ему тоже приходится нелегко.

В ответ Чу Фэн сказал ему, чтобы он получше заботился о себе, и положил трубку.

Им всем пришли справки о допуске на экзамены, в итоге Чу Фэн и Жун Юнь сдавали экзамены в одной школе, так же с ними затесался и Сы Сянь, а вот Гуй Хэну выпал другой экзаменационный центр, но тоже довольно удобное расположение.

Жун Юню позвонила Жуй Сы, желая узнать, где он сдает экзамены, и, как проходит его подготовка к ним. Жун Юнь ответил ей на каждый вопрос. В итоге она сообщила ему, что не может сопроводить его на вступительные экзамены из-за занятости, попросив его самостоятельно организовать свои дела и не опаздывать.

От этой новости Жун Юню сразу же стало грустно и он пришел в подавленное настроение, но ничего ей не сказал. В такой важный переломный момент жизни, даже если он самостоятельный, он все еще надеется на поддержке и компании своей семьи. Ему не нужно, чтобы родители ждали его у входа в экзаменационный центр до самого конца экзамена. Даже если бы они просто пришли проведать его и провести на экзамены, поинтересовавшись как он, он был бы счастлив. Но даже этого ему не дано.

За три дня до начала экзаменов школа предоставила старшеклассникам перерыв, чтобы они могли отдохнуть и подготовиться к экзаменам. Все учителя в школе дежурили, и если у учеников возникали какие-либо вопросы, они могли прийти прямо в школу, чтобы задать вопросы учителям, или же позвонить.

Родители Жун Юня вообще никак им не занимались, даже не явившись. Но родители Чу Фэна пребывали в полной боевой готовности. Семья пришлет машину, чтобы доставить их к месту сдачи экзамена, а так же уже наняла диетолога, который составит меню для трехразового питания, все, что им оставалось это следовать ему. Сун Синь уже забронировала номер в гостинице с относительно чистой обстановкой неподалеку от школы, чтобы они могли вздремнуть и поесть во время обеденного перерыва, а еду им доставит водитель. Ради двоих детей был вызван даже семейный врач, который будет дежурить на всякий случай, если вдруг они заболеют из-за стресса, можно будет сразу же подобрать оптимальный план лечения.

Таким образом, в штатном режиме, начались ежегодные вступительные экзамены.

Возрождение и Искупление Глава 47.1: Гаокао

(Гаокао, Единый государственный экзамен для поступления в высшие учебные заведения (КНР))

Во время гаокао родители на самом деле нервничают больше, чем кандидаты, но они не смеют показывать свою нервозность, чтобы не повлиять на эмоции своих детей. Но чем больше они стараются не показывать свою нервозность, тем больше выдают себя. К счастью, большинство кандидатов в такое время слишком заняты повторением вопросов, чтобы заметить, нервничают их родители или нет.

Поужинав, Чу Фэн с Жун Юнем без промедления поднялись наверх, чтоб как следует отдохнуть.

На самом деле, Жун Юнь изначально не хотел жить в доме Чу Фэна. В конце концов, семья Чу и так занята экзаменующийся Чу Фэном. Появление еще одного экзаменующегося обязательно создаст еще больше нагрузки. Но Сун Синь уже решила позволить Жун Юню остаться у них дома на время гаокао. К тому же, она уже знала отношение родителей Жун Юня, поэтому не могла позволить ему оставаться дома одному. Поэтому в день начала школьных каникул, она сама приехала за Чу Фэном и Жун Юнем, чтоб забрать их домой. В конце концов у них дома всегда есть кому о нем позаботится, тут они могли есть все, что хотели и когда хотели, что было гораздо лучше, чем если бы Жун Юнь вернулся к себе домой один.

Хотя Жун Юню при этом было немного неловко, он также оценил заботу и внимание Сун Синь.

Сун Синь нервничала больше, чем двое детей, и по ночам страдала бессонницей, потому заставляя Чу Тана с ней разговаривать.

Хотя у Чу Тана не было бессонницы, его жена хотела, чтобы с ней поболтали, и он, естественно, не отказал ей.

— Не понимаю, что себе думают родители Сяю Юня. Ведь гаокао такое важное событие, они даже не навестили его, ограничились простым звонком, прям зла на них не хватает, — перед Жун Юнем она не стала их обсуждать, но в глубине души она все равно была немного расстроена за него.

— Есть сотни разных типов людей и столько же разных типов родителей. Ты правильно делаешь, взяв за него опеку на этот период, — если бы Сун Синь не стала об этом упоминать, он бы сам поднял эту тему, ведь как супруги они были весьма единодушны.

— Я просто не понимаю. Все заняты. И это нормально, если у родителей нет времени отвезти ребенка к месту проведения экзаменов. Так получилось и ладно. Но они даже не могут отвезти свою кровинушку поесть и отдохнуть в перерыве перед следующим экзаменом, разве это нормально?

По мнению Сун Синь, прием пищи – это не пустая трата времени, в конце концов, все должны есть, это просто вопрос удобства.

— Я знаю, ты всем серцем жалеешь и переживаешь о Жун Юне. Если он тебе нравится, будет неплохо признать его названным сыном (крестником) в будущем, — сказал Чу Тан. Из-за своего семейного воспитания ни он, ни Сун Синь не из людей небрежно признававших названных детей. Даже в такой индустрии развлечений, где признание родственников было частым явлением, у них никогда не возникало подобных идей.

— Думаю, сначала пусть уляжется все с экзаменами, а после поговорим об этом. Это счастье, что Чу Фэн встретил Сяо Юнь. Иначе, смог бы он работать так усердно, как сейчас? — хотя она не ждала от Чу Фэна многого, она была рада видеть, как он усердно трудится – какой родитель не хочет, чтобы его ребенок стал лучше?

— Чу Фэн действительно сильно изменился за этот год, он уже совсем не тот, что прежде. Думаю, это все заслуга Жун Юня. Мы должны помнить доброту, оказанную этим чужим ребенком, и помогать ему в будущем, если сможем, это также наш долг как старших, — сказал Чу Тан.

— М-гм, я знаю. У меня прям сердце разрывается за такого хорошего мальчика, — вздохнула Сун Синь.

— В будущем Жун Юнь обязательно преуспеет, это самое важное.

Теперь Жун Юнь уже способен обеспечить себя самостоятельно, что самая практичная гарантия его стабильного будущего. Ребенок не может полагаться на своих родителей до конца жизни, и Жун Сюнь просто понял это раньше других детей.

На следующее утро Сун Синь и Чу Тан встали рано. Позавтракав с Чу Фэном и Жун Юнем, они помогли им двоим проверить, все ли нужное собрано и взято, прежде чем отправить их к машине. Они также неоднократно повторяли водителю, чтобы он ехал медленно и что безопасность важнее всего.

Когда они прибыли в тестовый центр, многие родители и ученики уже прибыли. Некоторые родители стоят вместе и болтают, независимо от того, знакомы они друг с другом или нет. Всех их в данный момент объединяло одна цель, поддержать своих чад. Некоторые ученики кучковались вместе и болтающих на темы не имеющих никакого отношения к гаокао. Они неизменно избегали этой темы, не создавая напряженности друг для друга. Были и дети, остающиеся со своими родителями, которые неоднократно говорили им о том, чтобы они не нервничали и просто сделали все возможное.

— После окончания экзамена будет полно народу и все ринутся к выходу, — сжимая руку Жун Юня сказал Чу Фэн, — Так что не ищи меня в коридоре, просто выйди и сядь в машину, понял?

— Угу, — кивнул Жун Юнь и сказал, — Не нервничай, просто будь как обычно.

— Я знаю, не волнуйся, — ответил он, его внутренняя выдержка намного сильнее чем у Жун Юня. В любом случае, его собственные успехи зависят только от него, и он постарается изо всех сил ответить на вопрос.

До входа в экзаменационное помещение оставалось время, поэтому Чу Фэн вышел из машины и пошел купить Жун Юню шоколадку.

Когда он вышел из мини-маркета, то увидел машину Сы Сяня, припарковавшуюся позади машины его семьи, поэтому подошел и постучал в окно. Он жестом пригласил Сы Сяня сесть к ним в машину.

— А вы довольно рано приехали, — сказал Сы Сянь выходя из машины со своими вещами, после того как объяснился с водителем.

— Дороги были относительно свободны, — сегодня были приняты меры по организации движения автотранспорта на национальном уровне, чтобы экзаменующиеся могли добраться до своих экзаменационных центров как можно быстрее и без задержек в пробках. Но на всякий случай они выехали немного раньше, чтобы учесть возможные пробки.

— Хороший сегодня день, — произнес Сы Сянь ничуть не удивляясь присутствию Жун Юня в машине семьи Чу. — Два дня назад было так жарко, что уж было забеспокоился.

— Да, — улыбнулся Жун Юнь и кивнул. Сегодня немного облачно, но не дождливо, только прохладно.

— Угощайся, — сказал Чу Фэн протягивая ему шоколад.

— М-гм, — сначала Жун Юнь отломил кусок Чу Фэну, затем передал кусок Сы Сяню, после чего принялся за оставшийся кусок шоколадки.

— Какие у вас планы после гаокао? — спросил Чу Фэн. Сейчас было бы гораздо проще говорить о том, что будет после окончания экзаменов.

— Я пока не думал об этом, но думаю буду отсыпаться несколько дней, — улыбнулся Сы Сянь. Наверное это то, на что рассчитывает каждый ученик сейчас.

— А как насчет вас? — спросил их Сы Сянь.

— Я пока тоже ни о чем не думал, но после этого у меня появится больше времени для писательства. Я довольно давно не писал, и у меня накопилось довольно много того, что я хочу написать, — мысль о том, что в будущем у него будет свобода писать, приводила Жун Юня в восторг.

— Я собираюсь пригласить Жун Юня в путешествие, но место еще не выбрал.

Чу Фэн испытывал необходимость съездить куда-то попутешествовать. Если у него будет время и позволят финансы, он хотел бы совершать поездку раз в год. Жизнь полна разнообразия, и именно прогуливаясь и наблюдая, можно получить самые глубокие знания и впечатления. Это очень важно как для писателей, так и для актеров.

— Хорошая идея. Когда высплюсь, то тоже об этом подумаю, — Сы Сянь не хотел мешать миру только для двои, Чу Фэна и Жун Юня, в конце концов он не хотел бы оказаться третьим лишним.

Ворота школы открылись, и кандидаты один за другим вошли в экзаменационный зал. Чу Фэн, Жун Юнь и Сы Сянь также вышли из машины со своими вещами, а затем вместе вошли в школу. Все трое будут в разных кабинетах, Сы Сянь помахал им рукой и первым поднялся выше на этаж.

Чу Фэн и Жун Юнь все еще стояли внизу.

Возрождение и Искупление Глава 47.2: Гаокао

— Постарайся, — сказал Жун Юнь глядя на Чу Фэна.

— Ага, ты тоже, — улыбнулся Чу Фэн и кивнул.

У Жун Юня на губах тоже образовалась слабая улыбка. Хотя его родители не пришли, он чувствовал себя очень довольным, ведь он мог попрощаться с Чу Фэном незадолго до экзамена.

Войдя в здание, оба прошли в разных направлениях к своим экзаменационным комнатам.

Напряжение длилось в течение двух дней и окончательно спало на второй день после того, как был сдан последний предмет.

Как только Жун Юнь вышел из школы, то увидел Чу Фэна, ожидавшего его в сторонке. Чу Фэн протянул к нему руки, и Жун Юнь с улыбкой подбежал к нему, прыгнув в его объятия. В то время, когда экзаменующиеся наконец-то расслабились, такой поступок ничуть не казался чем-то необычным. По сравнению с теми, кто плакал, прыгал и смеялся, водил хороводы и голосил песни во все горло, они выглядели куда более адекватными.

Вечером за ними заехала сама Сун Синь. Увидев, как дети обнимаются с расслабленными улыбками на лицах, она улыбнулась вместе с ними и не придав этому значения. С ее точки зрения, они всего лишь двое близких друзей, поздравлявших друг друга с окончанием гонки гаокао, преодолев все препятствия на нем.

В течение последних двух дней они оставались вместе после каждого экзамена, но никто из них не спрашивал другого об успехах, чтобы не давить на другого.

Сун Синь было неудобно выходить из машины, поэтому ей пришлось ждать внутри. Через некоторое время Чу Фэн и Жун Юнь отпустили друг друга. Чу Фэн уже давно заметил машину своей матери. Он обнял Жун Юня таким откровенным образом, отчасти потому, что действительно хотел этого, а отчасти потому, что хотел, чтобы его мать увидела это. Это послужит основой для его будущего выхода из шкафа.

Чу Фэн отвел Жун Юня к машине Сун Синь. Только разглядев кто внутри, Жун Юнь шокировано осознал, что человек, приехавший за ними, на самом деле не водитель. От неожиданности у него чуть сердце не выпрыгнуло. Видя его нервозность, Чу Фэн слегка сжал его руку, чтоб успокоить. Открыв дверцы он пропустил Жун Юня внутрь, а затем и сам уелся.

