- Спираль смерти [BL] Глава 01. Матрёшка (1)

- Спираль смерти [BL] Глава 02. Матрёшка (2)

- Спираль смерти [BL] Глава 03. Матрёшка (3)

- Спираль смерти [BL] Глава 04. Матрёшка (4)

- Спираль смерти [BL] Глава 05. Матрёшка (5)

- Спираль смерти [BL] Глава 06. Матрёшка (6)

- Спираль смерти [BL] Глава 07. Матрёшка (7)

- Спираль смерти [BL] Глава 08. Матрёшка (8)

- Спираль смерти [BL] Глава 09. Матрёшка (9)

- Спираль смерти [BL] Глава 10. Матрёшка (10)

- Спираль смерти [BL] Глава 11. Матрёшка (11)

- Спираль смерти [BL] Глава 12. Матрёшка (12)

- Спираль смерти [BL] Глава 13. Матрёшка (13)

- Спираль смерти [BL] Глава 14. Матрёшка (14)

- Спираль смерти [BL] Глава 15. Матрёшка (15)

- Спираль смерти [BL] Глава 16. Матрёшка (16)

- Спираль смерти [BL] Глава 17. Матрёшка (17)

- Спираль смерти [BL] Глава 18. Матрёшка (18)

- Спираль смерти [BL] Глава 19. Матрёшка (19)

- Спираль смерти [BL] Глава 20. Матрёшка (20)

- Спираль смерти [BL] Глава 21. Матрёшка (21)

- Спираль смерти [BL] Глава 22. Матрёшка (22)

- Спираль смерти [BL] Глава 23. Матрёшка (23)

- Спираль смерти [BL] Глава 24. Матрёшка (24)

- Спираль смерти [BL] Глава 25. Матрёшка (25)

- Спираль смерти [BL] Глава 26. Сны и реальность

- Спираль смерти [BL] Глава 27. Дежавю

- Спираль смерти [BL] Глава 28. Сжечь

- Спираль смерти [BL] Глава 29. Пищевод (1)

- Спираль смерти [BL] Глава 30. Пищевод (2)

- Спираль смерти [BL] Глава 31. Пищевод (3)

- Спираль смерти [BL] Глава 32. Пищевод (4)

- Спираль смерти [BL] Глава 33. Пищевод (5)

- Спираль смерти [BL] Глава 34. Пищевод (6)

- Спираль смерти [BL] Глава 35. Пищевод (7)

- Спираль смерти [BL] Глава 36. Пищевод (8)

- Спираль смерти [BL] Глава 37. Пищевод (9)

- Спираль смерти [BL] Глава 38. Пищевод (10)

- Спираль смерти [BL] Глава 39. Пищевод (11)

- Спираль смерти [BL] Глава 40. Пищевод (12)

- Спираль смерти [BL] Глава 41. Пищевод (13)

- Спираль смерти [BL] Глава 42. Пищевод (14)

- Спираль смерти [BL] Глава 43. Пищевод (15)

- Спираль смерти [BL] Глава 44. Пищевод (16)

- Спираль смерти [BL] Глава 45. Пищевод (17)

- Спираль смерти [BL] Глава 46. Глазные яблоки

- Спираль смерти [BL] Глава 47. Арбуз

- Спираль смерти [BL] Глава 48. Прыжки с балконов

- Спираль смерти [BL] Глава 49. Посещение игровой выставки

- Спираль смерти [BL] Глава 50. Брат, я красивый?

- Спираль смерти [BL] Глава 51. Бабочки в животе (1)

- Спираль смерти [BL] Глава 52. Бабочки в животе (2)

- Спираль смерти [BL] Глава 53. Бабочки в животе (3)

- Спираль смерти [BL] Глава 54. Бабочки в животе (4)

- Спираль смерти [BL] Глава 55. Бабочки в животе (5)

- Спираль смерти [BL] Глава 56. Бабочки в животе (6)

- Спираль смерти [BL] Глава 57. Бабочки в животе (7)

- Спираль смерти [BL] Глава 58. Бабочки в животе (8)

- Спираль смерти [BL] Глава 59. Бабочки в животе (9)

- Спираль смерти [BL] Глава 60. Бабочки в животе (10)

- Спираль смерти [BL] Глава 61. Бабочки в животе (11)

- Спираль смерти [BL] Глава 62. Следы поцелуев

- Спираль смерти [BL] Глава 63. Детский дом

- Спираль смерти [BL] Глава 64. Старая любовь закончилась

- Спираль смерти [BL] Глава 65. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (1)

- Спираль смерти [BL] Глава 66. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (2)

- Спираль смерти [BL] Глава 67. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (3)

- Спираль смерти [BL] Глава 68. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (4)

- Спираль смерти [BL] Глава 69. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (5)

- Спираль смерти [BL] Глава 70. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (6)

- Спираль смерти [BL] Глава 71. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (7)

- Спираль смерти [BL] Глава 72. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (8)

- Спираль смерти [BL] Глава 73. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (9)

- Спираль смерти [BL] Глава 74. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (10)

- Спираль смерти [BL] Глава 75. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (11)

- Спираль смерти [BL] Глава 76. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (12)

- Спираль смерти [BL] Глава 77. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (13)

- Спираль смерти [BL] Глава 78. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (14)

- Спираль смерти [BL] Глава 79. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (15)

- Спираль смерти [BL] Глава 80. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (16)

- Спираль смерти [BL] Глава 81. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (17)

- Спираль смерти [BL] Глава 82. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (18)

- Спираль смерти [BL] Глава 83. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (19)

Спираль смерти [BL] Глава 01. Матрёшка (1)

Глава 01. Матрёшка (1)

Пятница, десять часов вечера.

Сюй Жэньдун, написавший отчёт, закончил сверхурочную работу и только что покинул здание компании. Летней ночью звёзды висели низко, а в воздухе витал освежающий аромат растений. Сюй Жэньдун сделал большой жадный вдох, затем медленно выдохнул, пытаясь избавиться от дурноты в груди.

«Ха… Я немного устал».

Парковка находилась через дорогу и светофор всё ещё горел красным. Он потёр глаза и терпеливо встал перед пешеходным переходом. Вскоре светофор сменил свет на зелёный. Он сделал шаг вперёд, и в этот момент окружающий мир вдруг задрожал, как капля воды, упавшая в спокойное озеро, а затем его поле зрения в одно мгновение расплылось. Он инстинктивно протёр глаза, одновременно услышав резкий звук тормозов и крики, раздавшиеся вокруг него.

– Осторожно!

– Быстрее, отойдите!

«В меня вот-вот врежется машина?!»

Ощущение опасности, подобно удару кнута, мгновенно вызвало скачок адреналина. Сюй Жэньдун широко раскрыл глаза и инстинктивно отступил на два шага, затем посмотрел в сторону источника звука тормозов. Как только он сделал это, его чувство страха сменилось шоком. По его коже мгновенно побежали мурашки.

«Лифт?»

Да, это был лифт прямоугольной формы, который на большой скорости сорвался вниз, а затем резко остановился, коснувшись земли.

Вокруг лифта было пусто, его металлические бока излучали холодное серебристое сияние. Двери лифта оставались закрыты, а сбоку находилась металлическая кнопка. Он выглядел как обычный, повсеместно используемый лифт.

А вот, переходя дорогу, быть почти расплющенным лифтом - совсем не обычно.

Лицо Сюй Жэньдуна изменилось, потому что он понял, что странности на этом не заканчивались!

Только что две девушки кричали ему, чтобы он был осторожен. Они всё ещё стояли на месте, их выражения показывали панику и беспокойство, рты широко раскрылись. Их руки были направлены в сторону лифта. Однако их лица казались застывшими; они оставались неподвижными и источали странную мёртвую атмосферу.

Позади них сгорбленный старик шёл со своей собакой. Его левая нога поднялась, но он всё ещё не опустил её. В супермаркете через дорогу продавец только что забрал деньги у покупателя, несколько монет проскользнули между пальцами и неподвижно застыли в воздухе.

Как будто кто-то нажал кнопку «паузы» – всё вокруг застыло во времени. Весь мир погрузился в тишину. У Сюй Жэньдуна на мгновение возникла ужасающая иллюзия, что он вдруг попал в музей восковых фигур, и что люди перед ним вовсе не живые создания из плоти и крови, а холодные восковые фигуры.

В этом неожиданно странном мире сердцебиение и дыхание Сюй Жэньдуна резко участились. Он заставил себя успокоиться и настороженно огляделся вокруг. В то же время в его голове промелькнул вопрос.

«Почему я всё ещё могу двигаться?»

Он пошевелил пальцами и не почувствовал ничего необычного. Он сделал ещё два шага, но неожиданно натолкнулся на что-то невидимое. Его нога, издав глухой звук, ударилась о что-то, чего он не мог увидеть.

Сюй Жэньдун снова нахмурился и неуверенно потянулся вперёд. Он коснулся чего-то твёрдого и похожего на стену. Но на самом деле перед ним ничего не было.

Он пошарил по воздушной стене и через две минуты понял, что окружён ею.

Точнее, оказался заперт тремя воздушными стенами и дверью лифта.

Странное чувство, холодное и жуткое, поползло по его спине как змея.

К счастью, Сюй Жэньдун обладал спокойным и уверенным характером. Хотя ему было страшно, он не запаниковал. Он с силой ударил по воздушной стене, но лишь услышал глухой звук. Воздушная стена казалась неподвижной. После чего он направился к лифту, появившемуся из воздуха.

Время снаружи воздушной стены оставалось неподвижным, а впереди был только лифт. Ему предоставили только один выход.

Сюй Жэньдун без колебаний нажал на кнопку лифта.

*Дзинь* – двери лифта сразу же открылись.

Внутреннее пространство лифта имело такую же текстуру, как и серебристо-серый металлический корпус. В размытой поверхности смутно отражались широкие плечи и узкая талия Сюй Жэньдуна. Он вошёл внутрь и почувствовал приступ клаустрофобии в маленьком пространстве.

В этой ситуации, даже если бы он разодрал себе горло, никто бы не пришёл его спасти. Он мог полагаться только на себя.

После того как он вошёл, двери лифта быстро закрылись и раздался тихий звук мотора.

Это было необъяснимо, потому что снаружи лифт представлял собой голую металлическую коробку без проводов и тросов – так как же он мог двигаться?

И куда он его привезёт?

Вокруг четыре прямоугольные стены, на металлической поверхности которых смутно отражалась его фигура. Сюй Жэньдун почувствовал, как в груди у него всё сжалось. Он ослабил галстук, затем одну за другой расстегнул пуговицы пиджака.

Сняв пиджак, по привычке поправил воротник. Пуговицы его рубашки были тщательно застёгнуты до самого верха.

Он аккуратно сложил тёмно-синий пиджак и взял его в руки. Однако вскоре снова надел его.

Потому что стало холодно.

Температура в лифте стремительно падала, явно уже не соответствуя температуре начала лета. В то же время в воздухе возникла какая-то надпись: «Матрёшка».

«Это… русский?»

Сюй Жэньдун протянул руку, чтобы потрогать слово, и обнаружил, что оно выглядит как проекция и не является чем-то ощутимым.

*Дзинь!* – что-то снова зазвенело. Он почувствовал, как лифт остановился, а затем двери медленно открылись.

Перед ним простиралась бесконечная белизна. В лифт ворвался холодный ветер. Сюй Жэньдун плотнее запахнул пиджак и глубоко вдохнул. В воздухе витал бодрящий запах льда и снега.

Вместо того чтобы поспешно выйти, он спокойно посмотрел на картину за пределами кабины лифта.

Кругом был лес, тяжёлый снег сгибал ветви и время от времени срывался с веток, с шумом падая вниз. Земля тоже была покрыта толстым слоем снега, неподалёку от лифта тянулся след, уходящий вглубь леса.

С неба опускались похожие на гусиный пух снежинки, но следы были глубокими и чёткими. Казалось, что тот, кто оставил их, прошёл здесь совсем недавно.

Сюй Жэньдун достал мобильный телефон. Сигнала не было. На экране отображалось время, застывшее на отметке «22:10, пятница». Было десять часов, но сейчас, за пределами лифта, не царил хмурый вечер. Над лесом всё ещё можно было увидеть заходящее солнце.

«Это ведь не Россия, верно?»

Даже для России разница во времени была не совсем подходящей.

В любом случае, он не мог продолжать просто стоять и ждать.

Сюй Жэньдун вышел из лифта. Как только он покинул кабину, то почувствовал позади себя пустоту. Оглянувшись, он увидел, что лифта больше нет. Так же неожиданно, как появился из воздуха, тот вдруг снова исчез.

На снегу не осталось и следа от него, только отпечатки ступней Сюй Жэньдуна. На этот раз мужчина не слишком удивился, а наоборот, почувствовал, что всё произошло так, как он и ожидал.

Было морозно, снежно и очень холодно. Сюй Жэньдун был одет только в летний костюм и попросту не мог противостоять холоду. Но он не обнял себя и не съёжился, по-прежнему сохранял спокойное выражение лица и уверенность в себе, даже на холодном ветру он не хотел показывать слабость.

Его губы имели идеальную толщину. Если бы он улыбнулся, то выглядел бы вполне симпатично, но в данный момент его губы истончились из-за холода и слегка приподнялись, демонстрируя сдержанное выражение лица.

Он перестал терять время и быстро пошёл в направлении следов.

Как раз, когда он наклонился, чтобы осмотреть их, то вдруг услышал крик из глубины леса:

– А-а-а-а! Я был не прав, не прав! Вот, забери её обратно! Я не должен был её брать, не преследуй меня больше, а-а-а-а!!

Крик был резким и протяжным, объём лёгких кричавшего был просто потрясающим. Слушая его, можно было ощутить жизненную силу молодого человека. Содержание было очень запутанным, но Сюй Жэньдун сразу же понял одно: этот человек в опасности!

А источник крика, как оказалось, находился в направлении следов.

Сюй Жэньдун немедленно, со всей силой своих ног, бросился бежать туда. Снег был настолько глубоким, что на каждом шагу он проваливался в мягкие сугробы. Сюй Жэньдун бежал по следам с максимально возможной скоростью, одновременно пытаясь сообразить, с чем мог столкнуться тот молодой человек.

Медведь? Похититель? Или что-то более сверхъестественное? В любом случае, он должен поторопиться и спасти его!

Следы становились всё более чёткими.

Сюй Жэньдун почувствовал, как его собственное сердце быстро колотится. Холодный воздух врывался в лёгкие и морозил горло.

Вскоре он остановился из-за нехватки сил и, задыхаясь, прислонился к большому дереву. В то же время, когда его дыхание замедлилось, он услышал странный звук.

*Пум. Пум. Пум* – звук был медленным и тяжёлым, словно что-то твёрдое ударялось о мягкое.

Шум раздавался совсем рядом.

Сюй Жэньдун вздохнул. Он положил руку на грудь, где бешено билось сердце, и осторожно направился к источнику звука.

Небо потемнело, снег отражал слабый свет, но тёмные деревья накладывались друг на друга, и он не мог далеко видеть. Сюй Жэньдун прищурился, медленно приближаясь. Он обнаружил, что источник звука находился на небольшой поляне в лесу.

В центре поляны находился каменный монумент. Перед камнем на коленях, спиной к нему, стояла высокая фигура. Она что-то держала в руке и снова и снова ударяла об землю, издавая неприятный звук.

Пытаясь продвинуться вперёд, Сюй Жэньдун неожиданно споткнулся и рухнул на снег. Его падение было достаточно громким, чтобы фигура немедленно прекратила свои действия и встала.

Тогда он увидел всё отчётливо. Оказалось, что это был высокий, грузный и устрашающий на вид мужчина. Несмотря на сильный холод, на нём была только жилетка. По бокам виднелись две сильные, похожие на глыбы руки, покрытые выпуклыми мышцами. На его голову был накинут мешок серого цвета, в котором были проделаны два отверстия, открывающие пару налитых кровью глаз. Грузный мужчина ростом около двух метров держал в руке огромную кувалду. С неё капала кровь. Ярко-красная жидкость падала на снег и образовывала оплавленную от температуры дыру красного цвета, что выглядело особенно поразительно.

Это было настолько жуткое зрелище, что в голове Сюй Жэньдуна сразу же всплыло слово «Мясник».

Сюй Жэньдун быстро взглянул на землю и увидел то, по чему до этого стучал Мясник.

Это оказалось тело!

Человек в сером одиноко лежал на открытом снегу. Вся его верхняя часть была пропитана кровью. То место над шеей, где должен находиться череп, пустовало. Остался только бесформенный кусок плоти и крови, вперемешку с мозгами и осколками костей. Большая площадь снега под телом окрасилась в красный цвет и стала похожа на гигантскую красную розу. Издалека в этом виделась какая-то извращённая красота.

Воздух наполнился сильным запахом крови. Сюй Жэньдун боролся с рвотными позывами, в его сознании звучало только одно!

«Нужно бежать!»

Он быстро поднялся со снега и услышал, как Мясник издаёт своим горлом звук:

–Тц, тц, тц.

Затем Мясник направился к нему!

Сердцебиение Сюй Жэньдуна резко ускорилось. Он инстинктивно развернулся и побежал. Страх превратился в жгучий холод, который струился по спине. Чтобы снизить сопротивление, он на каждом шагу старался наступать на свои прежние следы. Тем не менее Мясник позади продолжал следовать за ним, его тяжёлое тело впечатывалось в снег.

Он был всё ближе и ближе!

Он собирался догнать его!

Сердце едва не разрывалось в груди, Сюй Жэньдун бежал как можно быстрее, стараясь не оборачиваться.

В своём стремлении убежать он быстро потерял направление, и когда уже не мог найти свои собственные следы, его ноги начали погружаться в снег, замедляя темп всё больше и больше!

– Тц, тц, тц… – издаваемый голосовыми связками звук прозвучал прямо позади Сюй Жэньдуна!

«Не оглядывайся! Беги! Беги!»

Адреналин переполнял его, и клетки тела стремились выжать всю энергию. Сюй Жэньдун не хотел терять даже последнего проблеска надежды и, задыхаясь, отчаянно бежал.

Вдруг он почувствовал в затылке резкую боль!

Мощный удар сзади сбил его с ног - и он упал головой в снег!

«Вставай! Быстро! Вставай!»

Перед ним возникла чернота, а в ушах раздался громкий стук. Сюй Жэньдун попытался встать, но почувствовал что-то позади себя. Сразу же после этого его вновь сильно ударили по затылку.

– Ух!

На этот раз он уже не мог подняться.

«…Кровь».

Горячая колючая жидкость потекла по ушам и щекам, окрасив снег вокруг него.

После череды ударов его перевернули лицом вверх. Мощный Мясник тяжело сел на его живот, почти выдавив кишки.

– Угх… – Горло Сюй Жэньдуна перехватило, и он слабо попытался оттолкнуть Мясника.

Мясник проигнорировал бесполезное сопротивление и уставился на него кроваво-красными глазами. Затем медленно поднял кувалду.

*Бах!* – кувалда ударила по переносице!

Сюй Жэньдун отчётливо услышал звук ломающихся костей. Зрение мужчины исказилось, так как кости вокруг глаз, вероятно, также были сломаны, а его глаза оказались повёрнуты в странном положении.

– А-а-а!

Ему было так больно, что он практически потерял сознание. Руки отчаянно шарили по земле, но хватали лишь горсти мягкого снега.

Остатки зрения уловили намёк на движение – и кувалда обрушилась снова! На этот раз она ударила его по левой щеке, и левый глаз был мгновенно размозжён. Когда кувалда отлетела от его лица, то потянула за собой ярко-красную липкую массу.

«Больно!»

Его сердце чуть не разорвалось в груди. Он прикусил губы, его рот был полон крови. Казалось, в горле что-то хочет вырваться наружу. Он хотел позвать на помощь, но лишь выдавил булькающий звук.

– Э-э-э…

Стоны, казалось, возбуждали Мясника. Липкие большие руки трогали его окровавленное лицо, мяли распухшие, разбитые губы и даже проникли в его рот, сжали язык и сильно потянули его.

Его язык вот-вот будет вырван…

Сюй Жэньдун в отчаянии дёрнул рукой и попытался оттолкнуть его.

Мясник несколько раз потянул за язык, но не смог его вырвать, и ему пришлось сдаться.

Тогда он снова поднял кувалду!

*Бах!* – на этот раз звук удара стал тупым, вероятно, потому что все кости оказались раздроблены. Его череп больше не мог защитить хрупкий мозг.

Он ясно почувствовал, как кровь, сознание и жизнь мало-помалу уходят из него. Боль постепенно утихала, но, как ни странно, он всё ещё мог что-то видеть правым глазом.

Он увидел большую окровавленную руку, которая копалась в левой части его лба, а затем эта рука что-то достала, повертела в руке и раздавила.

Нечто бесформенное упало ему на лицо, тёплое и мягкое.

Через мгновение он вдруг понял, что это было.

Это был его мозг.

Спираль смерти [BL] Глава 02. Матрёшка (2)

Глава 02. Матрёшка (2)

Словно упав с большой высоты, его тело внезапно затряслось. Сюй Жэньдун открыл глаза и потрясённо уставился на серебристо-серый металл.

«…Лифт?»

Он вздрогнул и обнаружил, что снова находится в лифте. Этот лифт ничем не отличался от того, который привёз его в то место, но разве тот лифт не исчез?

«…Нет, что ещё важнее, разве я не умер?»

Он потрогал всё ещё болевшее лицо, но крови не обнаружил. Кости переносицы, которые должны были быть раздроблены, тоже находились на месте, как будто страшный удар, нанесённый незадолго до этого, был лишь ночным кошмаром.

«Что происходит?»

Ощущения от удара кувалдой были настолько ужасающими, что ему было трудно успокоиться и спокойно обдумать сложившуюся ситуацию.

Сюй Жэньдун глубоко вздохнул, ощущая противоречивые чувства. Он медленно поднялся с пола и вдруг услышал *дзинь*. Двери лифта открылись - и за ними показались знакомые белый снег и бескрайний лес. Снова налетел пронизывающий холод – и он инстинктивно попытался плотнее закутаться в пиджак, но обнаружил, что пиджака на нём нет, а вместо этого он держит его в руках.

В его сердце вдруг зародилась очень плохая догадка.

Холодный ветер пронизывал насквозь - и тело быстро теряло тепло. Он надел пиджак, но его тело всё ещё слегка дрожало. В мозгу жило чувство страха от воспоминаний о том, как его череп разлетелся на куски. Сейчас он не решался выйти из лифта.

Можно ли закрыть дверь лифта? Может ли он поехать куда-нибудь ещё?

Сюй Жэньдун изнутри ощупал стены, пытаясь найти кнопку или скрытый механизм. Но не успел он ничего найти, как вдалеке раздался знакомый голос:

– А-а-а-а! Я был не прав, не прав! Вот, забери её обратно! Я не должен был её брать, не преследуй меня больше, а-а-а-а!!

Выражение лица Сюй Жэньдуна изменилось, и он повернулся, чтобы посмотреть на лес. Небо было тёмным, но на снегу всё ещё был виден ряд следов, которые криво тянулись вглубь леса. В отличие от предыдущего раза, к этому моменту следы были припорошены падающим снегом и стали немного неясными.

Этот крик снова напомнил Сюй Жэньдуну об ужасном моменте, когда ему проломили голову тяжёлой кувалдой. Он стиснул зубы и снова зашарил по лифту, но по-прежнему ничего не мог найти.

Он не мог продолжать в том же духе! Если он останется здесь, то замёрзнет насмерть!

Сюй Жэньдун сделал несколько глубоких вдохов и с силой вытеснил из головы ужас от удара кувалдой. Он заставил себя повернуть голову и выйти из лифта.

Всё ещё шёл сильный снегопад, и первоначально глубокие следы постепенно заметались. Скоро от них ничего не останется.

«Этот человек…»

Сюй Жэньдун подавил странное, неприятное чувство в своём сердце и, намеренно избегая следов, выбрал другой путь.

Его тонкий пиджак был совершенно не в состоянии противостоять холоду, и тепло тела понемногу терялось. Чем темнее становилось небо, тем сильнее шёл снег. Сюй Жэньдун внимательно следил за движением вокруг, продвигаясь вперёд.

Было холодно.

Его конечности онемели, и он едва чувствовал свои руки и ноги.

Деревья в темноте были полны теней, и что самое странное – повсюду царила мёртвая тишина. Кроме шелеста ветра, не было слышно никаких других звуков. В лесу не было никаких знаков, которые могли бы указать ему направление. Сюй Жэньдун был вынужден признать, что заблудился.

Если так пойдёт и дальше… он замёрзнет до смерти.

Было холодно. Его внутренние органы взбунтовались, а открытая кожа болела так, будто её резали ножами. Он вдруг начал скучать по душной парковке своей компании.

«Если бы я знал, что так получится, может быть, мне стоило пойти спасать того человека… Так холодно…»

Он не знал, сколько прошло времени, но, в конце концов, Сюй Жэньдун не выдержал. Его окоченевшая нога зацепилась за что-то - и он всем телом упал на землю. Лицо мужчины погрузилось в густой снег, неожиданно ощутив тепло.

«А?»

Сюй Жэньдун в замешательстве поднял горсть снега и протёр им лицо. Действительно, тепло. Ему вдруг показалось, что он вернулся на стоянку компании, где было очень жарко из-за плохой вентиляции и он обильно потел, когда заходил туда, чтобы забрать свою машину.

«Так жарко…»

Его сознание затуманилось, и Сюй Жэньдун начал срывать с себя одежду [1]. Пиджак, галстук и рубашка были сорваны им, обнажив белую кожу. Несколько снежинок упали на живот и постепенно превратились в воду, скатываясь вниз по красивой линии талии.

– Ха… – Сюй Жэньдун сузил глаза и издал довольный выдох.

Через некоторое время снег, падающий на него, больше не таял.

Изящное скульптурное тело стало твёрдым и неподвижным.

***

«..!»

Кровеносные сосуды по всему его телу были горячими и болезненными, словно их обжигал огонь.

Казалось, что его тело искусали десять тысяч муравьёв, оно кололо и немело. Сюй Жэньдун открыл глаза и с удивлением увидел знакомую картину.

Лифт.

Он взглянул вниз, пиджак от костюма всё ещё висел у него на руке. Его тело было таким горячим, как будто он только что участвовал в снежной битве, а кожа немного покраснела.

Неужели он был прав?

После его смерти мир перезагрузился! Время вернулось к этому моменту!

Сюй Жэньдун сразу же достал мобильный телефон. Конечно, время на экране было «22:10, пятница». В это же время дверь лифта с лёгким звоном открылась. В лифт ворвался пронизывающий ветер, за дверью были знакомые лес и снег.

Хотя он всё ещё не понимал, что происходит, раз уж так вышло…

Он должен поторопиться и спасти того парня! Сейчас у него ещё достаточно времени!

Сюй Жэньдун надел пиджак и быстро выбежал из лифта.

На этот раз он не стал терять время в лифте и разогнался, идя по следам на снегу. Когда он прибежал на небольшую поляну, человек в серой одежде всё ещё стоял на ногах и был невредим.

Сюй Жэньдун увидел, что посреди поляны стоит большая каменная стела. На ней лежала маленькая деревянная кукла. Кукла была раскрашена разноцветными красками, цвет был ярким, а тело – округлым как яйцо. На лице куклы была изображена преувеличенная улыбка, а уголки её ярко-красного рта растянулись до ушей, отчего она выглядела очень пугающе.

Такой странный предмет появился в таком странном месте, а этот человек осмелился потянуться к нему. Сюй Жэньдун немедленно крикнул:

– Не двигайся!

Человек в сером испугался неожиданного крика, но его палец уже коснулся куклы. В то же время лицо Сюй Жэньдуна изменилось, и его натянутые нервы уловили приближающийся чёрный туман.

– Бежим!

Сюй Жэньдун увидел, что чёрный туман превращается в фигуру. Он схватил мужчину за руку и потянул его за собой.

– Эй, ты…

Человек в серой одежде был шокирован, выражение его лица внезапно изменилось, но прежде чем он успел задать вопросы, в его сузившихся зрачках отразилась огромная фигура Мясника, державшего в руках гигантскую кувалду.

Когда Сюй Жэньдун подумал о гигантской кувалде, то почувствовал слабую боль в переносице и холод в сердце.

– Что за чёрт!

Мужчина среагировал очень быстро и бросился бежать на своих длинных ногах, мчась вперёд как кролик. В итоге Сюй Жэньдун оказался тем, кого тащили за собой. Чуть не упав, он отпустил руку, и двое мужчин бросились наутёк.

Позади них раздались тяжёлые шаги Мясника. Когда Сюй Жэньдун услышал этот звук, всё его тело онемело, а мозг задрожал. Он немного запаниковал и чуть не врезался в дерево.

– Сюда! – Мужчина потянул его в сторону и помог избежать удара. – Беги по этой дороге!

Телосложение человека в сером не казалось крепким, но на самом деле он оказался очень сильным. Сюй Жэньдун был почти насильно отброшен им в сторону, и только тогда заметил, что по снегу тянется слабая тропинка. Они вдвоём отчаянно побежали по ней. Через некоторое время звук шагов позади них постепенно стал тише. Мужчина оглянулся назад, и скорость его бега замедлилась.

«Он больше не может бежать?»

Сюй Жэньдун тоже был немного слаб, но всё же протянул руку к другому человеку, пытаясь потянуть его за собой. Неожиданно мужчина полностью остановился, оглянулся на лес, почесал голову и сказал:

– Кажется, он больше не гонится за нами.

Сюй Жэньдун опешил и повернул голову. Вдалеке всё ещё виднелась высокая фигура, но вместо того, чтобы преследовать их, она пошла в обратном направлении.

Сюй Жэньдун тяжело вздохнул, чувствуя, что его силы постепенно восстанавливаются. Однако на лице мужчины в сером не было и следа усталости. Он посмотрел на спину Мясника и задумчиво произнёс:

– Мы вышли из зоны его защиты?

Сюй Жэньдун ничего не понял.

– Что?

– Диапазон его защиты…

Он заметил растерянный взгляд Сюй Жэньдуна и пояснил:

– Это значит, что мы вышли за пределы его территории, поэтому он больше не будет нас преследовать… Это моё предположение.

– Диапазон защиты? То есть, он что-то охраняет?

– Скорее всего, вот это.

Мужчина поднял руку. Ухмыляясь, он держал деревянную куклу.

Сюй Жэньдун не ожидал, что, несмотря на столь тяжёлую ситуацию, тот не забыл захватить деревянную куклу. Он не мог не удивиться.

– Зачем тебе это?

Человек в сером совершенно спокойно ответил:

– Конечно, нужно брать вещи, которые встречаются на пути. Вдруг это ключевой предмет?

Сюй Жэньдун был в недоумении:

– Ключевой предмет?

Глаза человека в сером оживлённо заблестели.

– Точно-точно, посмотри на эту сцену, на этого босса, на что он похож? Разве это не похоже на многопользовательский инстанс?

Сюй Жэньдун был в полном замешательстве:

– Что такое «многопользовательский инстанс»?

– Или это может быть… реалити-шоу? Комната побега или что-то в этом роде? – Мужчина с энтузиазмом огляделся вокруг. – Может быть, где-то спрятана камера! Возможно, Мясник был переодетым сотрудником, ух ты, эти мускулы, эта форма тела, эта кувалда… Это очень интересно!

Сюй Жэньдун посмотрел на него и подумал: «Да, это очень интересно. Настолько захватывающе, что мы оба умерли два раза подряд».

Но он не сказал этого вслух. Он посмотрел на мужчину, и понял, что тот, похоже, не помнит своей предыдущей смерти. Похоже, что этот человек также был «перезагружен». В таком случае, говорить что-либо ещё совершенно бесполезно.

Сюй Жэньдун сказал:

– Я не уверен, что здесь безопасно. Поговорим на ходу.

– Хорошо. – Человек в сером кивнул. Он последовал за Сюй Жэньдуном и продолжил идти по тропинке. – Спасибо, что спас меня сейчас.

– Как тебя зовут? – спросил Сюй Жэньдун.

– Лянь Цяо. Это не то же самое, что термин «Цяо» в китайской медицине. Это «Цяо» от «Сяо Цяо». А тебя?

– Сюй Жэньдун.

Лянь Цяо слегка удивился.

– Это «Жэньдун» из жимолости [2]?

«Какая жимолость?»

Сюй Жэньдун не понимал, о чём идёт речь.

– Это «Жэньдун» из «Пережить зиму», – объяснил он.

– О. – Лянь Цяо выглядел немного разочарованным.

Сюй Жэньдун почувствовал, что этот человек кажется ему немного глуповатым и прямолинейным. Взглянув на него, он вдруг обнаружил, что парень выглядит очень хорошо, его внешность вызывала симпатию. Ему было около двадцати, и у него были большие глаза. Когда он улыбался, они превращались в два полумесяца. Черты лица были мягкими, и у него было немного детское лицо. При улыбке от него исходило тёплое и невинное чувство, которое было очень заразительным и вызывало у людей желание улыбнуться в ответ.

Жаль, что такое очаровательное лицо было разбито кувалдой.

Сюй Жэньдун вдруг почувствовал, что его мысли немного странные, и сменил тему:

– Ты знаешь, где мы?

– Понятия не имею.

– Как ты сюда попал?

– Ну, я занимался вечерней пробежкой и случайно упал в канаву. По крайней мере, мне показалось, что я упал в канаву, но когда я встал, то обнаружил, что нахожусь в лифте. Дверь лифта открылась, и я оказался здесь… Так я что, перенёсся? – спросил он у Сюй Жэньдуна. Он посмотрел на него и заметил, что тонкий костюм Сюй Жэньдуна не соответствовал погоде. – А что насчёт тебя? Ты такой же, как и я?

Сюй Жэньдун кивнул.

– Почти.

«Только я умер в два раза больше, чем ты».

Они замолчали и некоторое время шли в тишине, слыша только шорох снега. Небо быстро потемнело, и они достали свои мобильные телефоны, чтобы осветить окрестности. Конечно, их телефоны по-прежнему не принимали сигнал, поэтому они не могли попросить помощи у внешнего мира или определить своё местонахождение по GPS и могли только смотреть на время.

Было уже половина одиннадцатого вечера. Подняв голову, Сюй Жэньдун увидел, что ночь была густой и чёрной как чернила. Обильный снегопад всё ещё продолжал падать на их лица.

Лянь Цяо вдруг воскликнул:

– Смотри! Вон там дом!

Сюй Жэньдун посмотрел в том направлении, куда тот указывал – и, конечно же, в лесу оказалась трёхэтажная деревянная хижина.

Лянь Цяо посмотрел на хижину и добавил:

– Труба наверху дымит, а в окнах светло… так что, возможно, там горит камин. Снег на крыше такой толстый. Это похоже на сказку и кажется немного уютным, не так ли? Ах, ты это видел? В окне промелькнула фигура! В этом доме есть люди! Только я не знаю, кто это – друг или враг.

Сюй Жэньдун собирался заговорить, но Лянь Цяо осмотрелся и продолжил:

– Похоже, здесь нет других домов. Сейчас слишком холодно, поэтому мы должны найти место, где можно согреться, иначе мы замёрзнем до смерти. Давай просто пойдём и посмотрим.

Он наконец-то закончил говорить. Почему этот человек был таким многословным?

Сюй Жэньдун задумался, ему больше нечего было добавить, поэтому он только сказал:

– Да.

______________________

[1] Авторское примечание объясняет, что это физиологическая реакция на мороз, когда дезориентированный мозг на самом деле неправильно интерпретирует его как тепло, вызывая явление, известное как «парадоксальное раздевание», когда жертва пытается снять с себя одежду, так как думает, что горит.

[2] 忍冬 [rěndōng] – жимолость японская (лат. Lonicera japonica).

Имя Жэньдун на самом деле означает «Пережить зиму». Жимолость, которая растёт зимой, также имеет альтернативное название «Цветок Жэньдун», то есть «выносливый зимний цветок».

Спираль смерти [BL] Глава 03. Матрёшка (3)

Глава 03. Матрёшка (3)

Они подошли к дому и постучались. Вскоре дверь открыл худой мужчина средних лет. Его щёки были глубоко впалыми, а лицо – желтоватым и худым. Мужчина посмотрел им за спину и спросил:

– Есть ли с вами ещё кто-нибудь?

Похоже, это была хижина, в которой зимой живут охотники. Дом был украшен мехом какого-то животного. Огонь в камине издавал потрескивающие звуки.

Внутри дома толпилось более десятка человек, как мужчин, так и женщин. В это время все они подняли головы и посмотрели на Сюй Жэньдуна и Лянь Цяо. Сюй Жэньдун ответил:

– Нет, только мы вдвоём. Извините за вторжение…

Из-за чрезмерного нервного напряжения его наблюдательность стала чрезвычайно острой. Он заметил, что две девушки внезапно изменились в лице, увидев его, и тут же опустили головы, не решаясь взглянуть на него. Другой молодой человек, увидев реакцию девушек, сделал очень странное выражение.

Почему все эти люди выглядят такими подозрительными?

Мужчина добродушно улыбнулся.

– Проходите внутрь.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо посмотрели друг на друга и вошли в тёплое помещение.

Около дюжины человек сидели вокруг обеденного стола, не произнося ни слова. Мужчина, который только что открыл дверь, поприветствовал их и произнёс:

– Здравствуйте, меня зовут Юань Сюэмин. Вы можете сесть здесь.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо также назвали свои имена. Юань Сюэмин кивнул в знак приветствия, но остальные ничего не ответили. На их лицах застыли сложные выражения. Атмосфера в этой комнате была очень странной. Сюй Жэньдун уже собирался заговорить, когда Юань Сюэмин спросил:

– Вы впервые едете в лифте?

Они тоже?

Неужели все эти люди прошли через этот странный лифт? И что значит «впервые»?

Сюй Жэньдун не знал, считался ли его случай «первым» или «третьим», поэтому он молчал. Лянь Цяо кивнул, на его лице появилось вопросительное выражение.

Остальные люди тоже кивнули. Юань Сюэмин продолжил:

– Итак, похоже, что все здесь новички, а я - старый игрок. Должно быть, мы уже все собрались, так что позвольте мне объяснить, что происходит. Вы, наверное, уже поняли, что это не наш мир, и хотите уйти. Но прежде, чем мы сможем это сделать, нам нужно найти лифт и кнопку.

– Но лифт исчез, – возразил кто-то.

– Это входной лифт. Где-то здесь будет и выходной лифт, но у него нет кнопки. Нам нужно найти кнопку и установить её на лифте, и только тогда мы сможем выбраться.

Как только все услышали слово «выбраться», настроение у всех, казалось, наконец-то улучшилось. Кто-то крикнул:

– Тогда давайте найдём её прямо сейчас! Я не хочу больше ни минуты оставаться в этом призрачном мире!

В то же время одна женщина с подозрением воскликнула:

– Разве это не реалити-шоу? – Она огляделась вокруг, вероятно, в поисках скрытых камер. – Предупреждаю вас, меня привезли сюда без моего согласия. Это похищение! Это незаконно!

Один мужчина крикнул ей:

– Ты серьёзно? Разве ты не видела, как лифт исчез на твоих глазах?

Женщина холодно фыркнула.

– Возможно, это фокус с иллюзией или какой-то механизм. Меня только что похитили, и я не знаю всей ситуации. Меня легко обмануть.

Лянь Цяо также подозревал это ранее. В этот момент сердца всех начали колебаться. В конце концов, гораздо проще смириться с обманом и похищением, чем с внезапным путешествием в другой мир. Да и думать об этом было легче.

Юань Сюэмин беспомощно вздохнул.

Как человек, который дважды трагически погиб, Сюй Жэньдун не сомневался в ужасе этого мира, так что прекрасно понимал чувства Юань Сюэмина в этот момент. Поэтому он произнёс:

– Это действительно не реальный мир.

Все одновременно посмотрели на него.

– Потому что я уже…

Не успел он произнести слово «умер», как вдруг почувствовал боль во рту. Его язык словно окаменел, и он не мог им пошевелить. Выражение его лица резко изменилось, он обнаружил, что не только не может издать ни звука, но даже не может открыть рот.

Однако в глазах окружающих он как будто вдруг что-то вспомнил и неожиданно замолчал.

Женщина усмехнулась и спросила:

– В чём дело? Язык проглотил? Продолжай говорить.

Сюй Жэньдун попытался ещё несколько раз, но его рот оставался неподвижным, словно был запечатан. Но кроме того, что он не мог говорить, с его телом больше не произошло ничего необычного. Может быть, его останавливала какая-то таинственная сила?

Что это значит?

Видя, что Сюй Жэньдун хотел что-то сказать, но замешкался, все ещё больше поверили словам женщины. Раздражительный мужчина сильнее расстроился и яростно выкрикнул:

– К чёртовой матери! Не можешь продолжать играть! Я думаю, что ты – внутренний шпион!

Сюй Жэньдун нахмурился. Он не мог защитить себя, но, к счастью, нетерпеливый мужчина не стал продолжать обращать на него внимание. Вместо этого он огляделся вокруг и сердито крикнул:

– А как же другие сотрудники?! Выходите и покажитесь! Что это за собачье шоу! Я собираюсь отдать вас всех под суд!

Внезапно Лянь Цяо, который до этого молчал, издал смешок. Сюй Жэньдун посмотрел на него, и юноша наклонился к его уху. Он подавил улыбку и прошептал:

– Если сотрудники действительно выйдут, боюсь, они разобьют голову этой собаки кувалдой.

Этот образ сразу же возник в голове Сюй Жэньдуна. Вспомнив огромную фигуру Мясника, он сразу почувствовал головную боль.

– О чём вы двое шепчетесь! - Нетерпеливый мужчина вскочил на ноги. Его лицо было тёмным, и он выглядел очень сердитым.

Сюй Жэньдун нахмурился, но как только собрался объяснить, кто-то неожиданно громко постучал в дверь.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо были шокированы и одновременно посмотрели друг на друга.

– Чёрт! – негромко выругался Лянь Цяо. – Не мог же он на самом деле преследовать нас до этого места?!

Сюй Жэньдун покачал головой. В то же время Юань Сюэмин уже подошёл к двери. Сюй Жэньдун не успел остановить его – и тот открыл дверь.

Как только дверь открылась, все были ошеломлены. Ведь за дверью стоял не человек, а кролик.

Серый кролик с пушистым мехом, высотой примерно в половину человеческого роста. Кролик стоял на задних лапах подобно человеку, а ещё на нём был блестящий золотой смокинг. Казалось, что он собрался на вечеринку. Он хитро посмотрел на Юань Сюэмина, а потом обвёл взглядом людей в доме. Затем розовый треугольный рот внезапно зашевелился:

– Вы должны помочь мне!

Этот кролик действительно мог говорить?

Все в доме были шокированы.

Лянь Цяо удивился:

– Чёрт! Неужели кролики могут говорить человеческие слова! Ну, это должно быть просто игровые настройки, игровые настройки.

Сюй Жэньдун взглянул на Лянь Цяо и снова задался вопросом, почему этот молодой человек так много говорит.

В это время Юань Сюэмин проявил явно удивительное спокойствие. Он проигнорировал слова Лянь Цяо и спросил кролика:

– С чем мы должны вам помочь?

Серый кролик дёрнул своим маленьким розовым носиком. Похоже, в нём бурлили сильные эмоции, и он взвыл:

– Праздник приближается, но подарки, которые я приготовил для всех, пропали! Ребята, вы должны помочь мне найти их! Иначе я не смогу отпраздновать!

Лянь Цяо был немного взволнован и прошептал:

– Вот оно что. Я знал, что нас пошлют на задание!

– Когда праздник? – спросил Юань Сюэмин.

– Через семь дней, – ответил кролик.

Юань Сюэмин снова спросил:

– Что за подарки? Сколько их?

Кролик посмотрел на него круглыми глазами и уверенно ответил:

– Подарки – это сюрприз! Поэтому, конечно, я не могу сказать тебе!

Юань Сюэмин выглядел беспомощным.

– Если вы не скажете нам, как мы сможем помочь вам найти их?

В это время Лянь Цяо с предвкушающей улыбкой вдруг достал деревянную куклу и спросил:

– Это оно?

Когда кролик увидел куклу, его глаза засветились. Его пушистые губы вдруг скривились, показав странную улыбку, похожую на улыбку деревянной куклы..

– Значит, ты уже нашёл подарок? Раз уж вы обещали помочь, то должны усердно работать! Нельзя отлынивать! Праздник уже почти наступил! – сказав это, кролик развернулся и присел, он ударил задними лапами и отпрыгнул в сторону.

Все: «……»

Лянь Цяо пожаловался:

– Очевидно, что он может говорить человеческие слова и стоять как человек. Так почему же, в конце концов, ему всё равно приходится прыгать на четвереньках?

Сюй Жэньдун: «……»

Он не удержался и снова посмотрел на Лянь Цяо. Комментарии юноши придавали ситуации атмосферу игры ужасов. Если бы он не погиб уже дважды, то был бы склонен поверить в то, что это и вправду дерьмовая масштабная игра ужасов.

Юань Сюэмин повернулся и обратился ко всем:

– Вы все должны были понять, что нужно делать, верно?

Сомневающаяся женщина всё ещё не хотела признавать факты, открывшиеся перед ней, и усмехнулась.

– Ты хочешь обмануть меня? Этот кролик либо ребёнок в костюме, либо робот! Позвольте мне сказать вам, я…

Юань Сюэмин посмотрел на неё. Выражение его лица было немного сложным.

– Если ты всё ещё не хочешь в это верить, пожалуйста, думай что угодно. Ты можешь делать, что хочешь, или идти туда, куда хочешь. Я не буду тебя останавливать.

Хотя его голос был мягким, в его глазах было что-то ещё. Особый взгляд.

Лянь Цяо прошептал:

– Кажется, что он смотрит на мёртвого человека…

Сюй Жэньдун вдруг понял, почему у Юань Сюэмина такой неприятный взгляд.

Женщина сурово посмотрела на него, повернула голову и пошла наверх. Туфли на высоких каблуках загрохотали по ступеням старой лестницы, нервируя всех.

– Сегодня уже слишком поздно. Давайте выберем себе по комнате и отдохнём, – произнёс Юань Сюэмин.

Раздражительный мужчина был настолько недоволен, что уже практически лез на стену.

– Разве этот кролик не хотел, чтобы мы поторопились и нашли подарки? Это ведь просто деревянные куклы, похожие на эту, верно? Давайте поторопимся найти их все, чтобы мы могли вернуться!

Юань Сюэмин вздохнул.

– Срок – семь дней, так что не стоит торопиться. К тому же, ночью здесь опасно. Я не рекомендую выходить на улицу. – После небольшой паузы он сменил тон и глубокомысленно добавил: – В конце концов, в этом месте обитают призраки.

После этих слов выражения лиц всех присутствующих изменились. Все хотели задать больше вопросов, но Юань Сюэмин не хотел больше ничего говорить. Он просто сказал всем отдыхать, поэтому у них не было выбора, кроме как подняться наверх.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо пришли вместе и, естественно, оказались в одной комнате. Хижина охотников выглядела ветхой, но в ней было довольно чисто. Как только Лянь Цяо вошёл в комнату, то проверил шкафы и обнаружил там зимнюю одежду и толстые одеяла.

Сюй Жэньдун хотел напомнить Лянь Цяо, чтобы тот не трогал вещи лишний раз, но на нём была только тонкая рубашка и пиджак, и к этому времени он уже дрожал. С неохотой он взял одежду, переданную Лянь Цяо, и застелил постель. Вскоре после этого они легли в кровать.

Кровать была очень просторной, более чем достаточной для двух взрослых мужчин. Сюй Жэньдуну было холодно под одеялом, но сонливость не покидала его. Он работал до позднего вечера и пережил столько всего за короткий промежуток времени. Он был измотан физически и умственно, и заснул почти сразу, как только его голова коснулась подушки.

Лянь Цяо лежал рядом с Сюй Жэньдуном и продолжал свой монолог:

– Это должна быть самая маленькая из матрёшек, так как в середине нет шва. Но сколько всего существует матрёшек, неизвестно.

«Матрёшка?»

Сюй Жэньдун ошарашенно огляделся вокруг и обнаружил, что Лянь Цяо держит в руке деревянную куклу, подобранную с каменной плиты. Он не мог не удивиться:

– Это матрёшка?

– Разве нет? Ведь это было написано в лифте? – пробормотал Лянь Цяо.

– О чём ты говоришь?

– Матрёшка, это такая деревянная кукла, – повторил Лянь Цяо.

– Ты говоришь по-русски? – спросил Сюй Жэньдун.

– Нет, но я знаю это слово.

Лянь Цяо, казалось, хотел разобрать деревянную куклу, но не смог. Поиграв с ней некоторое время, он наконец сдался.

Сюй Жэньдун наблюдал за тем, как тот изучает матрёшку, и сонливость снова навалилась на него. Когда он уже собирался заснуть, Лянь Цяо вдруг пожаловался:

– Брат, я не могу заснуть…

Сюй Жэньдун чувствовал сильную усталость, но всё же терпеливо предложил:

– Посчитай овец.

– Овцы бесполезны. Знаешь, почему существует поговорка, что если не можешь заснуть, нужно считать овец? Потому что овца и сон по-английски произносятся одинаково, поэтому иностранцы считают овец, если не могут заснуть… Значит, китайцы должны считать пельмени.

Сюй Жэньдун легко согласился:

– Тогда считай пельмени.

– Это бесполезно. По моим биологическим часам я ещё не достиг нужного времени. В данный момент я всё ещё должен бегать.

– Ты бегаешь посреди ночи?

– Да. Каждый день до одиннадцати часов вечера я провожу прямую трансляцию, после чего иду на пробежку. Потом возвращаюсь, принимаю душ…

– Трансляцию?

От чрезмерной усталости он потерял способность мыслить. Он только чувствовал, что превратился в попугая, глупо повторяя ключевые слова в предложениях Лянь Цяо.

– Ах, я забыл сказать, я занимаюсь прямыми трансляциями игр, и моя ежедневная работа – это онлайн-игры. Кстати, я думаю, что этот мир тоже похож на игру. Кролик – это NPC, и он выдал нам задание по сбору подарков. Этот Брат Кувалда – первый мини-босс.

Брат Кувалда… относится к Мяснику, который убил его кувалдой, верно?

Сюй Жэньдун почувствовал, что это прозвище было довольно ярким и одновременно немного комичным. Психологическая тень от разбитого кувалдой лица немного развеялась.

В этот момент Сюй Жэньдун вспомнил ещё одну важную вещь. Его лицо сразу стало оживлённым.

– Лянь Цяо, – он помедлил, – вообще-то я уже…

Как и в прошлый раз, прежде чем слово «умер» достигло его губ, язык мужчины замер.

Конечно же, так и осталось.

– А? – Лянь Цяо повернул голову, только чтобы увидеть его нерешительное выражение лица.

Сюй Жэньдун почувствовал онемение во рту, и ему потребовалось некоторое время, чтобы восстановить способность говорить. Лянь Цяо всё неправильно понял и даже извинился.

– Прости-прости, ты ведь хочешь спать, да? Я слишком шумный… Прости, не обращай внимания. На самом деле, я всё ещё немного напуган, но мне становится легче, когда я разговариваю с тобой. О. Ты кажется «наложил отпечаток» на меня. В конце концов, ты – первый человек, которого я встретил в этом мире.

– Наложил отпечаток?

Он вдруг понял, что в присутствии Лянь Цяо он не может избавиться от судьбы попугая.

Напротив, Лянь Цяо был немного смущён.

– Э-э, это комплекс птенца, ты его знаешь? После рождения птенец принимает за родителя первое попавшееся существо, становится очень зависимым от него и стремится всегда следовать за ним.

Сюй Жэньдун понял и спокойно перебил его:

– Разве первое существо, которое ты встретил, не Брат Кувалда?

Лянь Цяо на мгновение замолчал.

– Ты прав. Но Брат Кувалда такой уродливый, что я не хочу признавать его своим отцом.

Сюй Жэньдун тоже впал в растерянное молчание. Исходя из контекста, он понял, что Лянь Цяо хвалит его за то, что он выглядит лучше, чем Брат Кувалда, и что он больше подходит на роль его отца, но не мог чувствовать себя счастливым из-за этого.

– Сколько тебе лет? – Сюй Жэньдун наконец-то придумал, что спросить.

– Двадцать пять. А тебе?

– Двадцать восемь. Я всего на три года старше тебя. Я не подхожу на роль твоего отца.

– В твоих словах есть большой смысл.

– Да. Так что ложись спать.

Лянь Цяо повернул голову и увидел, что Сюй Жэньдун закрыл глаза, его густые ресницы были чёрными как вороново крыло. Вскоре он заснул, и отстранённое выражение лица, которое, казалось, всегда держало других за тысячи миль, наконец ослабло, а тонкие губы смягчились.

Это беззаботное и красивое спящее лицо поразило Лянь Цяо как молния, оставив в его голове только одно: «Аааах, так красиво!»

Спираль смерти [BL] Глава 04. Матрёшка (4)

Глава 04. Матрёшка (4)

Ранним утром следующего дня Сюй Жэньдун проснулся оттого, что ему было очень холодно. Рядом крепко спал Лянь Цяо. Мужчина повернул голову, посмотрел на него, и вдруг его сердце дрогнуло.

Появилось странное ощущение, будто он его уже где-то видел.

Сюй Жэньдун некоторое время размышлял об этом, но не смог вспомнить, когда они могли встретиться. Поскольку Лянь Цяо ведёт прямые трансляции, то, возможно, он мог случайно наткнуться на него в интернете.

Во сне Лянь Цяо почувствовал, что за ним наблюдают. Он внезапно открыл глаза. Чёрные глаза молодого человека казались суровыми. Сюй Жэньдун растерялся и машинально отвернулся, делая вид, что смотрит на снежную сцену за окном.

– Хм…

Лянь Цяо протёр глаза и сел. Он огляделся, посмотрел на Сюй Жэньдуна и озадаченно произнёс:

– Брат Жэньдун, мне показалось, что на меня кто-то смотрит… – Он даже вздрогнул и, потирая руки, пробормотал: – Ужасное ощущение, у меня аж волосы дыбом встали.

– …… – Сюй Жэньдун не стал признавать, что это был он, и очень спокойно сказал: – В комнате очень холодно, я просто замерзаю.

– Да. – Кивнул Лянь Цяо. Он вдруг чихнул, а затем добавил: – Очень холодно.

Сюй Жэньдун всё ещё чувствовал себя очень неловко, поэтому быстро сел и оделся.

– Сейчас только половина шестого, поэтому я не знаю, проснулись ли остальные. Я пойду узнаю, есть ли здесь что-нибудь поесть.

Лянь Цяо вскочил и задрожал.

– Подожди-подожди, я пойду с тобой! Не оставляй меня одного, мне страшно!

Они обошли весь дом, но люди ещё не проснулись. На кухне они нашли хлеб и молоко. Хлеб был чёрствым, а молоко - холодным. Сюй Жэньдун нашёл маленькую кастрюльку, чтобы немного подогреть молоко, как вдруг Лянь Цяо воскликнул:

– Это Далеба [1].

– А?

Сюй Жэньдун оглянулся и увидел, как Лянь Цяо разломил круглую буханку на две части, обнажив очень плотную текстуру внутри. Лянь Цяо прикинул вес хлеба и с уверенностью заявил:

– Это далеба – традиционная русская еда. Далеба тяжелее обычного хлеба, поэтому его легко отличить.

– Ты хочешь сказать, что мы в России? – как только он это произнёс, то понял, что этот вывод был необоснованным. Ведь ещё вчера все убедились, что это не реальный мир, но подсознание всё ещё искало логическое объяснение.

Конечно, Лянь Цяо покачал головой и опроверг это:

– Я так не думаю. Но это может быть намёком. В конце концов, в лифте было написано по-русски, а ключевой реквизит – русская кукла. Но что это должно нам сказать?

Сюй Жэньдун, конечно, не знал этого.

Мужчина налил в чашку тёплое молоко, и они вдвоём позавтракали. Постепенно их тела согрелись. Они уже собирались подняться наверх, чтобы разбудить остальных, как вдруг сверху раздался женский крик:

– А-а-а-а-а!!

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо посмотрели друг на друга и быстро побежали наверх.

Источник звука находился на втором этаже. Перед дверью в комнату стояла бледная и дрожащая женщина. Сюй Жэньдун узнал в ней ту самую, которая вчера вечером спорила с  Юань Сюэмином. Её звали Сюй Хун.

– В чём дело? – спросил Лянь Цяо.

– Что-то… Что-то произошло… – Сюй Хун дрожащим пальцем указала на пол.

Проследив за её пальцем, они обнаружили большое пятно тёмно-красной крови, просочившейся через дверную щель. Пятно застыло и даже превратилось в лёд. Судя по количеству крови, человек за дверью, вероятно, уже мёртв.

Сюй Жэньдун повернул ручку двери, но обнаружил, что та заперта. Он оглянулся на Лянь Цяо и предложил:

– Давай выломаем дверь.

Молодой человек кивнул.

С громким стуком деревянная дверь распахнулась. Сюй Жэньдун наступил в лужу крови и чуть не поскользнулся. К счастью, глаза и руки Лянь Цяо оказались быстрыми, и тот успел поймать его. Сюй Жэньдун хотел поблагодарить, но слова затихли, когда он увидел открывшуюся перед ним картину.

Количество крови в комнате было гораздо более впечатляющим, чем пятно под дверью. Пол, кровать, окна… Даже потолок был забрызган кровью. Большое количество ярко-красного мяса с костями и кровеносными сосудами было разбросано по полу. На самом деле, если бы это было просто мясо, то всё было бы ещё нормально, в конце концов, каждый видел мясную лавку на рынке. Но дело в том, что это мясо было перемешано с пальцами, глазными яблоками, волосами и другими деталями с человеческими очертаниями. Это сразу давало людям понять, что они смотрят на труп человека. Именно это и приводило в ужас.

К счастью, психологические показатели Сюй Жэньдуна были неплохими. В конце концов, он сам дважды трагически умирал, поэтому увидеть развороченный труп для него было вполне приемлемо.

Вероятно, из-за того, что комната была закрыта всю ночь, запах крови был настолько сильным, что от него слезились глаза. Сюй Жэньдун дважды кашлянул, прикрыв нос и рот. Он повернул голову и уже собирался что-то сказать, но увидел, что лицо Лянь Цяо побледнело, а его глаза были готовы вот-вот выскочить.

Затем…

– Ик.

Он. Был. Так. Напуган. Что. Икал.

Сюй Жэньдун: «……»

Услышав крики, один за другим прибежали остальные. Увидев ужас в комнате, они сначала были шокированы, а затем все посмотрели на Сюй Хун, дрожащую за пределами комнаты, и продемонстрировали удивлённые выражения лиц, как бы говоря: «О, так это не ты умерла».

Это разозлило Сюй Хун.

– На что вы смотрите?!

Толпа молча отвернулась, делая вид, что рассматривает сцену убийства.

Сюй Жэньдун вышел из комнаты вместе с Лянь Цяо, который всё ещё икал, и столкнулся с Юань Сюэмином.

– Кто-то умер? – Юань Сюэмин тоже был очень спокоен. Казалось, он уже привык к подобному. – Что случилось?

Сюй Жэньдун посмотрел на Сюй Хун. Женщина ещё не оправилась от гнева и раздражённо ответила:

– Я не знаю.

– Ты слышала что-нибудь ночью? – спросил Юань Сюэмин. – Ты ведь живёшь в соседней комнате?

Сюй Хун ответила, что прошлой ночью она заснула очень рано и ничего не слышала. Юань Сюэмин вошёл в комнату, чтобы осмотреть труп, но вскоре задохнулся от запаха крови и, нахмурившись, вышел.

– Мертвы два человека, – сказал он. – Давайте сначала спустимся вниз, чтобы поесть.

Все были шокированы тем, что он думает о еде в это время. Одна девушка спросила:

– Разве нам не нужно провести… вскрытие?

– Призраки убивают людей, какой смысл во вскрытии? Разве ты хочешь знать, разрывал ли призрак их голыми руками или разгрызал на куски зубами? – беспомощно спросил Юань Сюэмин.

В этих словах был здравый смысл. Сюй Жэньдун кивнул в знак согласия.

Все: «……»

– Давайте после еды отправимся на поиски «подарков». Самое главное – закончить задание, чтобы мы могли выбраться как можно раньше, – успокоил всех Юань Сюэмин.

Возражений не последовало, и все направились вниз.

– Я… Я уже поел… Ик, – произнёс Лянь Цяо.

Юань Сюэмин бросил взгляд на труп в комнате, выражение его лица мгновенно стало подозрительным. Осознав, что его неправильно поняли, Сюй Жэньдун быстро объяснил:

– Мы поели внизу. На кухне есть хлеб и молоко.

– О. – Юань Сюэмин бросил на Лянь Цяо глубокий взгляд, а затем ушёл.

– Я хочу ещё раз осмотреть трупы, – заявил Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун был немного удивлён. Но Лянь Цяо снова икнул и, дрожа, вошёл в комнату. Он наклонился и внимательно осмотрел останки на полу. Ему было неприятно ощущать запах крови, и он слегка нахмурился, но его глаза по-прежнему жаждали исследования.

– Я принесу что-нибудь снизу. – Он побежал вниз по лестнице и вскоре вернулся, держа в руке нож и вилку.

Сюй Жэньдун был поражён:

– Что ты собираешься делать с ножом и вилкой?

– Я не смог найти палочки для еды.

Сюй Жэньдун: «???»

«Что случилось, разве ты не наелся за завтраком?»

На лице Лянь Цяо отразилось некое очарованное волнение. Он не обратил внимания на застывшее лицо Сюй Жэньдуна и понёс нож и вилку в комнату, полную разорванных на части тел. Он осторожно подошёл к середине трупа, сел на корточки и начал осматривать его, переворачивая и изучая. Сюй Жэньдун понял, что тот делает осмотр.

Но вскрытие с помощью ножа и вилки – это действительно ненормально.

Через некоторое время Лянь Цяо объявил своё заключение:

– Этот труп был разгрызён на куски зубами, отпечатки до сих пор сохранились.

– Разгрызён? – удивился Сюй Жэньдун. – Разве его убил не призрак? Может медведь?

– Нет. Посмотри на место преступления. Двери и окна были заперты. – Он указал на дверь комнаты, которую они выбили. – Обычные звери не могли войти. И следы зубов на трупе очень маленькие.

– Маленькие следы зубов?

– Да. По сравнению с крупными зверями, я думаю, это больше похоже на… кролика. Большого кролика.

Сюй Жэньдун вдруг живо представил себе серого кролика с человеческой рукой между зубами, жующего её словно морковку. От этого образа у него по спине пробежал холодок.

Лянь Цяо отбросил нож и вилку в сторону, вышел из комнаты и закрыл дверь. Он вытер пот с лица и погрузился в раздумья.

– О чём ты думаешь?

– Когда я проводил вскрытие, у меня в голове засела знакомая мелодия, но я не могу вспомнить, что это было, похоже на это… Хм~ мммммммммммм.

Сюй Жэньдун на мгновение замолчал.

– «Кусочек Китая». – Это название популярной телепередачи, в которой рассказывалось о различных видах китайской кухни.

Через две секунды Сюй Жэньдун уже не мог контролировать себя и разразился смехом.

– Ты… – Сюй Жэньдун рассмеялся. – Ты был так напуган,  что начал икать, когда увидел трупы, но ты всё ещё можешь думать о шоу с едой во время вскрытия. Ты смелый или трусливый?

Лянь Цяо скорчил гримасу.

– Вообще-то я - трус, но мои зрители любят смотреть, как я играю в ужастики, так что у меня нет выбора.

Сюй Жэньдун кивнул.

– Нелегко тебе приходится.

– Верно, брат Жэньдун, а чем ты занимаешься?

– Я обычный…

– Ученик старшей школы? – вдруг воскликнул Лянь Цяо.

– …финансовый аналитик.

– О. Брат Жэньдун, ты так хорошо выглядишь и у тебя такое великолепное тело. Я думал, что ты – звезда или модель, – разочарованно протянул Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун проигнорировал комплимент, но предыдущее высказывание не давало ему покоя. Он нахмурился и спросил:

– Мне уже двадцать восемь, как я могу быть старшеклассником? Разве я похож на человека, который часто заваливает экзамены?

Лянь Цяо поспешно ответил:

– Нет-нет, просто в японских аниме герой, спасающий мир, всегда обычный школьник, так что… – Он тайком взглянул на Сюй Жэньдуна. Когда он увидел, что тот не сердится, он улыбнулся, и его глаза сверкнули. – Но у брата Жэньдуна хорошая кожа, и она выглядит очень нежно. Если бы ты сказал, что ты - студент колледжа, я бы тебе поверил.

– Ещё вчера ты хотел назвать меня отцом.

– Я этого не делал! Я отрицаю это!

– Ладно. Давай спустимся и обсудим всё с остальными.

Спустившись на первый этаж, Сюй Жэньдун рассказал всем об открытии Лянь Цяо.

– Кролик может убить. Но не волнуйтесь слишком сильно. Хотя в этом мире есть призраки, у них есть условия для убийства, – произнёс Юань Сюэмин.

Глаза Лянь Цяо загорелись.

– Прямо как в правилах какой-нибудь игры?

– Да, это как правила игры. Но нам их не рассказывают, поэтому мы должны узнать их сами. Правила каждого мира тоже разные, и нет никакой закономерности, по которой можно было бы их определить. Приходится ждать, пока кто-нибудь не умрёт, чтобы понять, каковы условия смерти. Так что беспокоится бесполезно, – подтвердил Юань Сюэмин.

Кто-то нервно проронил:

– Тогда, возможно, поедание хлеба также может…

Услышав это, все побросали хлеб из рук.

– Не знаю, умру ли я, если съем его. Я знаю только, что если не съем его, то буду голоден, – ответил Юань Сюэмин.

Все смотрели на хлеб со сложными выражениями на лицах, было неизвестно, о чём они думали.

После еды Юань Сюэмин предложил всем по отдельности исследовать дом, чтобы посмотреть, не найдут ли они ещё матрёшек. Поскольку Юань Сюэмин был ветераном, все посчитали его лидером команды и подчинились его указаниям. Даже Сюй Хун, у которой был взрывной характер, послушно следовала за ним.

Прошло совсем немного времени, и они сделали несколько новых открытий.

– На кухне есть кукла!

– Здесь есть подвал! Но он заперт и его нельзя открыть!

Все исследовали дом, даже комнату, принадлежащую мертвецам, но не смогли найти ни ключа от подвала, ни дополнительной информации. Тогда они собрались на кухне, чтобы вместе изучить новую деревянную куклу.

Эта кукла была немного больше, чем та, что подобрал Лянь Цяо. На лице у неё была такая же странная улыбка. Однако она походила на матрёшку больше, чем кукла Лянь Цяо, потому что посередине у неё был шов, который, казалось, можно было открутить.

Лянь Цяо потряс матрёшку, и внутри раздался гулкий звук.

– Кажется, в ней что-то есть.

– Это ключ от подвала?

Всем было любопытно, но никто не сделал никакого движения, чтобы открыть её. В конце концов, они не знали, является ли открытие матрёшки условием смерти. Кто хотел быть тем, кто рискует?

Лянь Цяо протянул руку, чтобы взять матрёшку, и уже собирался открутить её, но Сюй Жэньдун перехватил его руку.

– Я сделаю это.

Лянь Цяо опешил, но в это время Сюй Жэньдун уже открутил куклу. Внутри оказался маленький компас.

Это был не ключ, поэтому все были немного разочарованы. Юань Сюэмин тоже нахмурился.

Компас?

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо посмотрели друг на друга. По какой-то причине у них обоих было сильное впечатление, что они думают об одном и том же.

_____________________

[1] Далеба – разновидность пышного хлеба из дрожжевого теста, производимого в Китае и сделанного по русскому рецепту. «Леба» является фонетической передачей русского слова «хлеб». Таким образом, термином «далеба» обозначается большой хлеб с определённым русским колоритом в звучании слова.

Спираль смерти [BL] Глава 05. Матрёшка (5)

Глава 05. Матрёшка (5)

Сюй Жэньдун:

– Теперь, когда у нас есть компас, это значит…

Лянь Цяо:

– …Что главная миссия побуждает нас исследовать на карте новые области.

Когда окружающие услышали, о чём они говорят, то удивились и, вероятно, подумали, что их способ выражения довольно странный. Но Юань Сюэмин понимающе кивнул.

– Я понимаю, что вы имеете в виду. Я всё равно собирался выйти на улицу и посмотреть, что там, но, в любом случае, лучше иметь с собой компас.

В реальном мире количество матрёшек в наборе не было определённым. Обычно их было не меньше пяти и не больше дюжины. Сейчас у них только две и, очевидно, задача была ещё далека от завершения. Все согласились с решением Юань Сюэмина. Не желая больше терять время, они закутались в плотную зимнюю одежду и отправились на поиски вслед за Юань Сюэмином.

Сюй Жэньдун протянул Лянь Цяо толстое пальто, но Лянь Цяо махнул рукой и сказал, что хочет ещё раз обыскать дом. Сюй Жэньдун спросил:

– Разве мы это уже не сделали?

Лянь Цяо ответил:

– У них нет опыта, боюсь, что они могли что-то упустить. Поэтому я хочу на всякий случай обыскать всё ещё раз.

Сказав это, он снова начал рыться в доме. Сюй Жэньдун заметил, что тот уделял много внимания даже таким неприметным местам, как задняя стенка холодильника и под шкафом, и даже осмотрел столешницу стола, чтобы проверить, не спрятано ли что-нибудь под доской. В общем, передвигал всю мебель, которую можно было передвинуть, и не упускал ни одной дыры или щели.

Пока Лянь Цяо искал, он также комментировал всё, что делает. Он говорил что-то вроде: «Почему этот стол такой лёгкий? Он, наверное, не из цельного дерева» или «Этот шкаф такой грязный, в нём могут быть тараканы». Его рот говорил без остановки. Сюй Жэньдун сначала что-то отвечал, но потом обнаружил, что Лянь Цяо разговаривает сам с собой, а не с ним.

Возможно, это профессиональное, ведь он, как игровой стример, не может допустить, чтобы в прямом эфире наступила тишина. Однако в сложившихся обстоятельствах это было к лучшему. Сейчас в этой большой охотничьей хижине находились только они двое. Снаружи падал снег и завывал ветер. Несмотря на то, что все двери и окна были закрыты, атмосфера оставалась гнетущей. Однако комментарии Лянь Цяо помогли Сюй Жэньдуну расслабиться.

В ходе своих тщательных поисков Лянь Цяо действительно обнаружил третью куклу. Она была спрятана за шторой в углу, поэтому её никто не заметил.

– Мы действительно пропустили одну. – Сюй Жэньдун очень удивился. Но если подумать, это место казалось очень укромным. Неважно, были ли шторы открыты или закрыты, они всё равно закрывали обзор, так что не найти её было вполне естественно.

Лянь Цяо радостно улыбнулся.

– Обычно реквизит прячут в таких труднодоступных местах. Как только ты узнаешь, как это устроено, то почти сможешь предсказать, где они будут находиться.

Сюй Жэньдун кивнул. Он взял в руки новую куклу, но Лянь Цяо сказал:

– Брат Жэньдун, эту открою я.

Сюй Жэньдун поинтересовался:

– Ты не боишься вызвать смертельное условие?

– Нечестно, что ты делаешь это один.

Три взгляда Лянь Цяо были очень положительными, что не могло не радовать. Сюй Жэньдун чувствовал, что был прав, когда отправился спасти его.

Лянь Цяо раскрыл куклу и обнаружил, что в ней находится ключ.

Единственная запертая комната в доме – это подвал. Лянь Цяо и Сюй Жэньдун посмотрели друг на друга и рассмеялись.

Они успешно открыли подвал и обнаружили, что это было кладовое помещение. В воздух поднялась пыль – и оба сильно закашлялись. На полу в беспорядке валялся мусор: лампочки, ломик, пивные бутылки… Всего понемногу, но ничего, что могло бы пригодиться в данный момент. Лянь Цяо же был в восторге. Ему хотелось всё поднять и осмотреть. Он также продолжал тихо комментировать:

– Айя, если бы я знал, что это произойдёт, то взял бы рюкзак. Я действительно допустил промашку.

Сюй Жэньдун растерялся:

– Что толку от этих вещей?

Лянь Цяо поднял лом и выразил свою веру в него:

– Как ты можешь говорить, что он бесполезен! Это «Священный Меч Физики»!

Сюй Жэньдун:

– Какой физики?

– Это «Half…» [1] – Лянь Цяо не знал, как это объяснить, и изменил свои слова: – Например, если тебе попадётся ящик, который невозможно открыть, ты можешь использовать лом, чтобы взломать его. Или лом можно использовать для нападения, причём сила атаки довольно высокая! Это действительно божественное оружие!

Сюй Жэньдун действительно не думал об этих возможностях. Будучи белым воротничком в офисе, он никогда даже не видел лома, а тем более не задумывался о сотне вариантов его применения. Однако «тонкая кожа» Лянь Цяо также не делала его похожим на человека, который часто пользуется ломом.

Сюй Жэньдун на мгновение задумался, а затем спросил:

– Ты получил эти знания, играя в игры?

– Да! – Лянь Цяо улыбнулся и изогнул брови, выглядя довольно гордо. Он впал в состояние восторженного возбуждения. Он был похож на ребёнка, который забежал в супермаркет, смотрит на полки, полные товаров, и хочет положить в свою тележку всё.

Сюй Жэньдун решил, что эти вещи могут оказаться очень полезными, поэтому не стал больше его расспрашивать и даже использовал свой мобильный в качестве фонарика, чтобы помочь Лянь Цяо лучше видеть.

Вскоре Лянь Цяо сделал ещё одно важное открытие.

– Здесь лежит лестница! – Он наклонился, чтобы поднять с пола лестницу, но его пальцы всё ещё сжимали лом, и он чуть не потерял равновесие.

Сюй Жэньдун не мог больше на это смотреть. Он протянул руку и сказал:

– Отдай лом мне.

– Хорошо! – Лянь Цяо улыбнулся и с радостью понёс лестницу наверх.

Сюй Жэньдун смотрел на его рвение и недоумевал:

– Куда ты идёшь?

Лянь Цяо ответил:

– Вчера вечером возле дома я увидел птичье гнездо, возможно, там спрятана кукла. Я залезу туда и посмотрю.

Сюй Жэньдун последовал за Лянь Цяо на улицу, и, конечно же, на большом дереве во дворе было птичье гнездо.

Прошлой ночью Брат Кувалда преследовал их очень долго, они так бежали, что ему казалось, что его лёгкие вот-вот разорвутся, но Лянь Цяо всё же уделил достаточно внимания, чтобы заметить птичье гнездо? Это означало, что его наблюдательные навыки должны быть очень сильными.

Как будто он уже читал сценарий.

Сегодня утром, когда он смотрел на него, Лянь Цяо сразу же проснулся. Был ли тот просто восприимчивым или притворялся спящим?

В сердце Сюй Жэньдуна зародилось чувство тревоги. Он огляделся по сторонам, желая найти хоть какое-то доказательство, опровергающее его догадку. Он почувствовал облегчение, когда обнаружил, что комната, в которой они остановились прошлой ночью, была обращена к этому дереву. Любой, кто смотрит в окно, мог с первого взгляда увидеть птичье гнездо.

Обнаружив это, Сюй Жэньдун почувствовал себя спокойнее. К этому времени Лянь Цяо установил лестницу и забрался на дерево. Как только он добрался до верхушки, то возбуждённо закричал:

– Брат Жэньдун, брат Жэньдун, здесь действительно есть одна! Четвёртая кукла!

Он вынул куклу из птичьего гнезда и радостно потряс её. Он тряс её так сильно, что лестница пошатнулась. Сюй Жэньдун поспешно схватился за лестницу и крикнул:

– Осторожно! Сначала спустись.

– О! – Лянь Цяо рассмеялся и осторожно, шаг за шагом, вернулся на землю.

На этот раз внутри куклы оказались две конфеты в обёртке. Они выглядели как обычные конфеты, а обёрточная бумага излучала сказочное сияние. Трудно было понять, съедобные они или нет.

– Первые две куклы указали нам направление к следующей кукле, – Лянь Цяо погрузился в раздумья. – Интересно, что означают эти конфеты?

Сюй Жэньдун спросил:

– В играх для чего обычно используются подобные вещи?

Лянь Цяо посмотрел на него.

– Обычно это здоровье, – ответил он, – или это может быть подарок, который дарят другим, чтобы увеличить очки отношений.

Сюй Жэньдун на мгновение задумался, но не смог сделать никаких выводов.

Лянь Цяо предложил:

– Это всего лишь две конфеты, давай оставим по одной у себя – может быть, они пригодятся в будущем.

Сюй Жэньдун согласился.

Внутри дома было практически всё исследовано. Времени было ещё много, а снег перестал идти, поэтому оба решили пойти по следам, чтобы найти своих товарищей.

Они шли по снегу бог знает сколько времени, и когда Сюй Жэньдун уже начал уставать от неизменного снежно-белого пейзажа, перед его глазами наконец появилась полуразрушенная церковь. Архитектурный стиль купола церкви был уникален. Это был не готический шпиль, не византийский купол, а круглый низ и острая верхняя часть.

Он был похож на шоколад марки «Kisses».

Лянь Цяо вспомнил, как читал в колледже «Историю западной архитектуры».

– Это должна быть русская церковь, я помню, что такой купол называется «Луковичная глава».

– Опять Россия?

Лянь Цяо потрогал свой подбородок и задумчиво произнёс:

– Как ты думаешь, что это значит? Все эти детали намекают на Россию?

Сюй Жэньдун покачал головой.

– Не знаю. Давай просто подождём и посмотрим.

Двое мужчин вошли в церковь и сразу же увидели огромный крест с фигурой Иисуса. Иисус на кресте висел над их головами, его руки и ноги были прибиты гвоздями. При ближайшем рассмотрении оказалось, что вокруг гвоздей видна засохшая кровь. Церковь была очень большой, а сзади, похоже, находилась ещё одна комната.

Юань Сюэмин и ещё несколько человек заметили их. Они выглядели немного удивлёнными.

Сюй Жэньдун рассказал им, что они нашли в доме. Юань Сюэмин удивился ещё больше и похвалил Лянь Цяо. Группа, которая отделилась, чтобы осмотреть окрестности, тоже вернулась.

Юань Сюэмин рассказал:

– Мы также нашли здесь ещё одну куклу, так что их теперь пять, верно?

– Что в ней?

– Давайте откроем и посмотрим! –  начал торопить их мужчина с нетерпеливым характером. Сюй Жэньдун вспомнил, что этого человека звали Чжао Линь. Лицо мужчины было взволнованным, но ни он, ни кто-либо другой не сделал ни шагу. Все они просто смотрели на Сюй Жэньдуна.

Похоже, что даже если кто-то уже показал пример, люди всё равно не были готовы рисковать собой.

Такова человеческая природа.

Сюй Жэньдун не стал долго раздумывать над этим. Он взял куклу и открутил верхнюю часть. Внутри оказались ещё две конфеты…

Толпа была удивлена:

– Что?

– Опять конфеты?

– Почему она такая же, как и четвёртая?

Сюй Жэньдун заметил, что лицо Лянь Цяо слегка изменилось. Тогда он придвинулся к нему вплотную и шепнул:

– В чём дело?

Лянь Цяо вздохнул.

– Сейчас узнаем. Перед большой битвой игра всегда загружает тебя припасами…

Сюй Жэньдун: «?»

– Я чувствую, что скоро что-то произойдёт… – Лянь Цяо снова вздохнул. – Надеюсь, я просто слишком много думаю. В любом случае, нужно быть осторожными.

Люди всё ещё изучали конфеты. Лянь Цяо подошёл к Юань Сюэмину и сказал, что хочет вернуться. Юань Сюэмин посмотрел на небо, которое постепенно темнело, и кивнул. Он повернулся, чтобы объявить всем о возращении. На данный момент он уже был лидером команды, поэтому возражений против его решения не было.

Но как только они открыли дверь, лица у всех помрачнели. На улице шёл сильный снег. Когда они входили в церковь, было ещё солнечно, но теперь завывал ветер и кружила метель.

Крупные хлопья снега болезненно били по лицу и не способствовали комфортному передвижению.

Лянь Цяо подавленно смотрел на тяжёлый снег.

Сюй Жэньдун спросил:

– Это то, о чём ты беспокоился?

Лянь Цяо кивнул.

Сюй Жэньдун снова спросил:

– Что будет, если начнётся метель?

Лянь Цяо прошептал:

– Я не знаю. Но в снегу нас точно не ждёт ничего хорошего.

Сюй Хун обхватила себя руками, её голос слегка дрожал:

– Почему бы нам не подождать, пока снег не утихнет, а потом пойти…

Она была женщиной и не носила много одежды, поэтому, естественно, не хотела выходить в такую сильную метель.

Юань Сюэмин размышлял:

– Если мы не пойдём сейчас, то скоро стемнеет. Мы не сможем вернуться вечером.

Кто-то предложил:

– Давайте тогда просто останемся здесь на ночь. Это церковь, может быть, здесь безопаснее, чем в охотничьем домике… – но он не успел закончить фразу, как кто-то закричал:

– Смотрите! Иисус истекает кровью!

Толпа синхронно обернулась и увидела, что гвозди на конечностях Иисуса начали сочиться кровью. Кровь стекала по кресту, и было очень тревожно видеть тёмно-красную лужу, собравшуюся на полу.

Лянь Цяо воскликнул:

– Всё кончено. Даже Иисус не может удержать это. Похоже, что призрак здесь более могущественный, чем Бог.

Лица всех были очень испуганными.

Юань Сюэмин твёрдо скомандовал:

– Уходим.

На этот раз все перестали спорить. Они просто закутались в свои шубы и молча последовали за Юань Сюэмином.

Перед уходом Лянь Цяо оглянулся и внимательно посмотрел на церковь. Сюй Жэньдун спросил:

– В чём дело?

– К сожалению, я не захватил с собой пивные бутылки из подвала, чтобы собрать кровь. Она могла бы пригодиться. «Кровь Иисуса» – одно только звучание этих слов заставляет думать, что это важный реквизит!

Сюй Жэньдун: «……»

Лянь Цяо добавил:

– Но поскольку даже сам Иисус был настолько разгневан, что начал истекать кровью, вероятно, кровь не будет настолько полезной. Ладно, пошли.

Сюй Жэньдун: «……»

Снаружи было серо, в тумане летали снежинки. Юань Сюэмин держал компас в руках и шёл впереди. Толпа нервничала на лютом морозе. Никто не говорил, и всё, что люди могли слышать, это свист ветра и снега.

Атмосфера стала очень мрачной.

Лянь Цяо подошёл к Сюй Жэньдуну, протёр глаза и пожаловался:

– Брат Жэньдун, я не вижу дороги.

Сюй Жэньдун молчал. Он видел перед собой только серый туман. Даже фигуры товарищей перед ним казались расплывчатыми. Подумав об этом, он схватил Лянь Цяо за руку и сказал:

– Держись рядом со мной.

Лянь Цяо выглядел благодарным. Как будто ухватившись за спасительную соломинку, он тут же обнял мужчину за руку. Сюй Жэньдун почувствовал тепло – на нём не было перчаток, поэтому ему действительно стало намного теплее от прикосновения Лянь Цяо.

В то же время он вдруг заметил, что, хотя Лянь Цяо выглядел стройным, у него были крепкие мышцы на руках. Он не был таким худым, как представлял себе Сюй Жэньдун.

От него исходили тепло и сила, как от большого золотистого ретривера.

Из-за холода оба чувствовали себя скованно и не могли делать большие шаги. Видя, что их спутники отдаляются всё дальше, Лянь Цяо крикнул:

– Подождите нас!

Другие люди игнорировали их и шли вперёд, не говоря ни слова.

Лянь Цяо запаниковал и изо всех сил старался догнать их. Очевидно, что его скорость увеличилась, но расстояние между ними не сокращалось. Сюй Жэньдун немедленно отреагировал:

– Это что-то со снегом, не трать усилия.

Лянь Цяо пыхтел и смотрел, как их спутники исчезают из виду. Затем Лянь Цяо обнял его руку и беспокойно проговорил:

– Брат Жэньдун, я немного боюсь.

Сюй Жэньдун уже однажды был заморожен до смерти, поэтому хорошо знал, каким будет конец, если заблудиться в снегу. На сердце у него было очень тяжело, но как старший по возрасту он чувствовал, что должен утешить Лянь Цяо.

– Не бойся, ты можешь держаться за меня.

– Да. – Лянь Цяо прижался к нему ближе. Уголки его рта слегка приподнялись, и он не смог скрыть улыбку, которая доходила до самых глаз.

___________________

[1] Отсылка к игре Half-Life, где персонаж-физик использовал в качестве оружия лом.

Спираль смерти [BL] Глава 06. Матрёшка (6)

Глава 06. Матрёшка (6)

Двое мужчин, держась за руки, медленно продвигались вперёд по снегу. Сюй Жэньдун уже давно потерял направление, лишь ощущал, как со всех сторон валит снег, и не знал, куда идёт.

Лянь Цяо вдруг оглянулся, замешкался, а затем спросил:

– Брат Жэньдун, ты это слышишь?

Сердце Сюй Жэньдуна упало.

– Нет. Что ты услышал?

Лицо Лянь Цяо стало мрачным.

– Это похоже на скрежет зубов…

Сюй Жэньдун прислушался и, конечно же, в свисте ветра смутно услышал неприятный звук. Тот был похож на звук скрежета, возникающий при сильном сжатии зубов. Лянь Цяо прищурил глаза и попытался найти источник звука среди ветра и снега. Вскоре он расширил глаза и указал:

– Вон там!

Сюй Жэньдун присмотрелся и увидел тёмную тень в снежной завесе. Она была чёрного цвета и представляла собой массу извилистых чёрных линий, похожих на безумные каракули, нарисованные детьми. Ещё больше пугало то, что масса чёрных линий, извиваясь, приближалась к ним с ужасающей скоростью!

Сюй Жэньдун немедленно отреагировал:

– Бежим!

Но прежде, чем он успел произнести это, Лянь Цяо уже схватил его за руку и потащил за собой.

– Что это за штука? Ааааааааааа! – Лянь Цяо был напуган. Пока он бежал, то оглянулся назад, и его голос повысился: – А-а-а-а! Брат, беги быстрее! Это призрак!

Сюй Жэньдун бежал изо всех сил. Мозаичная тень маячила в десятке метров позади них. Затем, словно ухмыляясь, её верхняя часть разделилась посередине, обнажив два ряда острых и тонких клыков!

Если их укусит такая огромная пасть, то наверняка перегрызёт пополам!

Тень продолжала издавать ужасные скрежещущие звуки…

Сердце Сюй Жэньдуна разрывалось, когда он изо всех сил бежал вперёд. Однако он слишком долго пробирался по снегу, и его силы были на исходе. Грудь мужчины сильно вздымалась, а холодный ветер проникал в лёгкие, пронзая дыхательные пути как нож.

– Беги, беги, беги, беги! Брат Жэньдун, мне так страшно! – Лянь Цяо был готов расплакаться. Хоть и был силён как гепард, но его скорость замедлялась из-за того, что он тащил Сюй Жэньдуна.

Сюй Жэньдун хотел сказать ему, чтобы он отпустил его и бежал сам. Но вдруг почувствовал, как волосы на голове встали дыбом, и его предчувствие опасности мгновенно усилилось. Чёрная мозаика настигла его!

Лянь Цяо, вероятно, тоже почувствовал это и когда оглянулся, то так испугался, что упал на колени и с криком закрыл глаза. Его поведение удивило Сюй Жэньдуна. Он подумал: «Монстр уже прямо перед тобой, какой смысл закрывать глаза и делать вид, что ты не видишь его? Разве такое поведение не равносильно поиску смерти?»

Однако он не ожидал, что в следующий момент Лянь Цяо вытащит ломик и ударит им по мозаике!

*Бах!*

Чёрная фигура мозаики содрогнулась от удара, потеряла равновесие и упала на снег!

– Аааа! – Лянь Цяо, держа лом в руках, всё ещё размахивал им с закрытыми глазами и кричал: – Не убивай меня, не убивай меня, не убивай меня!

Сюй Жэньдун: «……»

Мозаика, лежащая в снегу: «……»

Человек и призрак в замешательстве смотрели друг на друга. На удивление, первым отреагировал Лянь Цяо. Он открыл глаза, оценил ситуацию, схватил Сюй Жэньдуна и повернулся, чтобы снова броситься бежать.

Сюй Жэньдун чувствовал, что сила Лянь Цяо была настолько велика, что тот просто тащил его за собой. Обычный человек, продолжая бежать, всё больше замедлял темп, но с Лянь Цяо всё было наоборот. Его вопли были похожи на постоянные дозы стимуляторов, и он ничуть не замедлялся. Хлопья снега разлетались позади них, попадая на лицо чёрной мозаики, которая следовала за ними.

Мозаика: «!!!»

Она скрежетала зубами, явно находясь в состоянии гнева и разочарования: «Он мне не нравится, но я не могу его убить».

В таких обстоятельствах у Сюй Жэньдуна не было времени оценивать направление. Он мог только следить за дорогой, чтобы не споткнуться о камни и не увлечь за собой Лянь Цяо.

Через неизвестное количество времени перед ними внезапно появилась знакомая хижина. Сюй Жэньдун машинально поискал глазами большое дерево перед дверью. Под деревом стояла лестница, всё ещё в том же положении, в котором её поставил Лянь Цяо. Там же было и птичье гнездо, в котором Лянь Цяо нашёл спрятанную куклу.

Это… охотничья хижина?

Они действительно вернулись назад?!

Не дожидаясь, пока он отойдёт от шока, Лянь Цяо подтащил его к двери хижины, открыл её и вошёл внутрь. Тыльной стороной руки он закрыл дверь на замок. Движение было очень плавным, как будто он отрабатывал его тысячу раз.

Но после этого он упал на пол и с плачем в голосе воскликнул:

– Мы в безопасности? Мы вернулись в убежище?

«……»

Сюй Жэньдун только чувствовал во рту кровавый привкус. Он не мог сразу успокоить учащённое дыхание, поэтому некоторое время не мог говорить. Он выглянул в окно. Снаружи дома всё ещё шёл снег, мир был белым, но чёрной тени больше не было, и он не слышал скрежета зубов.

– Должно быть… в безопасности… – Сюй Жэньдуну удалось выдавить из себя хриплые слова. Он выглянул в окно и вдруг почувствовал, что что-то не так. Мужчина нахмурился. – Во дворе что-то есть.

Он сузил глаза и попытался разглядеть, что это. Это оказалась покатая серо-белая тень высотой примерно в рост человека, почти неотличимая от серого снега. Но поскольку она находилась так близко к хижине, её очертания были слегка различимы.

Лянь Цяо был на грани слёз, он дрожал и ползал по полу на четвереньках, причитая:

– Мой ломик… Мне нужен мой ломик…

…Ты так сильно напуган, но всё равно хочешь сразиться с монстром на улице… Неужели все ведущие игр такие сумасшедшие?

Сюй Жэньдун на мгновение выглянул на улицу и сказал:

– Я думаю… это снеговик.

Лянь Цяо шмыгнул.

– А?

Сюй Жэньдун объяснил:

– Там снаружи снеговик.

Лянь Цяо немного успокоился, встал у стены и посмотрел в окно. Он пробормотал:

– Когда мы уходили, снеговика не было, не так ли?

Сюй Жэньдун тоже почувствовал, что что-то не так, но всё же кивнул.

– Да, снеговика не было.

Двое мужчин погрузились в жуткое молчание. Все отправились на разведку, так кто же слепил этого снеговика? И зачем? Они не думали, что в команде найдутся люди, у которых будет время или желание лепить для развлечения снеговика.

После долгого раздумья Сюй Жэньдун сказал:

– Пока забудь об этом. Будем делать по одному шагу за раз. Я разведу огонь в камине, а ты пойди посмотри, не вернулся ли кто раньше нас.

Лянь Цяо не двигался, мрачно глядя на него. Сюй Жэньдун был озадачен:

– В чём дело?

Лянь Цяо прошептал:

– Брат Жэньдун, я боюсь, что…

Сюй Жэньдун уже собирался сказать: «Не волнуйся. Просто подожди, пока я разожгу огонь», как Лянь Цяо неожиданно продолжил:

– Куда ты дел мой ломик? Я не буду бояться, если у меня будет мой священный меч!

Сюй Жэньдун вдруг немного развеселился. Лянь Цяо был целым скоплением противоречий. Сказать, что он смелый… но в то же время он мог плакать от страха перед призраками. Сказать, что он труслив… но пока у него под рукой есть оружие, он ничего не боится. Он даже осмелился сразиться с призраком. Этот человек был действительно интересным.

Сюй Жэньдун с теплотой в голосе ответил:

– Лом рядом с дверью, вон там.

Лянь Цяо взял ломик и, не говоря ни слова, пошёл наверх. Сюй Жэньдун присел перед камином, чтобы развести огонь. Вскоре потрескивание дров помогло ему успокоиться.

Прошло немного времени, и Лянь Цяо спустился вниз:

– Никто больше не вернулся.

– Тогда давай подождём.

Они сели в гостиной и стали ждать. Примерно через час раздался стук в дверь. Кто-то крикнул:

– Откройте дверь! Откройте дверь! – голос был знакомым и принадлежал кому-то из команды.

Лянь Цяо сразу же открыл дверь, несколько человек вошли внутрь, и Лянь Цяо снова запер дверь так быстро, как только мог.

Эти люди пребывали в шоковом состоянии, очевидно, они столкнулись с чем-то плохим.

Сюй Жэньдун налил им горячего молока и спросил:

– Где остальные?

Молодой человек по имени Ван Юань испугано проговорил:

– Я не знаю. Мы отделились от брата Юаня… Что-то преследовало нас!

«Брат Юань», естественно, относилось к Юань Сюэмину.

Хотя у Юань Сюэмина был с собой компас, его преследовал призрак, поэтому у него, вероятно, не было времени проверять направление. Они могли только надеяться, что, избавившись от призраков, он сможет вернуться в хижину.

В отличие от него, Лянь Цяо бежал вслепую, заливаясь слезами и соплями, и в итоге добежал до хижины. Они даже прибыли первыми, как будто в голове у Лянь Цяо была карта. Действительно ли им просто повезло или..?

Сердце Сюй Жэньдуна снова сжалось от неприятного чувства. Не удержавшись, он взглянул на Лянь Цяо и увидел, что тот стоит у окна и смотрит на снеговика. Выражение его лица было несколько серьёзным.

Как будто что-то почувствовав, Лянь Цяо вдруг оглянулся и посмотрел на Сюй Жэньдуна. Его взгляд, казалось, говорил: «Ха, что ты на меня смотришь?»

Сюй Жэньдун почувствовал себя неловко и отвёл взгляд.

– Что, чёрт возьми, мы сделали не так? – раздался плачущий женский голос, нарушив тишину в хижине. Её звали Цзян Ли. Она была девушкой Ван Юаня. В этот момент она была в слезах, дрожала и выглядела совершенно потерянной. – Какой шаг мы сделали неправильно? Почему эта тварь преследует нас?

– Кто знает, – ответил Сюй Жэньдун.

Ван Юань обнял свою девушку за плечи и мягко утешил. Цзян Ли продолжала всхлипывать, её нервы были на пределе. В этой странной атмосфере все молчали.

Ветер и снег снаружи всё ещё свистели, не собираясь останавливаться. Как раз, когда все подумали, что с Юань Сюэмином что-то случилось, в дверь постучали. Раздался хриплый голос Юань Сюэмина:

– Есть ли кто-нибудь внутри? Откройте дверь!

Вместе с Юань Сюэмином вернулись ещё несколько человек. Сюй Жэньдун посчитал количество присутствующих и нахмурился.

– Одного не хватает.

Юань Сюэмин вздохнул.

– Это Чжао Линь, он отстал от нас вскоре после выхода из церкви.

Толпа перекинулась парой слов, и выяснилось, что все заблудились в метель и за ними гналось это чёрное чудовище. К счастью, хижина охотников находилась не слишком далеко от церкви, и с помощью компаса у Юань Сюэмина они нашли правильный путь назад. Что касается Чжао Линя, то ему не повезло.

На всякий случай Сюй Жэньдун спросил, знает ли кто-нибудь, кто слепил снеговика за дверью. В результате лица у всех стали ещё тяжелее, а Сюй Хун резко спросила:

– Снеговик? Кто-то действительно слепил снеговика в такой ситуации?! Кто это?! – Глаза женщины покраснели, и все молча отвернулись от её горячего взгляда.

Сюй Хун не собиралась отступать и крикнула:

– Говори! Кто это сделал! Просто выйди и признайся! Ну же!

Было ясно, что её рассудок начал разрушаться.

Сюй Жэньдун попытаться сгладить ситуацию:

– Может быть, этот снеговик был здесь до нашего прихода, просто мы не заметили его.

Сюй Хун неохотно согласилась с этим, но её настроение всё ещё было очень плохим. Она оттолкнула стоящую перед ней еду и мрачно сказала:

– Я не буду есть. – И пошла наверх одна.

История со снеговиком ещё больше усугубила и без того гнетущую атмосферу.

Юань Сюэмин успокаивающе сказал:

– Сегодня мы все много работали. После ужина пораньше ложитесь спать. Завтра нам нужно будет продолжить поиски новых кукол. Потерпите ещё немного, как только мы выполним задание, то сможем уйти.

Слово «Уйти» возродило слабую надежду в сердцах присутствующих. С разными выражениями лиц люди ели сухой безвкусный хлеб. После ужина все по очереди вернулись в свои комнаты.

Сюй Жэньдун уже собирался уходить, как вдруг Лянь Цяо остановил его:

– Брат Жэньдун, я все ещё очень беспокоюсь о том снеговике. Давай выйдем и посмотрим.

Сюй Жэньдун посмотрел на тёмную ночь снаружи и спросил:

– Ты не боишься?

Лянь Цяо крепко сжал лом.

– Я должен идти, даже если мне страшно. Я не могу просто сидеть и ждать смерти.

Сюй Жэньдун посмотрел на него, но сомнения в его сердце не рассеялись. Он накинул пальто и вышел за дверь бок о бок с Лянь Цяо.

Снеговик стоял прямо возле двери. Было невозможно, чтобы они не заметили его, когда входили и выходили, поэтому слова Сюй Жэньдуна «Может быть, мы не заметили» были абсолютно несостоятельны. К сожалению, все оказались настолько напуганы, что предпочли сбежать, поверив в ложь.

Свет из хижины освещал снеговика. Двое мужчин осторожно приблизились, их лица стали суровыми.

Снеговик был ростом с человека, а его тело состояло из двух больших и одного маленького снежка. Он был плотно спрессован и выглядел очень крепким. Но самое ужасное заключалось в том, что лицо снеговика было сплошь усеяно разными частичками. Его глаза были сделаны из пары налитых кровью глазных яблок, которые явно принадлежали настоящему человеку. Нос представлял собой замёрзший жёсткий палец, а рот – кривую и скрученную кишку, перепачканную кровью. Выражение его лица было очень похоже на лицо куклы.

Была ли это шестая матрёшка? Эта мысль промелькнула в голове Сюй Жэньдуна, но была быстро отброшена. Первые пять матрёшек, которые они нашли, были упорядочены по размеру и могли складываться друг в друга. Этот снеговик настолько отличался по размеру, что никак не мог быть одной из них.

Так что же это было?

Лянь Цяо уставился на жуткое лицо снеговика:

– Он сделан из трупов со второго этажа?

– Возможно. – Сюй Жэньдун не знал, о чём тот думал. Мгновение спустя он задрожал, и потирая руки, сказал: – Так холодно, давай вернёмся.

Они вернулись в дом и поднялись наверх. Все остальные уже закрылись в своих комнатах и легли спать. В коридоре второго этажа было темно, и свист снаружи дома становился всё более пронзительным. Комната с трупами была первой у лестницы. Зная, что Лянь Цяо боится трупов, Сюй Жэньдун намеренно ускорил шаг. Но Лянь Цяо внезапно остановился, повернул голову и осторожно принюхался.

– А?.. – Сюй Жэньдун оглянулся. – Что случилось?

– Тебе не кажется, что запах крови исчез? – Лянь Цяо снова принюхался и быстро нашёл для себя разумное объяснение: – Может быть, я привык к запаху?

Сюй Жэньдун на мгновение замолчал, затем достал телефон, включил фонарик и направил его на комнату мертвецов. Он сказал:

– Кровь исчезла.

Лянь Цяо ничего не ответил, но выражение его лица неуловимо изменилось. Страх в его глазах исчез, и на смену ему пришло волнение.

Сюй Жэньдун полностью осветил комнату. Не только снаружи, но и внутри комнаты не было ни крови, ни трупов. В комнате было чисто, как будто в ней ничего не произошло. Запах крови полностью исчез.

– Кто-нибудь приходил в хижину охотников, пока нас не было? Они не только слепили снеговика, но и убрали тела? – Сюй Жэньдун задумался на мгновение, а затем опроверг сам себя: – Нет, этого не может быть. Даже если всё тщательно убрать, невозможно не оставить ни единого следа. По крайней мере, кровь между щелями в половицах не отмыть.

Лянь Цяо, однако, сказал:

– Тела были стёрты.

Сюй Жэньдун: «?»

Глаза Лянь Цяо были пугающе яркими в темноте.

– Это как в игре с монстрами. Время от времени система будет обновляться и убирать трупы монстров. Иначе весь мир будет завален трупами, и игроки не смогут нормально играть.

Сюй Жэньдун понял смысл сказанного, но ему стало немного не по себе от фразы «Весь мир будет полон трупов». На мгновение он замолчал.

Лянь Цяо вдруг сказал:

– Подожди, это неправильно… – Он повернулся и направился обратно вниз. – Я выйду ещё раз.

Спираль смерти [BL] Глава 07. Матрёшка (7)

Глава 07. Матрёшка (7)

Сюй Жэньдун последовал за Лянь Цяо за пределы дома. Он увидел юношу, стоящего перед снеговиком и смотрящего на лицо, сделанное из человеческих органов. Сюй Жэньдун сразу понял, что вызвало его реакцию: если трупы на втором этаже полностью исчезли, откуда взялись человеческие органы на лице снеговика?

Лянь Цяо некоторое время смотрел на снеговика, а затем внезапно поднял лом и ударил им по телу из снега!

Сюй Жэньдун опешил, но прежде чем успел что-то сказать, он увидел, как вокруг разлетается снег, и в том месте, где снеговик был разбит ломом, показалось много мяса!

Кусок мяса был заморожен в снегу и приобрёл темно-красный цвет, как у замороженного мяса. Лянь Цяо использовал лом, чтобы отодрать снег снаружи, и куски плоти были разбросаны по всей земле. Из туловища выкатилась человеческая голова.

Голова мужчины была в пятнах крови, а две глазницы – полыми. Глазные яблоки пропали.

– Это… Чжао Линь? – Сюй Жэньдун был шокирован.

– …Так и должно быть, – когда Лянь Цяо заговорил, из его рта вышел туман, а голос слегка дрожал. Неизвестно, от холода это или волнения.

Сюй Жэньдун нахмурился. Его не удивила смерть Чжао Линя, но как его труп оказался здесь?

Лиан Цяо пробормотал: «Извини, извини», и несколько раз перевернул труп ломом. Он не совсем понимал, что искал. Через некоторое время он, похоже, ничего не нашёл. Юноша поднял голову и сказал:

– Пойдём расскажем всем.

– Хорошо.

Вскоре после того, как все заснули, их разбудили с новыми плохими новостями. Выражения их лиц были очень мрачными. Психика Цзян Ли снова рухнула, указывая на нос Юань Сюэмина, она кричала:

– Разве ты не говорил, что люди не будут умирать днём?!

Юань Сюэмин ответил:

– Я никогда этого не говорил.

Ван Юань попытался утешить свою девушку, но Цзян Ли потеряла контроль и закричала:

– Три человека умерли за один день! Как может этот мир быть таким трудным! В прошлый раз это было очевидно…

Выражение лица Ван Юаня изменилось, а Юань Сюэмин сразу нахмурился.

– В прошлый раз? Так вы не новички? Вы входили раньше?

Зная, что она совершила ошибку, Цзян Ли вздрогнула рядом со своим парнем и замолчала. Все вопросительно смотрели на них. Ван Юань знал, что больше не может скрывать это, поэтому ему пришлось честно признаться:

– Да, мы не новички… Мы приехали во второй раз.

Юань Сюэмин спросил:

– Почему вы это скрыли?

Ван Юань усмехнулся.

– Думаешь, я не знаю? Вы, старожилы, используете новичков для проверки условий смерти. В таком случае, почему мы должны говорить правду? Почему мы должны быть вашими подопытными кроликами?

Это было похоже на камень, поднявший множество волн. Все были шокированы и начали размышлять о том, действительно ли Юань Сюэмин использовал их.

Юань Сюэмин был поражён:

– Я не…

Но теперь все думали об этом, и когда они посмотрели на Юань Сюэмина, их глаза не были такими доверчивыми, как раньше.

Лянь Цяо и Сюй Жэньдун не следовали за основной группой в течение последних двух дней, поэтому они не знали, делал ли тот когда-либо подобное.

Юань Сюэмин вздохнул.

– Если вы не хотите верить мне, я не буду принуждать вас. Но есть только одно: надеюсь, вы не… – Он, казалось, о чём-то подумал, остановился на полпути и резко сменил тему: – Забудьте. Просто защититесь хорошо. Я пойду сначала отдохну.

Глаза Цзян Ли были красными, и Ван Юань обнял её, мягко успокаивая. Они тоже ушли.

Некоторое время все сидели в гостиной, смотрели друг на друга, не зная, что сказать. Поначалу они все были чужими, но внезапно их бросили в этот ужасающий мир призраков. Они наконец нашли надежду, но теперь их дух разваливался… Что касается Юань Сюэмина, настроение у всех было сложным. Он был похож на старшего брата, терпеливо объяснявшего здесь правила и говорившего всем, что делать дальше. Однако кто знал, есть ли у него скрытые замыслы?

Он так легко завоевал всеобщее доверие, и также очень легко смог его потерять.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо вернулись в свою комнату, чувствуя себя немного уставшими. Двое сняли одежду и легли на кровать. Они прислушивались к холодному ветру за окном и некоторое время не могли уснуть.

Лянь Цяо поиграл с тремя собранными ими матрёшками и внезапно сказал:

– Брат Жэньдун, ты думаешь, мы действительно сможем уйти отсюда после того, как соберём кукол?

– Я не знаю.

– Разве Юань Сюэмин не говорил, что для того, чтобы уйти, нам нужно найти лифт и кнопку? Мы не нашли ни одной из этих двух вещей… Так будут ли они одной из наград за задание? Будет одна или обе? Этот мир действительно похож на игру ужасов, и я чувствую, что мы…

Сюй Жэньдун прислушивался к его болтовне и чувствовал себя всё более и более сонным. Он всё ещё был настороже и не мог спокойно спать, поэтому ответил в полусне, случайно прервав Лянь Цяо.

Лянь Цяо услышал его низкое «Да», ошибочно подумал, что тот злится на него, и забеспокоился.

– Брат Жэньдун, ты думаешь, я провожу весь день в размышлениях об играх и несерьёзен?.. Ты - финансовый профессионал, каждый день ты общаешься с лидерами общества, которые столь же хороши и способны, как ты. Как ты думаешь, быть ведущим игры – это не… настоящее призвание?

– Нет. Разве игры не являются твоей работой и карьерой? У онлайн-индустрии ведущих сейчас хорошие перспективы.

Лянь Цяо был тронут.

– Брат Жэньдун, ты такой добрый! Было бы здорово, если бы мой папа был таким же просвещённым, как ты! Тогда бы меня не выгнали из дома…

Сюй Жэньдун резко открыл глаза и посмотрел на него со сложным выражением лица.

– Лянь Цяо, я всего на три года старше тебя. Я совсем не подхожу на роль твоего отца.

Лянь Цяо: «……»

Он несколько раз «упал в яму», которую «вырыл» сам. Он сказал:

– Я не так к тебе отношусь…

Сюй Жэньдун уснул и не слышал, что тот сказал.

Лянь Цяо ничего не оставалось, кроме как уставиться в потолок в оцепенении. Его биологические часы ещё не достигли времени сна, поэтому он не мог уснуть. Хотя он принёс с собой мобильный телефон, но не решился играть небрежно, опасаясь, что у того разрядится батарея.

Время шло медленно, и когда Лянь Цяо почувствовал себя немного сонным, он услышал очень тихий звук.

*Хлоп, хлоп, хлоп* – как будто что-то мягкое похлопывало по полу.

Волосы Лянь Цяо резко вздыбились, и он чуть не выпрыгнул из кровати. Но это не имело значения, потому что, когда сел, то действительно встретил пару тёмных глаз.

– …Эй! – Лянь Цяо был так напуган, что даже кричать не мог. Он чувствовал себя уткой, которой сжали горло.

В темноте существо шагнуло вперёд, и что-то пошевелилось на его голове. В лунном свете Лянь Цяо смог ясно разглядеть, что это серый кролик, который может произносить человеческие слова. Блестящие глаза кролика пристально смотрели на него, а розовые заячьи губы шевелились.

– Ты как следует искал подарки?

Лянь Цяо на какое-то время потерял дар речи, и кролик уставился на него с серым лицом. Внезапно его шерсть стала чернеть. Он издал своего рода хруст, который напоминал сжатие задних коренных зубов, и пушистая кроличья голова постепенно превращалась в скрученные чёрные нити, выглядя точно так же, как чёрная мозаика, преследовавшая их в снегу днём.

– Ты. Как. Следует. Искал. Подарки? – Кролик ухмыльнулся, словно чего-то ожидал. Его глаза смотрели энергично, и глазные яблоки фактически закатились с шумом.

Лянь Цяо вздрогнул от страха и вынул матрёшку. Он представил её в умоляющей позе, которую использовал бы маленький демон, обращаясь к царю горы.

– Да, да, да! Мы как следует искали!

Когда кролик увидел матрёшку, он несчастно скривил губы и снова вернул тёмные глазные яблоки в глазницы, но куклу не взял. Затем он слегка повернул голову и посмотрел на спящего Сюй Жэньдуна.

Лянь Цяо разбудил его. Сюй Жэньдун издал «Да», а когда он увидел голову кролика рядом, его глаза резко расширились.

Кролик снова спросил:

– Ты как следует искал подарки?

Сюй Жэньдун почувствовал что-то горячее в своих руках, когда Лянь Цяо тихонько засунул в них твёрдый предмет. Затем он поднял руку, чтобы показать кролику.

– Да, да, да, смотри, у нас всё хорошо!

Кролик втянул свой маленький розовый носик и выглядел очень расстроенным, но больше не пугал их. Он просто развернулся, лёг на пол, оттолкнулся задними лапами и ушёл. Постукивающий звук оказался его шагами. Он быстро исчез в темноте. Дверь не открывалась. Было неизвестно, как он попал сюда и куда ушёл.

Сюй Жэньдун заметил, что Лянь Цяо дал ему матрёшку. Лянь Цяо всё ещё держал её в руках, его ладони слегка вспотели.

– Что случилось? – спросил Сюй Жэньдун.

Лянь Цяо вздохнул.

– Я знаю, каковы условия смерти.

Сюй Жэньдун хотел спросить, когда Лянь Цяо внезапно сказал:

– Брат Жэньдун, я немного напуган. Могу я быть ближе к тебе?

– Кролика больше нет, чего ты боишься?

– Я боюсь других вещей.

Сюй Жэньдун постепенно понял, что произошло, и понял, что Лянь Цяо снова спас ему жизнь. Внезапно он почувствовал себя немного виноватым.

Он немного подумал, затем распахнул одеяло и сказал:

– Ты можешь спать ближе ко мне.

Лянь Цяо улыбнулся, приблизился и нежно обнял его за руку. Красивые глаза были изогнуты в виде пары полумесяцев, и тёплая улыбка переполнила их, заставляя людей чувствовать себя нежными. Сначала Сюй Жэньдуну было немного холодно, но объятия Лянь Цяо были окутаны большим количеством тепла. Как послушный большой кот с пушистым, тёплым и мягким животом, и его дыхание было полным тепла.

Сюй Жэньдун вскоре заснул.

На следующее утро они услышали какой-то шум за пределами своей комнаты. Когда вышли, то обнаружили, что все собрались у дверей соседней комнаты.

– Кто-то снова умер, – сказал Юань Сюэмин. – Всё так же, как вчера. Труп выпотрошен.

…Кролик покинул их комнату прошлой ночью и пошёл в комнату по соседству?

Сюй Жэньдун посмотрел на сцену, в которой кровь и плоть летят по комнате, и почувствовал, что кусков мяса было намного меньше, чем вчера. Он не мог не задаться вопросом:

– На этот раз умер только один человек?

Когда Юань Сюэмин впервые делил комнаты, в них жили по два человека. Прямо сейчас он горько улыбнулся.

Другая девушка в команде прошептала:

– Изначально она спала в одной комнате со мной. Прошлой ночью… после того, что случилось, она заподозрила, что я - тоже опытный игрок, поэтому ушла сама.

Похоже, они волновались не только из-за Юань Сюэмина. У всех был кризис доверия друг к другу.

Сюй Жэньдун заметил, что Сюй Хун отсутствует, и внезапно вспомнил, что у этой женщины был вспыльчивый характер, и она ушла, когда делили комнаты. Она также должна жить в комнате одна. Поэтому он спросил:

– Где Сюй Хун?

Все пришли в себя как ото сна только для того, чтобы понять, что забыли сообщить ей о том, что произошло.

Вдруг на лестнице застучали туфли на каблуках, и недовольный голос сказал:

– Что происходит?

Это была Сюй Хун.

Все смотрели с удивлением: «О, ты ещё жива».

Сюй Хун была в ярости.

– Какое у вас выражение лиц! Почему вы все так смотрите на меня!

Лянь Цяо не сдержался и громко засмеялся.

– Ничего такого, просто я думаю, что ты на самом деле довольно хороша…

Все согласились. Сюй Хун была в ярости и хотела побить Лянь Цяо, но тот быстро извинился и в панике спрятался за Сюй Жэньдуном. Мужчина взглянул на него и сказал:

– Чего ты боишься? У тебя есть Святой Меч Физики.

Лянь Цяо опешил и беспомощно сказал:

– Я не могу ударить женщину…

– Если она первой нападёт на тебя, это не называется «ударить женщину». Это называется «самооборона».

Лянь Цяо внезапно осознал.

– То, что ты сказал, имеет смысл. – Потом он достал лом.

Сюй Хун: «……»

Её отношение изменилось в течение одной секунды, и она вернулась в толпу с чёрным лицом.

Когда Лянь Цяо поднял такой шум, атмосфера внезапно немного ослабла. Все решили сначала спуститься поесть. Во всяком случае, этот человек уже был мёртв, поэтому оставаться здесь не имело смысла.

Без разговора с Юань Сюэмином все молчали и ничего не говорили. Лянь Цяо внезапно достал собранные ими три куклы, положил их на стол и спросил:

– Теперь у нас всего пять кукол. У кого две другие?

– У меня. – Юань Сюэмин быстро вытащил их и положил на стол.

Выстроились пять матрёшек. У всех кукол, кроме самой маленькой, есть шов, который можно открутить. Пока что четыре куклы содержали: компас, ключ и четыре конфеты.

Лянь Цяо сказал:

– На самом деле, я имею представление об условиях смерти…

Он рассказал о визите кролика прошлой ночью и заключил:

– Я полагаю, что условия смерти в этом мире таковы, что у вас нет матрёшки. Поэтому наиболее разумным решением было бы раздать куклы среди как можно большего числа людей.

Все посмотрели на кукол на столе. Юань Сюэмин огляделся и первым взял матрёшку.

– Я нашёл эту и хочу оставить себе. Хорошо?

Все не выглядели счастливыми, но ничего не могли сказать. Тут же другая девушка быстро утащила матрёшку.

– Вот эту нашла я и тоже хочу её забрать!

На столе остались три куклы. Лянь Цяо переместил две из них к себе и Сюй Жэньдуну и сказал:

– Эти три были найдены братом Жэньдуном и мной, поэтому мы возьмём две. Что до последней… – Он нерешительно посмотрел на толпу.

Все смотрели на него, затаив дыхание, надеясь, что он сможет подарить им эту куклу. Лянь Цяо взглянул на Сюй Жэньдуна, и тот кивнул ему, давая понять, что это должен решать он.

Лянь Цяо немного подумал и посмотрел на женщину из пары.

– Цзян Ли, – сказал он, – не знаю, что вы испытали раньше, но я всё ещё надеюсь, что мы можем доверять друг другу, хорошо?

Цзян Ли была вне себя от радости и энергично кивнула.

Лянь Цяо сказал:

– Я отдам тебе эту матрёшку. Перестанем говорить о старожилах и новичках и подопытных кроликах. Давайте работать вместе и сбежим из этого мира.

– Хорошо! Спасибо! Спасибо! – Цзян Ли чуть не заплакала от радости. Ван Юань рядом с ней также был очень благодарен и не мог перестать благодарить Лянь Цяо.

После раздачи пяти кукол всё ещё оставалось немало людей, у которых не было матрёшек, в том числе Ван Юань, Сюй Хун и несколько человек, лишённых чувства существования. Помимо Ван Юаня, несколько других людей имели своё мнение о решении Лянь Цяо. Сюй Хун даже прямо выругалась:

– Они были такими ужасными вчера, а сегодня ты действительно подарил им куклу? У тебя проблемы с мозгом?

Лянь Цяо беспомощно:

– Я…

Сюй Жэньдун холодно сказал:

– Это твоё дело?

Сюй Хун сердито посмотрела на него, но выражение лица Сюй Жэньдуна было спокойным.

– Если у тебя есть время на ссору, лучше отправиться пораньше, чтобы найти другую куклу.

Сюй Хун это не убедило, и она снова захотела выругаться. Внезапно она увидела, что Лянь Цяо осторожно вытащил лом и положил его на стол.

Сюй Хун: «……»

Это была в значительной степени скрытая угроза, поэтому все замолчали. Юань Сюэмин, похоже, нашёл эту сцену очень интересной и восхищённо посмотрел на Лянь Цяо и Сюй Жэньдуна.

Сюй Хун встала и ушла, спросив, кто хочет пойти с ней. Никто не заговорил. Сюй Хун стиснула зубы, захлопнула дверь и вышла из хижины в одиночестве.

Юань Сюэмин спросил:

– Кто-нибудь последует за мной? Сегодня я планирую отправиться на восток.

Люди, которые не нашли матрёшку, кивали один за другим, говоря, что они всё ещё готовы следовать за братом Юанем. Они говорили искренне, но на самом деле все знали, что, если у Юань Сюэмина не было бы компаса, вряд ли они последовали бы за ним.

Другая девушка с матрёшкой откровенно заявила, что не хочет выходить на улицу.

Юань Сюэмин посмотрел на Лянь Цяо.

– Что насчёт вас?

Лянь Цяо сказал:

– Я хочу снова пойти в церковь.

Юань Сюэмин:

– Ты ещё помнишь дорогу? Или я должен сначала тебя отвести?..

Цзян Ли внезапно прервала его:

– Я знаю дорогу, я пойду с тобой. – Она искренне посмотрела на Лянь Цяо. – Я отведу тебя туда, чтобы отблагодарить. Я искренне хочу поблагодарить вас за то, что подарили мне матрёшку.

– Да, ты наш благодетель. – Ван Юань мягко посмотрела на Цзян Ли, нежно сжимая её пальцы.

Лянь Цяо посмотрел на пару, которая раздавала «собачий корм», не спрашивая разрешения у других, и внезапно повернулся к Сюй Жэньдуну. Мужчина почувствовал, что его взгляд был немного странным.

– Что ты хочешь, чтобы я сделал?

Лиан Цяо спросил:

– Брат Жэньдун, у тебя есть напарник?

Сюй Жэньдун: …

– Нет.

Лянь Цяо улыбнулся. Он приподнял брови и сказал:

– Какое совпадение, у меня его тоже нет.

Сюй Жэньдун: «……» Чему так радоваться, глупый мальчик?

Группа из четырёх человек ушла в церковь. Когда они отошли, Юань Сюэмин посмотрел на их удаляющиеся спины, и выражение его лица выглядело встревоженным.

Спираль смерти [BL] Глава 08. Матрёшка (8)

Глава 08. Матрёшка (8)

Сегодняшний снегопад был намного легче, чем накануне, и видение округи куда лучше. Возможно, потому что вчера их преследовало чудовище, которое оставило психологическую тень, но все четверо всё время немного нервничали. Они боялись, что снова услышат звук скрежета зубов на ветру, покалывающий кожу головы.

– Ах! – Цзян Ли, которая шла посреди группы, внезапно вскрикнула и упала на землю.

– А-Ли! – Ван Юань поспешил ей помочь. – Что случилось? Ты в порядке?

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо оглянулись и увидели Цзян Ли, сидящую рядом с камнем. Большая часть камня была покрыта белым снегом, и, казалось, что Цзян Ли случайно споткнулась.

– Ты в порядке? – Сюй Жэньдун присел на корточки. – Ты можешь продолжать идти?

– Всё в порядке… – Цзян Ли через силу улыбнулась. – Я просто немного подвернула ногу. Всё в порядке.

Она попыталась встать, но на её лице промелькнула боль. Ван Юань очень волновался. Он нашёл ветку и хотел наложить шину, но какое-то время не мог найти подходящую повязку.

– Используй мой галстук. – Сюй Жэньдун стянул с шеи галстук и протянул его Цзян Ли.

Цзян Ли на мгновение опешила, заколебалась и, казалось, не хотела его принимать. Ван Юань взял это на себя и снова и снова благодарил. Он использовал галстук, чтобы привязать ветку к лодыжке девушки. Однако он был неуклюж, и ветка оказалась привязана криво. Он не только не помог исправить её лодыжку, но на самом деле причинили Цзян Ли ещё больше боли.

– …Я сделаю всё сама, – мягко сказала Цзян Ли, склонив голову и перевязав себя. Казалось, она очень хорошо это делала. Она двигалась ловко и умело. Она быстро зафиксировала травмированный сустав и встала с помощью Ван Юаня.

– Где ты научилась бинтовать? – Сюй Жэньдун посмотрел на аккуратную повязку, эта техника явно была профессиональной.

Цзян Ли объяснила:

– Я – врач.

Лянь Цяо спросил:

– Церковь далеко? Не хотите ли вернуться, а мы сами туда пойдём?

Цзян Ли ответила:

– Я в порядке. Впереди ещё долгий путь. Ну… или, может быть, А-Юань сможет вас вести? Если вы заблудитесь…

Ван Юань беспомощно сказал:

– Как я могу оставить тебя в опасности в одиночестве?

Цзян Ли выглядела виноватой.

Сюй Жэньдун сказал:

– Пойдём вместе. Добравшись до церкви, можно сесть и отдохнуть. Мы с Лянь Цяо пойдём исследовать.

Цзян Ли радостно кивнула, и двое других не возражали. Итак, четверо снова двинулись в путь. Минут через десять они наконец добрались до церкви.

Это была небольшая церковь, и первое, что можно увидеть, войдя в ворота, – просторная и торжественная часовня. Ряды скамеек были аккуратно расставлены, но засыпаны пылью. Иисус на кресте всё ещё склонил голову и выглядел сострадательным. Кровь на полу оставалась на месте и высохла. На пятне крови виднелось несколько отпечатков лап животных. Лянь Цяо осмотрел их и предположил, что это кроличьи лапы.

Вчера их решение покинуть храм, кажется, было правильным. Чёрный мозаичный кролик вышел из этой церкви.

Ван Юань помог Цзян Ли подойти к скамейке и осторожно стёр пыль с сиденья, чтобы дать ей сесть и отдохнуть.

Лянь Цяо сказал:

– Подождите нас здесь. Мы с братом Жэньдун осмотримся вокруг.

Сюй Жэньдун взглянул на статую Иисуса, повернул голову и сказал:

– Если что-то случится, первым делом вы должны бежать.

Цзян Ли быстро махнула рукой и сказала:

– Идите. Всё будет хорошо.

Лянь Цяо взял лом и исследовал церковь с Сюй Жэньдуном.

Сначала они обошли часовню и не нашли ничего примечательного, затем вышли в боковой коридор. Этот коридор очень длинный, с электрическими лампами в виде свечей на стене. Внутренняя часть ламп очень грязная, со следами старения на вольфрамовой проволоке. Схема также, кажется, находится в плохом контакте, свет мерцает и тускнеет, вызывая у людей чувство дискомфорта.

В этом коридоре не было окон, так что, если свет выключится, он станет чёрным как смоль. В коридоре только две двери, и они далеко друг от друга. Сюй Жэньдун открыл одну и обнаружил, что внутри выставлены облачения, священные предметы и другие религиозные вещи. Первоначально Лянь Цяо был немного напуган, крепко сжимая лом, но внезапно снова возбудился, увидев эту сцену. Ему даже не понадобился лом, он хватал всё руками и перебирал.

– Ух ты! Библия! Вау! Святой Грааль! Вау! Копье Лонгина! – Всё, что Лянь Цяо видел, ему сразу нравилось. Он хотел держать их всех в своих руках. Юноша повернул голову и увидел чулан. Он был так взволнован, что ничего не мог с собой поделать. – Вау! Одеяние священника! Настоящее одеяние священника!

Сюй Жэньдун беспомощно сказал:

– Ты же не хочешь взять всё это, не так ли?

Лянь Цяо держал эту большую стопку пыльных религиозных вещей и с надеждой спросил:

– Разве я не могу?

– Нет. Это воровство.

– Как мои смелые поступки можно назвать воровством! Поиск! Это называется поиском!

– …Твоё утверждение ненамного лучше.

Лянь Цяо крепко обнял свои сокровища с неохотным выражением лица, как хомяк, защищающий еду.

Сюй Жэньдун сказал:

– Отпусти, ты не можешь забрать так много вещей. Что, если за тобой погонится призрак? Ты всё равно всё выбросишь.

Лянь Цяо вспомнил ужасную сцену преследования призраков в последние два дня. Выражение его лица было немного потрясённым.

Сюй Жэньдун сказал:

– Веди себя хорошо.

Эта фраза, казалось, ударила Лянь Цяо в мягкое место. Лянь Цяо широко открыл глаза и тихим голосом сказал: «Бля!» Его лицо внезапно покраснело, и он, наконец, послушно отложил вещи.

Сюй Жэньдун сказал:

– Ты весь в пыли, отряхни себя.

– Хорошо. – Лянь Цяо послушно начал похлопывать пыль, но уголки его рта всё ещё были приподняты.

Сюй Жэньдун положил религиозные предметы один за другим и снова посмотрел на улыбку Лянь Цяо. Он внезапно почувствовал, что в этой улыбке было озорное чувство. Сюй Жэньдун посмотрел на него сверху вниз, а затем указал на выпуклые карманы брюк.

– Что ты там спрятал?

– О… – Он был разоблачён, поэтому Лянь Цяо неохотно достал просфору.

Сюй Жэньдун потерял дар речи. Просфора была вся зелёный от плесени. Она пробыла там чёрт знает сколько времени и даже засыпана пеплом. Проблема Лянь Цяо с подбором мусора была действительно серьёзной.

Увидев, что карман брюк на другой стороне также был полон, Сюй Жэньдун нахмурился.

– Что это?

– О, это моя кукла. – Лянь Цяо аккуратно вынул куклу в доказательство своей невиновности. Он отвинтил её и показал ему. – Я также ничего не спрятал внутри… А?

Внутри куклы лежали две конфеты. В это время из щелей в обёртке сочилась какая-то желтовато-коричневая жирная жидкость, которая не только пачкала бумагу, но и прилипала к внутренней стенке куклы. Лянь Цяо достал конфету и с отвращением поджал рот.

– Отвратительно…

– Это же шоколад, не так ли? – спросил Сюй Жэньдун. – Должно быть, ты растопил его теплом своего тела.

Лянь Цяо раздражённо сказал:

– Оказалось, что это шоколад! Теперь, когда я знаю, мне жаль, что я не съел его! Вчера я очень хотел съесть шоколад… Ведь крыша этой церкви похожа на шоколад «Kisses».

– Подожди, пока выйдешь, - и ты сможешь есть столько, сколько захочешь. – Сюй Жэньдун увидел, что в этой комнате нечего исследовать, и повернул голову, чтобы выйти.

Лянь Цяо преследовал его.

– Брат Жэньдун, брат Жэньдун, мы можем встретиться после того, как выйдем?

Сюй Жэньдун сказал:

– Давай сначала выйдем, а потом посмотрим.

Лянь Цяо выглядел немного растерянным.

– О…

Другая дверь в коридоре вела в молитвенную комнату. Эта комната была небольшой, в ней всего два стула и небольшое пространство, где люди могли молиться и исповедоваться. В помещении было темно. Лянь Цяо включил фонарик мобильного телефона и вошёл, чтобы проверить его. Он выполз с горьким лицом.

– Внутри пахнет волосами на груди.

Сюй Жэньдун: «……»

Он не мог не подумать: «Как пахнут волосы на груди?»

Двое внимательно огляделись в молитвенной комнате, но не нашли ничего ценного, поэтому им пришлось вернуться в коридор.

– Здесь есть ещё какие-нибудь комнаты? – спросил Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун представил структуру церкви:

– Ширина ризницы и молельной комнаты такая же, как у часовни. Планировка этой церкви должна иметь форму «目» (кит. «глаз»)… Но коридор уже в конце. – Он постучал по стене в коридоре, они услышали глухой звук. – Эта стена кажется твёрдой.

– Форма «目»? – Лянь Цяо написал слово на ладони с задумчивым выражением лица. Он посмотрел на дверь молельной комнаты, а затем на дверь ризницы в другом конце коридора. Внезапно вспыхнуло вдохновение, и он весело сказал: – Понятно! Эти две комнаты…

Внезапно свет в коридоре погас, и их поле зрения стало чёрным!

Голос Лянь Цяо резко оборвался. Сюй Жэньдун был поражён и подсознательно потянулся в его сторону.

– Лянь Цяо! Ты где? Ты… Ммм!

Кто-то прикрыл ему рот, и его оттащили назад! Сюй Жэньдун оказался застигнут врасплох, и его оттащили на несколько шагов. Перед ним была бесконечная тьма, но по какой-то причине он почувствовал, как что-то трясётся.

Сразу после этого к его шее прижалось что-то холодное.

«Плохо!»

Тревожные колокола звенели в его сердце, и Сюй Жэньдун инстинктивно хотел оттолкнуть руку, прикрывавшую его рот. Он обнаружил, что рука была очень маленькой, как женская рука, но крепко сжимала его рот и нос, чтобы он не издал ни звука.

Затем холодный предмет сильно врезался ему в шею!

Страх был подобен куску льда, который внезапно прилип к его спине, заставляя его дрожать, и всё его тело напрягалось.

Сначала он не чувствовал боли. Он только услышал слабый порыв ветра. Это похоже на шум моря, когда вы прикладываете уху к раковине.

– Э-э… – он хотел позвать на помощь, но мог только издать тихий звук, похожий на звук ветра.

Какая-то тёплая жидкость попала ему на подбородок и грудь, намочив одежду и штаны. Ветер усилился, и он почувствовал боль. Его шея сильно заболела, и рана, казалось, открылась какой-то силой. Мало-помалу она рвалась всё больше. Он инстинктивно прикрыл шею и прикоснулся к дыре, из которой постоянно хлестала кровь. Рана была длинной и глубокой, почти рассёкшей шею.

Отчаяние было как большая рука, энергично сжимавшая его мягкое и хрупкое сердце. Он попытался заблокировать отверстие в горле, но случайно задел порванную трахею. Она была мягкой и твёрдой, и под увлажнением тёплой жидкости трахея выскользнула из его пальцев.

Он вставил палец в собственную трахею.

Внезапно его зрение осветилось, как будто кто-то включил свет. Сюй Жэньдун обнаружил, что находится в комнате, которую никогда раньше не видел. Комната была пуста, если не считать серебристо-серого лифта, резко выделяющегося посередине.

«Лифт… Здесь лифт… Но где я?»

У лифта стоял мужчина. Он увидел его и в шоке подбежал. Мужчина в шоке смотрел не на него, а на человека позади него.

– Ты… – он сказал только это слово и тут же закрыл рот, как будто что-то понял, и посмотрел в сторону.

Глаза Сюй Жэньдуна были немного размытыми, но он всё же узнал лицо человека.

Ван Юань.

«Тогда человек, который перерезал мне шею, должно быть…»

Этот человек был позади него. Сюй Жэньдун тяжело повернул голову и обнаружил, что Ван Юань смотрит в стену. На стене ничего не было, но за стеной доносился слабый звук дрожащего голоса Лянь Цяо.

– Брат Жэньдун? Ты где? Брат Жэньдун…

«Я здесь».

Сюй Жэньдун не мог издать ни звука и мог только протянуть руку к стене. Он увидел, что вся его рука пропиталась кровью, а кровь на шее всё еще хлестала, как небольшой фонтан, горячая и влажная, скользкая и очень тёплая. В его горло текла кровь, болезненная и неприятная, что заставляло его кашлять. Кашель, в свою очередь, разрывал рану на шее, растягивая отверстие всё шире и шире. Он почти слышал звук рвущейся кожи.

«Больно…»

Его губы шевелились, и он пытался кричать бесчисленное количество раз, но мог только чувствовать, как из его шеи льётся кровь. Её нельзя было заблокировать и остановить. Сонная артерия походила на разорванную водопроводную трубу, постоянно выталкивающая кровь как сумасшедшая.

Потеря крови сбила его с толку, и он больше не мог стоять, поэтому его тело мягко опиралось на человека позади. Этот человек медленно положил его на пол, чтобы он наконец смог увидеть, кто причиняет ему боль.

«Цзян Ли. Это действительно была Цзян Ли».

Это красивое лицо давно потеряло прежнюю нежность, оно было холодным и решительным. На нём также осталось несколько капель крови.

И у неё даже был его галстук на щиколотке.

«…Больно… У меня кружится голова… Весь мир закружился».

Рука Цзян Ли была в крови, а её голова опущена, когда она возилась с его телом. Ван Юань опустился на колени рядом с Сюй Жэньдуном и спросил дрожащим голосом:

– А-Ли, почему?.. Как ты могла?..

Цзян Ли полезла во внутренний карман Сюй Жэньдуна и параноидально посмотрела на Ван Юаня.

– Я не могу просто смотреть, как ты умираешь.

В то же время Лянь Цяо за стеной закричал:

– Брат Жэньдун… Мне так страшно… Где ты?.. Мне так страшно… Не оставляй меня…

«Я здесь. Я не оставил тебя».

Сюй Жэньдун слабо протянул руку, но не смог дотянуться до стены. В глазах начало темнеть, и его зрение постепенно затуманилось.

– Я нашла! – Цзян Ли понизила голос, но не смогла сдержать радость. Она подняла окровавленную куклу с радостью, как маленькая девочка, которая хочет, чтобы её похвалили. – А-Юань, ты не умрёшь! У тебя есть кукла, мы можем уйти отсюда вместе!

Ван Юань посмотрел на неё со сложным выражением лица, но через мгновение он взял куклу дрожащими пальцами. Он опустил голову и мягко сказал Сюй Жэньдуну:

– Мне очень жаль.

Сюй Жэньдун ничего не видел. Он потерял слишком много крови, и его тело постепенно стало жёстким и холодным, как если бы кровь, оставшаяся в его жилах, начала свёртываться. На мгновение он почувствовал, что лежит в снегу и везде была белизна. Он больше не чувствовал боли, только отчаяние.

В этом пугающем отчаянии последним голосом, который он услышал, был вой Лянь Цяо, похожий на птенца:

– Не оставляй меня…

______________________

Автору есть что сказать:

Примечание 1: Святой Грааль и Копьё Лонгина являются священными артефактами Иисуса. Такие вещи будут символически отображаться в ризнице церкви. Все знают Святой Грааль, а Копьё Лонгина в популярной науке считается копьём, которое когда-то пронзило Иисуса Христа. Согласно Священному писанию, центурион пронзил копьём бок распятого Иисуса Христа. Этого сотника звали Лонгин. Когда кровь Иисуса капнула в глаза Лонгина, он мгновенно исцелился. После этого он отказался от своей изначальной личности и стал монахом, способным творить чудеса.

Примечание 2: Относительно перерезания горла. Анатомическое строение шеи – это трахея спереди (то есть там, где расположен гортанный узел), а сонные артерии с обеих сторон находятся по обе стороны от трахеи. Поскольку Цзян Ли знала анатомию, а сонную артерию нельзя точно определить в темноте, она сделала глубокий разрез и рассекла трахею вместе с сонной артерией, что привело к серьёзным разрывам. После повреждения трахеи люди не могут разговаривать, и это также может помешать Лянь Цяо услышать призыв о помощи. Кроме того, что касается предыдущего «услышал шум как в раковине», на самом деле звук, похожий на прилив, слышимый ухом в раковине, является эхом кровотока в кровеносном сосуде уха.

Спираль смерти [BL] Глава 09. Матрёшка (9)

Глава 09. Матрёшка (9)

Сюй Жэньдун резко открыл глаза.

– Лянь Цяо!!

Его крик эхом разнёсся по металлическому лифту, сотрясая барабанные перепонки. Сюй Жэньдун никогда не представлял, что он может издать такой ужасный вопль. Он сел в серебристо-сером лифте и тупо погладил себя по шее. Кожа там была гладкой, мягкой и неповреждённой, без следов порезов.

…Я снова вернулся?

Он медленно встал – и пиджак выскользнул из его рук. Температура окружающего воздуха понемногу падала, и вскоре, «звякнув», дверь лифта снова открылась.

За дверью показалась неизменная снежная сцена.

Как будто ничего не случилось, как будто боль, которую он испытал, была лишь иллюзорным сном.

Но…

Он опустил голову и увидел свой галстук на груди. Мужчина всё ещё отчётливо помнил этот галстук, обёрнутый вокруг лодыжки Цзян Ли, когда та лежала на полу с текущей кровью. Он боялся смерти, и у него не было времени думать об этом. Только сейчас Сюй Жэньдун понял, что его предали.

Его предал тот, кому он помог.

Сюй Жэньдун сжал кулаки и впился ногтями в ладони.

Гнев, казалось, стал ощутимым и сильно прижался к его груди, отчего у него перехватило дыхание. На мгновение ему даже не захотелось выходить из лифта. В любом случае, как бы ни боролся, он умрёт, так в чём смысл?

Почему он просто не принимает решение судьбы и не умирает здесь тихо… Почему он просто не остаётся в ловушке в этом месте навсегда… Почему?

Очевидно, что другие люди в команде не имеют возможности воскресать после смерти, иначе в этом мире не было бы мёртвых людей. Но почему он единственный воскрес?

Почему ему приходилось многократно переживать смертельную боль? Что он сделал не так? Мало ли одной трагической смерти?

Почему я?

Отчаяние постепенно снижало температуру его сердца, заставляя мужчину чувствовать холод изнутри. Он молча обнял себя, но внезапно в его сердце возникло странное и знакомое чувство.

…Он вспомнил, как Лянь Цяо держал его за руку.

О, Лянь Цяо!

Сюй Жэньдун выглянул из лифта, и, конечно же, следы следов всё ещё оставались на снегу.

Мир перезагрузится после его воскрешения, то есть…

Лянь Цяо теперь в опасности!

Прежде чем мозг понял, что происходит, его тело уже отреагировало. Он выскочил из лифта и начал бешено бежать по следам в снегу.

В лесу было так же тихо, как всегда, и он мог слышать только собственные вздохи и шаги по снегу. Сюй Жэньдун не знал, сколько он пробежал, пока его грудь не стала настолько болезненной, что его лёгкие вот-вот разорвутся, и в горле появился запах крови. Наконец он увидел фигуру, стоящую перед каменной стелой на поляне.

– Лянь Цяо! – Он крикнул изо всех сил: – Не трогай куклу!

«..?!» – Стройный юноша отдёрнул руки, словно от удара током. Он обернулся и удивлённо открыл глаза. – Кто ты?

Сюй Жэньдун подбежал к нему, тяжело дыша и схватившись за грудь. Некоторое время он не мог говорить, поэтому схватил Лянь Цяо за руку и жестом приказал ему держаться подальше от куклы.

Лянь Цяо вздрогнул, как будто хотел убрать руку, но не осмеливался. В тех глазах, которые всегда улыбались, было немного ужаса. Он робко спросил:

– Откуда ты знаешь моё имя?

Верно, мир перезагрузился, поэтому Лянь Цяо больше его не помнит.

Сюй Жэньдун сказал:

– Я знаю тебя, я…

На этот раз его голос был прерван до того, как была упомянута ключевая часть. Его горло, казалось, забито сгустком крови, настолько сильно, что стало больно.

«..?» – Лянь Цяо с тревогой посмотрел на него, его длинные ресницы порхали как крылья птицы. Очевидно, он был напуган.

Он меня боится.

Он меня больше не помнит, он потерял все свои воспоминания…

Он меня больше не помнит.

Сюй Жэньдун внезапно почувствовал боль в сердце. Его рука, сжимающая Лянь Цяо, постепенно отпустила.

– …У меня нет злых намерений. – Сюй Жэньдун почувствовал, как сдавило его горло.

– Гм… – Лянь Цяо задумчиво потёр своё запястье. Увидев его покрасневшую руку, Сюй Жэньдун понял, что только что слишком сильно схватил Лянь Цяо и ранил его.

Он собирался извиниться, но затем Лянь Цяо потёр нос и смущённо спросил:

– Ты смотрел мою прямую трансляцию?

Сюй Жэньдун какое-то время молчал, затем сказал:

– Да.

Лянь Цяо пробормотал:

– На самом деле у меня есть такой красивый поклонник-мужчина…

Сюй Жэньдун не расслышал ясно.

– Что?

Лянь Цяо улыбнулся. Он казался немного застенчивым, поэтому сменил тему:

– Где мы? – Он посмотрел на куклу на каменной плите. – И почему ты не позволяешь мне прикоснуться к ней?

Сюй Жэньдун попытался объяснить ему про лифт и призрачный мир и обнаружил, что на этот раз не было никаких препятствий. Но когда захотелось упомянуть кролика и задачу по сбору матрёшки, его голос снова прервался. Похоже, что он пока не может раскрыть эту часть.

После первоначального удивления Лянь Цяо постепенно успокоился и пошёл рядом с ним к хижине охотника. Чем ближе они подходили к дому, тем сложнее становилось настроение Сюй Жэньдуна. Он знал, что вот-вот снова встретится с этой группой людей: добрый Юань Сюэмин, жестокая Сюй Хун, несколько человек, которые уже умерли, и… Цзян Ли.

Цзян Ли, которая отплатила за его доброту насилием. Цзян Ли, зверски убившая его.

Он не знал, с каким настроением встретит её и Ван Юаня.

– Верно, – Лянь Цяо внезапно заговорил, прерывая его размышления. – Я не знаю, как тебя зовут?

Сюй Жэньдун сказал ему, и Лянь Цяо удивлённо сказал:

– Ага. Это «жэньдун» из жимолости?

Точно такая же линия снова пронзила сердце Сюй Жэньдуна. Уголок его губ дёрнулся, и он горько улыбнулся.

– Это «жэньдун», что означает «пережить зиму».

– О, – Лянь Цяо выразил такое же разочарование, как и в прошлый раз.

Когда они подошли к хижине охотника, Юань Сюэмин открыл им дверь. Как и в прошлый раз, после того как кролик выпустил миссию, Юань Сюэмин кратко объяснил правила мира. Затем Сюй Хун рассердилась и ушла наверх.

На этот раз Сюй Жэньдун спокойно обратил внимание на реакцию Цзян Ли и Ван Юаня и обнаружил, что те похожи на капли воды, сливающиеся в реку, идеально смешанные с толпой. Когда другие были взволнованы, они тоже были взволнованы. Когда другие нервничали, они тоже нервничали. Эти двое вели себя очень естественно, не как старожилы, которые раньше уже побывали в одном мире.

Нет, может, они всё ещё врали о собственном опыте. С такими актёрскими способностями и такой чистой техникой убийства, если Цзян Ли не была одарена от природы, она испытала не один ужасающий мир.

Когда он подумал об этом, выражение лица Сюй Жэньдуна стало холоднее. Он не заметил, что слегка поджал губы, и в его глазах были какое-то безразличие и отстранённость.

«…» – Лянь Цяо изначально хотел что-то сказать, но не мог не отступить, когда увидел его отталкивающее отношение.

Все выглядели по-разному и замолчали, оставив только потрескивание дров в камине.

Юань Сюэмин сказал:

– Давайте выберем комнаты и отдохнём пораньше.

Сюй Жэньдун предложил разделить комнату с Лян Цяо и, прежде всего, выбрал ту, в которой была спрятана кукла.

Он не стал забирать куклу за занавеской, а открыл шкафчик и вынул изнутри зимнюю одежду и одеяло. Лянь Цяо застелил кровать вместе с ним, а затем лёг под одеяло. Сюй Жэньдун взглянул на время, была половина двенадцатого. Биологические часы Лянь Цяо ещё не достигли времени сна, и, по оценкам, ему понадобится ещё полчаса, чтобы заснуть.

Хотя Сюй Жэньдун устал, он всё же тайно развеселился, ожидая, когда Лянь Цяо поговорит с ним. Неожиданно на этот раз Лянь Цяо просто ошеломлённо уставился в потолок. Через некоторое время он повернулся и заснул спиной к нему.

«…» – Сюй Жэньдун заметил беспокойство и осторожность в этом небольшом действии и не мог не почувствовать себя потерянным.

Он подождал, пока Лянь Цяо заснёт, и тихо встал. Наконец, накрыв кровать и надев плотное пальто, Сюй Жэньдун не мог сдержать дрожь и оглянулся на Лянь Цяо с некоторой ностальгией.

«Спокойной ночи».

Хотя кролик не пришёл в их комнату в первую ночь, на всякий случай всё же оставались дела. Он развинтил куклу в углу, достал ключ от подвала и осторожно спрятал куклу на теле Лянь Цяо.

Сделав это, он спустился вниз в полуночной прохладе.

Действуя по исходной методике, он забрался на вершину дерева по лестнице и успешно вытащил куклу из гнезда. Как и в прошлый раз, в матрёшке было две шоколадки. Сюй Жэньдун прикоснулся к этим конфетам и внезапно вспомнил, что сказал Лянь Цяо: «Крыша церкви похожа на шоколад «Kisses»».

Он не знал, был ли этот шоколад вкусным или нет.

Собираясь вернуться в дом, он о чём-то подумал, снова пошёл в подвал и взял лом.

Все мирно спали в комнате, свет на лестнице не был включён, поэтому было слишком темно, чтобы что-то разглядеть. Сюй Жэньдун достал свой мобильный телефон и зажёг его фонарик. Как только он прошёл на второй этаж, то наткнулся на седого кролика, залитого кровью.

«…» – Сюй Жэньдун посмотрел на комнату с кровоточащими пятнами.

«…» – Кролик посмотрел на лом в его руке.

Атмосфера внезапно зашла в тупик.

Кролик понюхал своим розовым носом, а его трёхлепестковая пасть раскрылась, и выражение его лица было немного запутанным. Он нехотя сказал:

– Ты, ты…

Сюй Жэньдун достал матрёшку, которую только что достал, и встряхнул её на глазах другого. Кролик ясно увидел матрёшку и облегчённо вздохнул. Он казался счастливым, поэтому снова продолжил путь.

Когда Сюй Жэньдун наблюдал, как тот исчезает в темноте, он внезапно почувствовал, что это немного похоже на трудолюбивого работника, выполнившего сегодняшний список задач и не желающего работать сверхурочно.

Это как бы заставило его почувствовать ситуацию… более приземлённой?

Ранним утром следующего дня толпа снова впала в панику, обнаружив тело. Конечно, Лянь Цяо снова начал икать, и потребовалось много времени, чтобы избавиться от икоты. После завтрака Юань Сюэмин повёл всех в доме искать матрёшку и легко нашёл ту, что в кухонном шкафу. Итак, компас снова был найден.

– Мы также видели одну по дороге сюда, – спокойно сказал Сюй Жэньдун. – Но, похоже, что-то охраняет эту матрёшку. Я не думал, что это правильно, поэтому не взял её.

После этого возрождения Сюй Жэньдун скрывал, что у него в руках есть матрёшка. Он не мог доверять другим, но он также не хотел лишать других права на выживание. Поэтому он собрал только две спрятанные куклы, которые было нелегко найти, и оставил все простые для всех остальных.

Юань Сюэмин спросил, где это находится, и кивнул.

– Тогда мы пойдём сначала возьмём эту куклу.

Сюй Жэньдун нашёл случайный предлог, чтобы сказать, что он не хочет идти, а Лянь Цяо сказал, что хочет снова исследовать дом. Юань Сюэмин не заставлял их. Все последовали за ним и двинулись в путь. Сюй Жэньдун заметил, что Цзян Ли взглянула на него, когда уходила. Он холодно оглянулся – и девушка немедленно отвернулась.

Пока Лянь Цяо переворачивал коробки и шкаф, Сюй Жэньдун наклонился, поднял лом из-за занавески и сделал вид, что удивился.

– Эй, здесь есть палка.

Когда Лянь Цяо увидел лом, его глаза вспыхнули.

– Святой меч физики.

Сюй Жэньдун не мог не приподнять уголки рта, но всё же слабо спросил:

– Это полезно?

– Да! Супер полезно! – Лянь Цяо был взволнован и рассказал ему о 100 случаях использования ломов. Затем он тупо посмотрел на него с выражением «хотения» на лице.

– Тогда возьми, – сказал Сюй Жэньдун.

Лянь Цяо удивлённо сказал:

– Правда? Но ты нашёл его…

Сюй Жэньдун сказал:

– Он грязный, я не хочу его.

Лянь Цяо радостно держал лом в руках. Его искреннее удовлетворение напомнило Сюй Жэньдуну хомяка с выпуклым ртом, полным еды. Сюй Жэньдун вспомнил его печальное выражение лица в ризнице церкви со всем, что тот хотел взять, но не мог. Вдруг ему захотелось что-то спросить:

– У тебя болезнь хомяка? Тебе нравится копить вещи?

Лянь Цяо был ошеломлён:

– Откуда ты знаешь… – Он снова быстро отреагировал: – Ах точно, ты видел, как я живу!

Сюй Жэньдун без объяснений улыбнулся. Он взглянул на занавеску, протянул руку и стянул всю ткань. Лянь Цяо удивлённо открыл глаза и увидел, как Сюй Жэньдун стряхивает пыль со штор и говорит:

– Эта ткань может временно служить мешком. – Он подумал немного, развязал галстук на шее и связал галстуком четыре угла занавески. – Таким образом, он не должен развалиться.

Лянь Цяо был ошеломлён этой операцией и радостно сказал:

– В самом деле! Брат Жэньдун, ты потрясающий!.. Но твой галстук… – Он уставился на слегка обнажённый вырез Сюй Жэньдуна и изящную ключицу. Было неизвестно, о чём он думал, и юноша неловко отвёл взгляд. – Тебе не холодно? Твоя шея…

Сюй Жэньдун бросил ему простой мешок и сказал:

– Всё в порядке, возьми его.

Лянь Цяо закрыл лицо.

– Что мне делать, такое чувство, будто мной овладевает волна настоящей любви фанатов…

Сюй Жэньдун не расслышал ясно.

– А?

– Ничего-ничего. – Лянь Цяо в одной руке держал лом, а в другой – мешок. Когда он дотронулся до тёмного галстука кончиками пальцев, то обнаружил, что на нём всё ещё есть остаточная температура. Мысль о том, что этот галстук и эта красивая ключица были разделены только тонким слоем рубашки… Лянь Цяо почувствовал, как онемели кончики его пальцев. Ощущение зуда распространилось от кончиков пальцев и заползло в сердце.

Сюй Жэньдун уже вышел из комнаты.

– Пойдём, посмотрим на улице.

Лянь Цяо посмотрел на спину мужчины, быстро потёр лицо и торжественно предупредил себя:

– Нет, нет, я не трахаю фанатов!

Спираль смерти [BL] Глава 10. Матрёшка (10)

Глава 10. Матрёшка (10)

Снег снаружи прекратился. Сюй Жэньдун последовал своей памяти и привёл Лянь Цяо в церковь. Перед ними возникла луковичная крыша церкви, уникальная для России, и Лянь Цяо с удивлением сглотнул.

– Похоже на шоколад «Kisses»…

Сюй Жэньдун долго ждал этих слов. Он достал две шоколадные конфеты и повесил их перед глазами Лянь Цяо.

– У меня есть шоколад, но это не «Kisses». Хочешь?

– Хм? – Лянь Цяо удивился и быстро улыбнулся. Он честно сказал: – Да!

Сюй Жэньдун дал ему оба кусочка шоколада, и Лянь Цяо в некотором замешательстве спросил:

– Разве ты не собираешься съесть один?

Сюй Жэньдун собирался сказать, что не хочет, но, подумав, почувствовал, что это неуместно. В конце концов, в то время он всё ещё был незнаком с Лянь Цяо, и тот мог беспокоиться, есть ли с шоколадом какие-то проблемы. Поэтому он взял шоколад, открыл обёртку конфеты и сунул ту в рот.

Шоколад был слишком сладким и приторным. Сюй Жэньдун не мог не нахмуриться.

В то же время, когда Лянь Цяо держал шоколад во рту, то показал искренне счастливое выражение на лице.

– Это сладко. – Он улыбнулся так, что его глаза закатились. – Брат Жэньдун, спасибо.

Сюй Жэньдун увидел, что это ему очень понравилось. Если бы он знал, то отдал бы ему и другой кусочек.

Разделив шоколад, они двое вошли в церковь. В это время часовня была пуста, и Иисус на кресте опустил глаза. Выражение его сострадания было таким, как будто оно не изменится за тысячу лет. Скамейки были в беспорядке, а часовня – такой пыльной, что, очевидно, долгое время оставалась без присмотра.

Сюй Жэньдун сделал вид, что оглядывается в часовне, а затем предложил посмотреть сзади. Когда он добрался до полутёмного коридора, Сюй Жэньдун вспомнил, как холодное лезвие касалось его шеи в темноте, и его тело инстинктивно задрожало.

Лянь Цяо посмотрел на его голую шею и нахмурился.

– Тебе холодно? – Он протянул руку, чтобы вынуть галстук из мешка. – Я верну его тебе.

– Нет. – Сюй Жэньдун не хотел слишком много вспоминать, поэтому открыл дверь ризницы. Вещи внутри успешно отвлекли внимание Лянь Цяо. В ошеломлении и восторге он бросился в комнату. Сюй Жэньдун отступил и сказал: – Обыщи тут, я пойду по соседству.

Воспользовавшись поисками Лянь Цяо в ризнице, Сюй Жэньдун начал шарить по стенам коридора. Он вспомнил место, где ему перерезали горло, и очень быстро его рука коснулась чего-то «пустого». Его рука действительно пробила стену!

Сюй Жэньдун был удивлён. Первоначально он думал, что здесь какой-то механизм, но не ожидал, что часть стены можно пройти, как если бы она сделана из воздуха. Он осмотрелся вокруг и обнаружил, что разрыв был шириной около одного человека. Снаружи это выглядело как обычная стена, но внутри, кажется, много места.

Конечно, эта церковь не является строением типа «目», но вместо этого между ризницей и молитвенной комнатой спрятана комната. Лянь Цяо должен был обнаружить это в последний раз, но прежде, чем он смог подтвердить это, Цзян Ли сделала первый шаг, потушила свет в коридоре, затащила его в секретную комнату и перерезала ему горло.

В этот момент Сюй Жэньдун почувствовал, что его горло чешется, а ужас быть с перерезанным горлом всё ещё отчётливо запечатлелся в его теле. Он внезапно почувствовал себя очень некомфортно, и ему очень не хотелось входить одному, поэтому он крикнул:

– Лянь Цяо.

– Я иду, иду! – В это время Лянь Цяо выглядел как рабочий-мигрант во время Весеннего фестиваля с простым мешком из занавески, набитым на его теле как холм. Однако он, похоже, совсем не считал тот тяжёлым. Он побежал с яркой улыбкой и упругой походкой, как будто собирался разразиться песней «Удачи».

Глядя на его сияющее лицо, Сюй Жэньдун испугался, что тот, вероятно, уже опустошил ризницу.

Какой грех, какой грех.

Сюй Жэньдун взял юношу за руку, и когда Лянь Цяо увидел, что половина его руки утоплена в стене, не мог не воскликнуть:

– Это потайная комната?!

Сюй Жэньдун достал телефон и включил фонарик.

– Пойдём посмотрим.

– Подожди-подожди. – Лянь Цяо уставился на стену и глубоко вздохнул. – Позволь мне психологически подготовиться…

Люди всегда боятся неизвестного, хотя следует отметить, что Лянь Цяо уже был очень храбрым. Однако Сюй Жэньдун уже знал, с чем имеет дело, поэтому естественно вытянул руку.

Лянь Цяо опешил:

– А?

Сюй Жэньдун сказал:

– Обними меня [1].

Лянь Цяо удивлённо взглянул на него. Его мозг заполнил несколько пробелов, затем он сильно покраснел, запнулся и отступил на несколько шагов. Он махнул рукой.

– Товарищ! Пожалуйста, уважай себя! Это ситуация с призраками, ах! Разве ты не знаешь законов смерти из фильмов ужасов?

Сюй Жэньдун был сбит с толку и снова поднял руку.

– Я имею в виду, если ты боишься, просто держи меня за руку.

«…» – Лянь Цяо уставился на него большими глазами, внезапно вздохнул, закрыл лицо и, выглядя ужасно пристыженным, заныл.

– Аааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа!

Сюй Жэньдун: «?»

Он понятия не имел, что происходит, поэтому мог только холодно наблюдать, как тот выл.

Лянь Цяо взглянул на Сюй Жэньдуна из щелей сквозь пальцы и понял, что тот всё ещё смотрит на него, поэтому взорвался от стыда и снова закричал.

Сюй Жэньдун: «……»

Он не хотел больше терять время, поэтому схватил Лянь Цяо за руку и силой затащил того внутрь. Прежде чем Лянь Цяо смог среагировать, весь человек уже прошёл сквозь стену, и звук внезапно прекратился. Перед ним была тёмная комната. Сюй Жэньдун поднял свой мобильный телефон и зажёг фонарик.

– Хм? – Лянь Цяо внезапно ослепило вспышкой металлических отражений. Когда он увидел, что это за серебристо-серая штука, то не мог не обрадоваться. – Это лифт! Мы нашли лифт!

Сюй Жэньдун сказал:

– Да. – Он всё ещё искал выключатель света, когда вся комната внезапно осветилась.

Обстоятельства были особенными, когда его затащили в последний раз. Сюй Жэньдун не успел внимательно осмотреть это место и только сейчас обнаружил, что это очень пустая комната. В комнате не было ничего, кроме лифта, даже пыли на полу. Окружающие стены выглядели ослепительно белыми, и даже потолок и пол были белоснежными, давая людям ощущение пребывания в другом пространстве.

Но не было ни огней, ни выключателей. Откуда пришёл свет?

Сюй Жэньдун был озадачен и обошёл лифт. Этот выходной лифт выглядел точно так же, как входной лифт, в котором их отправили. Форма была квадратной, а серебристо-белая металлическая поверхность отражала холодный свет. Единственная разница в том, что кнопок на лифте не было, осталась лишь круглая вмятина. Похоже, Юань Сюэмин не лгал – им действительно нужно найти и лифт, и кнопку лифта, чтобы выбраться отсюда.

Теперь, когда лифт найден, что насчёт кнопки?

Прежде чем Сюй Жэньдун успел подумать, он внезапно услышал голоса снаружи. Они вышли из потайной комнаты и обнаружили, что Юань Сюэмин и его группа также пришли в церковь. Юань Сюэмин спросил:

– Вы что-нибудь нашли?

Сюй Жэньдун проводил их к лифту. Все были приятно удивлены.

– Отлично! Найти лифт – это половина дела!

– А теперь просто собрать кукол, верно? Потом кролик даст нам кнопку, верно?

Надежда была подобна тёплому пламени, озарившему лица каждого. Юань Сюэмин ещё раз одобрительно взглянул на Сюй Жэньдуна.

– Вы нашли такое скрытое место. – После паузы он спросил: – Вы видели другие комнаты?

Лянь Цяо сказал:

– Я уже обыскал ризницу и разграбил… я имею в виду, исследовал её. Ничего полезного не нашёл, – говоря спокойно, он не упомянул об огромном мешке, который собирался соскользнуть с его плеч…

Все смотрели на его выпуклый «рюкзак» глазами с запутанными эмоциями.

Сюй Жэньдун молча повернул голову, необъяснимо чувствуя себя взрослым, который плохо воспитал своего ребёнка.

Юань Сюэмин закашлялся и сказал:

– Тогда давайте поторопимся и обыщем остальные.

Вскоре куклу нашли в молитвенном зале. В это время Юань Сюэмин всё ещё оставался лидером команды, и кукла, естественно, была передана ему.

Сюй Жэньдун вспомнил метель, с которой они столкнулись после последнего ухода, и призвал:

– Давайте вернёмся пораньше, я боюсь, что позже пойдёт снег.

Юань Сюэмин согласился. Все снова завернулись в зимнюю одежду и отправились в путь. Перед тем как уйти, Лянь Цяо повернул голову и внимательно посмотрел на Иисуса на кресте. Сюй Жэньдун посмотрел на него с напряжённым выражением лица, и его сердце внезапно сжалось, думая, что Иисус снова истекает кровью, но при ближайшем рассмотрении это было не так. В конце концов, на этот раз они отправились раньше, а метель ещё не началась.

Сюй Жэньдун спросил:

– Что случилось?

Лянь Цяо сказал:

– Я подумал, что именно за «праздник» имеет в виду кролик.

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Он столько раз перерождался, но никогда не думал об этой проблеме. Он всегда думал, что праздник, о котором говорил кролик, был просто ограничением по времени, а это означало, что они должны найти всех кукол в течение семи дней, иначе…

Иначе никто не знает, что будет. Но, очевидно, ничего хорошего из этого не выйдет.

В этот момент Юань Сюэмин, лидер группы, который держал компас в руке, повернулся и сказал:

– Вы двое, не отставайте! Будьте осторожны, чтобы не заблудиться!

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо поспешили догнать команду.

На этот раз все бросились обратно в хижину до метели. Сегодня они не только нашли новую куклу, но и отыскали спасительный лифт, что было весьма полезно. Все находились в приподнятом настроении, но, к сожалению, единственной едой в этом доме были хлеб и молоко, поэтому не было возможности отпраздновать это обильным ужином.

После ужина стемнело. Все сели у огня и весело болтали. Не прошло и двух дней с тех пор, как они встретили друг друга, и они явно находились в мире, где свирепствовали призраки и монстры. Кто-то даже умер сегодня утром, но все молчаливо проигнорировали эти факты и полностью погрузились в радость надежды.

Сюй Жэньдун сидел в углу и играл с твёрдой деревянной матрёшкой в кармане. Он знал, что в то время они не знали, что люди будут продолжать умирать сегодня ночью. Их счастье проистекало из незнания, и гармоничная и дружелюбная атмосфера в этот момент походила на мимолётный метеор, вспыхнувший в ночном небе. Вскоре они впадут в новый виток страха из-за новой смерти.

Невежество было печальным и жалким.

Но что насчёт того, чтобы знать результат, но не иметь возможности его изменить?

Сюй Жэньдун сидел один в безмолвной темноте. Он не осознавал, что в это время его тело излучало ауру, к которой никто не мог приблизиться, молча отвергая людей и отталкивая их за тысячи миль. Хотя все говорили и смеялись, никто не подошёл к нему поговорить. Даже две молодые девушки, очарованные его внешностью, просто наблюдали издали, не решаясь подойти близко.