Спокойное выражение лица Сун Синь и ее улыбка показали Чу Фэну, что его задумка не удалась... Но поглядев на учеников неподалеку от машины, которые вели себя намного более преувеличено, и сравнив с их со своими детскими забавами: "Неудивительно, что мама так спокойна. Нужно было просто поцеловать его, это было бы более шокирующим."

— Зачем ты приехала лично, мам? — спросил Чу Фэн.

— Я заехала за вами по дороге, — ответила она с улыбкой. — Вы с Сяо Юнь хорошо потрудились, так что папа заказал столик в Клубе Чанфэн. Мы решили поужинать там сегодня, чтобы отпраздновать вашу успешную сдачу экзаменов.

Жун Юнь наоборот, вздохнул с облегчением при виде спокойствия на лице Сун Синь, решив, что она не заметила.

— С чего так формально? — по мнению Чу Фэна, на ужин можно было остаться и дома.

— Разве плохо наградить вас за труды? — Сун Синь завела машину и медленно выехала с людной улицы, следуя за движением транспорта.

Чу Тан и Чу Жоу уже ждали их в отдельной комнате Клуба Чанфэн, блюда были заказаны, оставалось только дождаться прихода виновников торжества.

Как только они вошли, Чу Жоу подлетела к ним, как маленькая бабочка, и с улыбкой прощебетала:

— Поздравляю, вы теперь свободны.

— Да, а вот твои дни вот-вот начнут становиться все напряженнее, — сказал ей Чу Фэн с улыбкой.

— Старший, оставь все свои конспекты мне, не позволяй другим украсть их, — сразу же зарезервировала для себя его конспекты Чу Жоу. Все знают, что конспекты старшеклассников очень полезны, и каждый год им приходится почти бороться за то, чтобы ухватить те несколько тетрадей старшеклассников с отличными оценками.

— Ага, оставлю все тебе, — пообещал Жун Юнь. Конечно, он оставит все конспекты ей, считая это вполне справедливым.

— Я пойду с тобой, когда старший пойдет собирать книги, — счастливо кивнула она.

— Хорошо, — их книги все еще в школе, поэтому с завтрашнего дня люди могут начать забирать их. Когда они закончат все свои дела, то могут пройти формальности для выезда из общежития. Это означает, что их школьная жизнь действительно закончена.

— Не стойте без дела, скорее садитесь, позже подойдет официант и подаст еду, — сказала Сун Синь вошедшая вместе с ними.

Трое сразу же послушались, Чу Жоу вернулась на свое место, Чу Фэн выдвинул стул для Жун Юня, сам сел рядом с Чу Жоу, а Жун Юнь сел рядом с ним.

Уголок рта Чу Жоу дернулся – Жун Юнь должен был сидеть рядом с ней! Ее брат просто жадина!

После того, как Сон Синь села рядом с Чу Таном, начали одно за другим подавать блюда. Поскольку им нужно было вести машину, алкоголь никто не пил, а только заказывали напитки.

После того, как все наполнили бокалы, Чу Тан поднял свой бокал и провозгласил:

— Поздравляю Жун Юня и Чу Фэна с успешной сдачей гаокао. Независимо от результатов, по крайней мере, вы сделали важный шаг в поворотный момент вашей жизни. Теперь вы можете планировать, как вы проведете это лето. Наслаждайтесь своими каникулами, это самое важное, чем вы должны наслаждаться. Ваше здоровье.

— Ваше здоровье, — все подняли бокалы, каждый с улыбкой на лице, звякнули бокалами друг о друга, а затем приступили к еде.

За праздничным ужином, Чу Фэн рассказал всем о своей идее съездить с Жун Юнем в путешествие. Обдумав это Чу Тан посчитал эту идею вполне неплохой. И мальчикам и девочкам следует время от времени ездить в путешествия, чтобы увидеть более широкий мир, что также поможет им развить свой взгляд на жизнь и ценности.

Если ребенок хочет съездить и развеяться, Сун Синь, естественно, не возражала, если это не опасное место.

Чу Танг сказал, что семья оплатит их поездку и позволит им самим забронировать жилье.

Чу Фэн с радостью согласился, хотя его сбережений достаточно, чтобы покрыть поездку с Жун Юнем, но если удастся сэкономить, то он сможет купить Жун Юню больше полезных вещей.

Поначалу Чу Жоу тоже хотела поехать с ними, но все обдумав поняла, что будет мешать этим двоим. Поэтому вздохнула про себя и подумала, что будет лучше подождать окончания школы, а затем отправиться в путешествие со своей лучшей подругой...

Возрождение и Искупление Глава 48.1: Выезд

Сообщив о своем намерении отправится в путешествие, следующие три дня Чу Фэн провел выбирая место, бронируя билеты на самолет и гостиницу, и организовывая часть поездки, как умелый организатор своего отдыха.

Билет на самолет был забронирован в полдень, поэтому им двоим не нужно будет рано вставать, чтобы успеть на самолет, и времени оставалось предостаточно.

Чу Фэн стоял перед шкафом, упаковывая багаж, а Жун Юнь сидел за своим столом и печатал на новеньком ноутбуке со свежевыжатым соком под рукой. Он чувствовал себя совершенно расслабленно, все что ему нужно это следовать за Чу Фэном, когда будет пора.

Вчера Чу Фэн купил этот компьютер для Жун Юня. Тот был рад получить такой подарок, но в то же время он чувствовал, что Чу Фэн потратил много денег, и был очень смущен.

Вручая ноутбук, Чу Фэн с улыбкой сказал, что это подарок Жун Юню на выпускной и теперь, когда он окончил школу, ему следует обзавестись собственным компьютером, ведь так ему будет легче писать.

Эта недавно выпущенная модель ноутбука более совершенна, чем старый ноутбук Чу Фэна, и его удобнее доставать. Жун Юнь не играет в масштабные онлайн-игры, а только смотрит видео, пишет рассказы и прочее. Этой модели более чем достаточно для его нужд.

Летняя одежда занимает мало места и им не нужно брать много багажа, поэтому на двоих хватило одного чемодана.

Как только Жун Сюнь закончил гаокао, к нему начали обращаться сотрудники редакции с просьбами о написании различных рассказов. Тот факт, что книги Жун Сюня хорошо продавались, также в определенной степени способствовало его популярности, и многие редакторы других журналов также приходили к нему, чтобы попросить рукописи. Компания, опубликовала его сборник рассказов, также заплатила ему больше, чем раньше, чтобы Жун Юнь продолжал публиковаться у них.

Но как молодой автор, Жун Юнь также очень хорошо знает свое место. У него действительно полно идеи и сюжетов, которые он хочет написать, и его вдохновение подобно колодцу, но даже если он хочет написать больше, всегда есть ограничение на количество слов, которые он может произвести в день. К тому же он попросту не мог сидеть за компьютером целый день. Чу Фэн зорко следил, чтоб он обязательно прерывался и исполнял некоторые физические упражнения. Он также знал, что Чу Фэн делает это для своего же блага, поэтому, что бы тот ни попросил его сделать, он не отказывал на основании того, что он пишет. Таким образом, существует определенное количество рукописей, которые он может сдавать каждый месяц. Поэтому, несмотря на то, что количество заказов возросло, Жун Юнь не взял на себя обязательство писать для каждой из них. В дополнение к тому изданию, для которого он писал раньше, он выбрал еще два с большим размахом и лучшей репутацией. Есть так же несколько заказов с определенными темами, но в данный момент у Жун Юня не было для них наработок, поэтому он решил, что подаст их позднее. Что касается тех, у кого плохая репутация, и тех, кто склонен к невыплате гонораров, Жун Юнь отказал им всем.

Сейчас летние каникулы, и у него еще достаточно времени, плюс у него есть материал по избранной теме, которую ему нужно написать, так что писать не сложно. Таким образом, когда начнется учебный год, благодаря своему писательству, он может отказаться от регулярной поддержки родителей. Хотя университет выступает против занятости только что поступивших школьников, такая деятельность не окажет на его оценки существенного влияния.

— Какие из этих брюк хочешь взять? — спросил Чу Фэн. У него дома хранилось довольно много одежды Жун Юня, потому им не нужно было наведываться к нему на квартиру, чтоб выбрать оодежду.

Повернувшись, Жун Юнь выбрал три пары из легкой и легко стирающейся ткани.

Три пары брюк были свернуты и уложены в чемодан. Что касается таких вещей, как упаковка багажа, хотя он не очень хорош в этом, он не хотел позволять Жун Юня собираться. К тому же это отнимет время Жун Юня для написания, а он этого не хотел. В любом случае, это его вторая жизнь, он без сомнения много раз собирал вещи, поэтому знал что к чему.

— Пиши еще десять минут, а потом сделай перерыв, — взглянув на время, распорядился Чу Фэн. Он по-прежнему очень внимательно следил за тем, как Жун Юнь печатает.

— Угу, — ответил тот и ускорил печатанье. Он уже близок к концу, и, как закончит, сможет отдохнуть.

Менее чем за десять минут Жун Юнь закончил писать. После этого, он не спешил проверять. Ему нужно дать мозгу успокоиться, может быть, найдется лучший сюжет или стиль написания, чтобы заменить уже существующую часть, если нет, то еще не поздно проверить ее снова. Выключив компьютер, Жун Юнь плюхнулся на кровать, лениво умостился и с облегчением выдохнул.

Увидев его таким расслабленным, Чу Фэн не выдержал, схватил его и поцеловал, сказав:

— Иди прими душ, ляжем сегодня спать пораньше.

— Сначала помогу тебе собраться, — хотя он серьезно относился к набору текста, но не мог скинуть все сборы на одного Чу Фэна.

— Не нужно, я почти закончил слаживать, — Чу Фэн снова поцеловал его и сказал, — Иди прими душ, а потом поставь будильник.

Взглянув на чемодан, Жун Юнь и правда обнаружил, что тот почти полон, после чего кивнул и отнес свою одежду в ванную. В комнате Чу Фэна им не нужно быть слишком осторожными.

В ванной раздался шум воды, и Чу Фэн первым делом сложил ноутбук и рюкзак Жун Юня, чтоб не собирать это завтра. Затем он вернулся к шкафу и положил оттуда последние несколько предметов багажа, которые нужно было упаковать и закрыл створки. Взяв два комплекта вещей, что будут на них завтра, он положил две стопки на диван. Наконец, поставил чемодан возле двери, чтобы утром можно было сразу взять и спуститься вниз.

Когда Жун Юнь вышел, свет в комнате уже приглушили, вещи упакованы, поэтому ему совершенно не нужно было заниматься этим.

— Так быстро упаковался, — улыбнулся Жун Юнь.

— Иди спать, я приму душ, — ущипнув его за лицо ухмыльнулся Чу Фэню

— М-гм, — Жун Юнь не стал комментировать аккуратность упакованного багажа Чу Фэна. В конце концов, для Чу Фэна, неумеющий вести домашнее хозяйство, уже очень хорошо просто заниматься этим.

Жун Юнь завел будильник и лег, обдумывая сюжет, который он собирался написать. На самом деле иногда все становилось очень запутанным, ему хотелось написать слишком много всего, но нужно было отказываться от одного и выбирать другое. Но это не значит, что отброшенный сюжет не может быть использован, его можно вставить в другой текст, который может быть более подходящим.

Когда Чу Фэн закончил и вышел, Жун Юнь уже спал. Наблюдая за спокойным лицом спящего, про себя он решил во время этой поездки строго контролировать занятость набором текста Жун Юня. В конце концов, они собирались отдохнуть. Если Жун Юнь не сможет расслабиться, то поездка окажется бессмысленной.

Встав следующим утром, он взяли свой чемодан и сумку, сразу спустившись вниз для завтрака.

Чу Танг уже ушел на работу, а Сун Синь закончила завтракать и сидела в маленькой гостиной, попивая чай и просматривая интернет. Чу Жоу еще дже не проснулась, да и семье все равно, во сколько вставали дети во время каникул, так как на кухне в любое время была еда.

— Утречка, мам, — поздоровался Чу Фэн с Сун Синь.

— Доброе утро, тетя, — поприветствовал ее следом Жун Юнь.

— Доброе утро, — Сун Синь с улыбкой подняла на них взгляд. — Сегодня на кухне навертели пельменей, так что скажите тете, приготовить их. В их семье бытовала поговорка "перед поездкой – пельмени, после поездки – лапша" и они свято ее блюли, поэтому всякий раз, когда кто-то из членов семьи уезжал, они должны есть пельмени до отъезда и лапшу в день возвращения.

— Хорошо, — ответил Чу Фэн и пошел на кухню, чтобы сообщить об этом тете.

Возрождение и Искупление Глава 48.2: Выезд

Сун Синь подозвала Жун Юня взмахом руки, и тот подошел.

— Когда будете путешествовать, то следите за безопасностью, — улыбнулась Сун Синь. — И обязательно звоните домой, если что-то случится. У вас будет полно времени нагуляться всласть, так наслаждайтесь свободным временем и не спешите.