Рядом с ним сидел только Лянь Цяо. Видя, что он, похоже, в плохом настроении, тот не стал заставлять его разговаривать и просто сидел тихо, сопровождая его. Догадавшись, что молоко в его руке было холодным, парень протянул ему тёплую чашку.

Так закончилась трапеза. Все вернулись в свои комнаты, чтобы отдохнуть.

Лянь Цяо всё ещё придерживался своих биологических часов и, в конце концов, заснул. Сюй Жэньдун прислушивался к ровному дыханию человека рядом с ним и почему-то почувствовал себя вполне умиротворённым. Постепенно он стал сонным.

Однако на полпути между сном и бодрствованием Сюй Жэньдун внезапно услышал слабый крик. Голос был полон отчаяния, но тихим, потому что шёл с некоторого расстояния.

Сюй Жэньдун резко проснулся, насторожился и прислушался к голосу снаружи. Крики быстро исчезли, сменившись тревожной тишиной.

Гробовая тишина, олицетворяющая смерть.

Лянь Цяо спал очень крепко, и этот слабый крик его не разбудил. Сюй Жэньдун заставил себя закрыть глаза, но после этого больше не мог заснуть. Он просто встал с кровати и вышел на улицу, чтобы подышать. Неожиданно, как только он открыл дверь, то увидел вспышку света у окна коридора.

– Привет. – В темноте Юань Сюэмин повернул голову и неторопливо выпустил глоток дыма. – Не можешь заснуть?

Сюй Жэньдун:

– Да.

Юань Сюэмин достал пачку сигарет.

– Хочешь?

Сюй Жэньдун обычно сдерживался и редко курил. Но, наблюдая за расслабленной позой Юань Сюэмина, опирающегося на подоконник и курящего, ему внезапно захотелось побаловать себя. Итак, он подошёл и взял сигарету. Неожиданно следующая фраза Юань Сюэмина снова заставила нервы Сюй Жэньдуна напрячься.

– Ты солгал, не так ли?

____________________

[1] В примечании автора говорится, что фраза «обними меня», распространённая в японском хентае, также может интерпретироваться как «трахни меня». Мозг Лянь Цяо грязный, и потом он сказал, что они не могут, потому что обычно пары, которые занимаются сексом в фильмах ужасов, всегда умирают.

Спираль смерти [BL] Глава 11. Матрёшка (11)

Глава 11. Матрёшка (11)

Сюй Жэньдун какое-то время не мог понять, что Юань Сюэмин имел в виду под словом «солгал», поэтому хранил молчание, скрывая выражение лица в темноте.

Юань Сюэмин глубоко затянулся и удовлетворённо сузил глаза. Он с большим удовольствием выдохнул кольцо дыма, а затем медленно сказал:

– Ты определённо не новичок.

Сюй Жэньдун немного подумал и сказал:

– Да, это мой… четвёртый раз.

На этот раз его рот не перемкнуло. Он не был запечатан, как раньше. Итак, он понял, что не может рассказывать другим о возрождении после смерти, но может солгать.

Юань Сюэмин кивнул.

– Неудивительно, что ты такой спокойный, ты оказался ветераном в четвёртый раз. – Он протянул зажигалку, дал закурить Сюй Жэньдуну, а затем принялся за собственный табак.

Они вдвоём молча курили у окна. Хотя это вредно для тела, это ослабило их нервы и сделало смертоносную ночь менее трудной.

Сюй Жэньдун спросил:

– Почему у тебя бессонница?

Юань Сюэмин ответил:

– В реальном мире я лежу в отделении интенсивной терапии двадцать четыре часа в сутки. Я действительно слишком много спал. Теперь, когда у меня есть возможность, я хочу как можно больше ходить и двигаться.

Сюй Жэньдун удивлённо спросил:

– Ты имеешь в виду, что серьёзно болен и прикован к постели, но здесь ты здоров?

Он снова посмотрел на Юань Сюэмина и обнаружил, что его щёки впали, круги вокруг глаз были чёрными, а цвет лица слегка голубоватым. В тусклом жёлтом свете он действительно выглядел больным.

После входа в этот мир умственная и физическая силы Юань Сюэмина были нормальными во всех аспектах, поэтому никто не думал об этом и только предполагал, что тот плохо спал. Кто мог представить, что он на самом деле лежит в реанимации?

Юань Сюэмин улыбнулся и сказал:

– Это больше, чем серьёзная болезнь. Я действительно умираю. Только в этом мире призраков и монстров у меня есть личность. Как только я уйду и вернусь в реальный мир, то снова впаду в кому. – Он погладил себя пальцем по шее и сделал вид, что делает надрез. – Ты слышал о интубации трахеи? Требуется общая анестезия.

Сюй Жэньдун увидел, как он делает жесты на шее, и сразу вспомнил о собственных плохих воспоминаниях. Его спина внезапно похолодела, и он всегда чувствовал, что кто-то протягивает руки сзади, утаскивает его в темноту, а затем перерезает ему горло.

Он не мог не оглянуться. Он случайно увидел Лянь Цяо, мирно спящего в кровати в щели приоткрытой двери. Почему-то его сердце внезапно успокоилось. Когда он чувствовал, что Лянь Цяо позади него, он не боялся так сильно.

Сюй Жэньдун спросил:

– Какая у тебя болезнь?

– Полиорганная недостаточность. – Юань Сюэмин улыбнулся. Когда его сигарета догорела, он вынул ещё одну из портсигара и закурил. В слабом лунном свете Сюй Жэньдун увидел, что это сигарета какой-то дорогой марки. Юань Сюэмин продолжил: – На самом деле, я должен был умереть давным-давно, но моя семья не могла меня отпустить, поэтому меня поместили в отделение интенсивной терапии. Моё сердце, лёгкие и почки больше не в порядке. Каждый день я принимаю вливания эритроцитов, тромбоцитов и альбумина, полагаясь на эти вещества, чтобы сохранить свою жизнь. Не говоря уже об этом, я нахожусь в лучшей больнице страны, в лучшем отделении интенсивной терапии, технология действительно хороша. Даже моё тело, прогнившее изнутри, протянуло несколько месяцев. Быть богатым – это здорово.

Сюй Жэньдун внезапно не знал, что сказать.

– Угадай, о чём я подумал, когда впервые увидел лифт? – тон Юань Сюэмина был спокойным и даже немного юмористическим. – Я подумал: «Преисподняя действительно идёт в ногу со временем и даже отправила лифт, чтобы забирать людей в ад»… Я никогда не ожидал, что лифт отправит меня в ад, но это не тот ад, который я себе представлял.

Сюй Жэньдун спросил:

– Когда ты впервые вошёл в лифт?

Юань Сюэмин повернул голову и взглянул на него, показав нежную, но беспомощную улыбку.

– Молодой человек, знаешь ли ты, что есть два типа общей анестезии; глубокая анестезия и лёгкая анестезия? Глубокая анестезия – это полная анестезия, точно так же, как и полный сон, люди совершенно не осознают своё окружение. А лёгкая анестезия просто позволяет не чувствовать боли. Твоё тело не может двигаться, но твоё сознание всё ещё ясное.

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Это не ответило на вопрос, но последствия заставили его испугаться.

Юань Сюэмин посмотрел на снежное поле за окном и медленно сказал:

– Каждое утро ты можешь слышать, как врачи и медсёстры передают вещи из рук в руки, и как они ходят. Стажёры будут практиковаться на тебе. Хотя игла не повредит, ты можешь услышать, как они обсуждают, почему они ещё не могут найти кровеносные сосуды, должны ли они изменить направление или нет. Всегда есть люди, которых нужно спасти посреди ночи. Ты можешь слышать, как дежурный врач делает искусственное дыхание, все они тяжело дышат и устали до смерти. Был ли этот пациент успешно спасён или освобождён из этого мира, тебе придётся подождать следующего дня, чтобы узнать. Хотя человек с лёгкой анестезией находится в сознании, это всё же анестезия. Ты почувствуешь головокружение, и будет казаться, что душа плавает вне тела. Тело подключается к инструменту инфузионными трубками. Ты просто ждёшь и ждёшь в оцепенении, всё слышишь, всё знаешь, как будто тебе снится осознанный сон. Ты не можешь ощущать присутствие своего тела… но ты не спишь. – Он сделал паузу, и в его улыбке наконец появилась лёгкая грусть. – Подумай об этом: В этом состоянии, как я могу вспомнить, как впервые вошёл в лифт? Как это вообще произошло?

Сюй Жэньдун молчал. Юань Сюэмин улыбнулся и сказал:

– На самом деле, я всё ещё немного благодарен за этот призрачный мир. Хотя здесь легко умереть, только здесь я могу почувствовать, что снова человек, и что всё ещё жив.

Его сигарета снова кончилась. Итак, он вынул третью сигарету. Сюй Жэньдун забыл, что в его руке тоже есть сигарета, и в это время окурок почти догорел до его пальцев. Он просто зажал сигарету и на мгновение почувствовал себя немного запутанным. Он опустил глаза и сказал:

– Возьми эту куклу с собой и не передавай другим.

Юань Сюэмин сказал:

– Я знаю, эта кукла спасёт мне жизнь.

Сюй Жэньдун удивился. Юань Сюэмин объяснил:

– Если ты много играешь, у тебя будет общее представление о программе. Подобно этому ключевому реквизиту, он либо убьёт вас, либо спасёт. Поскольку на двоих, которые умерли вчера, не было матрёшки, это доказывает, что куклу можно использовать для спасения жизней.

Сюй Жэньдун внезапно похолодел. Он вспомнил, что в последней реинкарнации Цзян Ли обвинила Юань Сюэмина в использовании новичка для проверки условий смерти. В то время он думал, что это Цзян Ли вышла из-под контроля и чрезмерно подозрительна, но теперь кажется, что у Юань Сюэмина явно были такие мысли.

Голос Сюй Жэньдуна стал холодным:

– Тогда почему ты не сказал всем?

Юань Сюэмин улыбнулся и покачал головой.

– Ты всё ещё неопытный. Что толку им рассказывать? Всего кукол три, а в нашей команде более десятка человек. Сказать это, чтобы все дрались друг с другом и проливали кровь? Каждый хочет спасти свою жизнь. Моя жизнь близка к концу. Некоторые люди здесь молодые и энергичные, им предстоит долгий путь. Другие, как Сюй Хун, не могут умереть, даже если так напрашиваются. Вещи вокруг такие странные и непостоянные. Кто может понять их?

Лицо Сюй Жэньдуна было холодным, и он ничего не сказал. Это не разозлило Юань Сюэмина. Вместо этого он похлопал его по плечу и сказал сердечным тоном старейшины:

– Ты ещё молод, может, ты не можешь с этим смириться, но это факты. Это судьба.

Сюй Жэньдун невольно подумал: «Тогда почему мне суждено умирать многократно?»

Почему я, почему только я? Что я сделал не так, чтобы пройти через всю эту боль?

Юань Сюэмин увидел, что у него очень плохое лицо, и успокоил его:

– Не волнуйся. Нам тоже суждено. Если снова найду куклу, я обязательно отдам её тебе.

Сюй Жэньдун сопротивлялся и холодно сказал:

– В этом нет необходимости.

Юань Сюэмин улыбнулся.

– Значит, у вас с маленьким другом уже есть матрёшки?

Сюй Жэньдун был шокирован. Он сразу понял, что его обманом заставили раскрыть что-то, и выражение его лица не могло не измениться. Юань Сюэмин увидел его реакцию, засмеялся и сказал:

– …Разве я не сказал это? Тебе всё ещё не хватает опыта. Не хотеть никому вредить – это нормально, но нельзя не защищаться. С этого момента тебе следует быть более осторожным, – сказав это, он неторопливо ушёл и оставил Сюй Жэньдуна одного в коридоре в сложном настроении.

Юань Сюэмин – враг или друг? Он всё ещё не мог сказать.

Неужели эти старожилы, познавшие мир призраков, так непостижимы? Цзян Ли, Ван Юань, Юань Сюэмин… Все они очень созерцательны, планируя каждый шаг. Если бы не возможность перезагрузить мир, Сюй Жэньдун, вероятно, умер бы, не зная даже как.

А что насчёт Лянь Цяо?

Сюй Жэньдун почувствовал, как его сердце сжалось, а в груди стало неудобно. Он открыл дверь, вернулся к кровати и увидел, что Лянь Цяо всё ещё спит. Лянь Цяо спал как ничего не подозревающий ребёнок, даже причмокивая губами, как будто во рту было сладкое послевкусие. В уголках его губ тоже была улыбка.

Внезапно у Сюй Жэньдуна возникло очень знакомое чувство, от которого он почувствовал большее облегчение. Не было никаких причин думать, что Лянь Цяо не заслуживает доверия.

Лянь Цяо был единственным, кому он мог доверять.

Впервые в жизни Сюй Жэньдун решил отказаться от своего разума и довериться своим инстинктам.

На следующий день Сюй Жэньдун в редких случаях проспал. Его разбудил Лянь Цяо. Юноша с тревогой сказал ему, что снаружи шумно, и что что-то могло произойти снова.

– Пойдём посмотрим.

Сюй Жэньдун этого ожидал. Он встал и сказал:

– Хорошо.

Разумеется, все в коридоре собрались перед дверью в определённую комнату. Они перешептывались друг с другом, и их лица были не очень хорошими. Юань Сюэмин был среди них, и он улыбнулся им. Сюй Жэньдун молча отвернулся.

На этот раз умерли две девушки – те две, которые смотрели на Сюй Жэньдуна прошлым вечером, но так и не осмелились с ним заговорить. Сюй Жэньдун, естественно, не понимал мыслей этих девушек. Он только чувствовал, что теперь, когда они мертвы, было действительно жалко, когда на них смотрели и комментировали все.

Смех прошлым вечером был подобен обезболивающему, и все сознательно забыли, что им угрожает опасность. Но теперь смерть снова пришла, чтобы разбить мечты каждого. Тревожные эмоции снова захлестнули сердца людей.

У кого-то сдали нервы, и он вопросительно закричал:

– В каких условиях должны убивать призраки? Если так будет продолжаться, мы все погибнем, прежде чем соберём кукол!

Сюй Хун усмехнулась, глядя на Юань Сюэмина, и сказала:

– Кто знает? Разве он не сказал, что условия в каждом мире разные?

Юань Сюэмин проигнорировал её провокацию и сказал:

– Пойдём сегодня на восток. Я по-прежнему считаю, что самое главное – как можно скорее закончить задачу и уйти.

Ни у кого не было возражений, поэтому они собрали вещи и приготовились к выходу на улицу.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо также вернулись в свою комнату. Лянь Цяо молча засунул лом в рюкзак, а затем с нерешительностью и с нетерпением посмотрел на него.

Сюй Жэньдун спросил:

– Что случилось?

Лянь Цяо сказал:

– Брат Жэньдун, четыре человека, которые умерли вчера и сегодня, имеют одну общую черту: они не нашли матрёшку. Ты думаешь…

Сюй Жэньдун не ожидал, что Лянь Цяо так быстро угадает условия смерти. Он немного подумал и почувствовал, что нет необходимости прятаться от Лянь Цяо, поэтому кивнул.

– Я также думаю, что условия смерти, вероятно, таковы. Вообще-то, вчера вечером я слышал разговор между кроликом и двумя девушками, – он не мог сказать Лянь Цяо, что несколько раз переживал смерть, поэтому мог только солгать. – Я слышал, как кролик спросил их, не нашли ли они матрёшку.

Выражение лица Лянь Цяо изменилось.

– Тогда они просто..?

Сюй Жэньдун сказал:

– Ага.

Лянь Цяо нахмурился, выражение его лица становилось всё более и более серьёзным. Сюй Жэньдун подумал, что тот напуган, поэтому успокоил его:

– Не волнуйся, я на самом деле давно нашёл матрёшку и положил её тебе. С нами сейчас должно быть всё в порядке.

Лянь Цяо удивлённо открыл глаза. Покопался на своём теле и действительно нашёл матрёшку. Это была та, что в подвале, она была лишь немного больше самой маленькой, поэтому Сюй Жэньдун мог спрятать её на юноше, а тот этого не знал.

Лянь Цяо ущипнул куклу в руке и ткнул пальцами в лицо. Он прошептал:

– Брат Жэньдун, когда ты это спрятал? Почему я не знал об этом?

Сюй Жэньдун ответил:

– Пока ты спал.

Лянь Цяо внезапно фыркнул и закрыл лицо.

– Пока невежественный мальчик спал, человек рядом на самом деле сделал это с ним…

Сюй Жэньдун: «…» Что, чёрт возьми, творит этот глупый мальчик?

Лянь Цяо слегка пошевелил рукой и тихо взглянул на него из щели между пальцами.

– Брат Жэньдун, ты так добр ко мне. Ты случайно не слишком давно втайне влюблён в меня?

Сюй Жэньдун серьёзно подумал и сказал:

– Нет.

– О. – Лянь Цяо разочарованно опустил руки.

Сюй Жэньдун посмотрел на него и внезапно вспомнил ночь, когда они впервые встретились, Лянь Цяо назвал это «эффектом запечатления». Он был спасён им, и он оказался первым человеком, которого тот встретил в этом мире, поэтому Лянь Цяо полагался на него как новорожденный птенец и доверял ему.

Это произошло давным-давно, и на этот раз Лянь Цяо больше не мог этого вспомнить. После того, как мир был перезагружен, память Лянь Цяо о нём также была стёрта. Ничего не осталось.

Но Сюй Жэньдун всё ещё помнит.

Поэтому он посмотрел в глаза Лянь Цяо и серьёзно сказал:

– Я хорошо отношусь к тебе, потому что ты – первая маленькая птичка [1], которую я встретил в этом мире.

Лянь Цяо на мгновение опешил и подсознательно посмотрел куда-то вниз. Он посмотрел и пробормотал:

– Я не такой уж и маленький.

Сюй Жэньдун: «……» Молодой человек, почему у тебя такие грязные мысли?

__________________

[1] «Птица» также может означать «член».

Спираль смерти [BL] Глава 12. Матрёшка (12)

Глава 12. Матрёшка (12)

После того, как все собрались в гостиной, команда во главе с Юань Сюэмином снова отправилась искать матрёшки. В тот день снег не шёл, но небо было серым, и не исключено, что позже может пойти внезапный снегопад.

Все наклонились друг к другу и последовали за Юань Сюэмином, не говоря ни слова. Атмосфера была немного удручающей. Они были похожи на группу пингвинов, которым нужно прижаться друг к другу, чтобы противостоять холоду. Но как только они с чем-то столкнутся, то тут же превратятся в волков, оскалив зубы, допрашивая и осуждая своих товарищей, даже убивая их.

Сюй Жэньдун подошёл к концу группы. Он прошептал Лянь Цяо на ухо:

– Не говори никому об условиях смерти.

Лянь Цяо сказал:

– Я понимаю. Если это состояние смерти, то самое опасное – не кролик, а люди.

Сюй Жэньдун был впечатлён. Он не ожидал, что Лянь Цяо, который был моложе и выглядел легкомысленным человеком, на самом деле понимал сердца людей лучше него. В этом случае ему не нужно больше ничего говорить, и он почувствовал себя необъяснимо легко.

Юань Сюэмин держал компас и долго шёл вместе со всеми в определённом направлении, но они всё ещё не видели никаких зданий. Окружающие деревья стали реже и, кажется, люди достигли опушки леса.

Все немного устали, поэтому предложили остановиться и отдохнуть. Они достали сухой хлеб и молоко, которые принесли с собой, но было холодно и снежно, и молоко было холодным. Было очень неудобно его пить.

Сюй Жэньдун прикоснулся к бутылке с холодным молоком и заколебался. Его желудок был плохим, и питьё ледяного молока приводило к диарее. Но из-за интенсивности похода, если он не ел и не пил, его тело могло не выдержать этого. Как раз, когда он собирался рискнуть и сделать пару глотков, Лянь Цяо внезапно протянул ему стеклянную бутылку молока.

– Брат Жэньдун, ты можешь выпить его, оно тёплое.

Сюй Жэньдун растерялся. Он вспомнил, что кухня была заполнена молоком в картонных коробках, но не видел его в стеклянных бутылках. Лянь Цяо догадался, о чём он думал, и объяснил:

– Я наполнил им стеклянную бутылку, которую нашёл в церкви… Я тщательно вымыл эту бутылку и даже бланшировал её кипятком, чтобы она не была грязной. – Он вложил бутылку с молоком в руку Сюй Жэньдуна и сказал: – Так у тебя не будет диареи после того, как ты его выпьешь.

Сюй Жэньдун обнаружил, что стеклянная бутылка всё ещё немного нагрета. Только тогда он понял, что Лянь Цяо спрятал её рядом с кожей и подогрел молоко температурой своего тела во время прогулки, прежде чем достать и дать ему.

Сердце Сюй Жэньдуна согрелось, но он был немного озадачен.

– Откуда ты знаешь, что я не могу пить ледяное молоко?

Лянь Цяо сказал:

– Разве ты не сказал мне?

Сюй Жэньдун снова растерялся. Он тщательно обдумал это и убедился, что никогда не упоминал о проблемах с желудком с тех пор, как впервые увидел Лянь Цяо. Поэтому он сказал очень решительно:

– Я этого не говорил. Ты, должно быть, перепутал меня с кем-то другим.

Лянь Цяо выглядел опустошённым.

– Невозможно, здесь я знаю только тебя… и только два-три дня. Как я мог ошибиться? – Его это немного не убедило, он ломал голову и думал. – Когда ты мне сказал?.. Мне кажется, ты сказал мне лично.

Сюй Жэньдун подумал, что это очень странно. Но потому, что какое-то время не мог этого понять, Лянь Цяо быстро сдался и сказал обиженно:

– Ну, не беспокойся об этом. В любом случае, у тебя действительно плохо с животом… Наконец-то мне стало тепло…

Сюй Жэньдун прикоснулся к тёплой стеклянной бутылке, и его сердце также стало очень тёплым. Он решил перестать беспокоиться об этих мелочах. Он открыл крышку бутылки, поднял голову и сделал несколько больших глотков.

Лянь Цяо посмотрел на слегка двигающийся кадык на белоснежной шее. Он внезапно подумал, что Сюй Жэньдун глотает молочно-белую жидкость с его собственной температурой. Он внезапно очень смущённо произнёс «Ах!», а затем закрыл лицо руками.

Сюй Жэньдун: «?»

Лянь Цяо:

– Ничего-ничего! Пей медленно, не подавись.

Он не мог не представить, как Сюй Жэньдун задыхается. Слёзы текут из уголков слегка покрасневших глаз, а его мягкие губы залиты молочно-белой жидкостью. Его тело слегка дрожит от удушья. Эта сцена… Лянь Цяо почувствовал, что у него вот-вот «встанет», и был так напуган, что быстро сделал глоток ледяного молока, чтобы успокоиться.

Внезапно встал невысокий человечек и резко спросил:

– Кто-нибудь хочет в туалет?

Сюй Хун безжалостно насмехалась над ним:

– Ты – младшеклассник? Тебе нужно, чтобы кто-нибудь сопровождал тебя, когда ты идёшь в уборную?

Мужчина сердито сказал:

– Что плохого в том, чтобы быть осторожным? Ты не боишься смерти?

Сюй Хун холодно фыркнула:

– Тогда отойди немного дальше, иглы заставят меня упасть в обморок.

Все были сбиты с толку относительно взаимосвязи между мочеиспусканием и обмороком, но мужчина понял это первым и покраснел (П/П: Она говорит, что его «барахло» похоже на иглу). Мужчина уже видел её ужасный нрав и больше не хотел с ней связываться. Он стиснул зубы и отвернулся. Пара других мужчин в команде молча последовали за ним и вошли в лес.

Женщины посмотрели на уходящих мужчин. Они, вероятно, тоже хотели в туалет, но были слишком смущены, чтобы делать это в компании незнакомых людей или в дикой природе.

Лянь Цяо был слаб и поднял руку.

– Я тоже хочу пойти. – Он обнаружил, что Сюй Жэньдун наблюдает за ним и с виноватым сердцем подчеркнул: – Я действительно собираюсь пописать!

Сюй Жэньдун:

– Иди, я не собираюсь тебя останавливать.

Лянь Цяо взглянул на него со странным выражением лица и быстро убежал.

Сюй Жэньдун: «……» Иногда ему казалось, что Лянь Цяо действительно подозрителен.

В это время остались только Юань Сюэмин и Сюй Жэньдун. Юань Сюэмин подошёл к Сюй Жэньдуну и с улыбкой сказал:

– Почему бы тебе не пойти вместе со своим маленьким приятелем?

Сюй Жэньдун был сбит с толку:

– Зачем мне идти с ним? Он больше не ребёнок.

Юань Сюэмин многозначительно посмотрел на него.

– Ты так его защищаешь, поэтому я подумал, что ты будешь относиться к нему как к ребёнку.

Сюй Жэньдун почувствовал, что эти слова были необдуманными, поэтому не ответил и просто молча засунул в рот сухой хлеб, пытаясь восстановить свои силы.

Через некоторое время он внезапно почувствовал, что что-то не так. Почему Лянь Цяо и другие отсутствуют так надолго? Как раз, когда начал волноваться, он увидел, как какие-то люди с воплями выбегают из леса. Естественно, быстрее всех бежал Лянь Цяо. В конце концов, у него были самые длинные ноги, и один его шаг был эквивалентен двум шагам других. Раньше другие мужчины уже завидовали его красивому лицу и телу, но теперь они обнаружили, что его физическая форма также была отличной. Как бы не бежали, они не могли угнаться за ним и не могли не чувствовать себя немного обиженными.

– Ааааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа! – Лянь Цяо бросился к Сюй Жэньдуну, схватил его за руку и снова убежал.

Сюй Жэньдун привык к тому, что его тащат на бегу, поэтому сразу же полностью скоординировал свои действия и даже не забыл схватить мешок Лянь Цяо другой рукой.

Хотя не все были уверены в том, что происходит, видя, что эта группа мужчин так сильно паникует, они не сомневались и знали, что им просто нужно бежать. Таким образом, группа не заботилась об упаковке своих вещей, они просто начали спасаться бегством. Все ещё с утра боялись мёртвого тела, и теперь бежали как сумасшедшие. Никто не осмелился оглянуться, чтобы увидеть, не гонится ли за ним невидимый монстр.

Неизвестно, сколько километров они пробежали. Девочки первыми не смогли удержаться, и их скорость постепенно замедлилась. Цзян Ли шлепнулась и упала прямо на землю. Она с болезненным выражением лица схватилась за лодыжку и, похоже, на этот раз действительно растянула её.

Сюй Жэньдун заметил большой камень, спрятанный в снегу у её ног, и подумал в тишине: «Ха, это карма».

Без колебаний Ван Юань повернул голову и побежал к Цзян Ли. Сюй Жэньдун почувствовал, что Лянь Цяо тоже замедлился и часто оборачивался, как будто размышляя, стоит ли остановиться и подождать их. Другие проигнорировали пару и продолжали бешено бежать.

Все побежали дальше. Потом девочки уже не могли больше держаться, одна за другой падая на колени в снег, хватаясь за грудь и хватая ртом воздух. Выражение их лиц было отчаянным.

Юань Сюэмин сначала остановился и охранял девочек. Каким-то образом в его руке появилось деревянное бревно, и он осторожно смотрел в тыл. Увидев это, другие мужчины тоже пошли назад. Маленький человечек в шоке спросил:

– Не догнал?

Сюй Хун ахнула и усмехнулась.

– Даже если он… догнал… ху, ху… там та пара маленьких любовников… Чего ты боишься? – у неё явно перехватило дыхание, но она всё ещё смогла высмеять другого, что действительно показало, насколько она опытна в этой области.

Маленький человечек был в ярости:

– Ты только что посмотрела на меня, да?

Сюй Хун фыркнула, повернула голову и казалась слишком высокомерной, чтобы снова смотреть на него. Мужчина шагнул вперёд на два шага и собирался ударить её, когда Юань Сюэмин схватил его и сказал глубоким голосом:

– Из-за чего ты ссоришься в такое время?.. Ты не боишься смерти?

Мужчина свирепо посмотрел на Сюй Хун, затем повернул голову и ушёл. Юань Сюэмин посмотрел на мужчин, ушедших в лес, и спросил:

– Что вы видели?

Мужчина сказал:

– Мы нашли матрёшку, но… – Он смутился, как будто не знал, как описать увиденную сцену.

Лянь Цяо сказал:

– Из матрёшки вышло облако чёрного тумана. Человек, держащий её, не успел спрятаться, его затянуло в чёрный туман и разорвало в клочья.

Хотя его описание было кратким, оно было чрезвычайно ярким. Кровавая сцена сразу предстала у всех на глазах, и их лица стали уродливыми.

В это время Ван Юань поддерживал хромающую Цзян Ли, чтобы не отставать от большой группы людей. Видя выражения всех, Ван Юань спросил:

– Что случилось? Почему вы все остановились?

Никто ему не ответил. Через некоторое время Юань Сюэмин решил:

– Поскольку эта штука больше не преследует нас, я хочу вернуться и посмотреть, смогу ли я забрать матрёшку. Женщины могут здесь отдохнуть. – Он посмотрел на присутствующих мужчин. – Кто из вас хочет пойти со мной и показать мне место, где произошла авария?

Мужчины не разговаривали. Лянь Цяо взглянул на Сюй Жэньдуна. Мужчина спросил:

– Ты хочешь пойти?

Лянь Цяо кивнул, нервно поджал губы и сказал:

– Я хочу пойти, но я немного…

Сюй Жэньдун сказал:

– Я пойду с тобой.

Лянь Цяо заплакал.

– Брат Жэньдун, почему ты так добр ко мне?

Сюй Жэньдун:

– Потому что в этом мире ты – первая маленькая…

Выражение лица Лянь Цяо мгновенно стало печальным.

– Я не маленький, я действительно не маленький… Снять брюки сегодня вечером, чтобы показать тебе?

Сюй Жэньдун на мгновение замолчал, затем изменил свои слова:

– Ну, ты – первая большая птица, которую я встретил в этом мире.

Лянь Цяо: «……» Почему ты так одержим птицами?

В результате Сюй Жэньдун и Лянь Цяо были единственными, кто захотел пойти с Юань Сюэмином, чтобы вернуть матрёшку. Они пошли по следам, которые оставили, когда убегали. Они долго шли, прежде чем вернуться на место происшествия.

Сюй Жэньдун с первого взгляда увидел труп жертвы. Как и сказал Лянь Цяо, труп превратился в клочья. И это случилось по кругу на триста шестьдесят градусов. Голова и ступни по-прежнему оставались на той же поверхности, но теперь тело образовывало полную закрученную спираль. Мужчина скончался в ужасном состоянии. Был сломан весь позвоночник, а вывих сломанных костей пронзил кожу, обнажив часть белых костей. Кровь пропитала его одежду и окрасила снег в огромный красный цветок. Сцена была чрезвычайно ужасной.

Глядя на эту сцену, Сюй Жэньдун не мог не вспомнить, как Брат Кувалда забил Лянь Цяо насмерть по голове в первые два раза, когда он выходил из лифта. Он не мог не повернуть голову, взглянув на юношу. Но то, что он увидел, внезапно заставило его рассмеяться. Он увидел, как Лянь Цяо прикрыл рот и дёрнул плечами, не плача, а икнув.

Он не мог перестать икать, и его лицо было очень расстроенным. Он посмотрел на Сюй Жэньдуна, как будто умоляя о помощи, но тот развёл руками, показывая, что не знает, как остановить икоту. Просто прими это.

Юань Сюэмин поднял отвинченную куклу у подножия трупа. В это время кукла была пуста, а чёрный туман отсутствовал. Лянь Цяо внезапно проявил очень тонкое выражение, когда увидел, что тот держит в руке матрёшку. Он хотел что-то сказать, но снова задохнулся, и это превратилось в большую икоту.

Сюй Жэньдун: «……» Сдержи это, не смейся, здесь всё ещё есть трагическое мёртвое тело.

Как только Юань Сюэмин положил куклу в карман, Лянь Цяо сумел выдавить:

– Брат Юань, тебе лучше сначала протереть её снегом… Ик! На эту куклу только что пописали.

Лицо Юань Сюэмина исказилось. Лянь Цяо объяснил:

– Когда мы писали, моча вылилась в снег, и тогда мы увидели матрёшку. Так…

Сюй Жэньдун заметил, что Лянь Цяо внезапно перестал икать, показывая, что страх в его сердце сменился другими эмоциями. Он хотел немного посмеяться, но почувствовал, что сейчас смеяться было очень невежливо, поэтому сдержался и бросил на Юань Сюэмина прямой и сочувственный взгляд.

Рот Юань Сюэмина на время дёрнулся, и он с болью сказал:

– Забудьте об этом, я уже положил её в карман. Просто оставлю это пока.

Лянь Цяо искренне посоветовал:

– Тогда не забудь вымыть руки, когда вернёшься и перед тем, как съесть хоть какой-нибудь хлеб.

Юань Сюэмин и Сюй Жэньдун одновременно представляли себе красивую картину.

Юань Сюэмин: «……»

Сюй Жэньдун больше не мог сдерживаться и засмеялся. Юань Сюэмин показал им сложное выражение.

– Давай, давай вернёмся и соберёмся с остальными.

Лянь Цяо спросил:

– Мы продолжим движение на восток?

Юань Сюэмин:

– Я планировал это, почему нет?

Лянь Цяо взглянул на труп на земле и вздохнул.

– Теперь в снегу спрятаны куклы. Знаете ли вы, что это значит?

Юань Сюэмин сузил глаза.

– Что это значит?

Лянь Цяо сказал:

– Это означает, что этот инстанс на самом деле очень сложный. Мы все можем умереть здесь.

Спираль смерти [BL] Глава 13. Матрёшка (13)

Глава 13. Матрёшка (13)

Когда Лянь Цяо сказал это, Сюй Жэньдун и Юань Сюэмин одновременно удивлённо взглянули на него.

Лянь Цяо продолжил:

– Вокруг этой куклы на снегу не было никаких отметок, иначе я бы их увидел. Деревья рядом тоже очень распространены и не имеют особых характеристик. То есть матрёшка распределена совершенно случайным образом и также оказалась спрятана внутри снега. Нам очень повезло, что мы её нашли. Но такую удачу невозможно повторить. Если другие куклы такие же, даже если есть только одна другая, мы, возможно, никогда её не найдём. Вы понимаете, что я имею в виду?

Сюй Жэньдун кивнул, а Юань Сюэмин молчал. Лянь Цяо сказал:

– Кроме того, внутри матрёшки есть призраки, с которыми мы никогда раньше не сталкивались.

Юань Сюэмин сказал:

– Тогда давай не открывать их.

Лянь Цяо покачал головой.

– Нет, ты забыл, как мы получили компас? Если бы у нас не было компаса, мы бы не смогли найти церковь. Даже если найдём, в снегу легко заблудиться. Так что есть вероятность, что внутри матрёшки найдётся полезный нам реквизит. Однако также можно открыть ловушку. Но прежде, чем открыть матрёшку, мы не узнаем, какая это, и стоит ли её избегать.

Сюй Жэньдун внезапно о чём-то подумал:

– Лянь Цяо, ты всё ещё помнишь Брата Кувалду, который охраняет самую маленькую матрёшку? Если мы подготовимся заранее, то сможем избежать ловушки.

В этой реинкарнации самую маленькую матрёшку забрал ещё один человек в команде. Сюй Жэньдун и Лянь Цяо не встречались напрямую с Братом Кувалдой, но они узнали из заявлений других товарищей по команде, что Брат Кувалда был таким же, как и в прошлый раз.

Лянь Цяо понял и сказал:

– Я знаю, что ты имеешь в виду. Брат Кувалда – хранитель сокровищ. У него есть диапазон защиты, поэтому, даже если сокровище украдено, пока вы покидаете его диапазон защиты, он не будет продолжать преследование. – Он сделал паузу и беспомощно вздохнул. – Но на этот раз всё по-другому. Этот призрак убил, как только вышел. Он относится к типу «убить с первого взгляда». От этого типа не спрятаться, даже если бы это был я…

Лянь Цяо имеет лучшую физическую форму и самую быструю реакцию на месте во всей команде. Он был свидетелем процесса убийства чёрной мозаики и знал, насколько ужасными были ловушки в куклах. Поскольку даже он не может этого избежать, никто в команде не может этого сделать.

Игровой терминологии в его замечаниях было многовато. Сюй Жэньдун может понять лишь приблизительно, а Юань Сюэмин находился в растерянности. Когда Лянь Цяо объяснил Юань Сюэминю, у Сюй Жэньдуна в сердце возникла идея: поскольку они не могут спрятаться от монстров «убить с первого взгляда», то разве он не должен открывать куклы в будущем?

В любом случае, после его смерти он мог переродиться, и каждый раз мир перезагружался. Однако то, что выйдет из кукол, станет известно. Он действительно не был Святой Матерью и не хотел жертвовать собой, чтобы защитить других, но он также хотел как можно скорее покинуть этот мир призраков.

Он слишком долго пробыл здесь в ловушке. После стольких смертей и перезагрузок он испытал больше ужаса и боли, чем кто-либо другой. Он боялся, что его психика рухнет, если он будет оставаться тут намного дольше. Поэтому он откровенно высказал свои идеи.

Как только Сюй Жэньдун закончил говорить, лица Юань Сюэмина и Лянь Цяо изменились.

Лянь Цяо сразу сказал:

– Нет! – тон был решительным, и переговорам не было места.

Сюй Жэньдун спокойно сказал:

– Теперь, когда все знают, что в матрёшке бывают призраки, вероятно, никто не посмеет их открыть. Но кто-то должен это сделать, мы не можем сидеть сложа руки и ждать.

Лянь Цяо сказал:

– Значит, это не всегда будешь ты. Это нечестно.

Сюй Жэньдун:

– Это не имеет значения, я не против.

Лянь Цяо был очень взволнован.

– Мне не всё равно!

Сюй Жэньдун удивлённо посмотрел на Лянь Цяо. Он обнаружил, что, хотя на этот раз у юноши было жёсткое отношение, его глаза по-прежнему выражали сильную тревогу. Он немного подумал и почувствовал, что была только одна причина, по которой реакция Лянь Цяо была такой сильной. Тот боялся, что если Сюй Жэньдун умрёт, некому будет его защитить, поэтому успокоил его, сказав:

– Не волнуйся, если со мной что-нибудь случится, брат Юань позаботится о тебе. – Он повернулся, чтобы посмотреть на Юань Сюэмина. – Верно, брат Юань?

Юань Сюэмин кивнул.

– Можешь не сомневаться в этом. Но я не понимаю, почему ты хочешь это сделать?

Сюй Жэньдун не ответил, когда Лянь Цяо схватил руку, которую мужчина приложил к своему лицу, и сердито сказал:

– Я беспокоюсь не об этом! Это несправедливо, понимаешь? Все хотят выбраться. Почему ты должен рисковать и жертвовать собой? Что делает тебя таким великим?

Лянь Цяо стал более взволнованным, когда заговорил… Даже его глаза слегка покраснели. Он явно был зол, но из-за этого слегка хрупкого взгляда казалось, что он разозлился до слёз.

Сюй Жэньдун внезапно почувствовал себя очень сбитым с толку. Он не понимал, почему Лянь Цяо чувствовал себя обиженным? На что он злился?

Разве предыдущее воспоминание не исчезло? Для Лянь Цяо он должен быть просто незнакомцем, которого тот случайно встретил. Почему он так сильно реагировал?

Лянь Цяо крепко схватил его за руку и ущипнул за запястье, так что он был вынужден взглянуть на него.

– Если тебе нужно это сделать, то я сделаю это с тобой. Мы будем открывать их по очереди.

Сюй Жэньдун вздохнул.

– Зачем беспокоиться? У меня есть свои причины.

Глаза Лянь Цяо были красными, но решительными.

– У меня тоже есть свои причины.

– Поверь, у меня есть способ спасти свою жизнь. Я не попаду в беду.

– Я не соглашусь!

Сюй Жэньдун чувствовал себя беспомощным.

Юань Сюэмин молча наблюдал за этими двумя людьми и внезапно рассмеялся.

– Я действительно не понимаю вас. Сейчас в нашей команде осталось тринадцать человек, а матрёшек – шесть. Поскольку условие для убийства кролика состоит в том, что у вас нет куклы, оставшиеся семь человек должны спешить, чтобы открыть матрёшку, иначе зачем им отдавать её? Так почему вы двое несётесь вперёд?

Лянь Цяо вздохнул.

– Я обдумал эту ситуацию, как ты и сказал. Но если это так, как думаешь, другие будут с большей готовностью рисковать, чтобы открыть новую матрёшку, или с большей готовностью воспользуются недостатком внимания своих товарищей по команде?

Сюй Жэньдун нахмурился и подсознательно коснулся своей шеи. Он снова подумал о Цзян Ли, убившей его.

Юань Сюэмин развел руками и сказал:

– Это примерно то же самое. Как бы то ни было, до истечения срока осталось ещё четыре дня. Если мы не найдём полный набор кукол, все, в конце концов, умрут. Вопрос только в том, чтобы умереть раньше или умереть позже, – это зависит от наших способностей.

Эта дискуссия не увенчалась успехом – в конечном итоге, каждый сам решает свою судьбу. Итак, все трое в молчании вернулись в команду и только обсудили содержание их обсуждения. После прослушивания все замолчали, и в это время и без того подавленная атмосфера стала более напряжённой. Все семь человек, у которых до сих пор не было куклы, уставились на Юань Сюэмина.

Юань Сюэмин сказал:

– Я понимаю, о чём вы думаете. Не думаю, что кто-то хочет продолжить поиск, так что давайте на сегодня вернёмся.

На обратном пути снова пошёл снег, но, к счастью, на этот раз это была не метель, а только небольшой снег. Мелкие снежинки плыли по лицу и быстро таяли. Когда все вернулись в охотничий домик, на их бровях образовался тонкий слой льда.

Но сердце каждого было холоднее тела.

После того, как зажёг камин, Юань Сюэмин щедро достал четыре матрёшки. Он забрал одну, которую нашёл, и отдал две других их первооткрывателям. Поскольку нашедший четвёртую куклу превратился в клочья, он позволил оставшимся семи людям сыграть в «угадай коробку», чтобы определить победителя, а тот, кто выиграет, заберёт матрёшку.

Позже Юань Сюэмин объявил:

– Если в будущем вы найдёте куклу, она будет принадлежать нашедшему. Но первооткрыватель вправе передать матрёшку другому человеку.

Ни у кого не было возражений по этому поводу, просто молчаливое понимание друг друга. Когда они посмотрели друг на друга, их настороженность повысилась.

Юань Сюэмин не упомянул две матрёшки, которые Сюй Жэньдун и Лянь Цяо держали в частном порядке, что значительно снизило угрозу для них со стороны их товарищей по команде. Сюй Жэньдун был очень благодарен за это, но всё же не осмелился рассматривать Юань Сюэмин как партнёра.

После целого дня ходьбы все устали. Сюй Жэньдун вернулся в свою комнату, чувствуя, что его мышцы болят. Он сел на край кровати и стал массировать икры, чтобы расслабить тело.

Лянь Цяо пошёл на кухню и нагрел две чашки горячего молока, чтобы дать ему, и выглядел так, словно хотел с ним долго поговорить. Но, увидев усталое лицо Сюй Жэньдуна, он отклонил эту идею и лёг спать.

После того, как лёг, он продолжал ворочаться и не мог уснуть даже после того, как время сна на его биологических часах прошло. Сюй Жэньдун заснул очень рано. Он проспал до полуночи, когда его разбудил жалобный крик. Два человека почти одновременно подскочили на кровати.

– Это Цзян Ли? – Лянь Цяо посмотрел на дверь комнаты с намёком на жалость.

– Ага, – сказал Сюй Жэньдун. – У них двоих до сих пор нет матрёшки.

Лянь Цяо молчал. Сидя бок о бок на кровати, они услышали женский крик, низкий мужской рык, затем хаотические шаги и звук падающих столов и стульев из комнаты неподалёку. Серия шумов казалась особенно резкой в тишине ночи. Никто не предлагал идти спасать их. В конце концов, они вдвоём лучше, чем кто-либо другой, знали, насколько беспомощны перед призраками.

Лянь Цяо какое-то время прислушивался, навострив уши, и внезапно сказал тихим голосом:

– Брат Жэньдун.

– Не бойся, я здесь.

– Я не боюсь, я думаю о том, что ты сказал в течение дня. Твои слова создавали впечатление, что ты готов умереть. Неужели в твоём мире нет ничего, ради чего стоит жить? Я говорю не об этом месте, а о реальном мире за его пределами.

Сюй Жэньдун молчал. Он внезапно понял, что то, что сказал Лянь Цяо, возможно, не было неправильным.

Сюй Жэньдун был сиротой и вырос в детском доме. Из-за своих отличных оценок он завершил учёбу на стипендию, а после окончания университета успешно поступил в финансовую компанию. На первый взгляд, его жизнь была красивой и гладкой, но когда мужчина каждый день приходил домой и сталкивался с пустой квартирой, то всегда чувствовал пустоту в своём сердце.

Никто не ждал его возвращения. Возможно, даже если бы он умер здесь тихо, никого это не волновало бы.

Хотя у него стоический характер, он столько лет был один, но его сердце всё ещё чувствовало одиночество.

Лянь Цяо внезапно сказал:

– Но я не хочу, чтобы ты умирал.

Сюй Жэньдун был ошеломлён, а Лянь Цяо продолжил:

– Мне было бы странно говорить это, потому что мы знаем друг друга всего два-три дня, но я думаю, что ты очень знаком… Где мы могли встретиться раньше? Просто мы оба забыли? – Он повернул голову и посмотрел на Сюй Жэньдуна озадаченным, вопросительным и выжидающим взглядом.

Сюй Жэньдун посмотрел на него и подумал: «Ты забыл, а я – нет».

– Но если мы будем часто видеться, может быть, однажды мы это вспомним? – Лянь Цяо серьёзно посмотрел на него. – Это похоже на игрушку, которую я спрятал, когда был ребёнком. Когда вырос, совсем не мог вспомнить, но всегда есть шанс, что найду её снова. Тогда я посмотрю на неё и подумаю: «Эй, тогда мне очень нравилось играть с этим». Со временем я это запомню. И разве чувство открытия чего-то, что ты забыл раньше, не интересно?

Сюй Жэньдун улыбнулся. Немного печали и горя в его сердце внезапно исчезли. Он натянул одеяло.

– Давай поговорим об этом, когда выйдем отсюда.

Лянь Цяо изогнул в улыбке глаза.

– Ага.

Когда Сюй Жэньдун закрыл глаза, то почувствовал что-то большое и тёплое очень близко к нему.

В ту ночь он спал исключительно мирно.

Спираль смерти [BL] Глава 14. Матрёшка (14)

Глава 14. Матрёшка (14)

На следующее утро.

Шёл четвёртый день с момента их прихода в этот мир, и люди уже привыкли к обнаружению тел по утрам. Когда они видели, что кровь сочится из-под двери, просто поднимали ноги и проходили мимо. Похоже, они думали, что даже попытка открыть дверь, чтобы проверить, жив ли человек внутри, была бессмысленной.

Юань Сюэмин, как признанный лидер, всё же зашёл внутрь, чтобы проверить. Сюй Жэньдун не хотел видеть смерть Цзян Ли, поэтому просто дождался, когда выйдет Юань Сюэмин, и спросил:

– Они оба мертвы?

– Да. Ван Юань был настоящим мужчиной.

– Что?

– Он держал Цзян Ли на руках до самой смерти. Вся плоть на его теле была обглодана, не осталось ни куска чистого мяса, но он не отпускал.

Эта маленькая пара действительно сильно любила друг друга. Сюй Жэньдун вспомнил, что Цзян Ли также убила его из-за Ван Юаня, и почувствовал себя сложно. Больше он не говорил.

Двое мужчин спустились вниз и, ещё не дойдя до кухни, услышали яростную ссору.

– Ты пытаешься меня сжечь? – Невысокий мужчина, с которым вчера поссорилась Сюй Хун, бросил молоко на пол, выражение его лица было одновременно свирепым и гордым. – Это потому, что я правильно угадал вчера и выиграл, поэтому ты обижаешься на меня?

Сюй Хун раздавала всем молоко. Она повернулась, чтобы посмотреть на пятна на полу, и холодно сказала:

– Тогда не пей его. Также вымой пол. Если грязный пол – тоже смертельное состояние, а ты только что получил матрёшку, тогда это действительно будет пустой тратой.

Сюй Жэньдун понял, что они поссорились только из-за того, что молоко было слишком горячим. Вчера после той ссоры в их сердцах всё ещё оставался гнев, к тому же, человек с маленьким сердцем выиграл куклу и сразу почувствовал себя самодовольным, как будто выиграл битву над Сюй Хун. Что касается Сюй Хун, она не делала более резких движений, но не хотела отпускать его своими словами.

Двое спорили и выглядели так, будто собирались вступить в очередную драку. Юань Сюэмин выступил вперёд и посетовал:

– Эй, почему вы снова ссоритесь? Разве нет других поводов для беспокойства?

Сюй Хун, держа стакан с молоком, холодно села в самом дальнем от мужчины месте.

Сюй Жэньдун подошёл к Лянь Цяо. Юноша помог ему взять завтрак и протянул тот, прошептав:

– Молоко немного горячее, будь осторожен.

Сюй Жэньдун кивнул.

Лянь Цяо пробормотал:

– Этот человек немного сумасшедший. Неужели он действительно думает, что Сюй Хун хочет сжечь его до смерти, чтобы унаследовать его матрёшку?

Это заявление заставило Сюй Жэньдуна немного посмеяться. Но поскольку Сюй Хун сидела напротив него, он мог только очень сдержанно поднимать уголки рта.

Юань Сюэмин:

– Сегодня я хочу отправиться на юг, чтобы исследовать ту сторону. Есть ли возражения?

Юань Сюэмин, будучи ветераном, также был старейшим из группы. Раньше, когда он принимал решение, никто не возражал. Но на этот раз кто-то быстро поднял руку. Это был невысокий мужчина, который сказал:

– Я плохо себя чувствую и не хочу идти сегодня.

Люди искоса посмотрели друг на друга, и их лица изменились. Двое других сказали то же самое:

– Я тоже!

У всех троих есть матрёшки, и их смысл очевиден: теперь, когда у них уже есть кукла, на время безопаснее оставаться в доме. Что касается исследования, лучше позволить другим людям уйти.

Сюй Хун холодно сказала:

– О, вы, ребята, очень хорошо умеете защищаться. Очень достойно восхищения!

Невысокий мужчина очень гордился:

– Я тоже тобой восхищаюсь. Ты скоро умрёшь, а всё ещё такая спокойная.

Другие, у кого также не было куклы, услышали эти слова и проявили гнев на лицах. Вспыльчивый, высокий мужчина даже ударил по столу и выпрямился.

– Что ты, чёрт возьми, говоришь?!

Маленький человечек увидел, что говоривший в хорошей форме, и знал, что проиграет в драке, поэтому поспешно извинился:

– Прости, старший брат, я не имею в виду тебя. Я просто не могу привыкнуть к этой женщине, никого другого это не касается.

Лицо сильного мужчины исказилось. Сюй Хун усмехнулась.

– Оставьте его в покое. Если мы не сможем найти полный набор кукол, все умрут.

Увидев, что команда разваливается, Юань Сюэмин не выглядел обеспокоенным. Он уже предвидел эту ситуацию и молча завтракал. Сюй Хун внезапно повернула голову, посмотрела на него и сказала:

– Брат Юань.

Такая манера речи удивила Юань Сюэмина.

С тех пор, как она пришла в этот мир, Сюй Хун не хотела иметь дело ни с кем, но сегодня была настолько вежлива с ним, что было ясно: она чего-то хотела.

Сюй Хун сказала:

– Сегодня я не пойду с тобой. Я хочу отправиться на север. Давайте разделимся, тогда вероятность найти кукол станет немного выше. Ты – костяк команды, а также ветеран, поэтому все захотят отправиться с тобой. Не мог бы ты одолжить мне на сегодня компас, чтобы я тоже могла немного поддержать свою команду?

Юань Сюэмин был удивлён, и даже Сюй Жэньдун и Лянь Цяо начали смотреть на Сюй Хун иначе. Они думали, что та была резкой и недалёкой женщиной с плохим характером, но не ожидали, что, когда ей нужно быть спокойной, она также может это сделать. Сюй Хун отнеслась к ситуации спокойно и не запаниковала, и её просьба не была чрезмерной и даже могла считаться разумной.

Коллектив стал больше ценить эту женщину.

Напротив, трое мужчин, которые хотели остаться дома, чтобы сохранить свою жизнь только потому, что у них уже была матрёшка, были слишком ограниченными.

Итак, за исключением трёх мужчин, толпа разделилась на две команды. Одна команда в поисках матрёшек отправилась на юг, другая – на север.

Но вечером обе команды вернулись безуспешно. Это был бесполезный день, и они так и не нашли ни новых кукол, ни новых зданий. Они прошли более десяти километров в двух разных направлениях только для того, чтобы увидеть снег и ещё больше снега, как будто в этом мире остался только снег. День оказался потрачен зря.

Вечером все были настолько подавлены, что даже не радовались еде. Только Сюй Хун до сих пор глотала сухой хлеб, кусок за куском. Она даже нашла ручку и бумагу и нарисовала рукой карту исследуемой местности в виде грубого рисунка.

В ту ночь кролик убил ещё двух человек. На этот раз почти все слышали крики двух мужчин перед смертью. Потом одна девушка не выдержала и даже не накинула пальто, прежде чем выбежала из хижины в слезах. Сюй Жэньдун и Лянь Цяо стояли у окна, наблюдая, как она бежит всё дальше и дальше, никто не разговаривал. На следующее утро девушка так и не вернулась.

Толпа собралась в столовой, зная, что время на исходе. Однако вчерашняя тщетность уронила моральный дух у всех, поэтому, когда Юань Сюэмин и Сюй Хун обсуждали следующий шаг для исследования, кто-то горько рассмеялся.

– Всё ещё хотите выйти? В чём смысл! Если мне придётся умереть, я лучше умру в тёплом доме, чем замерзну на улице!

Никто не ответил, но было ясно, что негатив затронул всех. Людей, желающих отправиться на разведку, было слишком мало, недостаточно, чтобы сформировать две команды. Таким образом, в этот день было всего шесть человек, включая Сюй Жэньдуна, желающих выйти на улицу. Они направились к неизведанной западной стороне и всю дорогу очень внимательно смотрели. Они даже переворачивали снег ветками в надежде, что случайно, как и в прошлый раз, наткнутся на куклу.

К сожалению, на этот раз они так и не нашли ничего. Когда они уныло вернулись в хижину, последний свет надежды в глазах оставшихся товарищей угас. На этот раз даже Юань Сюэмин потерял свою уверенность, так как все люди, у которых не было куклы, погибли, кроме Сюй Хун.

Юань Сюэмин спросил Сюй Хун:

– Ты хочешь пойти снова?

Сюй Хун сказала:

– Конечно, у нас ещё есть время.

Юань Сюэмин горько улыбнулся.

– Но мы уже побывали во всех местах, куда можем пойти.

Сюй Хун молчала. На рассвете они обнаружили, что та исчезла. Даже до вечера она не вернулась, поэтому никто не знал, куда она ушла. Никто не знал, была ли она убита кроликом или умерла в ловушке. Но волноваться об этом было некогда, потому что ещё одна ночь станет концом семидневного периода, отпущенного кроликом. В ту ночь у всех была бессонница, большинство людей не ели два-три дня. Все они были похожи на соломенных человечков, совершенно онемевшие, лишённые смысла жизни.

Только трое из них – Сюй Жэньдун, Юань Сюэмин и Лянь Цяо – всё ещё ели и пили. Просто им не давали спать по ночам завывания товарищей по команде. Сюй Жэньдун не боялся, потому что привык к этому. Юань Сюэмин был тем, кто в реальном мире стоял одной ногой в могиле, поэтому неоднозначно относился к ситуации жизни и смерти.

Лянь Цяо также был спокоен, что удивило Сюй Жэньдуна. Он спросил юношу:

– Ты не боишься?

Тот обнял лом и сказал с детской свирепостью:

– Я думаю, мы всё ещё можем дать бой!

Наконец, настал день последнего суда.

Утром толпа молча спустилась вниз, стоя как тёмные тени. Сюй Жэньдун и Лянь Цяо были в хорошем настроении. Лянь Цяо даже ел больше, чем обычно, собираясь с силами и готовясь к битве.

– Я ел хлеб семь дней, чувствую, что меня сейчас вырвет! – Лянь Цяо сказал это, злобно грызя хлеб и попивая молоко. – Когда я выйду отсюда, то сначала собираюсь съесть хого («горячий горшок»), затем приготовить барбекю, а ночью я собираюсь съесть семейный пир!

Сюй Жэньдун молча кивнул. После стольких перевоплощений он не мог вспомнить, сколько дней ел хлеб. Теперь, когда он видит хлеб, его начинает мутить, и его желание выбраться было определённо сильнее, чем у всех присутствующих.

Когда другие люди посмотрели на двоих, которые всё ещё имели способность шутить, в их безжизненных глазах появился намёк на зависть.

В тот момент, когда Лянь Цяо беспокоился, не заболеет ли он запором из-за того, что он не ел овощей, внезапно содрогнулась дверь. Послышались три резких удара, и внезапно все тела напряглись.

Все взгляды были сосредоточены на Юань Сюэмине, и тот также не уклонялся от своих обязанностей. Он встал и сказал:

– Я открою дверь.

Толпа в отчаянии кивнула. Юань Сюэмин открыл дверь – и они увидели кролика в золотом смокинге. Тот сегодня был даже в цилиндре и действительно выглядел одетым и готовым отмечать праздник. Встав на задние лапы и взволнованно сцепив передние, кролик спросил:

– Вы собрали все подарки вместе?

Люди в комнате вынимали свои матрёшки и по очереди клали их на стол. Кролик открыл пасть:

– Очень хорошо, очень хорошо! Вы все послушны!

У него был очень приятный и живой тон. Если бы не несколько капель тёмно-красной крови на губах, кролик выглядел бы как настоящий дружелюбный талисман праздника.

Но все видели трагедию разорванных на куски товарищей и, естественно, не были сбиты с толку этой иллюзией. Все склонили головы и не смели смотреть на кролика. Им было только холодно.

И действительно, когда кролик насчитал на столе всего шесть кукол, его мохнатое лицо мгновенно исказилось.

– Почему есть только они? – его голос стал резким и пронзительным, и серые кроличьи шерстинки встали дыбом, словно у рассерженной кошки с поднятым хвостом. Хотя его тело было похоже на кошачье, два длинных кроличьих уха стояли вертикально на его голове, словно надгробные плиты. В этот момент он стал похож на мутировавший злой эксперимент, одновременно искажённый и странный, с сильным чувством злобы повсюду.

Лица людей стали крайне уродливыми, но в напряжённой атмосфере они не осмеливались говорить, опасаясь, что кролик набросится на них в следующую секунду и разорвёт на куски.

В этот момент Лянь Цяо внезапно сказал:

– Успокойся. Все остальное на мне.

____________________

Автору есть что сказать: «Впереди предупреждение о высокой опасности, мирные жители немедленно уходят!»

Спираль смерти [BL] Глава 15. Матрёшка (15)

Глава 15. Матрёшка (15)

Выражение морды кролика сразу же смягчилось, и чёрные шерстинки, вставшие дыбом как иглы, снова стали мягкими. Он принюхался розовым носом и мягким тоном сказал:

– Тогда быстрее достань их, уже почти пора начинать празднование!

Лянь Цяо сунул руку в карман. Сюй Жэньдун, сбоку, внезапно спросил:

– Что сегодня за праздник?

Как только он спросил об этом, кролик заёрзал. Его губы слегка приподнялись, и на его морде появилось выражение, похожее на улыбку. Конечно, по мордочке этого кролика никто ничего не сможет прочитать. К счастью, Сюй Жэньдун не ожидал ответа, потому что в тот момент, когда кролик повернулся, Лянь Цяо резко вытащил из-за спины лом и ударил противника по голове.

*Хлоп!*

Кролик оказался застигнут врасплох и ему разбили голову. Но звук удара лома по голове был странным и особенно резким, как звук падения вазы на пол и её разбивание. Кролик медленно запрокинул голову, его шея щёлкнула, а изо рта послышался неприятный скрежет.

– Как ты посмел меня ударить? – кролик скрипнул задними зубами и мрачно спросил.

– Идиот! Мне нужно выбрать хороший день, чтобы ударить тебя? – в этот критический момент Лянь Цяо всё ещё решил пошутить. Но движение его руки не было медленным. Он прицелился в центр тела кролика, размахивая ломом как битой, и снова ударил кролика. Снова раздался тот странный резкий звук – и кролик взлетел вверх как бейсбольный мяч, а затем врезался в стену с камином. Сила Лянь Цяо была велика, и по тяжёлому столкновению было очевидно, что он мощно ударил.

Но как только кролик коснулся пола, то подпрыгнул как пружина и бросился на Лянь Цяо. Последний удар в грудь явно был не таким разрушительным, как удар по голове вначале. К этому моменту он сбросил свою милую маскировку, и из его пасти торчали острые клыки. Клыки, очевидно, не принадлежали травоядным, и в зубах даже застряли клочки мяса, от которых люди вздрагивали. Если вас укусит эта пара клыков, даже ваша плоть и кости будут прогрызены на куски!

К счастью, Сюй Жэньдун уже подготовился. Как только Лянь Цяо отправил кролика в полёт, он выхватил толстый кусок дерева из камина. В тот момент, когда кролик вскочил с пола, Сюй Жэньдун быстро отреагировал и ударил того в живот, сразу же отправив обратно в стену!

После этого он не отпускал, а бревном прижал монстра к стене. Кролик был в ярости, но из-за того, что его четыре лапы оторвались от пола, он не мог найти точку опоры и мог только кусать и царапать Сюй Жэньдуна, пытаясь оторвать его кожу своими острыми когтями.

Сюй Жэньдун выглядел очень жалким, поскольку пытался подавить кролика и одновременно избежать его нападения. Он не думал, что это маленькое тело содержит такую мощную силу. Как взрослый мужчина, он даже кролика не мог подавить.

– Брат Юань! – позвал Сюй Жэньдун. – Помоги!

Все были ошеломлены этим жестоким дуэтом. Даже Юань Сюэмин не думал, что они действительно осмелятся напасть на кролика. Но он быстро отреагировал и немедленно бросился к другой стороне кролика и помог Сюй Жэньдуну, удерживая другую сторону бревна. Тем временем Лянь Цяо, размахивая ломом, снова повернулся к кролику!

Лянь Цяо стиснул зубы и несколько раз ударил кролика по голове. Кролик яростно сопротивлялся, и Юань Сюэмин и Сюй Жэньдун с трудом сдерживали его. Четыре лапы безумно бились в воздухе. Лянь Цяо увернулся, но получил несколько ударов ногой в живот. Его одежда вскоре была поцарапана когтями, и из ран потекла кровь, одна из ран даже оказалась рядом с кишечником!

– Лянь Цяо! Твою мать! Не бей туда, бей в голову! – Сюй Жэньдун был так напуган, что даже ругательства вылезли наружу. – Покалечь его! Сломай ему все четыре лапы!

– Почему бы тебе просто не умереть! – Лянь Цяо чуть не плакал. Голова кролика была разбита так сильно, что его глаза превратились в соус, но он продолжал с ненавистью смотреть на Лянь Цяо. Его лапы также не перестали двигаться, поэтому Лянь Цяо последовал инструкциям Сюй Жэньдуна и вместо этого сосредоточился на них.

Слышался звук рассекающего воздух лома, а также как ломались лапы со звуком разбивающегося фарфора. Лянь Цяо уничтожал их одну за другой, пока не раздавил все четыре кроличьи лапы. Только когда мех остался единственным соединением конечностей, он осмелился остановиться.

Однако, несмотря на то что все суставы его тела были сломаны, кролик вырывался с невероятной силой. Окровавленное и нечёткое тело боролось как умирающая рыба, с двумя людьми, удерживавшими его.

Сюй Жэньдун воскликнул:

– Брат Юань, держись!

Юань Сюэмин стиснул зубы, и у него даже не было времени говорить.

Кролик злобно смотрел на Лянь Цяо. Его черты уже настолько исказились, что их нельзя было распознать, но юноша чувствовал его сильное негодование.

Если двое людей отпустят, то, вероятно, кролик превратится в нож, сделанный из плоти и костей, и будет пронзать его до тех пор, пока его мозг не потечёт, чтобы упасть на пол.

Лянь Цяо испугался собственного воображения, закрыл глаза и завыл громче, чем раньше, продолжая бить кролика с большей силой, чем когда-либо.

Зрители были ошеломлены. Они наблюдали, как Лянь Цяо несколько раз махал ломом в воздухе с такой огромной силой, что два конца деревянного бревна, которые держали Юань Сюэмин и Сюй Жэньдун, сильно тряслись. Эти двое выглядели  жалко и были почти избиты, но не осмеливались отпустить.

Неизвестное количество времени спустя Сюй Жэньдун наконец не выдержал:

– Лянь Цяо.

Лянь Цяо:

– Ааааа! Почему ты не умираешь!! Почему бы тебе не умереть!!!!

Сюй Жэньдун беспомощно сказал:

– Лянь Цяо, он мёртв! Теперь ты избиваешь меня и брата Юаня.

– …Хм? – Лянь Цяо открыл глаза и наконец-то остановился. Он был так напуган, что его глаза покраснели, но за бревном кролик уже превратился в слабый, беспомощный кусок тухлого мяса.

Сюй Жэньдун и Юань Сюэмин отпустили бревно, и нечёткое существо из плоти и крови рухнуло на пол. В это время шерсть кролика была окрашена кровью настолько, что невозможно было увидеть первоначальный цвет. Все раздробленные внутренние органы были выдавлены из испорченного меха, который исходил уникальным зловонным запахом животного.

Голова кролика, в которую Лянь Цяо нанёс серии ударов, была почти раздавлена. Масса содержала красную кровь, белое мозговое вещество, серую кроличью шерсть, два влажных липких чёрных глаза и маленький розовый язык, свешивающийся снаружи. Ещё более пугающим было то, что вся масса кролика всё ещё содрогалась. Неизвестно, было ли это просто мышечной реакцией, или он был не полностью мёртв.

Картина была настолько омерзительной, что несколько человек вырвало.

– …Чёрт возьми. – Лянь Цяо был ошеломлён своим шедевром, сглатывая. – Здесь должна быть мозаика, иначе видео нельзя транслировать.

Сюй Жэньдун, лицо которого было залито кровью, и Юань Сюэмин: «…»

– Он мёртв? – Мужчина, которого только что вырвало, повернул голову и посмотрел. Потом отвернулся, и его снова вырвало.

Юань Сюэмин взял бревно и пошевелил мясо на полу.

– Если он всё ещё не мёртв, то у нас нет шансов.

Сюй Жэньдун согласился. Хотя рост кролика составлял лишь половину роста человека, его сила была поразительной, и жизненная сила также чрезвычайно яростная. Если бы не внезапная яростная и быстрая атака Лянь Цяо, которая застала кролика врасплох, трое из них определённо не смогли бы победить его.

Лянь Цяо сказал:

– Думаю, нам следует добавить ещё одну травму.

Сюй Жэньдун не мог не восхищаться Лянь Цяо. Он подумал: «Молодые люди действительно свирепы. Кролика уже раздавили в мясной соус, даже если ты хочешь ещё раз поранить его, с чего ты собираешься начать?»

Юань Сюэмин тоже удивился:

– Что за травма?

Лянь Цяо уставился на свежее мясо кролика и коснулся подбородка:

– Может быть… превратить его в кроличий суп? Нам действительно следует изменить нашу диету.

Лица всех стали зелёными, красными и разноцветными в мгновение ока. Каждое выражение было более захватывающим, чем предыдущее. Человек, которого только что рвало, почувствовал, что его ноги пошатнулись, и он чуть не опустился на колени перед Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун на мгновение задумался.

– Лучше не надо. У меня плохой желудок, и я, наверное, не смогу его переварить.

Другие люди: «…» Твой фокус внимания совершенно неправильный, ах! Неудивительно, что вы двое можете дружить!

Юань Сюэмин закашлялся.

– Хорошо, давайте будем серьёзными. Кролик мёртв, но кнопку лифта мы не нашли и пока не можем ослабить бдительность.

Тем не менее, настроение стало расслабленным. В конце концов, их самая большая угроза мертва, и то, когда они найдут кнопку, было лишь вопросом времени. Огонь надежды вспыхнул в их сердцах, и они нашли в себе мужество снова жить.

– А что насчёт этой штуки? – Лянь Цяо указал на тухлое мясо на полу и посмотрел на потрескивающий камин. – Сжечь его?

Толпа была единодушна в своём одобрении. Однако, поскольку соус из мяса кролика всё ещё дёргался, никто из них не хотел приближаться к нему. Такое ужасное существо – кто посмеет очистить его голыми руками?

Даже свирепый Лянь Цяо не чувствовал себя готовым на такой подвиг. Он кашлянул и сказал:

– Давайте посмотрим, есть ли в доме метла, швабра или что-то ещё.

Толпа послушно пошла искать инструменты для уборки. Трое человек, включая Сюй Жэньдуна, остались за столом. Они были слишком нервными, уровень адреналина был слишком высок. Их мускулы оставались туго натянуты, но вся сила ушла. Они могли только сидеть в поту.

– Как твоя травма живота? – Сюй Жэньдун протянул руку, чтобы расстегнуть пальто Лянь Цяо, чтобы посмотреть на рану, но юноша удержал его запястье рукой.

– Твои руки… – Он посмотрел на руки Сюй Жэньдуна, которые были уколоты деревянными осколками, и его брови сильно наморщились.

Только что мужчина применил много силы, чтобы подавить кролика. Бревно было очень грубым, и в процессе в ладони впилось множество заноз. Их было много, и некоторые застряли очень глубоко, вероятно, повредив кровеносные сосуды. Прямо сейчас вся ладонь Сюй Жэньдуна была залита кровью, а нежная плоть разорвалась. Однако он совершенно не выглядел обеспокоенным.

– Извини. – Первой реакцией Сюй Жэньдуна стала мысль, что он не должен использовать свои грязные руки, чтобы прикасаться к ране Лянь Цяо, поэтому сразу хотел убрать руки. Однако он не ожидал, что Лянь Цяо схватится за него. Сильно, нежно, не больно, но в то же время это не позволило ему сбежать.

– … – Лянь Цяо нахмурился. – Потерпи секунду, я вытащу для тебя занозы.

Сюй Жэньдун отказался:

– Твоя травма более серьёзна, и она также нанесена кроликом. Он может заразить…

Лянь Цяо:

– Это не больно.

Сюй Жэньдун:

– Мне тоже не больно.

Лянь Цяо внезапно почувствовал отчаяние. На самом деле он несколько раз ударил себя по животу и настаивал:

– Моему животу действительно не больно! Я слушал тебя так много раз, разве ты не можешь послушать меня хоть раз!

Сюй Жэньдун: «……» Молодой человек, ты действительно злой. Ты даже себе не позволишь уйти.

В это время Юань Сюэмин действительно не мог больше смотреть. Он протянул две ладони.

– Вы двое прекратите спорить. Ладно, у вас обоих не болит, а у меня болит. Поспешите вытащить мои занозы для начала!

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо: «……»

Остальные члены команды нашли метлу и вернулись в гостиную. Они увидели чудесную сцену: Сюй Жэньдун и Лянь Цяо помогали Юань Сюэмину. Лицо Лянь Цяо было полно негодования, а его движения простыми и грубыми. Каждый раз, когда он вытаскивал занозу, Юань Сюэмин шипел и втягивал холодный воздух. Сюй Жэньдун думал, что это из-за него, поэтому стал ещё более нежным. Чтобы медленно удалить цельный кусок дерева, нужно десять минут. И он говорил что-то вроде: «Брат Юань, ты в порядке?», «Брат Юань, просто потерпи ещё немного». Итак, Юань Сюэмин ясно чувствовал, как каждый миллиметр занозы постепенно скользит по его ране.

От боли Юань Сюэмин наконец отдёрнул обе руки.

– Забудьте, это больше не болит.

Все смеялись. В тёплой хижине царила мирная атмосфера. Но в этом смехе Лянь Цяо внезапно пошевелил ушами. Он нахмурился и слегка наклонился к Сюй Жэньдуну.

– Брат Жэньдун, ты слышишь?

Сюй Жэньдун:

– Хм?

Лянь Цяо не договорил. Как будто вдруг что-то вспомнив, он повернул голову назад, и его зрачки сузились.

*Ку-чи-ку-чи-ку-чи* – звук скрежета зубов исходил от окровавленного и тухлого тела кролика.

Лянь Цяо:

– Ик.

Спираль смерти [BL] Глава 16. Матрёшка (16)

Глава 16. Матрёшка (16)

Сюй Жэньдун повернул голову и увидел неясный чёрный туман, плывущий над массой мяса в камине. Чёрный туман собирался и формировался с чрезвычайно высокой скоростью, и в этом тумане смутно просматривались бесчисленные извилистые чёрные линии. Чёрные линии походили на тёмное граффити, сделанное на бумаге для набросков ребёнком с психическими расстройствами.

Конечно, никто не собирался ждать, пока тот обретёт форму. Сюй Жэньдун отреагировал первым и оттащил Лянь Цяо назад. Юноша не мог удержаться от икоты, но его реакция была быстрой, и они оба отступили к двери.

В то же время Юань Сюэмин также сказал всем бежать. Только что все с радостью собирали труп босса и не ожидали, что тот обманет смерть в мгновение ока. Очевидно, текущее состояние кролика было более злобным и устрашающим, чем раньше. Выслушав лишь секунду издаваемые им звуки, инструменты для уборки упали один за другим, все закричали и разбежались.

Лянь Цяо, который первым подошёл к двери, протянул руку, чтобы толкнуть дверь, но выражение его лица изменилось. Сюй Жэньдун спросил:

– Что случилось?

Лянь Цяо чуть не закричал:

– Я не могу её открыть!

Сюй Жэньдун принял быстрое решение:

– Выбьем её!

Лянь Цяо понял и быстро закричал: «1-2-3!». Двое мужчин вместе бросились к двери. Однако качество деревянной двери, которая не выглядела слишком прочной, на тот момент оказалось на удивление хорошим. Как ни старались двое людей, дверь оставалась неподвижной.

Присмотревшись, вокруг двери также была слабая чёрная полоса. Кажется, что этот единственный выход контролировал чёрный туман, и он не хотел, чтобы они убежали.

Когда все это увидели, и отчаяние в их сердца возросло. Оглядываясь назад на чёрные линии, можно было увидеть контур кролика. Он выглядел намного больше, чем раньше, – размером со взрослого человека. Добавьте к этому неистово скрученные чёрные нити, плотно набитые как змея, – это очень тревожило.

Глазные яблоки, которые только что были разбиты в мясной соус, превратились в две чёрные спирали, которые выглядели бездонными и были наполнены психической болезнью. Эти хаотичные и тёмные глаза напоминали людям об опасных зверях, тихо приближающихся из тёмной пещеры без огня и света. Это был примитивный страх, запечатлённый в недрах человеческих генов, страх неизвестности и тьмы.

Все толпились у двери, что оказалось очень удобно для нападения кролика. Они увидели, как чёрная масса рванулась вперёд и одним укусом вгрызлась в плечо ближайшего человека. Она не приложила особой силы и легко оторвала мужчине всю руку от плечевого сустава и проглотила ту в рот, пережевывая как куриную голень.

Мужчина кричал от боли, крепко сжимая пострадавшее место и поворачивая голову, чтобы спастись. Неожиданно чёрные нити позади него внезапно потянулись, увлекая его в чёрный туман «руками», похожими на щупальца. Плотные линии были похожи на личинок, быстро разъедающих его плоть и кровь. Мужчина кричал снова и снова, но в течение нескольких секунд потерял всю свою плоть и кровь и превратился в кости. Он с треском упал на пол.

Остальные были потрясены, увидев, как их товарищ трагически погиб на их глазах. Юань Сюэмин крикнул: «Все разбегаемся!», все очнулись и побежали как можно дальше от массивной тёмной фигуры.

Сюй Жэньдун огляделся и обнаружил, что лом Лянь Цяо упал недалеко от обеденного стола. Он собирался поднять его, но не ожидал, что чёрный кролик нацелится на него следующим и бросится к нему со скоростью, намного превышающей человеческую!

Сюй Жэньдун не мог увернуться, но как только его собиралась поглотить тень, сзади налетела мощная сила, когда Лянь Цяо яростно оттолкнул его. Сам Лянь Цяо воспользовался этой отдачей, чтобы избежать угрожающего удара чёрного кролика. Однако толчок в этот критический момент позволил Сюй Жэньдуну избежать атаки кролика, но он потерял равновесие и тяжело упал на пол.

Он собирался встать, когда обнаружил, что лом совсем близко от него. Сюй Жэньдун, не колеблясь, протянул руку и поднял лом. Махнув наотмашь, он бросил его в сторону Лянь Цяо и крикнул:

– Лянь Цяо!

Лом вращался в воздухе на триста шестьдесят градусов, как будто в замедленной съёмке, все внимательно наблюдали за ним, затаив дыхание.

Неизвестно, была ли это быстрая реакция Лянь Цяо или у него и Сюй Жэньдуна какое-то молчаливое понимание. Когда Сюй Жэньдун назвал его имя, Лянь Цяо немедленно поднялся с пола и уверенно поймал лом.

На лице Лянь Цяо мелькнула радость. Он стал решительным, и его икота наконец прекратилась. Он крепко сжал лом и только что снова решил убить злобного чёрного кролика, когда рядом с ним раздался жёстко контролируемый болезненный звук, изданный Сюй Жэньдуном:

– М-м-м!

Оказалось, что Сюй Жэньдун только что бросил своё оружие, но не смог избежать второй атаки чёрного кролика. Группа неистово скрученных чёрных нитей взобралась по его икрам и быстро начала кусать плоть и кровь, как личинки, прикреплённые к костям. Даже толстые зимние штаны не могли предотвратить разрушение от чёрных нитей, и его белая, фарфоровая кожа быстро была съедена, обнажив ярко-красные мышцы и светлые сухожилия. Кровь хлынула, как из разбитого крана. Сюй Жэньдун вспотел от боли и изо всех сил пытался отступить. Чёрные нити туго обвивали его икры, двигаясь вместе с его телом, не собираясь отпускать. Вместо этого они последовали за голенью и полетели вверх с ужасающей скоростью.

– Брат Жэньдун! – глаза Лянь Цяо были красными, и крик вырвался из его горла. Он высоко поднял лом и замахнулся им на чёрного кролика. В то же время Юань Сюэмин потянул за верхнюю часть тела Сюй Жэньдуна, отчаянно пытаясь оттащить его назад.

Лянь Цяо почти исчерпал все свои силы и сильно ударил чёрного кролика по лбу. Однако, чего он не ожидал, так это того, что его удар точно попал в голову, но, казалось, был сметён, и лом прошёл прямо через чёрные скрученные нити. Сила удара лома была настолько велика, что Лянь Цяо чуть не потерял равновесие и не упал прямо в чёрного кролика. Он сделал несколько шагов, и как только взглянул вверх, то увидел, что голень Сюй Жэньдуна была прогрызена до такой степени, что остались только кости. Картина оказалась настолько жестокой, что Лянь Цяо чуть не сошёл с ума и ударил кролика ещё несколько раз. Жалко, что физическая атака на чёрного кролика полностью потеряла своё действие. Как бы сильно он ни бил, чёрные нити были похожи на туман, легко рассеиваясь, когда лом проходил мимо, и вскоре снова собираясь без вреда для себя.

– Лянь Цяо, беги! – Сюй Жэньдун уже прикусил губу от сильной боли, она опухла и кровоточила. Он также подтолкнул Юань Сюэмина. – Уходите отсюда, не беспокойтесь обо мне.

Юань Сюэмин колебался, но Лянь Цяо сдавлено крикнул:

– Я не уйду!

В этот момент чёрный кролик полностью съел голень Сюй Жэньдуна, и чёрная нить почти достигла его колен. Сюй Жэньдун знал, что на счету каждая секунда. Поскольку он не смог убедить Лянь Цяо уйти, он мог только думать о другом пути. В одно мгновение что-то вспыхнуло в его голове как молния. Сюй Жэньдун жестоко стиснул зубы и сказал:

– Сломай мне ногу, поторопись!

В этот момент Сюй Жэньдун ясно увидел, как на глазах Лянь Цяо выступили слёзы. По щекам юноши текли огромные слёзы и падали на пол. Однако он не колебался. Лянь Цяо закусил губу, шагнул вперёд и высоко поднял лом.

*Бах!* – металлический лом с силой ударил Сюй Жэньдуна по ноге. Кость ноги уже пережевали, и её соединял только слой полупрозрачной фасции. В это время ударил лом – и нога легко сломалась.

К счастью, болевые нервы в основном были сосредоточены на коже, и даже перелом костей ноги не причинял слишком сильной боли. Сюй Жэньдун наблюдал, как ему ампутировали левую ногу, и в то же время он почувствовал себя легче. Юань Сюэмин быстро утащил его.

С полуампутированной конечности Сюй Жэньдуна не могла не капать кровь, оставляя длинные пятна крови. Чёрный кролик лежал на полу, высасывал его плоть и кровь и даже издавал звуки глотания.

Глаза Лянь Цяо были красными, и он даже не смотрел на чёрного кролика. Он побежал прямо к Сюй Жэньдуну.

Остальные разбежались, спасая свои жизни. Некоторые поднимали стулья и бешено колотили по хрупким окнам. Однако оконное стекло тоже было опутано чёрной нитью и стало твёрдым как скала. Некоторые запаниковали и побежали на второй этаж, и пол издавал глухой звук бега взад и вперёд, но, к сожалению, они не смогли найти способа убежать и вскоре снова побежали вниз с отчаянным выражением лица.

Пока чёрный кролик всё ещё жадно облизывал пол, Сюй Жэньдун при поддержке Юань Сюэмина с трудом встал на одну ногу. Лянь Цяо уже бросился перед ним, наклонился и обнял его за плечи.

Сюй Жэньдун был потрясён.

– Лянь Цяо, ты…

Он подсознательно надеялся, что Лянь Цяо оставит его и убежит, спасая свою жизнь, но юноша одной рукой держал его за талию, а другой уцелевшую ногу. Сюй Жэньдун почувствовал, что его руки слегка дрожат, но три слова «Просто оставь меня» в любом случае, бесполезны.

Сюй Жэньдун чувствовал себя виноватым. Он чувствовал, что не должен был получить такую серьёзную травму на глазах у Лянь Цяо, не говоря уже о том, чтобы просить его лично сломать ему ногу. Он очень хорошо знал, что эта вина возникла не из-за того, что он утащил Лянь Цяо, а из-за другого, очень сложного и глубокого чувства.

Сильная боль от сломанной ноги не давала Сюй Жэньдуну времени думать об этом. Он подавил боль, стиснул зубы и сказал Юань Сюэмину:

– Идите в подвал! В подвале есть окно, ведущее прямо на улицу!

Ничего не говоря, Лянь Цяо, неся его, побежал к лестнице. Юань Сюэмин последовал за ним и приказал всем:

– Идите в подвал!

Неожиданно в этот критический момент кто-то спросил:

– Разве дверь в подвал не заперта? Как мы…

Сюй Жэньдун собирался объяснить, но увидел, что этот человек уже закричал, и чёрный кролик сжал его в объятиях. Мужчина знал, что сейчас нельзя терять время. Он тут же вынул ключ и крикнул:

– Лянь Цяо!

Лянь Цяо принял ключ с большим пониманием и в то же время уже подбежал к двери подвала. Его движения были чрезвычайно плавными, и он очень быстро открыл закрытую дверь подвала. Он бросился вниз с Сюй Жэньдуном. Его взгляд быстро остановился на потолочном окошке в углу. Видимо потому, что это окно немного далеко от чёрного кролика, на него ещё не повлиял чёрный туман. Юань Сюэмин тоже заметил это. Он быстро подобрал обломки с пола и ударил им в окно в крыше.

*Треск!* – звук разбивающегося стекла был чрезвычайно резким, но в то время стал всеобщей надеждой. Все заполонили подвал один за другим, а двое сзади были пойманы кроликом и бесконечно кричали.

Сюй Жэньдун сказал:

– Найдите что-нибудь, на что можно подняться!

Лянь Цяо взглянул на световой люк, который был высотой с двух человек.

– Иди первым!

Сюй Жэньдун молчал, но это молчание длилось недолго. Он быстро сказал:

– Хорошо.

Итак, Лянь Цяо обнял его за талию и позволил ему наступить себе на плечи. Сюй Жэньдун забрался на окно в крыше.

У Сюй Жэньдуна осталась только одна нога. Часть ниже колена левой ноги была пуста, и медленно дрейфовал только оторванный кусок ткани.

– Там наверху безопасно? – Лянь Цяо обеими руками держал оставшуюся правую ногу Сюй Жэньдуна. Он поднял голову, и кровь из отрубленной конечности капала ему на лицо. Тепло шокировало.

Сюй Жэньдун, который вылез из окна в крыше, быстро огляделся и подтвердил, что в окружающих снежных полях нет ничего необычного, поэтому он сразу же повернулся и обратился к Лянь Цяо внизу:

– Безопасно! Хватайся за меня!

Лянь Цяо уже нашёл, на что подняться. С помощью Сюй Жэньдуна он опёрся обеими руками и легко выпрыгнул из окна в крыше. Затем он повернул голову и протянул руки своим товарищам.

– Скорее! Следующий!

За окном смотрели два встревоженных лица, но ни одно из них не принадлежало Юань Сюэмину. Оба они протянули к нему руки, как птицы, ожидающие кормления, с одинаковым отчаянным рвением. Лянь Цяо не знал, кого из них поднять первым. В то же время из глубины доносился рёв Юань Сюэмина:

– Поторопитесь! Дверь не продержится долго!

Выражение лица Лянь Цяо изменилось.

– Брат Юань блокирует дверь?!

– Да! Он сказал, что останется и отпустит нас первыми! – Говорящий с тревогой посмотрел на партнёра рядом с ним, а затем сделал движение, которое никто не мог вообразить – он толкнул человека рядом с собой на пол, а затем подпрыгнул. Он с силой схватил Лянь Цяо за руку. – Поторопись и вытащи меня!

Лянь Цяо был застигнут врасплох и чуть не утащен им в подвал. К счастью, Сюй Жэньдун быстро схватил его. Мужчина сильно стаскивал Лянь Цяо, и из этой позиции Сюй Жэньдун не мог помочь. Когда мужчина увидел это, то стал более обеспокоенным, цепляясь за руку Лянь Цяо обеими руками, используя его как спасательную верёвку, и хотел перелезть через него вот так.

Лянь Цяо крикнул:

– Отпусти! Ты меня утащишь! Отпусти, и я тебя сразу же подтяну!

Мужчина запаниковал и потерял рассудок. Всё, о чём он мог думать, – это взобраться наверх. Но в конце концов, он был физически слаб и, не считая того, что постепенно утаскивал Лянь Цяо вниз, не мог взобраться.

При этом внезапно закричал товарищ по команде, которого только что оттолкнули. Мужчина повернул голову – не зная, что он увидел, но его лицо мгновенно побледнело.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо тоже изменили свои выражения: чёрный кролик вошёл?! Так что Юань Сюэмин уже…

– Я упаду! – Лянь Цяо почти умолял: – Серьёзно, сначала отпусти, и я тебя сразу же подтяну! Ты так умрёшь!

Сюй Жэньдун использовал своё собственное тело, чтобы крепко удерживать Лянь Цяо. Он потерял ногу, и снег под ним не поддерживал его. Густой белый снег даже начал таять в тёплой крови и стал скользким. Он увидел, что половину тела Лянь Цяо уже втащили обратно в световой люк, и взволнованно закричал:

– Лянь Цяо! Я не могу дольше держать!

Услышав слова Сюй Жэньдуна, Лянь Цяо вспомнил, что он всё ещё давил на него. Если он упадёт, Сюй Жэньдун обязательно будет утащен вниз. В этот момент выражение лица Лянь Цяо стало жестоким, и его глаза вспыхнули с звероподобным намерением убийства. Он крикнул мужчине внизу:

– Ты, блядь, не отпустишь? Если ты не отпустишь, я спущусь и убью тебя!

Прежде чем слова упали, он услышал крик. Сюй Жэньдун только почувствовал, как давление ослабло, и тогда Лянь Цяо отдёрнул руку. Намерение убийства в его глазах исчезло, осталась только глубокая паника. Сюй Жэньдун всё ещё не понимал, что произошло, а затем он с трепетом увидел, что в руке Лянь Цяо осталась отрубленная рука. Это было запястье мужчины, перекушенные кровеносные сосуды и кости были хорошо видны, а пять пальцев всё ещё крепко сжимались, как будто он не хотел отпускать спасительную соломинку до самой смерти.

Лицо Лянь Цяо побледнело, и он швырнул сломанное запястье на землю. Затем он молча нагнулся, снова взвалил Сюй Жэньдуна на плечи и начал бешено бежать по снегу.

Крики в подвале прекратились. Сюй Жэньдун лёг на спину Лянь Цяо и сказал:

– Они все мертвы. – Не вопрос, а заявление.

– Да… только… мы остались… – Тяжело дышал Лянь Цяо. Именно так он нёс взрослого мужчину примерно такого же роста и формы тела, чтобы бежать по снегу. Несмотря на то, что Лянь Цяо был физически силён, он постепенно ослабел.

Сюй Жэньдун:

– Да.

В это время у Лянь Цяо вообще не было свирепого вида, а выражение его лица было таким же хрупким, как у новорождённого котёнка. Он втянул сопли, а затем сказал плачущим голосом:

– Брат Жэньдун, ты… Не бойся, у нас всё будет хорошо…

Сюй Жэньдун молчал. Он уже видел вдали чёрную тень, плывущую по снегу. Неистово извивающиеся чёрные линии особенно бросаются в глаза на белом снегу, как неуклюжая и сумасшедшая детская картина, как самый примитивный страх в человеческом сердце.

Лянь Цяо явно был напуган до смерти и сам собирался плакать, но всё ещё утешал его:

– Брат Жэньдун, когда мы найдём укрытие, я сразу же перевяжу тебя… Всё в порядке… Я слышал, что брат Юань говорил, когда мы сбежим из этого мира, наше тело вернётся в исходное состояние… Ты не будешь инвалидом… Не бойся… Всё будет хорошо…

Тень приближалась.

Сюй Жэньдун прислушался к неубедительным, даже жалким звукам утешения Лянь Цяо, и по какой-то причине действительно не боялся.

Прошлой ночью снег падал всю ночь, и земля уже была покрыта толстым слоем. Лянь Цяо нёс Сюй Жэньдуна, и каждый его шаг оставлял глубокие следы на снегу. Сюй Жэньдун лежал на спине Лянь Цяо, чувствуя себя очень тёплым. Он посмотрел на эти два ряда следов и внезапно вспомнил, что когда впервые появился в этом мире, первое, что он увидел, были следы Лянь Цяо.

В то время, как он мог подумать, что его, большого мужчину ростом метр восемьдесят пять, можно нести как мешок, и что другой человек всё ещё может бешено бежать?

Лянь Цяо был похож на сломанный диктофон, безумно повторявший:

– У нас всё будет хорошо… У нас всё будет хорошо…

Сюй Жэньдун слушал яростное дыхание Лянь Цяо, и его тело следовало за телом юноши, двигаясь вверх-вниз. Он внезапно подумал, что эта сцена довольно интересная, но было жаль, что никто не увидит её, кроме него и Лянь Цяо.

Кроме него, никто бы этого не вспомнил.

Сюй Жэньдун не сожалел. Он даже слегка приподнял уголок рта, коснулся волос Лянь Цяо и сказал:

– Продолжай бежать вперёд, не оглядывайся.

Повторение, наконец, оборвалось, когда Лянь Цяо закричал:

– Нет!

Сюй Жэньдун снова сказал:

– Не бойся, всё будет хорошо, не оглядывайся.

Лянь Цяо какое-то время не слышал глубокого значения этих слов. Когда он отреагировал, Сюй Жэньдун с силой оттолкнул его и тяжело упал в снег. Лянь Цяо растерялся и немедленно остановился.

Сюй Жэньдун крикнул:

– Беги!

Лянь Цяо обернулся. Его глаза, которые всегда улыбались изогнутыми дугами, теперь переполнялись бесчисленными сложными эмоциями. Печаль, боль, отчаяние… и гнев.

У Сюй Жэньдуна не было времени думать о том, откуда исходит гнев. Он снова закричал:

– Лянь Цяо, беги! Будь хорошим!

Лянь Цяо стоял неподвижно. Он не оставил его и не убежал. Он просто стоял, дрожа всем телом, глядя на него чрезвычайно сердитыми глазами.

– Лжец! – закричал Лянь Цяо с красными глазами.

Сюй Жэньдуна необъяснимо отругали. Он хотел спросить: «Как я стал лжецом?», но внезапно почувствовал холодок в затылке. Знакомый и ужасающий звук скрежета зубов исходил из-за спины. Затем возникла резкая боль в шее. Кожа, мышцы и даже шейный отдел позвоночника были откушены. Под действием этой огромной силы он упал назад и увидел серое небо и тяжёлый снег, колышущийся в небе. Чёрные извилистые линии закрывали ему обзор как тёмные облака, и вскоре он перестал чувствовать своё лицо. Был виден только кусок кроваво-красного цвета.

Прежде чем весь мир погрузился во тьму, последним голосом, который он услышал, был крик Лянь Цяо, вырванный из окровавленного горла:

– Разве ты не говорил, что мы собираемся выйти вместе?! Сюй Жэньдун, ты – грёбаный лжец!

Спираль смерти [BL] Глава 17. Матрёшка (17)

Глава 17. Матрёшка (17)

Сюй Жэньдун резко открыл глаза. Серебристо-серый лифт отражал ледяной металлический свет, лёд и снег проникали сквозь щели в двери, заставляя его дрожать от холода.

Он ошеломлённо сел и увидел, что его пиджак висел у него на руке. Задняя часть шеи всё ещё болела, он протянул руку и прикоснулся к ней, чтобы подтвердить, что глубокий укус до костей исчез, а кожа и мышцы всё ещё плотно прикреплены к шее. Его тело было восстановлено до своего наилучшего состояния, но сердцу было так нехорошо, как если бы его разбили молотком.

В лифте было тихо, но хриплый крик Лянь Цяо эхом разнёсся в его ушах: «Лжец!»

Сюй Жэньдун не понимал, как он стал таким большим лжецом. Я пытался спасти тебя, а ты отругал меня – это логично?

Рассердившись, Сюй Жэньдун подумал и успокоился. Лянь Цяо прав. Он, очевидно, пообещал ему упорно трудиться, чтобы выжить вместе, но в конце концов, сам решил выбрать смерть. Это действительно нечестно.

Но в то же время, он был очень беспомощен. Они были в конце дороги, и за ними гнался почерневший кролик. Видя, что Лянь Цяо вот-вот упадёт на землю, ситуация выглядела чрезвычайно критической, и в ней не было поворотного момента. Либо умрёт один, либо вместе с Лянь Цяо. Если он умрёт, несмотря ни на что, зачем тащить за собой Лянь Цяо?

Он знает боль смерти лучше, чем кто-либо другой. Конечно, что более болезненно, чем смерть, это смерть, а затем снова смерть.

Сюй Жэньдун подумал очень спокойно. Хотя его нынешняя ситуация немного плачевна, он уверен, что наблюдение за страданиями других не поможет ему почувствовать себя лучше. Поэтому, даже если бы сейчас он мог сделать другой выбор, всё равно оттолкнул бы Лянь Цяо.

В любом случае, когда он умрёт, мир будет перезагружен. Лянь Цяо не вспомнит о его предательстве, и ему не нужно будет видеть, как этот маленький парень трагически умирает на его глазах. Это неплохо.

«Это кажется немного эгоистичным», – признал Сюй Жэньдун. Но его существование уже было таким жалким. Что плохого в том, чтобы быть немного эгоистичным? Он решил немного простить себя.

В какой-то момент двери лифта уже открылись. Холодный ветер, смешанный со льдом и снегом, хлынул в лифт. Сюй Жэньдун вздрогнул от холода и быстро надел пиджак. Вдруг он увидел вдалеке следы на снегу, и его сердце внезапно сжалось. Нет! Он забыл, что Лянь Цяо собирался в это время встретиться с Братом Кувалдой!

Сюй Жэньдун немедленно побежал, обвиняя себя по пути. Блин, как он мог забыть? Это потому, что на этот раз он слишком долго прожил?

Правильно, после последнего спасения Лянь Цяо они жили в мире призраков семь дней. Он почти забыл о том, что оказался в ловушке смертельного круга. Если Лянь Цяо трагически погибнет из-за его ошибки…

Сюй Жэньдун не хотел об этом думать, но бешено бежал по снегу на максимальной скорости. Он всё время уговаривал себя: «Поторопись!». Он боялся, что опоздает на шаг и, когда увидит Лянь Цяо, останется только сломанный труп.

«Это абсолютно невозможно!»

Он хотел добраться к Лянь Цяо как можно скорее, и у него даже не хватало времени убирать перед собой ветки деревьев. Несколько раз он был ранен в лицо веткой, а один раз чуть не выколол себе глаз. Его не волновало это, он только чувствовал одышку, и его сердце билось так сильно, что вот-вот собиралось выскочить из груди.

«Поторопись!»

Деревья в поле зрения стали реже. Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем он наконец добежал до поляны. В то же время он услышал знакомый крик:

– А-а-а-а! Я был не прав, не прав! Вот, забери её обратно! Я не должен был её брать, не преследуй меня больше, а-а-а-а!!

Конечности Лянь Цяо были стройными и мощными, и когда он бежал, то выглядел как крепкий тигр. На его лице было обиженное выражение паники, и он был похож на котёнка, не отлучённого от груди. Позади него высокий и могучий Брат Кувалда энергично гнался за ним, кувалда в его руке продолжала падать, но Лянь Цяо каждый раз уклонялся от него. Брат Кувалда закричал от гнева. Лянь Цяо был так напуган оглушительным рёвом, что чуть не заплакал, прикрыв уши, и фактически начал кружить вокруг стелы с братом Кувалдой.

«Всё ещё жив… Всё ещё жив».

Однако эта сцена в кошки-мышки немного забавна. Обеспокоенное сердце Сюй Жэньдуна просто отпустило, и уголки его рта тут же снова поднялись. Он огляделся, подхватил толстое бревно и быстро побежал к Лянь Цяо. Юноша обернулся, и у него закружилась голова. Он внезапно увидел человека, вышедшего из леса. Прежде чем успел среагировать, то услышал, как этот человек крикнул:

– Уйди с дороги!

Лянь Цяо был поражён и инстинктивно отпрянул. Сюй Жэньдун наклонился, махнул бревном и сильно ударил противника по икре. Брат Кувалда также не ожидал, что кто-то внезапно появится посреди его убийства. Он не успел затормозить, и Сюй Жэньдун повредил его икру. Огромное тело внезапно потеряло равновесие и тяжело рухнуло в снег, упав как собака, лицом в собственное дерьмо. Вокруг него взлетели снежинки, в снегу отпечаталась глубокая и огромная фигура. На самом деле, картина получилась немного забавной.

Лянь Цяо был ошеломлён этой операцией. Поскольку он так удивился, у него не осталось времени убежать, он остановился и даже хлопнул в ладоши с восхищённым выражением.

– Большой босс, большой босс.

Сюй Жэньдун безмолвно взглянул на него, схватил за руку и побежал. Лянь Цяо начал бешено бежать с ним, всё ещё возбуждённо бормоча:

– Брат, у тебя потрясающий QTE! Красивый! Я хочу обрезать это как видеоматериал! Ой, я не записывал! Какая жалость!

…Он действительно очень многословен. Сюй Жэньдун запыхался, но Лянь Цяо всё ещё возбуждённо болтал. Очевидно, скорость бега была не ниже, но Лянь Цяо выглядел расслабленным и комфортным. Вероятно, у него не было правильного представления об ужасающем чудовище позади него, которое могло разбить ему голову кувалдой в любой момент. Но это не вина Лянь Цяо, в конце концов, он не помнит, что получил два удара в голову, и вид падающего Брата Кувалда действительно был очень радостным.

Фактически, даже сам Сюй Жэньдун не мог не приподнять уголки рта. Туман, ещё скрывавший его сердце минуту назад, к этому времени рассеялся.

На этот раз Брат Кувалда также преследовал их на определённом расстоянии, а затем остановился, повернул голову и вернулся в лес. Когда двое поняли это, то постепенно замедлились.

– Спасибо, – поблагодарил Лянь Цяо, – он только что гнался за мной по кругу. Если бы ты не пришёл на помощь, я полагаю, что моё тело к этому моменту уже было бы холодным.

Сюй Жэньдун внезапно заинтересовался:

– Ты можешь бежать так быстро, почему бы не бежать по прямой? Он не сможет тебя догнать, так зачем тебе бежать с ним по кругу? Что, если он внезапно обернётся?

Есть ли причина, по которой ему пришлось бегать по кругу? Сюй Жэньдун подсознательно считал Лянь Цяо мастером рассуждений, полагая, что тот может наблюдать детали, которые обычные люди не могут заметить. Так что, если Лянь Цяо бегал вокруг стелы, значит, за этим должна стоять какая-то причина.

В конце концов, все спрятанные ранее матрёшки были обнаружены Лянь Цяо, а Сюй Жэньдун очень доверял ему. Он даже хотел назвать его боссом!

Неожиданно Лянь Цяо опешил и глубоко задумался.

Сюй Жэньдун: «?»

Через некоторое время Лянь Цяо болезненно кивнул.

– То, что ты сказал, имеет смысл.

Сюй Жэньдун: «……»

Лянь Цяо смущённо почесал затылок.

– Не потому ли, что я был напуган? Внезапно увидев этого классического босса из хоррор-игры в реальной жизни, я так испугался, что чуть не описался.

Сюй Жэньдун немного подумал.

– Нет, ты не боишься.

Лянь Цяо: «?»

Сюй Жэньдун:

– Ты не икал.

Лянь Цяо был шокирован:

– Откуда ты знаешь?..

Во всяком случае, его уже отругали и назвали лжецом. Поэтому Сюй Жэньдун очень откровенно солгал:

– Я – твой поклонник, смотрю твою прямую трансляцию каждый день.

Лянь Цяо тупо смотрел. Глядя на его лицо, он не мог не пробормотать:

– Бля, у меня вообще-то такой красивый… – прежде чем закончил говорить, он сглотнул.

Сюй Жэньдун: «..?»

Лянь Цяо неловко повернул голову и с угрызениями совести вытер рот.

Они шли бок о бок по тропинке в лесу и вскоре увидели хижину охотника. Сюй Жэньдун подумал об очень важном вопросе:

– Ты взял куклу на каменной плите?

Лянь Цяо:

– Я забрал её. – Он достал из кармана самую маленькую матрёшку. – Ты знаешь, для чего она?

Сюй Жэньдун не смог заранее испортить кролику задачу. Поразмыслив, он сказал:

– В лифте, который привёз меня сюда, было написано на русском «Матрёшка», поэтому я думаю, что это должен быть очень важный объект.

Лянь Цяо не выглядел удивлённым, что он мог читать по-русски, и согласно кивнул.

– Я тоже так думаю. Кстати, я не знаю, как тебя зовут.

На его лице была вежливая улыбка, и красивые глаза отражали фигуру Сюй Жэньдуна. Эти глаза были мягкими и тёплыми, с лёгким любопытством и ожиданием встречи с новым человеком. Его улыбка была заразительной, и люди не могли не улыбаться вместе с ним. Но Сюй Жэньдун почему-то чувствовал, что чего-то не хватает.

– Меня зовут Сюй Жэньдун. – После паузы он добавил: – Это означает «пережить холодную зиму».

Лянь Цяо удивился:

– Пережить зиму?

Вероятно, из-за того, что погода слишком холодная, а улыбка человека рядом с ним – слишком тёплая, Сюй Жэньдун внезапно почувствовал желание рассказать Лянь Цяо о себе.

– Как ты думаешь, это странно, почему родители дали своему ребёнку такое имя?

Снег упал на ресницы Сюй Жэньдуна. Снежинки быстро растаяли в воду и прохлада скользнула по его щекам. Он вытер капельки и сказал:

– Я – сирота, и меня бросили у входа в детский дом вскоре после того, как я родился. Это было самое холодное время зимы, и все боялись, что я не смогу выжить, поэтому назвали меня Жэньдун, надеясь, что я смогу пережить это испытание.

Лянь Цяо замолчал. Сюй Жэньдун повернул голову, чтобы посмотреть, и обнаружил, что тот нахмурился, как будто не знал, что сказать. Сюй Жэньдун внезапно почувствовал боль в сердце. Он понял, что в это время они только что встретились и были незнакомцами. Он начал говорить о своей личной жизни слишком резко, так что собеседник чувствовал себя сбитым с толку и не знал, как ответить.

Для Лянь Цяо нормально чувствовать смущение и подавленность. В конце концов, он больше не помнит, как они вместе противостояли смерти, однако Сюй Жэньдун всё ещё подсознательно считал Лянь Цяо другом жизни и смерти. Лянь Цяо, вероятно, подумал, что он слишком фамильярен.

Он был виноват в необъяснимом желании поговорить. Не задумываясь, хочет ли другой человек всё это слышать, Сюй Жэньдун просто начал говорить. Это было грубо.

В этот момент Сюй Жэньдун внезапно понял, чего ему не хватало, когда Лянь Цяо посмотрел на него только что. Это были доверие, близость и узы совместного существования через испытания жизни и смерти.

Лянь Цяо больше его не помнит. Он больше ничего не помнит.

Но это неизбежно и, к тому же, хорошо, что он ничего не помнит. Это означало, что у него не осталось тех болезненных и несчастных воспоминаний, что хорошо.

Тем не менее, Сюй Жэньдун всё ещё чувствовал себя немного потерянным. Он не хотел делать что-то смущающее, поэтому улыбнулся и сменил тему:

– Пойдём быстрее, слишком холодно.

Лянь Цяо сказал:

– Тогда… как мне тебя называть? Могу я называть тебя братом Жэньдун?

Сюй Жэньдун сдержанно взглянул на него и коротко сказал:

– Да.

Хотя это слово не было ни лёгким, ни тяжёлым, в сочетании с красивым и холодным лицом Сюй Жэньдуна оно заставляло людей не осмеливаться приближаться. Лянь Цяо был ошеломлён, он думал снова и снова: «Всё кончено, всё кончено! Этот большой красавец, вероятно, неправильно понял и думает, что моя похоть была воспламенена его красотой, и я хочу трахнуть своего поклонника, уууу! Я не такой, правда, я не такой…»

Итак, Лянь Цяо всю дорогу молчал и послушно следовал за ледяной красотой как цыплёнок, опасаясь, что скажет что-то не так и рассердит другого человека.

Сюй Жэньдун: «…» Он действительно ничего не помнит, это ужасно холодно.

Лянь Цяо: «???» Я ничего не сказал, почему ты выглядишь ещё более несчастным???

В этой странной атмосфере эти двое пришли в хижину охотника. Кролик в золотом смокинге уже стоял у двери, поднял пушистую лапу и собирался постучать в дверь.

Сюй Жэньдун был в плохом настроении и оттолкнул кролика.

– Подожди секунду, дай мне войти первым.

Кролик, которого оттолкнули, и он упал на задницу: «???»

Лянь Цяо: «???????» Оказывается, эта холодная красота была жестокой… Подождите? Как этот кролик может ходить прямо? Он собирался постучать в дверь?

Сюй Жэньдун холодно постучал. Юань Сюэмин, который подошёл, чтобы открыть дверь, увидел их двоих и уже собирался поздороваться, когда заметил кролика, который только что встал из снега и с недоумением смахивал снежинки сзади.

Люди, сидящие за столом: у всех были ошарашенные лица.

Юань Сюэмин с трудом спросил:

– Вы… трое вместе?

Сюй Жэньдун:

– Я пришёл один и встретил этих двоих на дороге. Я с ними не знаком.

Лянь Цяо внезапно запаниковал: «Аааааааааааааааааааа! Что, чёрт возьми, я сделал не так? Почему ты вдруг перестал быть моим фанатом, ничего не сказав?!!»

Кролик ещё не оправился от шока, когда его оттолкнули в тот момент, когда он впервые появился на сцене. Смахивая снег со своей шерсти, он всё ещё смотрел на Сюй Жэньдуна с выражением «Ты действительно талантлив».

Сюй Жэньдун вошёл в дом, не оглядываясь. Лянь Цяо с болью последовал за ним, погрязший в печали.

Юань Сюэмин посмотрел на этих двух странных людей и внезапно почувствовал, что потерял уверенность в себе как ветеран.

_____________________

Автору есть что сказать:

QTE – это сокращение от Quick Time Event (быстрое событие). QTE делится на два типа. Первый – это система, которая проверяет немедленную реакцию игрока. В реальном игровом процессе игроку необходимо быстро реагировать на кнопки, появляющиеся на игровом экране, и нажимать кнопку, соответствующую тому, что происходит на экране. Есть одиночные кнопки и комбинированные кнопки. Второй тип – это определённый или случайный символ, который быстро перемещается вперёд и назад на определённой длине. Игроку нужно нажать соответствующую кнопку, когда символ переместится в эффективную область, в противном случае ему придётся начинать заново.

Спираль смерти [BL] Глава 18. Матрёшка (18)

Глава 18. Матрёшка (18)

Появление Сюй Жэньдуна и Лянь Цяо мгновенно изменило атмосферу в комнате.

Эти двое мужчин были выше метра восьмидесяти пяти, и их внешность также была выдающейся. Стоя бок о бок, они неожиданно подходили друг другу.

Сюй Жэньдун выглядел крутым и красивым, элегантным и замкнутым. Даже пуговицы его рубашки были тщательно застегнуты до самого верха. Мужчину окружал холодный и сдержанный вид, что было очень соблазнительно. Когда его увидит юная и невежественная девушка, то неизбежно подумает, что это высокий горный цветок, на который можно только смотреть издалека. Однако те, у кого немного больше опыта, с первого взгляда увидят, что это кажущееся мощным безразличие – всего лишь тонкая ледяная стена, которую мужчина использует для защиты своего мягкого сердца, такого хрупкого и прозрачного. Если он подойдёт слишком близко к пламени, эта ледяная стена растает. Если взять шило и пробить её, он сломается. Просто это противопоставление сильного и хрупкого было самым захватывающим, и делало людей неспособными не думать о нём и желать помучить его. Они хотели проверить, сколько он может вытерпеть, но в то же время хотели баловать его, защитить и заботиться о нём. Какую мягкость он может таить в своём сердце?

У Лянь Цяо совершенно противоположный темперамент. Он был похож на маленького ребёнка с улыбчивыми глазами, смотрящего на людей в комнате с нескрываемым любопытством. Он был одет в удобную и мягкую спортивную одежду, как будто только что вернулся с баскетбольной площадки, полный жизненных сил. В нём ощущается чувство юности, а уголки бровей слегка опущены, так что даже когда не улыбался, он выглядел нежным и добрым, заставляя людей непроизвольно подходить ближе.

Некоторые из присутствующих были молодыми девушками. Увидев этих двух редких и красивых молодых людей, собравшихся вместе на сцене, девушки так разволновались, что забыли, где находятся. Им оставалось только смотреть туда-сюда и тихонько краснеть.

Мужчины: «……» Ох, женщины.

Не говоря уже о мужчинах, даже кролик у двери заметил странную атмосферу. Он несчастно фыркнул и пробормотал:

– Вы – действительно худшие игроки, которых я когда-либо видел…

Уши Лянь Цяо оживились, он остро уловил то, что сказал кролик:

– Игроки?

Кролик не ответил, просто склонил голову, чтобы очистить свой красивый маленький золотой смокинг, и торжественно объяснил требования задания. Это был всё тот же сюжет: в течение семи дней найти подарки и вручить их ему. После того, как миссия была выпущена, кролик собирался уходить. Сюй Жэньдун внезапно вспомнил последний виток, который он и Лянь Цяо испытали, когда объединили свои силы, чтобы убить кролика, поэтому он спросил:

– Что за праздник через семь дней?

Кролик показал ту же странную улыбку, что и в прошлый раз. Он не ответил ему и просто выпрыгнул.

После того, как кролик ушёл, все сели за обеденный стол и начали обсуждать следующий план. Сюй Хун скривилась и, как обычно, ушла. Цзян Ли и Ван Юань дрожали и тряслись, притворяясь новичками. Юань Сюэмин продолжал применять «сеттинг старшего брата» и терпеливо объяснил всем правила мира. Все внимательно слушали. Сюй Жэньдун был единственным, кто думал об этих реинкарнациях и пытался собрать воедино все ключи.

Раньше он не обращал особого внимания на концепцию праздника. Если бы Лянь Цяо не упомянул об этом несколько раз в сочетании с тонкой реакцией кролика, он, вероятно, воспринял бы этот «праздник» только как оправдание ограничения по времени. Однако, если подумать сейчас, есть много деталей, которые говорят о том, что праздник не кажется таким уж простым. Но что это за праздник?

Первой реакцией Сюй Жэньдуна было «Рождество», потому что была зима, и в церкви стояла статуя Иисуса. Но какое отношение Рождество имеет к русским куклам?

Затем он подумал о Пасхе. Пасха также является христианским праздником в память о воскресении Иисуса, и есть также традиция, когда кролики раздают яйца. Но остаётся вопрос. Какая связь между Пасхой и матрёшкой?

Сюй Жэньдун чувствовал, что в его рассуждениях упускается очень важное звено, но как бы тщательно ни думал об этом, не мог найти ключевой момент, чтобы восполнить пробел. Когда он пришёл в себя, рядом с ним остался только Лянь Цяо. Остальные все поднялись наверх, чтобы отдохнуть после того, как разделили комнаты.

Лянь Цяо спросил его:

– Брат Жэньдун, о чём ты думаешь?

Сюй Жэньдун вспомнил, где находились куклы, и небрежно солгал:

– Я хочу поужинать.

Лянь Цяо опешил и повернулся к хлебу на столе.

– Разве тут…

Сюй Жэньдун махнул рукой.

– Я не хочу есть это. Посмотрю, есть ли ещё что-нибудь поесть. – Затем он подошёл прямо к шкафу, открыл дверцу и спокойно достал вторую куклу.

Лянь Цяо:

– …Бля?! Тебе так повезло? Просто открываешь шкаф – и появляется задача?!

Сюй Жэньдун:

– Внезапно я больше не голоден, пойдём спать.

Лянь Цяо:

– …Хорошо, мой кумир, всё, что ты скажешь.

Двое вернулись в свою комнату и легли в постель. Сюй Жэньдун всё ещё думал о празднике. Лянь Цяо посмотрел на его серьёзное лицо и не осмелился говорить небрежно, поэтому достал куклу, которую получил от Брата Кувалды, и поиграл с ней в руках.

Поиграв некоторое время, он внезапно кое-что вспомнил и повернулся, чтобы спросить:

– Брат Жэньдун, ты можешь показать мне свою куклу прямо сейчас?

Сюй Жэньдун дал ему куклу. Лянь Цяо сказал:

– В твоей матрёшке есть шов, и кажется, что его можно раскрутить.

Сюй Жэньдун вспомнил, что эта матрёшка была оснащена компасом, что не представляло опасности, поэтому сказал:

– Раскрути и посмотри.

Лянь Цяо открыл матрёшку и был приятно удивлён, обнаружив компас. Он изучал маленький компас снова и снова, и ему не потребовалось много времени, чтобы сказать:

– Похоже, под ним есть отсек.

Сюй Жэньдун был ошеломлён. В предыдущих реинкарнациях компас был в руках Юань Сюэмина, и он никогда не смотрел на него внимательно. В это время, глядя на то место, где лежал палец Лянь Цяо, действительно была тонкая щель за задней частью компаса. Однако вокруг этого зазора нет никаких кнопок или пряжек. Чтобы открыть его, им пришлось бы силой вскрыть его лезвием. Но после его открытия, возможно, корпус будет не собрать обратно, и компас может прийти в негодность.

Если в отсеке что-то спрятано, это хорошо, но также могло случиться так, что ничего нет, и они напрасно потратили драгоценный предмет.

Сюй Жэньдун сказал:

– Пока не трогай его, мы обсудим это с другими завтра.

Лянь Цяо согласился. Вскоре он кое-что вспомнил:

– Почему в твоей матрёшке есть предметы, а мою нельзя открыть?

Сюй Жэньдун:

– У тебя самая маленькая. У других матрёшек есть швы, которые можно раскрутить, чтобы внутрь поместилась другая кукла. Так как же у самой маленькой куклы может остаться шов на теле?

Лянь Цяо несчастно пробормотал:

– Тогда разве я не проиграю??

Сюй Жэньдун сказал:

– Уже хорошо, что внутри нет ничего опасного… Здесь нелегко выжить. Не будь жадным.

Лянь Цяо послушно кивнул.

– В этом есть смысл, ты прав.

– Иди спать, – сказал Сюй Жэньдун.

– О… – Лянь Цяо немного растерялся и затянул тон. Две секунды спустя он подумал о чём-то. – Кстати, брат Жэньдун…

Он повернул голову и обнаружил, что Сюй Жэньдун уже спит.

Так быстро!

Поскольку биологические часы Лянь Цяо ещё не пришли ко времени сна, он совсем не чувствовал себя сонным, поэтому ему пришлось смотреть в потолок.

В комнате было достаточно тихо, чтобы слышать биение их сердец. Лянь Цяо повернул голову и увидел, что глаза Сюй Жэньдуна закрыты, а его густые ресницы были чёрными как вороньи перья. Он спал очень крепко, выражение его лица, которое всегда отпугивало от него за тысячи миль, наконец расслабилось, а его тонкие губы, казалось, смягчились.

Однако это ничего не подозревающее красивое спящее лицо поразило Лянь Цяо как молния, оставив только одну мысль в его голове: «Ааааааааааааааааааааа! Какой красивый!»

Мысль о том, что такой красивый мужчина на самом деле является его поклонником, заставила Лянь Цяо дрожать в сердце, и его живот начал пузыриться, как будто был наполнен колой, и даже его дыхание стало сладким и сахаристым.

«Хотя мне не разрешено трахать фаната, – честно подумал Лиан Цяо, – тем не менее, я всё же могу его побаловать!»

На следующее утро они спустились вниз. Лянь Цяо нагрел две чашки молока и поставил одну перед Сюй Жэньдуном. Неожиданно мужчина нахмурился и отставил от себя молоко.

Лянь Цяо спросил:

– Разве ты не хочешь выпить молоко?

Сюй Жэньдун, который пил молоко более десяти дней, сказал:

– Нет. Меня тошнит, когда я чувствую его запах.

Лянь Цяо принёс хлеб, но на этот раз, даже не успев заговорить, Сюй Жэньдун поднялся и уклончиво вышел из-за стола. Он сказал со странным выражением лица:

– Я просто выпью немного простой воды.

Лянь Цяо остановился и поднял руку, чувствуя себя очень смущённым.

Сюй Жэньдун налил стакан кипячённой воды и даже не вернулся к обеденному столу. Вместо этого он подошёл к окну и уставился на заснеженный пейзаж снаружи. Изящная и прямая фигура была похожа на холодную скульптуру с чувством отчуждённости, к которой никто не должен приближаться.

Когда другие люди видели эту сцену, то не осмеливались с ним разговаривать. Они только думали, что этот мужчина был красив, но, хотя и был красив, он был слишком холодным, и к нему невозможно было приблизиться.

Однако некоторые люди внешне кажутся благородными и непредсказуемыми, но по мере того, как шли дни, становилось ясно, что это всего лишь фасад, и они были такими же, как и все остальные.

Напротив, Лянь Цяо, чьё сердце было как на ладони, был намного симпатичнее. После того, как Сюй Жэньдун по необъяснимой причине отвергнул его, он угрюмо грыз хлеб в таком подавленном состоянии, словно щенок, промокший под дождём. Две девушки, у которых изначально сложилось хорошее впечатление о Сюй Жэньдуне, теперь обратили своё внимание на Лянь Цяо и поздоровались с ним одна за другой. Другие мужчины насмехались над ситуацией, жаловались, что все девушки – противные, и ненавидели, что у них недостаточно хорошей «кожи», чтобы соревноваться.

Юань Сюэмин прошёл мимо и увидел эти тонкие выражения каждого. Хотя он ничего не сказал, но в глубине души вздохнул: эта группа новичков действительно расслабилась, совсем не было ощущения напряжения.

Лянь Цяо не собирался встречаться с маленькими девочками и, съев два кусочка хлеба, потерял интерес и вернулся наверх.

Только услышав тяжёлые шаги Лянь Цяо, Сюй Жэньдун понял, что тот выглядел немного несчастным. Мужчина удивился, но когда думал об этом, услышал трагический крик Лянь Цяо наверху.

– Ааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа!

Лица всех изменились, и они побежали наверх. Они увидели, как Лянь Цяо, спотыкаясь, спускается со второго этажа, его лицо было бледным, и он сказал:

– Что-то не так *ик* на втором этаже, похоже, *ик* кто-то умер!

Как только Сюй Жэньдун увидел икоту Лянь Цяо, то понял, что произошло наверху. Все были в шоке. Юань Сюэмин напряжённо сказал:

– Давайте поднимемся и посмотрим.

Сюй Жэньдун сказал «Да», взял два ломтика хлеба и пошёл к лестнице.

Все: «Ты всё ещё думаешь о том, чтобы поесть в такое время?!»

Неожиданно Сюй Жэньдун подошёл к дрожащему Лянь Цяо. Он засунул хлеб в рот юноши и успешно заблокировал выходящую икоту.

Все: «??? Что это за ход?»

Лянь Цяо: «??? Вроде… работает?»

Сначала он испугался до икоты из-за трупа, лежащего на полу, а теперь его рот внезапно забился хлебом. Он получил ещё один шок. Два минуса превратились в плюс, и икота прекратилась.

Рот Лянь Цяо был наполнен хлебом, и он не мог не размышлять о своей жизни. Он был похож на философского хомяка. Юань Сюэмин посмотрел на двух людей, которые всё ещё дурачились, и не мог ничего поделать, но у него были те же мысли, что и у кролика: «Вы действительно худшие новички, которых я когда-либо видел!»

______________________

Автору есть что сказать:

Независимо от того, сколько раз они будут возвращаться, они попадутся в ловушку красоты.

Спираль смерти [BL] Глава 19. Матрёшка (19)

Глава 19. Матрёшка (19)

Жертвы уже начали появляться, и настроение у всех резко ухудшилось. Осмотрев труп, Юань Сюэмин заявил:

– Лучше приступить к делу как можно скорее, иначе, боюсь, жертв будет всё больше и больше.

Сюй Жэньдун достал компас.

– Это может быть полезно, вчера я нашёл его на кухне.

С компасом они не потеряются в снегу, когда выйдут на разведку. Напряжение у всех немного ослабло, но Лянь Цяо задумчиво взглянул на Сюй Жэньдуна. Он сказал только, что нашёл компас, но не упомянул матрёшку. Лянь Цяо подумал немного, а потом понял.

Под руководством Сюй Жэньдуна все быстро нашли кукол и лифт в потайной комнате церкви. При этом, хотя они понимали, что некоторые люди неизбежно будут принесены в жертву, найти лифт всё равно было равносильно наполовину успешному решению. Так что эмоции у всех постепенно стабилизировались. Кроме того, на этот раз они очень быстро нашли несколько кукол, и, несмотря на то что оставалось всего четыре дня, их мышление было очень оптимистичным. Они были уверены, что смогут выбраться.

Только Сюй Жэньдун знал, что день ото дня все будут приходить в отчаяние, потому что он больше не знает, где находится следующая кукла. Если не смогут найти новые улики, тогда они могут только наблюдать за течением времени, как и в предыдущий раз, до конца семи дней, когда появится кролик и уничтожит их всех.

В этот день все, как обычно, следовали за Сюй Жэньдуном и исследовали всё вокруг. Хотя сегодня днём они ничего не нашли, боевой дух у всех был по-прежнему высок, и игроки говорили о планах на завтра.

Только Сюй Жэньдун молчал, держась за компас и идя один в первых рядах отряда. Очевидно, вокруг него было так много товарищей по команде, но он всё ещё выглядел так, как будто шёл один по снегу, одинокий и беспомощный. Лянь Цяо последовал за ним, молча посмотрел на него и, наконец, не мог не догнать его и крикнуть:

– Брат Жэньдун.

Сюй Жэньдун:

– Что случилось?

Глядя в его прекрасные светло-карие глаза, сердце Лянь Цяо необъяснимо трепетало. Он чувствовал, что ему нечего сказать, юноша просто хотел завязать разговор. Но его уже видели насквозь, и все темы, которые были приготовлены, пересохли у него в горле.

Сюй Жэньдун спокойно посмотрел на него, не торопясь и не глядя раздражённо. Лянь Цяо внезапно обнаружил, что глаза Сюй Жэньдуна были очень сосредоточены, когда смотрели на людей, он даже слегка повернул голову, как будто внимательно слушал. Из этого небольшого действия видно, что он очень уважает других. Более того, это не высокомерное отношение, а вместо этого он подсознательно показывал хорошее воспитание.

Есть два источника заботы: один – от родительского учения, а другой – от врождённых качеств человека. Сюй Жэньдун был сиротой, и Лянь Цяо думал, что, скорее всего, приют не будет так внимателен, обучая его. Очевидно, что его воспитание – результат собственной самодисциплины.

С этого момента расположение Лянь Цяо к нему резко возросло. Он чувствовал, что, хотя Сюй Жэньдун выглядел немного холодным, на самом деле тот не был высокомерным или грубым человеком. Внезапно юноша ощутил себя немного счастливым.

Он успокоил свои чувства и сказал:

– Как ты думаешь, кукла, которую только что выкопали в снегу, немного странная?

Он говорил о кукле, в которой был монстр, убивающий с первого взгляда.

Сюй Жэньдун кивнул.

– Я понимаю, что ты имеешь в виду. Если оставшихся кукол так же трудно найти, как эту, и в них спрятаны монстры, то мы действительно в плохом положении, и, боюсь, мы все здесь умрём.

Лянь Цяо:

– Ты тоже думаешь так же, как я. Хотя это странно. Ты помнишь, когда кролик пришёл, чтобы выпустить задание в первый день, он случайно произнёс слово «игрок»?

Сюй Жэньдун:

– Ты всё ещё думаешь, что это игра?

Лянь Цяо:

– Да. Есть NPC с миссиями и задачами, монстры, охраняющие сокровища, ловушки и временные ограничения для побега из темницы… Эти настройки слишком похожи на игровые. Помимо этого, наиболее важным моментом являются правила.

Сюй Жэньдун был озадачен:

– Какие правила?

Лянь Цяо:

– В любой игре должны быть правила, иначе её нельзя назвать игрой. Например, в самолётных шахматах можно взлетать только после шести часов. Если два самолёта из разных лагерей встретятся в одной сетке, один выйдет из строя. В конце концов, побеждает партия, которая первой доберётся до конца со всеми самолётами. Это правила самолётных шахмат, и вся игра основана на правилах. В противном случае, вы не сможете играть в игру. Правила – самый важный компонент игры. Тебе не кажется, что условие смерти, упомянутое братом Юанем, на самом деле является правилом?

Сюй Жэньдун всегда считал, что представление Лянь Цяо о мире призраков и монстров как об игре было наивным. В конце концов, люди действительно умирали, так что играть в игры было не по зубам. Но теперь, слушая такой анализ, это действительно звучало интересно.

Сюй Жэньдун:

– Давай.

Лянь Цяо сказал:

– Тогда давай пока относиться к этому призрачному миру как к игре. Мы знаем два правила: первое – найти все куклы и отдать их кролику в течение семи дней; второе – если у вас нет куклы, вас убьёт кролик. Но проблема в том, что найти всех кукол практически невозможно. Фактически, все игры должны следовать основному правилу: в игре нельзя не выиграть. Это может быть сложно, это может создавать препятствия для вас, но не может быть никакого способа не решить их. И разве ты не помнишь, кролик сказал «Найдите подарки», а не «Найдите матрёшек». К тому же, кролик никогда не обещал, что после того, как найдём кукол, мы сможем уйти. Так что я думаю, что, возможно, наши предположения были ошибочными с самого начала. Может быть, для побега не нужно найти всех кукол?

Сюй Жэньдун наконец понял и кивнул.

– Да. Наша настоящая цель – найти лифт и кнопку, но вопрос в том, где кнопка?

Лянь Цяо задумался на мгновение и сказал:

– Я хочу вернуться к стеле и посмотреть, там ли ещё Брат Кувалда.

Сюй Жэньдун кивнул.

– Я пойду с тобой.

Лянь Цяо удивился, что тот согласился без малейшего колебания, и удивлённо спросил:

– Разве ты не хочешь спросить меня, почему я хочу вернуться? В конце концов, Брат Кувалда довольно опасен…

Сюй Жэньдун сказал:

– Я знаю, что у тебя хорошие инстинкты, и доверяю твоему мнению.

Лянь Цяо повернул голову, чтобы посмотреть на него, и улыбнулся с изогнутыми глазами.

Ужин по-прежнему состоял из хлеба и молока. Сюй Жэньдун очень давно устал есть это и теперь чувствует себя плохо от одного только взгляда на эти две вещи. Но из-за их плана в тот вечер он заставил себя съесть немного, чтобы пополнить силы.

Но если на этот раз он не выйдет, то боится, что сойдёт с ума. Он не только сойдёт с ума, но и заболеет запором. Это было бы крайне неэлегантно.

После того, как все вернулись в комнату, чтобы отдохнуть, Сюй Жэньдун и Лянь Цяо тихонько надели пальто, взяли лом и снова вошли в лес.

Небольшая тропинка в лесу давно покрылась толстым слоем снегом. К счастью, Сюй Жэньдун несколько раз ходил по этой дороге взад-вперёд и может примерно вспомнить направление. Пройдя неизвестное количество времени, эти двое наконец вышли на поляну, где издалека увидели стоявшую каменную стелу, а также высокую фигуру, шагающую взад-вперёд возле стелы.

В это время прошло четыре дня с тех пор, как они забрали матрёшку, а Брат Кувалда всё ещё бродил по этому месту. За последние несколько дней было несколько снегопадов, и Брата Кувалду уже засыпало снегом. Снежинки продолжали падать, пока он шёл. Его брови и волосы покрылись льдом, что выглядело жалко.

Сюй Жэньдун немного удивился и мягко сказал Лянь Цяо сбоку:

– Как ты уже догадался, он действительно всё ещё здесь.

Лянь Цяо достал самую маленькую куклу и задумчиво сказал:

– Смотри, разве она не похожа на яйцо?

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Эта кукла круглая и красочная, и если не обращать внимания на странный рисунок, она действительно похожа на форму яйца. Сюй Жэньдун не совсем понимал:

– Что ты имеешь в виду?

Лянь Цяо прошептал:

– Я думал в эти дни, почему кролик не хочет сказать нам, какой праздник будет через семь дней? Я предполагаю, что это Рождество или Пасха, скорее Пасха. Но почему кролик отказывается это признать?

Сюй Жэньдун кивнул, он тоже думал над этим вопросом.

Лянь Цяо продолжил:

– Я полагаю, что этот «праздник» может быть ключом к прохождению инстанса, поэтому он не хочет легко нам говорить. Ты помнишь, что в лифте, который нас сюда отправил, «Матрёшка» было написано по-русски? Это также должно быть ключом к прохождению, но поскольку мы сразу нашли куклу, все не обратили на это внимания. Я тоже не думал об этом до сегодняшнего дня, когда в одной из кукол не оказалась ловушка, а потом внезапно понял. Эти матрёшки на самом деле не куклы, а яйца.

Сюй Жэньдун был немного удивлён:

– Как яйца пасхального кролика?

Лянь Цяо:

– Да. Значение пасхального яйца – сюрприз. Разве раньше мы не думали, что матрёшка – это положительный момент? В результате, на этот раз появился призрак, и мы все искренне удивились.

Сюй Жэньдун на мгновение задумался.

– Я считаю, что твоё объяснение немного надумано, а концепция пасхального яйца кажется немного натянутой.

Лянь Цяо улыбнулся и сказал:

– С одной точки зрения, это действительно может показаться надуманным. Но есть ещё один момент… Ты знал, что матрёшка изначально была создана для празднования Пасхи?

Сюй Жэньдун был поражён.

Лянь Цяо сказал:

– Первоначальная русская матрёшка была не набором маленьких кукол в больших куклах, а курицей в короне, яйцом в курице, желтком в яйце, а самый внутренний слой состоял из кусочка шоколада. Позже художник, которого звали… – Он внезапно застрял, задумавшись, немного смущённо почесывая волосы. – Всё кончено, я забыл, как звали художника.

Сюй Жэньдун беспомощно сказал:

– Это не важно, продолжай.

– В любом случае, это не имеет значения, после ряда изменений и улучшений, матрёшка стала такой, какой она есть сегодня. Я полагаю, что слова в лифте на русском языке должны были подчеркнуть важность происхождения матрёшек, что является ключом к разгадке загадки: матрёшка – это не просто матрёшка, но и пасхальное яйцо. Так…

Лянь Цяо уставился на гигантский молот в руках Брата Кувалды, его лицо внезапно воодушевилось.

– У меня есть смелая идея.

Сюй Жэньдун улыбнулся.

– У меня тоже.

Лянь Цяо не ожидал, что Сюй Жэньдун пойдёт вместе с ним. Он был немного удивлён и немного обрадован. Он посмотрел на Сюй Жэньдуна с нежной улыбкой в глазах.

– Но это очень рискованно. Если внутри этой куклы действительно ничего нет, то это равносильно разрушению ключевого реквизита, и тогда все мы обречены…

Сюй Жэньдун утешил его:

– Всё в порядке. В любом случае, мы все уже обречены.

Лянь Цяо:

– …То, что ты говоришь, также имеет смысл.

Сюй Жэньдун:

– Вопрос в том, как ты собираешься отнять у него кувалду?

Лянь Цяо слегка приподнял уголки рта.

– Позволь мне «соблазнить» его.

…Соблазнить его?

Сюй Жэньдун посмотрел на Брата Кувалду с большой талией, а затем на тонкокожего и нежного Лянь Цяо. Вдруг возникло много плохих ассоциаций. Он нахмурился, схватил нетерпеливого Лянь Цяо и сказал глубоким голосом:

– Ты не можешь идти.

Лянь Цяо:

– А?

Сюй Жэньдун недовольно сказал:

– Я не ожидал, что ты будешь таким человеком. Из-за такой мелочи ты собираешься предать своё тело? Что подумают твои родители?

Лянь Цяо: «……» Он наконец понял, что Сюй Жэньдун неправильно понял и не мог удержаться от смеха.

– Нет, нет, нет, я хочу заманить его и заставить бежать за мной. Тогда можешь помочь мне положить куклу на каменную плиту? Затем я отведу его обратно к стеле и уклонюсь от его атаки, чтобы он разбил матрёшку своим молотом. «Соблазнять» – это игровой термин, я обычно говорю его вскользь, поэтому не понял, на что это похоже.

Сюй Жэньдун: «……» Он молча повернул голову, наступила пауза, и ему удалось произнести «О».

Он думал, что это у другой человек были неправильные мысли, но не ожидал, что на самом деле он сам слишком много думает. Он был неправ, обвиняя других. Сюй Жэньдун почувствовал себя таким смущённым, что его лицу стало больно.

Ещё и Лянь Цяо «подлил масла в огонь»:

– О, я тоже не ожидал, что ты будешь таким человеком…

Уши Сюй Жэньдуна покраснели со скоростью, видимой невооружённым глазом.

Лянь Цяо посмотрел на мужчину, который был так смущён, что его тело напряглось, и подумал только, что тот такой милый. Вдруг захотелось подразнить Сюй Жэньдуна и даже захотелось смело потрогать его уши.

Юноша смутно знал, что это нехорошо и что брат Жэньдун может рассердиться. Но он не мог себя контролировать, и когда отреагировал, его рука уже достигла мочки уха Сюй Жэньдуна и находилась на небольшом расстоянии от маленькой и мягкой нежной кожи.

Лянь Цяо нервно и возбуждённо сглотнул.

_______________________

Автору есть что сказать:

Уже можно предположить, что область комментариев полна криков [Прикоснись к нему!] и [Встань на него!]

Спираль смерти [BL] Глава 20. Матрёшка (20)

Глава 20. Матрёшка (20)

Однако прежде, чем рука Лянь Цяо с нечистыми помыслами смогла коснуться нежной мочки уха, Сюй Жэньдун внезапно опустил голову и вытащил из сумки лом.

Лянь Цяо был поражён им. Он убрал руку и сразу признался:

– Прости, прости! Я больше не посмею!

Сюй Жэньдун оказался сбит с толку:

– Что ты не посмеешь? Разве ты не хотел его «соблазнить»? Становится поздно. Если хочешь, давай сделаем это быстро!

Лянь Цяо на мгновение опешил, прежде чем понял, что Сюй Жэньдун раньше не замечал его действий. Поэтому поспешил нагнуться, взял лом в чувстве праведности и энергично сказал:

– Хорошо, я иду!

Сюй Жэньдун:

– Будь осторожен.

Лянь Цяо побежал за Братом Кувалдой и крикнул ему: «Эй!», в то же время он наклонился и поднял комок белого снега.

Брат Кувалда обернулся и был сбит снежком. Он мгновенно пришёл в ярость.

Лянь Цяо сбежал после того, как ударил его, крича на бегу:

– Давай, давай за мной! Если ты поймаешь меня, я позволю тебе… Ах! – Он замолчал, прежде чем закончил предложение. В его мозгу появлялись отвратительные образы, и он поменял слова с выражением отвращения: – Даже если ты поймаешь меня, я тебе ничего не позволю! Я отвергаю твоё уродство!

Сюй Жэньдун, прячущийся за деревом: «……»  Ты всё ещё в настроении поиграть? Если не пошутишь, то умрёшь?

Неизвестно, понял ли Брат Кувалда его слова. Он зарычал и погнался за Лянь Цяо. Его большое и громоздкое тело издавало звук *тон-тон-тон-тон* на бегу, и даже земля слегка дрожала.

Сюй Жэньдун действовал решительно и быстро бросился в сторону каменной стелы, положив куклу на видное место. Он должен сказать, что Лянь Цяо достаточно хорошо всё обдумал. Эта кукла была маленькой и очень прочной. До прихода сюда они пробовали другие методы. Независимо от того, использовали ли нож или камень, они не могли сломать эту матрёшку. Наверное, сломать её сможет только кувалда Брата Кувалды. Эта стела размещена здесь, как разделочная доска. В противном случае, если куклу положить на землю и засыпать её мягким снегом, даже кувалдой не удастся её разбить.

После того, как Сюй Жэньдун положил куклу, он крикнул:

– Лянь Цяо!

Лянь Цяо ответил издалека. Сюй Жэньдун знал, что с ним всё в порядке, и почувствовал облегчение. Он быстро спрятался в своём укрытии.

Он увидел, как Лянь Цяо снова бежит к стеле, а Брат Кувалда не отставал от него. Юноша бежал очень быстро, Брат Кувалда, естественно, не мог его догнать, но всякий раз, когда расстояние между ними увеличивалось, Лянь Цяо соответственно замедлялся, так что тот думал, что у него есть шанс, и, приближаясь к нему, взмахивал тяжёлым молотом. Однако Лянь Цяо реагировал очень быстро и всегда умел увернуться, избегая удара. Брат Кувалда атаковал несколько раз, но не мог даже коснуться волос на голове юноши, поэтому его гнев становился всё сильнее и сильнее, а взмах гигантского молота становился всё более мощным.

Сюй Жэньдун испугался, наблюдая за происходящим со стороны. Он знал, что Лянь Цяо намеренно стимулировал Брата Кувалду, чтобы тот потерял рассудок и не понял их истинных намерений. Но это также подвергло большей опасности самого Лянь Цяо. Хотя с точки зрения физической силы, юноша всё ещё был довольно энергичным, но нет сомнений в том, что он ужасно напуган. Звук кувалды снова и снова касался его ушей, и, хотя он каждый раз мог уклониться, его лицо становилось всё бледнее.

Сюй Жэньдун даже видел, что тот явно дрожал. Но теперь он уже ничего не может сделать, поэтому ему остаётся только сжать кулаки и ждать удобного случая.

Наконец, Лянь Цяо побежал в сторону стелы. Он намеренно сбавил скорость, чтобы Брат Кувалда мог его догнать. Тело Лянь Цяо закрывало каменную плиту. Брат Кувалда был так взволнован, что сразу поднял гигантский молот и ударил им по голове юноши.

На этот раз Лянь Цяо не уклонился сразу, а дождался момента, когда кувалда чуть не ударила его, прежде чем резко повернуть голову. В то же время обе его руки упёрлись в каменную плиту, а затем он оттолкнулся с максимальной силой и тяжело упал в снег.

Есть только один шанс! Лянь Цяо пожертвовал своим шансом на побег, чтобы гарантировать, что кувалда поразит матрёшку!

Сюй Жэньдун уставился на Брата Кувалду, видя, как тот ударил молотом по каменной плите, но, поскольку плита была заблокирована телом монстра, результата видно не было.

«Попал в матрёшку или нет?»

Он нервно сжал кулаки, его ногти вонзились в кожу. Но затем он увидел, как Лянь Цяо, который упал в снег, сделал счастливое лицо и крикнул:

– Брат Жэньдун!

Сюй Жэньдун знал, что им всё удалось, и немедленно выбежал, держа в руке большой камень и швырнул его в сторону Брата Кувалды. В то же время он приказал Лянь Цяо:

– Беги!

Место, куда упал Лянь Цяо, находилось слишком близко к Брату Кувалде. Сюй Жэньдун хотел привлечь внимание чудовища, чтобы дать Лянь Цяо время сбежать. Камень был брошен и попал Брату Кувалде в спину. Неожиданно у того оказались толстые мускулы, поэтому даже когда в него попал такой тяжёлый камень, он как будто ударился о стену, а огромное тело вообще не среагировало. Брат Кувалда даже не оглянулся, тут же снова поднял кувалду и повернул голову, чтобы ударить Лянь Цяо, лежавшего на земле.

– Лянь Цяо! – Сюй Жэньдун закричал, его сердце забилось в горле.

Лянь Цяо с бледным лицом смотрел, как кувалда ударила по нему. У него не было времени вставать, поэтому просто перекатился по земле и едва избежал удара. Он явно не мог позаботиться о себе, но отчаянно кричал на Сюй Жэньдуна:

– Оставь меня! Забери кнопку!

Сюй Жэньдун повернул голову и посмотрел на каменную плиту, только чтобы понять, что матрёшка действительно сломана. Среди обломков дерева серебристо-серый предмет холодно отражал металлический свет. В это время Лянь Цяо поднялся с земли руками и ногами и начал бешено бегать. Хотя он был испуган, юноша всё равно повернулся, бросил снежок в Брата Кувалду и закричал:

– Давай! Догони меня! Ик!

Брат Кувалда уже трясло от бешенства, он поднял гигантский молот и снова начал преследовать юношу.

Сердце Сюй Жэньдуна содрогнулось, зная, что Лянь Цяо создает для него возможность. Он больше не колебался и просто схватил кнопку, повернулся и побежал к хижине охотника.

Направление побега Лянь Цяо было противоположным дому. В это время уже подходила поздняя ночь и снова начался сильный снегопад. Сюй Жэньдун на бегу беспокоился всё больше и больше. Он не мог успокоить своё бешеное сердцебиение, пока не вернулся в хижину охотника.

Вернётся ли Лянь Цяо в целости и сохранности? Через некоторое время Брат Кувалда должен прекратить преследование, как раньше, верно? Но Лянь Цяо уже был напуган. Он икает во время бега, повлияет ли это на его производительность и позволит ли Брату Кувалде догнать его? Если это произойдёт…

Сюй Жэньдун заставил себя успокоиться и подошёл к столу. Он придвинул стул, чтобы сесть, но его сильно трясло, и он не был в силах контролировать себя.

Сюй Жэньдун сидел один в темноте. Он не зажёг камин и не закрыл дверь. Холодный ветер пронёсся по заметённому снежинками залу, легко унося единственное оставшееся тепло на его теле. Чем дольше ждал, тем холоднее становилось его сердце. Как раз когда он не мог больше ждать и хотел вернуться, чтобы найти Лянь Цяо, снаружи дома послышались шаги.

Сюй Жэньдун чуть не вскочил. Как только обернулся, он почувствовал в руках большую массу, горячую и потную, как испуганный зверёк.

Просто этот зверёк крупноват и агрессивен и с треском повалил его на пол.

В его сердце внезапно нахлынуло знакомое и тёплое чувство. Несмотря на головокружение, Сюй Жэньдун не мог не приподнять уголки рта. Он слегка похлопал Лянь Цяо по спине и спокойно сказал:

– Всё в порядке, всё в порядке, ты вернулся.

Как только заговорил, понял, что его голос дрожал, и он не мог не чувствовать себя забавным.

Лянь Цяо плакал и рыдал от икоты.

– Ууууу… – Он воскликнул: – Брат Жэньдун… уууу… я потерял лом…

Сюй Жэньдун на мгновение был потрясён, а затем рассмеялся.

– Зачем тебе лом?

Лянь Цяо:

– Боюсь, без лома!

– Не бойся, я здесь. – Сюй Жэньдун поднял руку и вытер слёзы, чувствуя под кончиками пальцев мягкую и тёплую, полную свежей жизненной силы плоть. Сюй Жэньдун никогда раньше ни с кем не контактировал так близко, и это чувство заставило его сердце так сильно биться, заставляя задыхался.

Это немного неудобно, но он не отверг это чувство.

– Всё закончено, – он понял, что его тон стал мягким, – мы можем уйти отсюда.

– Да… – Лянь Цяо улыбнулся, и его брови сдвинулись, но из глаз потекло ещё больше слёз.

Слеза упала на лицо Сюй Жэньдуна, и они оба опешили. Лянь Цяо отреагировал первым, поспешно вытерев её.

Сюй Жэньдун смущённо кашлянул.

– Всё в порядке, не вытирай. Ты… сначала отойди от меня.

Лянь Цяо заметил, что сидел на талии Сюй Жэньдуна в очень неоднозначной позе. Его мозг немедленно представил сцену из 100.000 слов, которую нельзя произнести вслух, и был так напуган, что быстро встал с Сюй Жэньдуна. Он боялся, что его нижний орган раскроет театр грязных мыслей.

Сюй Жэньдун не стал много думать, он повернул голову и поднялся наверх и сказал:

– Я сообщу всем.

Лянь Цяо удивился и догнал его.

– Ты хочешь уйти сейчас?

Сюй Жэньдун:

– Да.

Лянь Цяо всё ещё хотел что-то сказать, но Сюй Жэньдун уже поспешил наверх. В конце концов, ночь была временем для кролика убивать. Он боялся, что опоздает на шаг, и в команде будет ещё двое пострадавших.

Лянь Цяо смотрел, как спина мужчины исчезает на втором этаже, чувствуя лёгкое разочарование. Он нехотя сжал губы и протёр глаза, вспомнив сцену, где Сюй Жэньдун только что вытер его слёзы. Он не мог не почувствовать себя сладко в своём сердце и криво улыбнулся.

Когда их товарищи услышали, что они нашли кнопку, все пришли в восторг. Без лишних слов все немедленно зажгли факелы и ночью бросились в церковь.

Сюй Жэньдун спокойно подсчитал количество людей. Когда они пришли в этот мир, их было около двадцати человек, и почти половина из них к этому времени умерла. Но в любом случае, иметь возможность выбраться живым – это хорошо. В конце концов, эти люди просто незнакомцы, и этот опыт был кошмаром. Все хотели вернуться в реальный мир, забыть кошмар и начать всё сначала.

Завтра все проснутся прекрасным утром, не столкнувшись с ужасными призраками, не беспокоясь о том, умрут ли сегодня. Они вернутся в объятия людей, которые ждут их дома, съедят домашнюю и вкусную еду и пойдут на работу. Они вернутся к своей обычной и бесценно мирной жизни.

Сюй Жэньдун вставил круглую кнопку в паз лифта и услышал щелчок. Кнопка легла идеально и излучала слабый белый свет. В то же время дверь лифта со звоном открылась, и внутри загорелся ослепительный белый свет. Это выглядело таким святым и полным надежды.

Все были в восторге, а некоторые даже плакали от радости. Юань Сюэмин сказал:

– Хорошо, всё кончено, теперь мы можем вернуться вместе. Это судьба, что на этот раз мы узнали друг друга.

Все кивнули, услышав эти слова, и один за другим вошли в лифт.

В лифте много места, чтобы разместить всех желающих. Сюй Жэньдун смотрел, как все входят. Среди этих людей не было ни Сюй Хун, ни Цзян Ли, ни Ван Юаня. Внезапно он почувствовал сложную эмоцию в своём сердце, которая помешала ему войти в лифт, который вселил надежду.

Он глубоко помнил, что Сюй Хун не теряла надежды до конца и упорно трудилась, чтобы найти последний шанс. Он вспомнил почти безумную паранойю и глубокую любовь Цзян Ли, когда она перерезала ему горло. Он вспомнил, что Ван Юаня кролик грыз до тех пор, пока не оставил ни единого куска плоти, но тот всё ещё защищал Цзян Ли на руках, пока не умер и понимал, что те другие люди, которые умерли, чьих имён он даже не знал, и которые не имели особого смысла существования, также имели свои собственные имена, свои собственные истории, свою собственную жизнь, людей, которые любили их, и которых любили они в возвращении.

Когда Сюй Жэньдун смотрел, как все входят в лифт, в его сердце внезапно возникла мысль.

Лянь Цяо, казалось, что-то почувствовал и внезапно ощутил беспокойство.

– Брат Жэньдун, что с тобой?

– Иди первым, мне ещё есть чем заняться.

– Я останусь с тобой.

– Нет, я должен сделать это один.

– Но я хочу…

Сюй Жэньдун прервал его:

– Давай, разве ты не видишь, что все ждут тебя?

Лянь Цяо обернулся, все стояли в лифте и тупо смотрели на него.

Юань Сюэмин протянул руку, чтобы заблокировать дверь лифта, и удивлённо посмотрел на Сюй Жэньдуна:

– Ты действительно собираешься остаться?

Сюй Жэньдун кивнул. Юань Сюэмин сказал:

– Тогда, Лянь Цяо, пойдём первыми.

Лянь Цяо покачал головой и собирался что-то сказать. Сюй Жэньдун слегка подтолкнул его, намеренно используя самый грубый тон, и нетерпеливо сказал:

– Убирайся, не мешай мне.

Лянь Цяо опешил, почувствовав безразличие Сюй Жэньдуна, построившего между ними ещё одну ледяную стену, неожиданно блокируя его. Он не понимал, почему это происходило и думал, что Сюй Жэньдун мягко утешит его и скажет, чтобы он не боялся, сказав ему, что всё закончилось. Но теперь казалось, что тот больше никогда не хотел его видеть и даже повернулся и ушёл, не оглядываясь.

Сюй Жэньдун, кажется, вообще не испытывает к нему чувств.

«…Это потому, что я был слишком увлечён? Оказалось, что наши отношения далеки от того уровня, о котором я думал.»

Лянь Цяо почувствовал, что его грудь сдавило, стало кисло и неудобно.

Юань Сюэмин всё ещё призывал:

– Давай. Он знает, что делает. Тебе не нужно о нём беспокоиться.

Лянь Цяо пристально посмотрел на спину Сюй Жэньдуна, пока фигура мужчины не исчезла за стеной, и её больше не было видно. Лянь Цяо затем опустил голову и вошёл в лифт.

В коридоре, отделённом стеной, Сюй Жэньдун услышал звук закрывающихся дверей лифта, почувствовав облегчение. Он глубоко вздохнул.

Когда Лянь Цяо только что ушёл, он не проявил ни малейших эмоций, потому что знал, что скоро они снова встретятся.

Сюй Жэньдун вошёл в часовню, сел на скамейку и какое-то время смотрел на статую Иисуса торжественным взглядом. Через некоторое время он начал снимать одежду. Толстую стеганую куртку, свитер и пиджак, так что на верхней части его тела осталась только тонкая шёлковая рубашка.

Потом достал из кармана нож. Кончик ножа коснулся его сердца, и пульсирующий удар прошёл по лезвию в ладонь. Он ясно чувствовал биение своего сердца, спокойно и сильно. У него никогда не было такого ясного и сильного осознания: что он ещё жив, и что его жизнь была такой яркой.

Какой замечательный опыт.

Думая так, он спокойно послал ледяной клинок себе в сердце.

Он воткнул его и затем вытащил.

Кровь, свежая и тёплая, хлынула наружу.

Спираль смерти [BL] Глава 21. Матрёшка (21)

Глава 21. Матрёшка (21)

*Динь!* – дверь лифта открылась, и перед Лянь Цяо открылся белый мир. Небо затянуто серым, и было невозможно определить, который сейчас час, но явно не те десять часов вечера, которые показывал его телефон.

Лянь Цяо осторожно высунул голову – и тут же вздрогнул от холодного ветра. Он взялся за руки и посмотрел на окружающую среду снаружи. Недалеко был лес с таким густым снегом, что, казалось, в любой момент могут сломаться заваленные им ветки. Завывал северный ветер, тени деревьев были едва видны, и он не мог видеть, что находится в глубине леса.

Повсюду стояла тишина, и Лянь Цяо мог слышать только свист северного ветра и стук собственного сердца. Но это сильное сердцебиение было вызвано не страхом, а волнением.

Боже мой, разве это не стандартное начало фильма ужасов? Я переместился?

Он попал в книгу, фильм или игру? При мысли об играх Лянь Цяо пришёл в восторг. Его не волновал больше даже холод, и он счастливо вышел из лифта.

В тот момент, когда он вышел из лифта, тот исчез. Так же странно, как когда появился из воздуха. Однако Лянь Цяо не только не запаниковал, но даже подумал, что этот спецэффект был очень хорош, и на него определённо не пожалели денег.

Так что же ему делать дальше? Где задание новичка? Учебник для него?

Лянь Цяо радостно размышлял, направляясь к лесу. Вскоре он обнаружил, что у входа есть тропинка. Её, кажется, недавно расчистили, поэтому, несмотря на сильный снегопад, форму можно было разгядеть в чёрно-белой крапинке, что добавляло немного зимней атмосферы.

Но если пройти позже, снег к тому времени уже полностью закроет тропу. Если вы заблудитесь в этом ледяном мире, то получите переохлаждение и скоро умрёте.

Похоже, что это ограниченный по времени путь. Задача новичка должна быть впереди.

Лянь Цяо кивнул, ускорил шаг и пошёл по тропинке. И действительно, тропинка быстро привела его к поляне в лесу. В центре поляны стояла каменная стела в половину человеческого роста без каких-либо слов или узоров на ней. Она была чистой, совсем без снега. Но Лянь Цяо сразу же заметил на вершине стелы небольшой круглый предмет, издалека похожий на яйцо.

Он огляделся и не увидел ни NPC, ни подсказок. Поэтому, притворяясь мужественным, юноша направился к стеле. Подойдя поближе, он увидел, что на ней лежит маленькая русская матрёшка. У игрушки была странная улыбка на лице, а уголки рта ухмылялись до самых ушей, совсем как у девочки с разрезом рта в фильме ужасов, что придавало ей зловещий вид.

Лянь Цяо сразу вспомнил русское слово в лифте только что – «Матрёшка». Очевидно, что это ключевой реквизит.

Он уже собирался подобрать куклу, как вдруг почувствовал, что сзади кто-то приближается. При этом незнакомец сжал ему руку.

– Подожди.

Это был холодный и приятный голос. Лянь Цяо почувствовал, что голос звучит немного знакомо, поэтому повернул голову. Когда он ясно увидел лицо мужчины, его сердце дрогнуло.

Он никогда раньше не видел такого красивого мужчину. Черты его лица глубоки и изысканны – под каким углом ни глянь, те казались шедевром, тщательно созданным мастером, настолько совершенным, что нельзя было найти и следа изъяна. Губы мужчины слегка поджались, но это было в самый раз. Если бы он улыбался, людям было бы легко влюбиться в него. Однако, может быть из-за холодной погоды или по какой-то другой причине в его выражении есть какое-то равнодушие и отчуждённость. Он казался неразговорчивым, холодным и самодостаточным, спокойно отвергающим людей за тысячи километров.

Как красивый священник, сидящий у куста роз и держащий в руке Библию.

Он как будто и не подозревал о своей прекрасной внешности, поэтому джентльменские манеры были переплетены с оттенком воздержания.

Однако этот человек сжал его руку и молча смотрел на него. Лянь Цяо почувствовал, что тот заглядывает в его сердце, и внезапно почувствовал волнение.

Глаза, казалось, содержали тысячу слов, но мужчина молчал. Через некоторое время он отвёл взгляд и прошептал:

– Я – игрок-ветеран, выслушай меня.

Лянь Цяо был ошеломлён:

– Игрок? Это действительно игра?

Мужчина сказал:

– Это можно понять и так.

Лянь Цяо тут же послушно кивнул.

– Здравствуй, босс! Пожалуйста, возьми с собой этого новичка!

Мужчина снова взглянул на него. Лянь Цяо не был уверен, была ли это его собственная иллюзия, но казалось, что в этих глубоких глазах мелькнула улыбка.

Следуя инструкциям мужчины, Лянь Цяо взял деревянную палку в качестве оружия и спрятался за большим деревом, обозначенным мужчиной. Мужчина подошёл к каменной табличке, взял куклу и зорко огляделся.

Вскоре Лянь Цяо почувствовал, что атмосфера вокруг изменилась. Казалось, что-то неслось из темноты.

Он проследил за голосом и увидел огромного мясника с кувалдой весом в несколько килограммов в руке, агрессивно идущего навстречу мужчине.

Красивый мужчина выглядел спокойным, на его лице не было никакого выражения. Он даже не убежал, а тихо стоял перед каменным монументом.

Брат Кувалда приближался всё быстрее и быстрее, и кувалда в его руке тоже была поднята высоко над головой. Мужчина поднял голову и посмотрел на него холодно, совершенно равнодушно.

В этот момент в его глазах была мученическая решимость. Он словно стал святым на религиозной фреске, благородной душой, которая даже перед лицом смерти никогда не склоняла головы. Поэтому его красота была священной и возвышенной и ещё более волнующей, заставляя людей чувствовать, что в следующую секунду он покинет это тело ради вознесения и оставит бренный мир.

Лянь Цяо смотрел на этого человека и чувствовал, что ему несколько раз сильно ударили в сердце. Но по необъяснимым причинам ему казалось, что раньше он видел его в ещё лучшем свете.

Не в этой нечеловеческой красоте, а более яркой, привлекательной и знакомой красоте… Той, которая казалась досягаемой.

Это странное чувство длилось недолго. Когда Лянь Цяо увидел, что кувалда вот-вот ударит мужчину по голове, его сердце подскочило к горлу. В тот момент, когда кувалда коснулась его волос, человек внезапно повернул голову и пригнулся, избежав удара в самый последний момент перед смертью!

При этом кувалда с грохотом ударила по каменной стеле. Что-то сломалось. Лянь Цяо сразу отреагировал – это была матрёшка только что!

Что происходит? Сломать важный реквизит в самом начале?

Лянь Цяо был полон сомнений и увидел, как человек наклонился и обошёл стелу. Брат Кувалда снова поднял кувалду и собирался снова нанести удар, но в этот критический момент мужчина протянул руку и схватил что-то на каменной плите, затем повернул голову и побежал к Лянь Цяо.

– Бежим! – приказал мужчина.

Лянь Цяо: «……» Что? Это конец?

Кто я? Что я должен делать? Почему я держу в руках эту деревянную палку?

Хотя он был полон сомнений, но всё же последовал указаниям босса и начал бешено бежать. Брат Кувалда взревел и вплотную последовал за ними двумя, его тяжёлое тело слегка сотрясало землю и вызывало у людей сильное чувство угнетения.

Лянь Цяо бежал бок о бок с боссом с ошеломлённым выражением лица. Он не знал, как долго они бежали, прежде чем босс оглянулся и сказал:

– Теперь всё в порядке.

Лянь Цяо снова остановился с ошеломлённым выражением лица только для того, чтобы обнаружить, что Брат Кувалда стоит далеко с очень подавленным выражением лица и смотрит на них обоих. Затем огромная фигура растаяла как лёд и снег и постепенно исчезла.

Какого черта? Он просто так исчез? Разве ему не нужно было драться?

Лянь Цяо продолжала теряться.

Босс посмотрел на то место, где исчез Брат Кувалда, и вдруг сказал:

– Конечно же, его назначение – разбить яйцо.

Лянь Цяо: «???» В то время у него в голове было десять тысяч вопросов, но, будучи опытным игроком, он знал, что большие боссы ненавидят новичков, которые задают больше всего вопросов, поэтому послушно закрыл рот и ждал, пока большой босс даст инструкции для следующего шага.

Неожиданно босс повернул голову и с некоторым сомнением сказал:

– Ты не хочешь меня кое о чём спросить?

Лянь Цяо:

– А что мне спросить?

Босс на мгновение замолчал.

– Например, кто я? Что это за место? Кто это преследовал нас только что?

Лянь Цяо: «???» Почему это стало ещё более запутанным? Он не понимал ситуации.

Когда Лянь Цяо собирался задать вопрос, большой босс слегка приподнял уголки рта. Его улыбка была настолько привлекательной, что IQ Лянь Цяо резко упал, и он тут же забыл, что хотел сказать, в его голове остался только ряд громких слов: «Аааааа! Как он может быть таким красивым!! Он просто бессмертный, спустившийся на землю!!! Ааа!!»

…Довольно стандартная безмозглая погоня за звёздами.

Как раз, когда Лянь Цяо собирался прийти в себя, мужчина уставился на него и серьёзно сказал:

– Я не «большой босс». Меня зовут Сюй Жэньдун.

Лянь Цяо был ошеломлён. Жэньдун? Как жимолость?

Пока он думал об этом, мужчина снова улыбнулся и добавил:

– Да, Жэньдун, как в другом названии жимолости.

Он действительно знает, о чём я думаю!

Такое замечательное молчаливое понимание более смертоносно, чем улыбка старшего брата. Лянь Цяо только чувствовал, что стрелы пронзили его сердце, и на каждой стреле было выгравировано «Ааааааааа!». Он придерживал своё сердце, и в его голове плыл плотный шквал: «О нет! Это ощущение, как движется моё сердце!»

Сюй Жэньдун, естественно, не мог видеть экран чата в его мозгу, но спросил немного странно:

– Ты… Тебе нечего сказать?

Хм? Что ты хочешь, чтобы я сказал?

Лянь Цяо немного подумал и искренне похвалил:

– Бессмертный, должно быть, было трудно спускаться на землю.

Сюй Жэньдун: «……» Он показал беспомощное выражение «Я не понимаю, о чём ты говоришь».

Лянь Цяо понял свою оплошность, затем неловко повернул голову и вытер рот с угрызениями совести. Босс, вероятно, подумал, что он не умеет общаться, поэтому сменил тему и сказал:

– Впереди хижина охотника. Пойдём, посмотрим, есть ли там кто.

Лянь Цяо:

– Хорошая идея, босс.

Сюй Жэньдун повернул голову и взглянул на него. Почему-то в его глазах мелькнула тень утраты.

Лянь Цяо был потрясён: «Что я сделал не так? Не разочаровывайся во мне. Я – очень сильный ученик. Если ты скажешь мне, что тебе не нравится, я изменюсь!»

Однако босс ничего в итоге не сказал и молча поспешил прочь. Лянь Цяо не осмелился создать никаких проблем, поэтому ему пришлось тихо следовать за ним, поджав хвост.

Они немного прошли по тропинке и, как и ожидалось, перед ними появился деревянный дом. Чудесным было то, что у дверей деревянного дома на двух лапах стоял серый кролик. Кролик был ростом примерно в полчеловека и был одет в маленький золотой смокинг, который выглядел очень мило.

Кролик стучал в дверь мохнатыми передними лапами. Неожиданно босс шагнул вперёд и отшвырнул кролика.

Кролик: «???»

Лянь Цяо: «???» Неужели босс так грубо обращается со всеми маленькими животными?!

В то же время деревянная дверь открылась, и мужчина средних лет вышел и увидел их двоих. Он уже собирался поздороваться, как вдруг заметил ошарашенного кролика, сидящего на снегу. На лице мужчины средних лет было потрясённое выражение «Кто я такой и на что смотрю?».

– Э-э, вы… – Мужчина средних лет замялся.

Босс достал из кармана серебристо-серый предмет и показал мужчине, затем спокойно сказал:

– Я нашёл кнопку. Не теряйте больше времени, пойдём к лифту.

Мужчина средних лет: «……»

Кролик только что поднялся с земли и отряхнул снег с шерсти. Услышав эти слова, на мордочке кролика также появилось ошеломлённое выражение «Кто я такой и на что смотрю?».

Будучи кроликом, ему действительно неловко иметь такое сложное выражение лица.

Как только лица у всех были ошарашены, большой босс холодно обернулся.

– Вы не хотите идти? Если ты не хотите, я пойду сам.

Все:

– Пошли, пошли!

Лянь Цяо обнаружил, что в доме всё ещё находится более десятка человек. В этот момент все вышли, проходя мимо мужчины средних лет и один за другим следуя за боссом. Лянь Цяо поспешил наверстать отставание, следуя за старшим братом, чтобы укрепить свою позицию младшего брата номер один.

Перед хижиной тупо стоял только мужчина средних лет, переглядываясь с кроликом, который сидел на снегу и не мог подняться.

Один человек и один кролик какое-то время смотрели друг на друга, затем мужчина средних лет тоже развернулся, чтобы последовать за ними.

Кролик: «……» Он был как брошенная тряпичная кукла.

Лянь Цяо подумал, что кролик выглядит очень жалко, но вместо сочувствия ему даже захотелось рассмеяться.

____________________

Автору есть что сказать:

Эта реинкарнация переключена на точку зрения Лянь Цяо ~

Почувствуйте любовь честных фанатов.

Вы должны спросить меня, почему я устроил самоубийство Жэньдуну, вот это было просто написать.

Вы счастливы?!

Спираль смерти [BL] Глава 22. Матрёшка (22)

Глава 22. Матрёшка (22)

Все держали мобильные телефоны, чтобы осветить темноту, шепча и следуя за боссом. Лянь Цяо узнал из их разговора, что теперь они находятся в мире, где есть призраки и монстры, и им нужно найти лифт и кнопку лифта, чтобы уйти.

В это время Лянь Цяо понял, что металлический предмет, спрятанный в матрёшке, которую разбил Брат Кувалда, был кнопкой лифта.

Человека, открывшего им дверь, звали Юань Сюэмин. Он утверждал, что старый игрок, и это был третий раз, когда он входил в мир призраков и монстров. В этот момент он тихо подошёл к Лянь Цяо и, глядя на высокую и стройную спину Сюй Жэньдуна, тихо спросил:

– Ты пришёл с ним? Вы, ребята, знали друг друга раньше?

– Я его не знаю. Я встретил его вскоре после выхода из лифта. Он сказал, что знает меня по моему прямому эфиру.

– А что насчёт кнопки?

– Просто подобрал её снаружи.

Юань Сюэмин: «……»

Лянь Цяо тоже было о чём его спросить:

– Что только что случилось с кроликом?

– Я думаю, что кролик здесь, чтобы дать нам задание. Вообще говоря, выйти отсюда мы можем только после выполнения задания. Но никто ещё не выходил из лифта и не находил кнопку в течение часа. Это невероятно.

Услышав похвалу в адрес босса, Лянь Цяо необъяснимо возгордился:

– Да! Наш босс потрясающий!

Юань Сюэмин улыбнулся.

– Разве вы не только что встретились? Почему ты уже превратился в его младшего брата?

Лянь Цяо гордо похлопал себя по груди.

– Разве наш старший брат не слишком харизматичен!

Юань Сюэмин улыбнулся, покачал головой и сказал:

– О, ты действительно ребёнок.

Под руководством благочестивого большого босса церковь вскоре предстала перед всеми. Лянь Цяо поднял голову и почувствовал, что круглая вершина купола похожа на шоколад «Kisses». Он чувствовал себя немного голодным, когда смотрел на неё.

Когда он пришёл в себя, то вдруг обнаружил, что большой босс, который должен был идти впереди, в какой-то момент остановился и повернул голову, чтобы взглянуть на него. Лянь Цяо наклонился вперёд, как маленькая наложница, которую вызвали.

– Большой босс, ты ищешь меня?

Когда Сюй Жэньдун услышал эти два слова «большой босс», слова, которые он собирался сказать, были внезапно проглочены им обратно в живот. Он равнодушно повернул голову.

– Нет.

Лянь Цяо:

– …О.

«Почему большой босс был горячим и холодным?»

Нет, он не мог понять, важные люди всегда были очень непредсказуемы!

Лянь Цяо только почувствовал, что большой босс стал ещё круче, чем раньше, поэтому поджал свой хвост и осторожно последовал за боссом в церковь.

Эта церковь не была большой. Первой, что они увидели, войдя, оказалась часовня с высоким крестом, к которому был пригвождён Иисус. Иисус выглядел торжественным и имел сострадательное выражение лица.

Босс приказал им разбиться на группы и искать, но все хотели быть в группе с ним. Особенно те юные девушки, их глаза горели, как звёзды в млечном пути, и они краснели, как будто смотрели на свою первую любовь, это было очень мило.

Разум Лянь Цяо был полон дыни. Юноша был слишком ленив, чтобы драться с ними, а также чувствовал, что ему не из-за чего сражаться. Однако, когда он изучал статую Иисуса, из-за его спины внезапно раздался холодный и приятный голос Сюй Жэньдуна:

– Лянь Цяо, иди сюда.

Услышав это, Лянь Цяо прошёл сквозь толпу с ошеломлённым выражением лица и подошёл к Сюй Жэньдуну. Девочки были полны зависти, ревности и ненависти, но когда посмотрели на чрезвычайно милое лицо Лянь Цяо, изобразили выражение «если это ты, то мы не против» и разошлись.

Лянь Цяо понял, что Сюй Жэньдун относился к нему по-особому, и не мог не чувствовать волнения. Но когда подумал об этом, также почувствовал, что это немного странно. Он никогда не раскрывал свою сексуальную ориентацию в прямом эфире. Поклонники, вероятно, не знали, что он «согнутый»…

Лянь Цяо вздохнул в своём сердце.

«Я слишком много думаю. Он особенно заботится обо мне, потому что он – мой поклонник. Я не должен неправильно понимать эту чистую фанатскую любовь».

В противном случае он был бы слишком смущён.

Поэтому он привёл в порядок свои мысли и последовал за Сюй Жэньдуном в боковой коридор.

Свет в этом коридоре был очень тусклым, что, если честно, было довольно страшно. Но босс стоял рядом, и Лянь Цяо успокоился. Он даже подумал: «Больше нечего бояться» [1].

Как только эта фраза промелькнула у него в голове, он вдруг понял, что поставил флаг, и у него возникло нехорошее предчувствие. Но с большим боссом рядом с ним этого не должно произойти, верно?

Юноша подсознательно взглянул на большого босса рядом, но он не ожидал, что большой босс остановится и бросит на него взгляд, который, казалось, сдерживал улыбку.

Эти улыбающиеся глаза смотрели на Лянь Цяо, и он чувствовал, что мягкая часть его сердца дрожит. Ощущение электричества разлилось по всему телу. Неожиданно, в следующую секунду босс вдруг протянул руку и сильно толкнул его к стене!

Лянь Цяо:

– …Бля?!

Он был ошеломлён и упал без всякого сопротивления. Он думал, что всё кончено, теперь он точно врежется в стену. Чего хочет большой босс? Почему сделал ход, ничего не сказав? Разве они уже не договорились, что это чистая фанатская любовь?

Лянь Цяо отшатнулся на несколько шагов, думая, что вот-вот врежется в твёрдую и холодную стену, но неожиданно обнаружил, что позади него ничего нет. Шквал из десяти тысяч слов в его сердце ещё не закончился, но сцена перед ним внезапно вспыхнула. Коридор и босс исчезли, их заменила белая стена.

После того, как Лянь Цяо остановился, то впал в ступор и не мог не выругаться ещё несколько раз. Он повернул голову и увидел, что находится в квадратной комнате. Комната была белой повсюду, куда бы он ни посмотрел. Только за его спиной стоял серебристо-серый лифт, холодно отражавший металлический свет.

Подождите, лифт? Разве это не то, что они ищут!

Лянь Цяо растерялся, его рот был открыт достаточно широко, чтобы вместить полный набор русских кукол. Он уже собирался позвать большого босса, но тут услышал голос босса из-за стены:

– Лянь Цяо? Ты жив?

– Я здесь, внутри! Я в порядке!.. Кажется, я нашёл лифт! – Он почесал в затылке, но прежде чем успел сообразить, что происходит, перед ним в стене появилась стройная и прямая нога. Линия ног была идеальной, обтянутой тёмными брюками от костюма. Она выглядела величественно и прямо, но обладала какой-то воздержанной красотой.

Вскоре Сюй Жэньдун вышел из белоснежной стены. Сцена была похожа на древнегреческого бога, вставшего из молочной ванны; элегантный, красивый и захватывающий дух. Лянь Цяо подвергся атаке красоты и сразу же простил большому боссу его необъяснимое насилие до этого. У него даже возникло желание снова получить пинок этими длинными ногами.

Увидев его навязчивый взгляд, Сюй Жэньдун на некоторое время опешил, а затем извиняющимся тоном спросил:

– Ты… Ты ударился головой?

Лянь Цяо: «……» Слишком неловко говорить, что это потому, что я пристрастился к красоте большого босса.

Но, казалось, решение признать, что он сглупил, ударившись головой, было не лучше, поэтому он молчал, чувствуя себя запутанным, и не хотел объясняться.

Увидев, что он этого не отрицает, на лице Сюй Жэньдуна отразилось лёгкое чувство вины.

– Извини, – сказал он, – я не хотел применять такую силу. Я сделал тебе больно? – Он потянулся к Лянь Цяо, как будто хотел посмотреть, где тот пострадал.

Лянь Цяо вдруг почувствовал себя счастливым и ловко поднял голову на его прикосновение.

– Больно, больно! Больно!

«Это очень больно! Большой босс, прикоснись ко мне и заставь чувствовать себя лучше!»

Лянь Цяо закрыл глаза и уже собирался насладиться лаской большого босса, но тут услышал вопрос Юань Сюэмина из-за стены:

– Какова ситуация внутри? Вы в порядке, ребята?

Сюй Жэньдун немедленно убрал руку.

Лянь Цяо, который вытянул шею и ждал, когда его коснутся: «…» Мастер Юань, вы действительно ненавистны.

Сюй Жэньдун объяснил ситуацию снаружи через стену. Сразу после этого он увидел, как Юань Сюэмин высунул голову из белоснежной стены.

Лянь Цяо холодно подумал: «О, как голова свиньи на разделочной доске».

Юань Сюэмин на разделочной доске:

– Почему ты смотришь на меня таким взглядом? Это страшно…

Лянь Цяо:

– Нет, ты слишком много думаешь.

Сюй Жэньдун не заметил странной атмосферы между этими двумя людьми. Он просто взял кнопку, нажал на канавку рядом с лифтом и сказал:

– Позовите всех, давайте уйдём.

Что? Это конец?! А что насчёт крупномасштабной игры по расшифровке в реальном времени? Почему он только что прошёл уровень лежа и даже не решил ни одной головоломки?

Шквал комментариев «Я только что снял штаны, а теперь ты показываешь мне это?» мелькал в голове Лянь Цяо. Именно такие, которые были напечатаны крупным и красочным шрифтом.

Прежде чем он закончил рычать внутри, Юань Сюэмин сказал:

– Нет, почему кнопка не загорается?

Сюй Жэньдун удивился и посмотрел в сторону своих пальцев. Конечно же, после того как кнопка была установлена, ничего не произошло. Юань Сюэмин сказал:

– Она должна светиться.

Сюй Жэньдун нахмурился. Он подошёл и нажал кнопку, но лифт не сработал. Оба человека замолчали.

Лянь Цяо был немного сбит с толку:

– В чём проблема?

Юань Сюэмин:

– Не знаю, я никогда не сталкивался с такой ситуацией. Обычно вы можете найти кнопку и установить её, а затем уйти. Почему? На этот раз… – Он сделал паузу и взглянул на Сюй Жэньдуна. – Но на этот раз это действительно очень странно. Ещё никому не удавалось найти лифт и кнопку одновременно в течение часа. Кто ты?

Сюй Жэньдун сказал:

– Я – игрок-ветеран, я вошёл в шестой раз.

Юань Сюэмин сразу понял важность слов, и сомнение в его глазах мгновенно исчезло, сменившись выражением восхищения. Вместо этого он спросил тоном, указывающим на то, что хочет поговорить:

– Тогда почему, ты думаешь, лифт не может открыться?

Сюй Жэньдун молча смотрел на лифт.

Лянь Цяо мужественно вмешался:

– Это из-за отсутствия электричества?

Юань Сюэмин беспомощно сказал:

– У этого лифта нет даже кабелей. Как ты думаешь, ему нужно электричество?

Лянь Цяо сказал:

– Это не обязательно должно быть настоящее электричество. Может, нужен какой-то особый метод для его активации? Например, случайным образом выбрать удачливого зрителя для жертвоприношения?

Двое других погрузились в свои мысли, не подозревая об ужасе в его лёгкой и трепещущей фразе. Юань Сюэмин пробормотал:

– Невозможно, все лифты, с которыми я сталкивался раньше, можно использовать напрямую, это никогда…

Он не мог не взглянуть на Сюй Жэньдуна снова. На этот раз это был не вопросительный взгляд, а скорее просьба о помощи.

Лянь Цяо выжидающе посмотрел на босса, гадая, не достанет ли тот ещё  один магический предмет из четырёхмерного кармана.

Неожиданно Сюй Жэньдун на мгновение замолчал и просто сказал:

– Тогда давайте вернёмся сегодня.

Юань Сюэмин мог только кивнуть.

Они втроём прошли сквозь стену, вернулись в коридор и увидели, что все смотрят на них в ожидании. После того, как все узнали, что лифтом нельзя воспользоваться, то впали в депрессию.

Вернувшись в хижину охотника, все с удивлением обнаружили, что серый кролик всё ещё сидит на земле, весь в снегу, с жалким видом, как безработный.

Однако, когда он увидел, что все возвращаются удручённые, мордочка этого кролика мгновенно изменилась. Он стряхнул снег с задницы, вскочил и сказал очень радостно:

– Значит, вы ещё не ушли!

Никто ему не ответил, и кролик торжествующе объявил:

– Тогда вы останетесь и отметите праздник со мной через семь дней. Все подарки, которые я приготовил, пропали, вы должны…

Прежде чем он закончил говорить, Сюй Жэньдун нетерпеливо оттолкнул его и пошёл прямо в дом.

Кролик, снова упавший на задницу: «…»

Юань Сюэмин кашлянул.

– Давай. – И он дружески протянул руку к кролику, пытаясь вытащить кролика из снега.

Он протянул руку по доброй воле, но, как игровой босс, кролик был ещё больше взбешён тем, что получил сочувствие от игрока.

– Найдите подарки и отдайте их мне! – вскрикнул он и чуть не стиснул зубы. Затем повернул голову и лег на землю, лягнул задними лапами и отпрыгнул, как настоящий кролик.

Юань Сюэмин смотрел, как тот бежит, пока на кроличью шерсть всё ещё падал снег, потом вдруг вздохнул и сказал с волнением:

– Ему тоже нелегко.

Все сочувственно закивали, но только Лянь Цяо кивнул с гордостью. Он подумал: «Хм! Кто сказал ему притворяться крутым перед нашим большим боссом. Он это заслужил!»

Все один за другим вошли в дом. Сюй Жэньдун, который первым вошёл, уже зажёг огонь в камине. Он обернулся и тихим голосом спросил:

– Все здесь?

Все посмотрели друг на друга. Юань Сюэмин сказал:

– Все здесь.

Сюй Жэньдун предложил:

– Разделите комнаты, поспите и завтра начните искать матрёшки.

Его слова были кратки и прямолинейны, но в то же время они были несомненно уверенными. Все онемели и кивали, ожидая, пока Сюй Жэньдун выделит им комнату.

Лянь Цяо, несколько раз «ударивший в точку грома» босса [1], не смел рассчитывать делить комнату с боссом. Он только надеялся, что босс не назначит его дяде средних лет Юань Сюэмину. Ведь этот дядя выглядел больным с мрачным темпераментом, как будто вот-вот умрёт. Если он будет спать с ним в одной комнате, ему могут присниться кошмары.

Лянь Цяо тайно молился в своём сердце только для того, чтобы услышать, как Сюй Жэньдун равнодушно сказал:

– Вы сами выбираете себе соседей по комнате.

В то же время Лянь Цяо почувствовал, что кто-то приближается. Он удивлённо поднял голову, не зная, когда Сюй Жэньдун уже подошёл к нему и заявил естественным тоном:

– Лянь Цяо, ты спишь со мной.

«О нет, моё сердце дрогнуло».

О нет, моё сердце дрогнуло. О нет, моё сердце дрогнуло. О нет, моё сердце дрогнуло. О нет, моё сердце дрогнуло. О нет, моё сердце дрогнуло. О нет, моё сердце дрогнуло. О нет, моё сердце дрогнуло. О нет, моё сердце дрогнуло. О нет, моё сердце дрогнуло. О нет, моё сердце дрогнуло. О нет, моё сердце дрогнуло. О нет, моё сердце дрогнуло….

Машина заграждения Лянь Цяо уже решила совершить самоубийство под бомбардировкой большого количества повторяющейся информации. Его здравомыслие также пошло на самоубийство вместе.

Он был так потрясён, что босс уже затащил его в комнату, выключил свет и уснул, прежде чем он успел среагировать.

Какого хрена, большой босс действительно застелил мне постель! Какого хрена, большой босс реально лёг рядом со мной! Какого хрена, большой босс сказал мне спокойной ночи! Какого хрена, большой босс действительно уснул рядом со мной!

Какого хрена, я вообще…

Твёрдый?!

_____________________

[1] Ударить кого-то в точку грома означает тыкать в его чувствительное место, фактически раздражая его, даже не осознавая этого.

_____________________

Автору есть что сказать:

Примечание: «Нечего бояться»: это взято из «Девочки-волшебницы Мадоки» и является классической цитатой Томоэ Мами. Сказав это, эта старшая сестра была обезглавлена ведьмой и с тех пор породила множество высказываний о «безголовой старшей сестре», таких как «лелеять старшую сестру, у которой ещё есть голова» и так далее. Самая известная из них заключается в том, что эта поговорка «Нечего бояться» поднимает флаг и указывает на то, что скоро произойдёт что-то плохое.

Спираль смерти [BL] Глава 23. Матрёшка (23)

Глава 23. Матрёшка (23)

Из-за того, что его дух и тело пришли в волнение, Лянь Цяо не мог заснуть до раннего утра.

Когда он снова открыл глаза, то обнаружил, что большой босс рядом с ним исчез. Лянь Цяо вскочил с кровати как пружина. Он плохо спал прошлой ночью, и это действие было слишком жестоким. У него закружилась голова, и он чуть не упал навзничь. Когда протёр глаза, наконец, успокоился, обнаружил, что босс стоит у края подоконника и молча смотрит в окно.

Босс, казалось, думал в оцепенении и даже не слышал, как он встал. Лянь Цяо уже собирался поздороваться с ним, когда вдруг почувствовал, что тот выглядит не совсем правильно.

Он увидел Сюй Жэньдуна, прислонившегося к подоконнику, его поза выглядела очень расслабленной. Однако линия на его спине по-прежнему оставалась элегантной и прямой. Он был похож на балерину, даже в покое сохраняя достоинство.

Впрочем, в этом достоинстве виделся и след усталости. Лянь Цяо не мог точно сказать. Как у белого лебедя, пьющего из озера, его шея по-прежнему прекрасна и длинна, а крылья – белые и безупречные. Но на самом деле он уже измотан, и в горле пересохло. Возможно, у него даже нет сил снова летать. Как только опасность придёт снова, он не станет сопротивляться, а только примет смерть, изящно и спокойно.

Потому что уже слишком устал.

Сюй Жэньдун, очевидно, просто стоял у окна, и Лянь Цяо понятия не имел, откуда берутся его мысли. Чем больше он думал об этом, тем более неловко себя чувствовал, как будто должен был что-то сделать, но не сделал. Его сердце было кислым и опухшим, а в груди было душно и болезненно. Казалось, что-то уже не могло сдерживаться и хотело вырваться наружу.

Как только он решил спросить, о чём думает Сюй Жэньдун, мужчина внезапно обернулся. Мрак в его глазах был мимолётным, и он вернулся к своему обычному виду.

– Доброе утро, – сказал он.

Лянь Цяо уже собирался сказать: «Старший брат, ты рано встал», когда вдруг почувствовал, что слова «старший брат» звучат слишком легкомысленно в данный момент. Поэтому опустил почётный титул и изменил свои слова:

– Доброе утро.

– Лови. – Сюй Жэньдун внезапно сказал это и в то же время поднял длинный предмет у стены и бросил его в Лянь Цяо.

Лянь Цяо рефлекторно поймал его и посмотрел вниз. Это оказался металлический лом.

– Святой меч физики! – воскликнул Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун слегка улыбнулся.

– Да. Святой меч физики.

– Где ты его нашёл? Это для меня? А ты? – Лянь Цяо удивился и забыл о правиле новичка «Не задавай миллион вопросов большому боссу». Он не мог сдержать все вопросы и волнения в своём сердце.

К счастью, Сюй Жэньдун не рассердился, но и не ответил ему. Он лишь мягко сказал:

– Одевайся и давай завтракать.

Лянь Цяо охотно взял лом и радостно последовал за ним. Когда два человека спустились по лестнице и пошли на второй этаж, Сюй Жэньдун внезапно остановился, указал на комнату наверху лестницы и сказал:

– Это кровь сочится из-под двери?

Лянь Цяо посмотрел в направлении его пальцев и, как и ожидалось, на полу нашлась большая область засохшей крови, которая даже образовала тёмно-красный ледяной круг. По законам фильмов ужасов с людьми, находящимися в комнате, должно было что-то случиться. Судя по количеству крови, сцена внутри очень кровавая.

Хсс… Было страшно, он не хотел заходить!

Но не заходя, он мог пропустить какую-то важную информацию. По крайней мере, ему нужно было узнать, кто покойник и как выглядел его труп.

Но он всё ещё был немного напуган!

Неожиданно, прежде чем Лянь Цяо закончил мысленно накачивать себя, Сюй Жэньдун уже подошёл к двери комнаты, поднял длинную ногу и пинком открыл дверь.

Лянь Цяо: «?! Блядь! Босс, успокойся! Тебя легко убить, если открывать дверь вот так!»

Дверь комнаты была не очень крепкой и разом вылетела. Сюй Жэньдун заглянул внутрь, и выражение его лица было очень спокойным. Когда Лянь Цяо увидел его спокойное выражение лица, он осмелел, наклонился вперёд и сказал:

– Это…

Прежде чем он закончил говорить, Сюй Жэньдун внезапно поднял руку и прижал её к глазам юноши.

Лянь Цяо: «???»

Сюй Жэньдун:

– Держи лом.

Лянь Цяо:

– …О.

Хотя и не знал почему, но всё же послушно сжал лом.

Сюй Жэньдун:

– Внутри два человека, которых разбили на куски, так что будь морально готов. Когда будешь готов, дай мне знать.

Лянь Цяо только чувствовал, что руки Сюй Жэньдуна на его глазах были нежными и слегка холодными. Это был первый раз, когда он имел физический контакт с Сюй Жэньдуном, и нервно сглотнул.

– Я готов.

Сюй Жэньдун медленно убрал руку. Несмотря на то, что Лянь Цяо морально подготовился, когда открыл глаза, всё ещё был ошеломлён видом комнаты.

Вся комната казалась опустошённым резервуаром с кровью. Пол, стены, потолок… Везде была кровь, и почти не было ни одного чистого места. Большое количество частей трупа и внутренних органов лежало по полу, и первоначальную форму уже невозможно было различить. Запах крови смешивался со зловонием внутренних органов, даже если бы Лянь Цяо ожидал то, что увидит, его горло всё равно перехватило от сильного запаха. Он инстинктивно прикрыл рот рукой и отпрянул.

Он сделал всего два шага, прежде чем почувствовал тепло в плечах. Сюй Жэньдун взял его за плечи и поддержал.

– Да, прогресс есть, – его тон, казалось, сдерживал улыбку. Лянь Цяо смутился, но затем услышал, как Сюй Жэньдун снова сказал: – Кажется, на этот раз шоколад не нужен.

– Что? Какой шоколад? – Он всё ещё думал о крыше церкви с прошлого вечера, похожую на шоколад «Kisses». Жадный червяк в его животе тотчас же прыгнул на крючок.

Сюй Жэньдун с сожалением сказал:

– Я думал, что ты, по крайней мере, закричишь, даже если не начнёшь икать, но теперь это выглядит так…

Лянь Цяо быстро отреагировал. Он закричал в духе хорошей игры:

– А-а-а, кто-то умер, аааа!

Сюй Жэньдун: «……»

Лянь Цяо подумал, что он выглядел недостаточно напуганным или, может быть, недостаточно милым, поэтому не был должным образом привлекательным. Поэтому он и сложил руки у щек, как на картине «Крик».

– А-а-а-а! Кто-нибудь, помогите! Кто-то умер! Аааа!

Сюй Жэньдун был удивлён его преувеличенным выступлением. Он тут же достал шоколадку.

– Ладно, хватит кричать, я дам его тебе.

Лянь Цяо крайне удивился:

– Правда! – Он радостно протянул руку, но, прежде чем коснуться шоколада, смущённо отпрянул. – Ты принёс этот шоколад?

Босс не был похож на того, кто любит есть сладкое. Шоколад легко тает, и обычно его носят только люди с низким уровнем сахара в крови. Если босс носит с собой шоколад, потому что у него низкий уровень сахара, то он будет слишком смущён, чтобы взять его.

Сюй Жэньдун небрежно сказал:

– Нет, я подобрал его на обочине дороги.

– О! – Лянь Цяо получил ответ, который хотел, и тут же выбросил свои заботы в окно и с улыбкой взял шоколад.

Шоколад растаял во рту, и сильный аромат какао мгновенно распространился по всему рту. Даже его слюна стала сладкой. Лянь Цяо с удовольствием потягивал шоколадку и не забыл поблагодарить:

– Это так сладко, спасибо.

Сюй Жэньдун посмотрел на его изогнутые глаза и улыбающееся лицо. Его настроение внезапно улучшилось.

В это время на место происшествия сбежались и другие люди, услышавшие крики. Никому не нужно было объяснять ситуацию. Все понимали, что происходит. Как только они смотрели на ужасное состояние плоти и крови в комнате, и их лица внезапно становились безобразными.

Юань Сюэмин вздохнул.

– Кажется, на этот раз найти лифт и кнопку недостаточно. Нам всё ещё нужно выполнять задание шаг за шагом.

Сюй Жэньдун не сказал ни слова. Он действительно не понимает, почему лифт не мог работать? Правда ли то, что сказал Юань Сюэмин? Если он прошёл слишком много шагов сразу, мир не позволял ему сжульничать??

Для других они впервые так близко столкнулись со смертью. И это была очень жалкая и трагическая смерть от разрывания на части. У всех были очень плохие выражения лиц. В это время Юань Сюэмин принял поведение старшего брата, утешил всех, а затем повёл их вниз, чтобы поесть.

Сюй Жэньдун внимательно осмотрел комнату, прежде чем спуститься вниз. На этот раз он так и не смог записать имена двух мужчин и лишь смутно помнил, что молодой человек в синем работал водителем грузовика. Другой человек в чёрном был студентом колледжа, который всё ещё учился. Оба они были ещё очень молоды.

Он думал, что сможет спасти всех, но, в конце концов, ему всё же не удалось предотвратить наступление смерти.

Он считал себя спасителем мира, но на самом деле был всего лишь смертным. Он даже отказался от шанса на побег, который лежал перед ним, и решил покончить жизнь самоубийством, чтобы спасти других… Сейчас это казалось смешным.

Он был слишком высокомерным.

Сюй Жэньдун подумал об этом и снова непреднамеренно показал усталость. Лянь Цяо молча смотрел на него, чувствуя необъяснимую боль.

Он подумал о том, что может сделать для него, поэтому сбежал вниз и нашёл на кухне маленькую кастрюлю с молоком. Он нагрел молоко до нужной температуры и принёс его Сюй Жэньдуну, желая доставить ему удовольствие.

– Большой босс, ты хочешь выпить молоко?

Он никогда не думал, что запах молока заставил Сюй Жэньдуна внезапно рассердиться:

– Нет, убери его!

Лянь Цяо:

– …Хорошо.

Чёрт! Оказывается, большой босс не любит пить молоко!

Но когда босс выглядел злым, он также выглядел немного мило. Лянь Цяо чувствовал, что в это время у Сюй Жэньдуна больше не было холодного, похожего на священника воздержания, и он выглядел более человечным.

Подумайте об этом так; он также оказался привередливым едоком!

Лянь Цяо вдруг почувствовал, что босс симпатичнее и просто слишком очарователен! Затем почувствовал смущение из-за своих М-наклонностей (мазохистских). Его явно только что отругали, но необъяснимым образом он почувствовал, что большой босс нравится ему ещё больше!

Боже.

После завтрака все решили снова пойти в церковь. Сюй Жэньдун, который не завтракал, похоже, был в плохом настроении. Лянь Цяо не осмеливался говорить слишком много и всю дорогу был тихим как мышка.

Подойдя к церкви, толпа разделилась на две группы и осмотрела церковь по отдельности. Сюй Жэньдун не участвовал в исследовании, но без всякого интереса сидел на скамейке в часовне, поднимая голову и глядя на Иисуса. Выражение его лица выглядело подавленным, и он не рассказывал, о чём думал.

Лянь Цяо увидел, что его предыдущий гнев, казалось, исчез, поэтому осмелился двинуться вперёд и очень преданно спросил:

– Большой босс, ты голоден? Хочешь съесть кусок хлеба? – И достал для большого босса свой специально заранее приготовленный хлеб.

Когда Сюй Жэньдун увидел хлеб, он сразу же прикрыл рот рукой, и его вырвало.

Лянь Цяо был потрясён:

– Ты в порядке, большой босс?!

Сюй Жэньдун глубоко вздохнул и отчаянно сказал:

– Держись от меня подальше.

Лянь Цяо грустно отступил на десять шагов.

– …Хорошо.

Это конец. Он снова успешно разозлил босса. Но босс очень разборчив. Он не пьёт молоко и не ест хлеб. Был ли он едоком исключительно китайской еды?

В любом случае, если бы он действительно продолжал создавать такие проблемы, привязанность босса к нему действительно могла бы упасть до отрицательного значения. Он не осмеливался больше бродить перед боссом и решил начать исследовать эту церковь, но как только оказался в коридоре за часовней, то вспомнил, как вчера босс толкнул его к стене.

Кстати, он так и не понял, почему босс так жестоко напал на него?

…Возможно, я неосознанно наступил на какую-то громовую точку босса.

Увы, он явно хотел побаловать своего фаната, но в итоге провоцировал гром каждый раз, когда открывал рот. Лучше быть холодным кумиром, который не разговаривает.

Чем больше Лянь Цяо думал об этом, тем больше чувствовал себя огорчённым. Он решил найти угол, чтобы присесть и пожалеть себя. Он вспомнил, что потайная комната за стеной очень подходила для выращивания грибов, поэтому ощупал стену и нашёл местонахождение потайной комнаты. Он затаил дыхание и вошёл в стену.

Через минуту.

– Чёрт! Большой босс! Подойди сюда! – крикнул Лянь Цяо и побежал обратно в часовню. Он почти не смог вовремя остановиться и чуть не сбил Сюй Жэньдуна на скамейке.

Сюй Жэньдун быстро осмотрел его и удержал. Видя, что юноша так взволнован, не стал возражать против неприятного названия и просто спросил:

– Что не так?

– Лифт! Э-э… – Лянь Цяо боролся со словами и сказал: – Лифт работает!

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Лянь Цяо почесал затылок.

– Кнопка лифта светится. Я нажал один раз – и дверь лифта открылась! Как ты думаешь, мы можем пройти инстанс?

_____________________

Автору есть что сказать:

Лянь Цяо активирует пассивный навык: точное наступление на точку грома.

Благосклонность -10.

Лянь Цяо активирует пассивный навык: наступление на точку грома х двойное комбо.

Благосклонность -10.

Спираль смерти [BL] Глава 24. Матрёшка (24)

Глава 24. Матрёшка (24)

Услышав его слова, все бросились в потайную комнату. Действительно, дверь лифта открылась, и из кнопки выходил тёплый слабый белый свет.

Сюй Жэньдун спросил:

– Что ты сделал?

Лянь Цяо поднял руки, чтобы показать свою невиновность.

– Я ничего не делал! Как только вошёл, я увидел, что кнопка включена, и нажал её… Кроме этого, я действительно ничего не сделал!

Сюй Жэньдун и Юань Сюэмин посмотрели друг на друга и подумали: «Что, чёрт возьми, происходит?»

Внезапно открывшийся лифт – настоящий выход или очередная ловушка? В этом мире одни только рассуждения и догадки бесполезны. Это означает, что кто-то должен быть подопытным кроликом и проверить это.

Все это тоже поняли, поэтому промолчали. В это время они были так близки к побегу, так кто же хотел сейчас рисковать?

Сюй Жэньдун чувствовал, что лифт, скорее всего, безопасен, но не мог найти подходящей причины, чтобы убедить всех в этом. Так что, похоже, на этот раз, как морская свинка, мог действовать только он.

– Тогда я… – Сюй Жэньдун только заговорил, когда Юань Сюэмин прервал его:

– Я сделаю это.

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Юань Сюэмин оказался сложным существом, и его отношение к Сюй Жэньдуну никогда не было ни враждебным, ни дружелюбным, что заставляло считать его непредсказуемым. В это время, почему он взял на себя инициативу, чтобы занять его место, чтобы рисковать своей жизнью?

«Брат Юань, ты действительно хочешь это сделать?», «Ты такой классный!», «Брат Юань, ты настоящий мужчина!» – все были тронуты его праведным поступком, и они продолжали хвалить его, но никто не захотел пойти вместе с ним.

Юань Сюэмин, вероятно, знал, о чём думают эти люди, поэтому  не ответил ни на чью лесть. Он просто улыбнулся, а затем подошёл к Сюй Жэньдуну.

– Если лифт действительно работает, это может быть последний раз, когда мы можем поговорить. Сюй Жэньдун, если ты не лжёшь, и ты действительно игрок-ветеран, прошедший шесть раз… Тогда я тобой очень восхищаюсь.

Сюй Жэньдун был немного озадачен:

– Восхищаешься мной?

Что касается этой реинкарнации, он не думает, что сделал что-то достойное восхищения.

– Ты очень сильный. Ты мог бы оставить нас, чтобы сбежать, но тогда нам оставалось только ждать смерти. Спасибо, что вернулся, чтобы спасти нас. – Он небрежно оглянулся на празднующую толпу и бесстрастно сказал: – Ты видишь это, не так ли? Слабые люди всегда считают справедливым, чтобы сильные работали усерднее. Если ты поможешь им один раз, они не будут думать о том, чтобы отплатить тебе, а только понадеются, что ты будешь продолжать помогать им всегда. Однако это несправедливо. Итак. Я очень благодарен тебе. Ты так много пережил, но по-прежнему готов помочь таким неудачникам, как мы.

Эти слова заставили сердце Сюй Жэньдуна вздрогнуть. Хотя Юань Сюэмин был тяжелобольным пациентом, который полагается на аппараты, чтобы поддерживать свою жизнь в реальном мире, и, казалось, не заботился о своей жизни и смерти, он всегда был добродушным и надёжным старшим братом в этом мире призраков и монстров. Несмотря на критику, всегда делал то, что считал нужным. Сюй Жэньдун чувствовал, что неуместно использовать термин «слабый» для его описания.

Однако Юань Сюэмин откровенно признал свою слабость и сказал такие слова благодарности, что Сюй Жэньдун начал уважать его всем сердцем.

– Позаботиться о себе, – сказал Сюй Жэньдун. – Если нам суждено, давай встретимся снова.

Юань Сюэмин нежно улыбнулся Сюй Жэньдуну, затем повернул голову и вошёл в лифт.

Все смотрели, как двери лифта закрываются, издавая низкий звук. Время, казалось, растянулось надолго, и все смотрели на лифт, затаив дыхание, опасаясь, что в следующую секунду изнутри раздастся крик Юань Сюэмина.

Неизвестное количество времени спустя слабый шум мотора исчез, и лифт снова затих.

Сюй Жэньдун поднял руку и нажал кнопку. *Дин!* – дверь лифта снова открылась. Внутри было пусто, никого не осталось.

Все были вне себя от радости:

– С братом Юань всё в порядке!

– Лифт действительно работает! Здорово!

Цзян Ли весело сказала:

– Ещё не поздно, пойдём!

Она и Ван Юань улыбнулись друг другу и бок о бок вошли в лифт.

Сюй Жэньдун тоже кивнул и сказал:

– Я не знаю, что произойдёт, если мы продолжим тянуть с этим. Все, поехали.

Все уже собирались войти, но в это время кто-то снова спросил:

– Подождите! Даже если тела брата Юаня здесь нет, это не доказывает, что лифт действительно может отправить нас обратно в реальный мир! Что, если… он отправит нас в ещё более опасное место!

Сюй Жэньдун нахмурился, не зная, как его уговорить, но в это время Сюй Хун холодно фыркнула:

– Тогда что ты хочешь делать? Остаться здесь и ждать смерти, как трус?

Мужчина был зол.

– Плохо ли быть осторожным? Вы можете гарантировать, что этот лифт – не ловушка?

Сюй Хун вошла в лифт, насмехаясь над ним и не оглядываясь:

– Тогда оставайся. Черепаха с втягивающейся головой всегда будет черепахой с втягивающейся головой, втяни голову и оставайся в живых. Через десять тысяч лет ты всё ещё будешь черепахой.

Хотя эти слова были грубыми и неприятными, они попали в самую точку. Мужчина покраснел от её насмешек и больше не мог говорить.

Сюй Жэньдун обнаружил, что первые несколько человек, вошедших в лифт, были знакомыми лицами, и он внезапно не смог сдержать улыбку. Конечно, человек с яркой личностью и решительными действиями всегда оставит глубокую память. Те бездари, имена которых он не может вспомнить, всё равно остаются в тени, даже если перевоплощаются десятки раз.

После мысленной борьбы в лифт зашли все один за другим, и даже человек, которого обругали, в конце сдался.

Сюй Жэньдун вошел в конце, но обнаружил, что Лянь Цяо стоит снаружи и не собирается входить.

Сюй Жэньдун позвал его:

– Лянь Цяо?

– Я хочу ненадолго остаться.

– Почему?

– Разве кролик не поставил перед нами задачу? Он искал подарок или что-то в этом роде. Ну, мне немного любопытно, что будет, если я соберу все подарки и отдам их?

Этот вопрос действительно долгое время беспокоил Сюй Жэньдуна. В это время все, кроме Лянь Цяо, уже ждали в лифте. Сюй Жэньдун немного подумал и снова вышел из лифта.

Лянь Цяо был ошеломлён. Сюй Жэньдун повернул голову и сказал:

– Идите первыми, я останусь с ним.

Цзян Ли в лифте кивнула и собиралась закрыть дверь. Лянь Цяо внезапно шагнул вперёд и протянул руку, чтобы заблокировать дверь лифта. Он повернул голову к Сюй Жэньдуну и сказал:

– Нет, нет, всё в порядке. Я могу сделать это самостоятельно. Ты можешь идти. Тебе не нужно сопровождать меня. Он сжал лом в руке и уверенно сказал: – В любом случае, у меня есть лом для самообороны. Я очень эффективен, так что тебе не о чем беспокоиться.

Сюй Жэньдун вспомнил сцену, в которой тот плакал, разбивая кролика в мясной соус.

– Да, я действительно не беспокоюсь о тебе.

Лянь Цяо не ожидал, что Сюй Жэньдун так легко с ним согласится. Атмосфера внезапно стала смущающей, и он на некоторое время потерял дар речи.

– Вы идёте или нет? – кто-то в лифте не мог не заговорить.

Лянь Цяо на мгновение заколебался, но что ещё он мог сказать? Сюй Жэньдун уже оттолкнул его руку. Дверь лифта медленно закрылась, и изнутри вышла фраза:

– Спасибо. До свидания.

Сюй Жэньдун поднял голову и увидел, что это сказала Цзян Ли. Его волосы встали дыбом, и он подумал: «Забудь, я не хочу больше тебя видеть».

Он неосознанно коснулся своей шеи и вдруг вспомнил, что так и не узнал, почему Цзян Ли отплатила за его доброе дело враждой, перерезав ему горло. На самом деле, он всегда хотел получить ответ. Например, она может быть беременна. Или, возможно, в её семье был прикованный к постели пожилой человек, который полагался на неё как на экономическую опору. В заключение он всё ещё надеялся, что у Цзян Ли возникли какие-то трудности, поэтому она предала того, кто спас ей жизнь.

Но в тот момент, когда дверь лифта закрылась, он увидел, что Цзян Ли и Ван Юань крепко сцепили руки, и на их лицах появилось довольное и счастливое выражение. В этот момент он вдруг понял, что они просто хотят жить.

Они хотели жить, хотели жить вместе с любимым человеком. Для таких вещей вообще не нужна особая причина.

Желание жить само по себе является причиной.

Сюй Жэньдун внезапно почувствовал облегчение, и его настроение стало спокойным. Он посмотрел на лифт и ничего не сказал, и Лянь Цяо тоже не взял на себя инициативу заговорить. Он просто смотрел на него тихо и спокойно. В уголках его рта постепенно появилась слабая улыбка.

Наконец звук лифта прекратился, и всё снова затихло. Во всём мире их осталось всего двое.

Сюй Жэньдун сказал:

– Пошли.

Лянь Цяо шёл рядом с ним.

– Да.

Они снова осмотрели церковь. Среди шести известных матрёшек одна была разбита Братом Кувалдой, а другая – кукла-убийца с ловушкой – всё ещё лежала в снегу, и её не взяли. Остальные четыре теперь находились в их руках.

Двое сели на скамейку в часовне и начали обсуждать, что делать дальше. Сюй Жэньдун вспомнил, что Лянь Цяо ранее задавался вопросом, не было ли что-то спрятано на обратной стороне компаса, поэтому он нашёл нож, вставил кончик ножа в щель в крышке и попытался открыть корпус.

Лянь Цяо смотрел, как он разбирает компас, не беспокоясь, что без него они заблудятся. Ему просто было любопытно, почему Сюй Жэньдун захотел остаться? Хотя босс сказал, что не беспокоится о нём, его теперешние действия заключались в том, чтобы сопровождать его в поисках матрёшек?

Почему?

В глазах Лянь Цяо мелькнуло незаметное нежное выражение.

Внутреннее устройство компаса было очень простым – всего лишь небольшая магнитная стрелка, закреплённая на корпусе. Но, сняв крышку, они с удивлением обнаружили, что на обратной стороне компаса спрятан ещё один указатель.

Компас на лицевой стороне имеет красный и синий концы, указывающие на север и юг соответственно. Тот, что сзади, прямо сделан в форме стрелы. Как бы ни вращался корпус, стрелка указывает прямо в определённом направлении, ни на север или юг, ни на восток или запад.

– Пойдём посмотрим? – спросил Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун кивнул. Они вдвоём плотно закутались в куртки и вышли из церкви, следуя направлению стрелки.

Стрелка указывала на опушку леса. Сюй Жэньдун чувствовал себя всё более и более знакомым, когда шёл, и он примерно угадал результат в своём сердце. Конечно же, стрела наконец привела их к краю большого дерева. Дерево не было особенным и ничем не отличалось от других окружающих деревьев. Сюй Жэньдун наклонился, отряхнул снег с земли и со слабым чувством осторожности нашёл матрёшку. Это была первая кукла-убийца с клубящимся монстром, убивающим людей.

Лянь Цяо удивлённо сказал:

– Эта стрелка указывает на положение оставшихся матрёшек?

– Возможно.

– Смотри, направление стрелки изменилось! Кажется, следующая матрёшка в том направлении! Пойдём искать.

Сюй Жэньдун взглянул в том направлении, куда указывал, и протянул руку, чтобы поддержать нетерпеливого Лянь Цяо:

– Это направление противоположно хижине охотника. Уже поздно, давай сегодня просто вернёмся и сначала отдохнём, иначе я боюсь, что мы не найдём места для ночлега до наступления темноты. Мы замёрзнем насмерть, если будем спать на улице в такой холодный день.

Лянь Цяо, естественно, согласился.

Хотя у него не осталось обычного компаса, Сюй Жэньдун уже был хорошо знаком с местностью. Вскоре после этого они вернулись в хижину охотника, оба измученные.

Как только они зажгли камин, на улице началась метель. Северный ветер хлопал в окна, как настоящая сущность, вызывая слабое волнение. В камине потрескивали поленья, и свет огня особенно тепло освещал комнату, словно она была полностью изолирована от холода.

Лянь Цяо присел на корточки перед камином, играя с вилкой, и вдруг сказал:

– Как будто мы в отпуске.

Сюй Жэньдун обернулся, услышав слова, и увидел всё тело Лянь Цяо, окутанное тёплым светом огня, с улыбкой в уголках рта. Его манера поведения была нежной и вызывала у людей желание улыбаться вместе с ним.

Сцена настолько тёплая и спокойная, что у Сюй Жэньдуна возникла та же идея: они кажутся отдыхающей… парой…

Однако эта тонкая и чарующая эмоция совершенно исчезла за ужином.

Сюй Жэньдун ел хлеб и молоко с отчаянным сердцем и глубоко осознавал, что его любовь к Лянь Цяо должна быть настоящей. Если бы он ушёл сегодня с большой группой, то к настоящему времени уже вернулся бы в реальный мир, чтобы есть и пить, и ему больше не нужно было бы продолжать есть хлеб!

В чём разница между таким поведением и готовностью есть дерьмо ради подружки?

К счастью, Лянь Цяо – мужчина, иначе он действительно заподозрил бы, что влюблён в этого человека.

Спираль смерти [BL] Глава 25. Матрёшка (25)

Глава 25. Матрёшка (25)

В следующие несколько дней всё прошло гладко. Под руководством стрелки они быстро нашли ещё четырёх кукол. В этот период кролик посещал их каждую ночь. В первую ночь он был ошеломлён и спросил их, куда ушли все остальные. После этого приходил только, чтобы небрежно спрашивать:

– Вы ищите подарки? Тогда я ухожу.

Потом действительно уходил.

Кажется, кролик был совершенно беспомощен. Если бы не эти двое, которые всё ещё бродили здесь, предполагалось, что кролик рано ушёл бы с работы.

После того, как была найдена десятая кукла, стрелка исчезла. Кажется, что матрёшек больше не осталось. Когда кролику отдали всех кукол, кролик очень обрадовался и даже искренне их поблагодарил. Он очень охотно достал маленькую подарочную коробочку, перевязанную ленточкой-бабочкой, сказав, что это дополнительная награда.

Лянь Цяо взял подарочную коробку и удивился:

– Ты так легко нам её отдаёшь? Я думал, ты ради этого снова усложнишь нам жизнь…

Кролик презрительно посмотрел на него.

– Усложнять жизнь? Зачем мне это делать? Я хочу избавиться от вас как можно скорее и пойти домой спать. Вы – двое возмутителей спокойствия, я не могу вас убить, и вы также не уходите. Это действительно раздражает!

Как собака в финансовой индустрии, которой часто приходится работать сверхурочно, Сюй Жэньдун может сказать, что очень хорошо понимает кролика.

Лянь Цяо открыл подарок и не мог не удивиться:

– Это… ключ?

Сюй Жэньдун был ошеломлён, наблюдая, как он достает медный ключ из подарочной коробки. Ключ имел простую форму без украшения, кроме двух слов, выгравированных на ручке: «Лянь Цяо».

Лянь Цяо увидел, что на нём было его собственное имя, и не мог сдержать шока:

– Блять, эта штука «привязывается» при получении!

Сюй Жэньдун:

– Что делает?

Лянь Цяо объяснил ему. В онлайн-играх говорят, что когда игрок берёт предмет, система автоматически привязывает этот предмет к игроку. Если предмет не связан другими способами, его нельзя продать или передать другим.

Сюй Жэньдун кивнул. Лянь Цяо повернул голову и спросил кролика:

– Этот ключ используется, чтобы открыть сундук с сокровищами?

Кролик:

– Не знаю. Мне всё равно это бесполезно.

Лянь Цяо задумчиво сказал:

– Значит, это реквизит, который можно использовать в будущих инстансах?

Кролик развёл лапками, как бы говоря: «Не спрашивай меня, это выходит за рамки моего познания».

Похоже, он действительно не знает, и задавать дополнительные вопросы бесполезно. Когда Сюй Жэньдун пришёл в себя, кролик уже отпрыгнул. Эта спина выглядела действительно живой, ярко-выражающей эйфорию рабочей собаки, наконец-то вступившей в выходные.

Хотя головоломки ещё предстояло решить, они, наконец, могут уйти.

Они подошли к лифту, и пока дверь лифта не закрылась, у Сюй Жэньдуна всё ещё было ощущение нереальности. Он не мог вспомнить, как долго пробыл в этом призрачном мире, и ему потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, где и что он делал до того, как пришёл туда.

Лифт из серебристо-белого металла отражал ледяной свет, который он видел каждый раз, когда умирал. У него почти появилась иллюзия: реальность – здесь, а внешний мир – фантом.

…Он действительно находился в ловушке слишком долго, так долго, что начали проявляться психические проблемы. Вероятно, после возвращения лучше всего обратиться к психиатру, но что тот может ему сказать? Сказать, что он видел призраков и умирал так много раз, что это оставило тень в его сердце?

Если он не мог сказать правду, как тогда говорить об этом? Узел в его сердце никогда не сможет развязаться, и его психическое состояние будет только ухудшаться и ухудшаться.

Сюй Жэньдун подумал об этом, а затем Лянь Цяо, стоявший рядом с ним, внезапно сказала:

– Брат Жэньдун, после того, как мы выйдем, можем ли мы ещё…

Сердце Сюй Жэнь Дуна дрогнуло, когда он услышал давно забытое имя. Он уже собирался заговорить, как вдруг услышал странный голос:

«…есть… ты хочешь…»

Кто говорил? В лифте был кто-то ещё?!

Сюй Жэньдун инстинктивно выпрямился и огляделся, но не нашёл ничего необычного. Голос был низким и хриплым, как шелест жёлтого песка в пустыне, он был прерывистым и его можно было услышать лишь изредка.

Сюй Жэньдун нахмурился. Увидев настороженное выражение на его лице, Лянь Цяо сразу же неправильно понял. Он проглотил то, что хотел сказать.

У Сюй Жэньдуна не было времени думать о том, откуда взялись его маленькие эмоции. Он лишь с тревогой спросил:

– Ты слышал?

Лянь Цяо:

– …А?

Лянь Цяо не слышал? Может быть, этот голос говорил прямо в его голове?

При этом голос продолжал: «Ты испытаешь бесчисленные мучения, но это не…, это…, когда дойдёшь…, поймёшь…»

Испытать бесчисленные мучения?

…Конечно же, это сообщение для него.

По какой-то причине Сюй Жэньдун интуитивно полагал, что голос не был злым. Казалось, что он насильно сдерживал какую-то сильную эмоцию. Он был подавлен, отчаян, но полон надежды, и последней фразой, которую он произнёс, было: «… живи дальше».

Потом всё резко прекратилось.

Очевидно, голос хотел ему что-то сказать, но его заблокировало что-то вроде статики.

Сюй Жэньдун быстро внутренне разобрался: *** есть ***, ты хочешь ***. Ты испытаешь бесчисленные мучения, но это не ***, это ***. Когда ты дойдёшь до ***, ты поймёшь ***. *** живи дальше.

За исключением фразы «Ты испытаешь бесчисленные мучения», все остальные ключевые слова были намеренно стёрты.

Эта информация должна быть очень важной. Но Сюй Жэньдун пока не может делать никаких выводов. Он просто тайком записал эти слова в своей голове, намереваясь разгадать их после того, как покинет призрачный мир.

Когда он пришёл в себя, Лянь Цяо смотрел на него обиженно. Затем Сюй Жэньдун вспомнил, что Лянь Цяо только что что-то сказал и собирался спросить его об этом, но тут он услышал *динь*. Дверь лифта открылась.

Они одновременно выглянули за дверь и увидели мягкий и тёплый белый свет, больше ничего не было видно. Белый свет заставлял людей чувствовать себя крайне непринуждённо, как будто они вернулись в объятия своей матери и все опасности миновали.

Наконец-то всё закончилось…

Нет, это не совсем конец, а только временное затишье.

Сюй Жэньдун посмотрел на яркий свет, и его сердце было полно эмоций. Подумав, он достал из кармана мобильный телефон.

– Давай добавим друг друга в WeChat.

Лянь Цяо был ошеломлён, а затем открыл рот от удивления. Он был похож на хомяка, который от неожиданности уронил изо рта орех. Сюй Жэньдун не понимал, почему тот так резко отреагировал, поэтому объяснил:

– Этот вопрос ещё не закончен. Ты умён, способен и легко приспосабливаешься, однако я…

Жаль, даже если бы он думал только о своих реинкарнациях, его язык стал жёстким и онемевшим. Сюй Жэньдун к этому привык и должен был развеять мысль о признании правды.

Так что он мог только соврать:

– …Ты – очень хороший новичок, я восхищаюсь тобой. Надеюсь, что ты сможешь сотрудничать со мной в будущем.

Лянь Цяо непонимающе посмотрел на него, и в его глазах мелькнуло разочарование. Но он быстро достал свой мобильный телефон и добавил его в друзья в WeChat.

Сюй Жэньдун сказал:

– Я живу в городе А, а ты?

Лянь Цяо:

– Я в городе Б. Я найду тебя.

Сюй Жэньдун кивнул и отправил ему адрес своего дома. После того, как Лянь Цяо подтвердил позицию, он изогнул глаза и снова улыбнулся.

– Тогда, брат Жэньдун, я приду, чтобы найти тебя.

Сюй Жэньдун снова услышал это знакомое имя, и его сердце наполнилось тёплым потоком. Было также что-то ещё – невыразимое чувство, затаившееся в груди. Внезапно он почувствовал себя немного неловко и, избегая взгляда Лянь Цяо, повернул голову и сказал:

– Давай прогуляемся вместе.

Лянь Цяо сказал:

– Хорошо.

Сюй Жэньдун глубоко вздохнул, а затем вышел из лифта бок о бок с Лянь Цяо.

Тёплый белый свет мгновенно окружил их двоих, и свет был настолько ярким, что на мгновение у него закружилась голова. Когда головокружение прошло, Сюй Жэньдун открыл глаза и обнаружил, что свет померк. Лифт и Лянь Цяо исчезли. Он стоял вечером на улице.

Через дорогу две испуганные девушки. Позади них старик выгуливал собаку, и его поднятая левая нога уверенно приземлялась на землю. В супермаркете через дорогу продавец только что взял у покупателя деньги, и несколько монет выскользнули из его пальцев и упали на стеклянный прилавок.

…Он действительно вернулся. Вернулся к тому моменту, когда ушёл.

Но вскоре его поразило сильное чувство кризиса!

Нервы всего тела Сюй Жэньдуна почти мгновенно выпрямились. Он инстинктивно повернул голову и увидел несущийся к нему большой грузовик! Фары грузовика были настолько яркими, что он не мог держать глаза открытыми. Адреналин подскочил, сердцебиение резко участилось, и его сердце колотилось и болело. Он хотел увернуться, но его мускулы, казалось, налились цементом, и он не мог сдвинуться ни на сантиметр. Он был как испуганный цыплёнок, застывший на месте, не в силах сделать никаких движений.

Увидев, что грузовик вот-вот врежется в него, Сюй Жэньдун почувствовал холод в конечностях, а кровь в его теле теряла тепло.

Кажется, что время растянулось очень надолго. Он слышал крики девушек, трущиеся о землю тормозящие шины и лай собаки. Он поднял голову среди шумной суматохи и встретился взглядом с водителем грузовика.

В этот момент на их лицах одновременно отразился ужас.

«Это ты?!»

Водитель грузовика, словно очнувшись ото сна, энергично крутил руль. Сюй Жэньдун всё ещё был заморожен неизвестными силами и не мог даже пошевелиться. Он чувствовал только горячий ветер, дующий сбоку, сопровождаемый громким шумом.

*Бум!* Источник звука находился недалеко от него, и в то же время он понял, что может двигаться, поэтому тут же обернулся. Когда он ясно увидел сцену, его зрачки резко сузились, и от сильного шока ему стало холодно, а его волосы встали дыбом. Ужас превратился в сущность, воздействуя на его сердце, заставляя его сердце дрожать вместе с телом.

Большой грузовик потерял равновесие при резком повороте и врезался в магазин на обочине! Свет в магазине был выключен, и было темно. Из передней части разбитого грузовика шёл чёрный дым. Судьба водителя была неизвестна!

Снова всплыла сцена, в которой они с водителем смотрели друг на друга. Ноги Сюй Жэньдуна смягчились, и он упал прямо на землю. Окружающие доставали мобильные телефоны, фотографировали и набирали 120. Сюй Жэньдун подавил страх и заставил себя подняться с земли и, пошатываясь, побрести к грузовику.

– Не ходи туда! Опасно! – Добрый прохожий шагнул вперёд и потянул его, но Сюй Жэньдун оттолкнул его и упрямо побежал к машине. Он увидел, что передняя часть рухнула, а дверь деформировалась в искривлённую форму. Её невозможно было открыть, как бы он ни тянул. Кабина грузовика была слишком высокой, и Сюй Жэньдун стоял на земле, не в силах видеть, что находится внутри. В это время двигатель грузовика был полон дыма, нос залит бензином и даже шла слабая искра. Сюй Жэньдун проигнорировал опасность и забрался на переднюю часть машины руками и ногами.

Это то, что он должен подтвердить! Это очень важно!

– Он сейчас взорвётся! Убегай! – Добросердечный человек снова бросился вперёд и силой потянул его вниз. Но между искрами и огнём Сюй Жэньдун уже увидел то, что ему нужно было ясно видеть.

Синяя одежда, знакомое лицо. Окровавленный и без сознания.

Это был молодой человек, чьё тело в первую ночь растерзал кролик! Это человек, которого он хотел спасти, но не смог!

Сюй Жэньдун только почувствовал, что его мозг пуст, и его утащили в безопасное место. Затем перед ним внезапно появился огненный шар! Мощный взрыв вернул его в чувство. Только тогда он почувствовал, как жар разлился по его лицу. Грузовик поглотил бушующий огонь, а водитель грузовика определённо был мёртв.

Всё время, пока не прибыли 119, 120 и 110, и полиция не отвела его в сторону, чтобы допросить, Сюй Жэньдун не мог полностью прийти в себя. Он только чувствовал, что всё произошло слишком внезапно и слишком странно. Его мозг просто отказывался это воспринимать, не говоря уже о том, чтобы анализировать. Он вообще не мог ответить ни на один из вопросов полицейского.

Полиция подумала, что он в шоке, и ушла, получив его контактную информацию. Медицинский персонал перевязал рану Сюй Жэньдуна и сказал ему, что у него только синяк и нет сломанных костей. Однако нужно проверить, не пострадали ли внутренние органы от ударной волны взрыва. Сюй Жэньдун сидел в машине скорой помощи, слушая звук полицейских сирен и вдруг почувствовал, что всё это нереально.

Он действительно вернулся в реальность? Или это новый призрачный мир?

Сюй Жэньдун внезапно почувствовал сильную усталость. Действительно слишком устал, у него больше нет сил бороться. Так, под удивлёнными взглядами медперсонала он лёг на носилки, свернулся калачиком и беспомощно обнял себя, после чего уснул.

Спираль смерти [BL] Глава 26. Сны и реальность

Глава 26. Сны и реальность

Серебристо-серый металлический лифт отражает холодный свет.

Знакомая картина.

Сюй Жэньдун тупо уставился на сцену перед собой и на мгновение не мог вспомнить, сколько раз он трагически погибал.

Как он умер? Где все остальные?

Его мозг опустел. *Дин* – дверь лифта внезапно открылась. Снаружи вспыхнул свет. Свет был настолько ослепительным, что ему пришлось поднять руку, чтобы прикрыть глаза.

Он хотел идти к свету, но вдруг услышал резкий звук тормоза, как будто к нему на большой скорости приближалась какая-то большая машина.

Сюй Жэньдун вздрогнул и резко открыл глаза. В этот момент свет исчез, и грузовика не было видно. Однако то, что он увидел, оказалось куда страшнее самого страшного кошмара!

Трупы. По всей земле валялись трупы.

Труп, голова которого была разбита кувалдой, а мозг выбит на землю. Труп, покрытый снегом и замороженный до фиолетового цвета. Труп, шея которого была перерезана, и из неё всё ещё хлестала кровь. Обнажилась сломанная кость его левой ноги, а задняя часть шеи была укушена и полна дыр. Труп с острым ножом, воткнутым в сердце.

Были трупы, растерзанные, трупы, скрученные в куски, со сломанным по всей длине позвоночником, трупы, сожжённые огнём дотла и ещё дымящиеся…

У всех трупов одно лицо.

Все трупы были им!

Стоя посреди трупов, Сюй Жэньдун увидел выражение ужаса, отчаяния, печали и онемения на каждом из его мёртвых лиц. Ужас смерти снова сжал его сердце. Он начал чувствовать холод и неконтролируемую дрожь. Большая холодная рука сомкнулась на его коже, внутренних органах и кровеносных сосудах, отнимая у него немного оставшегося тепла тела и разрушая его последний рассудок по крупицам.

«Не надо… Это больно… Я не хочу умирать!»

Он беспомощно обнял себя и свернулся в клубок. Это, должно быть, кошмар, просто проснись, просто проснись…

Пока он утешал себя таким образом, в ушах его звенели разные голоса. Глухой звук разбитой головы, шорох падающего снега, жужжащий звук выплескивающейся крови и приглушённый звук удара лома по ноге… Все эти звуки смешались и ударили в барабанные перепонки как приливная волна. Его мозг тоже дрожал, и казалось, что десять тысяч цикад одновременно взмахнули крыльями, от чего у него раскалывалась голова.

«Нет… Не хочу…»

Тяжёлый молот ударял о его голову, а холодный ветер скользил по его щекам, как нож. Открытая трахея не позволяла голосовым связкам кричать, а острые зубы животных вгрызались ему в шею сзади.

Все виды предсмертных переживаний сошлись воедино и, наконец, пробудили в его сердце глубочайший ужас…

«Нет!»

Сюй Жэньдун внезапно сел на кровати, задыхаясь от шока. В темноте он не мог вспомнить, где находится, мог только слышать, как бешено бьётся собственное сердце, дыхание учащено и прерывисто. Он весь вспотел, и даже его мышцы заболели и онемели от слишком сильного напряжения.

Он ничего не видел и какое-то время сидел в оцепенении, только чтобы понять, что сидит в тёплой постели. У изголовья кровати горит маленький зелёный огонёк – зарядка его мобильного телефона.

Его дыхание постепенно успокоилось, и рассудок медленно вернулся. Сюй Жэньдун вспомнил, что он находится в собственном доме. Вернувшись из мира призраков и монстров, он почувствовал себя крайне уставшим.

…и не знал, сколько времени прошло.

Голова всё ещё пухла и болела. Сюй Жэньдун взялся за лоб и на некоторое время закрыл глаза, затем глубоко вздохнул и взял телефон.

Время, отображаемое на телефоне, было семь часов вечера в воскресенье, с момента аварии прошло два полных дня. Последние два дня он спал. Хотя его разум и тело были крайне истощены, его сон не был стабильным. Во снах всегда витали призраки, как будто он ещё не избежал опасности. Он даже видел трагедию своей смерти.

Он думал, что сможет вынести это, но на самом деле едва держался. Когда он был один, и ему приснился кошмар посреди ночи, страх смерти увлёк его в бездну бессмертия, позволив ясно увидеть собственную хрупкость и беспомощность.

…Если так будет продолжаться, он рано или поздно сойдёт с ума.

Но у него не так много времени, чтобы приспособиться. Завтра ему всё равно нужно идти на работу. Запланированную для него работу ещё нужно выполнить, иначе это повлияет на его коллег и проект. Он не может тянуть других вниз.

Компания, в которой он работает, является известной фирмой по финансовому анализу, там большая рабочая нагрузка, и часто требуется сверхурочная работа. Поэтому даже в выходные коллеги и руководители присылали ему множество сообщений, однако он слишком устал, чтобы обращать на них внимание. В это время Сюй Жэньдун просматривал сообщения одно за другим, и его тело постепенно просыпалось. Он почувствовал себя немного голодным, поэтому открыл программу для еды на вынос.

«По крайней мере, больше не нужно есть хлеб и молоко», – с удовлетворением подумал Сюй Жэньдун.

Пока просматривал меню, в верхней части экрана появилось сообщение.

Лянь Цяо: «Брат Жэньдун, ты уже дома?»

Как только увидел слова «Лянь Цяо», Сюй Жэньдун почувствовал, что на мгновение впал в транс. Он щёлкнул по диалоговому окну и обнаружил, что Лянь Цяо с перерывами отправлял ему несколько сообщений за последние два дня, но он не просмотрел ни одного.

Последнее сообщение гласило: «Могу я подождать тебя у твоей двери?»

Лянь Цяо ждал его у двери?

Это сообщение было отправлено два часа назад… Он всё еще стоит у двери?

Это было так давно, что тот не должен больше ждать там.

Не осмеливаясь ничего ожидать, Сюй Жэньдун немедленно встал и поспешно пошёл к двери. Сделав два шага, он вернулся и посмотрел в зеркало. Он даже не переоделся после того, как вернулся, и всё ещё был в той же рубашке и костюме, что и в тот день. После головокружительного сна в течение двух дней подряд рубашка уже давно помялась. Сюй Жэньдун хотел переодеться, но почувствовал необъяснимую тревогу в сердце. В конце концов, не стал медлить, а прямо открыл дверь.

– Ого, серный огонь! И серп! Всё кончено, кончено, у меня не осталось достаточно крови, чтобы измениться… А? Могу ли я изменить его? Как? Скажите мне в заграждении…

Перед Сюй Жэньдуном появился высокий и солнечный мальчик. Он сидел на лестнице в одиночестве, держа ноутбук и играя в игры. Он был в наушниках и смотрел в экран. Свет на его лице продолжал мигать, и он даже не заметил, как Сюй Жэньдун открыл дверь.

Он был обычным молодым человеком, пристрастившимся к игре в интернете.

Внешний вид Лянь Цяо, ориентированный на игры, сильно создавал впечатление реального мира, обычной и мирной жизни. Такая обнадёживающая картина контрастировала с ужасающим кошмаром, произошедшим мгновение назад. Сюй Жэньдун какое-то время не хотел окликать его. Он даже стал немного жадным, и ему захотелось какое-то время спокойно понаблюдать за ним.

Лянь Цяо играл в игру, сражаясь с монстрами. Стиль довольно милый и мультяшный, но содержание довольно плохое. Он управлял лысым мужчиной, который атаковал монстров, стреляя слезами. Все чудовища представляли собой ужасные вещи, такие как различные органы, куски мяса и другие неописуемые вещи. Игровая сцена тоже очень странная. Сначала это был обычный подвал, но потом он превратился в чёртову комнату. Кровь начала капать со стен, а пол был полон личинок. Саундтрек, поначалу живой и простой, постепенно стал мрачным и ужасным, прямо как спецэффекты из фильма ужасов.

Сюй Жэньдун задавался вопросом, как Лянь Цяо с его уровнем мужества смог выдержать это. Конечно, по мере того как картина становилась всё более и более кровавой, Лянь Цяо выглядел всё более и более обеспокоенным. Сначала ещё болтал со зрителями с улыбкой, но постепенно его слов становилось всё меньше и меньше, и в конце он испугался до слёз. Он убегал от монстров, плача.

– А-а-а-а, не гонись за мной! Не гони меня, у меня короткие ноги! Аааа! Я застрял в углу! Аааа!

Увидев, что маленький персонаж Лянь Цяо был загнан в угол кучей монстров, Сюй Жэньдун подумал, что его вот-вот убьют. Он не ожидал, что Лянь Цяо вдруг начнёт манипулировать маленьким персонажем, чтобы крутиться влево и вправо, избегая всех монстров захватывающим образом. При этом он непрерывно стрелял слезоточивыми пулями. Это казалось случайным, но в результате каждый выстрел попадал в монстра.

В мгновение ока все монстры были убиты, а Лянь Цяо даже не потерял ни капли крови. Сюй Жэньдун не мог не быть поражён.

После этого хода он временно оказался в безопасности. Лянь Цяо схватился за грудь, тяжело дышал и в шоке произнёс:

– Нет, я должен притормозить, я был напуган до смерти…

Он был напуган до смерти, но всё равно играл так хорошо. Если бы не потому, что речь Лянь Цяо всё ещё звучала так, будто он плакал, Сюй Жэньдун почти подозревал бы, что он притворяется. При этом на экране вспыхнуло множество огней:

[Ведущий, ты – Бог!]

[Ты восхитителен! Твоя способность к предварительному суждению потрясающа!]

[Оооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооооо! А-Цяо, обними-обними! Не бойся! Ты самый толстый!]

[Твой плач звучит так мило, я хочу поставить тебе Х!]

[Эй, сверху! Ты слишком груб! Рыцари Молочного Цяо объединяются! Обнажаем наши мечи!]

Сюй Жэньдун: «…» Что это за слова, почему он все меньше и меньше понимает.

Лянь Цяо открутил крышку бутылки воды и сделал несколько глотков. Он даже принёс ветчинную колбасу и, раскусив упаковку, жевал и болтал со своей аудиторией. Сюй Жэньдун посмотрел на его самодовольный вид. Казалось, что он уже отвёл коридор перед его квартирой под интернет-кафе. Не хватало только владельца магазина, чтобы приготовить ему тарелку лапши быстрого приготовления.

– Я действительно испугался, я не притворялся. – Лянь Цяо посмотрел на вопрос аудитории и обиженно сказал: – Должен ли я приложить микрофон к сердцу, чтобы вы могли услышать моё сердцебиение? – Затем он действительно снял наушники и прижал микрофон к сердцу.

Шквал внезапно взорвался.

[О, о, о, сердцебиение А-Цяо!]

[О нет, это ощущение, как бьётся моё сердце!]

[Этот пульс должен быть не менее 120, ведущий, успокойся. Не бойся…]

[А-Цяо, не бойся! Мы с тобой.]

[Разве ты не хочешь просто монет? Возьми их! Я использую своё семейное богатство, чтобы отдать его тебе, ах!]

Сюй Жэньдун: «…» Это просто сердцебиение. Вы, молодые люди, действительно слишком активные.

Сказав это, хотя Лянь Цяо играл в экшн-игру с элементами ужасов, как зритель, Сюй Жэньдун не чувствовал страха, а улыбался на протяжении всего процесса. С одной стороны, навыки Лянь Цяо превосходны, независимо от того, насколько срочной является ситуация, он может превратить отчаяние в успех, который заставляет людей чувствовать себя непринуждённо и совсем не нервничать. С другой стороны, испуганный вид Лянь Цяо был очень милым. Плача и умоляя монстров о пощаде, он всё же убил всех монстров ударом левой руки. Контраст был слишком большим, и это оказалось неожиданно немного… мило?

Как человек, который не интересуется видеоиграми, Сюй Жэньдун с удовольствием наблюдал, как Лянь Цяо более получаса играл в игры, что показало, что это действительно очень интересно.

И пока он смотрел, то чувство отчаяния, которое давило в его сердце последние два дня, незаметно исчезло. Он даже забыл о кошмарах.

В это время Лянь Цяо снова надел наушники и серьёзно наблюдал за чатом. Затем он ответил в эфир:

– Сегодня вечером я выйду из системы раньше… Ну, у меня есть дела. Я жду у двери дома моего друга. Ну… Он, кажется, «текущий заряд» и очень занят на работе, поэтому ещё не вернулся домой… Да, он так много работает…

Сердце Сюй Жэньдуна подпрыгнуло. А? Это про него?

«Текущий заряд»?

Сюй Жэньдун немедленно достал свой мобильный телефон и очень нетерпеливо посмотрел значение слова «текущий заряд».

[Текущий заряд (リア充) относится к людям, которые живут на полную катушку в реальном мире. Полное предложение звучит так: «Успешный человек, который живёт очень насыщенной и полноценной жизнью». Это не формальный японский, а онлайн-язык, используемый молодыми людьми, что означает «тот, чья реальная жизнь очень насыщена».]

Сюй Жэньдун немного подумал и поправил вслух:

– Я просто занят, а «не текущий заряд».

Лянь Цяо ахнул, а затем в шоке повернул голову. Наконец он обнаружил большого босса Жэньдуна, который сидел на табурете позади него и подглядывал за ним.

– Значит, ты дома! Жэнь… – он уже собирался сказать это, но вдруг кое о чём подумал и быстро изменил слова: – Э-э, подожди минутку, я сначала закрою микрофон.

Сюй Жэньдун кивнул. Он увидел, как Лянь Цяо снял наушники и начал стучать по клавиатуре, скорость его рук была ошеломляющей. В то же время на экране промелькнуло ещё 10.000 заграждений.

[Ух ты! Чей это голос! Звучит так хорошо!]

[Голос Бога-мужчины! Мои уши беременны!]

[Ааааааааааааааа, это друг ведущего!]

[Внезапно взволнованный.jpg]

Сюй Жэньдун не совсем понимает эти интернет-термины, но фраза «Мои уши беременны» его очень обеспокоила, поэтому он сразу же достал свой телефон и отправился на Baidu.

[Уши беременны: Описывает ситуацию, когда вы слышите определённый звук или музыку и чувствуете, что вас укололи в точке G вашего уха, что заставляет вас чувствовать, что вы вот-вот испытаете оргазм. Это комплимент, который используется для описания красивого звука, от которого ваши «уши беременеют».]

…Хотя эта метафора немного вульгарна, но образность очень яркая.

Он не думал, что его голос такой уж приятный, но это предложение было довольно интересным, поэтому выучил его.

Лянь Цяо выключил прямую трансляцию и повернул голову, чтобы увидеть, как Сюй Жэньдун часто кивает на запись «Уши беременны», выглядя вполне довольным собой. Лянь Цяо необъяснимо позабавился.

– Брат Жэньдун, что ты делаешь?

Сюй Жэньдун серьёзно сказал:

– Учусь.

«…Мозговые схемы босса всё ещё такие странные. Но он такой милый!»

Сюй Жэньдун повернулся боком и позволил Лянь Цяо войти в дом, а затем плавно закрыл дверь. Лянь Цяо посмотрел на квартиру Сюй Жэньдуна и понял, что тот живёт один. Он услышал, как Сюй Жэньдун закрыл дверь, и десять тысяч неописуемых сцен внезапно возникли в его голове.

Он поспешно подавил эти грязные мысли и кашлянул.

– Кстати, брат Жэньдун, я нашёл кое-что, связанное с этим лифтом…

Как только он услышал слова «лифт», ужасающий сон о трупах по всей земле снова возник перед глазами Сюй Жэнь Дуна. Он бессознательно нахмурился и вздохнул.

– Садись и поговорим.

________________________

Автору есть что сказать:

Примечание: Серный огонь и серп – мощный реквизит в «Привязке Исаака». В комнате дьявола вы можете использовать верхний предел шкалы здоровья и торговать с дьяволом для обмена на определённые предметы. Если полоска здоровья недостаточно высока для обмена, персонаж погибнет на месте. Тем не менее, некоторые элементы будут увеличивать верхний предел полосы здоровья после запуска, поэтому могут быть достигнуты разные результаты в зависимости от различной последовательности транзакций. Описанная игровая сцена тоже из «Привязки Исаака».

Спираль смерти [BL] Глава 27. Дежавю

Глава 27. Дежавю

Лянь Цяо открыл свой ноутбук и нашёл статью в социальной сети.

– Два дня назад большой грузовик въехал в магазин на обочине дороги, чтобы объехать пешехода, и разбился. Водитель погиб. Ты знал?

Сюй Жэньдун кивнул.

– Я знаю. Я был этим пешеходом.

Лянь Цяо не удивился, а вместо этого вздохнул и сказал:

– Конечно же, господин Сюй в новостях был тобой. Тот водитель грузовика оказался одним из наших товарищей по команде, ты тоже должен был его узнать.

Сюй Жэньдун:

– Я думал, что люди, погибшие там, полностью мертвы. Не ожидал, что они снова умрут, когда вернутся в реальность.

Лянь Цяо вздохнул.

– Да. Ты помнишь другого человека, который умер вместе с ним? Я нашёл и его. Он оказался другом моего друга. Он напился до смерти в пятницу вечером.

Сюй Жэньдун молчал. Лянь Цяо повернул голову и задумчиво посмотрел на него.

– Неудивительно, что они оба погибли, но человек, в которого чуть не врезался водитель большого грузовика, действительно был тобой. Слишком много совпадений… Можешь рассказать мне, что произошло в тот день?

Сюй Жэньдун рассказал, что произошло тем вечером. Услышав это, Лянь Цяо принял задумчивое выражение.

– На самом деле, за последние несколько дней я нашёл некоторых других людей из нашей команды, – рассказал Лянь Цяо. – Я спросил их, и все они столкнулись с ситуацией, похожей на нашу: увидели лифт после того, как столкнулись с ситуацией жизни и смерти. Кто-то говорил, что убегал от гангстеров, когда увидел лифт и вбежал внутрь, даже не подумав, а кто-то упал в воду и чуть не утонул. Что касается меня, то я бегал вечером и случайно скатился в канаву. В то время я ничего не чувствовал, но только выйдя из лифта, обнаружил, что рядом с местом падения, всего в нескольких сантиметрах от моей шеи, лежал сломанный стальной стержень. И, брат Жэньдун, ты попал в автомобильную аварию. Так совпало, что человек, который чуть не сбил тебя, тоже вместе с тобой попал в мир призраков и монстров.

Сюй Жэньдун глубоко задумался.

– Итак… Лифт – это испытание для умирающего? Если ты сможешь пройти испытание, значит, сможешь обмануть смерть?

– Ты можешь интерпретировать это так. Но есть ещё кое-что, о чём я подумал. Это не обязательно правильно и является лишь моим предположением.

– Говори.

– Брат Жэньдун, помнишь, после того как ты нашёл лифт и кнопку, лифт не работал? После того, как водитель грузовика погиб, лифт внезапно заработал.

Лицо Сюй Жэньдуна помрачнело.

– Ты имеешь в виду, что выход откроется только после того, как кто-то умрёт?

Лянь Цяо немного подумал, затем покачал головой.

– Я думаю, что всё может быть не так просто. Водитель грузовика разбился, чтобы избежать тебя. Если бы он не повернул руль, то погиб бы не он, а ты. Так что я думаю… – Он замялся и вздохнул. – Я думаю, потому что в реальном мире между тобой и ним есть конфликт, один из вас должен умереть. И ты оказался в том же призрачном мире. Это означало, что мир не может позволить вам обоим жить, потому что это будет противоречить событиям реального мира. Следовательно, лифтом нельзя было пользоваться, пока он не умер.

Анализ Лянь Цяо выглядел очень разумным, но после того, как Сюй Жэньдун услышал его, его брови сдвинулись ещё сильнее. Аргумент о конфликте выживания разумен, но проблема в том, что он может бесконечно воскрешаться после смерти, а водитель грузовика, очевидно, нет.

Другими словами, в игре не на жизнь, а на смерть между ним и водителем грузовика только он мог оказаться победителем. Разве это не несправедливо, если он – предполагаемый победитель, очень позорно победит таким закулисным методом. И призом за победу станет драгоценный шанс на выживание. Это заставило Сюй Жэньдуна чувствовать себя ещё более смущённым. Он чувствовал себя мошенником, который подлым образом лишил жизни другого человека, даже не осознавая этого.

Сюй Жэньдун больше не хотел думать и сказал:

– Кстати, когда я вышел из лифта, разве я не спрашивал, не слышишь ли ты какой-нибудь шум? Ведь в то время… – Он повторил расплывчатые слова, которые услышал.

В стороне Лянь Цяо тут же достал свой телефон и записал: «*** есть ***, ты хочешь ***. Ты испытаешь бесчисленные мучения, но это не ***, это ***. Когда ты дойдёшь до ***, то поймёшь ***. *** живи дальше».

Лянь Цяо снова и снова изучал этот отрывок, затем покачал головой и сказал:

– Нет, слишком много ключевой информации отсутствует, и я не знаю, о чём это говорит… Ну, тебе не кажется, что это что-то вроде специальной фразы? Все фрагменты ключевых слов закодированы. Предполагается, что при прохождении следующих инстансов будет разблокировано больше ключевых слов.

Сюй Жэньдун спросил:

– Есть ли ещё кто-нибудь в подобной ситуации?

Лянь Цяо:

– Никто из людей, с которыми я разговаривал, не упоминал ничего такого. Конечно, также возможно, что они намеренно скрыли это от меня. Кстати, брат Жэньдун, разве ты не был в лифте шесть раз? Ты впервые это слышишь? Ах, да, ещё я поинтересовался ключом, который дал нам кролик. Вещи в инстансе не могут быть извлечены, если они не являются скрытыми предметами. Скрытые предметы встречаются очень редко. Людям сложно просто выжить, не говоря уже о том, чтобы найти предметы. Но если ты сможешь найти их, это будет большим подспорьем для последующих инстансов. Брат Жэньдун, у тебя раньше были какие-нибудь скрытые предметы?

Сюй Жэньдун был ошеломлён и глубоко осознал, что означают слова «Если вы солжёте один раз, вам понадобиться солгать бесчисленное количество раз, чтобы скрыть это».

Хотя он шесть раз побывал в мире призраков и монстров, все это произошло в одном и том же инстансе. Он действительно не усвоил никакой полезной информации, не говоря уже о скрытых предметах.

В этот момент Сюй Жэньдун внезапно понял, что все матрёшки на самом деле найдены Лянь Цяо. Условия для умерщвления кролика также предложены этим человеком. Даже сейчас Лянь Цяо пытается понемногу выяснить механизм мира призраков с помощью различных подсказок.

Не говоря уже об интеллекте, даже его физическая сила намного хуже, чем у Лянь Цяо. Юноша бегал быстрее кролика и сражался яростнее Брата Кувалды. Кроме робости, недостатков у него не находилось.

Лянь Цяо назвал его большим боссом, но на самом деле большим боссом был он сам.

Сюй Жэньдун замолчал. Лянь Цяо неправильно понял и быстро извинился:

– Старший брат, я был неправ. У каждого должно быть своё скрытое оружие. Я не должен так легко спрашивать об этом. Извини, большой босс.

Сюй Жэньдун: «……» Хотя он знал, что это непреднамеренно, фраза «большой босс» от Лянь Цяо прозвучала как насмешка.

К счастью, в это время прибыл заказ еды на вынос Сюй Жэньдуна. Он быстро попросил Лянь Цяо поесть вместе.

Лянь Цяо очень удивился.

– А? Брат Жэньдун, я думал, ты из тех, кто готовит себе еду.

Сюй Жэньдун:

– Я занят работой, и у меня нет на это времени. К тому же, я не знаю, как готовить.

Сюй Жэньдун протянул ему одноразовые палочки. Лянь Цяо взял палочки для еды, опустил голову и не показывал, о чём думает.

Сюй Жэньдун спросил:

– Что не так, разве это не соответствует твоему вкусу?

Лянь Цяо поспешно сказал:

– Это не… Ну, есть кое-что, что я действительно хотел сказать всё это время, но чувствую себя немного смущённым.

– Всё в порядке. Что ты хочешь сказать?

– Эм… Ну, на самом деле я не пытаюсь вторгнуться в твою личную жизнь. Или пытаться вести себя фамильярно. Но когда я впервые встретил тебя, у меня действительно было очень знакомое чувство. Мы раньше встречались?

Сюй Жэньдун был поражён, и в его сердце внезапно вспыхнул импульс. Он хотел рассказать Лянь Цяо, как они несколько раз перерождались и умирали вместе. Но как только эта мысль зародилась в сердце, губы мужчины начали покалывать, а язык затвердел, как будто его зацементировали.

Разумеется, это так оставалось и после возвращения в реальный мир.

Он не мог сказать ни слова, поэтому только молча качал головой.

Лянь Цяо задумчиво сказал:

– Ну, тогда это может быть «дежавю».

Сюй Жэньдун не расслышал отчётливо.

– Что?

– Дежавю – это… ну, это форма визуального восприятия. Например, когда ты идёшь в место, в котором никогда не был, но чувствуешь себя знакомым, как будто бывал там раньше или, возможно, видел во сне. Некоторые люди говорят, что это воспоминание из прошлой жизни, а другие говорят, что это просто иллюзия мозга. Во всяком случае, конкретный физиологический механизм ещё не выяснен.

Сюй Жэньдун почувствовал ещё большую горечь в своём сердце, когда услышал, как он сказал это. Он поджал губы и тихо сказал:

– Возможно.

– Но это всё равно очень странно.

– Что странного?

– Мне кажется, я многое о тебе знаю. Например, я думаю… – Он сделал паузу, а затем, казалось, немного смутился, чтобы сказать это.

– Всё в порядке, просто продолжай.

Лянь Цяо опустил голову и стал возиться с рисом. Он прошептал:

– Я думаю, ты очень семейный человек, который готовил бы в фартуке. Но ты только что сказал, что не готовишь.

– Возможно, в тот день, когда я застелил для тебя постель, у тебя сложилось такое впечатление. Я действительно не умею готовить.

Лянь Цяо покачал головой.

– Дело не только в этом.

– А?

– Ты всё ещё помнишь, что на второй день в призрачном мире ты не завтракал? Я принёс тебе молока и хлеба и рассердил тебя.

Сюй Жэньдун внезапно рефлекторно сморщился, когда услышал слова «хлеб и молоко». Лянь Цяо поспешно извинился:

– Извини, я не хотел тебя раздражать. Я действительно не знал, что ты не ешь эти вещи. Но всегда чувствовал… Ну, у тебя проблемы с желудком? Например, потому что ты часто не ешь вовремя, поэтому у тебя легко болит живот? И ты не можешь есть что-нибудь слишком холодное?

Сюй Жэньдун действительно был удивлён. Он также вспомнил, что во время одной из реинкарнаций Лянь Цяо однажды сказал, что знает, что его желудок не в порядке, и что он не может пить холодное молоко, и даже намеренно использовал температуру своего тела, чтобы подогреть молоко.

В то время он думал, что Лянь Цяо принял его за кого-то другого. Но в последней реинкарнации Лянь Цяо почти всё время следовал за ним и больше ни с кем не контактировал. Он также был очень уверен, что никогда не говорил о своем физическом состоянии Лянь Цяо.

Откуда Лянь Цяо узнал?

Сюй Жэньдун на мгновение задумался.

– Что ещё ты знаешь обо мне?

Лянь Цяо вздохнул.

– Должно быть, со мной что-то не так. Мы только что встретились, но иногда я думаю о чём-то, когда смотрю на тебя… Но также возможно, что это просто мой собственный мозг что-то выдумывает. Ведь иногда я ошибаюсь. Например, как ты не умеешь готовить, но мне кажется, что я видел тебя в фартуке.

Сюй Жэньдун бессознательно нахмурился. Он совершенно уверен, что никогда не носил фартук с рождения до сих пор, не говоря уже о том, чтобы носить его перед другим человеком.

Лянь Цяо неправильно понял, что он имел в виду, нахмурившись, и быстро поднял руки, чтобы показать свою невиновность.

– Брат Жэньдун, не пойми меня неправильно, я не «стока [1]».

– «Стока»?

– Мм, знаешь, это когда некоторые люди… следуют за тобой, преследуют, тихо наблюдают за каждым движением. Такие… чудаки.

– …У вас, молодых людей, такие странные увлечения.

Лянь Цяо огорчился.

– Я действительно не преследовал тебя! Я действительно… не знаю, почему. Во всяком случае, я просто думаю… что ты такой знакомый.

Фраза «Ты такой знакомый» была похожа на кошачью лапу, нежно царапающую сердце Сюй Жэньдуна. Мужчина почувствовал лишь слабую грусть и горе в груди, из-за чего ему захотелось поговорить и признаться во всех своих мыслях Лянь Цяо. Но он не мог.

Он мог только подавить свои эмоции и чрезвычайно сдержанно сказал:

– Я тоже думаю, что ты знаком. Может быть, мы где-то и видели друг друга, но забыли об этом.

На самом деле это было то, что Лянь Цяо сказал ему в одной реинкарнации. Но теперь юноша забыл об этом.

Лянь Цяо мог услышать слова, о которых думал. Он только округлил глаза и улыбнулся.

– Тогда мы должны быть благодарны за этот случай, иначе мы могли бы никогда больше не встретиться.

Сюй Жэньдун улыбнулся и ничего не сказал.

После ужина ещё было рано. Лянь Цяо попросил ненадолго одолжить домашний Wi-Fi и электрическую розетку, так как ещё не исчерпал свою квоту времени прямого эфира сегодня. Сюй Жэньдун налил ему стакан воды и с любопытством сел рядом с ним на диван.

– У тебя тоже есть временные квоты?

– Да, ведущие потокового вещания, подписавшие контракт, должны обеспечить прямые трансляции более двух часов в день. Я обычно веду прямой эфир с восьми до десяти вечера. Ах… Но ты же смотрел мою прямую трансляцию, так что должен это знать.

Сюй Жэньдун был ошеломлён, а затем вспомнил, что раньше небрежно солгал, сказав, что фанат Лянь Цяо. Внезапно у него появилась угрызения совести, поэтому он отвёл глаза и сказал:

– Ну, раз ты занят, я не буду тебя беспокоить.

Он молча ушёл в другое место, чтобы облегчить смущение, и небрежно поискал книгу для чтения.

Лянь Цяо увидел, что тот читает, поэтому намеренно понизил голос. Как вор, он шепнул своей аудитории, чтобы объяснить:

– Я вернулся. Но рядом со мной кто-то есть, так что я не могу говорить слишком громко. Ребята, вы меня слышите?

Его аудитория сказала, что может. Некоторые зрители в толпе, не слишком знакомые с ним, спрашивали:

[Твои родители? Ведущий, ты закончил свою домашнюю работу на лето?]

Лянь Цяо проигнорировал это. Его голос был мягким и милым, и часто о нем ошибочно думают, что он моложе, чем на самом деле. Однако его старые поклонники знали и помогли бы ему объясниться.

Неожиданно, как только Лянь Цяо нажал на игру, по экрану внезапно начал проноситься шквал.

[Ведущий обернись! Твои родители принесли тебе фрукты!]

[Ведущий обернись! Твои родители пришли проверить твою домашнюю работу!]

[Ведущий обернись! Твои родители собираются конфисковать твой компьютер!]

Лянь Цяо подумал: «Мой родитель усердно учится сам!» Он думал об этом и чувствовал, что это довольно забавно. Юноша не мог не повернуть голову назад, чтобы взглянуть на Сюй Жэньдуна. Посмотрев, он не мог не остаться ошеломлённым. Молодой человек увидел Сюй Жэньдуна, сидящего сбоку от круглого и маленького журнального столика. Напольная лампа излучала тёплый жёлтый свет над его головой, всё глубже и глубже оттеняя очаровательные черты лица.

Прямо сейчас Сюй Жэньдун был похож на красивого священника, сидящего среди кустов роз и держащего в руке Библию. Когда он опускал голову, чтобы читать, выражение его лица было очень сосредоточенным, как будто мир за пределами книги не имел к нему никакого отношения. Его густые ресницы были чёрными как вороново крыло, он медленно моргал – и каждый взмах, казалось, слегка касался мягкой части сердца Лянь Цяо, заставляя то зудеть.

Он не знал, как долго смотрел, пока Сюй Жэньдун кое-что не заметил и не поднял голову в замешательстве. Тогда Лянь Цяо резко отвёл глаза, его сердце колотилось от страха, что мужчина обнаружит, как он смотрит на него.

Сюй Жэньдун, вероятно, подумал, что он слишком много думает, поэтому сменил свою позу и продолжил чтение, опустив голову.

Лянь Цяо не смел пошевелиться и какое-то время сидел неподвижно, чтобы убедиться, что Сюй Жэньдун не подозревает его. Только после этого он снова обратил внимание на прямую трансляцию. Так как он давно не управлял игрой, зал прямого эфира за это время взорвался, и зрители лихорадочно смахивали на экран:

[Всё кончено, кончено, ведущего забрали родители. Всё кончено, кончено, компьютер ведущего конфискован.]

Лянь Цяо тупо уставился на шквал, который вот-вот заполнит экран, и в его сердце всплыла строка громких слов.

Всё кончено, кончено, ведущий действительно стал одержимым идиотом.

_______________________

Автору есть что сказать:

Примечание: «Стока» – первоначально английский stalker, относящийся к сталкеру и последователю. Японский язык напрямую транслитерирует импортированные слова. Если вы понимаете произношение японского английского, оно становится «су то ка», и семантика также распространяется на сталкеров и идиотов. Сетевые термины иногда прямо сокращаются как stk. Несмотря на то, что Лянь Цяо знает обо всём понемногу, в основном, он – ведущий в японском стиле. Объясняя stk, «оюки», которую он бессознательно упомянул, на самом деле является японской H-GAME с 18 банами…

Не спрашивайте меня, откуда я это знаю. Я умею искать информацию /собачья голова.jpg

Спираль смерти [BL] Глава 28. Сжечь

Глава 28. Сжечь

На следующий день Лянь Цяо снял квартиру напротив Сюй Жэньдуна.

Квартира напротив давно пустовала. Хозяин очень хотел найти нового арендатора, а Лянь Цяо очень хотел переехать. Так что они нашли общий язык и быстро подписали договор аренды. Когда Сюй Жэньдун пришёл домой с работы вечером, Лянь Цяо закончил уборку и начал заносить вещи.

Лянь Цяо, конечно же, беспокоился из-за призрачного мира. Согласно его расследованию, этот лифт время от времени будет появляться, насильно отправляя людей в мир призраков. Предположительно, пройдя определённое количество инстансов, вы сможете полностью избавиться от лифта, и ваша жизнь в будущем будет гладкой. Но количество раз было неизвестно, потому что до сих пор он не смог найти никого, кто утверждал бы, что прошёл все инстансы.

Являются ли инстансы слишком сложными и, следовательно, никто не смог успешно пройти их все, или была какая-то особая причина, по которой человек, который их прошёл, не хотел, чтобы его имя было известно, и предпочёл остаться анонимным?

Он не знал.

Мир призраков и монстров в будущем будет становиться только сложнее и сложнее, а те, кто сможет выжить, будут редкостью. Поэтому они решили вместе войти в мир призраков и монстров, чтобы положиться друг на друга.

На первый взгляд они говорили о сотрудничестве, но на самом деле оба думали об одном и том же – «обнять бедро».

Лянь Цяо думал, что Сюй Жэньдун был боссом, а Сюй Жэньдун знал, что сам Лянь Цяо был настоящим боссом. Честно говоря, Сюй Жэньдун не был человеком, который любил притворяться, но из-за ограничения не мог сказать правду, поэтому мог только сдерживаться.

Вынужденно стать фальшивым боссом на самом деле было довольно неудобно.

Через несколько спокойных дней Сюй Жэньдун вернулся к своему обычному рабочему распорядку. Каждый день с пяти утра до девяти вечера он был очень занят. Хотя его тело устало, дух постепенно расслабился, ведь в компании не было призраков и товарищей по команде, которые убили бы его, если бы были не согласны. Всё контрастировало с призрачным миром, и он глубоко чувствовал превосходство цивилизованного общества.

Тем вечером Сюй Жэньдун вернулся домой в половине девятого. После ужина ему нечего было делать, и он вдруг что-то вспомнил. В этот момент Лянь Цяо должен вести прямую трансляцию. Поэтому он нашёл платформу прямых трансляций, зарегистрировал учётную запись и нажал на комнату прямой трансляции Лянь Цяо.

Лянь Цяо всё ещё играл в эту страшную игру. Кажется, он приспособился к такому стилю графики, перестал бояться монстров и вместо этого болтал со зрителями, смеялся и шутил.

Сюй Жэньдун некоторое время наблюдал и постепенно понял. В процессе исследования карты игрок может подбирать разнообразный реквизит и продолжать становиться сильнее. Постепенно он перейдёт от преследования монстрами к погоне за монстрами. Сюй Жэньдун наблюдал, как юноша играл в несколько игр, и обнаружил, что каждый раз, когда тот проходил уровень или умирал, игра создавала совершенно новую карту. Монстры, местность и реквизит, встречающиеся на дороге, были не такими, как раньше.

В этой игре было много видов реквизита. Сюй Жэньдун смотрел, как юноша играл, в течение получаса – и те же предметы снова почти не встречались. Поэтому каждое повторное открытие – это совершенно новый игровой опыт. Неудивительно, что он пристрастился к этому.

Сюй Жэньдун думал, что эта игра действительно интересна, но, к сожалению, у него не было ни сил, ни времени для игры. Кроме того, смотреть, как тот играет в игры, намного веселее, чем играть в них самому. В конце концов, у Лянь Цяо были хорошие навыки, и независимо от того, насколько плох реквизит или насколько силён монстр, юноша всегда мог вернуться. И если ему повезёт, и он наткнётся на хороший предмет, то этот игрок одним шагом вознесётся на небеса и станет существом, которое сильнее босса. Смотреть, как он издевается над всеми монстрами, было очень волнительно.

Увидев, что уже почти десять, и Лянь Цяо вот-вот закончит свою трансляцию, Сюй Жэньдун пошёл принять ванну. Когда он закончил, то обнаружил, что Лянь Цяо вышел из игры, но повернул камеру и с улыбкой болтал со зрителями. Шквал был полон комментариев вроде: [Молочный Цяо наконец-то снова показал своё лицо, я глубоко благодарен], [Я хочу обладать Молочным Цяо с этой секунды!], [Ведущий такой милый, я хочу поставить ему Х!]. Были и такие комментарии, как [Мой экран грязный, мне нужно лизать-лизать] и другие подобные ужасные комментарии.

Кто эти люди, которые смотрят прямую трансляцию?

Сюй Жэньдун чувствовал себя необъяснимо несчастным. Он отключил наушники и уже собирался выключить компьютер, но вдруг услышал в комнате прямого эфира, что Лянь Цяо говорит мягким и нежным тоном:

– …Он очень уважает других и, разговаривая с кем-либо, смотрит на них очень серьёзно. Это заставляет людей чувствовать, что он внимательно вас слушает.

А, он больше не говорит об играх?

Сюй Жэньдун немного удивился и вернулся к экрану. Он увидел, как Лянь Цяо говорил в комнате прямой трансляции с ностальгическим взглядом. На его губах играла лёгкая улыбка, которая делала выражение его лица особенно нежным.

– …Его глаза тоже очень красивые, чёрно-белые и очень яркие. Как бы это сказать… Я уже видел предложение, в котором говорилось: «В белой ртути хранятся две таблетки чёрной ртути». Похоже на такое чувство.

Экран был заполнен комментариями: [Что, чёрт возьми, ртуть?] и куча [ха-ха-ха] Внезапно в комментариях появилась линия характерной строки:

[«Эта пара глаз подобна осенней воде, холодным звёздам или жемчугу. Внутри как в луже белой ртути две таблетки чёрной ртути». – Путешествия Лао Цаня].

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Выходит, у слов Лянь Цяо есть источник? Он был потрясён тем, что Лянь Цяо действительно читал «Путешествия Лао Цаня». Он действительно увидел другую сторону этой интернет-зависимого юноши.

Когда Лянь Цяо тоже увидел этот отрывок, он радостно сказал:

– Да, это так. – Он посмотрел на чат и снова серьёзно прочитал: – Эта пара глаз подобна осенней воде, холодным звёздам или жемчугу. Внутри как в луже белой ртути две таблетки чёрной ртути, – тон его чтения отрывка звучал как поэтическая декламация, каждая пауза в самый раз и каждый слог имеет долгое послевкусие. Чувства естественно раскрываются в каждом слове, но они не преувеличены. Мягкий голос, казалось, нежно массировал уши, от чего люди чувствовали себя очень приятно.

Когда Лянь Цяо читал вслух, количество комментариев явно уменьшалось. Всё время, пока он не перестал говорить, Сюй Жэньдун был очарован. Даже после он всё ещё оставался погружен в лёгкое чувство опьянения. Он услышал, как Лянь Цяо мягко сказал:

– Когда я читал этот абзац раньше, то не мог его понять. Почему автору пришло в голову использовать ртуть в качестве метафоры для глаз? Это странно, даже немного страшно. Ведь ртуть ядовита… Но после того, как я увидел его, то понял, что человеческие глаза могут быть такими красивыми, действительно похожими на ртуть, и такими сияющими… Интересно, видели ли вы когда-нибудь, как течёт ртуть? Это блестящее серебро, жидкий металл, светящийся, пока течёт… Это так красиво.

Зрители были ошеломлены этим описанием и начали лихорадочно бомбардировать экран, умоляя Лянь Цяо выложить фото этого сказочного человека.

Лянь Цяо гордо и твёрдо ответил:

– Не буду!

Поток был полон воплей.

Сюй Жэньдун наблюдал, как Лянь Цяо общается с аудиторией, и не мог не чувствовать удивления.

В этот момент кто-то из заграждения спросил: [О ком говорит ведущий?], [Это знаменитость?], [Ищу картинки, чтобы увидеть правду!].

Через несколько секунд мимо проплыло большое количество заграждений:

[Новичок впереди, ты даже не знаешь о Богине Молочного Цяо?]

[Это девушка, в которую тайно влюблён Молочный Цяо!]

[Чёрт, А-Цяо влюбился? Почему я не знаю! В течение трёх минут мне нужна вся информация об этой счастливице!]

[Я действительно хочу знать, на что похожа эта богиня, ахххххххххх!]

[Умоляю вас, ребята, появиться в кадре вместе! Приглашаем на совместный стрим! Поторопись и дай нам увидеть твою богиню!]

Тайная любовь? Богиня?

Сюй Жэньдун не мог сдержать любопытства. Его взгляд искал сквозь плотный заградительный огонь, и через некоторое время, наконец, нашёл ответ.

[Это Хуахуа. Богиня Молочного Цяо, Хуахуа ~] (Хуа – цветок. Жэньдун – это альтернативное название цветка жимолости.)

Хуахуа? Звучит как собачье имя…

Нет-нет, это богиня Лянь Цяо. Будь серьёзен!

Лянь Цяо внезапно произнёс «Ах», прежде чем вернуться к мягкому голосу, похожему на сладкую вату:

– Вы, ребята, заставляете меня голодать! Хм, я не буду бегать сегодня вечером! Я собираюсь съесть шашлык!

Только тогда Жэньдун понял, что шквал был плотно упакован и наполнен множеством «горящих» слов. Также на экране появляются какие-то странные фразы, такие как [Где моя юбка из тигровой шкуры?], [Настоящая любовь не горит[, [Хочу с тмином, спасибо].

Эти предложения вскоре были покрыты слоями [Гори!!!] и экран был полон красного пламени. Сюй Жэньдун был почти ослеплён этим. Тогда Лянь Цяо засмеялся и сказал:

– Хорошо-хорошо, посыпьте ведущего тмином, поставьте и поджарьте. Вы всё равно не сможете его есть.

В голове Сюй Жэньдуна витал образ группы дикарей в юбках из тигровой шкуры, танцующих вокруг костра, но то, что горит, это не барбекю, а Лянь Цяо, и над его головой слово «Хуахуа»…

Спичечный человек.

Сюй Жэньдун не мог представить, какой будет девушка, которая нравится Лянь Цяо, поэтому мог только сделать фигурку из спичек.

После того, как эта волна «горящих» слов прошла, все начали писать [Пригласи Хуахуа поесть!].

Лянь Цяо закатил глаза и рассмеялся:

– Уже так поздно, он, возможно, уже спит.

Залп тут же изменил направление. Сюй Жэньдун моргнул, и вдруг сотни комментариев вроде: [Если ты не пригласишь её на свидание, ты трус!] и даже несколько [Гав-гав-гав-гав!] и [Собачья еда такая вкусная] атаковали его глаза.

Сюй Жэньдун был слишком ослеплён и закрыл свой ноутбук. Через некоторое время его телефон завибрировал. Он посмотрел вниз и увидел, что это сообщение от Лянь Цяо.

[Брат Жэньдун, ты спишь? Хочешь вместе поесть мясо?]

Сюй Жэньдун был сбит с толку. Ты не собираешься пригласить Хуахуа на свидание? Ты ошибся человеком?

Он спокойно подумал об этом и быстро придумал ответ: «О, должно быть, Хуахуа спит. Ведь девушкам для красоты нужен сон».

Сюй Жэньдун ощупал живот. У него не было привычки поздно ужинать, но слово «Сжечь» на экране ноутбука только что дало ему ментальный толчок, и он почувствовал себя немного голодным.

Просто сходи поешь. Ведь они стали соседями и неплохо поужинать, чтобы улучшить отношения друг с другом.

Когда вышел из квартиры, Лянь Цяо тоже открыл свою дверь. Как только увидел его, Лянь Цяо улыбнулся. Он радостно сказал:

– Брат Жэньдун.

Он был как зефир, сладко тающий в сердцах людей. Глядя на него, невозможно было не улыбнуться.

Сюй Жэньдун кивнул ему и сказал:

– Добрый вечер.

Лянь Цяо улыбнулся и поприветствовал его:

– Давай…

Однако улыбка в его глазах мгновенно исчезла. Так как…

Лестница исчезла.

То, что должно было быть лестницей, превратилось в два лифта, стоящих рядом. Серебристо-серый металлический корпус отражал ледяной свет. Холод понемногу поднимался сзади, жестокий и беспощадный, нарушая видение прекрасной повседневной жизни.

_____________________

Автору есть что сказать:

Лянь Цяо: Эй~ уровень одобрения вырос на 5! Как так получилось~~~

Жэньдун: Потому что у тебя есть культурная составляющая.

Лянь Цяо: Тогда почему снова -5, вууууууу…

Жэньдун: Потому что ты поздно ужинаешь, и у тебя плохие привычки.

Лянь Цяо: ? ? ? ? ? ?

Спираль смерти [BL] Глава 29. Пищевод (1)

Глава 29. Пищевод (1)

Из-за ограниченного пространства в коридоре два лифта были тесно связаны друг с другом, что выглядело довольно странно. В молчаливом понимании они вдвоём больше не упоминали о шашлыке, а вместо этого сосредоточили все свои мысли на лифтах.

Оба лифта были абсолютно одинаковыми, и внешне не отличались друг от друга. Сюй Жэньдун вдруг кое о чём подумал. Он повернул голову, подошёл к Лянь Цяо и протянул к нему руку. Он коснулся плеча юноши, и ничто не помешало. Это означало, что воздушная стена, ограничивавшая его движение по дороге в первый раз, на этот раз не появилась.

Сюй Жэньдун внезапно дотронулся до Лянь Цяо, и тот на мгновение опешил. Но он быстро понял намерение товарища, поэтому также потянулся, чтобы исследовать вокруг. Неожиданно, как только протянул руку, то услышал глухой удар, как будто стукнулся обо что-то.

Лянь Цяо тут же сказал:

– Здесь стена.

Сюй Жэньдун попытался вернуться к двери своей квартиры.

– Здесь тоже.

Казалось, что два лифта просто застряли между квартирами, образуя замкнутое пространство, в котором они оказались заперты. К счастью, их два пространства были слиты воедино, а не независимы. В противном случае они, вероятно, не смогли бы увидеть друг друга.

Они смотрели на два одинаковых лифта перед ними и не могли не погрузиться в размышления.

Лянь Цяо спросил:

– Эти два лифта ведут в одно и то же место?

– Не знаю. С такой ситуацией я ещё не сталкивался.

Лянь Цяо немного удивился:

– Ты никогда раньше не объединялся с другими?

– Так и есть.

Глаза Лянь Цяо внезапно изогнулись, и юноша улыбнулся. Он ничего не сказал, просто подошёл к двум лифтам и нажал две кнопки.

Обе двери открылись. Как и прежде, внутри было пусто. Лишь металлическая поверхность отражала холодный свет. Два человека стояли возле лифтов и некоторое время смотрели, но ничего нового не увидели.

Лянь Цяо предложил:

– Мы можем только попробовать и посмотреть.

Сюй Жэньдун кивнул.

– Пойдём вместе, – говоря это, он подошёл к Лянь Цяо. – Держись рядом со мной. Боюсь, дверь лифта внезапно закроется.

Лянь Цяо оказался не готов к его внезапному приближению и зашипел, резко вдохнув.

Сюй Жэньдун:

– Что случилось?

Лянь Цяо:

– Нет… Ничего.

Он слегка повернул голову и посмотрел на их соприкасающиеся руки. Он мог чувствовать температуру тела другого человека сквозь рубашку, и это заставляло сердце Лянь Цяо бешено биться.

…Он не делал это нарочно?

Лянь Цяо снова тихо взглянул на Сюй Жэньдуна, но, конечно же, всё внимание последнего было приковано к лифту.

Юноша глубоко вздохнул и подавил бешеное сердцебиение. Затем двери лифта закрылись и начали издавать низкий звук.

За секунду до этого он всё ещё был в своём тёплом и уютном доме, думая о том, что съесть на ужин. В следующую секунду после того, как был вынужден войти в лифт и снова столкнуться с неведомым ужасом. Настроение Сюй Жэньдуна неизбежно стало немного тяжёлым. На некоторое время в лифте воцарилась тишина.

Вскоре перед ними появилось слово «Пищевод».

Эти большие символы появились из ниоткуда, как и первая «Матрёшка». Подобно игре света и тени, их можно было увидеть, но нельзя потрогать. Просто это слово выглядело плохо и не вызывало никаких хороших образов.

Сюй Жэньдун на мгновение замолчал, а затем спросил Лянь Цяо:

– Что думаешь?

Лянь Цяо потёр живот.

– Я ещё больше проголодался…

Сюй Жэньдун: «…»

Лянь Цяо уставился на слово «Пищевод» и сглотнул слюну.

– Я хочу съесть аорту. Я также хочу съесть шашлык из баранины, почки ягнёнка, куриные сердечки на гриле, куриные крылышки на гриле, баклажаны на гриле и грибы эноки… – Он уставился на слово из света и искренне проголодался.

У Сюй Жэньдуна не было другого выбора, кроме как сказать:

– Хорошо, когда выйдем, мы пойдём поедим.

Он действительно хотел поклониться Лянь Цяо. В этой ситуации тот всё ещё мог думать о мясе. Но благодаря присутствию Лянь Цяо тяжёлое сердце Сюй Жэньдуна постепенно снова прояснилось.

На самом деле, он не готов отправиться в мир призраков и неоднократно умирать. Если бы сегодня он оказался здесь один, мужчина боялся, что упадёт в пучину негативных эмоций и не сможет выбраться.

Но с Лянь Цяо всё по-другому. Сюй Жэньдун даже слегка приподнял уголки рта и с нетерпением ждал шашлык после ухода отсюда.

Однако вскоре он начал чувствовать, что что-то не так.

– Лянь Цяо? – он только позвал и увидел, как изменилось лицо Лянь Цяо.

– Брат Жэньдун, ты становишься меньше!

Сюй Жэньдун посмотрел вниз и, конечно же, его тело быстро уменьшалось со скоростью, видимой невооружённым глазом. Рукава и брюки стали очень длинными и свободными и мягко свисали. В то же время, те же самые изменения происходили с Лянь Цяо. Они смотрели, как их тела сжимались, а потолок лифта удалялся от них всё дальше и дальше. Вскоре их маленькие тела больше не могли удерживать взрослую одежду, поэтому им пришлось использовать свои руки, чтобы затянуть одежду вокруг себя, чтобы она не упала и не оставила их голыми.

Когда тела, наконец, перестали меняться, они обнаружили, что оба стали детьми.

В это время Лянь Цяо, казалось, было около пяти. Это был маленький мальчик с глуповатым лицом, выглядевшим так, будто сопли вот-вот польются из его носа.

Сюй Жэньдун нахмурился.

– Ты в порядке? – как только он произнёс эти слова, то понял, что его голос тоже стал нежным и мягким. Он не мог не быть ошеломлённым. Лянь Цяо больше не мог сдерживаться и громко рассмеялся.

– Брат Жэньдун, ты стал таким милым! – Он взволнованно потянул Сюй Жэньдуна к двери лифта. – Посмотри на себя, я всё ещё выше тебя!

Сюй Жэньдун едва мог видеть в отражающей металлическую поверхности. Две фигуры – одна большая и одна маленькая. В это время Лянь Цяо действительно был на полголовы выше него. Но отражение лифта было очень расплывчатым. Он действительно не мог видеть, во что превратился, поэтому ему пришлось судить по собственному росту. Ему было, наверное, года три-четыре.

Как это могло произойти? Сюй Жэньдун очень хотел задать свой вопрос, но знал, что у Лянь Цяо нет ответа. Он мог только вздохнуть.

Лянь Цяо посмотрел на большого босса, который был на полголовы ниже его. Внезапно набравшись смелости, он протянул руку, чтобы сжать мягкую щёку большого босса.

Сюй Жэньдун:

– …Что ты делаешь?

Лянь Цяо воскликнул от всего сердца:

– Так приятно…

Сюй Жэньдун: «…»

Когда Лянь Цяо сказал это, ему тоже стало немного любопытно, поэтому он поднял руку и ущипнул себя. Его лицо действительно мягкое и нежное как пудинг и наполнено коллагеном.

Лянь Цяо посмотрел на Сюй Жэньдуна, который с серьёзным выражением лица щипал себя за щёку. Он не мог не улыбнуться. Мальчик закатил глаза и тихо пробормотал:

– Ты такой милый.

Сюй Жэньдун внезапно почувствовал, что его поведение было довольно наивным. Он отвернулся и строго сказал:

– Мы почти прибыли, готовься.

Лянь Цяо сказал «Хорошо», но продолжал улыбаться и бросать на него скрытые взгляды.

После звона дверь лифта тут же открылась. То, что развернулось перед ними двумя, оказалось мрачной сценой в готическом стиле.

Перед детьми стояли огромные ржавые железные ворота. За ними высилось здание, похожее на монастырь. Хотя и было ветхим, оно выглядел необыкновенно великолепно, а внешние стены были слишком высоки, чтобы за ними можно что-то увидеть. Увядшие лозы плюща покрывали стену, выглядя безжизненно и крайне мрачно.

Сюй Жэньдун думал: откуда может взяться такая высокая стена?

Лянь Цяо внезапно встал на цыпочки и вздохнул.

– Всё кончено, точка зрения гнома действительно неудобна.

Сюй Жэньдун был ошеломлён:

– Точка зрения гнома?

Лянь Цяо понял, что снова начал нести тарабарщину, и поспешил объяснить:

– Другими словами, из-за того, что мы стали детьми и слишком малы, всё вокруг нас будет казаться неестественно высоким и большим. Таким образом, наша видимость также будет ограничена. Нам лучше как можно скорее найти небольшую скамейку или что-то подобное, чтобы с её помощью исследовать. Что-то, что можно носить с собой, и на что можно встать. В противном случае, мы не найдём все предметы, размещённые на высоких местах.

Сюй Жэньдун кивнул. Он так и не привык к телу маленького ребёнка. Хотя он может понять визуальную разницу, он, вероятно, забыл бы обратить внимание на любые подсказки, которые находились высоко, если бы Лянь Цяо не напомнил ему.

В это время он снова ощутил преимущества входа в призрачный мир с Лянь Цяо и не мог не чувствовать себя непринуждённо.

Они вышли из лифта и обнаружили, что у железных ворот собралась дюжина детей. Вероятно, на этот раз те были их товарищами по команде.

Сюй Жэньдун осмотрелся и обнаружил, что старшему из них было всего шесть-семь лет. Младший даже превратился в младенца, и его держала на руках девочка. Сюй Жэньдун не мог не нахмуриться, когда увидел ребёнка. Уменьшить всю команду – это одно, но кто-то вообще превратился в младенца? Это слишком!

Товарищи по команде тоже выглядели по-разному. Сюй Жэньдун по выражению их лиц определил, что около половины группы являлись новичками. Те плохо понимали ситуацию и тревожно плакали, расспрашивая окружающих. Они наделали много шума, были громкими и запутанными. Другая половина молчала, холодными глазами наблюдая за шумящими новичками. Это должны быть опытные игроки.

По сравнению с прошлым разом, в этом мире количество старых игроков значительно увеличилось. Значит ли это, что условие прохождения на этот раз будет более сложным?

В это время из монастыря вышла иссохшая старуха. На ней было чёрно-белое монашеское одеяние, плотно обёрнутое вокруг тела, оставив открытым только землистое лицо. Увидев группу детей у дверей, старая монахиня как-то странно фыркнула носом, а её рыбьи глаза забегали вверх-вниз по детям.

– Вы так поздно вернулись! Я должна просто закрыть эту дверь и позволить вам всем умереть снаружи. Я должна запереть вас и позволить монстру разорвать вас на части и съесть вас всех! – женщина сморщилась, как увядшие лозы на стене, а её голос был резким как нож, царапающий металл.

Услышав её выговор, сначала никто ничего не сказал, но затем вперёд вышел пухлый мальчик и взял на себя инициативу признать свою ошибку:

– Простите, тётушка. Мы больше не будем.

Когда все увидели это, на их лицах промелькнуло удивление. Старые игроки среагировали первыми, бросились вперёд и присоединились:

– Да, тётушка, мы знаем, что были не правы! Пожалуйста, прости нас!

Однако старая монахиня проигнорировала лесть детей и просто окинула их взглядом дохлой рыбы. Она фыркнула носом.

– Никому нельзя есть сегодня вечером. Хорошо подумайте о своих проступках! – после этих слов она повернула голову и пошла в сторону монастыря.

Дети посмотрели друг на друга. Маленький толстяк, только что первым признавший ошибку, беспомощно вздохнул. Он всем улыбался и подбадривал:

– Не расстраивайтесь, это только начало. Давайте пройдём внутрь.

Этот маленький толстяк оставался таким спокойным и собранным, что явно был старым игроком. Его утешительные слова сразу же заставили испуганных новичков найти источник утешения, и они охотно последовали за ним.

Дети молча вошли во двор. Как раз в тот момент, когда девочка, державшая младенца, собиралась шагнуть в ворота, маленький толстяк протянул руку и с серьёзным лицом сказал:

– Советую тебе оставить его здесь.

Этой девочке на вид было всего четыре-пять лет. Её короткие пухлые ручки обнимали малыша, выглядя очень напряжёнными. Она спросила:

– Почему?

Маленький толстяк объяснил:

– Он стал таким и уж точно не сможет нам помочь. Я не знаю, ухудшился ли его интеллект. Если он заплачет в критический момент, то может создать для нас большую проблему.

Маленький толстяк был очень спокоен, и его анализ имел смысл. Сказав это, он взглянул на других старых игроков, явно желая заручиться их поддержкой.

Одна из худеньких девочек хладнокровно сказала:

– Правильно. Пожалуйста, не будь Девой Марией в такое время. Ты можешь подумать, что добра, спасая его сейчас, но тогда, возможно, он убьёт всю команду. Так произошло в моём последнем мире. Всегда есть несколько идиотов, которые думают, что они – спасители, но результат… Хм!

Сюй Жэньдун почувствовал, что в него выстрелили, когда он лежал.

Девочка моментально разозлилась:

– Чёрт возьми, я его возьму! Если ты боишься смерти, держись от меня подальше. Не указывай пальцами наугад!

Все были ошеломлены этим внезапным взрывом гнева. Сюй Жэньдун мысленно впечатлился: «Удивительно, на это можно ответить так».

В это время неожиданно вмешался Лянь Цяо:

– На самом деле, я не думаю, что уместно бросать товарищей по команде в самом начале. Как только вы начнёте, атмосфера в команде изменится. Вам никогда не приходило в голову, что когда вы сами станете чужими, другие товарищи по команде тоже бросят вас без раздумий? Вы действительно этого хотите?

Худая девочка холодно сказала:

– Это просто судьба.

Лянь Цяо вздохнул и посмотрел на Сюй Жэньдуна. Мужчина понял, чего он хочет, и кивнул ему. Лянь Цяо развернулся и объявил всем:

– Сейчас нелегко прийти к соглашению. Давайте разделимся на время.

Двое, в молчаливом понимании, одновременно подошли к девочке и ребёнку. Остальные не могли спорить с ними, поэтому согласились. Так что все молча держались на расстоянии и вошли в монастырь один за другим.

Спираль смерти [BL] Глава 30. Пищевод (2)

Глава 30. Пищевод (2)

Старая монахиня уже ждала их внутри и, увидев, как дети вошли после столь долгого времени, ещё раз отругала их. Она отвела всех в комнату на втором этаже и предупредила, чтобы они не устраивали беспорядков ночью, иначе их выгонят.

Когда она собиралась уходить, Сюй Жэньдун вдруг кое-что вспомнил и спросил:

– Неужели ночью будут монстры? Едят ли они людей?

Старая монахиня издала хриплый смех, похожий на пилу, разрезающую кусок заплесневелого старого дерева. Слушая его, всем стало не по себе.

– Разве непослушные дети не заслуживают наказания? – Она осматривала детей одного за другим глазами дохлой рыбы. – Плохих детей съедают, а хороших детей оставляют. Вам не кажется, что это правильно?

Её слова заставили трепетать сердца всех. Старая монахиня была рада видеть, что некоторые новички напуганы до смерти. Она снова издала этот неприятный смех и ушла, продолжая смеяться.

Новички погрузились в страх, а опытные игроки уже начали задумываться о возможном значении слов монахини. Жаль, что зацепок было слишком мало, и рассуждать о чём-либо пока действительно невозможно.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо пошли с девочкой в соседнюю спальню. Эта спальня была такой же, как и предыдущая, и в ней было несколько двухъярусных кроватей для детей. Очевидно, эти помещения долгое время не использовались, и в воздухе витал затхлый запах. Это заставляло людей чувствовать себя очень некомфортно. Простыни и одеяла тоже были холодными и жёсткими.

К счастью, погода в это время не слишком холодная. В противном случае, если вы проспите здесь одну ночь, то, скорее всего, заболеете.

Этот монастырь – старое здание, так что, конечно, в нём нет электрического освещения. В комнате нашлась только старая керосиновая лампа. Сюй Жэньдун видел эту штуку только по телевизору и не знал, как с ней обращаться. Однако Лянь Цяо был знаком с ней и зажёг огонь одним-двумя ударами. Маленькая спальня наконец-то осветилась.

Теперь, когда у них есть свет, первое, что нужно сделать, это, конечно же, обыскать комнату. На этот раз им повезло, и они нашли под кроватью небольшую школьную сумку, а также несколько маленьких игрушек, таких как скакалки и мешки с песком. Все вещи были грязными и покрыты толстым слоем пыли, но Лянь Цяо обращался с ними как с сокровищами. Он положил их в школьную сумку и с удовольствием понёс ту на плече. Он был похож на школьника, отправляющегося на весеннюю прогулку.

Сюй Жэньдун знал, что юноша снова страдает синдромом хомяка, и был слишком ленив, чтобы жаловаться. Он только помог тому стряхнуть пыль со школьной сумки.

Теперь поиск был завершен. Девочка обнимала малыша, выбрала кровать почище и села. Она вздохнула.

– Чёрт возьми, я действительно вымоталась. Я только что находилась посреди своего кесарева сечения и внезапно оказалась в этом призрачном месте? Я так устала! Правильно, я ещё не представилась. Меня зовут Е Цинлю.

Подождите?! Посреди кесарева сечения?!

Неудивительно, что она так одержима детьми… Но почему она такая крепкая сразу после родов? Она не выглядела боящейся попасть в мир призраков и даже осмелилась ругать старых игроков. Так должен выглядеть новичок?

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо не могли не взглянуть друг на друга. Эта девочка потрясающая и определённо должна стать талантом в мире новичков.

Эти двое также сообщили свои имена. Затем Лянь Цяо спросил:

– Кстати, откуда взялся этот ребёнок? Кто-то принёс его из лифта?

– Я так не думаю. Как только я вышла, то увидела этого ребёнка, лежащего у ворот монастыря. Он был похож на брошенного младенца. Остальные проигнорировали его, поэтому я подобрала малыша.

Слова «брошенный младенец» снова пробудили воспоминания Сюй Жэньдуна. Он сам был сиротой и вырос в приюте. По словам директора, его тоже бросили у входа. В то время мальчик только родился, ему не перерезали пуповину, и он был весь в крови. В тот день шёл снег, и когда младенца нашли, он весь посинел. Ребенок едва выжил в ту зимнюю ночь.

Какой жестокой должна быть мать, чтобы бросить новорожденного в снегу?

Лянь Цяо вдруг сказал:

– Итак, после того, как этот товарищ по команде превратился в ребёнка, как он выбрался из лифта? Его пелёнка туго завернута, так что он не мог выбраться сам. Может быть, лифт может принудительно выбрасывать людей?

Сюй Жэньдун пришёл в себя и проследовал за его мыслями:

– Ты подозреваешь, что он – не товарищ по команде, а NPC?

Лянь Цяо:

– Не обязательно NPC, он может быть реквизитом.

Сюй Жэньдун: «…» Игровые ведущие действительно обладают широким кругозором.

Когда Е Цинлю услышала, что ребёнок может быть просто реквизитом, то тут же расстроилась:

– Чёртов реквизит!? Какая трата моих материнских чувств!

Сюй Жэньдун успокоил:

– Нет ничего плохого в том, что он является реквизитом. Если он действительно товарищ по команде, то, прежде чем уменьшиться, он мог быть дядей средних лет. Ты так долго держала его на руках, тебя это не смущает?

– …То, что ты сказал, имеет смысл. – Затем она отодвинула ребёнка на край кровати и посмотрела на того с отвращением.

Сюй Жэньдун беспомощно произнёс:

– Ты слишком быстро меняешь лицо. Если это ребёнок, ты держишь его на руках, а если это дядя, ты его выбрасываешь? У дяди нет прав человека? Как ты можешь?..

Е Цинлю холодно перебила его:

– Потому что я стерва с двойными стандартами.

Сюй Жэньдун потерял дар речи.

Лянь Цяо не мог не восхищаться ею. Неудивительно, что этой женщиной восхищался большой босс! Она всё делала чисто и даже осмелилась отругать большого босса! Потрясающе!

Е Цинлю некоторое время смотрела на двух людей и не показывала своих мыслей. Потом вдруг достала телефон и сделала селфи с ними. Затем она погрузилась в размышления, глядя на экран.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо снова были в шоке. Они оба думали: «Сестра Цинлю, ты же не готовишь пост в социальных сетях прямо сейчас, не так ли? Чтобы показать мир призраков и монстров своим друзьям, когда вернёшься, и пригласить их в гости, верно?»

Пока они любовались Е Цинлю, та подняла голову, взглянула на них и подавленно сказала:

– Все просто уменьшились в размерах. Как так получилось, что вы двое использовали фильтр красоты?

Лянь Цяо:

– А?

Сюй Жэньдун тоже был в замешательстве.

Е Цинлю направила на них телефон, щёлкнула и сделала групповое фото двоих из них. Она очень сухо сказала:

– Посмотрите на себя.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо наклонились. Они увидели на экране два розовых объекта, похожих на скульптуры, – один большой и один маленький. Два мальчика выглядели как пара мягких и милых ангелочков. Лянь Цяо почесал затылок, внезапно смутившись и не зная, что сказать.

Сюй Жэньдун некоторое время смотрел на фотографию и был озадачен:

– В чём проблема? Вот так я выглядел в детстве.

Лянь Цяо:

– М-м, я тоже.

Е Цинлю: «…»

Сюй Жэньдун взглянул на неё и ласково спросил:

– Разве ты не стала такой, какой была в детстве? Ты стала ещё уродливее?

Е Цинлю почувствовала, как ножи вонзаются ей в сердце. Она сердито сказала:

– Ладно, ладно, очень раздражает то, что вы двое прекрасны! Не будем больше говорить! Я хочу спать! – Затем она натянула одеяло, легла в постель и крепко уснула.

Хотя Е Цинлю не любила ребёнка, всё же выполняла свои обязанности временной матери и лежала на одной кровати с младенцем на руках. Сюй Жэньдун и Лянь Цяо спали каждый на своей маленькой кровати.

Выключив свет, Сюй Жэньдун ворочался на кровати. Он был слишком голоден, чтобы спать. Ему не потребовалось много времени, чтобы услышать звук *гу-лу-гу-лу*, раздающийся рядом с ним, когда желудок Лянь Цяо начал издавать звуки. Сюй Жэньдун не мог не найти это забавным.

– Ты ещё не спишь? – тихо спросил он.

Хотя он и Лянь Цяо спали на разных кроватях, их головы были обращены в одну сторону. Пока вы говорите тихим голосом, собеседник вас слышит и не разбудит Е Цинлю, которая спала в противоположном направлении.

Лянь Цяо завыл от боли и потёр живот.

– Я так голоден, хочу есть мясо.

Сюй Жэньдун:

– В следующий раз мы должны принести немного еды.

Если он принесёт свою еду, то сможет скорректировать рацион, и трагедия первого мира с молоком и хлебом, от которых его уже тошнило, больше не повторится.

Лянь Цяо сказал:

– На самом деле, я тоже об этом думал. Я приготовил большой рюкзак, полный закусок, но не ожидал, что этот инстанс откроют так скоро, и не взял с собой лом… Всё кончено, мне так страшно.

Сюй Жэньдун успокаивающе сказал:

– Посмотри на нашу нынешнюю форму тела – даже если бы ты взял с собой лом, от него, вероятно, мало пользы.

– Что ж, в этом есть смысл. Я думаю, что этот инстанс уменьшает наш размер, чтобы мы не могли сражаться с монстрами в лоб. На самом деле, есть и хоррор-игры такого типа. Вы не используете оружие или атаки, но можете пройти игру, решая головоломки и исследуя. Когда сталкиваетесь с монстрами, то не можете сражаться, а только бежать. В центре внимания такой игры находится расшифровка, и она хочет создать атмосферу ужаса и бессилия. Ведь если вы сможете открыть Ушуан[1], монстров убивать совсем не страшно.

– Разве такая игра не очень сложная?

– Нет. Потому что в таких играх обычно есть настройки. Например, ты бежишь быстрее всех в игре. Пока не заблудишься и не попадёшь в ловушку, монстр тебя никогда не догонит.

Сюй Жэньдун на мгновение замолчал.

– Сейчас мне три года, а тебе пять лет. Как ты думаешь, мы будем бежать быстро?

Лянь Цяо «очнулся ото сна».

– …Бля! Это правда!

Сюй Жэньдун был удивлён реакцией на то, что тот понял это только сейчас.

– Не бойся, давай делать всё шаг за шагом. Засыпай пораньше.

Лянь Цяо сделал несколько глубоких вдохов. После этого он вздрогнул и признался:

– Извини, я всё ещё боюсь. Не могу спать. Я всегда чувствую, что кто-то снаружи…

Сюй Жэньдун беспомощно утешал:

– Не думай об этом.

Лянь Цяо осторожно спросил:

– Могу ли я прийти и поспать с тобой..?

Сюй Жэньдун на мгновение задумался. Лянь Цяо был так напуган, потому что он его напугал. Он должен был взять на себя ответственность, поэтому сдвинулся вбок в своей постели и сказал:

– Хорошо.

Реакция Лянь Цяо была моментальной. Он быстро свернул одеяло и взволнованно запрыгнул на кровать. Кровать была не очень крепкой, когда он так резко вскочил, доски сразу заскрипели, как будто больше не выдержат веса и рухнут в следующую секунду.

Сюй Жэньдун безмолвно взглянул на него – и Лянь Цяо затаил дыхание. Некоторое время они не решались пошевелиться и выпрямиться, опасаясь, что кровать рухнет, если они немного сдвинутся.

Кровать некоторое время скрипела и стонала, а с другой стороны раздался сонный голос Е Цинлю:

– Что это за шум?..

Сюй Жэньдун извинился перед ней:

– Извини, эта кровать не очень крепкая.

Е Цинлю недовольно пробормотала:

– Вы двое, неужели вы не можете выдержать одну ночь? Вы такие звери…

Сюй Жэньдун: «…» Сестра, о чём ты говоришь? Почему я не могу тебя понять?

Лянь Цяо невинно посмотрел в потолок, показывая, что тоже не понимает.

Неожиданно этот звук не только разбудил Е Цинлю, но и ребёнка рядом с ней. Он вдохнул несколько раз, а затем начал плакать.

Е Цинлю тут же вскочила.

– Что случилось, где тревога? – Она заметила, что громкий и резкий звук исходил от ребёнка рядом с ней. Выражение её лица сразу же успокоилось. – О, это ты, напугал меня до смерти. – Она взяла младенца на руки и нежно уговаривала.

Хотя Е Цинлю была настоящим сорванцом, в конце концов, она только что стала матерью. Она относилась к ребёнку с терпением и нежностью, однако, как бы ни уговаривала, малыш продолжал плакать.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо осторожно сошли с расшатанной деревянной кровати. Лянь Цяо спросил:

– Что с ним?

Е Цинлю:

– Не знаю, я тоже впервые стала матерью. У меня нет опыта. Думаю, он голоден.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо очень прямо посмотрели на Е Цинлю. Девушка сразу рассердилась:

– Чего вы смотрите! Вы ожидаете, что трёхлетняя Лолита будет кормить ребёнка грудью? Я выгляжу так, будто у меня есть молоко?!

Лянь Цяо не мог не взглянуть на её очень плоскую грудь. Е Цинлю заметила его взгляд и ещё больше разозлилась. Она взяла подушку и ударила его по лицу.

– Скорее найди сухое молоко!

Лянь Цяо, которому в тот момент было всего пять, столкнулся лицом к лицу с такой большой подушкой. Он упал ошеломлённый на пол. Сюй Жэньдун не знал, смеяться ему или плакать, и помог мальчику подняться.

– Хорошо, мы собираемся найти сухое молоко. Будь осторожна.

Е Цинлю отогнала их как мух.

Двое взяли керосиновую лампу и вышли в коридор. Во всём приюте было старинное освещение, такое как свечи и масляные лампы. Диапазон света был крайне ограничен. В это время в коридоре было темно, а деревянные половицы скрипели, когда на них наступали, что звучало довольно пронзительно. Сюй Жэньдун высоко держал керосиновую лампу, максимально освещая расстояние.

Лянь Цяо не знал, когда начал обнимать руку Сюй Жэньдуна, с опаской глядя на окрестности. Эта поза оказалась очень неудобной. В конце концов, пятилетний Лянь Цяо был на полголовы выше трёхлетнего, так что Сюй Жэньдуна почти тащили.

Понеся лампу некоторое время, Сюй Жэньдун неопределённо спросил:

– Может, подержишь керосиновую лампу?

Лянь Цяо издал «О», взял масляную лампу и высоко поднял её, крепко сжимая руку Сюй Жэньдуна другой рукой.

Керосиновая лампа может освещать только небольшой круг вокруг них. Тьма была похожа на двух гигантских зверей с клыками, безмолвно притаившихся впереди и позади. Казалось, стоит им хоть немного ослабить бдительность, как зверь набросится на них и напугает.

Лянь Цяо так нервничал, что весь вспотел, а его спина похолодела, как будто на неё налипло что-то ужасное. Он не мог не схватить крепко руку Сюй Жэньдуна. Он только чувствовал, что рука маленького мальчика была мягкой и нежной, и сжимать её было удобнее, чем обычно. Он сразу почувствовал себя лучше.

Сюй Жэньдун: «…» Больно, когда тебя сжимают. …Забудь, это не первый раз, когда Лянь Цяо ведёт себя трусливо. Просто позволь ему.

Двое детей, один большой и один маленький, были окутаны слабым ореолом света. Сюй Жэньдун на самом деле почувствовал тёплый запах от покачивающейся тени лампы.

Очевидно, что ощущение «тепла» не должно иметь запаха. Он знал, что пахнет керосином, но не мог не почувствовать тепло. Совсем как в мире матрёшек, когда Лянь Цяо сидел на корточках перед камином. Он зажёг огонь и сказал ему, нахмурившись: «Мы как парочка в отпуске»[2]. В то время огонь, танцующий на лице Лянь Цяо, и сосновый аромат дерева в воздухе были наполнены теплом.

Это заставляло людей чувствовать себя такими привязанными.

____________________

Автору есть что сказать:

Примечание 1: «Ушуан» относится к серии «Воины Династии», открытие Ушуана эквивалентно увеличению масштаба. Из-за большой разницы в силе между генералами и обычными солдатами даже на неадской сложности они могут превратить врагов в кучу костей малым движением руки, поэтому и называются подвижными.

Примечание 2: Я поставил здесь примечание, чтобы подчеркнуть, что Лянь Цяо сказал в то время, что «Мы, кажется, в отпуске», и не упомянул «Парочка». Слово «Парочка» на самом деле использовал Жэньдун, но босс ещё не понял этого  /разводит руками/

Спираль смерти [BL] Глава 31. Пищевод (3)

Глава 31. Пищевод (3)

Кухня находилась на первом этаже, они нашли там ещё несколько подсвечников и зажгли те один за другим. Свет свечей сразу рассеял подобную зверю тьму.

– Здесь безопасно, безопасно. – Лянь Цяо оглядел кухню в свете свечей и взволнованно потёр руки. – Открыта новая зона! Начнём поиск!

Сюй Жэньдун улыбнулся и поднял подсвечник, чтобы осветить для него помещение.

Вскоре они нашли сухое молоко и горячую воду. Когда Сюй Жэньдун собирался приготовить молоко, Лянь Цяо остановил его:

– Нет, нет, кипящую воду использовать нельзя. Если температура воды будет слишком высокой, белок свернётся.

Сюй Жэньдун подумал об этом, и ему показалось, что он учил это на уроках химии в старшей школе, поэтому остановился.

– Что мне тогда делать?

Лянь Цяо огляделся, но не нашёл охлаждённой кипячёной воды. Он сказал:

– Тогда мы должны немного подождать здесь, дать кипятку остыть, а затем приготовить молоко.

Итак, они встали у края раковины и по очереди стали дуть в стакан. Ночью в монастыре было очень тихо. В это время кухню освещал качающийся свет свечей, а на столе стояли тёплая вода и сухое молоко. Сцена перед ними была не мрачной, а немного тёплой.

Сюй Жэньдун неоднократно проверял температуру воды тыльной стороной ладони. Он выглядел очень серьёзным, как будто не ждал здесь, чтобы приготовить молоко, а вместо этого работал академическим исследователем. Лянь Цяо посмотрел на него и не мог не улыбнуться, изогнув глаза.

Сюй Жэньдун спросил:

– Чему ты улыбаешься?

Лянь Цяо сказал:

– Я думаю, что мы как пара молодых родителей, которые были так обеспокоены тем, что ребёнок не спит, что встали посреди ночи, чтобы приготовить ему молоко.

Сюй Жэньдун мгновение помолчал.

– …Ты говоришь это с лицом пятилетнего ребёнка, это выглядит очень странно.

Лянь Цяо был ошеломлён. Он посмотрел на свои мясистые короткие руки и короткие ноги и сказал с болью:

– Это довольно странно… Ай, мне не хватает моих длинных ног и моего лома.

Сюй Жэньдун: «…» Он начал думать, что Лянь Цяо действительно очень подходит на роль ведущего хоррор-игр. Он всё ещё был в настроении шутить, независимо от того, какая вокруг обстановка.

Однако находиться рядом с ним было в удовольствие.

Температура воды медленно падала, но ещё не была подходящей для приготовления сухого молока. Постепенно Лянь Цяо не мог усидеть на месте и продолжал искать, не найдёт ли он что-нибудь ценное. Осматриваясь, он болтал с Сюй Жэньдуном:

– Эй, брат Жэньдун, разве ты не говорил, что жил в приюте, когда был маленьким? Можешь ли ты рассказать мне, как это было?

Сюй Жэньдун погладил стакан с горячей водой. Во всяком случае, это было…

– Возможно, сжатая версия человеческих страданий. Многие дети имели инвалидность или были умственно отсталыми, поэтому…

Он сделал паузу, и Лянь Цяо продолжил:

– Значит, никто не хотел их усыновить?

– Нет, наоборот, этих дефективных детей легко усыновляли.

– …А?

Сюй Жэньдун уставился на пар из стакана с водой со слабой улыбкой в уголках рта.

– Что касается меня, я не выглядел достаточно несчастным. Я был физически здоров и не уродлив. Любящие люди думают, что таких, как я, легко усыновляют другие, поэтому все они выбрали этих несчастных детей. В результате того и другого я вырос там. Когда стал старше, и люди думали, что уже нахожусь в бунтарском периоде, никто не хотел меня. В любом случае, я уже такой большой, так какой смысл меня усыновлять… На самом деле, никто никогда не говорил мне, почему не хотел меня усыновлять, и это всё только мои предположения. Возможно, у тех родителей были другие соображения, но я просто интерпретировал это так. Возможно, я просто выглядел так, будто мне не нужна помощь, что справляюсь и сам.

Лянь Цяо: «…» Почему это не то, что он ожидал?

Первоначально он думал, что было бы ужасно провести детство в приюте, и хотел воспользоваться этой возможностью, чтобы утешить Сюй Жэньдуна. Но, слушая его описание, кажется, что кроме того, что никто не хотел его усыновить, других болезненных переживаний не было. Потому что Сюй Жэньдун оставался спокоен, когда говорил, и даже имел немного самоуничижительный тон.

Однако именно его отношение «Я в порядке, я в порядке» заставило сердце Лянь Цяо сжаться. Юноша не понимал, почему это так. Когда он пришёл в себя, то уже подошёл к Сюй Жэньдуну и протянул руку, чтобы погладить того по волосам.

Сюй Жэньдун опешил и беспомощно сказал:

– Успокойся, не забывай, что я старше тебя.

Пальцы Лянь Цяо застыли, и он почувствовал себя немного смущённым. Мальчик покраснел и убрал руку. Он повернул голову в сторону и сменил тему:

– Вода остыла, так что теперь можно делать молоко из порошка.

– Хорошо.

После того, как молоко было приготовлено, они вдвоём подняли керосиновую лампу и вернулись на второй этаж. Молочная бутылка в руке Сюй Жэньдуна источала сильный запах молока. Лянь Цяо держал керосиновую лампу для освещения и вдыхал запах молока в воздухе. Он не мог не пробормотать:

– Я так голоден…

Сюй Жэньдун сказал:

– Позаботься о лампе. Нет способа заблокировать ветер, и пламя может легко погаснуть.

Как только он заговорил, порыв ветра дунул сзади и сразу же погасил керосиновую лампу.

Лянь Цяо:

– …Большой босс, твои слова слишком сильны.

Сюй Жэньдун какое-то время молчал и вдруг услышал позади себя тихий шорох. Звук был похож на ползание змеи по песку, глухой и низкий, особенно ясно слышимый в безмолвном монастыре.

Сюй Жэньдун посмотрел в сторону звука, и в лунном свете, льющемся из окна, мало-помалу появилось «нечто». Сюй Жэньдун наконец увидел, что это белая фигура со змеиным хвостом и женским телом. За ним покачивался толстый и длинный хвост, а сухая и рыхлая кожа висела на костях как мешок. Стройные конечности были удивительно длинными, но брюхо слегка выпирало, напоминая паука со змеиным хвостом.

Взгляд Сюй Жэньдуна медленно двигался вверх вдоль тела. Он был морально готов, но, увидев лицо этого «существа», всё ещё чувствовал онемение в руках и ногах. Его кровь похолодела.

На этом бледном лице не было ни рта, ни носа!

Нет, не то чтобы вовсе не было рта и носа, а вместо органов у него зияли только две большие чёрные дыры. Над проникающей чёрной дырой два окровавленных глазных яблока резко торчали на его лице. У монстра отсутствовали веки, поэтому глазные яблоки были похожи на пару разрозненных украшений, свободно болтающихся в глазницах. Это выглядело неописуемо странно.

Лянь Цяо ясно увидел жуткого белого монстра, и его дыхание внезапно участилось. Он возился в темноте и, наконец, поймал руку Сюй Жэньдуна.

Сюй Жэньдун понизил голос:

– Давай побежим к воротам. После того, как мы выйдем, разделимся. Один человек уведёт его, а другой вернётся, чтобы сообщить всем.

Лянь Цяо:

– Ик.

Сюй Жэньдун: «…»

Лянь Цяо плачущим голосом сказал:

– Прости, я не могу остановиться, ик…

Сюй Жэньдун вздохнул.

– Будь готов, я считаю до трёх.

Лянь Цяо крепко сжал ему руку.

– Жэньдун, ик… будь осторожен!

Сюй Жэньдун:

– Ты тоже. Раз, два, три!

Сразу после того, как договорил, Сюй Жэньдун бросил бутылку вдаль. Монстра сразу же привлёк звук катящейся бутылки с молоком, из-за чего она повернула голову и устремилась к углу. Двое из них больше не оставались на месте, а бежали к двери так быстро, как только могли нести их ноги.

Сюй Жэньдун открыл дверь и выбежал во двор. Луна в это время была прикрыта облаками, но сцена во дворе оставалась очень ясной. Огромные железные ворота и стена, увитая виноградом, стояли спокойно.

Он оглянулся на бледного монстра в форме змеи. Монстр бросила бутылку и начала преследовать их. Неизвестно, бежали ли они слишком медленно, или чудовище двигалась слишком быстро. В мгновение ока монстр почти догнала их. Сюй Жэньдун побежал и сказал:

– После того, как выйдем, я пойду налево, а ты – направо!

Лянь Цяо воскликнул:

– Брат Жэньдун, ворота заперты!

Сюй Жэньдун был ошеломлён. В этот момент они подбежали к большим железным воротам и увидели, что на двери висит большой ржавый замок. Его явно не запирали, когда они вошли в монастырь. Может быть, старая монахиня вышла и повесила его, пока все отдыхали?

Двое энергично потрясли железные ворота, но те не сдвинулись. Белая змея позади них уже приближалась, преграждая им путь к отступлению. Эти странные глазные яблоки уставились на них, и страшная улыбка сорвалась с тёмного рта.

Сюй Жэньдун запаниковал и инстинктивно избегал взгляда монстра. Он огляделся и закричал:

– Найди что-нибудь, чтобы сломать замок!

– Поздно! – Лянь Цяо внезапно встал и защитил его, оттолкнув Сюй Жэньдуна за себя.

Мальчик был поражён и подсознательно схватился за одежду защитника.

– Лянь Цяо!

Когда он закричал, бледный монстр в форме змеи уже схватила Лянь Цяо за шею!

Это определённо была не человеческая рука – каждый коготь был острым как лезвие, а на пальцах виднелось множество тёмно-коричневых пятен крови. Сюй Жэньдун смотрел, как Лянь Цяо схватили за шею, и его маленькое тело отчаянно боролось. Он немедленно обнял ноги Лянь Цяо, пытаясь потянуть того вниз, но мальчик только сильно толкнул его.

– Иди… – Он выдавил из горла несколько слов слабым и хриплым голосом: – Оставь меня… Иди…

Сюй Жэньдун весь трясся.

– Будь всё проклято!

Лишённый страха и разума, он бросился вперёд и изо всех сил пнул монстра. Однако сейчас он – всего лишь трёхлетний ребёнок. Ламия осталась неподвижным под его ударом, но вместо этого сжимал шею Лянь Цяо всё сильнее и сильнее. Его маленькое тело поднималось всё дальше от земли.

Белый монстр широко раскрыла пасть и укусила мягко повисшую икру Лянь Цяо, затем резко повернула голову и начала сильно тянуть ногу мальчика!

Она собиралась оторвать ногу Лянь Цяо от туловища!

Лянь Цяо постепенно терял сознание из-за нехватки кислорода, но был вынужден проснуться от разрывающей боли. Он снова слабо боролся, но борьба пятилетнего ребёнка перед белым чудовищем была подобна борьбе муравья, трясущего дерево, и, конечно, оставалась бесполезна.

– Э-э-э… – Его бедное горло не могло даже издать крик, а только слабый хриплый звук.

Глаза Сюй Жэньдуна тревожно покраснели. Он открыл рот, чтобы укусить змеиное тело монстра. Зубы, казалось, вонзились в груду гнилого мяса. Оно было мягким, но мальчик не мог прокусить его, чувствуя исходящий сильный смрад.

Монстр схватила его за волосы и попытался оттащить. Его голова чувствовала невероятную боль, как будто с него вот-вот сдерут весь скальп. Сюй Жэньдуна не волновали ни тошнота, ни боль, как бы монстр ни тянул, он не отпускал.

– Жэнь-Жэньдун… – Лянь Цяо, который завис в воздухе, от боли протянул руку к Сюй Жэньдуну, но не смог дотянуться до него. Щёки Лянь Цяо побагровели от удушья, а его короткие ноги все меньше и меньше дёргались в воздухе. У него почти не осталось сил бороться.

В то же время голову Сюй Жэньдуна отпустили, но затем его затылок внезапно похолодел. Сразу после этого что-то обернулось вокруг его шеи, резко потянув его назад. Он по-прежнему отказывался отпускать, но эта штука была настолько ужасна, что прямо обвилась вокруг его тонкой шеи и крепко сжала её, чуть не раздавив ему кадык!

Только тогда он ясно увидел, что это змеиный хвост монстра обвился вокруг его шеи!

Сюй Жэньдун не мог сдержать кашля и был вынужден отпустить. Его тело тут же подняли над землёй. У него закружилась голова, мир вращался, и даже маленькая фигурка Лянь Цяо мелькнула перед ним.

Почти одновременно с этим его спина врезалась в стену!

– Хм! – Он упал на землю, чувствуя, как ломаются его кости. Его спина так болела, что он едва мог встать.

Ламия всё ещё рвала левую ногу Лянь Цяо. Сюй Жэньдун с силой приподнялся и нащупывал что-то, что можно было использовать в качестве оружия. Но – ничего не было! Двор зарос сорняками, на земле остался только щебень. Не было даже больших камней!

Он мог только смотреть, как монстр крепко сжимает шею Лянь Цяо, кусает икру мальчика и сильно дёргает. Цвет лица Лянь Цяо стал сине-фиолетовым, и он больше не мог сопротивляться. Сюй Жэньдун почти мог слышать слабый щёлкающий звук костей.

Он боялся, что через несколько секунд, даже если Лянь Цяо не оторвут ногу, его горло всё равно будет раздавлено этими призрачными когтями!

Сюй Жэньдун онемел и дрожал всем телом. Чувство отчаяния, более ужасающего, чем близкая смерть, охватило его. В какой-то момент его лицо залилось слезами, и его зрение начало расплываться.

Как раз в этот момент издалека донёсся слабый звук.

*У-о…* – звук был похож на кошачье мяуканье. Сюй Жэньдун какое-то время не понимал, что это. Неожиданно, услышав этот звук, белый монстр отпустила Лянь Цяо и с ужасающей скоростью пополз к монастырю!

Сюй Жэньдун оставался в ошеломлении полсекунды. Лянь Цяо упал в траву, схватившись за шею и кашляя. Сюй Жэньдун был вне себя от радости и, спотыкаясь, подошёл к мальчику. Он со стоном опустился на колени и вытянул руки, чтобы притянуть Лянь Цяо к себе.

Мальчик в его руках не мог даже кашлянуть. Сюй Жэньдун погладил его по спине дрожащими пальцами. Стараясь говорить как можно яснее, он сказал:

– Всё в порядке, всё в порядке, всё прошло… С тобой всё будет в порядке.

– Жэньдун, кхе-кхе… Брат Жэньдун… – Лянь Цяо слабо вздохнул и почти конвульсивно схватился пальцами за одежду. – У меня болит нога… Она вывихнута…

Сюй Жэньдун поспешно стянул одежду Лянь Цяо. Конечно же, в его бедре кость торчала под ненормальным углом, и даже просто смотреть на неё было больно. Сюй Жэньдун внезапно запаниковал. Что он должен сделать? Как бороться с вывихом?

Он никогда так не жалел, что вообще не изучал медицину!

Лянь Цяо схватил его за руку. Он ахнул и сказал:

– Помоги мне, помоги мне изменить положение моего сустава…

Судя по его тону, Сюй Жэньдун понял, что тот, похоже, знает технику вправления суставов, поэтому быстро сказал:

– Скажи мне, как – и я сделаю это!

Лянь Цяо кивнул. Он жестом приказал Сюй Жэньдуну поднять колено и, поддерживая коленный сустав, резко дёрнуть его вверх. Сюй Жэньдун последовал его инструкциям. Как только он с силой дёрнул, Лянь Цяо задохнулся от боли.

Сюй Жэньдун сразу же запаниковал:

– Я сделал это неправильно? Я применил слишком много силы?

Лянь Цяо было слишком больно, чтобы произнести полное предложение:

– Нет, ты всё сделал правильно… просто… не хватило силы… – Он задохнулся. – Нужно сильно надавить… кости… чтобы попасть обратно в полость сустава… Ты должен применить силу…

Сюй Жэньдун стиснул зубы.

– Тогда терпи.

Лянь Цяо глубоко вздохнул и кивнул головой. Он подсознательно ухватился пальцами за уголы своей одежды.

На этот раз Сюй Жэньдун был безжалостен, исчерпал все свои силы и отчаянно поднял его. Лянь Цяо закричал от боли, как крик умирающего маленького животного. Но раздался тихий щелчок – и сустав наконец вернулся в исходное положение.

Сюй Жэньдун поспешно сказал:

– Как ты? Всё ещё больно?

Лицо Лянь Цяо было бледным, но он улыбнулся ему.

– Так уже лучше. Спасибо.

Сюй Жэньдун помог ему встать.

– Ты можешь ходить? Есть ли перелом??

– Всё в порядке, я могу ходить. Вывих – лёгкая травма. Пока он восстановлен, это не повлияет на движение.

– А что насчёт травмы кожи?

Сюй Жэньдун потом понял. Монстр укусил его голень. Он должен был проверить рану на ноге Лянь Цяо, прежде чем менять её положение.

Неожиданно Лянь Цяо всё же покачал головой.

– У него нет зубов, поэтому он не укусил меня.

Сюй Жэньдун всё ещё чувствовал себя неловко и наклонился, пытаясь приподнять штанину мальчика. Лянь Цяо вертелся из стороны в сторону, чтобы предотвратить его действия.

Сюй Жэньдун нахмурился, схватил Лянь Цяо за лодыжку и собирался сказать ему, чтобы он перестал создавать проблемы, но внезапно почувствовал во рту какое-то инородное тело. Он склонил голову и сплюнул. Неожиданно он выплюнул два зуба.

Лянь Цяо был ошеломлён его внезапным выплёвыванием зубов и в шоке посмотрел на него. Сюй Жэньдун только почувствовал, что у него зудят десны, и когда он протянул руку, выпало ещё несколько зубов.

Лянь Цяо:

– …Старший брат, что ты делаешь?

Сюй Жэньдун долго смотрел на груду мелких зубов.

– Я потерял свои молочные зубы. Может быть, только что я слишком сильно укусил.

Лянь Цяо на мгновение замолчал.

– Старший брат, ты знаешь, что ветер проходит через твой рот, когда ты сейчас говоришь?

Сюй Жэньдун: «…»

Губы Лянь Цяо слегка дёрнулись. Ему действительно хотелось рассмеяться, но он не смел. Он мог только повернуть голову и улыбаться там, где Сюй Жэньдун не мог этого видеть. Однако его дрожащие плечи по-прежнему свидетельствовали о том, что он дико смеялся.

Сюй Жэньдун удручённо посмотрел на него. Он выбросил все молочные зубы в сорняки. Увидев, что он разозлился, Лянь Цяо быстро сдержал улыбку и насильственно сменил тему:

– Кстати, куда делся монстр? Как он вдруг нас отпустил?

Сюй Жэньдун вспомнил о серьёзной проблеме. Вдруг со второго этажа послышался громкий возглас. Они подняли головы и увидели стройное и ужасающее тело, мелькающее в единственном освещённом окне на втором этаже.

– Е Цинлю попала в беду!

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо посмотрели друг на друга и без колебаний побежали к монастырю.

______________________

Автору есть что сказать:

Лянь Цяо: Ты больше ♂ меня ♂? (Больше и старше в китайском языке одно и то же слово.)

Жэньдун: Да.

Лянь Цяо: Не верю!!! Снимай штаны!!!

Жэньдун: ??????

______________________

Примечание 1: По сравнению со взрослыми дети более склонны к вывиху, и его легче вправить. Здесь у Лянь Цяо вывих бедра, вызванный прямым приложением силы к бедру. Техника вправления, описанная в тексте, осуществима. Однако в реальной жизни лучше всего обратиться в больницу, чтобы подтвердить степень и конкретное место вывиха, и провести симптоматическое лечение.

Примечание 2. «Я никогда так сильно не сожалел о том, что не изучал медицину». В области медицины ходит много шуток, таких как «Вас ударит молния, если вы убедите людей изучать медицину», «Должно быть, у меня в голове была вода, когда я выбрал специальность», «Пока эта специальность выбрана, учёба каждый день похожа на вступительный экзамен в колледж»… Фраза Жэньдуна, вероятно, может быть воспринята только студентами-медиками.

Спираль смерти [BL] Глава 32. Пищевод (4)

Глава 32. Пищевод (4)

Когда они вдвоём бросились на второй этаж, то столкнулись с группой детей, бегущих вниз по лестнице. Сюй Жэньдун искал взглядом Е Цинлю, но не нашёл её. Он схватил маленького толстяка, который был ближе всего к нему.

– Где Е Цинлю и ребёнок?

Маленький толстяк сердито стряхнул его руку:

– Я же говорил тебе, что он станет нашей смертью! Но ты настоял на том, чтобы забрать младенца!

Он сильно толкнул Сюй Жэньдуна. Мальчик не был готов и отшатнулся на несколько шагов. Если бы не быстрая реакция Лянь Цяо, удержавшего его, он бы упал. Лянь Цяо сразу разозлился. Он подошёл и пнул толстяка на пол:

– Говори нормально! Зачем использовать кулаки!

Маленький толстяк: «……»

Сюй Жэньдун: «……» В словах Лянь Цяо не было ничего неправильного, он действовал ногами, а не кулаками.

Маленький толстяк пребывал в растерянности и оказался полностью поражён аурой Лянь Цяо. Он сердито ответил:

– Они всё ещё наверху.

Мальчики вместе посмотрели на второй этаж и увидели, что дверь их комнаты открыта, и внутри движется фигура. Е Цинлю громко закричала. Казалось, она ещё жива.

Сюй Жэньдун сказал маленькому толстяку:

– Ворота во дворе заперты и их не открыть. Иди и посмотри, нельзя ли на что-то подняться и перелезть через стену.

Маленький толстяк встал и побежал наружу.

Сюй Жэньдун повернул голову и посмотрел на Лянь Цяо:

– Твои ноги в порядке?

– Легко можно пнуть десять маленьких толстяков, но немного сложнее пнуть этого монстра.

– Тогда давай поднимемся и спасём её.

– Хорошо.

Они прошли на второй этаж. И действительно, стройная и бледная женщина-змея загнала Е Цинлю в угол. Девочка не могла быстро бегать с ребёнком на руках. К счастью, её размер был небольшим, и она несколько раз ловко увернулась от атаки монстра.

Увидев большой стол посреди комнаты, Сюй Жэньдун внезапно вспомнил сцену, где Лянь Цяо и Брат Кувалда кружили вокруг каменной плиты в предыдущем мире. Он крикнул:

– Беги вокруг стола и найди возможность сбежать!

Е Цинлю поспешно последовала его словам. В глазах Лянь Цяо мелькнуло удивление и улыбка. Он снял со спины школьную сумку и порылся в ней.

Вскоре он достал моток скакалки и передал один конец верёвки Сюй Жэньдуну:

– Брат Жэньдун, давай останемся у двери и заставим монстра споткнутся!

Сюй Жэньдун сразу понял план и встал с Лянь Цяо по обе стороны двери.

Внутри комнаты Е Цинлю с трудом кружила вокруг стола с белым монстром. Когда женщина-змея двигалась налево, она бежала вправо. Когда чудовище шло направо, она разворачивалась и бежала налево. Она всегда оставалась на противоположном конце стола от монстра, глядя на неё своими огромными глазами.

Через несколько кругов такого противостояния белый монстр пришла в ярость. Она взревела, протянула руку и подняла стол. С громким шумом, тяжёлый деревянный стол отлетел в сторону. Е Цинлю воспользовалась возможностью и выбежала из комнаты.

Она не обратила внимания на то, куда делись Сюй Жэньдун и Лянь Цяо. В это время она выбежала из двери и увидела двух человек, стоящих по обе стороны от двери. Она растерялась:

– Что вы делаете?

Лянь Цяо с тревогой сказал:

– Чего ты бежишь? Быстрее смотри, ах!

Е Цинлю: «???»

Сюй Жэньдун безмолвно взглянул на Лянь Цяо и поправил:

– Чего ты смотришь? Быстрее беги!

Е Цинлю отреагировала, обняла ребёнка и побежала вниз. Белый монстр в комнате тут же погналась за ней. Они рассчитали время и одновременно сильно потянули скакалку. Когда женщина-змея последовала за Е Цинлю из комнаты, её нижняя половина зацепилась за верёвку, а верхняя рванула вперёд, а затем тяжело упала лицом вниз на пол. Пыль взлетела с грязной поверхности. Это был успех!

Сюй Жэньдун решительно бросил скакалку:

– Беги!

Лянь Цяо перешагнул через спину монстра и бросился бежать.

Белое чудовище попалась в ловушку и уже очень злилась. После того, как на неё наступил маленький ублюдок Лянь Цяо, её гнев стал ещё сильнее. Она взвыла, поднялась и последовала за двумя детьми.

В это время Сюй Жэньдун и Лянь Цяо уже прибежали к нижней половине лестницы. Лянь Цяо внезапно обернулся и что-то кинул на пол позади себя. Сюй Жэньдун был ошеломлён, но Лянь Цяо уже схватил его за руку и снова побежал. На его лице была взволнованная и выжидательная улыбка.

Монстр мчалась вниз по лестнице, её толстый и длинный хвост бешено извивался, словно двигаясь в воде. Она был очень быстрой и в мгновение ока достигла того места, где только что остановился Лянь Цяо. Внезапно, не совсем понимая, что произошло, талия змеи наклонилась, и всё тело снова потеряло равновесие.

Все тело монстра упало назад, и её затылок ударился о ступеньки, но тело всё ещё не могло не соскользнуть вниз. Она шаг за шагом простучала все ступеньки и упала на самый низ лестницы. Монстр была ошеломлена.

Сюй Жэньдун тоже был ошеломлён. Сцена оказалась настолько забавной, что он не мог не рассмеяться вслух.

Но виновник Лянь Цяо напряжённо сказал:

– Большой босс, будь серьёзен. Беги, если тебе дорога твоя жизнь! – сказав это, он потянул Сюй Жэньдуна и продолжил бежать к двери.