— Ммм, я знаю, не волнуйтесь, — улыбнулся в ответ Жун Юнь.

Когда Чу Фэн вышел, у него в руках были две горячие булочки, одну из них он передал Жун Юню, а затем спросил Сун Синь:

— Что там интересного?

— Газеты пишут, что Цянь Нянь снимается в новом фильме, — ответила та. — Это первая попытка Цянь Няня сыграть злодея, и ожидания со стороны общественности довольно высоки.

Чу Фэн молча кивнул. Актерское мастерство Цянь Няня на высоте, независимо от того, что он играл. Если что и влияет на его игру, так это его слишком симпатичное личико, он слишком красив.

— Кстати, слышала от Сун Биня, что вы с Цянь Нянем знакомы? — спросила Сун Синь о новости, которую узнала при посещении родительского дома, а Сун Бинь оказался там.

— О чем брат рассказал тебе? — спросил Чу Фэн не впадая в панику.

— Сказал, что некоторое время назад Цянь Няню нездоровилось, и ты попросил его найти для него специалиста, — сказала мама.

Он знал, что с профессиональной этикой его брата, тот никому не расскажет о визите Цянь Няня к психологу, поэтому он не стал говорить Сун Бинь всего.

— Это долгая история, — Чу Фэн сел на диван и сказал. — Во время предэкзаменационного собрания школы, перед нами выступал Цянь Нянь. По совпадению, после этого мы снова столкнулись в туалете, а он видел рекламу, в которой я снимался, и просто завязал разговор, а затем обменялся со мной номерами телефонов. Он знал, что я подписал контракт с СинИ, но не знал об отношениях с отцом. Он и сам планировал подписать контракт с нами, вот и спросил подробности, как у нас тут обстоят дела. В то время он выглядел не лучшим образом, потому я попросил двоюродного брата оказать мне услугу.

— Так вот оно как, — кивнула она. — Цянь Нянь – талантливый парень, и твой отец очень его ценит. Ты можешь многому научиться, если будешь больше с ним общаться.

— М-гм, знаю. Но в последние дни я был занят гаокао, поэтому практически не общался, — сказал Чу Фэн.

— Ничего, в будущем будет много возможностей, — Сун Синь также очень ценила Цянь Няня, считая, что если в будущем появится подходящий сценарий, то ей бы хотелось поработать сним.

— Кстати, Цянь Нянь до сих пор не в курсе о моем отношении с папой, так что это секрет, не говори ему об этом, — напомнил Чу Фэн маме. Он сказал это больше для того, чтобы убедить ее в том, что их знакомство действительно простая случайность.

— Понятно, но в нашем кругу даже у стен есть уши. Если ты действительно считаешь Цянь Няня другом, то лучше скажи ему об этом сам, когда выпадет возможность, — Сун Синь считала, что между друзьями важна честность.

После такой удобной возможности, предоставленной матерью, Чу Фэн, естественно, воспользуется ею, ведь это выглядит совершенно логично, и с улыбкой ответил:

— Хорошо, давай подождем, пока я вернусь из поездки.

— Ага, — кивнула Сун Синь.

За из болтовней, как раз сварились пельмени. И к ним вышла тетушка, сообщив, что пора садится за стол.

Чу Фэн пошел вместе с Жун Юнем в столовую. Жун Юнь никак не мог отойти от удивления, он даже не знал, что Чу Фэн на самом деле общался с Цянь Нянем.

Видя удивление Жун Юня, Чу Фэн сказал ему:

— Причина, почему я не рассказывал тебе о Цянь Няне, что я все же его не так хорошо знаю. Потом я была занят гаокао, поэтому оставил это на потом. Прости, я должен был сказать тебе раньше.

Жун Юнь покачал головой, по его мнению, извиняться попросту не за что. Он просто немного удивился.

— Тогда... Можешь попросить у него для меня автограф?

Чу Фэн улыбнулся. С одной стороны Жун Юнь сказал, что не в обиде на его умалчивание, с другой стороны, он также верил его словам и не подозревал, что в его знакомстве с Цянь Нянем что-то не так.

— В следующий раз я отведу тебя к нему, — улыбнулся Чу Фэн.

— А можно? — в глазах Жун Юня появилось удивление.

— Мы все из одного агентства, так что это не должно быть сложно, — Чу Фэн не сказал, что попросит этот автограф один на один, а не при "случайной встрече" в агентстве, что казалось правдоподобнее.

После еды они еще некоторое время болтали с Сун Синь, а заметив, что время почти пора, попрощались с ней, взяли свой багаж, сели в машину и отправились в аэропорт.

Целью этой поездки Чу Фэн выбрал Город E. Этот город не относился к шумным мегаполисам, наоборот сохранил большую часть своей природной красоты и старомодной архитектуры. Если вы никуда не торопитесь, это действительно хорошее место для отдыха и туризма.

На этот раз Чу Фэн забронировал жилье в гостинице типа семейного жилища, что не дешево, но зато отдельное помещение, и можно сами готовить себе еду.

Едва войдя в отель, Жун Юнь тут же отвлекся на антураж помещения. Закрытый двор с классическим архитектурным стилем, в траве и деревьях, с цветами вокруг, насколько хватало глаз, напоминало сад. Помимо спален, в доме есть просторная гостиная и небольшая боковая комната, оформленные в классическом, но домашнем стиле, что позволяет легко полюбить это место.

— Здесь так красиво, — улыбнулся Жун Юнь.

— Есть и более красивый вид, — сказал Чу Фэн, втягивая его в ванную.

Ванная комната здесь особенно большая, и в ванной, и в душевой зоне могут разместиться два человека. Самое поразительное, что в ванной большое зеркало от пола до потолка, и непонятно, для чего оно там находится – для отражения людей или для придания эротизма.

Чу Фэн обнял Жун Юня сзади и прошептал ему на ухо:

— Давай сегодня вечером вместе примем ванну...

Возрождение и Искупление Глава 49.1: Путешествие

— Да кто вообще захочет принять с тобой ванну... — покраснев лицом Жун Юнь оттолкнул Чу Фэна и направился в маленькую гостиную, решив полюбоваться оттуда пейзажем.

Чу Фэн улыбнулся и больше не дразнил его. В этой поездке он действительно хотел взять Жун Юня с собой, чтобы расслабиться, других планов у него не было. Когда он впервые увидел это зеркало на рекламных фотографиях, оно показалось ему очень интересным, видимо на это и рассчитывали хозяева отеля, к тому же он с самого начала хотел подшутить над Жун Юнем с его помощью.

Что касается интимности с Жун Юнем, он не мог отрицать, что его постоянная близость с ним действовала возбуждающе на его молодое тело. Он просто не мог контролировать некоторые порывы. Однако пока он не удостоверится, что Жун Юнь любит его, он не будет идти до конца. Может быть, такая настойчивость смешна для других, точно так же, как многие люди вообще не знают разницы между любовью и симпатией, но Чу Фэн знал, что в глубине своего сердца он знал эту разницу. И именно из-за этого осознания он не желает обманывать. Причина в том, что человек, которого он обманывает, это не он сам, а Жун Юнь. Вдобавок, их с Жун Юнем первый раз был действительно ужасен, именно поэтому он не осмелился заходить слишком далеко в своем поддразнивании Жун Юня, боясь напомнить тому о своем отвратительном поступке и вызвать тягостные мысли.

— Позже мы закажем послеобеденный чай, а после отправимся на местную улицу закусочных, — сообщил о сегодняшних планах Чу Фэн. Климат здесь жарче, чем в городе C, так что гулять на улице днем слишком жарко. Возможно так у них не будет возможности посетить достопримечательности и насладится живописными видами, но остаться в отеле и отдохнуть тоже неплохой выбор. Они могут выйти и насладиться едой, когда солнце сядет и станет прохладнее. Многие местные жители также выберут это время, чтобы выйти прогуляться, так что это самое оживленное время во всем городе.

— Ладно, — кивнул Жун Юнь. В самолете им подавали легкую пищу, и хотя она не была очень сытной, он не чувствовал себя голодным. А еще, ему просто не хотелось никуда идти и остаться в отеле, насладится видом открывавшимся из окна.

Пока Чу Фэн открыл чемодан и начал его разбирать, Жун Юнб открыл свой компьютер и начал пересматривать рассказ, законченный им вчера. Звук печатания на компьютере был тихим, но в тихом номере он казался громким. Они оба были заняты и не беспокоили друг друга, но в глубине души никогда не игнорировали друг друга. Чу Фэну нравилось это чувство, оно несло приятное спокойствие и комфорт.

Как только солнце зашло, Чу Фэн повел Жун Юня на прогулку.

Место, где они живут, очень хорошее, и всего за пять минут можно дойти до самого оживленного ночного рынка в городе.

— Сколько тут всего, — воскликнул Жун Юнь, когда они вошли на ночной рынок.

В отличие от города С, где много ночных рынков, во всем городе Е есть только один. Поэтому, если люди хотят перекусить на ночном рынке, то съезжаются со всего города. Дорога в центре ночного рынка здесь широкая, так что хватает места и для очередей и для прогулок, поэтому даже если людей много, она не переполнена.

— Идем, — Чу Фэн взял Жун Юня за руку, и они вдвоем начали прогуливаться по киоскам. Пришли они относительно рано, так что очередей было немного.

Закуски (1) здесь полны новизны для Жун Юня, и Чу Фэн решил дать ему попробовать их все, поэтому они скупились почти в каждом киоске, за исключением мороженого, Он не разрешил его есть, ведь холодное и горячее вместе вредно для желудка.

Попробовав всего понемногу, они неспеша шли домой, неся в руках недоеденную еду. Внезапно Чу Фэн заметил несколько вспышек света. Если бы это был кто-то другой, он не был бы особенно чувствителен к таким внезапным вспышкам, но для кого-то вроде Чу Фэна, который много лет был погружен в индустрию развлечений, такая вспышка были слишком знакомы.

Чу Фэн немедленно посмотрел в том направлении и увидел мужчину лет тридцати, который как раз собирался опустить камеру. Увидев, что Чу Фэн обнаружил его так быстро, мужчина на мгновение был ошеломлен, но смущения заметно не было. Судя по профессиональной камере в руках мужчины, Чу Фэн был уверен, что это журналист, а не обычный прохожий.

Мысли Чу Фэна мгновенно закрутились, лихорадочно обдумывая ситуацию. Так как он и Жун Юнь несли в руках много еды, то за руки не держались, потому даже если их сфотографировали, горячими новостями это не станет. Кроме того, сейчас он не особенно знаменит и пол года нигде не снимался, даже если статья выйдет, то будет маленькой и незаметной, так что нет необходимости слишком беспокоиться. Однако, независимо от масштаба новости, если обнаруживается, что вас снимали, следует вести переговоры, но нужно быть уверенным в своем отношении. В конце концов, когда актер сталкивается с журналистом, развитие событий может оказаться не в их сторону.

— Подожди минутку, — сказал Чу Фэн Жун Юню, а затем подошел к репортеру.

Жун Юнь не понимал, что происходит, но все же ничего не спрашивал и стоял на месте, ожидая Чу Фэна.

Пока Чу Фэн шел к нему, то не прекращал размышлять о всей ситуации, в основном о том, что репортер никак не мог оказаться на ночном рынке просто так. В таких местах, где нагрузка высока, а надежда заснять что-то на камеру невелика, если нет никаких зацепок, ни один журналист не будет настолько глуп, чтобы приехать в такое место попытать счастья. Так что, скорее всего, его сфотографировали здесь чисто случайно.

— Не ожидал заснять тебя на камеру в Городе E, — с улыбкой посмеялся журналист, увидев шедшего к нему журналиста.

— А я не ожидал, что меня здесь сфотографируют, — отношение Чу Фэна не было резким. Он лучше всех знал, как обращаться с репортерами.

— Ты тут в отпуске? Это твой младший брат? — репортер указал на Жун Юня, стоявшего неподалеку.

— Это мой одноклассник, — улыбнулся Чу Фэн. — Мы только что завершили сдачу гаокао, потому отправились вместе расслабиться после него, — на самом деле, его личность старшеклассника вовсе не секрет. Даже если никто их не спрашивал, иногда появлялись одноклассники или соученики по школе рассказывающие о нем.

— Так вот оно что, — репортер улыбнулся и кивнул, поняв немного больше о поездке Чу Фэна. В эпоху, когда весь Китай понимал, что такое выпускной класс, он не сможет вытянуть из этого ничего скандального.

— Вот моя визитная карточка, — репортер достал свою визитную карточку и протянул ее Чу Фэну.

Чу Фэн взял его в руки и с облегчением увидел, что это действительно обычный развлекательный еженедельник.

********************

1. Пишу закуски, но тут значение именно лёгкая еда, еда для перекуса (продукты или блюда небольших размеров; напр., пельмени, лепёшки, шашлычки и т.п.)

Возрождение и Искупление Глава 49.2: Путешествие

— Кстати, я слышал, что у вас с Цянь Нянем теперь общий агент? — спросил репортер. Он явно подразумевал: "Неужели у вас нет из-за этого конфликта?"

— М-гм. Цянь Нянь-гэ очень добр ко мне, он даже позвонил мне перед экзаменом и сказал, чтобы я не нервничал. К тому же, Бай-гэ обсудил это со мной перед тем как взять Цянь Няня на свое попечение. Естественно я ухватился за такую возможность. Возможность делить агента с Цянь Нянь-гэ, будет моей выгодой.

С одной стороны, он сказал, что его отношения с Цянь Нянем и Бай Фэем очень близкие, а с другой, он также сказал, что у него нет никаких жалоб.

Все слова Чу Фэна были убедительны, репортер не знал к чему подкопаться.

В это время подбежала маленькая девочка, обняла репортера за ногу, подняла голову и с улыбкой позвала "папа". Репортер тут же улыбнулся и взял дочь на руки. Недалеко виднелась женщина, идущая в их сторону.

Так Чу Фэн понял, что его догадка верна. Видимо этот репортер пришел с семьей на ночной рынок, а как заметил его, то по профессиональной привычке снял на камеру.

— Ну что ж, не буду вам мешать, — сказал Чу Фэн не собираясь задерживаться, — До свидания.

— Ага, удачи в поступлении в выбранный университет, — вместо того, чтобы желать Чу Фэну легкого развития в индустрии развлечений, было более реалистичным пожелать ему хорошего университета.

— Спасибо, — кивнул Чу Фэн и ушел.

— Кто-то знакомый? — спросив Жун Юнь.

— Нет, журналист. Он нас только что фотографировал, — улыбнулся Чу Фэн.

— Он же не напишет о тебе ничего плохого? — нахмурился тот.

— Все должно быть в порядке, это обычная газета. Думаю, он просто хотел узнать, что я думаю о том, что Цянь Нянь-гэ имет со мной общего агента. Не чувствую ли я негодование за несправедливое распределение ресурсов, и не планирую ли уйти из индустрии, — сказал Чу Фэн.

Следует иметь ввиду, в этом кругу, если не следить за словами, некоторые репортеры с буйной фантазией, легко напишут историю, являющуюся сплошной спекуляцией.

Не знавший об этом Жун Юнь пялился на него с широко распахнутыми глазами.

— Идем уже, — посмеялся Чу Фэн. — Поговорим в отеле, когда вернемся.

— Угу, — кивнул Жун Юнь. Он не сплетник, просто это связано с Чу Фэном и Цянь Нянем, а он всегда хотел знать об этом.

Вернувшись в отель, они положили еду в холодильник, чтобы утром разогреть ее на завтрак. После этого Чу Фэн кратко рассказал Жун Юню о своей инициативе попросить Бай Фэя взять на свое попечение Цянь Няня. В итоге он поведал правду смешанную с ложью, в любом случае, когда Жун Юнь познакомится с Цянь Нянем и Бай Фэем, этот вопрос рано или поздно станет известен. Так что, даже если он не может поведать всего, лучше проявить инициативу и признаться в том, чем может.

После поведанного у Жун Юня просто сложилось впечатление, что если он поедет в СинИ вместе с Чу Фэном, то у него будет больше шансов встретить Цянь Няня, однако не слишком зацикливался на этом.

— Получается, в будущем у тебя есть шансы сняться вместе с Цянь Нянем? — заинтересовался он.

— Думаю да? Но это все еще зависит от того, есть ли подходящий сценарий. — а затем усмехнулся и прошептал ему на ухо, — Вообще-то, я бы очень хотел сняться по сценарию, написанному тобой.

— Я же не сценарист, — как это может быть так просто? Жун Юню это казалось посложнее, чем написать полноценный рассказ. Тем не менее, он все еще был немного взволнован мыслью, что Чу Фэн может исполнить созданного им персонажа.

— Если заинтересован, то можешь начать работать в этом направлении. Конечно, с этим нельзя торопиться, нужно накопить побольше опыта.

Чу Фэн не раз думал, что если Жун Юнь захочет написать их историю и будет иметь возможность перенести ее на экран, он будет бороться за главную мужскую роль, независимо от того, сколько критики неслось в адрес однополых фильмов и телевизионных постановок. Вот только возникает проблема – кто способен изобразить Жун Юня на экране в их истории?

— Угу, если появится возможность, обязательно попробую, — улыбнулся на это Жун Юнь.

— Хорошо, — пока у Жун Юня есть желание попробовать себя как сценарист, он делал все возможное, чтобы помочь ему.

Время уже позднее, поэтому Жун Юнь достал пижаму и пошел в ванну. Когда Чу Фэн сделал шаг, как бы желая последовать за ним, он словно кролик шмыгнул в ванну, заперев за собой двери.

Чу Фэн неторопливо подошел к окну ванной комнаты, выходящему в спальню. Но из-за перегородки там можно было видеть только силуэт раздевающегося человека.

Постучав в окно Чу Фэн увидел, как Жун Юнь прекратил раздеваться и подошел к окну. На секунду он застыл, глядя ему в глаза. В итоге он состроил ему гримасу, а затем потянул за веревку рядом с собой и опустил занавес, полностью закрыв Чу Фэну обзор. При этом он издал полный самодовольства хмык. Посмеявшись над этим, Чу Фэн не стал больше задерживаться у окна, хотя он все еще мог немного видеть через щель сбоку, но он не вуайерист, так что необходимости не испытывал.

Кроме того, если бы он действительно хотел посмотреть, то может бы сделать это в постели, зачем подглядывать?

Возрождение и Искупление Глава 50.1: Любовь

Жун Юнь не мог уснуть на новом месте. Неважно, он же сейчас в поездке, так что ничего страшного, если встанет завтра поздно. В итоге они с Чу Фэном начали болтать о том о сем. Они обсудили отличия культуры питания между городами C и E, после перешли к обсуждению живописных мест города E, которые они собираются посетить.

— Иди уже спать, — Жун Юню не хотелось, чтоб Чу Фэн засиживался из-за него до поздна. Если ему так не спится, то он может сесть за компьютер, начав печатать свой рассказ, может со временем ему все таки придет сон.

— Все в порядке, ничего не случится, если иногда ложиться поздно, — сказал Чу Фэн. По сравнению с прошлым, сейчас у него, можно сказать, был довольно регулярный распорядок дня, — Оставь я тебя в покое, то ты можешь так и не лечь спать вообще.

— Не балуй меня, — смутился Жун Юнь пряча лицо. — Чем больше будешь меня баловать, тем жаднее я становлюсь.

— Нет ничего плохого в жадности, если чего-то хочешь, я легко отдам тебе это, — погладив его по голове сказал Чу Фэн. Учитывая характер Жун Юня, он был уверен, даже если тот будет жадным, он не станет зарится на что либо.

Горькая улыбка появилась в уголках рта Жун Юня, но, не желая, чтобы Чу Фэн видел ее, он еще глубже спрятал свое лицо. Однако Чу Фэн не сводил с него взгляда, и уловил эту самую горькую улыбку. Он был рад, что не выключил свет, иначе бы пропустил этот момент.

Чу Фэн слегка нахмурился, он не знал, какая именно проблема вызвала У Жун Юня подобную улыбку. Перед ним Жун Юнь всегда показывал себя радостным, заставляя поверить, что тот живет хорошей благополучной жизнью. Но похоже он слишком рано расслабился.

Поскольку Жун Юнь прятался и не хотел, чтобы он заметил, он не стал лезть. Возможно, ему следует уделить Жун Юню немного больше внимания и заботы, он не хотел, чтобы он прятал свое грустное выражение от него.

Каждый со своими заботами и мыслями на уме, так что неизвестно кто и когда уснул.

На следующее утро на улице моросил дождь.

Когда Чу Фэн проснулся, было уже девять часов утра. Жун Юня по близости не было, а из ванной доносился легкий шум воды, видимо тот мылся.

Встав с постели Жун Юнь вышел из спальни, на обеденном столе стоял завтрак, еще горячий, вероятно, только что разогретый. В воздухе витал запах жира, видимо Жун Юнь пропахся им, потому и пошел мыться.

На круглом столике в маленькой гостиной стояли ноутбук Жун Юня и тетрадь, которую он обычно использует для написания набросков. Чу Фэн подошел и взял в руки тетрадь Жун Юня, решив узнать, сколько страниц осталось и нужно ли покупать новую. Но, перевернув ее, он обнаружил, что это вовсе не тетрадь для набросков сюжета, а его дневник. Оказывается он использует одинаковую тетрадь.

С точки зрения морали, Чу Фэну не следует читать дневник Жун Юня. Но вспомнив его горькую улыбку, он понял, что следует выяснить об этом. Если он будет корчить из себя джентльмена, то камень на его сердце или какие-то негативные эмоции, могут вновь накрыть Жун Юня новым витком депрессии, по, казалось бы, незначительному инциденту.

С этими мыслями Чу Фэн быстро начал перелистывать страницы дневника, наконец достигнув нужного места...

«Чу Фэн очень хорошо ко мне относится, и я счастлив с ним. Но я знаю – он меня не любит. Он говорит, что я ему симпатичен, и я ему верю. Но он не любит меня, и я это вижу. Возможно я лезу с этим на рожон, разве симпатия и любовь не одно и то же? Но это совсем разное, глаза не обманешь. По крайней мере, я знаю, что то, как я смотрю на него, отличается от того, как он смотрит на меня.

Не знаю, как долго я буду ему симпатичен и как долго мы будем вместе. Но знаю, что первым его ни за что не брошу, только когда он это решит, мы расстанемся.»

Чу Фэн неосознанно сжал тетрадь в руке. Он думал, что проделал хорошую работу, но на самом деле не сумел обмануть Жун Юня. Возможно, по сравнению с самым началом, когда тот ему просто нравился, его чувства к Жун Юню действительно выросли, но, похоже, их все еще недостаточно. Как будто он уже стоит перед дверью, где находится переход между любовью и симпатией. И пока он откроет эту дверь, все станет разъяснится, но он не знает, где находится ключ, чтобы открыть эту дверь.

Шум воды в ванной прекратился, и Чу Фэн пришел в себя. Быстро положив тетрадь на место, а затем, как ни в чем не бывало, пошел в сторону ванны, выглядя так, как будто он только что проснулся, и хочет умыться.

— Ты там? — постучал он в двери ванной.

— Ты встал? — ответил Жун Юнь. — Скоро буду готов, подожди минутку.

— Ага, не торопитесь, — сказал Чу Фэн.

Вскоре Жун Юнь оделся и вышел. Как обычно, Чу Фэн обнял его и поцеловал в лоб, а затем пошел умываться.

Жун Юнь подошел к холодильнику, достал молоко, разогрел его в микроволновке и поставил на обеденный стол.

— Во сколько ты встал? — спросил Чу Фэн садясь за обеденный стол, закончив умываться и чистить зубы.

— Незадолго до тебя, — с улыбкой ответил тот отпив молока. Разогретая им еда была вчерашними закусками, что они не съели, так что их разогревание не заняло много времени.

Чу Фэн не обличал его ложь. Он успел проснуться, встать, сделать запись в дневнике, разогреть завтрак и успеть принять душ. Все это занимает по крайней мере час. Так что встал он определенно намного раньше него.

Возрождение и Искупление Глава 50.2: Любовь

— Хочешь посидеть в номере, или пойдем прогуляемся? — спросил Чу Фэн. На улице накрапывал дождь, и он подумал, что Жун Юнь, возможно, не захочет выходить на улицу.

— Можно и прогуляться, — Жун Юнь выглянул на улицу, дождь был не очень сильный, так что можно выйти на улицу.

— Давай отправимся в розарий, — после минутного размышления предложил Чу Фэн. — А чтоб не бродить снаружи, возьмем такси.

— Хорошо, — кивнул тот соглашаясь с предложением.

После завтрака они собрали свои рюкзаки, прихватив с собой зонтик. Позвонив на стойку регистрации, договорились о такси, они отправились в путь.

Розарий – отличительное место города E. Он был построен всего несколько лет назад, но уже стал очень популярным местом для посещения туристами, особенно парами.

Место, где располагался розарий, находится в некотором отдалении, говорят, что окружающая среда и воздух там более подходят для выращивания роз. Выйдя из машины, Чу Фэн купил билеты, взял путеводитель и повел Жун Юня в сад роз.

В розовом саду царит тихая обстановка, наполненная огромным количеством разнообразнейших сортов роз. Некоторые из них высажены на открытом воздухе, а некоторые – в помещении. Территория очень большая, и туристы могут не спеша наслаждаться этим местом. В такой день посетители предпочитают зайти в помещение, чтобы посмотреть на розы, не попав под дождь, и увидеть их снаружи через стеклянные окна.

Большую часть здешних посетителей составляют парочки, и практически нет детей – ведь они могут заиграться и случайно свалиться в цветы. Как известно, у роз имеются шипы и свалившийся в них ребенок может поранится, именно поэтому родители предпочитали не приводить детей в это место.