Эти двое выбежали из монастыря, оглядываясь в поисках ворот. Первоначальная атмосфера отчаяния на самом деле стала легче из-за шутки Лянь Цяо. Это заставило удерживать смех. Сюй Жэньдун улыбнулся и спросил:

– Что ты бросил?

– Песок.

– Откуда он взялся?

– Разве в нашей комнате нет маленького мешка с песком? Я взял его.

Сюй Жэньдун не мог не вздохнуть. Он не ожидал, что мешок с песком окажется полезным. Лянь Цяо был очень умным и довольно озорным. Он даже издевался над монстрами, пока те полностью теряли достоинство.

Они закрыли дверь и услышали зов Е Цинлю сзади:

– Идите сюда!

Они побежали во двор и увидели большой ящик в углу стены двора. Другая девочка наступила на ящик и пыталась перелезть через стену. На стене сидел семилетний мальчик. Он протянул руки и попытался поднять её. Сюй Жэньдун вспомнил, что мальчика звали Жэнь Гаофэй, и он был самым высоким в их группе детей.

Е Цинлю стояла рядом с ними, держа ребёнка. Сюй Жэньдун спросил:

– Где остальные?

Е Цинлю ответила:

– Они все за стеной!

Монстр всё ещё барабанла в дверь. Старая деревянная дверь была совсем непрочной, и её вот-вот выломают. В это время Жэнь Гаофэй уже поднял девочку к стене. Она недолго оставалась там, глубоко вздохнула и смело прыгнула на внешнюю сторону. Дети снаружи кричали:

– Поймали, поймали. Внутри ещё кто-нибудь есть?

– Монстр уже вышел? Быстрее! – Жэнь Гаофэй повернул голову. Е Цинлю забралась на большой ящик и подняла ребенка вверх. Неожиданно Жэнь Гаофэй нахмурился, увидев младенца. Вместо того, чтобы поднять ребёнка, он посмотрел на Сюй Жэньдуна и Лянь Цяо. – Быстрее, ребята, залезайте первыми!

Все трое сразу поняли, что он имел в виду. Он не хотел брать ребёнка и быть утащенным им.

Е Цинлю была в ярости и собиралась закатить истерику. Сюй Жэньдун вырвал ребёнка у неё из рук и сказал:

– Поднимайся первой, а я передам его тебе. – Он поднял голову и спросил Жэнь Гаофэя: – Так всё в порядке? Не теряй время!

У Жэнь Гаофэя не было другого выбора, кроме как протянуть руку, чтобы подтянуть Е Цинлю. Однако Е Цинлю была недостаточно высока, и даже если вставала на цыпочки, не могла дотянуться до руки Жэнь Гаофэя.

Лянь Цяо решительно шагнул вперёд, поддерживая Е Цинлю под зад и подталкивая её вверх. Е Цинлю издала: «Ин!». Сюй Жэньдун думал о том, как ей удалось выдать такой звук, когда Жэнь Гаофэй схватил Е Цинлю за руку и потянул девочку к стене.

Внезапно позади него раздался громкий шум. Сюй Жэньдун оглянулся и увидел, что деревянная дверь монастыря превратилась в большую дыру. Из дыры вытянулась бледная тонкая рука, схватила деревянную доску и с силой раздавила её. С громким шумом деревянная доска оказалась разбита вдребезги.

Белый монстр высунулась из дверного проёма, её окровавленные глазные яблоки забегали и быстро нашли детские фигурки. Её рот, похожий на чёрную дыру, ужасно ухмылялся.

Жэнь Гаофэй увидел, как монстр выломала дверь, и его лицо внезапно исказилось:

– Мне уже всё равно! Вылезайте сами! – Затем он повернулся и спрыгнул со стены. После приземления он крикнул: – Догоняет! Убегайте!

За стеной поднялся шум.

Сюй Жэньдун не успел посмотреть ему в спину, пытаясь вытянуть руки и высоко поднять ребёнка. Е Цинлю тоже беспомощно наклонилась, слишком маленькая, чтобы дотянуться до него. Сюй Жэньдун внезапно почувствовал поднятие, когда Лянь Цяо подтолкнул его под задницу.

Сюй Жэньдун мгновенно понял, почему Е Цинлю так вскрикнула, когда её только что толкнули вверх. Прикосновение к ягодицам было очень странным, и покалывание охватило весь путь от хвостовых позвонков до кончика головы. Даже он не мог не хотеть оттолкнуть Лянь Цяо.

Когда Лянь Цяо толкнул снизу, Е Цинлю наконец поймала ребёнка. Однако свет радости оставался на её лице лишь мгновение, и когда она обернулась, её лицо внезапно побледнело. За стеной никого не было! Все убежали! Внизу ей никто не поможет!

Эта стена была высотой с двух взрослых, так что не говорите о ребёнке, держащем младенца. Даже если взрослый прыгнет отсюда, он точно переломает кости!

Лянь Цяо схватил Сюй Жэньдуна за ноги и поставил их себе на плечи:

– Брат Жэньдун, ты тоже поднимись!

Сюй Жэньдун был слишком мал и до верхушки стены ещё было далеко. Он попросил помощи у Е Цинлю:

– Возьми меня за руку!

Неожиданно Е Цинлю на мгновение заколебалась, а затем вместо этого побежала вдоль стены, держа ребёнка на руках. Сюй Жэньдун был ошеломлён и внезапно почувствовал холодок в спине, как будто игла вонзилась в его костный мозг. Он оглянулся и увидел, что бледное чудовище достигло расстояния в один метр позади них и могло сломать ему шею, если протянет руку.

Однако взгляд монстра преследовал бегущую Е Цинлю. Она оставила их и повернула голову, чтобы преследовать Е Цинлю.

Е Цинлю убежала с ребёнком на руках. Из-за узкой стены она могла легко упасть, если бы была неосторожна, поэтому ей пришлось снизить скорость. С этой задержкой монстр тут же догнала её. Тонкий призрачный коготь поймал её и легко зацепил ребёнка.

Е Цинлю закричала, цепляясь за младенца и не отпуская, оттягивая его от монстра. В это время Лянь Цяо понял, что происходит. Он стиснул зубы и сказал:

– Оставь её. Брат Жэньдун, поднимайся!

Сюй Жэньдун отчаянно протянул руки:

– Я не могу дотянуться!

– Наступи мне на руку! Будь осторожен! – когда он договорил, то схватил Сюй Жэньдуна за ноги и яростно поднял его на дюжину сантиметров выше.

Теперь Сюй Жэньдун, наконец, поймал край стены. Он почувствовал, как рука Лянь Цяо дрожит у него под ногами, и понял, что тот больше не протянет. Он стиснул зубы и отчаянно вцепился в стену, пытаясь руками и ногами взобраться наверх. Но невдалеке послышался глухой и тяжёлый приглушённый шум.

*Бам!*

Он инстинктивно взглянул на источник звука, но был потрясён сценой перед ним и чуть не упал.

Е Цинлю упала на землю головой вниз. У неё была сломана шея, изо рта и носа хлестала кровь. Глаза девочки были широко раскрыты, и её глаза были полны гнева и нежелания. Маленькое тело всё ещё слегка подёргивалось, и с каждым разом вытекало всё больше крови.

Ребёнок, попав в руки чудовища, плакал. Белый монстр полностью проигнорировала плач ребёнка, притянула его ко рту и укусила за голову.

Сердце Сюй Жэньдуна подскочило к горлу. Ему казалось, что время остановилось. Но движения монстра ничуть не замедлились, она обхватила тело младенца обеими руками и сильно потянула. Шея ребёнка оказалась мгновенно окровавлена и сломана. Голову оторвали заживо!

Глаза и уши Сюй Жэньдуна были полны зрелищем монстра, жующего голову ребёнка. Зрелище было настолько ужасающим, что он весь вспотел. Он пытался заставить себя успокоиться, но его мокрые от пота пальцы не могли не соскользнуть и больше не могли ухватиться за стену.

Он услышал собственный дрожащий голос:

– Лянь Цяо… я…

– Не бойся, брат Жэньдун. – Голос Лянь Цяо был неожиданно спокоен: – Даже если это смерть, давай будем вместе.

Сюй Жэньдун не мог видеть мальчика, но его сердце было чрезвычайно взволновано – с настолько сильными эмоциями, которые невозможно было выразить.

В то же время монстр неподалёку внезапно перестала заглатывать младенца. Она безучастно смотрела на безголового ребёнка в своих руках, как будто о чём-то думая. Внезапно она подняла голову и издала пронзительный крик.

Звук пронзил уши детей, как стальные иглы. Сюй Жэньдун инстинктивно заткнул их, только чтобы почувствовать воздух под ногами. Лянь Цяо больше не мог его удерживать, поэтому он внезапно потерял равновесие и упал. Однако в следующую секунду он попал в тёплые объятия. Лянь Цяо поймал его и тут же обнял.

Монстр всё ещё кричала и визжала. Хотя Лянь Цяо использовал своё тело, чтобы максимально защитить его, резкий звук всё ещё проникал в барабанные перепонки Сюй Жэньдуна. Острая игольчатая боль пронзила голову, и та распухала, как будто вот-вот расколется. Сюй Жэньдун почувствовал, что мир вращается, и ему хотелось потерять сознание до смерти. Он не мог не схватиться за рубашку Лянь Цяо, но обнаружил, что тело мальчика бьётся в конвульсиях. Внезапно он начал сильно задыхаться.

Наряду с кашлем Лянь Цяо, Сюй Жэньдун почувствовал жар на спине. Большое количество тёплой жидкости мгновенно пропитало его одежду. Он в панике поднял голову и увидел, что рот Лянь Цяо полон крови. Каждый раз, когда кашлял, он давился кровью и фрагментами внутренних органов.

Боль прошла через Сюй Жэньдуна. Как только он собирался заговорить, его левый глаз внезапно пронзила острая боль, и половина его зрения мгновенно исчезла. Он инстинктивно коснулся левого глаза, покрытого слизистой кровью. Мальчик почувствовал, как что-то выкатывается из глазницы и свисает с лица. Он протянул руку и коснулся этого. Это был круглый шар, и он всё ещё был соединён с его глазницей.

То есть – это было его глазное яблоко!

Небывалый великий страх мгновенно сокрушил его сердце. Мышцы дрожали, он совершенно не мог этого контролировать, и даже зубы стучали. Горестный крик монстра продолжался, и этот пронзительный крик был подобен ложке, которая вонзалась и выкапывала его мозг. У него ужасно болела голова, и он чувствовал, как из левой глазницы постоянно вытекает жидкость, вероятно, кровь. Он находился в полной панике, в полной растерянности и мог только пытаться прижать глазное яблоко к глазнице. Но кровь всё ещё лилась из его глаз.

«Что делать, что делать, что делать… Это ужасно… Больно… Я больше не могу, что мне делать, так больно… Сколько это будет продолжаться…»

…Больно…

Сюй Жэньдун беспомощно закрыл левый глаз рукой, вся его ладонь была пропитана кровью. Он был так напуган, что хотел плакать и кричать, но не смел. Его тело полностью превратилось в игрушку страха, и большая холодная рука бога смерти гладила каждый сантиметр его дрожащей кожи. Он не мог сопротивляться и мог только дрожать.

Он был подобен голубю, у которого ощипали перья и обрезали крылья. Нежно-розовая плоть беспрепятственно обнажалась, хрупкая и нежная, блестящая от влаги.

Когда Сюй Жэньдун собирался потерять сознание, Лянь Цяо сильнее обнял его. Он был как мать, держащая на руках младенца, нежно поддерживающая его затылок и прижимающая к себе.

Лянь Цяо всё ещё кашлял кровью, и каждый раз, когда он кашлял, его тело сотрясалось. Несмотря на это, его движение было чрезвычайно нежным, с сильным ощущением комфорта, давая немного утешения испуганному сердцу Сюй Жэньдуна, которое вот-вот разорвётся.

Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем этот ужасный крик наконец прекратился. Разумы двух людей были пусты. Лянь Цяо отреагировал первым и снова посмотрел на чудовище. Они увидели белого монстра, парализовано сидевшую на земле, обеими руками держащую обезглавленного младенца, её плечи дрожали, как будто она рыдала.

Лянь Цяо беспомощно сказал:

– Почему она плачет… Это я хочу плакать… – Его голос уже был хриплым. Сильный кашель сдавливал ему горло и мешал нормально говорить.

Левый глаз Сюй Жэньдуна совершенно не видел. Он прижимал к нему руку и не осмеливался отпустить, опасаясь, что глазное яблоко выпадет. Полагаясь на оставшийся глаз, он увидел, что бледное лицо Лянь Цяо было залито кровью, а кровь всё ещё хлестала из его носа и ушей. Даже его грудь была запятнана кровью.

Лянь Цяо коснулся тыльной стороны его ладони и тихо сказал:

– Брат Жэньдун, у меня нет сил.

Сюй Жэньдун потерял дар речи. Его тело всё ещё тряслось, мышцы постоянно бились в конвульсиях, и он совсем не мог встать. Страх и боль полностью лишили его способности двигаться, и у него не было сил сопротивляться. Его ждала только смерть.

И, возможно, страшные пытки перед смертью.

В этот момент Сюй Жэньдун вздрогнул ещё сильнее. Он умирал несколько раз, и больше всего боялся не смерти, а боли. Ему размозжили голову кувалдой, горло перерезали ножом и разорвали на куски острые зубы… Эти роковые раны не только унесли его жизнь, но и оставили тяжёлые раны в его душе. Каждый раз, когда он думал об этом, пугался так, что даже его мозг дрожал.

Лянь Цяо внезапно изогнул глаза и улыбнулся. Он осторожно вытер пятна крови на лице Сюй Жэньдуна, а затем снова обнял его. Он тихо сказал:

– Конечно, ты тоже боишься…

Объятия Лянь Цяо были такими тёплыми и успокаивающими. Сюй Жэньдун прислонилась к его груди, внезапно почувствовав грусть и обиду, просто желая обнять его и заплакать. Но не смел, он даже не смел отпустить руку на левом глазу. Он боялся, что его глаз выкатится, и боялся, что Лянь Цяо увидит его пустые глазницы и опущенные веки. Теперь он был так ужасен, что не хотел, чтобы Лянь Цяо это видел.

Поэтому глубоко уткнулся головой в грудь Лянь Цяо, жадно наслаждаясь этим последним объятием.

Лянь Цяо коснулся его головы и сказал:

– Могу ли я спеть для тебя песню?

Сюй Жэньдун кивнул. В то же время он услышал шорох толстого змеиного хвоста, извивающегося на земле. Он становился всё ближе и ближе…

Лянь Цяо осторожно погладил его по волосам, чтобы он не отвлекался на приближающуюся опасность, а потом улыбнулся и запел:

– Два тигра, два тигра, бегут быстро, бегут быстро…

Почему эта песня? (Обычная детская песня в Китае.)

Сюй Жэньдун хотел спросить, но не смог прервать последнюю песню. Он тихо склонился в объятиях Лянь Цяо и вскоре знал ответ.

– У одного нет глаз, а у другого нет хвоста. Это так странно, это так странно…

Монстр приближался шаг за шагом, тихо плача. Однако в невинном детском голосе Лянь Цяо не было и следа печали или отчаяния.

Лянь Цяо хрипло пел, расчёсывая волосы Сюй Жэньдуна пальцами, и не мог оторваться от него. Ему очень хотелось продолжать петь так, держа этого человека на руках. Но его тело становилось всё тяжелее и тяжелее, сознание постепенно расплывалось, и он даже начал терять голос.

Умирая, Лянь Цяо пришла в голову смелая идея. Он опустил голову и поцеловал Сюй Жэньдуна в макушку.

Пение резко прекратилось.

Сюй Жэньдун почувствовал, как его тело придавило. Лянь Цяо тяжело опирался на него, словно тёплый и мягкий мешок.

Лянь Цяо умер.

Спираль смерти [BL] Глава 33. Пищевод (5)

Глава 33. Пищевод (5)

Словно падая с большой высоты, его тело сильно трясло.

Сюй Жэньдун рассеянно смотрел в пустоту. В его ухе звенел голос, и он какое-то время не мог понять, что это. В голове было пусто, как будто электродрелью высверлили большую дыру, и он ничего не помнил.

Только то, как Лянь Цяо мягко опирался на него, и его тело было тёплым. От гнева не осталось и следа.

Больше он ничего не помнил и даже не знал, как умер.

Он не знал, сколько времени потребовалось, прежде чем его мозг наконец пробудился от стимула смерти. Наконец он услышал, что говорил болтающий голос рядом с ним.

– Шашлык из баранины, почки ягнёнка, куриные сердечки и крылышки на гриле, баклажаны на гриле, грибы эноки…

Этот голос…

Сюй Жэньдун резко оглянулся и увидел, как Лянь Цяо сглатывает, глядя на слово «Пищевод». В это время Лянь Цяо не стал меньше. Ему было ещё за двадцать, но выражение его лица по-прежнему отражало детскую невинность и мягкость.

Он ещё жив…

Он ещё жив!

Как чудесно.

Сюй Жэньдун внезапно почувствовал, как его глаза стали вяжущими, но не мог не поднять уголки рта.

Впервые Сюй Жэньдун почувствовал себя счастливым из-за того, что переродился. К счастью, всё можно сделать снова, и у него ещё есть шанс спасти его. Он может спасти Лянь Цяо и Е Цинлю… и вместе с ними безопасно вернуться в реальный мир.

Пока спираль смерти продолжается… он правильно использует свою смерть.

– …Брат Жэньдун? – Лянь Цяо удивлённо посмотрел на него. – Что с тобой? Твои глаза такие красные.

Сюй Жэньдун улыбнулся и сказал:

– Я тоже голоден.

Лянь Цяо не понимал:

– …А?

Прежде чем Лянь Цяо смог понять связь между голодом и красными глазами, тела двух людей начали уменьшаться со скоростью, видимой невооружённым глазом. На этот раз Сюй Жэньдун уже набрался опыта и спокойно закатал штанины и рукава. Его спокойствие и суета Лянь Цяо сильно контрастировали. Всё время, пока они не перестали трансформироваться, Лянь Цяо находился в состоянии шока и возбуждения.

– Смотри, брат Жэньдун! – Лянь Цяо подвёл его к двери лифта. – Я выше тебя!

Через отражающую металлическую поверхность Сюй Жэньдун увидел двух детей, одного большого и одного маленького, держащихся за руки. Ладони Лянь Цяо были тёплыми и мягкими, а близкие друг к другу плечи распространяли тепло тел друг друга. Это чувство было настолько тёплым, что на какое-то время он почувствовал себя немного ошеломлённым.

Лянь Цяо внезапно сжал его щёки. Сюй Жэньдун был потрясён и оттолкнул чужую руку. Лянь Цяо сам опешил и поспешно извинился:

– Прости, прости, я был не прав! Ты сейчас такой милый, я не смог сдержаться… Прости, что был не прав! Я больше не посмею!

Сюй Жэньдун быстро понял, что слишком остро отреагировал. На самом деле он не испытывал отвращения к тому, что Лянь Цяо щипал его лицо, но ещё не полностью оправился от тени смерти. Сейчас он был как испуганная птица, даже лёгкое волнение могло заставить его подпрыгнуть.

Но Сюй Жэньдун был смущён тем, что Лянь Цяо неправильно понял. Пятилетний Лянь Цяо выглядел немного глуповато, как мягкая клёцка, которую легко ущипнуть и запугать. Сюй Жэньдун внезапно почувствовал себя озорным. Он сделал суровое лицо, притворившись несчастным, и поманил Лянь Цяо:

– Иди сюда.

Лянь Цяо был немедленно ошеломлён, показывая лицо, как будто ребёнок боялся наказания со стороны родителей, но не осмелился ослушаться. У него было послушное обиженное выражение, но он всё же наклонился.

Сюй Жэньдун поднял руку, а Лянь Цяо сжал плечи и закрыл глаза, когда подумал, что его собираются ударить. Но Сюй Жэньдун просто ткнул пальцем в щёку, а затем сжал его лицо.

Это лучше, чем ожидалось. Мягкий и гладкий, как яичный пудинг. Сюй Жэньдун не стал сдерживаться и сжал ещё несколько раз.

Лянь Цяо тупо открыл глаза и обнаружил, что, несмотря на серьёзное лицо босса, уголки его рта были слегка приподняты, а выражение радости выглядело чрезвычайно милым. Сердце Лянь Цяо сжалось как у маленького пойманного оленёнка. Он потёрся щекой, как собака, и радостно и великодушно сказал:

– Брат Жэньдун, здесь тоже можно ущипнуть!

Сюй Жэньдун откровенно принял его доброту. Он потёр щёки и замесил их, как тесто. Лянь Цяо вёл себя хорошо на протяжении всего процесса. Ему хотелось лечь, чтобы Сюй Жэньдун мог коснуться его живота. Ощущение было действительно захватывающим. Только когда дверь лифта открылась со звуком «динь», Сюй Жэньдун убрал руку и смущённо кашлянул.

– Пойдем.

Лянь Цяо последовал за ним:

– Брат Жэньдун, ты не сердишься?

– Нет.

Лянь Цяо радостно завилял хвостом.

Двое бок о бок подошли к воротам монастыря. Сюй Жэньдун снова увидел знакомых людей и Е Цинлю. На этот раз у всех возникло очередное разногласие по поводу того, брать ли малыша в монастырь. Е Цинлю была упряма, и маленький толстяк организовал против неё банду. Никто не уступал, и вскоре начался спор.

Глядя на ребёнка в руках Е Цинлю, Сюй Жэньдун внезапно подумал о вопросе: «Почему белый монстр вдруг закричал после того, как съел младенца?»

Хотя причина была неясна, известно, что после того, как монстр закричал, никто из присутствующих не смог убежать. В то время звуковая волна заставила Лянь Цяо рвать кровью. Несмотря на то, что его защитили, у него всё ещё были сильные головные боли и тошнота, и даже выпал глаз.

Он предположил, что после того, как мозг подвергся сильной стимуляции, внутричерепное давление быстро возросло, это привело к разрыву кровеносных сосудов, и массивная хлынувшая кровь прямо выдавила его глазное яблоко из глазницы.

В то время они были слишком близко к монстру и первыми приняли на себя основной удар, поэтому получили чрезвычайно серьёзные внутренние повреждения. Но другие люди, разделённые стеной, вероятно, были в ненамного лучшем состоянии. Ведь у всех короткие ноги и далеко убежать они не могли. Проникающая сила звука была слишком велика. Любой в пределах нескольких сотен метров стал бы инвалидом, если бы не был бессмертным.

Другими словами, если ребёнка съедят, это напрямую приведёт к уничтожению всех членов группы.

В том, что они должны обеспечить безопасность малыша, сомнений не вызывало. Сюй Жэньдун вспомнил, что когда белый монстр преследовал их, услышав крик ребёнка, сразу же выронил Лянь Цяо изо рта. Похоже, что женщина-змея была больше заинтересована в съедении младенца, чем четырёх-пятилетних детей. Это означало, что монстр с большей вероятностью выследит человека с младенцем. Однако пока ребёнок не плакал, у них всё ещё был шанс.

После того, как Сюй Жэньдун понял это, он заговорил, чтобы остановить ссорящихся людей.

– Не деритесь, – сказал он. – Я возьму ребёнка. Я не останусь с вами вместе и буду отвечать за то, что происходит.

Все, включая Лянь Цяо, были ошеломлены.

Е Цинлю крепко обняла ребёнка:

– Что ты имеешь в виду?

Маленький толстяк тоже подозрительно сказал:

– Что ты хочешь делать?

Сюй Жэньдун сказал:

– У меня есть идея. – Он сделал паузу и холодно оглядел людей. – Я игрок-ветеран, я пришёл сюда уже в восьмой раз.

Все те, кто побывал в мире призраков, знают, что означает «восьмой раз», и старые игроки замолчали. Е Цинлю – новичок и до сих пор не понимает веса этих слов, но может видеть, что Сюй Жэньдун ошеломил всех своей аурой. Она на мгновение поколебалась и сказала с неуверенностью:

– Ты действительно защитишь его? Ты же не бросишь его, пока я не обращаю внимания?

– Нет. – Уголки рта Сюй Жэньдуна приподнялись, и он показал самоуничижительную улыбку, которая казалась неуместной на его детском лице. – Я сам брошенный ребёнок. Поверь мне, я не буду делать то же, что и мои родители.

Е Цинлю вздохнула с облегчением. Лянь Цяо внимательно посмотрел на Сюй Жэньдуна, и в его глазах стояли необъяснимые эмоции.

В конце концов предложение Сюй Жэньдуна было единогласно одобрено, и Е Цинлю передала ему младенца. Вскоре появилась старая монахиня и снова отругала их. Все последовали за монахиней в монастырь с разными выражениями на лицах, и все они строили в своих сердцах планы.

Когда все вошли в ворота, Сюй Жэньдун услышал почти неслышимый щелчок сзади. Он оглянулся и обнаружил, что большие железные ворота во дворе заперты.

Оказалось, что они не были заперты монахиней.

Похоже, размах деятельности на этот раз ограничен внутренней частью монастыря, что должно означать, что лифт и кнопки находятся внутри.

Как и в прошлый раз, старая монахиня провела детей в большую спальню и ушла. Сюй Жэньдун покинул команду по соглашению. Он взял ребёнка и вышел. Лянь Цяо без колебаний последовал за ним.

Сюй Жэньдун сказал:

– Оставайся здесь, не следуй за мной.

Лянь Цяо озадаченно:

– Почему?

Сюй Жэньдун холодно сказал:

– Ты меня не понимаешь? На этот раз я буду действовать один.

Лянь Цяо застыл:

– Но разве мы уже не сформировали команду?.. Я думал, когда ты сказал «я», ты имел в виду «нас».

Растерянность в его глазах постепенно сменилась горем и обидой. Сюй Жэньдун посмотрел в водянистые щенячьи глаза и почувствовал, что это довольно тяжело вынести. Он вздохнул, и его отношение смягчилось:

– Ты прав, мы уже в команде. Ты можешь обещать быть послушным?

Лянь Цяо энергично закивал, похлопал себя по груди и пообещал:

– Абсолютно послушен! Я сделаю всё, что ты скажешь, и выслушаю всё, что ты скажешь! Пока ты позволяешь мне…

Сюй Жэньдун улыбнулся и прервал его:

– Тогда оставайся послушно здесь и не следуй за мной. Только сегодня, хорошо?

Лянь Цяо не ожидал, что Сюй Жэньдун выкопает для него яму, и некоторое время оставался ошеломлён.

Сюй Жэньдун спросил:

– Разве ты не говорил, что будешь меня слушать?

Лянь Цяо беспомощно посмотрел на него и неохотно кивнул.

Сюй Жэньдун сказал:

– Возвращайся, ложись спать пораньше. На улице темно, не выходи, что бы ни случилось.

Лянь Цяо заметил, что в коридоре темно и совсем нет света. Призрачная атмосфера была похожа на холодный туман, покрывший кожу, сразу же вызывая мурашки по коже. Лянь Цяо стал послушным в течение секунды. Он взял его за руки и сказал:

– Хорошо, тогда я пойду. Брат Жэньдун, ты должен быть осторожен.

– Ты тоже.

Наконец он отослал Лянь Цяо. Сюй Жэньдун держал младенца на руках и спустился на первый этаж, чтобы приготовить для ребёнка еду из сухого молока.

Когда горячая вода остыла, Сюй Жэньдун вспомнил сопротивление Лянь Цяо. Мальчик очень на него полагался. Он явно был сильнее, но всегда любил ходить за ним. Лянь Цяо глупо поклонялся ему и глупо слушал его.

Как глупая птица, он даже не знал, что пошёл не за тем родителем.

Сюй Жэньдун подумал об этом. Он неосознанно приподнял уголки рта, а выражение его глаз окрасилось нежной улыбкой.

Когда он вынырнул из мыслей, температура воды была почти подходящей. На этот раз Сюй Жэньдун накормил ребёнка, прежде чем тот проголодался и заплакал. Малыш погрузился в мирный сон.

Хотя молочная бутылка была пуста, вся кухня заполнилась сильным ароматом молока. Сюй Жэньдун никогда не предполагал, что сухое молоко может быть таким ароматным, и его желудок заурчал. Но сейчас он не в настроении пить молоко.

Хотя ребёнок был сыт, запах молока привлечёт монстра. Этот трёхлетний организм был не в состоянии бороться сам по себе, не говоря уже о младенце. Был только тупик при встрече с чудовищем.

Что можно с этим сделать?

…Если бы это был Лянь Цяо, что бы он сделал?

Когда уже собирался помыть детскую бутылочку, у Сюй Жэньдуна внезапно возникла идея. Поэтому он пошёл в гостиную и, всё ещё держа ребёнка, забрался в шкаф и оставил бутылку снаружи.

Он закрыл дверцу, и внутри стало совершенно темно. Сюй Жэньдун держал спящего ребёнка на руках и тихо ждал.

Вскоре он услышал тихий шорох. Звук был подобен ползанию змеи по пустыне: глухой и хриплый, что особенно ясно это слышалось в молчаливом монастыре.

Белый монстр полз к шкафу.

Спираль смерти [BL] Глава 34. Пищевод (6)

Глава 34. Пищевод (6)

Звук ползания монстра немедленно пробудил плохие воспоминания Сюй Жэньдуна. Его сердцебиение резко участилось, и он не мог удержаться от того, чтобы не прижать ребёнка к себе. К счастью, малыш крепко спал и дышал легко и ровно. Он не должен внезапно заплакать.

Сквозь узкую дверцу шкафа Сюй Жэньдун смог разглядеть фигуру монстра. Его стройное человеческое тело выглядело бледным в лунном свете, как обескровленный труп, с волочащимся за спиной толстым змеиным хвостом. Образ получился очень неуместным. На лице ламии по-прежнему не было ни рта, ни носа, а три чёрные дыры были бездонными. Два налитых кровью глазных яблока вращались в глазницах. Поскольку век не было, глазные яблоки всегда были открыты воздуху и выглядели сухими и очень странными.

Монстр остановилась перед шкафом и вдруг нагнулась. Бледное и сморщенное лицо вдруг приблизилось, усилив чувство ужаса в сотни раз. Сюй Жэньдун был потрясён и инстинктивно хотел отступить, но заставил себя сдержаться. Этот шкаф был деревянным и очень старым. Из тех, что издадут шум, если в нём двинуться, поэтому ему оставалось только держаться поближе к двери, затаив дыхание, и нервно наблюдать за монстром через щель.

Если его предположение окажется неверным, то цена – смерть.

К счастью, это только смерть. У него ещё есть шанс вернуться.

Две тёмные ноздри на морде монстра несколько раз дёрнулись, как будто что-то унюхав. Вскоре она опустила голову и наконец-то заметила на полу детскую бутылочку. Казалось, даже немного растерялась, глядя на неё, а затем на шкаф.

Сердце Сюй Жэньдуна подскочило к горлу, и он увидел, как женщина-змея вытянула свои длинные и тонкие как кости пальцы. К счастью, она всё же выбрала бутылочку для кормления.

В бутылке осталось немного приготовленного молока. Белый монстр взяла детскую бутылочку, наклонила голову и некоторое время смотрела на неё, а затем сделала движение, которое Сюй Жэньдун не мог понять.

Она на самом деле запихала себе в рот всю молочную бутылку.

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Без помех в виде зубов, ламия легко удерживала во рту всю бутылку. Но бутылочка всё же была толщиной с детскую руку, даже если она и поместится во рту, сможет ли монстр проглотить её?

И действительно, бледное и тонкое горло несколько раз дёрнулось. В конце концов, она не смогла напрямую проглотить бутылку. Её пришлось выплюнуть её, взять горлышко бутылки в руку и начать рвать её, как куриную ножку.

Разорвать, конечно, не получилось. Стеклянная бутылка очень твёрдая, липкая от слюны и очень скользкая. У монстра, к тому же, не было зубов, и она не могла её укусить. Она издала несколько разочарованных звуков и была так зла, что издала гневное рычание.

Плохо не иметь зубов и плохо не иметь мозга. Пока что Сюй Жэньдун может быть уверен, что у этого монстра очень низкий интеллект, действующий на инстинктах. В этом инстансе, хотя они не могли противостоять ей в лоб, они всё же могли легко подчинить её с помощью некоторых ловушек. Вначале Лянь Цяо использовал такие мелочи, как скакалка и мешок с песком, чтобы поиграть с ней. Кажется, что пока они не столкнутся, у них всё ещё есть преимущество.

Сюй Жэньдун немного успокоился, и вдруг в его ухе раздался резкий звук. Звук трескающегося стекла разнёсся почти по всему монастырю. Выяснилось, что монстр не смогла проглотить бутылку и в гневе разбила её.

Стекло разбилось, и молочно-белое молоко разлилось повсюду, источая насыщенный молочный аромат. Сюй Жэньдун не мог не сглотнуть, только чтобы почувствовать, что его желудок пуст, и голод подступил к его горлу, царапая сердце.

После того, как ламия разбила бутылку, она повернулась и уползла. Как только Сюй Жэньдун собирался вздохнуть с облегчением, монстр, казалось, что-то вспомнила и внезапно повернулась. Её бледное лицо неожиданно склонилось перед Сюй Жэньдуном!

Если бы не дверь шкафа, Сюй Жэньдун оказался бы с ней лицом к лицу. Его сердце бешено колотилось, почти разрываясь в груди.

Тёмные ноздри пульсировали, а сухие и красные глаза метались вправо-влево, глядя внутрь через щель двери. Это расстояние было слишком близким, поэтому, не говоря уже о том, чтобы отступить, Сюй Жэньдун не смел даже дышать. Он мог противостоять монстру только через тонкую дверцу шкафа, молясь в темноте, чтобы его не увидели.

«Подождите, темнота?»

У Сюй Жэньдуна внезапно появился план. Он подавил свой страх и, вместо того чтобы попятиться, осторожно наклонился вперёд и заблокировал дверь своим телом.

Пока нет щелей, лунный свет снаружи не может проникнуть, и монстр ничего не видит.

Однако Сюй Жэньдун больше не мог смотреть на чудовище через щель. Он вцепился в дверцу шкафа, его дыхание было наполнено зловонием изо рта женщины-змеи. Пахло внутренними органами животных, пропитанными старой кровью. Сюй Жэньдун тихонько дышал, но зловоние ещё долго оставалось в его носу, было настолько плохо, что его вот-вот стошнит.

Но больше беспокоил запах, который мог разбудить ребёнка, чем рвота, которую он не мог контролировать. Он осторожно прикрыл нос и рот младенца, стараясь не допустить проникновения запаха. Что касается того, сработает это или нет, будет зависеть от того, благоволят ли ему небеса.

Сюй Жэньдун держал в руке бомбу замедленного действия и находился в тесном контакте с монстром через тонкую деревянную дверь. Чудовище снаружи молчала, и сердце Сюй Жэньдуна бешено колотилось из-за страха, что она услышит его сердцебиение через деревянную дверь.

Он пытался успокоиться, говоря себе, что, самое большее, он умрёт, самое большее, начнёт всё сначала, бояться нечего. Но когда он думал о смерти, страх, выгравированный в глубине его души, поднимался вверх по спине, по позвоночнику участок за участком.

Он был как кошка, схваченная за шею, – его шерсть поднялась от напряжения. Он был так сбит с толку, что не мог остановить череду мыслей, приходящих ему в голову.

Монстр всё ещё у двери? Она откроет дверцу шкафа? Если его найдут, сможет ли он сбежать?

Время ползло очень медленно. Каждая секунда была продлена на неопределённый срок. Когда нервы Сюй Жэньдуна были напряжены до предела, почти разрываясь, он услышал, как монстр глубоко выдохнула. Вошло много зловония, и Сюй Жэньдун тут же затаил дыхание. В то же время он услышал тихий уползающий звук.

Монстр ушла.

Словно полностью измученное, всё тело Сюй Жэньдуна расслабилось. После двухсекундной задержки он заставил себя восстановить силы, тщательно выровнял позу и снова выглянул в щель двери. Однако его зрение через щель всё-таки было ограниченным, и он не мог видеть, куда делась ламия. Сюй Жэньдун скорчился в темноте, держа ребёнка, и не мог не чувствовать себя немного обеспокоенным.

Все, должно быть, слышали, как разбивается детская бутылочка. Он задавался вопросом, придёт ли кто-нибудь, чтобы проверить это. Больше всего его беспокоил Лянь Цяо. С темпераментом Лянь Цяо, даже если тот боится, у него хватит смелости прийти, чтобы проверить ситуацию. Не говоря уже о том, что он и Лянь Цяо не вместе, и поэтому тот может пойти искать его из беспокойства.

Если бы Лянь Цяо вышел в этот момент и просто случайно столкнулся с белым чудовищем, это определённо был бы тупик.

Хотя Сюй Жэньдун специально сказал Лянь Цяо не выходить, он не знал, будет ли тот соблюдать соглашение между ними. Мальчик навострил уши и прислушался к движению за пределами шкафа. Он слабо слышал движение монстра, как будто та удалялась, но не мог определить конкретное направление. Чем дольше он ждал, тем больше беспокоился, и ему отчаянно хотелось вернуться на второй этаж в темноте, чтобы посмотреть, честно ли спит Лянь Цяо.

Но он не осмелился действовать опрометчиво. Сюй Жэньдун до сих пор держит в руках младенца, и если бы этот предок проснулся и заплакал, все были бы похоронены вместе с ним.

Таким образом, в смертельной темноте Сюй Жэньдун удерживал своё сердце в горле, опасаясь, что в следующую секунду услышит крик Лянь Цяо.

Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем перестал слышать звуки снаружи. Ему стало немного легче, но он не осмелился полностью ослабить бдительность. Малыш спал у него на руках, ровно дыша. Сюй Жэньдун закрыл глаза в темноте и начал собираться с мыслями.

Его догадка была верна, монстра привлёк запах молока. Чтобы убедиться в этом, он намеренно вынес молочную бутылку из кухни. Но ребёнок также распространял запах молока после того, как выпил сухое молоко, поэтому он поставил бутылочку у дверцы шкафа, а сам спрятался с ребёнком.

Конечно же, монстра привлёк к шкафу запах молока. Но Сюй Жэньдун не ожидал, что та всё ещё может обнаружить запах молока снаружи бутылки. Если бы не тот факт, что она по ошибке разбила бутылку и наполнила всю комнату запахом молока, его простая идея спрятаться в шкафу, вероятно, не сработала бы.

Основываясь на действиях чудовища, можно сделать вывод, что его главной целью был ребёнок. Тогда условия смерти в этом мире должны быть такими: младенец голоден и плачет =gt; его кормят сухим молоком =gt; запах молока привлекает монстра =gt; монстр кричит, проглотив младенца =gt; все члены команды умирают.

Монстра может привлечь не только запах молока, но и плач ребёнка. Другими словами, даже если ребёнок не накормлен и продолжает плакать, чудовище рано или поздно найдёт его.

В голове Сюй Жэньдуна внезапно возникли два плана. Один – найти другие заменители, чтобы накормить младенца, а другой – …убить ребёнка.

Разумеется, последнее было им тут же отвергнуто. Не говоря уже о том, что ребёнок может быть живым товарищем по команде, даже если он действительно «реквизит», как думал Лянь Цяо, у него должно быть другое применение, и его нельзя убивать случайно. Поскольку на этот раз мир превратил их всех в детей и лишил боеспособности, ясно, что правила на этот раз таковы, что для решения головоломок нельзя применять силу и нельзя применять насилие.

Более того, их конечной целью было найти лифт и кнопку и сбежать из этого мира, а не жить, дрожа от холода, в тени призраков.

Кстати, на этот раз он понятия не имел, где находится лифт.

В его последней реинкарнации они не пережили даже первую ночь, и все быстро умерли. В это время Сюй Жэньдун понял, что на этот раз NPC не давал им задание, поэтому они не знали, что делать дальше.

В предыдущем мире матрёшек, хотя условие прохождения на самом деле не заключалось в том, чтобы выполнить задачу, кролик всё же указывал им в определённом направлении. Но теперь старая монахиня просто отвела их в монастырь и отправила спать. Больше она ничего не сказала. Лифт и кнопка спрятаны в монастыре, поэтому их нужно просто искать?

Было ли это так просто?

Сюй Жэньдун считал, что это маловероятно. Он вспомнил слово, появившееся в лифте: «Пищевод». Что касается этого слова, он действительно не мог соединить его с миром призраков и монстров перед ним, поэтому ему пришлось сдаться.

Давайте завтра хорошенько осмотрим монастырь… и снова обсудим всё с Лянь Цяо…

Среди нежного и ровного дыхания ребёнка Сюй Жэньдун постепенно стал сонным. Он обнял младенца, прислонился к шкафу и так уснул.

Он не знал, как долго проспал, прежде чем Сюй Жэньдун смутно услышал, как кто-то зовёт его:

– Жэньдун… Ты там…

Лянь Цяо?

Сюй Жэньдун открыл глаза, а в шкафу всё ещё было темно и ничего не видно. Он услышал, как Лянь Цяо зовёт его снаружи, поэтому взял ребёнка и осторожно открыл дверцу шкафа.

– Я здесь.

В гостиной оглядывалась маленькая фигура. Услышав его, Лянь Цяо обернулся и удивлённо сказал:

– Брат Жэньдун! Ты в порядке! – он радостно поприветствовал его.

Сюй Жэньдун хотел вылезти из шкафа, но чувствовал боль и онемение.

Лянь Цяо потянулся к нему.

– Я подержу ребёнка.

Сюй Жэньдун кивнул. Лянь Цяо взял младенца и обнаружил, что малыш всё ещё спит, поэтому спросил:

– Ты прятался здесь всю ночь?

– Да. – По его конечностям ползли десять тысяч муравьев. Сюй Жэньдун потёр болезненную руку и рассказал Лянь Цяо о том, что произошло прошлой ночью. Он вдруг заметил, что свет в гостиной очень тёмный, а вокруг очень тихо. Казалось, их всего двое на весь монастырь. Он не мог не удивиться: – А где остальные?

Лянь Цяо сказал:

– Всё ещё спят. – Он посмотрел на Сюй Жэньдуна, в его глазах застыло восхищение. – К счастью, я послушался тебя и не выходил ночью, иначе моё тело уже бы остыло. Я услышал звук разбивания бутылочки и немного забеспокоился о тебе. Но потом я подумал: ты – большой босс, не мне об этом беспокоиться. Раз ты так уверен, это, должно быть, было спланировано. Конечно же, ты узнал состояние смерти в первый же день. Ты действительно потрясающий!

Сюй Жэньдун подумал про себя, что в этом нет ничего удивительного. Какими бы глупыми ни были люди, если они умерли несколько раз, то обязательно узнают, что произошло. Поэтому он просто небрежно отнёсся к комплименту Лянь Цяо и не принял его близко к сердцу.

Выбравшись из шкафа, он направился к главному входу в монастырь. Когда он открыл дверь, то увидел, что большая железная дверь во дворе всё ещё заперта. Цепь была холодной, и на ней сконденсировалась утренняя роса.

В это время небо прояснилось, но солнце всё ещё пряталось за тучами и отказывалось показываться. Из щелей в железных решётках было видно, что за стеной двора стоит густой туман. Серо-белый туман был аномально густым, а видимое расстояние составляло менее одного метра. Независимо от того, было ли что-то скрыто в тумане, Сюй Жэньдун не хотел рисковать.

– Похоже, что область инстанса на этот раз ограничена монастырем. – Лянь Цяо подошёл к Сюй Жэньдуну с ребёнком и вместе с ним посмотрел на густой туман снаружи.

– Я тоже так думаю. – Сюй Жэньдун взглянул на него и нечаянно заметил, что у него под глазами пара тёмных кругов.

Он плохо спал этой ночью?

У Сюй Жэньдуна внезапно вспыхнуло сердце – было ли это потому, что тот был так взволнован, что не мог заснуть? Неудивительно, что он побежал искать его ещё до того, как взошло солнце!

Сердце Сюй Жэньдуна внезапно смягчилось. В слегка холодном утреннем воздухе он почувствовал прилив тепла, медленно растекающийся от сердца к конечностям. Был неописуемый комфорт.

В этот момент он вдруг услышал, как рядом с ним бурчит живот. Лянь Цяо коснулся своего живота и очень грустно сказал:

– О, я так голоден… Я хочу съесть шашлык.

…Оказалось, что он просто был слишком голоден, чтобы спать.

Сюй Жэньдун спокойно подумал: «Конечно, я слишком много думаю».

«С чего ему так сильно волноваться обо мне, чтобы быть не в состоянии уснуть? Мы не очень хорошо знакомы.»

В этот момент, когда он подумал об этом, память Сюй Жэньдуна внезапно немного запуталась. Он повернул голову и спросил:

– Лянь Цяо, как долго мы знаем друг друга?

Лянь Цяо опешил и сосчитал по пальцам.

– Сегодня ровно две недели. Что случилось?

– О, ничего. – Горло Сюй Жэньдуна было заблокировано, но он не знал, что сказать, поэтому сдержанно улыбнулся. – Возвращайся на кухню и найди что-нибудь поесть.

Спираль смерти [BL] Глава 35. Пищевод (7)

Глава 35. Пищевод (7)

Они вернулись на кухню и стали рыться, но не нашли никакой еды. В шкафу была посуда, ножи, вилки и прочая столовая утварь, но она была покрыта пылью и даже паутиной.

Там нашёлся только один пакет сухого молока, которого, вероятно, хватит лишь младенцу на пять-шесть дней.

– Разве здешним NPC не нужно есть? – Лянь Цяо был так голоден, что раздражённо метался по кухне как безголовая муха. – Как это возможно? Мы все голодаем… Этот игровой опыт слишком плох, я хочу пожаловаться!

Сюй Жэньдун почувствовал головокружение, глядя на него, и поставил чайник перед собой.

– Выпей немного воды, чтобы наполнить желудок. Может быть, монахиня через некоторое время принесёт нам что-нибудь поесть.

– Я ничего не вижу. – Лянь Цяо со вздохом сел, подняв чашку с водой, чтобы выпить. – С первого взгляда можно сказать, что эта ведьма – не настоящая монахиня. Разве она не говорила, что здесь водятся монстры-каннибалы? Думаешь, она обращается с нами как с жертвами? Интересно, не являемся ли мы жертвой какому-то злому богу. В конце концов, подсказкой инстанса был «Пищевод»…

Чем больше он думал об этом, тем более жутко себя ощущал, и вздрогнул.

Лянь Цяо угадал, монстры в данном случае действительно ели людей. Сюй Жэньдун кивнул, но как только собирался говорить, внезапно увидел старую монахиню, стоящую за дверью и смотрящую прямо на них своими мутными глазами. Сюй Жэньдун опешил и прошептал:

– Лянь Цяо.

– Хм? В чём дело? – Лянь Цяо оглянулся, когда увидел, что его лицо не так хорошо, и тоже был шокирован.

– Что вы здесь делаете? – Старая монахиня вошла на кухню, её тощее тело было похоже на кусок сухого дерева. Они чувствовали затхлый запах от неё, когда она приближалась. Она посмотрела на двоих неприятным взглядом и мрачно улыбнулась. – Хотите украсть что-нибудь поесть?

– Просто пили воду. – Сюй Жэньдун ответил ни скромно, ни властно. Он взял младенца и холодно посмотрел на старую монахиню. – Что нам делать сегодня?

– Как обычно, утром – ходить на занятия, а днём – заниматься рукоделием. Ну, не мешкай здесь. Иди и позови других маленьких ублюдков, я буду давать вам уроки.

– Сразу уроки? – удивлённо спросил Лянь Цяо. – А что насчёт завтрака?

– Вы, некультурные жуки, всё ещё хотите позавтракать? – Старая монахиня впилась в него взглядом и вдруг вытащила из-за спины указку. – Кажется, я должна хорошенько научить тебя, какие здесь правила!

Указка была обычного размера, но в глазах трёхлетнего и пятилетнего детей она выглядела необычайно длинной и толстой. Лицо Лянь Цяо не было убеждено, и он собирался возразить. Сюй Жэньдун поспешно схватил его и прошептал:

– Не болтай с ней чепухи, пошли.

Лянь Цяо взял младенца и неохотно последовал за другом, чтобы уйти.

Поднимаясь по лестнице, Лянь Цяо всё ещё бормотал:

– Что это за мусорный NPC, это личное нападение… Если тебе не дают поесть, ты – подонок!

Сюй Жэньдун беспомощно спросил:

– Если у тебя есть время злиться на NPC, почему ты не думаешь, где могут быть лифт и кнопка?

– Старший брат, ты прав. – Лянь Цяо благочестиво принял это предложение, а затем снова подумал об этом: – Но проблема отказа от еды действительно серьёзна. Предполагается, что с нашей формой тела мы не протянем и трёх дней… Может ли быть так, что срок на этот раз составляет три дня?

Сюй Жэньдун кивнул.

– Это возможно.

Лянь Цяо вздохнул.

– Всё кончено, я должен голодать три дня…

Выражение лица Сюй Жэньдун мгновенно изменилось.

Если в этом мире действительно нечего есть, не значит ли это… что он может голодать десятки дней?!

Это даже не так хорошо, как хлеб с молоком каждый день!

Подумав об этом, Сюй Жэньдун почувствовал себя ещё более голодным, и его живот слегка покалывал.

По указанию монахини дети собрались в гостиной. Старая монахиня вытащила из ниоткуда маленькую школьную доску и начала серьёзно всех учить. Дети сидели на твёрдом полу и смотрели, как старая монахиня пишет мелом на доске, и обнаружили, что содержание, которое она преподавала, ограничивалось сложением, вычитанием, умножением и делением цифр от 1 до 10. Они вдруг выглядели растерянными.

– Бля, математика?! – воскликнул маленький толстяк.

Лянь Цяо болезненно поправил его:

– Строго говоря, это следует называть подсчётом.

Новичок в команде спросил вполголоса:

– Нам очень нужно ходить сюда на занятия? Разве это не пустая трата времени? Почему бы не поторопиться и не исследовать монастырь?

Маленький толстяк вздохнул.

– Вообще говоря, лучше не сопротивляться NPC. Ведь в мире призраков и монстров может случиться всё что угодно. Сейчас она выглядит как человек, но трудно сказать, кем она станет, если её разозлить.

Внезапно перед глазами Сюй Жэньдун появилось изображение кролика, превратившегося в чёрного чернильного кролика. Он не мог не согласиться.

Хотя они не осмелились ослушаться NPC, арифметический класс детсадовского уровня никого особо не интересовал. Более того, после входа в этот мир никто не съел ни зёрнышка риса. Мало того, что они были голодны, так ещё и уши были отравлены скрипучим голосом старой монахини, что было настоящей пыткой.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо поначалу старались сохранять позитивный настрой, желая узнать, есть ли какая-то полезная информация в лекции монахини. Но монахиня сухо говорила больше часа и на самом деле только учила арифметике. Они вдвоём начали постепенно терять внимание и стали вялыми.

Единственным, кто воспринял урок серьёзно, была Е Цинлю. Когда монахиня объявила о завершении занятия и разрешила им свободно передвигаться, Е Цинлю с удовлетворением сказала:

– Это можно считать дородовым обучением, для меня это не потеря.

Услышав это, все почувствовали себя сбитыми с толку. Сюй Жэньдун внезапно вспомнил, что Е Цинлю сказала, что у неё произошло кесарево сечение, когда она вошла в лифт, и его лицо стало немного уродливым.

– …Твой ребёнок всё ещё в твоём животе?

– Да, я была в середине процесса, и всё вокруг меня перестало двигаться. В операционной ни с того ни с сего появился лифт. Так что я могла сделать? Только войти в лифт с разрезанным животом.

– …А что насчёт твоего ребёнка?

– Я не знаю. Я превратилась в маленькую девочку, поэтому, конечно, мой живот исчез. – Она указала на ребёнка на руках Сюй Жэньдуна. – Поэтому я сначала подумала, что это мой ребёнок, но вы, ребята, сказали, что это товарищ по команде. В любом случае, этот ребёнок выглядит уродливо, поэтому, если вы говорите, что это товарищ по команде, значит, это товарищ по команде.

Все: «…»

Лянь Цяо взглянул на морщинистое личико ребёнка, а затем посмотрел на нежного и мягкого Сюй Жэньдуна. Дело не в том, что этот ребёнок особенно уродлив, просто наш Босс Жэньдун слишком милый.

Смертельной частью было сравнение!

После некоторого смущения все согласились не затягивать с болтовней и начали обыск монастыря.

В этом монастыре всего два этажа, но на каждом этаже много комнат. Только на первом этаже были гостиные, кухни, молитвенные комнаты, камеры заключения и так далее, поэтому они решили разделиться, чтобы исследовать. Сюй Жэньдун и Лянь Цяо, естественно, были командой. Е Цинлю хотела последовать за младенцем и присоединилась к их команде.

Удивительно, но шокирующие замечания Е Цинлю действительно помогли ей завоевать репутацию в команде. Подошли две сестры-новичка и попросились с ними в команду. Причина была в том, что сестра Цинлю была откровенна и прямолинейна. Вместо того, чтобы быть со старыми игроками, которые всё скрывали и смотрели на людей мрачными глазами, они предпочли остаться с Е Цинлю, которая тоже была новичком. Кроме того, в команде Е Цинлю также есть Босс Жэньдун, и безопасность по-прежнему гарантирована.

Трюк с заявлением, что он – игрок-ветеран, действительно проверен временем. Сегодняшняя команда из пяти человек по-прежнему считала Сюй Жэньдун своим боссом. Сюй Жэньдун взял всех на тщательное изучение, но не нашёл никакой зацепки. В маленькую школьную сумку Лянь Цяо было запихнуто множество мелочей. Сюй Жэньдун видел, как Лянь Цяо использовал скакалку и мешки с песком для установки ловушек, и это было настолько мощно, что он больше не осмеливался смотреть свысока на эти, казалось бы, бесполезные приспособления.

На втором этаже, где они жили, было несколько детских спален. Была ещё спальня монахини, где та спала в это время, и попасть внутрь они не могли. Рядом со спальней находился кабинет. Кажется, в него давно никто не заходил. Когда дверь распахнулась, комната была полна летящей пыли.

Высокие книжные полки были забиты книгами. Эти полки были слишком велики для детей, и они могли дотянуться только до третьей снизу. К счастью, Лянь Цяо нашёл небольшую скамейку в углу комнаты. Все дружно пододвинули её к краю книжного шкафа. Они встали на подставку и забрались на стол. Они подтвердили, что на верхней части книжных полок не было ничего, кроме пыли, а затем начали просматривать книги.

– Чёрт, что это за язык? – Е Цинлю перевернула несколько страниц и воскликнула.

Все посмотрели на книгу, которую она достала, и все выказали удивление.

– Кажется, это греческий язык? – Сюй Жэньдун посмотрел на Лянь Цяо. Тот тут же развёл руками, сказав, что тоже не может понять.

– Как мы можем это прочитать? – спросила Е Цинлю.

Сюй Жэньдун сказал:

– На этой книжной полке может быть словарь. Взгляните на каждую книгу и испытайте удачу.

Лянь Цяо кивнул.

– Кроме того, я думал, что основные правила игры заключаются в том, что она не может быть неразрешимой. Если эта книжная полка содержит важную информацию, нас невозможно ограничить иностранным языком. Так что я предполагаю, что здесь может быть специальная книга. Будем терпеливо искать.

Три девочки выслушали его и тут же начали внимательно смотреть. Такой тщательный поиск занимает много времени, и, несмотря на то что они работали впятером, на обыск только одной книжной полки ушло больше часа.

Обернувшись, Сюй Жэньдун постепенно почувствовал позыв к мочеиспусканию. Очевидно, это заслуга тех стаканов воды, которые были выпиты этим утром.

Сюй Жэньдун карабкался вверх и вниз. Он действительно не мог сдерживаться, поэтому ему пришлось прошептать Лянь Цяо:

– Я иду в туалет.

Лянь Цяо сказал, что долго сдерживался, и пошёл с ним. Они вдвоём дошли до конца коридора, где была уборная. Эта комната была грязной и вонючей, а плитка и стены были такими жёлтыми и чёрными, что люди не осмеливались думать о том, что вызвало эти пятна. В унитазе и ванне всё ещё скапливалась мутная и пахнущая рыбой вода. Это действительно заставило людей неохотно приближаться к нему.

К счастью, писсуар всё ещё оставался чист и почти не использовался. Однако, когда Сюй Жэньдун подошёл к писсуару, он обнаружил очень серьёзную проблему: он не мог до него дотянуться.

Он в трёхлетнем маленьком теле и писсуар почти на уровне его лба. Как он мог в него пописать?

«…» Лянь Цяо подавил улыбку и честно предложил:

– Почему бы мне не поднять тебя?

Сюй Жэньдун мгновенно представил ужасную картину, на которой Лянь Цяо держит его, помогая ему пописать, и его лицо стало чрезвычайно уродливым.

Лянь Цяо не осмелился продолжить шутку и быстро изменил свои слова:

– Забудь об этом, давай вернёмся и возьмём скамейку. В противном случае, я тоже не смогу добраться до него.

Сюй Жэньдун вздохнул с облегчением.

– Хорошо.

Итак, они вдвоём забрали скамейку из кабинета. Сюй Жэньдун необъяснимо почувствовал себя немного смущённым. Он держал маленькую скамейку и опустил голову, следуя за Лянь Цяо, не говоря ни слова.

Трёхлетний и пятилетний мальчики шли рядом, скрипел старый деревянный пол. Лянь Цяо оглянулся на него и вдруг улыбнулся, приподняв брови.

– Ты так хорошо выглядишь. Ты был таким милым в детстве.

– Разве ты не такой же?

– Не такой. – Лянь Цяо не скрывал своих глаз и ясно написал слово «Нравится» в своём выражении лица. Он посмотрел на Сюй Жэньдуна с улыбкой и сказал: – Ты такой хороший и мягкий, кто не хочет обнять тебя и ущипнуть? Почему ты такой красивый?

«…» Уши Сюй Жэньдуна стали краснеть со скоростью, видимой невооружённым глазом. Он отвернулся и спокойно подумал: «О, оказывается, Лянь Цяо так любит детей».

Спираль смерти [BL] Глава 36. Пищевод (8)

Глава 36. Пищевод (8)

Когда они снова вернулись в кабинет, все три девочки взволнованно встали.

Е Цинлю сунула книгу в руки Сюй Жэньдуна.

– Посмотри на это!

– Что там? – Лянь Цяо подошёл и увидел, что на обложке по-прежнему написано по-гречески, но внутри много картинок. – Хм? Книга с картинками?

Сюй Жэньдун перевернул несколько страниц.

– Кажется, это сказка. Смотри, здесь кто-то держит трезубец.

– Посейдон, морской бог! – Лянь Цяо сразу понял, что имелось в виду, и указал на другого – то был человек с копьём и большим щитом. – Это должен быть Зевс, и он держит копье «Гром» и щит «Эгида».

Сюй Жэньдун быстро пролистал всю книгу и обнаружил, что в ней почти нет слов – одни картинки. Если на этой полке спрятаны подсказки, то эта книжка с картинками, несомненно, лучший вариант. Он разложил книгу на столе, чтобы все вместе могли искать зацепки.

Пятеро детей собрались вокруг стола и вместе рассматривали книжку, и атмосфера была неожиданно тёплой.

С точки зрения содержания, эта книжка с картинками действительно посвящена греческой мифологии. Например, Прометей, похищающий огонь, Геракл, получающий золотые яблоки, и Сизиф, толкающий камень…

Даже если у них не было никакого формального образования по греческой мифологии, эти мифологические истории были более или менее услышаны ими, когда они были малы. Поэтому, хоть текста и не было, но по картинкам все примерно понимают, о чём рассказывают эти истории. Но последняя история в книжке с картинками всех немного смутила. На иллюстрациях была красивая женщина. Сначала она и Зевс обнимались, но вдруг с неба спустилась другая богиня и превратила прекрасную женщину в монстра-каннибала. Что больше всего беспокоит, так это то, что она была изображена поедающей детей.

– Это кто? – Е Цинлю почесала затылок и указала на богиню, упавшую с неба. – Я думаю, что она похожа на жену Зевса, которая пришла, чтобы поймать его на измене… Но разве Зевс не обманывал много раз? Почему сейчас?

Сюй Жэньдун покачал головой. Его знание греческой мифологии ограничивалось рассказами, которые он слышал, когда был ребёнком.

Лянь Цяо внезапно сказал:

– Это Ламия.

Ламия?

Никто раньше не слышал этого имени, и все сразу же посмотрели на Лянь Цяо. Мальчик собрался с мыслями и начал рассказывать историю Ламии. Оказалось, что та была любима Зевсом за свою красоту и стала его любовницей. Но ревнивая Гера в гневе убила всех детей Ламии и прокляла её, превратив в ужасающую женщину-змею. Под влиянием проклятия Ламия начала повсюду охотиться и пожирать детей. Чтобы заставить её страдать бесконечно, Гера даже лишила её сна, чтобы та не могла сомкнуть глаз и продолжала видеть сцену убийства своего сына. Так она потеряет контроль над своими эмоциями и продолжит убивать детей.

– Не может закрыть глаза? Сюй Жэньдун вспомнил кроваво-красные глаза белого монстра без век и не мог не почувствовать, как по коже бегут мурашки. – Эта история действительно похожа на босса из этого инстанса.

– Но проблема всё же есть, – сказал Лянь Цяо С задумчивым выражением лица. – Подсказка в этом случае – «Пищевод»… Что это значит?

Сюй Жэньдун покачал головой. Е Цинлю вдруг возмутилась:

– Зевс, какой подонок! Ты целыми днями общаешься с женщинами и ужасно портишь девушек, которые были с тобой! Эта богиня, Гера, тоже сумасшедшая. Если подлец обманывает тебя, ты должна избить подлеца. Какой смысл мучить любовницу? Лучше всего, если вы объединитесь с любовницей, чтобы уничтожить отморозка!

Сюй Жэньдун был беспомощен. Три взгляда в Древней Греции отличаются от современных, и вопрос внебрачного секса не так категоричен, как сейчас. Разум Е Цинлю сосредоточился на мерзости Зевса, и это правда, что мужчины и женщины придают вещам разное значение.

Лянь Цяо кивнул и сказал:

– Ты права. На самом деле, Зевс тоже немного считает себя отморозком. Ему было стыдно, и он хотел вознаградить Ламию, но у него строгая жена, и он не посмеет ослушаться и прямо снять проклятие. В конце концов, он искал компромисс. Он дал Ламии способность «снимать глаза». Ламия может заснуть, когда снимет глаза, чтобы получить короткую передышку от бесконечных убийств и боли.

Выслушав, все замолчали. Кажется, что на этот раз босс Ламия на самом деле является жертвой, но, будучи объектами гнева, никто не может встать на её сторону и посочувствовать.

Лянь Цяо сказал:

– Согласно мифу, Ламия выходит ночью охотиться на детей. Днём она снимает глазные яблоки, чтобы заснуть. В настоящее время кажется, что этот босс действительно так себя ведёт.

Все кивнули.

– Тогда проблема здесь. – Лянь Цяо остановился, глядя на Сюй Жэньдуна.

Сюй Жэньдун мгновенно понял, что он имел в виду.

Поскольку Ламия спит днём, если они украдут её глазные яблоки, пока она спит, значит ли это, что она не сможет их выследить?

В этот момент он обменялся взглядами с Лянь Цяо. Тот улыбнулся, изогнув глаза, подтверждая, что у этих двух людей одно и то же в сердце.

Остальные три девочки пока никак не отреагировали. Е Цинлю ещё больше разозлилась:

– Что вы оба делаете со своими глазами, не могли бы вы прояснить ситуацию? Мы, чужаки, не понимаем вашего молчаливого понимания.

Слова «молчаливое понимание» необъяснимым образом заставили Сюй Жэньдуна почувствовать себя хорошо. Но он не торопился объяснять и лишь сказал с улыбкой:

– Наверное, другие люди тоже почти закончили исследование. Давайте соберёмся вместе и поделимся собранной информацией.

Другая группа была командой, возглавляемой этим маленьким толстяком, и насчитывала более десяти человек. В дополнение к маленькому толстяку, который хорошо говорил, был ещё Жэнь Гаофэй, самый старший ребёнок. Было также несколько других игроков, которые были ветеранами. Их команда была большой, и под предводительством старых игроков они разделились, чтобы исследовать все комнаты на первом этаже.

По призыву Босса Жэньдуна все собрались в кабинете на втором этаже. Около дюжины детей в возрасте от трёх до пяти лет сидели кружком на ковре, устраивая серьёзную встречу.

Сюй Жэньдун сначала рассказал об информации, полученной их группой. Конечно же, после рассказа о Ламии у всех на лицах появилось ужасное выражение. Хотя Лянь Цяо предположил, что он может атаковать исподтишка, пока Ламия снимает глазные яблоки, потому что до сих пор никто не нашёл укрытие Ламии, прямо сейчас скрытная атака невозможна.

– А вы? Вы нашли что-нибудь? – спросил Сюй Жэньдун.

Маленький толстяк сказал с хмурым лицом:

– Наш улов не такой большой, как ваш. Мы тщательно проверили каждую комнату и не нашли никаких зацепок.

Сюй Жэньдун кивнул, и маленький толстяк продолжил:

– Единственная польза – пакет сухого молока. Я принёс его сюда.

Сюй Жэньдун увидел, что это пакет с сухим молоком на кухне. Прежде чем уйти утром с кухни, он спрятал молоко в незаметном месте. Но поскольку половина членов их команды – старые игроки, найти молоко – это нормально.

Он взял его и с удивлением обнаружил, что пакет стал намного легче, чем прошлой ночью.

– Вы выпили сухое молоко?! – Лицо Сюй Жэньдуна резко изменилось.

– Верно. – В выражении лица маленького толстяка был намёк на высокомерие и гордость. Он окинул взглядом команду из пяти человек Сюй Жэньдуна, притворяясь внимательным: – О, не волнуйтесь, я оставил много для вас, ребята. Полстакана на человека должно быть нормально, верно? – сказал он и подмигнул своим товарищам по команде. – Все в нашей команде выпили только полстакана, правда?

Товарищи маленького толстяка кивнули. Сердце Сюй Жэньдуна упало, зная, что эти люди скоро умрут.

Очевидно, что поведение маленького толстяка направлено на то, чтобы заявить о себе и заставить всех почувствовать, что можно выиграть, находясь с ним. Он намеренно оставил только немного сухого молока, чтобы Е Цинлю и двое новичков пожалели, что попали не в ту команду. Они могут даже сдаться и перейти в его команду. Кроме того, когда он сказал, что «не нашёл никаких улик», это не обязательно было правдой. Только Сюй Жэньдун глупо рассказал всю информацию, которую они нашли.

…Его интриги были хороши, но жаль, что маленький толстяк не знал, что употребление сухого молока являлось условием смерти.

Сюй Жэньдун почувствовал глубокую слабость.

– Вы, очевидно, опытный игрок, как вы смеете что-то есть здесь? И пусть все остальные тоже едят…

Маленький толстяк неправильно понял причину его беспомощности и лукаво улыбнулся.

– Не думай, что я не знаю, ты тоже съел его тайком! На краю пакетика с сухим молоком был порошок! – Он посмотрел на Сюй Жэньдуна, затем презрительно взглянул на Лянь Цяо. – Вы двое исчезли рано утром. Вы, должно быть, прятались на кухне и украли сухое молоко! После этого вы даже спрятали сухое молоко. Вам должно быть стыдно!

Сюй Жэньдун потерял дар речи. Он спрятал молоко, потому что боялся, что некоторые новички тайно съедят его и вызовут состояние смерти. Что касается игроков-ветеранов, он думал, что опытные люди не будут так легко рисковать, не говоря уже о том, чтобы выпить молоко. Неожиданно это было обречено на провал и заставило старых игроков неправильно понять, считая, что он спрятал еду для своей выгоды и на основании того, что «он съел её и он ещё жив», и уверенно поделиться ею со всеми своими партнёрами.

Тогда все эти десятки людей умрут сегодня ночью.

Молчание Сюй Жэньдуна сделало маленького толстяка ещё более высокомерным и властным. Он обернулся и сказал товарищам по команде:

– О, смотрите, некоторые люди полагаются на свой богатый опыт, чтобы запугивать невинных новичков. Если бы я вовремя не раскусил его уловки, все бы до сих пор были голодны!

Жэнь Гаофэй тоже холодно фыркнул:

– О, человеческое сердце зловеще.

Трое новичков на стороне Сюй Жэньдуна также не знали условий смерти. В это время они смотрели друг на друга с нерешительностью на лицах. Сюй Жэньдун боялся, что они не смогут удержаться от соблазна еды, и собирался сказать правду о сухом молоке, но Лянь Цяо нежно сжал его руку и подмигнул ему – «Нельзя».

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Лянь Цяо сказал:

– Брат Жэньдун, давай спустимся и посмотрим. Я не уверен в комнатах, которые они исследовали, пойдём и исследуем ещё раз.

Маленький толстяк пришёл в ярость, когда услышал слова, и жир на его лице сморщился.

– Ты подозреваешь меня? Ты знаешь, сколько раз я проходил инстансы? Ты – просто новичок, который пришёл во второй раз. Не твоя очередь говорить здесь!

Говоря так с телом пятилетнего ребёнка, это казалось очень противным. И всё же, это заставляло людей чувствовать себя очень некомфортно.

Сюй Жэньдун хотел поспорить с ним, но Лянь Цяо остановил его взглядом. Сюй Жэньдун понял, что у него были другие планы, поэтому проигнорировал провокацию маленького толстяка и кивнул Лянь Цяо.

– Хорошо, пошли.

Они взялись за руки и вышли за дверь, оставив толстяка со стиснутыми от злости зубами. Из-за спины двух людей он проревел:

– Что вы так себя ведёте?! У вас ещё есть способ выжить вот так?!

Сюй Жэньдун остановился. На лице маленького толстяка появилась радость, он думал, что тот передумал, но Сюй Жэньдун просто обернулся и крикнул:

– Цинлю.

– Я иду! – Е Цинлю взяла ребёнка, чтобы последовать за ним. Сделав два шага и повернувшись, она взяла оставшуюся половину пакета сухого молока и сказала: – Спасибо. – Затем она преследовала за Сюй Жэньдуном, не поворачивая головы.

Глаза маленького толстяка метали молнии. Он повернул голову и уставился на оставшихся двух новеньких девочек.

– А вы двое?

Две девочки переглянулись, и одна робко спросила:

– Можем ли мы ещё присоединиться к вашей команде?

Другая держала её за руку и прошептала:

– Но сухое молоко в руках сестры Цинлю…

Лицо маленького толстяка изменилось за секунду, и выражение его лица смягчилось.

– Не волнуйтесь, еда не проблема. – Он вынул из кармана ещё один маленький пакет, набитый белым порошком. Глаза его были лукавы и полны торжествующего света. – В монастыре был не один пакет сухого молока, всё остальные здесь!

_______________________

Автору есть что сказать:

Сизиф толкает камень: Сизиф – персонаж греческой мифологии, похожий на более трагического царя Эдипа, Сизиф – основатель и царь Коринфа. Однажды он даже похитил бога смерти, оставив мир без смерти. В конце концов, Сизиф обидел богов. Чтобы наказать Сизифа, боги попросили его закатить валун на вершину горы. Поскольку валун был слишком тяжёлым, он всегда скатывался с горы, прежде чем достичь вершины горы. Просто повторяйте и делайте это без конца – боги верят, что нет более сурового наказания, чем выполнение такого безрезультатного и безнадёжного труда. Жизнь Сизифа медленно истощалась в таком безрезультатном и безнадёжном труде.

Спираль смерти [BL] Глава 37. Пищевод (9)

Глава 37. Пищевод (9)

Чжан Дуньдунь был очень доволен сложившейся ситуацией. Под его руководством товарищи по команде собрали все продукты в монастыре и теперь все они находились в его руках. Хотя это всего несколько пакетов сухого молока, это было немалым достижением.

Он обнаружил, что монахиня намеренно отказывалась их кормить. Если так будет продолжаться, то эти трёх-пятилетние дети не продержатся и трёх дней. Сухое молоко, спрятанное повсюду, очевидно, было ценным предметом снабжения. С молоком они могут поддерживать свою физическую силу, и будь то решение головоломок или уклонение от преследования монстра, они могут быть более уверенными в себе.

Но он просто не понимал, почему этот парень по имени Сюй Жэньдун всегда смотрел на него свысока?!

Очевидно, они оба были опытными игроками, поэтому им следует работать вместе! Разве он не понимает, что драка только ускорит смерть?

И этот Лянь Цяо осмелился усомниться в его способностях! Простой новичок, какое право тот имеет делать ему безответственные замечания? Разве не знает, через сколько опасностей он прошёл, чтобы дожить до сих пор!

Больше всего раздражала Е Цинлю, которая взяла сухое молоко и совсем не была ему благодарна! К счастью, он давно это предвидел.

Губы Чжан Дуньдуня расплылись в самодовольной улыбке. Он передал Е Цинлю не сухое молоко, а пыль от стен. Это было его насмешкой над всеми, кто смотрел на него свысока.

Из кухни доносился густой запах молока. Дюжина детей собралась вокруг обеденного стола, они смотрели на него с надеждой, желая сухое молоко в его руке. Это ощущение того, что он находится в центре внимания, заставило Чжан Дуньдуня чувствовать себя прекрасно.

Он был в таком хорошем настроении, что, когда Жэнь Гаофэй назвал его «Маленький толстый брат», он не рассердился, а просто посмотрел на Жэнь Гаофэя.

– Сколько раз ты это говорил? Не называй меня так!

Жэнь Гаофэй беспомощно улыбнулся.

– Ты отказываешься сказать нам, как тебя зовут. Так как же нам тогда тебя называть?

Чжан Дуньдунь нахмурился и недовольно сказал:

– Что ты знаешь? Как я могу так легко раскрыть свою истинную личность? – Он размешал сухое молоко в стакане, показывая манеры старика, которые сейчас не соответствовали его внешнему виду. – Вы, ребята, ах, вы все слишком неопытны. Как человек, который был здесь раньше, я советую вам не говорить другим небрежно своё настоящее имя, не говоря уже о том, чтобы доверять другим. – Он сделал паузу и вздохнул. – В конце концов, таких добрых ветеранов, как я, немного.

– Толстый… – Жэнь Гаофэй снова чуть было не назвал его неправильно, но, к счастью, вовремя остановился, поправился и сказал: – Брат, ты прав.

Все голодные дети пялились на сухое молоко. Чжан Дуньдунь не мог не ответить довольной улыбкой. Он пододвинул стакан перед детьми и объявил:

– Хорошо, молоко готово. Теперь у всех есть глоток. Будьте осторожны, не жадничайте и оставляйте часть для других. Не будьте эгоистами.

У всех было удивлённое выражение лица.

– Почему мы можем сделать только один глоток? Разве у нас нет нескольких пакетов сухого молока? Одного глотка мало!

Чжан Дуньдунь нахмурился, но тут же снова успокоился и сделал лицо более приятным. Он пояснил:

– Сейчас уже второй день. Мы вообще ничего не смыслим в мире. Мы не знаем, сколько времени мы проведём здесь! Вы все это видели: сейчас это вся еда в монастыре. Боюсь, если мы её не нормируем… – Он вздохнул, согнув свою пухлую ручонку, и подгрёб к груди все пакеты с сухим молоком, стоявшие на столе. – Поверьте мне, всё обернётся плохо. Людей заставят делать то, чего они не хотят. Но давайте не будем так делать, хорошо?

Дети поняли, что он имел в виду. Хотя в душе всё ещё были немного недовольны, но они также думали, что это имеет смысл. В конце концов, он – старый игрок, который много раз ступал в мир призраков и монстров, поэтому им всё ещё нужно прислушиваться к его советам.

– Правильно, я согласна. – Худощавая девочка первой протянула руку, подняла стакан и сказала: – Все держите головы высоко. Я выпью только маленький глоток. – На глазах у всех она действительно сделала лишь маленький глоток молока и тут же передала стакан следующему человеку.

Чжан Дуньдунь с удовлетворением сказал:

– Спасибо за хорошее начало.

В результате, под руководством старых игроков, все следовали правилам и просто сделали по одному глотку. Хотя этот глоток молока – всего лишь капля в море, для всех, кто не ел целые сутки, это молоко было необычайно сладким. Все не могли не чмокнуть губами, наслаждаясь затяжным ароматом молока между губами и зубами.

Как лидер команды, Чжан Дуньдунь, естественно, не злоупотреблял своей властью. Он просто добавил немного горячей воды после того, как разведённое молоко в стакане достигло дна, и выпил оставшееся. Это действие ещё раз покорило сердца и умы его последователей, а маленькая девочка была даже так растрогана, что у неё покраснели глаза, она вздохнула и сказала:

– Толстый брат, к счастью, ты здесь!

Чжан Дуньдунь снова услышал это неприятное прозвище. Внимательно присмотревшись, он увидел, что эта девочка была одной из тех, кто дезертировал из команды Сюй Жэньдуна. Его сердце стало ещё более несчастным. Он счёл нужным подчеркнуть важность этого дела и хотел было заговорить, но вдруг увидел бледное лицо, мелькнувшее за дверью.

Чжан Дуньдунь был потрясён, и внезапно по его спине пробежал холодок. Когда он внимательно посмотрел, то понял, что это снова была старая монахиня. Потом он задумался. Вокруг него дюжина товарищей по команде, которые поддерживают и любят его. Зачем ему бояться NPC? С уверенностью в сердце он улыбнулся и сказал:

– Тётя, в чём дело?

Дети были удивлены, когда услышали слово «Тётя». Старая монахиня приказала им не есть, но они собрались здесь, чтобы тайком выпить сухое молоко, и были пойманы. Они не знали, как старая монахиня накажет их. У всех сжалось сердце, а на лицах новичков отразилась неконтролируемая паника. Даже у старых игроков глаза блуждали, и не осмеливались смотреть на старую монахиню.

– Что вы делаете? – мрачно спросила старая монахиня.

Чжан Дуньдунь уже спрятал за собой сухое молоко. В это время он был очень спокоен, указал на чайник и сказал:

– Мы пьём воду. Разве вы не говорили, что нас нужно наказать, чтобы мы не могли есть? Мы так проголодались, что могли только пить холодную воду, чтобы утолить голод.

– Пить воду? – У старой монахини из пересохшего горла вырвался хохот, и её рыбьи глаза окинули всех присутствующих. – Пить воду? Ха-ха-ха-ха-ха…

– Толстый брат… – Та новенькая, которая дезертировала, вздрогнула и со страхом посмотрела на него.

Чжан Дуньдунь посмотрел на девочку и недовольно прошептал:

– Чего ты боишься? Мы не сделали ничего плохого. – Он поднял голову и без страха посмотрел прямо на старую монахиню. – Тётя, есть что-нибудь ещё? Если нет, мы хотим пойти наверх, чтобы поспать.

– Ха-ха-ха-ха-ха… Пить воду? Ха-ха-ха-ха… – Старая монахиня повторила «Пить воду» и ушла со странной улыбкой. Её смех эхом разносился по тихому и тёмному монастырю и был особенно резок. Все были в ужасе, включая Чжан Дуньдуня. Но он не проявил ни малейшей трусости, потому что новенькая уже бросила на него восхищённые взгляды.

– Толстый брат, ты такой потрясающий! Ты действительно совсем её не боишься?

Чжан Дуньдунь широко улыбнулся. Потом его улыбка исчезла, и он торжественно сказал:

– Хорошо, давайте пока будем в безопасности. На всякий случай, я сначала оставлю у себя это сухое молоко. В конце концов, у меня здесь больше всего опыта, так что позвольте мне позаботиться о любых опасностях.

Старая монахиня не разрешала им есть, и они будут наказаны, если она обнаружит, что они тайно спрятали сухое молоко. Все кивнули и согласились передать ему на хранение сухое молоко. Глаза новичков блестели от благодарности, но старые игроки знали, в чём дело: этот маленький чудак, казалось, хотел только добра, но на самом деле он просто хотел крепко держать в своих руках самую драгоценную еду.

Чжан Дуньдунь продолжил:

– Я хочу объявить ещё об одном. – Он прикоснулся к гладкой поверхности пакета упаковки сухого молока и искренне сказал: – Поскольку все готовы доверить мне такие драгоценные вещи, видно, что все действительно очень доверяют мне. Тогда я должен проявить искренность и перестать скрывать свою личность. Я поясню, что я – Чжан Эюнь, что означает «Пить с облаками».

Имя «Эюнь» было немного странным, и поначалу, когда он говорил, никто не реагировал, пока он не объяснил значение своего имени. Затем новенькая девочка рядом с ним прикрыла рот и воскликнула:

– Ты – Чжан Эюнь, который только что получил награду?!

Чжан Дуньдунь смиренно кивнул.

Жэнь Гаофэй удивлённо спросил:

– Ты его знаешь?

Новая девочка сказала:

– Чжан Эюнь – великий писатель! Он только что получил XX литературную премию, и два дня назад об этом написали в газете! – Она удивлённо огляделась. – Вы все его не знаете?

– Чжан Эюнь… – Худощавая маленькая девочка на мгновение задумалась, а затем подозрительно взглянула на Чжан Дуньдуня. – Этот писатель, о котором говорят, что он – классически красивый мужчина?

Чжан Дуньдунь скромно поклонился.

– Я не смею заявлять о таких вещах. Просто мои друзья из СМИ устраивают шумиху.

– Я просто знал, что толстый брат… Кхе-кхе. – Жэнь Гаофэй быстро поправился: – Я знал, что наш брат Чжан необыкновенный и, как оказалось, ты – отличный писатель! Неудивительно, что твой ум так ясен, а мысли так осторожны. Кажется, на этот раз мы действительно спасены!

Все осыпали его похвалами. Чжан Дуньдунь сделал сдержанный жест и поблагодарил всех. Уголки его рта слегка приподнялись, а глаза были мудрыми и глубокими. Он почувствовал, что выражения, которые он практиковал много лет, наконец-то пригодились – конечно, он тренировался не для этого момента. Он подготовился к предстоящему телеинтервью.

Ради видеоинтервью он даже три дня назад объявил голодовку, чтобы похудеть. Несмотря на то, что он уже был очень худым и выглядел не так, как в детстве, но всё равно был недоволен. Он надеется, что сможет стать ещё тоньше и вялее на вид, чтобы по-настоящему проявить классическую красоту и соответствовать красивому имени «Пить с облаками», которое придумал для себя.

Он хочет показать своё идеальное «Я» перед всеми, чтобы те, кто смотрит на него свысока, и те, кто ругает его за то, что он – толстый поросёнок, были шокированы. Они всю жизнь жалели бы о том, что смотрели на него свысока, были грубы с ним и обидели его! Он хотел заставить их плакать и глубоко сожалеть о том, почему тогда они решили посмеяться над ним и издеваться. В то время никто не стоял рядом с ним и никто не сказал ни слова в его защиту.

Он вот-вот исполнит своё заветное многолетнее желание, но почему именно в это время появился лифт?!

Когда он отчаянно сидел на диете и тренировался, когда всю ночь писал, когда пил с членами комитета, чтобы выиграть номинацию на литературную премию, он уже несколько раз переживал призрачный мир. Он знал, что означает появление лифта, и он также знал, что ему может не повезти выжить в следующий раз.

Но почему это произошло именно в этот раз!

…Он не должен умереть!

Когда все легли в свои кровати спать, Чжан Дуньдунь тихонько потянулся к пакету с сухим молоком и понемногу вынимал порошок. Он смочил рот слюной, стараясь не издать ни звука. Он подсчитал, что в соответствии с объявленным им рационом около дюжины людей вокруг него будут испытывать усталость, отёки и даже кому через три дня из-за серьёзного недоедания. Но он может поддерживать нормальную работу организма при достаточном количестве сухого молока.

Он был самым хорошо знакомым с диетой. Диета была просто его лучшим другом. Когда у него не хватило смелости пойти в спортзал, когда эти люди спровоцировали его на встрече выпускников, когда вошёл в лифт, все указывали на лишний вес, что привело к тому, что незнакомые люди смотрели на него с отвращением… Только диета подала ему руку помощи. Только диета помогла ему похудеть.

На самом деле, ему действительно нелегко похудеть. Все три поколения его предков были чёртовыми толстяками. Вся его семья беззастенчиво баловалась жиром на своём теле. Даже его биологические родители по глупости назвали его «Чжан Дуньдунь». Как отвратительно и вульгарно! Он ненавидел это имя, ненавидел свою семью и ненавидел всё, что ставило его в жалкое положение.

Когда он пожертвовал своим здоровьем, рискнул своей жизнью и даже отказался от своего достоинства и преклонил колени, он, наконец, появился перед толпой в совершенно новых позе и теле и яростно ударил их по лицу.

Так как же он мог умереть?

Чжан Дуньдунь злобно проглотил сухое молоко, его выпирающая грудь наполнилась обидой и садистским удовольствием. Он уже мог видеть паническое выражение на лицах людей, которые издевались над ним. Думая об этом, он не мог не усмехнуться и торжествующе улыбнулся.

Он так счастливо улыбался, что не заметил стройную и бледную призрачную фигуру у двери.

Спираль смерти [BL] Глава 38. Пищевод (10)

Глава 38. Пищевод (10)

Поздно ночью воздух внутри шкафа становился унылым и гнетущим.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо спрятались в шкафу. Пространство было небольшим. Они сгрудились очень близко и могли слышать дыхание друг друга.

Е Цинлю и ребёнок спрятались в другом шкафу. Его уже накормили сухим молоком, и какое-то время он не проголодается. Что касается запаха молока, снаружи было так много детей, которые украли молоко. Ламия, вероятно, больше не заметит этого маленького ребёнка. Е Цинлю было трудно нести младенца, поэтому она согласилась подождать с ребёнком, пока двое других не найдут укрытие Ламии, лифт и кнопку, прежде чем выйти.

В шкафу было темно. Неизвестно, как долго они ждали в этой безмолвной тьме, пока Лянь Цяо тихо и неожиданно не сказал:

– Начинается.

Сюй Жэньдун внутренне вздохнул.

Лянь Цяо имел в виду, что началась бойня. Конечно же, после того как он закончил говорить эти слова, слух Сюй Жэньдуна уловил слабое восклицание, которое звучало так, будто шея ничего не подозревающего ребёнка сдавлена во сне. Из его горла вырвался вздох.

Затем послышался звук падения с высоты. С грохотом чего-то сильно ударился об пол.

С этого грохота как по сигналу началась суматоха. Крики, опрокидывание столов и стульев, бег… Весь второй этаж пребывал в хаосе. Сюй Жэньдун и Лянь Цяо спрятались в шкафу, поэтому не могли видеть ситуацию снаружи, но только из-за шума было легко представить себе трагедию снаружи.

– Брат Жэньдун, – внезапно заговорил Лянь Цяо, он спросил тихим голосом: – Я решил не позволять тебе сообщать им условия смерти. Ты будешь винить меня?

Сюй Жэньдун спросил:

– Зачем мне это?

«……» – Лянь Цяо на мгновение замолчал. – Я знаю, что ты хотел спасти всех. Но в то время было уже слишком поздно. Даже если мы скажем им правду, это только заставит их зря паниковать. Может быть, они даже разозлятся и захотят утащить и нас с собой. Я не хочу умирать вместе с ними, так что…

Сюй Жэньдун знал, что тот чувствует себя виноватым, и повторил:

– Я не виню тебя.

– Правда?

Сюй Жэньдун улыбнулся.

– Я – обычный человек, а не бог. Я не могу спасти всех. Ты такой же.

Лянь Цяо больше не говорил. В темноте Сюй Жэньдун не мог ясно видеть его лицо и не знал, какое у него выражение в это время. Шкаф вдруг погрузился в удушающую тишину, и остался слышен только шумный плач снаружи. Там был беспорядок.

Слушая их жалкие голоса, настроение Сюй Жэньдуна оказалось неожиданно спокойным. Люди хотели умереть, он не мог их остановить. Что же касается тех, кто, к сожалению, оказался не в той команде… Ну, о них можно только сказать, что им не повезло.

Ведь он умирал больше раз, чем все здесь вместе взятые. Говоря о несчастье, кто был более несчастным, чем он? У него нет спокойного сердца, чтобы сочувствовать другим.

Лянь Цяо внезапно сказал:

– Брат Жэньдун, сталкивался ли ты раньше с такими трудностями?

– А?

– Например… лифт и кнопки всё ещё отсутствуют, а большинство твоих товарищей по команде мертвы. Остались только два новичка…

Сюй Жэньдун не мог не улыбнуться, когда он услышал, как Лянь Цяо назвал себя новичком.

– Почему ты так низко себя оцениваешь?

Лянь Цяо благочестиво сказал:

– Потому что в прошлый раз я выиграл, лёжа. На этот раз тоже. Ты обнаружил, что еда являлась условием смерти и так далее. Я совсем потерялся…

Прежде чем Сюй Жэньдун успел заговорить, Лянь Цяо быстро принял решение, бормоча себе под нос:

– Но ты прав, большой босс, хотя я, может быть, и не такой уж великий, но, возможно, во мне есть что-то, чего я ещё не открыл. Большой босс, ты знаешь, как правильно отличить настоящую жемчужину от подделки, поэтому ты открыл меня. В конце концов, если бы я был отбросом, почему бы тебе создавать со мной команду?..

Сюй Жэньдун серьёзно задумался:

– …Потому что я – твой фанат?

Лянь Цяо: «……»

Слова Сюй Жэньдуна заблокировали последующую длинную речь Лянь Цяо обратно в его живот, лишив дара речи. В тёмном шкафу повисла удушающая тишина. Через некоторое время, каким бы бесчувственным ни был Сюй Жэньдун, он всё же заметил смущение в воздухе. Он собирался сказать что-то, чтобы разрядить атмосферу, но Лянь Цяо вдруг тихо рассмеялся.

– Брат Жэньдун, ты такой смешной.

Сюй Жэньдун был очень самоуверен.

– Очевидно, я из тех людей, которые останавливают разговор на ходу. Чем я интересен?

Лянь Цяо подавил смех до очень тихой громкости. В тесном шкафу затянувшийся низкий смех звучал немного двусмысленно.

– Ты… – Дыхание Лянь Цяо было близко к нему, отчего уши Сюй Жэньдуна зачесались. Это ощущение было странным и вызывало у него дискомфорт, поэтому он изменил позу и отодвинул своё тело дальше от Лянь Цяо, не говоря ни слова.

В этот момент снаружи внезапно раздался громкий шум…

*Бум!* – что-то попало в шкаф!

– Ах! – комично воскликнул Лянь Цяо, словно визжащий цыплёнок, которого схватили за шею. В то же время он резко схватил руку Сюй Жэньдуна, и мальчик был потрясён – как Лянь Цяо так точно нашёл его руку в темноте?

Сюй Жэньдун не знал, что происходит снаружи, поэтому не осмеливался действовать опрометчиво. Он удержал руку Лянь Цяо. Ладони того быстро намокли от холодного пота за короткое время, отчего руки Сюй Жэньдуна стали липкими. Даже сквозь этот тонкий слой пота он чувствовал страх Лянь Цяо.

Лянь Цяо так нервничал, что у него перехватило дыхание. Сюй Жэньдун сжал его руку, чтобы утешить, и молча приложил ухо к дверце шкафа.

Сквозь толстую деревянную дверь звук снаружи казался нереальным. Он слабо услышал неясный звук «ка-ча-ка-ча», похожий на звук, который издает дикий зверь, пережёвывая хрустящие кости. Эта ассоциация напугала его, но он знал, что его догадка, скорее всего верна, иначе, почему больше не слышно детских криков.

Ламия ест детей. 80% детей, укравших сухое молоко, были убиты ею. И вот пришло время ей насладиться вкусной едой!

Сюй Жэньдун сдержал тошноту и глубоко вздохнул. Лянь Цяо, вероятно, догадался о ситуации снаружи, поэтому изо всех сил старался сдерживать свой страх и не позволял своей драгоценной физической силе растрачиваться на дрожь.

Неприятный жевательный звук длился долго, пока два мальчика, спрятавшиеся в шкафу, не замерли, как скульптуры. Ламия была довольна и постепенно уползла с круглым животом.

Два человека молча считали секунды про себя. В какой-то момент они одновременно молчаливо сжали ладони друг друга.

Подтверждая решимость друг друга, Сюй Жэньдун поднял руку и осторожно толкнул деревянную дверь шкафа.

*Хсс…* – Открывшаяся перед ними сцена заставила их обоих одновременно перевести дух. Потом они задохнулись от запаха крови.

Вся комната была покрыта спутанными трупами. Детская комната была покрыта чем-то вроде зловещей красной краски. Повсюду были разбросаны кровь и внутренние органы. У некоторых верхняя и нижняя части тела были разделены: половина – на кровати и половина – на полу, а их розовые кишки свисали снаружи. У некоторых грудная клетка разгрызена пополам, а рёбра разлетелись как бабочки, без сердца и лёгких. Были и другие фрагменты трупов, настолько искажённые, что нельзя было сказать, что это за орган, а о владельце трупа можно было лишь смутно догадываться по одежде, в которую тот был одет.

Хотя Сюй Жэньдун мысленно подготовился увидеть это, он всё же был потрясён этой трагической сценой. Он только что сделал шаг и вдруг, сам не зная, на что наступает, поскользнулся и упал вперёд. К счастью, Лянь Цяо быстро схватил его. Сюй Жэньдун снова упал в чужие объятия и почувствовал, как грудь Лянь Цяо резко вздымается и опускается, как будто он увидел что-то очень плохое.

Сюй Жэньдун повернул голову, но Лянь Цяо закрыл его глаза и прошептал:

– Не смотри, пошли.

Сюй Жэньдун понял, что то, на что он только что наступил, определённо не было чем-то хорошим. Но он всё ещё тихо и с любопытством спросил:

– Что это?

«……» – Лянь Цяо слегка нахмурился и вздохнул. – Голова маленького толстяка. Вероятно, это то, что попало в шкаф только что. Оставим это в покое. Пошли, иначе мы не сможем догнать Ламию.

Сюй Жэньдун не мог представить, что то, на что он наступил, было головой его товарища по команде, и холодок внезапно поднялся от его ступней. Он был в оцепенении, и Лянь Цяо почти тащил его вперёд. Однако, чем меньше осмеливался думать об этом, тем больше не мог не вспомнить прикосновение своих ног только что. Мягкое, бугристое… Это было лицо маленького толстяка? Щеки и губы были мягкими, а приподнятая часть была его носом?

Внезапно в его желудке возникла тошнота. Сюй Жэньдун прикрыл рот рукой и заглушил рвущийся из горла звук.

Лянь Цяо оглянулся на него с невыносимым выражением в глазах. Он утешил его:

– Не думай об этом, я не это имел в виду.

Сюй Жэньдун кивнул и дал понять, что с ним всё в порядке, но приступы тошноты всё ещё возникали. Он заставил себя сосредоточиться на выслеживании Ламии. Та не ушла далеко, и они вдвоём легко спрятались за дверной косяк. Издалека они увидели, как стройная и бледная фигура спускалась вниз, всё ещё держа в каждой руке по руке. При ходьбе раздавался треск.

В это время была поздняя ночь. Во всём монастыре была освещена только детская комната, а всё остальное было темным. Двое осторожно последовали за Ламией. Они не осмеливались приближаться слишком близко, опасаясь быть обнаруженными. Всю дорогу, пока Ламия не подошла к углу зала на первом этаже, они осмелились только тихонько спуститься вниз, где спрятались за большой диван и продолжали выглядывать.

Ламия ничего не знала о том, что двое детей последовали за ней, вероятно, потому что удовольствие от резни заставило её ослабить бдительность. Она коснулась своего круглого живота, проскользнула в конец зала и остановилась перед высокой стеной.

– Там есть какой-то механизм? – Лянь Цяо нахмурился и понизил голос: – Это невозможно, я уже проверял эту стену раньше, и там ничего не было.

Сюй Жэньдун покачал головой, показывая, что не знает.

Они увидели, как Ламия протянула свои тонкие и бледные пальцы. Она рисовала на стене. Стена была серой, и когда она провела пальцами вверх, на стене фактически осталась белая вертикальная линия. Сразу после этого она провела две горизонтальные линии и ещё одну вертикальную. В итоге на серой стене появилась белая рамка. Рамка была размером с человека и в лунном свете выглядела очень чётко.

Что она делала?

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо затаили дыхание, опасаясь упустить малейшую деталь. Когда Ламия подняла руку и нажала, стена в середине белой рамы беззвучно ушла вглубь, открывая бездонный туннель.

Она на самом деле нарисовала дверь!

Пока они оба были поражены, Ламия наклонилась и заползла в туннель. Дверь закрылась сразу за ней. Она намертво прикрепилась к стене и восстановилась как прежде. Весь монастырь затих, как будто ничего не произошло, и кроме слабого запаха крови в воздухе ничего не осталось.

Ламия исчезла вместе с таинственной дверью.

Сюй Жэньдун подошёл к серой стене и коснулся места, где появилась дверь. Там ничего не было. Стена была серой и, как и его мозг в это время, совершенно пустой.

Тайная комната Ламии была спрятана здесь, но как они могли попасть внутрь?

Если они не могли напасть на Ламию, когда она вытаскивала глазные яблоки, чтобы отдохнуть, то откуда у них, двух трёх-пятилетних детей, был шанс победить? Неужели этот мир так сложен, что для них нет выхода?

Сюй Жэньдун не мог не нахмуриться. Его палец бессознательно провёл по стене вертикальную линию, подражая Ламии.

Лянь Цяо посмотрел на его пухлую детскую руку и вдруг улыбнулся:

– Брат Жэньдун, если мы нарисуем дверь нашего размера, Ламия точно застрянет и не сможет выбраться.

Сюй Жэньдун сразу же представил образ Ламии, застрявшей в крошечной двери размером с ребёнка, с её огромным животом, выпирающим и застрявшим в ловушке. Он не мог сдержать смех:

– Ты прав. Но как мы нарисуем дверь?

Глаза Лянь Цяо были яркими, как у маленького проницательного леопарда.

– Ты помнишь старую монахиню? Разве она не преподала нам урок?

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Что-то в его сердце вспыхнуло, и он сразу понял, что тот имел в виду.

Лянь Цяо улыбнулся.

– Если это не сработает, тогда мы можем только держаться за руки и ждать смерти.

Сюй Жэньдун тоже улыбнулся.

– Хорошо, тогда давай попробуем.

______________________

Автору есть что сказать:

Рисуем дверь в честь фильма «Лабиринт Фавна», который также является источником вдохновения для Ламии.

Ламия: Эта толстая голова невкусная, ба.

Спираль смерти [BL] Глава 39. Пищевод (11)

Глава 39. Пищевод (11)

Место, где старая монахиня учила детей, находилось в зале. Не так давно сцена с более чем дюжиной детей, сидящих перед доской, была ещё яркой, но теперь большинство их товарищей по команде уже умерли. Сильный запах крови в монастыре всё ещё наполнял ноздри Лянь Цяо и Сюй Жэньдуна, и атмосфера была болезненной и угнетающей.

Учебные пособия, которыми пользовалась старая монахиня, лежали на столе. Указатели, маленькие доски, ластики для досок и, самое главное…

– Мела так мало? – Лянь Цяо нахмурился, когда посмотрел на уже наполовину использованный мелок. Он попытался сломать его, но мел был слишком коротким, чтобы ломать его. Если вы сломаете его силой, он, вероятно, рассыплется в порошок.

Сюй Жэньдун сказал:

– Всё в порядке, этого достаточно.

Лянь Цяо повернулся и передал мелок Сюй Жэньдуну:

– Тогда брат Жэньдун, возьми его.

Согласно книжке с картинками, Ламия снимала глазные яблоки днём, чтобы заснуть. К счастью, была уже поздняя ночь, и им оставалось немного подождать до рассвета. Однако спальня на втором этаже была полна трупов и им ничего не оставалось, как свернуться калачиком на диване на первом этаже, едва закрыв глаза для отдыха.

В воздухе витал сильный запах крови, и никто не мог спокойно отдыхать в такой среде. К счастью, этот мучительный лёгкий сон длился недолго. Спустя час первый луч утреннего солнца ударил в лицо Сюй Жэньдуна.

Он открыл глаза и обнаружил, что Лянь Цяо уже проснулся. Очевидно, он тоже не отдохнул, и лицо его выглядело осунувшимся. Двое не разговаривали, но молча смотрели друг на друга. Затем они встали и пошли в конец коридора.

Сюй Жэньдун достал мел и начал рисовать линии на стене. Оба они уставились на мелок, и их дыхание невольно становилось тревожным. К счастью, по мере рисования мела на стене постепенно появлялись ровные трещины. Вскоре четыре прямые линии соединились в квадрат. Четыре щели также соединились вместе, превращая квадрат в каменную дверь, которую можно было толкнуть.

Сюй Жэньдун вздохнул с облегчением и убрал мел.

– Конечно, мел для этой цели.

– Иначе, зачем бы старой монахине давать нам уроки? – Лянь Цяо улыбнулся. – Брат Жэньдун, ты когда-нибудь слышал поговорку? В хорошей игре ни одна деталь сценария не бесполезна. Кажется, что у этого инстанса очень мало информации, но на самом деле, если хорошенько подумать, есть много подсказок.

Сюй Жэньдун улыбнулся и положил руку на дверь.

– Приготовься, я открываю дверь.

– Хорошо.

Рука Сюй Жэньдуна мягко надавила, и маленькая дверь беспрепятственно распахнулась, открывая внутренний коридор. Сюй Жэньдун поднял керосиновую лампу, чтобы посветить внутрь, и обнаружил, что внутренняя часть туннеля была намного выше, чем маленькая дверь. Оно было тёмным и напоминало бездонную глотку какого-то доисторического великана.

Они вошли в маленькую дверь. И действительно, как только они вошли, дверь закрылась за ними и исчезла. За ними осталась неровная каменная стена, как будто они оказались в пещере. Следов меловой двери нигде не было видно.

Хотя это было то, чего он давно ожидал, Сюй Жэньдун всё ещё чувствовал, как его сердце упало. Он чувствовал себя крайне неловко. Он высоко держал керосиновую лампу, освещая внутреннюю часть пещеры. Они увидели петляющий туннель, который как будто уходил в глубину, и куда он вёл, было невозможно увидеть.

Глаза Лянь Цяо были полны неконтролируемого волнения. Он понизил голос и сказал с улыбкой:

– Я иду драться с боссом!

Сюй Жэньдун не ответил.

Лянь Цяо пробормотал себе под нос:

– Однако, судя по тому, что случилось с нашей командой, становится ясно, что мы не должны побить босса. Босс должен избить нас.

В такое время он оставался ещё таким многословным. Вероятно, это была профессиональная болезнь комичного и популярного ведущего хоррор-игр. Сюй Жэньдун покачал головой, но не мог не приподнять уголки губ.

Туннель был длинным и узким, с крепкими каменными стенами со всех сторон. Слабый свет керосиновой лампы скользнул по каменной стене, освещая две маленькие тени, прислонённые друг к другу.

К счастью, развилки не было, и они шли прямо. Оба были осторожны, стараясь не шуметь. С бешено бьющимся сердцем они шли неизвестное количество времени, прежде чем туннель постепенно стал шире. Наконец, появилась просторная пещера.

Пройдя так долго по удушающему проходу, они оба почувствовали внезапное чувство открытости. Они мысленно приготовились к встрече с монстром, с которым им предстояло столкнуться, но когда действительно увидели сцену в пещере, то не могли не быть ошеломлены.

Посреди пещеры стоял длинный обеденный стол. Стол был накрыт белоснежными салфетками, расшитыми ажурными узорами. Было разложено ослепительное множество блюд: свежие фрукты, дымящееся жаренное мясо, пышный и хрустящий хлеб… Стоя так далеко, до них доносился аромат еды.

Лянь Цяо не мог не сглотнуть, его глаза смотрели на стол.

– Это может быть ловушка, будь осторожен, – сказал Сюй Жэньдун тихим голосом, но его желудок неубедительно заурчал.

Они три дня не ели ни зёрнышка риса. Для Сюй Жэньдуна этот голод удвоился. По сравнению с его телом, голод в его сердце делал его более тревожным. Он едва мог отвести взгляд от соблазнительной еды. Его желудок свело судорогой, тот яростно выделял желудочный сок, как будто переваривал сам себя.

Я так голоден… Я должен что-нибудь съесть… Так голоден…

– Брат Жэньдун! – прошептал Лянь Цяо и сжал его руку.

Сердце Сюй Жэньдуна содрогнулось, и его тело внезапно затряслось. Только тогда он проснулся. Он с удивлением обнаружил, что стоит перед обеденным столом, протягивая руку к еде, как завороженный. Кончики его пальцев вот-вот коснутся куска жареной бараньей ноги. Если бы Лянь Цяо не остановил его вовремя, то, вероятно, он бы схватил мясо зажевал его.

– …Извини, – Сюй Жэньдун тихо извинился. – Я…

Лянь Цяо покачал головой.

– Я понимаю. Брат Жэньдун, посмотри туда.

Сюй Жэньдун посмотрел в направлении пальца Лянь Цяо и увидел, что на другом конце обеденного стола сидит девушка с красивым лицом.

Та была одета в белую тогу в древнегреческом стиле, а мягкая ткань обернулась вокруг её тела, подчеркивая изящную фигуру. Цвет лица девушки был как мёд, гладкий и нежный, и она слегка опустила голову, тихонько сидя за столом. Руки её неподвижно лежали на ногах, пока она спала.

– Вот какой была Ламия… – тихо сказал Сюй Жэньдун.

Лянь Цяо кивнул.

– Она спит. Думаю, если бы ты украл еду прямо сейчас, она, вероятно, немедленно проснулась бы.

Двое подкрались к Ламии и обнаружили, что глаза девушки закрыты, но глазницы глубоко ввалились. Её руки были раскинуты на коленях, и в каждой ладони было по глазному яблоку.

А за девушкой, посреди каменной стены, был серебристо-белый металлический лифт!

Лянь Цяо внезапно наклонился к уху Сюй Жэньдуна и тихонько усмехнулся.

– Конечно же, это место, где происходит финальная битва с боссом. Даже выход из инстанса устанавливается здесь напрямую.

Сюй Жэньдун кивнул и сказал одними губами:

– Вопрос в том, где кнопка?

Лянь Цяо всё ещё цеплялся за него, его губы почти касались мочки уха.

– Убей босса, и тогда, может быть, кнопка упадёт прямо. Брат Жэньдун, ты можешь сначала нарисовать дверь мелом. Позволь мне украсть глазные яблоки. Она проснётся и побежит за мной. Наша дверь очень маленькая, и будет идеально, если она застрянет. После этого мы можем делать всё, что захотим. Даже если она не застрянет, ей понадобится время, чтобы открыть дверь и снова преследовать нас. У неё нет глаз, и она не может видеть, поэтому мы можем легко избежать её.

– Хорошо.

Лянь Цяо тихо сказал:

– Иди.

По какой-то причине это нежное «Иди» вызвало дрожь в сердце Сюй Жэньдуна. Он подавил странную эмоцию и пошёл в направлении входа, не оглядываясь.

Этот маленький кусок мела был крепко зажат в его ладони. Он вспомнил инструкции Лянь Цяо и смоделировал план битвы в своей голове. В то же время он не мог не вздохнуть, что Лянь Цяо действительно умён и всегда мог придумать, как справиться с монстром.

Лянь Цяо был действительно противоречивым парнем. Обычно он улыбался и не казался серьёзным, а иногда был так напуган, что громко кричал. Однако в критические моменты всегда так надёжен и так успокаивало.

«К тому же, он на три года моложе меня!» – Сюй Жэньдун почему-то подумал об этом и не мог не оглянуться на Лянь Цяо.

Увидев, что он оглядывается, Лянь Цяо с улыбкой задал ему вопрос:

– Что ты смотришь на меня?

Сюй Жэньдун бессознательно избегал смотреть ему в глаза и собирался идти дальше, но вдруг услышал знакомый звук.

«Гулулулулу…» – Это были кишечные звуки, издаваемые голодным желудком. Отдаваясь эхом в пустой пещере, они казались особенно громкими. Однако на этот раз источником звука был не Сюй Жэньдун, а Лянь Цяо, стоявший рядом с Ламией.

Их лица одновременно изменились, и они повернулись, чтобы посмотреть на Ламию. И действительно, веки девушки дрожали во сне, а её тонкий указательный палец слегка повернулся вверх, как будто она хотела вернуть глаза в глазницы!

Она проснулась!

Лянь Цяо крикнул:

– Беги! – В то же время он быстро потянулся к глазному яблоку на ладони Ламии.

У Сюй Жэньдуна не было времени подумать об этом. Он повернул голову и побежал к выходу, крича:

– Оставь глаза, только беги!

Лянь Цяо уже двинулся. Он протянул руку и схватил глазное яблоко на ладони Ламии. К сожалению, стоя рядом с Ламией, он мог достать только то глазное яблоко, которое было ближе к нему. Он схватил левый глаз Ламии, затем, больше не колеблясь, повернулся и побежал за Сюй Жэньдуном.

Ламия резко проснулась. Её веки внезапно открылись, обнажая пару полых алых глазниц. Десять пальцев её рук сжались, и она обнаружила, что её левый глаз был украден. Однако она не спешила вставлять правый глаз, а быстро протянула левую руку!

– Эм-м-м! – Лянь Цяо был застигнут врасплох, и Ламия схватила его за голову!

Сюй Жэньдун оглянулся, побледнев от шока. Прежде чем он заговорил, Лянь Цяо взревел:

– Оставь меня, беги! – Он поднял руку и метнул левый глаз Ламии в Сюй Жэньдуна!

Тот поднял руки и поймал глаз. Глазное яблоко было ещё тёплым, влажным и слизистым, и очень плохо ощущалось в руке. Он проигнорировал тошноту и пристально посмотрел на Лянь Цяо красными глазами.

Ламия схватила Лянь Цяо и положила себе на колени. В это время Ламия ещё не надела глазное яблоко, и, за исключением страшных пустых глазниц, её тело всё ещё выглядело как девушка. Когда Лянь Цяо был прижат к её коленям, он выглядел как ребёнок, с которым играла юная девушка. Однако лицо Лянь Цяо было решительным, и он уже сказал свои последние слова глазами: «Уходи, ты не можешь спасти меня».

Сюй Жэньдун яростно прикусил нижнюю губу и заставил себя бежать к выходу. Глубокий и глухой голос раздался сзади, словно кости раздавили тяжёлым предметом. К этому примешивались сдержанные и болезненные вздохи Лянь Цяо, но он не кричал и даже не стонал. Он только стиснул зубы и заглушил крики в горле.

Сюй Жэньдун не смел думать о том, что Лянь Цяо страдал в это время. Он заставил себя сконцентрироваться и изо всех сил бежать в том направлении, откуда пришёл. Его молодое тело, не евшее несколько дней, уже было истощено. Он выжал последние остатки энергии из мышц и отчаянно побежал.

Он не мог допустить, чтобы план Лянь Цяо провалился.

Лифт найден. Теперь, пока он выбегает и может избежать нынешней катастрофы, он, возможно, скоро сможет найти кнопку. Таким образом, он сможет перезагрузить мир и вернуться, чтобы спасти Лянь Цяо и пройти инстанс вместе с ним невредимым… Он не может упустить эту возможность, ради победы которой Лиан Цяо пожертвовал собой.

Извилистый коридор казался в этот момент таким длинным. Сюй Жэньдун несколько раз чуть не споткнулся о камни на полу. В панике он с трудом удерживал равновесие. Голоса Лянь Цяо больше не было слышно. Вместо этого он услышал звук жевания, бульканья, глотания, а затем удовлетворённый вздох.

Его зрение постепенно расплывалось. Глаза Сюй Жэньдуна были мокрыми, и он наконец увидел каменную стену в конце туннеля. Недолго думая, он отшвырнул керосиновую лампу, достал мел и стал чертить линии на каменной стене.

За его спиной послышался стук шагов. Его догоняла Ламия. Сюй Жэньдун провёл белые линии, но почувствовал зуд в левой руке. Это глазное яблоко Ламии крутилось и извивалось!

Искривлённое глазное яблоко пыталось вырваться из его ладони. Сюй Жэньдун крепко схватил его. Шаги Ламии приближались, его руки начали неудержимо дрожать, а проведённые им белые линии перестали быть прямыми.

Успокойся! Успокойся! У тебя ещё есть время!

Он пытался не обращать внимания на шаги рядом, но чем больше заставлял себя, тем сильнее дрожали его руки. Наконец, в дверной раме осталась только последняя вертикальная черта. Он крепко держал мел и энергично провёл им вниз – затем кончики его пальцев пронзило острой болью!

Сюй Жэньдун болезненно отдёрнул руку, только чтобы обнаружить, что его палец ударился о зазубренный острый угол и был порезан.

Мел упал на пол. Сюй Жэньдун опустился на колени и огляделся. Керосиновая лампа мерцала, и повсюду были камни. Маленького кусочка мела нигде не было видно.

Сюй Жэньдун положил руки на пол и смотрел, как кровь течёт из его правой руки. Внезапно он почувствовал, что у него больше нет сил встать.

Он ощутил горячий кровавый запах и почувствовал, как что-то приближается сзади. Каким-то образом он вдруг перестал бояться и почувствовал облегчение.

Керосиновая лампа только что погасла, когда его подняли с пола за шею. Глядя на тёмную пещеру, Сюй Жэньдун не мог сдержать отчаянный смех:

–Ха-ха… Ха… Ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Его запястье было вывернуто в противоположную сторону, и связка сустава порвалась. Пальцы бессознательно разжались, и глаз Ламии выпал.

Когда его тело вот-вот собирались разорвать пополам, Сюй Жэньдун с улыбкой закрыл глаза. Он подумал про себя: «Покинув Лянь Цяо, я не смог прожить в одиночку и одной минуты. Я действительно бесполезен».

Спираль смерти [BL] Глава 40. Пищевод (12)

Глава 40. Пищевод (12)

Сюй Жэньдун очнулся внутри лифта.

Серебристо-белый корпус лифта сиял холодным металлическим светом. Отразились две тени, чьи тела ещё не уменьшились. Они стояли бок о бок, и Сюй Жэньдун услышал знакомый голос:

– Я хочу съесть аорту…

Глаза Сюй Жэньдуна были влажными. Он уставился на Лянь Цяо, и его голос был немного глухим:

– Хорошо.

Лянь Цяо, который перечислял названия всех блюд, которые хотел съесть, был ошеломлён, когда услышал эти слова.

– Брат Жэньдун, что у тебя с глазами? Они такие красные.

Сюй Жэньдун покачал головой.

– Ничего страшного, просто вдруг почувствовал, что я – действительно новичок.

Лянь Цяо внезапно запаниковал:

– А? Почему ты…

Сюй Жэньдун прервал его:

– Не называй меня снова «Большой босс». Я – просто обычный человек.

Лянь Цяо благочестиво сказал:

– Но ты же большой босс, который прошёл много инстансов…

Сюй Жэньдун не колебался:

– Я просто обманывал тебя.

Лянь Цяо широко открыл глаза и воскликнул:

– А???

Сюй Жэньдун улыбнулся и сменил тему:

– Почему твоя одежда стала больше?

Лянь Цяо посмотрел вниз и начал кричать, когда его тело сжалось.

Это третий раз, когда Сюй Жэньдун пережил то, что пережил Конан (из аниме «Детектив Конан»). В его сердце не было никаких колебаний, и он даже хотел съесть аорту. Но всё равно сделал удивлённый вид, чтобы продемонстрировать, что он – действительно обычный человек и понятия не имел, что что-то подобное произойдёт.

К тому времени, когда эти двое уменьшились до размеров детей, Лянь Цяо всё ещё не мог смириться с тем фактом, что Сюй Жэньдун не был большим боссом. Но это не помешало ему следовать за Сюй Жэньдуном.

По пути в монастырь Сюй Жэньдун собрал всю информацию, которую до сих пор хранил в своём сердце.

Прежде всего намёк на слово «Пищевод» относится к трагической женщине Ламии из греческой мифологии. Она была проклята богиней Герой из-за её романа с Зевсом и превратилась в монстра, поедающего детей. И по милости Зевса она могла заснуть только тогда, когда вытаскивала глаза, чтобы насладиться моментом покоя.

Ламия также является исполнителем условий смерти. Было два условия, которые провоцировали смерть. Первое – выпить сухое молоко. Вкус молока привлечёт Ламию. Второе – если ребёнка убьют, Ламия сойдёт с ума и убьёт всех присутствующих звуковыми волнами. Можно предположить, что младенец был не игроком, а «реквизитом», существовавшим в этом мире. Что касается того, как использовать такой реквизит, он всё ещё понятия не имел.

Лифт для выхода из этого мира призраков найден. Он находился в пещере, где пряталась Ламия. Но важная кнопка лифта всё ещё не найдена, и это была последняя оставшаяся головоломка.

Весь монастырь, включая секретную пещеру, был исследован. Так было ли какое-то особое задание, которое нужно выполнить, прежде чем выпадет кнопка?

Сюй Жэньдун вспомнил, что в предыдущем мире кнопку лифта можно было получить, разбив самую маленькую матрёшку молотом Брата Кувалды. Однако в этом мире NPC не давал им никаких подсказок. Похоже, в этом монастыре были сокрыты и другие тайны.

По мере того, как он разбирался в своих мыслях, сердце Сюй Жэньдуна постепенно прояснялось. На этот раз у него уже было представление о плане действий.

Они подошли к монастырским воротам в третий раз. Как всегда, появилась старая монахиня и отругала их. Е Цинлю стояла в команде с ребёнком на руках. Её глаза были полны любопытства, как будто она больше интересовалась этим призрачным миром, чем боялась.

Маленький толстяк снова попросил отказаться от малыша. На этот раз Сюй Жэньдун проявил инициативу, чтобы выделиться и сказать:

– Этот ребёнок – не товарищ по команде, а реквизит.

Маленький толстяк недовольно посмотрел на него.

– Какие доказательства ты имеешь, чтобы сказать это?

Сюй Жэньдун:

– Никаких доказательств, только моё предположение. Вы можете верить этому или нет.

Маленький толстяк: «……»

Сюй Жэньдун протянул руки.

– Если вам это не нужно, просто отдайте мне.

Маленький толстяк посмотрел на Сюй Жэньдуна. Шестерёнки в его мозгу повернулись, он тут же сменил мелодию и сказал:

– Нет-нет. Я ошибался, брат, и был слишком импульсивен. В конце концов, я никогда не сталкивался ни с одним миром, в котором в качестве реквизита использовались бы живые люди. – Его глаза смотрели на Сюй Жэньдуна с лёгкой лестью. – Брат, могу я спросить, сколько раз ты заходил?

Сюй Жэньдун спокойно солгал:

– Это мой первый раз.

Маленький толстяк не был глуп. Он знал, что это явная ложь. Его лицо внезапно изменилось, а мясистая кожа заметно дёрнулась. Он заметил враждебность Сюй Жэньдуна, поэтому больше не проявлял инициативы, чтобы льстить. Он просто крепко обнял малыша на руках и сказал с улыбкой:

– Хорошо. Тогда я буду держать этого ребёнка. Ты слишком мал, и я боюсь, что если ты будешь держать его на руках, то не сможешь пошевелиться.

Сюй Жэньдун:

– О, хорошо. Тогда ты усердно работай.

Маленький толстяк: «???»

Так легко? Почему он почувствовал, что попал в ловушку?

Идея Сюй Жэньдуна также очень проста. В любом случае, пока этот ребёнок сыт, он не будет плакать, так что, кто бы его ни держал, всё равно. Он может сэкономить немного энергии, передав того маленькому толстяку. Что касается других, они не могли его понять. Они думали, что этот красивый и грубый мальчик был слишком странным. Можно сказать, что он был злым, но на самом деле, когда обсуждал проблемы с вами, то оставался очень вежлив. Но если сказать, что он лёгкий на подъём, это тоже не казалось правильным, потому что он иногда говорил и вёл себя очень высокомерно, как будто ему просто лень говорить с вами глупости.

Как раз в тот момент, когда все думали о том, был ли Сюй Жэньдун врагом или другом, сам Сюй Жэньдун вошёл в монастырь, не оглядываясь.

Несмотря на то, что у Лянь Цяо были сомнения в сердце, он не спрашивал многого, а только послушно следовал за Сюй Жэньдуном. Некоторое время все молчали, а затем Жэнь Гаофэй, самый высокий мальчик в команде, сказал:

– Все, будьте осторожны. Этот человек…

Он вздохнул и не закончил фразу, как будто не совсем знал, как оценивать Сюй Жэньдуна. Маленький толстяк всё же сказал:

– Этот человек не простой. – Он крепко обнял ребёнка на руках.

Быстро взошла луна, и дети заснули среди ночи в комнате, устроенной старой монахиней.

На этот раз Сюй Жэньдун не покидал большую группу, но и не интегрировался с ней намеренно. Он не заботился о хороших отношениях с маленьким толстяком и остальными. Он уже очень устал и не хочет заморачиваться по поводу беспорядочных межличностных отношений. Он просто хотел быстро решить эту загадку, чтобы покинуть этот призрачный мир.

И после… пойти на барбекю с Лянь Цяо.

Лёжа на ледяной кровати, Сюй Жэньдун прислушивался к дыханию детей вокруг себя. Он считал время в своём сердце. Когда все дети уснули, он на цыпочках выбрался из постели. Прежде чем выйти из комнаты, он подтвердил, что ребёнок тоже спит. Потом взял заранее приготовленную керосиновую лампу и тихонько пошёл на первый этаж.

Ночной холод проник в его кожу. Сюй Жэньдун коснулся своей руки и обнаружил, что у него мурашки по коже. В то же время, в его желудке забурлило, и к горлу подступило чувство тревоги.

Так голоден.

Хотя тело восстановилось до наилучшего состояния, когда он впервые вошёл в этот мир призраков, голод в сердце не уменьшился. Он должен найти что-нибудь поесть. Кроме того, даже если бы он смог это вынести, что насчёт Лянь Цяо и ребёнка? А как же маленький толстяк?

Сухое молоко пить нельзя. В пещере Ламии спрятано много еды, но ясно, что кража еды также встревожит Ламию и заставит её начать серию убийств. Так что же ему делать?

Сюй Жэньдун вспомнил, как Лянь Цяо однажды заставил Ламию споткнуться о верёвку и использовал песок, чтобы заставить её соскользнуть вниз по лестнице. Хотя эти трюки не были изощрёнными, они были очень эффективными.

Если бы это был Лянь Цяо, что бы он сделал?

У Сюй Жэньдуна вскоре появился план.

Сначала он пошёл на кухню на первом этаже и сделал маленькую бутылочку сухого молока. Соблазнительный аромат молока быстро поднялся, почти заполнив всю кухню. Он терпел скручивание в животе и глотал слюну, быстро завернул бутылку в одежду и быстро пошёл к воротам монастыря.

На этот раз он не стал ждать, пока остынет сухое молоко, потому что молоко не предназначалось для ребёнка. Молоко, сваренное в кипящей воде, было горячим в его руках, но при этом было особенно ароматным.

Сюй Жэньдун подошёл к воротам. Как и в прошлый раз, на ржавых воротах висел тяжёлый гигантский замок, и он леденил взгляд в лунном свете. За пределами монастыря всё ещё стоял густой туман. Его поле зрения было всего в одном метре, и дальше этого ничего не было видно.

Сюй Жэньдун не колебался слишком долго. Он открутил крышку и высунул бутылку за железные решётки ворот. Лёгким движением его запястья большая часть бутылки с молоком пролилась на землю. Он выбросил бутылочку и услышал хрустящий звук, когда стеклянная бутылочка упала на землю. Она несколько раз перекатилась и остановилась.

Уронив детскую бутылочку, он тут же побежал обратно в монастырь и скользнул в шкаф, чтобы спрятаться. В это время всё его тело было ещё покрыто холодной сыростью и ночной росой. Сюй Жэньдун обнял себя в тёмном шкафу, потрогал живот и помолился, чтобы он не заурчал в критический момент.

Вскоре в большой и пустой гостиной раздались шорох – появилась Ламия.

Сквозь щель в дверце шкафа Сюй Жэньдун увидел Ламию, ползущую прямо к выходу. Молочная бутылка за железными воротами казалась ей абсолютно привлекательной. Она недолго оставалась в гостиной, поэтому, естественно, не нашла Сюй Жэньдуна. Мальчик некоторое время ждал внутри шкафа, пока Ламия не вышла во двор. Потом тихо вылез.

Когда Ламия подошла к большим железным воротам, она сразу же обнаружила, что запах молока исходит от лежащей на земле бутылки. Но, как и ожидал Сюй Жэньдун, её IQ не хватило, чтобы понять, что это всего лишь детская бутылочка, а не ребёнок, поэтому она вытянула руку из щели в воротах, пытаясь достать детскую бутылочку на земле снаружи.

Тонкая и бледная рука в лунном свете казалась сморщенной змеей. Сюй Жэньдун тщательно рассчитал положение, поэтому место, куда упала бутылка с молоком, оказалось чуть дальше досягаемости пальцев Ламии. Как бы сильно Ламия ни вытягивала руки, кончики её пальцев всегда лишь чуть-чуть не дотягивались до бутылки. Это её особенно разозлило, и вместо ухода она сильнее вжала плечи в щель ворот.

Предполагается, что с её IQ эта проблема не будет решена ещё какое-то время. Сюй Жэньдун был очень уверен в этом.

Так что он перестал подглядывать и вместо этого быстро подошёл к серой стене в конце коридора.

Он нашёл мел заранее. Так как старая монахиня ещё не проводила урок, мел всё ещё был длинным и целым. Он крепко держал мелок в руке, и его руки больше не дрожали, как в прошлый раз. Сюй Жэньдун спокойно провел на стене четыре горизонтальные и вертикальные белые линии. С лёгким шумом каменная дверь была отодвинута в сторону. Перед ним появилась знакомая тёмная пещера.

Сюй Жэньдун глубоко вздохнул. Он поднял керосиновую лампу и вошёл в пещеру. Затем каменная дверь закрылась позади него, как гигантский зверь, открыв свою большую чёрную пасть и поглотив маленького ребёнка.

Пока Сюй Жэньдун с маленьким рюкзаком обыскивал пещеру, полную еды, Лянь Цяо стоял у окна в детской комнате на втором этаже и смотрел во двор.

Что это за белая штука? У неё длинные руки и ноги и тонкое тело с длинным змеиным хвостом позади него…

В голове Лянь Цяо возникло множество монстров с похожими образами, но он не был уверен, какой из них правильный. Эта белая тварь изо всех сил старалась вылезти из щели в воротах. Несмотря на то, что её руки так сильно вытянулись, она всё ещё не могла дотянуться до белого круглого предмета, который лежал на земле и отражался в лунном свете. Кажется, что это очень важно для неё.

Но что именно это?

Лянь Цяо сузил глаза. Он долго смотрел на эту штуку и, наконец, понял, что это детская бутылочка. Бутылка с молоком была опрокинута, а белые пятна на земле были полны молока, от которого всё ещё шёл горячий пар.

Лянь Цяо на мгновение задумался, а затем снова посмотрел на кроватку.

Малыш ещё крепко спал.

Лянь Цяо внезапно что-то понял. Он показал удивлённое выражение осознания. Сразу после этого он снова нахмурился.

Спираль смерти [BL] Глава 41. Пищевод (13)

Глава 41. Пищевод (13)

Лянь Цяо тихо ждал в темноте. Спустя неизвестное количество времени наконец услышал звук тихих шагов в коридоре.

Он почувствовал себя более свободно. Он натянул одеяло и закрыл глаза, делая вид, что всё это время спал. Дверь в спальню открылась и закрылась, и тут Лянь Цяо быстро почувствовал, что кто-то приближается. Тёплая маленькая рука мягко толкнула его.

– Лянь Цяо, проснись, – голос был тихим и нежным, как шёпот любимого.

Лянь Цяо сделал вид, что не слышит. Мальчик позвал ещё несколько раз и, увидев, что тот не отвечает, слегка вздохнул. Затем Лянь Цяо услышал шорох одежды и не понял, что делает другой человек.

Ты раздеваешься? Ты хочешь спать со мной?

Сердцебиение Лянь Цяо было очень сильным, и он не мог не волноваться. Как только он не мог больше продолжать притворяться, запах жареного мяса ударил ему в нос.

Э?!

Лянь Цяо удивлённо открыл глаза, и вдруг что-то горячее и ароматное ткнуло его в губы. Он неосознанно лизнул – это была жареная баранья нога!

– Ешь, – тихо сказал Сюй Жэньдун.

Лянь Цяо осторожно встал с кровати, стараясь не шуметь. Он взял жареную ногу и в замешательстве спросил:

– Брат Жэньдун, откуда ты это взял?

В темноте он не мог видеть лица Сюй Жэньдуна, но чувствовал, что тот улыбается ему.

– Украл у Босса. – Сюй Жэньдун прошептал: – Я объясню тебе это завтра.

– Хорошо. – Лянь Цяо кивнул. Он держал жареную баранью ногу и с удовольствием жевал.

После небольшого шума Сюй Жэньдун сел рядом с ним на кровать. В темноте было невозможно чётко разглядеть даже кого-то близкого, но Лянь Цяо почувствовал, что Сюй Жэньдун что-то ест, держа в руке что-то другое. Он вдруг почувствовал, что они были похожи на двух студентов, живущих в кампусе, тайком ужинающих после того, как выключили свет. Они не осмелились издать ни звука, опасаясь, что их обнаружит наблюдатель общежития.

Лянь Цяо не мог не поднять уголки рта, глядя на Сюй Жэньдуна в темноте. Хотя ничего не видно, просто слушая тихий звук жевания и глотания с той стороны, Лянь Цяо почувствовал неописуемое волнение.

Странные чувства, посеянные в его сердце, воспользовались ночью, чтобы беспринципно вырасти.

Как раз в тот момент, когда Лянь Цяо был готов потерять контроль и хотел что-то сделать, Сюй Жэньдун внезапно сказал:

– Ты закончил?

– Да.

– Вот носовой платок, вытри рот.

Лянь Цяо замер. Он чувствовал, как Сюй Жэньдун шарит в темноте, но не мог его найти. Поэтому он интуитивно протянул руку и быстро схватил руку Сюй Жэньдуна. Это были нежные и мягкие руки ребёнка.

Лянь Цяо был неожиданно потрясён, и всё его тело замерло.

Сюй Жэньдун дал ему носовой платок, а затем быстро убрал руку. Лянь Цяо держал носовой платок, в котором было остаточное тепло, и безучастно размышлял: «О чём я думаю? Неужели я только что возжелал трёхлетнего ребёнка?»

Пятилетний ребёнок по отношению к трёхлетнему ребёнку? Это действительно ужасно.

Физиологический дискомфорт был подобен приливу, затопляющему разум Лянь Цяо. Погруженный в сильное чувство самобичевания, он провёл бессонную ночь.

На следующий день Лянь Цяо проснулся с парой тяжёлых тёмных кругов под глазами. Он увидел, как Е Цинлю кормит ребёнка рисовой кашей. Маленький толстяк задавал вопросы о внезапно появившейся каше. Е Цинлю развела руками и показала, что не знает. Каша была на столе, когда она проснулась.

Маленький толстяк:

– Только рисовая каша? Больше ничего не было?

Е Цинлю:

– Только рисовая каша.

Маленького толстяка ответ не удовлетворил. Он нахмурился и пробормотал:

– Невозможно. Мне показалось, что прошлой ночью я почувствовал запах жареного мяса. Это был… сон?

Лянь Цяо виновато повернул голову, но Сюй Жэньдун уверенно сказал:

– Тебе определённо приснилось.

Маленький толстяк хотел спросить других людей, но Лянь Цяо поспешно вмешался:

– Да, я тоже чувствовал запах еды. Но у меня это было жаркое.

Е Цинлю презрительно посмотрела на него.

– Мечтай, откуда, чёрт возьми, возьмётся жаркое?

Маленький толстяк всё ещё выглядел подозрительно, но в конце концов, больше ничего не сказал.

В это время небо только светлело, и дети просыпались один за другим. Они обсудили, что делать сегодня. Вскоре в дверях комнаты неожиданно появилась старая монахиня.

Сюй Жэньдун мельком увидел монахиню и тут же встал перед Е Цинлю. Он спокойно загородил взгляд старой монахини своим телом, чтобы та не увидела рисовую кашу в руке Е Цинлю. Старая монахиня огляделась мутными, как у дохлой рыбы, глазами, скривив измождённые губы.

– Маленькие ублюдки, за мной! – Она постучала в дверной косяк указкой и заговорила с суровым выражением лица: – Не медлите и спускайтесь вниз!

Дети неловко переглянулись. Никто не посмел ослушаться NPC, и они последовали за ней по всему зданию.

Когда она пришла в гостиную на первом этаже, старая монахиня указала на доску и спросила, кто украл мел. Дети очень удивились. В конце концов, они добрались до монастыря только прошлой ночью. В темноте никто даже не заметил, что в углу гостиной стояла школьная доска. Так кто украдёт мел?

Сюй Жэньдун молча стоял в толпе, не говоря ни слова.

Старая монахиня безрезультатно спросила и усмехнулась.

– Хе-хе, хорошо! Вы, маленькие негодяи, все такие нечестные! Тогда понесёте наказание вместе! Встаньте передо мной один за другим и протяните руки!

Она теребила указку в руках, мрачно глядя на детей. Очевидно, она не собиралась проявлять милосердие.

Дети переглянулись, и робкие послушно встали, ожидая, что старая монахиня придёт и накажет их.

Сюй Жэньдун вдруг заметил, что маленький толстяк взглянул на него. Его глаза были не совсем правильными, сердце Сюй Жэньдуна внезапно сжалось, а затем, конечно же, маленький толстяк повернулся к старой монахине и сказал:

– Мать-монахиня, на самом деле прошлой ночью…

Сюй Жэньдун спокойно прервал его:

– Прошлой ночью ребёнок казался голодным и всё время плакал.

Маленький толстяк опешил. Он посмотрел на Сюй Жэньдуна, сузив глазки. Старая монахиня услышала, что младенец плачет. Выражение её лица слегка изменилось, а затем она с интересом спросила:

– О? Вы его накормили?

Сюй Жэньдун посмотрел прямо в мутные глаза старой монахини.

– Я просто напоил его водой, и мне потребовалось много времени, чтобы он перестал плакать. Поэтому я подумал, что нам нужно найти что-то получше, чтобы накормить его сегодня. Он слишком маленький. Если мы сегодня не накормим его должным образом, он точно не сможет выжить.

На лице старой монахини мелькнула мрачная улыбка.

– Ты очень внимателен, да? Хорошо, тогда я пощажу тебя на этот раз. На кухне есть сухое молоко, так что можешь накормить его этим!

Закончив говорить, она медленно поднялась наверх. Дети наблюдали за ней, пока она не вернулась в свою комнату и не заперла со щелчком за собой дверь. Только тогда настроение у всех немного расслабилось.

Маленький толстяк вдруг схватил Сюй Жэньдуна за воротник.

– Ты взял мел, да?! Я говорил тебе не действовать самовольно! Ты чуть не убил нас только что!

Сюй Жэньдун без колебаний солгал:

– Это был не я.

Маленький толстяк сердито воскликнул:

– Кто же, если не ты?!

Лянь Цяо подошёл и посоветовал:

– Мы все в одной команде, так за что ты воюешь? Отпусти его, если тебе есть что сказать, говори спокойно.

Толстяк взглянул на него, но не отпустил Сюй Жэньдуна. Сюй Жэньдун нахмурился и уже собирался сопротивляться, когда Лянь Цяо взял инициативу в свои руки и наступил толстяку на ногу!

– Ой! – Маленький толстяк вскочил от боли, когда ему наступили на большой палец ноги. Его руки, естественно, разжались.

Лянь Цяо с невинным видом отдёрнул ногу.

– Видишь, применять физическую силу нехорошо, верно? Это разрушит гармоничную атмосферу.

Все дети: «……» Ты действительно ведёшь себя как пятилетний ребёнок!

Сюй Жэньдуна позабавило детское поведение Лянь Цяо. Он вдруг обнаружил, что у того есть много коварных уловок. Хотя они были не совсем «праведными», но очень эффективными! Сюй Жэньдун не удержался и мысленно похвалил его, а затем сказал всем:

– Хорошо, давайте не будем терять время. Пока NPC здесь нет, давайте поторопимся и разделимся, чтобы исследовать это место.

Маленький толстяк сердито посмотрел на него, однако разум возобладал, и в конце концов, он отвёл Жэнь Гаофэя и остальных наверх. Сюй Жэньдун повёл свою небольшую команду на кухню на первом этаже. Он сделал вид, что роется в шкафах, и быстро нашёл пакет с сухим молоком.

Е Цинлю подошла к нему.

– Это тот самый молочный порошок, о котором говорила монахиня?

Младенец, которого она держала на руках, уже проснулся и сосал её палец. Е Цинлю вынула палец изо рта ребёнка и прошептала:

– Это негигиенично. Не ешь руки.

– Я подозреваю, что это ловушка. – Сюй Жэньдун тихо заговорил: – Когда монахиня упомянула о сухом молоке, выражение её лица было нехорошим. Она как будто что-то предвидела. Она даже пропустила телесные наказания и сразу же вернулась в свою комнату, чтобы спрятаться. Я думаю, что здесь определённо есть проблема.

Вся группа новичков пришла к выводу, что им нужно хорошо подумать, иначе их легко обманут. К счастью, Сюй Жэньдун был здесь.

Сюй Жэньдун вздохнул с облегчением, что его ложь сработала. Он убрал сухое молоко и, подняв глаза, встретился с задумчивыми глазами Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун вспомнил, что обещал дать Лянь Цяо ответ о том, куда он ушёл прошлой ночью, поэтому он подошёл к мальчику и прошептал:

– Я отведу тебя кое-куда.

Глаза Лянь Цяо загорелись.

Сюй Жэньдун занял всех делом, а затем отвёл Лянь Цяо к белой стене в конце коридора гостиной. Он достал мел и стал рисовать дверь на стене. Лянь Цяо подавил своё волнение, наблюдая за ним. Он пробормотал:

– Это здесь живет босс игры? Брат Жэньдун, ты действительно хорош. Только первый день, а ты уже нашёл еду и даже местонахождение босса. Сколько вещей ты сделал прошлой ночью?

Сюй Жэньдун улыбнулся и ничего не сказал. Когда четыре белые линии образовали прямоугольник на стене, произошло чудесное изменение. Меловая линия быстро разъела стену как химическая жидкость, и впадина линий быстро превратилась в брешь. Сюй Жэньдун мягко толкнул, и прямоугольная стена распахнулась как дверь, обнажив непостижимую тёмную пещеру за стеной.

– Вау! – воскликнул Лянь Цяо. – Я видел этот дизайн в играх. Не ожидал увидеть в реальности. Эффект такой классный! Ощущение лёгкого фэнтезийного романа!

Как только он вытянул шею, чтобы заглянуть в тёмную пещеру, Сюй Жэньдун внезапно вынул куриную ножку и спросил:

– Ты голоден?

Лянь Цяо был сбит с толку.

– Не голоден.

Сюй Жэньдун:

– О, тогда всё равно съешь куриную ножку.

Лянь Цяо внезапно заткнули рот. Его лицо вдруг стало растерянным. Но под пылким взглядом Сюй Жэньдуна он всё же честно сгрыз куриную ножку и срыгнул, когда наелся.

Сюй Жэньдун удовлетворённо кивнул.

– Хорошо, пойдём.

Лянь Цяо подумал про себя: «Сегодня большой босс действительно странный, балуясь кормлением всевозможным мясом. Что это за хобби?»

Это действительно озадачивает.

Двое детей – один большой и один маленький – заползли в пещеру. Каменные ворота, нарисованные мелом, быстро закрылись за ними. Как капля воды, упавшая в озеро, щель двери быстро слилась с неровной каменной стеной, и следы мела полностью исчезли.

Лянь Цяо погладил каменную стену и восхищённо сказал:

– Это как в сказке…

Сюй Жэньдун обнаружил, что Лянь Цяо стала намного более разговорчивым и живым, чем в прошлый раз. Конечно, в последний раз, когда они пришли сюда, все остальные товарищи по команде были мертвы, так что, конечно, он не был в хорошем настроении. На этот раз Лянь Цяо только начал исследовать и не испытал боли и пыток. Его любопытство к этому миру было намного больше, чем страх. Он вошёл в пещеру, где прятался монстр, как ребёнок, исследующий пещеру с сокровищами.

Сюй Жэньдун внезапно почувствовал сильное желание защитить его. Он поднял керосиновую лампу и пошёл вперёд. Он как раз собирался сказать Лянь Цяо следовать за ним, когда тот внезапно забрал керосиновую лампу из его руки и пошёл вперёд.

Сюй Жэньдун был ошеломлён.

Лянь Цяо, который был на голову выше его, высоко поднял керосиновую лампу, и тёплый жёлтый свет рассеял тьму перед ним. Его свободная рука слегка потянулась в направлении Сюй Жэньдуна, а ладонь была обращена вверх, как будто он ждал, пока он что-то на неё положит.

Сюй Жэньдун: «???» Что ты хочешь?

Он посмотрел на руку Лянь Цяо, на мгновение задумался и положил оставшуюся половину мела.

Лянь Цяо: «???»

Он удивлённо взглянул на Сюй Жэньдуна, а затем, мгновение подумав о чём-то неизвестном, глубоко вздохнул и сказал с сухой улыбкой:

– Аха-ха, да-да. Я просто хотел увидеть мел. Брат Жэньдун, ты такой умный! Я просто хочу посмотреть, что же такого волшебного в этом меле, как можно сделать дверь голыми руками… Аха-ха-ха-ха…

Сюй Жэньдун странно посмотрел на него.

– Скоро мы встретимся с боссом, так что я знаю, что ты очень взволнован. Но тебе лучше успокоиться, грядут опасные вещи.

«……» Лянь Цяо на некоторое время потерял дар речи, а затем кивнул со страдальческим выражением лица.

Спираль смерти [BL] Глава 42. Пищевод (14)

Глава 42. Пищевод (14)

Когда Сюй Жэньдун добрался до конца пещеры, его поле зрения резко расширилось. Огромный стол был полон еды, и красивая гречанка склонила голову в конце стола, её длинные льняные волосы мягко спадали на плечи.

Еда на столе выглядела ослепительной и красочной. У девушки за столом было безмятежное и милое лицо. Это мог бы быть экзотический натюрморт, но пустые глаза и ладони девушки, каждая из которых держала глазное яблоко, добавляли этой картине холодных и жестоких метафор. Это заставляло людей чувствовать себя очень неловко, когда они смотрели на это. Позади девушки стоял серебристо-белый лифт, выглядевший здесь ещё более странно.

Сюй Жэньдун пересказал товарищу план действия Лянь Цяо из прошлого раза. После того, как мальчик выслушал, в его глазах промелькнуло странное выражение.

– Это такое совпадение, мой план такой же.

Когда Сюй Жэньдун услышал эти слова, то почувствовал, что украл результаты усилий Лянь Цяо. Ему вдруг стало немного не по себе. Но сейчас он мог только сказать:

– Пока ещё не поздно, давай сделаем это.

На этот раз действия Лянь Цяо прошли плавно. Спящая гречанка ничего не заметила и по-прежнему сидела, опустив голову. Только Лянь Цяо нахмурился после кражи, с отвращением глядя на два глазных яблока в своей руке.

Сюй Жэньдун вспомнил ощущение влажных и слизистых глазных яблок, извивающихся в ладонях, и бросил сочувствующий взгляд на Лянь Цяо. Когда он увидел, что мальчик добился успеха, то повернулся и пошёл в том направлении, откуда пришёл. Лянь Цяо подбежал, чтобы догнать его, наклонился к уху и прошептал:

– Подожди, у меня есть идея.

Сюй Жэньдун озадаченно посмотрел на него. Лянь Цяо сунул оба глаза в карманы и достал половину мела. Он подошёл к ближайшей к нему каменной стене. Однако он только прижал мелок к каменной стене и ничего не нарисовал.

Лянь Цяо оглянулся на Сюй Жэньдуна, прося глазами совета. Сюй Жэньдун сразу понял, что он имел в виду: если бы они нарисовали новую дверь здесь, а не там, откуда они пришли, куда бы вела эта дверь?

Вы не можете догадаться. Вы не узнаете, пока не попробуете.

Сюй Жэньдун кивнул в знак согласия, и Лянь Цяо начал чертить. Вскоре в каменной стене появилась маленькая дверь менее полуметра. Они посмотрели друг на друга, глубоко вздохнули и вместе толкнули дверь.

Перед ним появилась спальня, которую они никогда раньше не видели. Столы и стулья были обставлены в том же стиле, что и монастырь. Она была серой и грязной, и повсюду царил неуютный мрак.

В следующую секунду они увидели старую монахиню, сидящую на кровати и грызущую кукурузу.

Лянь Цяо и Сюй Жэньдун: «???»

Старая монахиня: «?????»

Неожиданно они открыли дверь в пещере и оказались в спальне старой монахини!

Но почему она грызла кукурузу? Этот монастырь до сих пор прячет кукурузные початки? Тогда почему мы ничего не нашли?.. Подождите, неужели NPC тоже хотели есть?

Старая монахиня была в шоке, когда её обнаружили за воровством еды. Её глаза расширились как у рыбы, рот был полуоткрыт, а во рту ещё оставалась половина пережёванной кукурузы. Сюй Жэньдун и Лянь Цяо тоже были в шоке.

Таким образом, обе стороны замолчали на несколько секунд. Тогда первым отреагировал Лянь Цяо:

– Извините, до свидания! – Лянь Цяо резко потащил Сюй Жэньдуна назад.

Эти слова были как таз с холодной водой, и старая монахиня мгновенно очнулась. Выражение её лица сразу же стало свирепым, она вскочила с кровати и бросилась к ним двоим.

Сюй Жэньдун уже отступил в пещеру. Лянь Цяо собирался закрыть каменную дверь. Внезапно он почувствовал боль в тыльной стороне ладони – его схватили костлявые пальцы старой монахини!

При этом старая монахиня сердито закричала:

– Маленький ублюдок, откуда ты взялся?! – Она взревела, и голос её был резким и пронзительным, отдаваясь эхом в глубокой пещере, пронзая уши людей. Сюй Жэньдун и Лянь Цяо были потрясены и в то же время посмотрели на гречанку за столом. Конечно же, под влиянием этого мощного звука изначально опущенная голова девушки резко поднялась, и её запавшие глазницы были направлены туда, откуда исходил звук!

Ламия проснулась!

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо внезапно столкнулись с дилеммой, когда впереди волки, а сзади тигры. Они колебались всего секунду, а затем Лянь Цяо использовал силу хватки старой монахини, чтобы потянуть Сюй Жэньдуна обратно.

– Вернись!

Сюй Жэньдун неожиданно прыгнул обратно в спальню. Увидев это, старая монахиня попыталась схватить его иссохшими руками, как орел – когтями. Сюй Жэньдун полагался на своё маленькое тело, согнулся и спрятался, используя обе руки и ноги, чтобы прокрасться между ног старой монахини.

В это время старуха всё ещё крепко держала руку Лянь Цяо. Старая монахиня была в ярости и с силой вытащила Лянь Цяо из пещеры и ударила им о стену. Лянь Цяо приглушённо фыркнул и сполз со стены на пол, но, не обращая внимания на боль, поднялся и закричал:

– Закрой дверь, закрой дверь! Закрой дверь!

– Хорошо! – Сюй Жэньдун в это время уже бросился обратно к двери и захлопнул её одним толчком. Увидев, что каменная дверь вот-вот закроется, из пещеры вдруг протянулась бледная рука! Рука схватила дверь и снова медленно толкнула её.

Ламия догнала!

Сюй Жэньдун был шокирован и изо всех сил хлопнул каменной дверью, пытаясь оттолкнуть Ламию назад. Бледная ладонь монстра застряла в дверной щели и несколько раз была ущемлена дверью. Ладонь была расплющена, но она, как будто ничего не чувствуя, крепко вцепилась в дверной косяк.

Старая монахиня тоже была в шоке, когда увидела это.

– Ты! Ты!!

Она закричала. В то же время Ламия уже толкнула каменную дверь и высунула голову. В этот момент она уже не была красивой девушкой. Кровь начала литься из её пустых глазниц, а кожа на лице была похожа на обветренный камень, который поднимался и опускался по частям. Тонкие черты лица быстро исказились и в мгновение ока превратились в ужасающего монстра.

В глазах старой монахини вдруг мелькнул злобный взгляд. Её иссохшие когти вытянулись к Сюй Жэньдуну и схватили его за воротник. Мальчик боролся в воздухе, и его две короткие и пухлые ноги отчаянно болтались, но не могли пнуть старую монахиню.

Старуха фыркнула и швырнула Сюй Жэньдуна в Ламию!

– Сюй Жэньдун! – Лянь Цяо душераздирающе закричал, бросаясь руками и ногами к каменной двери. Однако было слишком поздно. Ламия схватила Сюй Жэньдуна и прижала его к своей груди!

Лянь Цяо старался изо всех сил и, наконец, поймал запястье Сюй Жэньдуна. Он поддержал край каменной двери ногами и крепко сжал Сюй Жэньдуна в своих руках. Ламия держала Сюй Жэньдуна с такой силой, что Лянь Цяо отчаянно сопротивлялся дверному косяку, чтобы предотвратить полное втягивание. К счастью, дверной косяк был немного приоткрыт. Он раскинул ноги у косяка, используя колени как точку опоры, полагаясь на силу своих суставов и связок, насильно соревнуясь с Ламией.

Ламия крепко держала Сюй Жэньдуна в своих объятиях, и эти две бледные руки обхватили его грудь как питон, отчего у него перехватило дыхание. Лянь Цяо упёрся коленями в каменную дверь, и суставы его ног скрючились под ужасными углами. Сюй Жэньдун мог слышать плач его костей с такого расстояния, и казалось, что если потянуть ещё на один сантиметр, они треснут и сломаются.

Сюй Жэньдун попытался выдавить из своего горла несколько слов:

– Лянь Цяо… отпусти…

– Нет! – Пальцы Лянь Цяо побледнели из-за слишком большой силы. Вместо того, чтобы отпустить, он повернулся к нему. Сюй Жэньдун протянул другую руку. – Лови меня за руку! Торопись!

Зрение Сюй Жэньдуна было заблокировано Ламией. Он смутно увидел приближающуюся позади Лянь Цяо высокую тень и встревожился:

– Лянь Цяо… Сзади… Сзади… Сзади…

Лянь Цяо не мог позаботиться об этом прямо сейчас. Он просто отчаянно схватил руку Сюй Жэньдуна. Внезапно у него возникла острая боль в спине, и всё его тело задрожало.

– У-у-у!

Лянь Цяо повернул голову и увидел, что старая монахиня тихо подошла к нему сзади. В это время старуха снова подняла ногу и сильно пнула его в спину! Острые кожаные туфли ударили по мягкому низу живота, отбросив его в сторону!

– …Вуу… – Лянь Цяо скорчился от боли, а затем в его руках появилась пустота – Сюй Жэньдуна затащила в пещеру Ламия!

– Сюй Жэньдун! – Лянь Цяо вскрикнул и протянул руку к тёмной пещере, но больше ничего не мог поймать. После громкого грохота Сюй Жэньдун застонал, как будто его швырнуло на землю.

В то же время Лянь Цяо почувствовал приближение опасности в темноте. Его рефлексы были быстрее мышления. Он резко отступил назад, но увидел, как бледные и иссохшие когти Ламии снова выбегают из пещеры! К счастью, каменные ворота, нарисованные Лянь Цяо, были маленькими, и тело Ламии застряло. Она не могла выбраться. Он увидел, как две её бледные руки вытянулись из пещеры, лихорадочно извиваясь как питон.

Старая монахиня вскрикнула от удивления. Она попятилась, и её тело ударилось о стол и стул. Она быстро повернулась, чтобы толкнуть предметы мебели, пытаясь заблокировать каменную дверь.

В пещере была кромешная тьма, и вопрос о жизни или смерти Сюй Жэньдуна оставался неизвестен. Глаза Лянь Цяо покраснели. Он свирепо посмотрел на старую монахиню и вдруг достал мел.

– Что ты хочешь?! – воскликнула старая монахиня, пытаясь остановить его. Лянь Цяо уворачивался как кошка, а мел в его руке уже нарисовал дугу на стене!

Дуга только что соединилась с краем каменных ворот. Белая меловая линия быстро разъела стену спальни, как серная кислота. Ламия в пещере с силой надавила – и каменные врата рассыпались как кусок печенья!

Отверстие, соединяющее пещеру и спальню, увеличилось вдвое в одно мгновение!

Старая монахиня в ужасе закричала и отчаянно толкнула стол и стулья к дыре. Но было уже поздно, Ламия выползла из пещеры. У неё украли глазные яблоки, поэтому она ничего не могла видеть. Окровавленные и пустые большие глазницы смотрели пустым взглядом и быстро впились в запаниковавшую старую женщину. Затем чудовище бросилось к ней. Старая монахиня попыталась загородиться столом, но Ламия легко опрокинула его.

– А-а-а-а-а!! – Ламия укусила старую монахиню за шею.

Лянь Цяо проигнорировал крик позади себя. Он повернул голову и прыгнул обратно в тёмную пещеру. Со светом в спальне он, наконец, увидел, что Сюй Жэньдун свернулся калачиком в углу пещеры. Острый камень глубоко вонзился ему в икру, и с нее капала кровь. Травма причиняла боль, просто глядя на неё, но Сюй Жэньдун не издавал ни звука от начала до конца. Он просто стиснул зубы и молча терпел.

У Лянь Цяо словно иглы вонзались в сердце. Он подбежал к Сюй Жэньдуну и прошептал:

– Пойдём!

Сюй Жэньдун был ошеломлён, тупо глядя на Лянь Цяо. На душе у него вдруг стало кисло. Всё его тело болело до смерти, но он не осмелился закричать, когда прикусил губу, потому что боялся, что Лянь Цяо придёт, чтобы спасти его, когда услышит зов о помощи. Но даже так, Лянь Цяо без колебаний спрыгнул вниз, чтобы спасти его.

Ситуация была безотлагательной, и не было времени думать об этом. Сюй Жэньдун терпел сильную боль в икре, хромал и бежал. Отверстие, соединяющее спальню, было похоже на каплю воды на засушливой земле, быстро сжимаясь и исчезая. Крики старой монахини и жевание Ламии также постепенно затихли.

Пещера мгновенно погрузилась во тьму.

Они не знали, куда упала керосиновая лампа. Пещера была кромешной тьмой, и они ничего не могли видеть. Сюй Жэньдун был почти унесён Лянь Цяо и вообще не мог определить направление. Время от времени его пальцы ног ударялись по камням на земле, и несколько раз он чуть не падал, но Лянь Цяо крепко схватил его.

Откуда у Лянь Цяо такая сила? Очевидно, он стал таким же ребёнком, как и он, так как же из маленького тела могло вырваться столько силы?

Ребёнок, который был немногим старше его, задыхался, и между двумя цепляющимися телами гулко стучало сердце. По какой-то причине Сюй Жэньдун не мог не рассмеяться.

Лянь Цяо внезапно остановился, словно что-то заметил. Он послушал некоторое время и прошептал:

– Бля, ты смеешься? Ты напугал меня до смерти.

В темноте Сюй Жэньдун не мог разглядеть лицо Лянь Цяо, которое, должно быть, было рядом. Поскольку Лянь Цяо не мог его видеть, он смело улыбнулся и даже немного радостно спросил:

– Куда мы идём? Ты всё ещё знаешь дорогу?

– Не знаю, я иду просто по ощущениям. – Лянь Цяо подтянул его на бок и снова отправился в путь. – Не бойся, брат Сюй Жэньдун. У меня хорошее чувство направления. Ты знаешь «Побег»? А «Обитель зла 7» или что-то в этом роде? В таких играх ужасов нет карт! И видение очень тёмное, и тебя часто преследуют монстры. Но я никогда не терялся. Пока я снова иду по дороге, я…

В следующую секунду раздался бум!

Лянь Цяо был потрясён и мгновенно замолчал.

Сюй Жэньдун нервно спросил:

– В чём дело? – Его мускулы напряглись, и он внимательно следил за происходящим. – Ламия догоняет?

Лянь Цяо на мгновение замолчал:

– …Нет, я ударился о стену. У меня немного болит нос. Позволь мне немного замедлиться.

Сюй Жэньдун: «……»

Через две секунды он расхохотался. Смех эхом разносился по пещере, создавая эффект отражения, который звучал очень волшебно.

Беспомощный Лянь Цяо:

– Старший брат, ты можешь быть серьёзен, мы ещё не сбежали.

Сюй Жэньдун:

– Я знаю, но… Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…

Сюй Жэньдун смеялся до тех пор, пока его желудок не стал кислым, и он почти не мог стоять прямо. Лянь Цяо мог только остановиться, чтобы дождаться его. Сюй Жэньдун не знал, почему не может контролировать себя, он давно так не смеялся. Даже слёзы выступили, и горло охрипло. К счастью, здесь было темно, и Лянь Цяо не мог его видеть.

– Эй… – Лянь Цяо беспомощно вздохнул. Он продолжал вести Сюй Жэньдуна вперёд. Сюй Жэньдун заметил это только тогда, когда они уже сжали друг другу руки.

Как двое детей, возвращающихся из приключения в пещере с сокровищами.

– Он должен быть здесь. – Лянь Цяо встал в конце дороги и достал мел. – Я нарисую дверь.

Глаза Сюй Жэньдуна были влажными, и он с улыбкой посмотрел на него в темноте.

– Хорошо.

Мгновением позже, после небольшого шума, нарисованные каменные врата медленно открылись. Перед ними появился знакомый коридор гостиной.

Сюй Жэньдун тихо вытер слёзы.

Вернувшись в коридор монастыря, они оба одновременно повернули головы, молча наблюдая, как щель постепенно сужается, пока не исчезла совсем. Стена быстро стала такой же целой, как и прежде, как будто ничего не произошло. Наконец-то они снова были в безопасности.

Лянь Цяо внезапно сказал с болью:

– Итак, можно ли охарактеризовать только что сложившуюся ситуацию так: мы бежали навстречу своей смерти и каким-то образом убили монахиню?

Сюй Жэньдун:

– Ты прав.

Лянь Цяо сразу же сказал:

– Если кто-то ещё спросит…

Сюй Жэньдун:

– Мы сделаем вид, что ничего не знаем.

Лянь Цяо:

– Хорошо.

Они посмотрели друг на друга и снова засмеялись.

Спираль смерти [BL] Глава 43. Пищевод (15)

Глава 43. Пищевод (15)

Они прошли по коридору и обнаружили, что весь первый этаж пуст. Они не знали, куда ушли Е Цинлю и остальные. Лянь Цяо помог Сюй Жэньдуну сесть на диван в гостиной. Оглядываясь назад, весь их путь был отмечен кровавым следом. У Сюй Жэньдуна всё ещё оставался камень внутри голени. Камень был очень острым, глубоко вонзился ему в плоть и испачкал штаны.

Лянь Цяо сказал:

– Сиди здесь, я найду, чем тебя перевязать.

Сюй Жэньдун кивнул и вытащил острый камень из своей голени. Было больно, и он не мог не зашипеть.

Лянь Цяо повернул голову, когда услышал звук, и увидел, что рана на ноге Сюй Жэньдуна внезапно начала брызгать кровью. Он был в шоке:

– Бля! Зачем ты его вытащил?!

– Больно, когда он внутри, сейчас намного лучше.

Лянь Цяо быстро присел на корточки, чтобы надавить на рану, но кровь продолжала вытекать из-под его пальцев. Лянь Цяо запаниковал и сказал:

– Всё кончено, артерия повреждена! – Он резко поднял голову и сердито посмотрел на Сюй Жэньдуна. – У тебя нет никакого здравого смысла! Посторонние предметы, вставленные в тело, не могут быть случайно вытащены, разве ты не знаешь?!

– …Я не знал.

Лянь Цяо был так зол, что не мог говорить. Он огляделся, ища что-то более чистое для экстренной перевязки, но не осмелился оставить рану Сюй Жэньдуна, опасаясь, что та будет кровоточить сильнее, как только он отпустит. Сюй Жэньдун увидел, как тот нервничает, и, наконец, почувствовал себя немного виноватым.

– Я сам нажму.

Лянь Цяо снова посмотрел на него, и вдруг его взгляд упал на талию.

– Где твой ремень?

Поскольку его тело стало детским, одежда стала ему велика. Сюй Жэньдун поднял рубашку и посмотрел вниз. Его ремень также был свободно обмотан вокруг талии. Он смутился.

– Ты хочешь использовать мой ремень, чтобы остановить кровотечение? Тогда я не смогу подвязать штаны…

Лянь Цяо сердито фыркнул:

– Ты сам просил об этом! Быстрее, сними ремень и застегни его так, чтобы колени не сгибались!

Сюй Жэньдун озадаченно спросил, вытягивая ремень:

– Почему я не могу согнуть колени?

– Это называется проксимальной компрессией для остановки кровотечения. Подожди, я добавлю что-нибудь, чтобы смягчить его. – Прежде чем затянуть ремень, Лянь Цяо достал платок и положил его между ремнем и коленом Сюй Жэньдуна, а затем помог ему затянуть его. При этом Лянь Цяо всё ещё читал ему лекцию: – Кровь течёт от сердца к конечностям. Если кровеносные сосуды в сердце сжаты, то кровь будет меньше течь вниз и, следовательно, будет легче свертываться.

Сюй Жэньдун посмотрел на свою голень.

– Ну, она больше не брызгает.

Лянь Цяо потерял дар речи, когда увидел, что тот говорит так спокойно. Но кровь под икрой всё ещё текла. Лянь Цяо некоторое время смотрел на него и сказал:

– Это не сработает, мне всё ещё нужно найти что-нибудь, чтобы перевязать рану.

Сюй Жэньдун повернул голову и посмотрел на окна.

– Занавески?

Лянь Цяо смотрел с отвращением.

– Слишком грязно. Всё серое и заплесневелое. – Он немного подумал, затем снял куртку и обернул её вокруг голени Сюй Жэньдуна, нахмурившись, и сказал: – Сначала я могу только позаботиться об этом. Хотя бы остановить кровь…

Сюй Жэньдун смотрел, как тот обмотал его ноги большим мотком, и беспомощно сказал:

– Теперь я не могу сомкнуть ноги из-за тебя.

Лянь Цяо внезапно опешил и поднял голову. Он смотрел на него пустым взглядом.

Сюй Жэньдун был сбит с толку:

– Почему ты краснеешь?

– Нет-нет, ничего… – Лянь Цяо смущённо отвернулся. Даже корни его ушей покраснели.

После того, как Лянь Цяо перевязал его, он сразу же отошёл в сторону. Мальчик повернулся спиной к Сюй Жэньдуну и сказал:

– Ты отдохни, я позову кого-нибудь. – После этого он побежал наверх.

Сюй Жэньдун попытался встать. Его ноги больше не болели так сильно, но из-за того, что повязка была такой тугой, вся икра затекла, и нельзя было согнуть колени. Такого рода вещи сильно ограничивали его движения, и, если он снова столкнётся с опасностью, то обязательно станет обузой.

Сюй Жэньдун вздохнул, думая, что не вытащил бы камень, если бы знал. Лучше было оставить тот внутри.

Вскоре Лянь Цяо спустился вниз с группой детей. Увидев травму Сюй Жэньдуна, маленький толстяк воскликнул:

– Куда ты пошёл? Что случилось с той старой монахиней?

Сюй Жэньдун спокойно солгал:

– Я случайно упал и ударился об острый кусок скалы. Что случилось со старой монахиней?

Маленький толстяк заподозрил неладное и ничего не ответил. Е Цинлю сказала:

– Когда мы разделились, чтобы исследовать, то внезапно услышали женский крик наверху. Мы подбежали и увидели, что это комната старой монахини. Но её комната была заперта, и мы не могли попасть внутрь. Внутри было много шума. Это звучало довольно хаотично, но через некоторое время стихло. Я боюсь, что она может быть мертва.