Чу Фэн и Жун Юнь медленно прогуливались по саду, и всевозможные розы приветствовали посетителей своими самым красивым внешним обликом. Мрак за окном контрастировал с мягким светом внутри, но, вероятно, из-за дождя розы вне помещения выглядели прелестнее, чем внутри.

Чу Фэн постоянно фотографировал Жун Юня, сделав целую кучу его фоток, а так же попросил кого-то помочь ему сфотографировать их двоих. Когда кто-то узнавал Чу Фэна, Чу Фэн просто вежливо улыбался им, ничего не говоря.

Территория сада очень большая, и, чтоб дать уставшим от прогулки посетителям отдых, там стояло много скамеек. В этот дождливый день здесь было особенно мало народу. После того как одолели половину пути они вдвоем присели на скамейку, чтобы немного передохнуть.

Жун Сюнь попросил у Чу Фэна фотоаппарат, сказав, что хочет сделать несколько снимков цветов и пейзажей в саду, так он сможет использовать эти снимки для создания образа в своих рассказах. Кивнув, Чу Фэн отдал ему камеру, а Жун Юнь радостно ее принял и отойдя в сторону принялся фотографировать.

На самом деле у Чу Фэна не было желания посещать розарий, все его мысли были поглощены раздумьями о строчках в дневнике Жун Юня.

Неподалеку медленно прогуливалась пожилая пара, держась за руки, со счастливыми улыбками на лицах, что привлекло завистливые взгляды многих пар. С первого взгляда становилось ясно, что у пожилой пары должны быть особо близкие отношения. Вдруг Чу Фэн задался вопросом – когда они с Жун Юнем достигнут этого возраста, будет ли он по-прежнему готов тащить свое старое тело на прогулку во все романтические места этого мира? Ответ – да. Он надеется, что когда он состарится, Жун Юнь так и останется рядом с ним до конца их жизни.

В этот момент какой-то уголок его сердца внезапно озарился – он сам не понял, когда направление его мыслей изменилось с того, что он останется с Жун Юнем, на надежду, что Жун Юнь проведет с ним всю оставшуюся жизнь.

Затем Чу Фэн опять задался вопросом, на этот раз он спросил себя – если отбросить вину, что он испытывал перед Жун Юнем, то хотел бы он так же оставаться с ним? Его сердце сразу ответило ему – "да". В этот момент темные тучи, скапливавшиеся у него на сердце, медленно рассеялись, открывая первоначальную ясность, которая должна была там быть.

— — Если он готов отбросить все внешние факторы, но остаться с Жун Юнем навсегда, то что это, если не любовь?

Чу Фэн закрыл глаза, а уголки его рта растянулись в улыбке. Он был ослеплен чувством вины и никогда не думал о том, что на самом деле в его сердце, но исключив это останутся лишь его чувства. Теперь он, наконец, ясно видит, в его сердце давно жила любовь, но она играла с ним в прятки, до этого момента не позволяя обнаружить свое существование.

Тщательно все обдумав, и осознав свои истинные чувства, Чу Фэн рывком поднялся на ноги, желая найти Жун Юня, но не увидев его. Чу Фэн нахмурился, сейчас ему просто невероятно хотелось увидеть Жун Юня.

Как раз когда Чу Фэн собирался отправиться на поиски, он увидел идущего к нему Жун Юня с улыбкой на лице, а в руках у него был большой букет огненно-красных роз.

Чу Фэн смотрел на него взглядом полным пылающих чувств. Даже если сложить время прожитое в двух его жизнях, то не найдется никого такого же, с кем бы он так сильно хотел остаться, и чтоб другой никогда не покидал его.

Жун Юнь приблизился к нему, тяня за собой шлейф слабого аромата роз, затем моргнул и спросил:

— В чем дело?

Глядя ему в глаза, Чу Фэн взял его руку в свою и сказал слово за словом:

— Я люблю тебя, Жун Юнь.

Все розы в руках Жун Юня упали на землю и он неверяще посмотрел в глаза Чу Фэна. Увидев его глаза такими, его собственные глаза покраснели и он произнес сдавленным полным обиды голосом:

— Я... Я думал... Думал этот день никогда не наступит.

— Прости, что заставил тебя ждать так долго. Я люблю тебя, Жун Юнь.

Поцелуй Чу Фэна пришелся на тыльную сторону руки Жун Юня, такой горячий, такой искренний.

Возрождение и Искупление Глава 51.1: Зачисление

Когда Чу Фэн вышел из душа, то увидел Жун Юня, лежавшего на кровати щеголяя своими обнаженными белокожими ногами, и читавшего альбом. Это был альбом посвященный розам, цветущим в розарии. В изголовье кровати лежал букет красных роз, тот самый, который Жун Юнь выронил сегодня на землю. После покупки входного билета в розарий, каждый может выбрать десять бесплатных роз. Если есть желание получить больше, или каких-то особых цветов, не входивших в бесплатный ассортимент, придется заплатить дополнительно. Этот букет был именно этим бесплатным выбором, в нем присутствовала и доля Чу Фэна.

Ноги Жун Юня стройные и длинные, со слабостью присущей юности, еще не прошедшими стадию роста и не приобретшими черты взрослого мужчины. Он выглядит как ребенок, который еще не вырос, но с оттенком невинной сексуальности.

Отбросив полотенце, Чу Фэн прижался к Жун Юню на кровати, он опирался на локти не желая давить на него весом своего тела.

Жун Юнь повернул к нему голову, взглянув на него, уголки его рта красиво изогнулись, а в глазах плескалось веселье.

— Болтать голыми ногами передо мной – не лучшая идея, — сказал Чу Фэн с улыбкой, целуя его в шею.

— В одежде жарко, — ответил тот немного кокетливым тоном.

Для Чу Фэна это довольно редкое событие, если бы при нем себя вел какой-либо другой парень, он бы, вероятно, нахмурился на это. Но с Жун Юнем все иначе, он не мог дождаться, когда же он начнет с ним себя так вести. Если он станет более кокетливым, то точно будет милее.

Проведя по его бедру вверх, Чу Фэн ощутил под руками силу и очертания парня, но в то же время гладкость его кожи, несущее приятное и комфортное чувство.

Из-за щекочущего чувства Жун Юнь слегка отстранился, затем повернулся и взял на себя инициативу поцеловать Чу Фэна.

Немного удивившись его смелости, Чу Фэн был в восторге от инициативы Жун Юня. Он углубил поцелуй в ответ, отчего воздух постепенно стал влажным и липким.

В прошлом Жун Юнь не осмеливался проявить инициативу с поцелуями, так же он не осмеливался на инициативу, чтобы попросить Чу Фэна поцеловать его. С одной стороны, он стеснялся этого, но, что более важно, он знал, что Чу Фэн не любит его, поэтому боялся, что если он проявит слишком много инициативы, то у него это вызовет отвращение или нервозность. А теперь, когда они влюблены, Жун Юнь отбросил свои прежние опасения и осмелился взять инициативу в свои руки.

Глядя на лежащего под ним Жун Юня, такого нежного и мягкого, Чу Фэн почувствовал себя прямо таки преступником, он не мог перестать требовать отклик на свои поцелуи. Хотя правил между ними не было, но именно благодаря такому способу это несло в себе острое соблазнительное чувство.

Чу Фэн обнял Жун Юня и перевернулся так, что тот оказался сверху, после чего продемонстрировал ему свой отреагировавший на нежности бугор и рассмеялся:

— Он сейчас взорвется.

Жун Юнь на мгновение напрягся, но вскоре немного расслабился и послушно лег на Чу Фэне, будто отдаваясь на его усмотрение.

Чу Фэн обнял Юня, и после серии внутренней борьбы хрипло произнес ему на ухо:

— Помоги мне... руками.

Ранее он прикинул, что если они займутся сейчас сексом, то они с Жун Юнем точно не вылезут с постели до самого конца отдыха. Не то чтобы это плохо, да и сам он хотел бы этого, но, подумав об этом еще раз, он все же решил, что это неправильно. Во-первых, у него нет никаких приготовлений под рукой, и он боится навредить Жун Юню. Во-вторых, если они потратят на это все свои каникулы, то, когда семья спросит, чем они занимались, они не смогут ответить, а еще у них не останется фотографий, что может вызвать у семьи беспокойства и подозрения. И в-третьих, самое важное, если он забудется и оставит на Жун Юне следы, особенно на видных местах, то родители не поведутся ни на какие их оправдания.

У Жун Юня заалели уши.

Чу Фэн немного приглушил свет, не решаясь выключить его полностью, потому что не хотел терять Жун Юня из виду. Жун Юнь впервые занимался чем-то подобным, потому не знал с чего начать, и казалось, что все его тело покраснело от стыда. Держа его руку и направляя ее, Чу Фэн медленно показал что делать. Первоначальная липкая атмосфера стала еще более плотной, как будто из нее можно выжать воду...

В итоге каждый из них достиг кульминации. Дождавшись, когда Жун Юнь отдышится, Чу Фэн поднял его на руки и понес в ванну мыться. Естественно, Чу Фэну было недостаточно только одного раза. Во время принятия ванны он снова обнял Жун Юня и кончил под его руками еще два раза. Физически Жун Юнь намного слабее Чу Фэна, поэтому совсем умаялся, уснув прямо в ванне в объятиях другого.

Сменив воду в ванной третий раз, Чу Фэн удовлетворенно расслабился, обнимая Жун Юня, решив понежиться с ним в теплой воде еще немного. Вода была смешана с эфирным маслом, которое они привезли сегодня из розового сада, говорят, что оно снимает усталость и расслабляет, так что они используют его по прямому назначению. Что касается того, было ли это действительно эффективным или нет, Чу Фэну все равно, в любом случае, с Жун Юнем в объятиях он уже чувствовал себя очень расслабленным и удовлетворенным.

Новость о поездке Чу Фэна в город E действительно попала в раздел развлечений. Хотя она и не заняла много места, но все же привлекла достаточно много внимания из-за фотографий. Люди, которым он нравится, также знают, что в этом году он сдавал гаокао, и выразили ему свои наилучшие пожелания на официальном форуме.

Просмотрев сообщения на форуме Чу Фэн не придал им особого значения. Жун Юнь для него куда важнее. В последующие дни он водил Жун Юня по всем достопримечательностями города Е, а так же пробовал с ним все местные деликатесы. Жун Юнь был счастлив, как маленькая птичка, каждый день кружа вокруг Чу Фэна.

После поездки они вдвоем вернулись в город С. Изначально Жун Юнь хотел сразу вернуться к себе домой. Однако его планы были нарушены прибывшей машиной семьи Чу, когда ему сказали, что Сун Синь наготовила его любимых блюд и ждет встречи с ним.

Завтра будут объявлены результаты гаокао, и вполне логично, что Сун Синь хотела забрать Жун Юня домой. Независимо от окончательного результата, в тот момент, когда ученик его узнает, ему хочется поделится им с окружающими. Жун Юню будет слишком одиноко сидеть дома в одиночку.

Когда они приехали, Сун Синь с облегчением увидела, что оба хорошо выглядят и находятся в хорошем настроении. В конце концов, когда детей нет дома, родители всегда волнуются. Теперь, когда она увидела, что дети вернулись целыми и невредимыми и выглядят так, будто им понравилось путешествие, она почувствовала облегчение.

Чу Фэн достал сувениры, что привез с поездки, хотя это не было что-то особенно ценное, но с поездок всегда нужно приносить подарки. Несмотря на слова Сун Синь, что они зря потратились, она радостно приняла подарки, после чего позвала на ужин.

В течении ужина Сун Синь постоянно болтала с ними о видах города Е, расспрашивая о том о сем, а они послушно отвечали. Сун Синь тоже бывала в городе Е и была знакома со всеми знаменитыми местами, о которых они говорили, так что выслушав их, она решила, что они действительно отлично съездили, по крайней мере, они посетили все места, которые должны.

Они вдвоем очень устали после поездки, поэтому рано легли спать. Возможно из-за облегчения от возвращения домой, но их сон в эту ночь был особенно крепок.

Рано утром следующего дня их обоих разбудил телефонный звонок Гуй Хэна.

Достав мобильный, Чу Фэн посмотрел на имя звонившего и ответил.

— Ну как, Фэн-гэ, проверил свои результаты? — прозвучал из телефона особенно энергичный голос Гуй Хэна.

— Разве обязательно проверять именно сегодня? — очень тихо произнес Чу Фэн. Хотя Жун Юнь тоже проснулся, но глаз не открывал, потому он хотел дать ему поспать еще немного.

— Я проверил еще вчера, после десяти вечера, — Гуй Хэн казался немного беспомощным из-за отсутствия у Чу Фэна энтузиазма.

— Ну и как ты справился? — спросил немного проснувшийся Чу Фэн.

— Я получил 456 баллов. Папа был так счастлив, что пообещал подарить мне машину! — рассмеялся Гуй Хэн. Он сдавал экзамены в художественные вузы и с этим результатом у него не возникнет проблем с поступлением на факультет обычного университета.