Лянь Цяо очень наигранно воскликнул:

– Что? NPC умер? Кто её убил?

Маленький толстяк усмехнулся:

– Вот что мы хотели у тебя спросить! Куда вы пошли?

Сюй Жэньдун достал окровавленный острый камень и невинно сказал:

– Я действительно упал. Смотри, камень всё ещё здесь.

Маленький толстяк: «……»

Е Цинлю подошла с ребёнком и с любопытством посмотрела на камень. Затем она посмотрела на окровавленную икру Сюй Жэньдуна и вдохнула холодный воздух, но спокойный Сюй Жэньдун показал ей большой палец вверх.

Лянь Цяо сказал:

– Давайте не будем об этом. Как прошло изучение карты?

Е Цинлю сказала, что они ничего не нашли на первом этаже. Маленький толстяк ответил:

– Мы нашли это в кабинете на втором этаже.

Он вынул книгу. Сюй Жэньдун посмотрел на неё и увидел, что это книжка с картинками о греческой мифологии. Маленький толстяк сказал:

– В этой книжке с картинками упоминается монстр по имени «Ламия», который должен быть «Пищеводом», упомянутым лифтом.

Сюй Жэньдун не мог не удивиться:

– Почему ты так думаешь?

Маленький толстяк слегка улыбнулся. Он засмеялся:

– О, разве ты не знаешь? Первоначальное значение слова «ламия» на древнегреческом языке – «пищевод».

Сюй Жэньдун был потрясён. Первоначально он думал, что только Лянь Цяо может знать такие мелочи. Сюй Жэньдун разочарованно посмотрел на того.

Лянь Цяо: «???»

Сюй Жэньдун покачал головой, вздохнул и повернулся, чтобы посмотреть на маленького толстяка.

– Тогда каковы, по-твоему, условия прохождения?

Маленький толстяк растерялся и быстро со злостью сказал:

– Откуда мне знать? Сейчас только первый день. Это ключ к разгадке, но как я могу просто так понять условия прохождения? – Казалось, он подумал, что вопрос Сюй Жэньдуна был очень грубым, поэтому усмехнулся. – Не думай пока только о прохождении инстанса, сначала подумай о том, как спасти свою жизнь!

Сюй Жэньдун подумал об этом. Всё сухое молоко и мел были у него, а старая монахиня умерла. У маленького толстяка не было шансов умереть, поэтому он искренне сказал:

– В тебе много смысла.

Маленький толстяк: «……» Почему у этого парня такое странное отношение? Почему в его искреннем выражении чувствуется тень сарказма?

Лянь Цяо сидел на диване и смотрел на книжку с картинками, но вдруг поднял голову и сказал:

– Вообще-то у меня есть идея…

Прежде чем он успел договорить, ребёнок на руках Е Цинлю внезапно открыл рот и завыл.

Сюй Жэньдун был потрясён и бессознательно посмотрел на второй этаж. К счастью, на втором этаже не было движения, и конец коридора был пуст. Ламия не появлялась. Он не знал, было ли это потому, что сейчас день, или потому, что они украли глаза Ламии. Словом, на этот раз плач ребёнка не привлёк Ламию.

Лицо Лянь Цяо изменилось, и он сжал карман штанов одной рукой. В этом кармане были спрятаны глазные яблоки Ламии. Сюй Жэньдун тихо спросил:

– В чем дело?

Лянь Цяо:

– Глазные яблоки двигаются.

Сюй Жэньдун нахмурился, и нервы в его теле снова напряглись.

Е Цинлю уговаривала ребёнка, и другие дети уставились на малыша. Маленький толстяк заткнул уши и недовольно сказал:

– Как шумно! Он плачет так громко, кто знает, привлечёт ли это что-нибудь!

Сюй Жэньдун хотел попросить отдать ему ребёнка, но внезапно понял, что маленький толстяк настроен против него, поэтому, если он просто попросит передать младенца, тот определённо не отдаст его ему.

Лянь Цяо заговорил первым:

– Он голоден? Толстячок, тебе бы поскорее найти, чем его покормить!

Кто знает, какая часть этого предложения задела маленького толстяка за живое. В любом случае, он сразу разозлился, и голос у него повысился на октаву:

– Зачем мне его кормить?! Почему?! Я же говорил в начале не брать его! Это вы, ребята, хотели принести эту обременительную вещь. И теперь вы хотите, чтобы я отвечал за него?! – сказав это, он сделал шаг вперёд. Он выхватил ребёнка из рук Е Цинлю и засунул его в руки Сюй Жэньдуна.

Сюй Жэньдун: «???»

Маленький толстяк:

– Сначала ты сказал, что хочешь его принести! Теперь ты можешь справиться с этим самостоятельно! Мне всё равно!

После этого он позвал своих друзей и попросил всех следовать за ним на второй этаж, чтобы продолжить исследование. Они ещё не закончили рассматривать книги на полке.

Сюй Жэньдун был ошеломлён и не мог не бросить восхищённый взгляд на Лянь Цяо. Тот молча кивнул ему.

Е Цинлю уходила последней. Она была очень неохотной, часто оборачивалась. Сюй Жэньдун сказал:

– Не волнуйся, я позабочусь об этом.

Таким образом, Е Цинлю последовала за маленьким толстяком и остальными наверх.

Когда все ушли, Лянь Цяо заулыбался, глаза его блестели и были полны гордости за то, что его план удался.

– Брат Жэньдун, разве я не умён?

Сюй Жэньдун:

– Очень.

Лянь Цяо улыбнулся и протянул руку к Сюй Жэньдуну.

– Позволь мне обнять.

Сюй Жэньдун передал ему ребёнка. Лянь Цяо обнял малыша одной рукой, а другую протянул к нему.

Сюй Жэньдун непонимающе посмотрел на него, подумав: «Я уже отдал тебе ребёнка, мел с тобой и глазные яблоки Ламии тебе тоже отдал…. Что ещё ты хочешь?»

Лянь Цяо долго ждал. Увидев, что Сюй Жэньдун не ответил, он, наконец, не мог ничего с собой поделать – протянул руку и схватил Сюй Жэньдуна за руку.

– У тебя травма на ноге… Я помогу тебе, - он сказал это очень тихо и легко и спрятал лицо за пелёнками младенца. Сюй Жэньдун почти не слышал, что тот сказал.

– Спасибо, – Сюй Жэньдун сказал это с благодарностью.

Таким образом, Лянь Цяо пошёл на кухню с ребёнком в одной руке и Сюй Жэньдуном в другой.

Сюй Жэньдун украл из пещеры рисовые зерна. Он немного подогрел рисовую кашу и накормил ею ребёнка, но ребёнок отказывался это есть. Он покормил младенца и снова дал тому воды, но малыш плакал ещё громче и отказывался есть.

У Сюй Жэньдуна не было вариантов, и он сказал Лянь Цяо:

– Уговори его.

Лянь Цяо беспомощно сказал:

– Я не знаю, как уговорить ребёнка… – Внезапно его глаза загорелись, он вынул что-то из кармана брюк и поднёс к малышу. Он улыбнулся. – Давай, я дам тебе игрушку!

Сюй Жэньдун посмотрел на это, и оказалось, что это были два окровавленных глазных яблока. На какое-то время он потерял дар речи.

– Ты такой…

Неожиданно ребёнок увидел эти два глазных яблока и перестал плакать. Он протянул свою маленькую руку к глазному яблоку и, когда Лянь Цяо дал ему глаз, держал тот и выглядел очень счастливым.

Сюй Жэньдун: «……» Этот ребёнок ужасен!

Лянь Цяо внезапно сказал:

– Брат Жэньдун, прошлой ночью ты бросил бутылку возле монастыря, чтобы соблазнить Ламию. В бутылочке было сухое молоко?

Сюй Жэньдун был ошеломлён:

– Так ты это видели?.. Да, там было сухое молоко. В чём дело?

– Это сухое молоко нужно использовать для кормления ребёнка, но если он его съест, это привлечёт Ламию, верно?

Сюй Жэньдун кивнул.

Лянь Цяо:

– Теперь глазные яблоки Ламии реагируют на плач ребёнка. Ребёнок не боится видеть это глазное яблоко, а ведёт себя с ним очень близко. Это значит..?

Сюй Жэньдун, наконец, понял, что тот имел в виду, и удивлённо сказал:

– Этот ребёнок – ребёнок Ламии?!

– Это моё предположение. – Лянь Цяо показал понимающее выражение. – Согласно книжке с картинками, Ламия сошла с ума из-за того, что съела собственного ребёнка, поэтому повсюду ела других детей.

На данный момент все подсказки связаны воедино. Неудивительно, что запах молока и плач ребёнка могут привлечь Ламию. Неудивительно, что она издала такой скорбный крик после того, как съела младенца. Оказывается, этот младенец и есть тот самый биологический ребёнок, которого искала Ламия!

Сюй Жэньдун понял это, но вскоре задумался о другом:

– Тогда как Ламия может восстановить свой рассудок?

Лянь Цяо:

– Верните ей ребёнка.

Сюй Жэньдун покачал головой.

– Нет. Она не может сказать, кто из них – её собственный ребёнок. Она съест его прямо тогда, как ты дашь его ей.

– Эм… – Лянь Цяо коснулся своего подбородка. – Я помню, в книжке с картинками Ламия узнала, что это её ребенок только после того, как съела его. Так что, возможно, ей придётся сначала съесть его…

Сюй Жэньдун собирался сказать: «Если это произойдёт, мы все умрём», но корень его языка внезапно онемел. Он понял, что это раскроет тот факт, что он уже умер таким образом, поэтому ему пришлось резко изменить свои слова:

– Нет.

Лянь Цяо озадаченно спросил:

– Почему?

Сюй Жэньдун неохотно нашёл причину:

– Если ты ошибаешься, мы не сможем выжить.

– Ну… Ты прав. Тогда давай сделаем шаг назад.

Сюй Жэньдун с удивлением и ожиданием спросил:

– Как?

Лянь Цяо ткнул толстую ручку.

– Мы можем оторвать руку, чтобы она поела.

Сюй Жэньдун: «……» Он не мог скрыть шок на лице и долго молчал. Потом он сказал:

– У тебя каша в голове.

– Тогда что ты хочешь делать?!

Сюй Жэньдун посмотрел на ребёнка, но какое-то время не мог придумать лучшего способа, поэтому вздохнул. Младенец, казалось, понял слова Лянь Цяо и расстроился. Он снова начал плакать. Лянь Цяо пожал его маленькую ручку и уговаривал:

– Не плачь, разве в твоих руках не мамины глазные яблоки? Будь добр, не плачь.

Сюй Жэньдун: «……» Ты такой извращенец!

Как бы двое ни уговаривали, ребёнок не переставал плакать. На этот раз Лянь Цяо раздражённо обнял голову.

– Ааааааааааа! У меня в ушах звенит!

Столь же беспомощный Сюй Жэньдун мог только задумчиво вздохнуть.

Двое неженатых мужчин были в растерянности, когда дело дошло до плачущего ребёнка. Никто не знал, о чём тот плачет, не говоря уже о том, что делать дальше. Они могли только смотреть друг на друга и терпеть ужасный звук.

Внезапно из-за них заговорила мягкая и милая Лолита:

– Почему он до сих пор плачет?

Двое повернули головы и в то же время показали широко раскрытые глаза, как будто увидели богиню:

– Е Цинлю!

Девочка подошла к ребёнку и подозрительно посмотрел на двух человек.

– Вы его покормили?

Лянь Цяо печально сказал:

– Мы покормили! Мы дали ему воду и рисовую кашу, но он не хочет это есть. Я также его уговорил и подарил игрушку…

Прежде чем закончить говорить, Е Цинлю резко закричала:

– Бля! Что ты дал?! – Она схватила глазное яблоко в руке ребёнка и в ужасе швырнула на пол. Она отчаянно выругалась: – Вы двое – извращенцы!

Это глазное яблоко дважды ударилось о пол. Лянь Цяо быстро наклонился, чтобы поднять его. Сюй Жэньдун молча отступил на шаг, показывая: «Я не имею к нему никакого отношения, это был он. Не я – тот, кто ненормальный».

Е Цинлю посмотрела на Сюй Жэньдуна и снова отругала:

– Два извращенца.

Сюй Жэньдун: «……»

Он неловко кашлянул.

– Забудь о нас, быстро придумай способ остановить его слёзы.

Е Цинлю взяла ребёнка на руки и какое-то время уговаривала его, но тот всё ещё продолжал плакать. Она подумала немного и вдруг сунула руку под пелёнку младенца, показывая очень задумчивое выражение.

– …Кажется, мы забыли очень важную вещь.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо: «?»

Е Цинлю болезненно сказала:

– Людям нужно не только есть, но и срать.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо: «..!» Их вдруг осенило!

Итак, трое детей собрались вокруг стола и поспешно разобрали пелёнки младенца. Как только подгузник сняли, оттуда повеяло горячим запахом. Трое детей одновременно зажали носы, Е Цинлю даже повернула голову, задыхаясь.

– Блин, это не дерьмо моего ребёнка. Оно выглядит так отвратительно…

Сюй Жэньдун тоже чувствовал себя очень плохо и инстинктивно избегал этого зрелища. Лянь Цяо вдруг указал на ребёнка и воскликнул:

– Бля! Брат Жэньдун, посмотри на это!

– …Я не хочу этого видеть.

– Нет! Ты хочешь это видеть! – Внезапно он изо всех сил схватил лицо Сюй Жэньдуна, повернул его к животу ребёнка и сказал: – Смотри! Что это!

Сюй Жэньдун был вынужден беспомощно посмотреть и не мог не быть потрясённым.

На пупке ребёнка была короткая розовая полоска мяса! На полоске мяса были слабо видны тёмно-красные кровеносные сосуды, которые слегка пульсировали от плача ребёнка.

Это была пуповина!

Сюй Жэньдун повернул голову и посмотрел на Лянь Цяо, который смотрел на него с неконтролируемым волнением в глазах.

– У меня есть смелая идея! – сказал Лянь Цяо.

– У меня тоже, – сказал Сюй Жэньдун.

Е Цинлю:

– Смелая идея, моя задница! – Она взглянула и дала каждому из них подзатыльник. Она яростно сказала: – Поторопитесь и смените подгузник! Так воняет!

Спираль смерти [BL] Глава 44. Пищевод (16)

Глава 44. Пищевод (16)

Недолго думая и сменив подгузник, Лянь Цяо тут же нашёл ножницы и перерезал пуповину младенца.

– Пойдём. – Сюй Жэньдун встал и пошёл в коридор, но внезапно почувствовал сильное головокружение. Он торопливо схватился за стол и удержался от внезапного падения.

– Брат Жэньдун? – Лянь Цяо отбросил ножницы и подбежал к нему. Его лицо слегка изменилось. – Что с тобой?

Казалось, он что-то понял и наклонился, чтобы посмотреть на раненую ногу Сюй Жэньдуна. Как только он коснулся её рукой, мальчик был в шоке.

Куртка, которая использовалась для перевязки, на самом деле было пропитано кровью Сюй Жэньдуна! Прямо сейчас вся ткань была тяжёлой и мокрой, почти соскальзывая с ноги Сюй Жэньдуна.

– Всё в порядке, у меня просто немного кружится голова… Я просто посижу немного. – Сюй Жэньдун задыхался, когда говорил. Он опустил голову и прислонился к столу. Он чувствовал, что его веки отяжелели, и он весь похолодел и хотел только найти место, чтобы лечь и немного поспать.

Е Цинлю стояла рядом с ним с младенцем на руках и безжалостно сказала:

– Посидишь немного. Ты не откроешь глаза, как только закроешь их.

Сюй Жэньдун горько улыбнулся. Он очень устал и больше не хотел говорить.

«……» Лянь Цяо мгновение молчал. Затем он внезапно выхватил ребёнка из руки Е Цинлю.

– Эй, что ты делаешь?! – Е Цинлю была поражена его поведением и собиралась выхватить его обратно, но была остановлена тёмными и холодными глазами Лянь Цяо.

– Поторопись, некогда болтать ерунду. – Речь Лянь Цяо стала очень быстрой. Одной рукой он держал младенца, а другой схватился за слизистую и окровавленную пуповину на столе. Он сказал, не оглядываясь назад: – Поддержи его и следуй за мной. Пойдём к лифту, – сказав это, он быстро вышел из кухни.

Е Цинлю в шоке переспросила:

– Какого чёрта? Ты нашёл лифт?!

Хотя она не знала, что происходит, она всё же схватила Сюй Жэньдуна и внимательно последовала за Лянь Цяо.

– Бля, ты действительно тяжёлый. – Е Цинлю положила Сюй Жэньдуна себе на плечи. Ей, как человеку с таким же трёхлетним телом, было очень трудно поддерживать его. За ними тянулся длинный кровавый след.

– Прости… – Сюй Жэньдун сказал только это и снова начал пыхтеть.

Е Цинлю оглянулась на шокирующее пятно крови, покачала головой и вздохнула.

– О, забудь об этом, тебе следует поберечь силы и меньше говорить.

Лянь Цяо поспешил в конец коридора. Он вынул мел и начал рисовать им. Дверь в стене аккуратно открылась, а Е Цинлю в шоке наблюдала. Затем он повернулся и обнял Сюй Жэньдуна, помогая ему войти в пещеру, а затем затащил Е Цинлю внутрь. Каменная дверь быстро закрылась за тремя детьми.

– Блядь! Что это такое? – Е Цинлю недоверчиво спросила Сюй Жэньдуна. – Ты нашёл так много вещей, почему ты не сказал нам?! Что ещё ты сделал? – Её глаза расширились от ужаса. – Только не говори мне, что ты убил старую монахиню?

Сюй Жэньдун горько усмехнулся.

– Это длинная история. Если мы сможем выбраться, я расскажу тебе не спеша.

– Хорошо. – Отношение Е Цинлю было весьма покладистым. Она дёрнула Сюй Жэньдуна за руку, чтобы он не соскользнул с её юных плеч. – Когда мы выйдем, вы должны прийти и выпить вино на месяц моего сына.

Сюй Жэньдун слабо улыбнулся.

– Хорошо.

В это время Лянь Цяо внезапно повернул голову и пристально посмотрел на Сюй Жэньдуна, но ничего не сказал. Он просто развернулся и продолжал молча идти вперёд.

Следуя за светом в конце туннеля, все трое быстро достигли конца пещеры. В это время Ламия снова превратилась в мирную молодую девушку. Она сидела перед белым обеденным столом, полным еды. Её руки снова лежали на коленях, но перевернутые ладони были пусты.

– Вы двое подождите меня здесь. – Лянь Цяо повернулся и вынул кусок мела, от которого осталась только треть. Он обычно протягивал мел Сюй Жэньдуну, но, увидев бледное лицо мальчика, его рука остановилась в воздухе, а затем он передал его Е Цинлю. – Возьми это. Если что-то пойдёт не так, просто сделай то, что я делал раньше. Нарисуй дверь и выведи его. Ты понимаешь?

– Я не понимаю, – прямо сказала Е Цинлю. – Что, чёрт возьми, ты хочешь сделать? Что считается за «Что-то пошло не так»?

Лянь Цяо сказал:

– Если я умру, значит, что-то пошло не так.

Е Цинлю: «……» Да, этот ответ очень прост и понятен.

Сюй Жэньдун только чувствовал, что его тело становилось всё холоднее и холоднее. В глазах его на какое-то время потемнело. Он ошеломлённо смотрел, как Лянь Цяо идёт к Ламии, но его мозг потерял способность думать. Он потерял дар речи и так устал, что просто хотел спать.

Полагаясь на то, что у Ламии не было глаз, Лянь Цяо смело встал впереди Ламии. Малыш спал у него на руках. Лянь Цяо взглянул на ребёнка, глубоко вздохнул, а затем вынул пуповину и засунул её в рот Ламии.

Е Цинлю, наблюдавшая за происходящим издалека, не могла не выдать:

– Бля!

Ламия сначала не отреагировала. Вскоре она проснулась от запаха инородного тела изо рта. Первой реакцией было всосать, вставить пуповину и жевать.

Присутствующие трое: «……»

Прежде чем тошнота у всех прошла, Ламия, вероятно, тоже почувствовала тошноту. Она внезапно перестала жевать, и её вырвало с «тьфу!». Её вырвало изо рта большой лужей красных и жёлтых, липких и горячих веществ. В пещере было холодно, и лужа рвоты всё ещё парила. Все трое чувствовали, что их вот-вот вырвет от одного взгляда на это.

Ламия сразу после рвоты подняла голову, и её веки сильно задрожали. Выражение её лица было шокированным, а затем сердитым. Она горько закричала, схватившись обеими бледными руками, казалось, пытаясь найти свои глазные яблоки.

Она столкнула посуду и еду со стола на пол, издав грохот. Звук разбитой керамики был особенно шокирующим в пещере, а выражение лица Ламии становилось всё более и более свирепым. Лянь Цяо держал ребёнка, быстро избегая размахивающих рук Ламии, крича ей:

– Ламия! Твой сын со мной! Он ещё жив!

Ламия услышала его голос. Вместо того, чтобы успокоиться, она издала более резкий крик и бросилась в сторону Лянь Цяо.

– Конечно же, ты не понимаешь по-китайски, ты неграмотна! – Лянь Цяо нахмурился. Он попятился и энергично встряхнул ребёнка. – Быстро, зови маму! Твоя мама здесь!

«……» Малыш качался и трясся. Он медленно проснулся, открыл пару больших чёрных глаз и тупо уставился на него.

Лянь Цяо отругал:

– Блин, этот ещё более безграмотен и даже говорить не может.

Е Цинлю вдалеке: «……» Не слишком ли высоки твои требования к NPC?

Лянь Цяо преследовала Ламия, и он в ужасе бежал. Младенец в его руках, казалось, думал, что качаться вот так весело. Он не только не плакал, но даже хихикал. Ламия всё ещё кричала, размахивая своими длинными острыми ногтями в воздухе, и несколько раз чуть не поцарапала спину Лянь Цяо.

Лянь Цяо бегал вокруг обеденного стола, а Ламия гонялась за ним. Один человек и один монстр играли в кошки-мышки две минуты, прежде чем Лянь Цяо разозлился.

– Что с тобой не так?! Даже если ты не знаешь, как позвать маму, по крайней мере, ты должен уметь правильно плакать! – Он грубо вытащил ребёнка из пелёнки и, перевернув за ноги, шлёпнул его по попке. – Давай, плачь!

Ребёнка внезапно пробудил холод, и его ещё несколько раз ударили по ягодицам. Наконец он расплакался.

– Уууууууууууууууу! – крик эхом разнёсся по пещере, производя бесчисленное эхо. – Уууууууууу!

Уши Лянь Цяо и Е Цинлю заболели из-за шока, и они быстро закрыли их. Ламия не могла не быть ошеломлена, когда услышала крик и застыла в изумлении.

Лянь Цяо воспользовался этой возможностью, чтобы всунуть ребёнка ей в руки. Он даже смело похлопал Ламию по плечу.

– Поздравляю, это мальчик.

Ламия опустила голову, плача пустыми глазами, глядя на ребёнка в своих дрожащих руках. Вскоре она упала на колени, крепко обняла малыша и начала громко плакать. Пронзительный крик Ламии и крик ребёнка смешались вместе и звучали очень странно. Но после плача её голос постепенно смягчился, а острые ногти на руках постепенно исчезли.

Лянь Цяо молча отступил к Сюй Жэньдуну и Е Цинлю. Глядя на Ламию, он подбодрил Сюй Жэньдуна и сказал:

– Брат Жэньдун, держись. Теперь это ненадолго.

У Сюй Жэньдуна не осталось сил говорить или даже смотреть. Он чувствовал головокружение, но слегка кивнул.

Среди плача Ламия постепенно превратилась из кровавого и свирепого монстра в ту молодую и красивую гречанку. Хотя её глазницы оставались пусты, выражение лица девушки стало нежным, полным материнского блеска. Она прижалась лицом к маленькому личику ребёнка, слегка приподняла уголки рта и улыбнулась.

В этот момент у троих возникла одна и та же мысль: она такая красивая.

Неудивительно, что она приглянулась мерзавцу Зевсу.

Но всё, что она пережила, было не её ошибкой. Она не виновата, что родилась красивой. Это Зевс возжелал её красоты, а Гера завидовала.

Эта сцена, подобная Деве Марии, длилась недолго. Фигура Ламии и младенца постепенно растаяла, как капля чернил, падающая в лужу и быстро растворяющаяся в воздухе. Позади неё стол с едой быстро испортился и обветрился, как будто была нажата кнопка быстрой перемотки вперёд, и, наконец, он превратился в массу пепла. Потом весь стол рухнул.

Наконец всё было кончено.

Но самая критичная кнопка не выпала. Лянь Цяо некоторое время с тревогой ждал, но не видел, чтобы с неба падали какие-то блестящие предметы, и не было ничего, где исчезли Ламия и младенец.

– Блядь! – Он раздражённо ходил взад-вперёд, оглядываясь. – Где кнопка? Где кнопка?

– Успокойся… – Е Цинлю попыталась успокоить его, но внезапно почувствовала, как что-то упало ей на плечо. Это была голова Сюй Жэньдуна. Она была потрясена, и когда пошевелила плечом, голова мальчика соскользнула. Е Цинлю поспешно схватилась за его голову и закричала: – Лянь Цяо! Лянь Цяо, иди сюда! Твой старший брат не так хорош!

Лянь Цяо подбежал и коснулся пульса Сюй Жэньдуна, и его лицо резко побледнело. Пульс Сюй Жэньдуна стал очень слабым, а частота сердечных сокращений участилась, что означало, что он был на грани шока.

Сюй Жэньдун медленно моргнул и с трудом выдавил улыбку. Его голос был тихим, как у комара:

– Всё в порядке…

Всё в порядке. Он подумал про себя: «Когда я умру, мы начнём снова».

Лянь Цяо явно смутился, и даже голос у него начал дрожать:

– Какого чёрта… Как это может быть без кнопки, как это может быть… – Он весь трясся. Он сел на пол, и его глаза блуждали в оцепенении. Он подсознательно огляделся. – Невозможно, это должно быть, это должно быть…

Внезапно его взгляд остановился на месте за обеденным столом. Он быстро встал и побежал туда. Однако, не пробежав и двух шагов, его ноги подкосились, и он упал. Поэтому вместо этого он встал на руки и ноги и пополз.

Е Цинлю с тревогой посмотрела на Сюй Жэньдуна и вытерла холодный пот с его лба. Но когда она снова посмотрела на Лянь Цяо, то не могла не быть ошеломлённой.

Лянь Цяо встал на колени перед блевотиной Ламии и перебирал кучу рвотных масс руками!

– Ты… – Е Цинлю сочувственно вздохнула. Она подумала: «Лянь Цяо, должно быть, сошёл с ума».

Сюй Жэньдун становился всё тяжелее и тяжелее на её плечах. Его дыхание становилось всё слабее и слабее, и она едва могла видеть, как вздымается и опускается его грудь. Е Цинлю немного подумала и начала подражать тому, как её мать заботилась о ней, когда она была ребёнком. Она слегка похлопала Сюй Жэньдуна по руке. Девочка вспомнила, как тот сказал, что был сиротой. Раз так, то, по крайней мере, она могла утешить его в последние минуты его жизни.

Подумав так, Е Цинлю успокоилась и сказала:

– Иди спать, хороший мальчик.

Сюй Жэньдун, чьё зрение постепенно расплывалось, слегка приподнял уголки рта. Он тихо сказал:

– Спасибо…

Е Цинлю вздохнула в своём сердце.

Однако Лянь Цяо вдалеке вдруг закричал:

– Я нашёл!

Е Цинлю была потрясена. Она повернула голову, чтобы посмотреть, и увидела, как Лянь Цяо высоко поднял руку с блестящей серебряной штукой, зажатой внутри.

Кнопка лифта!

Лянь Цяо больше ничего не сказал. Он вскочил с пола и широкими шагами побежал к лифту неподалёку. Серебристо-белый металлический лифт беззвучно светился. Лянь Цяо нажал серебряную кнопку такой же текстуры на стене лифта. Он услышал *динь* – и дверь лифта открылась.

– Пойдём! – Лянь Цяо тут же отступил назад, наклонившись, чтобы удержать Сюй Жэньдуна.

Всё это произошло так внезапно, что мозг Е Цинлю не отреагировал, но её тело машинально последовало за Лянь Цяо в лифт. Только когда дверь лифта медленно закрылась перед её глазами, Е Цинлю издала «чёрт» и протянула руку, чтобы заблокировать дверь.

– А как же остальные?! – спросила она.

Лянь Цяо достал мел и сунул ей в руку.

– Я отдам это тебе!

Е Цинлю:

– А?

Она так и не поняла, зачем Лянь Цяо дал ей мел, когда почувствовала, как в её заднице расцвела боль. Лянь Цяо выгнал её из лифта!

«???» – Е Цинлю обернулась и ошеломлённо посмотрела на закрытую дверь лифта. Спустя более десяти секунд она отреагировала:

– Бля! – Она с силой постучала в дверь лифта. – Подождите! Давайте сначала оставим контакт WeChat! Я всё ещё хочу пригласить вас, ребята, выпить вина на месяц рождения моего сына!

Она случайно нажала на кнопку лифта. Она услышала звук *динь*, и дверь лифта снова открылась. Однако внутри лифт уже был пуст, а внутренности серебристо-белого лифта были как три зеркала, смутно отражающие её.

Е Цинлю некоторое время смотрела в сторону лифта и выругалась:

– Ты так быстро ускользнул, бля.

Спираль смерти [BL] Глава 45. Пищевод (17)

Глава 45. Пищевод (17)

Когда Лянь Цяо вошёл в лифт с Сюй Жэньдуном, его бешено бьющееся сердце наконец успокоилось.

Он постоянно смотрел на грудь Сюй Жэньдуна, подтверждая, что тот всё ещё дышит. Он также положил руку на сонную артерию Сюй Жэньдуна, опасаясь, что слабый пульс, который был почти неосязаем, исчезнет в следующую секунду. К счастью, после того как они вошли в лифт, жизненные показатели Сюй Жэньдуна стабилизировались, и его цвет лица постепенно улучшился.

Вскоре Лянь Цяо обнаружил, что тело Сюй Жэньдуна становится всё тяжелее и тяжелее. Не только его вес, но и рост и внешний вид Сюй Жэньдуна также постепенно возвращались во взрослую жизнь.

Сердце Лянь Цяо наконец успокоилось. Как только тугие нити в его мозгу ослабли, его тело потеряло свою силу. Он соскользнул вниз по стене лифта, позволив Сюй Жэньдуну использовать его колени как подушку. Лифт издавал низкий шум, и Сюй Жэньдун всё ещё не проснулся. Лянь Цяо посмотрел на него сверху вниз, и его сердце внезапно дрогнуло.

Внешний вид Сюй Жэньдуна менялся со скоростью, заметной невооружённым глазом. Его детский жирок постепенно исчез, а скулы и челюсть стали казаться более очерченными. Черты его лица становились всё глубже и глубже, этот кадык выпячивался понемногу, постепенно превращая его облик во взрослого мужчину.

На то, чтобы превратиться из мальчика в мужчину, должно было уйти больше десяти лет, но Лянь Цяо стал свидетелем всего этого всего за дюжину секунд. Он молча смотрел, и в его сердце было невыразимое чувство счастья, как будто… как будто…

Как будто он лично был свидетелем взросления Сюй Жэньдуна. Казалось, что всё упущенное и потерянное время, которое он мог провести с Сюй Жэньдуном, было компенсировано ему.

– …Хе. – Лянь Цяо издал низкий и приятный вздох. Он слегка скривил рот и нежно погладил глаза Сюй Жэньдуна пальцами. Движение было чрезвычайно нежным, и ему казалось, что он прикасается к самому драгоценному сокровищу в мире. Даже лёгкое прикосновение может причинить ему вред.

Верно… а что насчёт травмы ноги?!

Лянь Цяо внезапно очнулся от своих мыслей. Он повернулся, чтобы посмотреть на икру Сюй Жэньдуна. К счастью, глубокая рана, обнажавшая кость, исчезла. Кожа также вернулась к гладкому и красивому виду, что вызывало у людей желание прикоснуться к ней.

Сюй Жэньдун редко тренировался, поэтому его ноги были такими белыми. Икра – прямая и стройная, с плавными линиями, без явных мышц, и выглядела нежной, как у девушки. Форма лодыжки была очень красивой, она была тонкой, и её можно было держать в ладони одной руки. Лодыжка была такой белой…

Он хотел лизнуть её.

«О чём, черт возьми, я думаю!» – Лянь Цяо схватился за лоб, стыдясь своих грязных мыслей. Он повернул голову и увидел, что Сюй Жэньдун всё ещё без сознания и не проснулся. Вина в его сердце стала более серьёзной.

В этот момент губы мужчины внезапно шевельнулись.

– Брат Жэньдун? – Лянь Цяо вскрикнул от удивления, но Сюй Жэньдун не проснулся. Однако под веками его глаза слегка двигались.

Губы молодого человека всё ещё шевелились:

– …Ты… Ты хочешь…

– Что? – Лянь Цяо наклонился и услышал слабое дыхание Сюй Жэньдуна, говорящего:

– Ты испытаешь бесчисленные… пытки…

– …Но это не наказание…

– …Когда ты достигнешь… ты поймешь…

– …Жить дальше…

– …Вместе…

Сюй Жэньдун дважды повторил предложение и замолчал. Лянь Цяо был сбит с толку, когда услышал это, а затем внезапно вспомнил, что Сюй Жэньдун сказал, что, когда они вышли из инстанса с русской матрёшкой, он услышал в лифте странную серию предложений, которые, казалось, были такими же, как эти.

Лянь Цяо быстро достал телефон и открыл запись. В то время Сюй Жэньдун записал такое предложение: *** есть ***, ты хочешь ***. Ты испытаешь бесчисленные пытки, но это не ***, это ***. Когда ты дойдёшь до ***, ты поймёшь ***. *** жить дальше.

И в этот раз, по сравнению с прошлым, ключевых слов было на несколько больше.

«Но это не наказание». «Ты испытаешь бесчисленные пытки, но это не наказание…» Так что же это?

Лянь Цяо сразу понял, что новые ключевые слова будут открываться каждый раз, когда он проходит инстанс. За этим проходом должен скрываться какой-то большой секрет, но им ещё предстояло пройти долгий путь, чтобы разгадать тайну.

Откуда эта информация? Что оно хотело им сказать? Почему только брат Жэньдун получил такое сообщение, а больше никто?

В общем, ответ можно получить только после прохождения всех инстансов.

Отсутствовали восемь фрагментов ключевых слов. Значит ли это, что было ещё восемь случаев? Если эти восемь инстансов будут пройдены, смогут ли они полностью вернуться к реальной жизни, и с тех пор будут в безопасности и счастливы?

Лянь Цяо думал об этом, записывая этот отрывок на свой мобильный телефон. Когда он закончил набирать последнее слово, над его головой раздалось *динь*. Двери лифта открылись.

– Э-э… – Человек, лежавший на его коленях, внезапно шевельнулся.

– Брат Жэньдун! – Лянь Цяо был вне себя от радости. На этот раз Сюй Жэньдун действительно проснулся.

– …Ху… – Мужчина встал с пола, потёр лоб и глубоко вздохнул. Он огляделся и увидел, что дверь лифта открылась, а за дверью виднелся знакомый многоквартирный дом. Он не мог не вздохнуть снова.

– Наконец-то мы вернулись, – сказал Сюй Жэньдун.

Лянь Цяо поднял его с пола и сказал с улыбкой:

– Да, мы вернулись! Мы успешно завершили ещё один инстанс~

Они вышли из лифта бок о бок. Дверь лифта быстро закрылась за ними, а затем весь лифт бесшумно исчез. Когда Сюй Жэньдун снова оглянулся, позади него уже была знакомая лестница здания. С тех пор, как он получил работу после окончания учёбы, ему приходилось дважды в день ходить по этой лестнице на работу и с работы. Он не мог сосчитать, сколько раз ходил по ней. Но в этот момент ему казалось, что он вообще не помнит ощущения от ходьбы по этой лестнице.

– Как ты себя чувствуешь сейчас? С твоей ногой всё в порядке? – Лянь Цяо всё ещё немного волновался и помог ему дойти до его квартиры. – Иди и отдохни.

Сюй Жэньдун остановился у своей двери и покачал головой.

– Нет, есть ещё кое-что, что нужно сделать.

– А? Что это?

– Поесть барбекю.

Лянь Цяо был ошеломлён, а затем улыбнулся, изогнув глаза.

Вечерний рынок внизу был очень оживлённым. Шашлык, острый суп, лепёшки, приготовленные вручную – было всего понемногу. Рядом был университетский городок, и многие студенты приходили поужинать вечером, так что было очень оживлённо. После десяти часов всё ещё было много голосов.

Они нашли место на стойке для барбекю, и Лянь Цяо заказал почти всё в меню. От гриля шёл удушающий дым, и воздух вокруг был горячим, и двое людей быстро разгорячились и начали потеть. Попивая холодное пиво, Лянь Цяо рассказал Сюй Жэньдуну о кнопке.

Сюй Жэньдун сказал:

– Только ты мог подумать об этом. Как этот инстанс может быть таким отвратительным, на самом деле желая, чтобы люди искали кнопку в рвоте.

– На самом деле, я должен был легко это понять. После того, как Ламия нашла сына, она исчезла вместе с ним, исчез и обеденный стол. Осталась только рвота. По заведённому порядку, это должно быть исследовано. Но в то время мой разум был в беспорядке. Я думал, что после выполнения этой задачи кнопка сразу упадёт, но этого не произошло. В то время я чувствовал себя совершенно потерянным.

Сюй Жэньдун был не в себе из-за чрезмерной потери крови. Он вспомнил, что Лянь Цяо раздражённо ходил по пещере. Е Цинлю погладила его по руке, чтобы утешить, и больше ничего. В этот момент Сюй Жэньдун внезапно вспомнил.

– Кстати, где Е Цинлю? Был ли кто-нибудь ещё?

Лянь Цяо был потрясён и с угрызениями совести сказал, что всё улажено, и что все вышли без происшествий. Сюй Жэньдун улыбнулся и сказал:

– Е Цинлю – тоже героиня. Прямо сейчас она всё ещё должна быть в операционной, верно? Интересно, она родила сына или дочь… Ничего страшного. Я узнаю, когда она пригласит нас выпить вина на месяц.

Лянь Цяо послушно кивнул. После этого он объяснил Сюй Жэньдуну, что тот сказал, находясь без сознания в лифте. Сюй Жэньдун задумался, услышав это. Двое людей обсудили слова, но так и не смогли найти никаких зацепок, поэтому могли только отложить этот вопрос на время.

Согласно результатам расследования Лянь Цяо, в следующий раз они войдут в следующий инстанс призраков через месяц. А пока они могли хорошенько отдохнуть и подготовить снаряжение, необходимое для доставки в следующую игру. Если ничего другого не брать, то, по крайней мере, им нужно было приготовить еду. Сюй Жэньдун полностью согласился с этим.

– Кстати, ты свободен на следующих выходных? – Лянь Цяо внезапно взял в руку шашлык из баранины и немного застенчиво улыбнулся. – В Выставочном центре проходит выставка… Ну, это выставка игр и анимации, и меня пригласили в гости и дали VIP-билет.

Сюй Жэньдун достал свой телефон и открыл календарь. Он проверил время и сказал:

– Мне не нужно идти на работу в этот день. Но…

Лянь Цяо услышал «Но» – и его сердце сразу же наполнилось потерей. Однако он всё ещё с улыбкой ждал, когда упадёт последний молот.

– Да?

– Но наша компания… как бы это сказать? – Сюй Жэньдун немного подумал и серьёзно объяснил: – Ты знаешь, что я – финансовый аналитик, и моя работа заключается в том, чтобы регулярно обобщать и анализировать последнюю финансовую информацию. Я обычно делаю это, когда на работе. Но если есть какие-то новости после работы, я должен быстро отреагировать и немедленно написать отчёт. Поэтому я не могу обещать, что смогу посетить с тобой всю выставку…

Лянь Цяо посмотрел в его чёрно-белые глаза, прозрачные, как ртуть, и увидел его серьёзное выражение. Его сердце внезапно превратилось в лужу воды.

Сюй Жэньдун всё же сказал:

– Или я мог бы принести свой ноутбук. В зале есть вай-фай? Если нужно, я могу найти место, чтобы сесть и поработать. Ты можешь продолжить осмотр, и мы вместе пойдём домой, когда выставка закончится. Так подойдёт?

Лянь Цяо только чувствовал, что тонет в глазах Сюй Жэньдуна. Он тихо сказал:

– Хорошо.

Сюй Жэньдун попросил:

– Тогда пришли мне адрес места проведения, я посмотрю, сколько времени потребуется, чтобы туда добраться.

Лянь Цяо внезапно понял:

– Эй! У тебя есть машина?

Сюй Жэньдун кивнул. Лянь Цяо не мог не думать о сцене, когда они двое были одни в маленьком пространстве в машине, и не мог не хихикать вслух.

Мужчина, казалось, что-то заметил и вдруг удивлённо спросил:

– Что у тебя выпирает в штанах?

– Блядь?! – Лянь Цяо был потрясён. Как я мог так быстро среагировать? Как получилось, что я совсем этого не почувствовал? Могло ли быть так, что через несколько секунд я… Аааа!

Но когда он посмотрел вниз на промежность, он был удивлён, обнаружив, что «выпуклое место» Сюй Жэньдуна означало не его неописуемое место, а карман брюк?

Лянь Цяо сунул руку в карман. Затем его лицо вдруг изменилось, и он не мог не закричать снова:

– Бля!

– В чём дело? – Сюй Жэньдун тоже занервничал.

Лянь Цяо нахмурился, затем осторожно огляделся. Затем он пододвинул табуретку к Сюй Жэньдуну и тихонько вытянул руку из-под стола. Сюй Жэньдун посмотрел вниз, а затем его спина внезапно напряглась. Горячий шашлычный киоск вдруг превратился в ледяную пещеру.

– Кажется, мы случайно… вырвали Ламии глаза, – беспомощно сказал Лянь Цяо.

Спираль смерти [BL] Глава 46. Глазные яблоки

Глава 46. Глазные яблоки

Никто не думал, что глаза Ламии на самом деле являлись специальным реквизитом, который можно было вынести из инстанса. Сюй Жэньдун и Лянь Цяо быстро поужинали и вернулись в квартиру. Сюй Жэньдун достал медный ключ, который они получили в мире матрёшек, и сел на диван с Лянь Цяо, чтобы всё обсудить.

– Стили этих вещей разные, – Лянь Цяо ткнул глазные яблоки Ламии. Глаза были окровавленными и слизистыми, и держать их в руке было отвратительно. Напротив, латунный ключ выглядел гораздо более обычным. Если не сказать, никто не подумает, что это что-то принесённое из мира призраков и монстров.

– Есть ли что-то подобное в играх, в которые ты играешь? – спросил Сюй Жэньдун.

Лянь Цяо кивнул:

– Да. Глазные яблоки, которые выпадают из монстров, в основном используются в качестве материалов для зачарования, а иногда их можно продать в качестве предметов коллекционирования в магазине.

– Зачарование?

– Это для усиления оружия или добавления особых характеристик оружию… О, да, – он как будто о чём-то подумал и сказал с некоторым отвращением: – В некоторых играх можно даже съесть глаза, чтобы напрямую усилить атрибуты персонажа… Например, добавить больше силы, телосложения…

Сюй Жэньдун широко открытыми глазами уставился на глазные яблоки на столе. Он сказал:

– Я не хочу это есть.

– Я тоже не хочу!

– Тогда… может, тебе стоит попробовать с ломом?

Лянь Цяо подумал, что разговор был забавным:

– Зачаруют ли глазные яблоки лом и увеличат ли вероятность попадания? Ха-ха-ха-ха… – Улыбаясь, он достал лом и поднёс его к глазному яблоку. Сделав несколько жестов, ничего не произошло.

Сюй Жэньдун был немного разочарован:

– Это не для этого.

– Думаю, это не совсем так. Ведь в этом ломе нет пробитых отверстий. Как можно оснастить его глазным яблоком?

– Оснастить?

Поэтому Лянь Цяо научил его ряду игровых терминов, таких как кузнечное дело. Услышав это, Сюй Жэньдун серьёзно сказал:

– Тогда я завтра куплю электрическую дрель, вернусь и попробую.

– Ха-ха-ха-ха, сомневаюсь! – Лянь Цяо снова положил глаза на лом и махнул рукой. – Посмотри, этот лом такой тонкий, а глазные яблоки такие большие, что глаза невозможно вставить.

Сюй Жэньдун немного подумал и указал на крюк на конце лома:

– Что насчёт этого места?

Лянь Цяо рассмеялся:

– Если я вложу глаз сюда, он превратится в посох! Ни за что, я воин ближнего боя, а не маг ближнего боя! Я не хочу бить монстра посохом по голове!

Сюй Жэньдун на мгновение задумался, а затем решил:

– Тогда давай просто съедим и посмотрим.

Лянь Цяо: «……»

Сначала он подумал, что Сюй Жэньдун шутит, но он не ожидал, что тот действительно схватит глазное яблоко, чтобы засунуть его себе в рот.

Лянь Цяо воскликнул и быстро выхватил глаз у него.

– Блядь! Как ты можешь есть что-то подобное без разбора! – Лянь Цяо прижал оба глаза к груди и в шоке сказал: – Ты слишком сумасшедший! Даже если эта штука не ядовитая, по крайней мере она грязная! Её употребление может вызвать у тебя гастроэнтерит. О чём ты думаешь?!

– Ты прав, – Сюй Жэньдун кивнул. – Тогда давай сначала помоем и съедим.

Лянь Цяо на мгновение замолчал и серьёзно сказал:

– …Иногда я действительно не могу угнаться за твоими мыслями.

Сюй Жэньдун, наконец, понял, что поведение грызть глаза было слишком ненормальным, поэтому отказался от исследования того, для чего они нужны, и встал, чтобы пойти на кухню и найти фрукты, чтобы поесть.

Лянь Цяо сидел на диване и продолжил изучать глазные яблоки. Он внимательно посмотрел сквозь глаз на свет люстры. У него вдруг шевельнулось сердце и захотелось приблизить его, чтобы посмотреть, есть ли что-то в этом глазном яблоке. Как только он навёл на себя зрачок, его зрение вдруг почернело.

– Ах ты ж! – Лянь Цяо в панике закричал: – Ааааа, брат Жэньдун, помоги, помоги!

– Что случилось?! – Сюй Жэньдун поспешно стряхнул с рук воду и побежал в гостиную.

– Я не вижу левым глазом! – крикнул Лянь Цяо, прикрывая пострадавший глаз. Сюй Жэньдун не знал, что делать, но тут выражение лица Лянь Цяо внезапно изменилось. – А? Это странно, но не больно.

– Дайте-ка посмотреть, – Сюй Жэньдун наклонился и опустил ладонь, которой Лянь Цяо прикрыл глаза. Когда Лянь Цяо убрал руку, Сюй Жэньдун в ужасе задохнулся.

Увидев выражение его лица, Лянь Цяо так испугался, что не осмелился пошевелиться:

– Что случилось? Что случилось с моим глазом?

Сюй Жэньдун спросил:

– Тебе сейчас не неудобно? Как ты себя чувствуешь?

Лянь Цяо ответил:

– Это совсем не неудобно, но моё поле зрения стало очень странным… – Он покачал головой вверх и вниз, и его глазные яблоки вращались. – Левое поле зрения, кажется, зафиксировалось, а…

Сюй Жэньдун достал свой телефон, переключил его в режим селфи и поднёс к Лянь Цяо.

– Посмотри на себя.

Лянь Цяо внимательно посмотрел и чуть не выронил трубку от испуга – в его левом глазу было два зрачка!

– Блядь! 8vo! – воскликнул Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун:

– Что?

Лянь Цяо громко рассмеялся:

– Это выглядит так забавно! 8vo!

Сюй Жэньдун не знал, что его взволновало, и чувствовал тревогу и беспомощность:

– Твои глаза действительно в порядке?

Лянь Цяо моргнул, эти асимметричные зрачки выглядели очень странно:

– Всё должно быть в порядке, я совсем не чувствую дискомфорта. Просто угол зрения очень странный, эм… Как бы это сказать… Ах! – Казалось, он что-то заметил. Он наклонился, поднял другое глазное яблоко с журнального столика и взволнованно сказал: – Я знаю! Я знаю, для чего нужны эти глазные яблоки!

– Да?

Лянь Цяо задумался об этом, держа другой глаз в руке. Он передал это глазное яблоко Сюй Жэньдуну:

– Брат Жэньдун, ты узнаешь, если попробуешь! Просто наведите взгляд на зрачок этого глазного яблока. Не бойся, это не больно.

Сюй Жэньдун сделал, как он сказал. Перед ним потемнело, и он подсознательно прикрыл правый глаз. Но вскоре произошла странная перемена.

Его зрение разделилось на две половины. Слева он видел то, что было прямо перед его глазами, а справа – действительно видел себя!

– Хе-хе, – Лянь Цяо наклонил голову и посмотрел на него с ухмылкой. Зрение Сюй Жэньдуна справа также изменилось, и он сразу понял, что имел в виду Лянь Цяо.

Эта пара глазных яблок может делиться зрением!

Сюй Жэньдун попытался закатить глаза и действительно, как сказал Лянь Цяо, не чувствовал никакого дискомфорта. Однако ощущение, что его зрение разделилось пополам, было настолько странным, что он вообще не мог смириться с этим и вскоре не мог не хотеть потереть глаза.

Неожиданно при стимуляции растирания глазное яблоко правого глаза фактически выпало.

Сюй Жэньдун был ошеломлён. К счастью, выпало глазное яблоко Ламии, а не его собственное. Он успокоился и сказал Лянь Цяо:

– Кажется, его можно достать в любое время, что довольно удобно.

Лянь Цяо потёр глаз, следуя его примеру. Конечно же, его глазное яблоко тоже упало на ладонь.

– Действительно, ха-ха-ха-ха, очень удобно! – Лянь Цяо выглядит очень взволнованным. – У нас есть скрытый реквизит, так здорово! В следующих инстансах мы должны найти все спрятанные реквизиты! Иначе это будет действительно большая потеря!

Он вдруг расширил глаза:

– О нет!

Сюй Жэньдун был поражён им:

– Что случилось?

Лянь Цяо сказал с большим раздражением:

– У нас также должна быть скрытая награда за убийство старой монахини! Всё кончено, всё кончено. Я пропустил это, и нет никакого способа вернуться и получить её! Аааахх! Так раздражает!

Сюй Жэньдун с сочувствием кивнул:

– Ты прав. Почему ты не подумал вернуться и поискать? Это не соответствует твоей привычке, ах.

Лянь Цяо на мгновение замолчал:

– …Ты забыл, что собирался умереть в то время?

Сюй Жэньдун: «……»

Лянь Цяо выглядел расстроенным и несчастным голосом сказал:

– О, верно. Это не совсем то. Изначально это не было критической ситуацией, но из-за того, что кто-то решил вытащить камень, блокирующий артерию, кровь вдруг брызнула, и ты внезапно попал в критическое состояние.

Сюй Жэньдун: «……»

Атмосфера вдруг стала неловкой.

Лянь Цяо:

– Почему бы тебе не изучить немного общих медицинских знаний? Больше так не делай, а то я до смерти за тебя испугаюсь.

Сюй Жэньдун:

– Хорошо.

Выражение лица Лянь Цяо немного расслабилось. Сюй Жэньдун сменил тему и сказал:

– Правильно, что ты имеешь в виду под 8vo?

Лянь Цяо снова рассмеялся:

– Ах, это. Есть хоррор-игра под названием «Ангелы убийства», и в ней есть злодей, который носит два искусственных глаза с двумя зрачками. – Лянь Цяо сделал жест «8», поместил его на левый глаз и закрепил маленький кружок «о» на правом глазу: – Это выглядит так! Так все прозвали его 8vo, не правда ли, очень образно!

Сюй Жэньдун некоторое время смотрел на него и сказал:

– Ты не 8vo.

– А?

– Ты 8v0 (o был заменен на 0).

Лянь Цяо в замешательстве моргнул. Внезапно он понял, что Сюй Жэньдун хвалит его за большие глаза, и вдруг снова обрадовался и рассмеялся.

Функция визуального обмена Ламии очень заинтересовала их двоих. После этого они снова изучили медный ключ, но на этот раз ничего не нашли. Поэтому они решили взять обе эти вещи, когда войдут в лифт в следующий раз, и попытаться использовать их, если у них будет шанс.

Время приближалось к полуночи, и Лянь Цяо хотелось спать. Попрощавшись с Сюй Жэньдуном, он встал, чтобы вернуться в свою квартиру. Сюй Жэньдун был ошеломлён на мгновение, прежде чем понял, что они не живут вместе в реальном мире. Хотя он жил прямо через коридор и очень близко, расстояние всё же оставалось.

Он подошёл к двери квартиры, чтобы проводить Лянь Цяо. Он смотрел, как юноша идёт к противоположной стороне и достаёт ключ, чтобы открыть дверь. Он вдруг почувствовал, что сцена показалась ему знакомой.

Сюй Жэньдун ощутил неописуемое чувство в своём сердце. В этот момент Лянь Цяо внезапно обернулась и посмотрела на него странным взглядом.

– В чём дело? – спросил Сюй Жэньдун.

Лянь Цяо какое-то время не отвечал, но слегка нахмурился, видимо, сбитый с толку. Вскоре он покачал головой, улыбнулся и сказал:

– Пойдём на игровую выставку в следующие выходные, не забудь!

– Хорошо. Спокойной ночи.

Уголки гую Лянь Цяо приподнялись, а его улыбка почти переполнилась.

– Спокойной ночи.

Сюй Жэньдун вернулся в свою квартиру. Он увидел две чайные чашки на столе и тарелку от фруктов, съеденных дочиста. В его голове промелькнула мысль.

В будущем он может купить целый арбуз.

Телефон в кармане брюк вдруг завибрировал. Сюй Жэньдун посмотрел вниз и увидел несколько новостных ссылок, которыми поделился его коллега Ван Сяоган в рабочем чате.

[Ван Сяоган: Работайте, товарищи! Вставайте на работу сверхурочно!]

Сюй Жэньдун уже давно привык к таким внезапным сверхурочным работам. Он тут же включил ноут и вошёл в рабочее состояние. Прочитав ссылку на новость, которой поделились его коллеги, он вернулся к интерфейсу рабочей группы WeChat и увидел кучу людей, плачущих в чате. Все жаловались, что их хорошие планы на выходные снова провалились.

Сюй Жэньдун смотрел, как сообщения появляются одно за другим, и вдруг подумал, что аватарки его коллег довольно интересны. Аватарка Ван Сяогана была хаски с наклоненной головой и высунутым языком. У него было глупое выражение. Аватарка Гу Сюйфэна – его фотография на удостоверении личности. Просто взгляните на его аватарку, и вы увидите, что его костюм был опрятным, и он выглядел очень учёно. Однако, болтая в группе, он любил использовать смайлики, обычно используемые маленькими девочками. Лю Цзяци использовала фотографию известного мужчины-знаменитости и заявила, что это её муж, но Сюй Жэньдун не знал имени этой знаменитости.

Сюй Жэньдун понял, что никогда раньше не обращал внимания на аватарки своих коллег, а также никогда не обращал внимания на их разговорные привычки или предпочтения. Общение между ним и коллегами всегда ограничивалось работой. Он не болтал с ними и не интересовался сплетнями о знаменитостях и развлекательными мероприятиями, о которых они болтали. Со временем они стали говорить с ним только о работе.

Однако на этот раз, глядя на мигающие на экране записи чата, Сюй Жэньдун впервые нажал на смайлик в методе ввода.

[Сюй Жэньдун: Такой злой, но я всё ещё должен сохранять улыбку. Работа делает меня счастливым.Jpg.]

После того, как он опубликовал этот стикер, группа WeChat замолчала.

Через секунду.

[Ван Сяоган:  ?]

[Гу Сюйфэн:???]

[Лю Цзяци: Бля, Сюй Жэньдуна взломали? Он действительно использовал стикер?!]

[Ван Сяоган:  Чёрт, я уже видел, как босс использовал эту картинку раньше! Может быть, босс использует его телефон, чтобы шпионить за нами?!]

[Ван Сяоган отозвал сообщение.]

[Ван Сяоган отозвал сообщение.]

[Лю Цзяци отозвала сообщение.]

[Гу Сюйфэн отозвал сообщение.]

[Ван Сяоган: Мы мертвы, мы мертвы. Сообщения, отправленные более двух минут назад, не могут быть отозваны.]

[Лю Цзяци:  Сверхурочная работа делает меня счастливым!]

[Гу Сюйфэн:  Сверхурочная работа делает меня счастливым!]

[Ван Сяоган:  Хватит болтать, я пойду делать отчёт.]

[Лю Цзяци:  Я уже написал половину своего.]

[Гу Сюйфэн:  Я закончил писать свой. ]

[Ван Сяоган: …!!!]

Группа WeChat внезапно перестала вибрировать. Все замолчали и принялись усердно делать свою работу.

Сюй Жэньдун: «……»

Он действительно был в центре внимания. Он вдруг почувствовал, что лучше бы ему не говорить.

Сюй Жэньдун молча отбросил телефон в сторону и начал работать.

Только через полчаса, когда доклад был закончен, его сжатый рот снова принял нормальную кривизну.

_____________________

Автору есть что сказать:

Жэньдун: Старик, который пытался притвориться молодым человеком, но его раскусили за секунду.

Спираль смерти [BL] Глава 47. Арбуз

Глава 47. Арбуз

В течение следующих нескольких дней Сюй Жэньдун возобновил свой обычный рабочий график. На этот раз всё было иначе, чем в прошлый. Он привык к ритму призрачного мира и не проявлял явных травм после выхода. Он подумал, что так вышло, вероятно, потому, что число смертей на этот раз было относительно небольшим.

Подсчитав, он умер пять раз в предыдущем мире и только два раза в последнем. Прогресс очевиден.

После девяти смертей в призрачном мире и после возвращения в реальную жизнь к нему снова вернулся энтузиазм в работе. Он никогда раньше не знал, что щёлкающие звуки клавиатуры могут быть такими сладкими и как неизменная офисная сцена может быть такой успокаивающей. Даже его свирепая начальница выглядела приятной для глаз, превратившись из буйной мегеры в любезную старейшину.

В конце концов, когда босс разозлится, самое большее, что она сделает, это бросит папку вам в лицо. На самом деле она не вытащит топорик и не зарубит вас до смерти.

Такая любезная!

С таким уровнем идеологической сознательности эффективность работы Сюй Жэньдуна значительно повысилась.

Однако в глазах коллег изменения Сюй Жэньдуна были невероятными. Этот красивый мужчина, похожий на звезду, пришёл в крупную финансовую фирму после окончания престижного университета. После назначения в этот небольшой отдел он всегда был прилежным и добросовестным и редко общался с кем-либо вне работы.

В своей профессии люди обычно меняют работу каждые шесть месяцев или около того, и повышение заработной платы достигается за счёт смены работы. Но прошло четыре года с тех пор, как Сюй Жэньдун закончил учёбу. За последние четыре года коллеги вокруг него менялись волна за волной, и даже его непосредственная начальница превратилась из лысой немолодой особы в сексуальную заносчивую сестру. Тем не менее, Сюй Жэньдун честно оставался на этом месте, никогда не упоминал о повышении зарплаты и никогда не просил сменить отдел.

Кстати говоря, все остальные коллеги в отделе теперь его младшие. Лю Цзяци обучалась у него во время стажировки, поэтому, строго говоря, она могла называть его «Учителем». Однако никто, включая Лю Цзяци, не мог приблизиться к нему. Это не потому, что Сюй Жэньдун был холоден и игнорировал людей. Напротив, Сюй Жэньдун был серьёзен и надёжен в работе, дотошен и очень терпелив, когда дело доходило до обучения новичков. Трудно найти в нём недостатки.

Но именно потому, что не было недостатков, всем казалось, что к этому человеку трудно подобраться.

Он не курил, не пил, не ложился спать поздно и не был жадным. У него не было вредных привычек, но он не судил о предпочтениях других людей. Будь то женщины, футбол, автомобили, о которых любят говорить мужчины, сплетни, потеря веса или покупки, о которых любят говорить женщины, на всё, что вы ему скажете, он будет смотреть на вас своими глубокими и спокойными глазами. Он выслушает вас серьёзно, а потом… больше ничего не будет.

Кажется, его ничего не интересует.

Он даже не использует смайлики в WeChat!

Естественно, все в отделе держались от него подальше. Даже девушки из других отделов компании, у которых изначально были планы на него, после того, как были разочарованы его вежливым и отчуждённым поведением, сдались и сказали, что бог-мужчина должен просто оставаться богом-мужчиной в небе, и что вместо этого они будут искать для свидания смертного. Он действительно на слишком высоком уровне.

Вы можете только смотреть издалека, но не быть с ним. Вот каким был Сюй Жэньдун.

Однако прямо сейчас Сюй Жэньдун фактически разместил смайлик в рабочей группе: [Такой злой, но мне всё же нужно сохранять улыбку. Работа делает меня счастливым.jpg.]

Все были в таком ужасе, что первой реакцией было не «Боже мой, Сюй Жэньдун тоже отправляет смайлики», а «Блядь, Сюй Жэньдуна взломали, это должно быть не он!»

Только на следующий день все обнаружили, что прошлой ночью телефон Сюй Жэньдуна не украл начальник. Затем они поняли, что Сюй Жэньдун, казалось, немного отличался от того, каким был раньше.

Больше всего это чувствовала Лю Цзяци. Потому что, когда она спросила, не хочет ли кто-нибудь заказать с ней чай с молоком, Сюй Жэньдун на самом деле сказал, что хочет посмотреть меню!

Когда Сюй Жэньдун взял её мобильный телефон и просмотрел меню еды на вынос, Лю Цзяци была тронута до слёз. О боже! Сюй Жэньдун пьёт чай с молоком?

– Это… что такое Жемчуг дракона? – Вопрос Сюй Жэньдуна прервал излияние слёз в мозгу Лю Цзяци.

Лю Цзяци взглянула на телефон:

– О, это. Это ингредиент чая с молоком, это… Эмм, что-то вроде жемчуга.

Сюй Жэньдун снова спросил:

– Что такое Хантянь и Айю?

Лю Цзяци объяснила их одно за другим. Выслушав её, Сюй Жэньдун тщательно всё обдумал и попросил добавить несколько ингредиентов, а затем вернул ей телефон:

– Я закончил.

Лю Цзяци видела, что он хотел попробовать всё, как ребёнок, и ничего не могла с собой поделать. Она улыбнулась, как старая мать:

– Если хочешь всё, то можешь заказать это – «всё в одной чашке» – в ней есть всё, но цена дешевле, чем если заказывать отдельно!

– Это так? Позволь мне изменить заказ. – Сюй Жэньдун наклонился, поднял руку, держащую телефон, и провёл по экрану ещё несколько раз, заменив заказанный напиток на «всё в одной чашке».

Ладони Сюй Жэньдуна были тёплыми и сухими, и он внезапно коснулся Лю Цзяци. Всё её тело, казалось, было наэлектризовано. Пока Сюй Жэньдун не откинулся на спинку стула, чтобы продолжить работу, нежное и мягкое прикосновение к тыльной стороне её руки всё ещё сохранялось.

«Блять… – Лю Цзяци про себя удивилась: – Почему ты вдруг стал таким странным?!»

Лю Цзяци наконец успокоилась и вернулась к своему столу. Её телефон завибрировал, и она получила красный конверт от Сюй Жэньдуна. Он был помечен как деньги на чай с молоком, а добавленный комментарий был «спасибо».

Лю Цзяци посмотрела на красный конверт с именем Сюй Жэньдуна и не могла не сделать скрин.

О боже! Сюй Жэньдун дал мне красный конверт!

Всем известно, что Сюй Жэньдун не знал о красных конвертах. Даже не говорите о захвате красных конвертов в чате отдела, даже когда глава компании на новогоднем ужине компании раздавал награды каждому человеку в соответствии с количеством голосов, Сюй Жэньдун даже не нажимал на поощрение. Потому что он был настолько удалён от всех, что у них почти не было взаимодействий, связанных с деньгами. Поэтому, конечно, они никогда не использовали с ним красные конверты.

Но теперь он действительно отправил ей деньги на чай с молоком!

Она хотела сделать публикацию для своего круга друзей, чтобы запечатлеть этот исторический момент!

Конечно, Лю Цзяци всё ещё оставалась очень сдержанной. Она не публиковала это в моментах, а поделилась им в частном порядке со своими младшими сёстрами. Однако, как бог-мужчина, который никогда не показывал фейерверков, новости о молочном чае Сюй Жэньдуна быстро распространились по всей компании. Некоторые люди даже тихонько выбегали из своего отдела и через щель в двери из матового стекла тайно наблюдали, действительно ли Сюй Жэньдун пил чай с молоком.

Сюй Жэньдун вообще ничего этого не заметил. Он просто подумал, что чай с молоком слишком сладкий, а ингредиенты в нём ещё слаще. Он взглянул на стол Лю Цзяци, решив, что неудивительно, что чай с молоком Лю Цзяци содержит только один вид жемчуга.

Лю Цзяци сплетничала со своими сёстрами в WeChat и вдруг заметила взгляд издалека. Подняв голову, оказалось, что это Сюй Жэньдун. Их глаза встретились, и уголки рта Сюй Жэньдуна слегка изогнулись, образуя красивую дугу. Он казался немного застенчивым и быстро отвернулся. Сердце Лю Цзяци сразу же взорвалось.

Аааааааааааааааааааааааааааааааааааааааа!

Лю Цзяци с волнением опустила голову, щёлкнула по экрану и в волнении доложила младшим сестрам: [Вдруг старший заинтересовался мной?! Ха-ха-ха-ха-ха!]

Но на самом деле единственным чувством, которое было в сердце Сюй Жэньдуна в этот момент, было смущение.

Почему каждый раз, когда он бросал взгляд на других, его обнаруживали? Врождённой проницательности Лянь Цяо уже было достаточно, чтобы справиться с ним, почему же Лю Цзяци была так хороша?

Сюй Жэньдун немного подумал и нажал на круг друзей Лю Цзяци. Сверху вниз содержание было: [Ах, это вкусно. О, это тоже вкусно. Ах, ах, ах. Всё вкусно.]

Сюй Жэньдун вспоминал, как Лянь Цяо вёл себя в киоске с барбекю: «Ах, ах, я хочу это, ах, ах, я хочу это, ах, ах, я хочу всё это». После некоторого тщательного размышления он решил, что это любовь к еде. Это острое понимание должно быть развито людьми, которые любят добывать пищу. В конце концов, им приходится осматриваться и прислушиваться во всех направлениях, когда ходят. Таким образом, они могут найти лучшие рестораны при первой же возможности.

Что ж, это был вполне разумный вывод.

В это время Ван Сяоган проходил мимо стола Сюй Жэньдуна и непреднамеренно взглянул на него: «Бля?! Разве это не круг друзей Цзяци?!»

Сюй Жэньдун на самом деле смотрел на круг друзей Лю Цзяци?!

Ван Сяоган подавил волнение. Он спокойно вернулся на своё место, спокойно достал свой мобильный телефон и спокойно сообщил о своём открытии в их небольшой межведомственный групповой чат, в котором не было Сюй Жэньдуна.

[Лю Цзяци:  А-а-а-а!]

[Гу Сюйфэн:  Ааааааа!]

Изолированный Сюй Жэньдун внезапно почувствовал, что атмосфера вокруг него стала странной. Он подозрительно поднял голову, и остальные трое тут же с торжественным выражением лица отложили телефоны и принялись печатать на клавиатуре.

Сюй Жэньдун: «……» «Я слишком много думаю?»

В любом случае, эти люди не станут его убивать. Сейчас он находится в законопослушном обществе.

Такие мысли успокаивали его. Сюй Жэньдун выпил чересчур сладкий чай с молоком и продолжил работу.

Сегодня была пятница. Неизвестно, что хорошего случилось с начальницей, но она действительно вышла в четыре часа и объявила, что все могут уйти домой пораньше, если закончили свою работу. Работа Сюй Жэньдуна была почти завершена. Увидев, что его коллеги всё ещё радостно играют на своих телефонах, он попрощался с ними и покинул компанию.

Было раннее лето, и солнце светило ярко и жарко на его тело. Сюй Жэньдун пошёл в подземный гараж, чтобы забрать свою машину, но температура в машине некоторое время не падала. Вскоре он вспотел.

Сюй Жэньдун немного приоткрыл окно, впустив тёплый ветер. Тени деревьев на городских дорогах были пёстрыми, и июньское солнце какое-то время светило сквозь просветы между листьями на лобовом стекле, прямо в глаза Сюй Жэньдуну, из-за чего немного кружилась голова. Он услышал стрёкот цикад и вдруг почувствовал, что у него хорошее настроение.

У него всплыло воспоминание о том, как он был ребёнком в приюте, бегая и играя со своими друзьями на лужайке во дворе.

Это было, когда он был очень мал и ещё не заметил, что был единственным, кого никто не хотел усыновлять. В то время он был ещё очень счастлив и не думал, что чем-то отличается от других. Он также не думал, что маленькие друзья, у которых не было рук и ног, у которых были кривые черты лица или даже те, кто не могли говорить, чем-то отличались от него.

Тогда было здорово.

Это время казалось вечностью назад.

Сюй Жэньдун остановил машину перед светофором. Он посмотрел на обратный отсчёт времени и тихо вздохнул.

Там была молодая пара, которая игриво переходила зебру. Девушка весело рассмеялась и вскочила, чтобы ударить парня по голове. Мальчик спрятал голову и пригнулся с улыбкой на лице. Время от времени он немного дёргал девушку и говорил:

– Осторожно! Вокруг машины!

Взгляд Сюй Жэньдуна не мог не следить за ними, пока машина позади него нетерпеливо не посигналила.

Он пришёл в себя и быстро завёл машину. Внезапно он заметил фруктовый магазин на обочине дороги.

Его сердце резко забилось, Сюй Жэньдун не колебался. Вместо этого он развернулся и остановился перед фруктовой лавкой. Вскоре он оплатил счёт и вернулся к машине с большим арбузом в руках.

Он очень любил арбузы. Ему нравится сладкий, свежий и водянистый вкус. Когда был маленьким, он любил есть арбузы в приюте, но условия там были не такими хорошими. Каждый ребёнок мог получить только небольшой кусочек арбуза. Он всегда надеялся, что сможет держать половинку арбуза и копаться в ней ложкой. Это желание длилось до тех пор, пока он не вырос.

После обретения экономической независимости. хотя у него были деньги на покупку арбуза, он столкнулся с новой проблемой: он не мог столько съесть один.

Даже если это был маленький арбуз, он обычно мог съесть только половину, а другую половину можно только положить в холодильник. Но даже если вынуть арбуз из холодильника и подождать, пока тот станет комнатной температуры, у него всё равно будет диарея после употребления. Его желудок всегда был слабым.

На самом деле так не только с арбузом, но и другой едой. Слишком однообразно заказывать одно блюдо, когда ешь один, но он не смог съесть два блюда. Это состояние заставляло его чувствовать себя очень одиноким.

Но теперь всё было по-другому.

Положив арбуз на пассажирское сиденье, Сюй Жэньдун отправил сообщение в WeChat Лянь Цяо: [Я купил арбуз, хочешь?]

Спустя некоторое время, Лянь Цяо так и не ответил. Сюй Жэньдун немного подумал, пристегнул ремень безопасности вокруг арбуза, затем завёл машину и поехал к квартире. Однако, когда он вернулся в квартиру с арбузом в руках, Лянь Цяо, который обычно отвечал на сообщения в течение нескольких секунд, всё ещё не ответил.

Он посмотрел на время: было уже пять часов вечера. Даже если Лянь Цяо спал, он не мог спать так поздно. Может быть, он вышел?

Сюй Жэньдун отправил ещё одно сообщение: [Ты дома?]

Зелёно-чёрный блестящий арбуз тихонько поставили на стол. Сюй Жэньдун долго смотрел на арбуз, затем снова взял трубку. Лянь Цяо всё ещё не ответил. Внезапно он почувствовал себя немного неловко. Он встал и, выйдя в коридор, подошёл к двери Лянь Цяо и постучал в неё.

– Лянь Цяо? Ты здесь? Лянь Цяо?

Ответа по-прежнему не было.

Чувство тревоги стало сильнее. Сюй Жэньдун набрал голосовой вызов и подождал, пока другой человек ответит. Однако прошло несколько минут, а со стороны Лянь Цяо всё ещё не было ответа. Сюй Жэньдун посмотрел на фото Лянь Цяо на экране, а затем на закрытую дверь квартиры. Страшная мысль вдруг пришла в его сердце.

«Неужели Лянь Цяо снова вошёл в лифт?»

Нет, нет, после входа в лифт время снаружи перестаёт течь. Поэтому в глазах посторонних этот человек никуда не исчезнет, и они даже не заметят никакой ненормальности.

Пока не…

Если только он уже не попал в аварию!

Тёплым и ярким июньским днём Сюй Жэньдун почувствовал себя так, словно мгновенно погрузился в ледяную пещеру.

____________________

Автору есть что сказать:

Лянь Цяо: Ты не взял меня с собой, когда заказывал чай с молоком, я тебя игнорирую! (Недоразумение)

Девушка не пушечное мясо, сцен с ней не так много. Это чисто для юмора, не волнуйтесь.

Спираль смерти [BL] Глава 48. Прыжки с балконов

Глава 48. Прыжки с балконов

Сюй Жэньдун принял решение без раздумий. Он вернулся в свою квартиру и направился прямо на балкон.

В многоквартирном доме, в котором они снимали жильё, балконы двух соседних квартир были на одном уровне, но их разделяло расстояние около двух метров. Сюй Жэньдун вышел на балкон и огляделся. Между балконами не было препятствий или решёток, которые нужно бы перелезть. Чтобы попасть на балкон Лянь Цяо, необходимо только прыгнуть.

Он без долгих раздумий взобрался на собственное ограждение. Ограждение высотой более полуметра, но это ничто по сравнению с высотой шестиэтажного жилого дома. Сюй Жэньдун подавил желание посмотреть вниз, но всё ещё инстинктивно чувствовал головокружение.

Он успокоился, глубоко вздохнул и вдруг услышал громкий рёв, когда собирался прыгнуть.

– Эй! Что ты делаешь?! – раздался голос снизу.

Сюй Жэньдун инстинктивно посмотрел вниз, и после этого взгляда его кожа на голове резко онемела. Это слишком высоко. Шестиэтажное здание действительно слишком высокое. Два балкона были пусты и ничем не загромождены. Если вы упадёте и разобьётесь прямо о землю, вас точно расплющит!

В этот момент на лужайке внизу дядя, выгуливавший собаку, энергично махал ему рукой и испуганно кричал:

– Эй! Что ты делаешь?! Спустись! Не будь импульсивным!

Сюй Жэньдун почувствовал доброту дяди. Он отрегулировал дыхание и снова обратил внимание на балкон напротив.

Он не мог терять время. Лянь Цяо, возможно, попал в беду… Если бы он смог добраться до него быстрее, то, возможно, смог бы его спасти!

Прыжок!

Сюй Жэньдун стиснул зубы, сильно оттолкнулся и подпрыгнул в воздухе.

В этот момент он только почувствовал, что ветер, касающийся его ушей, стал ледяным, заставляя его кости дрожать. Время растянулось, как жевательная резинка, а сцена перед ним стала похожа на замедленное кино, двигаясь кадр за кадром перед его глазами.

Балкон. Балкон. Балкон.

Он попытался наклониться вперёд и прыгнул на самую высокую точку. Он всё ещё был недалеко от ограждения.

Балкон. Балкон. Балкон.

Он начал падать.

Холодный ветер ворвался ему в воротник, кровь застыла, а потом даже сердце перестало биться.

Балкон.

Он отчаянно протянул руку, пытаясь схватиться за ограждение. Но ограждение удалялось от него.

Он собирался упасть. Он собирался умереть.

А, всё в порядке. Это не мир призраков и монстров, это реальность. Если бы он умер, то действительно был бы мёртв и больше не воскресал бы. Это тоже хорошо, ему больше не нужно страдать. В любом случае, если бы он упал с такой высоты, его просто раздавило бы мясным рулетом. Это было бы быстро и безболезненно.

Сколько будет времени свободного падения на высоте шестиэтажного дома?

Один этаж это три метра, шесть этажей – восемнадцать метров. Формула расстояния для равномерного линейного движения 1/2gt^2, тогда время должно быть…

Корень из 3,6.

Не могу понять, нужен калькулятор.

Сюй Жэньдун на мгновение даже захотелось рассмеяться. Но в следующее мгновение он вдруг подумал: «О, арбуз ещё не съеден».

Очень жаль. Он хотел съесть его с Лянь Цяо…

«…!» К тому времени, как он отреагировал, его пальцы уже схватили небольшой кусок стены, выступающий под балконом.

Это было спонтанным рефлекторным поведением организма. Сюй Жэньдун даже не понял, что только что произошло. Он только чувствовал, что его пальцы напряглись, суставы вымотали все силы и он крепко сжал выступ. Он растерянно поднял голову и увидел, что его руки начали бледнеть от чрезмерной силы.

Снизу раздался крик, и казалось, что людей собирается всё больше и больше.

Запоздалый страх вонзился в сердце, как острый нож. Сюй Жэньдун обнаружил, что его ноги пусты и не имеют опоры. Он вдруг почувствовал себя очень неуверенно. Конечно, весь человек висел на шестиэтажной стене, это было определённо очень небезопасно. Сейчас у него нет времени думать об этом, он просто хотел покинуть это место как можно скорее, поэтому несколько раз ударил ногой по стене, пытаясь поднять своё тело.

Однако его поступок имел неприятные последствия. Обычные кожаные туфли не могли обеспечить достаточного трения, и вместо этого его тело скользило вниз.

– Ах!

– Будь осторожен!

Голоса людей внизу звенели. Кажется, кто-то набрал 110.

Сердце Сюй Жэньдуна билось изо всех сил, и он почувствовал, как его ладони вспотели. Если бы это затянулось, он бы точно лишился жизни. Стиснув зубы, он решил драться насмерть. Поэтому он снова сильно ударил ногами, и в то же время его левая рука прижалась, а правая рука потянулась к верхнему ограждению.

Понятно!

Внизу раздалось ещё одно восклицание. Сюй Жэньдун проигнорировал эти звуки, свёл руки и ноги вместе и, наконец, плавно поднялся на балкон.

Когда он, наконец, добрался до балкона Лянь Цяо, он только почувствовал, что его кости разваливаются на части, а суставы пальцев горят от боли. Сейчас он не мог обращать на это внимания, и только хотел убедиться в безопасности Лянь Цяо.

Но когда он захотел открыть балконную дверь, то увидел неожиданную картину через прозрачную, от пола до потолка, стеклянную дверь.

Лянь Цяо стоял в гостиной спиной к балкону.

В руках у него находилась скрипка.

Середина скрипки была выдолблена, и стиль выглядел очень уникальным. Лянь Цяо был в наушниках, в одной руке держал скрипку, а в другой – смычок. Смычок давил на струны, издавая глубокий и нежный звук. Движения Лянь Цяо были грациозными и плавными, как у танцора.

Стоя за стеклянной дверью, Сюй Жэньдун смотрел на Лянь Цяо, погружённого в свой собственный мир.

С этого ракурса он не мог видеть выражение лица юноши, но мог видеть, как его тело слегка покачивалось в такт мелодии, как будто он сам стал частью скрипки, играя сам с собой. Когда музыка достигла кульминации, ритм становился всё быстрее и быстрее. Постоянно меняющиеся ноты лились из его пальцев, а движение смычка, раскачиваемого вверх и вниз, было очень страстным. Даже на таком расстоянии Сюй Жэньдун чувствовал каждый сантиметр напряжённых нервов Лянь Цяо и каждый сантиметр дрожащей кожи. Он слился со звуком скрипки.

Наконец мелодия закончилась.

Тонкий смычок свисал с бока, и скрипка с плеча тоже была снята. Лянь Цяо осторожно положил скрипку на стол, сильно вытянулся и расслабился.

Сюй Жэньдун внезапно почувствовал себя очень смущённым. Что он делал? Прыгать в длину на большой высоте только для того, чтобы подсмотреть, как кто-то играет на скрипке?

Было ли это… поведением сталкера?

Он сделал два шага назад и неосознанно огляделся, пытаясь спрятаться. Однако на балконе было чисто, и даже сушилка оказалась пуста, так что спрятаться не удалось. Единственным выходом было снова прыгнуть назад.

Как только Сюй Жэньдун поднял ногу, чтобы пересечь ограждение, позади него внезапно возникла суматоха. Стеклянная дверь распахнулась.

– Хм?! Жэнь… Брат Жэньдун? – Глаза Лянь Цяо расширились, его лицо выражало недоверие. – Почему ты здесь?

Сюй Жэньдун только почувствовал, как онемела его голова, и смущённо повернул голову.

Когда люди были крайне смущены, они не могли хорошо думать. Сюй Жэньдун, не колеблясь, поднял шум:

– Почему ты не отвечаешь на мои звонки?

Лянь Цяо был ошеломлён:

– А? – Он быстро достал свой телефон и удивлённо сказал: – Ты мне звонил? Прости, я не слышал…

Услышав извинения Лянь Цяо, Сюй Жэньдун внезапно почувствовал, что его действия были разумными, и снова обрёл уверенность. Он обернулся и сказал претенциозно:

– Я постучал в дверь и никто не ответил. Я думал, ты попал в аварию. Ты знаешь, как сильно я…

Он был необъяснимо взволнован. Ему не хотелось произносить слово «беспокоился», поэтому он сильнее нахмурил брови и обвинил строже:

– Знаешь, как я зол? Я думал, что моё время, потраченное на обучение новичка, снова было напрасным!

– Извини-извини! Я тренировался в прямом эфире и не слышал в наушниках… Ах! – Лянь Цяо вдруг что-то вспомнил, повернулся и побежал в дом. – Сначала я выключу прямую трансляцию!

Сюй Жэньдун увидел, как он убегает. Он почувствовал облегчение и крикнул Лянь Цяо:

– Нет, всё в порядке. Ты можешь продолжить прямую трансляцию.

После разговора он привычно снова начал поворачиваться на балконе.

– Эй? – Лянь Цяо смиренно выбежал и увидел, что Сюй Жэньдун решил выйти с балкона и не мог не быть потрясённым: – Что ты делаешь, большой босс?! Спустись! – Он подбежал и обнял Сюй Жэньдуна. – Зачем ты это делаешь?

Сюй Жэньдун холодно сказал:

– Я иду домой.

Лянь Цяо указал на дверь:

– Если хочешь домой, пройди в дверь! Что ты делаешь, лазая по балкону?

«……» Сюй Жэньдун на мгновение замолчал, он чувствовал себя настолько смущённым, что у него зачесались нервы. Он действительно потерял дар речи, поэтому мог только идти к двери, угрюмо опустив голову.

Лянь Цяо, казалось, что-то понял и погнался за ним:

– Подожди, брат Жэньдун…

Ответом ему было тяжёлое «бац!»

Лянь Цяо едва не ударило дверью по носу, и он в испуге отступил на несколько шагов. Быть хлопнутым в лицо дверью в собственном доме, это действительно потрясающий опыт. Он почесал затылок, чувствуя, что всё, что только что произошло, было слишком внезапно, и он ещё не совсем разобрался в ситуации.

Он снова достал свой телефон и проверил сообщения, которые прислал ему Сюй Жэньдун. Два часа назад он сказал, что купил арбуз и спросил, не хочет ли он его съесть. Полчаса назад спросил его, дома ли он. Потом был голосовой вызов.

Следующим шагом, вероятно, был стук в его дверь и обнаружение того, что никто не ответил, поэтому мужчина подумал, что он попал в аварию, верно?

Лянь Цяо внезапно почувствовал сладость, и уголки его рта не могли не изогнуться.

Он так беспокоился обо мне…

Хе-хе-хе-хе.

Лянь Цяо радостно вышел на балкон, чтобы закрыть стеклянную дверь. Внезапно его сердце дрогнуло. Он подошёл к краю ограждения и обнаружил, что внизу шумно, много людей смотрят, а некоторые указывают на него. Он повернулся к балкону Сюй Жэньдуна и обнаружил, что между двумя балконами ничего нет. Настоящая пропасть. Он почувствовал, что его ноги ослабели, просто взглянув вниз.

Сюй Жэньдун фактически прыгнул с противоположной стороны.

Он самоубийца?!

Первоначальная радость исчезла, и Лянь Цяо быстро нахмурился.

Даже если вы не можете получить ответ стуком, вы можете попытаться выбить дверь. Вы также можете набрать 110, чтобы позвонить в полицию. Прыгнули бы нормальные люди прямо с балкона?

Человек инстинктивно защищает себя, когда сталкивается с опасностью. Например, стоя в таком высоком положении и глядя вниз, у людей будут слабые ноги, позывы к мочеиспусканию и ощущение, что они вот-вот упадут. Поэтому они рефлекторно отступят назад. Это был физиологический механизм самозащиты мозга.

Следовательно, помимо того, что он «беспокоился о нём», поведение Сюй Жэньдуна, когда он спрыгнул с балкона в таком невыгодном положении, также раскрыло в нём кое-что ещё.

Сюй Жэньдун настолько привык жить под угрозой смерти, что его тело больше не избегает рефлекторно опасности.

…Что он испытал?

Лянь Цяо внезапно почувствовал удушающую сердечную боль. Он только знал, что Сюй Жэньдун прошёл много инстансов, но он никогда так глубоко не осознавал, что каждое прохождение было бегством от смерти и что это наносит двойную травму как телу, так и разуму.

Всё, что пережил Сюй Жэньдун, бессознательно изменило его.

Он даже не боялся смерти.

Неудивительно, что он мог без колебаний броситься сражаться с боссом в инстансе, неудивительно, что он выдернул камень, когда поранил ногу…

Лянь Цяо подсознательно подошёл к двери и хотел спросить об этом Сюй Жэньдуна. Он не знал, что именно спросить, он просто хотел увидеть его и хотел поговорить с ним.

Однако, как только его рука нажала на дверную ручку, в дверь постучали.

Лянь Цяо открыл и с удивлением обнаружил, что Сюй Жэньдун стоит перед его квартирой, держа в каждой руке по половинке арбуза. Мякоть в них на первый взгляд красная и сладкая, а сок ярко блестит.

Сюй Жэньдун обрёл спокойствие и сказал в своей обычной манере.

– Я не могу съесть всё это, поэтому я дам тебе половину.

Половина арбуза внезапно оказалась в руках Лянь Цяо. Его руки похолодели, а в нос ударил освежающий аромат арбуза. Его сердце внезапно превратилось в лужу воды, а глаза наполнились нежностью.

– Брат Жэньдун… –  Прежде чем слова закончились, на лестнице послышались шаги.

Группа полицейских ворвалась на шестой этаж и быстро окружила двоих. Один из офицеров, похожий на капитана, шагнул вперёд и уставился на них с некрасивым выражением лица.

– Это вы только что перепрыгнули на балкон? Скажите, вы пытались спрыгнуть со здания или совершить ограбление?

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо: «……»

Капитан взглянул на арбуз в руках двоих и холодно фыркнул:

– Пока не ешьте его. Вернитесь со мной в полицейский участок, чтобы написать объяснение!

Спираль смерти [BL] Глава 49. Посещение игровой выставки

Глава 49. Посещение игровой выставки

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо сидели на заднем сиденье полицейской машины, каждый держал в руках половинку арбуза. Оба человека сочли эту сцену немного забавной и, долго сдерживаясь, не могли не расхохотаться.

Двое полицейских с ними беспомощно смотрели друг на друга, думая, что в последнее время мир становится всё более странным.

Инцидент, когда Сюй Жэньдун прыгнул на балкон, вызвал настоящий переполох в обществе. К счастью, никто не пострадал и общественной безопасности ничего не угрожало. Двое честно объяснили причины в Бюро общественной безопасности, после чего полиция отпустила их домой.

Сюй Жэньдун чувствовал себя виноватым из-за этого. Это случилось из-за его импульсивности и вызвало такой большой шум. В течение следующих нескольких дней он был слишком смущён, чтобы даже разговаривать с Лянь Цяо, и оставался в компании, работая сверхурочно, насколько это было возможно. Лянь Цяо также был занят подготовкой к своему выступлению на игровой выставке и не заметил преднамеренного уклонения Сюй Жэньдуна. Так что в это время они встречались только вечером на лестнице. Один делал вид, что работает сверхурочно, и нарочно возвращался домой поздно, а другой практиковался на скрипке, пока его рука не отнималась, и ему приходилось выйти на пробежку, чтобы расслабиться.

Вскоре наступило время игровой выставки.

Лянь Цяо получил приглашение от организатора выступить в качестве гостя. Его мероприятие было запланировано на вторую половину дня, но Лянь Цяо всё же хотел посетить выставку утром. Таким образом, Сюй Жэньдун и он должны были встретиться в восемь утра.

Выйдя из дома, Сюй Жэньдун с первого взгляда увидел, что Лянь Цяо одной рукой тащит два чемодана, а за спиной у него висит футляр для скрипки. Он был немного удивлён:

– Зачем тебе столько вещей?

Лянь Цяо указал на чёрный чемодан:

– Этот пустой. Он будет использован для вещей, которые я куплю на выставке, – Затем он указал на белый чемодан. – Этот для моего костюма для косплея и реквизита.

Сюй Жэньдун рассмеялся.

– Ты действительно хорошо подготовился.

Лянь Цяо улыбнулся и быстро взял в каждую руку по чемодану. На его спине качался футляр для скрипки, и всё это выглядело немного неустойчивым, когда он спускался по лестнице. Сюй Жэньдун остановил его:

– Я помогу тебе что-нибудь понести…

– Хорошо, – Лянь Цяо передал пустой чемодан.

Сюй Жэньдун положил два чемодана в багажник своей машины. Сев в машину, он увидел, как Лянь Цяо положил футляр для скрипки на заднее сиденье. Он даже торжественно пристегнул ремень безопасности вокруг корпуса.

Почему-то что-то шевельнулось в его сердце, и сцена показалась знакомой… Верно, он также пристегнул ремень безопасности к арбузу вот так.

Когда он это сделал, то ничего не почувствовал. Почему было так забавно видеть, как это делают другие?

Сюй Жэньдун слегка улыбнулся. Сев на водительское сиденье, он отвёз Лянь Цяо к месту проведения выставки. Прежде чем выйти из машины, Лянь Цяо надел чёрную маску и вручил такую же Сюй Жэньдуну.

Сюй Жэньдун был сбит с толку:

– Зачем носить маску?

Лянь Цяо смущённо улыбнулся:

– Если ты не наденешь её, тебя легко остановят.

Сюй Жэньдун не понимал правил посещения выставки, но поскольку так говорил Лянь Цяо, он последовал его инструкциям.

Выйдя за пределы парковки, Сюй Жэньдун сразу же был потрясён волнением и суетой. Сейчас ещё не было официального времени начала, так что все упорядоченно выстроились у забора. Очередь была похожа на жадную змею, образовавшуюся в игре «Змейка» в течение часа. Она змеилась вокруг всей площади.

К счастью, у Лянь Цяо был VIP-пропуск, и он провёл Сюй Жэньдуна через специальный вход, привлёкший завидные взгляды окружающей толпы. Внезапно кто-то крикнул:

– Это Молочный Цяо?

– Да, это А-Цяо! Аааааххх! А-Цяо уже здесь!

– А-Цяо, А-Цяо, посмотри сюда! Я твой фанат! Прошу автограф, аааа!

Лянь Цяо прошептал:

– Чёрт, даже так они всё ещё могут узнать меня.

Он обернулся. Изогнув глаза в улыбке, он был готов к делу.

Вся эта группа людей, казалось, была его поклонниками. Лянь Цяо приветствовал их всех с улыбкой, а когда он уже собирался уходить, фанаты тут же заметили за его спиной футляр для скрипки и снова начали кричать.

– Аааа, это скрипка! В моей жизни я наконец смогу увидеть сцену, где А-Цяо играет на скрипке!

– Разве вы не видели превью? Говорят, что это косплейное скрипичное соло! В два часа дня!

– Эй, кто этот человек рядом с А-Цяо? Его глаза такие красивые! Кто-нибудь узнаёт его?

– Аааааааааа, я ещё не могу войти в зал! Я не могу больше ждать!

– А-Цяо, А-Цяо, можно нам автограф! Можем ли мы сделать групповое фото, аааа!

Сюй Жэньдун с большим интересом наблюдал, как Лянь Цяо, наконец, удалось разобраться с этими восторженными фанатами, и тот быстро подошёл к нему.

– Иди, иди, иди, не оглядывайся! – Лянь Цяо затащил Сюй Жэньдуна на место встречи. Почему-то его уши были немного красными. – Носи маску, не позволяй им видеть твоё лицо!

– Оказывается, ты такой популярный, – Сюй Жэньдун улыбнулся. – Неудивительно, что я должен носить маску. Было неуважительно спрашивать об этом раньше.

– Я ничего не могу с собой поделать. Если меня будут узнавать через каждые два шага, я не смогу как следует осмотреть выставку, – Лянь Цяо показал свой VIP-пропуск охраннику у двери и быстро потащил Сюй Жэньдуна в выставочный зал.

Зал в это время был очень пуст, и по нему ходил в основном только персонал. Все кабинки были расставлены, и посетителям оставалось только ждать, когда придёт время входа. Как только Лянь Цяо вошёл в зал, сразу же направился в зону виртуальной реальности. По пути он объяснил Сюй Жэньдуну:

– Эта компания отлично поработала с виртуальной реальностью! Каждый раз, когда вы хотите испытать её, вы должны долго стоять в очереди! Давай поторопимся, пока народу немного… Ах!

Когда они подошли к выставочной площадке виртуальной реальности, они обнаружили, что там уже есть очередь. Несколько человек держали в руках селфи-палки и мобильные телефоны. Сюй Жэньдун заметил, что эти селфи-палки не такие, как те, что обычно можно увидеть на улице. Структура была очень изысканной и, кажется, имела функцию амортизации.

Увидев, как он смотрит на этих людей, Лянь Цяо тихо объяснил:

– Это тоже игровые ведущие. Они сейчас в прямом эфире. Если ты не хочешь оказаться в интернете, держись от них подальше.

– Почему ты тоже не ведёшь прямую трансляцию?

– Если я буду транслировать, у меня не будет времени тусоваться с тобой.

Он посмотрел на Сюй Жэньдуна, и нежность в его глазах была похожа на родниковую воду, струящуюся кругами.

Сюй Жэньдун сказал:

– Действительно, было бы очень хлопотно, если бы мы разделились в таком большом зале. Все твои вещи в моей машине, и было бы плохо, если бы это повлияло на твоё выступление.

Лянь Цяо: «……»

Волна ударилась о камень и резко отскочила назад.

К счастью, в это время группа ведущих, выстроившихся у ворот ВР, заметила Лянь Цяо. Они кричали: «А-Цяо! А-Цяо!». Лянь Цяо ухватился за спасительную соломинку, чтобы скрыть своё смущение. Он быстро сказал:

– Я пойду поздороваюсь с ними, – и умчался.

Вскоре выставка официально началась. Лянь Цяо знакомил Сюй Жэньдуна с различными категориями игр и геймплеем, как будто он был хозяином этой выставки. Сначала Лянь Цяо лично играл несколько раз, но он не ожидал, что побьёт игровой рекорд, играя небрежно. Потом вокруг него начали собираться люди, и кто-то сразу узнал его.

После того, как его узнают, ему приходиться раздавать автографы и позировать для фотографий. Это повторялось несколько раз, и они оба не могли исследовать выставку должным образом. Увидев часы, указывающие на двенадцать, Лянь Цяо беспомощно сказал:

– Пойдём пообедаем…

Заведение предоставило персоналу обед. Лянь Цяо провёл его во внутреннюю зону отдыха, где находились только сотрудники и гости, и случайные посетители не могли войти. Лянь Цяо, наконец, снял маску и безразлично рухнул на стол.

– После обеда мне нужно пойти накраситься и переодеться. У меня больше не будет времени играть…

Сюй Жэньдун попытался его утешить. В этот момент в дверь вошли двое молодых людей, парень и девушка. Увидев Лянь Цяо, они подбежали с улыбкой.

– Привет! – Девушка подошла и погладила Лянь Цяо по голове. – Я знала, что ты будешь здесь!

Парень был гораздо спокойнее. Он сел рядом с Лянь Цяо и тихо спросил:

– Ты пришёл утром?

Лянь Цяо сразу же стал бодрее.

– Ага-ага! Я пришёл ещё до того, как всё началось! Ах, позвольте представить вам, это мой… – Прежде чем произнести слова «большой босс», он вдруг почувствовал, что это неуместно. Поэтому ему пришлось принудительно изменить свои слова, – сосед моей семьи. Его зовут Сюй Жэньдун.

Сюй Жэньдун не заметил странности. Он улыбнулся двум друзьям Лянь Цяо и кивнул:

– Привет.

– Сосед? – Девушка немного удивилась, а потом вдруг сообразила: – О, о, это тот самый…

Лянь Цяо быстро перебил её.

– Да! Тот самый, о котором я тебе говорил. Мой сосед после того, как я переехал!

– О ~ – девушка слегка улыбнулась и молча взглянула на парня.

Молодой человек вежливо протянул Сюй Жэньдуну руку:

– Здравствуйте, меня зовут Вэйлан, я художник по костюмам.

Сюй Жэньдун пожал ему руку, подумав, не является ли слово «Вэй» его фамилией. Девушка рядом с ним улыбнулась и сказала:

– Я Коала Соус, я визажистка ~

Затем Сюй Жэньдун понял, что имена, которые они назвали, были их псевдонимами.

– Вы поели? – спросил Лянь Цяо.

– Я уже поела, – Коала Соус взглянула на место. – Эй, где твоя скрипка?

– В машине, я заберу её позже, – Лянь Цяо начал рассказывать им о том, что видел на выставке. Было много терминов, которые Сюй Жэньдун не понимал, поэтому он опустил голову и молча ел.

После обеда Сюй Жэньдун проводил Лянь Цяо до машины, чтобы забрать большой чемодан с реквизитом. Когда они снова вернулись на место, Лянь Цяо указал на большую сцену в центре зала и сказал:

– Я буду выступать здесь через некоторое время. Я попросил Коалу Соус зарезервировать для тебя место. Оно находится в VIP-зоне рядом с кулисами. Ты должен прийти и посмотреть, как я выступаю!

Дневное представление официально ещё не началось, но места перед сценой были почти заняты. Те, кто опоздал, могли только стоять сзади и смотреть. На большом экране на сцене шла рекламная компьютерная графика. Это была игра в жанре экшн с изысканной графикой, которая произвела сильное впечатление. Зрители в зале время от времени восклицали. Сюй Жэньдун подумал, что это выглядит очень интересно, поэтому сказал Лянь Цяо не обращать на него внимания и продолжать заниматься своими делами.

После того, как Лянь Цяо ушел, Сюй Жэньдун прогулялся по залу. Везде были люди. Вы должны были встать в очередь, если хотели попробовать что-нибудь. Сюй Жэньдуну стало немного скучно, поэтому он вышел в коридор за пределами зала. В коридоре была зона отдыха для посетителей, где можно было заказать закуски и напитки. Сюй Жэньдун искал местонахождение уборной и собирался направиться туда, когда увидел знакомую фигуру, мелькнувшую перед его глазами.

Это была милая девушка, которую он увидел в полдень, по имени Коала… Коала Соус.

Коала Соус была одета в школьную форму в японском стиле с двойными хвостиками. Она прыгала и танцевала, её юбка колыхалась, и это выглядело очень привлекательно. Сюй Жэньдун хотел поздороваться с ней, но потом увидел, как Коала Соус идёт в уборную.

Взгляд Сюй Жэньдуна непреднамеренно скользнул по вывеске на стене – подождите, почему это мужской туалет?!

Он был ошеломлён, думая, что увидел неправильно. Но когда он подошёл ближе, это действительно оказался мужской туалет. Женский туалет находился с другой стороны, в нескольких метрах.

…Был ли Коала Соус мужчиной?!

Сюй Жэньдун был потрясён до глубины души. Он как вкопанный безучастно стоял у двери уборной. Вскоре мимо него прошли две высокие девушки, одна в белом костюме ведьмы, а другая в матроске. Они разговаривали и смеялись, а затем, естественно, прошли в мужской туалет.

Сюй Жэньдун: «?»

Было ли здесь какое-то негласное правило, что мужчины и женщины обмениваются туалетами?

Он с недоверием подошёл к двери женского туалета по соседству, молча наблюдая за входящими и выходящими людьми. К его удивлению, в женский туалет заходили также мужчины и женщины.

Сюй Жэньдун: «???»

Он был совершенно сбит с толку этой ситуацией.

В это время из мужского туалета вылетела Коала Соус. Она тут же увидела Сюй Жэньдуна и подбежала, чтобы с энтузиазмом поприветствовать его.

– Какое совпадение, мы снова встретились! – Она улыбнулась и посмотрела на Сюй Жэньдуна, который был на голову выше её. – Полуденное представление вот-вот начнётся! Я провожу тебя на твоё место!

Голос Коала Соус был сладким, мягким и полностью женским. Сюй Жэньдун не мог не посмотреть на её шею, желая увидеть, есть ли там кадык. Только тогда он заметил, что на шее у неё была маска, закрывающая горло.

Сюй Жэньдун посмотрел на неё в сложном настроении и с трудом спросил:

– Эм… в какую уборную мне пойти?

Коала Соус опешила:

– А?

Сюй Жэньдун запутался и не знал, как выразить свои трудности. Коала Соус отреагировала и от души рассмеялась:

– Поняла. Ты видел, как я заходила в мужской туалет?

Сюй Жэньдун кивнул. Коала Соус немного стянула маску с шеи, наклонилась и сказала тихим голосом:

– Я мальчик, но предпочитаю носить женскую одежду ~

Когда он наклонился, его голос стал намного ниже, но всё ещё звучал как у мальчика, ещё не достигшего половой зрелости.

Сюй Жэньдун не привык находиться к кому-то так близко. Он подавил желание сделать шаг назад и с любопытством спросил:

– Тогда что у тебя с голосом?

Коала Соус сказал:

– Это мой псевдоголос, – Он сжал горло и издал несколько разных голосов. Его улыбка была довольно гордой. – Я могу петь голосом девушки-лоли, голосом молодой девушки и голосом зрелой сестры! Я могу сделать их все! Конечно, я также могу изобразить маленького мальчика или дядю!

Сюй Жэньдун выразил своё искреннее восхищение.

Коала Соус сказал:

– Ладно, иди в уборную! Представление вот-вот начнётся.

Сюй Жэньдун вошёл в мужской туалет и огляделся. Он обнаружил ряд… красочных людей, стоящих перед писсуаром. Красочной была не только одежда на теле, но и их волосы. Были даже флуоресцентные цвета. Он вдруг почувствовал, что он неуместен среди них, и ему стало немного неловко идти с ними в туалет. Тем не менее, он не мог сдержать позыва, поэтому мог только стиснуть зубы и подойти к писсуару.

Слева от него была женщина… мальчик в окровавленной форме врача. Справа от него был мужчина в синем цельном купальнике.

…Подождите, купальник?! Тогда внизу не было этого…

Сюй Жэньдун не мог не бросить взгляд вправо. Он увидел, как старший брат дёрнул в сторону промежность своего купальника, и неторопливо достал великолепного «младшего брата».

…Ладно, теперь я понимаю логику, но почему он такой большой!

Сюй Жэньдун был так потрясён, что забыл, что всё ещё мочится. Он наблюдал, как мужчина по соседству решил свою физическую проблему, и быстро спрятал «младшего брата». Он тщательно поправил нижнюю часть купальника. Сюй Жэньдун тупо уставился на «младшего брата», исчезнувшего в купальнике. Внешний вид был ровным и гладким, без следов фотошопа!

Эм… Где пряталась эта штука?!

Заметив взгляд Сюй Жэньдуна, мужчина в купальнике подмигнул ему, а затем вдруг сказал энергичным баритоном:

– Младший брат, на что ты смотришь?

Сюй Жэньдун: «?????!!!»

Его три взгляда были серьёзно оспорены.

Только когда мужчина в купальнике со смехом вышел из туалета, Сюй Жэньдун понял, что всё ещё стоит перед писсуаром в оцепенении. Он тут же покраснел и поспешил вымыть руки, а также лицо, пока был там. Только тогда он едва восстановил самообладание и вышел из уборной.

Однако, как только он вышел, то увидел, что мужчина в купальнике и Коала Соус болтают и смеются. Мужчина в купальнике поднял два пальца и показал длину более десяти сантиметров. Коала-тян удивлённо прикрыла рот, усмехнулась и посмотрела в сторону туалета. Она случайно встретила взгляд Сюй Жэньдуна, и Соус Коала сразу же показала многозначительную улыбку.

Сюй Жэньдун: «……»

Хотя он и не знал, о чём они говорили, ему было очень неловко…

К счастью, мужчина в купальнике вскоре ушёл, и смущение Сюй Жэньдуна постепенно уменьшилось. На обратном пути на сцену Коала Соус вдруг сказала:

– А-Цяо – нежный и внимательный парень, который заботится о чувствах других людей.

Сюй Жэньдун кивнул и сказал:

– Да, у него очень хороший характер… Но почему ты вдруг это говоришь?

Коала Соус хитро улыбнулась:

– Тебе нужно давать ему больше витаминов, иначе уголки его рта легко треснут. Хе-хе-хе.

Сюй Жэньдун: «???»

Он вообще не понимал, о чём они говорят.

Спираль смерти [BL] Глава 50. Брат, я красивый?

Глава 50. Брат, я красивый?

Когда Сюй Жэньдун занял своё место, представление только началось. Выступление Лянь Цяо начиналось после демонстраций двух игр. Сюй Жэньдун не понимал содержания этих игр. Его внимание полностью отвлекла Коала Соус, которая возбуждённо кричала рядом с ним. Напротив, Вэйлан был слишком тихим. Даже когда демонстрация достигла самого захватывающего момента, он лишь слегка улыбнулся. Он был совершенно похож на даму из зажиточной семьи.

Подождите, он же не девушка?!

Сюй Жэньдун посмотрел на Вэйлана с затянувшимся страхом и подтвердил существование адамова яблока. Каким-то образом он почувствовал сложное настроение, одновременно и утешительное, и разочарованное.

Наконец настала очередь Лянь Цяо продолжать. Персонал быстро выбежал на сцену и расставил простые декорации в традиционном китайском стиле. Когда Сюй Жэньдун посмотрел на него со стороны, он выглядел просто как цветной картон и не казался реалистичным. Однако публика в зале вдруг заволновалась.

– А-а-а-а-а-цяо-а!

– Наконец-то очередь А-Цяо!

– FML, мой телефон разряжается! У кого есть зарядка? Одолжите мне её быстро!

Аудитория лихорадочно шепталась и разговаривала. На большой сцене экран внезапно почернел, и публика замолчала. Сюй Жэньдун задумался, произошёл ли несчастный случай в прямом эфире. Внезапно на экране появилось великолепное название: [Сунь Цюань, Император]

В то же время из-за занавески прозвучала страстная нота. Это было похоже на острую стрелу, вылетевшую из воздуха!

Всего лишь название и нота заставили аудиторию в очередной раз заволноваться. Крики один за другим стихийно раздавались в зале. Все взволнованно смотрели на сцену, задаваясь вопросом, где же появится Лянь Цяо.

Выступление скрипки не прекращалось. Мощная мелодия выстрелила прямо из инструмента в барабанные перепонки слушателей. Каждая нота будоражила их нервы, и атмосфера внезапно воспламенялась. Наконец, под пристальным вниманием публики, Лянь Цяо медленно вышел из-за сцены, играя на скрипке.

Он был одет в серо-голубую форму, а бронепластина на его груди выглядела очень лёгкой и не мешала его игре. На макушке у него был лилово-серый парик, закрученный в два маленьких пучка, похожих на маленькие бантики-бабочки. Несколько прядей длинных волос свисали ему на грудь, контрастируя с синими доспехами, и волосы мягко и ритмично покачивались при движении его смычка.

Одновременно на большом экране позади Лянь Цяо проигрывалась анимация MV. Поскольку экран MV продолжал мигать, Сюй Жэньдун постепенно понял, что эта песня была о Сунь Цюань в период Троецарствия, и именно Сунь Цюаня косплеил Лянь Цяо.

Это был… костюм древнего периода, верно? Играть на скрипке в старинном костюме? Это как-то странно.

Однако публика вокруг него явно так не думала. Все поднимали предметы в руках и трясли ими под мелодию. Мобильные телефоны, постеры, куклы… на заднем ряду была даже игровая приставка. Движения были аккуратными и чёткими, как будто они были отрепетированы. Сюй Жэньдун почувствовал, что узнал эту сцену, и вскоре вспомнил, о, это называется «поддержка фанатов».

Глядя на Коалу Соус и Вэйлана рядом с ним, у одной были блестящие глаза, и она плакала от волнения, другой держал в руках мобильный телефон во время записи. На первый взгляд он выглядел спокойным, но две его ноги под столом не контролировались и отстукивали как сумасшедшие.

…Это красиво?

Хотя Сюй Жэньдун чувствовал, что Лянь Цяо очень хорошо играет на скрипке, он всё ещё был далек от того, чтобы прикасаться к людям так, чтобы они плакали.

Тем не менее, нельзя было отрицать, что песня была полна ритма, а мелодия – очень запоминающейся. Кроме того, угол обзора экрана MV неоднократно переключался, вызывая у людей очень страстные чувства. Игра на скрипке Лянь Цяо привнесла в сцену совершенно новое ощущение. Смычок в его руке, казалось, вызывал эмоции у публики и доводил атмосферу до кульминации.

Тело Лянь Цяо слегка дрожало в такт ритму, и глаза Сюй Жэньдуна не могли не следить за движением его скрипичного смычка. Другие слушали песню и смотрели клип, но Сюй Жэньдун внезапно заметил, что осанка Лянь Цяо очень красивая. Его сильное запястье двигалось взад-вперёд, как только что натянутая ивовая ветка, мягкая, но в то же время цепкая. Смычок двигался свободно и аккуратно. Молодой человек стоял со скрипкой и смычком и был полон энтузиазма.

В этот момент он действительно казался молодым монархом на поле боя.

…Он выглядел хорошо.

Сюй Жэньдун бессознательно смотрел на запястье Лянь Цяо до конца выступления, когда смычок скрипки протянул последнюю ноту, и юноша медленно опустил руку. В зале сразу же раздались аплодисменты!

Среди бурных аплодисментов Лянь Цяо поднял голову и внезапно посмотрел на него.

Лянь Цяо был похож на человека, который только что закончил играть в баскетбол. Его грудь вздымалась и опускалась, он слегка задыхался, но его глаза блестели. Взгляд юноши скользнул по бесчисленным зрителям, по взрывающемуся воздуху в зале, по всему шуму и суматохе, и неуклонно встретился взглядом с Сюй Жэньдуном. С глазами, которые не могли скрыть своего волнения, уголки его рта были слегка приподняты, грудь продолжала волноваться, а затем он гордо и молча сказал Сюй Жэньдуну: «Сделай мне комплимент».

Очевидно, что Лянь Цяо был тем, кто стоял в центре сцены и привлекал всеобщее внимание, но выражение его глаз заставило Сюй Жэньдуна почувствовать, что прожектор вместо этого был сфокусирован на нём.

Сюй Жэньдун посмотрел на его улыбающееся лицо и не мог не улыбнуться в ответ. Спектакль успешно завершился, и он искренне порадовался за Лянь Цяо. Он даже чувствовал себя немного гордым. Однако, прежде чем эта радость смогла продолжить брожение, перед глазами Сюй Жэньдуна внезапно вспыхнула сцена.

В этой сцене Лянь Цяо сидел на нём сверху, обеими руками нажимая на его плечи, прижимая его к земле. Лянь Цяо посмотрел на него сверху вниз, и его глаза были полны намерения убить.

В следующую секунду в руке Лянь Цяо появился кинжал. Он сжал оружие обеими руками, высоко поднял его, а затем воткнул вниз!

Острое лезвие пронзило грудь Сюй Жэньдуна. Появилась острая боль, а затем предсмертное давление распространилось по всей груди. Он даже чувствовал, как разрывается его сердце, когда оно отчаянно билось о лезвие.

Эта сцена пронеслась перед его глазами. Когда Сюй Жэньдун пришёл в себя, то обнаружил, что всё ещё находится под сценой. На сцене не было Лянь Цяо, его заменили ведущий мероприятия и двое других гостей.

Сюй Жэньдун задыхался от шока и прижал руку к сердцу.

Что только что произошло? Что я только что увидел?

Коала Соус внезапно повернулась и улыбнулась:

– Лянь Цяо пошёл в раздевалку, чтобы переодеться! Он хочет, чтобы ты отправился за кулисы, чтобы найти его, и сказал, что хочет продолжать исследовать окрестности вместе.

По пути в раздевалку Сюй Жэньдун продолжал думать о сцене, которую только что видел. Было ясно, что Лянь Цяо убил его собственными руками. Он также не колебался и не грустил, когда делал это. Вспомнив сильное намерение убийства в глазах Лянь Цяо, Сюй Жэньдун даже сейчас почувствовал холод.

Он не верил, что Лянь Цяо сделает такое, но тогда зачем ему видеть такую сцену?

Сюй Жэньдун подавил свои сомнения, постучал в дверь и вошёл в раздевалку.

– Брат Жэньдун, ты здесь!

Лянь Цяо всё ещё был одет в эту старинную военную форму и подбежал, выглядя как маленький терракотовый воин. Раздевалка была небольшой и была отделена от зала пластиковыми панелями. Её должны были временно построить для нужд выставки. Помещение было маленьким, но зеркала, туалетные столики, столы и стулья и даже умывальники были в наличии. В это время на диване было свалено несколько костюмов для косплея. Сюй Жэньдуну негде было сесть, поэтому ему пришлось стоять у двери.

– Почему ты ещё не переоделся? – спросил Сюй Жэньдун.

– Сзади у этих доспехов есть завязанный ремешок. Я не могу развязать его сам, – Лянь Цяо повернулся и показал спину. – Можешь мне помочь?

Эта сцена внезапно снова возникла перед глазами Сюй Жэньдуна: холодные глаза Лянь Цяо, когда тот убил его. Теперь, глядя на спину Лянь Цяо, он вдруг подумал: «Было бы легко убить его прямо сейчас, когда он потерял бдительность…».

Сюй Жэньдун был ошеломлён своими мыслями. Он заставил себя перестать думать об этом и потянулся, чтобы найти ремешок с узлами в доспехах Лянь Цяо.

Внутри брони было жарко. Сюй Жэньдун какое-то время трогал её, но не смог найти ремешок. Он сказал:

– Перестань двигаться, я не могу найти.

Лянь Цяо выдавил из себя улыбку и сказал:

– Но я так чешусь… Извини, мне особенно щекотно, хахахахахахаха…

Чем больше Лянь Цяо смеялся, тем сильнее чувствовал зуд. Его тело настолько чувствительно, что он практически не мог ни к чему прикоснуться. Он смеялся и отодвигался, когда Сюй Жэньдун касался его. Сюй Жэньдун был раздражён и, протянув руку, прикрыл рот Лянь Цяо и сердито посмотрел на него.

– Прекрати смеяться!

В то же время он воспользовался возможностью пошарить на спине Лянь Цяо.

Рот Лянь Цяо был закрыт. Его глаза широко раскрылись, а щёки покраснели. Хотя он сам взял на себя инициативу попросить Сюй Жэньдуна о помощи, но не ожидал, что всё пойдёт так. Он был почти в руках Сюй Жэньдуна, и его рот был закрыт, как будто его собирались заставить что-то сделать…

Лянь Цяо был так взволнован, что его глаза сверкнули: Быстрее! Сделай это! Не жалей меня, ведь я нежный цветок!

Сделай это! Используйте силу! Быстро! Сейчас!

Однако сцены из десяти тысяч слов, заполнивших его мозг, не произошло, и Сюй Жэньдун быстро нашёл ремешок. Он перестал закрывать рот Лянь Цяо и потянулся обеими руками, чтобы развязать узел. Физический контакт между ними был мгновенно сведён к минимуму.

Лянь Цяо: Инъинъинъинъ, разочарован.

Желая быть пронзённым смертоносным оружием. Лянь Цяо не знал, что Сюй Жэньдун, стоявший сзади, также сдерживал желание использовать смертоносное оружие.

Просто у этих двух людей разные определения слова «оружие»…

К счастью, броня ослабла, и Сюй Жэньдун смог легко развязать ремешки. Он поднял доспехи, и Лянь Цяо сжал шею. Броню сняли.

– Хорошо, – Сюй Жэньдун вздохнул с облегчением и сел на диван. Только тогда он обнаружил, что Лянь Цяо всё ещё носил сложную форму под доспехами. Рубаха очень плотно прилегала к телу и была расшита узорами из тёмного золота. Несмотря на то, что когда Лянь Цяо носил доспехи, эти изысканные вышивки были полностью скрыты и были совершенно невидимы для публики, когда он выступал на сцене. Однако даже при этом люди, которые делали костюм, всё равно тщательно вышивали эти узоры, как будто этот костюм не реквизит для косплея, а настоящая униформа.

Он вспомнил, что этот костюм и реквизит подготовила Вэйлан. Парень выглядел тихим и неприметным, и не ожидал, что тот приложит столько усилий для изготовления костюма.

Сюй Жэньдун ошеломлённо уставился на узор на рубахе. Лянь Цяо наклонил голову, чтобы посмотреть на него, и в уголках его рта внезапно появилась ухмылка.

Он вытянул пальцы, поднял подбородок Сюй Жэньдуна и сказал с улыбкой:

– Брат~ Цюань-эр красивый~? (Цюань-эр – милое прозвище для Сунь Цюаня, персонажа, которого косплеит Лянь Цяо)

Сюй Жэньдун посмотрел на Лянь Цяо и был внезапно удивлён, увидев, что глаза Лянь Цяо были зелёными. Он быстро понял, что тот носит косметические контактные линзы, но эти глаза были такими красивыми, словно какой-то драгоценный минерал, одновременно сияющими и ослепляющими.

Его внимание полностью привлекли эти глаза, он долгое время безучастно смотрел на Лянь Цяо. Так что, придя в себя, слегка покраснел от смущения.

Лянь Цяо всё ещё смотрел на него с улыбкой, словно ожидая ответа. Сюй Жэньдун только что вспомнил, что Лянь Цяо, казалось, сказал что-то вроде «Цюань-эр красивый?» Подождите, это «Цюань-эр» относится к Сунь Цюаню из песни «Сунь Цюань, Император»?

Сюй Жэньдун внезапно понял. Снова взглянув на Лянь Цяо, он наконец увидел след ожидания на лице Лянь Цяо.

Ждал ли Лянь Цяо, чтобы он начал сотрудничать и что-то с ним разыграл?..

Но он не знал, что делать дальше.

Сюй Жэньдун принял решительное решение и достал свой телефон, чтобы найти Baidu. Когда Лянь Цяо увидел это, он был ошеломлён, и у него появилось плохое предчувствие. Сразу после этого Сюй Жэньдун посмотрел на свой телефон и начал читать тихим голосом.

– Я улыбнулся и начал танцевать, прямо как куртизанки из публичного дома. Мои шаги лёгкими шагами кружили по комнате. Каждый миг, каждый взгляд был наполнен очарованием…

Выражение лица Лянь Цяо мгновенно изменилось.

Сюй Жэньдун посчитал это предложение немного странным. Он подозрительно взглянул на Лянь Цяо, но продолжал читать:

– Когда я танцевал, я начал снимать одежду, и, наконец, остался только один предмет одежды, который едва прикрывал мои бедра. На последнем вращении я сел на колени к старшему брату. Я улыбнулся и обнял своего брата за шею…

Лянь Цяо бросился вперёд:

– А-а-а, не читай!

Однако было уже слишком поздно, и Сюй Жэньдун мягко произнёс последние слова:

– Брат, Цюань-эр красивый?

Лянь Цяо мгновенно рухнул. Он закрыл лицо и опустился на колени перед Сюй Жэньдуном.

Сюй Жэньдун посмотрел на Лянь Цяо. Минуту назад Лянь Цяо всё ещё цеплял его за подбородок и снисходительно смотрел на него сверху вниз, но сейчас он стоит на коленях на полу, слишком смущённый, чтобы встать. Это действительно поворот событий.

Сюй Жэньдун также не собирался запугивать его. Чтобы развеять смущение, Сюй Жэньдун взял на себя инициативу и сказал:

– Значит, тебе действительно нравится читать такие романы.

Лянь Цяо:

– Ин!

Весь человек вдруг свернулся, как червяк!

Сюй Жэньдун увидел, что ситуация неправильная. Понимая, что сказал что-то не то, он кашлянул:

– Извини, я не должен небрежно судить о твоих предпочтениях в чтении… Я записал название книги и внимательно прочитаю, когда вернусь…

Лянь Цяо:

– А-а-а-а!

Червяк начал кататься по полу, держась за голову!

Сюй Жэньдун: «……» Он совершенно не знал, что делать.

Лянь Цяо закрыл лицо и кричал, катаясь по полу. Он даже врезался в диван и стол. Некоторое время сцена была очень хаотичной. Сюй Жэньдун осторожно убрал ноги к дивану, чтобы случайно не навредить Лянь Цяо.

Лянь Цяо десять минут катался и, наконец, остановился, обессиленный. Он лежал на полу, тяжело дыша, с красными глазами, печально глядя на Сюй Жэньдуна. В то же время дверь раздевалки внезапно открылась, и вошли Коала Соус и Вэйлан, разговаривая и смеясь. Они увидели, как Лянь Цяо лежит на полу, задыхаясь, и замерли, потрясённые.

Сюй Жэньдун взял на себя инициативу, чтобы объяснить:

– Это так, только что он…

– А-а-а! – Внезапно начался новый виток акробатики!

Сюй Жэньдун, Соус Коала и Вэйлан: «???»

Ещё через десять минут они наконец поняли, что только что произошло. Лянь Цяо жевал рукав и чувствовал себя обиженным. Коала Соус рассмеялась и похлопала его по плечу, чтобы утешить. Сюй Жэньдун сказал, что выйдет на улицу, чтобы подышать свежим воздухом. Вэйлан тщательно разобрал доспехи и рубашку, которые снял Лянь Цяо, и терпеливо стряхнул с них пыль.

Он отложил свою изысканную одежду, затем достал из чемодана кожаный хлыст и мрачно посмотрел на Лянь Цяо.

– Это уважительная причина, чтобы испачкать одежду?

Спираль смерти [BL] Глава 51. Бабочки в животе (1)

Глава 51. Бабочки в животе (1)

Выставка подошла к успешному завершению, но после этого Сюй Жэньдун не мог не думать о сцене, в которой Лянь Цяо убивает его. Он не знал, что с ним не так. Была ли это иллюзия стресса, вызванная слишком большим беспокойством, или это действительно произошло между ним и Лянь Цяо?

Верно, когда он был в мире матрёшек, он действительно с подозрением относился к Лянь Цяо в начале, потому что Лянь Цяо мог каждый раз точно находить всех кукол, как если бы читал сценарий. В то время он убеждал себя в обратном, рассуждая, что «Лянь Цяо хорошо играл в игры», но теперь, когда он думает об этом, это всё ещё кажется немного необъяснимым.

В конце концов, кто в здравом уме станет относиться к таким вещам как к игре, когда впервые столкнётся с ними? Это был ужасающий мир, который действительно мог убить людей.

Что было более подозрительным, так это два разных состояния бытия, между которыми Лянь Цяо переключался туда и обратно, сталкиваясь с призраками. В один момент он был так напуган, что икал и дрожал, но в следующий момент мог взять лом и сразиться с призраком. Эти два состояния бытия были совершенно разными и отделёнными друг от друга.

И даже если бы за ним гнался призрак, и даже если бы его глаза были закрыты, Лянь Цяо мог точно найти правильный путь в снегу. Он мог даже устроить ловушку для призрака на пути. Так может ли его так называемый страх быть только чем-то, что он выдумал? Иначе как могло случиться, что он не сделал ни одного неверного шага?

В общем, в Лянь Цяо слишком много подозрительного.

Однако в самом начале именно Сюй Жэньдун спас самого Лянь Цяо. Если бы он ничего не сделал, Лянь Цяо был бы трагически убит Братом Кувалдой.

Не то чтобы он думал, что Лянь Цяо должен быть благодарен ему за это и поэтому никогда не должен его предавать. Просто…

Как он мог это выразить? Это было похоже на птицу, которую он собственноручно вынул из гнезда. Так что, несмотря ни на что, он будет испытывать к ней привязанность. Даже если птица клюнет его, он не сможет ударить её насмерть.

…Но что, если он спас не маленькую птичку, а замёрзшую змею?

Вспоминая убийственный взгляд Лянь Цяо, когда тот держал кинжал в руках, Сюй Жэньдун не мог не почувствовать холодок в глубине своего сердца.

Так что же ему теперь делать?

Его противоречивое настроение длилось долго, но Сюй Жэньдун всё ещё не мог найти ответа в своём сердце, поэтому в эти дни подсознательно избегал Лянь Цяо и оставался в компании, чтобы работать сверхурочно как можно больше. В глазах коллег по офису Сюй Жэньдун внезапно снова превратился в айсберг. Не думайте вместе заказывать чай с шариками, он даже взял бы свой обед и съел бы его в одиночестве на лестничной площадке. Все начали с подозрением смотреть на Лю Цзяци, задаваясь вопросом, не произошло ли что-то между ними.

Лю Цзяци: Это не я! Я ничего не сделала!

Вскоре снова наступила пятница. Работы было немного, и все коллеги Сюй Жэньдуна болтали о том, куда они планируют пойти на выходные. Сюй Жэньдун чувствовал, что не может вписаться в эту атмосферу, поэтому вернулся домой пораньше.

Дома было очень душно. Он открыл окна, ослабил галстук и сел на диван с закрытыми глазами. Летом цикады громко стрекотали, и звук был хриплым и безжалостным. Сюй Жэньдун облокотился на диван и постепенно заснул. Когда проснулся, небо снаружи было ещё ярким. Он посмотрел на время, было шесть часов вечера. Прошло всего около двадцати минут с тех пор, как он пришёл домой и сел.

Он спал всего двадцать минут? Он думал, что дольше…

Сюй Жэньдун чувствовал себя энергичным. Он встал и двинулся. Внезапно он почувствовал, что что-то не так.

Слишком тихо и нет ни звука. Где стрекот цикад?

Сильное беспокойство ударило его, как тяжёлый молот. Его сердце колотилось, пока он не подошёл к окну, не выглянул наружу и, наконец, не убедился, что его страхи стали реальностью.

Движение на дороге остановилось.

На лицах людей сохранилось то же выражение, что и до того, как время застыло. Одни смеялись, другие раздражались, но стояли неподвижно, как образцы, прикреплённые к доске. Чем более жизненными были их выражения, тем более странными они выглядели сейчас в этом натюрмортном мире. Казалось, что все превратились в манекены, и эти манекены стояли так, будто могли двинуться в следующую секунду.

Сюй Жэньдун услышал, как его дыхание постепенно участилось. Он медленно обернулся и, наконец, неохотно посмотрел на серебристо-белый лифт в углу гостиной.

Разве Лянь Цяо не сказал, что следующий инстанс будет через месяц? Тогда как…

Правильно, кажется, прошёл месяц.

Несколько дней назад Лянь Цяо напомнил ему, что почти пришло время войти в следующий инстанс. Но он ответил не сразу. Он не понял, как встретиться с Лянь Цяо, поэтому дело было отложено.

В это время перед ним действительно появился лифт, и Сюй Жэньдун внезапно запаниковал. Что ему делать, если Лянь Цяо не окажется рядом?

Он не беспокоился, что не сможет пройти инстанс без Лянь Цяо. Для него, если он умрёт ещё несколько раз, он в конце концов найдёт выход. А как же Лянь Цяо?!

Сюй Жэньдун немедленно подбежал к двери и попытался повернуть дверную ручку, но дверная ручка была похожа на поддельную пластиковую игрушку и повернуть её было невозможно. Он снова достал свой телефон, чтобы позвонить Лянь Цяо, и вскоре, к своему отчаянию, обнаружил, что нет сигнала.

Что он мог сделать? Лянь Цяо и он не войдут в один и тот же мир, и Лянь Цяо может умереть там!

Хотя он подозревал Лянь Цяо, он никогда не думал о смерти Лянь Цяо!

В этот момент внутренняя паника Сюй Жэньдуна сменилась сожалением. Он глубоко обвинил себя и с силой ударил рукой по защитной двери, и она издала чёткий стук. Было ясно, что это был звук не самой защитной двери, а невидимой воздушной стены. Воздушная стена полностью изолировала его от внешнего мира. Он не мог выбраться, а Лянь Цяо не мог войти.

Время остановилось, и он был заключён здесь. Единственное, что он может сделать, это войти в свой лифт.

У него нет возможности вмешиваться в мир Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун глубоко вздохнул и заставил себя успокоиться. Прямо сейчас он мог только надеяться, что Лянь Цяо сможет выжить в своём мире.

Чувствуя себя почти онемевшим, Сюй Жэньдун подошёл к лифту. Он потянулся, чтобы нажать кнопку. Серебристо-белая кнопка загорелась, и вскоре лифт издал звук «дзинь». Перед ним открылась серебристо-белая металлическая дверь.

Как только он собирался войти в лифт, краем глаза он вдруг мельком увидел рюкзак под журнальным столиком.

Подождите, разве это не…

Сюй Жэньдун тут же убрал поднятую ногу, повернулся и побежал к журнальному столику. Это была большая альпинистская сумка с выпуклыми отделениями, но она не была тяжёлой.

Это был рюкзак, который приготовил для него Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун с лязгом расстегнул молнию и увидел, что в ней полно еды, сухих пайков, закусок, воды и даже маленькой бутылочки Lao Gan Ma (китайский соус чили). В другом отсеке – швейцарский армейский нож, фонарик, медный ключ неизвестного назначения и…

Глазное яблоко Ламии!

Сюй Жэньдун протянул руку, порылся в отделении и, наконец, схватил глазное яблоко. Наконец он почувствовал себя непринуждённо: это показало, что другое глазное яблоко было с Лянь Цяо и что они могли контактировать друг с другом!

Сюй Жэньдун немедленно вставил его в свой глаз. После короткого периода дискомфорта зрение обоих глаз разделилось на два. С одной стороны была гостиная квартиры, в которой он находился, а с другой стороны было темно, и он ничего не видел.

– Лянь Цяо? – Сюй Жэньдун попытался позвать его, но ответа не последовало.

Он немного поколебался, затем снова взял рюкзак и вошёл в лифт. Двери лифта закрылись за ним, и лифт быстро двинулся вверх, производя лёгкую вибрацию.

Чёрное зрение левого глаза дрогнуло, и вскоре появился такой же серебристо-белый лифт.

– Лянь Цяо! – Сюй Жэньдун был вне себя от радости. Тот факт, что глазное яблоко только что не отреагировало, объяснялся тем, что время остановилось. Прежде чем он вошёл в лифт, его время остановилось, поэтому Лянь Цяо снаружи тоже застыл. Но как только они вошли в мир призраков и монстров, они снова попали в одну временную шкалу.

Поле зрения левого глаза поворачивалось, как будто наблюдая за лифтом. Сюй Жэньдун некоторое время терпеливо ждал, но Лянь Цяо по-прежнему молчал. Он подумал, что это странно, и попытался снова позвать его, но Лянь Цяо промолчал.

Плохая мысль зародилась в сердце Сюй Жэньдуна. Прежде чем он успел проверить свою догадку, в левое поле зрения попала альпинистская сумка. Лянь Цяо расстегнул молнию сумки, достал телефон и быстро ткнул пальцами в строку на экране.

[Брат Жэньдун, к счастью, ты взял свой рюкзак! Ты слышишь меня?]

Сердце Сюй Жэньдуна упало, и он подумал: «Как я и предполагал». Он вздохнул, достал телефон и набрал, чтобы ответить: [Я тебя не слышу.]

[Лянь Цяо: Всё кончено. Как и ожидалось, мы можем делиться только видением, а не звуком]. В конце также был разочарованный смайлик.

Когда Сюй Жэньдун увидел этот смайлик, расстроенное лицо Лянь Цяо ярко появилось перед ним. Его настроение внезапно улучшилось.

Через глазные яблоки Ламии ось времени двух призрачных миров может быть соединена вместе. В этом случае, как только время на его стороне будет сброшено, даже время на стороне Лянь Цяо будет сброшено.

Сюй Жэньдун постепенно восстановил душевное равновесие. Он успокоился, поднял голову и увидел, как из ниоткуда перед ним возникли слова: «Бабочки в животе».

Это была подсказка на этот раз.

В то же время он увидел подсказку от Лянь Цяо: «Skeleton in the cupboard».

«Скелет в шкафу?» Что это обозначает?

Сюй Жэньдун почувствовал, как видение слева дрожит. Лянь Цяо выглядел очень взволнованным. Он быстро набрал на телефоне пальцами: [Скелет в шкафу! Я узнал об этом из статьи в третьем томе «Новых понятий»!]

[Сюй Жэньдун: ?]

[Лянь Цяо:  Это значит, что в шкафу вроде бы нормальной семьи спрятан скелет. Это английская идиома, а расширенное значение – «уродливые семейные секреты, о которых не знают посторонние».]

Лянь Цяо открыл на своём телефоне приложение «Энциклопедия» и начал искать «Бабочки в животе». Вскоре перед Сюй Жэньдуном появились результаты поиска.

[Бабочки в животе (butterflies in one's stomach): относится к ощущению взмаха крыльев бабочки внутри живота. Оно описывает постоянное чувство страха, напряжения и беспокойства. Использование похоже на китайские «семь подъемов и восемь падений» и «крайне непросто». Его также можно использовать для описания чувства учащённого сердцебиения, когда сердце ускоряется.]

Прочитав это объяснение, они одновременно задумались.

Хотя «скелет в шкафу» Лянь Цяо звучал ужасно, с сенсорной точки зрения «бабочки в животе» Сюй Жэньдуна казались ещё более неудобными. Один лишь взгляд на эти слова может восполнить ощущение бабочки, хлопающей крыльями в животе и взбалтывающей желудочный сок. Сюй Жэньдун даже почувствовал зуд в животе, как будто бабочка действительно вот-вот вылетит из его горла.

В то же время металлическая дверь перед ним издала звук «дзинь». Дверь открылась.

За дверью был мрачный переулок, земля была усеяна мусором. Из мусорных мешков вытекала грязная чёрная вода, летали мухи и в воздухе стоял кисловатый запах. Над его головой было серое небо, которое было очень хмурым и наводило на людей тоску.

В левом поле зрения Лянь Цяо стоял перед великолепным старинным готическим замком. Замок стоял на краю пустоши, а за ним был утёс в десять тысяч футов. Под утёсом было море, и тёмно-серая вода плескалась о скалу. Казалось, что весь замок вот-вот рухнет.

Глядя на это сейчас, ни одна из сторон не выглядела лучше другой.

Несмотря на это, они должны были продолжать двигаться вперед. Сюй Жэньдун глубоко вздохнул и напечатал: [Начали.]

Видение слева внезапно быстро задвигалось вверх и вниз.

Поля зрения левого и правого глаза различались. Это чувство диссонанса усугубляло чувство головокружения. Сюй Жэньдун почувствовал себя нехорошо, и его почти вырвало. Он быстро понял, что это Лянь Цяо кивал.

Поэтому он выбрал самый быстрый способ сообщить Лянь Цяо: он также энергично кивнул.

Через две секунды поле зрения левого глаза переключилось на землю. Сразу после этого на земле появилась масса рвоты.

Сюй Жэньдун: «……» Почему тебя сразу вырвало?

В следующую секунду в левом глазу появилась ладонь, быстро увеличивающаяся в масштабе и закрывшая поле зрения. Левый глаз стал тёмным.

Сюй Жэньдун: «……»

Лянь Цяо был очень внимателен.

____________________

Автору есть что сказать:

В прошлой главе многие люди спрашивали, почему Лянь Цяо воображал себя тем, в кого проникают.

Поскольку Жэньдун стоит позади него, Лянь Цяо никак не может представить себя изгибающимся на 360 градусов, чтобы отыметь Жэньдуна, ахахахахахахаха.

Кроме того, автор действительно хорош в блокировке.

Спираль смерти [BL] Глава 52. Бабочки в животе (2)

Глава 52. Бабочки в животе (2)

Сюй Жэньдун вышел из лифта в тёмный и узкий переулок. В воздухе витал отвратительный смрад, похожий на запах гниения, смешанный с горящими углями. Он зажал нос, вышел из переулка и оказался на улице, по которой взад и вперёд сновали люди. На улице располагались всевозможные магазины, и разносчики толкали по дороге маленькие тележки для продажи.

Вокруг него ходили светловолосые голубоглазые иностранцы, одетые в старинные костюмы в британском стиле.

Продавцы были в рубашках и жилетах, а джентльмены в цилиндрах и смокингах. Дамы носили всевозможные длинные платья и аккуратно придерживали юбки, чтобы грязная вода с земли не забрызгала их.

Сюй Жэньдун заметил, что вывески магазинов с обеих сторон были написаны цветистым английским языком. Вдалеке слышался рёв огромной паровой турбины, а сверху клубился чёрный дым. Кажется, что мир на этот раз был установлен в Британии во время промышленной революции.

Но был ли это на самом деле открытый мир?

В то же время Лянь Цяо с точки зрения левого глаза уже начал двигаться к замку на своей стороне.

Сюй Жэньдун раздумывал, куда ему идти дальше, и вскоре услышал крики позади себя.

– Эй! Ты только что сошёл с корабля, верно? Не бегай сам по себе, не отставай от меня!

Китайский язык?

Сюй Жэньдун удивлённо посмотрел в сторону голоса и обнаружил, что в какой-то момент на улице появилась группа китайцев. Тот, кто был впереди, как раз сейчас разговаривал с ним. Это был молодой человек в берете, и выражение его лица было немного нетерпеливым. Он подошёл к Сюй Жэньдуну и недовольно сказал:

– Что ты бегаешь! Поторопись и следуй за мной в общежитие фабрики!

Фабрика…? Похоже, что на этот раз сеттингом были китайские рабочие, которые путешествовали на пароме в Великобританию в поисках работы.

За мужчиной стояла дюжина мужчин и женщин с разной внешностью, однако все они были одеты в современную одежду, так что на этот раз они, вероятно, были его товарищами по команде. Сюй Жэньдун присоединился к группе и пошёл за мужчиной в берете.

– Сколько инстансов ты прошёл? – Кто-то из команды заговорил с ним, это был мужчина лет тридцати. Вид у него был обычный, такой, которого не узнать в толпе. Он казался очень нежным и вежливым.

Лянь Цяо левым глазом вдруг напечатал на телефоне два слова: «Опытный игрок».

Сюй Жэньдун спокойно посмотрел на человека перед собой и осторожно ответил:

– Это мой третий раз. А у тебя?

– У меня тоже, – сказав это, он улыбнулся Сюй Жэньдуну. – Ты выглядишь очень нервным. Расслабься, этот инстанс не будет слишком сложным.

Сюй Жэньдун был немного удивлён:

– Откуда ты знаешь?

Мужчина объяснил:

– Это видно по количеству людей в нашей команде. Сложность инстанса зависит от количества людей. На этот раз всего десять человек, так что это не должно быть слишком сложно.

Сюй Жэньдун тайком подсчитал количество товарищей по команде, и, как сказал мужчина, не считая человека в берете, который их вёл, в общей сложности было пять мужчин и пять женщин. Было ровно десять человек. Пятеро из них выглядели расстроенными, и их выражение лица показывало, что они не понимают, что происходит. С первого взгляда можно было сказать, что это новички.

Лянь Цяо в видении левым глазом напечатал строку: «Этот человек определённо хочет заключить с тобой союз».

Поскольку присутствовали другие люди, Сюй Жэньдун не мог достать свой телефон, чтобы напечатать ответ, поэтому он мог только слегка кивнуть, чтобы показать, что согласен.

В этот момент мужчина как будто что-то вдруг заметил. На его лице мелькнул намёк на удивление:

– Твои глаза…?

Сюй Жэньдун подсознательно закрыл левый глаз рукой. Он сказал нарочито спокойно:

– Ты имеешь в виду это? Это врождённая деформация, которая у меня с рождения. Извини, если это тебя пугает.

– Нет, я должен извиниться. Я был слишком напорист, прости, – мужчина в джентльменской манере извинился и обеспокоенно спросил: – Это влияет на твоё зрение?

Сюй Жэньдун сказал:

– Не влияет… – подумав, он добавил: – Немного влияет, но я к этому привык.

– Это хорошо, – мужчина, казалось, почувствовал облегчение: – Если у тебя есть физический дефект, тебе будет сложнее найти кого-то, с кем можно заключить союз.

– О, это так?

Мужчина серьёзно посмотрел ему в глаза, показывая искреннее выражение восхищения:

– Как красиво… Жаль.

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Он не привык, чтобы его так прямо хвалили за его внешность, и этот человек тоже был мужчиной. Сюй Жэньдун на мгновение не знал, что сказать, но его левый глаз сверкнул, а с другой стороны Лянь Цяо лихорадочно печатал.

[Не отвечай! Не отвечай! Не отвечай!!!]

Сюй Жэньдун: «……» Ты что, слышишь? Почему твоя реакция такая сильная?

После этого Сюй Жэньдун перестал разговаривать, и мужчина также не стал продолжать с ним разговор. Группа людей молча последовала за мужчиной в берете в общежитие. Игроки-ветераны обращали внимание на окружающую среду и отказывались упускать малейшую подсказку. Новички нервно дрожали, и казалось, были предупреждены об опасностях, с которыми им предстоит столкнуться.

По мере того как они шли, первоначальные шумные улицы постепенно исчезали и заменялись полуразрушенной сценой. Продавцы в ларьках исчезли, и по обеим сторонам улицы было разбросано несколько полуразрушенных домов, все ветхие. Это явно были трущобы.

Здание общежития находилось недалеко от входа в трущобы. Небольшое трёхэтажное здание, наружная стена выглядела очень ветхой, окна тоже были разбиты. Мужчина в берете завёл всех в комнату и велел  ждать на первом этаже, пока он пойдёт звать доктора. Сказав им это, он потопал на второй этаж.

В доме стоял затхлый запах, это говорит о том, что в нём давно не жили. Повсюду была пыль и паутина и практически некуда было пойти. Как только мужчина в берете ушёл, все тут же начали вполголоса болтать.

– Что означает приглашение инстанса на этот раз?

– Вы нашли какие-нибудь улики?

– Бабочки в животе звучат так отвратительно…

– NPC сказал, что собирается вызвать доктора? Зачем вызывать доктора?

Сюй Жэньдун осматривал планировку дома. Первый этаж этого общежития был вестибюлем. Кроме нескольких кривых столов, стульев и пыльной стойки администратора, больше ничего особенного не было.

[Лянь Цяо:  На стене висит настенный календарь с надписями. Не забудь проверить его. В ящике стола под стойкой может быть что-то. Электрический вентилятор на потолке кажется неустойчивым и может упасть в любой момент. Постарайся не попасть под вентилятор.]

…Значит, в глазах Лянь Цяо было так много вещей, на которые стоит обратить внимание? Видение профессиональных геймеров действительно отличается.

Пальцы Лянь Цяо всё ещё быстро печатали слова, Сюй Жэньдун воспользовался тем, что никто не обращал на него внимания, и тихо достал свой телефон: [Перестань сосредотачиваться на мне.]

[Лянь Цяо: О, хорошо. Позволь мне показать тебе окружающую среду ^^.]

Угол обзора изменился, и перед левым глазом предстала великолепная гостиная в средневековом стиле. Столы и стулья были сделаны из кожи, а на потолке висели огромные хрустальные люстры. Много людей собралось перед мужчиной, который был похож на дворецкого и, казалось, слушали его.

Это была внутренняя часть готического замка.

Сюй Жэньдун подсчитал количество товарищей по команде на стороне Лянь Цяо. Всего их было двадцать два, что вдвое больше, чем на его стороне. Это показало, что инстанс Лянь Цяо был намного сложнее, чем его.

Сюй Жэньдун напечатал Лянь Цяо: [Будь осторожен], но затем звук шагов на лестнице снова привлёк его внимание. Он увидел двух мужчин, спускающихся со второго этажу одного за другим. Мужчина в берете был лидером и радостно разговаривал с человеком позади него. Когда все увидели, во что был одет другой человек, все были ошеломлены.

Так называемый «доктор» носил не обычный белый халат, а белую монашескую рясу. К одеянию был прикреплён белый капюшон, а оба его запястья были обвязаны верёвками. На руках у него были длинные белые перчатки, предположительно для облегчения некоторых операций. Что более заметно, так это то, что на нём была маска с преувеличенным клювом. Клюв был острым и длинным, и казалось, что он может заколоть человека до смерти. За клювом были две тёмных линзы очков и было невозможно разглядеть, как выглядит человек за маской.

Все замолчали.

Лянь Цяо внезапно обрадовался и начал лихорадочно печатать: [Аааа! Чумной доктор! Это должно быть стимпанк!!! Я просто знал, что заводы, промышленная революция и доктора с птичьими клювами должны быть стимпанком!!! Аааааа, я тоже хочу попасть к тебе в инстанс! Я не хочу играть в замке. Это так мрачно и скучно!!!]

Сюй Жэньдун: «……»

Он попытался закатить глаза, чтобы предупредить Лянь Цяо успокоиться, но жаль, что тот, похоже, этого не понял. Он мог только игнорировать слова, исходящие из его левого глаза, и пытался сосредоточиться на правом глазу.

Мужчина в берете болтал и смеялся с Чумным доктором по-английски. Но когда повернул голову и посмотрел на всех, улыбка с его лица моментально исчезла. Затем он заговорил каким-то странным тоном.

– Далее доктор проведёт медицинский осмотр каждого из вас, чтобы убедиться, что вы не являетесь носителем этой проклятой чумы! А теперь выстройтесь по одному и подходите на эту сторону для осмотра!

НПС отдал приказ, и все послушно выстроились. Чумной доктор, держа в руках стетоскоп и маленький фонарик, осматривал всех по очереди. Он не проводил никаких чрезмерных обследований и, казалось, действительно просто проверял, есть ли у них какое-либо заболевание. Вскоре последний человек без проблем прошёл медицинский осмотр. Чумной доктор кивнул в знак одобрения, взял свой комплект для осмотра и вышел из общежития.

После осмотра мужчина в берете устроил всем комнаты и кровати и, сказав оставить багаж, вывел их на фабрику.

Фабрика располагалась в пригороде. К счастью, район трущоб уже находится на окраине города. От общежития до фабрики можно дойти всего за десять минут. Издалека все видели несколько труб, уходящих в облака и непрерывно извергающих в небо чёрный дым. Небо было свинцово-серым, и трудно было понять, то ли облака были слишком густыми, то ли небо изначально было такого цвета. Рядом с заводом протекала река с тёмной и мутной водой. Пройдя несколько шагов, можно было увидеть канализационную трубу, сбрасывающую сточные воды в реку.

В этом маленьком городке повсюду были следы промышленного загрязнения, от чего все чувствовали себя очень некомфортно. Чем ближе подходишь к фабрике, тем сильнее воздух пахнет горящим углём. Некоторые люди даже начали задыхаться и кашлять.

Когда они наконец добрались до входа на фабрику, то увидели несколько возвышающихся зданий, стоящих на открытом пространстве. Со входа крыши не было видно. Ворота фабрики охраняли люди в форме охранников, и мужчина в берете предупредил всех, что им не разрешается покидать фабрику в одиночку в рабочее время. Им также не разрешалось приходить позже или уходить раньше. Все кивнули. Казалось, эта фабрика и была основным местом проведения инстанса.

Как только вошли на фабрику, они почувствовали волну тепла. Пламя качнулось на лицах всех, отражая всеобщее удивление. Выяснилось, что в центре завода находился огромный бассейн для плавки. Оранжево-красная жидкость медленно текла по бассейну. Конвейерные пути с обеих сторон непрерывно сливали в расплавленную жижу неизвестные предметы. Внизу были трубы для транспортировки шлама в другие места.

Над бассейном было бесчисленное множество огромных шестерёнок, которые соединялись друг с другом. К шестерням были присоединены стальные стержни разной толщины. Все стальные прутья растянулись в разные стороны и, наконец, исчезли в темноте. Куда они девались, было неизвестно. Когда шестерни вращались, эти стальные стержни также работали вместе с соответствующими частотами и углами. Механический редуктор преобразовывал мощность пара в механическую энергию, тем самым приводя в действие весь завод, образуя оригинальную и сложную промышленную производственную линию.

Все были потрясены простой и грубой промышленной панорамой, пока мужчина в берете не заорал на них. После этого все пришли в себя.

– Что вы все оцепенели! Подойдите и поздоровайтесь с бригадиром!

В этот момент все заметили, что рядом с мужчиной в берете стоит ещё один невысокий мужчина средних лет. У этого человека было иностранное лицо. Хотя он был маленьким, у него оказались очень сильные мышцы. Одежда на его груди и руках натянулась, и он очень походил на гигантскую мышь, сбежавшую из лаборатории.

Бригадир выглядел свирепо. Он прервал человека в берете и холодно сказал несколько слов по-английски.

Некоторые люди в команде не могли понять, о чём он говорит, и нервно спрашивали. Мужчина, который привёл их, тут же перевёл:

– Мастер сказал, что теперь, когда договор подписан, не теряйте времени зря и идите к себе в мастерскую, чтобы немедленно приступить к работе!

Все снова зашептались.

– Что? Начинаем работу? Мы действительно собираемся здесь работать?

– Здесь ужасно, я хочу домой…

– Давайте просто послушаем НПС и поработаем здесь денёк. Иначе что ещё мы можем сделать?

Все болтали и спорили. Внезапно похожий на крысу бригадир выхватил из ниоткуда хлыст и ударил им по земле. *Щёлк!* Огромный хлыст, прозвучавший внутри фабрики, сотряс у всех барабанные перепонки и тут же заставил всех замолчать.

Бригадир усмехнулся и огляделся. Он выругался крайне недружелюбным тоном. Мужчина в берете сбоку выглядел немного уродливым, но он не переводил то, что сказал бригадир. Он лишь нерешительно уговаривал их, говоря:

– Ладно, ладно, не шумите, идите послушно работать.

Все посмотрели друг на друга, потеряв дар речи. Тот взял протянутую ему бригадиром бумажку и повёл всех по своим мастерским.

В каждой мастерской уже работало несколько рабочих. Все были в шоке, думая, что здесь спрятано так много живых людей. При ближайшем рассмотрении выяснилось, что у этих рабочих были оцепеневшие лица и скованные движения. Оказалось, это не настоящие люди, а деревянные куклы в рабочих костюмах!

Одежда на их телах была покрыта чёрными масляными пятнами, а голые пальцы и запястья представляли собой сферические суставы. Они не реагировали на приход толпы, а механически повторяли простые действия по завинчиванию и намазыванию маслом.

Шарнирные куклы работали молча. В мастерской было слышно только жужжание механических гусениц, а всё остальное было очень тихо. Однако, чем тише было, тем страннее становилась атмосфера.

Девушкой, назначенной в первую мастерскую, была новенькая по имени Чжан Сяосяо. Когда она узнала, что должна быть одна в этой мастерской восемь часов, то тут же запротестовала.

– Нет-нет! Я здесь в первый раз… Это мой первый раз… – Она была так взволнована, что чуть не заплакала, глядя на девять товарищей по команде вокруг неё. Однако она не знала, к кому обратиться за помощью. – Пожалуйста, умоляю вас, не оставляйте меня одну, мне так страшно…

Мужчина в берете нетерпеливо махнул рукой, не обращая внимания на её крики.

Чжан Сяосяо тут же рухнула на пол и начала плакать. Однако прежде, чем крики успели распространиться, бригадир сбоку вдруг поднял кнут и направился к ней.

Сюй Жэньдун больше не мог этого выносить и собирался сделать шаг вперёд, чтобы помочь, но его внезапно оттолкнули. Он был ошеломлён и обнаружил, что мужчина, который болтал с ним ранее, оттолкнул всех в сторону и направился к девушке.

– Не бойся, – сначала он вполголоса успокоил девушку, а затем жестом «стоп» остановил бригадира. Он сказал на беглом английском: – Не делайте этого, пожалуйста, будьте джентльменом.

Бригадир удивился, что рабочий-мигрант может говорить по-английски. К счастью, он не стал дальше смущать девушку, а вполголоса выругался и предоставил дело мужчине в берете.

Тот подошёл к ним двоим с несчастным видом и уставился на девушку:

– Что ты делаешь? Плачешь и плачешь! Если тебе так хочется плакать, сделай это, когда вернёшься!

Вмешавшийся мужчина потянул мужчину в берете на себя и, казалось, договаривался с ним о чём-то. Тот быстро пошёл на компромисс и нетерпеливо сказал ему:

– Тогда оставайся здесь! Остальные, за мной!

Девушка растерялась и со слезами на глазах посмотрела на мужчину в берете. Она не совсем поняла, что он имел в виду.

Вмешавшийся мужчина помог ей встать и сказал нежным голосом:

– Я сказал ему поменять моё рабочее место на твоё. В моей мастерской также есть девушка, так что тебе не придётся быть одной.

Девушка была ему очень признательна и горячо благодарила. Вскоре ей снова стало не по себе:

– Тогда что же будет с тобой, если ты будешь здесь один? Разве ты не говорил… разве ты не говорил, что можешь умереть…

Мужчина улыбнулся ей:

– Неважно, всё равно я мужчина. Если что-то случится, я могу бежать быстрее тебя. Он слегка повернулся ко всем спиной и, казалось, сказал девушке что-то ещё, но его голос был слишком тихим, чтобы все могли его услышать. Девушка энергично закивала, её глаза возбуждённо сверкнули.

В итоге мужчина остался один в этой мастерской.

Сюй Жэньдун считал, что этот человек был очень добрым и знал, как позаботиться о женщинах и обездоленных людях. Тот не был ни безрассудным, ни трусливым, когда сталкивался со свирепыми неигровыми персонажами, прекрасно решал задачи и изо всех сил старался сотрудничать с другими. В этот момент он вдруг вспомнил, что до сих пор не знает имени этого человека, но жаль, что мужчина со списком то и дело подгонял всех вперёд, поэтому он не мог повернуться и спросить.

Пока он назвал его просто «джентльмен».

Вскоре всех распределили по соответствующим мастерским. Не было никаких проблем с тем, что делать, они просто должны были повторять за шарнирными куклами в мастерской. Сюй Жэньдун и мужчина в очках были назначены в котельную. Задача их группы самая простая. Просто следите за котлом и избегайте взрывов.

Перед тем, как уйти, мужчина в берете серьёзно предупредил всех, что им не разрешается покидать рабочее место в рабочее время. Бригадир будет патрулировать повсюду и если обнаружит, что кто-то ленив, у него будет наготове кнут.

После того, он и бригадир ушли, в котельной остались только Сюй Жэньдун и человек в очках. Сюй Жэньдун огляделся и не обнаружил ничего особенного. Он как раз собирался спросить мнение человека в очках, когда к своему удивлению обнаружил, что тот на самом деле сидит на полу с толстой книгой в руках.

Сюй Жэньдун в шоке спросил:

– Что ты…?

Парень сдвинул очки и беспомощно сказал:

– У меня скоро экзамен, и я не хочу его провалить. Видишь, какой я лысый? Это потому, что я трудолюбивый монах-медик. Пожалей меня, о великий босс, и просто позволь мне быть солёной рыбой.

Сюй Жэньдун обнаружил, что, хотя он выглядел очень молодым, его линия волос уже была очень тонкой. Он действительно был всего в шаге от облысения.

Сюй Жэньдун на какое-то время потерял дар речи. Студент-медик проигнорировал его и посвятил себя запоминанию книги:

– Женьшень имеет сладкий вкус и питает жизненные силы, утоляет жажду, способствует выведению жидкости из организма и регулирует питание… Астрагал… Астрагал… – Он посмотрел на книгу и продолжил читать: – Астрагал согревает, помогает пропотеть и укрепляет, боль может вызвать дефицит ци в мышцах…

Сюй Жэньдун некоторое время молча слушал, а затем не мог не спросить:

– Ты изучаешь китайскую медицину?

– Точно. Точнее, это сочетание китайской и западной медицины.

– Тогда почему бы тебе не прописать себе какое-нибудь китайское лекарство, чтобы восстановить волосы… Э-э, напитать почки?

Студент-медик сердито посмотрел на него:

– Хе, ты думаешь, я его не ем?

В следующую секунду он внезапно взорвался. Он швырнул книгу в руке на пол и топнул ногой:

– Разве это не просто грёбаная скорость восстановления волос, которая не поспевает за скоростью выпадения волос! Ах?! Комплексная китайская и западная медицина! Боже, чёрт возьми, интегрированная китайская и западная медицина! Конец семестровых экзаменов по курсам китайской и западной медицины прикончит меня! Гребаная китайская медицина и западная медицина вот-вот разделят мою личность!

Сюй Жэньдун был поражён им. В следующую секунду студент-медик снова наклонился, чтобы поднять книгу. Он быстро погладил её, а затем религиозно обнял и пробормотал:

– Забудь, самое главное – пройти, самое главное – пройти…

Сюй Жэньдун: «……» Это было очень искренне.

Увидев, что студент-медик был одержим учёбой, Сюй Жэньдун больше не беспокоился. Он сразу же достал телефон, чтобы поговорить с Лянь Цяо. Он кратко резюмировал информацию, которая у него была на данный момент, и спросил: [Как у тебя обстоят дела там?]

[Лянь Цяо: Моя сторона – это битва за наследство. Мы играем роль детективов, чтобы найти убийцу старого патриарха. Прогресс очень быстрый и три человека уже умерли.]

Сюй Жэньдун был потрясён: [Всего за час скончались три человека?!]

[Лянь Цяо: Один НПС и два товарища по команде. Товарищи по команде выбежали сами по себе, и мы не смогли их остановить. Дворецкий выстрелил им в голову, и они упали в море.]

[Сюй Жэньдун: А что насчёт НПС?]

[Лянь Цяо:  Мой выстрел в голову бросил в море дворецкого.]

[Сюй Жэньдун:  Твой выстрел в голову? Где ты взял пистолет?]

[Лянь Цяо:  Я украл его у дворецкого… О, ты не видел. В то время сцена была немного хаотичной. Я боялся, что у тебя закружится голова, поэтому удалил глаз Ламии.]

[Сюй Жэньдун: …Убив НПС, как только зашёл, ты не боишься упустить ключевую информацию?]

[Лянь Цяо: Всё в порядке. Когда я направил пистолет в голову дворецкому, он быстро сказал всё, что мог сказать.]

Сюй Жэньдун: «……»

[Лянь Цяо: Теперь мне не нужно быть осмотрительным, расспрашивая других НПС. Ведь у меня есть пистолет.]

Сюй Жэньдун: «……»

Внезапно он почувствовал, что поступил глупо, беспокоясь о Лянь Цяо. Поэтому прямо принял доброту Лянь Цяо и выслушал, как тот анализирует для него его инстанс.

[Лянь Цяо: В патруле бригадир… Хм, дай подумать. Бригадир не позволяет вам лениться на работе, поэтому если он поймает вас во время патрулирования, то выпорет. Мужчина в берете тоже только что сказал: «Вы не имеете права покидать своё рабочее место в рабочее время», но не установил квоту на работу, которую вам необходимо выполнить. Кроме того, брат Жэньдун, твоя позиция в котельной вообще не имеет выхода, поэтому тебе просто нужно оставить монаха-медика, чтобы присматривал за вещами. Так что на самом деле ты можешь оставить свой пост, чтобы исследовать фабрику, пока избегаешь бригадира. Однако у ворот есть охрана, поэтому ты можешь исследовать только внутреннюю часть фабрики и не можешь выйти.]

[Сюй Жэньдун: Да, я тоже так думаю.]

[Лянь Цяо: Лучше всего прийти сюда, чтобы ещё раз взглянуть на фабрику ночью. Если тебе удастся сбежать от охранников и войти на фабрику, ты сможешь свободно исследовать её, и никто тебя не побеспокоит.]

Сюй Жэньдун был немного удивлён. Он не ожидал этого.

Лянь Цяо продолжал печатать: [Подсказка о прохождении инстанса – это «бабочки в животе». Мы уже знаем буквальное значение, но мы всё ещё не можем догадаться, на что именно оно намекает… Но от этого названия у меня всё внутри сжимается, и это нехорошо. Брат Жэньдун, ты должен быть осторожен.]

Слова Лянь Цяо были суровыми. Сюй Жэньдун не мог не кивнуть, но затем остановился и спокойно набрал в телефоне слово «Да».

[Лянь Цяо: Большой босс, как на этот раз моё выступление! Лучше ли оно двух предыдущих инстансов?! ~~~~]

Глядя на рябь волн, Сюй Жэньдун уже представлял себе появление Лянь Цяо, высоко поднявшего хвост и молящего о похвале. Сюй Жэньдун слегка приподнял уголки рта, и в его холодных и красивых бровях была некоторая нежность. Улыбка на губах была похожа на родниковую воду, а прозрачность льда таяла от тепла и сладости.

Стоящий сбоку студент-медик нечаянно взглянул на него и внезапно растерялся.

Бля, почему этот мужчина такой красивый?

Всё кончено, кончено, он вот-вот согнётся….

Студент-медик торопливо уткнулся головой в книгу, начав запоминать её с нераздельным вниманием и не решаясь больше поднимать глаза.

Сюй Жэньдун не знал об этом. Связавшись с Лянь Цяо, Сюй Жэньдун убрал телефон и сказал студенту-медику, сидевшему на полу:

– Я собираюсь осмотреть фабрику. Ты останешься здесь, чтобы наблюдать за местом… Ммм, чтобы выучить наизусть твою книгу.

Студент-медик испуганно взглянул на него и сложил руки в торжественном благодарственном жесте.

– Я благодарен! – Он тут же опустил голову и погрузился в океан знаний.

Сюй Жэньдун нашёл в своём рюкзаке швейцарский армейский нож, взял его в руку и глубоко вздохнул. Когда он уже собирался покинуть душную котельную, краем глаза вдруг уловил фигуру в конце коридора. Он тут же подсознательно отступил и плавно закрыл дверь.

Прислонившись к двери котельной, он внимательно прислушивался к тяжёлым шагам снаружи, всё ближе и ближе…

Пришёл бригадир.

Спираль смерти [BL] Глава 53. Бабочки в животе (3)

Глава 53. Бабочки в животе (3)

Сюй Жэньдун без колебаний принял решение. Он спрятал рюкзак, подошёл к котлу и сделал вид, что изучает котел. Тяжёлая дверь распахнулась, и бригадир вошёл в котельную. Сюй Жэньдун обернулся, притворяясь удивлённым.

Он увидел бригадира с ручкой и бумагой в руке. Кнут висел у него на талии. Тот указал на Сюй Жэньдуна кончиком ручки, а затем на студента-медика, который сидел на полу и запоминал книгу, сделал две галочки на бумаге, пробормотал что-то вполголоса и вскоре ушёл.

Дверь котельной захлопнулась, и Сюй Жэньдун вздохнул с облегчением.

Он повернул голову и посмотрел на студента-медика, погружённого в зубрёжку и вздохнул от всего сердца:

– Ты такой удивительный – всё ещё можешь учиться, повторяя в такой среде.

Студент-медик был увлечён учёбой и игнорировал его. Сюй Жэньдун думал, что этот парень действительно очень скучный. Он вытащил из угла рюкзак и осторожно вышел из котельной.

Бригадир не ушёл далеко, и звук его шагов был совсем рядом. Местонахождение Сюй Жэньдуна было в середине коридора. Он прислушался к звуку и убедился, что бригадир находится слева от него. Дальше перед ним стояло два выбора: идти ли налево и незаметно следовать за бригадиром, или идти направо и избегать бригадира?

Сюй Жэньдун быстро принял решение. Как только его пальцы ног повернулись влево, Лянь Цяо послал ему сообщение: [Иди влево. Сначала исследуй маршрут патруля бригадира. Это будет удобно, чтобы помочь тебе спрятаться позже.]

Оказалось, что Лянь Цяо думал так же. Уголок рта Сюй Жэньдуна приподнялся, и он молча последовал за бригадиром.

Фабрика была разделена на две части, наземную и подземную. Подземная часть была очень сложной, со всевозможными разветвлениями, проходившими во всех направлениях и легко сбивавшими людей с толку. Если бы не было карты, можно легко заблудиться.

Структура над землёй была намного проще. По сути, это была конструкция с внутренним кругом и внешним квадратом. Бассейн расплава расположен в центре завода, а над ним находится постоянно работающие гигантские шестерёнки, которые вместе образуют центральную круглую зону. Четыре прямых коридора образуют квадрат вокруг центральной области. Все мастерские располагались снаружи коридора, внутри были металлические заборы. Стоя на краю забора, казалось, что можно одной рукой дотянуться до огромной металлической шестерни в воздухе. Грубая, но тонкая красота промышленного вида была поразительной. Если бы не тот факт, что он оказался в мире призраков, Сюй Жэньдун обязательно остановился бы и полюбовался этой гигантской машиной, которую можно назвать чуть ли не произведением искусства.

В мастерской было три надземных этажа. На самом деле, казалось, что над этим был ещё один этаж, но тот был заблокирован механическими шестернями и потолком. Конкретной ситуации там не видно.

Котельная, где работал Сюй Жэньдун, единственная, что располагалась под землёй, а другие его товарищи по команде находились в мастерских наверху. Вероятно, из-за этого бригадир начал с котельной и стал патрулировать этаж за этажом.

Как только он прибыл в первый цех на первом этаже, мастер толкнул дверь и заглянул внутрь, выражение его лица стало некрасивым. Он поднял блокнот в руке и нарисовал тяжелый крест. Затем он повернулся к следующему цеху.

Сюй Жэньдун осторожно последовал за бригадиром. Проходя мимо первой мастерской, он заглянул внутрь и обнаружил, что только НПС-рабочие в этой мастерской тупо работают. Товарищи по команде, которые были изначально назначены сюда, исчезли. Недаром бригадир так разозлился, оказывается, он кого-то поймал на прогуливании работы.

Сюй Жэньдун вспомнил, что это было место, где джентльмен и Чжан Сяосяо поменялись местами. Куда делся джентльмен?

Мастер с угрюмым лицом направился к следующему цеху, но через два шага дверь второго цеха автоматически открылась, и оттуда украдкой выполз мужчина средних лет.

Мужчина средних лет также был одним из его товарищей по команде. Он украдкой огляделся, а когда повернул голову и увидел угрюмого бригадира, то так испугался, что резко вдохнул. Он попятился, но бригадир подхватил его, как курицу, и бросил на пол.

С громким хлопком мужчина средних лет тяжело упал, и черты его лица исказились от боли.

– Извините-извините! Я ошибался! Я немедленно вернусь к работе! – Мужчина средних лет умолял о пощаде, изо всех сил пытаясь подняться с земли. Бригадир не дал ему возможности искупить свои грехи и тут же обвил его плетью вокруг пояса и ударил ею, как только поднял руку.

Хлыст пронзал воздух со свистящим звуком, от которого люди чувствовали боль, просто слушая его. Человек на полу получил удар кнутом по ноге, резко схватился за бедро и закричал. У бригадира было мрачное выражение лица, и он высек его второй, потом третий раз. Мужчина средних лет всхлипывал и плакал, катаясь по полу, пытаясь избежать хлыста, падавшего сверху. Бригадир снисходительно наблюдал за агонизирующей реакцией мужчины средних лет, и на его свирепом лице появилась извращённая улыбка.

Должен ли я идти, чтобы спасти его?

Сюй Жэньдун спрятался в темноте и быстро отказался от этого. Единственным оружием в его руке был маленький швейцарский нож, и у него не было никаких шансов победить «господина Шварценеггера-бригадира». Более того, он также сейчас прогуливал работу, и если его увидит бригадир, то он обязательно будет наказан.

В то же время Лянь Цяо левым глазом тоже напечатал два слова: [Не ходи.]

Сюй Жэньдун слегка кивнул и показал, что так и сделает. Он вдруг заметил, что люди в других цехах тоже высунули головы, издалека наблюдая за телесными наказаниями. Печальные крики мужчины средних лет эхом разносились по фабрике, как ужасающая полуночная опера, наполненная ужасом.

Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем бригадир глубоко вздохнул и, наконец, удовлетворённо опустил хлыст. Человек на полу был весь в крови, его кожа обнажилась, и он лежал неподвижно.

Он действительно был забит до смерти.

Бригадир подошёл и ударил его ногой, но мужчина не ответил. Бригадир посмотрел на кровь на своих кожаных ботинках, что-то вполголоса выругался, потом вытер кожаный ботинок об одежду мужчины и гордо удалился.

Его бесцеремонная манера, когда дело доходило до убийства, была очевидна. Люди в других цехах увидели, что бригадир продолжает патрулирование, и поспешно спрятались в своих мастерских, ожидая, пока тот пройдёт.

Лянь Цяо написал: [Кажется, это условие смерти. Не попасться.]

Сюй Жэньдун внутренне вздохнул. Придя в себя, он продолжил сквозь пятна крови следовать за бригадиром.

На этом этаже было несколько мастерских, но только в двух были назначены живые люди. В остальных работали только шарнирные куклы. Сюй Жэньдун заметил, что мастер не только осматривал мастерские с живыми людьми, но и осматривал каждую мастерскую. Скорость его патрулирования была очень низкой. Сюй Жэньдун подсчитал, что ему потребуется около двадцати минут, чтобы пройти один этаж.

На втором этаже не было ничего необычного, каждый занимался своим делом. Однако, как только мастер поднялся на третий этаж, в центре фабрики раздался свист.

Звук был похож на кипящую воду, он был высоким и резким, как нож, воткнутый в барабанные перепонки. Сюй Жэньдун заткнул уши, задаваясь вопросом, не напортачил ли он? Но увидев, как изменилось лицо бригадира, тут же подбежал к краю забора и посмотрел в сторону шестерней в центре. Сюй Жэньдун заметил, что самые большие шестерни перестали вращаться, как будто что-то застряло в них.

Бригадир сердито выругался и побежал в диспетчерскую. Сюй Жэньдун быстро услышал его сварливый рёв по радио, говорящий, что произошёл инцидент с безопасностью. Он приказал всем немедленно собраться на первом этаже.

Инцидент безопасности? Может быть…

После того, как бригадир ушёл, Сюй Жэньдун также подошёл к краю забора. Он прищурил глаза и посмотрел на центральную шестерню. На этот раз он наконец ясно увидел, что застряло в механизме.

Окровавленный труп.

Через полчаса все собрались возле бассейна для плавки на первом этаже. Мужчина в берете поспешно вернулся из города, когда узнал новости. Он долго извинялся перед мастером. Бригадир отругал его, хлопнув по лицу, и продолжил приказывать рабочему NPC использовать роботизированную руку, чтобы вытащить труп.

Тело было сильно повреждено, туловище почти раздавило шестернями, а позвоночник разломался на несколько частей. В его желудке была большая дыра, и все внутренние органы выпали. Часть их упала в расплавленную лужу внизу и с шипением сгорела.

Несмотря на всё это, было легко сказать, что это женский труп.

Толпа молча стояла возле трупа. Присутствовало всего семь человек. Кроме мужчины средних лет, которого забили до смерти, пропали только Чжан Сяосяо и джентльмен. Труп женщины, очевидно, был Чжан Сяосяо, и поэтому джентльмен…

– Это должно быть тот человек! – вдруг крикнула девушка. – Я была в группе с этой девушкой! Она ушла, сказав, что собирается найти этого человека, но в итоге произошло нечто подобное! Теперь этого человека тоже нет, значит, у него должна быть нечистая совесть!

– Я не думаю, что это обязательно правда, – пробормотал другой человек. – Может быть, его тоже убили, просто тело не нашли.

– Да, на этот раз может быть более одного погибшего. Или стоит поискать ещё раз, может внутри шестерней спрятан ещё один труп?

Все говорили об этом, и только Сюй Жэньдун молча стоял рядом с трупом.

Лянь Цяо внезапно обрадовался: [Вскрытие в виртуальной реальности, захватывающе!]

Сюй Жэньдун проигнорировал Лянь Цяо и подошёл ближе, чтобы осмотреть фрагментированный труп. Тело было залито кровью, а раздавленные внутренние органы издавали удушающий смрад, что было очень отвратительно. Сюй Жэньдун почувствовал зуд в горле и заставил себя внимательно осмотреть труп.

Хотя труп был раздавлен шестернями, большая дыра в животе выглядела немного странно. Край раны был очень ровным. Больше похоже на то, что тело не раздавлено машиной, скорее, оно было разрезано чем-то острым.

Лянь Цяо: [Что это? Посмотри внимательно внутри желудка.]

Сюй Жэньдун посмотрел на живот трупа. Желудочный мешок также был раздавлен шестернями, оставив только верхнюю половину, соединенную с пищеводом. Но из-за этого содержимое желудка полностью обнажилось. На стенке желудка отчётливо виднелись несколько серо-белых объектов размером с ноготь большого пальца.

Сюй Жэньдун подавил чувство дискомфорта и присмотрелся. Он увидел, что не совсем белые объекты были круглыми и короткими, с кругом из линий, которые выглядели как…

Куколка?!

Куколки прикреплялись к стенке желудка и даже слегка извивались. Казалось, они не заметили, что владелец желудка умер и всё ещё жадно поглощали питательные вещества тела.

Сюй Жэньдун больше не мог сдерживаться. Он отошёл в сторону, согнулся, и его вырвало.

Товарищи по команде позади него заметили его странность и подошли, чтобы спросить, что происходит. Сюй Жэньдун рассказал всем о своём открытии, и лица всех внезапно изменились.

– Куколки? Неужели в животе растут бабочки?!

– Если это так, то другого человека, вероятно, тоже ждал ужасный конец. Я просто не знаю, что они сделали, чтобы закончить так…

– Это ужасно…. Это ужасно! Я больше не могу этого выносить! Я хочу домой! Я хочу домой, вуууууууу…

Мужчина в берете вдруг воскликнул:

– Тихо! Тихо! Бригадир знает, что, должно быть, ужасно потерять соотечественника в первый же день и что вы, должно быть, подавлены. Так что он любезно разрешил вам вернуться в общежитие отдохнуть после обеда и приступить к работе завтра!

Все были немного удивлены, но приняли это решение. Девушка, которая плакала о том, что хотела домой, тоже прекратила и встала в центре группы, показывая, что собирается следовать за толпой.

На обратном пути в общежитие все ещё шептались, обсуждая только что произошедшее. Он вдруг вспомнил, что забыл снять глазное яблоко Ламии, когда его вырвало, и Лянь Цяо, должно быть, увидел непристойную картину.

Он чувствовал себя смущённым, и его первой реакцией было извиниться перед Лянь Цяо. Однако Лянь Цяо уже написал ему сообщение с вопросом: [Ты в порядке? В сумке вода и влажные салфетки.]

Сюй Жэньдун достал из рюкзака влажные салфетки и вытер лицо. Потом он достал телефон и ответил: [Я в порядке. Извини, что позволил тебе увидеть что-то ужасное. ]

[Лянь Цяо: Всё в порядке. Вскрытие – необходимый процесс. Труп несёт много информации.]

[Сюй Жэньдун:  Я говорю не о трупе…]

[Лянь Цяо: Эээ… ничего, разве меня тоже не вырвало, и ты тоже это видел? Мы в расчёте.]

Сюй Жэньдун подумал, что слова Лянь Цяо имеют смысл. Он не мог не кивнуть головой. Внезапно вспыхнуло зрение его левого глаза, и перед ним вспыхнул фонтан рвоты, брызнув вперёд в параболической форме, и, наконец, упал на землю и превратился в жёлтую и жирную лужу.

Этот визуальный эффект от первого лица был слишком реалистичен. Этот фонтан рвоты, кажется, вырвался из его собственного рта. Сюй Жэньдун почувствовал, что его горло сжало, и его снова чуть не вырвало.

Он запаниковал и только потом понял, что тоже сделал ошибку, кивнув. Сюй Жэньдун поспешно напечатал, чтобы извиниться. Лянь Цяо долго тошнило, прежде чем дрожащим пальцем он набрал: [Теперь я это заслужил.]

Сюй Жэньдун был ошеломлён, какое-то время глядя на слова «Я это заслужил», прежде чем понял, что имел в виду Лянь Цяо. Он не мог не улыбнуться.

Вернувшись в общежитие, все собрались вместе, чтобы обсудить произошедшее. Сюй Жэньдун рассказал, что видел, когда следовал за мастером, и у всех были разные мнения. Самый большой пункт разногласий заключается в том, куда делся джентльмен и был ли он мёртв или жив.

На основе текущих подсказок не было никакого ответа. В конце концов, все решили дождаться завтрашней возможности и улизнуть, чтобы осмотреть фабрику. Метод также очень прост, просто ускользнуть после того, как бригадир осмотрит их комнату. Бригадир начал патрулирование из котельной на первом этаже. На обход первого этажа ушло около двадцати минут. Над землёй три этажа мастерских. Цикл патрулирования займёт один час. То есть, пока вы присутствуете, чтобы пробить карту, когда бригадир проверяет вас, после этого будет час времени на исследование. В течение этого периода всё, что им нужно было делать, это тщательно избегать маршрута патрулирования, а затем возвращаться на своё место до следующего обхода бригадира.

Судя по количеству участников, этот инстанс не должен быть сложным. Но в первый день умерло три человека, и у всех на сердце было очень тяжело. После обсуждения всего этого был уже вечер. В этой маленькой разбитой квартире нет электричества, и ночью можно зажечь только свечи. Мыться, конечно, было нельзя, и все только лежали в собственном поту и масле.

Сюй Жэньдун закрыл глаза и вдруг заметил, что в поле зрения его левого глаза Лянь Цяо зажал между двумя пальцами кусок серебристо-белого металла, которым он болтал, чтобы привлечь его внимание.

Кнопка лифта?! Он нашёл её так быстро?!

Сюй Жэньдун ещё даже не оправился от своего удивления, когда угол обзора медленно изменился, и в его поле зрения появился лифт. Лянь Цяо вдавил кнопку в паз рядом с дверью лифта, а затем сделала жест «V».

Сюй Жэньдун был так потрясён, что наблюдал, как товарищи по команде Лянь Цяо один за другим входят в лифт, а затем двери лифта медленно закрываются, но Лянь Цяо не входит.

Он сел, опёршись на лифт, достал мобильник и набрал: [Я сделал, а ты?]

Сюй Жэньдун почувствовал себя так, словно получил сильный психологический удар. Наконец он успокоился и ответил: [Нет прогресса.]

[Лянь Цяо: Днём я играл босса и не обращал внимания на твою ситуацию. О чём вы, ребята, говорили?]

Сюй Жэньдун повторил содержание их разговоров. Закончив читать, Лянь Цяо достал из сумки пистолет и с сожалением сказал: [Было бы здорово, если бы я мог отправить это тебе.]

[Сюй Жэньдун: …Убить бригадира одним выстрелом, чтобы я мог свободно исследовать, верно?]

[Лянь Цяо:  Верно!]

Сюй Жэньдун забавлялся его простыми и жестокими методами. Однако, если хорошенько подумать, если бы все работали вместе, убить мастера было бы возможно. Но не исключено, что бригадир, подобно чёрному кролику инстанса матрешки, мог воскреснуть сразу после убийства и мог войти во вторую форму. Это было бы ужасно.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо какое-то время небрежно болтали. Они чувствовали себя немного уставшими. Положив мобильный, Сюй Жэньдун уже собирался заснуть, когда увидел, что студент-медик всё ещё сидит за столом, усердно занимаясь под мерцающее пламя свечи.

Ему действительно было нелегко.

Сюй Жэньдун внутренне вздохнул и постепенно заснул.

Когда он проснулся, то почувствовал боль во всём теле, как будто его били. Его мышцы и кости казались очень жёсткими. Его глаза были сухими, и было трудно открыть их из-за сильного света. Он протёр глаза и сел, думая: «Солнце высоко, почему никто не пришёл, чтобы побудить нас идти на работу?»

Наконец он привык к свету, открыл понемногу глаза и обнаружил, что перед ним серебристо-белая стена. Его тень отражалась на металлической пластине, и это была знакомая сцена.

Лифт.

Сюй Жэньдун был потрясён и резко вскочил с пола. Он с изумлением огляделся, убедившись, что это лифт, из которого он пришёл. Перед ним предстали слова «Бабочки в животе». Лянь Цяо в левом поле зрения быстро печатал с мобильным телефоном в руках.

[Бабочки в животе: относится к взмахам крыльев бабочки внутри живота, описывая постоянное чувство страха, напряжения и беспокойства.]

Сюй Жэньдун тупо смотрел на всё это и вдруг почувствовал зуд в животе, как будто что-то подползало к его пищеводу. Он больше не мог сдерживаться, поэтому наклонился и его вырвало.

Спираль смерти [BL] Глава 54. Бабочки в животе (4)

Глава 54. Бабочки в животе (4)

Воображаемые бабочки не вылетели из его горла. Сюй Жэньдун прислонился к двери лифта, тяжело дыша и пытаясь успокоить свои эмоции. В этот момент, даже если он закрыл глаза, он всё ещё мог видеть сообщения, написанные Лянь Цяо, в поле зрения левого глаза.

[Что случилось? Что случилось?]

[Как ты? В сумке вода и влажные салфетки.]

Сюй Жэньдун коснулся своей щеки и обнаружил, что вспотел. Он прислонился к холодной стене лифта и постепенно успокоился. Он сказал Лянь Цяо, что с ним всё в порядке.

Дверь лифта открылась, а за дверью был всё тот же узкий и грязный переулок. Улицы за пределами переулка были заполнены людьми, и это была шумная сцена. Оглянувшись, можно было смутно разглядеть клубящийся вдалеке чёрный дым, поднимающийся из заводской трубы. Всё выглядело так нормально.

Сюй Жэньдун долго не выходил из лифта, потому что ему нужно было время, чтобы успокоиться.

Поскольку мир перезагрузился, это означало, что он уже однажды умер. Но почему он совсем не помнил об этом? На этот раз, могут ли призраки тихо убивать людей во сне? Каковы условия смерти?

Нет, его убил не обязательно призрак. Возможно, это был один из его товарищей по команде. Но каков был его мотив?

Его мозг был заполнен вопросами, но у него не было никаких подсказок, чтобы ответить на них.

Сюй Жэньдун вздохнул и беспомощно вышел из лифта.

Когда он вышел на улицу, мужчина в берете снова остановил его. Сюй Жэньдун присоединился к команде с максимально спокойным выражением лица, и вскоре джентльмен снова подошёл, чтобы поболтать с ним.

Сюй Жэньдун внимательно следил за каждым его движением, пытаясь найти в нём подсказки, но джентльмен вёл себя вполне нормально и не показывал ничего странного. Сюй Жэньдун немного подумал, а затем пошёл в конец команды и нашёл студента-медика.

Студент-медик держал в руке книгу. Он шёл и запоминал строки, опустив голову, и, казалось, совершенно не знал о прибытии Сюй Жэньдуна. Сюй Жэньдун взял на себя инициативу, чтобы поздороваться с ним. Когда студент-медик посмотрел вверх, то был потрясён, увидев два зрачка в левом глазу Сюй Жэньдуна.

– Ты… Это легендарная деформация двойного зрачка?! – Студент-медик был одновременно шокирован и обрадован: – Бля! Здорово! Первый раз увидел вживую деформацию двойного зрачка!

Сюй Жэньдун попытался сменить тему со своих глаз на студента-медика. Юноша с готовностью сообщил своё имя, возраст, институт, факультет и семейное положение (холост). Он казался очень наивным и честным человеком. Но, очевидно, его больше интересовали глаза Ламии, он постоянно смотрел в необычный глаз так пристально, что вся его личность была готова прилипнуть к телу Сюй Жэньдуна.

[Лянь Цяо: Чёрт возьми! Что это за человек! Его жирное лицо занимает почти всё поле зрения! Большой босс, быстро скажи ему отойти!]

Сюй Жэньдун был вынужден отступить и почувствовал себя немного смущённым. Он уже собирался оттолкнуть студента-медика, когда перед ним внезапно появилась рука и похлопала студента-медика по плечу, чтобы остановить его.

Очевидно, это была мужская рука с отчётливыми суставами и короткими ногтями, почти вонзившимися в плоть. Эта рука была очень белой, на тыльной стороне руки чётко выделялись светло-голубые кровеносные сосуды. Можно сказать, что она выглядит очень по-мужски.

Но что заставило Сюй Жэньдуна забеспокоиться, так это то, что три пальца этой руки: большой, указательный и средний были аномально сухими, а глубокая часть ногтя была слегка белой по неизвестным причинам.

Угол зрения левого глаза внезапно замерцал, и Лянь Цяо напечатал: [Учитель?]

Сюй Жэньдун вдруг понял: Да! Учителя часто контактируют с мелом, поэтому им часто приходится мыть руки, поэтому их руки будут очень сухими. В трещинах пальцев также останется меловая пыль.

Он посмотрел вверх вдоль этой руки и обнаружил, что перед ним стоит джентльмен.

Джентльмен взглянул на книгу в руках студента-медика и дружелюбно улыбнулся юноше:

– Ты врач? Я понимаю твоё волнение, когда видишь редкого пациента, но можешь ли ты немного принять во внимание чувства другого человека?

Только тогда студент-медик понял. Он неоднократно извинялся перед Сюй Жэньдуном. Сюй Жэньдун сказал, что это не имеет большого значения, а затем вернулся в исходное положение рядом с джентльменом. Он продолжал медленно идти к фабрике за мужчиной в берете.

По пути Сюй Жэньдун не мог не взглянуть на правую руку джентльмена, думая, что неудивительно, что тот был таким вежливым, оказывается, он был учителем.

Наконец, группа людей снова добралась до фабрики. Всё было так же, как и в прошлый раз, всех быстро распределили по рабочим местам, и они приступили к работе.

В душной котельной Сюй Жэньдун снова надел свой рюкзак. Прежде чем уйти, он внимательно посмотрел на студента-медика. Парень всё ещё уткнулся головой в зубрёжку, в позе «Ничто в мире не может помешать мне учиться». На этот раз Сюй Жэньдун стал более внимательным и рассыпал тонкий слой угольной золы на полу у входа в котельную. Свет в котельной приглушен, а разбросанную по полу сажу не заметить, если не присматриваться. Но как только люди внутри выйдут, на угольной золе останутся следы.

Прибыв на первый этаж, Сюй Жэньдун не стал следовать за бригадиром, а пошёл с другой стороны наверх по лестнице и направился прямо на третий этаж.

Он вспомнил, что Чжан Сяосяо и джентльмен поменялись местами на третьем этаже. Пока бригадир всё ещё патрулировал первый этаж, он первым нашел Чжан Сяосяо в коридоре на третьем этаже.

– Ты… – Чжан Сяосяо была ошеломлена внезапным появлением Сюй Жэньдуна и спросила с широко открытыми глазами: – Ты… что ты здесь делаешь?

– Сначала возвращайся в свою мастерскую, скоро будет бригадир, – Сюй Жэньдун зорко наблюдал за окрестностями, следя за тем, чтобы поблизости не было других людей.

Чжан Сяосяо была потрясена, когда подумала о мускулистом бригадире, поэтому поспешила обратно в свою мастерскую. Увидев её возвращение, девушка из её группы удивилась:

– Как же ты вернулась? Разве ты не собиралась найти… – Когда она увидела Сюй Жэньдуна, который следовал за Чжан Сяосяо, выражение её лица стало ещё более удивлённым. – А? Что ты делаешь?

Сюй Жэньдун небрежно придумал оправдание, наблюдая за этим рабочим местом. Помимо этих двух девушек, в мастерской был ещё ряд шарнирных кукол. Механический гусеничный ход продолжает работать, а заготовки непрерывно перемещаются вперёд. Шарнирные куклы также работают с заготовками упорядоченно, как машина, не реагируя на дополнительных посторонних в своей мастерской.

Если не присматриваться, эти шарнирные куклы выглядели почти как настоящие люди. Но как только вы заметите их открытые шаровидные суставы, вам сразу станет не по себе и даже страшно.

Ещё более странным было то, что неизвестно, из какой конструкции были сделаны эти деревянные куклы, но они могли точно захватить заготовку на конвейерной дорожке и удерживать её в руке для тонкой работы. Казалось, в десятках шарнирных кукол было спрятано более дюжины душ. Они работали молча, не покладая рук и никогда не жаловались. Во всей мастерской был только гул механической работы, глухой и странный.

Сюй Жэньдун осторожно подошёл к задней части конвейера и присел на корточки за шарнирными куклами. Конечно же, даже если бы он сделал что-то ненормальное, шарнирная кукла не ответила бы. Вскоре после этого дверь мастерской с громким хлопком распахнулась. Обе девушки были ошеломлены.

Сюй Жэньдун спрятался за куклой, так что большая часть его зрения была закрыта. Он мог видеть только ноги бригадира. Старшина постоял у двери, что-то пробормотал, потом быстро повернул голову и ушёл.

Как только бригадир ушёл, Сюй Жэньдун сразу же вышел из-за куклы и обнаружил, что Чжан Сяосяо отступила к углу стены, наиболее дальнему от конвейерной дорожки.

Она очень боялась этих кукол. Она крепко скрестила руки на груди и сказала дрожащим голосом:

– Я не хочу больше оставаться здесь. Здесь ужасно… Я хочу найти его…

Другая девушка была очень удивлена. Она пренебрежительно сказала:

– Это просто манекен, чего ты боишься? Кроме того, я думаю, что лучше не верить этому человеку так легко. В таком месте люди, которые проявляют инициативу, чтобы подойти к другим, определённо не являются хорошими людьми. Почему бы тебе не подумать о том, почему он хочет тебе помочь? Ты не большая красавица и не дашь ему денег. Зачем ему рисковать, помогая тебе?

Сюй Жэньдун сказал:

– Я тоже ищу его по кое-какому делу. Я пойду с Чжан Сяосяо. – Он повернул голову и посмотрел на другую девушку: – А ты? Ты можешь остаться здесь одна?

Девушка была ошеломлена, когда услышала его слова. Она казалась очень неохотной, но ей не хотелось бить себя по лицу, поэтому она настояла:

– Всё в порядке, я могу остаться одна. Если что-то случится, я позову на помощь.

Сюй Жэньдун вспомнил, что в соседней мастерской был товарищ по команде. Если она позовёт на помощь, то этот человек должен сразу прийти и помочь. Поэтому он кивнул и вышел из мастерской вместе с Чжан Сяосяо.

Бригадир почти дошёл до противоположного коридора. Сюй Жэньдун и Чжан Сяосяо быстро подошли к верхней части лестницы под прикрытием огромной шестерни в центре. Спустившись в угол второго этажа, Сюй Жэньдун почувствовал, как что-то белое вспыхнуло в уголке его глаз. У него подсознательно возникло плохое предчувствие, и он быстро потянул Чжан Сяосяо за собой.

— Что?.. Эм! – Рот Чжан Сяосяо был закрыт рукой Сюй Жэньдуна. Он с тревогой наблюдал за окружением и жестом велел ей замолчать.

Сюй Жэньдун осторожно высунул голову из-за стены и увидел белую фигуру, выходящую из угла коридора. Мужчина был одет в белое одеяние, похожее на монашеское, а его запястья и лодыжки были туго связаны резиновыми лентами, как будто для облегчения определённых операций. Белый капюшон закрывал его лицо, и сбоку виднелся только длинный чёрный клюв, который был так заострён, что казалось, мог пронзить людей до смерти. Мужчина нёс на своих плечах человека, который, вероятно, потерял сознание и лежал на его плече, как мешок.

«Чумной доктор? Почему он здесь? И кто тот человек у него на плече?»

Из-за проблемы с углом Сюй Жэньдун может видеть только нижнюю часть тела мужчины. Он заметил часть кишечника, свисающую с живота человека, болтающуюся при ходьбе Чумного доктора. Белоснежное одеяние тоже было пропитано кровью, а на талии висели страшные ножницы. С лезвия ножниц капала кровь.

– Этого не может быть… – голос Чжан Сяосяо дрожал. – Может ли быть так, что он уже…

Сюй Жэньдун не ответил. Он боялся, что труп на плече Чумного доктора действительно был джентльменом. Его грудь и живот были вскрыты, и это выглядело точно так же, как и смерть Чжан Сяосяо.

Лянь Цяо неожиданно написал: [Если тебя найдут, не дерись, а беги наверх.]

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Вверх по лестнице? Но разве бригадир не наверху?

Прежде чем он смог понять слова Лянь Цяо, Чумной доктор уже отнёс тело джентльмена к краю забора в центральной части. Он поднял руку и легко толкнул тело вниз.

Под ним была расплавленная лужа, в которой бушевала волна жары!

Оранжево-красная расплавленная жижа обернулась вокруг трупа, как шёлк, и через секунду на трупе вспыхнуло пламя. Огонь опалил одежду и волосы трупа, появился клуб чёрного дыма. Обжиг при сверхвысокой температуре заставил тело быстро просачиваться маслом и потрескивать. В рёве заводского оборудования слабый треск был незаметен, но и Сюй Жэньдун, и Чжан Сяосяо могли слышать его очень чётко.

Всего за несколько секунд тело превратилось в древесный уголь в форме человека. По мере того, как вязкая расплавленная суспензия медленно текла, гуманоидный уголь разбивался на десятки кусков, которые плавали на поверхности расплавленной суспензии. Вскоре уголь снова загорелся красным и постепенно слился с расплавленной лужей, как будто ничего не произошло.

Чжан Сяосяо плакала. Она вытерла слёзы и, дрожа, вдруг спросила:

– Что это у него в руке…?

Сюй Жэньдун сузил глаза и с ужасом обнаружил, что Чумной доктор держит в руках окровавленный орган.

Желудок.

Чумной доктор пальцами в перчатке ухватился за отверстие под желудочным мешком и сильно потянул его. Желудочный мешок был разорван им, обнажив розовую слизистую оболочку желудка. Чумной доктор, казалось, очень интересовался строением желудка и снова и снова играл с ним в руках. Кровь стекала по перчаткам и окрашивала его грудь в красный цвет, делая его безумным и жестоким.

Сцена была слишком стимулирующей, и даже Сюй Жэньдун испытывал физический дискомфорт. Он нахмурился и хотел убрать Чжан Сяосяо, но увидел, что Чжан Сяосяо одной рукой схватилась за горло, а другой за живот. Её плечи дёргались, а лицо было наполнено болью.

– Ты… – У Сюй Жэньдуна было очень плохое предчувствие. Прежде чем он успел отреагировать, Чжан Сяосяо внезапно расширила глаза и выплюнула что-то: – Уф!

Однако то, что она извергла, не упало на пол, а улетело на крыльях!

Это был мотылёк!

С расправленными крыльями он был размером с кулак. Пушистая серо-белая бабочка медленно улетела в грациозном полёте, несовместимом с окружающей средой.

Чжан Сяосяо увидела, что её вырвало мотыльком, и её лицо побледнело. Сразу после этого зрачки девушки резко сузились, и она прикрыла рот рукой. Всё больше мотыльков пытались выбраться из её рта, и её рот был полон звука хлопающих крыльев. Даже серое крыло оказалось зажато между пальцами девушки.

Сюй Жэньдун был так напуган, что не мог говорить, пока в его левом глазу не появилось предложение: [Беги!!!!!!!!!!!!!!]

Увидев эту длинную цепочку восклицательных знаков, Сюй Жэньдун пришёл в себя. Он инстинктивно повернул голову и посмотрел в сторону Чумного доктора. К своему ужасу, он обнаружил, что первая бабочка, которой вырвало Чжан Сяосяо, уже пролетела перед Чумным доктором!

Чумной доктор протянул руку, чтобы поймать мотылька. Он раскрыл ладонь, взглянул, тут же повернул голову и посмотрел прямо на Сюй Жэньдуна.

– Беги! – Сюй Жэньдун яростно закричал. Он схватил Чжан Сяосяо, повернулся и побежал к лестнице.

Вверх или вниз?

Вверх или вниз?!

За его спиной послышались быстрые шаги. Прежде чем он успел подумать об этом, Сюй Жэньдун принял поспешное решение.

Спираль смерти [BL] Глава 55. Бабочки в животе (5)

Глава 55. Бабочки в животе (5)

Вверх!

Сюй Жэньдун схватил Чжан Сяосяо за запястье и помчался вверх по лестнице.

Чжан Сяосяо прикрыла рот одной рукой и не могла быстро бежать, но сейчас он не мог ожидать от девушки слишком многого. В конце концов, её рот полон живых мотыльков, и от одной мысли об этом у него побежали мурашки по коже. Шаги позади него становились всё ближе, и Сюй Жэньдун с тревогой напряг все свои силы и резко чуть ли не потащил Чжан Сяосяо наверх.

Бригадир находился на третьем этаже. У Сюй Жэньдуна не было другого выбора, кроме как продолжать бежать к четвёртому этажу. Когда они свернули за угол лестницы, оба почувствовали, как что-то ослепило их глаза. Свет перед ними был слишком ярким, и они оба подсознательно зажмурились.

Сюй Жэньдун первым открыл глаза. Вход представлял собой прямой длинный коридор с лампами накаливания в верхней части коридора. Неудивительно, что он был таким ярким. С обеих сторон были офисы, а жалюзи были плотно задёрнуты, так что невозможно было увидеть, что внутри.

Прежде чем он успел подумать об этом, Сюй Жэньдун бросился в ближайший к нему офис и повернул дверную ручку. Дверь внезапно открылась.

Он уже собирался спрятаться, когда Лянь Цяо вдруг сказал: [Закрой дверь! Перейди в другую комнату!]

Сюй Жэньдун был озадачен, но не было времени задавать вопросы. Он инстинктивно следовал инструкциям Лянь Цяо.

Пальцы Лянь Цяо забегали по экрану: [Предпоследняя!]

Сюй Жэньдун, не колеблясь, потянул Чжан Сяосяо к предпоследней комнате в конце коридора. Он повернул дверную ручку и услышал лишь несколько щелчков. Оказалось, дверь была заперта! В то же время Лянь Цяо напечатал: [Напротив!]

С неохотой Сюй Жэньдун развернулся и пошёл в комнату на противоположной стороне. На этот раз дверь можно было открыть, он поспешно втащил Чжан Сяосяо внутрь и быстро закрыл дверь.

В офисе была кромешная тьма. Сюй Жэньдун едва сделал шаг, когда его бедро ударилось об угол стола, заставив его застонать от боли.

Чжан Сяосяо в ужасе спросила:

– Что с тобой? Ты в порядке?

Сюй Жэньдун прошептал:

– Всё в порядке.

Он коснулся стола, а затем заставил Чжан Сяосяо спрятаться под столом.

Как только они вдвоём спрятались, они услышали громкий хлопок из коридора. Это был звук открываемой ногой двери.

Чжан Сяосяо задрожала от шока и внезапно схватила Сюй Жэньдун за руку, вонзив ногти в его плоть. Сюй Жэньдун слегка нахмурился и тихо сказал:

– Не бойся, это не наша дверь.

Звук должен быть в первой комнате рядом с лестницей, в которой он изначально хотел спрятаться.

Теперь он понял. Нормальной первой реакцией людей было спрятаться в ближайшей комнате. Так что Чумной доктор тоже пошёл в первый офис, чтобы обыскать его сначала. Если ему не удастся их найти, он может обыскать комнату за комнатой или пойти прямо в последнюю комнату в конце коридора. Что же касается предпоследней комнаты, то была большая вероятность, что она будет последней, которую он будет обыскивать!

В такой стрессовой ситуации Лянь Цяо смог так быстро найти лучшее решение. Он был как закалённый в боях агент.

Был ли он врождённо интуитивным или…

Издалека доносился звук опрокидывающихся столов и стульев и звон разбитого стекла. Казалось, что Чумной доктор громил шкафы в первом кабинете. Сюй Жэньдун и Чжан Сяосяо спрятались под столом и ничего не видели в темноте. Они могли слышать только давящие и дрожащие вздохи друг друга.

Чжан Сяосяо отчаянно сжала его руку, её ногти вонзились в плоть. Сюй Жэньдун медленно шарил по полу рядом с собой, пытаясь найти что-нибудь, что можно было бы использовать в качестве оружия. Вскоре звуки опрокидываемых столов и стульев исчезли, сменившись низким резким металлическим звуком, пронёсшимся по полу.

Это большие ножницы, ножницы, которые вонзили джентльмену в живот и вырвали его желудок!

Чжан Сяосяо дрожала всем телом. Её тяжёлое дыхание стало заметно интенсивнее.

Сюй Жэньдун закусил губу. Он ничего не нащупал, кроме пыли на полу. Сейчас у них обоих нет при себе оружия. Как только Чумной доктор войдёт в комнату, их нахождение станет лишь вопросом времени. Что ему делать тогда?

В поле зрения левого глаза пальцы Лянь Цяо нервно двигались по клавиатуре, но он долго не нажимал ни одной буквы. Кажется, даже у Лянь Цяо в это время не было идей.

Он действительно сделал плохой ход. Он боится, что может только перезагрузиться снова.

Сюй Жэньдун безропотно подумал и тяжело вздохнул. Но вскоре он обнаружил, что его пальцы дрожат.

Не только его пальцы, но и руки, бёдра и мышцы всего тела дрожали.

Что случилось? Чего он так боялся? Не похоже, что это был его первый раз…

Его тело неудержимо трясло, Сюй Жэньдун закрыл глаза в темноте, пытаясь успокоиться. Но как он ни успокаивал себя, его тело всё равно дрожало. У него першило в горле, тело потело, и даже щёки болели.

Он быстро понял, что причина его боли в щеках заключалась в том, что он слишком сильно стиснул зубы. И его зубы были сжаты, потому что они стучали.

В этот момент, кроме одышки и сердцебиения двух людей, единственное, что можно услышать, это звук больших ножниц, волочащихся по полу. Чумной доктор, казалось, специально издавал этот звук, чтобы вызвать панику, и его цель действительно была достигнута. Мозг обоих людей снабдил их образами окровавленного Чумного доктора, держащего большие ножницы и приближающегося к ним шаг за шагом.

Лянь Цяо вдруг шевельнул пальцем и напечатал слова: [Не бойся.]

Уголок рта Сюй Жэньдуна дёрнулся, и он криво усмехнулся.

Как он мог не бояться? Хотя он мог бы вернуться к жизни, если бы умер, всё равно было бы больно, если бы он был смертельно ранен.

*Ша-ша* – Звук приближался всё ближе и ближе.

Конечно же, Чумной доктор вошёл в конец коридора, но первым направился прямо в последний кабинет.

Звук ножниц, царапающих пол, прекратился. В удушающей тишине даже время замерло.

Сюй Жэньдун глубоко вздохнул. Он поднял руку и надавил на левый глаз, пытаясь удалить глазное яблоко Ламии. Если смерть была неизбежна, то, по крайней мере, он не хотел, чтобы Лянь Цяо стал свидетелем сцены, где его изрежут.

В этот момент зрение его левого глаза внезапно задрожало, и Лянь Цяо быстро напечатал: [Когда он войдёт, беги!]

Сюй Жэньдун внезапно проснулся: Да! У них ещё есть последний шанс! Просто воспользуйтесь моментом, когда Чумной доктор войдёт в последнюю комнату, и бегите.

Он должен был точно уловить время и не колебаться.

Сюй Жэньдун схватил Чжан Сяосяо рядом с собой и, осторожно избегая обломков вокруг своих ног, вернулся к двери комнаты. Чжан Сяосяо просто вздрогнула и выглядела как ягненок, готовый к закланию. Сюй Жэньдун крепко держал её одной рукой, а другой нажимал на дверную ручку, готовый выскочить в любой момент.

Пока Чумной доктор войдёт в соседнюю комнату… как только он услышит звук открываемой двери, он должен немедленно…

Нажать.

В тот момент, когда звуковая волна достигла барабанной перепонки, Сюй Жэньдун рефлекторно нажал на дверную ручку. Однако в следующую секунду вся его кровь застыла.

Прежде чем он успел нажать на ручку двери, она уже повернулась.

Чумной доктор выбрал эту комнату!

Его сердце почти перестало биться. Мышцы Сюй Жэньдуна были напряжены. Он не мог пошевелиться и так нервничал, что его почти вырвало. Чжан Сяосяо была так напугана, что забыла как дышать. Всё её тело было потрясено и ошеломлено.

Холодные кончики пальцев бога смерти коснулись их спины, и у них обоих одновременно пошли мурашки по коже. В этот момент издалека в коридоре вдруг раздался громкий крик!

Это был голос бригадира!

Дверная ручка моментально отскочила в исходное положение и снова издала лёгкий «щелчок». Сразу же после этого раздался щёлкающий звук открытия и закрытия ножниц и хаотичные звуки борьбы снаружи двери.

Сюй Жэньдун и Чжан Сяосяо, разделённые дверью, прислушивались к звуку в коридоре, затаив дыхание. Вскоре снаружи послышался быстрый звук шагов, затем последовала ещё одна серия шагов. Оба постепенно исчезли в конце коридора.

Коридор погрузился в гробовую тишину, оставив отчётливо слышным только биение сердец двоих в темноте.

Сюй Жэньдун весь похолодел, а его ладони были полны холодного пота. Он шевельнул пальцами и медленно отпустил руку Чжан Сяосяо. Но Чжан Сяосяо немедленно схватила его, и её ногти снова впились в его плоть.

Это больно.

Сюй Жэньдун внезапно очень сильно заскучал по Лянь Цяо. Хоть Лянь Цяо и держал его руки так сильно, что было больно, по крайней мере, он не протыкал кожу.

Эти двое ничего не сказали в темноте. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Сюй Жэньдун вздохнул и сказал тихим голосом:

– Они оба должны уйти.

Чжан Сяосяо задрожала:

– Тогда… что нам теперь делать?

Сюй Жэньдун немного подумал, обернулся и нашёл фонарик в своём рюкзаке. При этом Лянь Цяо взволнованно напечатал четыре слова: [Поскольку ты уже здесь…]

Сюй Жэньдун сказал:

– Давай обыщем это место.

Чжан Сяосяо: «???Ты серьёзно?!»

Прежде чем сосредоточиться на поиске, Сюй Жэньдун оглядел лестницу и убедился, что бригадира и Чумного доктора поблизости больше нет. Чжан Сяосяо взяла телефон и включила режим фонарика. Она последовала за Сюй Жэньдуном в первый кабинет, посмотрела на столы, стулья и книжные шкафы, которые перевернул Доктор, и в замешательстве спросила:

– Что ты ищешь?

Сюй Жэньдун поднял стол и открыл ящик внутри.

– Ищем подсказки, чтобы пройти инстанс.

– Подсказки, чтобы пройти инстанс? – Чжан Сяосяо тоже начала смотреть на боковые полки. Она вдруг о чем-то подумала: – Кстати, а в лифте вначале не было предложения? Бабочки в животе…

Сюй Жэньдун сказал:

– Да, это подсказка этого инстанса, – говоря о бабочках, он только что вспомнил и спросил: – Ты сейчас в порядке? А мотыльки во рту? Ты их всех проглотила? Хочешь немного воды, чтобы прополоскать рот?

Чжан Сяосяо выглядела потрясённой:

– Прополоскать рот…

В следующую секунду выражение её лица снова стало очень странным.

– Мотыльки ушли, – сказала она.

Сюй Жэньдун не понял:

– Что значит ушли?

– Они просто… ушли, – Она нахмурилась со сложным выражением лица: – Я не знаю, что происходит. Когда я убегала, всё время чувствовала, как что-то движется у меня в горле. Когда я спряталась под стол, у меня в горле было такое же чувство, как когда впервые выплюнула того мотылька. Поэтому я продолжала прикрывать рот, чтобы не выплюнуть больше мотыльков, но теперь…

Она остановилась на мгновение и облизала рот языком. Она сказала:

– Теперь ничего нет.

Сюй Жэньдун размышлял:

– Это может быть связано с подсказкой инстанса, но почему это были мотыльки, а не бабочки?

– Верно! Я только что кое о чём подумала! – Чжан Сяосяо хлопнула себя по бедру. – Бабочки в моём животе! По-немецки это «Schmetterlinge im Bauch haben!» Я просто запомнила это, когда сегодня училась!

Череда иностранных слов пришла так быстро, что Сюй Жэньдун не расслышал четко:

– Какая учёба? Ты учишь немецкий?

– Да, я учу немецкий. У меня через несколько дней экзамен, так что я учусь каждый день. Когда я впервые увидела, что это написано на китайском языке, я не подумала об этом. Но теперь, когда я думаю об этом, «Schmetterlinge im Bauch haben» также означает упасть в реку любви.

Сюй Жэньдун вспомнил информацию, которую он и Лянь Цяо проверили вместе. Он добавил:

– Всё ещё есть напряжение и страх.

– Да-да. В любом случае, оно просто используется для описания ощущения учащённого сердцебиения.

– Тогда почему тебя вырвало мотыльком?

– Я не знаю…

Подумав об этом, Сюй Жэньдун всё ещё не мог догадаться, о чём говорилось в подсказке. Он продолжал обыскивать офис и смотрел в сторону Лянь Цяо, когда тот отвлёкся. В левом поле зрения находилась викторианская драпированная кровать, на которой лежал старик в пижаме. Лицо старика было сине-серым, с кровью в уголках рта. Похоже, он давно умер.

Лянь Цяо и группа людей стояли вокруг большой кровати и, казалось, что-то обсуждали. Видя, как шевелятся губы людей, Сюй Жэньдун попытался прочитать по их губам, что они говорят, но тут же сдался. Оказалось, что движение губ при нормальном темпе речи было настолько быстрым, что он не успевал за ними.

Внезапно труп на кровати зашевелил пальцами. Глаза мёртвого старика распахнулись, и он спрыгнул с кровати. Тонкие пальцы вцепились в шею ближайшего к нему мужчины!

Зомби?!

Сердце Сюй Жэньдуна сжалось, и его дыхание участилось.

Зрение в его левом глазу сильно дрожало, показывая, что Лянь Цяо уклоняется. Сильная тряска произвела эффект укачивания. Сюй Жэньдун почувствовал тошноту и быстро прикрыл рот рукой, его почти стошнило.

В следующую секунду его глаз потемнел. Лянь Цяо удалил глазное яблоко Ламии.

Левый глаз вернулся к нормальному полю зрения и какое-то время чувствовал себя немного некомфортно. Сюй Жэньдун держался за стол, всё ещё чувствуя головокружение. Он сразу понял, что Лянь Цяо отключил визуальный обмен, чтобы не влиять на него, но таким образом он не мог видеть ситуацию Лянь Цяо.

Неожиданно его беспокойство постепенно утихло. Лянь Цяо мог легко справиться с зомби на небольшой площади. В это время лучше было не беспокоить его.

Он верил в боеспособность Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун и Чжан Сяосяо продолжали исследовать четвёртый этаж, обыскивая все комнаты в коридоре, которые можно было открыть. Структуры этих офисов были схожими, и внутри них не было явных зацепок. Единственным ценным предметом был ключ в ящике с надписью «Кабинет директора». Когда двое дошли до конца коридора, они обнаружили табличку «Кабинет директора», висевшую на двери последнего кабинета, которую невозможно было открыть.

Сюй Жэньдун вставил ключ в замочную скважину и собирался повернуть его. Чжан Сяосяо вдруг шевельнула носом и удивлённо указала на угол стены:

– Что это? Это еда?

Сюй Жэньдун огляделся и обнаружил, что в углу стоит что-то похожее на корзину с едой. Чжан Сяосяо подняла крышку и посмотрела. Они обнаружили, что она была наполнена бутербродами и молоком.

Чжан Сяосяо всё ещё недоумевала, зачем здесь еда. Внезапно в голове Сюй Жэньдуна появилась строчка: «Перед большой битвой игра всегда загрузит вас припасами!».

…Может, ему стоит передумать. Если бы его сердце постоянно стимулировалось таким образом, оно бы точно рухнуло.

Он молча убрал руку и сунул ключ обратно в карман. Я уступаю.

Спираль смерти [BL] Глава 56. Бабочки в животе (6)

Глава 56. Бабочки в животе (6)

Прошёл почти час с тех пор, как он покинул своё рабочее место, поэтому Сюй Жэньдун решил вернуться.

Прежде чем войти в котельную, он присел на корточки, чтобы осмотреть сажу у двери. Угольная зола ещё сохранила свой первоначальный вид, без следов вытаптывания. Похоже, что студент-медик всё это время не выходил из котельной.

Сюй Жэньдун открыл дверь и вошёл. Конечно же, студент-медик всё ещё сидел на полу и читал свою книгу.

– Женьшень имеет сладкий вкус и питает жизненные силы, утоляет жажду, способствует выведению жидкости из организма и регулирует питание и здоровье. Астрагал согревает, помогает пропотеть и укрепляет, заживляет язвы и устраняет истощение. Атрактилодес сладкий, согревает селезёнку и укрепляет желудок. Пория кокосовидная мягко выводит влагу, устраняет мокроту…

Он уже казался гораздо более искусным в декламировании, чем раньше. Так что можно сказать, что его усилия были искренними.

Сюй Жэньдун подумал, что лучше его не беспокоить. Он подошёл к консоли и сделал вид, что начинает работать, но в уме разбирал найденные до сих пор подсказки.

Только что, когда они были в опасности, и он, и Чжан Сяосяо почувствовали нервозность и тошноту. Реакция Чжан Сяосяо была более серьёзной, чем у него, и она прямо выплюнула живых мотыльков. Но подсказка явно «бабочка», так почему появились мотыльки? Это одна проблема.

Кроме того, Чумной доктор и бригадир как бы противостояли друг другу. Боеспособность Доктора была не так хороша, как у бригадира, иначе он не решил бы сбежать. Сюй Жэньдун изначально думал, что бригадир был боссом этого инстанса и что условие смерти также было связано с бригадиром. Но теперь появилась дополнительная сила, которая смутила его.

Он всегда чувствовал, что самая важная тайна в этом инстансе ещё не решена, но он понятия не имел, что это было. Но всё же сегодня он всё ещё добился хорошего прогресса. Он не только получил ключ от комнаты директора фабрики, но и Чжан Сяосяо выжила.

Ночью студент-медик ещё учился. В отличие от прошлого раза, Чжан Сяосяо также спала с ними в одной комнате. После событий того дня зависимость Чжан Сяосяо от джентльмена перешла к Сюй Жэньдуну. В конце концов, джентльмен превратился в уголь и сгорел в расплавленном бассейне, и она не могла продолжать полагаться на него.

Лянь Цяо снова вставил глаз Ламии. Он прошёл инстанс и сел один перед лифтом, желая дождаться, пока Сюй Жэньдун пройдёт инстанс, чтобы выйти вместе.

[Оказывается, подсказка на этот раз не так проста, как я думал. Подсказкой был скелет в шкафу. Мы нашли скелет в шкафу. Но под скелетом здесь подразумевается ещё одна вещь, а именно отмычка. Это означает «мастер-ключ». В конце концов, мы использовали кость пальца скелета в качестве ключа, чтобы открыть секретную комнату в замке, и это завершило решение головоломки…]

[Я этого совсем не ожидал и та косточка пальца тоже была не замечена мной. К счастью, в команде был ученик средней школы, который придумал эту концепцию. После этого мы тщательно проверили шкаф и обнаружили, что кость скелетного пальца можно использовать в качестве ключа. На самом деле, если подумать, этот инстанс достаточно сложный. Если бы никто не понял этого намёка, то пройти этот уровень было бы невозможно.]

[Брат Жэньдун, что происходит с твоей стороны? Ты нашёл какие-нибудь подсказки после этого?]

Сюй Жэньдун объяснил, что произошло в течение дня. Вскоре после того, как он вернулся в котельную, бригадир пришёл для второго обхода. Бригадир был ранен, и выражение его лица было некрасивым, но он не упомянул Чумного доктора. Доктор больше не появлялся. Так прошёл день, а потом они ушли с работы. Только после того, как все вернулись в общежитие, они обнаружили, что только Сюй Жэньдун и Чжан Сяосяо покинули свои рабочие места, чтобы исследовать фабрику. Другой мужчина средних лет, который пытался отсутствовать на работе, был пойман бригадиром с поличным, как только он вышел из мастерской, и был забит до смерти плетью. После наблюдения за пытками остальные не осмелились выйти, поэтому не получили никакой полезной информации и даже не узнали о присутствии Чумного доктора.

Сюй Жэньдун напечатал: [Поэтому я планирую снова пойти туда ночью.]

[Лянь Цяо: Согласен. На этот раз у тебя много товарищей-свиней по команде, так что лучше идти одному. Ты можешь сделать это сам, большой босс. Я верю в тебя.]

Сюй Жэньдун подумал: «Не называй меня больше боссом, это неловко».

Глубокая ночь окутала этот промышленный город. Сюй Жэньдун подождал, пока все остальные уснут, и тихо вышел из общежития.

В это время было около двух часов ночи и в городе не было уличных фонарей. К счастью, сегодня луна была большая и круглая, освещая дорогу перед ним. Привыкнув к ярко освещённому городу, теперь, когда Сюй Жэньдун шёл по грунтовой дороге, сияющей в лунном свете, он чувствовал себя совершенно спокойно, как будто вернулся в прошлое.

Когда Сюй Жэньдун посмотрел на луну, то обнаружил, что в его левом глазу тоже есть луна. В этот момент Лянь Цяо тоже смотрел на луну. У Сюй Жэньдуна внезапно возникла иллюзия, что Лянь Цяо находится рядом с ним и смотрит в одно с ним небо.

Когда он добрался до окраины города, то увидел издалека огромную тень. Это была затемнённая фабрика. В помещении охраны при входе на фабрику дремал мужчина с бородой. Сюй Жэньдун наклонился, на цыпочках тихо прошёл комнату охраны и в одиночку вошёл на фабрику. Он закрыл за собой заводскую дверь.

Расплавленная жидкость лилась в бассейн, оранжево-красное свечение осветило всю центральную часть. Сюй Жэньдун почувствовал на лице тепло. Это чувство рассеяло тревогу одинокой прогулки ночью. Тем не менее, он шёл очень осторожно. На фабрике посреди ночи было очень тихо, так тихо, что слышен был только звук его собственных шагов. Вскоре он добрался до кабинета директора на четвёртом этаже. Держа в руке стальной прут, подобранный на дороге, он глубоко вздохнул и открыл ключом дверь кабинета директора.

Вопреки тому, что он себе представлял, ничто в комнате директора фабрики не бросилось нападать на него. Сюй Жэньдун защитил своё тело стальным стержнем в одной руке, поднял фонарик в другой и осторожно вошёл в комнату.

Убранство этой комнаты было явно более роскошным, чем в кабинетах снаружи. Мебель была сделана из массива дерева, а обои расписаны тёмными узорами. Прямо напротив двери стояли кожаные стулья и столы, на столе лежала стопка рисунков, а сбоку несколько документов. Неизвестно, слишком ли поспешно вышел хозяин, но крышка чернильницы не была закрыта. В неё всё ещё было вставлено гусиное перо.

Сюй Жэньдун подошёл к столу, и его глаза загорелись. Оказалось, что на столе был разложен план всей фабрики. Он повернулся к части подземелья и обнаружил, что подземелье действительно соответствует его ожиданиям. Местность очень сложная и, проще говоря, это был лабиринт. Было много тупиков, а некоторые места были отмечены странными символами.

Лянь Цяо напечатал: [Ты видел знак побега? Это самая глубокая часть лабиринта. Должно быть лифт там.]

Сюй Жэньдун мягко кивнул. Взяв перо из чернильницы, начиная с глубокого конца лабиринта, он начертил маршрут к началу лабиринта. Он использовал свой мобильный телефон, чтобы сфотографировать карту и сохранить её, затем начал исследовать папку рядом с ним.

В папке была стопка информации о сотрудниках. На первой странице был жестокий бригадир. На фото его глаза были свирепыми и кровожадное чувство насилия почти вырвалось из фото. На стороне; имя, возраст и трудовой стаж мастера были записаны от руки. Сюй Жэньдун бегло прочёл информацию, открыл следующую страницу и был ошеломлён.

На второй странице был Чумной доктор!

В отличие от предыдущей страницы, фото Чумного доктора было закрашено большим крестом красной краской. Текст также размыт и неразборчив, невозможно узнать, что было написано изначально.

Всё лицо человека на фото было скрыто за маской с клювом. Чёрные очки казались бездонными, как две чёрные дыры, и заставляли людей нервничать. У Сюй Жэньдуна внезапно возникло ужасное чувство, как будто он не единственный человек в комнате директора фабрики. Он резко поднял голову и огляделся. Он не мог не сжать стальной стержень в руке.

[Лянь Цяо: Что не так? Ты что-нибудь слышал?]

Сюй Жэньдун вздохнул: «Нет, я слишком нервничаю».

Продолжая просматривать файлы, на следующих нескольких страницах были шарнирные куклы в мастерской. Он был удивлён, обнаружив, что у этих кукол разные имена. Даже пол и семейное положение были чётко прописаны. Ничего не повторялось. Это явно был манекен, но он был сделан как настоящий, живой человек. Сюй Жэньдун вспомнил шарнирных кукол, которые работали в мастерской, и не мог не почувствовать озноб.

Стоит отметить, что внизу данных каждой шарнирной марионетки отмечена строка слов заглавными буквами, что переводится как: 17 часов работы и 7 часов отдыха. Поскольку работа слишком тяжёлая, вы не должны беспокоить их во время перерыва.

Это выглядело как некий намёк. Сюй Жэньдун записал это в своём сердце.

Посмотрев дальше, оставшиеся страницы были почти полностью пусты, за исключением того, что в середине каждой страницы был разный символ. Сюй Жэньдун подумал, что они выглядят знакомыми, и Лянь Цяо внезапно набрал: [Знаки на карте!]

Сюй Жэньдун внезапно понял. Он вынул карту и увидел, что, как и ожидал, все эти символы появились в подземном лабиринте.

[Лянь Цяо:  …Итак, это иллюстрированное приложение монстров.]

[Сюй Жэньдун:  Что ты имеешь в виду?]

[Лянь Цяо: То есть, ты ещё не сталкивался с этими монстрами в лабиринте, поэтому приложение пустое и ждёт, когда ты столкнёшься с ними. Как только ты это сделаешь, их информация появится здесь.]

Сюй Жэньдун немного подумал, а затем вернулся к странице «Чумной доктор». Он посмотрел на красный крест на фото.

[Лянь Цяо:  Этот крест может означать «умерший»]

Был ли он забит до смерти бригадиром?

Сюй Жэньдун задумался и напечатал: [У меня всегда такое чувство, что что-то не так.].

[Лянь Цяо: А?]

В сердце Сюй Жэньдуна слишком много загадок. Например, кто убил его во сне в первый раз в общежитии? Другой вопрос: какое табу нарушил джентльмен, чтобы Чумной доктор бросил его в лаву?

К сожалению, у него не было возможности ответить на эти вопросы. Сюй Жэньдун мог только вздохнуть и снова сосредоточить своё внимание на рисунках перед ним.

Он оценил расстояние от входа до конца лабиринта. Даже если он успешно избежит неизвестных монстров на дороге, будет невозможно пройти туда и обратно в течение часа. Поэтому он набрал в телефоне: [Сейчас я ухожу в подземелье.]

[Лянь Цяо:  Хорошо. Я провожу тебя по дороге.]

Сюй Жэньдун положил папку в свой рюкзак. Держа стальной стержень, он с осторожностью направился к подземной части. Проходя мимо расплавленного бассейна на первом этаже, он неосознанно заглянул в расплавленный бассейн. Огонь вспыхнул высоко, и, хотя он был так далеко, волна жара всё ещё обжигала его щёки.

Сцена, где джентльмен, падает в расплавленный бассейн и превращается в пепел, до сих пор была яркой. Странное лицо Чумного доктора и его большие ножницы тоже предстали перед ним, пробуждая какое-то неописуемое чувство страха.

Он отвёл взгляд, подавил лёгкую тревогу в сердце и быстро пошёл к подземному входу.

В результате он не заметил, что за его спиной дверь фабрики, которую он раньше собственноручно закрыл, теперь была приоткрыта.

Спираль смерти [BL] Глава 57. Бабочки в животе (7)

Глава 57. Бабочки в животе (7)

Отправной точкой подземного лабиринта была котельная. Дальше вниз был изогнутый узкий коридор. Под землёй не было света, и огонь расплавленной лужи не мог осветить ничего внизу, поэтому весь коридор был тёмным, как могила с открытым зевом.

Хотя расположение комнаты управления было отмечено на заводских чертежах, Сюй Жэньдун не собирался включать переключатель. Если бы он это сделал, то все подземные огни были бы включены, и все монстры проснулись. Если бы в это время все монстры выбежали вместе, чтобы устроить королевскую битву, это было бы слишком увлекательно для его здоровья. Поэтому он поднял фонарик и медленно пошёл в темноту.

Фонарик мог осветить лишь небольшую площадь. Подземная дорога была длинной и извилистой, а потолок низким и вызывал у людей чувство клаустрофобии. Воспользовавшись инструкциями Лянь Цяо, Сюй Жэньдун не попал в тупик и плавно направился к финишу. Пройдя так несколько минут, он вдруг услышал глухой звук.

Его внимание всегда было направлено на то, чтобы услышать что-нибудь, поэтому, хотя звук был низким и приглушённым, он всё же уловил его. Сюй Жэньдун остановился и зорко огляделся. Через несколько секунд перед ним раздался ещё один приглушённый звук.

*Бум…*

На этот раз Сюй Жэньдун отчётливо это услышал. Хотя звук был глухим, он имел металлическую текстуру. Это было похоже на удар железного блока о землю. И кажется… расстояние стало чуть ближе, чем раньше?

Вскоре снова раздался металлический грохот. На этот раз Сюй Жэньдун был уверен: существо, издававшее звук, приближалось к нему!

Мышцы всего его тела мгновенно напряглись. Фонарик светил вдалеке, и в конце коридора была стена. В этом районе было не на что смотреть. Звук ударов всё приближался, а частота столкновений становилась всё быстрее и быстрее.

Лянь Цяо, с которым он не мог поделиться своим слухом, не знал, что происходит. Однако, основываясь на визуальных образах, отправленных обратно Сюй Жэньдуном, он сделал вывод об общей ситуации и быстро ответил: [Беги назад, иди налево, а затем направо. После трёх перекрестков есть место. Ты можешь спрятаться там.]

Сюй Жэньдун собирался обернуться, когда перед его полем зрения внезапно вспыхнул огромный серебристо-серый объект. Он услышал громкий удар. Существо выскочило из-за угла коридора и врезалось прямо в стену!

Весь коридор затрясся, а с потолка даже посыпалась пыль. Сюй Жэньдун стабилизировал своё тело и повернул голову, чтобы посмотреть. Он был ошеломлён представшим перед ним.

Он увидел огромный металлический предмет, стоящий в конце коридора. Объект был сделан в форме пары «близнецов-дракона-феникса» (мальчик и девочка), и каждый малыш был почти такого же роста, как взрослый. Младенцы смотрели друг на друга в позе 6/9, их грудь и живот были склеены. Головы, руки и ноги были вывернуты назад в неестественном положении, и все четыре ноги приземлились на землю, сформировав крайне искажённую позу.

Ещё более странным было то, что независимо от того, смотрели ли вы горизонтально или вертикально, под головами мальчика и девочки были соединены два тела. Таким образом, у людей возникло бы чувство замешательства: это двое младенцев или четверо младенцев?

Сюй Жэньдун был в ужасе от этого зрелища, и его фигура не могла не замереть. В этот момент сиамские близнецы скрутили руки и ноги, резко повернулись на девяносто градусов и направили голову девочки на Сюй Жэньдуна.

С этой точки зрения металлический блок снова стал обычной девочкой. У неё была преувеличенная улыбка на лице и пухлые руки и ноги. Она выглядела почти невинно. Поскольку у него была твёрдая металлическая оболочка, а также другое тело, прикреплённое к спине, её движения были чрезвычайно жёсткими, а диапазон движений был очень маленьким.

Но это ни в коем случае не означало, что это существо не опасно. Сюй Жэньдун перестал колебаться, повернул голову и побежал. Моментально за его спиной снова раздался тяжёлый удар.

*Бум!*

А потом – *бах-бах-бах!*

Сюй Жэньдун оглянулся и не мог не почувствовать холод. Кровь во всём его теле застыла почти мгновенно. В это время это был мальчик с поднятой головой, смотрящий прямо на него. Голова и спина девочки были обращены к нему, она опиралась на землю макушкой и ногами. Её талия была высоко поднята и изогнута в форме моста.

Оказалось, что сиамские близнецы не могли нормально ходить, а катались взад-вперёд!

Из-за своих огромных размеров каждый раз, когда голова сиамского младенца ударяется о землю, это вызывает сильную вибрацию. С потолка то и дело сыпалась пыль, а по стенам с обеих сторон сыпалась штукатурка, словно весь коридор рухнет в следующую секунду.

Сюй Жэньдун стиснул зубы. Он побежал и вскоре достиг первого угла.

[Лянь Цяо:  Налево!]

Сиамские младенцы очень быстро переворачивались, но недостатком было то, что их движения были очень негибкими. Как только Сюй Жэньдун повернул за угол, он услышал громкий шум. Сиамские близнецы снова врезались в стену!

Однако на этот раз звук удара был очень близко, почти касаясь его затылка. Он даже чувствовал ветер, вызванный катанием металлического гигантского шара младенцев.

Он не осмеливался думать слишком много, кроме направлений. Он изо всех сил бежал к следующему перекрёстку.

Сиамские гигантские младенцы медленно повернулись после удара о стену, а затем покатились к нему с поразительной скоростью. Сюй Жэньдун дошёл до второго перекрёстка, и Лянь Цяо ввёл: [Налево!]

Влево и вправо, влево и вправо. Сюй Жэньдун без колебаний повернул направо, но перед ним внезапно возникла стена. Он был потрясён, а потом заметил, что Лянь Цяо написал «Налево!»

Это было налево и налево, а не налево и направо!

Это был тупик!

Сюй Жэньдун собирался обернуться, но услышал позади себя звук: Бам!

Он резко повернулся, и гигантские сиамские младенцы поблизости медленно повернулись к нему такими же жёсткими движениями.

Они посмотрели друг на друга. На лице сиамских младенцев была преувеличенная и пугающая улыбка, а металлическое тело отражало холодный свет фонарика.

Дыхание Сюй Жэньдуна было коротким, и его сердце почти выпрыгнуло из горла. Он инстинктивно отступил назад и внезапно почувствовал зуд в животе, словно бесчисленные пальцы тёрлись о слизистую оболочку желудка, вызывая у него тошноту и желание подавиться.

Это были куколки мотыльков? Мотыльки начали размножаться в его желудке?

Эта мысль заставила Сюй Жэньдуна похолодеть. Он крепко сжал своё единственное оружие, стальной стержень, в руке, но ладони уже давно промокли от пота и были липкими и скользкими.

В поле зрения левого глаза вдруг всплыла строка слов: [Предугадывание! Контратака!]

Предугадывание? Контратака? Сюй Жэньдун не мог понять значения этих двух слов, но фраза, написанная Лянь Цяо, заставила его внезапно осознать, что в этот момент он был не один!

Хотя Лянь Цяо не было рядом с ним, Лиан Цяо всё ещё делает всё возможное, чтобы помочь ему!

В его груди вспыхнуло мужество. Сюй Жэньдун успокоился, глядя на сиамских младенцев, ожидая их следующего броска. Сиамские младенцы стояли на перекрёстке, их огромное металлическое тело полностью перекрывало пути отхода Сюй Жэньдуна. Кажется, они тоже это поняли. На лице девочки была преувеличенная улыбка, а уголки рта чуть не потрескались за ушами.

На этот раз сиамские малыши не мчались к нему на большой скорости, а откатились вперёд на полкруга, приняв причудливую позу с опущенной головой и поднятыми вверх ногами. Затем они сделали полкруга вперёд, и появилась голова мальчика, всё ещё смотрящего на Сюй Жэньдуна со странной улыбкой.

*Бум. Бум. Бум.*

Металлические сиамские младенцы катились вперёд с чрезвычайно медленной скоростью, вызывая у людей огромное чувство угнетения. Они ожидали, что Сюй Жэньдуну некуда будет бежать, поэтому не спешили сбивать его. Вместо этого они неторопливо начали с ним играть. Сюй Жэньдун был вынужден шаг за шагом отступать, и вскоре его спина была прижата к стене. У него действительно нет выхода.

Однако за эти несколько кругов, которые медленно катил к нему гигантский шар близнецов, он уже ясно рассмотрел строение его тела!

Сиамские близнецы были всего в одном шаге от него. Как раз когда гигантские металлические младенцы собирались пробежаться по его телу, Сюй Жэньдун сжал стальной стержень, а затем качнул его вперёд. Он изогнулся и прицелился в щель между двумя пупками сиамских младенцев и вонзил между ними стальной стержень!

Грудь и живот двух младенцев были соединены вместе, за исключением щели в пупке. Там была впадина толщиной с руку. Сюй Жэньдун вставил в неё стержень, просто заполнив небольшое пространство между пупками. Сиамские младенцы встряхнулись всем телом, и их движения остановились. Затем из их середины донёсся слабый звук.

*Щёлк.*

Гигантские сиамские младенцы застыли на месте, а затем последовало ещё несколько «щелчков».

Сюй Жэньдун вздохнул и уставился на монстра, увидев гнев и разочарование на безжизненных металлических детских лицах. Однако, как бы они ни старались, не могли сделать никаких движений, кроме щелчка между телами.

Конечно. Потому что большая часть их тел была сделана из твёрдого металла, склеенного вместе. Два младенца – нет, следует сказать, что это четверо младенцев, имеющих две руки и две ноги, – могли полностью двигаться, полагаясь на свою изысканную внутреннюю механическую структуру. И самым критическим положением этой механической конструкции было отверстие в пупке.

Когда он только что медленно приблизился, Сюй Жэньдун заметил, что каждый раз, когда они совершали движение, из отверстия высовывался кусок металла. Металлические блоки в разных положениях и под разными углами представляют разные действия. Только когда сиамские младенцы возвращались в исходное состояние неподвижности, металлические блоки полностью втягивались в тело. Затем середина пупка снова станет полным кругом.

Следовательно, если отверстие заблокировать стальным стержнем, то металлический блок застрянет и его невозможно будет вытолкнуть. Поэтому гигантские сиамские младенцы не смогут двигаться.

К тому времени, когда дыхание Сюй Жэньдуна постепенно стихло, гигантские сиамские младенцы всё ещё «щёлкали», но не продвинулись вперёд даже на полшага. Казалось, что монстр был побеждён до поры до времени.

Сюй Жэньдун обошёл сиамских младенцев, аккуратно огибая своим телом гигантские стальные прутья, и вернулся в исходный коридор. Младенец, повернувшийся к нему спиной, уныло уставился на него, разъярённый тем, что не смог его убить.

[Лянь Цяо:  У нашего босса есть сотни способов расправиться с тобой, а ты ничего не можешь сделать!]

Сюй Жэньдун: «……»

Хватит хвастаться. По правде говоря, меня чуть не убили они только что.

Продолжая углубляться в лабиринт, настроение Сюй Жэньдуна постепенно успокоилось. Также исчезла тошнота от ползающих в желудке насекомых. Лянь Цяо внезапно напечатал: [Кстати, давай взглянем на информацию о сотрудниках, книга с иллюстрациями монстров должна быть обновлена!]

Сюй Жэньдун открыл папку с информацией о сотрудниках и обнаружил, что текст отображается поверх одной из пустых страниц, отмеченных схемой подземелья. Фотография гигантских сиамских близнецов также была размещена в правом верхнем углу.

Колонка имени сбоку гласила: SI XI REN.

Приведенное ниже английское описание означает, что это древняя игрушка с Дальнего Востока под названием SI XI REN. Она имела своеобразную форму. Это был милый ребёнок, куда бы вы ни посмотрели; вверх, вниз, влево или вправо. Китайцы верят, что эти четыре младенца означают четыре счастливых вещи: внезапный дождь в засуху, встречу старых друзей в незнакомом месте, первую брачную ночь и первое место на экзамене.

[Лянь Цяо: Дождь во время засухи, встреча со старым другом в далёкой стране, когда расцветает брачная ночь, и получение высшего места на экзамене?]

Сюй Жэньдун внезапно осознал и, наконец, понял значение имени, написанного на английском языке, – «Четыре счастья».

Оказывается, этот сотрудник был китайцем.

Он убрал папку и нажал на карту лабиринта на телефоне. Конечно же, место, где он столкнулся с SI XI REN, было точно рядом с знаком, отмеченным на карте. Похоже, он и Лянь Цяо были правы. Каждая страница в информации о сотрудниках соответствовала монстру на фабрике. Информация о монстрах появится в папке только в том случае, если они видели его своими глазами.

Другими словами, у него есть большая вероятность встретить всех монстров.

Одна только мысль об этом утомляла его.

Лянь Цяо: «Я не знаю, будет ли скрытая награда за полную коллекцию иллюстраций монстров?»

…Я не хочу этого, ясно?

Сюй Жэньдун вздохнул: [Есть ли способ избежать отмеченных мест?]

[Лянь Цяо: Есть метод принудительной очистки инстансов, я думаю, мы можем попробовать…]

[Сюй Жэньдун: Скажи мне.]

[Лянь Цяо: Найди электрическую дрель, пробей землю и иди прямо вниз.]

Сюй Жэньдун: «……»

Это действительно было жестоко. Действительно достойно человека, который стремился убивать НПС. Его мозговые схемы определённо не такие, как у других.

Сюй Жэньдун вздохнул и набрал: [Забудь об этом, давай пойдём обычным путём.]

[Лянь Цяо: Тогда ты должен быть осторожен. На следующем перекрёстке справа монстр.]

Настроение только что расслабилось, а теперь снова стало напряжённым. Сюй Жэньдун остановился, чтобы сделать глубокий вдох.

На этот раз ситуация была хуже, чем раньше, потому что у него в руках не было оружия.

Автору есть что сказать:

Предугадывание относится к предварительной оценке позиции и высвобождению навыков в позиции, куда вот-вот прибудет враг. Контратака относится к защитной контратаке, то есть защите в тот момент, когда противник начинает атаку. В некоторых играх есть эффект контратаки при идеальной защите.

Спираль смерти [BL] Глава 58. Бабочки в животе (8)

Глава 58. Бабочки в животе (8)

После поворота направо был длинный коридор. Сюй Жэньдун поднял фонарик и осторожно двинулся вперёд. Он находится в подземном лабиринте уже более получаса, и его глаза почти адаптировались к темноте. Он мог видеть всё ясно, пока светил фонарик.

Он отвёл фонарик, и вдруг что-то шевельнулось в его поле зрения. Сюй Жэньдун снова посветил прямо перед собой и увидел большое количество шарнирных кукол далеко вдалеке. Он тут же опешил.

Куча шарнирных кукол была плотно набита в коридоре мириадами разных позиций, полностью загораживая коридор. После того, как их осветил свет фонарика, они тоже как будто испугались. Куклы одна за другой скрутились тут и там, и вдруг все их суставы бешено закрутились!

Было похоже, что они вовсе не приветствовали его, а скорее бросались к нему с горечью и желанием убить его.

Сюй Жэньдун ахнул: «Их так много! Как я могу бороться с ними!?».

Он взглянул и увидел, что здесь втиснуто не менее тридцати шарнирных кукол. Те, кто в первом ряду, среагировали быстрее всех, бросившись к нему с пугающей скоростью. Сюй Жэньдун повернул голову и без колебаний побежал. Фонарик в его руке тоже повернулся, освещая направление, откуда он пришёл.

Лянь Цяо уже дал инструкции. На этот раз он не говорил по-китайски направо и налево, а вместо этого использовал символы со стрелками. Сюй Жэньдун некоторое время бежал в соответствии с инструкциями, а затем вдруг почувствовал, что давление позади него исчезло. Бешеные шаги тоже как-то исчезли.

Сюй Жэньдун удивлённо оглянулся. Лянь Цяо спросил: [Что случилось?]

[Сюй Жэньдун: Они не преследуют.]

[Лянь Цяо:  Есть ли зона защиты?]

Сюй Жэньдун не ответил. Шарнирные куклы располагались на единственном пути к концу, и у него не было другого выбора, кроме как пройти через них. Поэтому он снова повернулся к коридору с шарнирными куклами и почувствовал, что окружающий воздух вокруг него застоялся и не было слышно ни звука. Кажется, что куклы действительно перестали двигаться.

Стоя на углу, Сюй Жэньдун прислонился спиной к стене и осторожно посветил фонариком на кукол. Как только свет попадал им в глаза, куклы моментально поворачивали головы и смотрели прямо на фонарик. Нескоординированные конечности снова начинали скручиваться, устремляясь к нему с действительно ужасающей скоростью.

Сюй Жэньдун был потрясён и инстинктивно повернул голову, чтобы убежать. Пробежав два шага, он обнаружил, что куклы позади него снова перестали преследовать его.

Что случилось? Они не будут преследовать вас, пока вы к ним спиной?

Лянь Цяо внезапно обрадовался: [SCP 173!]

[Сюй Жэньдун: ?]

У него не было времени думать о том, что взволновало Лянь Цяо, но он посмотрел на фонарик в своей руке. Внезапно в его сердце возникла идея.

Он обернулся и снова направил фонарик на фигуры в десятках метров от себя. В тот момент, когда свет падал на кукол, куклы тут же оживали и яростно бежали.

На этот раз Сюй Жэньдун не повернул голову, чтобы убежать, а снова нажал на выключатель фонарика. Всего один щелчок, и весь коридор погрузился во тьму. Бегущий звук шарнирных кукол также сразу остановился.

Понял, так получилось, что это виноват свет.

Сюй Жэньдун сразу же вспомнил описание в профиле сотрудника: Рабочее время – 17 часов, время отдыха – 7 часов. Поскольку их работа слишком тяжёлая, вы не должны беспокоить их во время перерыва.

Кажется, это место, где отдыхают шарнирные куклы. Как только они будут возбуждены светом, они будут яростно желать избивать людей.

…Злятся, из-за того, что их разбудили?

Да, это было разумно.

Казалось, что пока он не включит фонарик, сможет избежать возмездия. В таком случае это препятствие было не слишком сложным, можно просто пройти мимо них в темноте.

После выключения фонарика весь коридор погрузился в полную темноту. Не говоря уже о том, что он не мог видеть свои пальцы, Сюй Жэньдун почти не чувствовал существования своего тела. Он прошёл вдоль стены к куче кукол, и Лянь Цяо написал: [У этой мусорной камеры нет инфракрасного ночного видения.]

Сюй Жэньдун не ответил.

[Лянь Цяо: Старший брат, что ты делаешь?]

Сюй Жэньдун: «……»

После мгновения безмолвия Лянь Цяо внезапно осознала: [О, о, это же свет, правда?!]

Сюй Жэньдун кивнул в темноте. Было неизвестно, был ли передан его смысл. Короче говоря, Лянь Цяо какое-то время снова не печатал.

Внезапно его палец наткнулся на что-то твёрдое. Сердце Сюй Жэньдуна дрогнуло, он рефлекторно отступил. Вероятно, из-за того, что находился в полной темноте, его нервы были сильно натянуты. Такой маленький раздражитель фактически заставил его напрячься. Его грудь напряглась и затрепетала. Прошло много времени, прежде чем он набрался смелости, чтобы двигаться дальше.

Он сменил направление и избежал встречи с куклой, с которой только что столкнулся. Внезапно последовал ещё один удар в живот.

Словно испуганный кот, Сюй Жэньдун свернулся калачиком и сделал большой шаг назад. Его сердце бешено билось и разрывалось в груди. Онемели даже корни зубов, а голова покрылась холодным потом.

Он хотел включить фонарик, чтобы увидеть, что происходит, но не мог. Поэтому он мог только осторожно протянуть руку вперёд, чтобы подтвердить ситуацию в темноте. Оказалось, что это застывшая в бегущей позе кукла с вытянутым кулаком. Сюй Жэньдун только что столкнулся с её кулаком. На самом деле скорость была невысокой, но из-за его концентрации и напряжения мышц живота у него была иллюзия удара кулаком в живот.

Всё в порядке, всё в порядке. Пока он не включит свет, они не будут двигаться.

Сюй Жэньдун попытался успокоиться, но его бешеное сердцебиение не могло замедлиться. В груди у него было так тесно, что он действительно не хотел больше оставаться в темноте. Поэтому он заставил себя взбодриться и снова шагнул в темноту.

Реакция шарнирной куклы на свет, по-видимому, связана с интенсивностью света. Кукла, которая стояла в первом ряду, подвергалась непосредственному прямому воздействию, поэтому она наиболее интенсивно реагировала и быстрее всех бежала. После того, как Сюй Жэньдун прошёл мимо нескольких разбросанных кукол, он вскоре подошёл к самой концентрированной части шарнирных кукол.

Он вытянул левую ногу и пнул что-то левой ногой. Вытянул правую ногу и пнул что-то правой ногой. Скорректировав направление, он протянул руку к темноте, но обнаружил, что повсюду куклы, преграждающие путь.

Хотя куклы сгрудились вместе, поскольку каждая кукла имеет стройную фигуру и искажённые движения, и после только что полученного светового стимула первоначальная плотная формация была нарушена, так что можно было пройти сквозь них. Но это означало, что ему приходилось много физически контактировать с куклами, нащупывая все щели.

…Не бойся, они не сдвинутся.

Сюй Жэньдун изо всех сил старался утешить себя, но, когда он прижался к холодной кукле и был вынужден принять ту же скрюченную позу, он снова почувствовал, как онемел его скальп. Его язык оцепенел, и даже дыхание стало жёстким.

…Как ты можешь не бояться, когда делаешь что-то подобное?

Он был зажат между десятками марионеток. В случае случайного включения света, даже если куклы не нападут на него, они могли просто свернуть ему грудь и раздавить конечности.

В этот момент он очень хотел, чтобы Лянь Цяо был рядом с ним. Даже если бы просто бродил с ним в темноте, даже если бы просто тихо стоял рядом с ним, он чувствовал бы себя намного лучше.

Было слишком неудобно оставаться одному в темноте.

Внезапно в поле зрения левого глаза Лянь Цяо шевельнул пальцами и быстро напечатал строчку: [Я спою для тебя песню.]

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Петь? Какую песню ты мог бы спеть в такое время? А также они не могли обмениваться звуком, так как же он вообще мог слышать пение Лянь Цяо?

Он увидел, как Лянь Цяо написал: [А теперь, пожалуйста, насладись музыкальной темой «Путешествия на Запад: Звуки облачного дворца». Давай начнём.]

[Диу-диу-диу!]

[Дэн-дэн-дэн-дэн-дэн-дэн-дэн, дэн-дэн-дэн-дэн-дэн-дэн-дэн, дэн-дэн-дэн-дэн-дэн-дэн-дэн, диу-диу-дью! Диу-диу! Дэн-дэн-дэн-дэн-дэн-дэн-дэн…]

Сюй Жэньдун: «……»

Ты действительно можешь передавать музыку так?!

Увидев эту волшебную строчку «дэн-дэн-дэн-дэн», разум Сюй Жэньдуна на самом деле повторил мелодию музыкальной темы «Путешествия на Запад». Эта песня была настолько знакомой, что Лянь Цяо просто должен был подсказать ему, и Сюй Жэньдун автоматически завершил всю песню, добавив изображение Короля обезьян, едущего сквозь облака.

В глубине души он не мог не напевать: «Блин! Дэн! Дэн-дэн-дэн-дэн-дэн-дэн-дэн!»

С «Путешествием на Запад» в качестве фоновой музыки прежнее чувство ужаса мгновенно исчезло. Прежде чем понял, Сюй Жэньдун уже вышел из марионеточной формации.

Некоторое время он шёл вдоль стены и, миновав угол, наконец смог вытащить фонарик. Его зрение восстановило свою яркость, и Сюй Жэньдун испустил долгий вздох облегчения.

[Лянь Цяо: Ты выбрался!]

[Сюй Жэньдун:  Да, спасибо. Но почему ты вдруг подумал о пении?]

[Лянь Цяо: В лабиринте так темно, что нельзя включить свет. Вокруг было много кукол. Просто наблюдая отсюда, я чувствовал себя ужасно. Вот я и подумал, что ты тоже можешь бояться. Но вокруг тебя никого нет, и ты не можешь со мной поговорить. Ты можешь только идти в темноте в одиночестве. Это заставит тебя чувствовать себя беспомощным, верно?]

Сюй Жэньдун посмотрел на фразу «идти в темноте в одиночестве», и самая уязвимая часть его сердца внезапно проткнулась и стала кислой.

В видении левого глаза палец Лянь Цяо снова шевельнулся.

[Будем жить вместе?]

Сюй Жэньдун был ошеломлён.

Лянь Цяо быстро удалил жаргонизм и поспешно поправил: [Я не говорю о совместном проживании (эта фраза обычно используется парой, решившей начать жить вместе романтически), я говорю о простом совместном проживании. Тогда нам не нужно входить в разные инстансы…]

Сюй Жэньдун: «……»

[Лянь Цяо: Я перееду, или ты переедешь и будешь жить со мной, хорошо?]

Сюй Жэньдун: «……»

Глядя на фразу «Хорошо?», он, казалось, слышал тихий голос Лянь Цяо, звенящий в ушах. Он даже мог представить, как Лянь Цяо закатывает рукава, смотрит на него в предвкушении и тревожно спрашивает: «Хорошо?»

Внезапно в его животе возникло щекочущее ощущение. Оно было тёплым, словно лапа котёнка нежно царапала его.

Сразу после этого у него зачесалось горло. Внезапно его вырвало.

Лянь Цяо: «???»

Однако рвоты перед ним не было. Когда Сюй Жэньдун открыл глаза, он увидел перед собой летящую ярко-синюю бабочку. Бабочка была очень маленькая и чешуйки на её крыльях сияли осколками света. Она неторопливо порхала в темноте.

Лянь Цяо: «?????!!!»

Сюй Жэньдун ошеломлённо протянул руку. Бабочка качнулась и медленно приземлилась ему на ладонь.

Затем она исчезла. В ладони остался лишь кусок серебристо-белого круглого металла.

Кнопка лифта.

Бабочки… Ах, вот как. «Бабочки в животе» относятся к ощущению учащённого сердцебиения при влюблённости.

[Лянь Цяо:  Брат Жэньдун…]

Кровь Сюй Жэньдуна прилила к его щекам, и он почти не мог дышать. Металлическая кнопка тяжело легла на его ладонь, и он крепко сжал её, наконец успокоившись.

Несмотря на то, что Лянь Цяо не говорил, Сюй Жэньдун постепенно успокаивался сам по себе.

Он вдруг вспомнил, что у Лянь Цяо есть девушка, которая ему нравится, по имени Хуахуа.

Только что бабочка была похожа на признание Сюй Жэньдуна, как будто он прямо провозглашал: ты мне нравишься. Но… Лянь Цяо любил девушек.

Лянь Цяо, должно быть, был шокирован, когда ему внезапно признался человек того же пола. Но он был так нежен, что не хотел говорить обидных слов, поэтому промолчал.

Кстати, только что предложенное им «жить вместе» должно быть как раз из соображений безопасности. На самом деле другого смысла нет, просто Сюй Жэньдун слишком много думает.

…Он не должен усложнять жизнь Лянь Цяо. Если так продолжится, они даже не смогут остаться друзьями.

Сильное чувство стыда перегородило ему грудь и в нём смешалась горечь. Сюй Жэньдун глубоко вздохнул, пытаясь придумать, как заставить Лянь Цяо забыть о том, что тот только что видел, но затем Лянь Цяо внезапно набрал: [Если бы я был рядом с тобой прямо сейчас, я бы определённо прижал тебя к стене и…]

Прежде чем он закончил говорить, Сюй Жэньдун резко поднял голову – перед ним появился неизвестный монстр. Он инстинктивно взял своё оружие и шагнул вперёд. Лянь Цяо удалил предложение и изменил его на [Забудь об этом, сосредоточься на убийстве монстров. Давай поговорим, когда ты выйдешь.]

Сюй Жэньдун грустно подумал, сражаясь с монстрами: «На этот раз они определённо больше не могут быть друзьями! Он на самом деле хочет прижать меня к стене и сильно избить!»

______________________

Автору есть что сказать:

Кто скажет Жэньдуну, что хочет сделать Лянь Цяо после того, как прижмёт его к стене?

Примечание: SCP 173: Фонд SCP представляет собой серию работ о различных сверхъестественных явлениях, людях и других событиях. В связи с большим количеством авторов и глобальной ориентацией могут быть приняты квалифицированные статьи. Основная настройка заключается в заключении аномалий, отдельных лиц, событий и так далее в Фонд для «сдерживания», чтобы предотвратить причинение вреда людям. Один из самых известных SCP 173 – гуманоидный объект из бетона и стали. Когда он перед вами, вы должны продолжать смотреть на него, не моргая. Как только он не окажется ни в чьём поле зрения, он моментально свернёт вам шею.

Спираль смерти [BL] Глава 59. Бабочки в животе (9)

Глава 59. Бабочки в животе (9)

Только Небеса знали, что пережил Сюй Жэньдун.

В течение следующих трёх часов он столкнулся с семью или восемью разными монстрами и, наконец, заполнил все пустые страницы в профилях сотрудников.

Все неизвестные метки на карте были устранены, но ожидаемая скрытая награда не появилась. Сюй Жэньдун держал папку в руке, подтверждая, что он видел монстров на каждой странице, и, наконец, вздохнул с облегчением в своём сердце.

Лянь Цяо: «Мы почти закончили, цзяю».

Сюй Жэньдун слегка кивнул и открыл дверь определённой комнаты в соответствии с инструкциями Лянь Цяо. Похоже, это была центральная комната управления вентиляторами, а внутри дул огромный вентилятор. Над его головой были перекрещены вентиляционные каналы и каналы холодной воды. Трубы все уже были ржавые, а пожелтевшая ржавая вода продолжала капать, образуя повсюду на полу лужи.

Лянь Цяо вдруг обрадовался: [Вентиляционные каналы! Я хочу перелезть через них!]

Сюй Жэньдун: «???» Что за странное хобби – лазить по вентиляционным каналам?

До конца оставалось ещё несколько сотен метров, и, согласно карте, на следующем перекрёстке он должен был повернуть налево. Однако, когда Сюй Жэньдун огляделся, то не нашёл следующей двери или прохода.

Это был тупик?

[Лянь Цяо: Это должна быть прямая дорога.]

Он увеличил карту в своём мобильном телефоне и снова подтвердил местоположение: [Смотри, этот вентиляционный канал прямо перед тобой.]

Сюй Жэньдун оглянулся. Он прошёл через дверь и теперь стоял лицом к стене. Согласно прямой дороге, указанной на карте, если он не использует вентиляционный канал, то мог только просверлить дырку в стене.

Он пододвинул стул и забрался на него. Вентилятор на отверстии вентиляционного канала всё ещё крутился и шумел, и дул горячий воздух.

Сюй Жэньдун подошёл к консоли, потянул за рычаг и остановил все вентиляторы. Он снова забрался на стул, снял вентилятор на отверстии вентиляционного канала, затем включил фонарик, чтобы посветить внутрь. Внутри было темно и бездонно. Диаметр трубы был не большой и не маленький, как раз достаточный, чтобы взрослый мог войти внутрь. Но попав внутрь, было бы очень трудно развернуться и выйти снова.

Только представьте, что ползание по трубе вызывало у Сюй Жэньдуна депрессию. Он едва мог дышать.

[Лянь Цяо сказал: Так мило, ха-ха-ха-ха-ха.]

[Сюй Жэньдун: В каком месте?] Это явно страшно, хорошо?

[Лянь Цяо: Я помню одну игру с побегом… Эта игра просто ужасна! Твоя батарея разряжается всё время, что делает тебя очень беспокойным. Но когда ты попадаешь в вентиляционный канал, он безопасен и монстры позади не будут продолжать преследовать тебя. Поэтому, когда я вижу вентиляционные каналы, это как встреча с мамой! Такой знакомый и добрый!]

Неудивительно, что ему хочется залезть внутрь, когда он видит вентиляционные каналы, оказывается, это гавань любви.

Сюй Жэньдун собирался залезть внутрь, но Лянь Цяо остановил его: [Подожди, не торопись. Думаю, ты можешь сначала вернуться, сделать перерыв, а затем взять с собой своих товарищей по команде. Хотя на карте нет странных указателей, в трубопроводе могут быть ловушки.]

Сюй Жэньдун взглянул на время, только чтобы понять, что было шесть часов, и он действительно оставался в подземном лабиринте всю ночь. Только после того, как Лянь Цяо упомянул об этом, понял, что истощён как физически, так и морально. Он встретил слишком много опасностей на своём пути, и теперь был полностью на адреналине. В это время натянутая струна в его сознании ослабла, и всё его тело было чрезвычайно слабо.

Он глубоко выдохнул: [Я тебя послушаю.]

[Лянь Цяо:  Кстати, я не могу не спросить, что только что произошло…]

[Сюй Жэньдун: Что?]

Он отодвинул стул подальше, перезапустил вентилятор и изо всех сил попытался вернуть комнате управления её первоначальный вид. После всего этого он увидел слово, появившееся на телефоне Лянь Цяо: [Бабочка.]

Сюй Жэньдун вспомнил, как перед ним летала бабочка, и горечь снова охватила его сердце. Он не хотел об этом говорить, поэтому повернул дверную ручку, опустил голову и напечатал: [Разве ты не говорил, что мы можем поговорить об этом, когда выйдем?]

[Лянь Цяо:  О… Тогда ты должен выплатить мне компенсацию!]

Компенсацию? Чего?

Извиниться перед ним собственной смертью?

Сюй Жэньдун горько улыбнулся, не зная, что сказать.

Как только поднял голову, к нему устремилось что-то светящееся холодным светом. Он даже не успел увидеть, что это было, но почувствовал, как острая боль пронзила его глаза. Стало темно, и он сразу потерял сознание.

…

Через неизвестное время Сюй Жэньдун проснулась от сильной боли.

Было туманно, и он не мог ясно видеть. Боль во всём его теле была ужасной, как будто каждый сантиметр его костей разбили молотом. Боль была настолько сильной, что у него даже не осталось сил сопротивляться.

Он попытался заставить себя проснуться и энергично моргнул. Слёзы покатились из уголков его глаз, и его зрение, наконец, прояснилось. Он опустил голову, чтобы понять, почему ему так больно. Открывшееся перед ним зрелище пронзило его, как электрический разряд.

Он был вскрыт.

Кожу от грудины до лобковой кости разрезали ножницами, оттянули в стороны и зафиксировали клипсами. Вся его брюшная полость была полностью обнажена, а нежные красные кишки медленно извивались, как новорождённые змеи. По мере того как он дышал всё сильнее и сильнее, телесно-красная змея постепенно выскользнула из его брюшной полости и скользнула к основанию бедра. Кровь хлынула во все стороны. Затем он заметил, что его ноги связаны верёвкой, а руки стянуты за спиной.

Поскольку его плечи были согнуты в совершенно противоположных направлениях, его суставы были вывихнуты, а сами плечи неестественно опущены. Оба плеча свободно висели. Однако боль от вывиха была ничто по сравнению с раной на животе.

Боль была слишком сильной, а картина перед ним была слишком стимулирующей, мозг Сюй Жэньдуна был совершенно пуст, и вообще не мог думать. Он тупо поднял голову и огляделся, не зная, где находится. Он увидел огромные ножницы на земле и молоток сбоку. Перед ним стоял человек в белом, весь в крови, с маской на голове и длинным клювом на лице.

«Оказалось, что Чумной доктор…» – ошеломлённо подумал Сюй Жэньдун.

Чумной доктор заметил его движение и слегка наклонил голову:

– Ты проснулся.

Казалось, что-то не так… что-то странное… где-то что-то было не так…

Сюй Жэньдун медленно моргнул и увидел, как Чумной доктор присел перед ним на корточки и потянулся, чтобы вытереть холодный пот с лица.

– Я хотел подождать, пока ты проснёшься, но ты потерял сознание слишком надолго, так что я не мог ждать, – из маски с клювом донёсся глухой голос.

Что-то было странно… что было не так…

Пальцы Чумного доктора скользнули к уголку его глаза, задержавшись там с интересом. Он погладил глаза Сюй Жэньдуна:

– Маленький негодяй, лгать с самого начала – плохая привычка. Я думал, что у тебя такие красивые глаза от природы, но оказалось, что это всего лишь реквизит.

Глаза?… Кстати, его глаза…

Сюй Жэньдун наконец понял, что не так. Оказалось, что зрение его левого и правого глаз снова стало синхронизированным, а глазное яблоко Ламии исчезло.

Ничего страшного, если бы оно пропало… если бы Лянь Цяо не увидел трагедию его вскрытия, это было бы благословением среди несчастий…

На его лице была покалывающая боль. Это Чумной доктор тыкал его в щёку ножницами. Сюй Жэньдун инстинктивно повернул голову. Выражение лица Чумного доктора изменилось. Он посмотрел на него тёмными глазами и спросил:

– Ты боишься?

Сюй Жэньдун не говорил, он чувствовал, что его жизненные силы постепенно угасают с потерей крови.

Чумной доктор вдруг потянулся к его животу, погладил и снова спросил:

– Ты боишься?

Перчатки напрямую касались нежных внутренних органов, и ощущения были неописуемые. Сюй Жэньдун открыл рот и хотел спросить, что он собирается делать. В следующую секунду услышал щелчок и почувствовал внезапную боль в животе!

– Э-э… – в глазах Сюй Жэньдуна почернело от боли. Скрипящий звук в его ухе продолжал звучать, а боль в животе становилась всё сильнее и сильнее, заставляя его желать умереть прямо сейчас.

Он не знал, сколько времени прошло, прежде чем ужасный звук наконец прекратился.

Маска приятно вздохнула. Чумной доктор обеими руками поднял штуку телесного цвета и радостно спросил:

– Теперь ты боишься?

Когда Сюй Жэньдун увидел, что он держит, его зрачки внезапно сузились!

Это был его желудок!

Так как он давно не ел, его желудок был размером всего с кулак, мягко лежавший на ладони Чумного доктора, похожий на безволосую мышь.

Чумной доктор держал маленькие ножницы и разрезал желудок перед собой. Желудочный мешок сложился, открывая пустое внутреннее пространство. Складки слизистой оболочки желудка заполнены жёлтой вязкой жидкостью, вероятно, желудочной кислотой. Воздух внезапно наполнился сильным кисловатым привкусом.

Чумной доктор внимательно осмотрел его желудок и недовольно цокнул. Сюй Жэньдун наблюдал, как доктор швырнул живот на пол, словно выбрасывая кусок мусора.

– Неужели бабочки действительно существуют? – Чумной доктор что-то пробормотал себе под нос и внезапно ткнул Сюй Жэньдуна в лицо ножницами.

Сюй Жэньдун был на грани потери сознания, но острая боль в лице снова заставила его проснуться.

– Эй, – Чумной доктор спросил: – Почему есть только мотыльки и нет бабочек? Ты был тем, кто был с Чжан Сяосяо в то время, верно? Почему у неё в животе только мотыльки, а не бабочки?

Чрезмерная потеря крови заставила его сознание помутнеть. Сюй Жэньдун с некоторым трудом понял его слова. Чжан Сяосяо? Мотыльки? Бабочки? Его мозг вообще не мог думать, и он мог только записывать, насколько возможно, то, что говорил Чумной доктор.

– Где бабочка? – снова спросил Чумной доктор.

Сосредоточиться становилось всё труднее. Взгляд Сюй Жэньдуна постепенно сместился, а его чувства и сознание начали постепенно отдаляться от него. Чумной доктор посмотрел ему в глаза и, казалось, наконец понял, что тот умирает. Он разочарованно вздохнул, повернулся, чтобы поднять с пола желудок, и снова и снова играл с ним в руке.

Поиграв какое-то время, он вдруг кое-что вспомнил. Он снова взял ножницы и несколько раз разрезал кишечник Сюй Жэньдуна. К счастью, в это время Сюй Жэньдун больше не чувствовал боли, поскольку его душа покидала тело, и он вот-вот должен был освободиться.

Как раз в тот момент, когда он почувствовал себя счастливым, уголок его глаза метнулся к чему-то, из-за чего последний след его оставшегося сознания был пронизан слезами и беспокойством.

На столе напротив него лежало глазное яблоко.

Глаз Ламии.

Лянь Цяо видел весь процесс его смерти.

____________________

Автору есть что сказать:

Не играйте со своим мобильным телефоном, когда вы играете в инстансе.

Примечание: Вентиляционный канал относится к «Escape Outlast».

Спираль смерти [BL] Глава 60. Бабочки в животе (10)

Глава 60. Бабочки в животе (10)

Сюй Жэньдун очнулся в лифте.

После первоначального транса его настроение постепенно успокоилось. Он немного посмеялся над собой и подумал: «Я действительно извинился перед Лянь Цяо собственной смертью».

Забудь, не думай больше об этом. Сначала пройдём инстанс.

Он разобрался со своими мыслями и быстро понял ключевой момент: не должен ли Чумной доктор быть мёртвым?

Эта мысль немедленно вызвала что-то, и все подсказки, которые он до сих пор собрал, начали соединяться воедино.

В профиле сотрудника фотография Чумного доктора была отмечена красным крестом. Сначала он подумал, что это бригадир убил доктора. Теперь, если подумать, настоящий Чумной доктор, вероятно, умер раньше, и тот, кто преследовал его на фабрике, был кем-то другим, притворяющимся им.

Первое, что сделал Чумной доктор, поймав его, – вытащил глазное яблоко Ламии. Его глазное яблоко интересовало только двоих: студента-медика и джентльмена. Подозрение студента-медика было устранено, так что это мог быть только джентльмен, который притворялся Чумным доктором.

Первоначально он думал, что труп, который Чумной доктор бросил в расплавленную лужу, был джентльменом, но на самом деле не видел лица. Что касается роста и формы, то расстояние было слишком большим, и он не мог ясно видеть. Оказалось, что это был настоящий Чумной доктор, которого убили, и джентльмен заменил его после того, как оделся, создавая иллюзию, что пропал, обманывая всех.

Недаром Чумной доктор был особенно одержим «бабочками» и даже непосредственно убивал людей. Ведь подсказка на прохождение была «бабочки в животе»!

В этот момент Сюй Жэньдун глубоко вздохнул. Он заметил, что его дыхание было неровным, но знал, что на этот раз это было не из-за страха.

Это было из-за гнева.

Быть убитым одним и тем же человеком дважды было оскорблением его достоинства как девятикратного босса!

Лянь Цяо в поле зрения левого глаза просматривал приложение энциклопедии, и на экране отображался абзац:

[Бабочки в животе: хлопанье крыльев бабочки в животе, описывающее постоянное чувство страха, напряжения и беспокойства.]

Сюй Жэньдун прервал его: [Лянь Цяо.]

[Лянь Цяо: А? В чём дело?]

[Сюй Жэньдун: Сними глазное яблоко.]

[Лянь Цяо: ??? Почему?!]

[Сюй Жэньдун: Ты был со мной так долго, что пришло время проверить тебя. Я хочу посмотреть, сможешь ли ты пройти этот инстанс самостоятельно.]

[Лянь Цяо: Тест-сюрприз?! Почему ты не сказал мне заранее, чтобы я мог подготовиться!]

[Сюй Жэньдун: Если я уведомлю тебя заранее, можно ли будет назвать это тестом-сюрпризом?]

[Лянь Цяо: QAQ]

[Лянь Цяо: Ну хорошо… я буду усердно работать…]

Несмотря на то, что Лянь Цяо чувствовал себя обиженным, Сюй Жэньдун решительно вырвал глазное яблоко Ламии, затем взял свой рюкзак и вышел из лифта.

Он снова оказался в средневековом промышленном городке со знакомыми грязными улицами и загрязнённым воздухом. Знакомый мужчина в берете привёл к нему знакомых товарищей по команде, и на лице знакомого джентльмена всё ещё была вежливая улыбка.

Сюй Жэньдун безучастно вошёл в команду и последовал за джентльменом. Мужчина взглянул на него, но разговора не завязал и, по-видимому, не проявлял к нему никакого интереса.

Сюй Жэньдун вспомнил, что когда видел джентльмена раньше, джентльмен посмотрел ему в лицо и сказал: «Это так красиво, жаль». Думая об этом сейчас, он говорил не о его внешности, а восхищался двойным зрачком в левом глазу.

Ему действительно нравилось что-то настолько уродливое, какой извращенец.

Сюй Жэньдун прищурил глаза и не взял на себя инициативу заговорить. Он молча последовал за большой группой на фабрику.

Он сделал несколько незначительных движений, когда его назначили на должность, и его успешно назначили в ту же мастерскую, что и джентльмена. После того, как все ушли, в мастерской вдруг стало тихо, и только совместные куклы у конвейера механически работали.

Это был сборочный цех. Основная работа заключалась в том, чтобы скрепить несколько деталей между собой гвоздями. Сюй Жэньдун уставился на молоток в руке шарнирной куклы, и джентльмен рядом с ним с любопытством спросил:

– На что ты смотришь?

Сюй Жэньдун взглянул на него:

– Хе.

Мужчина почувствовал его враждебность и в замешательстве спросил:

– Мы встречались раньше? Почему ты, кажется, ненавидишь меня?

Сюй Жэньдун уставился на него и с отвращением сказал:

– Ты неправильно понял, я человек, который плохо относится ко всем. Потому что я груб.

Джентльмен: «……»

Он не знал, как поступить с Сюй Жэньдуном, поэтому беспомощно вздохнул и достал из кармана бутылку воды. Он потряс ею перед Сюй Жэньдуном:

– Хочешь?

Сюй Жэньдун решительно отказался. Джентльмен покачал головой, улыбнулся и отвинтил крышку. Он сделал глоток перед Сюй Жэньдуном и искренне сказал:

– Она не отравлена, не волнуйся.

Сюй Жэньдун холодно сказал:

– Почему ты всё ещё в настроении пить воду? Разве ты не хочешь осмотреть фабрику?

Мужчина растерялся и снова беспомощно вздохнул:

– Ты такой нетерпеливый, совсем не похож на опытного игрока…

Тем не менее, он отложил бутылку, повернулся и пошёл к двери.

Как только он обернулся, Сюй Жэньдун внезапно выхватил молоток из руки шарнирной куклы и бросился, чтобы ударить джентльмена по затылку.

Шарнирная кукла: «???»

Джентльмен: «?!»

Он повернул голову, его глаза расширились от удивления, из головы капала кровь.

Затем он потерял сознание.

Через некоторое время джентльмен очнулся и обнаружил себя привязанным к столбу. Сюй Жэньдун присел перед ним на корточки, держа в руке бутылку воды, и холодно спросил:

– Хочешь немного?

Джентльмен вырывался и сердито спросил:

– Что ты делаешь? Зачем ты связал меня?!

Лицо Сюй Жэньдуна потемнело:

– Хочешь попить воды?

Джентльмен посмотрел на молоток в его руке и сглотнул:

– …Нет, я не хочу пить, спасибо.

– Почему ты такой вежливый? Я ненавижу вежливых людей, – договорив, он разжал джентльмену рот и влил в него бутылку воды.

– Гулугулуглуглугу… ик.

Сюй Жэньдун выбросил бутылку и обнаружил, что лицо джентльмена изменилось, в его выражении смешались шок и паника. Сюй Жэньдун спросил:

– Разве она отравлена? Чего ты боишься?

Джентльмен в ужасе спросил:

– Что, чёрт возьми, ты пытаешься сделать? Между нами какое-то недопонимание? Разве это не первая наша встреча?

– Ты прав. Это первый раз, когда мы встретились. Но я просто чувствую, что ты не радуешь мои глаза, поэтому я хочу избить тебя.

Он поднял молоток и взвесил его. Это не удовлетворило его. Поэтому, осмотревшись в мастерской, был счастлив найти булаву. Хотя и не знал, зачем здесь булава, он был очень доволен.

Булава весила более десяти килограммов и была полна гвоздей. Сюй Жэньдун поднял свою булаву обеими руками, чувствуя, что это оружие было немного громоздким и слишком тяжёлым. Он не мог контролировать силу и направление. Если бы использовал её, голова джентльмена лопнула бы.

Глаза джентльмена были полны ужаса:

– Подожди, не делай этого! Я могу объяснить…

Сюй Жэньдун остановился и задумчиво посмотрел на него.

Джентльмен показал взволнованное выражение лица:

– Мы можем заключить союз! Я опытный игрок, я обязательно смогу тебе помочь! Я сделаю всё, о чём ты меня попросишь!

Когда Сюй Жэньдун нашёл то, что хотел, в ящике с инструментами, он поднял уголки рта и улыбнулся. Он спросил:

– Правда ли это?

Джентльмен энергично кивнул.

Сюй Жэньдун наклонился к его уху и тихо прошептал:

– Тогда, пожалуйста, заткнись?

Джентльмен был ошеломлён и, наконец, понял, что Сюй Жэньдун был полон решимости убить его. Он в страхе закричал:

– Помогите! Кто-то убивает людей! Помогите… – Прежде чем раздались дальнейшие слова, Сюй Жэньдун залепил ему рот куском изоленты. Он крепко заткнул джентльмену рот!

Джентльмен: «Вууууууууу!»

Сюй Жэньдун высоко поднял свою булаву. На этот раз он больше не колебался и прямо разбил его!

Джентльмен: «Фу!»

Сюй Жэньдун посмотрел на его окровавленные плечи:

– Извини, я промахнулся. Дай мне попробовать снова.

Джентльмен: «Фу!!!!»

Плечо с другой стороны также было разбито. Сюй Жэньдун неискренне извинился:

– Это первый раз, когда я использовал булаву, поэтому я не очень опытен. Пожалуйста, будь внимателен.

Джентльмен: «……»

Таким образом, Сюй Жэньдун небрежно избил его. К тому времени, как Сюй Жэньдун пришёл в себя, джентльмен умер.

Сюй Жэньдун был немного удивлён. Он намеренно избегал важных органов, и булава поражала почти только кости и суставы. Судя по его опыту многих смертей, этот уровень избиения не является смертельной травмой. Был ли джентльмен напуган до смерти?

Значит, ты не боишься, когда убиваешь, но твоё мужество, когда тебя убивают, так мало?

…Кажется, в этом тоже нет ничего плохого.

Сюй Жэньдун отбросил окровавленную булаву и присел на корточки, чтобы проверить жизненные показатели джентльмена. Сердцебиение и дыхание пропали. На всякий случай он также перерезал джентльмену сонную артерию.

Он слышал, что давления в сонной артерии было достаточно, чтобы разбрызгивать кровь до потолка, но когда он перерезал её, кровь просто хлынула без впечатляющего шоу фонтанов, которое он себе представлял. Это показало, что сердце джентльмена уже перестало биться. И цвет крови был ненормально чёрным. Бутылка минеральной воды действительно была ядовитой.

Теперь он был полностью мёртв.

Сюй Жэньдун почувствовал облегчение и уже собирался уйти, когда дверь мастерской внезапно распахнулась.

Бригадир держал в руке блокнот для отметок, посмотрел на труп на полу, а затем на Сюй Жэньдуна с потрясённым выражением лица.

Сюй Жэньдун немедленно развернулся и пошёл к конвейерной дорожке. Он встал к шарнирным куклам и начал собирать детали.

Бригадир: «……»

Он взглянул на окровавленную булаву рядом с Сюй Жэньдуном, и выражение его лица внезапно стало очень сложным.

Сюй Жэньдун повернул голову и нетерпеливо спросил:

– Разве вы здесь не для того, чтобы проверить работу?

Бригадир кивнул.

Сюй Жэньдун указал на труп на полу:

– Я работаю, а он ленится. Быстро поставьте ему крестик и вычтите его зарплату.

Бригадир: «……»

Сюй Жэньдун:

– Вы закончили? Поторопитесь, если вы закончили, я занят.

Бригадир: «……» Почему он чувствует, что у него нет чувства власти?!

Сюй Жэньдун, который был в состоянии раздражения, излучал убийственную ауру. Даже такой свирепый человек, как бригадир, немного побаивался его ауры и, поставив крестик возле имени джентльмена, послушно ушёл.

Сюй Жэньдун опустил голову, чтобы привести в порядок свою одежду, и, убедившись, что на его теле нет крови, снова приложил глазное яблоко Ламии.

Когда он проходил мимо каждой из мастерских и просил всех собраться у расплавленной лужи, он спросил Лянь Цяо: [Как ситуация?]

[Два товарища по команде погибли и дворецкий НПС. Но перед смертью дворецкий передал нам важную информацию…]

[Сюй Жэньдун: Продолжай усердно работать. Моя сторона почти закончилась]

[Лянь Цяо:?????!!! Так быстро?! Разве мы не только полчаса в этом инстансе?!]

[Сюй Жэньдун: Поторопись, не позволяй мне слишком долго ждать у входа в лифт.]

[Лянь Цяо: …Хорошо, босс, я постараюсь сделать QAQ как можно лучше.]

Вскоре все собрались у расплавленной лужи. Мужчина средних лет подозрительно спросил:

– Зачем ты нас сюда позвал? Что случилось с мужчиной, который был с тобой?

Студент-медик также добавил:

– Не говори многословно, сосредоточься на ключевых моментах, мне нужно вернуться, чтобы прочитать мою книгу.

После этого он опустил голову и продолжил чтение.

Сюй Жэньдун сказал:

– Я нашёл лифт, следуйте за мной.

Все были в шоке:

–  Ты так быстро нашёл?

– Что с кнопкой? Где кнопка?

– Разве бригадир не говорил нам не покидать рабочее место…

Мужчина средних лет строго спросил:

– Почему мы должны тебе верить? Сначала скажи мне, где товарищ по команде, который был с тобой?!

Сюй Жэньдун холодно сказал:

– Верить или не верить, решать вам.

После чего он повернул голову и ушёл, слишком ленивый, чтобы говорить с этой группой людей.

Люди позади него переглянулись, не зная, что делать. Мужчина средних лет тоже выглядел ошеломлённым. Он не ожидал, что Сюй Жэньдун будет таким жёстким и не даст ни единого слова объяснения.

Только студент-медик с учебником в руке, всё ещё погруженный в заучивание, шёл за ним, не поднимая головы. Он бормотал:

– Женьшень имеет сладкий вкус и питает жизненные силы, утоляет жажду, способствует выведению жидкости из организма и регулирует питание и здоровье. Астрагал… Астрагал…

Сюй Жэньдун небрежно продолжил:

– Астрагал согревает, помогает пропотеть и укрепляет, заживляет язвы и устраняет истощение.

Студент-медик в шоке поднял голову и был полон радости:

– Ты тоже коллега?!

Сюй Жэньдун сказал:

– Нет. Просто один лысый мужчина сто раз заучил передо мной этот отрывок, так что я его запомнил.

Студент-медик дотронулся до линии роста волос и с облегчением подумал: «Ну, к счастью, я не лысый. Он говорит не обо мне».

Когда все увидели, что Сюй Жэньдун действительно ушёл, и совсем не выглядело так, будто он просто пытался их запутать, после небольшой борьбы все последовали за ним. Тот мужчина средних лет шёл в конце, всё ещё ругаясь и говоря что-то вроде:

– Ты собираешься тянуть нас вниз, что с твоим отношением, почему все должны тебе верить?

Сюй Жэньдун услышал его и повернулся, чтобы бросить ему предложение:

– Просто потому, что я большой босс, который прошёл девять инстансов.

Как только это заявление было сделано, старые игроки команды выдохнули и глубоко вздохнули. Мужчина средних лет тоже был в шоке, но всё же неубедительно сказал:

– Тогда ты мне скажи! Прошло всего полчаса! Как ты нашёл лифт?! Откуда ты знаешь, что это не ловушка!

– Я не хочу.

– Почему?

– Потому что я загадочный босс, который не любит говорить.

Все: «……»

Мужчина средних лет в гневе вскочил на ноги и бросился к нему. Сюй Жэньдун мгновенно вытащил булаву из мешка, вытряхнул остатки мяса в щели гвоздей, поднял глаза и холодно спросил:

– Что ты хочешь сделать?

Мужчина средних лет:

– …Нет, ничего. Я боюсь, что останусь позади, поэтому я просто хотел немного подбежать.

Все: «……» Как же они посчитали, что этот девятикратный босс страшнее бригадира!

Сюй Жэньдун взял окровавленную булаву и вошёл в подземный лабиринт с убийственной аурой. Толпа молча следовала за ним, не смея дышать.

Личность большого босса действительно удобна, подумал Сюй Жэньдун.

Через час все монстры в подземном лабиринте были нокаутированы. Когда Сюй Жэньдун подошёл к последнему вентиляционному каналу, выражение лиц у всех изменилось с шока на привыкание.

Как только они приняли настройку босса девяти инстансов, не кажется странным, что один человек убивает десять монстров.

[Лянь Цяо: Старший брат, ты сегодня в плохом настроении… почему ты вдруг такой жестокий…]

Сюй Жэньдун управлял консолью, останавливал все вентиляторы в вентиляционных каналах, а затем достал свой мобильный телефон и ответил: [Нет. Спой песню, чтобы я послушал.]

[Лянь Цяо:  А???]

[Сюй Жэньдун: Спой заглавную песню из «Путешествия на Запад: Звуки облачного дворца.]

[Лянь Цяо:  Как я пою?!]

[Сюй Жэньдун: Я дам вам мелодию. Диудиудиу]

[Лянь Цяо:?]

[Сюй Жэньдун: Дэн-дэн-дэн-дэн-дэн].

[Лянь Цяо:???]

Сюй Жэньдун внезапно стал очень раздражительным, ему захотелось пролезть через экран, схватить Лянь Цяо за воротник и спросить его: «Почему ты не можешь этого понять! Хочешь, чтобы я спел тебе всю песню?»

«Если ты не заставишь моё сердце дрожать, как я смогу выплюнуть бабочку!»

В этот момент он внезапно остолбенел.

…Нет, это неправильно. Он почти забыл, что Лянь Цяо не любит мужчин. Ему нужно было держаться от него на расстоянии, иначе они даже не смогут быть друзьями.

В этот момент Сюй Жэньдун внезапно понял, почему он был таким раздражительным и злым.

Он влюбился в человека, любовь к которому никогда не принесёт плодов. Впервые в жизни его сердце дрогнуло, но этому суждено было закончиться трагедией.

На душе стало душно. Это было похоже на взрыв лимона в его груди, кислый и вздутый.

Сюй Жэньдун положил телефон обратно в рюкзак, вытащил стул и поставил его под вентиляционный канал. Он повернул голову и сказал людям:

– Пошли. После этого воздуховода мы подойдём к лифту.

______________________

Автору есть что сказать:

Лянь Цяо: Я не так хорош во флирте, как я на прошлой неделе. Что я должен делать? Я очень волнуюсь, жду онлайн.

Спираль смерти [BL] Глава 61. Бабочки в животе (11)

Глава 61. Бабочки в животе (11)

Сюй Жэньдун забрался в вентиляционный канал, а все остальные забрались на стул и последовали за ним.

Вентиляционный канал был немного узким, достаточным только, чтобы в него мог проползти взрослый человек. Итак, все выстроились в прямую линию и медленно последовали за Сюй Жэньдуном, чтобы ползти друг за другом.

Сюй Жэньдун всё ещё имел представление о карте фабрики. Он вспомнил, что, хотя на последнем участке вентиляционного канала было много развилок, поворачивать было незачем. Пока он продолжал двигаться вперёд, он мог дойти до конца. Единственная проблема заключалась в том, что труба была слишком душной и выглядела бесконечной. Путешествие было таким же удручающим, как и представлял себе Сюй Жэньдун.

Он лез впереди с фонариком, время от времени останавливаясь, чтобы убрать встречавшиеся ему вытяжные вентиляторы. Вентилятор был большим, а края железных лопастей острыми. Они могут легко поцарапать вам руки, если вы не будете осторожны. Очевидно, что раньше никто не чистил их, поэтому вентиляторы были полны жирной грязи и даже немного горячими. Сюй Жэньдун убрал пятый вентилятор и осторожно посмотрел вперёд. Он уже собирался карабкаться дальше, когда услышал грохот изнутри трубы.

Сразу после этого воздух в трубе начал быстро проходить!

Кто-то перезапускал вентилятор?!

Сюй Жэньдун был потрясён, а товарищи по команде, ползущие за ним, были ещё более шокированы:

–  В чем дело?

–  Разве впереди нет пути?

– Кто сделал это? Это бригадир?

Мужчина средних лет в конце завопил:

– Я знал, что этот парень ненадёжен! Давайте сейчас же уйдём!

Сюй Жэньдун сказал:

– Не волнуйтесь! Успокойтесь!

Но его слова были бессмысленны. Все уже начали отступать под влиянием мужчины средних лет и начали пятиться, издавая испуганные звуки.

Поскольку труба была узкой и просто развернуться было нельзя, все выползали задом на очень медленной скорости. После включения вентилятора в воздуховоде стало ещё жарче и горячий ветер дул им в лицо. Ветер всё ещё был смешан с большим количеством пыли и запахом моторного масла. Всем приходилось закрывать рот и нос, и даже тогда они кашляли, задыхаясь.

Сюй Жэньдун прищурил глаза и подумал, что у этих людей нет мозгов? Человек снаружи включил вентилятор, чтобы заставить их уйти, а это означало, что этот человек всё ещё должен находиться в диспетчерской. Если бы они отступили сейчас, разве они не столкнулись бы с этим человеком?

Конечно же, вскоре из конца трубы донеслись крики мужчины средних лет.

– Ааааааххх!

Остальная часть команды запаниковала и спросила людей позади них:

– В чём дело?

– Что там происходит?!

Крики мужчины средних лет продолжались. Ближайшая к мужчине средних лет девушка закричала:

– Сзади нас кто-то есть! Кто-то ударил его ножом! Идите вперёд! Быстро! Не возвращайтесь!

Из-за их спин в вентиляционном канале доносились мучительные крики и вопли, и звук был необычайно пронзительным. Все были так потрясены, что повернули головы и продолжали торопливо ползти вперёд, крича:

– Вперёд! Иди!

– Торопитесь! Кто-то догоняет сзади!

Вскоре товарищи по команде вернулись за Сюй Жэньдуна. Все бросились вперёд и вскоре подошли к следующему вентилятору. Вентилятор работал на высокой скорости, и его металлические лопасти при вращении расплывались. Снять этот вентилятор было невозможно.

Люди сзади толкнули Сюй Жэньдуна почти прямо в вентилятор. В ярости он повернул голову и закричал:

– Не толкайтесь! Впереди мясорубка!

За ним шёл студент-медик, который тоже помогал кричать:

– Стойте! Успокойтесь! Мы найдём решение!

Крики мужчины средних лет становились всё слабее и слабее. Вскоре девушка тоже издала печальный вопль. Умирая, она издала отчаянный крик:

– Почему это ты! Почему ты…

После этого больше не было ни звука.

У всех сжались сердца. В темноте их дыхание было ненормально быстрым. Запах пота и машинного масла смешивался вместе, заставляя людей задыхаться.

Не было времени колебаться. Сюй Жэньдун достал из рюкзака стальной стержень и воткнул его в вращающийся вентилятор.

[Лянь Цяо: Остерегайся осколков!]

После резкого царапающего звука стальной стержень был скручен на кусочки высокоскоростным вращающимся вентилятором. В одно мгновение повсюду вспыхнуло пламя. Осколки стали расплескались по воздуху, полоснув ладонь Сюй Жэньдуна и соскоблив несколько кусков мяса. Внезапно он почувствовал острую боль в тыльной стороне ладони, но Сюй Жэньдун не отпустил, а, всё ещё держа стальной стержень, вонзил его глубже.

Разлетелись осколки стали, и несколько из них полетели в лица товарищам по команде сзади. Сзади раздался сердитый рёв:

– Что ты делаешь! Поторопись и убери вентилятор!

*Бу…* – Вентилятор издал металлический вой, и скрученный стальной стержень наконец застрял в щели, и вентилятор остановился.

С тыльной стороны рук Сюй Жэньдуна капала кровь. В самых глубоких ранах можно было увидеть даже белые сухожилия. Он уже собирался разобрать вентилятор, когда услышал «О!» позади него и кого-то вырвало. Затем он услышал, как что-то похожее на крылья затрепетало около его ушей.

Сюй Жэньдун инстинктивно протянул руку, и что-то зудящее упало ему на ладонь. Он сфокусировал взгляд и увидел, что это большая серая бабочка!

Однако мотылёк пробыл в его руках всего мгновение, прежде чем в следующую секунду превратился в круглый металлический предмет, сияющий серебристым светом.

Кнопка лифта!

Могут ли даже мотыльки превратиться в кнопку?

Прежде чем он успел подумать об этом, он сунул кнопку в карман, снял вентилятор на максимальной скорости, затем повернул голову и сказал:

– Хорошо! Пойдём!

Все немедленно последовали за ним. Студент-медик увидел, что пол, по котором прополз Сюй Жэньдун, был полон крови. Он был в шоке:

– Твои руки в порядке? При таком количестве кровотечения твои артерии, вероятно, повреждены!

Сюй Жэньдун подполз вперёд и спросил, не оглядываясь:

– Есть ли какие-нибудь крупные артерии на тыльной стороне ладони?

– …Нет, они все относительно маленькие.

– Тогда всё в порядке, какое-то время я не умру.

Студент-медик: «……» Ты заслуживаешь быть девятикратным боссом, твоя стойкость духа похвальна. Ты даже не моргнёшь, если тебе отрубят руки.

Сзади снова раздалось восклицание:

– Чьё-то тело утащили! Тот, кто сзади, вот-вот догонит! Вперёд, поторопитесь!

Когда все это услышали, они были ещё больше потрясены. Все они в панике поползли вперёд, опасаясь, что после того, как человек позади них умрёт, наступит их очередь. Сняв вентилятор, Сюй Жэньдун не выбросил его, а дотащил до следующего порта вентилятора, используя предыдущий вентилятор, чтобы заблокировать следующий.

Очевидно, до него было всего несколько сотен метров, но в это время воздуховод выглядел чрезвычайно длинным и бесконечным. Сюй Жэньдун сосредоточил всё своё внимание на том, чтобы убрать вентилятор, не имея времени позаботиться о том, что происходит позади него. Он только знал, что студент-медик всё ещё был сзади, так что, по крайней мере, существо позади ещё не догнало его.

Но что за существо охотилось на них?

Не было времени думать об этом. Когда Сюй Жэньдун начал снимать последний вентилятор, его глаза внезапно загорелись!

Выход был здесь!

Он выпрыгнул из вентиляционного канала и вдруг почувствовал свет. Его согнутое тело вытянулось. Перед ним была светлая комната, а серебристо-белый лифт одиноко стоял посреди комнаты, ожидая их.

Студент-медик последовал за ним и с пыхтением спрыгнул на пол. Он был вне себя от радости, увидев лифт:

– Лифт действительно здесь!

Сюй Жэньдун вынул кнопку и хлопнул ею по желобку лифта. После звука «дзинь» дверь лифта открылась.

Товарищи по команде выползали из трубы один за другим. С булавой в руке Сюй Жэньдун стоял у выхода и спрашивал одного за другим:

– Есть ли кто-нибудь позади вас?

Последним вышла Чжан Сяосяо. Её лицо было бледным, а голос дрожал:

– Больше никого нет! У человека, преследующего нас, в руке большие ножницы. Я слышала, как он разрезал человека позади меня…

Прежде чем она закончила говорить, она прикрыла рот с ещё одним рвотным звуком. Крылья мотылька трепетали в щели между её пальцами.

…Это опять ты, оказывается, ты действительно надёжный поставщик мотыльков.

Сюй Жэньдун подтолкнул её. Он указал на лифт и сказал:

– Вы идете первыми.

Чжан Сяосяо прикрыла рот рукой и неясно сказала:

– Ты не идёшь?

Сюй Жэньдун сказал:

– Я хочу кое-кого дождаться.

Чжан Сяосяо была потрясена и сказала:

– Кого дождаться? Оставшиеся люди должны быть уже мертвы! Ты вернёшься, чтобы спасти их?!

Сюй Жэньдун своим левым глазом увидел, что Лянь Цяо уже начал бить босса. Лянь Цяо стоял лицом к лицу с врагом, поэтому ему пришлось остаться здесь. Если что-то случится с Лянь Цяо, он сможет о нём позаботиться. Если бы он вошёл в лифт, то был бы бессилен.

Он не мог объяснить это Чжан Сяосяо, поэтому он мог только сказать с холодным лицом:

– Не беспокойся обо мне. Поторопись и не стой у меня на пути.

Чжан Сяосяо взглянула на лифт. Остальные уже ждали в лифте, их лица были полны беспокойства. Они продолжали уговаривать её зайти быстрее. Чжан Сяосяо бросилась в лифт.

Когда дверь лифта уже собиралась закрыться, из него внезапно выбежал студент-медик. Пока все смотрели, потрясённые, дверь лифта закрылась. Студент-медик остался снаружи.

Сюй Жэньдун удивлённо спросил:

– Что ты делаешь?

– Подумав об этом, я всё ещё чувствую, что не могу просто забыть об этом, – Он был не в силах помочь себе и схватил руку Сюй Жэньдуна. Он спросил: – Брат, у тебя есть чистая марля?

Сюй Жэньдун понял, что тот хочет перевязать его рану. Он обернулся:

– В рюкзаке есть немного.

Студент-медик расстегнул молнию и, ища марлю, усмехнулся и сказал:

– Эй! Ты достаточно хорошо экипирован. Ты действительно заслуживаешь звания «Босс девяти инстансов».

Сюй Жэньдун уставился на вентиляционный канал и позволил студенту-медику перевязать его раны. Металлические осколки, застрявшие в ладони, не заставили себя долго ждать. Затем обе руки были связаны марлей и не так сильно болели при движении.

После того, как студент-медик перевязал его, он сразу же без всякой ностальгии побежал в лифт. Он помахал Сюй Жэньдуну из двери лифта, которая вот-вот должна была закрыться:

– Спасибо, большой босс. Приходите в XX Больницу Китайской Медицины, чтобы найти меня, если ты заболеешь в будущем.

Сюй Жэньдун: «……» Я не хочу тебя видеть, ясно?

Когда студент-медик ушёл, в маленькой комнате снова воцарилась тишина. Сюй Жэньдун снова обратил своё внимание на вентиляционный канал, но после столь долгого ожидания внутри не было никакого движения.

Он направил туда фонарик, но труба была тёмной и бездонной. В местах, куда мог попасть свет, ничего не было видно. Как бы он ни смотрел, он ничего не мог обнаружить.

Почему монстр не погнался за ними? Он думал, что из-за того, что все прошли инстанс, он пораньше прервал работу?

Сюй Жэньдун почувствовал странное ощущение в сердце. В этот момент в поле зрения его левого глаза появилась сияющая серебряная вещь. Он встряхнулся, а затем на экране телефона появилась строка текста: [Эй, я прошёл уровень! Общее время 5 часов 23 минуты! Старший брат, как у тебя дела?]

Сюй Жэньдун снова заглянул в вентиляционный канал. Было темно и тихо. Он не был уверен, есть ли что-нибудь внутри вентиляционного канала, и у него не хватило смелости снова залезть туда, чтобы проверить.

Забудь, в этом не было необходимости.

Сюй Жэньдун продолжал смотреть на выход из воздуховода, шаг за шагом отходя назад в лифт. Но до тех пор, пока перед ним медленно не закрылась дверь лифта, из трубы не вышло ничего странного. Послышался низкий шум лифта, и Сюй Жэньдун наконец вздохнул с облегчением.

Наконец-то закончилось…

Он достал свой мобильный телефон и уже собирался сообщить об этом Лянь Цяо, когда в его сердце внезапно промелькнула тревога.

Он вспомнил, что девушка в конце очереди перед смертью кричала: «Почему это ты?». Если за ними гнался бригадир или монстр, зачем ей такое говорить?

Это был джентльмен?!

Сюй Жэньдун был ошеломлён своими мыслями, но быстро успокоился. Он неоднократно подтверждал, что у джентльмена нет жизненных признаков, и даже нанёс ему ещё несколько ножевых ранений для верности. Если всё это не могло его убить, то этому было только одно объяснение.

Этот джентльмен был не человеком из реального мира, а монстром, которому место здесь.

В любом случае, пока он покидает инстанс, то джентльмен уже не может на него воздействовать.

В этот момент Сюй Жэньдун успокоился. Он небрежно болтал с Лянь Цяо, и вскоре лифт прибыл.

На этот раз после прохождения в его сознании снова появился хриплый и глубокий таинственный звук. Он тут же достал телефон и записал:

«*** есть ***, ты хочешь ***. Ты испытаешь бесчисленные пытки, но это не наказание, это ***. Когда ты достигнешь конечной точки, то поймёшь, что ***. *** жить».

Новое ключевое слово, разблокированное на этот раз, было «конечная точка». Сюй Жэньдун был немного разочарован. Новая информация была так же хороша, как и отсутствие информации. Кто устанавливал ключевые слова? Они просто пытались набрать количество слов?

Он вышел из лифта и вернулся в знакомую квартиру. Время в реальном мире снова начало течь.

В то же время в одном городе, в одном уголке мира, о котором Сюй Жэньдун не знал, у шоссе из ниоткуда появился человек.

Машины проносились мимо него. Мужчина повернул голову и посмотрел в темноту, и что-то словно исчезло позади него. Он издал звук с оттенком недовольства и достал из кармана деревянную куклу.

Кукла была размером всего с ладонь, а нарисованные черты лица были очень яркими. Особенно это лицо, черты лица были такими же прекрасными, как у настоящего человека. Даже взгляд ужаса был точно таким же, как у живого человека.

Такую реалистичную деревянную куклу можно считать произведением искусства. Но в это время на конечностях куклы появились бесчисленные трещины, а в горле большой участок черноты. Кукла действительно выглядела так, будто когда-то была живой, и на её лице было выражение ужаса. Казалось, что она умерла не так давно.

Мужчина только взглянул на неё один раз, а затем бросил куклу в поле позади себя. Его лицо было мрачным и полным несчастья. Руки его раздражённо тёрлись друг о друга, и из пальцев капала мелкая белая меловидная субстанция.

Мужчина некоторое время стоял у шоссе, а затем внезапно перелез через забор и пошёл к середине шоссе.

Машина, мчавшаяся по дороге, увидела вдалеке фигуру. Водитель отчаянно гудел, но человек оставался неподвижным, казалось бы, равнодушным к приближающемуся кризису.

Резкий звук тормозов прокатился по дороге. Сердце водителя бешено забилось. У него не было времени затормозить и уклониться. Он мог только смотреть, как мужчина всё ближе и ближе приближается к нему. Наконец, он ясно увидел лицо мужчины. Это было простое лицо без каких-либо различимых черт, и его легко было забыть. Однако, как ни странно, на лице мужчины была улыбка. Жуткая улыбка возбуждения.

Как только машина была готова сбить мужчину, время остановилось.

Снова появился лифт, принадлежащий мужчине.

Спираль смерти [BL] Глава 62. Следы поцелуев

Глава 62. Следы поцелуев

Вернувшись в квартиру, первой реакцией Сюй Жэньдуна было пройти через коридор и найти Лянь Цяо. Однако, как только он открыл дверь, кулак полетел ему прямо в глаза. Сюй Жэньдун инстинктивно сделал шаг назад и потянулся к рюкзаку с ударом левой руки.

…А где моя булава?

– Брат Жэньдун! Успокойся! Это я! – Лянь Цяо был ошеломлён его реакцией и быстро убрал руку. – Прости, я не хотел тебя ударить. Я просто хотел постучать в дверь!

Сюй Жэньдун подумал: «Лжец! Ты явно хочешь ударить меня об стену! Ты мятежный младший брат!»

Сюй Жэньдун подавил своё недовольство и сказал, повернувшись боком:

– Входи.

Они сели на диван, и Лянь Цяо взволнованно спросил:

– Ну как? Сколько баллов ты мне дашь?

– Что?

– Неожиданный тест! Разве ты не говорил, что хочешь испытать меня? – После этого он забеспокоился: – Если бы я не прошёл инстанс, ты бы больше не хотел меня?

– Не обязательно.

Лянь Цяо вздохнул с облегчением.

Сюй Жэньдун:

– Если бы ты не прошёл инстанс, ты был бы мёртв.

Лянь Цяо: «……»

Сюй Жэньдун внезапно что-то вспомнил и неосознанно коснулся своего левого глаза:

– Глазное яблоко Ламии исчезло.

– Моего тоже нет. Такое впечатление, что это одноразовый расходный материал. Кстати, Брат Жэньдун, что у вас за инстанс на этот раз? Скажи мне.

Сюй Жэньдун дал краткое объяснение, а затем Лянь Цяо описал свой собственный случай. Затем он показал задумчивое выражение.

Сюй Жэньдун хотел спросить его, о чём тот думает, но вдруг что-то мелькнуло в его сердце, и он изменил ход своих мыслей. Он сузил глаза и сделал глубокий жест:

– Ты, наконец, что-то заметил?

Лянь Цяо был потрясён:

– Значит, это тоже проверка меня?! Большой босс, не мог бы ты предупредить меня, если соберёшься проверять меня в будущем?

– Нет.

«Как я могу сказать тебе заранее, если я, человек, дающий тест, даже не успеваю за тобой, за кандидатом, думать!»

– Хорошо… – Лянь Цяо вздохнул. – Мне интересно, будет ли в каждом инстансе особый игрок.

Особый игрок? Сердце Сюй Жэньдуна сжалось. Он притворился спокойным и спросил:

– Чем они особенные?

– Как бы это сказать… Давай на этот раз возьмём в качестве примера мой инстанс – скелет в шкафу. На первый взгляд, это ссылка на ту статью в «Новые концепции», но на самом деле это напоминает нам, что отмычка находится в шкафу, а также что отмычка – это отмычка. Вот что значит по-английски. Но если вы не знаете этого английского значения, вы не сможете его угадать. Брат Жэньдун, на твоей стороне то же самое – бабочки в животе. Если бы не проверка информации, кто бы, чёрт возьми, знал, что это значит?

Сюй Жэньдун кивнул:

– Далее.

– Как ни странно, в инстансе есть люди, которые понимают эти вещи. У меня ученик средней школы, который изучал «Новые концепции», а с твоей стороны это та девушка, которая говорит по-немецки. В нашем последнем примере с Ламией подсказка не была «пищеводом»? Этимология имени Ламии – «пищевод», чего мы не заметили, даже когда проверяли информацию. Но после того, как мы вышли из инстанса, я случайно наткнулся на книжную распродажу. Название книги было «Пищевод», и содержание также было связано с Ламией. Угадай, кто автор?

Сюй Жэньдун изначально думал, что «особый игрок» имел в виду того, кто может читать файлы сохранения после смерти, но оказалось, что это не так. Он немного подумал, а потом сказал:

– Этот маленький толстяк?

Лянь Цяо улыбнулся:

– Да! Ты бы никогда не подумал, что маленький толстяк на самом деле недавно стал интернет-писателем-знаменитостью! – Он достал свой телефон и открыл Weibo: – Смотри! Он вообще красивый юноша! Как и ожидалось, все толстые люди являются потенциально хорошими акциями. Я его почти не узнал!

Сюй Жэньдун взглянул на него. Человек на фотографии, от которого исходила аура поэтического увядания, действительно имел некоторое сходство с толстяком в его памяти, но их темпераменты были очень разными.

Казалось, вывод Лянь Цяо не был ошибочным. По крайней мере один человек в каждом случае знает конкретное значение подсказки о прохождении, но что это значит?

Сюй Жэньдун действительно не очень хорошо это понимал, но он не мог потерять присутствие босса, поэтому он посмотрел на Лянь Цяо с выражением «ты наконец понял».

Лянь Цяо, поняв, сказал:

– Значит, старший брат, ты взял меня с собой из-за этого? Потому что я особый игрок из инстанса «Русская матрёшка»?!

… Это правильно? Неудивительно, что он не смог выжить, как только Лянь Цяо умер.

Сюй Жэньдун глубоко кивнул.

Брови Лянь Цяо опустились:

– О, вот так. Я думал, что это потому, что я был талантлив, умён и изобретателен, и поэтому ты выбрал меня… Значит, я просто инструмент, ууууу.

Нет, ты неправильно понял! Я так хочу обнять тебя за бёдра из-за твоих талантов и сообразительности!

Поскольку ему нужно было поддерживать образ старшего брата, Сюй Жэньдун не мог сказать правду, поэтому он обнял себя и холодно улыбнулся:

– Хе.

Лянь Цяо посмотрел на его непредсказуемое отношение и вдруг снова просиял:

– Но ты же не израсходовал меня и не выбросил, а значит, я ещё немного полезен! Да, ты сказал, что взращиваешь новых людей и даже дашь мне неожиданные тесты, чтобы проверить мой прогресс в росте… Старший брат, ты на самом деле лелеешь меня своим сердцем, не так ли!

Как хорошо иметь личность большого босса!

Увидев, что Лянь Цяо был тронут до слёз выводами собственного мозга, Сюй Жэньдун подавил улыбку и многозначительно похлопал Лянь Цяо по плечу:

– Хорошо, что ты знаешь.

Они немного поболтали, а затем, когда часовая стрелка указала на восемь часов, Лянь Цяо встал и сказал:

– Тогда я вернусь первым! Скоро мне будет пора выступать в эфире.

Сюй Жэньдун проводил его до двери и посмотрел на его уходящую спину. Вдруг он почувствовал, как что-то в глубине его души мало-помалу отдаляется от него. Лимон в его сердце издал «пэн» и снова взорвался. Было плохо и больно, и было невыразимое горе.

Он не мог не закричать:

– Лянь Цяо.

– Хм? – Лянь Цяо повернул голову, изогнув брови красивой дугой: – В чём дело?

Сюй Жэньдун сказал:

– Переезжай и живи со мной.

Лянь Цяо широко открыл глаза, и его лицо было полно шока. Время, казалось, остановилось, и Сюй Жэньдун услышал, как 10 000 бабочек хлопают крыльями у него в груди.

Он подавил яростное сердцебиение и сказал самым ровным тоном, на который был способен:

– Ты сдал экзамен, и я признаю твои способности. Давай вместе войдём в будущие инстансы.

Подобно фейерверку, расцветающему в ночном небе, после короткого периода великолепия выражение лица Лянь Цяо снова стало тусклым. Однако эта потеря длилась всего мгновение, и вскоре он снова улыбнулся:

– Хорошо.

Сюй Жэньдун также вернулся в свою квартиру. Как только Лянь Цяо ушёл, во всей квартире внезапно стало тихо. Он начал немного скучать по шумному голосу юноши.

Однако он действительно сказал это. На самом деле взял на себя инициативу попросить Лянь Цяо переехать… О чём он думал?..

Лицо Сюй Жэньдуна было слегка горячим. Он дотронулся до лица и настойчиво предупредил себя: «Это просто совместная жизнь из соображений безопасности. Не думай слишком много!».

На следующий день Лянь Цяо сказал, что хочет вместе приготовить и поужинать вечером. Сюй Жэньдун рано вернулся домой с работы и постучал в дверь квартиры Лянь Цяо. Тот не ответил ни на стук, ни на сообщение WeChat, которое он отправил. На этот раз у Сюй Жэньдуна был опыт, и он напрямую открыл платформу прямой трансляции и вошёл в комнату прямой трансляции Лянь Цяо. Конечно же, Лянь Цяо в прямом эфире транслировал покупки продуктов в супермаркете.

– Посмотрите, это похоже на цветок, брошенный невестой на свадьбе? – Лянь Цяо держал цветок брокколи и качал его. Через объектив было видно, как проходившая мимо тётушка бросила на него взгляд с отвращением.

Аудитория в заграждении [хахахахаха.]

[Брокколи тоже цветок, нет проблем!]

[Ты так хорошо выглядишь, всё правильно говоришь!]

[Какого черта, неужели хорошо посылать такие зелёные цветы, хахахаха!]

[Ведущий сегодня не будет играть в игры? Вы перешли на трансляцию еды?]

Пока Лянь Цяо покупал еду и болтал со зрителями, Сюй Жэньдун молча наблюдал и вдруг заметил несколько странных узоров под комнатой прямой трансляции. Как только он двигал мышкой вверх, на иконке выскакивало текстовое описание. Оказывается, это была награда в комнате прямой трансляции, и её нужно пополнить и обменять на валюту платформы, прежде чем её можно будет купить.

Сюй Жэньдун щёлкнул по всем реквизитам в этом ряду, и в заграждении проплыла линия блестящих специальных символов, говорящих, что такая-то и такая-то аудитория наградила реквизитом. Сюй Жэньдун увидел своё айди и был потрясён. Он не хотел, чтобы Лянь Цяо знал, что он шпионит за его покупками в магазине. К счастью, было много людей, вознаграждавших Лянь Цяо, а Сюй Жэньдун не очень выделялся в толпе.

Он почувствовал облегчение. В это время Лянь Цяо уже выбрал блюда и встал в очередь, чтобы взвесить их перед электронными весами.

Кто-то из заграждения спросил его, почему он сегодня так счастлив и случилось ли что-то хорошее. Лянь Цяо улыбнулся, не говоря ни слова.

Все начали догадываться, что произошло. Сюй Жэньдун знал, что эта еда готовится для него. Он смотрел на бардак в заграждении, где строились всякого рода догадки, и чувствовал тайное счастье на сердце, как будто тайно съел конфету за спиной у всех.

Но прежде чем Сюй Жэньдун смог долго радоваться, он увидел, как Лянь Цяо радостно сказал:

– Правда в том, что между ХуаХуа и мной произошёл качественный скачок!

Хуахуа?

Сюй Жэньдун плеснул водой на стол.

Вчера ты только что сбежал из инстанса, а сегодня уже совершил скачок с богиней. Ты действительно талантлив.

Сюй Жэньдун чувствовал себя более кислым и подавленным, чем больше думал об этом, поэтому он с хлопком закрыл свой ноутбук. Через некоторое время он в ярости сел перед компьютером и связался со службой поддержки клиентов платформы прямых трансляций, чтобы спросить, может ли он вернуть вознаграждение.

[Служба поддержки: Дорогой, это невозможно. Согласно сервисному соглашению подтверждено, что отправленные вознаграждения не могут быть отозваны.]

[Сюй Жэньдун: Я нажал не ту кнопку.]

[Служба поддержки: Дорогой, я проверю это для вас здесь. Вы наградили ведущего десятью предметами разной стоимости за две минуты. Вы имеете в виду, что неправильно нажали все десять кнопок?]

Сюй Жэньдун: «……»

Он только почувствовал, что его лицо получило пощёчину, и его сердце стало ещё более злым. Он просто пошёл на это и сказал: [Да! У меня тряслись руки!]

[Служба поддержки: Извините, дорогой, возврат невозможен. Тем не менее, я предлагаю вам обратиться в отделение неврологии. Частое дрожание рук может быть симптомом болезни Паркинсона!]

Сюй Жэньдун: «……»

То, что ему сейчас нужно, это не неврологическое отделение, он должен пойти в психиатрическое, чтобы успокоиться.

Через полчаса Лянь Цяо отправил сообщение: [Я иду домой после того, как закончу покупки! Хочешь прийти сейчас?]

Сюй Жэньдун появился в дверях дома Лянь Цяо с мрачным выражением лица. Как только Лянь Цяо открыл дверь, он был поражён убийственным выражением его лица.

– Блядь! – Лянь Цяо неосознанно взял кухонную лопатку и встал, держа её перед собой, чтобы защититься: – Брат…. Жэньдун? Что с тобой?

«……»

Сюй Жэньдун молча посмотрел на него, а затем некоторое время сказал:

– Ничего, погода слишком жаркая, и у меня плохое настроение.

– О! – Лянь Цяо внезапно понял: – Тогда я принесу тебе что-нибудь выпить! Кока-кола подойдёт?

Сюй Жэньдун кивнул, и Лянь Цяо взял две банки кока-колы и поставил их на кофейный столик перед собой. Сюй Жэньдун увидел, что кофейный столик завален свежеприобретёнными овощами и мясом, и что он даже не успел их распаковать. Похоже, Лянь Цяо действительно отправил ему сообщение, как только вернулся домой.

Настроение Сюй Жэньдуна внезапно значительно улучшилось, а выражение лица смягчилось. Он собирался спросить, не нужна ли ему помощь, но увидел, как Лянь Цяо обмахивал вырез своей одежды, вытирая пот и говоря:

– Слишком жарко, слишком жарко. Кондиционер работает слишком медленно.

Сюй Жэньдун нечаянно взглянул на его шею и неожиданно увидел маленькую розовую отметину.

…Успокойся, не думай слишком много. Это не должно быть такой явной вещью, которую я себе представляю. Лянь Цяо не так легкомысленен.

Сюй Жэньдун глубоко вздохнул, а затем на ключице Лянь Цяо с той же стороны также можно было увидеть небольшой розовый след.

…Блядь! Как это не легкомысленно! Это в значительной степени без ограничений! Эта кокетливая сучка Хуахуа! Что ты сделала с Лянь Цяо средь бела дня?!

Убийственная аура мгновенно наполнила всю квартиру. Лянь Цяо вздрогнул без всякой видимой причины, удивлённо взмахнул руками и сказал:

– Эй, почему кондиционер вдруг стал таким мощным?

Сюй Жэньдун:

– Хе.

Спираль смерти [BL] Глава 63. Детский дом

Глава 63. Детский дом

Лянь Цяо высунул язык и несколько раз дунул, как собака, чтобы избавиться от жара, прежде чем наконец понял, что атмосфера была не совсем подходящей.

– Э-э, большой босс… – тихо начал Лянь Цяо, – я сделал что-то не так?

Он направил взгляд на овощи на столе, гадая, есть ли в купленных им вещах продукты, которые босс не стал бы есть?

Разве он не говорил, что не был привередливым в еде!?

…Нет, подождите, это ловушка! Босс явно очень разборчив!

Лянь Цяо вдруг вспомнил, что в инстансе с матрёшкой большой босс с отвращением смотрел на хлеб и молоко. Он почувствовал, как холодный пот скатился по его спине. Всё кончено, он совершил роковую ошибку!

Дело не в том, что большой босс не был разборчивым в еде. Он был разборчивым едоком, который отказывался признать это!

«На этот раз я действительно наступил на мину!»

Лянь Цяо с дрожащим взглядом открыл сумку и ещё раз подтвердил купленные ингредиенты: свинина, курица, креветки, помидоры, зелень, спаржа… Что из этого вызвало бурю эмоций у большого босса?

Лянь Цяо трусливо взглянул на босса и обнаружил, что тот щурится и недовольно смотрит на него.

Лянь Цяо чуть не заплакал:

– Брат, что я сделал не так? Можешь подсказать?

Красивые глаза сузились в острые дуги, а брови Сюй Жэньдуна были убийственно нахмурены:

– Что такое качественный скачок?

– А? – Лянь Цяо был ошеломлён на мгновение, прежде чем отреагировать: – Ты смотрел мой прямой эфир?! Ты не был на работе?

Сюй Жэньдун резко встал и, используя свои длинные ноги, пересёк кофейный столик и наклонился к юноше. Лянь Цяо подсознательно хотел спрятаться, но его спина была прижата к спинке дивана, и ему некуда было убежать. Он только почувствовал, как его грудь сжалась, когда Сюй Жэньдун схватил его за воротник и почти поднял.

– Это? – Сюй Жэньдун взглянул на его шею, а затем холодно посмотрел на него.

– …Хм? – Лянь Цяо посмотрел на красивое лицо в нескольких сантиметрах от него. Его мозг отключился на несколько секунд, и не мог ни о чём думать. Проследив за взглядом Сюй Жэньдуна, он опустил голову и увидел маленькую красноватую отметину на своей ключице. Он спросил в замешательстве: – Ты имеешь в виду это?

Когда Сюй Жэньдун отпустил его, Лянь Цяо упал и отскочил от дивана. Сюй Жэньдун снисходительно положил руки на спинку дивана, глядя на него с несчастным выражением лица:

– Есть также немного на твоей шее.

Лянь Цяо был так сильно прижат к дивану, что если бы он сдвинул ноги хотя бы немного ближе друг к другу, то смог бы коснуться напряжённых мышц под тонкими брюками костюма Сюй Жэньдуна. Температура тела, передаваемая через одежду, была невероятно горячей. Эта сцена была слишком двусмысленной, и Лянь Цяо мгновенно открыл неописуемую дыру в мозгу, повторяя в голове фразу: «Меня будут трахать, трахать, трахать, трахать…»

Увидев, что он не ответил, выражение лица Сюй Жэньдуна помрачнело:

– Говори.

Лянь Цяо был ошеломлён его мрачным выражением лица, только чтобы понять, что босс не хотел трахаться с ним, а вместо этого хотел убить его. Он быстро отбросил греховные мысли, сел прямо, указал на две красные метки на шее и ключице и сказал:

– Докладывая начальству, это «поцелуй скрипки».

Сюй Жэньдун был ошеломлён:

– Что?

Лянь Цяо поднял левую руку и имитировал позу, в которой держит скрипку:

– Это просто след, вызванный скрипкой после долгой практики… Ну, я не профессионал и обычно мало занимаюсь, так что есть только маленькая красная метка. Если не веришь, можешь потрогать!

Он схватил руку босса и положил её себе на ключицу. Сюй Жэньдун от удивления широко раскрыл глаза, позволив ему схватить пальцы и погладить ключицу.

Очевидно, всего несколько секунд назад он всё ещё выглядел убийственно, но почему сейчас он был похож на котёнка, к животу которого впервые прикоснулся человек. Красивые коричневые зрачки были полны шока, ошеломлены и растеряны.

Он изменился за секунду!

В душе Лянь Цяо внезапно вспыхнуло вдохновение, и он кое-что понял. Уголок его рта скривился, а в глазах не переставала течь улыбка:

– Ты что-то не так понял? О Хуахуа…

Выражение лица Сюй Жэньдуна мгновенно изменилось, когда он услышал слово «Хуахуа». Он в панике приподнялся, пытаясь встать с Лянь Цяо, но юноша схватил его, и он снова упал в его объятия.

Сюй Жэньдун нахмурился и запротестовал:

– Что ты делаешь?

Лянь Цяо разочарованно скривил губы:

– Я думал, ты понял. Оказывается, у нас нет такого молчаливого понимания?

– Что?

Лянь Цяо слегка ткнул его в лоб, и Сюй Жэньдун рассердился, подумав, что этот младший брат действительно становится всё более и более непослушным. Он уже собирался ударить Лянь Цяо по руке, когда услышал, как тот сказал:

– Твое имя в китайской медицине: цветок Жэньдун, жимолость, разве ты не знаешь?

Сюй Жэньдун был ошеломлён.

Лянь Цяо кончиками пальцев мягко начертил круг на лбу, а его голос был низким и нежным:

– Неудобно раскрывать настоящие имена в комнате прямой трансляции, поэтому я называю тебя Хуахуа. Если тебе это не нравится, то я поменяю его на Дундун в будущем.

Сюй Жэньдун тупо посмотрел на него, всё ещё чувствуя, что что-то не так:

– …Но разве Хуахуа не девушка?

Лянь Цяо беспомощен:

– Когда я говорил, что Хуахуа – девушка?

Сюй Жэньдун подумал об этом, и ему показалось, что он действительно не слышал, как Лянь Цяо лично назвал пол Хуахуа.

Лянь Цяо вздохнул:

– Я просто не акцентировал внимание на том, что Хуахуа – мужчина… Я не могу выступать перед всем залом прямого эфира, – Когда он сказал это, он выглядел немного смущённым. Он повернул голову и тихо сказал: – До встречи с тобой я тоже не знал, что согнут.

«……» Сюй Жэньдун бессознательно сжал пальцы, слегка схватив ткань перед грудью, и сказал очень тихим голосом:

– …Я тоже.

Лянь Цяо плохо расслышал:

– А? Что ты сказал?

На лице Сюй Жэньдуна появился румянец. Он в панике встал и сказал:

– Я собираюсь помыть овощи.

Он взял овощи со стола и направился к раковине. Его шаг был устойчивым, его поза изящной, казалось, что ничего не произошло только что.

Если бы не его всё ещё красные уши, Лянь Цяо поверил бы этому.

Лянь Цяо вспомнил тон этой фразы и примерно догадался, что он сказал. Затем в уголках его рта появилась нежная улыбка, когда он подошёл и обнял Сюй Жэньдуна сзади.

Сюй Жэньдун удивлённо обернулся, и его мочка уха коснулась губ Лянь Цяо. На какое-то время он онемел.

Лянь Цяо положил голову ему на плечо, вдохнул нежный аромат тела Сюй Жэньдуна и почувствовал себя очень довольным. Он ничего не сказал и просто обнимал другого за талию.

Спина Сюй Жэньдуна была близко к груди Лянь Цяо, и между ними было всего два слоя одежды. Температура их тел переходила между собой. Из крана всё ещё капала вода, но биение сердец двух людей постепенно накладывалось друг на друга, так что можно было отчётливо ощущать каждый удар. Воздух был наполнен сладким и ленивым запахом, который заставлял людей погружаться в романтическую неразбериху.

Внезапно к онемевшей задней части его талии прижалось что-то твёрдое. Тело Сюй Жэньдуна стало мягким, и он крепко схватился за край столешницы, чтобы не упасть.

Через некоторое время Лянь Цяо больше не мог сдерживаться. Он сказал:

– Брат Жэньдун, тебе кто-то звонит.

Сюй Жэньдун: «……»

Он вынул телефон из заднего кармана, и он действительно вибрировал. Сюй Жэньдун понял, что только что неправильно понял, и его лицо мгновенно стало горячим, но выражение его лица резко изменилось после того, как он увидел идентификатор вызывающего абонента.

Он оттолкнул Лянь Цяо:

– Я отвечу на телефон.

Руки Лянь Цяо внезапно опустели, и он неохотно посмотрел на Сюй Жэньдуна, когда вышел на балкон. Он смутно слышал, как тот говорит «Учитель» человеку на другом конце провода. Лянь Цяо не стал долго думать и с улыбкой на лице продолжил мыть овощи в раковине.

Через несколько минут Сюй Жэньдун закончил разговор и вернулся. Лянь Цяо улыбнулся и сказал:

– Брат Жэньдун, сегодня вечером мы…

Сюй Жэньдун прервал его:

– Извини, мне нужно кое-что сделать. Я не смогу поужинать с тобой.

Лянь Цяо был ошеломлён и, поняв, что выражение лица Сюй Жэньдуна выглядит нехорошо, спросил:

– В чём дело? Кто только что звонил? Это как-то связано с компанией?

Сюй Жэньдун бессознательно отвёл взгляд. Его густые ресницы опустились, скрывая слегка взволнованный вид. Он долго молчал и, наконец, покачал головой и коротко сказал:

– Нет.

Когда Лянь Цяо увидел, что он не собирается ничего объяснять, то перестал спрашивать и просто кивнул. Он сказал:

– Хорошо. Если тебе понадобится моя помощь, пожалуйста, дай мне знать в любое время.

Сюй Жэньдун сказал: «Эн». Его взгляд не встретился с взглядом Лянь Цяо, и, продолжая избегать его, он повернулся и вышел из квартиры юноши.

Звук закрывающейся двери, казалось, оборвал связь между ними, и в квартире внезапно стало тихо. Из крана всё ещё плескалась вода, и Лянь Цяо смотрел на свежих креветок, прыгающих в ёмкости. Ему хотелось прокопать дырку во лбу и залить воду, чтобы вырастить креветок.

«Аааааа, если бы я знал, то не стал бы напоминать ему, что ему звонили! Это была редкая, хорошая атмосфера! Остался последний шаг!»

…Тем не менее, местоположение телефона очень особенное. Если бы Сюй Жэньдун не ответил на звонок, он мог бы потерять контроль.

Ах, вибрация мобильного телефона действительно сокровище человечества.

Мечты Лянь Цяо слились воедино и быстро превратили его в крутого извращенца.

Спираль смерти [BL] Глава 64. Старая любовь закончилась

Глава 64. Старая любовь закончилась

На следующий день в детском доме города А.

Всё выглядело так же, как и тогда, когда Сюй Жэньдун ушёл: младшие дети играли во дворе, а волонтёры повели детей постарше пропалывать газон. Плющ полз по всему маленькому дому, а седовласая директриса стояла у входа в коридор и с улыбкой махала ему рукой.

– Жэньдун, входи. Я приготовила печенье, которые ты любил в детстве.

Сюй Жэньдун подошёл к ней и посмотрел на милую женщину с серебристыми волосами. Его всегда безразличное и отчуждённое выражение лица стало мягче, а голос стал нежным:

– Учитель Сюй. (такая же фамилия, как и у гг)

Директор Сюй повела его наверх. Сюй Жэньдун медленно оглядел окружающие сцены. Все они были настолько знакомы, что казалось, совсем не изменились с тех пор, как он ушёл. Всё здание выглядело очень старым, но мебель была безупречно отполирована, а на стенах висели детские рисунки, отчего этот детский дом излучал уютную атмосферу. Он подумал о своём детстве, и уголки его рта слегка приподнялись.

В комнате директрисы на полках всё ещё стояло так много книг. Внутри сияло солнце, хлорофитум на подоконнике уронил длинный зелёный стебель, и воздух наполнился слабым ароматом. Директор попросила его сесть за стол в приёмной и налила ему чаю. Сюй Жэньдун увидел на столе тарелку с печеньем в форме медведя и сказал с улыбкой:

– Я давно его не ел. Печенье, которое я покупал в магазинах, никогда не было таким вкусным.

Директор Сюй рассмеялась, и даже морщинки в уголках её глаз наполнились нежной улыбкой:

– Тогда ты можешь попробовать и посмотреть, такое ли это печенье на вкус, как когда ты был ребёнком.

– Я действительно не хочу её навещать, – Сюй Жэньдун посмотрел на печенье на тарелке, но не потянулся за ним. Он вздохнул: – Учитель Сюй, я не хочу вас разочаровывать.

Но в улыбке директора Сюй был намёк на беспомощность:

– Я понимаю, конечно. В конце концов, ты вырос в детском доме, а потом вдруг узнали о местонахождении своей биологической матери. Какое-то время ты определенно не сможешь это принять. Но сейчас её состояние ухудшается, и её единственное желание…

Сюй Жэньдун прервал пожилую женщину:

– Почему я должен исполнять её желание?

Директор Сюй удивилась, и Сюй Жэньдун понял, что немного взволнован и быстро сдержал порыв. Он посмотрел на директора Сюй и спокойно сказал:

– Какая мать была бы настолько жестокой, чтобы бросить новорожденного ребёнка в лёд и снег? Если бы вы не нашли меня раньше, я бы замёрз насмерть у входа в приют. Сейчас у неё неизлечимая болезнь, и ей недолго осталось жить на свете. Она наконец вспомнила, что сделала что-то не так, и только сейчас вспомнила, что нужно покаяться? Что она делала раньше?