— Поздравляю, — улыбнулся Чу Фэн. Гуй Хэн хорошо сдал экзамен, и Чу Фэн тоже был счастлив.

— Кстати, я только что спрашивал Сы Сяня, и тот получил 692 балла, — рассмеялся Гуй Хэн.

Возрождение и Искупление Глава 51.2: Зачисление

Достижениям Сы Сяня никто из них не удивился. Для него этот результат вполне естественен.

— Чуть позже сам позвоню ему, — сказал Чу Фэн.

— Ага, вставай и проверь свои оценки. Дальше позвоню Жун Юню тоже хочу знать, какие у него результаты, — посмеялся Гуй Хэн.

— Не нужно звонить, он у меня дома и еще ничего не проверял.

Он в любом случае искал возможность сообщить Гуй Хэну о своих отношениях с Жун Юнем, поэтому для начала решил рассказать о том, что он у него.

— С чего это он у тебя? — удивился Гуй Хэн.

— Это долгая история, расскажу тебе, когда появится возможность. А сейчас пойду проверю результаты, — посчитав это не телефонным разговором, Чу Фэн решил дождаться встречи с ним.

— Проверяй быстрее, — с нетерпением сказал тот, считая оценки важнее, — Ложу трубку.

— Хорошо, — ответил Чу Фэн и повесил трубку.

В полусне Жун Юнь услышал "результаты" и тут же проснулся, и, едва Чу Фэн положил трубку, тут же сел.

— Уже можно проверять результаты?

— Гуй Хэн сказал, что уже прошлой ночью можно было, — Чу Фэн встал с кровати, достал оба регистрационных пропуска и начал проверять результаты по их номерам.

Жун Юнь не мог усидеть на месте, поэтому подошел к нему и прислонился к столу, ожидая пока Чу Фэн проверит.

Войдя на сайт, Чу Фэн сначала запросил результаты Жун Юня, после чего быстро получил ответ — — 698!

При виде результата, написанного Чу Фэном на листе, Жун Юнь расцвел в радостной улыбке. Это близко к его изначальным оценкам, так что поступить в Университет А точно не составит труда.

— Проверь свои! — поторопил он Чу Фэна.

С улыбкой Чу Фэн сделал запрос на свои результаты, а услышав результаты, Чу Фэн издал легкий смешок и записал число — — 646!

При виде его оценки Жун Юнь восторженно повис на Чу Фэне, радостно воскликнув:

— Отлично, ты просто супер!

С такими оценками, даже если не удастся поступить в Университет А, то в любой другой крупный университет легко.

— Спасибо тебе, — ответил Чу Фэн, обнимая и целуя того в лицо. Если бы не Жун Юнь, он не смог бы получить такие высокие оценки на экзаменах и не захотел бы усердно учиться.

— Это все твои усилия, — не ставил себе в заслугу его успехи Жун Юнь, он считал, что Чу Фэн достиг этого только своими усилиями.

— Дальше только подача документов и ожидание зачисления. С твоими оценками тебя сразу примут в Университет А, а я буду зависеть от результатов их решения, — сказал Чу Фэн.

— М-гм, — кивнул Жун Юнь, даже если Чу Фэн в итоге не поступит в Университет А, он считал, что жалеть не о чем, ведь Чу Фэн действительно сделал все что мог.

Пообнимавшись с ним еще немного, Жун Юнь поднял Чу Фэна на ноги и сказал:

— Идем скорее, расскажи дяде и тете свои оценки, они будут очень рады.

Взглянув на время, Чу Фэн понял, что родители должны как раз завтракать. Поэтому он потащил Жун Юня умываться, а потом спустился вместе с ним вниз.

Когда Чу Фэн рассказал родителям о своих результатах и результатах Жун Юня, Чу Тан и Сун Синь были приятно удивлены. Они знали о хороших оценках Жун Юня, потому просто ждали окончательных результатов, и даже заказали столик в ресторане, желая пригласить отпраздновать его это событие. Однако от Чу Фэна они таких хороших результатов не ожидали, что просто застало их врасплох как родителей.

Чу Тан посмотрел на Чу Фэна, затем перевел взгляд на Жун Юня и спросил его:

— Чу Фэн говорит правду?

— Да, дядя, Чу Фэн и правда хорошо сдал, — с улыбкой от уха до уха подтвердил тот.

— Все благодаря твоей помощи, — кивнув, наконец поверил этому Чу Тан, — Без тебя он никогда бы не достиг таких результатов, — пусть его сын и сам старался ради оценок, он не забывал о помощи Жун Юня.

— Это все собственные старания Чу Фэна, — снова рассмеялся Жун Юнь.

— Подумай, какой подарок ты хочешь, и скажи мне позже, — похлопав Чу Фэна по плечу сказал Чу Тан. Он считал, что поддержка и похвалы важны детям, но материальное признание тоже необходимо.

— Отлично, я так счастлива, сынок, — обняла Чу Фэна Сун Синь. — Проси все, что захочешь, мама все исполнит.

— Когда придумаю, то обязательно скажу вам, — улыбнулся Чу Фэн. Когда узнал результаты, то очень обрадовался, но теперь он постепенно успокоился. По сравнению с оценками его больше волнует, сможет ли он поступить в Университет A.

Следующие несколько дней кандидаты были заняты подачей заявок на поступление и ожиданием зачисления... Этот период был более утомительным, чем ожидание результатов.

Когда вышли результаты оценок за экзамены, у Чу Фэна с души свалился груз. Вскоре после этого семье Чу было доставлено уведомление о приеме из Университета А. Чу Фэн был успешно принят на факультет журналистики Университета А. Сы Сянь подавший заявление на ту же специальность, что и Чу Фэн, также получил уведомление о приеме. Жун Юня, как он и хотел, приняли на факультет китайского языка и литературы того же университета.

Получив извещение о поступлении, настало время покинуть школу и Чу Фэн и Жун Юнь начинали готовиться к новой учебной жизни. В новом учебном году они станут студентами университета, тем самым начав новую главу их жизни, и им двоим придется упорно трудиться ради своего будущего.

Возрождение и Искупление Глава 52.1: Работа

Согласно правилам Университета А, все первокурсники должны проживать на территории студгородка. А с начала второго курса, если на то есть особые причины, можно подать заявление на посещение занятий без проживания в студгородке, в противном случае они должны продолжать жить там. Это делается для того, чтобы облегчить управление университетом и обеспечить безопасность студентов. Но на самом деле, пока проверки не такие строгие, особенно по выходным, местные ученики могут возвращаться домой по желанию.

Поскольку они привыкли жить в общежитии во время учебы в старшей школе, и Жун Юнь и Чу Фэн уже знают, что им там понадобится. Просто многие вещи предпочтительно купить новые, поэтому потребуется некоторое время, чтобы разобраться в мелочах. Например постельное белье для двоих детей, Сун Синь предпочла купить новое, вписав его в список покупок, после чего прошлась со своим агентом Гуань Минь по магазинам, покупая все необходимое. На самом деле, факт проживания Чу Фэна при учебном заведении избавил ее от многих забот. Она даже подумывала поднять связи и поселить Сы Сяня и двоих детей в одной комнате общежития. В конце концов, это новая обстановка, и хорошо, когда есть знакомые, с которыми можно жить, чтобы они могли присматривать друг за другом.

Успехи Чу Фэна действительно превзошли ожидания семьи. Хотя Чу Тан лишь на словах пообещал ему подарок, его люди сработали быстро, новость о результатах гаокао почти сразу оказались на официальном сайте, что также один из способов продвинуть Чу Фэна, сделав его образ более положительным и дать юным поклонникам немного позитивной энергии. Таким образом, родители фанатов увидят, что люди, которые нравятся их детям, имеют такие хорошие оценки, то посчитают его хорошим примером для подражания, оказывающим положительное влияние на их детей, потому не будут слишком возражать против следования за звездой. Если после этого у Чу Фэна появится последователь, взявшийся за усердную учебу благодаря его оценкам, то это будет благим делом.

Естественно, хотя его оценки опубликовали, учебное заведение, в которое он поступил, держалось в тайне. После поступления в университет Чу Фэн действительно может уделять больше времени работе, но в то же время Чу Тан не хотел, чтобы это влияло на его учебу. Он должен быть способен достойно учится и работать.

На самом деле этот выпуск их школы довольно хорошо сдал экзамены, несмотря на то, что топовые места никто не занял, но общий средний бал весьма высок. Конечно, большая часть заслуг в этом заключается в усердной работе студентов, но небольшая часть также заслуга преподавателей, на этот раз они почти угадали с вопросами на гаокао, создав нужную подготовку. Хотя вопросы, конечно, не те же самые, но выпускники учившиеся по ним сумели хорошо подготовится. К тому же помогли и предэкзаменационные тесты.

После обеда Жун Юнь сидел в маленькой гостиной, набирая текст на компьютере. Чу Фэн проверил список багажа, чтобы посмотреть, что еще не подготовили или не положили. Жун Юнь практически не занимался багажем, всем занимались Чу Фэн и Сун Синь. Ему было неловко привлекать к этому Сун Синь, но та знала о его заказе на много коротких рассказов, потому сказала ему не беспокоится об этом и спокойно заниматься писательством, ведь это важнее. Жун Юнь был ей очень благодарен за поддержку, и, когда он делал перерывы или сюжет не шел, он шел на кухню, чтобы приготовить для Сун Синь вкусные вегетарианские блюда.

В итоге Сун Синь все больше проникалась любовью к Жун Юню, она даже упомянула Чу Фэну о своем желании признать его частью семьи, как сына, но тот отмахнулся от идеи под предлогом внезапности. —— Что за шутки, он его будущий женушка, он не хотел оказаться с ним братом.

Родители Жун Юня также позвонили ему после оглашения результатов. Узнав, что он хорошо сдал гаокао они обрадовались, и вручили ему немного карманных денег, чтобы он купил то, что нравится. Но на этом все. Они не пригласили его на ужин. чтоб отпраздновать, или к себе домой, чтоб похвалить его и пообщаться вместе. Семья Чу, напротив, праздновала это событие дважды – один раз в день, когда он получили свои оценки, и один раз в день, когда онии получил письма о приеме.

Чу Фэн сидел в комнате для гостей, проверяя список вещей, когда зазвонил его мобильный. Когда он поднял трубку, оказалось, что звонит Цянь Нянь. Малая гостиная, где сейчас Жун Юнь, находилась в отдалении, так что он не потревожит его разговором.

— Брат, — с улыбкой ответил Чу Фэн.

— Не помешал? — спросил Цянь Нянь. В его тихом голосе слышалось легкое беспокойство.

— Нет, вещи собираю. Как у тебя дела? Съемки проходят хорошо? — спросил Чу Фэн. По сравнению с прошлой жизнью, он гораздо больше заботился об окружающих его людях, особенно о своей семье и друзьях, которыми он дорожил.

— Неплохо, мы должны закончить в конце следующего месяца, — ответил Цянь Нянь. — Видел объявление на официальном сайте, ты действительно постарался. Поздравляю.

— Спасибо, — ответил Чу Фэн посмеявшись.

— Как закончу и вернусь, то приглашу тебя на ужин, — Цянь Нянь действительно рад за Чу Фэна, в прошлой жизни тот учился за границей. Но с такими результатами в этой жизни отправляться за границу больше нет нужды. Теперь, когда Чу Фэн остается в стране, он чувствовал себя спокойнее.

— Хорошо, тогда я возьму с собой Жун Юня, но нам придется устроить случайную встречу в компании, — Чу Фэн вскользь рассказал о своем объяснении ситуации для своей семьи.

— Хорошо, — со смешком ответил тот, услышав от Чу Фэна рассказ. Ему такое вовсе не трудно.

Дальше Цянь Нянь начал расспрашивать, в какой университет он поступил и на каком факультете теперь учится. Чу Фэн все ему рассказал. На это Цянь Нянь сразу предостерег его о том, что Университет А очень строг к своим студентам, поэтому он не должен отставать в учебе, так как возникнут проблемы, если он не закончит университет.

После этого они еще немного болтали, после чего Цянь Няню пришлось закончить, у него настало время съемок во второй половине дня.

Отложив телефон, Чу Фэн отправился в малую гостинную.

Там царила тишина, если не считать очень тихого набора текста на клавиатуре.

— Пора отдыхать, — сказал он, наклоняясь и подхватывая Жун Юня на руки.

Жун Юнь был поражен, обычно Чу Фэн просто говорил ему, что ему следует отдохнуть, а не хватал и не уносил прочь.

— Секундочку, дай сохранюсь, — попросил Жун Юнь.

Тот так и не выпустил его из рук и Жун Юню пришлось сохраняться в таком положении. Затем его отнесли на диван в гостинную. Сегодня дома никого, и Чу Фэн уверен, что родители не вернутся раньше времени, поэтому осмелился так безнаказанно обнять Жун Юня.

Возрождение и Искупление Глава 52.2: Работа

— Я уже почти закончил, подумай, что еще нужно захватить, — сказал Чу Фэн.