Несмотря на то, что он пытался подавить это, эмоции в его сердце становились всё более и более бурными. Сюй Жэньдун сузил глаза, и его голос стал холоднее.

– Но почему я должен прощать её? Какое отношение ко мне имеет её желание перед смертью?

Директор Сюй уже ожидала такого результата. Она тяжело вздохнула, и выражение её лица было довольно невыносимым. Казалось, она колебалась, сказать ли то, что хотела.

Сюй Жэньдун сказал:

– Учитель, вам не нужно меня убеждать. Я не пойду к ней. Она не моя мать.

Директор Сюй выглянула в окно и снова вздохнула. Долгое время спустя она тихо спросила:

– Столько лет тебя никто не усыновлял. Ты знаешь почему?

Сердце Сюй Жэньдуна упало:

– Что вы имеете в виду?

Директор Сюй уставилась на хлорофитум на подоконнике с отстранённым выражением лица:

– Условия в приюте были плохими. Твоё любимое печенье с медвежонком можно съесть только в твой день рождения каждый год. Печенья хватало только на одного человека. Я боялась, что другие дети станут жадными, поэтому ждала, пока все уснут, и тайно говорила тебе встать и съесть его. То, как ты ел его при свечах, было так мило, и это заставляло людей чувствовать себя очень расстроенными…

Слова директрисы пробудили воспоминания Сюй Жэньдуна. Печенье в виде медвежонка – одно из немногих утешений в его детстве. Их можно есть только в дни рождения каждый год. Он до сих пор помнит ощущение, когда держал печенье во рту, пускал слюни, но неохотно глотал.

Но почему директор упоминает об этом в это время?

Внезапно Сюй Жэньдун больше не захотел слушать. Он решительно встал и попрощался:

– Мои мысли не изменятся. Учитель, мне нужно кое-что сделать, так что сначала я должен вернуться.

С чувством, что убегает, он быстро направился к двери. Он услышал тяжёлый вздох позади себя.

– Жэньдун, ты знал, что когда твоя мать родила тебя, ей было всего тринадцать?

Тринадцать.

Эти слова, как тяжёлый молот, врезались в сердце Сюй Жэньдуна. Он замер, медленно обернулся и недоверчиво посмотрел на женщину.

Директриса подошла к нему с жалостью и подняла руку, чтобы погладить его по волосам:

– Я знаю, что говорить тебе это жестоко по отношению к тебе. Но если ты всё ещё будешь ненавидеть её до конца, это тоже будет слишком жестоко для неё.

***

Сюй Жэньдун вернулся из приюта и увидел, что обе двери его дома и дома Лянь Цяо были открыты, и Лянь Цяо ходил от одной к другой с большой коробкой.

– Я помогу тебе, – Сюй Жэньдун подошёл, чтобы помочь, и перенёс коробку в их дом вместе с Лянь Цяо.

– Уже почти всё. Просто оставь остальное там. В любом случае, это так близко, что я могу вернуться и забрать их в любое время, – Лянь Цяо поставил коробку на стол, а затем в волнении потёр руки: – Тогда… в какой комнате я живу?

Его глаза продолжали поглядывать в сторону спальни Сюй Жэньдуна, но мужчина протянул руку, чтобы открыть другую дверь рядом с ним, и сказал:

– Это вторая спальня.

Лянь Цяо заглянул внутрь и обнаружил, что боковая спальня была полностью меблирована и убрана. Он мог въехать в любое время. Это было действительно не суетливо, и у него не было повода идти в главную спальню, чтобы втиснуться вместе с Сюй Жэньдуном и поспать некоторое время в одной постели.

Он откинул голову и разочарованно выдохнул «О».

Сюй Жэньдун сказал:

– Тебе не нужно быть сдержанным, просто относись к этому как к своему собственному дому. Я немного устал и хочу немного вздремнуть.

Лянь Цяо увидел, что его лицо было не очень хорошим, и спросил:

– Тебе нехорошо?

– Нет, – Сюй Жэньдун был в плохом настроении, но не хотел вымещать свою негативную энергию на Лянь Цяо. Он также не хотел, чтобы тот волновался без веской причины, поэтому откровенно сказал: – Сегодня кое-что случилось, и я не в хорошем настроении, поэтому хочу немного побыть в тишине и одиночестве.

– Хорошо, – кивнул Лянь Цяо, а затем нежно улыбнулся: – Иди спать, и я позову тебя, когда еда будет приготовлена.

Сюй Жэньдун почувствовал тепло. Он улыбнулся Лянь Цяо и вернулся в свою комнату.

Было уже темно, когда Лянь Цяо пришёл позвать его. На столе стояло несколько блюд, все домашние. Сюй Жэньдуну стало очень душно, когда он увидел это. В конце концов, он никогда не готовил сам. На этом столе у него не было другой еды, кроме еды на вынос и фруктов. В это время на стол были поставлены три блюда и один суп, все горячие, от них шёл пар, с двумя мисками белого риса на обоих сторонах стола, что был полон домашнего аромата. Сцена настолько тёплая, он даже не знал, что сказать.

Поев, они вдвоём вымыли миски. За более чем час до того, как Лянь Цяо начал прямую трансляцию, они вдвоём решили прогуляться.

В это время был вечер, и закат на горизонте был золотисто-красным. Это было действительно красиво. По комплексу прогуливались пожилые люди и дети, которые выглядели очень мирно. Сюй Жэньдун и Лянь Цяо шли бок о бок по дороге. Оба они были высокими и выдающимися, что привлекало взгляды прохожих и заставляло тех оглядываться назад.

Это был первый раз, когда Лянь Цяо вот так шёл бок о бок с ним. Не было никакой угрозы жизни или смерти, никакие призраки не давили на него, и мир был стабилен, и время текло спокойно. Лянь Цяо был в очень хорошем настроении, часто искоса поглядывал на человека рядом с ним и прямолинейно восхищался его лицом. Он смотрел на чистые контуры лица Сюй Жэньдуна, смотрел на его белые мочки ушей и шею, смотрел на ресницы, которые трепетали, и смотрел на тонкие и слегка поджатые губы.

При одной мысли о том, что он и этот человек соединили свои сердца, Лянь Цяо был так счастлив, что готов был взлететь.

Он хотел объявить всем, что этот человек принадлежит ему, но, в конце концов, здесь было много людей, так что ему приходилось держаться немного сдержанно. Поэтому он притворился, что естественным образом протягивает руку, чтобы схватить Сюй Жэньдуна за плечо, изображая из себя хороших братьев-социалистов.

В тот момент, когда он коснулся плеча Сюй Жэньдуна, тот внезапно сказал:

– Лянь Цяо.

Лянь Цяо опешил и виновато убрал руку:

– …В чём дело?

Сюй Жэньдун поднял свои светло-карие глаза и посмотрел на небо с неописуемым унынием в глазах:

– Я думал об одной вещи в течение этих двух дней. Я очень колеблюсь и не могу принять решение. Ты можешь меня выслушать?

Лянь Цяо подумал: «Наконец-то ты готов это сказать», улыбнулся и приподнял брови:

– Говори.

– Есть человек, который однажды причинил мне боль. Сейчас он умирает и хочет снова увидеть меня перед смертью. Мне идти?

Лянь Цяо на мгновение растерялся, и десять тысяч слов пронеслись в его сердце.

Что это был за душераздирающий вопрос!? Их отношения были подтверждены только вчера. И вот сегодня уже появился бывший, который выскочил, чтобы устроить неприятности!

Он успокоил свой разум и спросил:

– Это мужчина или женщина?

Сюй Жэньдун:

– Женщина.

Лянь Цяо: «……» Чёрт возьми, лучше было не спрашивать. Он почувствовал себя ещё более обиженным.

Лянь Цяо немного помолчал и спросил:

– А что насчёт тебя? Что ты хочешь делать?..

Помолчав, он добавил:

– Не считайся с моими чувствами.

Сюй Жэньдун взглянул на него странным взглядом, как будто удивляясь, почему он добавил фразу «не считайся с моими чувствами». Серьёзно подумав об этом, Сюй Жэньдун сказал:

– Я не знаю.

Послесвечение заходящего солнца рассеивалось по улице, покрывая пешеходов тёплым золотистым цветом. Сюй Жэньдун посмотрел на прохожих затуманенными и полными замешательства глазами.

Лянь Цяо посмотрел на него вот так и подумал: «Пошла ты, бывшая подружка! Пойти повидаться с тобой, моя задница! Очевидно, что это тот случай, когда старая любовь ещё не закончилась!»

Подавляя свои ещё более обиженные чувства, Лянь Цяо всё ещё действовал очень разумно:

– Ты должен идти. Но я хочу пойти с тобой.

Сюй Жэньдун удивлённо взглянул на него с едва уловимым выражением на лице:

– …Тебе сейчас ещё слишком рано видеть её…

Увидев, что выражение его лица изменилось, Лянь Цяо почувствовал себя несчастным и сказал:

– Как это слишком рано? Разве она не собирается скоро умереть?

«……» Сюй Жэньдун был единственным человеком, который действительно понимал деликатный подтекст. Он вдруг улыбнулся:

– Это правда. У неё действительно не так много времени.

Когда он вошёл в больницу на следующий день, Лянь Цяо всё ещё задавался вопросом, притворялась ли эта женщина больной, чтобы вызвать сочувствие. В конце концов, Жэньдун его семьи был таким милым, и тот, кто порвал с ним, вероятно, с нетерпением умолял бы его вернуться. Но это было только до тех пор, пока он и Сюй Жэньдун не вышли из лифта на определённом этаже. Лянь Цяо взглянул на табличку по этажу и прочитал: Отделение онкологии.

Чёрт возьми, рак? Возможно, цветок белого лотоса и не притворялась жалкой, она действительно должна была умереть.

Лянь Цяо сразу почувствовал себя очень неловко и даже захотел спуститься вниз, чтобы купить корзину с фруктами.

Бывшая жила в отделении неотложной помощи в палате, отделённой от кабинета врача слоем прозрачного стекла, чтобы врач мог наблюдать за её состоянием и проводить спасательные работы в любое время. Сюй Жэньдун вошёл в палату, но Лянь Цяо махнул рукой и жестом показал, что подождёт его снаружи.

В спасательной комнате было пять кроватей. Сюй Жэньдун направился прямо к средней кровати и сел, прислонившись спиной к оконному стеклу. Сквозь прозрачное стекло Лянь Цяо увидел худую женщину, лежащую на кровати. Такая худоба была уже не худобой в восприятии обычных людей, а какой-то патологической, жалкой и немного пугающей степенью худобы.

Но даже несмотря на то, что её мучила болезнь, всё равно было очевидно, что когда-то она была красавицей. В чертах её лица был ясный и красивый темперамент, который с первого взгляда можно было отличить от обычных людей, окружавших её. Это было чем-то похоже на Сюй Жэньдуна.

Лянь Цяо взялся за оконное стекло и ревниво подумал: «Хм! На самом деле у неё довольно похожий образ мужа и жены с большим боссом. Если она плохо выглядит, босс не может смотреть на неё, не говоря уже о том, чтобы иметь с ней историю. В конце концов, нынешний партнёр босса – это я. Я такой хороший, так что, конечно, мой предшественник тоже не может быть слишком плохим!»

Сердце Лянь Цяо немного успокоилось, поэтому он решил больше не подглядывать. Он повернулся спиной к прозрачному стеклу и начал играть со своим мобильным телефоном. Он вдруг заметил, что две медсестры на посту медсестёр тоже украдкой поглядывают на женщину.

– Наконец-то кто-то пришёл навестить её, – сказала медсестра А.

– Ты имеешь в виду Чжун Сю? Ну, она такая жалкая. Она заболела этой болезнью, когда ей было чуть за сорок. С момента постановки диагноза и по настоящее время каждый раз, когда она получала лучевую терапию и химиотерапию, её саму госпитализировали. В эти пару дней, когда её болезнь приняла серьёзный оборот, всё ещё не было членов семьи, которые пришли бы навестить её, какая жалость, – сказала медсестра Б.

– Тогда является ли этот человек сегодня членом её семьи? Он выглядит таким красивым, как кинозвезда.

– Я надеюсь на это. Это действительно ужасно – быть без членов семьи и переносить свою боль в одиночку. После химиотерапии она сама держала мусорное ведро, чтобы её вырвало. Даже когда она просыпалась посреди ночи, ей было бы слишком неловко звонить в колокольчик, чтобы вызвать нас. Она кажется таким хорошим человеком, почему она такая несчастная?

– Где её муж и дети?

– Разве это не записано в медицинской карте? Она не замужем.

– А? Она такая красивая и молодая, как она может быть…

– Я не знаю об этом. Не спрашивай слишком многого, в любом случае это должно быть трагедией.

– О, какая жалость…

Лянь Цяо больше не мог слушать. Эта женщина очень несчастна, и, как любовный соперник, он не мог этого вынести.

Он нечаянно заглянул за стекло, но после этого единственного взгляда у него чуть не вывалились глазные яблоки.

Он увидел Сюй Жэньдуна, сидящего перед кроватью женщины и глубоко склонившего голову. И эта женщина действительно прикасалась к лицу Сюй Жэньдуна!

Лянь Цяо сразу же пришёл в ярость. Если ты несчастен, просто будь несчастен! Ты не можешь быть высокомерным и несчастным одновременно!

Он закатал рукава и хотел войти, чтобы урезонить женщину, но вдруг услышал позади себя сигнал тревоги. В то же время рука женщины слабо соскользнула с лица Сюй Жэньдуна и тяжело упала на край кровати.

Сюй Жэньдун ошеломлённо посмотрел на её руку, как будто ещё не понял, что произошло, но окружающие пациенты закричали первыми.

Лянь Цяо был потрясён и быстро вернулся, чтобы позвать медсестру. Медсестра среагировала быстрее него и уже встала и позвала на помощь.

В течение нескольких секунд несколько врачей выбежали из кабинета, а медсёстры надели маски и перчатки и бросились в спасательную комнату.

Лянь Цяо последовал за ними и увидел, как медицинский персонал оттолкнул Сюй Жэньдуна с дороги. Они задёрнули занавески на кровати. Сюй Жэньдун стоял за голубыми занавесками, тупо уставившись в сторону кровати. Он просто молча стоял, сжав кулаки, как человек, идущий один в темноте. Как человек, которого внезапно избили, чувствующий боль и гнев, но которому некуда их выплеснуть.

Он выглядел таким беспомощным.

Лянь Цяо почувствовал себя расстроенным и подошёл к нему, желая обнять его. Внезапно он поймал его взгляд, но был застигнут врасплох.

Он увидел, что глаза Сюй Жэньдуна были полны боли и нежелания. Эмоция была настолько сильной, что его глаза покраснели.

Лянь Цяо никогда не видел его таким. Такая горькая ненависть заставляла сердце Лянь Цяо болеть, как игла. Так что его протянутая рука просто застыла в воздухе.

В отделении неотложной помощи царил хаос. Врач отдавал приказы, а медсёстры были заняты их выполнением. Лянь Цяо был в оцепенении, и резкий звук сирены привлёк всеобщее внимание.

Источником тревожного звука на этот раз был монитор ЭКГ. Сквозь щель в занавеске Лянь Цяо увидел, что монитор превратился в прямую линию.

Сюй Жэньдун открыл рот, как будто хотел что-то сказать. Он сделал шаг вперёд, но в конце концов не бросился за занавески. Лянь Цяо почувствовал укол в сердце и неловко отвернулся. Он вдруг почувствовал, что воздух вокруг него душит его.

Весь шум исчез в одно мгновение, и все прекратили свои движения. Даже капли в бутылке перестали течь.

Лянь Цяо в шоке обернулся, и перед ним внезапно возник серебристо-белый металлический лифт!

Он оглянулся на Сюй Жэньдуна. Сюй Жэньдун тоже заметил странность вокруг себя, уставившись на лифт со сложным выражением лица. Вскоре занавес позади него раздвинулся. Они одновременно повернули головы и увидели худую и слабую женщину, спускающуюся с кровати.

Чжун Сю.

Когда она умирала, лифт, принадлежавший ей, открылся.

Чжун Сю посмотрела на двух людей, стоявших перед ней, и удивлённо сказала:

– Почему вы… можете… – Она широко раскрыла глаза.

Сюй Жэньдун глубоко вздохнул и принял этот факт. Он кивнул Чжун Сю и сказал:

– Да. Мы тоже были внутри.

Чжун Сю спросила:

– Сколько раз?

Сюй Жэньдун:

– Много раз.

Их взгляды встретились, и в глазах Чжун Сю мелькнула жалость. Сюй Жэньдун отвёл взгляд. Чжун Сю посмотрела на Сюй Жэньдуна, затем на Лянь Цяо и вздохнула:

– Извините, ребята, вы вмешались.

Лянь Цяо был в сложном настроении и не знал, что сказать. Сюй Жэньдун уже направился в лифт:

– Поехали.

После того, как трое людей вошли в лифт, послышался низкий звук работающего двигателя. Чжун Сю всегда смотрела на Сюй Жэньдуна сложным и нежным взглядом. Сюй Жэньдун время от времени встречался с ней взглядом, а затем быстро отводил глаза.

Чем больше Лянь Цяо смотрел, тем зеленее становилась его голова. Он ревновал и больше ничего не мог с этим поделать. Он протянул руку и сказал:

– Здравствуйте, у меня только что не было времени представиться. Меня зовут Лянь Цяо и я его нынешний.

Чжун Сю была застигнута врасплох. Сюй Жэньдун внезапно в шоке поднял глаза и поспешно поправил его:

– Нынешний сосед по комнате! – сказав это, он тихо отошёл в сторону, как будто хотел подвести черту с Лянь Цяо.

Лянь Цяо был потрясён и убит горем:

– Ты не говорил этого вчера! Ты безжалостный человек!

Чжун Сю:

– Почему он безжалостен?

Сюй Жэньдун сердито сказал:

– Не слушай его чушь!

Сюй Жэньдун был зажат между биологической матерью и своим возлюбленным. Он не хотел признавать, что эта женщина, которой на вид всего тридцать с небольшим, его мать, и не хочет «выходить из шкафа» перед биологической матерью, которую встретил впервые. Это было более чем неловко.

Видя дилемму Сюй Жэньдуна, Лянь Цяо почувствовал себя ещё более кислым. Он был так ревнив, что даже не заботился о вежливости и враждебно спровоцировал Чжун Сю:

– А что насчёт тебя? Какие у вас с ним отношения? Он никогда раньше не упоминал о тебе при мне.

Чжун Сю:

– Я его…

Сердце Сюй Жэньдуна подскочило к горлу. Чжун Сю пристально посмотрела на него, затем опустила голову и улыбнулась:

– Я его бывший учитель.

Сюй Жэньдун наконец вздохнул с облегчением, но не заметил, что, когда Лянь Цяо услышал слово «учитель», мышцы в уголках его рта слегка дёрнулись.

В то же время внутри лифта появилась подсказка о прохождении этого инстанса: «Если три человека скажут, что в городе есть тигры» (Идиома, обозначающая: ложь, повторённая тысячу раз, становится правдой).

Сюй Жэньдун быстро сменил тему:

– Ну, теперь самое главное – пройти инстанс, а об остальном мы поговорим позже.

Лянь Цяо взглянул на подсказку, посмотрел на Чжун Сю, а затем на Сюй Жэньдуна. Он холодно сказал:

– Эта подсказка не очень удачна.

____________________

Автору есть что сказать:

Лянь Цяо: Затем я исполню для всех «выпивание уксуса его матери».

Спираль смерти [BL] Глава 65. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (1)

Глава 65. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (1)

После того, как лифт остановился, перед ними троими появилась тёмная винтажная гостиная.

Гостиная была очень просторной, и в ней стояла дюжина человек. На этот раз их товарищи по команде были относительно молоды, и выражение их лиц было довольно спокойным. Казалось, что новичков было не так много. Все трое вошли в гостиную и осмотрелись. Они обнаружили, что из гостиной нет выхода, только лестница, ведущая наверх.

Конечно, окон не было. На стене с тёмно-зелёными обоями висело несколько картин маслом, а хрустальная люстра была покрыта пылью. Видно было, что её давно никто не чистил. Великолепные тканевые диваны тоже посерели. Неудивительно, что все стояли и никто не садился.

Хотя эта гостиная великолепна, в ней царила мрачная атмосфера, как в резиденции падшего аристократа перед смертью. Как только человек уйдёт, чай остынет, и останутся только пустые полки. Было ощущение безнадёжности будущего.

Все посмотрели друг на друга. Три человека, включая Сюй Жэньдуна, пришли вместе, и поэтому было очевидно, что они знали друг друга. Там также было четверо парней и девушек, похожих на студентов колледжа. Они стояли близко друг к другу и должны были знать друг друга. Остальные несколько человек стояли врассыпную. Они схватились за грудь и холодно смотрели, в их выражениях и движениях едва угадывались неприятие и оборона.

После краткого наблюдения у Сюй Жэньдуна уже было число в сердце. Всего на этот раз было пятнадцать игроков, так что сложность не должна быть высокой.

– Все здесь? – Из группы студентов колледжа, состоящей из четырёх человек, вышел парень. Он был красив и имел крепкое телосложение, напоминая энергичное солнышко. Он оглядел всех, показывая полный рот блестящих белых зубов: – Давайте представимся. Я первым. Мы являемся членами киноклуба Университета X, а я президент.

Закончив фразу «Я президент», он сделал паузу на некоторое время. Все ждали, что тот назовёт своё настоящее имя, но он повернул голову и улыбнулся напарнику позади него, жестом приглашая напарника подойти.

Трое других молодых людей также представились. Они были членами клуба A, B и C.

Они, очевидно, затронули тему самопрезентации, но использовали не свои настоящие имена, а только псевдонимы, заставляя людей чувствовать себя неискренними. Однако явного неудовольствия никто не выказал, а просто последовал их примеру и дал себе кодовое имя.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо переглянулись и последовали этому обычаю. Лянь Цяо сказал:

– Меня зовут Цяо Му.

Сюй Жэньдун сказал:

– Меня зовут… Хуахуа.

Лянь Цяо был ошеломлён и бросил на него улыбающийся взгляд. Глаза его были нежны, как струя родниковой воды, в которой хотелось охотно утонуть.

Сюй Жэньдун был встревожен этим взглядом и внезапно вспомнил, что Чжун Сю всё ещё рядом с ним. Он мгновенно успокоился, кашлянул и сказал остальным:

– Кто из вас пришёл первым?

Молодой человек по прозвищу «Рок-Монах» внезапно поднял руку и, повернув ладонь к толпе, сделал захват из воздуха. Это действие было слишком преувеличенным, и все подсознательно последовали за ним. Его действия, казалось, привлекли всеобщее внимание, заставив их внезапно реагировать.

Думаешь, ты какой-то кумир!? Все лица осунулись и потеряли дар речи от смущения.

У Рок-Монаха была бритая голова с небольшой зелёной щетиной, а на голове было шесть ярких обожжённых круглых шрамов. Одетый в жёлтую монашескую рясу и чёрные матерчатые монки, он выглядел как серьёзный монах, но на самом деле он вовсе не был серьёзным.

Как только он открыл рот, из него вырвался фристайл-рэп. (Поскольку автору лень его редактировать, то перевод был по сути):

– Первый здесь – вот этот крутой и бедный монах.

Все замолчали. Через некоторое время Сюй Жэньдун наконец сказал:

– Тогда ты что-нибудь обнаружил?

Рок-Монах сказал ещё одну строчку рэпа, что в основном означало, что он совершенно не знал, что это за место, но чувствовал себя непринуждённо, когда пришёл, поэтому просто решил сесть и начать воспевать, пока не подошли все остальные.

После прослушивания лица всех изменились. Этот монах с мёртвым мозгом на самом деле был новичком? Всё кончено, кончено, у этого новичка яма в мозгу и он точно умрёт.

Все не хотели слушать неловкий рэп монаха без аккомпанемента, поэтому решили сначала осмотреть дом. Пятнадцать человек разделились на две группы и после грубого осмотра быстро разобрались, где находится вилла.

Они начали с гостиной на первом этаже. Гостиная была соединена с кухней, где хранилось много продуктов. Пятнадцать человек могут есть из в течение недели. На втором и третьем этажах расположены шесть гостевых комнат. Хотя мебель старая, она по-прежнему чистая, есть вода и электричество. Это было вполне приемлемо для жизни. Дальше был огромный балкон, окружённый стеклом.

В центре стеклянной комнаты, образуя круг, стояло пятнадцать табуреток. Это выглядело немного ритуально. Эта стеклянная комната была прозрачной и должна была иметь прекрасный вид, но снаружи была кромешной тьмой. Даже если свет включен, видны только люди, отражающиеся на стекле. Снаружи было абсолютно темно и ничего не видно.

Эта вилла была похожа на изолированный остров в темноте. Как только вы войдёте, вы не сможете снова выйти, вызывая у людей чувство изоляции и ужаса. Все переглянулись, и даже лица старых игроков были покрыты зловещей тучей.

– Эй, здесь есть листок бумаги, – Лянь Цяо подошёл к одному из стульев с острым взглядом. Он протянул руку и взял записку.

Все подошли, чтобы послушать, как Лянь Цяо читает:

– Инструкции для тренировочного лагеря Мужества:

1. Тема этого мероприятия: глубочайший ужас в сердце.

2. Содержание мероприятия: пожалуйста, выключайте свет в 00:00 каждую ночь и рассказывайте историю о привидениях в стеклянной комнате и сталкивайтесь с ужасом внутри этой истории. Каждую ночь нужно рассказывать хотя бы одну историю.

3. Дружеское напоминание: Истории не повторяются, кто-то умрёт. История не может быть не страшной, кто-то умрёт, ой.

4. Просто шучу (написано/прочитано жеманным тоном).

Лица у всех всё больше и больше мрачнели. Наконец кто-то не удержался и выругался:

– Читай как следует! Почему ты притворяешься милым? У тебя что, проблема с головой? – сказав это, он посмотрел на Рок-Монаха.

Рок-Монах уверенно посмотрел в ответ:

– Не ругайте этого бедного монаха. У этого бедного монаха скверный характер. Если ты будешь меня ругать, я тебя побью.

Он закатал рукава монашеской одежды, обнажая его сильные бицепсы.

Все: «……» У него на самом деле есть татуировки!

– Я делаю татуировки, бью людей, пою рэп, но всё равно знаю, что я хороший монах!

Лянь Цяо беспомощно сказал:

– Так написано на бумаге, прочитайте сами.

Он передал лист всем. Только тогда все поверили, что задание написано так мило, и не могли не потерять дар речи.

Задание миссии прошло по кругу и возвратилось в руки Лянь Цяо. Лицо Лянь Цяо внезапно изменилось, когда он коснулся бумаги и быстро убрал руку. В следующее мгновение на бумаге появился белый дым, а затем вспыхнуло пламя. Человек, передавший бумагу, тоже опешил и отпустил с громким «бля!». Горящая бумага вспорхнула и упала на пол, уже обратившись в пепел.

Призрачный ветер подул из ниоткуда, сдувая пепел.

Лица у всех были довольно некрасивые. Сюй Жэньдун спросил:

– Твоя рука в порядке?

Лянь Цяо внимательно посмотрел на свои пальцы и подтвердил, что он не ранен, поэтому улыбнулся и покачал головой в сторону Сюй Жэньдуна.

Президент Маленькое Солнышко сказал:

– Почему то, что написано на этой бумаге, так небрежно? Я впервые сталкиваюсь с такой тривиальной задачей, – Он выжидающе посмотрел на всех: – Кто-нибудь из вас сталкивался с чем-то подобным?

Все покачали головами.

Президент Маленькое Солнышко не выглядел слишком разочарованным. Наоборот, показал выражение «как я и думал». Он подумал немного и спросил:

– Который час?

Все достали свои мобильные телефоны и с удивлением обнаружили, что время стало 23:55 вечера, всего за пять минут до того времени, которое было написано на бумаге.

– Какого чёрта нам не хватило времени на подготовку? – спросил кто-то. – Что произойдёт, если мы не будем рассказывать истории о привидениях?

Никто не мог дать им ответ.

– Тогда… мы должны рассказать одну? – Робкая девушка, участница А, нерешительно посмотрела на Президента Маленькое Солнышко.

На красивом и благообразном лице президента не было ни малейшей запутанности. Он искренне улыбнулся:

– Конечно. Инструкции миссии настолько ясны. Если мы не будем следовать ей, то что нам ещё здесь делать?

Участница А тихо сказала:

– А что, если призрак…

Пока президент пытался её утешить, Рок-Монах внезапно сложил руки. Он покачал головой и сказал:

– Амитабха. Благодетель, не бойся.

Все думали, что монах наконец-то сказал что-то правильное, но тут услышали следующую его фразу:

– В этом мире нет призраков. Но если люди будут слишком много говорить, слова действительно превратятся в привидение.

Все: «……»

Участница А побледнела, когда была так напугана. Улыбка на лице Президента Маленького Солнышка тоже стала немного смущающей. Он обернулся и оглядел толпу. Он вежливо спросил:

– В любом случае, позвольте мне попробовать брод? Если со мной что-то случится, пожалуйста, позаботьтесь о моих участниках клуба.

Поскольку кто-то готов рискнуть, то, конечно, у других не было возражений. Хотя Члены ABC рядом с Президентом Маленьким Солнышком говорили ему трогательные слова, на самом деле никто его не остановил. Можно сказать, что это была очень пластиковая дружба.

Итак, все заняли свои места. Сюй Жэньдун сидел между Лянь Цяо и Чжун Сю. Президент Маленькое Солнышко встал рядом с выключателем и сказал:

– Я выключу свет.

Все глубоко вздохнули и кивнули.

Рука Сюй Жэньдуна внезапно потеплела. Это был Лянь Цяо, который держал его за руку. Он удивлённо повернул голову и увидел, как Лянь Цяо неловко, но вежливо улыбнулся ему. При этом он прикрыл рот другой рукой.

…Ты боишься, что испугаешься и начнёшь икать?

Сюй Жэньдун улыбнулся. Он уже собирался повернуть руку и удержать его, как вдруг почувствовал взгляд на спине, заставивший его почувствовать себя неловко. Он повернул голову и увидел, что Чжун Сю смотрит на их руки тёплым взглядом.

Сюй Жэньдун: «……»

Его лицо вспыхнуло, и он без колебаний ударил Лянь Цяо по рукам. Притворившись, что рассердился, он сказал:

– Положи руки на колени и сядь прямо! Такой неуправляемый, что ты за человек!

Говоря об этом, он сел прямо, как ученик начальной школы, внимательно слушая.

Лянь Цяо: «Ин-ин-ин-ин!» Он посмотрел на Чжун Сю, которая встретила его взгляд, но показала добрую улыбку, похожую на тётушку.

Что ты улыбаешься! Ты бессовестная хозяйка!

Лянь Цяо выпрямился и собирался простимулировать эту бессовестную любовницу, но тут раздался звук «па», и комната мгновенно погрузилась во тьму. Окружающее стекло, кажется, исчезло, а тьма внутри и снаружи стеклянной комнаты слилась в одну, создавая иллюзию пребывания в тёмной пустыне. Сзади даже дул холодный ветер.

– Эй! – Лянь Цяо мгновенно напрягся, превратившись в кричащего цыплёнка, которого зажали шею.

Все чувствовали себя не в своей тарелке, и некоторые из них неудержимо дрожали. В темноте одно за другим прозвучало пятнадцать дыханий. Они не знали, откуда дул сильный ветер в стеклянной комнате, но он выдувал окна, как тайфун, проходящий мимо, или как ночь сотни призраков, рыдающих и плачущих.

В темноте могло случиться что угодно. Никто не знает последствий рассказа этой истории. Единственная уверенность в том, что произойдёт что-то ужасное.

Неизвестность пугала больше всего.

Президент Маленькое Солнышко откашлялся и нарушил тишину тёплым и магнетическим голосом:

– Тогда я расскажу вам первую историю о привидениях.

История о привидениях ещё даже не начиналась, и только вступительное замечание заставило Лянь Цяо так занервничать, что его тело застыло, а кожа головы онемела. В памяти всплыли всевозможные ужастики, в которые он играл раньше. От свиста шквалистого ветра в окно всему его лицу стало нехорошо.

Его сердцебиение становится всё более и более сильным, а дыхание ускорялось. Как раз в тот момент, когда он был готов испугаться до смерти, его руки вдруг согрелись. Он был ошеломлён и инстинктивно хотел отпрянуть, но его рука была крепко сжата.

Рука, державшая его, была сухой и тёплой, тонкой и сильной, с обнадёживающим ощущением знакомости.

Сердце Лянь Цяо дрогнуло, чувствуя сладость лишь на кончике своего сердца. Даже его дыхание стало сладким и сальным.

Он сжал пальцы мужчины. Мужчина словно опешил, его пальцы слегка застыли. Вскоре он крепко сжал пальцы. Соприкасаясь ладонями, они могут чувствовать температуру тела друг друга. В этой бескрайней тьме они стали единственной опорой друг на друга.

Однако это сладкое очарование длилось всего мгновение. В следующую секунду Лянь Цяо услышал в темноте нежный вопрос Чжун Сю.

– Жэньдун, ты боишься? Если боишься, можешь немного посидеть здесь.

Словно кошка, которой наступили на хвост, Сюй Жэньдун со «свистом» отдёрнул руку.

Лянь Цяо отчаянно зарычал в своём сердце: «Что, чёрт возьми, с тобой не так! Старая ведьма, ты пытаешься превратиться в дух лампочки?!»

Спираль смерти [BL] Глава 66. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (2)

Глава 66. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (2)

История, рассказанная президентом, произошла в квартале под названием «Улица Вязов».

Героиня рассказа Нэнси была обычной девушкой, жившей на улице Вязов. Однажды ей приснился страшный сон. Во сне она увидела себя на улице Вязов. Всё вокруг неё было таким знакомым, но в то же время очень странным. На призрачных улицах больше никого не было. Во всех домах были заперты окна и двери, и было совершенно темно. Она пыталась постучать в двери нескольких соседей, но никто не ответил.

Как только она почувствовала себя очень растерянной, то обнаружила, что кто-то следует за ней. Она резко повернула голову и увидела мужчину со шрамами на лице и пальцами, как бритва! Мужчина хитро улыбнулся и шаг за шагом приблизился к ней. Нэнси вскрикнула и повернула голову, чтобы побежать. Но куда бы ни бежала, странный мужчина со шрамами мог точно её найти. В то время как Нэнси совсем измучилась и думала, что будет убита странным мужчиной, её внезапно разбудил звук будильника. Оказывается, всё это было лишь сном.

Поскольку переживание во сне было таким ужасным, у Нэнси не было сил весь день. Когда она рассеянно прогуливалась по территории школы, услышала, как её одноклассники обсуждают кошмар, который им приснился. Во сне за ними гнался человек со шрамом на лице, а пальцы на руке у него были острыми, как бритва. Оказывается, все дети на улице Вязов пережили один и тот же кошмар!

Вскоре после этого друзья Нэнси умирали один за другим. Они умирали жалкой смертью, им перерезали горло или живот острым оружием. Полиция была беспомощна, потому что все дети мирно спали в своих домах, когда произошла трагедия. Нэнси попыталась сказать полиции, что их убил странный человек со шрамами на лице из её сна, но полиция насмехалась над ней, думая, что Нэнси не в себе.

Преследование во сне продолжалось. Нэнси знала, что есть только один способ выжить – бодрствовать и не видеть снов. Из-за длительного недосыпания физическое состояние Нэнси становилось всё хуже и хуже. Оба родителя подумали, что у неё проблемы с психикой, и отвезли её в больницу. В больнице врач вколол ей транквилизаторы и заставил заснуть. Нэнси во сне снова вернулась на туманную улицу Вязов. Хотя на улице никого не было, она знала, что на неё смотрит пара глаз, ухмыляясь в темноте…

Как только история дошла до этой части, окружающие огни внезапно включились с «щелчком». Все, кто внимательно слушал рассказ, были потрясены, и флуоресцентные лампы осветили бледные лица.

Президент Маленькое Солнышко был поражён:

– Я ещё не закончил рассказ. В чём дело?

Рок-Монах держал в одной руке чётки и бормотал, как старый мудрец:

– Может быть, твоя история не была ужасной, и призраки больше не могут её слушать.

Все: «……Если тебе не страшно, то зачем ты достал чётки! »

Президент Маленькое Солнышко снова попытался выключить свет, но обнаружил, что, как бы он ни нажимал, свет не выключается. Согласно инструкциям миссии, истории о привидениях можно рассказывать только после выключения света. Теперь, когда свет нельзя выключить, он не осмеливается действовать опрометчиво.

Сюй Жэньдун хотел спросить Лянь Цяо, что он думает, но затем увидел, что Лянь Цяо смотрит на президента с задумчивым взглядом. Не только Лянь Цяо, но и трое членов их киноклуба A, B и C тоже сомневались. Один из участников мужского пола, B, не мог не спросить:

– Президент, разве это не история из фильма «Кошмар на улице Вязов», который мы только что посмотрели?

Президент Маленькое Солнышко кивнул. Деликатный член А с бледным лицом схватила президента за рукав и сказала с дрожью:

– Но… разве на этом листе бумаги не говорилось, что плагиат не допускается? Почему ты?..

Лянь Цяо внезапно прервал:

– Нет, плагиата не было. В записке написано, что «истории не могут повториться».

Все были ошеломлены и вспомнили содержание на бумаге. Казалось, это действительно так.

Президент смущённо тронул себя за нос:

– Ведь у меня было всего пять минут. Если вы хотите, чтобы я полностью создал историю о привидениях за это время, я не могу этого сделать!

Участник А наконец вздохнула с облегчением и слабо улыбнулась:

– К счастью, с тобой всё в порядке.

Сюй Жэньдун увидел, что нежная и милая участница А ведёт себя кокетливо, дергая президента за рукав. Он предположил, что они тоже были парой. Лянь Цяо внезапно ткнул его руку, наклонился и сказал тихим голосом:

– Посмотри на другую женщину в их киноклубе, на эту участницу С.

Сюй Жэньдун огляделся и обнаружил, что у участницы С красивые и подвижные глаза. Она несколько раз взглянула на президента, и её глаза, казалось, были обижены, но не знали, куда выплеснуть свои чувства. Президент спокойно вытащил рукав из руки члена А, а затем сказал другим участникам:

– Извините, что беспокою вас, ребята.

Когда он сказал это, он смотрел на всех, но его глаза смотрели на члена мужского пола B.

…Эти отношения были немного сложными!

Сердце Сюй Жэньдуна устало и обратилось к Лянь Цяо, который смотрел шоу, и сказал:

– Не будь любопытным.

Он не имел в виду многого своими словами, но слушатель, казалось, понял совершенно другое значение. Лянь Цяо многозначительно посмотрел на Чжун Сю и с усмешкой сказал:

– На самом деле, наши внутренние проблемы ещё даже не решены.

Сюй Жэньдун смутился:

– Какие внутренние проблемы?

Лянь Цяо не ответил, а просто наклонился к его уху. Он прошептал тихим голосом:

– Этот президент очень хитрый. Не принимай просто за чистую монету, что он выскочил, чтобы стать первой морской свинкой. На самом деле, он уже разобрался с правилами. Эту историю можно скопировать откуда угодно, но нельзя повторить ранее рассказанную историю. Мы пока не знаем, как правила определяют, что считать «повторением». Так что на самом деле для него безопаснее всего рассказать историю первым.

Лянь Цяо подошёл слишком близко, и его губы чуть не потёрлись о мочку уха Сюй Жэньдуна. Каждый раз, когда он произносил слово, его горячее и влажное дыхание ударяло в уши Сюй Жэньдуна, вызывая жар и зуд. Ему хотелось наклонить голову и спрятаться. Но то, что говорил Лянь Цяо, было серьёзно, поэтому ему пришлось слушать. Влажное ощущение поползло по его ушам, вызывая зуд.

– …В любом случае, давай просто подождём и посмотрим, что произойдёт. – Лянь Цяо увидел, как уши Сюй Жэньдуна покраснели, и удовлетворённо сел прямо. Лянь Цяо знал, что Сюй Жэньдун легко смущается, и делать это на глазах у всех было уже достаточно. Всё дальнейшее коснулось бы его нижней черты, что было контрпродуктивно.

В это время Сюй Жэньдун тоже тайно вздохнул с облегчением. Он думал, что только у него в сердце были злые мысли, и не понимал, что Лянь Цяо намеренно дразнит его. Он успокоился и посмотрел на других людей:

– Сейчас половина двенадцатого, а свет нельзя выключить. История больше не может быть рассказана. Почему бы нам всем сегодня не отдохнуть?

Все обсудили это и согласились, что ничего другого сделать нельзя, поэтому встали и пошли в комнаты для гостей.

Когда пришло время делить комнаты, Сюй Жэньдун снова попал в поле Асуры.

Всего было шесть комнат, все с двуспальными кроватями и только с одним одеялом на кровати. Все перерыли виллу, но не смогли найти ни дополнительных кроватей, ни постельных принадлежностей, а это означало, что эти пятнадцать человек могли спать только группами по трое или по двое.

Чжун Сю первой предложила:

– Я найду другую женщину, с которой посплю.

Сюй Жэньдун нахмурился. В этой команде были самые разные люди, и это было довольно запутанно. Он будет беспокоиться о том, что Чжун Сю останется наедине с другими. Честно говоря, он не собирался прощать Чжун Сю, но не ненавидел её настолько, чтобы желать смотреть, как она умирает.

Он быстро принял решение:

– Ты живёшь с нами. Ты больна, поэтому спишь на кровати. Мы, двое мужчин, будем спать на полу.

– Нет, – Лянь Цяо почти сразу отверг его слова. – Ты легко простужаешься. Если ты будешь спать на полу, то обязательно простудишься. К тому же здесь нет одеял и температура ночью низкая, даже я бы не смог этого вынести.

Услышав это, Чжун Сю подумала, что Лянь Цяо прав, и с улыбкой кивнула. Затем она повернула голову и сказала Сюй Жэньдуну:

– Значит, я должна пойти спать с кем-нибудь другим.

Сюй Жэньдун:

– Нет, не волнуйтесь. Мы останемся так только на одну ночь. Вероятно, завтра кто-то умрёт, и появится свободная кровать.

Когда Лянь Цяо и Чжун Сю услышали это, они одновременно бросили шокированные взгляды на Сюй Жэньдуна. Появится свободная кровать, когда кто-то умрёт. Хотя это утверждение верно, оно звучит так резко.

Сюй Жэньдун также понял, что то, что он сказал, было неуместно, и неловко отвернулся. Однако всё равно настаивал:

– Всё равно ты должна жить со мной.

Лянь Цяо надулся и холодно сказал:

– Тогда почему бы мне не съехать, а вы поспите вместе.

На этот раз Сюй Жэньдун и Чжун Сю одновременно посмотрели на него потрясёнными взглядами.

Сюй Жэньдун был так зол, что у него заболел мозг. Однако он был беспомощен, поэтому мог только тихо выругаться:

– Почему ты всё усложняешь…

Чжун Сю:

– Значит, я должна уйти…

Лянь Цяо:

– Нет, пожалуйста. Ты женщина, и я позабочусь о тебе, поэтому перееду.

Сюй Жэньдун:

– Это вздор! Это время, чтобы шутить? Не ссорьтесь, я буду спать на полу с Лянь Цяо, и всё.

Лянь Цяо:

– Кто, черт возьми, шутит? На полу спать нельзя!

Эти трое просто толкали друг друга, и никто не мог никого переубедить. Сюй Жэньдун был так зол на них, что хотел выбежать, чтобы убить двух человек и принести обратно одеяла. Некоторое время они находились в таком тупике, и Лянь Цяо внезапно сел на кровать с несчастным выражением лица:

– Забудьте об этом, не спорьте больше!

Двое других подумали, что он собирается отступить, и их лица расслабились. Но затем Лянь Цяо достал ручку и бумагу и угрюмо сказал:

– Давайте сюда поле Асуры, разве снаружи нет более мощного поля Асуры? Давайте втроём поспорим и посмотрим, во что выльется обновленная версия поля Асуры. Кто бы ни победил, мы их послушаем!

Сюй Жэньдун и Чжун Сю смотрели друг на друга с пустыми выражениями на лицах, думая в глубине души: «Что такое поля Асуры?».

Их общий растерянный взгляд друг на друга ещё сильнее пробудил чувства Лянь Цяо. Он так сильно стиснул зубы, чтобы писать и рисовать, что чуть не проткнул белую бумагу.

Что касается расположения комнат двух мужчин и двух женщин в киноклубе, все трое сделали следующие три предположения.

Чжун Сю:

– Двое мужчин и две женщины, мне ещё нужно угадать? Это должна быть одна комната для двух мужчин и одна комната для двух женщин.

Сюй Жэньдун:

– Нет, ты не представляешь, насколько сложны их отношения. Этим двум женщинам нравится президент, и они будут драться, если будут жить в одной комнате. Мужчина B выглядел очень преданным и обнадёживающим, поэтому я думаю, что это должны быть две женщины и член B, две женщины на кровати и член мужского пола на полу, наблюдающие за ними, чтобы убедиться, что они не дерутся. Что касается Президента Цветочного Сердца, то он зачинщик. Так что он должен охранять пустую комнату в одиночку. Призрак будет преследовать его посреди ночи и напугать до смерти. Это просто наказание!

Чжун Сю и Лянь Цяо безмолвно жаловались в своих сердцах: «Чтобы сохранить мир во всём мире, ты также очень изобретателен».

После некоторых тщательных расчётов, Лянь Цяо решил, что Президент Маленькое Солнышко был человеком с центральным кондиционированием воздуха с добрым сердцем, таким образом, он подвешивал нежную девушку А и очаровательную девушку С одновременно. Он не хотел отпускать этих двух девушек. Оставшийся участник B – простой наивный последователь, который ничего не знает о поведении президента-подонка. Чтобы поддерживать свой образ величия и целостности, президент не должен жаловать друг друга, тогда ответ очевиден – они вчетвером должны были спать вместе в постели! Спи на боку!

Сюй Жэньдун и Чжун Сю: «……Схема твоего мозга тоже очень странная. »

Все трое поставили свои деньги и решили оставить результат в руках судьбы. Они вместе вышли в коридор и постучали в две комнаты группы из четырёх человек киноклуба.

Они постучали в первую комнату, и никто не открыл дверь. Вместо этого из соседней комнаты высунулась взлохмаченная голова.

Президент Цветочное Сердце Тёплый Человек спросил:

– Вы ищете нас?

Сюй Жэньдун и Чжун Сю одновременно вздохнули в своих сердцах: «Всё кончено, кажется, Лянь Цяо победил».

Лянь Цяо торжествовал, но честно спросил об их четырёхместной конфигурации на ночь.

Президент Тёплый Человек почесал волосы и выглядел немного смущённым. Однако он всё равно впустил их. Когда Сюй Жэньдун и все трое вошли в комнату, они были потрясены, обнаружив, что хрупкая женщина А, невинный мужчина В и очаровательная женщина С лежат на кровати бок о бок. На полу также лежало одеяло, которое принесли из соседней комнаты.

Группа Жэньдуна из трёх человек была ошеломлена таким неожиданным результатом.

Президент Теплый Человек объяснил:

– На самом деле, мы столкнулись с проблемой, когда делили комнату. Все трое признались мне…

Жэньдун, Лянь Цяо и Чжун Сю:

– Они? Трое?!

Невинный участник B на кровати издал высокий звук и укусил угол одеяла, прежде чем спрятаться за ним.

Президент Тёплый Человек снисходительно посмотрел на человеческую фигуру, выпячивающуюся в одеяле, и ласково сказал:

– На самом деле, я был влюблён в Маленького В уже давно, но я не осмелился признаться, потому что боялся, что он возненавидит меня, и мы даже не сможем оставаться друзьями после того, как признаюсь. Поэтому я очень рад, что сегодня он смог раскрыть мне свои чувства.

Жэньдун, Лянь Цяо и Чжун Сю: «……» Все трое сочувственно посмотрели на женщину А и женщину С, теперь понимая, почему они явно спали на удобных кроватях. Но у обеих было такое выражение лица, как будто они ели дерьмо.

Уходя с поля Асуры высокого уровня, они втроём вновь оказались в сложной ситуации. Ничего страшного, их круг слишком беспорядочный и никто не угадал правильно.

Но это вдохновило Сюй Жэньдуна. Когда Чжун Сю и Лянь Цяо толкали друг друга в вопросе, кто где будет спать, Сюй Жэньдун категорически заявил:

– Никто не переедет, мы будем спать втроём.

Лянь Цяо и Чжун Сю: «???»

Сюй Жэньдун:

– Они вчетвером могут поместиться в одной комнате, поэтому мы трое должны поместиться.

Лянь Цяо:

– …Это вопрос того, поместимся мы или нет?!

Однако, как бы ни спорил Лянь Цяо, Сюй Жэньдун, который уже достаточно настрадался из-за этой проблемы со сном, решительно отверг любое его дальнейшее предложение. Наконец Лянь Цяо сдался и лёг на кровать, раздуваясь от гнева.

Сюй Жэньдун спал посередине. С одной стороны была незнакомая биологическая мать, с другой возлюбленный, только что подтвердивший отношения. Ему не следует опираться ни на одну из сторон. Поэтому он сложил ноги и сложил руки, лежа неподвижно, как египетский фараон, застрявший между ними в абсолютно центральном положении. Он не коснулся ни одной стороны.

Чжун Сю мягко сказала: «Спокойной ночи», а затем резко выключила свет.

Комната погрузилась во тьму, и с обеих сторон донеслись два ровных звука дыхания. Сюй Жэньдун смотрел прямо в потолок, теряя сон.

Конечно, у Лянь Цяо тоже была бессонница. Каков опыт сна в постели с парнем и его бывшей девушкой? Излишне говорить, что вы, конечно, будете безумно ревновать!

Хотя это был просто сон в одной постели, и, вероятно, ничего не произошло, они всё ещё покрыты одним и тем же одеялом! Кто знает, будут ли какие-нибудь мелкие движения посреди ночи! Он очень доверял Сюй Жэньдуну и знал, что он не такой человек, но что касается этой женщины, он не мог сказать.

Когда она собиралась умереть, она позвала своего бывшего к постели. Разве не было ясно, что она хотела быть вечным «белым лунным светом» в сердце Жэньдуна!

Лянь Цяо чесался от гнева и вдруг почувствовал, что необходимо принести присягу суверенитета. Поэтому он тихо протянул руку и осторожно коснулся плеча Сюй Жэньдуна. Сюй Жэньдун не уклонялся и не сопротивлялся. Он смело продолжил движение вперёд, скользя пальцами по плечу Жэньдуна, скользнул к ключице, шее… Наконец, он остановился в уголках губ Жэньдуна, нежно потирая кончиками пальцев.

Сюй Жэньдун по-прежнему не ответил… Нет, он, казалось, слегка поджал губы.

Конечно же, он не заснул.

Рот Лянь Цяо скривился и медленно наклонился к нему. Свежий запах геля для душа проникал в носовую полость, что особенно приятно пахнет.

После совместной жизни они делили одну и ту же бутылку геля для душа, так что Сюй Жэньдун пах как он. Когда Лянь Цяо подумал об этом, его сердце наполнилось нежностью. Хотя ревность ещё не прошла, в этот момент он был действительно поражён и хотел поцеловать Сюй Жэньдуна.

Подходя всё ближе и ближе, он чувствовал, как дыхание Сюй Жэньдуна постепенно учащается. Сердцебиение Лянь Цяо постепенно становилось всё более интенсивным. Он закрыл глаза и понемногу наклонялся, наконец, собираясь поцеловать его мягкие губы.

В этот момент Сюй Жэньдун внезапно ударил его по лицу.

Лянь Цяо: «???»

С ошеломлённым выражением лица Сюй Жэньдун резко оттолкнул его.

В темноте он не мог ясно видеть выражение лица Сюй Жэньдуна, но чувствовал такое же учащённое дыхание. Сразу после этого он услышал подавленное гневное шипение:

– Спи!

Лянь Цяо:

– Инь-инь-инь!

С грустью Лянь Цяо обернулся и повернулся спиной к Сюй Жэньдуну. Он специально поднял много шума, чтобы показать, что он зол и хочет, чтобы большой босс поцеловал его. Однако Жэньдун проигнорировал его.

Через некоторое время Лянь Цяо не мог больше сдерживаться, повернулся и потянул Жэньдуна за рукав, как будто чувствовал себя обиженным.

Сюй Жэньдун по-прежнему мало реагировал, и Лянь Цяо зацепил его мизинец своим пальцем и нежно погладил его, как будто пытаясь добиться благосклонности.

«……» Сюй Жэньдун тихо вздохнул, чувствуя себя беспомощным. Он слегка согнул пальцы и свободно сжал кончики пальцев Лянь Цяо.

Лянь Цяо чувствовал, что держится за вершину своего сердца, а его губы были такими сладкими, что ему хотелось смеяться. Он был похож на большую собаку с большой костью, держащую на руках любимое сокровище и счастливо закрывающую глаза.

Неизвестно, сколько времени прошло, когда, когда Лянь Цяо всё ещё парил в счастливых облаках, он вдруг услышал мягкий женский голос с другой стороны кровати.

– Он спит?

В темноте Лянь Цяо почувствовал, как Сюй Жэньдун слегка повернул голову, взглянул на него, а затем прошептал:

– Да.

Весь Лянь Цяо мгновенно впал в шок.

Спираль смерти [BL] Глава 67. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (3)

Глава 67. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (3)

Лянь Цяо сделал вид, что ничего не слышит, продолжая ровно дышать рядом с Сюй Жэньдуном. Он хотел посмотреть, какую игру планировала разыграть бывшая перед ним, нынешним партнёром.

Он услышал, как Чжун Сю мягко спросила:

– Ты… у тебя всё хорошо в последнее время?

Лянь Цяо мысленно усмехнулся: «Хех, спрашиваешь, хотя ответ уже знаешь. Со мной здесь, как ему может не быть хорошо?»

Сюй Жэньдун:

– Нехорошо.

Лянь Цяо: «?»

Чжун Сю не ответила, и в комнате воцарилась странная тишина. Через некоторое время Сюй Жэньдун снова сказал:

– Однако лучше, чем у тебя.

Лянь Цяо внезапно обрёл уверенность. Он чувствовал, что следующим предложением Жэньдуна должна быть знаменитая фраза о пощёчине: «Теперь я могу быть уверен, что знаю, что у тебя всё плохо!». Это покажет, что брат Жэньдун больше не испытывает никаких чувств к своей бывшей!

«Ну давай же! Я с тобой! Обругай её яростно!»

Сюй Жэньдун:

– …Я не знал, что у тебя такая плохая жизнь. Извини.

Лянь Цяо: «???»

Лянь Цяо не терпелось вскочить, схватить Сюй Жэньдуна за воротник и встряхнуть его: «Да, она больна и у неё рак! Ну и что?! Это не твоё дело. За что ты извиняешься?!».

Конечно, Лянь Цяо этого не делал. Чтобы подслушать больше и лучше разозлиться, он решил продолжать притворяться спящим.

Чжун Сю горько улыбнулась:

– Я намеренно скрывала это от тебя… Я не собиралась снова появляться в твоей жизни.

Лянь Цяо был немного удивлён, когда услышал это. Слушая это, кажется, что новости о серьёзной болезни Чжун Сю, похоже, не были сообщены Жэньдуну по её инициативе? Кто бы это мог тогда сделать?

…Забудь, неважно, кто сообщил. Лянь Цяо вспомнил, как медсёстры в больнице сплетничали о том, что у Чжун Сю нет членов семьи. После того, как ей поставили диагноз «рак», она всегда приходила к врачу сама и все свои боли переносила сама. Он вдруг почувствовал, что эта женщина действительно жалкая. Другими словами, если бы он был Жэньдуном, то тоже пришёл к ней в последний раз.

Но Сюй Жэньдун холодно сказал:

– Я действительно не планировал приходить к тебе, какое отношение ко мне имеет твоя смерть?

Лянь Цяо: «??????»

Босс, почему бы тебе не разыграть свои карты согласно логике!

Чжун Сю задала тот же вопрос, что и Лянь Цяо:

– Тогда почему ты всё же здесь?

Сюй Жэньдун: «……» Внезапно он замолчал.

Лянь Цяо: «Не молчи, босс! Продолжай ругать её!»

Лянь Цяо только чувствовал, что его сердце катается на американских горках, и, следя за разговором двух людей, продолжал вращаться вверх и вниз по склону на 360 градусов. Это чуть не довело его до сердечного приступа. Он с нетерпением ждал ответа Сюй Жэньдуна, задаваясь вопросом, какое настроение было у него, когда он в последний раз пошёл к Чжун Сю. Однако в глубине души был смутно напуган, боясь услышать ответ, которого не хотел.

Кажется, прошло десять тысяч лет.

Сюй Жэньдун: «……» Всё ещё не говорил.

Лянь Цяо чуть не задохнулся, и, когда он почти не мог не подпрыгнуть, снаружи внезапно раздался женский крик.

Неизвестно, было ли это иллюзией, но Лянь Цяо, казалось, услышал, как Сюй Жэньдун вздохнул с облегчением.

Сюй Жэньдун немедленно толкнул его:

– Лянь Цяо!! Просыпайся, что-то не так.

Лянь Цяо притворился, что проснулся, его драматическая игра была очень достоверной.

– А? Что? Кто кричит?

Тут же раздался звук щелчка. Чжун Сю включила свет. Лянь Цяо не мог приспособиться к внезапному свету и всё ещё тёр глаза, когда Чжун Сю уже открыла дверь. Она стояла в коридоре, оглядываясь по сторонам.

– Он исходит из комнаты тех людей в киноклубе, – сказала Чжун Сю.

Когда трое подошли к комнате, где произошла беда, в коридоре уже было полно людей. Однако все собрались у двери комнаты и не вошли.

– Какова ситуация? – Сюй Жэньдун и Лянь Цяо протиснулись сквозь толпу вперёд. Окровавленный человек внезапно бросился перед ним, сердце Сюй Жэньдуна подпрыгнуло, но, прежде чем он успел среагировать, Лянь Цяо уже рефлекторно пнул того, но тут он услышал знакомый крик.

– Не пинайте! Это я!

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо оба замерли: это Президент Маленькое Солнышко?

Они увидели, как президент схватился за израненный живот и снова бросился вперёд, но на этот раз он встал на колени перед Сюй Жэньдуном и обнял его за бедро.

– Пожалуйста, спасите её! Я не хотел этого… Я действительно не знал, что это произойдёт!

Внимание Сюй Жэньдуна и Лянь Цяо привлекли крики женщины на кровати. Они увидели нежную участницу А, лежащую в одиночестве на белоснежной кровати, всю в крови, и бешено извивающуюся. Всё тело девушки было покрыто ранами, как будто её порезали чем-то острым. В самой глубокой части раны виднелись даже кости, а кровь плескалась из кровеносных сосудов небольшим фонтаном.

Ещё более шокирующим было то, что раны на её теле увеличивались одна за другой! Прямо на глазах первоначальная неповреждённая кожа снова сама раскололась, и из неё вылилось ещё больше крови!

Член А плотно закрыла глаза, выражение её лица было несчастным, а крики, исходящие от неё, были абсолютно душераздирающими. Неудивительно, что все стояли снаружи и отказывались войти. Кто мог выдержать такую кровавую сцену?

Сюй Жэньдун оглядел комнату. За исключением президента, который обнял его за бедро, двое других участников съеживались и дрожали в углу. Все трое были забрызганы кровью, особенно президент, который был полностью залит. Казалось, что он пытался спасти члена А, но это не имело никакого эффекта, за исключением того, что он был теперь весь забрызган кровью.

Сюй Жэньдун поднял парня с пола. Президент в это время уже не был тёплым солнышком. Всё его тело тряслось, как решето, и даже зубы стучали. Выражение ужаса обнажило его беспомощность. Если бы Сюй Жэньдун не держал его, он бы опустился на колени на своих ослабевших ногах.

Сюй Жэньдун нахмурился:

– Пожалуйста, объясни, что происходит, поторопись!

Он энергично встряхнул президента, чтобы успокоить его. Президент сглотнул, и голос его задрожал:

– Это Фредди… Фредди здесь… Он гонится за ней во сне!

Фредди?

Сюй Жэньдун нахмурился, он никогда не слышал этого имени. Крики члена А продолжались. Сюй Жэньдун повернул голову и посмотрел на кровать, но увидел, что Лянь Цяо идёт к ней. Он оседлал члена А, используя свои длинные ноги, и сел прямо ей на грудь.

Затем он поднял руку и начал бить члена А по лицу слева и справа.

Все: «???»

Движения Лянь Цяо вовсе не были беспорядочными, как будто он регулярно водил своих младших сестёр каждый день шлёпать хозяйку. Его движения были такими искусными. Даже Сюй Жэньдун был ошеломлён постоянным звуком пощёчин. Он инстинктивно хотел сделать шаг вперёд, чтобы остановить его, но вдруг понял, что Лянь Цяо хочет разбудить её!

Только сейчас президент упомянул о «сне». Хотя участница А боролась и корчилась, её глаза так и не открылись. Это показывает, что она действительно попала в ловушку сна!

– Это бесполезно, это бесполезно! – Президент Маленькое Солнышко снова рухнул на пол, опустив голову: – Я всё перепробовал, не смог её разбудить…

Рука Лянь Цяо остановилась в воздухе.

Конечно же, несмотря на то, что её ударили дюжину раз, девушка всё ещё держала глаза плотно закрытыми. Её плачущий голос становился всё тише и тише, и, поскольку она потеряла слишком много крови, даже борьба превратилась в подёргивания.

Лянь Цяо спустился с кровати и виновато сказал:

– Прости.

Неизвестно, перед кем он извинялся. Никто в комнате не говорил, были слышны только слабые крики участницы А и рыдания трёх других членов киноклуба.

Сюй Жэньдун поманил Лянь Цяо, чтобы тот вернулся. Лянь Цяо был полностью в крови, его голова была опущена, а рот всё ещё бормотал:

– Почему это так? В фильме их можно разбудить…

Сюй Жэньдун искал что-то, чем можно было бы стереть с него кровь. Услышав эту фразу, он вдруг поднял глаза:

– Фильм?

– Да, «Кошмар на улице Вязов». – Лянь Цяо взглянул на трёх других членов киноклуба, которые сидели, сгорбившись, на полу. У него было задумчивое выражение. – То, что только что сказал президент, – это Фредди. Это человек со шрамами в «Кошмаре на улице Вязов», который может убивать во сне. Человек, который войдёт с ним в сон, не сможет проснуться сам и будет убит бритвой. Но если есть вмешательство постороннего, их можно разбудить…

Пока они разговаривали, крики на кровати внезапно прекратились. Все дружно посмотрели на кровать и увидели, что девушка была в крови и слезах, выражение её лица было испуганным, рот широко открылся и она уже не двигалась.

Кровь пропитала простыни, и даже ковёр внизу был мокрым. Если бы вы не видели это своими глазами, кто бы мог подумать, что в теле человека скрыто столько крови.

Таким образом, студентка колледжа лет двадцати была фактически обескровлена прямо на их глазах. Все слышали её крик перед смертью, видели, как она корчится от боли и отчаяния, и, наконец, стали свидетелями того, что все их усилия были напрасны. Никто не мог её спасти, и она умерла во сне.

– Нет… это не так… так не должно быть… – Лицо президента было отчаянным, кровь и слёзы смешались на его лице, текли по шее. Его эмоции рухнули, его глаза постепенно затуманились, и он, казалось, вот-вот потеряет сознание.

Лянь Цяо резко подошёл и пнул его. Он резко спросил:

– Есть так много историй о привидениях, почему ты должен был выбрать именно эту?

Президент был настолько взволнован, что его душу насильно втянули обратно в тело. Он выглядел испуганным, его губы дрожали, и не говорил.

Лянь Цяо сузил глаза, и в его изначально улыбающихся глазах мелькнуло холодное убийственное намерение. Сердце Сюй Жэньдуна внезапно сжалось, и он вспомнил Лянь Цяо, убившего его в галлюцинации. В этот момент его убийственное выражение лица ничем не отличалось от того, что было тогда.

Он увидел, как Лянь Цяо протянул руку и легко поднял 1,9-метрового президента с пола. Сразу после того, как он толкнул президента к стене, все услышали приглушённый звук удара головы о стену, и от этого у них закололо тело.

Лянь Цяо схватил парня за шею, медленно сжимая пальцы, и его глаза были холодными:

– Три человека говорят о тиграх, это твой опыт?

Когда Лянь Цяо произнёс слово «опыт», Чжун Сю, которая всё это время молчала, вдруг изменилась в лице. Когда она смотрела на Лянь Цяо, в её глазах было немного больше шока.

Президент от боли схватил Лянь Цяо за руку, отчаянно умоляя о пощаде. Лянь Цяо не отпустил его, но сильнее ударил его головой о стену – три раза подряд. На стене сразу же появилось красное пятно.

– Лянь Цяо! – Сюй Жэньдун почувствовал, что Лянь Цяо в плохом настроении, и быстро шагнул вперёд, чтобы остановить его: – Успокойся! Что происходит, скажи мне!

Когда Лянь Цяо услышал его голос, он, казалось, внезапно проснулся и на короткое время показал пустое выражение. Он невольно отпустил руку, и президент сполз со стены на пол и быстро забрался в угол на руках и ногах, дрожа вместе с двумя другими участниками клуба.

Сюй Жэньдун спросил:

– Что с тобой? Почему ты сходишь с ума?

Лянь Цяо посмотрел на свою руку, его глаза были полны удивления и недоверия. Через некоторое время он глухо сказал:

– …Прости.

Сюй Жэньдун не хотел его винить, но агрессивное поведение Лянь Цяо просто напугало его. Лянь Цяо совершенно не проявлял милосердия. Если бы он его вовремя не остановил, то боялся, что президенту уже бы вышибли мозги. В то время Лянь Цяо был полон яростной враждебности и выглядел так, будто у него не было проблем с чем-то подобным.

…Как будто это был не первый раз, когда он кого-то убивал.

Сюй Жэньдун явно чувствовал страх и враждебность вокруг. Он повернул голову и увидел ужас в глазах каждого. В это время всеобщий страх перед Лянь Цяо был даже больше, чем убийство Фредди во сне. Все потихоньку пятились, а некоторые даже засунули руки в карманы, наверное, уже держа в руках оружие.

Если так будет продолжаться, то Лянь Цяо станет объектом публичной критики.

Сюй Жэньдун потащил Лянь Цяо к себе:

– Давай сначала вернёмся.

Лянь Цяо потащили за собой. Он опустил голову и послушно сказал «да».

Сюй Жэньдун подвёл юношу к двери, и все молча уступили им дорогу. Чжун Сю последовала за ними, не говоря ни слова, её глаза были прикованы к спине Лянь Цяо, а выражение её лица было слегка обеспокоенным.

Все смотрели, как группа из трёх человек выходит из комнаты. Даже когда Лянь Цяо внезапно повернул голову, все были ошеломлены и выглядели настороженно. Сюй Жэньдун подсознательно сжал руку, опасаясь, что он вдруг снова сойдёт с ума и совершит какое-нибудь насильственное поведение.

Лянь Цяо, казалось, был уязвлён их поведением, показывая свои израненные глаза. Однако он быстро сказал:

– Не спите ночью, умрёте.

Все посмотрели друг на друга. Хотя они поняли, что он имел в виду, они не знали, какое выражение лица сделать в этот момент. Лянь Цяо больше не говорил и просто опустил голову, молча следуя за Сюй Жэньдуном, как заключённый.

Спираль смерти [BL] Глава 68. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (4)

Глава 68. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (4)

Вернувшись в комнату, Чжун Сю сразу же нашла полотенца и чистую одежду и попросила Лянь Цяо привести себя в порядок.

Когда Лянь Цяо вышел из душа, его тело уже не было в крови. Казалось, он разобрался со своим настроением и очень послушно сел перед Сюй Жэньдуном.

– Я не мог контролировать себя только что, извини.

Сюй Жэньдун внимательно посмотрел на него, чувствуя, что он снова стал знакомым Лянь Цяо. Его волосы были мокрыми и ещё не успели высохнуть. Его глаза также были чистыми и ясными. В его выражении была мягкость, которая заставляла людей чувствовать себя очень комфортно.

Он повернул голову и взглянул на Чжун Сю, сидевшую на кровати. Чжун Сю тоже утвердительно кивнула, думая, что Лянь Цяо в данный момент не опасен.

Сюй Жэньдун не собирался допрашивать его. Он пошёл в ванную, достал сухое полотенце и кинул в него:

– Сначала вытри волосы, не простудись.

Лянь Цяо схватил полотенце отряхнулся, как собака, попавшая под дождь. Некоторое время он вытирал голову, затем осторожно выставил пару глаз из-под полотенца:

– Ты не сердишься на меня?

Сюй Жэньдун улыбнулся:

– На что мне злиться? Это не меня ты бил.

«……» Лянь Цяо снова втянул голову. Из-под полотенца он глухо сказал:

– …Но я потерял контроль над своими эмоциями, и такие вещи могут доставить нам неприятности.

– О чём ты думал? – Сюй Жэньдун вспомнил о сцене в то время и пробормотал. – Я тоже считаю, что президент был не прав, но член А действительно была убита во сне. Как ты думаешь, член А была убита им?

– Нет. – Лянь Цяо покачал головой и задумался. Затем снова заговорил: – На самом деле, мы не можем с уверенностью сказать, что это не так. Что означает фраза «Если три человека скажут, что в городе есть тигры»? Не может быть, чтобы он не знал. Теперь Фредди в «Кошмаре на улице Вязов» стал реальностью, что также подтверждает наши догадки.

Сюй Жэньдун кивнул. «Если три человека скажут, что в городе есть тигры» – это идиома. Это намёк на историю трёх человек, которые солгали о существовании тигров в городе. Те, кто их слушал, верили, что это правда. Метафорически говоря, когда больше людей вовлечено, они постепенно будут относиться к слухам как к фактам.

Лянь Цяо сказал:

– Я навёл справки и выяснил, что их киносообщество на регулярной основе собирается вместе, чтобы смотреть фильмы. После входа в лифт они часто смотрели фильмы ужасов, чтобы стать смелее. Это означает, что у президента, очевидно, было из чего выбирать, но он выбрал «Кошмар на улице Вязов». Призрак Фредди в «Кошмаре на улице Вязов» может убивать людей во сне. Защититься от него невозможно. Фредди во сне почти непобедим и наяву его никак не убить. Разве это не означает, что он сознательно выбрал адский уровень сложности?

Лянь Цяо сделал паузу, ещё больше нахмурившись:

– И когда эта история о привидениях воплотилась в реальность, сложность на самом деле увеличилась. Спящий человек не может проснуться сам, и окружающие его люди тоже не могут его разбудить. Это означает, что пока Фредди входит в состояние их сна, этот человек, несомненно, умрёт.

Сюй Жэньдун кивнул и сказал:

– То, что ты говоришь, имеет смысл. Но теперь дело сделано, независимо от его намерений, мы все сталкиваемся с одним и тем же затруднительным положением. Какими бы способностями он ни обладал, призраками невозможно манипулировать. В чей сон войдёт Фредди? Сны должны быть случайными и никем не контролироваться.

Лянь Цяо опустил голову и мрачно сказал:

– Что, если один из них – ты?

Сюй Жэньдун не знал, что ответить. Лянь Цяо опустил голову и сказал тихим голосом:

– Если это случится передо мной, я смогу только смотреть, не имея возможности что-либо сделать… Лучше сразу меня убить.

Сюй Жэньдун внезапно вспомнил, как в последний раз его поймал Чумной доктор. Когда Чумной доктор убивал его, Лянь Цяо видел всё ясно и полностью глазом Ламии. О чём в это время думал Лянь Цяо?

Сюй Жэньдун не смел думать об этом. Он мог только быть благодарным за то, что Лянь Цяо потерял память после перезагрузки мира. Если он этого не помнил, то этого не существовало. В любом случае, он всё ещё стоял перед Лянь Цяо. Пока они оба живы, что такого страшного в том, что он пострадал плотью и кровью?

Сюй Жэньдун вздохнул. Он поднял руку и погладил волосы Лянь Цяо. Почувствовав, что корни его волос всё ещё мокрые, он взял полотенце и продолжил вытирать их.

Лянь Цяо послушно опустил голову, позволив ему вытереть голову полотенцем и взлохматить свои волосы. Через некоторое время Сюй Жэньдун снова коснулся его волос и почувствовал, что они почти высохли. Волосы Лянь Цяо были приятными на ощупь, а кончики его волос всё ещё были слегка влажными. Однако они делают волосы ещё мягче.

Лянь Цяо поднял глаза и посмотрел на него, как щенок. Сюй Жэньдун не мог не расчесать волосы пальцами, нежно, как лаская. Его глаза бессознательно стали мягкими, а светло-карие глаза были полны Лянь Цяо.

Лянь Цяо внезапно изогнул глаза и рассмеялся. Эта улыбка была великолепна, как летние цветы, настолько ярка, что светила прямо в сердца людей.

Но его слова шокировали:

– Давай в следующий раз примем ванну вместе.

Сюй Жэньдун был ошеломлён, и его лицо мгновенно изменилось. Он резко повернул голову и взглянул на Чжун Сю, сидевшую на кровати.

Чжун Сю молча сжалась в изголовье кровати:

– Всё в порядке, вы можете продолжать обращаться со мной так, как будто меня не существует.

Когда она сказала это, Лянь Цяо смутился. И он, и Сюй Жэньдун молча сидели прямо, молча не глядя друг на друга, как два ученика, завязавшие ранний роман и пойманные учителем.

Чжун Сю, казалось, подумала, что они такие забавные, и какое-то время смотрела на них с улыбкой. Вскоре Лянь Цяо больше не мог сдерживаться и небрежно вскочил.

– Поиграем в карты.

Никто больше не мог спать, и они втроём всю ночь играли в «Бей помещика». На следующее утро все были с налитыми кровью глазами, но никто не решался заснуть.

Чжун Сю предложила что-нибудь съесть, и все согласились. Когда они втроём вышли в коридор, то вдруг заметили, что дверь комнаты членов киноклуба открыта, а в комнате раздаётся голос. Сюй Жэньдун с любопытством подошёл и увидел трио из киноклуба, смеющееся и разговаривающее.

Сюй Жэньдун задавался вопросом, как им удалось так хорошо настроить свой менталитет, но когда увидел, что президент Маленькое Солнышко обернулся, он уважительно сказал «пожалуйста». Внезапно в толпе появился лысый мужчина с чётками на шее и в монашеском одеянии. Это был Рок-Монах.

Рок-монах быстро ушёл и, естественно, вышел в первых рядах бок о бок с президентом, казалось, образовав нерушимую революционную дружбу.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо посмотрели друг на друга, думая про себя: «Мы что-то пропустили?»

В ресторане уже сидело много людей. На столе стояла простая еда, дымящаяся горячим паром. Неизвестно, кто это сделал. Группа Сюй Жэньдуна из трёх человек села и заметила, что выражения лиц у всех были странными. Он не мог сдержать удивления.

Сюй Жэньдун спросил:

– Что происходит, что случилось?

Девушка с тёмными кругами под глазами сказала:

– Вчера было шумно, кто пел…

Рок-Монах внезапно сказал:

– Здесь тепло и одиноко~

Все были ошеломлены, и только Президент Маленькое Солнышко радостно захлопал:

– Хорошо! Голос мастера имеет широкий диапазон и звучит как колокольчик, что действительно потрясающе!

Все: «……» Что ты говоришь? Что это за ерунда?

Девушка с мешками под глазами посмотрела на Рок-Монаха, а затем перевела взгляд на Сюй Жэньдуна:

– А вы трое играли в карты? Притвориться на время черепахой и драться с помещиком! Такого рода вещи случились, но у вас всё ещё есть разум, чтобы играть в игры!

Сюй Жэньдун неловко кашлянул. Лянь Цяо был расстроен, поэтому ответил:

– Я не могу спать по ночам, так почему я не могу найти себе занятие? Должны ли мы просто сидеть и смотреть друг на друга?

Девушка сразу разозлилась, когда услышала это. Она хлопнула по столу и сердито указала на Президента Маленького Солнышка:

– Это всё твоя вина! Кто сказал тебе рассказывать «Кошмар на улице Вязов»!? Теперь он не только убил твою подругу, но и утащил нас всех в воду!

Президент Маленькое Солнышко внезапно понял, и его лицо вдруг омрачено. Два других участника B и C также вспомнили трагическую смерть своей подруги и отвели взгляд один за другим. Они не заступались за президента.

В это время именно Рок-Монах вышел снять осаду:

– Амитабха, этот благодетель не должен злиться. Ничего хорошего из гнева не выйдет. – Он любезно призвал людей не сердиться, но его следующие слова привели в бешенство ещё больше. – Хотя здесь все могут умереть, но, по крайней мере, на этот раз в команде есть бедный монах. Пока этот бедный монах не умрёт первым, тогда он проведёт для вас прощальную церемонию, и вы не превратитесь в одинокое привидение. Какая замечательная и приятная награда, не нужно благодарить.

Все: «……» Ха-ха.

Девушка так разозлилась, что не смогла придумать ответ. Она отвернулась и ушла. Теперь, когда опустился занавес фарса, все хотели сменить тему, но тут из кухни послышались угрожающие шаги.

Когда все повернули головы, то увидели девушку, держащую в обеих руках два кухонных ножа, и она с убийственным выражением лица яростно бросилась на монаха!

– Блядь! – Рок-Монах мгновенно изменил выражение лица. Он как пружина вскочил со стула и побежал прочь.

Все растерялись и разбежались один за другим, боясь попасть под перекрёстный огонь. Сюй Жэньдун взял Лянь Цяо и Чжун Сю и спрятался в углу, наблюдая, как девушка и монах играют в кошки-мышки. Он беспомощно сказал:

– Это безумие.

Он беспокоился, что вчера действия Лянь Цяо вызовут у всех панику и сделают его объектом публичной критики. Он не ожидал, что эта девушка вдруг сорвётся из-за мелкой ссоры, потом возьмёт в руки кухонный нож и прямо начнёт нападать на людей! Внезапно ему на ум пришли воспоминания, и он подумал о другой женщине-ученице – Е Цинлю. Он не мог не вздохнуть и подумать: «Неужели все девушки в наши дни такие порочные?»

Лянь Цяо сказал:

– Она не спала всю ночь, и её настроение испортилось.

Чжун Сю кивнула:

– Да. Атмосфера будет только ухудшаться и ухудшаться.

В конце концов, девушке не удалось зарезать монаха. Его движения были очень гибкими, он был скользким, как рыба, и его невозможно было поймать. Девушка была очень расстроена и гонялась за ним полчаса, даже не тронув уголок его одежды. Она наконец-то выплеснула свой гнев, а затем бросила кухонный нож и в гневе вернулась наверх, в свою комнату.

Никто не был в настроении есть, и поэтому один за другим возвращались в свои комнаты. Вскоре после этого в дверь Сюй Жэньдуна постучали, он открыл дверь и увидел, что это президент Маленькое Солнышко.

Когда тот увидел Лянь Цяо, выражение его лица задрожало, но он всё же искренне спросил:

– Учитель хочет продвигать Дхарму, придёте послушать?

Так или иначе, им больше нечего было делать, и они втроём отправились в комнату киноклуба. Они видели, как все члены киноклуба сидели на полу и смотрели на Рок-Монаха на кровати. Монах скрестил ноги, положил одну руку себе на колени, сжал пальцы в позе лотосовой печати, а другой рукой… играл с мобильным телефоном.

Лянь Цяо мгновенно обрадовался:

– Этот мастер интересный, мне нравится!

Он немедленно присоединился к прихожанам и сел рядом с киноклубом, полагая, ожидая, когда мастер прочитает лекцию.

На лбу Сюй Жэньдуна выступили синие вены:

– Это просто чепуха.

Чжун Сю улыбнулась:

– Религиозная вера – это ещё и духовная поддержка, давай послушаем.

Сюй Жэньдун только чувствовал, что и старые, и молодые в его семье отравлены феодальными суевериями. Он действительно испытывал чувство бессилия и разочарования среднего возраста. Что ещё он мог сделать? Конечно, он мог только сидеть и слушать.

Рок-Монах какое-то время искал что-то в своём телефоне. Внезапно он показал счастливое выражение лица и пробормотал «нашёл». Сюй Жэньдун подумал, что он наконец-то нашёл речь о феодальных суевериях, но неожиданно монах ткнул что-то пальцем, и включилась музыка.

На самом деле это рок-аккомпанемент, который проигрывается многократно. Монах мгновенно ожил, вскочил с кровати, сжал в одной руке кулак, выполняющий роль микрофона, другой рукой помахал перед всеми и сделал фирменное «привлекательное» действие.

– Hey man, what's up! (Привет друг, как дела!) Позволь мне прочитать «Рок-Сутру Сердца Праджни» для всех!

Сюй Жэньдун: «???»

С сильным чувством ритма, сыгранным барабанами и басом, Рок-Монах начал энергично петь:

– Будда! Сказал! Сутра! Сердца! Праджня! Парамита!

Далее шла динамичная рэп-песня, спетая слишком быстро, чтобы Сюй Жэньдун мог её чётко расслышать. Он лишь смутно расслышал несколько слов: «Цвет – это пустота, а пустота – это цвет». Чем больше он слушал, тем хуже становилось его лицо.

Что за чертовщина! Это действительно Сутра Сердца!

Действительно ли хорошо использовать рок-музыку для декламации священных писаний! Разве Будда не рассердился бы!

Он хотел найти кого-то, кто чувствовал бы то же, что и он, но обнаружил, что все вокруг него выглядят очень «высокомерно». Члены киноклуба держали в каждой руке по две палочки для еды и по очереди следовали за монахом. Лянь Цяо пошёл ещё дальше, подпрыгивая и извиваясь в ритме монаха. Даже нежная и куда более старшая Чжун Сю мягко покачивалась в такт мелодии с улыбкой.

…Это безумие.

Сюй Жэньдун, как единственный человек, который всё ещё находился в здравом уме, чувствовал себя беспомощным. Но Лянь Цяо и Чжун Сю отказались уходить, и он беспокоился о том, чтобы оставить их обоих в этом месте, где дико танцевали демоны. Он некоторое время терпеливо слушал, а потом начал чувствовать, что монах поёт вполне разумно. Хотя все буддийские писания были написаны на непонятном древнекитайском языке, однако, как только монах читал рэп достаточно долго, Сюй Жэньдун действительно начал слышать ритм писания сердца и не мог не пристукивать ногами.

«Всё кончено, я тоже отравлен.»

Но это хорошо. Сюй Жэньдун смотрел на возбуждённые улыбки людей, и на их лицах не было усталости от бодрствования всю ночь. Паники перед неминуемой катастрофой не было. Внезапно он понял, что Рок-Монах замаскированно подбадривает всех.

Хотя этот монах раздражал, на самом деле был довольно хорош.

Таким образом, Сюй Жэньдун с благодарностью прослушал концерт буддийских писаний в стиле рока. Все были по-прежнему погружены в радость и волнение. Монах вдруг достал сзади чашу и хлопнул ею на глазах у всех. Указывая на себя, он уверенно сказал:

– Я, монах, собираю деньги!

Оказалось, он хотел, чтобы ему дали милостыню!

Нет, его следовало бы назвать уличным артистом… но то, что он пел, действительно является буддийским писанием…

Всё тело Сюй Жэньдуна было сбито с толку, когда он смотрел, как все платят. Лянь Цяо почесал затылок и смущённо сказал:

– У меня нет наличных, могу я заплатить мобильным телефоном?

Монах мгновенно достал QR-код и с улыбкой вручил его Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун: «……» Ваш буддизм действительно идёт в ногу со временем.

Чжун Сю подошла и сказала:

– Как мне заплатить? У меня нет наличных.

Лянь Цяо терпеливо объяснил ей:

– Здесь нет сигнала. Ты можешь сначала сфотографировать этот QR-код, а когда выйдешь, использовать фотографию, чтобы идентифицировать QR-код, чтобы перевести деньги мастеру…

Увидев, как Лянь Цяо показывает передачу QR-кода Чжун Сю, Сюй Жэньдун понял, что Дхарма разрешила ненависть в сердце Лянь Цяо, и он смог поладить с Чжун Сю!

Дхарма так эффективна!

Спираль смерти [BL] Глава 69. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (5)

Глава 69. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (5)

Течение времени стало очень странным. Большинству людей на вилле нечего было делать целый день, и они чувствовали, что время течет крайне медленно, один день равен целому году. Однако, когда стрелки часов медленно начинали приближаться к полуночи, они смотрели на них и надеялись, что секундная стрелка будет двигаться немного медленнее, желая, чтобы время остановилось прямо здесь и сейчас.

Толпа снова собралась в стеклянной комнате на верхнем этаже. За стеклянной комнатой по-прежнему стояла бесконечная тьма, и всех снова охватило чувство отчаяния от пребывания на изолированном острове. Только на этот раз настроение у всех было тяжелее, чем прошлой ночью.

Истории о привидениях, рассказанные в этом месте, станут реальностью. Как призраки во сне из первого рассказа, они так напугали всех, что люди не могли уснуть. Если бы сегодня вечером появился ещё один монстр, ситуация для всех стала бы ещё более сложной.

Но инструкция ясно требует, чтобы они каждый вечер рассказывали историю. Если они не расскажут историю, они боялись, что их всех накажут. Это был обычай в призрачном мире. Хотя, даже если ты честно выполнишь задание, ты можешь не выжить, однако ты точно умрёшь, если не выполнишь его.

В конце концов, что они могли сделать?

Толпа сидела в центре стеклянной комнаты. На первоначальных пятнадцати стульях сидело всего четырнадцать человек. Ночь за стеклянной комнатой была такой же тусклой, как и их положение в то время.

Лянь Цяо взглянул на часы и сказал:

– Осталась одна минута. Если не рассказать историю сейчас, будет слишком поздно.

Сюй Жэньдун кивнул. Все молчали, и никто не хотел говорить.

Застойная атмосфера вгоняла всех в крайнее уныние. Ветер пронёсся мимо и завыл, как будто что-то в темноте завыло и хлопнуло по окну. Трио из киноклуба дрожаще прижалось друг к другу, а Рок-Монах держал свои чётки и с закрытыми глазами перебирал бусинки одну за другой. Его губы шевелились, но было неизвестно, что он пел.

Сюй Жэньдун мало что чувствовал в своём сердце. Он хотел посмотреть, что произойдёт, если он не расскажет эту историю. Худшим результатом было не что иное, как полное уничтожение. Пока ты умираешь счастливо, это не так уж плохо. Начало этой реинкарнации было испорчено историей президента. С призраками во сне было слишком трудно иметь дело. Он не спал более тридцати часов, и его тело не могло продержаться дольше.

Худшей была Чжун Сю, которая была серьёзно больна. Хотя она восстановила некоторую выносливость после входа в мир лифта, она всё ещё была в конце игры своей битвы. В этот момент её цвет лица был очень плохим, и она была пугающе белой. В сочетании с худощавой фигурой она выглядела как скелет и была ещё более страшной, чем свистящий демонический ветер снаружи.

– Это скоро закончится, – тихо сказал Сюй Жэньдун, не зная, кого он утешает.

Как только его голос затих, он услышал «щелчок». Свет во всей стеклянной комнате погас.

Выключатель никто не трогал. Все одновременно вздохнули, когда погас свет, а затем почувствовали, как холодный ветер дует им в шею. Беспомощность пребывания в пустоши вернулась. Все в темноте в ужасе хватались за окружающих. Кто-то попытался включить фонарик своего мобильного, но обнаружил, что телефон не включается.

Свет выключается принудительно. Сюй Жэньдун спокойно подумал об этом, а затем вдруг обнаружил, что тыльная сторона его ладони стала горячей. Лянь Цяо крепко сжал его руку.

Как он может всегда точно определить местонахождение меня в темноте?

Сюй Жэньдун необъяснимо захотелось рассмеяться.

В темноте переплелись всевозможные звуки: стук зубов, учащённое дыхание, шорох одежд, шум ветра, бьющегося в окна… Раздражение в сердцах у всех усугублялось этим скрежещущим звуком. Шаг за шагом они доводили себя до пика страха.

В этот момент пол сильно затрясся!

Сюй Жэньдун немедленно встал и услышал звук падающего на пол стула позади него:

– Землетрясение?

Все встали. Никто не мог видеть, что происходит в темноте, и их дыхание было хаотичным.

Слева раздался спокойный голос Лянь Цяо:

– Дом трясётся.

Стеклянная рама над его головой издала странный звук, похожий на крутящиеся стальные прутья, а плитка пола под его ногами начала трескаться и вздуваться. Все почувствовали, что небо закружилось, и они пошатнулись, прежде чем упасть на пол.

– Что ты делаешь в оцепенении? Беги! – Неизвестно, кто кричал, но все оправились и быстро снова поднялись с пола.

Вскоре вокруг них раздались звуки ударов. Несколько человек бежали и врезались в стеклянную стену, закрывающую их, непрерывно крича.

Сюй Жэньдун и Лянь Цяо не собирались двигаться. Все они ясно знали в глубине души, что если дом действительно вот-вот рухнет, бесполезно бежать, куда бы они ни пошли.

Окружающие крики и шаги были хаотичными, но Лянь Цяо наклонилась к уху Сюй Жэньдуна и прошептал:

– Воздушная стена.

Сюй Жэньдун согласился:

– Да.

Он также заметил, что стеклянная комната была явно очень просторной, и все бегали в разные стороны, но каждый из них как бы натыкался на стену и отскакивал назад. Звуки столкновения звучали очень близко от них. Он боялся, что то, что они ударили, было не настоящей стеклянной стеной вокруг них, а невидимой воздушной стеной.

Конечно же, наказание за нарушение требований миссии не настолько простое, чтобы можно было просто убежать, чтобы его избежать.

Как только Сюй Жэньдун подумал об этом, над его головой раздался громкий шум. Лянь Цяо воскликнул:

– Жэньдун!

Прежде чем он успел среагировать, Лянь Цяо толкнул Сюй Жэньдуна и придавил его. Раздался звук огромного стекла, падающего на пол перед ним, и было даже много стеклянных осколков, попавших в тело Сюй Жэньдуна. К счастью, под одеждой осколки стекла его не поцарапали. Он быстро протянул руку, чтобы подтвердить безопасность Лянь Цяо.

– Лянь Цяо? У тебя всё в порядке?

– Я в порядке, а ты? – Лянь Цяо помог ему сесть и медленно обнял его, бессознательно ощупывая его вверх и вниз: – Тебя ударило?

– Я в порядке, – после того, как Сюй Жэньдун закончил говорить, он вдруг почувствовал, что его штаны мокрые, а по плитке пола стекает какая-то горячая жидкость. Он протянул руку, чтобы коснуться её, и почувствовал тёплую и скользкую текстуру. Воздух был наполнен сильным запахом крови.

Сердце Сюй Жэньдуна сжалось:

– Чжун Сю!

Он действительно забыл Чжун Сю!

После того, как свет погас, Сюй Жэньдун ждал появления какой-то аномалии. Чжун Сю не издавала ни звука от начала до конца, и она также не держала его руку крепко, как Лянь Цяо. Присутствие женщины было настолько незаметным, что Сюй Жэньдун случайно забыл о её существовании.

Сердце Сюй Жэньдуна мгновенно наполнилось чувством вины. К счастью, ответ Чжун Сю пришёл издалека.

– Я в порядке… Тьфу!

Сердце Сюй Жэньдуна последовало за этим приглушённым гулом. Он подсознательно вырвался из хватки Лянь Цяо и побежал к источнику звука. Лянь Цяо почувствовал, что его руки опустели, и потянулся, чтобы схватить его, но не коснулся ничего, кроме воздуха.

«……» Пальцы Лянь Цяо медленно сжались, а глаза опасно сузились. Жаль, что в темноте никто не заметил его тонких изменений.

– Где ты!? – Сюй Жэньдун пошарил вперёд и быстро коснулся тонкого тела.

– Почему ты?.. – удивлённо прошептала Чжун Сю. Прежде чем она успела договорить, над их головами раздался треск.

Сюй Жэньдун, не задумываясь, поднял руку, чтобы защитить её, только чтобы почувствовать сильную боль в руке. Он стиснул зубы и подавил крик боли в горле, затащив Чжун Сю в угол. Хаос вокруг них не прекратился. Звук плача мужчин и женщин был хаотичным, а также слышался звук шагов по стеклу. Ничего не видя в темноте, он охранял Чжун Сю за собой. Стеклянные и стальные прутья над их головами больше не били их, но бегающие вокруг него люди несколько раз пинали его.

Это не тот способ сделать всё. Сюй Жэньдун закричал:

– Не бегите!

Но прежде чем он успел произнести следующую фразу, его голос заглушил ещё один яростный рёв:

– Все вы, ублюдки, послушайте меня и замрите! Остановите перемещение!

Все были потрясены насилием в этом голосе и замерли. Сотрясение земли продолжалось, и трещины в полу становились всё больше и больше. Казалось, что дом вот-вот расколется пополам. Стекло над их головами также продолжало падать. Это было страшно слышать.

Только тогда Сюй Жэньдун отреагировал. Крик исходил от Рок-Монаха. Его голос сильный и притягательный, очень узнаваемый, как падающая звезда в ночном небе, мгновенно привлекающий всеобщее внимание.

После паузы менее секунды монах медленно сказал:

– История, которую я собираюсь рассказать сегодня, – это сказка.

Он собирается рассказать историю о привидениях? В данный момент?!

Все чувствовали одновременно и предвкушение, и страх. Они ожидали, что землетрясение вскоре может прекратиться из-за его рассказа. Страх состоял в том, что всё, что он сказал, сбудется.

Однако на данный момент лучшего метода нет. Все остановились на месте, не говоря ни слова, ожидая следующих слов монаха.

То, что рассказывал монах, было сказкой под названием «Можжевельник». Главным героем сказки был маленький мальчик, потерявший в детстве маму. Как и во всех злополучных сказках, отец мальчика женился на порочной женщине, которая стала его мачехой. Мачеха также привезла младшую сестру по имени Марлен. Злая мачеха обращалась с мальчиком очень жестоко, а отец был к этому равнодушен, однако милая маленькая Марлен по-прежнему оставалась невинна и относилась к мальчику как к родному брату.

Однажды мачеха купила яблок. Мальчик очень проголодался, когда увидел это. Мачеха сказала: «Яблоки в ящике, иди и возьми сам». Как только мальчик просунул голову в ящик, злая мачеха внезапно применила злобную силу и тяжело закрыла ящик, сломав мальчику шею, пока он был ещё жив. Маленькая Марлен пришла в ужас, когда увидела, что голова брата отделена от тела, но злая мачеха предупредила её, чтобы она не говорила об этом отцу. Ночью, после возвращения отца, жестокая мачеха сварила тело мальчика в супе. Отец, не знавший об этом, посчитал бульон исключительно вкусным, выпил его, не оставив и глотка, выплюнул кости и бросил под стол.

Маленькой Марлен стало грустно за брата, поэтому она встала на колени под столом, собрала кости мальчика одну за другой носовым платком и закопала их под можжевельником у дверей дома. Внезапно на дереве появилась золотая птица, взмахнула крыльями и покинула можжевеловое дерево.

Она влетела в город и на лету запела:

«Моя мать, она убила меня,

Мой отец, он съел меня,

Моя сестра, Маленькая Марлен,

Она собрала все мои кости и

Завернул их в шёлковый платок и,

Похоронила меня под тем можжевеловым деревом.

Кивит, кивит, какой красивой птичкой я стал!»

Пение птицы было таким сладким, что один городской ювелир высунул голову. Он попросил птицу спеть для него ещё раз, и птица сказала: «Только если ты подаришь мне золотое ожерелье». Ювелир дал ему золотое ожерелье, и он снова спел песню, а затем улетел с золотым ожерельем.

Он летал, летал и подлетел к окну сапожника. Сапожника привлекло его пение, и он обменял пару красных танцевальных туфель, попросив его спеть для него. Птица надела красные туфли и полетела к мельнице.

На этот раз, когда хозяин мельницы снова умолял её спеть, птичка попросила мельничный жернов.

Наконец птица вернулась к можжевельнику.

«Моя мать она меня убила, мой отец он меня съел…» – Он пел и пел постоянно, и наконец привлёк внимание отца.

Отец подошёл к дереву, посмотрел на птицу и произнёс несколько комплиментов. Птица выпустила когти, и золотое ожерелье попало в руки отцу.

«Произошло что-то очень странное, – пробормотал отец, вернувшись домой. – Птица запела странную песню и подарила мне золотое ожерелье!»

Маленькую Марлен тоже привлекло пение, и она подошла к можжевельнику. Золотая птица отпустила другую лапу, и пара красных танцевальных туфель упала перед маленькой Марлен.

«Смотри, мама, птичка подарила мне пару красных туфель!» – взволнованно сказала она матери.

Злая женщина чувствовала себя виноватой за то, что убила своего пасынка, и весь день была беспокойной. Услышав слова мужа и дочери, она решила тоже познакомиться с этой волшебной птицей.

Когда она последовала за песней к можжевеловому дереву и подняла голову…

«С неба упал мельничный жернов и убил её».

Глубокий и мощный голос монаха резко оборвался. История была окончена.

Все вздохнули с облегчением. На самом деле, уже на половине рассказа тряска пола уже постепенно стихла. К концу рассказа обстановка пришла в норму. Это было похоже на ребёнка, который рыдал и беспокойно плакал в темноте, но, наконец, его утешили, и он снова заснул.

Однако Сюй Жэньдун тихо вздохнул.

Хотя эта сказка была странной, но не очень страшной. В конце концов, плохие парни были наказаны, и во всей истории не было никаких элементов ужасов, таких как призраки, монстры или звери.

Очевидно, это был тест: будет ли история, не являющаяся ужасающей, считаться выполненной задачей?

В этот момент со звуком «щелчка» внезапно автоматически включился свет. Холодный свет лампы накаливания освещал стеклянную комнату, и лица всех также светились. Их глаза вновь смогли видеть.

Сюй Жэньдун медленно адаптировался к внезапному свету и быстро осмотрел окрестности: Лянь Цяо стоял неподалёку и был невредим, за исключением того, что его одежда была немного грязной. На полу была лужа крови, и в центре лужи крови лежал человек. В затылок у него вонзился большой кусок стекла. Он был раздавлен на месте, когда обрушился потолок.

Его сердце почувствовало облегчение, когда он увидел мёртвое тело, а затем повернулся, чтобы посмотреть на Чжун Сю. Как и ожидалось, у неё были лишь незначительные синяки. Казалось, что лужа крови, которую почувствовал ранее, исходила не от Чжун Сю. Это была просто ложная тревога.

Толпа была рассеяна по комнате, и у всех было более или менее по паре травм на теле. Пол был усеян осколками стекла и стали, полный беспорядок. Посреди руин стоял Рок-Монах с блестящей лысиной и в чистом жёлтом монашеском одеянии без единой морщинки. По сравнению с жалким зрелищем, показанным другими, он казался полностью удалённым от своего окружения, как будто ничто из этих мирских вещей не могло причинить ему вреда.

Сюй Жэньдун удивлялся, как ему может так везти. Действительно ли его защищал Будда? Но потом он увидел, как тот сложил руки и закрыл глаза. Он сказал благочестивым голосом:

– Амитабха, если я не попаду в ад, то кто пойдёт в ад?

Сюй Жэньдун был ошеломлён, а затем кто-то закричал:

– Монах, ноги!

Сюй Жэньдун посмотрел вниз и увидел, что ноги монаха вмёрзли в лёд. Холодный воздух поднялся вверх по икрам и быстро распространился по коленям, потом по пояснице, потом по груди…

Монах сердечно всем улыбался, протягивал несколько одеревеневшую руку и смело всем махал. Взгляды всех не могли не сфокусироваться на нём, и он довольно сжал кулаки, словно артист посреди сцены, держащий в руках всеобщее внимание.

– Этот смиренный монах пойдёт на шаг впереди вас, я буду ждать вас в стране блаженства, – монах произнёс свои последние раздражающие слова, прежде чем его смиренное выражение лица окончательно застыло, и он превратился в безжизненную ледяную скульптуру.

После этого на нём появилось бесчисленное количество трещин. С треском он рухнул на пол.

Монах умер так внезапно, что никто не мог этого принять. Все смотрели на разбитый ледяной балласт на его месте со смешанными чувствами в сердцах и не знали, что сказать.

Однако события сегодняшнего вечера должны были временно пройти. Монах рассказал историю о привидениях, которая не была ужасной и нарушала требования миссии. Все наказания ложились на него одного. Его самопожертвование позволило всем разобраться в правилах игры. Это было ещё более важным для Сюй Жэньдуна.

Сюй Жэньдун смотрел на груду измельчённого ледяного балласта на полу и долго не мог успокоиться.

Внезапно позади него раздался голос Лянь Цяо.

– Ты ранен.

Голос был подавленным и очень низким, звучащим слегка раздражённо. Сюй Жэньдун удивлённо обернулся и увидел, что Лянь Цяо смотрит прямо на его левую руку.

Сюй Жэньдун посмотрел вниз, только чтобы понять, что в какое-то неизвестное время на его левой руке появился большой порез. Кровь капала вниз.

Чжун Сю закричала. До этого момента она не знала, что Сюй Жэньдун был ранен. Она в панике подняла руку Сюй Жэньдуна и обеспокоенно спросила:

– Как ты? Ты ещё можешь двигаться?

Сюй Жэньдун пошевелил пальцами, и, к счастью, не было похоже, что какие-либо мышцы или кости были повреждены. Он небрежно сказал:

– Всё в порядке, сейчас упало стекло, я его заблокировал…

Лянь Цяо внезапно шагнул вперёд и сильно потянул Сюй Жэньдуна. Он резко выхватил его руку из хватки Чжун Сю. Действие было очень грубым, полностью игнорируя травму руки. Сюй Жэньдун почувствовал такую сильную боль, что черты его лица исказились. Дрожащим голосом он спросил:

– Что ты делаешь?

Лянь Цяо свирепо посмотрел на него, стиснул зубы и сказал:

– Пойду перевяжу!

Спираль смерти [BL] Глава 70. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (6)

Глава 70. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (6)

Все трое вернулись в комнату. Лянь Цяо грубо толкнул Сюй Жэньдуна на кровать. Сюй Жэньдун собирался поговорить с ним о том, что произошло, когда Лянь Цяо схватил аптечку и даже сильно ударил по прикроватной тумбочке.

Сюй Жэньдун чувствовал себя немного необъяснимым и подумал: «Так ты относишься к раненым?».

Он не был уверен, насколько разозлился Лянь Цяо, но молча мысленно приготовился к тому, чтобы его потрепали. Лянь Цяо тяжело перетащил табуретку, сел перед кроватью и попросил его протянуть руку. Сюй Жэньдун глубоко вздохнул и тихо стиснул зубы, только чтобы почувствовать холод на руках, когда его рукав был расстёгнут. Но движения Лянь Цяо были чрезвычайно мягкими.

– К счастью, неглубоко, – Лянь Цяо взглянул на рану и быстро сделал вывод.

Сюй Жэньдун всё ещё удивлялся, почему его движения стали такими легкими, но потом раздался шипящий звук. Лянь Цяо вылил ему на рану бутылку с какой-то неизвестной жидкостью. На ране сразу же появились многочисленные пузырьки. Сюй Жэньдун поморщился от боли, но Лянь Цяо сильно прижал его.

– Не двигайся, просто терпи, – голос Лянь Цяо вернулся к своей обычной мягкости. Он опустил голову, тщательно промыл рану и тихо объяснил: – Это перекись водорода, дезинфицирующее средство.

Сюй Жэньдун выдохнул:

– …Я думал, что это алкоголь.

Лянь Цяо сказал:

– Алкоголь причинит больше вреда. Сейчас в больницах редко используют спирт для обработки ран.

Он несколько раз промыл рану Сюй Жэньдуна перекисью водорода, а затем сменил ещё одну бутылку прозрачного зелья. В этот раз лекарство прошло по ране без всякого дискомфорта, было прохладно и приятно.

Сюй Жэньдун понял, что, хотя Лянь Цяо был яростен в своих словах, он был чрезвычайно осторожен в действиях и боялся причинить ему боль. Чувствуя сладость на сердце, он тихо протянул руки и позволил ему обработать свои раны. Чжун Сю наблюдала со стороны и вдруг сказала:

– Ты так искусен в своих действиях, у тебя много опыта?

Лянь Цяо не поднял головы. Он сказал прямо:

– Я много видел этого в средствах массовой информации.

Чжун Сю улыбнулась:

– Ты действительно хорошо осведомлён.

Лянь Цяо не ответил, и вместо этого посмотрел на Сюй Жэньдуна.

– Я немного раскрою рану и посмотрю, есть ли внутри осколки стекла. Просто потерпи, и это быстро закончится.

Сюй Жэньдун кивнул. Лянь Цяо попросил его положить руку ему на колени и осторожно открыл глубокую дыру в предплечье. Зелье смыло большую часть осколков стекла. Лянь Цяо внимательно осмотрел внутреннюю часть раны и подтвердил, что внутри осколков не осталось. Потом он вздохнул с облегчением:

– Хорошо, я перевяжу её для тебя.

По сравнению с промыванием раны, перевязка – это почти совсем не больно. Сюй Жэньдун наблюдал, как ему обмотали руку марлей, завязали аккуратный узел и, наконец, слегка потянули, спрашивая, не мешает ли повязка.

Сюй Жэньдун:

– Всё в порядке.

Лянь Цяо испустил долгий вздох облегчения, показывая усталость на лице.

Сюй Жэньдун достал свой телефон и посмотрел на время. Было уже половина двенадцатого. Трое из них не закрывали глаза два дня подряд и испытали так много всего одновременно. Они уже были истощены физически и морально. В это время его нервы расслабились и чувство усталости охватило всё его тело. Сюй Жэньдун не сдержался и зевнул.

Лянь Цяо вздохнул:

– Это не тот путь, мы не можем бодрствовать вечно.

Сюй Жэньдун немного подумал и спросил:

– Я не смотрел фильм. Как окончательно разрешились призраки и монстры в фильме?

Лянь Цяо сказал:

– Всего семь фильмов, и решения для каждого разные. Некоторые вовлекают призрака в реальность, а некоторые ищут его труп, чтобы уничтожить его. Но только подумайте о том, что есть семь фильмов. Этого призрака действительно нельзя убить.

Сюй Жэньдун вздохнул. История о привидениях, рассказанная президентом, действительно была слишком сложной. Они держались так долго, и, если это продолжится, не только их тела, но и их умы рухнут. Затем он сказал:

– Тогда мы могли бы просто пойти спать и убить его во сне.

Лянь Цяо:

– Да, но…

– А?

– Он будет входить в страну снов только одного человека за раз. Если ты встретишь его, тебе придётся сражаться в одиночку. Я беспокоюсь о тебе.

Сюй Жэньдун подумал, что было бы хорошо, если бы его выбрали. В любом случае, инстанс будет сброшен после его смерти. Когда придёт время, всем будет легче начать всё заново. Поэтому он улыбнулся Лянь Цяо и сделал свой обычный жест босса:

– На что похожа моя сила, тебе всё ещё непонятно?

Лянь Цяо взглянул на повязку на руке и тихо сказал:

– Ты сильный, но тебе не повезло. К тому же у тебя нет никаких медицинских знаний, и ты даже не боишься боли…

Сюй Жэньдун не мог опровергнуть это, поэтому у него не было другого выбора, кроме как сказать:

– …Короче говоря, решено. В любом случае, я не могу сбежать, так что лучше пораньше отдохнуть. Он лёг в кровать и уже собирался сказать Чжун Сю, чтобы та шла отдыхать, но тут увидел, как та задумчиво взглянула на Лянь Цяо. Затем она подмигнула ему.

Казалось, что она хотела что-то сказать?

…Было ли это чем-то, о чём она не могла говорить в присутствии Лянь Цяо?

Сюй Жэньдун сузил глаза, и в его сердце вспыхнуло беспокойство. Затем Чжун Сю сказала:

– Сегодня вечером умерли два человека, поэтому должна быть свободная комната. Я уйду.

Сюй Жэньдун почувствовал, что в словах Чжун Сю был скрытый смысл, поэтому какое-то время не произносил ни слова. На этот раз Лянь Цяо не стал останавливать её, а равнодушно сказал:

– Ну, здесь действительно слишком тесно, чтобы трое могли спать вместе. Ведь у него раны на руках.

Чжун Сю наклонилась, нежно коснулась руки Сюй Жэньдуна и посмотрела на него.

– Тогда вы, ребята, хорошо отдохните. Я пойду.

Сюй Жэньдун сказал:

– Хорошо.

Как только Чжун Сю вышла за дверь, Лянь Цяо тут же закрыл за собой ней и с щелчком запер её. У Сюй Жэньдуна было плохое предчувствие, и, конечно же, когда Лянь Цяо обернулся, на его лице снова появилось это свирепое выражение.

Сюй Жэньдун инстинктивно отшатнулся, но Лянь Цяо потянул его за галстук и сердито спросил:

– Почему ты только что оттолкнул меня?

Сюй Жэньдун не совсем понял:

– А?

Лянь Цяо уставился на него:

– Я бы отдал свою жизнь, чтобы спасти тебя, но ты действительно пошёл, чтобы спасти её? – Он намеренно ткнул повязку на руке Сюй Жэньдуна, но на самом деле тщательно избегал места раны, всё ещё выглядя расстроенным. Он подчеркнул: – И ты даже пострадал!

Сюй Жэньдун сказал:

– В то время ситуация была срочной, и я особо не думал. Кроме того, эта маленькая травма…

Он хотел сказать, что привык к травмам, но Лянь Цяо толкнул его на кровать и злобно прервал:

– Маленькая травма, моя задница! Тебе не хватает болевых нервов или у тебя проблемы с мозгом? Ты чуть не повредил сухожилие, разве ты не знаешь?

Сюй Жэньдун подумал, что тот поднимает шум. В любом случае, пока он не умрёт, все раны могут зажить после окончания инстанса. Но, увидев, что Лянь Цяо серьёзно разозлился, подумал, что лучше этого не говорить.

Лянь Цяо наклонился, прислонился к его шее и свободно обхватил её руками. Он тупо сказал:

– Я не могу вынести даже малейшей царапины, но тебе так больно из-за неё. Разве ты не можешь подумать об этом с моей точки зрения? Почему ты хочешь, чтобы я чувствовал себя так плохо?

Сюй Жэньдун наконец понял, в чём был источник проблемы.

Оказывается, Лянь Цяо ревновал!

Ревнует его к матери!

Он не был вульгарным. Лянь Цяо действительно пил уксус к его матери!

Сюй Жэньдун не мог не рассмеяться, но вскоре снова почувствовал смущение. Он не хотел говорить Лянь Цяо, что Чжун Сю была его биологической матерью. Ведь он сам не принял этот факт. Кроме того, Чжун Сю была старше его всего на тринадцать лет. Она выглядела так молодо, так что Лянь Цяо действительно поверит его словам?

И Чжун Сю, вероятно, тоже не хотела, чтобы это дело стало достоянием гласности. Ведь рожать в тринадцать – страшное дело для любой девушки.

Сюй Жэньдун вздохнул. Он слегка погладил волосы Лянь Цяо, запустив пальцы между мягкими прядями. Он обнаруживает, что ему нравится гладить волосы Лянь Цяо всё больше и больше, и каждый раз, когда делает это, он чувствует удовлетворение и что его грудь наполняется теплом.

С взлохмаченными волосами Лянь Цяо поднял голову от груди и многозначительно посмотрел на него:

– Не делай этого больше в будущем.

Сюй Жэньдун: «……» Ему действительно не нравится, когда я прикасаюсь к его волосам?!

Сюй Жэньдун был потрясён и неловко убрал руку с головы Лянь Цяо. Лянь Цяо также был ошеломлён и быстро схватил его за руку, положил её обратно на голову и сказал, краснея:

– Я не это имел в виду! – Он скривил губы и указал на дверь. – Я имею в виду, не делай того, что снова заставит меня ревновать. Я буду очень зол в следующий раз! Настолько, что меня нельзя будет уговорить!

Сюй Жэньдун был удивлён им:

– Хорошо.

Лянь Цяо радостно обнял его и какое-то время прижимался к нему. Сюй Жэньдун сказал:

– Я хочу пить.

Лянь Цяо немедленно встал и пошёл в ванную, чтобы вскипятить воду. Сюй Жэньдун обратил внимание на движения Лянь Цяо, открывая левую руку, которую он всегда крепко держал.

Только что, когда Чжун Сю держала его за руку, она сунула ему в левую руку маленькую записку.

В это время Сюй Жэньдун открыл записку и увидел две строчки, написанные на ней:

«Приходи ко мне в комнату ночью, я должна сказать тебе кое-что очень важное».

«Будь осторожен с Лянь Цяо. С ним есть проблема».

Сюй Жэньдун молча посмотрел на записку. После фразы «с ним есть проблема» он поднял глаза, чтобы посмотреть на Лянь Цяо, который лил воду. Видение снова возникло в его сознании, сцена с Лянь Цяо, убивающего его.

Лянь Цяо подошёл к нему, держа стакан с водой. Сюй Жэньдун спокойно сжал пальцы и снова крепко зажал записку в ладони. Лянь Цяо поставил стакан на тумбочку и сказал:

– Кипячёная вода, которую я только что налил, ещё горячая. Выпей потом.

– Внезапно я почувствовал себя сонным и не хочу больше пить, – Сюй Жэньдун залез в одеяло и протёр глаза.

– Иди спать. – Лянь Цяо лёг рядом с ним и свободно обнял его. – Давай, возьми меня за руку. Может быть, мы сможем войти в один и тот же сон.

– Нет. – Сюй Жэньдун необъяснимо чувствовал себя немного виноватым. Он отодвинулся в сторону и прошептал: – Слишком жарко.

– …Хорошо. – Он только подумал, что Сюй Жэньдун застенчив, и больше не принуждал, поднял руку и выключил свет. – Спокойной ночи.

– Да.

Поскольку Сюй Жэньдун сказал «нет», Лянь Цяо просто лёг на бок и больше не двигался. Сюй Жэньдун открыл глаза в темноте, прислушиваясь к дыханию Лянь Цяо и ожидая, пока он заснёт.

Тело Лянь Цяо постепенно расслабилось, а его дыхание стало ровным и медленным. В темноте слух Сюй Жэньдуна стал чрезвычайно чувствительным. Он даже мог слышать сердцебиение Лянь Цяо, такое близкое, спокойное и мощное.

Будь это при нормальных обстоятельствах, он определённо смог бы спокойно спать при таком сердцебиении.

Но в это время Сюй Жэньдун не мог не поднять руку и коснуться своего сердца. Его собственное сердце сильно билось и болело.

У него внезапно возникло желание разбудить Лянь Цяо и ясно спросить его, что происходит. Но что он должен спросить?

Спросить его: почему у меня такие галлюцинации? Спросить его, убивал ли он его раньше?

Какой смешной вопрос.

…Он мог только пойти и послушать, что хотела сказать Чжун Сю.

Он терпеливо ждал более часа, пока не смог убедиться, что Лянь Цяо крепко спит, затем тихонько раскрыл одеяло и встал с кровати.

Спираль смерти [BL] Глава 71. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (7)

Глава 71. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (7)

Сюй Жэньдун пошёл в комнату Чжун Сю, и, как и ожидалось, та ещё не спала. Она сидела на диване и терпеливо ждала его прихода.

– Давай поговорим, в чём дело? – Сюй Жэньдун закрыл дверь и плавно опустил замок.

Чжун Сю позволила ему сесть и налила стакан воды. Затем достала из кармана какой-то предмет и бросила его в руку Сюй Жэньдуна. Она спросила:

– Ты видел это раньше?

Сюй Жэньдун посмотрел вниз. Это была деревянная кукла. Она была вырезана в форме молодого человека с широко раскрытыми глазами и испуганным выражением лица. Выражения и движения куклы казались живыми, как будто в грубом деревянном теле скрывалась душа. Ощущение было довольно пугающим.

Он подумал о матрёшках в инстансе с русской матрёшкой и интуитивно почувствовал, что тело куклы полно зловещих чувств и что оно должно быть связано с миром лифтов.

Увидев его реакцию, Чжун Сю угадала его ответ и вздохнула.

– Ты действительно не знаешь? Это замещающая кукла, и, взяв её с собой, ты получишь дополнительную жизнь.

Это действительно хорошо. Жаль, что она ему не нужна. Сюй Жэньдун отбросил куклу и спросил:

– Это скрытый предмет?

– Нет, это… – Чжун Сю на мгновение заколебалась, а затем глубоко вздохнула. – На самом деле каждый инстанс связан с чьим-то личным опытом, и этот человек является ключевым игроком в этом случае. Ты должен что-то знать об этом, верно?

Сюй Жэньдун кивнул. Лянь Цяо уже анализировал это вместе с ним. Какой бы странной ни выглядела подсказка о прохождении, кто-то из команды всегда знал, что она означает. Сам Лянь Цяо был ключевым игроком в деле о русской матрёшке, и никто, кроме него, не знал значения русского слова. В случаях «Пищевод» и «Бабочки в животе» также можно было найти соответствующих ключевым игрокам, а именно Маленького Толстяка и Чжан Сяосяо.

Чжун Сю:

– Знаешь ли ты, что если ты лично убьёшь ключевого игрока, то можешь заключить его душу в тюрьму и заставить его умереть за тебя?

Сюй Жэньдун был ошеломлён. Неудивительно, что эта кукла была полна страха и злобы. Оказалось, что внутри спрятана мёртвая душа.

Сюй Жэньдун почувствовал глубокую тревогу на сердце. Но он всё же спросил спокойным тоном:

– Зачем ты мне это рассказываешь? Какое это имеет отношение к Лянь Цяо?

Чжун Сю горько улыбнулась:

– Ты забыл? Когда Лянь Цяо напал на президента, он спросил его, был ли это его опыт «Если три человека скажут, что в городе есть тигры». Это показывает, что Лянь Цяо должен знать о том, что людей превращают в кукол.

Сюй Жэньдун:

– Ну и что?

Чжун Сю серьёзно посмотрела на него:

– Каждый, кто знает этот секрет, уже кого-то убил. Судя по поведению Лянь Цяо, это не должно быть его первым разом.

Сюй Жэньдун нахмурился:

– Тогда ты…

Чжун Сю показала сложную улыбку:

– Конечно, я такая же.

Сюй Жэньдун: «……»

Он не мог себе представить, что такой деликатный пациент, как Чжун Сю, действительно может убить. Что касается Лянь Цяо, то после столь долгого знакомства с ним он уже понял, что Лянь Цяо не был таким благовоспитанным и безобидным, каким казался на первый взгляд. Загнанный в угол, Лянь Цяо внезапно превращался в другого человека, полного жестокой и убийственной ауры. Даже Сюй Жэньдун испугался этой ярости.

Сюй Жэньдун мгновение помолчал, прежде чем предположить:

– Может быть, ему сказал другой игрок.

Чжун Сю беспомощно покачала головой:

– Если бы это был ты, ты бы раскрыл этот секрет? Ведь каждый мог стать ключевым игроком. Чем меньше людей об этом узнают, тем лучше.

Она посмотрела на него с выражением: «Я уже столько сказала, а ты всё ещё в одержимости и отказываешься понимать». Сюй Жэньдун также прочитал другое значение её выражения: «Если бы я не была твоей матерью, я бы не сказала тебе этого».

Однако настроение Сюй Жэньдуна было неожиданно спокойным. Он даже вздохнул с облегчением:

– Это всё, что ты хотела сказать?

Чжун Сю была ошеломлена.

Сюй Жэньдун слегка улыбнулся:

– Мне было интересно, что ты хотела сказать, но оказалось, что именно это. У каждого есть секрет, даже у меня, и есть вещи, которые я тоже не могу ему рассказать. Я не хочу допрашивать его только из-за этого.

Чжун Сю уставилась на него. Не желая сдаваться, она спросила:

– А вдруг он захочет сделать ход против тебя?

Сюй Жэньдун сказал:

– Я всегда буду доверять ему, пока он не предаст меня.

В глазах Чжун Сю промелькнула тень беспомощности. Она вздохнула:

– Конечно, ты и он…

Лицо Сюй Жэньдуна внезапно покраснело, но он чувствовал, что больше нет нужды скрывать это. Поэтому набрался смелости и спокойно посмотрел ей прямо в глаза:

– У нас с ним действительно такие отношения, о которых ты думаешь.

Чжун Сю снова вздохнула. Через некоторое время она покачала головой и улыбнулась, видимо, приняв ответ.

– Тогда держи это. – Она снова передала деревянную куклу. – На всякий случай.

Сюй Жэньдун не протянул руку.

– Мне это не нужно.

Чжун Сю беспомощно сказала:

– Я знаю, что ты меня ненавидишь, но это вопрос твоей жизни и смерти. Не сердись в этот момент, хорошо?

Сюй Жэньдун опустил глаза и погладил чашку пальцами. Он посмотрел на галстук-бабочку, подаренный ему Лянь Цяо, на левой руке, и уголки его рта слегка приподнялись.

Он сказал самодовольным тоном:

– На самом деле, я только что обнаружил, что не так сильно тебя ненавижу.

Чжун Сю проследила за его взглядом, увидела рану на руке и сразу поняла, что он имел в виду. Она склонила голову и ничего не сказала.

Сюй Жэньдун внезапно улыбнулся:

– Честно говоря, когда я узнал, что ты живёшь не очень хорошо, мне стало немного легче.

Чжун Сю: «……»

На какое-то время она потеряла дар речи и покачала головой.

– Когда я слышу что-то подобное, это действительно звучит так, будто я твоя бывшая девушка.

Сюй Жэньдун подумал:

– Оказывается, ты такая остроумная, что можешь придумать то же самое, что и Лянь Цяо.

После этого они сменили тему и молчаливо перестали говорить о Лянь Цяо. После разговора Сюй Жэньдун почувствовал себя более комфортно в своём сердце. Они говорили о текущей ситуации друг друга, и, пока они болтали, их сонливость снова нахлынула.

Пока Сюй Жэньдун продолжал отвечать на вопросы Чжун Сю, её голос постепенно стихал. Бессознательно её голос начал доноситься издалека. Сюй Жэньдун также почувствовал, как его веки отяжелели, а губы застыли. Он не мог собраться с силами, чтобы говорить дальше.

Он облокотился на диван, чувствуя себя так, будто плывёт на облаке. Всё его тело было лёгким и трепетным, и казалось, что, пока вы можете закрыть глаза, вы попадёте в рай.

***

Пронизывающий холод мгновенно заставил Сюй Жэньдуна проснуться.

Он резко открыл глаза и обнаружил, что стоит посреди дороги. Была тёмная ночь и тусклая луна висела в небе, выглядя очень далеко. Он тупо огляделся и обнаружил, что эту улицу очень трудно рассмотреть. Она была наполнена белым туманом и пробирала до костей. По обеим сторонам один за другим стоят дома, все двери и окна заперты. Они казались тёмными, как огромные пасти диких животных.

Кошмар на улице Вязов?! Он действительно вышел на улицу в фильме ужасов?!

Внезапно позади него раздался звук, словно стеклянная бутылка катилась по земле. Волосы Сюй Жэньдуна мгновенно встали дыбом, и он инстинктивно побежал вперёд. Он бежал всю дорогу по улице, и прохладный туман бил ему в лицо, собираясь в холодные и мокрые капли воды.

Он явно чувствовал, что что-то преследует его сзади. Ему не нужно было оглядываться назад, чтобы понять, что это был Фредди. Сюй Жэньдун обращал внимание на своё окружение во время бега в поисках оружия или места, где можно спрятаться. Он вдруг почувствовал, что с ним что-то не так.

Этот дом… Разве он не видел его только что?

Красная крыша, белый дом, рождественский венок на двери. Он помнил это и некоторое время бежал вперёд. Вскоре дом снова появился на обочине дороги. Та же красная крыша и белая стена, тот же рождественский венок и даже слегка перекошенный почтовый ящик на лужайке.

Вид на улицу повторялся?

…Это повтор или петля?

Сюй Жэньдун был внезапно потрясён, и звук, преследовавший его сзади, исчез. Его сердце дрогнуло, и он сразу же остановился. Он услышал, как ветер пронёсся мимо него, и что-то задело его шею!

Туман рассеялся, и перед его глазами появилось пять мерцающих бритв!

«……» Дыхание Сюй Жэньдуна казалось заблокированным в горле льдом. Он рефлекторно отступил назад и наконец увидел прячущегося в тумане Фредди. Он увидел высокого белого мужчину, стоящего перед ним с ухмыляющимся выражением лица, его лицо было полно шрамов. Черты его лица были искажены, как обожжённый воск. Фредди посмотрел на бритву в своей руке с довольно сожалеющим выражением лица.

Затем он снова набросился на Сюй Жэньдуна!

Сюй Жэньдун повернул голову и побежал, его сердце билось так быстро, что чуть не разбилось в груди. Воздух здесь был слишком разрежен. Во время бега он почувствовал сильную боль в лёгких. Каждый вдох, вонзался ему в грудь, как нож, а его физическое напряжение было поразительно сильным. Вскоре окружающие уличные сцены снова начали повторяться, и маленький домик с красной крышей снова появился перед ним.

Нет никакого способа сбежать, вместо этого он может только попытаться спрятаться!

Он без колебаний бросился к дому. К счастью, дверь не была заперта. Когда он вошёл в комнату, закрыл дверь тыльной стороной руки, запер и заблокировал дверь одним махом. Дверное полотно тут же сильно ударило ногой, а шкаф, которым закрывалась дверь, рассыпался на куски, и было очевидно, что долго тот не протянет. Сюй Жэньдун не особо задумывался об этом. Он взял бейсбольную биту за дверью и держал её в руке. Он развернулся и побежал на второй этаж. Фредди агрессивно хлопнул дверью со звуками «бах-бах». Вскоре дверная рама была выбита, а шкаф, закрывавший дверь, тоже был отброшен по частям.

Сюй Жэньдун спрятался в шкафу в спальне на втором этаже, плотно прикрывая рот, чтобы яростные вздохи не выдали его положение. Дверь внизу была наконец выбита Фредди, и тяжёлые шаги эхом отдались в гостиной и на кухне, раскрывая встревоженные и яростные шаги хозяина.

Сюй Жэньдун спрятался в маленьком шкафу и почувствовал, как сильно бьётся его сердце. В сердце возникло резкое покалывание. Он сжал сердце одной рукой, заставляя себя успокоиться и прислушаться к движению снаружи.

Фредди бродил на первом этаже, не смог его найти и быстро добрался до спальни на втором этаже. Сюй Жэньдун намеренно открыл окно, прежде чем спрятаться в шкафу. В это время окно всё ещё слегка тряслось, издавая гудящий звук. Он почувствовал, как Фредди подошёл к окну, и постоял там некоторое время, вероятно, тоже сбитый с толку иллюзией, которую он оставил позади. Сюй Жэньдун молча молился. Пока ждал ухода Фредди, мог перевести дух и подумать о том, как очнуться от этого страшного сна.

Однако в следующую секунду в шкаф врезалось острое лезвие!

Сюй Жэньдун не смог увернуться, и на его лице был сделан порез. Кровь начала течь. Его сердце внезапно сжалось, и боль заставила его почти задохнуться. Бритва отступила, а затем другая бритва вонзилась под другим углом!

К счастью, на этот раз бритва его не задела. У Сюй Жэньдуна не было времени думать. Почти инстинктивно он толкнул дверцу шкафа. Бритва Фредди всё ещё торчала в дверце шкафа. Сюй Жэньдун воспользовался этим и схватился за верхнюю часть шкафа, когда он был в ловушке, и потянул шкаф вниз. С громким грохотом упавший шкаф поднял много пыли и зажал Фредди под собой. А Сюй Жэньдун уже выбежал из спальни.

Что делать, что делать дальше? Как он мог проснуться от этого сна?

С Сюй Жэньдуна стекал холодный пот, а его ладони были мокрыми и скользкими. Он едва мог держаться за бейсбольную биту. Он снова вернулся на пустую улицу и инстинктивно побежал. Его мозг быстро вращался, и он продолжал оглядываться, опасаясь, что вдруг снова появится Фред.

Внезапно большое дерево на обочине рухнуло!

Сюй Жэньдун полагался на свой инстинкт, чтобы резко остановиться перед стволом. В то же время холодные волосы на его затылке встали дыбом, и он инстинктивно почувствовал, как что-то набросилось на него сзади.

Сюй Жэньдун внезапно обернулся и внезапно почувствовал острую боль в животе.

– Фу! – Он опустил голову и увидел, что длинная, узкая и острая бритва глубоко вонзилась ему в живот!

Фредди покрутил бритву, широко ухмыляясь. От сильных колик во внутренних органах Сюй Жэньдун почти потерял сознание. Он стиснул зубы и с угасающим приливом энергии сжал биту и сильно ударил Фредди по голове. Этим ударом Фредди был обезглавлен, а его голова покатилась набок. Лысая голова ударилась о препятствие на улице и неизвестно куда исчезла.

Фредди потерял голову, и какое-то время его тело не могло двигаться. Сюй Жэньдун поднял ногу и оттолкнул его. Бритва также выпала из его живота.

Сюй Жэньдун испытывал такую сильную боль, что едва мог дышать. Однако в это время не до отдыха. Он прикрыл свой окровавленный живот, повернулся и перелез через ствол дерева, продолжая бежать вперёд.

Ночь ещё никогда не была такой длинной.

Спираль смерти [BL] Глава 72. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (8)

Глава 72. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (8)

Лянь Цяо и Чжун Сю стояли у кровати, с тревогой наблюдая за Сюй Жэньдуном. У Сюй Жэньдуна, который лежал на кровати, были плотно закрыты глаза, а простыни под ним пропитывались кровью. Одной рукой он прикрыл живот, а другой махал, словно боролся с чем-то невидимым.

Лянь Цяо был в панике, желая ворваться в его сон и сражаться вместе с ним. Но в это время Лянь Цяо, как и Чжун Сю, ничего не могли сделать, кроме как с тревогой ждать. Он даже не осмелился прикоснуться к Сюй Жэньдуну, так как не знал, повлияет ли это на действия мужчины во сне, из-за чего тот не сможет избежать следующей смертельной атаки.

Это чувство бессилия было подобно большому камню, тяжело давившему на сердце Лянь Цяо и лишившему его дыхания.

Чжун Сю уже расплакалась. Затем она сунула что-то в руку Сюй Жэньдуна и крепко сжала её. Лянь Цяо нахмурился и оттолкнул Чжун Сю:

– Что ты делаешь?!

С красными глазами Чжун Сю указала на предмет в руке Сюй Жэньдуна и резко спросила:

– Разве ты не знаешь, что я делаю?!

Лянь Цяо посмотрел в указанном направлении и увидел реалистичную деревянную куклу, спокойно лежащую рядом с Сюй Жэньдуном. Руки Сюй Жэньдуна продолжали двигаться, и он случайно оттолкнул её. Кукла в ужасе скатилась с кровати. Чжун Сю подпрыгнула, чтобы поймать её и снова вернуть в руки Сюй Жэньдуна.

Лянь Цяо сузил глаза:

– Что это? Реквизит?

Чжун Сю удивилась:

– …Ты не знаешь, что это такое?

Лянь Цяо был раздражён:

– То, что я знаю, не имеет значения. Ключ в том, сможет ли эта штука спасти его или нет?

Чжун Сю молчала. Сюй Жэньдун двигался и вообще не мог держать куклу. Она не знает, будет ли это полезно, но теперь у неё не оставалось другого выхода.

Время ползло, как липкая грязь, и каждая минута тянулась очень медленно. Лянь Цяо приходилось смотреть в свой телефон почти каждую минуту. С тех пор, как он был разбужен Чжун Сю в пять часов утра и увидел, что Сюй Жэньдун погрузился в кошмар, прошло уже полчаса.

За эти полчаса у Сюй Жэньдуна сначала появился кровавый след на лице, а затем из ниоткуда появилась большая дыра в животе. Он прикрыл живот руками, и из-под его пальцев продолжали вытекать небольшие струйки крови, быстро пропитывая его одежду и простыни кроваво-красным цветом. Одно только зрелище этого количества крови было таким шокирующим. Лянь Цяо пытался разбудить его бесчисленными способами, но все они были напрасны. Сюй Жэньдун всегда плотно закрывал глаза, глубоко хмурился, дышал иногда быстро, а иногда внезапно сдерживал дыхание, как будто задыхаясь.

То, чего больше всего боялся Лянь Цяо, всё же произошло. Он мог только смотреть, как страдает Сюй Жэньдун, но ничего не мог сделать. Это привело его в крайнее отчаяние.

Эти двое уставились на Сюй Жэньдуна, и никто не говорил. В комнате было душно и гнетуще, и можно было услышать только яростный задыхающийся звук Сюй Жэньдуна. Периодически раздавались болезненные хрипы. Всякий раз, когда Сюй Жэньдун издавал болезненный крик, два человека рядом с ним не могли не хотеть сделать шаг вперёд, но они могли только резко подавить этот порыв.

На теле Сюй Жэньдуна продолжали появляться свежие раны, и его лицо побледнело. Все могли видеть, что физическая сила Сюй Жэньдуна постепенно ослабевает. Подъёмы и опускания его груди часто внезапно прекращались, а степень борьбы и скручиваний становилась всё меньше и меньше. Выражение лиц Лянь Цяо и Чжун Сю становилось всё более отчаянным.

Неизвестно, сколько времени это заняло, но вдруг деревянная кукла в руке Сюй Жэньдуна издала тихий «щелчок». Лянь Цяо и Чжун Сю вместе посмотрели на ладонь Сюй Жэньдуна и увидели, что голова куклы раскололась посередине и что трещина продолжает распространяться вниз по переносице и горлу. Вскоре вся кукла полностью раскололась пополам и упала на кровать.

А потом, в то же время.

– Угх… – Сюй Жэньдун резко открыл глаза, глубоко вздохнув, как если бы он был тонущим человеком, который наконец всплыл на поверхность.

– Жэньдун! – Лянь Цяо чуть не бросился перед ним от радости. — Наконец-то ты проснулся!

Светло-карие глаза натянуто мерцали. Сюй Жэньдун ещё не полностью очнулся от кошмара и просто тупо смотрел в потолок. Раны на его теле быстро заживали, большая дыра в животе исчезла, а на одежде остались только шокирующие пятна крови.

Чжун Сю вздохнула с облегчением и молча убрала треснувшую деревянную куклу.

Сюй Жэньдуну потребовалось много времени, чтобы расслабиться, и его пересохшие губы двигались вверх и вниз. Лянь Цяо быстро наклонился и приложил ухо к губам.

Сюй Жэньдун шёпотом сказал:

– Воды…

– Сейчас! – Лянь Цяо быстро принёс стакан с водой и помог ему сесть.

Сюй Жэньдун, казалось, только что сбежал из пустыни, выпив целый стакан воды. Наконец, зрачки расплывчатых глаз постепенно сфокусировались. Он безучастно взглянул на Лянь Цяо, затем на Чжун Сю, и внезапно его лицо изменилось. Он закрыл голову руками.

– Ещё болит? – Лянь Цяо притянул его к себе и успокаивающе сказал: – Всё в порядке, ты очнулся, он тебя больше не поймает, ты в безопасности, ты в порядке… – Он продолжал повторять фразу «ты в порядке». Его голос постепенно сменился с дрожи на спокойствие, как будто он утешал Сюй Жэньдуна одновременно с собой.

У Сюй Жэньдуна сильно раскалывалась голова. Он вспомнил, что только что его преследовал Фредди на улице Вязов. В его животе открылась большая дыра, и он получил более дюжины ножевых ранений в руки и ноги. Но Фредди не спешил убивать его и продолжал давать ему убежать в игре в кошки-мышки, неоднократно возвращаясь, чтобы нанести ему ещё несколько ударов то тут, то там. В конце концов он упал на землю от истощения. Фредди тоже устал играть и нанёс ему смертельный удар по голове, расколов ту пополам.

Прикосновение мозговой плазмы, просачивающейся из щели в черепе, всё ещё задерживалось на его нервных окончаниях. Сюй Жэньдун потёр лоб, только чтобы почувствовать, что его скальп онемел, а глубокая часть его мозга всё ещё слегка дрожала.

Но почему он остался жив?

Он думал, что снова увидит Лянь Цяо в лифте, но никак не ожидал, что будет всё ещё лежать на кровати в спальне. Некоторое время он не реагировал, затем повернул голову и взглянул на Чжун Сю. Он удивлённо спросил:

– Почему ты здесь?

Чжун Сю была ошеломлена, показывая несколько тонкое выражение лица. Сюй Жэньдун внезапно почувствовал, что атмосфера была неподходящей, а затем услышал голос Лянь Цяо, который подавлял гнев, и сказал:

– …Это её комната.

Сюй Жэньдун удивлённо расширил глаза и ещё раз убедился в том, что его окружает. Он понял, что это действительно была комната, в которую переехала Чжун Сю. Он вспомнил, что прошлой ночью ускользнул, чтобы увидеть Чжун Сю, а затем заснул в её комнате. Когда Чжун Сю тоже спала, она, вероятно, проснулась от его крика во сне и поэтому позвала Лянь Цяо, чтобы тот подошёл.

Он посмотрел на себя. Большая дыра в его животе исчезла, а левая рука больше не болела. Он не мог не задаться вопросом:

– Почему все мои раны зажили…?

– Я использовала куклу, – прошептала Чжун Сю.

Оказывается, с помощью куклы можно не только кого-то воскресить, но и вылечить все травмы. Сюй Жэньдун считал, что этот предмет намного проще в использовании, чем его способность возрождения, по крайней мере, инстанс не нужно полностью перезапускать, и это сэкономит так много времени.

Ведь это было что-то полученное ценой человеческой жизни. Смерть ключевого игрока очень ценна.

У Сюй Жэньдуна внезапно возник порыв убить президента и схватить его куклу.

…Подожди-подожди…

В этот момент что-то мелькнуло в голове Сюй Жэньдуна и заставило его чувствовать себя крайне неловко. Но какое-то время он не мог уловить, что это было, а только чувствовал, что это что-то очень важное.

Голова снова начала болеть.

Он бессознательно нахмурился, и его взгляд бессознательно остановился на Чжун Сю. Чжун Сю ошиблась и осторожно извинилась:

– Извини, я опрометчиво использовала куклу по собственной воле…

Сюй Жэньдун пришёл в себя и небрежно спросил:

– У тебя есть ещё несколько?

Чжун Сю:

– Нет.

Это означало, что Чжун Сю использовала на нём единственный спасительный предмет, который у неё был.

Сюй Жэньдун почувствовал очень сложные эмоции в своём сердце. Он повернул голову и перестал смотреть на неё и сказал тихим голосом:

– Спасибо.

Чжун Сю улыбнулась и не ответила.

Лянь Цяо рядом с ним вдруг спросил:

– Вы закончили? – Его голос был немного холодным, совсем не таким, как обычно.

Сюй Жэньдун:

– А?

Лянь Цяо схватил его за руку и потащил с кровати:

– Я хочу тебе кое-что сказать, пойдём со мной.

Сюй Жэньдун был сбит с толку, и его потащили обратно в их спальню. Лянь Цяо сильно хлопнул дверью, и дверной косяк затрясся. Сюй Жэньдун почувствовал, что Лянь Цяо в этот момент был чрезвычайно раздражителен, и подсознательно отпрянул.

Конечно же, когда Лянь Цяо обернулся, его брови были нахмурены, а глаза полны мании. Он выглядел таким свирепым, что казалось, прыгнет на него в следующую секунду. Его голос был низким, подавляя ярость:

– Что, чёрт возьми, ты пытаешься сделать!?

Сюй Жэньдун чувствовал себя необъяснимым:

– Что ты имеешь в виду?

Лянь Цяо сузил глаза и подошёл ближе. Сюй Жэньдун подсознательно отступил назад. Вскоре его спине стало холодно, и он был вынужден забиться в угол. Это чувство, что ему некуда бежать, заставило его запаниковать. Он инстинктивно хотел повернуть голову и убежать, но Лянь Цяо внезапно сильно сжал его плечи и прижал к стене.

– У! – Движения Лянь Цяо были очень грубыми. Плечо Сюй Жэньдуна было повреждено им, поэтому он не мог не оттолкнуть его назад. – Ты хочешь что-то сказать?!

Лянь Цяо усмехнулся:

– Разве я уже не говорил этого? Ты слушал? Ты только что пообещал мне не видеться с ней, но когда я заснул, ты побежал к ней в комнату, чтобы поговорить наедине?!

Сюй Жэньдун удивился. Он хотел объяснить, но как только открыл рот, ничего не вышло.

Что он должен сказать? Он пошёл к Чжун Сю, потому что она предупредила его, что есть проблема с Лянь Цяо, и попросил его быть осторожным?

Лянь Цяо посмотрел на нерешительное выражение лица Сюй Жэньдуна, и в его глазах мелькнула рана. Он почти стиснул зубы и спросил:

– У тебя остались старые чувства к ней, тогда кто я?

Сюй Жэньдун:

– Ты неправильно понял! Она не…

Лянь Цяо прервал его:

– Неправильно! Это она говорила по телефону в тот день, верно?!

Лянь Цяо имел в виду день, когда они подтвердили отношения. Сюй Жэньдун решительно отрицал:

– Нет! В тот день…

Лянь Цяо всё больше и больше приходил в бешенство:

– Ты лжёшь! Я слышал, как ты называл её «Учитель» по телефону!

Он вообще не слушал объяснения и сжал пальцы на плече Сюй Жэньдуна. Мужчину болезненно ущипнули, и его эмоции стали раздражительными:

– Я сказал, что это не так! Это воспитательница из моего приюта! Человек, который меня вырастил!

Глаза Лянь Цяо были потрясены:

– Она вырастила тебя? Потом вы сошлись? – Шок в его глазах моментально сменился яростью. – Разве это не значит, что она гребаная педофилка?! Что, чёрт возьми, эта женщина сделала с тобой!? Что вы, ребята, на самом деле сделали…

Слово «педофилка» вызвало у Сюй Жэньдуна сильное физическое отвращение. Вдобавок к своему гневу, он почувствовал, что теряет контроль над собой, и строго выругался:

– Ты что, блять, не можешь говорить по-человечески! Почему ты сходишь с ума! Разве ты не можешь успокоиться и выслушать меня, чтобы я мог объяснить!

Он сильно толкнул Лянь Цяо, пытаясь вырваться из-под давления его рук, но Лянь Цяо, казалось, потерял рассудок и отчаянно сжал его плечи, почти сломав суставы.

Лянь Цяо закричал на него:

– Нет! Я только теперь узнал, что такой большой идиот! Я не должен был позволять тебе отвечать на звонок в тот день! Я должен был столкнуть тебя вниз и трахать, пока ты не заплачешь и не станешь молить о пощаде. Тогда у тебя не хватит сил найти кого-то другого!

Сюй Жэньдун был ошеломлён этими откровенными словами, а затем, прежде чем успел среагировать, на его тело упало что-то тяжёлое. Что-то мягкое прижалось к его губам, и жар разлился по его лицу.

«……» Сюй Жэньдун широко открыл глаза и забыл сопротивляться.

Лянь Цяо прильнул к его телу и яростно поцеловал, как будто был армией завоевателей. Он загнал Сюй Жэньдуна в угол, и тому не удалось спастись от нападения.

– Хм… – Плечи Сюй Жэньдуна болели, и он инстинктивно боролся. Как только освободил плечо, Лянь Цяо наконец ослабил хватку. Однако в следующую секунду он схватил руки Сюй Жэньдуна и поднял их высоко над головой, заставив того принять неприглядную позу.

Сюй Жэньдун было очень стыдно, но дикий и грубый поцелуй Лянь Цяо лишил его логики. Он стал мягким и почти не мог встать. Если бы не Лянь Цяо, удерживающий его, он боялся, что уже соскользнул бы со стены.

Он чувствовал, что сейчас не время заниматься такими вещами, но…

Но его тело не могло не волноваться, и даже кончик его сердца дрожал.

Он не мог не ответить на поцелуй Лянь Цяо, принимая бурное наступление. Под его юным и неуклюжим принятием Лянь Цяо постепенно стал менее грубым, а его губы и зубы окрасились нежным и долгим смыслом.

Сюй Жэньдун хотел обнять его за шею и хорошенько поцеловать. Он пошевелил запястьями, но Лянь Цяо неправильно понял, его желание, и вместо этого сжал сильнее.

Сюй Жэньдун был раздавлен им и слегка нахмурился. Двое влюблённых явно отвечали взаимностью на чувства друг друга, но каким-то образом что-то подобное должно было произойти…. Лянь Цяо был действительно….

Его мозг чувствовал небольшую гипоксию. Сюй Жэньдун не мог подобрать слов, чтобы описать Лянь Цяо, но просто чувствовал, что ситуация была одновременно смешной и беспомощной.

Его тело лёгкое и порхает, словно стоит в облаках. Горячая температура тела Лянь Цяо возникла между двумя близкими телами, и то же обжигающее дыхание ударило по кончику носа Сюй Жэньдуна, заставив его дышать быстрее. В глубине его мозга прокатывались волны головокружения, и он постепенно не мог дышать, с головокружением думая:

Так это поцелуи, ах…

Это так мило.

Сюй Жэньдун закрыл глаза в сладком головокружении и почувствовал поцелуй всем своим телом и разумом. Его дыхание становилось всё короче и короче, и он чувствовал небольшое стеснение в груди. Но всякий раз, когда ему хотелось сделать глубокий вдох, Лянь Цяо пользовался возможностью, чтобы нырнуть глубже и заблокировать дыхание.

Так кружится голова… Я не могу дышать…

Сюй Жэньдун слабо боролся, а Лянь Цяо всё ещё крепко держал его, без каких-либо признаков расслабления. Его грудь была так сдавлена, что он не мог двигаться. Он мог только поднять единственную подвижную ногу и легонько пнул Лянь Цяо. Неизвестно, куда он ударил, но Лянь Цяо наконец сдвинулся с места.

Дыхание, которое было под рукой, вдруг стало тяжёлым. Сразу после этого Лянь Цяо выпустил его руку и ущипнул его за талию.

Все тело Жэньдуна было мягким.

…Было ли это компенсацией за обиду?

Сюй Жэньдун беспомощно думал об этом, пока его сознание постепенно дрейфовало.

Окончательно…

Пронизывающий холод заставил его проснуться.

Сюй Жэньдун внезапно открыл глаза, безучастно глядя на туман, заполнивший всё вокруг, и на знакомый маленький дом с красной крышей и белыми стенами перед ним.

Из тумана появились пять мерцающих бритв, и в то же время раздался удивлённый голос.

– Ты действительно осмелился вернуться.

Сюй Жэньдун: «???»

Его реакция была полна гнева: «Бля, я только что потерял сознание, я не собирался спать, хорошо!?»

Спираль смерти [BL] Глава 73. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (9)

Глава 73. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (9)

Без какого-либо напряжения Фредди быстро убил Сюй Жэньдуна.

Вернувшись в лифт, он ещё не оправился от боли. Только когда Чжун Сю тихо сказала: «Я его бывший учитель», Сюй Жэньдун поднял голову и увидел странный цвет, вспыхнувший в глазах Лянь Цяо. Он вдруг понял, о чём тот думал. Сюй Жэньдун мгновенно разозлился, хлопнул Лянь Цяо по руке и холодно сказал:

– Не думай о странных вещах, она не моя бывшая.

Лянь Цяо: «???» Я ничего не сказал!

Добравшись до гостиной виллы, они снова увидели знакомую сцену. Четверо членов киноклуба столпились вместе, а Рок-Монах качал головой под музыку в наушниках, погрузившись в свой маленький мир. Остальные сидели или стояли, все с разными выражениями.

После некоторого знакомства все по отдельности осмотрели окрестности и, наконец, собрались в солнечной комнате на верхнем этаже. За стеклянной навесной стеной по-прежнему стояла бездонная тьма, и ревел дикий ветер, заставляя людей мёрзнуть. Пятнадцать стульев были расставлены в круг, и на один из стульев был положен лист бумаги.

Сюй Жэньдун подошёл прямо к стулу и взял записку. На листе было то же содержание, что и раньше.

Заметки для тренировочного лагеря «Отваги»:

1. Тема этого номера: глубочайший ужас в сердце. 2. Содержание мероприятия: пожалуйста, выключайте свет в 00:00 каждую ночь, рассказывайте историю о привидениях в стеклянной комнате и сталкивайтесь с ужасом в своём сердце. Делитесь хотя бы одной историей каждую ночь. 3. Дружеское напоминание: история не может повториться, кто-то умрёт. История не должна быть не страшной, кто-то умрёт. 4. Шучу.

Сюй Жэньдун неоднократно просматривал содержание бумаги, обобщая имеющуюся у него информацию.

Истории о привидениях нужно рассказывать каждую ночь. Это жёсткое требование. Если вы этого не сделаете, произойдёт землетрясение, и игра закончится для всех участников. Рассказанная история о привидениях сбудется, если она была страшной. Призрак придёт, чтобы убить людей в реальности, согласно сюжету истории. Однако если история не была страшной, то рассказчик превратится в ледяную скульптуру и разобьётся на месте.

Таким образом либо каждый день добавлялся новый элемент хоррора, либо человека убивали на месте. Вне зависимости от того, была ли эта страшилка правдой или нет, сложность инстанса возрастает в геометрической прогрессии. Самое главное – это начало. Сюй Жэньдун был очень несчастен в последней реинкарнации, потому что президент-идиот выбрал очень сложное начало «адского уровня». Сеттинг «Кошмара на улице Вязов» был просто непонятен. Даже если вы сбежите с помощью марионетки, Фредди всё равно убьёт вас во второй раз, когда вы заснёте.

Когда он подумал об этом, то почувствовал такой гнев, но ему негде было его выразить.

После того, как все посмотрели записку, она снова самопроизвольно воспламенилась, превратилась в пепел и унеслась ветром. Президент сразу сказал:

– В любом случае, мне сначала попробовать? Если со мной что-нибудь случится…

Сюй Жэньдун немедленно ударил его ногой и повалил на пол.

Президент: «???»

Все: «???» Почему вы начали с драки?

Сюй Жэньдун говорил спокойно под испуганными и подозрительными глазами всех. Он говорил серьёзным и искренним голосом:

– Не говори таких вещей, это к несчастью. Разве ты не знаешь, что означает фраза «Если три человека скажут, что в городе есть тигры»? Если хочешь проклясть себя, пожалуйста, закрой дверь и произноси ругательства, которые только ты можешь услышать.

Все широко раскрыли глаза от удивления, рот президента тоже был широко открыт. Он сел на пол и забыл встать.

Лянь Цяо чувствовал, что эта сцена очень знакома – о, если подумать, босс Жэньдун в инстансе с русской матрёшкой тоже подошёл и пнул кролика. В это время кролик точно так же сидел на земле, ошеломлённо глядя на большого босса.

…Босс по-прежнему имеет буйный нрав.

Но, подумав об этом, босс имел большой смысл! «Если три человека скажут, что в городе есть тигры» буквально означает, что ложь, которую распространяли трое, станет правдой. Поместив это в мир призраков, не исключено, что он поднимет Флаг, который будет собран в течение нескольких секунд.

Оказывается, босс спасал людей!

Лянь Цяо посмотрел на Сюй Жэньдуна с чувством гордости в глазах, а уголки его губ слегка приподнялись.

Сюй Жэньдун проигнорировал потрясённые взгляды всех и спокойно объявил:

– Я расскажу первую историю. Если вы хотите спросить, почему, потому что я босс девяти уровней.

Все были ошеломлены его властным заявлением и подумали про себя, что это действительно удивительно, что кто-то смог пережить девять инстансов, поэтому они не осмелились сразу заговорить.

Таким образом, Сюй Жэньдун успешно свергнул босса с его поста и стал первым рассказчиком историй о привидениях.

У Сюй Жэньдуна было общее представление о том, как начать игру на этот раз. Часовая стрелка едва приблизилась к двенадцати часам, все огни мгновенно погасли, и стеклянная комната снова погрузилась в абсолютную темноту. Присутствующие не могли не воскликнуть, Сюй Жэньдун глубоко вздохнул и начал рассказывать свою историю.

– Давным-давно жил-был маленький мальчик, потерявший мать. Как и во всех сказках, его отец вскоре женился на другой женщине, и в дверь вошла мачеха. Вскоре после этого появилась прекрасная сестра по имени Мэриан…

Сюй Жэньдун выбрал историю «Можжевельник», рассказанную Рок-Монахом, но он не скопировал в точности оригинальную историю, а вместо этого немного изменил её.

В темноте толпа собралась в круг. Сюй Жэньдун медленно ходил по кругу позади всех. Голос у него был низкий и глухой, то приближающийся, то удаляющийся, близкий и далёкий, такой же непредсказуемый, как ветер, бьющий в окно.

Все внимательно прислушивались к этому призрачному тону и чувствовали, что у них похолодели спины, как будто что-то подкралось к ним по спине.

– …Мачеха сказала: «Яблоко в ящике, иди и возьми». Маленький мальчик невинно засунул голову в ящик, услышав, что она сказала. В этот момент мачеха вдруг с силой закрыла крышку…

Сюй Жэньдун подошёл к стеклянной двери. Он схватился за дверную раму и захлопнул дверь. Все были не готовы и оказались настолько напуганы громким шумом, что некоторые люди даже упали со стульев со слабыми ногами.

Сюй Жэньдун с удовлетворением слушал быстрые вздохи толпы и продолжал описывать жутким голосом:

– Шея маленького мальчика была раздавлена вот так. Бедный мальчик, его голова отпала и закатилась в ящик. Кровь брызнула из сломанной шеи, пропитав всю голову красным, действительно похожим на красное яблоко.

Все: «……» Я знаю, что это неправда, но почему звуковые эффекты такие хорошие!

История продолжалась. Сюй Жэньдун шёл всё дальше и дальше по нарочито страшной дорожке, некоторое время царапая ногтями по стеклу, издавая резкий звук, а затем задушив чью-то шею рукавом, сказав ему, что с дерева упало золотое ожерелье.

Наконец, история вот-вот должна была достичь кульминации в конце.

– Эта порочная женщина чувствовала себя виноватой в том, что убила пасынка. Весь день она была беспокойной. Послушав мужа и дочь, она тоже решила познакомиться с этой волшебной птицей…

Голос Сюй Жэньдуна становился всё ниже и ниже, и он едва заметно плыл за толпой. Его пальцы пробегали по спине толпы, если ничего не происходило, вызывая волну дрожи. В этом иммерсивном 5D-фильме о привидениях все были так напуганы, что не осмеливались громко дышать. Все были в холодном поту, дрожа и ожидая конца истории.

Сюй Жэньдун:

– Тогда с неба упал мельничный жернов…

В этот момент внезапно зажглись все огни!

Сюй Жэньдун был ошеломлён, и стул, высоко поднятый в его руке, резко остановился в воздухе.

Почему всё закончилось? Он также хотел случайным образом выбрать удачливого зрителя и убить его на месте. Кстати говоря, кто знал, кем окажется этот счастливый зритель…

Сюй Жэньдун посмотрел вниз и встретился с испуганным взглядом президента.

В следующую секунду президент побледнел и потерял сознание с «Ин!».

Сюй Жэньдун молча опустил стул, разводя руками в жесте: «Вы все это видели, я ничего не делал».

Все: «……»

Сюй Жэньдун в глубине души сожалел об этом. Если бы он знал, что он стоит за президентом, то какая разница, загорится свет или нет, если бы он опустил стул, он всё равно мог бы получить куклу даром. Какая потеря.

Чем больше он думал об этом, тем больше он чувствовал себя огорчённым, поэтому, когда он вернулся к Лянь Цяо, он был полон обид.

Лянь Цяо: «……» Почему ты сегодня такой раздражительный, большой босс?

Остальные трое членов киноклуба поспешно вышли вперёд, чтобы помочь президенту подняться. Две девушки и один парень звали президента одновременно. Сцена была очень трогательной. Присутствующие не хотели смотреть на это и все смущенно отводили лица.

Рок-Монах сказал:

– И это всё?

Сюй Жэньдун сказал:

– Так и должно быть. Миссия окончена, возвращайся и отдыхай, – Подумав, он добавил: – Кстати, если увидите ящик, не засовывайте внутрь голову.

Лянь Цяо внезапно протянул руку и слабо сказал:

– …Такой ящик?

Все посмотрели в сторону его пальцев, и мгновенно их лица изменились. Они увидели, как перед пустой стеклянной дверью внезапно появился тёмный деревянный ящик. Он был похож на сундук с сокровищами в игре, размером с чемодан. Все посмотрели друг на друга, и у всех в сердце была одна и та же мысль: история о привидениях сбылась!

Сюй Жэньдун не удивился этому, а, наоборот, очень обрадовался. На данный момент объяснение можно опустить, и теперь у каждого должно быть глубокое понимание того, что на самом деле означает фраза «Если три человека скажут, что в городе есть тигры».

Все подошли к деревянному ящику и вдруг услышали «скрип». Деревянный ящик неожиданно открыл крышку. Внутри было темно, и вы не могли увидеть внутреннюю часть ни под каким углом. Кто-то вынул телефон и включил его в режим фонарика, чтобы светить в него, но деревянный ящик на самом деле выглядел как чёрная дыра, поглощающая весь свет, и всё равно выглядела тёмной.

Лянь Цяо удивился:

– А? Чёрное тело?

Сюй Жэньдун удивлённо посмотрел на него, и Лянь Цяо объяснил:

– Это концепция физики. Это означает, что как только свет попадёт в чёрное тело, он будет преломляться бесчисленное количество раз, и, наконец, весь свет будет захвачен внутри чёрного тела и не может быть пойман глазами людей снаружи. Поэтому снаружи чёрное тело внутри абсолютно тёмное.

Все были удивлены, и Чжун Сю также восхищенно сказала:

– Ты так хорошо осведомлён.

Сюй Жэньдун привык к запасу знаний Лянь Цяо, поэтому он очень спокоен. Неожиданно Лянь Цяо нахмурился, коснулся подбородка и задумался:

– Но чёрное тело не должно быть такой структурой, оно не соответствует законам физики…

Сюй Жэньдун со смехом сказал:

– Здесь есть даже призраки, а ты всё ещё вспоминаешь о законах физики?

Лянь Цяо подумал об этом и рассмеялся:

– Ты прав, это я слишком много думаю.

Внезапно кто-то отреагировал:

– К счастью, в истории, которую ты только что рассказал, не было привидений! В противном случае…

Внезапно всех осенило, и они испугались и восхитились интеллектом Сюй Жэньдуна. Сюй Жэньдун спокойно взглянул на президента киноклуба. Бедный ребёнок только что очнулся, и его обнимали справа и слева. Когда босс холодно посмотрел на него, его глаза закатились, и он снова потерял сознание.

…Какого чёрта?

Сюй Жэньдун вспомнил смелое выступление президента в последней реинкарнации и быстро понял: он играл.

И действительно, второй обморок президента вызвал сильное недовольство трёх членов киноклуба. Гей-участник B сердито подошёл, указал пальцем на нос Сюй Жэньдуна и выругался:

– Почему ты такой?! Почему ты нацелился на нашего президента? Ты завидуешь нашему президенту, который высок и красив!

…Это действительно «миражи появляются в глазах влюблённых».

Сюй Жэньдун взглянул на лежащего на полу президента, думая, что твой президент не так хорош, как Лянь Цяо. Он полностью упустил из виду тот факт, что сам открыл фильтр влюбленного 800-го уровня.

Член В показывал указательным и мизинцем вместе и довольно долго ругал. Сюй Жэньдун почувствовал нетерпение и нахмурился. Но как раз в этот момент Лянь Цяо взял стул, холодно посмотрел на члена В и прямо пригрозил:

– Продолжай ругаться, и я отправлю тебя прямо на небеса.

Участник В всё понял, и его маленькое лицо побледнело. Он отполз к своим друзьям, а две другие девушки смотрели на них с негодованием, пытаясь убить их своими глазами.

Сюй Жэньдун почувствовал, что это нехорошо, поэтому сказал всем:

– Извините, мой друг не может контролировать свои эмоции.

Все вздохнули с облегчением, подумав, что босс всё ещё великодушен.

Сюй Жэньдун снова сказал в следующем предложении:

– Так что вы должны быть вежливы со мной. Если вы будете обзывать меня, он нападет на вас.

Лянь Цяо швырнул стул на пол и молочно-яростным голосом рявкнул:

– Правильно!

Все: «……»

Рок-Монах внезапно рассмеялся и сильно похлопал двоих по плечу:

– Вы действительно уникальны, мне это нравится!

После такого фарса все немного устали. Особенно Сюй Жэньдун, который не отдыхал четыре или пять дней подряд. После того, как он, наконец, заснул и Фредди преследовал его всю ночь, весь его образ был просто нехорошим.

Причина, по которой он потерял сознание, была в основном из-за физического истощения.

Сюй Жэньдун никогда бы не признал, что потерял сознание из-за поцелуя Лянь Цяо. Что за шутка, это не соответствует его характеру девятиуровневого босса!

Короче говоря, сегодня он, наконец, может спать спокойно. Сюй Жэньдун лёг между Лянь Цяо и Чжун Сю и радостно сказал «спокойной ночи». Он почти заснул, как только коснулся подушки, и вскоре беспокойная лапа коснулась его ключицы.

Без колебаний Сюй Жэньдун сбил Лянь Цяо ногой.

Лянь Цяо:

– Эй! Босс, я был неправ!

Через некоторое время Чжун Сю:

– Жэньдун, ты спишь?

Сюй Жэньдун очнулся в оцепенении, поднял ногу и пнул Чжун Сю.

Чжун Сю: «???»

Лянь Цяо:

– Ха-ха-ха-ха-ха! Боги никого не щадят!

Ночь наконец стихла.

Спираль смерти [BL] Глава 74. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (10)

Глава 74. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (10)

Сюй Жэньдун думал, что сможет сегодня хорошо выспаться, но не ожидал, что его снова разбудят в два часа ночи.

Квартет киноклуба снова выставили себя дураками.

Когда прибыло трио Сюй Жэньдуна, перед комнатой киноклуба уже снова собралась большая толпа зевак. Это была знакомая сцена, поющая знакомую мелодию. Как и прежде, президент примчался и был отброшен ногой Лянь Цяо.

В отличие от прошлого раза, на этот раз на кровати не было кричащей девушки, покрытой ранами. Беда всё так же произошла с трусливой и деликатной участницей А, но место преступления было изменено на ванную. На унитазе лежало обезглавленное женское тело. Её руки свисали по бокам, а шея была похожа на сломанный кран, из которого хлестала кровь, окрашивая напольную плитку туалета в ярко-красный цвет.

Способ смерти члена А был точно таким же, как и у маленького мальчика в истории о привидениях Сюй Жэньдуна, и выражения всех лиц изменились, когда они увидели это.

– Блять, разве это был  не ящик? Как он стал туалетом?!

– Я даже не могу пользоваться туалетом? Что нам делать?! Чёрт, я хочу пописать прямо сейчас!

– Это ужасно, но мне хочется смеяться…

Сюй Жэньдун беспомощно посмотрел на президента:

– Что опять произошло на этот раз?

Все: «?» Почему ты говоришь «опять»?

Президент вытер кровь и слёзы с лица:

– Она… она встала посреди ночи, чтобы пойти в туалет, и тут ей оторвало голову крышкой унитаза…

Сюй Жэньдун заглянул в унитаз. Там было чисто и головы не было:

– Где оторванная часть?

Президент в шоке сказал:

– Изнутри появилась рука и… затащила голову внутрь…

– Рука? – Сюй Жэньдун был ошеломлен. – Откуда появилась рука?

Президент не ответил. Сюй Жэньдун посмотрел на двух других людей из киноклуба, и они молча повернули головы со смущёнными лицами. Через некоторое время гей-участник B прошептал:

– Она не осмелилась сходить в туалет одна, поэтому президент пошутил над ней и сказал: «Ты боишься, что из туалета вылезет рука?»…

Все: «……» Ты действительно талантлив, даже смеешь так шутить в такое время.

Лянь Цяо коснулся своего подбородка и сказал:

– Похоже, что «Если три человека скажут, что в городе есть тигры» действительно состоит из трёх человек, которые создают тигра. Не только история о привидениях, рассказанная в двенадцать часов, становится правдой, но и до тех пор, пока рассказываются истории о привидениях, которые слышат более трёх человек, они становятся правдой.

Все:

– …Разве это не усложняет задачу?!

Сюй Жэньдун почувствовал себя беспомощным и мрачно посмотрел на президента:

– Ребята, вы настолько свободны, что у вас действительно есть время обсудить, есть ли руки в унитазе?

Президент:

– Поскольку мы готовились, то смотрели «Из темноты…».

Сюй Жэньдун: «?»

Лянь Цяо объяснил ему:

– Фильм ужасов с актёром Стивеном Чоу.

– Да, это оно! «Из темноты»! – услышав это, президент мгновенно приободрился: – Ты тоже это видел, какое совпадение!

Сюй Жэньдун: «……» Сколько фильмов о привидениях вы посмотрели, прежде чем пришли?

Но он так и не осмелился задать этот вопрос. Если он сообщит о череде призрачных фильмов вроде блюд по рецепту, то всё будет кончено, и они смогут снова встретиться в лифте.

Думая об этом, он невольно посмотрел на президента: «Конечно же, я должен был убить тебя первым!»

Президент был так напуган кровожадным взглядом Сюй Жэньдуна, что его ноги смягчились, и он опустился на колени прямо перед ним. Сразу же снова началось представление, он бил себя в грудь и кричал:

– Это я во всём виноват! Я убил её! Я не компетентный президент! Вуууууу…

Сюй Жэньдун не стал обращать на него внимания, но увидел, что Лянь Цяо задумчиво смотрит на унитаз. Он вдруг повернул голову и спросил:

– Шоколад есть?

– У меня есть немного, я сейчас принесу. – Девушка вернулась в свою комнату и принесла две шоколадки: – Зачем тебе шоколад?

Лянь Цяо сказал:

– Я хочу провести эксперимент. Вы все уходите с дороги.

Сюй Жэньдун показал озадаченные глаза, а Лянь Цяо улыбнулся ему:

– Я хочу пойти и «соблазнить».

Сюй Жэньдун мгновенно понял. Он кивнул и вместе со всеми отступил на два шага. Он увидел, как Лянь Цяо наклонился, извинился перед женским трупом, а затем медленно положил её на плитку пола. Он достал шоколадку, а затем изобразил труп женщины, лежащей на сиденье унитаза и просунувшей туда голову.

Практически в тот момент, когда он прощупывал, все только почувствовали перед собой вспышку и бледная рука выскочила из унитаза и направилась прямо в лицо Лянь Цяо!

Все были потрясены. К счастью, реакция Лянь Цяо была очень быстрой, и, прежде чем руки коснулись его, он нырнул назад. Из его рта всё ещё вырывалось ругательство «бля». Сердце Сюй Жэньдуна сжалось, и он собирался сделать шаг вперёд, чтобы помочь, но тут увидел, как Лянь Цяо поднял руку и бросил шоколад в протянутые руки. В тот момент, когда шоколад попал в руку, все ясно услышали жуткий крик. Сразу после этого руку как будто обрызгали серной кислотой и сверху вниз пошёл горячий пар. Постепенно он превратился в кусок мяса странной формы и упал обратно в унитаз.

Все были в шоке:

– Что случилось?

– Что только что произошло?

– Как это сработало?

– Призрак был убит шоколадом?

Сюй Жэньдун поднял Лянь Цяо с пола и осмотрел с ног до головы, чтобы убедиться, что тот не ранен:

– Ты в порядке?

Лянь Цяо махнул рукой:

– Всё в порядке, просто туалетная вода попала мне на лицо, так что я не мог не выругаться.

Сюй Жэньдун на некоторое время потерял дар речи, затем вытер лицо полотенцем. Все с любопытством спрашивали:

– Почему призраки боятся шоколада?

Лянь Цяо удивлённо спросил:

– Вы никогда не смотрели «Из темноты»?

Он огляделся, и все, кроме членов киноклуба, покачали головами, включая Сюй Жэньдуна и Чжун Сю. Лянь Цяо объяснил:

– «Вам нужно использовать полиэтиленовую плёнку, чтобы ловить призраков, и шоколад, чтобы убивать призраков» – это классическая фраза из фильма «Из темноты». «Разве у Мастера Сина нет горшка с цветами, который можно использовать для охоты на призраков»… Неужели никто из вас его не видел? Даже когда были молоды?

Все посмотрели друг на друга. Сюй Жэньдун на мгновение задумался:

– Ты имеешь в виду, что призраки, которые приходят из историй о привидениях в реальность, будут полностью придерживаться сеттинга истории?

– Так должно быть, – Лянь Цяо кивнул: – Однако сложность, кажется, возрастает, иначе крышка унитаза не сможет заманить людей в ловушку.

Толпа замолчала. Рок-Монах вздохнул:

– Позже, не будет ли потом рассказывать истории о привидениях всё труднее и труднее?

Сюй Жэньдун сказал:

– В любом случае, давайте вернёмся отдохнуть.

Он не выспался и теперь был сонным.

Все выразили своё одобрение и один за другим вышли из комнаты.

Сюй Жэньдун немного подумал, а потом повернулся. Три человека в киноклубе плакали и собирали труп члена А. Когда увидели, что Сюй Жэньдун возвращается, они были так напуганы, что сразу же замолчали. Особенно президент, которому пришлось встать на колени, когда у него подкосились ноги.

Сюй Жэньдун взял его за шиворот и холодно сказал:

– Отныне тебе нельзя говорить. Если ты посмеешь сказать ещё хоть слово, я зашью тебе рот иглой. Ты бы видел… – Он хотел найти пример из фильма, чтобы дать президенту представление о образах, но застрял на две секунды и не смог придумать название. У него не было другого выбора, кроме как смущённо, но хладнокровно ответить: – …тот фильм.

Президент не знал, что делать, и его лицо мгновенно побледнело. Он многозначительно кивнул.

Сюй Жэньдун был очень доволен его ответом и небрежно швырнул его на пол, а затем изящно ушёл. Чжун Сю, наблюдавшая за этим, вдруг дёрнула Лянь Цяо за рукав и прошептала:

– Он обычно такой…?

– Что ты имеешь в виду?

Чжун Сю не знала, как сформулировать свои мысли, и на мгновение почувствовала себя запутавшейся. В конце концов она сказала:

– Например… если он найдёт кого-то неприятным, он примет меры на месте… как тайно, так и явно имея намерение убить и совсем не утруждая себя скрыть это…

– Как такое может возможно?

Жэньдун моей семьи нежный, добрый и милый, и даже выглядит так красиво, как ангел.

Но, размышляя о различных действиях босса Жэньдуна против президента, Чжун Сю кажется правой…

На Лянь Цяо внезапно нахлынула вспышка вдохновения, и он сразу же овладел душой актёра. Он завыл с грустным лицом:

– Ага! Он просто подонок! Дома обычно так, он бьёт меня кулаками и ногами, если недоволен мной хоть немного, и ругает меня каждый день! Уууууу, эти дни нельзя прожить… Ты была права, когда ушла от него…

Выражение лица Чжун Сю изменилось, и, словно уколотая невидимой иглой, она мрачно сказала:

– Неужели это так? Мне жаль.

Лянь Цяо: «А??? Почему ты извиняешься за его домашнее насилие?»

Кто ты, по-твоему, такая! Какое право ты имеешь извиняться за него!

Глядя на удручённую спину Чжун Сю, чем больше Лянь Цяо думал об этом, тем более неправильным себя чувствовал. Ему казалось, что макушка его головы позеленела, а дыхание наполнилось ароматом пастбищ.

После того, как все ушли, в комнате киноклуба председатель угрюмо прислонился к стене, а два других члена переглянулись, не зная, что сказать.

Хотя они знали, что труп исчезнет автоматически, даже если его просто выбросить, мёртвая участница А всё-таки была их другом, и она умерла в ванной, прямо за дверью.

Немного поработав с трупом, все трое сохранили ту же позу и долгое время молчали.

Гей-участник B утешил:

– Президент, не вини себя слишком сильно. Никто не хочет, чтобы что-то подобное произошло. Для человека важнее всего быть счастливым…

Гламурная  участница С посмеялась:

– Ты тоже хочешь приготовить ему тарелку лапши?

Как только её голос упал, в комнате раздалось урчание живота. Президент смущённо потрогал живот:

– Я очень голоден.

Гей-участник В застенчиво сказал:

– Тогда я найду тебе поесть.

Гламурная участница С с отвращением посмотрела на него:

– Можешь ли ты быть более тошнотворным?

Увидев, что эти двое собираются снова поссориться, президент быстро уладил вопрос:

– Ладно, ладно, хватит спорить.

Он приказал участнику В приготовить три тарелки лапши быстрого приготовления и остался в комнате, чтобы успокоить участницу С.

Хотя член В немного сопротивлялся, он всё же выслушал слова президента и послушно ушёл. Он спустился вниз один, и на кухне было тихо. Хотя свет был включен, дом казался ещё более жутким и пустым.

Участник В немного нервничал и просто хотел как можно быстрее приготовить лапшу и вернуться к тёплому Президенту Маленькому Солнышку. Он быстро нашёл три пачки лапши быстрого приготовления, налил воду в кастрюлю, но не смог зажечь её, когда попытался разжечь огонь.

Закончился газ?

Он изучал его некоторое время, но не мог понять, что происходит, а значит не мог готовить. Поэтому он пошёл искать чайник. Он вспомнил, что днём здесь кто-то кипятил воду. Но теперь чайника не нашлось, может быть, кто-то, у кого нет этики, взял его в свою комнату.

Что он мог сделать? Он даже не может приготовить лапшу быстрого приготовления?

У участника В возникла идея, и он вдруг вспомнил, что читал в интернете, как приготовить лапшу быстрого приготовления в микроволновой печи. Он снова открыл три коробки с лапшой быстрого приготовления, добавил воды и приправ, затем поставил их в микроволновую печь и нажал кнопку «Пуск».

Со звуком «гум…» в микроволновке загорелся тёплый оранжевый свет. Участник В наблюдал, как три коробки лапши кружатся в микроволновой печи, и у него появилось тёплое чувство возвращения домой.

Внезапно раздался грохот!

Дверь за его спиной внезапно закрылась.

Участник В был в ужасе. Он сглотнул и хотел оглянуться, чтобы посмотреть, что происходит позади него, но волосы на затылке встали дыбом, и он боялся оглянуться из-за страха.

Всё должно быть в порядке. Кто-то только что умер, так что не может быть другого инцидента так скоро…

Он молча утешал себя в душе, глядя прямо в микроволновую печь. Горячий пар постепенно выходил из-под бумажной крышки лапши быстрого приготовления, и предполагалось, что она скоро будет готова.

Почти готово. Оставалось ещё две минуты… одна минута… тридцать секунд… немного жарко, почему вдруг на кухне стало так душно? О, ни окна, ни вентиляции. А дверь скорее всего только что задуло ветром… В комнате станет душно, когда дверь будет закрыта…

Его глаза были прикованы к таймеру, и он тихо считал в своём сердце: 10, 9, 8…

Но как нести три коробки лапши быстрого приготовления? Надо найти поднос…

Тик, тик, тик, тик, стрелка таймера наконец дошла до цифры «0». Однако ожидаемого звука «дзынь» не последовало. Лапша быстрого приготовления в микроволновке всё ещё крутилась, а оранжево-жёлтый свет был горячим и ослепляющим.

Участник В на мгновение опешил, затем протянул руку и повернул таймер. Таймер действительно достиг конца. Он снова попытался повернуть его в обратном направлении, но микроволновка всё равно не остановилась.

…Что случилось?

В комнате становилось всё жарче и жарче, и капли пота начали сочиться из головы Участника В. Тревога в его сердце начала бешено бродить. Он запыхался и сразу пошёл открывать дверцу микроволновой печи. Раздался щелчок, и микроволновка открылась.

Наступила жара, сопровождаемая соблазнительным ароматом лапши быстрого приготовления. Желудок члена В тоже заурчал.

Казалось, ничего необычного не произошло, должно быть, он слишком много думал.

Ставя лапшу быстрого приготовления на поднос, он рассмеялся собственным мыслям. Подойдя к двери, он высвободил руку, чтобы повернуть дверную ручку.

– Хсссс! – Он отдёрнул руку от боли, и поднос в его руке с грохотом упал на пол. Вся лапша была перевернута, дымящийся бульон разлился повсюду, а несколько макаронин налипли на штанинах и ботинках члена В.

Однако ему было наплевать на лапшу, и он просто в ужасе посмотрел на свои пальцы. Его пальцы в одно мгновение обварились в несколько волдырей, а с кончиков даже отвалился кусок кожи! Но это было не потому, что лапша быстрого приготовления была слишком горячей, она не могла быть такой горячей.

Вздрогнув, он недоверчиво перевёл взгляд на дверную ручку.

Медная ручка двери стала красной! Кожа с его пальцев всё ещё оставалась прилипшей к ней и медленно скручивалась и обугливалась. Наконец она стала чёрной.

Участник В был задушен страхом, не в силах даже позвать на помощь. Он сделал несколько шагов назад, дрожа, наткнулся на что-то, а затем издал ещё один крик.

– Аааааа!

Он отпрыгнул назад и торопливо коснулся поясницы. На его руках была кровь. В его одежде также была большая дыра.

В чем дело?..

Его дыхание становилось всё горячее и горячее. Каждый вдох, который он делал, был подобен лаве, обжигающей все его дыхательные пути. Вскоре он запыхался, схватился за шею и тяжело дышал. В какой-то момент свет в микроволновой печи стал кроваво-красным, и хотя дверца была открыта, пустой противень всё ещё вращался. Микроволновка всё ещё издавала низкочастотный звук «гум…».

Член B бросился к микроволновой печи, отчаянно повернул ручку и попытался выключить микроволновую печь. Ручка тоже была ужасно горячей, пальцы издавали «шипящий» звук и даже выходил белый пар. Но в этот раз его не волновала боль в пальцах. Он изо всех сил пытался повернуть ручку, но сколько бы раз он ни пытался, тарелка микроволновки продолжала вращаться.

Горячий воздух обжёг его голосовые связки, и он не мог издать ни звука. Прикрывая шею, он попятился к двери, пытаясь открыть её ногой. Дверь вообще не двигалась.

Температура на кухне становилась всё выше и выше, и по всему его телу образовались волдыри. Они росли со скоростью, видимой невооружённым глазом.

У беспомощного парня не было выбора, кроме как попытаться выйти и выбить дверь…

Он прижался к двери, издавая звук, похожий на барбекю.

«……» Участник B закатил глаза от жары и почти потерял сознание в одно мгновение. Но чем больше чувствовал боль, тем трезвее становился. Он отчётливо слышал звук обожжённой кожи и мышц.

Больно… больно… почему так больно…

Из него всё время шёл горячий пар и испарялась вода. Вскоре у него уже не было сил бороться. Всё его тело прилипло к раскалённой двери, превратившись в обожжённый и ароматный тэппаньяки.

В то же время на втором этаже, в комнате киноклуба.

Гламурная участница C села рядом с кроватью и случайно что-то пнула. Она нагнулась и подняла предмет, удивившись:

– Эй, почему здесь электрочайник?

Президент подошёл, взял чайник и небрежно сказал:

– Разве он не в каждом номере?

Гламурная участница C была немного подозрительна:

– Правда? Как же я помню, что, когда мы пришли, на кухне был только один чайник на весь дом…

Президент поиграл с электрочайником, и в его глазах промелькнул странный блеск. Он сделал паузу на мгновение и в конце улыбнулся:

– Это такой большой дом, как может быть только один чайник? Почему он ещё не вернулся? Даже этот маленький дурак должен уметь делать что-то подобное.

«Маленький дурак» было сказано с нежностью и холодное лицо члена С мгновенно поникло.

Президент, казалось, не заметил изменения в её выражении. С надлежащим обеспокоенным выражением лица он сказал:

– Я немного волнуюсь. Я спущусь и проверю.

Спираль смерти [BL] Глава 75. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (11)

Глава 75. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (11)

Сюй Жэньдун не проспал долго, когда снова очнулся ото сна. Кто-то ещё из киноклуба действительно снова умер, но на этот раз это была особенно трагическая смерть. Этот женственный участник B был похож на обгоревшего пряничного человечка. Он застрял за кухонной дверью, и его даже нельзя было вытащить.

Рок-Монах выразил намерение прочитать священное писание. Под аккомпанемент плача президента и холодно-очаровательной участницы C, Рок-Монах начал проводить обряды для пряничного человечка. Кухня мгновенно превратилась в траурный зал, и все молча удалились.

Все собрались вокруг стола и посмотрели на время. Было пять утра. Слишком много всего произошло этой ночью, и все выглядели измождёнными, как будто за одну ночь постарели на десять лет.

Девушка молча расчёсывала волосы, и через некоторое время на её ладони появилась большая масса выпавших волос. Было темно, грязно и выглядело странно. Она выбросила волосы в мусорное ведро и сердито сказала:

– Блин, я облысею! Почему этот инстанс такой сложный! Он всё ещё хочет, чтобы люди жили?

Сюй Жэньдун несколько раз просыпался, и его настроение было очень плохим. Он заглянул на кухню и холодно сказал:

– Инстанс не сложный, главная проблема в том, что тут слишком много товарищей-свиней.

Все кивнули в знак согласия. Этот киноклуб из четырёх человек до сих пор находили все точки смерти, и все смерти вызваны ими самими. Это просто отряд самоубийц. Ключевым моментом является то, что, если вы хотите покончить жизнь самоубийством, просто совершите самоубийство. Не повышайте сложность для всей команды! Прямо сейчас не только нельзя было пользоваться туалетом, но даже микроволновая печь была бесполезна. Хотя тот призрак и боялся шоколада, шоколада просто не хватало. Если вы позволите инстансу затянуться, то не говоря уже о привидениях, одни только ежедневные физиологические потребности могут задушить всех до смерти.

Сюй Жэньдун скрестил руки на груди, его лицо было серьёзным:

– Давайте поговорим о лифте и кнопке. У кого-нибудь есть какие-либо идеи?

Он также чувствовал, что этот инстанс не был гладким. Для него прошло несколько дней, и до сих пор не было никакой подсказки ни о лифте, ни о кнопке, что действительно расстраивало.

Все безымянные прохожие очень пристально посмотрели друг на друга и, наконец, покачали головами.

Сюй Жэньдун посмотрел на Лянь Цяо:

– А ты?

Лянь Цяо задумчиво посмотрел на девушку с облысением. Сюй Жэньдун снова закричал:

– Лянь Цяо?

Лянь Цяо пришёл в себя:

– …У меня есть идея, но она немного рискованна.

Сюй Жэньдун подумал про себя: «У тебя когда-нибудь была идея, которая не была опасной?»

Он привык к рутине Лянь Цяо, но остальных это не особо заботило. Девушка с потерей волос раздражённо схватила себя за волосы:

– Сначала расскажи нам, чтобы мы могли решить!

Лянь Цяо покачал головой:

– Я не могу этого сказать, это усложнит задачу. Вам просто нужно сотрудничать со мной.

Кто-то спросил:

– Ты даже не сказал план, так как же мы можем сотрудничать? Почему ты хочешь, чтобы мы рисковали своими жизнями?

Сюй Жэньдун был раздражён им и усмехнулся:

– Значит, ты не хочешь его слушать, верно? У тебя есть другой план? В противном случае, мы все должны просто сидеть здесь и ждать смерти?

Мужчина указал на кухню и неубедительно сказал:

– Откуда я знаю, что он не товарищ-свинья по команде? Если он такой же, как другие на кухне, и у него проблемы с мозгом, что мне делать? Не забывайте, если сложность инстанса увеличится, мы не только пострадаем, но и умрём!

Сюй Жэньдун был слишком ленив, чтобы обращать на него внимание, и собирался спросить Лянь Цяо, как он хочет, чтобы они сотрудничали, когда Чжун Сю внезапно мягко ответила:

– Тогда просто умри.

На её лице не было ни гнева, ни сарказма, ни других эмоций. Она даже казалась искренней, как будто действительно чувствовала, что если он умрёт, то умрёт, что в этом такого? Стоило ли из-за этого бороться?

Все были ошеломлены. Они не ожидали, что Чжун Сю, тихая женщина, скажет такое.

Только Лянь Цяо, глядя на неё, постепенно проявлял в глазах едва уловимую эмоцию.

Так похоже.

Когда она произнесла эти слова, её поведение и тон были точно такими же, как у Сюй Жэньдуна в начале. Такая мирская усталость, такое равнодушие, такое несерьёзное отношение к собственной жизни, такое спокойствие, как будто всё на свете уже не стоит воспоминаний, так что «Даже если я сейчас умру…»

Он слышал, что, когда два человека долгое время вместе, они становятся всё более и более похожими друг на друга.

Конечно, сегодняшний Сюй Жэньдун уже не такой. Он был подобен священнику, который сошёл с алтаря, положил Библию и снял с себя аскетическое одеяние. Он был окрашен в цвета мира, и в его бровях и глазах была нежная улыбка.

С тех пор как они узнали друг друга, вся его личность стала более живой. Он становился всё более похожим на «человека».

Это то, чем Лянь Цяо гордится больше всего. Но в этот момент он действительно увидел бывшего Сюй Жэньдуна в Чжун Сю.

Что это значит?

Это значит, что пора ревновать.

Внезапно дверь кухни открылась. Рок-Монах вышел и увидел сложные выражения лиц у всех. Он не мог не удивиться:

– О чём вы говорите, такие серьёзные?

Чжун Сю сказала:

– Мы обсуждаем, что делать дальше.

Рок-Монах пододвинул стул к столу. Садясь, он немного устало потёр лоб, но всё же спросил:

– Что вы обсуждали?

Все одновременно посмотрели на Лянь Цяо. На этот раз человек, который задавал вопросы раньше, на самом деле больше не возражал, а просто тихо ждал, пока Лянь Цяо заговорит.

Лянь Цяо взглянул на Сюй Жэньдуна, и Сюй Жэньдун кивнул ему.

Лянь Цяо глубоко вздохнул и стал серьёзным:

– Я расскажу эту историю сегодня вечером. Всем хорошего отдыха в течение дня и хорошего настроения. Ночью у нас будет большая битва.

Согласно инструкциям Лянь Цяо, все разошлись по своим комнатам и продолжили отдыхать. Трио Жэньдуна вернулось в свою комнату. Чжун Сю сказала, что хочет принять душ, поэтому пошла в ванную.

Сюй Жэньдун опёрся на изголовье кровати, разбираясь в своих мыслях. Лянь Цяо навострил уши и, когда в ванной раздался шум воды, бросился к кровати, как большая собака, положил голову на плечо Сюй Жэньдуна, и его тёплое дыхание коснулось его лица.

– Жэньдун, Жэньдун, тебе интересно, какую историю я собираюсь рассказать сегодня вечером?

Подбородок Лянь Цяо был немного острым, из-за чего у Сюй Жэньдуна болело плечо. Он покачал головой Лянь Цяо, поправил её в удобное положение и погладил волосы юноши:

– Почему ты не называешь меня «брат»?

– Потому что эти слова не сочетаются друг с другом (брат Жэньдун) и это не интимно! – Лянь Цяо надулся. – Не в этом дело! Быстро спроси меня: «Какая хорошая идея пришла тебе в голову?».

Сюй Жэньдун не мог сдержать смех:

– Разве ты не говорил, что спойлеры усложнят?

– В случае с «если три человека скажут, что в городе есть тигры» босс будет вызван заранее. Но теперь… – он взглянул на ванную и рассмеялся, – теперь у нас мир для двоих!

Волосы Лянь Цяо были такими пушистыми, что щекотали щёки Сюй Жэньдуна. Он потёр волосы Лянь Цяо, и его настроение снова смягчилось:

– Тогда скажи мне, какие хорошие идеи ты придумал?

Лянь Цяо хитро улыбнулся:

– Эй, позволь мне сначала дать тебе подсказку, чтобы ты мог догадаться!

Сюй Жэньдун сказал:

– Хорошо.

Лянь Цяо выключил свет и сказал Сюй Жэньдуну залезть в одеяло, спрятаться и вести себя так, будто он очень робкий. Сюй Жэньдун так и сделал. В постели было темно, жарко и душно. Но как притвориться, что боишься?

Сюй Жэньдун немного подумал и серьёзно сказал:

– Инъинъин, мне так страшно.

Из-за края кровати донёсся смешок. Вскоре Лянь Цяо прикрыл рот рукой и заглушил смех. Сюй Жэньдун догадался, что тот замышляет какой-то трюк, когда ему вдруг стало холодно под ногами, а одеяло приподнялось за угол.

…Для чего это было?

Как только он подумал, что Лянь Цяо собирается войти, что-то прохладное коснулось его лодыжки. Сюй Жэньдун неосознанно ударил ногой в воздух. Он был ошеломлён на мгновение, только чтобы почувствовать холодный воздух, стекающий по его лодыжке, в штаны, вдоль голени, по колену и постепенно вверх…

Возникло странное чувство, которого он никогда раньше не испытывал. Сюй Жэньдун не мог не думать о многих вещах, и его лицо было слегка горячим. Он знал, что Лянь Цяо преднамеренно делает что-то плохое, поэтому не мог не быть немного раздражённым и тихо позвал:

– Лянь Цяо.

Этот низкий голос остановил его.

Когда Сюй Жэньдун не хотел что-то делать, Лянь Цяо определённо останавливался в конце и не навязывал ему это – за исключением, конечно, того времени, когда его эмоции выходили из-под контроля.

Прохладность действительно не поднималась дальше, но щели в углах становились всё больше и больше. Ветер дул от его ног.

Сюй Жэньдун почувствовал приближение Лянь Цяо, словно большая кошка набросилась на свою добычу. Такое воображение заставляло его немного нервничать и чувствовать лёгкое предвкушение. Он чувствовал, что не должен так много думать, но не мог контролировать это. Раздражённый, он стиснул зубы, поднял руку и включил свет. Включился свет, и из-под кровати появилась мохнатая голова.

Сюй Жэньдун посмотрел на Лянь Цяо, который безмолвно лежал на нем:

– Ты снимаешь фильм о привидениях или порнофильм?

Лянь Цяо торжественно сказал:

– Это сцена из классического фильма ужасов, разве ты не видел её?

Сюй Жэньдун сказал:

– Я этого не видел.

Лянь Цяо ткнул кончиком носа и сказал с улыбкой:

– О, так ты не смотрел фильмы ужасов, но ты видел много фильмов с рейтингом X, не так ли?

Сюй Жэньдун: «……» Зная, что Лянь Цяо намеренно дразнит его, Сюй Жэньдун всё же покраснел. Он неловко повернулся, открывая перед Лянь Цяо корни своих красных ушей.

Маленькие, ярко-красные мочки ушей были как заманчивое преступление. Глаза Лянь Цяо потемнели, он прижался всем телом и сказал с лёгкой улыбкой:

– Брат Жэньдун, я не смотрю порно. Так происходит сцена соблазнения во всех ваших фильмах для взрослых?

Сюй Жэньдун был раздражён и слегка задыхался. Он толкнул его:

– Ложись! Иди спать!

– Нет, – Лянь Цяо обвил его руками, как осьминог, уткнулся головой в шею и вдыхал запах тела, как кокетливая большая кошка.

– Мне нравится запах твоего геля для душа, – тихо сказал Лянь Цяо. – Что мне больше всего нравится, так это то, что у нас одинаковый запах. Это заставляет меня чувствовать, что я очень близок к тебе, это заставляет меня чувствовать, что я принадлежу тебе, а ты принадлежишь мне.

Сердце Сюй Жэньдуна снова смягчилось.

Лянь Цяо слегка потёр мочку уха губами и прошептал ему на ухо:

– Жэньдун, я хочу тебя поцеловать.

Как могла чувствительная часть мочки уха противостоять этой провокации? Сюй Жэньдун был обеспокоен этим трением. В трансе он только чувствовал, что всё его тело стало горячим. Его тело было таким мягким, что он не мог проявить свою силу и даже не мог оттолкнуть другого.

Сюй Жэньдун вспомнил чувство головокружения, когда его поцеловал Лянь Цяо, не в силах сопротивляться и позволив ему делать всё, что он хочет.

Но это не плохое чувство.

Воздух был пропитан сладостью. Сюй Жэньдун опустил глаза, слегка повернул голову и сказал «да».

Получив согласие, Лянь Цяо приподнял уголки губ и мягко наклонился. Горячее дыхание касалось кожи, заставляя лица обоих мужчин зудеть, и створки их сердец также были горячими и зудящими, крайне беспокойными.

Внезапно дверь ванной открылась. Чжун Сю вышла, вытирая волосы:

– Я помылась, хотите…

*Хлоп!*

С громким шумом Лянь Цяо покатилась на пол!

Чжун Сю: «???»

Сюй Жэньдун поднял одеяло и аккуратно встал с кровати. Как только его ноги приземлились, он вдруг почувствовал что-то странное где-то на своём теле, и выражение его лица тут же изменилось. Он взял одеяло с кровати и завернул его вокруг себя. Всё его тело было завернуто, как куколка тутового шелкопряда, и он прошёл мимо Чжун Сю с пустым выражением лица.

– Я собираюсь принять душ.

Чжун Сю: «???» Ты так заворачиваешься, чтобы принять душ? Тебе холодно или жарко?

Лянь Цяо повалили на пол. Сначала он всё ещё был недоволен, но когда увидел, как Сюй Жэньдун вот так кутается, то сразу всё понял. Он просто сидел на полу и смеялся.

Чжун Сю с изумлением посмотрела на Лянь Цяо, а затем перевела взгляд на ванную, где доносился шум воды. У неё было растерянное выражение лица.

Что произошло за время её отсутствия?

Спираль смерти [BL] Глава 76. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (12)

Глава 76. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (12)

Снова наступила полночь.

Хорошо выспавшись, все пошли в стеклянную комнату на верхнем этаже. Чёрный как смоль ящик всё ещё стоял у двери, и все сопротивлялись желанию заглянуть внутрь, когда проходили мимо, чтобы не свернуть себе шеи, как член А. Ночь была густа, как перманентные чернила, и порывы ветра били по окнам, заставляя стёкла дребезжать. Неизвестно, было ли это иллюзией, но стеклянная комната сегодня вызывала у людей дрожащее чувство беспокойства.

Все сидели в кругу с озабоченным выражением на лицах. Отличие от прошлого заключалось в том, что на этот раз все намеренно отодвинули стулья от двух оставшихся членов киноклуба, словно их присутствие было зловещим знаком. Президент и гламурная красотка член C, естественно, обнаружили, что изолированы. Эти двое просто сблизились, держась вместе, как будто они зависели друг от друга.

Рок-Монах держал чётки в левой руке и медную чашу в правой. Просто эта поза была не для того, чтобы просить милостыню, а скорее для того, чтобы держать кирпич, чтобы ударить им. Он уже был готов обороняться, а также выглядел немного нервным и продолжал бормотать и повторять Священные Писания. Все слушали, не говоря ни слова, и их тела не могли не повернуться к нему, как будто они хотели прикоснуться к свету и славе Будды.

Часовая стрелка наконец указала на двенадцать часов. Со щелчком свет погас, и стеклянная комната погрузилась в полную темноту. Беспомощное чувство пребывания на изолированном острове снова охватило всех.

Сюй Жэньдун поджал губы. Конечно же, сколько бы раз ни испытывал это, он всё ещё ненавидел темноту. Лянь Цяо слегка сжал руку Сюй Жэньдуна, а затем встал. Он медленно сказал:

– То, что я собираюсь рассказать сегодня, – это реальная история, которая произошла со мной.

В темноте Сюй Жэньдун услышал, как двигается стул. Послышался лёгкий звук передвижения. Он почувствовал, как Лянь Цяо взял стул, но вместо того, чтобы создать стереоэффект вокруг всех, как это сделал Сюй Жэньдун, Лянь Цяо направился прямо к центру толпы. Поэтому всем казалось, что Лянь Цяо разговаривает сам с собой, как будто он шепчет поздно ночью.

– Когда я только закончил школу, я искал, где жить. В то время мне было очень стыдно просить денег у родителей, поэтому я не мог позволить себе слишком дорогой дом. Я был человеком, который никогда не испытывал трудностей, поэтому ходил кругами, не желая жить в старых, маленьких и ветхих домах. Посмотрев-посмотрев, я действительно нашёл место. Расположение этого дома было очень отдалённым. Это был небольшой дом на одну семью, и других жильцов поблизости не было. Дом был довольно старым, но лучше, чем полностью обставленные другие дома. Аренда тоже была дешёвой. Странно, что я был единственным, кто хотел арендовать такой хороший дом. Хозяин объяснил, что до недавнего времени держал дом пустым. Так что пока я был единственным арендатором.

В такую чепуху не поверит даже такой глупый молодой человек, как я, не имеющий социального опыта. Должно быть, с этим домом что-то не так, либо это дом с привидениями, либо там произошло что-то ещё. Но я с детства учился марксизму-ленинизму. Будучи атеистом, я, конечно, не возражал. Пока арендная плата дешёвая и нет других арендаторов, всё в порядке. Вот так я и переехал в этот дом.

Всего в доме три этажа. Первый этаж – гостиная и кухня, второй этаж – несколько спален, а третий этаж – стеклянная веранда. Если зайти днём, то освещение очень хорошее. Но если вы придёте ночью, будет немного страшно. Светился только мой дом в радиусе ста метров. Мне казалось, что я стою на изолированном острове, окружённом бесконечным тёмным морем. Особенно в ветреные дни, будет как сейчас, ууу… ууу… как будто что-то завыло вне поля зрения, как зверь царапающий оконное стекло когтями.

В этот момент из окна задул порыв ветра. Окна тряслись, как будто что-то действительно стучало в окна.

Все постепенно поняли, что история Лянь Цяо произошла на вилле, где они находились. Находясь в том месте, где происходила история с привидениями, у всех возникало своеобразное ощущение подмены. В темноте все, казалось, следили за перспективой Лянь Цяо, проходя мимо пустых спален и наблюдая за виллой.

– До той ночи я был материалистом. Это был вечер пятницы, и я был измотан. Я вернулся в квартиру, лёг на кровать и уснул. Через некоторое время меня поразил странный шум. Я проснулся. Звук был похож на стеклянный шарик, которым я играл в детстве, тук, тук, тук, один за другим подпрыгивая на полу. Когда, наконец, перестал подпрыгивать, он куда-то покатился.

В этот момент все услышали звук «тук, тук, тук», исходящий прямо над их головами. Все были так напуганы, что ахнули, но Сюй Жэньдун понял, что это было. Это были не какие-то шарики, подпрыгивающие на полу, а звук, когда Лянь Цяо стучал по потолку костяшками пальцев.

Он молча улыбался в темноте. Неудивительно, что Лянь Цяо хотел передвинуть стул, но это оказалось подставкой для ног, чтобы можно было стучать по потолку. Лянь Цяо многому у него научился. Даже звуковые эффекты были хорошо подобраны.

Лянь Цяо постучал несколько раз, сполз со стула и продолжил:

– Я очень хорошо знаю эту ситуацию. Раньше я тщательно проверял информацию о доме, и кажется, что звук, похожий на стук шарика, на самом деле был следствием старения деревянной конструкции между этажами. Глухой ночью звук скручивающегося дерева звучит, как стеклянные шарики. Я не воспринял это всерьёз, но когда уже собирался снова заснуть, вдруг раздался ещё один звук – шаги с потолка.

Шаги были очень громкими. Они торопились, как у ребёнка, гоняющегося за стеклянным шаром. Я был ошеломлён, и у меня не могло не появиться вопросов в моём сердце: неужели хулиган действительно бежит там, верно? Поэтому я пошёл в солнечную комнату и осмотрелся повсюду. Но нигде не было детей. Конечно же, я слишком много думал. Должно быть дом слишком старый, поэтому издаёт странный шум. Завтра я должен позвонить домовладельцу и попросить его найти кого-нибудь, кто починит его. Однако, как только я повернулся, чтобы вернуться вниз…

Лянь Цяо внезапно остановился. Все были очарованы, и, когда он остановился, все невольно затаили дыхание, навострили уши и стали слушать, что он скажет дальше.

Через некоторое время Лянь Цяо понизил голос, и в его тоне появился намёк на страх:

– Пока я беспомощно наблюдал, стеклянная бусина скатилась по лестнице перед моими глазами.

В то же время у всех в ушах раздался звук: *Тук*.

Это был звук стеклянных шариков, катящихся по лестнице.

*Тук… Тук… Тук-тук-тук* – шарики катились всё быстрее и быстрее, и каждое столкновение, казалось, поражало сердце слушателей, заставляя всех чувствовать холод.

Все вздохнули от ужаса. Сюй Жэньдун тоже был удивлён, но быстро успокоился: должно быть, это был реквизит, который Лянь Цяо тайно приготовил для создания ужасающей атмосферы.

Однако в это время сердце Лянь Цяо тоже было в смятении.

Если бы в это время включили свет, Сюй Жэньдун увидел бы, как лицо Лянь Цяо мгновенно побледнело.

Он действительно не издавал этого звука. Как бы он ни был хорош, он не может издавать звук шариков, а это значит…

Его история о привидениях начала превращаться в реальность!

На этот раз фальшивый страх превратился в настоящий. Лянь Цяо подавил желание икать и продолжал говорить тем же испуганным тоном:

– Я… я почти уверен, что когда только что проверил стеклянную комнату, пол был чистым… Вокруг вообще ничего не было. Так что мне стало очень страшно: откуда взялся этот шарик?

Он тихо сглотнул, пытаясь подавить дрожь в голосе:

– Шарик катился очень быстро. Я погнался за ним и побежал вниз. Но сразу после поворота звук исчез. Я хотел посмотреть, закатился ли шарик под тумбу телевизора, но когда я лежал на полу, я увидел пару глаз, уставившихся на меня из-под тумбы!

Под шкафом всего лишь щель в два-три сантиметра и совершенно невозможно спрятать человека. Я так испугался, что закричал и пополз назад. Из глубины моего горла вырвался очень ужасающий звук.

Лянь Цяо глубоко вздохнул и схватился за шею в темноте.

– Гэгэгэгэ…

Услышав это, Сюй Жэньдун наконец понял, что Лянь Цяо рассказывает историю «Проклятия».

Хотя Сюй Жэньдун не смотрит фильмы ужасов, он слышал об этом классическом японском фильме ужасов. Женщина-призрак Каяко в «Проклятии» до смерти была домохозяйкой. Муж заподозрил её в измене и забил до смерти. Её тело было упаковано в мешки и спрятано на чердаке под потолком. Поэтому призрак Каяко всегда задерживался в этом доме, и каждый, кто входил в дом, был проклят и убит Каяко.

Культовый звуковой эффект, когда появляется Каяко, – это «кудахтающий» звук, похожий на удушье. Поэтому после подражания Лянь Цяо в сознании каждого возник образ бледной Каяко, ползущей по полу с волочащимися руками.

Однако почему Лянь Цяо выбрал «Проклятие»? Сюй Жэньдун вспомнил, что в серии фильмов «Проклятие» Каяко тоже была почти непобедимой. Однако преимущество хоррора в японском стиле в том, что речь идёт о своего рода психологическом хорроре. Призраки всегда преследовали вас понемногу, используя различные средства, чтобы напугать вас и заставить вас умереть в отчаянии от психического расстройства, а не убить вас напрямую.

…По крайней мере, это намного лучше, чем кровавые жестокие монстры из американских фильмов ужасов.

Внезапно за его спиной раздался шорох стекла, и на улице действительно пошёл дождь. Дождь быстро усиливался, а капли размером с горошину продолжали стучать в окна, как будто кто-то в бесконечной тьме раздражённо постукивал по окнам пальцами. Никто не осмелился оглянуться и никто не осмелился встать, чтобы подтвердить ситуацию за окном. Лянь Цяо отвлёкся на безумный дождь и через некоторое время снова заговорил.

– Я больше не мог жить в этом доме. Я сбежал. Той ночью я нашёл арендодателя и попросил расторгнуть договор аренды. Хозяин очень рассердился и сказал, что договор подписан, так как же я могу отказаться от него? Как ни спорил, он был полон решимости и отверг меня. Мне пришлось остаться на улице на ночь. Следующие несколько дней я не решался вернуться в квартиру, поэтому продолжал спорить с хозяином. Однако, даже если бы я жил в гостинице, ночью в номере всё равно были бы странные звуки. Из-за странных звуков я всю ночь не мог нормально спать, и мой дух был готов рухнуть.

Мой друг увидел, что я осунулся, и предложил мне отправиться в путешествие, чтобы расслабиться. Я принял предложение и отправился в отель с горячими источниками в горах. Отель был очень простым, и горячие источники тоже расслабляли. Чудесным было то, что во время пребывания там эти ужасные звуки по ночам больше никогда не появлялись. Я был так счастлив, что решил отпраздновать и выпил с владельцем отеля. После того, как хозяин напился, он достал видеокассету и говорит мне: «У меня тут есть кое-что хорошее, не хочешь вместе посмотреть?». Я согласился…

Все: «……» Кажется, все уже догадались, что он собирается сказать дальше.

Конечно же, после некоторого предчувствия Лянь Цяо быстро перешёл к ключевому моменту:

– …На картинке был мёртвый лес. Посреди мёртвого леса стоял…

Все невольно затаили дыхание, и в их сознании начала возникать картина.

Лянь Цяо:

– …Лифт.

Всё: «???» Проклятый лифт? Разве это не должен быть колодец?

Лянь Цяо, казалось, чувствовал себя смущённым. Сдерживая улыбку, он сказал:

– Я тоже подумал, что это было очень резко, но сцена в то время была такой странной. Словом, посреди глухого леса стоял лифт, серебристо-серый металлический лифт. Мне было очень ясно видно, что это тот же лифт, что и в квартире, которую я снимаю.

Все: «……» Твоя настройка слишком преднамеренна!

Лянь Цяо продолжил:

– Как раз в тот момент, когда я задумался, пара бледных рук внезапно вытянулась из двери лифта и открыла дверь. Это была женщина в белом платье с длинными волосами, закрывающими лицо. Она стояла там, не говоря ни слова, выглядя очень устрашающе. Я больше не мог смотреть, поэтому выключил телевизор.

В этот момент в отеле внезапно зазвонил телефон. – Лянь Цяо внезапно ускорился, он, казалось, хотел закончить историю как можно скорее: – По телефону разговаривала женщина-призрак, которая сказала мне, что я обязательно умру в её руках через семь дней. Что я мог сделать? Конечно, я мог только повесить трубку и проигнорировать её. Я всё ещё был очень напуган. Я слышал, что проклятие можно передать, показывая видео другим, поэтому я принёс видео из отеля. Как такой нежный и добрый маленький милашка, как я, мог навредить другим? Итак, видео было забрано мной и брошено в квартиру… под телевизор в гостиной на первом этаже квартиры. Да, кстати, я нашёл в коробке с видеокассетой серебристо-серую металлическую кнопку, которая, кажется, соответствует лифту на видеокассете. Точно так же я снова был сбит с толку. Через несколько дней почему-то…

…Ах, сегодня, оказывается, седьмой день. – Как только его голос упал: «Па!» свет включился.

Лянь Цяо тихо стоял в центре толпы и медленно перевёл взгляд на Сюй Жэньдуна. Однако Сюй Жэньдун смотрел прямо ему под ноги и через некоторое время почувствовал облегчение, убедившись, что юноша не превратился в ледяную скульптуру.

Президент киноклуба вдруг сказал:

– Садако против Каяко?

Лянь Цяо показал ему большой палец вверх и с улыбкой сказал:

– Вы действительно смотрели бесчисленное количество фильмов.

Все:

– В чём дело?

Президент пояснил:

– Это… тоже фильм ужасов. Главный герой нарушил проклятие двух женских призраков одновременно. Хотя это звучит немного забавно, на самом деле это фильм ужасов.

Все были в шоке:

– Это всё ещё считается?

Но они, кажется, поняли, почему Лянь Цяо рассказал эту историю.

Выражение лица президента было сложным:

– Но ты уверен, что это нормально? Ты изменил сюжет на что-то другое и фактически позволили Садако выбраться из лифта… Неужели такое возможно…

Все также задавались вопросом, думая, что операция Лянь Цяо была слишком смелой.

Сюй Жэньдун, который всё время молчал, вдруг поднял руку и указал на дверь. Он холодно сказал:

– Вы что, все слепы?

Все посмотрели в сторону пальцев Сюй Жэньдуна и в то же время были ошеломлены.

Спираль смерти [BL] Глава 77. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (13)

Глава 77. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (13)

Они увидели серебристо-серый металлический лифт, тихо стоящий у лестницы за стеклянной дверью.

Все в удивлении подошли и потянулись, чтобы коснуться корпуса лифта. Знакомая холодная текстура – это действительно лифт, которым они пользовались, чтобы войти и выйти из инстанса. Однако кнопка лифта была тёмной и, сколько все ни нажимали на неё, дверь лифта не открывалась.

Огни над головой внезапно замерцали. Сразу после этого на двери лифта отразилась слабая белая тень. Маленькая тень пронеслась мимо, и все вздрогнули. Когда они обернулись, сзади никого не было. В просторной стеклянной комнате было тихо, и слышны были только лёгкие торопливые вздохи всех присутствующих.

– Это Тошио… – в ужасе сказала гламурная член С киноклуба. – Тошио здесь, и вот-вот появится его мать Каяко!

Сюй Жэньдун сказал:

– Тогда хватит нести чепуху, поторопитесь и найдите видеокассету.

Затем все отреагировали и рассредоточились по первому этажу для поиска. Конечно же, как и в рассказе Лянь Цяо, вскоре они нашли чёрную видеокассету в тумбочке из-под телевизора. Просто под телевизором оказался старомодный видеоплеер. Лянь Цяо вставил видеокассету и увидел на экране телевизора чёрный экран, отражающий лица всех с множеством разных выражений.

Внезапно свет в гостиной погас. При этом телевизор превратился в снежный экран и начал шуршать. Все вместе молчаливо спрятались за диван. В конце концов, Садако могла в любой момент вылезти из телевизора, и никто не хотел, чтобы на него напал призрак.

Однако после некоторого ожидания на экране по-прежнему были только помехи и этот раздражающий шум.

Лянь Цяо, хмурясь, прислонилась к спинке дивана. Он спросил:

– Почему Садако ещё не вышла? Она ведёт себя как большая шишка?

Прежде чем он закончил говорить, по лестнице внезапно покатились стеклянные шарики. Сразу после этого по потолку послышались шаги, звук бегущего босиком ребёнка, гоняющегося за стеклянными бусинами. Тусклый свет телевизора отражался на лицах всех, освещая их бледные и испуганные выражения.

Лянь Цяо внезапно напрягся:

– Ах!

Крик был похож на крик цыплёнка, которого задушили за шею. Сюй Жэньдун повернул голову и спросил:

– Что случилось?

Лянь Цяо изо всех сил старался говорить спокойно:

– Что-то… покатилось по моим ногам.

Свет был слишком тусклым, и Сюй Жэньдун не мог видеть ситуацию:

– Это стеклянный шарик?

– Кажется, размер не подходит… – Он сделал несколько глубоких вдохов, но его зубы всё ещё стучали: – Мне кажется, что это человеческая голова… голова Тошио.

– О. – Сюй Жэньдун был немного разочарован: – Если это не Каяко, то выбрось её.

Лянь Цяо: «……»

Все: «……»

Лянь Цяо сказал:

– Я отбросил её ногой.

Сюй Жэньдун сказал:

– Продолжай ждать его маму.

Лянь Цяо:

– Хорошо.

Все: «……»

Угроза Каяко становилась всё ближе и ближе, но Садако появлялась медленно. На лицах всех, освещённых телевизором, постепенно появилось беспокойство. Сюй Жэньдун был совершенно спокоен и даже достал свой телефон и начал читать электронные книги. Подсветка мобильного осветила его лицо с тонкими чертами лица и сосредоточенным выражением. Не похоже, чтобы он вообще собирался идти в бой.

Чжун Сю слева вдруг усмехнулась:

– Ты не боишься?

Сюй Жэньдун сказал:

– Бесполезно бояться, что придёт, то всегда придёт.

Чжун Сю вздохнула:

– Ты так молод, как ты можешь смотреть свысока на жизнь и смерть?

Сюй Жэньдун сказал:

– Я не смотрю свысока на жизнь и смерть, я просто к этому привык.

Он просто привык умирать. Звучит немного жалко, но на самом деле это просто похоже на привыкание.

Чжун Сю, казалось, что-то услышала в этих словах. Она повернула голову и удивлённо посмотрела на него. Сюй Жэньдун не хотел снова говорить на эту тему, поэтому небрежно сказал:

– Не волнуйтесь, мы определённо сможем выбраться живыми.

Чжун Сю слабо улыбнулась, глядя на него со сложным выражением в глазах. Она шевельнула губами и что-то прошептала.

– Что? – Сюй Жэньдун плохо услышал и подсознательно наклонился, но его шея внезапно напряглась – Лянь Цяо потянул его назад за галстук.

– Думаешь, меня не существует? – Лянь Цяо прищурил глаза, выглядя очень несчастным.

Сюй Жэньдун кашлянул и недовольно сказал:

– Что ты делаешь… – Прежде чем он закончил говорить, Лянь Цяо прижал Сюй Жэньдуна за затылок к себе.

Горячее дыхание быстро приблизилось, и маниакальное собственничество охватило его. Зрачки Сюй Жэньдуна внезапно сузились, и он мгновенно вспомнил болезненные ощущения после того, как его насильно поцеловали в прошлый раз. Он поднял руку, чтобы прикрыть рот условным рефлексом, и поэтому Лянь Цяо поцеловала тыльную сторону его руки.

Лянь Цяо: «……»

Насильственный поцелуй был предсказан! От него также защитились! Так стыдно!

Сюй Жэньдун нахмурился:

– Успокойся, вокруг призраки.

Лянь Цяо напряжённо повернул голову, его сердце было полно пепла.

Но затем он услышал, как Сюй Жэньдун беспомощно и снисходительно сказал:

– На этот раз можно просто поцеловаться минутку?

Лянь Цяо был ошеломлён и удивлённо обернулся. Он вдруг почувствовал приближение тепла. Тёплые и сухие кончики пальцев несколько раз потёрли уголок его рта, словно ища подходящую позу, и наконец остановились на губах.

Сюй Жэньдун повернулся лицом, прицелился, а затем серьёзно поцеловал Лянь Цяо в губы.

Глаза Лянь Цяо расширились. Он не ожидал, что Сюй Жэньдун одной рукой предотвратил его принудительный поцелуй, а ответил другой. А этот поцелуй… как бы это сказать… он краткий и юный, такой невинный, но такой яркий… почему он…

Такой милашка….

Губы Лянь Цяо изогнулись в улыбке. Постепенно он стал задыхаться и сказал тихим голосом:

– Это плохо.

Сюй Жэньдун:

– Что случилось?

Лянь Цяо ахнул:

– У меня есть мысли.

Сюй Жэньдун: «……»

Он покраснел до кончиков ушей и сердито сказал:

– Успокойся!

Лянь Цяо задыхался ещё сильнее. Его глаза сверкнули, он посмотрел на Сюй Жэньдуна и сказал с лёгкой улыбкой:

– Почему ты такой плохой? Ты говоришь мне успокоиться, что ты делаешь со своими руками?

Сюй Жэньдун был ошеломлён:

– Что я делаю?

Глаза Лянь Цяо были тёмными, и он тупо сказал:

– У тебя такие холодные руки…

Сюй Жэньдун: «……» Он молча поднял руки, чтобы доказать свою невиновность.

Лицо Лянь Цяо мгновенно изменилось. Глядя вниз, у него на коленях лежала бледная белая женщина, вся в крови. Она подняла голову и открыла рот со зловещей улыбкой.

– Хихи, хихи, хихи…

– …Блять! – Внезапно вспыхнул гнев, и Лянь Цяо пнул Каяко, лежавшую у него на ноге, и отругал: – Ты почти напугала меня до бессилия!

Каяко скинули с дивана, и она с грохотом упала, словно кусок бескостного гнилого мяса, мягко лежащий на полу. Когда это призрак когда-либо страдал от такого рода недовольства? Лёжа на полу, она подняла голову, полную крови, и с негодованием уставилась на Лянь Цяо. Предполагалось, что это будет чрезвычайно ужасающая картина, но она была немного забавной из-за отпечатка обуви на её бледном лице.

Лянь Цяо всё же немного испугался, когда подумал об этом, и спрятался за Сюй Жэньдуна, мгновенно превратившись в труса:

– Прости, я не должен был бить тебя по лицу, теперь ты изуродована.

Каяко ещё больше разозлилась, когда услышала это, и открыла рот. С широко открытым ртом она быстро подползла к Лянь Цяо. Она была похожа на больного параличом нижних конечностей. Хотя вся её нижняя часть тела мягко лежала на полу, а верхнюю часть поддерживали только две руки, её скорость, нарушающей законы физики. В одно мгновение она поднялась к ногам Лянь Цяо и схватила его так быстро, как молния!

Все были ошеломлены этим зрелищем, а Лянь Цяо был так напуган, что дрожал и застыл. Сюй Жэньдун был действительно убеждён в способности Лянь Цяо спровоцировать босса. Он протянул руку и притянул Лянь Цяо к себе, и в то же время шагнул вперёд и нанёс ещё один удар ногой в лицо Каяко.

Каяко снова ударили ногой по голове, но на этот раз её не оттолкнули. После двух унижений подряд гнев Каяко достиг своего пика. Она понемногу поворачивала голову назад, и звук «ку-ку-ку» в её горле становился всё более и более безумным. Два её глаза были темны, как бездна, и даже в уголках глаз были кровь и слёзы.

– Что делаете? Бегите! – Сюй Жэньдун отдал приказ, схватив Чжун Сю левой рукой и Лянь Цяо правой рукой. Затем он убежал.

Все в панике закричали:

– Куда ты?!

– Я выигрываю время!

Он бросился к краю лифта и отчаянно нажал кнопку. Однако дверь лифта так и не открылась. Казалось, что войти в лифт они смогли только тогда, когда выйдет Садако.

Внезапно позади него раздался крик. Сюй Жэньдун повернулся и увидел, что Каяко лежит на чьей-то спине, и её бледные руки обвили плечи человека, но шея человека была свернута. Однако в это время человек ещё не был полностью мёртв. Пара налитых кровью глаз открылась, и Каяко контролировала его, и они подошли к ним с искривлённой походкой.

Эта картина была очень страшной. Молодой человек с кривой шеей всё ещё кашлял кровью из горла, но позади него виднелся бледный женский призрак. Его болезненное и безнадёжное лицо постепенно покрылось слоем чёрного воздуха, и постепенно болезненное выражение сменилось обидой. Его глаза превратились в чёрные дыры, как у Каяко, и когда он закатил их, он упрямо уставился на Сюй Жэньдуна.

И Сюй Жэньдун, и Лянь Цяо подсознательно искали оружие. Чжун Сю выступила первой. Она схватила торшер и без колебаний разбила его о голову мужчины. Мужчину отбросило назад, и, когда он упал на пол, Каяко позади него внезапно исчезла. Чёрная ци, покрывавшая лицо жертвы, также исчезла. Он был обескровлен, его глаза закатились, тот явно был мёртв.

У всех сердце замерло, и все инстинктивно отступили назад. Внезапно девушка закричала:

– Помогите… ах!!

Все посмотрели на неё и увидели две белые руки, просачивающиеся из стены позади, одна обхватила её за талию, а другая прикрыла голову. Они зажали ей рот так, что та не могла даже вскрикнуть. Девушка мотала головой и отчаянно боролась, брыкаясь руками и ногами, но руки сзади крепко сжимали её, как железные щипцы, втягивая в стену. Тёмно-зелёная стена стала похожа на болото, и половина её тела интегрировалась в стену, и она собиралась полностью погрузиться в неё.

– Ммммф! Мммм! – Девушка расплакалась, неопределённо взывая о помощи. Всем было хорошо видно, что Каяко высунула голову сверху, а её длинные чёрные волосы свисали вниз, закрывая лицо девушки. Белые глаза Каяко обиженно смотрели на них, молча угрожая всем.

В этот момент никто не осмелился протянуть руку помощи. Но тут раздался громкий крик, и тут подскочил Рок-Монах, схватил девушку за руку и бросил чётки на голову Каяко.

Жаль, что чётки не подействовали на Каяко, а только ещё больше её разозлили. Каяко вскрикнула и резко схватила Рок-Монаха. Как только бледные пальцы коснулись монаха, Сюй Жэньдун закричал:

– Отпусти! – В то же время он схватил воротник монаха и притянул его к себе.

Рок-Монах ослабил руку, и Сюй Жэньдун потащил его за собой. Девушка также была втянута в стену Каяко в одно мгновение. Через миг крики исчезли. На тёмно-зелёных обоях не было ничего, и такой большой живой человек исчез, как будто её и не было.

Гостиная погрузилась в удушающую тишину. Все испуганно переглянулись, не зная, где появится Каяко в следующую секунду. Шуршащий звук статики всё ещё исходил от телевизора, и мерцающий свет освещал лица. Лица у всех были очень некрасивые.

Внезапно лицо Лянь Цяо наполнилось радостью. Он указал на лифт и сказал:

– Садако выходит!

Все дружно посмотрели на лифт. Действительно, посреди двери лифта появилась щель. Изнутри вытянулись пять иссохших пальцев и по крупицам открыли дверь лифта.

Все были в восторге, лифт наконец-то открылся, а это значит, что они были всего в одном шаге от побега! Они не осмеливались действовать опрометчиво, наблюдая, как щель становится всё больше и больше и за дверью постепенно появляется босая женщина в длинном белом платье. Женщина опустила голову, и её длинные волосы, похожие на водопад, полностью закрыли её лицо. Никакого выражения лица не было видно.

Президент обрадовался:

– Это действительно Садако!

Сразу же после этого он сделал ошеломивший всех ход – он действительно подбежал и помог Садако открыть дверь.

Садако в лифте: «……» Что-то не так с мозгом этого человека?

Дверь лифта была быстро насильственно открыта, и Садако в белом платье опустила голову, но замерла в лифте и не вышла. Президент не мог больше ждать, протянул руку и потянул:

– Выходи скорее!

Все: «……» Ты забыл, что она тоже призрак!

Конечно же, в тот момент, когда президент коснулся руки Садако, Садако резко подняла голову. Один глаз внезапно появился в длинных чёрных волосах, и в большом белом глазу был только маленький чёрный зрачок. Глазные яблоки странно повернулись и случайно встретились с Президентом. Глаза Президента внезапно расширились, а мышцы лица сжались. Он схватился за шею, и из его горла вырвался хриплый звук.

Садако перестала смотреть на него, снова опустила голову и медленно вышла из лифта с распущенными длинными волосами. Когда Президент схватился за шею обеими руками, его глаза и язык начали выпячиваться. Он быстро закатил глаза, а затем тяжело упал на пол с глухим стуком.

Он фактически задушил себя до смерти!

Толпа была в ужасе. Каяко и так уже достаточно ужасна, а Садако может убивать людей, просто взглянув на них! У всех ослабели ноги, и они упали на пол. Кто-то трусливый уже обмочился и закричал:

– Я больше не могу! Помогите! Кто мне поможет!

Крик мужчины привлёк внимание Садако. Садако слегка повернула голову и медленно подошла к мужчине. Мужчина закричал и пополз назад, случайно наткнулся на тумбу с телевизором и в конце концов не выдержал, закрыв лицо и заплакав.

Внезапно Садако, казалось, что-то заметила и неожиданно бросилась к мужчине, её длинные чёрные волосы почти закрыли его лицо. Мужчина ахнул, и, прежде чем он успел среагировать, пара бледных рук внезапно появилась из глубины шкафа с телевизором, потянув его за воротник и затащив внутрь!

Они увидели, что мужчине сдавили шею, и он почти задохнулся. Садако почти прижалась лицом к его лицу, а её черные волосы запутались в его рту и ушах, как будто они были живыми. Мужчина схватился за воротник одной рукой, а другой отчаянно пытался вырвать волосы Садако изо рта. Две женщины-призраки спешили убить его, и он оказался посредине, не в силах ни наступить, ни отступить, поэтому ему оставалось только умереть в отчаянии.

У всех замерло сердце – началось! Садако против Каяко! Это лучшее время для побега!

Под хныканье бедолаги, за которого сражались призраки, все бросились к лифту. Лянь Цяо бежал быстрее всех, но как только он подбежал к краю лифта, Садако уже опустила бедолагу и бросилась к лифту!

Садако уже почувствовала их намерения и полетела ко всем. Даже если бы они успели забежать в лифт, они бы не успели закрыть дверь! Садако войдёт в лифт с ними!

Сюй Жэньдун принял решительное решение и толкнул Лянь Цяо в лифт:

– Ты иди первым!

В то же время он схватил торшер из рук Чжун Сю и швырнул его в Садако!

Через миг лампа попала в Садако, немного заблокировав её наступление. Увидев, что этот ход был эффективным, Сюй Жэньдун собирался продолжить атаку, но услышал крик Чжун Сю позади себя.

В то же время лифт издал тяжёлый рёв.

*Бах!*

Сердце Сюй Жэньдуна подпрыгнуло, и он недоверчиво повернул голову. Его сердце мгновенно сжалось.

Двери лифта были закрыты.

Половина тела Лянь Цяо всё ещё была снаружи, но дверь лифта плотно захлопнулась.

Половина тела Лянь Цяо медленно соскользнула по двери, и много крови хлынуло наружу, как из сломанного крана. Вся дверь лифта была забрызгана кровью, превратив её в липкую окровавленную дверь. Половина тела Лянь Цяо, наконец, соскользнула на пол и упала в лужу его собственной крови. Мышцы его ног всё ещё сокращались, а кишки вытекали из разреза на талии.

Зрачки Сюй Жэньдуна резко сузились, и его мозг на мгновение стал пустым. Он почувствовал, как кровь по всему его телу разом отхлынула, в ушах гудело, в глазах потемнело, и он ничего не мог ясно видеть.

Он видел только Лянь Цяо, разрезанного пополам.

Внезапно его запястье пронзила острая боль. Сюй Жэньдун безучастно опустил голову и увидел чёрные волосы, обвивающие его руку. Мало того, его грудь и талия были густо покрыты волосами. Садако мрачно улыбнулась за его ушами, её чёрные волосы скользнули по коже, попали ему в нос и рот, перекрыли ему дыхание и пронзили его внутренние органы.

Вскоре его глаза также были покрыты чёрными волосами. За секунду до того, как он потерял сознание, он увидел, как Чжун Сю плачет и бежит к нему. Затем он задохнулся, и Каяко безжалостно утащила его в темноту.

Всё снова закончилось.

Спираль смерти [BL] Глава 78. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (14)

Глава 78. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (14)

Металлический корпус внутри серебристо-серого лифта отражал холодный свет. Лифт был невелик, и из-за троих людей стоявших вместе, пространство казалось ещё уже.

– Я его… бывший учитель.

После этих слов Чжун Сю пристально посмотрела на Сюй Жэньдуна. Сюй Жэньдун выглядел слегка заторможено, и когда услышал эти слова, то, казалось, был потрясён. Его густые ресницы дрожали, как крылья бабочки, и казались слишком хрупкими, чтобы выдержать даже небольшое давление.

Казалось, он не мог сдержать себя, и его глаза быстро покраснели. Затем он отвернулся, не смея встретиться взглядом с Чжун Сю.

Лянь Цяо молча смотрел на это и не мог не сочинить оскорбительную историю любви в школе из ста тысяч символов.

Он вспомнил, что Чжун Сю была на тринадцать лет старше Сюй Жэньдуна, а это означало, что, когда Сюй Жэньдун учился в старшей школе, Чжун Сю было всего двадцать с небольшим… Учительница, только что окончившая школу, и холодный и молчаливый ученик… неизвестно, когда и как они тайно полюбили друг друга, но из-за этических и моральных ограничений они в конце концов расстались. Встретившись через много лет, мальчик вырос в элегантного и сильного мужчину, а жизнь учительницы готовилась оборваться, как пламя свечи на ветру. Увидев учительницу на больничной койке, в его голове всплыли сцены прошлого, и мужчина уже не мог притворяться равнодушным и, наконец, раскрыл свою хрупкую и мягкую сердцевину…

Что это за бесподобная и пронзительная история любви?

Лянь Цяо представил, как Сюй Жэньдуна мучили так, что он не мог дышать, стоял на коленях и дрожал, когда его пытали до поздней ночи. Он был пьян и, сдавшись, его вырвало кровью на белые простыни. Лянь Цяо внезапно почувствовал себя немного взволнованным.

Облизывая банку с уксусом, Лянь Цяо принял решение, и его мысли постепенно изменились.

На этот раз инстанс называется «Если три человека скажут, что в городе есть тигры». У Лянь Цяо были некоторые догадки на этот счёт, но ему всё ещё нужны были доказательства. Когда он вышел из лифта, то увидел тёмную гостиную в ретро стиле, внутри которой стояло дюжина человек. Сюй Жэньдун сказал ему, что сложность инстанса зависит от количества игроков. Лянь Цяо посчитал и понял, что этот не слишком сложный.

В гостиной не было выхода, а только лестница, ведущая наверх, производила очень удручающее ощущение. Конечно, не было никаких окон или чего-то ещё. Когда он огляделся, то увидел тёмно-зелёные обои с нарисованными на них пейзажами. Хрустальные люстры на потолке были покрыты пылью, тканевый диван тоже был весь в пыли. Видно, что его давно никто не чистил.

Хотя не было дверей и окон, всё равно слышалось завывание ветра снаружи. Лянь Цяо коснулся толстой стены, повернул голову и сказал Сюй Жэньдуну:

– Усадьба в метель.

– …Хм? – Сюй Жэньдун, казалось, был не в форме, поднял голову и тупо посмотрел на него.

Как только Лянь Цяо собирался объяснить, глаза человека на диване загорелись и он вмешался:

– Это похоже на режим изолированного острова – он относится к инциденту с убийством, в котором группа людей оказывается в ловушке в закрытой среде и не может выйти. Это классическая постановка детектива об убийстве. Тебе тоже нравится разгадывать тайны?

Лянь Цяо осмотрел его с ног до головы. Этот парень выглядел солнечным и красивым, с крепким телосложением, похожий на маленькое солнышко. С первого взгляда можно было сказать, что он пользуется популярностью у девушек. Рядом с ним было ещё трое, похожих на студентов колледжа. Было очевидно, что он был центром группы, а они были его последователями.

Лянь Цяо ответил:

– Я немного читал.

Парень подошёл и сказал с сердечной улыбкой:

– Сейчас мы должно быть уже все собрались. Давайте не будем больше медлить и представимся.

Он повернул голову и указал на троих позади него:

– Мы являемся членами клуба просмотров фильмов X, а я президент. Эти трое – члены клуба: A, B и C.

Лянь Цяо подумал, что этот человек был добрым, но оказалось, что они даже не хотели называть своё настоящее имя и вместо этого использовали псевдонимы. Это было очень неискренне. Он наклонился к уху Сюй Жэньдуна и прошептал:

– Тогда мы тоже не будем называть наше настоящее имя.

Сюй Жэньдун кивнул.

Лянь Цяо очень хотел придумать себе крутой идентификатор, но Сюй Жэньдун уже указал на себя и объявил:

– Я Девятикратный Босс, – затем он указал на Лянь Цяо и Чжун. – Это мои последователи, мужчина и женщина.

Лянь Цяо: «…»

Чжун Сю: «…» Ей вдруг стало грустно. Сюй Жэньдун обычно был таким ярким? Как он вписался в общество?

После знакомства у всех сложилось первоначальное впечатление друг о друге, поэтому они начали исследовать обстановку. Лянь Цяо быстро заметил ненормальность Сюй Жэньдуна. Сегодня он выглядел необычайно отсутствующим и всегда находился в трансе. Его глаза были неустойчивыми, и когда случайно встретились с глазами Лянь Цяо, сразу же ушли в сторону, как будто он боялся смотреть ему в глаза.

…Это вполне нормально, ведь здесь была его бывшая девушка. И Чжун Сю, вероятно, не знала, что Сюй Жэньдун согнулся, и поэтому тот, вероятно, стеснялся сказать об этом.

Думая об этом, Лянь Цяо внезапно почувствовал небольшое удовольствие. «Только после того, как я расстался с тобой, я узнал, что мне нравятся мужчины». О таком сюжете довольно интересно думать. Когда Чжун Сю узнает, её наверняка вырвет кровью, ха-ха-ха-ха.

Когда они поднялись на второй этаж, все толкнули двери и обнаружили, что на этом этаже есть комнаты для гостей. Комната была похожа на обычную спальню, и обстановка выглядела похожа, но её всё равно нужно внимательно осмотреть. Когда Лянь Цяо лёг на пол, чтобы проверить дно кровати, он услышал, как Чжун Сю спросила тихим голосом.

– Что с тобой не так? Ты так рассеян.

Сюй Жэньдун быстро ответил:

– Ничего, просто немного устал.

Чжун Сю вздохнула:

– Ты должен хорошо о себе позаботиться.

Сюй Жэньдун издал низкое «Эн».

…Блять, как только я оборачиваюсь, у тебя начинаются тайные отношения! Что это за поведение!

Лянь Цяо мгновенно отскочил от пола, намереваясь принести клятву суверенитета. Однако Сюй Жэньдун уже ушёл осматривать гардероб, а Чжун Сю тоже отошла в другую сторону. Лянь Цяо подавил ревность в горле. Он не мог выдохнуть, и его лёгкие болели от гнева.

Лянь Цяо был зол. Случилось так, что президент Маленькое Солнышко подошёл к нему и спросил, не нашёл ли он какие-нибудь ценные подсказки.

Лянь Цяо сказал:

– Пока нет.

Президент Маленькое Солнышко рассказал, что ничего не нашёл, поэтому небрежно спросил о ситуации с тремя людьми Лянь Цяо. Лянь Цяо немного насторожился и сменил тему:

– Вы вчетвером входите вместе?

Президент сказал:

– Почти. Когда лифт впервые появился, мы были вместе, а потом, когда лифт появился снова, всё было так же. Мы часто встречаемся вместе, чтобы не оставаться наедине. И в этот раз мы смотрели фильмы ужасов в клубной игровой комнате…

Лянь Цяо заинтересовался:

– Вы видели призраков своими глазами, но всё ещё осмеливаетесь смотреть фильмы ужасов?

Президент вздохнул:

– Разве это не потому, что видел призраков, я хочу смотреть больше и практиковать свою храбрость? А когда вы смотрите фильмы о привидениях, вы – зритель, а не главный герой, поэтому у вас нет чувства опасности. Вы чувствуете себя в полной безопасности. Не то, что здесь…

Лянь Цяо чувствовал то же самое и небрежно спросил:

– Тогда какие фильмы ты недавно смотрел, я тоже посмотрю их.

– «Кошмар на улице Вязов».

Неподалёку Сюй Жэньдун внезапно поднял голову, услышав эти слова. Его лицо сильно изменилось. Он быстро подошёл к ним, но, прежде чем он успел их остановить, президент уже произнёс следующую фразу:

– Также «Из темноты».

Сюй Жэньдун: «…»

Лянь Цяо посмотрел на разъярённое лицо Сюй Жэньдуна и смутился:

– Брат Жэньдун, что с тобой?

– …Отойдём, – Сюй Жэньдун почти стиснул зубы, когда произносил это. Он повернул голову и пошёл к двери.

Лянь Цяо растерялся и последовал за ним в коридор. Сюй Жэньдун потащил его в комнату напротив и отвёл от двери.

В комнате было пусто и тихо, слышно было только их дыхание. Лянь Цяо смотрел, как он запирает дверь, и его сердце не могло не биться быстрее.

Хотя он не знал, что хотел сделать брат Жэньдун, запирание двери было таким захватывающим! Такое ощущение, что вот-вот должно произойти что-то неописуемое!

Лянь Цяо был так взволнован, что потёр руки, как муха, но затем услышал, как Сюй Жэньдун сказал:

– Не разговаривай с этим президентом, ничего хорошего не будет.

Лянь Цяо был ошеломлён:

– А? Почему?

Сюй Жэньдун нахмурился, как будто искал разумное объяснение. Через некоторое время он сдался, скривил губы и сказал:

– Нет причин, он мне просто не нравится.

Это было слишком по-детски. Лянь Цяо подумал, что это смешно и мило. Внезапно Лянь Цяо вдруг понял:

– Ты ревнуешь?

– …Нет.

Лянь Цяо подошёл ближе, пока его не прижало к стене. Как раз когда он собирался напасть на него, Сюй Жэньдун хлопнул его по руке и несчастно сказал:

– Говори как надо, не бей людей.

Лянь Цяо: «…» Смущён.

Он кашлянул и спросил:

– Ты подумал, что я пил уксус твоей бывшей девушки, поэтому я намеренно флиртовал с другими людьми, чтобы разозлить тебя?

Сюй Жэньдун удивился:

– Было ли такое?

Лянь Цяо: «…»

Глядя на него, он вовсе не выглядел гордым. Лянь Цяо понял, что, вероятно, просто делает из мухи слона. Он был смущён и раздражён. Его лицо вдруг покраснело, и он сердито сказал:

– Ладно, ты не ревнуешь. Но я действительно ревную!

Сюй Жэньдун вздохнул:

– Я знаю. Ты не можешь преодолеть это препятствие, верно?

– Конечно, я не могу преодолеть это! – Лянь Цяо сердито ткнул в свою макушку. – Посмотри на эту зелёную прерию, кто это выдержит?!

Сюй Жэньдун схватил его палец и провёл им по его волосам, прежде чем смять их. Это действие имело сильное успокаивающее значение, которое заставило Лянь Цяо чувствовать себя хорошо. Он невольно зажмурился и почувствовал, что превратился в собаку, лежащую плашмя с выставленным животом, чувствуя себя очень счастливым.

В то же время он услышал, как Сюй Жэньдун шепчет:

– Перестань думать об этом, хорошо? У меня с ней не такие отношения.

Лянь Цяо спросил:

– Тогда какие у вас отношения? Что случилось с тобой раньше?

После минутного молчания Сюй Жэньдун криво и самоуничижительно улыбнулся:

– Очень плохие. Это настолько плохо, что я не могу рассказать. Не заставляй меня, хорошо?

Его голос был низким и мягким, почти умоляющим. В это время он выглядел таким хрупким, словно снял всю маскировку и всю свою силу и протянул обеими руками своё бьющееся сердце. Его сердце было мягким и сочным, и, когда его трогали, оно дрожало и сочилось кровью.

Оно было неприкосновенно, но он всё ещё держал его и показывал Лянь Цяо.

Лянь Цяо посмотрел на мужчину, и в его сердце возник оскорбительный порыв. Ему вдруг захотелось быть с ним жестоким, захотелось крепко сжать это мягкое и сочное сердце, размять его, поиграть с ним и посмотреть, какие великолепные краски оно покажет в конце.

…Совсем как извращенец.

Лянь Цяо стабилизировал свой разум, подавил извращённое собственничество в своём сердце и сказал с улыбкой:

– Хорошо, я тебе верю.

Сюй Жэньдун вздохнул с облегчением.

Лянь Цяо спросил:

– Можно я тебя сейчас обниму?

Сюй Жэньдун покраснел, сказал «да» и сам первым обнял его за талию.

Лянь Цяо втянул всё своё тело в чужие руки и положил голову на плечо. Тело Сюй Жэньдуна было тёплым и худым. Мужские тела не такие мягкие, как женские, и их трудно удержать, но Лянь Цяо не мог отпустить.

Он почувствовал запах геля для душа на теле Сюй Жэньдуна, который был освежающим запахом лимона с небольшой сладостью. Он также использовал этот гель для душа, потому что они жили вместе.

Думая об этом, Лянь Цяо почувствовал себя очень хорошо, и его сердце наполнилось нежностью. Он обнял Сюй Жэньдуна, но довольствовался лишь объятиями и не делал никаких движений ниже шеи.

Двое тихо обнимались, ни один из них не хотел прерывать сладость. Через некоторое время в дверь постучали.

– Жэньдун? Лянь Цяо? Вы внутри?

Это была Чжун Сю.

Когда Сюй Жэньдун услышал эти слова, он мгновенно оттолкнул Лянь Цяо, и его лицо покраснело, как алая краска, кружащаяся в воде.

Лянь Цяо всё ещё был погружен в счастливые мысли. Он смотрел, как Сюй Жэньдун приводит в порядок свою одежду со смущённым выражением лица. Он не знал, было ли это из-за того, что тот нервничал или застенчив, даже его пальцы слегка дрожали. Он сильно похлопал себя по груди, как будто стряхивая что-то грязное, затем понизил голос и серьёзно сказал Лянь Цяо:

– Не болтай чепухи после того, как выйдешь.

Лянь Цяо: «…» Почему твоя реакция выглядит так, будто ты только что изнасиловал меня?

Сюй Жэньдун кашлянул и открыл дверь. Чжун Сю задала несколько беспокойных вопросов, и Сюй Жэньдун расплывчато ответил. Он сразу заявил, что хочет продолжить исследования.

Очевидно, это были открытые и основанные на обоюдном согласии отношения, но из-за чрезмерного напряжения Сюй Жэньдуна это было похоже на роман. Лянь Цяо следовал за ними, и чем больше думал об этом, тем больше чувствовал, что что-то не так.

Реакция Сюй Жэньдуна, с какой стороны ни посмотри, выглядит так, будто его застали в постели!

Но если это так, – Лянь Цяо вдруг подумал: «Очевидно, Чжун Сю была первой, тогда я на самом деле третий. И я даже любовник».

Думая об этом таким образом, он действительно чувствовал себя немного довольным?!

Спираль смерти [BL] Глава 79. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (15)

Глава 79. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (15)

Второй и третий этажи были почти полностью исследованы, и на этот раз никаких дополнительных зацепок обнаружено не было. Наконец все собрались в солнечной комнате на верхнем этаже. За стеклянной навесной стеной была бездонная тьма, окружавшая пустой солярий, создавая ощущение одинокого острова. Дикий ветер бил в окна, и казалось, что весь стеклянный этаж вот-вот рухнет.

Пятнадцать стульев образовали круг, похожий на какой-то ритуал культа. На одном из стульев лежала записка. Сюй Жэньдун взял лист и прочитал слова, которые он читал до этого бессчётное количество раз:

– Инструкции для тренировочного лагеря мужества: 1. Тема этого мероприятия: глубочайший ужас в сердце. 2. Содержание мероприятия: Пожалуйста, выключайте свет в 00:00 каждую ночь и рассказывайте историю о привидениях в стеклянной комнате и сталкивайтесь с ужасом внутри этой истории. Каждую ночь нужно рассказывать хотя бы одну историю. 3. Дружеское напоминание: Истории не должны повторяться, иначе кто-то умрёт. История не может быть не страшной, иначе кто-то умрёт. 4. Просто шучу.

Сюй Жэньдун почти выучил эти предложения. Прочитав ещё раз, он передал записку следующему человеку и задумался.

В этом инстансе было два способа умереть. Одна из них заключалась в том, что рассказанная вами история о привидениях была недостаточно страшной, иначе рассказчик замёрз бы в лёд и умер на месте. Во-вторых, история о привидениях сбывалась, и согласно сюжету истории все умирали. Однако, как только история о привидениях будет создана, оживут не только призраки в ней, но и некоторые ключевые настройки. Доказательством этого стало то, что Лянь Цяо намеренно добавил в историю Садако элемент «лифта».

Проблема с этим заключалась в предыдущем сеттинге истории Сюй Жэньдуна «Можжевельник» – в том, что вы не можете заглянуть в ящик, иначе вам оторвут голову. Он не осознавал, что лифт также относился к категории «ящик», поэтому, когда Лянь Цяо вошёл в лифт, он был разрублен на две части и трагически погиб у него на глазах.

Ситуация на этот раз была хуже, чем в прошлый раз. В своём перерождении он был не в форме и не мог оправиться от ментального удара Лянь Цяо, разрезанного пополам прямо перед ним. Так что не остерегался возмутителя спокойствия Президента и тот уже упомянул названия двух фильмов: «Кошмар на улице Вязов» и «Из темноты».

Просто Кошмар на улице Вязов уже был головной болью. Теперь, когда были собраны два фильма ужасов, вполне вероятно, что вся команда погибнет за одну ночь.

Сюй Жэньдун взглянул на время. До полуночи оставалось всего две минуты. Президент Маленькое Солнышко сделал шаг вперёд и собирался заговорить, когда Сюй Жэньдун прервал его:

– В любом случае, я попробую первым. Если со мной что-то случится, пожалуйста, позаботьтесь о двух моих маленьких последователях вместо меня.

У Президента Маленькое Солнышко было ошеломлённое выражение «как так вышло, что ты украл мою реплику», но, поскольку это был Девятикратный Босс, он не осмелился создавать проблемы. Лянь Цяо немного волновался. Он подошёл и тихо спросил:

– Брат Жэньдун, что ты хочешь делать?

Сюй Жэньдун взглянул на него:

– Подчищать.

Лянь Цяо: «???»

Десять тысяч вопросов в сердце Лянь Цяо не успели выйти, прежде чем свет в стеклянной комнате внезапно погас. Его глаза не могли приспособиться к внезапной темноте, и Сюй Жэньдун толкнул ошеломлённого Лянь Цяо к стулу, только чтобы услышать низкий и сладкий голос Сюй Жэньдуна в темноте:

– Просто сиди, верь в меня.

Лянь Цяо был настолько поражён его харизмой, что не мог сомкнуть ноги.

Он вдруг почувствовал, что быть избитым раздражительным и безумным Сюй Жэньдуном и оказаться прижатым к стене было очень волнующе! А ещё лучше, если бы он мог бить его до тех пор, пока у него не останется сил сопротивляться, а потом обращаться с ним, как с плачущей тряпичной куклой…

Ух ты! Так волнительно!

«Подождите, я, кажется, ухожу в другую сторону, ну и извращенец….»

Конечно, Сюй Жэньдун не знал, какие неописуемые вещи творились в голове Лянь Цяо в этот момент. В темноте он прошёл в центр круга, составленного стульями. После того, как почувствовал, что все заняли свои места, он успокоился и начал рассказывать свою историю.

– Я финансовый аналитик. Эта работа очень напряжённая, и каждый день нужно читать бесконечные данные и писать бесконечные отчёты. Мало того, мои межличностные отношения в компании всё ещё очень плохи, и я не знаю, как общаться со своим начальником. Я не лажу со своими коллегами, поэтому я живу очень подавленной жизнью.

Моё единственное средство к существованию – это когда я ложусь спать ночью, я молюсь, чтобы мне приснился хороший сон. Во сне я всемогущ, и удовольствие от контроля над всем уравновешивает боль дня.

Но даже при этом бремя жизни постепенно переполняло меня. Негативная энергия в моём сердце накапливалась, и мне нужно было найти что-то ещё, чтобы выплеснуть её.

Я начал искать в интернете изображения насилия… убийства, автокатастрофы, стихийные бедствия… Меня волновали эти изломанные человеческие тела. Кости были белыми, жир оранжево-жёлтым, они выглядели липкими и скользкими. Кровеносные сосуды были разной толщины, но все они хрупкие и, если бы их разорвали, они бы кровоточили. Если это сонная артерия, кровь может брызнуть к потолку…

Сюй Жэньдун медленно описывал образы, просматривая свою память. Эти подробные описания оживили фрагменты человеческих тел у всех на глазах, и все не могли не чувствовать себя немного испуганными. В то же время они начали задаваться вопросом: Действительно ли у этого человека есть это хобби? Иначе откуда он мог так ясно знать подробности?

Никто не знал, что знания Сюй Жэньдуна об анатомии человека были связаны с тем, что он видел своими глазами. Он лично испытал, что значит перерезать сонную артерию.

– …Постепенно меня перестали удовлетворять картинки и видео в интернете. Я действительно хотел испытать острые ощущения лично. Я купил кролика, и он был очень послушным и добродушным. Но когда я обрезал ему уши, его конечности брыкались повсюду, а кроличья шерсть летала по всей ванной комнате. Я случайно позволил ему уйти, и всё было в крови, испортив гостиную моего дома. Мне было трудно преследовать его, чтобы я мог разрезать ему живот.

Это послужило мне хорошим уроком. В будущем, когда я буду покупать лягушек, кур, кошек и собак, я буду сначала привязывать их, чтобы у них не было возможности убежать. Но я всё ещё не чувствовал удовлетворения. Ножницы и кухонные ножи легко затупляются. Когда дело доходит до использования точильного камня или покупки новых инструментов, это очень хлопотно.

Я подумал… если бы только моя рука могла соединиться с лезвием. Это была мысль, которая пришла мне в голову перед тем, как я заснул.

Услышав это, кто-то перевёл дух и, казалось, догадался, в каком направлении движется история. Сюй Жэньдун на мгновение замолчал, позволив страху зародиться в сердце каждого, а затем сказал с улыбкой и слегка взволнованным тоном:

– После того, как я вошёл в сон, моё желание сбылось. Во сне мои руки превратились в бритвы. Они были настолько острыми, что холодно светились в лунном свете. Я с удовольствием любовался этими новыми «руками». Я попытался порезать руку, и тут же брызнула кровь.

Я знал, что это было во сне, и я знал, что я всемогущ во сне, поэтому я не чувствовал ничего странного. Я гулял по улицам ночью. Гуляя, я пришёл в странное место. В этом месте я увидел, как мой босс обнимал женщину и выглядел так, будто они прекрасно проводят время. Присмотревшись, я понял, что эта женщина на самом деле была популярной актрисой.

Это мир снов, и похоже, что моему боссу тоже приснился хороший сон. Поскольку это было во сне, не имеет значения, что я делаю. Поэтому я медленно вонзил свой палец, который был бритвой, в его тело. Он издал неприятный вопль, как свинья, которую убивают, и, держась за шею, спросил меня, почему и что я здесь делаю. При этом его кровь брызнула к потолку… Как я уже говорил, давление на сонную артерию очень велико и, даже если вы прикроете рану рукой, кровь будет вытекать из ваших пальцев и брызнет всё выше и выше…

Он хотел сбежать, и я также хотел, чтобы он сбежал, потому что мне нравится чувство погони за своей добычей, и поскольку я думал об этом, перед ним внезапно появился лифт. Это был серебряный лифт, и дверь была открыта. Он был весь в крови и, пошатываясь, вбежал внутрь. Нажимая кнопку закрытия, он с ужасом смотрел на меня. Как мне описать выражение его лица в то время?

Сюй Жэньдун очень глубоко задумался об этом. Его губы изогнулись, и тоном наслаждения и удовольствия он сказал:

– Когда дверь лифта собиралась закрыться, и я взломал ее бритвой, выражение его лица было действительно забавным.

Это описание оскорблённого и убиваемого босса заставило кровь всех застыть в жилах. Откуда ты можешь знать такое дело так ясно?

Все – даже Чжун Сю и Лянь Цяо – невольно начали задаваться вопросом: была ли это история или реальность?

В темноте Сюй Жэньдун нежно погладил себя по шее, вспоминая чувство, когда Цзян Ли пронзила ножом его артерию и трахею. Невольно в уголках его рта появилась кривая улыбка.

– …Смотря на расчленённое тело моего начальника, я испытал такое облегчение, и весь мой стресс развеялся. Я проснулся довольным и пошёл на работу. Как ни странно, мой босс опоздал в тот день. Тот парень, который всегда любит урезать мне зарплату за опоздания, даже не появился в полдень. Во второй половине дня в компанию неожиданно пришли несколько сотрудников полиции и сказали, что пригласят ещё несколько человек для помощи в расследовании. Только тогда все узнали, что босс умер прошлой ночью.

То, как умер босс, произошло точно так же, как в моём сне. В два часа ночи он был зарезан в постели. Убийца нанёс ему более десятка ударов острым лезвием, и каждый раз лезвие проходило насквозь. Самое страшное было то, что ножевое ранение в шею пробило сонную артерию и трахею, и повсюду брызнула кровь.

Самое странное, что на месте происшествия не осталось следов убийцы. Ни отпечатков пальцев, ни следов, не было даже намёка на орудие убийства. На дверях, замках и окнах не было никаких признаков повреждения. Полиция подозревала, что преступление совершил знакомый, но после расследования подозрения со всех были сняты.

Разумно сказать, что при таком большом количестве крови убийца должен был быть полностью забрызган, когда совершал убийство. Уходя, он мог оставить какие-то следы в коридоре. Но нет, ничего не было. Убийца испарился, как капли воды, не оставив следов.

Весь день мои коллеги обсуждали дело об убийстве. Знакомого босса убили таким кровавым способом, что все почувствовали одновременно и страх, и возбуждение. Я также притворился испуганным и смешался с ними и выслушал их различные рассказы о деле, а также их анализ и догадки. Я сдерживал смех, пока не вернулся домой с работы.

Так что я действительно могу войти в чужие сны. Значит, если я убью их во сне, они умрут наяву.

Сюй Когда Жэньдун сказал это, он резко остановился. Все слушали, затаив дыхание, гадая, какие ужасные слова он собирается сказать дальше.

Однако Сюй Жэньдун лишь улыбнулся и легко сказал:

– С тех пор я стал нежным и добрым человеком. Мне больше не нужно покупать мелких животных.

Как только он закончил говорить, все услышали «щелчок». Свет в стеклянной комнате снова зажегся.

Все были ошеломлены внезапным включением света. Кто-то вздрогнул и сказал:

– Кто-кто включил свет?

Сюй Жэньдун ответил:

– Никто, он включился сам.

Он взглянул на свои ноги, и не было никаких следов замерзания. Казалось, что история была достаточно страшной, и он прошёл.

Лица у всех были бледные, и они смотрели друг на друга. Все они видели страх и подозрение на лицах товарищей.

Президент Маленькое Солнышко не мог не сказать:

– История, которую ты только что рассказал… немного похожа на «Кошмар на улице Вязов»? Убийство во сне или что-то в этом роде…

Сюй Жэньдун сузил глаза:

– Ты хочешь сказать, что я сплагиатил?

На лице Президента всё ещё были следы от недавнего жестокого избиения. Увидев, что Сюй Жэньдун берёт свой стул и снова идёт к нему, Президент быстро начал умолять о пощаде:

– Нет, нет, нет, я не имел в виду, что ты занимаешься плагиатом…

Сюй Жэньдун был доволен. Он поставил стул и вдруг заметил, что все с паникой смотрят на него.

Рок-Монах весомо сказал:

– Значит, ты сумасшедший убийца.

Сюй Жэньдун «…» Ты слишком прямолинеен.

Он любезно ответил:

– Нет, это просто история.

Рок-Монах:

– Правда? Я не верю в это.

Сюй Жэньдун указал на синелицого Президента и искренне сказал:

– Я только что жестоко избил этого человека у вас на глазах, что полностью доказывает, что я не мягкий и добрый человек. Таким образом, видно, что я не убийца в этой истории. Ты понимаешь?

Все: «…» Твои рассуждения действительно обоснованы и убедительны!

Когда Лянь Цяо услышал это, выражение его лица было очень сложным.

Честно говоря, он думал, что Сюй Жэньдун действительно был нежным и добрым в реальной жизни, но иногда проявлял жестокость, когда играл в инстансе… Раньше он думал, что это уникальное обаяние личности Босса Жэньдуна, но теперь, когда он подумал об этом больше, разве это не типичная личность извращённого убийцы? Обычно он притворялся безвредным для людей и животных, но как только попадал в неестественную среду, позволял себе выйти!

Лянь Цяо не мог сдержать дрожь, думая: «В кого я влюбился?»

После того, как история была рассказана, в стеклянной комнате не было никаких изменений. Все подождали некоторое время, а затем решили сначала отдохнуть.

Когда они спустились вниз, все намеренно держались на расстоянии от Сюй Жэньдуна. Только Лянь Цяо и Чжун Сю последовали за ним. Сюй Жэньдун намеренно сказал: «Спокойной ночи, хороших снов», прежде чем все вернулись в комнаты. Когда все услышали эти слова, их лица стали ещё более безобразными, и они быстро закрыли дверь, чтобы им не пришлось его видеть.

Как только они вошли в комнату и закрыли дверь, Чжун Сю вздохнула:

– Почему ты хочешь превратить себя в мишень?

Сюй Жэньдун беспомощно сказал:

– На самом деле это просто история. Разве вы не слышали президента? Я скопировал сеттинг «Кошмара на улице Вязов».

Чжун Сю покачала головой:

– Я не об этом. Не только эта история, но и твоё отношение к Президенту. Если ты сделаешь такое, как только придёшь, у всех сложится плохое впечатление о тебе. Они подумают, что ты груб и безрассуден, и не будут с тобой сотрудничать. Таким образом, ты станешь объектом публичной критики. Если что-то случится, все будут первыми, кто вытолкнет тебя, чтобы принести в жертву.

Сюй Жэньдун не говорил, а только слушал. Лянь Цяо недовольно сказал:

– Почему ты такая ворчливая, как старая мать.

Услышав это, Сюй Жэньдун и Чжун Сю одновременно посмотрели на него, и в их глазах был намёк на удивление. Лянь Цяо смутился:

– Что? Я сказал что-то не так?

Сюй Жэньдун неестественно кашлянул:

– Нет… нет, – он быстро понял, что сейчас нечего говорить, поэтому быстро сменил тему. – Идём отдыхать пораньше. Я устал.

– Да, – Чжун Сю схватила полотенце: – Я пойду умоюсь.

Она хлопнула дверью в ванную и оставила комнату Лянь Цяо и ему. Сердце Сюй Жэньдуна ёкнуло, когда он подумал, как эта женщина могла быть такой недоброй?

И действительно, рядом с его ухом раздался призрачный голос Лянь Цяо:

– Брат Жэньдун, у тебя Эдипов комплекс?

На лбу Сюй Жэньдуна выступили синие вены:

– Что за ерунду ты несёшь? Разве ты не обещал мне не ревновать?

Кровать рядом с ним была сдвинута, и Лянь Цяо подполз к нему и выставил перед собой голову:

– Нет, я ничего не могу поделать. Если только ты не поцелуешь меня, чтобы успокоить моё израненное сердце.

…Какая ревность, это явно просто грабеж. У Сюй Жэньдуна не было другого выбора, кроме как поднять подбородок Лянь Цяо и легонько поцеловать его в губы.

– Хорошо, иди спать, – Сюй Жэньдун покраснел, натянул одеяло и хотел лечь.

– Нет, это слишком небрежно! – Лянь Цяо прижался к нему и завернул всё тело в одеяло. Сюй Жэньдун был настолько сдержан, что не мог пошевелиться. Он только почувствовал, что превратился в куколку тутового шелкопряда. Прежде чем он успел завершить свою трансформацию, его кокон был насильственно разорван. Его тело всё ещё было заперто в коконе, но его голова высунулась наружу, встревоженная и беспомощная.

– Не создавай проблем… – Сюй Жэньдун боролся, но Лянь Цяо всё ещё крепко прижимал его к себе. Он был настолько ошеломлён, что вдруг немного испугался, но необъяснимым образом также ощутил чувство ожидания.

Чего ожидал, он не мог точно сказать.

– Не бойся, я не буду бездельничать. – Лянь Цяо ткнул его покрасневшие щёки, и улыбка в его глазах была ослепительной. – Я просто хочу показать тебе, что такое «успокаивающий поцелуй», хорошо?

«…» Сюй Жэньдун только почувствовал, как кровь по всему его телу приливает к щекам, что заставило его растеряться. Ему казалось, что у него жар. Голова кружилась, тело было мягким, сил не было. Он ошеломлённо кивнул.

В это время Сюй Жэньдун был послушным и мягким, и Лянь Цяо просто влюбился в эту его сторону. Тёплые и сухие кончики пальцев несколько раз потёрли уголок рта, словно выискивая подходящую позу, и, наконец, остановились на губах.

Затем последовал поцелуй, нежный, как родниковая вода.

Сюй Жэньдун погрузился в почти тонущую нежность и в оцепенении подумал: «Выходит, Лянь Цяо любит прикасаться к моим губам перед поцелуем… Откуда взялась эта привычка…?»

Следующая секунда.

– Я умылась, хотите… – Чжун Сю открыла дверь и увидела двух человек друг на друге. Она не успела среагировать, как услышала приглушённый стон…

С огромным усилием Сюй Жэньдун снова вытолкнул Лянь Цяо из постели.

«…» Как бы медлительна ни была Чжун Сю, она поняла, что только что произошло. Она неловко коснулась своего носа и поспешно отступила обратно в ванную.

– Я забыла почистить зубы.

Она снова закрыла дверь и даже заботливо заперла её за собой.

Сюй Жэньдун сидел на кровати, держась за лоб. Как получилось, что его каждый раз ловили с поличным, и ему приходилось пинать Лянь Цяо из постели… Он чувствовал себя немного растерянным.

Лянь Цяо прислонился к краю кровати и слабо сказал:

– Ты знаешь, куда ты только что пнул ногой…

Сюй Жэньдун: «?»

Лянь Цяо:

– Он чуть не сломался. Если ты не сможешь использовать его в будущем, то потом будешь жалеть об этом…

Сюй Жэньдун: «???»

Хм? Нельзя использовать? Что нельзя использовать? Разве его руки и ноги не в порядке? Куда именно он ударил?

Спираль смерти [BL] Глава 80. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (16)

Глава 80. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (16)

Немного поворочавшись, все трое наконец заснули.

У Сюй Жэньдуна не было психологической нагрузки, и он быстро заснул. Прежде чем осознал это, уже обнаружил, что стоит в коридоре гостевого этажа. Слева была комната, где жили они трое, а справа комната с четырьмя членами киноклуба. В коридоре было тихо и пусто, но чувства ужаса и депрессии не ощущалось. Вместо этого он чувствовал себя очень комфортно, и у него было ощущение, что никто не может помешать тому, что он хочет сделать.

Это сон? Это как быть боссом?

Очень комфортно!

Он попытался повернуть дверную ручку, и дверь открылась без шума. Чжун Сю и Лянь Цяо всё ещё спали, и между ними образовалась человеческая фигура, как будто там лежал прозрачный человек. Сюй Жэньдун знал, что это было его собственное тело.

Так как же попасть в чужой сон?

Сюй Жэньдун коснулся руки Чжун Сю. Он сразу же почувствовал силу, которая тянула его в сторону Чжун Сю. Сюй Жэньдун поспешно убрал руку. Как и ожидал, он мог проникнуть в чей-то сон через прикосновение.

После некоторых размышлений он решил для начала провести эксперимент. Он развернулся и направился в комнату четвёрки киноклуба.

На этот раз он даже не стал утруждать себя открытием двери, а прошёл прямо сквозь стену. Для хозяина снов не было ничего необычного в том, чтобы проходить сквозь стены. Однако, когда он вошёл в комнату, то был ошеломлён увиденным перед ним.

Четыре человека из киноклуба лежали рядом на большой кровати. Что это за конфигурация?

Сюй Жэньдун вспомнил, что отношения между этими четырьмя людьми были сложными. Он не знал, как они могут спать вместе.

Но сейчас не время сплетничать. Сюй Жэньдун шагнул вперёд и коснулся руки Президента. Вскоре огромная сила всасывания потянула его к парню. Глаза Сюй Жэньдуна потемнели, и, когда он снова открыл их, окружающие сцены полностью изменились.

Он оказался на верхнем этаже школьного здания. Перед ним был класс. Дверь была закрыта, и там урчал сабвуфер. Послушав его некоторое время, Сюй Жэньдун понял, что он, похоже, воспроизводит фильм ужасов с различными звуковыми эффектами ужасов, сопровождаемыми постоянными криками. Иногда можно было услышать смех и разговоры.

Поскольку идёт фильм, внутри должно быть очень темно…

Сюй Жэньдун вообразил, что он един с тьмой, а затем прошёл через дверь.

Как он и ожидал, в аудитории на проекторе крутили фильм ужасов. Несколько молодых людей сидели на подиуме, парни и девушки, все смотрели на проекционный экран, совершенно не подозревая о появлении Сюй Жэньдуна.

Но…

Сюй Жэньдун нахмурился. Почему здесь пять человек?

Президент и участники A, B и C здесь, но была и ещё одна девушка, назовем её пока девушкой D. Девушка D похожа по возрасту на остальных четверых и тоже должна быть членом киноклуба.

Неважно, почему здесь появилась девушка D. Сюй Жэньдун решил сначала найти лифт. Он снова прошёл сквозь стену к выходу из класса. Этот класс расположен на шестом этаже школьного здания. Снаружи школьного здания была бесконечная тьма, как и в стеклянной комнате на верхнем этаже виллы.

Сюй Жэньдун прошёл по коридору и быстро нашёл лифт. Этот лифт был точно таким же, как тот, который доставляет и забирает их из инстанса, и кнопка лифта тоже светилась. Лифт был в конце коридора, но проблема в том, что аудитория, где располагался киноклуб, находилась на другой стороне коридора, а за пределами аудитории есть лестница.

Как он мог загнать их всех в лифт?

Взгляд Сюй Жэньдуна упал на огнетушитель сбоку.

В классе зомби на экране вытянул свои длинные ногти и вцепился ими в шею главного героя. Главный герой оказался придушен, его ноги оторвались от земли, руки бессильно скребли по руке держащего его зомби. В сопровождении криков героини фильма фоновая музыка становилась всё более напряжённой.

– Ааа, я не хочу больше это смотреть! – Член А с писком прислонилась к Плечу президента, и её миниатюрное тело задрожало, как испуганный олень: – Президент, почему ты хочешь показать нам такой фильм?

Президент рассмеялся:

– Потому что тема на этот раз – «Ночь ужасов зомби!» – Он пошевелил плечами и очень естественно отодвинулся от члена А. – У тебя слишком острый подбородок, от него болят плечи!

Член А недовольно заворчала:

– Какой натурал… (直男 [zhínán] – означает не только то, что человек натурал, но и то, что он прямолинейный, холодный, эмоционально глухой, не романтичный)

Президент остался глух. Он лишь повернул голову и слабо улыбнулся девушке D.

Девушка D покраснела и молча склонила голову.

Президент резко принюхался и нахмурился:

– Эй, вы ничего не чувствуете?

Ещё несколько человек понюхали воздух. Участник B сказал в шоке:

– Похоже на пожар! Под дверью дым!

Все вздрогнули и посмотрели на дверь. И действительно, из щели двери поднимался густой дым. Президент тут же бросился к двери, повернул ручку, и лицо его мгновенно изменилось:

– Дверь заперта!

– Что? Что ты имеешь ввиду? – Все были в шоке. – Кто её запер?

– Кто-то намеренно вызвал пожар, чтобы сжечь нас внутри? – Член А побледнела от испуга.

– Сначала выйдем! – Президент врезался в дверь, но та, казалось, была прибита к стене и не двигалась. Другой парень поспешно подошёл, чтобы помочь. Эти двое закричали «Раз, два, три» и одновременно ударили в дверь, но та осталась неподвижной.

– Убирайтесь с дороги! – раздался женский голос, он исходил от девушки D.

Президент и член B поспешно отодвинулись, а когда они обернулись, то увидели, что девушка D подняла стул и с силой ударила им дверную ручку! Она разбила её несколько раз. Дверная ручка загремела под её усилиями и, наконец, понемногу скрутилась и деформировалась.

На удивлённых глазах у всех с треском разлетелась вся дверная ручка. Девушка D протянула руку, и из двери выпал незакреплённый дверной замок.

– Все в порядке, пошли! – Девушка D оглянулась и улыбнулась, её глаза встретились с глазами Президента.

– Уходим! – Президент приветствовал её с улыбкой и толкнул вместе с ней дверь класса. Как только дверь открылась, внутрь ворвалась волна тепла. Президент только почувствовал, что языки пламени устремились прямо в трахею, заставив его сильно закашляться, и подсознательно отступил.

– Кхе-кхе, кхе-кхе, кхе-кхе… – девушка D тоже захлебнулась слезами.

– Огонь такой сильный!

Огонь отразился на их лицах, и они с ужасом обнаружили, что весь этаж охвачен пламенем. Не говоря уже о лестнице, даже потолок горел. Всполохи огня продолжали падать вниз.

Апокалиптическая сцена мгновенно лишила всех сил. Все они студенты колледжа, которые никогда не видели мир, и обычные учения по пожарной безопасности были просто домашними играми. Откуда им знать, как спастись, когда они действительно в огне?

Тёмный дым продолжал вливаться в класс, и все задыхались от слёз.

В то же время Сюй Жэньдун стоял у входа на лестницу, с чувством смущения держа огнетушитель, чтобы потушить огонь.

Почему огонь такой большой...? Он просто пошёл в химическую лабораторию, чтобы найти несколько бутылок с горючими материалами и вылил их в коридоре, но он не ожидал, что весь коридор вдруг загорится.

Конечно, как босс сна, он не пострадал от огня. Однако огонь был слишком большим, как могли эти маленькие ублюдки спастись!

Несмотря на усилия Сюй Жэньдуна по тушению пожара, пламя быстро распространилось. Вскоре загорелась и аудитория. Студенты кричали и пятились назад, и им даже хотелось выпрыгнуть из окон, чтобы спастись.

– Нет! – Президент обнял импульсивную члена А. – Этаж слишком высокий! Ты умрёшь, если спрыгнешь!

Член А закричала у него на руках:

– Что же мне тогда делать?! Я так напугана! Что я должна делать?!

– Давайте… бежать… кхе… – Девушка D нашла для всех воду в бутылках. – Вылейте на одежду, прикройте рот и нос рукавами, выбегаем!

Член А закричала:

– Но лестница горит. Нам конец!

Девушка D:

– Думаю, огонь начался с этой стороны и не должен был дойти до лифта! Лифт в здании школы является пожарной лестницей. Пока мы побежим туда, мы будем спасены!

Все вдруг поняли и быстро последовали примеру девушки D и намочили одежду.

– Идите быстрее, вы должны быть быстрыми! Иначе задохнётесь от густого дыма! – Девушка D имеет слабую внешность, но стойкий характер. Она глубоко вздохнула и выбежала из класса.

Президент собирался последовать за ним, но член А потянула его за рукав.

– Президент! Мне страшно! – У члена А были слёзы на глазах.

Президент топнул ногой:

– Хватит бездельничать! – Он обнял члена А за плечи и подтолкнул её бежать вперед.

Как только все четверо выбежали из класса, они услышали громкий шум над головами. Все были потрясены и беспомощно наблюдали, как большой кусок стальной пластины рухнул им на головы, ударив девушку D и сбив её с ног.

Президент взвыл и бросился в сторону девушки D, пытаясь оттолкнуть стальную пластину. Однако вес пластины был поразителен, поэтому, как бы он ни старался, стальная пластина была плотно прижата к спине девушки D.

– Хм… – Девушка D стиснула зубы, пот покрыл всё её лицо. Она с трудом подняла своё личико и со злостью сказала: – Оставь меня, иди…

– Нет! Нет! – Президент выглядел как бешеный волк. Он схватил девушку D за руки, пнул стальную пластину позади неё и крикнул остальным участникам: – Что вы делаете, идите и помогите!

Трое посмотрели друг на друга. Член А нерешительно сказала:

– Огонь слишком большой…

Двое других тоже кивнули. Президент сердито сказал:

– Что вы имеете в виду!?

Все трое посмотрели друг на друга и подошли, чтобы потянуть его:

– Раз она сказала тебе отпустить, не трать её доброту попусту!

– Пойдём! Огонь вот-вот разгорится здесь!

– Если мы не уйдём, мы все здесь умрём!

Президент боролся, постоянно кричал, но все трое оттащили его от девушки D.

Девушку D зажало огромной стальной пластиной, и из-под неё медленно сочилась кровь, окрашивая её белый воротник в красный цвет. При свете пламени она одарила Президента горькой улыбкой и сказала тихим, неслышным голосом:

– Иди.

Президент был вынужден в отчаянии уйти.

Вскоре после его ухода голова девушки слабо поникла. Она лежала в луже собственной крови с горькой улыбкой на красивых юных щеках.

На другом конце коридора Сюй Жэньдун молча наблюдал за всем этим. После того, как группа киноклуба из четырёх человек вошла в лифт, окружающая сцена внезапно расплылась, как взволнованное озеро. Похоже, им удалось сбежать, и поэтому этот мир снов вот-вот исчезнет.

Сюй Жэньдун почувствовал, как его засосало, и понял, что вот-вот покинет этот сон. Он взглянул на девушку в последний раз, но вдруг обнаружил, что тело девушки исчезло. На его месте был лист бумаги, на котором, похоже, была надпись.

Борясь с засасыванием, он протянул руку и взял бумагу. Он увидел, что оно гласило:

«Уведомление:

В связи с пожаром, произошедшим на 5 этаже XX учебного корпуса нашей школы ХХ, ХХ, ХХ, поступило сообщение. Было подтверждено, что все пятеро вовлечённых студентов являются членами киноклуб в нашем колледже. В момент инцидента член клуба использовал проектор для просмотра фильма в классе на пятом этаже. Такое поведение было несанкционированным без одобрения руководства, и в то время не было инструктора. Из-за неправильной эксплуатации девушки D загорелась техника. Огонь быстро распространялся и не мог быть потушен. Пятеро студентов в панике попытались сбежать из учебного корпуса. Во время этого процесса девушка D пострадала от падающих строительных материалов и скончалась на месте. Остальные четверо студентов получили легкие ранения.

Это очень прискорбно для девушки D. Колледж глубоко сожалеет о её смерти. Однако причиной этого инцидента было то, что учащиеся использовали оборудование без согласия, в результате чего здание загорелось, что привело к огромным человеческим жертвам и материальному ущербу. Обстоятельства будут серьёзно рассматриваться. С членами киноклуба, а также с его ответственными преподавателями поступают следующим образом…»

Так называемое серьёзное рассмотрение было просто словами. Огонь почти полностью уничтожил здание и нанёс колледжу огромный экономический ущерб. Однако в связи с тем, что девушка D, которая была главным виновником, умерла, к четверым оставшимся в живых отнеслись крайне терпимо и разумно. Но… всё равно казалось, что что-то не так.

Сцена перед ним быстро расплылась. Зрение Сюй Жэньдуна затуманилось, а затем он вернулся к реальности. Он посмотрел вниз и увидел, что лист бумаги в его руке исчез, но на кончиках его пальцев всё ещё оставались чёрные следы. Он сжал пальцы и обнаружил, что там был только пепел.

В этот момент он вдруг понял, что не так.

Этот сон был слишком реален, это явно не простой сон, а общее воспоминание четырёх человек. Огонь во сне поджёг Сюй Жэньдун, так как в реальном мире начался пожар?

Это точно была не девушка D. Когда начался пожар, она была единственной, кто сохранял спокойствие и хладнокровие, организуя побег. Как такая спокойная девочка могла просто небрежно включить проектор и вызвать пожар во всем здании? Вероятно, у пожара была другая причина.

«Если три человека скажут, что в городе есть тигры» – это они имели в виду?

После того, как девушка D умерла, остальные трое возложили всю вину на девушку D, чтобы избежать наказания. А Президент явно восхищается девушкой D.

…Понимаю. Неудивительно, что Президент хотел найти способ убить этих трёх человек.

Сюй Жэньдун вздохнул и оставил эту историю позади.

Комната четвёрки киноклуба была пуста, так что было видно, что они действительно ушли отсюда через лифт в своих снах. После того, как Сюй Жэньдун подтвердил, что этот метод эффективен, он быстро вернулся в свою комнату.

Чжун Сю и Лянь Цяо всё ещё мирно спали, не осознавая, что с кровати ушёл один человек. Сюй Жэньдун посмотрел туда-сюда и вдруг почувствовал, что он немного в замешательстве.

Это типичный сценарий, когда «я и твоя мама падаем в воду, кого ты спасёшь первым?»

Сюй Жэньдун не хотел терять время, поэтому он вынул из кармана монету и бросил её. Присмотревшись, это была «1».

Это Лянь Цяо.

Сюй Жэньдун подошёл к Лянь Цяо и слегка коснулся его руки. Вскоре из руки вырвалась знакомая тяга. Он вошёл в сон Лянь Цяо.

_______________________

Автору есть что сказать:

Фокус: Лянь Цяо – 1!

Спираль смерти [BL] Глава 81. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (17)

Глава 81. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (17)

Когда открыл глаза, Сюй Жэньдун оказался в заброшенном городе.

Город опустел, а улицы заросли травой. Огромные лианы карабкались по высоким зданиям и даже змеились сквозь разбитые окна и проникали внутрь зданий. Кажется, что это место давно заброшено. Мало того, что город заняли растения, даже животные использовали его в качестве дома. Олени и кабаны ходили по растрескавшейся асфальтовой дороге и изредка опускали головы, чтобы пощипать траву, растущую из трещин в земле. В тени зелени тихонько щебетали птицы, и время от времени большие стаи поднимались и проносились по небу. Это сцена, которую невозможно увидеть в современных городах.

Сюй Жэньдун был потрясён увиденным, как только открыл глаза. Он и представить себе не мог, что заброшенный город может иметь такой прекрасный вид. Здания, улицы, ржавые машины, повсюду были следы человеческой жизни, но природа шаг за шагом возвращалась, чтобы вернуть свою территорию. Дикие животные и растения стали здесь хозяевами, гуляли и буйно разрастались, как будто это место с древних времен было их домом.

Вокруг не было ни человеческих голосов, ни шума современного города. Всё, что преследовало его уши, – это шёпот ветра, дующего в траве, и хлопанье крыльев летящих в небе птиц.

Философский подтекст тронул Сюй Жэньдуна, но сейчас у него действительно не было времени думать об этом. Он огляделся, ища следы Лянь Цяо. Вскоре на краю пруда в центре города он увидел две фигуры.

Это был кусочек чистой и полупрозрачной воды, появившийся посреди заброшенного города. Это вовсе не казалось странным. Сюй Жэньдун посмотрел издалека и с первого взгляда узнал Лянь Цяо. Он был одет в чёрную боевую форму, за спиной у него была чисто чёрная катана, и он держал длинную удочку. Вероятно, отдыхал между боями.

А за ним кто-то с крыльями…

Это был он сам с крыльями!

Сюй Жэньдун недоверчиво расширил глаза. Он ещё раз взглянул, чтобы убедиться, что лицо человека-птицы позади Лянь Цяо точно такое же, как и у него самого!

Нет, оно было не совсем то же самое. У этого Сюй Жэньдуна была не только пара белых и безупречных крыльев, но даже священный свет медленно лился из его макушки. Между его бровями имелась серебряная метка, которая была действительно красивой. Хотя черты лица и поведение были очень похожи на его собственные, с добавлением пары крыльев и священного света, Сюй Жэньдун рядом с Лянь Цяо действительно казался ангелом из мифологии и был потрясающе красивым.

…Так он выглядел в сознании Лянь Цяо?

Сюй Жэньдун не мог не покраснеть.

Пока он стоял ошеломлённый, на удочку Лянь Цяо что-то клюнуло. Поворотом его запястья удочка очертила в воздухе красивую дугу. Перед ним приземлилась большая рыба. Он снял рыбу и с радостью показал её стоявшему рядом с ним ангелу. Ангел улыбнулся ему, но ничего не сказал.

Лянь Цяо взял ангела за руку, сказал что-то с улыбкой, а затем они пошли в определённом направлении.

Ангел медленно взмахнул своими белыми крыльями и грациозно парил в воздухе, лишь слегка касаясь пальцами ног земли. Святой свет над его головой рассеялся, упал в траву и превратился в серебристо-белые осколки. Лянь Цяо был весь в чёрном, от боевой формы до длинного меча. Время от времени на дороге появлялись маленькие роботы, которые рычали «Я убью тебя» электронно-синтезированным голосом и размахивали своими роботизированными руками в их сторону. Лянь Цяо вытаскивал из-за спины длинную катану и аккуратно разрезал их на куски. Механические части были разбросаны повсюду, и вскоре они автоматически полетели в маленькую сумку на талии Лянь Цяо.

– Повсюду есть механические формы жизни, это так раздражает, – Лянь Цяо убрал длинный меч и взяла ангел за руку. Он изогнул глаза и снова улыбнулся: – Пойдём, я тебя кое-куда отведу.

Ангел улыбнулся ему в ответ.

Сюй Жэньдун следовал за ними издалека и увидел, как Лянь Цяо и ангел целуются, и испытал чудесное ощущение роста зелёной травы на своей голове. Он хотел отправить Лянь Цяо как можно скорее, но по пути не видел лифта. Он мог только ждать и смотреть, что произойдёт.

Пока шёл, сцена перед ним менялась и появилась детская площадка. Было неизвестно, когда стемнело, а по детской площадке расхаживали механические клоуны. Они играли на разных музыкальных инструментах и проходили мимо Лянь Цяо и ангела, и, похоже, не хотели нападать на них. Время от времени ленты свисали с их плеч, и Лянь Цяо осторожно отбрасывал их для ангела.

В ночном небе один за другим вспыхивали фейерверки, освещая замок и американские горки вдалеке. Замок имел очень уникальную форму, с огромной дырой в форме сердца посередине, и странной красотой. Американские горки с грохотом въехали на трассу и быстро помчались вниз, но на пассажирских местах никого не было. Захватывающий трек не мог вызвать никаких криков, поэтому казался пустым и одиноким.

Лянь Цяо повернул голову в сторону и что-то сказал ангелу.

Сюй Жэньдун не слышал ни слова. Он видел только фейерверк в воздухе, освещающий лицо ангела. Ангел слегка приподнял уголок рта, а глаза его были полны улыбки.

Эта улыбка была подобна весеннему дуновению ивовых ветвей, такой мягкой и опьяняющей. Даже Сюй Жэньдун, привыкший видеть свою внешность, не мог не ошеломиться.

Лянь Цяо безучастно смотрел на ангела и, словно его тянула невидимая нить, постепенно наклонялся. Он закрыл глаза, поднял голову и благоговейно поцеловал уголок губ ангела. Затем осторожно открыл глаза, чтобы увидеть реакцию ангела.

Ангел улыбнулся и согласился с ним.

Лянь Цяо рассмеялся, обнял ангела за шею и нежно поцеловал. Позади них двоих расцвел фейерверк, и в замке было светло и темно. Это было так романтично, как в сказке.

Сюй Жэньдун спрятался в темноте и выглянул, почувствовав, что макушка у него снова зелёная. Но у ангела действительно было его лицо, и это было во сне Лянь Цяо, поэтому для Лянь Цяо это был сам Сюй Жэньдун… Строго говоря, это действительно нельзя считать предательством.

Сюй Жэньдун впал в странное философское размышление.

Два прилипчивых человека, наконец, разошлись, и даже в уголках их ртов остались следы влаги. Сюй Жэньдун на мгновение был ошеломлён, а когда понял, что происходит, безумно покраснел.

– Ты такой милый, – Лянь Цяо одержимо потёр уголок рта ангела, его глаза потемнели. – Давай сделаем это, хорошо?

…Это слишком!

Нахлынуло жгучее чувство стыда. Сюй Жэньдун не мог больше терпеть и решил разделить эту пару. Он посмотрел на очертания механических клоунов вокруг себя и, немного подумав, изменился.

По мере того, как его тело росло, угол обзора постепенно увеличивался. Окружающие декорации постоянно тонули. Он посмотрел на себя и своё цельнометаллическое тело. Суставы были построены из шестерёнок, а внутри было механическое ядро для обеспечения энергией, поэтому управлять этим огромным механическим телом было несложно.

Когда он сделал шаг, земля задрожала.

– Что это за звук? – Лянь Цяо сразу же испугался. Он обернулся и увидел огромное механическое существо высотой в десятки метров. Выражение его лица сменилось с недовольства на удивление.

– Элитный монстр? – Лянь Цяо достал катану и нетерпеливо сказал ангелу: – Переключись в оборонительный режим, не проявляй инициативу в нападении. Подожди, пока я вернусь.

В глазах ангела мелькнуло несколько строк кода. Он закрыл глаза и, когда снова открыл их, кивнул в сторону Лянь Цяо.

Лянь Цяо поцеловал ангела в лоб, а затем агрессивно бросился к гигантской машине.

Некая гигантская машина: «…» Я сделал себя зелёным. Я очень хочу «выпить уксуса», но не могу, я злой!

Сюй Жэньдун решил выместить свой гнев на подонке Лянь Цяо. Он взмахнул своей тяжёлой механической рукой и сильно ударил. Лянь Цяо был очень подвижным, а его движения такими быстрыми, что он почти превратился в двух человек. Он уклонился от удара задолго до того, как приземлился. Кулак огромной механической формы жизни врезался в воздух, вызвав взрыв пыли. Сюй Жэньдун повернулся, чтобы найти Лянь Цяо, но услышал позади себя металлический грохот. Затем толстая стальная пластина была расколота, обнажив внутреннюю структуру зубчатого колеса.

…Катана также может резать сталь?! Это слишком ненаучно!

Огромная механическая форма жизни неуклюже повернулась и увидела в воздухе проворную чёрную фигуру, вооружённую длинным оружием, рубящую повсюду. Самурайский меч выглядел неприметным, но резал огромную машину, воплощённую Сюй Жэньдуном, словно раскалённый нож масло. Сюй Жэньдун несколько раз пытался поймать Лянь Цяо, но из-за его медленных движений всегда хватал воздух.

Хотя движения Лянь Цяо проворны, к сожалению, разница в размерах тела между ними слишком велика. Какое-то время самурайский меч всё ещё не мог нанести смертельный урон огромной технике. Сражаясь с Лянь Цяо, Сюй Жэньдун осмотрел окружающую местность.

Несмотря на то, что он уже стоял так высоко, всё ещё не видел лифта. Где был лифт во сне Лянь Цяо?

Движения Лянь Цяо проворны, его наступление яростно, и огромная машина действительно не сможет его убить. Сюй Жэньдун хотел сдаться и больше не хотел терять время, но вдруг услышал, как Лянь Цяо взволнованно сказал:

– Этот монстр такой сильный, из него обязательно выпадут хорошие вещи! – Он повернул голову и крикнул ангелу: – Жэньдун, переключись в режим атаки! Прикрой меня, я его взломаю!

Появились два серебристо-белых длинных ножа, взмахнули крыльями и полетели сюда. В то же время Лянь Цяо остановился, слабо сжал руки и сложил кулаки перед грудью. Из электромагнитных перчаток вырвались искры, и лазерный выстрел попал прямо во внутреннее ядро гигантской машины!

Сюй Жэньдун был поражён, зная, что сейчас делает Лянь Цяо, поэтому быстро повернул голову и побежал. Внезапно перед ним выскочила красная панель: «Внимание! Обнаружено хакерское вторжение!»

Сюй Жэньдун попытался устранить хакерскую программу, работающую в его теле, но перед ним выскочила новая красная панель:

«Предупреждение! Потерян контроль над левой рукой!»

Сюй Жэньдун был шокирован, а затем слева раздался громкий удар. Он опешил, обнаружив, что левая механическая рука была насильственно отделена от гигантского механического тела. Она управлялась дистанционно и парила в воздухе.

Прежде чем Сюй Жэньдун успел среагировать, роботизированная рука уже сжала кулак и врезалась ему в лицо! Голову гигантской машины отбросило в сторону, и всё тело потеряло равновесие и тяжело упало на землю. Этот приём ничем не лучше самурайского меча. Это была просто огромная смертоносная сила, и внезапно у Сюй Жэньдуна, который прятался внутри машины, закружилась голова.

…Ты, это домашнее насилие!

Хакерские программы бешено множились в теле Сюй Жэньдуна. Он сделал всё возможное, чтобы противостоять вирусу, но не смог противостоять всему этому.

Таким образом, Лянь Цяо манипулировал захваченной механической рукой, прижимал гигантскую машину к земле и дико избивал её. Сюй Жэньдун, пострадавший от домашнего насилия, был в ярости. Он слышал, как его тело раздавили, вокруг летали части и свет огня. Вскоре огромная машина высотой в десятки метров была разобрана на куски железа, а вокруг взорвалось множество сверкающих редких реквизитов.

Что касается Сюй Жэньдуна, он покинул тело задолго до того, как его разделили, и снова спрятался в темноте.

Сюй Жэньдун сильно страдал. Он не ожидал, что Лянь Цяо будет таким сильным во сне, он действительно не мог победить его! Он мог только сердито ждать, пока Лянь Цяо поднимет реквизит, наблюдая за тем, как Лянь Цяо радостно держит множество вещей, чтобы показать ангелу. Потом тот снова взял ангела за руку, побежал к замку, где было сделано любовное сердце, и без устали смотрел на фейерверк.

…Это действительно раздражало!

Хорошо, не уходи! Вы двое оставайтесь здесь и продолжайте быть прилипчивыми и кривыми!

Сюй Жэньдун сердито мобилизовал свои мысли и собирался покинуть сон Лянь Цяо, когда услышал, как Лянь Цяо сказал:

– На самом деле, я давно хотел привести тебя сюда, но боялся, что ты назовёшь меня наивным. Хотя это всего лишь игра…

Американские горки загрохотали. Перед ними пронеслась земля, и великолепный фейерверк осветил ночное небо. Огромный замок стоял безмолвно, пустота в форме сердца заполнялась фейерверками.

– …Но здесь действительно красиво.

Сюй Жэньдун остановился и обернулся. Он посмотрел на Лянь Цяо издалека и обнаружил, что, когда тот сказал это, в его глазах вспыхнули звёзды.

Лянь Цяо похож на невинного и искреннего ребёнка, протягивающего свои любимые вещи человеку, который ему нравится больше всего, желая поделиться с ним, но боялся, что другому человеку это не понравится и что он будет смеяться над ним.

Этот осторожный вид был подобен зелёному плоду, покрытому росой, сладкому и кислому, чей сок был полон сладости первой любви.

Как ему не отвлекаться?

Сюй Жэньдун слегка приподнял уголки рта, посмотрел на Лянь Цяо издалека и тихо сказал:

– Это красиво.

– Вот! – Лянь Цяо вдруг кое-что вспомнил и улыбнулся, изогнув брови: – В замке спрятано пасхальное яйцо. Позволь мне показать тебе! – Затем он взял ангела за руку и побежал к замку.

Сюй Жэньдун исчез и тихо последовал за ним. Пройдя через богато украшенные ворота замка, они попали в просторный бальный зал. В отличие от великолепного внешнего вида, интерьер замка был разрушен, как будто была война, а пол был усеян трупами механических существ.

Лянь Цяо проигнорировал это и направился прямо к маленькой двери рядом с бальным залом. Это была лестница, ведущая вниз, длинный и узкий коридор уходил вглубь. Несколько механических существ выскочили из темноты, и все они были быстро убиты мечом Лянь Цяо.

– Главный герой этой игры – искусственный человек, который был создан для борьбы с механическими существами. В игре официально объявлена музыкальная тема. MV был снят с реальными пейзажами. Нажмите кнопку, чтобы разбить и уничтожить кукол. Все трупы свалены в кучу, как гора мусора. У всего клипа какая-то жестокая и неистовая красота.

Лянь Цяо убрал выпрыгнувших механических существ, при этом упростив игровой сюжет и объяснив его ангелу. В тёмном коридоре самурайский меч высек множество искр по металлическому телу механического существа, и звук удара металла был бесконечен. Сцена, которая должна была быть мрачной и депрессивной, была менее ужасающей из-за красивых боевых приёмов Лянь Цяо.

– Когда впервые прошёл уровень, я был настолько потрясён концовкой, что всю ночь не мог уснуть. Позже я нашёл это скрытое пасхальное яйцо, когда играл во второй раз. Вот эта неприметная дверца. Просто дойдите до конца и спуститесь на лифте. Затем вы прибудете к горе обломков с MV.

Сюй Жэньдун тихо следовал за ним и, услышав слово «лифт», внезапно поднял голову.

Наконец они дошли до конца коридора. Он увидел лифт, стоящий в конце. Лифт отличался от того, который они обычно видели. Он был ржавым и очень потрёпанным и очень хорошо сочетался с окружающей сценой.

Сюй Жэньдун не знал, смеяться ему или плакать. Он искал лифт, который долго не мог найти, и тот оказался спрятан здесь. Неудивительно, это сон Лянь Цяо. Лянь Цяо восстановил игровую сцену во сне, так что вполне логично, что лифт выглядит как пасхальное яйцо.

Лянь Цяо нажал кнопку. С тяжёлым рёвом дверь лифта открылась. Он и ангел улыбнулись друг другу и вошли в лифт рука об руку.

В тот момент, когда он вошёл в лифт, сердце Сюй Жэньдуна сжалось от страха, что лифт снова разрежет Лянь Цяо пополам. К счастью, на этот раз обошлось без аномалий. Дверь лифта медленно закрылась, и Лянь Цяо и ангел скрылись за дверью.

Сразу после этого, как капля чернил, упавшая в чистую воду, всё вокруг зашевелилось и закрутилось.

Сюй Жэньдун, наконец, почувствовал себя непринуждённо, зная, что Лянь Цяо ушёл. И действительно, когда он вернулся в комнату, на кровати осталась только Чжун Сю.

Всё шло очень гладко, и нужно было просто загнать всех в лифт одного за другим.

Сюй Жэньдун подошёл к Чжун Сю и нежно сжал её руку. Знакомое влечение потянуло его в сон, и в то же время в его грудь влилось сильное чувство, холодное и острое. От боли у него перехватило дыхание, и тут же потекли слёзы.

Что здесь происходит? Какой сон снится Чжун Сю?

Сюй Жэньдун сузил глаза, и в его сердце было плохое предчувствие.

Спираль смерти [BL] Глава 82. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (18)

Глава 82. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (18)

Ночь была густой, как чернила, которые невозможно растворить, и холодный воздух дул со всех сторон. Сюй Жэньдун дрожал от холода и сощурился, осматривая окружающую его обстановку.

Это было поле. Шёл сильный снег, и снежинки летели очень плотно. Казалось, они тяжело давят на лицо, из-за чего невозможно было открыть глаза. Вдалеке виднелся ярко освещённый большой дом, а жёлтый ореол казался особенно тёплым в снежной ночи, вызывая невольное желание приблизиться.

Где он? Где Чжун Сю?

Сюй Жэньдун огляделся и вскоре обнаружил фигуру, идущую в одиночестве по ветру и снегу.

Это был худенький и маленький ребёнок, волосы которого были собраны в два хвостика. Даже в этом ледяном мире на ребёнке было только одно тонкое пальто. Она была одна, шла по глубокому снегу. Снег падал на её волосы, таял, а затем превращался в лёд, заморозив два хвостика и сделав их твёрдыми и тяжёлыми.

Сюй Жэньдун был потрясён, когда увидел её. Он молча последовал за девочкой, наконец увидев лицо ребёнка. Её лицо покраснело от кристаллов льда на ресницах. Черты её лица ещё не обострились, но он уже мог сказать, что у неё красивая костная структура.

Это Чжун Сю. Чжун Сю в возрасте тринадцати лет.

Сюй Жэньдун посмотрел вниз и увидел младенца у неё на руках. Ребёнок был весь в морщинах. Его лицо было багровым, и неизвестно, была ли причиной гипоксия или замерзание. В общем, это был довольно уродливый младенец и совсем не симпатичный.

Ребёнок плакал и корчился, пытаясь вырваться из рук Чжун Сю. Тринадцатилетняя Чжун Сю сама была ещё ребенком и совсем не умела держать младенца на руках. Она подтянула пелёнки и торопливо обернула их вокруг младенца, придерживая одной рукой его затылок и прижимая к груди. Возможно, из-за того, что он услышал знакомое сердцебиение, младенец наконец перестал плакать и тихо заснул на руках Чжун Сю.

…Это я?

Я только что родился.

Сюй Жэньдун был потрясён, когда смотрел на себя в пелёнках. На какое-то время его разум был пуст, он был ошеломлён и мог только молча следовать за Чжун Сю, чтобы увидеть, куда она идёт.

Чжун Сю держала ребёнка на руках и с трудом пробиралась по сильному снегу. Её лицо было белее снега и бескровно. Ветер и снег дули со всех сторон, Чжун Сю вздрогнула и затянула пальто, но с её лба стекал холодный пот.

Очевидно, она уже была измотана и останавливалась, пройдя несколько шагов, делая большой глоток белого дыхания. Но каждый раз она отдыхала всего несколько секунд, а потом снова быстро оживлялась, глубоко вздыхала и шла дальше. Сюй Жэньдун вдруг заметил под её штанами мокрый след. Сюй Жэньдун был очень знаком с этим цветом – это была кровь.

И действительно, вскоре промокшая ткань не выдержала. Кровь текла по её лодыжкам, оставляя шокирующие красные следы на чистом белом снегу.

Сюй Жэньдун поджал губы и хотел помочь ей, но быстро понял, что это невозможно. Как он мог ей помочь?

Это было её воспоминание, то, что произошло более двадцати лет назад, и теперь было бесполезно что-либо делать. Более того, место, куда она сейчас направлялась…

И действительно, когда Чжун Сю наконец добралась до ярко освещённого места, перед ней появилось знакомое здание.

– Детский дом. Конечно же, это приют.

Это действительно та снежная ночь, когда он родился, снежная ночь, когда он чуть не умер.

Сюй Жэньдун беспомощно наблюдал, как Чжун Сю оставляет его младенческое «я» у дверей приюта. Постучав несколько раз в дверь, она ушла, не оглядываясь. Она по-прежнему шла медленно, и её худое тело казалось ещё слабее, чем прежде, как будто в следующую секунду упадёт.

Младенцу, внезапно покинувшему руки матери, было так холодно, что он расплакался. Когда Чжун Сю услышала крик, её шаги остановились, но она не оглянулась. Ребёнок не успокоился и стал больше плакать. Он махал и пинался своими маленькими ручками и ножками. Пелёнки быстро развернулись, обнажив нежные руки и ноги.

Обморожение. В тяжёлых случаях начинается некроз и требуется ампутация.

Сюй Жэньдун стоял в темноте и молча наблюдал за всем этим. Снежинки падали на новорожденного и накапливались всё больше и больше, пока он не превратился в маленького белого снеговика. Сюй Жэньдун почти мог представить вес снега, навалившегося на его тело…

Нет, это было не воображение, а память. Что он помнил, так это ледяное, тяжёлое ощущение снега на своём теле.

Он также вспомнил, что в детстве у него было обморожение, и его руки и ноги были в плохом состоянии. Он сумел медленно восстановиться благодаря директору, которая каждый день наносила на него мазь и пропитывала традиционной китайской медициной.

К счастью, директор вышла сразу после звонка в дверь. Закутавшись в толстую хлопчатобумажную пижаму, она вскрикнула, увидев младенца на земле, подбежала и подняла его. Но всего через несколько минут новорожденный уже замёрз, и даже его крики стали слабыми.

Директор крепко держала ребёнка на руках и оглядывалась, но не могла найти, кто его оставил.

Директор вздохнула и быстро пошла к приюту с ребёнком на руках. Глаза Сюй Жэньдуна следовали за ней, и его настроение было чрезвычайно сложным.

Как бы то ни было, давай сначала отведём Чжун Сю в лифт.

Во сне он всё-таки всемогущ. Подумав, он наколдовал себе бензопилу и надел капюшон. Переодевшись в костюм убийцы с бензопилой, Сюй Жэньдун закрыл глаза. Просто подумав, он уже оказался позади к Чжун Сю.

Несмотря на то, что ребёнок не обременял её, Чжун Сю не почувствовала особого облегчения. Она тяжело дышала и шла ещё медленнее. Сюй Жэньдун тихо обошёл её и завёл бензопилу, потянув за провод. Зубья бензопилы вращался с большой скоростью, издавая низкий ужасающий гул.

Чжун Сю удивлённо подняла голову, когда услышала звук. На её бледном и бескровном лице отразился ужас. Она широко открыла ясные глаза, и в них отразилась высокая фигура человека в маске.

Сюй Жэньдун держал бензопилу и шаг за шагом приближался. Чжун Сю была так напугана, что у неё подкосились ноги, и она упала на землю в снег. Под ней быстро размазывался большой участок крови и красный цвет ослеплял.

…Её кровотечение всё ещё не остановилось?

Сюй Жэньдун почувствовал удар в сердце, и его движения замедлились. Чжун Сю подняла маленькое лицо, полное страха, но по глупости не знала, как сбежать. Сюй Жэньдун высоко поднял бензопилу и собирался напугать её. Чжун Сю закричала и закрыла лицо руками.

Эй ты, беги!

Сюй Жэньдун был беспомощен. Он мог только притвориться, что бензопила застряла в ветке над его головой, и сделал вид, что пытается её вытащить. Чжун Сю оставалась ошеломлена на две секунды, а затем пришла в себя. Она вскочила и побрела обратно к приюту. Сюй Жэньдун бежал за ней, уже думая о том, к кому пойдёт следующим после того, как отправит Чжун Сю.

Чжун Сю, наконец, побежала к входу в приют с жужжащим звуком преследующей её бензопилы. Детский дом был ярко освещён, а жёлтый ореол давал людям ощущение безопасности. Даже Сюй Жэньдун успокоился, когда увидел это. Неожиданно Чжун Сю резко остановилась во время бега. Сюй Жэньдун почти не сумел остановиться вовремя и чуть не ударил её, поэтому быстро убрал бензопилу, опасаясь случайно разрезать Чжун Сю пополам.

Что именно ты хочешь сделать?!

Сюй Жэньдун нахмурился и увидел, как Чжун Сю развернулся и снова побежал к полю.

Вместо того, чтобы просить о помощи, ты бежишь туда, где никого нет. У тебя проблемы с мозгом?

Снежная буря становится всё сильнее и сильнее. Если она продолжит бежать в том же духе, он не знал, замёрзнет ли сперва Чжун Сю или умрёт от чрезмерной потери крови. Сюй Жэньдун нахмурился и яростно потянул за провод, поворачивая пилообразные зубья. Он мгновенно подошёл к Чжун Сю и снова преградил ей путь.

Чжун Сю закричала. На этот раз, вместо того чтобы сесть, она повернулась и побежала в другую сторону – всё так же спиной к приюту.

Казалось, она запаниковала, но всё же намеренно избегала приюта?!

Сюй Жэньдун был озадачен. Он мелькнул ещё несколько раз и гнал Чжун Сю в сторону приюта. Однако Чжун Сю по-прежнему была полна решимости бежать в поле, как бы он не пытался её остановить.

Ты ищешь смерти!?

Сюй Жэньдун постепенно терял терпение и был слишком ленив, чтобы снова играть в кошки-мышки. Он перестал играться и поднял Чжун Сю, которая была похожа на курицу, и позволил ей бороться и брыкаться. Снежная буря становилась всё сильнее и сильнее, и ему больно ударяло в лицо. Сюй Жэньдун просто снял плащ, завернул внутрь Чжун Сю и понёс её на спине, как мешок.

Чжун Сю продолжала пинать и бить позади него, но была всего лишь тринадцатилетним ребёнком, который был очень слаб из-за сильной потери крови. Её пинки и удары были похожи на царапание котёнка, в них не было никакой силы.

Сюй Жэньдун быстро подошёл к приюту и открыл дверь. Тепло ударило ему в лицо, мгновенно растопив лёд и снег на его лице. Знакомая картина согрела его сердце. Ему казалось, что он сможет найти убежище, если вернётся сюда, и все беды будут заблокированы.

Чжун Сю всё ещё боролась позади него, и Сюй Жэньдун знал, что она ещё не умерла. Но времени было мало, потому что её кровь стекала по плащу на спине Сюй Жэньдуна, делая всю его спину влажной и липкой.

Как ребёнок может так сильно истекать кровью?

У Сюй Жэньдуна было неописуемое чувство в сердце. Он подавил свои эмоции и огляделся в поисках лифта. Всё, что он мог видеть, было знакомым зрелищем. На полу были разбросаны игрушки, а на стенах развешаны детские рисунки. Это было место, где он прожил более десяти лет.

Но… лифта не было.

В реальности в детском доме нет лифта. Но почему его нет здесь сейчас?

Во сне Чжун Сю было только здание приюта. Место за пределами приюта было голым полем. Как там мог быть лифт?

Но где бы он мог быть, если не здесь?

Движения Чжун Сю позади него становились всё слабее и слабее, и он едва мог слышать её тяжёлое дыхание. Сердце Сюй Жэньдуна сжалось – Чжун Сю умирала, и времени не оставалось.

Сюй Жэньдун не успел об этом подумать и мысленно телепортировался в комнату директора. Директор вытирала кровь с ребёнка горячим полотенцем. Сюй Жэньдун толкнул полумёртвую Чжун Сю в объятия директора, не обращая внимания на её ошеломлённое выражение лица, и прямо призвал свой разум покинуть сон.

Огромная тяга мгновенно захватила Сюй Жэньдуна. После кратковременного головокружения он открыл глаза и снова оказался в комнате.

Он немедленно наклонился, чтобы проверить ситуацию Чжун Сю. К счастью, хоть она и выглядела плохо, всё ещё дышала. По крайней мере, она не умерла.

Сюй Жэньдун вздохнул с облегчением и снова нахмурился.

Что случилось с Чжун Сю? Почему в её сне не было лифта?

Сюй Жэньдун не мог не посмотреть на другую сторону большой кровати. Простыни были смяты, и человеческая фигура всё ещё смутно прослеживалась, но кровать была пуста. Это заставляло его чувствовать себя опустошённым и беспокойным.

Он нахмурился и снова вздохнул.

Других вариантов не оставалось. Лянь Цяо ушёл, и ему не с кем было это обсудить. Он мог разобраться во всём только сам.

Спираль смерти [BL] Глава 83. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (19)

Глава 83. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (19)

Сюй Жэньдун был расстроен. Он понятия не имел, что происходит с Чжун Сю. В отчаянии ему пришлось сначала отправить других.

Сон Рок-Монаха был прост. Он пел рэп во время работы, и семья погибшего преследовала и избивала его. Пробежав несколько улиц, он успешно нашёл лифт и чисто вышел. Остальные были такими же простыми, потому что Сюй Жэньдун неоднократно подчёркивал «лифт» в своей истории, поэтому у всех был лифт во сне.

В конце концов осталась только Чжун Сю.

Чжун Сю лежала одна на большой кровати. Она спала спокойно, и её дыхание стало намного ровнее, чем раньше. Сюй Жэньдун решил попробовать ещё раз, поэтому закрыл глаза и снова взял Чжун Сю за руку.

Снова нахлынуло знакомое головокружение, и мощное засасывание потянуло его в сон.

На этот раз, прежде чем он открыл глаза, уже мог слышать шумные голоса вокруг себя, звуки печали, смешанные с радостью.

Это был траурный зал, оформленный в белом цвете. На столе для подношений стояла серо-белая фотография пожилой дамы с доброй улыбкой.

Перед столом для жертвоприношений девочка в простой одежде с сыновней почтительностью стояла на коленях перед медным тазом и сжигала бумажные деньги. Этой девочкой была тринадцатилетняя маленькая Чжун Сю. Но странно было то, что в её спину было воткнуто более дюжины ножей, все они глубоко вонзились в плоть, и кровь пропитала мешковину. Всё это время Чжун Сю, казалось, не знала об этом и просто в оцепенении кидала бумажные деньги в медный таз.

Сюй Жэньдун перевёл взгляд и увидел, что за пределами траурного зала стояли несколько мужчин и женщин, которые выглядели как сельские жители и шептались.

– На самом деле связываться с мужчинами в таком юном возрасте, тск, тск, тск…

– Я давно чувствовал, что с ней что-то не так. Она продолжала говорить, что только набрала вес, но посмотрите, что произошло. Что я говорил, эта маленькая девочка – шлюха. Повсюду возилась с мужчинами и даже вырастила свой живот…

– Я слышал, что маленький незаконнорожденный ублюдок был задушен ею, когда родился. Я даже не знаю, мальчик это или девочка. Эта маленькая шлюха жестока…

Пока жители деревни шептались, воображаемые клинки один за другим летели к Чжун Сю. Чжун Сю повернулась ко всем спиной, и её стройная спина была слегка сгорблена. Она молчала, пока каждое лезвие вонзалось в неё.

Сюй Жэньдун стоял в темноте, сильно кусая губу.

…Почему ты должна терпеть это молча? Ты должна опровергнуть их слова и сказать им, что это не так.

Почему бы не протестовать? То, что они говорят, правда? Ты серьёзно…

Неужели я действительно незаконнорожденный ублюдок?

Сюй Жэньдун очень мало знал о своей жизни. На самом деле, даже директор не знала, что случилось с Чжун Сю в том году. Она знала только, что Чжун Сю родила Сюй Жэньдуна и оставила его у ворот приюта, и даже не оставила в пелёнках младенца никаких жетонов, чтобы в будущем они могли узнать друг друга.

Хотя Чжун Сю несколько раз приезжала в приют после этого, она никогда не брала на себя инициативу рассказать о том, что произошло, поэтому директор также не спрашивала многого. Таким образом, понимание Чжун Сю Сюй Жэньдуна ограничивалось словами «она моя биологическая мать» и «она умирает».

В этот момент Сюй Жэньдун увидел во сне прошлый опыт Чжун Сю. Он чувствовал и боль, и ненависть в своём сердце. Он действительно ненавидел то, что Чжун Сю было всего тринадцать лет в то время, и всё же ей приходилось страдать от этих слухов. Но также сожалел о том, что Чжун Сю не опровергает и не сопротивляется. Разве молчание не равносильно согласию? Верно ли то, что говорят жители деревни? Это то, что она пытается выразить?

Сюй Жэньдун не мог этого принять.

Жители деревни всё ещё указывали на Чжун Сю. Кровь Сюй Жэньдуна вскипела. Он не мог больше смотреть на это и бросился из темноты. Он сердито дёрнул жителей деревни за воротники, но как только кончики его пальцев коснулись людей, картина перед ним изменилась. Он действительно вернулся во тьму.

Позади него ссорились мужчина и женщина.

Сюй Жэньдун обернулся и обнаружил, что окружающая сцена больше не была траурным залом, а вместо этого была маленькой и переполненной спальней. Спальня была полна беспорядка. Она было хорошо организована, но места было слишком мало, что давило на людей, вызывая депрессию.

Мужчина и женщина средних лет стояли у кровати и ссорились, тыча друг в друга пальцами и крича друг на друга.

– Ты во всём виновата! Если бы ты не пошла на работу, как могла бы эта девочка сделать такое!

– У тебя всё ещё есть наглость винить меня? Если бы не ты, у которого нет денег, зачем мне, женщине, так много работать?

– Это ты плохо её обучила!

– Это семя твоей семьи! Так что, если что-то пошло не так, обвиняешь меня в том, что я плохо её учила? А ты!

Они родители Чжун Сю?

То есть, мои бабушка и дедушка по материнской линии.

Сюй Жэньдун молча наблюдал за всем этим в сложном настроении.

Пара мужчины и женщины яростно ссорились. По мере того как ссора обострялась, они подбирали всякую всячину со стола и швыряли её на пол. Посуда упала, издавая грохот. Звук был подобен стальной игле в ухе, и он повредил мозг Сюй Жэньдуна.

В углу на корточках сидела худенькая девочка, уже закрывшая руками уши.

Её тело свернулось в маленький клубок, прислонившись к углу стены, и всё ещё сжималось внутрь, словно пытаясь найти безопасное место. Но в следующую секунду большая тёмная рука подняла её из угла, схватила за волосы и ударила головой о стену.

– Ты сука! Ты такая позорная! Как же наша семья будет смотреть людям в лицо в будущем?!

– Такой стыд! Иди к чёрту! Иди к чёрту!

Грубый мужской голос прозвучал, как гром. Чжун Сю была сильно прижата, и её голова ударилась о стену с шокирующим стуком.

Чжун Сю закричала:

– Прекрати бить! Папа! Пожалуйста! Прекрати меня бить! Это не моя вина! Он заставил меня!

Сюй Жэньдун был ошеломлён.

Он? Кто?

Сюй Жэньдун навострил уши и хотел продолжить слушать. Однако мужчина не дал Чжун Сю возможности объясниться. Он дёрнул девочку за волосы и ещё сильнее ударил её о стену. Вскоре на стене появилась кровь. На лбу Чжун Сю слиплись кровь и спутанные волосы.

Мужчина всё ещё ругался:

– Ты опозорила лицо нашей семьи! Иди к чёрту! Иди к чёрту!

Чжун Сю отчаянно боролась, с трудом повернула голову в сторону и попросила женщину о помощи:

– Мама! Помоги! Мне! Меня заставляли, надо мной издевались… Я не…

Женщина усмехнулась:

– Тогда почему он издевался над тобой, а не над другими? Разве это не из-за тебя?!

Чжун Сю услышала это предложение, и её глаза расширились от удивления. В следующую секунду эти большие глаза, полные шока и боли, врезались в стену. Чжун Сю закрыла глаза и закричала.

Этот крик был подобен крику умирающего детёныша. Сюй Жэньдун мгновенно оправился от шока. Только тогда он понял, что должен спасать человека, но когда потянулся к Чжун Сю, окружающая сцена снова изменилась. Он снова переместился.

На этот раз это была школа. В классе десяток детей окружили Чжун Сю и хотели снять с неё штаны. Чжун Сю закричала, отчаянно натягивая штаны. Несколько мальчишек прижимали её к столу, крепко сжимая её руки и ноги. Девчонки уговаривали:

– Быстрее, снимайте с неё штаны! Посмотрите, как выглядит «там внизу» родившая женщина!

– Вы чувствуете запах? Так воняет! Моя мама сказала, что шлюхи будут гнить под кожей! Дно Чжун Сю, должно быть, прогнило много лет назад!

Несмотря на то, что все они были почти детьми, они выплевывали самые жестокие слова из своих невинных ртов. Сюй Жэньдун был убит горем и бросился вперёд, чтобы оттащить этих маленьких дьяволов, но когда протянул руку, все дети исчезли.

На их месте появилась молодая женщина в очках.

Чжун Сю опустила голову и встала перед ней, её лицо покраснело.

– Учитель, пожалуйста, не заставляйте меня бросить учёбу…

Учительница недовольно нахмурилась, поправила очки и сказала:

– Нет, директор уже сказал, что тебе нехорошо здесь оставаться. Другие ученики научатся у тебя плохим привычкам.

На спине Чжун Сю появился ещё один нож. Она закусила губу и прошептала:

– Но я не виновата… Я действительно не…

Учительница была полна отвращения:

– Если бы ты не гуляла ночью, почему бы эти люди обратили на тебя внимание? Хм?

Со слезами на покрасневших глазах Чжун Сю объяснила:

– Нет, это потому, что бабушка была больна. Я пошла за врачом для бабушки…

– Ладно, не объясняй, – учительница была нетерпелива. Она замахала руками. – Если ты отказываешься сообщить родителям, то я скажу им лично! Какой у них номер телефона?

Увидев, как учительница подняла трубку, Чжун Сю встревожилась и испугалась. Встав на колени перед учительницей, она схватила учительницу за одежду дрожащими ручонками, Чжун Сю плакала и умоляла:

– Учитель, нет, пожалуйста, не надо… Я обещаю вам, я расскажу сама, я скажу родителям когда приду домой…

Учительница осталась довольна. Она вытащила уголок своей одежды из рук Чжун Сю и легко сказала:

– Этот учитель не хочет тебя смущать…

В темноте Сюй Жэньдун почувствовал невыносимую сердечную боль.

Оказалось, столько всего тогда произошло… Ей было всего тринадцать, зачем ей все это?

Сюй Жэньдун только почувствовал, как гнев захлестнул его грудь, и ему захотелось зарычать, броситься и сбить учительницу с ног. Но он знал, что это не поможет. По какой-то неизвестной причине он не мог вмешаться в воспоминания Чжун Сю. Как только получал их в свои руки, сцена менялась. Он ничем не мог ей помочь.

Сильный гнев захлестнул тело Сюй Жэньдуна, заставив его кровь подняться, и  почти заставив его выплюнуть полный рот крови.

Чжун Сю попрощалась с учительницей и вышла из школы с маленькой школьной сумкой за спиной. Сюй Жэньдун подавил свои эмоции и внимательно последовал за ней.

Снаружи было темно. Чжун Сю подняла лицо и посмотрела на абсолютно чёрное небо, как будто пробудилось какое-то плохое воспоминание. Она резко вздрогнула и быстро пошла к дому.

За школой шла грунтовая дорога с полями по обеим сторонам, густо засаженными сельскохозяйственными культурами. Когда Чжун Сю проходила мимо кукурузного поля, она явно ускорила шаг. Кукуруза была выше её и казалась тёмным лесом, и люди боялись туда ступить.

Время от времени дул ветер, и в кукурузном поле раздавался шорох. Чжун Сю была так напугана, что всё её тело застыло, она дрожала и не могла двигаться. Ей потребовалось некоторое время, чтобы прийти в себя и продолжить путь.

Сюй Жэньдун молча последовал за ней, чувствуя тяжесть на сердце.

Чжун Сю наконец вернулся домой. К счастью, её родителей не было дома. Дома никого не было.

Чжун Сю прошла прямо в траурный зал, погладила чёрно-белую фотографию со стола для жертвоприношений, затем села на пол и тупо уставилась на фотографию.

В её спину воткнули десятки острых ножей, а кровь из ран засохла. Она просто сидела, обхватив колени, как маленький ёжик, и в одиночестве зализывала свои раны.

Сердце Сюй Жэньдуна было разбито, когда он увидел это. Он не мог больше этого выносить и тихо позвал:

– Чжун Сю.

Чжун Сю была потрясена, когда услышала мужской голос. Она инстинктивно отпрянула, с ужасом глядя на Сюй Жэньдуна, вышедшего из темноты:

– Ты… ты…

Сюй Жэньдун заверил:

– Не бойся, – горло у него пересохло, поэтому голос стал хриплым и низким, – у меня нет злых намерений, не бойся.

Чжун Сю свернулась калачиком в углу траурного зала, её глаза всё ещё были полны паники.

Сюй Жэньдун вздохнул, положил ароматические палочки перед чёрно-белой фотографией, снова закрыл глаза и благоговейно поклонился. Чжун Сю увидела, что выражение его лица было торжественным, и он был одет как человек из большого города, так что её любопытство постепенно взяло верх над страхом.

– Ты… ты знаешь мою бабушку? – робко спросила Чжун Сю.

Сюй Жэньдун немного подумал и кивнул.

Они некоторое время болтали. Элегантный и нежный разговор Сюй Жэньдуна заставил Чжун Сю постепенно ослабить бдительность. Выражение её лица расслабилось. Наверное, из-за того, что она долгое время терпела унижения и насилие, редко кто разговаривал с ней так вежливо, поэтому она очень дорожила этим.

Сюй Жэньдун почувствовал, что стал немного ближе к ней, поэтому осторожно перевёл тему на этот вопрос:

– Почему ты не позвонила в полицию?

Чжун Сю опустила голову и посмотрела на свои туфли:

– Я знала только, что в то время надо мной издевались, но я не знала, что у меня будет ребёнок. Люди часто плохо относятся ко мне, и моя бабушка всегда говорила мне быть терпеливой. Она сказала потерпеть некоторое время. Всё казалось спокойным, поэтому на этот раз я подумал, что смогу это вынести…

Она в трансе гладила свой живот:

– Но мой живот становился всё больше и больше, и это становилось всё более и более очевидным. Я чувствовала себя нехорошо, но не осмелилась сказать об этом бабушке. Бабушка думала, что я набираю вес, и ругала меня за лень.

Сюй Жэньдун на мгновение замолчал:

– Тогда зачем ты родила? Почему ты не избавилась от него?

Чжун Сю подняла лицо, её большие глаза были полны недоумения:

– Что вы имеете в виду под «избавиться от него»?»

Сюй Жэньдун сказал:

– Я имею в виду… аборт.

Чжун Сю наклонила голову, но всё ещё не понимала.

Сюй Жэньдун на мгновение был ошеломлён, а затем понял, что Чжун Сю ничего не знает об абортах. Он бессознательно взглянул на стол для подношений и сразу понял причину.

Родители Чжун Сю работали круглый год и игнорировали её. Чжун Сю с детства воспитывала бабушка. Естественно, пожилая дама в деревне не знала, что такое половое воспитание, поэтому Чжун Сю не понимала, что произошло после того, как над ней «издевались», и даже не знала, что она всё ещё может сделать аборт.

Только во время беременности в октябре, когда созрел плод, и Чжун Сю тайно родила ребёнка, все поняли, что произошло. Поэтому они пришли обвинить Чжун Сю.

От начала и до конца никто не спросил, кто, чёрт возьми, на самом деле напал на эту девочку-подростка. Кто, чёрт возьми, затащил девочку, искавшую врача для бабушки, в кукурузное поле и совершил преступление похуже зверя.

Чжун Сю выслушала объяснение Сюй Жэньдуна о значении аборта и задумчиво кивнула:

– Оказывается, всё может быть так, – Она снова коснулась своего живота, довольно раздражённая. – Если бы я знала раньше, было бы лучше сделать аборт.

Сюй Жэньдун почувствовал горечь во рту и почти потерял дар речи. Спустя долгое время он спросил:

– Ты так его ненавидишь, почему ты не задушила его до смерти, как только он родился?

Чжун Сю вдруг улыбнулась:

– Я думала об этом.

Трепещущие слова «Я думала об этом» были подобны тяжёлому молоту, сильно ударившему сердце Сюй Жэньдуна.

Сюй Жэньдун горько улыбнулся. Но затем Чжун Сю снова заговорила:

– Но посмотри на него. Такой маленький, сморщенный и такой жалкий. Забудь об этом, он не сделал ничего плохого.

Сюй Жэньдун молчал. Чжун Сю посмотрела на него, вдруг кое-что вспомнил и с улыбкой спросила:

– Кстати, я ещё не знаю вашего имени. Как вас зовут?

Сюй Жэньдун открыл рот, но не мог сказать ни слова. Эмоции в его сердце вырвались наружу, и он больше не мог смотреть в лицо Чжун Сю, поэтому повернул голову и вышел из траурного зала.

Выйдя из дома Чжун Сю, Сюй Жэньдун в одиночестве шёл по проселочной дороге. Звёзды были низко в небе, и на грунтовой дороге не было света. Он едва мог видеть дорогу в тусклом лунном свете. Кукурузные поля с обеих сторон были запечатаны и зашуршали, напоминая Сюй Жэньдуну о чём-то очень плохом. Он ускорил шаг и ушёл отсюда.

После того, как какое-то время его обдувал холодный ветер, он наконец вспомнил о своей миссии. Он долго искал по деревне, но так ничего и не нашёл.

Лифта не было.

Во сне Чжун Сю лифта всё ещё не было. Что именно происходило?

Table of Contents

Спираль смерти [BL] Глава 01. Матрёшка (1)

Спираль смерти [BL] Глава 02. Матрёшка (2)

Спираль смерти [BL] Глава 03. Матрёшка (3)

Спираль смерти [BL] Глава 04. Матрёшка (4)

Спираль смерти [BL] Глава 05. Матрёшка (5)

Спираль смерти [BL] Глава 06. Матрёшка (6)

Спираль смерти [BL] Глава 07. Матрёшка (7)

Спираль смерти [BL] Глава 08. Матрёшка (8)

Спираль смерти [BL] Глава 09. Матрёшка (9)

Спираль смерти [BL] Глава 10. Матрёшка (10)

Спираль смерти [BL] Глава 11. Матрёшка (11)

Спираль смерти [BL] Глава 12. Матрёшка (12)

Спираль смерти [BL] Глава 13. Матрёшка (13)

Спираль смерти [BL] Глава 14. Матрёшка (14)

Спираль смерти [BL] Глава 15. Матрёшка (15)

Спираль смерти [BL] Глава 16. Матрёшка (16)

Спираль смерти [BL] Глава 17. Матрёшка (17)

Спираль смерти [BL] Глава 18. Матрёшка (18)

Спираль смерти [BL] Глава 19. Матрёшка (19)

Спираль смерти [BL] Глава 20. Матрёшка (20)

Спираль смерти [BL] Глава 21. Матрёшка (21)

Спираль смерти [BL] Глава 22. Матрёшка (22)

Спираль смерти [BL] Глава 23. Матрёшка (23)

Спираль смерти [BL] Глава 24. Матрёшка (24)

Спираль смерти [BL] Глава 25. Матрёшка (25)

Спираль смерти [BL] Глава 26. Сны и реальность

Спираль смерти [BL] Глава 27. Дежавю

Спираль смерти [BL] Глава 28. Сжечь

Спираль смерти [BL] Глава 29. Пищевод (1)

Спираль смерти [BL] Глава 30. Пищевод (2)

Спираль смерти [BL] Глава 31. Пищевод (3)

Спираль смерти [BL] Глава 32. Пищевод (4)

Спираль смерти [BL] Глава 33. Пищевод (5)

Спираль смерти [BL] Глава 34. Пищевод (6)

Спираль смерти [BL] Глава 35. Пищевод (7)

Спираль смерти [BL] Глава 36. Пищевод (8)

Спираль смерти [BL] Глава 37. Пищевод (9)

Спираль смерти [BL] Глава 38. Пищевод (10)

Спираль смерти [BL] Глава 39. Пищевод (11)

Спираль смерти [BL] Глава 40. Пищевод (12)

Спираль смерти [BL] Глава 41. Пищевод (13)

Спираль смерти [BL] Глава 42. Пищевод (14)

Спираль смерти [BL] Глава 43. Пищевод (15)

Спираль смерти [BL] Глава 44. Пищевод (16)

Спираль смерти [BL] Глава 45. Пищевод (17)

Спираль смерти [BL] Глава 46. Глазные яблоки

Спираль смерти [BL] Глава 47. Арбуз

Спираль смерти [BL] Глава 48. Прыжки с балконов

Спираль смерти [BL] Глава 49. Посещение игровой выставки

Спираль смерти [BL] Глава 50. Брат, я красивый?

Спираль смерти [BL] Глава 51. Бабочки в животе (1)

Спираль смерти [BL] Глава 52. Бабочки в животе (2)

Спираль смерти [BL] Глава 53. Бабочки в животе (3)

Спираль смерти [BL] Глава 54. Бабочки в животе (4)

Спираль смерти [BL] Глава 55. Бабочки в животе (5)

Спираль смерти [BL] Глава 56. Бабочки в животе (6)

Спираль смерти [BL] Глава 57. Бабочки в животе (7)

Спираль смерти [BL] Глава 58. Бабочки в животе (8)

Спираль смерти [BL] Глава 59. Бабочки в животе (9)

Спираль смерти [BL] Глава 60. Бабочки в животе (10)

Спираль смерти [BL] Глава 61. Бабочки в животе (11)

Спираль смерти [BL] Глава 62. Следы поцелуев

Спираль смерти [BL] Глава 63. Детский дом

Спираль смерти [BL] Глава 64. Старая любовь закончилась

Спираль смерти [BL] Глава 65. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (1)

Спираль смерти [BL] Глава 66. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (2)

Спираль смерти [BL] Глава 67. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (3)

Спираль смерти [BL] Глава 68. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (4)

Спираль смерти [BL] Глава 69. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (5)

Спираль смерти [BL] Глава 70. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (6)

Спираль смерти [BL] Глава 71. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (7)

Спираль смерти [BL] Глава 72. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (8)

Спираль смерти [BL] Глава 73. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (9)

Спираль смерти [BL] Глава 74. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (10)

Спираль смерти [BL] Глава 75. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (11)

Спираль смерти [BL] Глава 76. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (12)

Спираль смерти [BL] Глава 77. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (13)

Спираль смерти [BL] Глава 78. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (14)

Спираль смерти [BL] Глава 79. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (15)

Спираль смерти [BL] Глава 80. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (16)

Спираль смерти [BL] Глава 81. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (17)

Спираль смерти [BL] Глава 82. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (18)

Спираль смерти [BL] Глава 83. Если три человека скажут, что в городе есть тигры (19)