— Похоже, что ничего не забыли, — мельком взглянув на него ответил Жун Юнь. — Даже если вспомним, что что-то забыли, то просто докупим.

Во всяком случае это же город С, и они знакомы тут со всеми местами, так что добавить что-то не проблема.

— Ммм, — Чу Фэн прижал Жун Юня всем телом к дивану, провел пальцами по нежной коже на шее, снова поцеловал в губы и сказал, — Как начнется учеба, у меня не получится целоваться с тобой так свободно.

Даже если семья использует связи и поселит их обоих вместе с Сы Сянем, в их комнате общежития всегда будет еще один посторонний, так что, как ни крути, им будет неудобно.

— Когда заработаю больше денег, то первым делом куплю дом, и тогда мы будем жить там по выходным, — со вздохом сказал Чу Фэн.

Определившись с мыслями, Чу Фэн отчаянно хотел их с Жун Юнем дом. Это был бы дом только для них двоих, однако важным фактором оставалось спокойная стабильность для Жун Юня.

— У меня же есть жилье, можем ездить туда, — ответил тот. Конечно его дом уступает дому Чу Фэна, но жить там неплохо.

— Глупышка, — Чу Фэн погладил его по волосам и сказал, — Это то, что дал тебе твой отец, а это будет мой подарок тебе.

Поджав губы и обдумал это, Жун Юнь пришел к выводу, что это действительно отличается.

Вдруг снова зазвонил телефон, нарушив интимную атмосферу между ними.

Неохотно поднявшись с тела Жун Юня, Чу Фэн взял телефон отвечая на звонок.

— Алло.

— Это я, — прозвучал радостный голос Бай Фэя.

— В чем дело, Бай-гэ? — в последнее время он не часто общался с Бо Фэем. С одной стороны он не принимался за работу, а с ругой, Бай Фэй все еще за городом на съемках Цянь Няня. Он все же усердно учился, потому и звонить не с руки.

— Дело обстоит так. Сегодня утром мне позвонили из компании и сказали, что собираются снять музыкальный клип на заглавную композицию нового альбома Чэн Цзыхуэй, и сняться в нем хотят попросить именно тебя. Спросили, есть ли у тебя время, — рассказал Бай Фэй. Он знал, что Чу Фэн уже может приступить к работе, о нем даже новость вышла. Но не ожидал, что предложение поступит так скоро.

Чэн Цзыхуэй – певица, подписавшая контракт с СинИ, хотя она и не дотягивает до уровня дивы, но певица сильная. Она достаточно молода, с характерным голосом, имеет группу преданных поклонников, и можно сказать занимает свою нишу на современной музыкальной сцене.

— Это желание компании, или самой сестры Хуэй? — спросил Чу Фэн. Отличия между этими понятиями огромно. Если это желание компании начать продвигать его известность и Цзыхуэй согласилась на это, то это одно. А если это одностороннее желание компании, а у Цзыхуэй есть свое мнение на этот счет, отличное от их желания, то совсем другое. А если же это желание самой Чэн Цзыхуэй, то это признание его внешности и способностей, и, если компания не возражает, то это будет взаимоприемлемое сотрудничество.

— Это предложение Чэн Цзыхуэй, — Бай Фэй не ожидал, что Чу Фэн примет это во внимание, но, учитывая обстановку в его семье, то в этом нет ничего удивительного, что тот имеет такую глубину мыслей. Новый альбом Чэн Цзыхуэй основан на теме голубой любви (1), поэтому для съемок музыкального клипа ей захотелось найти себе в пару молодого парня, чтоб больше соответствовало теме.

— А число, на которое запланированы съемки? — Чу Фэн тхотел убедится, есть ли у него время.

— Предварительная дата – десятое число следующего месяца, — ответил Бай Фэй.

— С моей стороны проблем никаких, — к тому времени он уже почти закончит знакомиться с обстановкой университета и встретится со всеми преподавателями, так что взять день или два на съемки не составит труда.

— Хорошо, я им так и отвечу. Поскольку время поджимает, возможно, потребуется подписать контракт в ближайшие несколько дней, — сказал Бай Фэй. — Скоро я вернусь в СинИ и обязательно поприсутствую на подписании, чтоб не возникло никаких проблем.

— Угу, дашь мне знать, когда все будет готово, — такой контракт также не требует интервью для прессы, просто быстрая встреча двух сторон, чтобы узнать друг друга, обсудить детали, подписать контракт и ждать съемки.

— Хорошо. Спокойно занимайся началом учебы и не беспокойся ни о чем, я обо всем позабочусь, — Бай Фэй знал, что первое время Чу Фэн будет занят учебой.

— Ага, спасибо за труды, Бай-гэ, — отозвался Чу Фэн.

После быстрого обсуждения еще некоторых деталей, они попрощались и закончили разговор.

Сумма денег, которую ему заплатят за съемки клипа, второстепенна по сравнению с тем, что он делал шаг на новую территорию, что также поможет ему в будущем освоить более крупный рынок.

Узнав, что его пригласили сняться в клипе с Чэн Цзыхуэй, Жун Юнь сначала обрадовался за него, но потом немного приревновал:

— А поцелуй будет?

— Этого не случится, — посмеиваясь ответил Чу Фэн. — Обычно певица в этом вопросе очень осторожна, если главную женскую роль играет она, то слишком интимных сцен не будет.

Выслушав это, Жун Юнь удовлетворенно улыбнулся, а затем с некоторым смущением сказал:

— Я понимаю, что в будущем съемки таких сцен неизбежны, и мне не следует вмешиваться. Но на привыкание мне нужно еще немного времени. В конце концов ты меня только полюбил, и мне хочется владеть тобой единогласно, хотя бы немного...

— Угу, — со смешком отозвался Чу Фэн. — В твоем желании нет ничего плохого. Я буду внимателен в этом вопросе, и если появится такая сцена, которой я не смогу избежать, то обязательно сообщу тебе об этом.

— Ммм, — слова Чу Фэна мгновенно согрели сердце Жун Юня. Он впервые осознал, что похоже является довольно ревнивым человеком. Но несмотря ни на что, он все равно будет поддерживать карьеру Чу Фэна, как Чу Фэн всегда поддерживал его.

********************

1. Скорее всего это не та голубая любовь, которую подразумевают у нас. Возможно это морская тема и любовь, или что-то вроде этого.

Возрождение и Искупление Глава 53.1: Начало занятий

После завтрака Жун Юнь в малой гостинной набирал текст на компьютере. Чу Фэн сидел в гостиной и читал книгу. Их багаж был упакован и собран, так что они бездельничали до завтра, когда придет время собираться в университет.

На самом деле Жун Юнь мог бы пойти к себе в комнату и почитать книгу там, но не хотел терять любимого из виду, но, в то же время, не хотел мешать ему писать. Вот почему он сидел в гостинной, как в самом подходящем месте, так что, если Жун Юню что-то от него нужно, то ему просто нужно было окликнуть его.

Вот так Чу Фэн читал книгу, когда в комнату заскочил Жун Юнь, и, с немного глупой улыбкой, заскочил ему на колени.

— В чем дело? — Чу Фэн поспешно отложил книгу и обнял его, чтобы не упасть с дивана из-за неустойчивого положения.

— Ко мне обратился один сайт с заказом на работу, надеюсь я смогу подписать с ним авторский контракт, — держась за Чу Фэна ответил тот.

— Какой сайт? — спросил Чу Фэн подняв брови.

— Чансян (1), — хихикнул Жун Юнь.

Тщательно обдумав этот вопрос, Чу Фэн вспомнил этот сайт. Действительно, именно в этот период возникли сайты с платным контентом для чтения, и один за другим популярные ранее бесплатные сайты для начали превращаться в платные писательские онлайн-сообщества. Через такие сайты авторы могли публиковаться и зарабатывать определенные деньги, а те выступали в качестве агентов этих авторов и продвигали их в издательском деле, кино и телевидении, а также в других областях.

Этот круг невелик, в конце концов таких сайтов не так много, но вот группа авторов очень велика. Пока автор любит писать, а читатели любят читать, формируется простейшая цепочка поставок.

В последние годы Чансян добился больших успехов, можно даже назвать его местом неограниченных возможностей. Через несколько лет после того, как экранизация онлайн-романов в фильмах и телесериалах начала наращивать обороты, этот сайт можно было назвать лидером в области онлайн литературы. У них публиковалось бесчисленное количество хороших авторов и хороших произведений, так что у них воистину неограниченный потенциал.

— Тебя искали их редакторы? — спросил он.

— Угу, со мной только что связались через редактора коротких рассказов. Она сказала, что сайт только начал свое преобразование и надеется, что я смогу публиковать длинные рассказы на их сайте, а сайт также поможет мне продвигать их, и гонорар за рукописи также очень хороший, — улыбнулся Жун Юнь. Поскольку он много лет работал с этим редактором коротких рассказов, Жун Юнь инстинктивно доверял человеку, нашедшему его через знакомого ему человека.

— Как происходит оплата за рукопись? — спросил Чу Фэн.

— Я буду получать фиксированную плату за рукопись. Поскольку переход только начался, определенно есть много читателей, которым это не нравится, и если сразу выставить VIP-доступ, то дохода не будет. Поэтому на сайте было сказано, что если я стану их автором по контракту, они заплатят мне за рассказ, а доля с публикации будет рассчитываться отдельно, — сообщил Жун Юнь.

У них имеется закрытая группа для авторов коротких рассказов, в ней было не так много людей, в основном общение там сводилось к размещению объявлений каких-нибудь журналов, чтобы облегчить подачу рукописей. Едва он получил приглашение от редактора, как кто-то в группе тоже упомянул об этом, оказалось более половины авторов в группе недавно получили такое же приглашение. Что касается того, как устанавливаются гонорары сайта для каждого автора, это личное, и никто не будет об этом спрашивать, но все же очень полезно понимать стиль написания сайта и возможность этих изменений.

По мнению Чу Фэна, этот сайт действительно стал популярным среди многих авторов, особенно среди первых авторов, потому что конкуренция на этом рынке развилась еще не полностью, поэтому они несколько доминируют.

— Если хочешь писать для них, то вперед, только помни, тебе не разрешается работать слишком много, — он покроет все расходы Жун Юня на проживание, обучение и другие расходы. Именно поэтому он надеялся, что тот будет писать в качестве развлечения, а не для заработка.

— Ага, — улыбнулся тот кивая, для него такое внове, поэтому очень хотелось попробовать.

— Я найду юриста, который ознакомится с контрактом, — он должен защищать права и интересы Жун Юня. Сайт находится в стадии реорганизации, и, чтобы привлечь авторов, контракты часто являются предметом переговоров. Если в контракте будут какие-то жесткие и неразумные условия, то Жун Юню лучше не подписывать его. В любом случае, будет больше сайтов, которые тоже последуют за изменениями, и хотя Чансян является одним из лучших, он не единственный. Так что, пока у Жун Юня есть желание писать и публиковаться, естественно выбрать сайт с лучшими условиями, наиболее подходящими Жун Юню.

— Хорошо, — ответил тот, кивая. Лучше оставить изучение договора на профессионала, иначе потом хлопот не оберешься. В таком деле лучше проявить дотошность, ведь они будут сотрудничать на протяжении долгого времени.

— Мой Сяо Сюнь действительно станет великим писателем, — рассмеялся Чу Фэн обнимая Жун Юня.

— До этого еще не близко, — обнимая его в ответ прошептал Жун Юнь краснея.

На следующий день рано утром к ним приехал Сы Сянь. Они собирались ехать в университет все вместе.

Со стороны Чу Фэна, по ясным причинам, Сун Синь не могла проводить их до университета, а Чу Тан образовалась работа. Родители Жун Юня вообще о нем не заботились. У Сы Сяня же родители находились за границей. Так что их всех не кому было проводить в университет. Так что они втроем стали подходящими спутниками. Сначала водитель семьи Сы довез Сы Сяня доо дома Чу Фэна, где тот пересел в машину семьи Чу, и они вместе поехали в университет. Таким образом родители Сы Сяня чувствовали себя спокойнее. Несмотря на то, что Сы Сянь всегда был самостоятельным, в их глазах он все еще оставался ребенком.

Когда Сы Сянь прибыл, Чу Фэн и Жун Юнь только что закончили завтракать. Сун Синь сразу же пригласила его поесть фруктов. Так как Сы Сянь не редкий гость в доме Чу Фэна, то он вообще не стеснялся.

Увидев Жун Юня в доме Чу, Сы Сянь почти не удивился. Хотя он не знал, как Чу Фэн умудрился провернуть его проживание в их доме.Эти двое в отношениях возлюбленных, так что нет ничего такого быть немного липкими во время каникул.

Поев фруктов, все трое отправились в путь.

Поскольку все трое сидели на заднем сиденье, Чу Фэн усадил Жун Юня к себе на колени, таким образом пространство между ними четко разделилось на две зоны. Сы Сянь чувствовал себя огромной лампочкой (третьим лишним). К сожалению ничего не поделать, по правилам нельзя занимать переднее сидение, если за рулем не член семьи.

********************

1. 畅想 (chàngxiǎng) – свободная мысль, воображение.

Возрождение и Искупление Глава 53.2: Начало занятий

Сегодня в Университете А очень оживленно, всему причина день массового приема новых поступивших студентов. Родители, с особенным происхождением и средствами, посылали сопровождающих в помощь, ведь у их детей полно багажа. Обычные семьи сами сопровождали своих детей. Особенно это касалось тех, кто из других городов, ведь они впервые покидали родные места, поэтому лучше с сопровождением.

Глядя на оживленный студгородок, рука Чу Фэна, в которой покоилась рука Жун Юня, невольно сжалась крепче. Он вдруг подумал, если бы не он, если бы Жун Юнь не впал в депрессию и без проблем поступил в Университет А, разве он не брел бы в этой шумной толпе родителей и студентов совсем один, со своим скудным багажем в руках?

При мысли об этой сцене ему стало очень плохо на душе. Также он был рад, что все это время находился с Жун Юнем, и больше не совершал никаких глупостей после перерождения.

Попросив водителя подождать внизу, они втроем взяли свои документы и поднялись по лестнице. После того, как получат ключи от комнаты, они проедут на машине к нужному общежитию, чтобы переместить свой багаж.

Затем они все вместе встали в очередь на регистрацию в общежитии, это была довольно длинная очередь, но трое из них время от времени болтали, так что скучать им не приходилось. Изначально Сун Синь собиралась использовать некоторые связи, чтобы их поселили в одной комнате, но, поспрашивав, узнала, что распределение проживания в Университете А основано на порядке записи, а не по факультетам. Поэтому все, что им нужно сделать, это явиться вместе, обратив внимание на то, в какую комнату общежития распределили нескольких человек перед ними, а затем при необходимости скоординировать свои действия с теми, кто стоял за ними, чтобы их легко распределили в одну комнату.

Разговаривая, они втроем подсчитывали количество людей перед собой, слушая назначенную преподавателем комнату. Когда очередь добрались до Сы Сяня, первый ключ от комнаты 506 достался ему, а Чу Фэн и Жун Юнь, стояли за ним, также получили по очереди два следующих ключа от этой комнаты. Так они втроем снова будут жить в одной комнате, как в школе, следующие четыре года.

Садясь в машину и направляясь в общежитие, Сы Сянь спросил:

— Заметили стоявшего позади вас? Этот парень должен жить в той же комнате, что и мы.

— Не обратил внимания, — все внимание Чу Фэна сосредоточено на Жун Юне, у него нет времени смотреть на других.

Жун Юнь также покачал головой, все его внимание было приковано к Чу Фэну, и он не обращал внимания ни на кого другого.

Сы Сянь не знал, как ему на них реагировать. Он подсчитывал количество людей перед ним и считал распределение комнат, и не мог обращать внимания и на это... Это была бы прекрасная возможность сблизится со своим соседом по комнате, а они просто взяли и упустили ее ...

Территория общежитий Университета А очень обширна, здания расположены очень последовательно и не выглядят нагроможденными. Водитель подъехал к зданию общежития с их комнатой, здесь уже собралось довольно много машин, им было трудно подъехать ко входу, потому пришлось припарковаться чуть поодаль.

Выйдя из машины Чу Фэн взвалил рюкзак Жун Юня, затем потрепал его по волосам и сказал:

— Иди наверх и открой дверь.

— Я тоже могу носить багаж, — Жун Юнь знал, что Чу Фэн не собирался позволять ему носить вещи.

— Делай, что тебе говорят, — Чу Фэн улыбнулся, указывая ему подняться наверх первым. Затем он сам, Сы Сянь и водитель вынесли вещи из машины и отнесли его наверх.

Открыв двери комнаты, Жун Юнь обнаружил, что он первый, четвертого соседа еще не появился. Комната в общежитии похожа на их школьное общежитие, разве что более просторную, и тут тоже четыре кровати со столами. Посредине стоял большой стол, но он выглядел довольно бесполезным, но для совместных застольев пойдет.

Когда Чу Фэн и Сы Сянь вошли, они также осмотрелись и остались более чем довольны. Поставив чемоданы на пол, Чу Фэн с Сы Сянем снова отправились вниз за более легкими сумками. На это раз ноша оказалась достаточно легкой, так что помощь водителя не понадобилась. Выгрузив последний багаж, он попрощался с ними и поехал домой.

Спальня оказалась чистой в едином убранстве. Сейчас в здании довольно шумно от родителей со студентами, перевозивших свой багаж.

Жун Юнь как раз вернулся с балкона и оглядывал комнату, когда дверь их комнаты открылась ключем снаружи. В открывшуюся дверь вошел симпатичный мальчик ростом чуть выше Жун Юня, выглядевший достойно и опрятно, дающий ощущение скромности.

— Привет, — первым поприветствовал его Жун Юнь.

— Привет, ты один? — парень втащил свой багаж в дверь.

— Еще двое спустились вниз, чтобы забрать свой багаж, и скоро поднимутся, — улыбнулся Жун Юнь.

Пока они говорили, как раз вернулись Чу Фэн с Сы Сянем. Увидев новенького, оба вежливо его поприветствовали. Они оба были вполне довольны четвертым человеком в их комнате. Никому из них не хотелось иметь шумного соседа, иначе в их комнате было бы тяжело жить.

При виде Чу Фэна, новенький явно узнал его, но никак не отреагировал кроме небольшого удивления.

Сы Сянь небрежно закрыл дверь, а затем они втроем представились друг друга четвертому, что можно считать предварительным знакомством.

Нового соседа звали Шан Ци, он с музыкального факультета, и тоже из города С. Сегодня его привез отец, но после регистрации в общежития у его отца поджимало время встречи, эта встреча чень важна, так что он поспешно выгрузил вещи и быстро уехал.

Узнав, что они школьные друзьями и жили в одной комнате общежития и до этого, Шан Ци рассмеялся и сказал, что завидует такому удивительному факту.

— Теперь, следующие четыре года в университете мы будем жить вместе, поэтому, пожалуйста, позаботьтесь о нас в будущем, — с улыбкой произнес Сы Сянь.

— Хорошо, — улыбнулся в ответ Шан Ци и кивнул.

Возрождение и Искупление Промокод к НГ

Надвигаются Новогодние праздники, поэтому я открыла в бесплатный доступ несколько глав вне очереди, а так же создала промокод на скидку.

Промокод дает скидку в 20% на главы, а, если покупать десять и больше глав, то получается 30%

S6Y2XR9CM

Промокод действует до конца января 2023

Как пользоваться промокодами:

1. Для начала убедитесь, что денег на покупку хватит (был момент, что мне написали, будто промокод слетел после пополнения счета).

2. Введите промокод, либо на своем аккаунте в соответствующей вкладке, либо на странице перевода, справа на компьютере или снизу на планшете/мобильном.

3. Выделите сразу несколько глав и купите, так как промокод ОДНОРАЗОВЫЙ.

4. Промокод ТОЛЬКО НА ГЛАВЫ, он не затрагивает абонементы.

5. КУПЛЕННЫЕ ОТДЕЛЬНО ГЛАВЫ НЕ ЗАТРАГИВАЮТ АБОНЕМЕНТ, он остается вашим и только вашим (если у вас осталось 5 глав абонемента, то купив главы отдельно ваши 5 глав так и останутся у вас).

Будьте внимательны, приятного чтения.

Table of Contents

Возрождение и Искупление Глава 1: Возрождение

Возрождение и Искупление Глава 2: Искупление

Возрождение и Искупление Глава 3: Исповедь

Возрождение и Искупление Глав 4: Забота

Возрождение и Искупление Глава 5: Уплата долга

Возрождение и Искупление Глава 6: Переход

Возрождение и Искупление Глава 7: Беспокойство

Возрождение и Искупление Глава 8: Сосед по парте

Возрождение и Искупление Переводчику заплатите чеканной монетой!

Возрождение и Искупление Глава 9: Цели

Возрождение и Искупление Глава 10: Усердие

Возрождение и Искупление Глава 11: Возвращение домой

Возрождение и Искупление Глава 12: Ночной рынок

Возрождение и Искупление Глава 13: Одеяло

Возрождение и Искупление Глава 14: Беседа

Возрождение и Искупление Глава 15.1: Спокойствие

Возрождение и Искупление Глава 15.2: Спокойствие

Возрождение и Искупление Глава 16.1: Реклама

Возрождение и Искупление Глава 16.2: Реклама

Возрождение и Искупление Глава 17.1: Шоппинг*

Возрождение и Искупление Глава 17.2: Шоппинг*

Возрождение и Искупление Глава 18.1: Выдержка

Возрождение и Искупление Глава 18.2: Выдержка

Возрождение и Искупление Глава 19.1: Учебная консультация

Возрождение и Искупление Глава 19.2: Учебная консультация

Возрождение и Искупление Глава 20.1: Жалость

Возрождение и Искупление Глава 20.2: Жалость

Возрождение и Искупление Глава 21.1: Праздничные каникулы

Возрождение и Искупление Глава 21. 2: Праздничные каникулы

Возрождение и Искупление Глава 22.1: Выпуск рекламы

Возрождение и Искупление Глава 22.2: Выпуск рекламы

Возрождение и Искупление Глава 23.1: Экзамены

Возрождение и Искупление Глава 23.2: Экзамены

Возрождение и Искупление Глава 24.1: Оценки

Возрождение и Искупление Глава 24.2: Оценки

Возрождение и Искупление Глава 25.1: Стратегия*

Возрождение и Искупление Глава 25.2: Стратегия*

Возрождение и Искупление Глава 26.1: Нрав (Характер)

Возрождение и Искупление Глава 26.2: Нрав (Характер)

Возрождение и Искупление Глава 27.1: Фотографии

Возрождение и Искупление Глава 27.2: Фотографии

Возрождение и Искупление Глава 28.1: Выяснение

Возрождение и Искупление Глава 28.2: Выяснение

Возрождение и Искупление Глава 29.1: Ранение

Возрождение и Искупление Глава 29.2: Ранение

Возрождение и Искупление Глава 30.1: Переговоры

Возрождение и Искупление Глава 30.2: Переговоры

Возрождение и Искупление Глава 31.1: Рождество

Возрождение и Искупление Глава 31.2: Рождество

Возрождение и Искупление Глава 32.1: Подарок

Возрождение и Искупление Глава 32.2: Подарок

Возрождение и Искупление Глава 33.1: Настроение

Возрождение и Искупление Глава 33.2: Настроение

Возрождение и Искупление Глава 34.1: Зимние каникулы

Возрождение и Искупление Глава 34.2: Зимние каникулы

Возрождение и Искупление Глава 35.1: Сюрприз

Возрождение и Искупление Глава 35.2: Сюрприз

Возрождение и Искупление Глава 36.1: Публикация

Возрождение и Искупление Глава 36.2: Публикация

Возрождение и Искупление Глава 37.1: Цянь Нянь

Возрождение и Искупление Глава 37.2: Цянь Нянь

Возрождение и Искупление Глава 38.1: Канун Нового Года

Возрождение и Искупление Глава 38.2: Канун Нового Года

Возрождение и Искупление Глава 39.1: Случайное столкновение

Возрождение и Искупление Глава 39.2: Случайное столкновение

Возрождение и Искупление Глава 40.1: Свидание

Возрождение и Искупление Глава 40.2: Свидание

Возрождение и Искупление Глава 41.1: Мобилизация

Возрождение и Искупление Глава 41.2: Мобилизация

Возрождение и Искупление Глава 42.1: Удивление

Возрождение и Искупление Глава 42.2: Удивление

Возрождение и Искупление Глава 43.1: Связи

Возрождение и Искупление Глава 43.2: Связи

Возрождение и Искупление Глава 44.1: Моделирование

Возрождение и Искупление Глава 44.2: Моделирование

Возрождение и Искупление Глава 45.1: Поддержка

Возрождение и Искупление Глава 45.2: Поддержка

Возрождение и Искупление Глава 46.1: Богатый

Возрождение и Искупление Глава 46.2: Богатый

Возрождение и Искупление Глава 47.1: Гаокао

Возрождение и Искупление Глава 47.2: Гаокао

Возрождение и Искупление Глава 48.1: Выезд

Возрождение и Искупление Глава 48.2: Выезд

Возрождение и Искупление Глава 49.1: Путешествие

Возрождение и Искупление Глава 49.2: Путешествие

Возрождение и Искупление Глава 50.1: Любовь

Возрождение и Искупление Глава 50.2: Любовь

Возрождение и Искупление Глава 51.1: Зачисление

Возрождение и Искупление Глава 51.2: Зачисление

Возрождение и Искупление Глава 52.1: Работа

Возрождение и Искупление Глава 52.2: Работа

Возрождение и Искупление Глава 53.1: Начало занятий

Возрождение и Искупление Глава 53.2: Начало занятий

Возрождение и Искупление Промокод к НГ